Прибор

Не столь давно Эквестрия вступила с чейнджлингами в открытое вооружённое столкновение, знаменуя тем самым начало издревле закипавшей в жилах и сознании обеих сторон неизбежной войны. Но ведётся она во многом не на полях брани, а в кулуарах и закоулках, заставляя власть имущих постоянно распутывать многочисленные клубки шпионских интриг и тайных диверсий. Так, за одним из передовых достижений эквестрийской науки, неким "прибором", о котором хитрым путём прознали агенты королевы Кризалис, теперь ведётся беспрестанная охота, а потому молодой учёной по имени Синди совсем скоро придётся вступить в прямую конфронтацию с одним из лучших шпионов Улья, дабы, возможно, кардинально переломить ход всей военной кампании.

ОС - пони Чейнджлинги

Ветер Времен

История о том, как опасен самообман и о том как давным давно умершая пони возвращается в Эквестрию с целью, о которой она и сама ничего не знает.

Твайлайт Спаркл Рэрити Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Когда вокруг лишь рога да нимбы

Из сборника "Эквестрийские истории 2019". Однажды Пинки Пай задалась вопросом: «А что сказала бы на это Рэрити?» — и рядом с ней появились две крошечные единорожки, точь-в-точь похожие на ее подругу: ангел-хранитель и демон-искуситель. Чем это закончилось, мы знаем из сериала. А вот если у каждого пони были бы две мини-версии самой себя: Хранитель и Искуситель? Это уже неплохая задумка для рассказа, но автору этого показалось мало. Он снабдил ангелов и демонов несколько несвойственными им функциями: отныне они не только хранили или соблазняли подопечных, но и вели подробную летопись всех их поступков, как хороших, так и не очень. Получилось забавно, необычно и местами довольно трогательно.

Рэрити

Месть королевы

Лишившись Роя, королева Кризалис позорно бежала с поля боя. Однако она не собирается влачить жалкое существование и скрываться до конца дней. Заручившись поддержкой двух последних истинных чейнджлингов, Кризалис решает вернуть власть и отомстить тем, кто посмел перейти ей дорогу!

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия ОС - пони Кризалис

Увядание гармонии

У него не осталось ничего кроме надежды

Человеки

Заговор знаков отличия

После очередного безобразия, учинённого Искателями знаков отличия, Твайлайт и её подруги решают преподать жеребятам урок. Но как и многие розыгрыши, их шутка приводит к непредсказуемым результатам.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл

Препятствия и цель

Селестия любит тортики, но на что она готова, чтобы насладится хотя бы кусочком?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Другие пони Дискорд Стража Дворца

Проблема, Селестия

Небольшая проблема. Успеть бы её объяснить.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Принц Блюблад

Найтмерквестрия: под пологом вечной ночи

Твайлайт Спаркл под стук колёс поезда провожала взглядом удаляющийся вокзал Эвернайта и никак не могла понять: зачем наставница отправила её в Понивилль в компании дневной пони? Это же очень страшные создания, от которых лучше держаться подальше. Короткие уши без кисточек, здоровенные глаза с круглыми расширенными зрачками, отсутствие клыков... Без содрогания и не взглянешь. Но Найтмер Мун - мудрая пони, она защищает Эквестрию вот уже тысячу лет. А значит, этой Рэрити и вправду можно доверять.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия

'12

1012-й год начался с обрушения планов обеих противоборствующих сторон. Чейнджлингам не удалось завершить свою кампанию взятием Кантерлота, но и союзные силы Эквестрии и Сталлионграда так и не сумели окончательно разгромить чейнджлингскую армию и перехватить инициативу в войне. Новая летняя кампания должна стать ключевой, переломной. Это прекрасно понимают обе стороны. Попытки закончить войну быстро и относительно бескровно провалились, теперь она затягивается и масштабы смертей и разрушений лишь набирают обороты.

Другие пони Чейнджлинги

Автор рисунка: Stinkehund

Сабрина. Начало

Глава 2. Луна и Старлайт, знакомство.

Над Кантерлотом сегодня не было ни облачка, горячий воздух поднимался вверх, искажая восприятие. Луна вернулась в комнату с балкона.

— Что ж жара-то такая? Тебе хорошо, ты белая… Сделать с этим ничего нельзя?

— Пегасов пригнать, — пожала плечами дневная принцесса, — с солнцем-то точно лучше ничего не делать. Это нормальный цикл звезды. Лет через триста похолодает.

Луна улеглась на тахту, прикрыла веки.

— Ну, лет через триста разбудите.

— У нас же здесь бывает моль, — пошутила Селестия, — проснешься вся лысая, будут над тобой смеяться.

