# Ночные прогулки

Vanna13

Небольшая история о брони, увлечение которого сравнялось по значимости с реальной жизнью.

Знаете, это даже странно. Если я пишу что-то, что мне не нравится, оно более-менее одобряется другими. И наоборот. Так и тут.

## Первая и единственная

Началось всё с навязчивой мелодии. Вроде пустяк, мелочь, недостойная внимания. Вот скажите, какая интересная история может начинаться с залипшей в голове песенки, от которой ты даже не знаешь слов и лишь мурлыкаешь про себя мелодию?

Но лучше я расскажу чуть подробнее.

Как-то раз в школе я услышал, как одноклассник насвистывает забавную мелодию. На вопрос, что за оно, ответил коротко: "Не помню, на Ютубе наткнулся". От моего внимания не ускользнула его секундная заминка... Но блин, мне случается и по две минуты тупить перед тем, как ответить на простой вопрос. Так что я моментально об этом забыл.

А потом, по дороге домой, заметил, что фальшиво насвистываю эту же мелодию. Просто превосходно. Залипла.

Самый лучший из всех известных мне способов избавиться от привязавшейся мелодии — найти и прослушать. Обычно потом они отваливаются и только изредка напоминают о себе, всплывая где-то в глубинах мозга, печально выплёвывая ноту-две и вновь погружаясь в пучины забвения.

Придя домой и поев, я засел за комп. Найти песню по весьма условной мелодии — почти нереальное задание для того, кто этим никогда не занимался, но, спустя два часа, я таки справился. Это была великая победа.

А потом посмотрел видеоисточник. Песенка про пони. В исполнении пони. Как же это было розово, почти до тошноты очаровательно... Но именно что "почти". Эта самая грань и сыграла роль... Безумие, но мне понравилось. Угадайте, кто провёл следующие несколько часов, кликая на похожие клипы, щедро представленные в ленте Ютуба?

Тот, кто через неделю уже досматривал последнюю серию первого сезона. Бронификация прошла быстро и безболезненно. Да, то, что мне понравился мультик, целевой аудиторией которого были преимущественно маленькие девочки, не могло не озадачивать. Но... кого колышут нормы, если пони стоят того, чтобы ими восхищаться? Правда, я никому не говорил (и не собирался).

Прошло некоторое время. Я досмотрел второй и третий сезоны, ознакомился и полюбил оригинальную озвучку. А потом как-то вдруг, словно бы невзначай, пришёл новый этап, и я заприметил пони, что прогуливался где-то на задворках сознания.

Милое создание, несмотря на своё неожиданное появление, выглядело достаточно симпатичным. Так что я старательно его оттуда вытащил, очистил от мысленной шелухи... И понял, что у меня есть ОС. Единорог, рыженький с мятно-фиолетовой гривой и большими голубыми глазами. Он мне сразу понравился. Как оказалось, весь его образ сформировался в голове как-то незаметно и совершенно ненавязчиво, будто сам собой... Понятное дело, что я сам собрал его из увиденных и услышанных пони, примешав, разумеется, весьма и весьма значительную толику собственной личности. Но в итоге у меня ОС, не слишком оригинальный, не чересчур банальный: простой единорог-подросток, учащийся в Понивилльской школе. На что жаловаться?

Пони — это вторая жизнь любого фаната. Когда моему телу не требовался мой разум, я позволял себе плыть по течению, отправляя мысли в приятное русло: думал о своём ОСе и его воображаемой жизни в Понивилле.

Так у него появились родители, потом маленькая сестра. За несколько месяцев его биография обросла подробностями, а характер — чертами, да так, что некоторые мои знакомые выглядели картонными декорациями на его фоне. Это может выглядеть хвастовством, но через полгода я мог почти с полной уверенностью назвать все значимые этапы его жизни. И, что более интересно, хранил где-то на задворках памяти банальную бытовуху, которую обдумывал в минуты скуки. Я даже как-то взялся и нарисовал его кьютимарку — исписанный блокнотик — ведь самого его своим кривым рукам доверить было страшно: а ну как испоганю такой приятный сердцу образ?

Как бы то ни было, время шло, и мой пони жил вместе со мной. Мы ходили в школу, получали двойки, купались, лепили снеговиков и просто занимались ерундой — всё вместе, и в то же время по отдельности. Мечты оставались мечтами, как и любые другие фантазии о переселении в Эквестрию. Глупо ожидать чего-то большего.

Однажды вечером я притопал домой, поужинал, почистил зубы и лёг спать. Скучно, привычно, банально — всё как всегда.

