# Новая Эквестрия: Победоград

metroo

60 лет прошло с момента ядерной войны Сталлионграда и Эквестрии. Мир лежит в радиоактивных руинах, повсюду необъяснимые аномалии и мутанты. Сталлионграду удалось выстоять и сохранить большую часть населения и материальной базы. Именно в могучей социалистической республике началась история, которая не предвещает ничего хорошее для постапокалиптического мира...

Постапокалиптический фанфик, за основу взята замороженная игра «Новый союз». Но получилось, то что получилось. Это мой первый фанфик, так что кидайтесь санными тапками и нещадно критикуйте.

Автор — metroo

Редактор — StaSyaN1902

## Пролог

Давным-давно земли Эквестрии переживали не самые лучшие времена. Магия, дружба и взаимопонимание уступили место технологиям, жажде наживы и ненависти. Индустриальная революция прошла по всей стране, круто изменив жизнь пони. Балом стали править монополии и корпорации, которые разрабатывали технологические приспособления и стремительно богатели. А в обществе, тем временем, происходили волнения. Распространение нацистских идей среди пегасов и желание Кристальной империи отделится, были только началом...

За всем происходящим наблюдали пони Сталлионграда. Они решили получить полную независимость. Так, в результате ряда небольших столкновений, им удалось получить больше автономии став, по сути, отдельной страной — Сталлионградской Социалистической Республикой. Селестия помнила, насколько кровопролитной была война с отважными сталлионградцами и поэтому не предпринимала решительных действий.

Отношения между ССР и остальной Эквестрией стали напряженными. К этому моменту было открыто множество новых ресурсов, среди которых был уратонид, ставший топливом для ядерных реакторов и начинкой для атомных бомб. Как оказалось, уратонида и других ресурсов у ССР больше, чем у капиталистической Эквестрии. И эквестрийские корпорации захотели присвоить полезные ископаемые себе. Началась холодная война, гонка вооружений. Каждая из сторон тщательно готовилась к предстоящему конфликту. Все ожидали начала войны.

И вот, после многолетнего выжидания, война прогремела на всю Эквестрию.

Поводом послужило убийство Принцессы Луны, в котором обвинили сталлионградского шпиона. Товарищ Хрущенко, генеральный секретарь ЦК КПС, отчаянно доказывал, что вины Сталлионграда здесь нет. Но ничто не могло остановить Селестию, жаждущую мести за смерть сестры. На следующий день после обмена ультиматумами, сталлионградских пограничников подняли по тревоге. Регулярные войска Эквестрии пересекли границу ССР.

Сначала бои велись без применения оружия массового поражения. Первый день ознаменовался победами Эквестрийских войск и продвижением вглубь Сталлионградаской республики. Но в последующие дни сталлионградская армия оттеснила захватчиков.

ССР имел преимущества в сражениях на земле и в воздухе. Видя это, командование эквестрийских войск пошло на крайние меры... Вечером третьего дня был нанесён ядерный удар. Системы ПРО Сталлионграда сделали своё дело: половина боеголовок не достигла своей цели. Но все же разрушения, которые принесли с собой оставшиеся снаряды были катастрофическими. Война длилась две недели. Огромные потери понесли обе стороны. Солнце скрылось за облаками, поднятыми атомными взрывами. Предусмотрительные сталлионградци смогли заранее подготовиться к последствиям конфликта. Заводы были перенесены под землю. Были построены огромные бункеры, самый большой из них — Сталлионградский. Часть населения успела эвакуироваться в эти убежища.

После войны прошло около 60 лет. Поверхность была полностью не пригодна для жизни. Отравление воздуха, радиационное заражение, ужасные мутанты и необъяснимые аномалии — таковы реалии этого сурового мира. Сталлионград теперь зовётся Победоградом. Жизнь в подземном городе процветает. Пони таят в себе надежду, что скоро они смогут выйти на поверхность и возродить свою Родину там наверху...

## Глава 1. Начало

Ряд цифр который попадётся в главе — это шифр. Кто его разгадает, получит от меня печеньку гг

«Победили империализм, победим и разруху!»