— Так как сейчас развивается мода, то может, через триста лет это будет высший шик…

Луна посмотрела на огромную — во всю стену — карту мира. Помимо стилизованных изображений драконов, Дискорда и всяких морских чудищ, на карте располагались около сотни разноцветных фишек. Две крупных, примерно в полтора раза больше остальных, чёрная и белая, почти накрывали собой центр Кантерлота, находясь в соцветии нескольких других — белых и оранжевых, синих и зелёных. Каждую фишку , кроме тех больших, украшало число: 10; 20 или 30, притом внимательный наблюдатель мог бы отметить, что «десяток» — десять, «двадцаток» — опять же почему-то десять, зато «тридцаток» даже не тридцать, а почти сорок. Та же картина была с другими, полосатыми, черно-белыми фишками. Десять десяток, десять двадцаток, а тридцаток — тридцать. Но эти, за редким исключением, были сгруппированы на другом континенте.

Луна подсветила заклинанием одну из жёлтых фишек с числом 30, находящуюся в районе Эпалузы.

— Что, ты всё-таки приняла Рыжую в ряды?

— Она сдала ПБ-13, — пожала плечами Селестия.

— Сотни три магов по Эквестрии сдали ПБ-13, но что-то ты не торопишься их всех принять в Пятидесятку…

— Лу, отстань. Она моя дочь. Могу я ей немножко подыграть? По старым правилам она, вообще, должна мне наследовать.

— Конечно, можешь. — Согласилась ночная аликорн, — главное, чтоб ты называла вещи своими именами, и не забывала, что это именно подыгрывание, а не она у тебя столь гениальна… Кстати, по старым правилам наследовать тебе должен Блюблад. А по самым старым, лествичным, вообще-то я.

— Вот ещё, — улыбнулась Селестия, — мы даже не родственники.

— А вот это никакого значения не имеет. Ты приняла меня в род, публично назвав сестрой. Как ты помнишь, если тебя совсем не одолел склероз, тогда только это имело значение, а не кто там на самом деле чей сын. А то ж половина родословных рассыплется.

Белая принцесса в свою очередь подсветила полосатую фишку, особняком от других торчащую в Мейнхеттенском заливе.

— А это, по-видимому, приурочено к твоему грядущему визиту в Мейнхеттен… Лу, я же уже намекала, наведи там порядок, в своей свите… — Она перебрала несколько газет, лежащих на столе, — вот. «Источник при дворе сообщил, что Её высочество на праздник летнего солнца посетит северную жемчужину...» Ты же понимаешь, что источник не просто передал информацию, а её продал. И то, что продал он её не иностранной разведке, а журналисту, не сильно его извиняет, так как нигде не написано, что журналист не может быть шпионом, и вообще, теперь о твоих планах осведомлена вся Зебрика. В связи с чем, где-то в заливе болтается сейчас корабль, на котором маг из первой их полусотни. И что-то мне подсказывает — не на рыбалку они туда приплыли.

Луна равнодушно махнула хвостом.

— Так что, тридцатую — уничтожить? Пожалуй, повременю. Мне интересно, что они затевают на этот раз, и как скоро до них дойдёт, что мы отслеживаем их перемещения?

— Ты там будь осторожнее, — буркнула Селестия, — прилетит свинец в медно-никелевой…

— Отскочит, — отмахнулась Луна, и оживилась, — знаешь, почему копытом отдают воинское приветствие?

— Больше нечем? — предположила аликорн.

— Нет. Толщину брони показываем, — засмеялась Луна, — вот грифоны, например, двумя перьями — у них лобовой лист потоньше, а мы — копытом. Так что сестра у тебя пулеброненепробиваемая.

— Наговариваешь ты на себя.

— Да это ж юмор такой, — ночная аликорн пожала плечами, — конечно, никто не считает себя тупее гражданских, но так уж сложилось… А с двором да, надо что-то делать. Вот не моё это. Расстрелять их всех — жестоко, на галеры сослать — мало. Да и нету галер. Приходится терпеть. Эх, был бы жив мой предпоследний супруг, вот он знал, как с этой сволочью работать…

Селестия слегка поморщилась.

— Ну, как бы то ни было, если б даже не приключилось всей той истории, он бы уже давным-давно умер… Хотя, конечно, да. На общем фоне он выделялся. Ты просто не могла пройти мимо.

Луна недовольно покосилась на сестру, но ничего не сказала.

— Возвращаясь к корыту в заливе. Что, как думаешь, они хотят?

— Хотят договора, разумеется, — Селестия криво усмехнулась, — равного договора.

— Разве это не справедливо? — подначила Луна.