Проснувшись, умылся, поздоровался с мамой, позавтракал и потопал в школу.

И только на полдороге до меня дошло, что шагаю я не по грязному асфальту родного города, а по тёплой от солнца просёлочной дороге. И пыль поднимают не любимые кроссовки, а рыжие копыта. Я был пони, а пони был я — и от осознания этого факта я улыбнулся до ушей. А потом поднажал: Черили ещё могла бы простить опоздание, а наша училка за это голову отвинтит. Старшие классы — это вам не шутка.

День прошёл как обычно: уроки да уроки... Я всё сделал и подготовил, так что бояться было совершенно нечего. Последним шёл урок магии, в старших классах наконец начинают давать полезные для жизни навыки. Спасибо наследственности, на этих занятиях я ни разу не налажал и вообще был на высоте. Тем более теория, что нам давали в школе, была такая простая, что с ней справились бы и жеребята из младших классов.

Кстати о птичках. После уроков мы собрались с друзьями — пегаской из параллельного и ещё одним единорогом из моего класса — и направились заниматься нашим любимым делом. Пожалуй, это было несколько странное хобби, но уж какое есть. Неугомонная троица Искателей Знаков Отличия сегодня собиралась попробовать себя в обращении с дельтапланом, и мы не собирались пропускать такое шоу. Как и большую часть их предыдущих попыток получить метки за успех в экстремальных видах спорта.

Люблю этих малявок. Такие энергичные, всегда полны идей, да и просто милахи, как и все жеребята. Будь я помладше — обязательно присоединился бы, а так мы просто наблюдали за ними. Каждый раз шоу было уморительным, да простит меня Селестия. За детьми вообще интересно смотреть, а уж эти трое... Но было у нас и оправдание: потешаться над подружками публично или вообще как-то выдавать наше присутствие никто не собирался. Нам просто нравилась их решимость. Более того, мы могли даже помочь, если бы дела приняли дурной оборот и кто-то поранился. Порой мне было даже жалко, что у сестры уже есть кьютимарка: с её помощью можно было бы теснее познакомиться с Эпплблум, главным инициатором проделок, и мы бы смогли чем-то помочь настойчивым мелким.

Я вздохнул. Не судьба, и нам остаётся быть молчаливыми наблюдателями. Грустно это.

Как бы то ни было, после трёхчасовой сессии дельта... планирования?.. мы с друзьями расстались, дружно посочувствовав неудаче подружек. У Скуталу неплохо получалось, но это явно не было её особым талантом. Остальные же... Ну, тактично помолчим. Хотя я всё ещё не понимал, как можно сломать дельтаплан, даже не стронувшись с места.

Я топал по улице, довольный жизнью и собой, как вдруг резко возникшая идея стукнула в голову. Скоро начинает темнеть, а у меня же ещё неосуществлённые планы! Я рванул в зоомагазин. Ввалившись, задыхаясь от бега, в помещение, бросил мешочек монет на прилавок и, ухватив магией другой мешок, что мне протянула продавщица, рванул обратно, не давая себе ни минуты отдыха.

— Пр... прости... Фла... Флаттершай, я... опоздал, — выдавил я и закашлялся.

— Здравствуй, Сенслесс Ноут, тебе совсем не надо было так бежать! Ты в порядке? — в её огромных глазах заплескалось беспокойство.

— Да не... волнуйся, я в норме, только запыхался, — мне и правда удалось отдышаться. — Я всё принёс.

— Какой ты молодец — она расцвела улыбкой, буквально заставляя меня улыбнуться в ответ. — Ну, идём.

Мы спустились в подвал, а следующие полчаса я был занят тем, что угощал ящериц, змей и лягушек кормом, купленным в магазине.

Флаттершай была очень рада, что кто-то разделяет её любовь к животным. И особенно рада помощи, пускай даже такой незначительной. Но она была слишком наивной и добросердечной, чтобы предположить, что не животные приводили меня сюда три раза в неделю уже больше месяца.

Да, я люблю рептилий и амфибий, они милые и скользкие, но ради того, чтобы их покормить, я бы приходить не стал. Это вовсе не значит, что я относился к своим подопечным плохо; напротив, у меня были любимцы: уж, которого я называл Чарли, любящий путаться под ногами, геккон Грегор, который всегда приходил по потолку...

Но всё время, что я здесь проводил, я проводил ради неё. Ни одно создание во всём мире не могло сравниться с Флаттершай в красоте, очаровании, доброте...

