# Последний чейнджлинг

hoovboov

События после свадьбы в Кантерлоте. Армора мучают мысли о Кризалис. По стечению обстоятельств его отправляют на ее поимку

## Глава 1

Торжественная музыка играла протяжно и тревожно. Шайнинг вновь стоял перед алтарем, дожидаясь свою невесту. Паническое жжение разрасталось в его животе. Неподалеку нависала принцесса Селестия, чей образ, как обычно был преисполнен добротой и заботой. Она увидела его беспокойство и легким кивком призвала собраться. Но жеребец, как ни старался не мог совладать с собой и кое-как подавлял желание с криком убежать из этого места.

Мотив звучания сменился более сильными нотами. Взоры гостей обратились на невесту, не спеша, но уверенно идущую к центральному месту зала. Фата хоть и падала на ее лицо, но не скрывала очевидного. Невестой была Кризалис.

Ее выдавало все. Темный цвет тела. Ноги, со сквозными впадинами. Блеск клыков на лице и волосы, цвета морской волны. А главное походка. Не такая благородная, как у Каденции или остальных принцесс. Не такая скромная. Не такая зажатая. И было странно, почему Армор задумался именно об этом. Именно о ее вызывающих движениях.

Все проходило весьма быстро. Принцесса величественно произносила речь, заставляя гостей затаить дыхание. Тихий радостный плач сестры и матери проскальзывал в паузах. А королева чейнджлингов стояла, как ни в чем не бывало. Стояла и ухмылялась прямо в лицо Селестии и периодически подмигивала Армору. Он в свою очередь чувствовал себя невероятно глупо. То, что его здесь держало и заставляло молчать — это страх противостоять большинству. Ведь все ведут себя спокойно, всем все нравится. Имеет ли он право испортить торжество, пусть и безумное? Сможет ли противостоять воле аликорнов? Нет. Это было совершенно непреодолимо. Но лишь до тех пор, пока Селестия не призвала брачующихся скрепить союз поцелуем. Вот тут Шайнинг вспомнил о Каденс, своей суженной и решил, что должен отважиться хотя бы ради нее. Собрав все силы в копыто, он еле слышным шепотом обратился к аликорну:

— Я прошу прощение, принцесса Селестия, почему вы меня жените на Кризалис? Мы же с Каденцией должны были…

Селестия, словно удав, пододвинула к нему свою длинную шею и прошептала невероятно тихим и холодным голосом в самое ухо:

— Шайнинг, что ты творишь? У нас происходит важная политическая партия. Ты сам согласился и Каденс была не против. Целуй королеву, пока не случился скандал!

Последние пылинки непокорности сдуло с Шайнинга Армора. Невеста, выставившая губы для поцелуя, наконец дождалась его. И стоит отметить, единорог довольно быстро увлекся процессом.

— ШАЙНИНГ АРМОР! — прогремело на весь зал. В окне появился силуэт ночной принцессы, обладательницы традиционного кантерлотского голоса. Она сделала пару взмахов и очутилась напротив одной пони, слегка полноватой и трясущейся от волнения.

— Принцесса Луна, прошу, выслушайте…

— НЕМЕДЛЕННО ВСЕМ ПОКИНУТЬ ЦЕРЕМОНИЮ!

Напуганные пони спешно погарцевали. Куда-то прошмыгнула и невеста. Довольно скоро в зале остались лишь две принцессы и жених, в предобморочном состоянии. Создалось ощутимое напряжение. Селестия сжала зубы и тяжело дышала. Одним своим взглядом она могла испепелить. И, почувствовав это, Шайнинг поспешил отвернуться, не желая попасть в зону поражения.

— Луна, я не знаю, что в тебя вселилось на этот раз, но предел моего терпения достигнут. Мне казалось, ты уже не станешь вести себя как маленькая кобылка. Тем более срывать столь важное мероприятие. Тебе предстоит постараться все объяснить, — заявила белоснежная пони. Однако она не заметила, как во время произнесения речи, синяя магия окутывала ее своей дымкой. Ночная принцесса махнула копытом в отрытое окно и туда же полетела ее сестра. Туда, навстречу солнцу.