По небу медленно плыли тяжёлые серые облака. В просветах между ними пробивалось закатное солнце. Небольшой ветерок колыхал желтоватую траву, которая произрастает на промёрзлой земле поля, простиравшийся куда хватало взгляда. Удивительно, что здесь что-нибудь растёт. Поле заканчивалось небольшими холмами, за которыми начинается Барьер с кучей аномалий и радиационным заражением. На некоторых участках фонит так, что тяжёлую форму лучевой болезни можно получить за минуту.

По полю медленно шагали два пони. Один из них был худенький единорог, второй — крепкого телосложения земнопони. Оба в форме с символикой Сталлионграда, воздух они вдыхали через респираторы. Позади двух пони виднелся аванпост с вышкой на которой сидел снайпер. Земной пони, поёжившись, произнёс:

— Блин. Похолодало, я начинаю замерзать.

— Чтоб ты и замёрз? — послышался ехидный голос единорога. — Слон, не смеши меня.

— Вот уже и хвост начал дрожать. Не к добру это.

— И почему же?

— В детстве, когда приближались какие-нибудь неприятности, у меня начинал дёргаться хвост, — задумчиво сказал Слон.

— Вот дурак суеверный! Я не верю во всю эту чушь и тебе не советую! — единорог засмеялся.

— Мне ещё с утра было как-то не по себе. И да, Дельта, я суеверный.

Дельта возмущённо посмотрел на земнопони, бормоча под нос что-то про бред сумасшедшего. Ненадолго воцарилось неловкое молчание. Слон указал копытом вдаль:

— Неудачная у нас позиция, не видно, что за холмами творится. А сами мы как на копыте! Перебить нас всех так же легко, как мелких археоптериксов.

— Если бы не близость Барьера, то аванпост можно было разместить повыгодней. Ну и на всякий случай у нас есть снайпер, — Дельта указал на вышку.

— Всегда прикроет, — хмыкнул здоровяк.

— Что касается твоих дурацких предчувствий, даже если что-нибудь случится, это будут уже не наши проблемы. Через 20 минут приедет наша смена, вот пусть они и разбираются.

Неожиданно с аванпоста послышался крик: «Нас атакуют!»

Земляные фонтанчики, выбитые пулями, возникли у самых копыт двух солдат. Стреляли с холмов. Слон быстро повернулся в сторону атакующих, перезаряжая штурмовую винтовку.

— Какого леше... — договорить земной пони не успел.

Его голова взорвалась кучей кровавых ошмётков. Рядом низко над землёй стремительно пронёсся и сам убийца Слона: пегас с необычной винтовкой, одетый в броню без опознавательных знаков. Он полетел к посту, готовясь к новому выстрелу. Катушки вокруг ствола пушки мерно загудели, вспышка света сопроводила выстрел. Пулемётчик аванпоста пустил очередь по противнику, но пегас с лёгкостью ушёл от атаки.

Тем временем, Дельта сумел взять себя в копыта и осмотрелся в поисках укрытия. К его счастью, рядом оказался небольшой пень. Единорог побежал к нему, попутно отстреливаясь с автомата. Неизвестные нападающие спускались с холма, стреляя в аванпост. Когда Дельта почти добежал до пня, шальная пуля задела переднее копыто.

— Ай мляя! — вскрикнул жеребец. Копыто пронзила резкая боль.

Само же сражение шло в полном разгаре. Враждебные пегасы кружили в воздухе, обстреливая пост. Снайпер на вышке норовил подстрелить ловких летунов. Наконец-то удача улыбнулась ему: рядом с укрытием Дельты упал пегас, пропахав пару метров земли.

Дельта хотел начать стрелять, но интенсивность огня противника не давала этого сделать.

— Вот Дискорд! — выругался солдат. Он посмотрел по сторонам: пони-снайперу удалось сбить ещё одного пегаса, а наземные противники не решались подойти близко, стреляя издалека.

Неожиданно послышался неясный шум и нечто полетело в аванпост, оставляя за собой след. Вышка и часть поста взорвались.

«Ракета?!? У них есть ракетница!!!» — мысленно ужаснулся Дельта.