Я чувствовал себя счастливым, просто находясь рядом с ней. Совершенно безнадёжная юношеская любовь, платоническая и тщательно скрываемая. Я и сам всё прекрасно понимал. Зачем ей какой-то пацан? Но всё-таки, мне было с ней так хорошо... Мы кормили животных вместе, устраивали пикники и чаепития, и каждый раз, как ей случалось меня нечаянно коснуться, я ощущал сладкое ёканье в груди. Интересно, знал ли кто-нибудь?

История первой встречи скучна и банальна: я увидел её на рынке, занимаясь покупками, и проследил до дома. В Понивилле почти все всех знают, но лично видеть Флаттершай мне как-то пока не представлялось случая. А потом визит под предлогом того, что наша кошка раздирает когтями мебель, краткое ознакомление с её зверинцем, предложение помощи — и вот я тут.

Но всё хорошее кончается. Мне пришлось всё-таки идти домой, лопать остывший ужин и приниматься за уроки. Было уже очень поздно, когда я, зевая, отправился спать.

Не удавалось закрыть глаза. Вечером проснулся панический страх. Он дремал весь день, отогнанный постоянной занятостью и обилием ощущений, которые я раньше переживал лишь в мыслях. Это был страх проснуться в большом унылом городе, страх забыть обо всём, что случилось. Но пони не может не спать, верно? Я смежил веки и засопел, проваливаясь куда-то...

А потом открыл глаза. Протёр их кулаками, посмотрел на свои скучные тонкие руки с пальцами, натянул очки и отправился проживать свой обычный день. Воспоминание о чудесном, таком реалистичном сне грели душу... А вот осознание, что второй раз мне так не повезёт, здорово вгоняло в меланхолию. На уроках я считал ворон, за что и получил неуд по поведению... Но сегодня было пофиг. Пережитые впечатления позволяли начхать на такую ерунду. Ну, сегодня, во всяком случае.

День остался позади, как и взбучка, полученная за неуспеваемость, и я вновь улёгся в постель, надеясь...

С добрым утром, Эквестрия!

Так прошёл год. Целый год моей жизни... И ещё один год жизни единорога по имени Сенслесс Ноут. Этот год был не таким уж простым для нас двоих. У меня возникали проблемы с учёбой, он сломал ногу...

Мы разделились. Я все ещё помнил свои ночные приключения, но старался думать о них поменьше, чтобы не влиять на дальнейшие сны и не портить жизнь своему ОСу. Более того, я заметил, что мы были всё-таки далеко не идентичны. Он был немного глупее, но смелее и добрее меня. Вернее, я был добрее и смелее, шагая по Понивиллю в его шкуре... или нет? Кто знает, как далеко может зайти сон.

Там, в Эквестрии, я тоже не думал об этом мире. Единственное, что объединяло мои мысли — домашка, похожая в обеих моих жизнях.

Это было перманентное счастье. Я не мог никому рассказать безбоязненно, хотя уже завёл несколько товарищей-брони. Всё-таки это слишком личное. Куда страшнее раскрыть такую свою тайну, чем признаться даже, что считаешь Кейденс лучшей Принцессой или, например, не плакал, читая Мою Маленькую Дэши.

Он тоже ничего никому не говорил. Незачем это, если весь мир — твоя собственная декорация, достаточно продуманная, чтобы обмануть воображение.

В этот раз я задержался у Флаттершай подольше. Она чувствовала себя неважно и, несмотря на протесты с её стороны и нежелание быть обузой, я сгонял в аптеку за сиропом от кашля. Эх... Если бы она на меня каждый день с такой благодарностью смотрела, я бы точно рехнулся от счастья. Даже Эйнджел проводил меня подозрительным взглядом глаз-бусинок, когда я наконец покинул уютный коттедж-дерево.

Небо уже давно потемнело, и с краю небосвода висела сырная корочка растущего месяца. Я залюбовался его приятным светом, как вдруг он мне подмигнул. Протерев глаза, я ещё раз посмотрел на светило, но с ним всё было в порядке. "Показалось?" — больше ничего в голову не приходило. Я развернулся и собирался было продолжить путь домой, но столкнулся с каким-то пони и полетел на землю.

— Смотри, куда прёшь... те... Ваше Высочество, — я разглядел незнакомку. Долбануться в Принцессу Ночи и чуть не обматерить её — обалденное приключение, гарантирующее весёлые каникулы на Луне.

— Здравствуй, наш подданный. Мы не хотели тебя напугать, — она улыбнулась, показывая, что моя дерзость прощена, — Нам лишь хотелось с тобой немного поговорить.