— Во всех снах, она всегда самый упрямый персонаж. А теперь отвечай, Шайнинг Армор, что это было?

— Что это было? — начал мямлить жеребец. — Я не понимаю. Может это все сон? Мой очередной кошмар про чейнджлингов…

— Кошмар? Ты смеешь нам изъяснять, что есть кошмар? — принцесса говорила тихо, но Шайнинг не чувствовал себя лучше. После давящей паузы, она продолжила:

— Каденс просила помочь тебе. Просила избавить от страха перед королевой Кризалис, чье имя ты произносишь ночами. Но знаешь, мы тут страха не узрели!

— Подождите! Я понимаю, как это выглядит. Но это не значит, что меня все устраивает. Эти сны навязаны. Они порочат и гнетут. Да. Я просто не управляю собой. Каждый раз противлюсь всеми силами, но выходит одно и тоже. Она меня околдовывает, заставляет…

Кобыла обошла Армора со всех сторон, внимательно разглядывая. На небе тем временем менялись краски. Луна затмила солнце, позволяя тьме поглощать горизонт. Дымчатые облака спешно растворялись, обнажая космический вакуум. Одна за одной вспыхивали звезды, вырисовывая очертания фигур. Это представление заставило принцессу отвлечься. Легким движением ноги она смогла зажечь две новые яркие точки. Затем осмотрела их взглядом художника и все же решила одну стереть. Шайнинг довольно скоро почувствовал нетерпение и необходимость обратить на себя внимание.

— Вы пришли с намереньем помочь, не так ли?

Луна повернула голову и удивленно посмотрела на единорога. Тот невольно поежился, но в один миг принял смирную стойку, не позволяя опустить свой вопрос из-за нехватки уверенности. Принцесса почувствовала, что ее взгляд ударил рикошетом и со вздохом заговорила:

— У нас нет специализации по таким вопросам. Если жеребенка мучает монстр во сне — мы поможем. Если сестра занимается самоедством из-за нашего изгнания — мы поможем. Но твой случай не столь прост. На тебе применялась магия малоизученной расы, и последствия неизвестны. Стоит искать ответы у лечащих магов. Нас же сюда просим не втягивать.

Единорог понимающе кивнул. Луна кивнула в ответ. После недолгого любования созвездиями, принцесса тихой зашагала к выходу, готовя крылья к полету. Армор почти прибывал в трансе, но неожиданно пришел в себя, вспомнив важный момент.

— Принцесса, подождите, позвольте одну просьбу…

Луна вновь вздохнула, как самая уставшая кобылка на свете. Она расправила свои царственные крылья и перед взмахом произнесла:

— Мы не станем оповещать Каденцию обо всем здесь произошедшим. Это ее расстроит. Но и лгать ей не хотим. Так что решай эту дилемму сам.

Остаток сна Шайнинг провел любуясь фееричным звездопадом. Он также успел побродить по задворкам пустого дворца, что было не менее фантастично. Но чувство тревоги не уходило. Причиной являлся страх вновь встретить аликорнов. Они окружали его, контролировали. Как выяснилось, даже во снах. Теперь еще и Твайлайт. Раньше, до появления у той крыльев, их связывало действительно что-то теплое, семейное. Встречи с сестрой отвлекали единорога от величественных принцесс, позволяя чувствовать себя чуть менее смертным. Она видела в нем не только брата, но и героического капитана, наделенного ответственностью и властью. Гордость сверкала в фиалковых глазах. Но сейчас ее взгляды изменились. Получив новый статус, Твайлайт день за днем обдумывала тот факт, что теперь является бессмертным существом. А значит, готовила себя к гибели каждого из своих близких. И это отражалось на ее поведении. Начали формализоваться мимика и жесты, свойственные лишь принцессам. Их застывшие в веках улыбки и тяжелые веки. Но эти метаморфозы еще так сильно не угнетали, пока единорог не стал свидетелем одной сцены.