Он вертел головой, пытаясь понять что делать. Единорог посмотрел на бездыханное тело Слона, лежавшее неподалёку.

«Эх, дружище, знал бы ты, в какой я сейчас жопе»

Взгляд жеребца упал на предмет, выкатившийся из седельных сумок мёртвого пони.

«Гранаты! Точно же, гранаты! Как я раньше не додумался!»

Рог Дельты засветился и он потихоньку левитиовал одну из так называемых «лимонок». Сконцентрировавшись, пони выдернул чеку и не глядя бросил гранату. Раздался взрыв, послышались крики.

— Ага! Получили, мрази! — ликовал единорог.

Противники принялись стрелять по трупу Слона, поэтому Дельта поднял телекинезом и бросил сразу все оставшиеся гранаты. Серия громыхающих взрывов заглушили звуки сражения. Через несколько секунд всё стихло. Резко в небе пронеслась тень, заставляя единорога посмотреть вверх. Тень принадлежала враждебному пегасу, который делал крюк, разворачиваясь к Дельте. Единорог навёл автомат на противника и попытался перезарядится. Затвор даже не думал двигаться.

«Твою ж мать»

Дельта, левитировав из кобуры пистолет, выстрелил. Пегас увернулся и совершил ответный выстрел, продолжая сокращать дистанцию. Единорог успел отпрыгнуть, пуля прошла мимо.

Неожиданно две пули попали в пегаса: одна в крыло, другая в грудь. Летающий пони врезался в пень, за которым ранее укрывался Дельта.

От разрушенного аванпоста бежала группа уцелевших солдат. Именно им удалось сбить пегаса.

— Дельта, сюда, — позвал кто-то из бойцов. Единорог поковылял к сослуживцам. Многие из них были ранены, один земнопони пытался связаться с командованием, но тщетно.

Со стороны нападающих взлетел ещё один летающий пони, держа в копытах гранату.

— Эй, красножопые! Не хотите получить подарочек от меня, сучары? — заорал пегас и кинул её.

— Ложись!

Дельта бросился на землю, но это не помогло. Что-то ударило в спину единорога...

* * *

Он открыл глаза, приходя в себя. Адская боль — единственное, что ощущал пони. Она была во всём теле, в каждой клеточки его организма. Красная пелена перед глазами мешала нормально видеть. Совсем рядом послышались голоса.

— Быстро, собирай оставшихся, надо побыстрее здесь закрепиться. Скоро прибудет подкрепление красных. Они уже о нас знают, так что про элемент неожиданности можно забыть. Ох, чувствую гонорар мы точно не получим.

— Ты не о том думаешь. Надо свои шкуры спасать. О, смотри, один из этих зашевелился!

— Добей.

Дельта, почувствовав, как чье-то копыто стало на его спину, застонал.

— Тише-тише, — ствол автомата упёрся в затылок единорога. — Ты уже и так не жилец.

Через мгновение всё закончилось.

* * *

— За месяц до этого -

— Рота, подъём! Проснись и поооой. Вставай, ленивый круп, вставай.

Я почувствовал толчок вбок, сильный толчок.

«Ох, сейчас кто-то получит по полной. Что ж ему не спится?!?»

С большим трудом я всё же разлепил свои сонные глаза, дабы посмотреть на этого бездушного садиста.

— Слушай, сколько я тебя будить буду? А ну вставай давай! Нужно собираться, у нас важная встреча.

Я оценивающе взглянул на возмутителя спокойствия, этого назойливого единорога, своего друга. Я посмотрел на часы и одарил так называемого «друга» взглядом, полным злобы.

— 7 утра, Артёмыч, какая к Дискорду встреча?!? Завтра важный день, я хочу выспаться. И полагаю для ТЕБЯ эта встреча важна, так ведь?

— Да, ты угадал, — Артём мечтательно посмотрел в потолок.

— Так и знал. Неужели у тебя новая пассия? — язвительно спросил я и тут же нахмурился. — Ну а я то здесь при чём?