— Да, Ваше Высочество? — я осмелился поднять склонённую в поклоне голову. Она была величественна и красива, как в мультике... Только наяву.

— Как ты знаешь, нашей обязанностью является присмотр за пони в их снах. Твои сны заинтересовали нас. Они слишком... обыденные. Ты словно проживаешь каждый день дважды — в реальности и во сне. Уже целый год, наш дорогой подданный. Ты не хочешь избавиться от такого? Может быть, тебе нужна наша помощь?

Как только речь зашла о прекращении снов, я вздрогнул. Если моё воображение приведёт к такому, хандра обеспечена.

— Не нужно, Принцесса! Эти сны дороги мне, они словно вторая жизнь! Спасибо, что оберегаете их, помощи и правда никакой не нужно.

— Что же... Тогда проводи нас до своего дома. Мы хотим посмотреть, где живёт самый приверженный обитатель нашей Ночи, — Принцесса шагала рядом со мной. В МОЙ ДОМ. Который я себе придумал. Это было... Волшебно.

— Благодарим, — она остановилась за секунду до того, как я пригласил её зайти. — Мы не хотим тревожить никого в твоём сне. Доброго утра, Сэнслесс Ноут, — Принцесса поднялась и растаяла в лунном свете.

Весь день я пребывал в состоянии лёгкого шока. Почти так же, как тогда, когда впервые прошёлся по Понивиллю в оранжевой шкуре. Так моё подсознание ещё не шутило. Я просто не мог дождаться ночи, чтобы узнать, будут ли последствия у этого эпизода. Всё просто валилось из рук, я умудрился добавить в творог с утра соль вместо сахара... А потом споткнулся о собственную ногу, замечтавшись на физре, и разбил лоб. Однако у пульсирующей боли в голове были и свои преимущества. Разве плохо свалить домой пораньше? Я, словно раненый солдат, возлежал на кровати, окружённый заботой и упрёками в неосторожности в равной степени. Но день всё-таки кончился, и я отправился спать.

Я шагал к Флаттершай. Выходной позволял проведать её прямо с утра и, если повезёт, я успею даже раньше Пинки, которая всё всегда умудряется узнавать из третьих копыт, поспевая к месту любого происшествия чуть ли не раньше, чем оно случится. Даже удивительно, что она не прискакала вчера вечером.

Но всё сразу пошло не так, как планировалось. Вокруг потемнело, и солнце странным образом засеребрилось, окуная мир в мягкий полумрак. Передо мной на землю опустилась Луна, заставляя склониться в приветствии.

— Нет нужды кланяться, мой верный подданный. Встань. Встань и объясни своей Принцессе, где ты живёшь.

— Но... Принцесса, я же показывал вам вчера...

Аликорница одарила меня снисходительным взглядом:

— Мы были заинтересованы твоей личностью в достаточной степени, чтобы захотеть повидаться днём. Мы взяли королевскую колесницу, а потом навестили дом, что ты указал нам во сне. Там были те пони, что ты называешь своими родителями. Но тебя там не было никогда.

Кто же ты?

Я нервно сглотнул. Кажется, мне предстоит объяснять то, что я сам не до конца понимаю.

— Видите ли, Принцесса... Я, кажется, существую только во снах. Это и есть моя настоящая жизнь. Я даже не уверен, что существую в реальности...

— Мы... удивлены, — на её лице застыло недоумение. — Это значит, что тебя нет? И настоящий, живой ты заключён во сне?

— Наверное, — я копнул копытом дорогу. Рассказать правду? А кто сказал, что это не правда? С чего я взял, что моя человеческая жизнь мне не почудилась? Быть может, я просто призрак сна, застрявший в дрёме. Во всяком случае, это было бы очень романтично. Я грустно улыбнулся уголками рта.

— Мы должны это обдумать, — Луна растворилась в воздухе, возвращая Солнцу прежний цвет.

— Дела-а, — протянул я и направился по насущным делам, вроде навещания больных и ухода за зверюшками.

Солнце давно перевалило за полдень, когда я шёл домой. Флаттершай уже почти поправилась, Пинки успела побывать у неё до меня, приведя остальных друзей. Так что мне даже нечем было помочь: всё, что нужно, уже было сделано. Но пегаска всё равно была рада моему приходу и уговорила остаться на чаепитие (не особо я и отговаривался).