Как-то Армор был приглашен в гости к своему давнему другу. У того уже имелась семья, в качестве жены-пегаски и дочки, школьного возраста. Шайнинг застал празднование дня рождения юной пони. Дом был наполнен гостями. В одной части помещения отдыхали взрослые. Не так далеко развлекались дети и постоянно втягивали родителей в свои игры. Но в важные моменты оба круга объединялись. Например, когда задували свечи или дарили подарки.

Подарков было множество. Разнообразные игрушки и платья. Куча дорогих и красивых вещей. Однако родительский вызвал у кобылки самые бурные эмоции. Радостный смех звонко издал жеребенок, когда увидел милого щеночка с умными глазками. Да, именно об этом она и мечтала. Лицо дочери озарилось самой искренней улыбкой. Но вот родители…

Нет, они тоже улыбались, но в их взгляде было некое предупреждение. Они хотели выразить, что очень рады за свою любимую дочь, рады этому мохнатому существу. Но песик проведет с ними не значимую, недолгую часть жизни. И девочка должна осознать это и принять как неизбежное. Мама папа и дети — это одно. Питомцы — это другое. Их тоже надо любить, но иначе.

В тот миг мины родителей были подобны тем, что имелись у принцесс. Друг на друга они смотрели с пониманием. На остальных лишь с радушием. Последнего взгляда был удостоен и сам Шайнинг. Так смотрела на него жена, правительницы и, теперь уже, сестра. Он не был частью их круга.

Никогда не поднимался вопрос о его аликорнизации. Шайнинг даже не знал, возможно ли это. Могут ли лишь кобылки превращаться? Или просто такова прихоть Селестии. Неважно. Он бы просто не согласился, боясь подколок. Еще прозовут его в народе «пятой принцессой» и живи потом вечность. Да и старость со смертью его особо не волновали. Шайнинг жил одним днем и, по сути, был пчелкой, хоть и удачливой. Ему не хотелось противостоять потоку событий. По крайне мере до свадьбы.

## Глава 2

Одинокая свеча вполне справлялась с освещением небольшой, но уютной комнаты в замке. За столом вальяжно сидели принцессы дня и ночи. Почти каждый день, в одно и то же время, у них проходили тайные совещания. По сути ничего серьезного не обсуждалось. Велись обыденные разговоры о политике и грядущих мероприятиях. Разбирали театральные постановки, а также все, что происходило в жизни горожан. Для одной это было просто время общения с сестрой. Для другой — возможность наверстать упущенное. При этом Луна вела себя куда более серьезно на этих встречах и всегда могла неожиданно поднять трудную тему. Сейчас именно так и случилось.

— Есть новости. Наша поисковая группа вышла на ее след.

Селестия внимательно посмотрела на сестру, пытаясь понять, о ком идет речь.

— Кризалис? Я думала, что поиски давно прекратились, ведь я же отзывала свои отряды.

— Да, но мы свои нет, — с долькой ехидства объяснила Луна. Она любила напомнить, что имеет собственных подчиненных и стражу, верную только ей одной.

— Ясно, — слегка смущенно произнесла старшая. — Но честно сказать, я не совсем понимаю, зачем стоило ее вообще искать? Ведь угрозы нет. Она разбита и ей уже не собрать войско.

— Это все не достоверно. Все эти месяцы она уходила от погони весьма странным маршрутом, — с этими словами Луна пододвину карту сестре. — Видишь, она кружит вокруг определенной местности. Есть вероятность, что там расположен основной улей. Возможно целый город. Она просто боится, что мы его обнаружим.

— Или она в полном отчаянии и не знает куда спрятаться.

Луна недоумевающе глядела на собеседницу. Та явно пыталась отрицать очевидное и это настораживало. Чем-то тут явно Селестия была недовольна.