— Справедливо? Нам не надо, чтоб было справедливо, нам надо, чтоб мы побеждали. Уж ты-то, всю жизнь занимаясь войной, должна это понимать. Справедливо будет за гробом. Там все будем одинаково смердеть, и таращиться пустыми глазницами на деревянные доски. И то, у нас с тобой будут гробы побольше… Мы, если помнишь, десять лет назад заключили рамочное соглашение. Не размещать заряды на воздушных и заатмосферных носителях; в море, кроме надводных кораблей от двадцати тысяч тонн; также не размещать их скрытно во внутренних озёрах и на ж/д транспорте, оставив, фактически, только шахты. Теперь они хотят ограничения этого числа, притом не в нашу пользу, мотивируя это тем, что мы создаём силовой перевес для Эквестрии.

Черная аликорн вторично согласилась.

— И это таки правда. Ну, пусть приравняют нас к сотне боеголовок каждую, и подпишем этот дискордов договор, потому что каждая ШПУ стоит бюджету как сельскохозяйственная артель-миллионщик. Хотя это и безумие, конечно, когда один из первых видов осмысленной деятельности на планете — сельское хозяйство — дотационно теперь стало.

— Ну, о безумии капитализма поговорим как-нибудь особо. В старое время, чего уж себе лгать, безумий разных было не меньше… Скажи, тебя ничего не напрягает в этом грядущем соглашении?

Луна минуту подумала, потом честно ответила:

— Нет. То есть, они безусловно, будут пытаться нас обмануть, как и мы их. Но можно продумать механизмы контроля, которые прописать в соглашении.

— Тут видишь ли какая ерунда получается, — задумчиво сказала Селестия, — вот ты и я, мы, добившись приемлимых условий, больше не будем мучить собачку, а займёмся чем-то другим. А у смертных всё не так. Они не ценят того, что имеют, и то, что завоевали для них предшествующие поколения, считают само собой разумеющимся. И опираясь на это — считая, что уж эта позиция никогда не будет потеряна — они пытаются добиться чего-то еще. В этом, строго говоря, весь смысл их жизни — добиться чего-то ещё. И уступив Зебрике сейчас, лет через двадцать мы встанем перед необходимостью уступить ещё раз. Или войти в жёсткий клинч. Так лучше войти в него сейчас… Поэтому, уничтожь тридцатую. Можешь даже образцово-показательно: из-за одной магички они не начнут войну, а по носу получат качественно.

— И всё же я повременю, — качнула головой чёрная аликорн. — Кстати, чтобы не говорить только о грустном, я нашла новую ученицу.

— А почему опять ты? — нахмурилась белая.

— А вот так. — Луна ехидно подмигнула. — Некто Старлайт Глиммер… Ты тоже думала, чтобы запретить в законодательном порядке громкие имена? Как стало можно, так все заделались «Победителями», «Властелинами» и «Мудрецами». А где же все «Бегуны», «Кузнецы» и «Слуги»? Для них-то понятно, эти имена ничего на слух, без словаря, не означают, Победитель и Победитель. А нам ухо режет. Ну какой ты победитель, ты в зеркало-то смотрел?.. Ладно. Вобщем, эта Старлайт умудрилась в восемь лет сдать ПБ-20, что не всякому выпускнику под силу, и, возможно, она, одна на десять миллионов, своё имя таки оправдает.

— Кстати, напомни, ПБ это… Подкинь Бобика?

— Подразни Бобика, — хихикнула Луна. — Уж сколько поколений магов мозг сломало над этой аббревиатурой, а оно вон как всё просто.

Перед вторым крыльцом дворца остановился чёрный автомобиль представительского класса, и на пушистую дорожку под навесом выбралась довольно перепуганная фиолетовая единорожка. Внушительного вида пожилой привратник поманил её за собой, и они вместе вступили под крышу огромного кантерлотского дворцового комплекса.

Луна ждала их в кабинете, перебирая бумаги, чтобы не терять зря времени. После обязательных представлений, приветствий и книксенов — Старлайт была должным образом натаскана протокольной службой (принцесса мысленно вздохнула: на бедного жеребёнка обрушилось в последние дни слишком многое, но тут уж ничего не попишешь — порядок такой — в конце-концов, это ей на пользу) Луна вышла из-за стола, чтобы это выглядело более демократично. Но всё равно, конечно, нависала над кобылкой, которая ростом была ей едва до колена.

— Говорят, ты сдала в этом году ПБ-20? Как это у тебя получилось?

— Случайно, — честно ответила единорожка. — Там было три заклинания, которые у меня получаются через раз, а тут так удачно вышло, что я нигде не ошиблась…

Луна кивнула:

— Но и это здорово.