— Понимаешь ли, мы договорились сегодня встретиться. Она сказала, что придет с подругой. А я пообещал привести друга, то бишь тебя.

— Отлично! А друга значит уже спрашивать не надо, хочет он идти куда-то, или НЕТ.

— Но... — начал Артём, но был вероломно перебит мной.

— Извини за грубость, но разбирайся со своими кобылками сам, меня в это не впутывай. Я лучше посплю немного.

И я отвернулся от своего собеседника.

— Но...

— Не «нокай», Артёмыч, — сказал я и демонстративно захрапел.

Где-то минуту Артём сверлил меня взглядом (я аж спиной ощущал, жуть).

— Ну ладно, ладно, — медленно произнес он и удалился прочь из комнаты.

Ну наконец-то можно вздохнуть спокойно, отстал. Странно, что Артём так быстро сдался. Он очень настойчив...

Тут мои размышления прервал поток ледяной воды, обрушившийся сверху.

— УБЬЮ!!! — заорал я, вскакивая с кровати.

Злорадно хихикая, единорог уже убегал, левитируя с собой ведро.

— Приведи себя в порядок, а я пока сварганю нам перекус, — донеслось с коридора.

Я взял полотенце, висящее на спинке стула стоящего рядом, и начал вытираться.

Вот засранец!

Впрочем, небольшая прогулка мне не помешает.

Бросив полотенце на постель, я потрусил из комнаты.

И тут увидел деталь, которую не замечал ранее: в углу стояло зеркало. Странно, вчера его не было. Надо будет спросить у Артёма, откуда оно здесь. Проходя мимо зеркала, я невольно посмотрел на своё отражение. Жеребец средней статуры, бледно-оранжевого цвета, кьютимарка в виде пятиконечной звезды, неряшливая черная грива и такого же цвета короткий хвост, небольшие мешки под жёлтыми глазами.

«Ну, с добрым утром, Динэр», — мысленно поприветствовал себя.

Стоп, что за хрень?!? Мне показалось или мое отражение только что подмигнуло мне! Я протер глаза, пытаясь отогнать наваждение, и второе «я» в зеркале повторило движение без каких-либо странностей.

Постояв немного и не заметив больше ничего необычного, я покинул помещение.

«Это, наверное, просто показалось»

* * *

«Нет, ну вы только посмотрите на него!»

Молодой земонопони вышел из комнаты, так и не рассмотрев в отражении темный силуэт, который ликовал над результатом своей маленькой выходки.

«Ладно, здесь ничего интересного, будем искать дальше. Надоело сидеть взаперти, хочу на волю!»

Силуэт исчез, зеркало стало покрываться паутиной трещин.

* * *

11.35.42.21.31. 32.21. 42.33.42. 22.11. 24.33.14.33. 41.21.12.55. 13.23.15.11.21.42.

Ой, я совсем забыл представиться. Как вы уже успели догадаться, меня зовут Динэр, Динэр Нестеров. Мне 21 год и я обычный житель Победограда, города, который выстоял.

Вот уже 60 лет мы, пони, живём в этом подземном мегаполисе. Во время войны ни одна ракета не попала в непосредственно, тогда ещё, Сталлионград. Тем не менее, одна ядерная боеголовка, всё же прорвавшаяся сквозь противоракетную оборону, взорвалась в окрестностях города, сделав проживание там невозможным. Только при помощи всеобщей мобилизации, развёрнутой непосредственно перед самым началом конфликта, было сохранено большое количество жизней по всей Сталлионградской Социалистической Республике и, в частности, в столице.

Современный Победоград представляет собой грандиозное сооружение, разделённое на уровни. На верхних уровнях расположены армейские части, прочие военные объекты. Дальше идут предприятия лёгкой и средней промышленности. Жилой комплекс занимает целых три уровня. На следующих двух находятся больницы и здания образовательной сферы. В самом низу располагаются системы жизнеобеспечения города, очистительные сооружения и два уратонидовых реактора, дающих энергию. Вот такой он, город победы.