— Скажи сестра, тревожит ли тебя что?

Светлая принцесса опустила глаза. Она старательно обдумывала то, что собиралась сказать.

— У нас так давно не было войн, Луна. Пони почти забыли, что это такое. Кроме чейнджлингов, их самым большим бедствием были Дискорд и… Найтмер Мун.

Лицо Луны не дрогнуло. Она продолжала внимательно смотреть.

— Они не мстительны. Все хотят поймать Кризалис, но никто не знает, что с ней делать. Они напуганы, но не кровожадны. Все это подводит меня к тупику. Я сама не знаю, что делать с пленной королевой. И, честно, не хочу знать.

В комнате создалось удушливое напряжение. Селестия боялась, что ее могут понять не правильно. Она ведь не хотела никого ни в чем обвинять. К несчастью, глаза младшей сестры наполнились как минимум раздраженностью.

— Такого твое решение? Оставить все как есть. Забыть про королеву, что одолела тебя у всех на виду. Забыть о ее подданных, что могут прямо сейчас шпионить. Забыть про улей, где возможно, готовится повторное нападение. Забыть о свадьбе Каденции, в конце концов. Тебе же ведом недуг ее мужа?

— Да, что-то слышала. После манипуляций Кризалис он малость странно ведет себя.

— Ты должна понимать, сколь это необходимо! Во имя справедливости и безопасности. В борьбе с Найтмер Мун ты приняла решение опасное. Это была лишь отсрочка и многие пони могли погибнуть, если бы не Твайлайт Спаркл и ее подруги-элементы. Ты сильно рисковала из-за своей доброты. И сейчас ситуация повторяется. Мы не позволим. Мы сами свершим суд над королевой чейнджлингов.

Успокоившись, темная принцесса печально добавила:

— Это все равно не изменит ничье мнение о нас.

Селестия не готова была возразить, но понимала, что Луна хоть и произносила речь утвердительным тоном, но все же ждала ответа от сестры.

— Ты права. Я часто снимаю с себя ответственность. Просто, слишком много решений было уже принято. И всегда есть последствия. Ты равная мне. Хоть и имею желание остановить, но не смею. Одна лишь просьба. Так как проблема Армора Шайнинга остается открытой, то пошли его вместе с перехватчиками. Пусть попытается выяснить, как можно получить исцеление.

Луне показалось, что у ее сестры блеснул чуть яркий огонек в глазах. Она же не могла знать, о влюбленности Шайнинга? Нельзя же рассчитывать, что он станет помогать Кризалис. Это все полнейшее безумство.

— Что ж, пусть будет так. Шайнингу стоит взглянуть своим страхам в глаза и попытаться помочь себе самому. А мы приносим извинения, не как соправитель, но как сестра. Не хотелось проводить столь тревожную беседу.

— Все в порядке, — улыбнулся белый аликорн. — Я думаю, нам сегодня стоит внепланово посетить ярмарку, дабы развеяться.

Будучи кобылкой, Луна обожала посещать подобные мероприятия. В голове пронеслись воспоминания об аттракционах и угощениях. В один миг сдула с нее все тяжелые столетия. Мордашка посветлела и чуть дернулась нижняя губа.

— Ну, если это позволяет график, тогда, конечно, стоит, я… мы согласны.

Тем временем, в своих покоях просыпались новобрачные. Видимо, между ними установилась та самая невидимая связь, что заставляла просыпаться одновременно. Каденс из-за этого слегка нервничала. Ведь ее муж каждый день видит кобылку до прихорашивания. Но на самом деле, эта легкая растрепанность очень нравилась Шайнингу. Он был бы не против почаще наблюдать такой свою жену. Она же лишала его этого, второпях убегая расчесывать гриву.