Всё время меня подмывало рассказать ей о том, что происходит, о визитах Луны, и попросить совета. Но я не хотел волновать добрейшую и прекраснейшую из своих знакомых. Она недавно переболела, ей ни к чему новые нервы. Да и задавать вопрос самому себе, полностью придуманной фигуре, которую породило воображение — это глупо. Хотя… Сны остаются снами. Я не просто был тут, я тут жил, а за столь долгий срок нереалистичность некоторых вещей успела окончательно стереться. Так что я был пони и мыслил категориями пони, пока находился здесь.

Признаться, я отчаянно нуждался в том, кто бы мог мне что-то посоветовать. Но родители уехали в командировку, друзья были такими же незрелыми жеребцами, как и я: совершенно некомпетентными. Да если даже Принцесса в ступоре, это случай исключительный.

Стоп, я что, всерьёз рассматриваю бредни своего подсознания? Да это всё — сон, сон красивый и реалистичный, но совершенно ненастоящий. Пусть я не властен управлять этим миром, я не дам ему управлять собой.

Пребывая в твёрдой решимости плыть против течения и сказать Луне в следующий её визит, кто я такой на самом деле, я топал домой, когда небо снова потемнело.

— Наш верный подданный, у нас есть для тебя новость.

— Да, Ваше Высочество? — я уже привычно склонился перед Принцессой.

— Мы посоветовались с сестрой... И теперь мы знаем, что можем помочь тебе. Настоящий пони не заслуживает того, чтобы жить тенью во снах. Мы стараемся сделать сновидения подданных достойными существования, но даже мы признаём, что до настоящей жизни даже лучшим из наших творений очень далеко.

Мы можем вытащить тебя в реальный мир, если объединимся с сестрой. Твой образ достаточно живой и подробный, чтобы он мог существовать в реальном мире. Хочешь ли ты такой нашей помощи?

Я был шокирован. Я даже немного дрожал. То есть она предлагает просто взять — и перейти из сна в настоящую Эквестрию? Стать полноценным пони, завести друзей, научиться жить среди таких же, как я?

— Принцесса, я бы отдал что угодно за такую возможность, — ответил я, падая ниц перед моим шансом на существование. Насмешливый реалист в голове сказал, что я меняю сон на сон, причём оба мои. Я его заткнул.

— Следуй за мной, — она открыла в воздухе сияющее окно. — Переместимся в Кантерлот и опробуем заклинание там. Я бы могла тебя телепортировать, но это заклинание плохо действует на неподготовленных.

Пройдя через до ужаса шаблонный портал, я оказался в... замке, наверное. Комната как комната, с кроватью, ничего необычного. Такая может быть в любом роскошном отеле.

— Сестра? Ты уже привела его? — дверь в комнату открылась и вошла Селестия.

Ну, что я могу сказать. Мне везёт на царственных особ.

— Здравствуйте, Ваше Высочество.

— Приветствую, мой маленький пони. Поднимись. Магия, которую мы собираемся применить, не имеет аналогов и раньше не использовалась. Мы не можем ручаться за последствия. Ты готов рискнуть?

— Да, Ваше Высочество.

— Тогда закрой глаза и думай о себе. Твоё участие почти не требуется.

Я послушно зажмурился. Потом почувствовал, как тело охватывает тёплый покров магии. Возникшее следом за этим тянущее чувство было ужасным. Было больно, ужасно больно, как рвать зуб без наркоза. Нет, два, три, целую челюсть зубов! Словно кто-то отрывал часть меня, с хрустом костей и влажным звуком рвущейся плоти. Хотелось, чтобы это поскорее закончилось, причём уже плевать как. Я был готов умереть, я хотел потерять сознание, чтобы больше ничего не чувствовать. Но заклинание держало. А потом ощущение исчезло.

Единорог вскочил с пола, шумно вдыхая воздух и бегая обезумевшими глазами по комнате, в которой оказался. После его тело содрогнулось, и несчастного вырвало. С трудом держась на дрожащих ногах, он обратил свой взгляд на двух Принцесс.

— Что это было?

Сёстры переглянулись, и старшая вышла вперёд.

— Сейчас, мой маленький пони, я тебе всё объясню. Но сначала... Поздравляю тебя с рождением!

Я рывком поднялся на кровати, тяжело дыша. Что у меня был за кошмар? Не помню. Если честно, я почти ничего из сна не помнил, кроме куска, где было страшно, больно и гадко. А ещё я чувствовал странную пустоту внутри, словно какая-то часть меня пропала. Глупость, правда?

Утром я удалил сериал с компьютера, недоумевая, откуда у меня вообще мог оказаться там мультик про пони.