Родился я в Победограде и провёл здесь всю сознательную, ничем не выделяющуюся, жизнь. Учился в школе, сразу после неё поступил в военное училище вместе с Артемом. Это светло-зелёный жеребец с бордовой в синюю полоску гривой и голубыми глазами — мой друг с первого класса. В школьные годы он зарекомендовал себя как хулиган и нарушитель спокойствия. Любил напакостить, подбросить петарду или дымовуху. Именно в школе проявилась любовь единорога к взрыванию. Артём и пошёл в армию, так как «там достаточно взрывов» для него. Ещё одной причиной выбора профессии моим другом является его старший брат, с которым он в ссоре. Точнее, Артём решил стать военным, тем самым доказав что-то брату. Что именно — я не знаю, потому что единорог не хочет об этом говорить.

Ну а больше из своей жизни мне рассказать нечего. Она тиха, спокойна и неинтересна. Была...

* * *

Почистив зубы и умывшись, я отправился на кухню. Желудок жалобно урчал, сигнализируя, что пора бы подкрепится. У самого входа в кухню меня чуть не сбил с ног мой друг, который нёс телекинезом четыре бутерброда. Не давая опомниться, Артём засунул мне в рот бутерброд с... чем-то. Я даже не понял с чем. То ли жареное сено, то ли ромашки.

— На вот, жуй быстрее. Мы опаздываем! — единорог схватил меня и поволок за собой.

Через 20 минут мы уже шагали по Краснознамённой улице к площади имени Ленейна. Её изначально планировали назвать в честь Иосифа Сталлиона, но это не одобрил товарищ Хрущенко из-за странной неприязни к Иосифу Виссарионовичу. Поэтому был выбор пал на вождя эквестрийского пролетариата, Понимира Ильйча Ленейна. Его статуя стоит посередине площади, указывая копытом вдаль, в светлое будущее. То, что оно будет светлым и безоблачным, не сомневался ни один житель Победограда.

И вот мы брели по улице к месту встречи.

— Слушай, мне кажется или я забыл что-то, не? — спросил Артём.

— Не знаю.

— Цветы! Я про цветы забыл!

— Лучше ты меня б дома забыл, — сказал я, зевая.

— Перестань, хватит быть букой. Улыбнись, — Артём посмотрел по сторонам. — Ну и где бы купить букетик.

— Вроде неподалёку есть цветочный магазинчик.

— Что же мы медлим. Вперёд!

* * *

Весь остальной день прошел довольно уныло. Мы встретились с теми кобылками (их имена мне не запомнились), гуляли по городу и разговаривали. Я не особо поддерживал беседы, будучи погруженный в свои мысли. Так незаметно пролетело время.

Домой я и Артём вернулись поздно вечером (забыл упомянуть, что мы проживаем в общежитии) и сразу завалились спать. Завтра, после двухнедельного отдыха, нас должны распределить в места дальнейшего прохождения службы. Так что надо бы хорошенько выспаться.

Артём ловко залез на верхний ярус двухэтажной кровати. Я же лёг на нижнюю койку и закрыл глаза, готовясь отправиться в царство Морфея. Следующий день будет важным, я прямо таки это чувствую.

* * *

ЗРС близ Ленейнграда

время: 00.45

— Не понимаю, зачем нам сканировать околопланетное пространство. Это же бессмысленно.

Молодой сонный пегас не спеша пил из кружки жидкость, похожую на кофе.

— Не тебе решать,что бессмысленно, а что нет, — пробурчал земнопони, лет этак 40-50, следивший за показаниями приборов.

— Эй, ребята, никто не хочет сыграть в шахматы?

В помещение зашел единорог, левитируя шахматную доску.

— Чтобы ты, как всегда, выиграл? Не, я пас, гроссмейстер, — пегас засмеялся.

— Я фиксирую какие-то сигналы. Похоже, все оставшиеся на орбите спутники принимают их из космоса и перенаправляют на планету. Невероятно!— воскликнул земнопони.

— Может быть, это то, что засек наш радиотелескоп шесть месяцев назад? — предположил единорог.

— Вполне возможно, очень напоминает тот инцидент. Нужно срочно оповестить командование!

— Ох, походу, будет жаркая ночка, — устало произнёс пегас.