Старлайт помялась, но сказала:

— Ваше высочество, а можно задать вопрос?

— Попробуй.

— Что значит ПБ?

— Ты никому не скажешь? — строго нахмурилась принцесса.

— Никому, обещаю.

— Это значит, — Луна наклонилась к самому уху кобылки, — «подразни Бобика». Видишь ли, маги все такие спесивые и важные, а раньше, не поверишь, были еще гораздо чванливее и зануднее, чем сейчас. И вот, для смеха, я придумала это название. Чтоб они, для продвижения по карьерной лестнице, сдавали экзамен с таким глупым названием, да еще и спорили между собой, что же это за таинственные буквы? А когда я кому- то рассказываю, мне всё равно не верят… Но я хотела бы тебе кое-что показать, пойдём-ка.

Луна телекинезом подняла единорожку и посадила себе на спину, широченную как стол. Сначала Старлайт хотела зажмуриться от страха, но раздумала — эдак пропустишь что-нибудь интересное, а когда еще доведётся прокатиться на всамделишной принцессе?!

Так высоко сидеть ей еще не приходилось, единорожка теперь смотрела сверху вниз не только на обычных придворных, попадающихся в коридорах по пути, но и на рослых раззолоченных гвардейцев.

«Мне же никто дома не поверит», — грустно подумала она…

На демонстрационном стенде, стоящем посреди одной из многочисленных комнат дворца, находились три одинаковых чёрных кубика из какого-то лёгкого сплава.

— Это артефакты, — пояснила Луна, — не слишком сильные. Они просто создают приятную атмосферу в помещении, убирают плохие запахи, озонируют воздух… Но дело в том, что один из этих артефактов создал сам Старсвирл Бородатый, а два других — путём копирования — его ученики, поэтому они практически неразличимы. Но кто-то из бестолковых слуг во дворце перепутал их. А мы с сестрой хотели провести в музее выставку предметов, которые когда-то принадлежали Старсвирлу. И я надеялась, что ты поможешь мне найти правильный.

— Я — вам? — пролепетала единорожка.

— Ну, ты попробуй…

Старлайт вздохнула, прошлась вокруг стола, внимательно всматриваясь в каждый кубик.

— Принцесса Луна… Я очень извиняюсь… Но по-моему, все три артефакта сделал один маг, и это… вы. — Единорожка даже зажмурилась от собственной храбрости.

— Ты точно уверенна? — строго спросила Луна.

— Да, — пискнула Старлайт. — У каждого волшебника, у него же свой «рисунок» заклинания… Вот этот очень похож на ваш… Или, может, вы учились у Старсвирла. Ой… Или он у вас… — Единорожка совсем сникла.

Принцесса тихо рассмеялась, чтоб еще больше не перепугать жеребёнка мощью голоса.

— Нет, ты молодец, всё правильно разглядела. Прямо удивительно — я же всё время почти прикрыта щитами — чтобы взрослых единорогов не корёжило, а тебе, значит, моя защита побоку?

— Я не хотела…

— Нет-нет, говорю же, ты молодец… И как это выглядит для тебя?

Старлайт замялась, подбирая слова.

— Ну, у единорогов обычно светится только рог. У некоторых, вот у директора нашей школы — ещё и голова, а у вас… Вас почти не видно, только это сияние… И оно уходит куда-то вверх, через потолок, и… — Старлайт еще понизила голос, — вас тут нет. То есть, вы, конечно здесь, но и где-то еще, вот.

Луна покивала. Жеребёнку просто не хватало словарного запаса и знания терминов, но в целом описание она дала верное. То есть она действительно видела вторичный облик аликорна. Даже если б она умела только это, её безусловно нужно было забирать в Кантерлот.

— Ну что же. Думаю, тебя можно зачислить в нашу школу. Ты будешь получать стипендию, пока маленькую, но ты будешь расти, и она будет расти. Конечно, тебе надо всё обдумать, и посоветоваться с родителями. Не скрою, что на какое-то время, вне каникул, ты будешь с ними разлучена, если согласишься на перевод. Но может быть в Кантерлоте откроется подходящая вакансия, и мы сможем перевести сюда твоего отца, хотя тут трудно что-либо обещать, не люблю протекций, что для феодального властителя вообще-то нетипично, но вот такая я… — Старлайт моргнула, не поняв новых слов. — Теперь же тебе пора возвращаться. Давай, провожу тебя, в этом дворце я сама боюсь заблудиться… Открою еще одну тайну — я не люблю здесь жить, мне бы что попроще, но положение обязывает.

Единорожка задрала брови: мол, скажете тоже! Как это можно не любить такое великолепие.