Воссоединение происходило уже за завтраком. Служанка всегда заканчивала готовку к их приходу. Когда супруги дожидались своих блюд велось обсуждение прошедших сновидений. Они видели друг друга, в красивых романтичных снах, и, поделившись этим, задавали себе настроение на весь день. Но в эту милую радость вмешалась Кризалис. Шайнинга почти каждый день мучили кошмары. Так он, по крайней мере, их называл. А Каденс очень серьезно переживала. Она видела, что муж был измотан и сама мучилась. Это и заставило обратиться за помощью.

— Как тебе сегодня спалось? — спросила кобылка. Она видимо рассчитывала, что ее причастность к появлению Луны останется неизвестной. По их плану, ночная принцесса облачается в Каденс и спасает Армора из плена королевы. Но все оказалось не так, как они ожидали.

— У меня снова был кошмар.

Шайнинг сразу понял, что за душой у жены. Но решил, что не станет никого компрометировать, включая себя.

— Однако, в самый тяжелый момент, мне на помощь подоспела принцесса Луна.

— Луна? — искренне удивилась Каденс. Она уже почувствовала, что что-то вышло не по плану. Однако Шайнинг воспринял ее удивление с насмешкой, отмечая актерские способности супруги.

— Да. Не просто образ, а сама принцесса. Она ведь порой приходит на помощь к тем, кто мучается во сне. Пришла и заступилась за меня.

Единорог делал паузы, чтобы придумать конец истории. Уже подали чай и этим стоило воспользоваться. Изобразив мучение от жажды, он принялся поспешно всасывать горячий напиток. Каденс чутко следила за мужем, обрабатывая в голове все его слова и действия.

— Она боролась с Кризалис? И чем все закончилось?

— Да, была битва, — чуть ли не пропел Шайнинг и поперхнулся от большого глотка, — Кризалис ничем не уступала Луне. Они все дрались и дрались. Дрались долго. Очень.

— И все же, смогла ли принцесса одолеть эту ведьму?

— Ну, почти. Она практически ее одолела и тут пришло время опускать луну. Совсем чуть-чуть не хватило, представляешь?

— Это очень печально. Я должна встретиться с Луной и все расспросить.

— Нет! — вскочил жеребец. — Она сейчас не хочет это обсуждать. Ей нужно время подумать, отдохнуть. Как думаешь, может нам тоже сегодня стоит взять отгул. Скажем, что заболели и устроим пикничок у ручья. Что думаешь?

Дальше их разговор по тону был подобен мурлыканью кошек.

— Шайнинг, но так же нельзя…

— Но никто не узнает…

— Это так неприлично, так спонтанно…

— И романтично…

Раздался стук в дверь. На пороге появился пони, облаченный в темные доспехи. По всей видимости, гонец ночной принцессы.

— Прошу не сердитесь принц, срочное донесение. Вам немедленно стоит явиться…

## Глава 3

— Эй, Вилинг, кажется, я их вижу. Вон колесница в небе блестит.

— Ага, заметил. Глаза слепит. Видно, золота на ней куча.

— Ну правильно, принц же летит.

На поляне, разглядывая горизонт, разговаривали два жеребца, облаченных в форму гвардии принцессы Луны. Того, кто был высоким единорогом звали Пост Вилинг. Он имел должность капитана оперативного отряда. Второй, чуть полноватый пегас по имени Клауди, это его товарищ и правое копыто. Чуть поодаль от них располагался лагерь, состоящий из двадцати солдат. Каждый пегас, единорог или земной пони, прошел строжайший отбор, чтобы попасть сюда. У всех имелась физическая, магическая и десантная подготовка. И если бы не царящее завышенное самомнение и нахальство, то отряд бы считался лучшим в Эквестрии.

— Видишь, Клауди, что происходит. Нам, простым пони не дают получить заслуженные лавры. Мы себе копыта в кровь стерли, загоняя ведьму. А тут прилетает в последний момент этот принц и вроде как его добыча.

— Ну да, несправедливо. Однако говорят, что Кризалис смогла одолеть саму Селестию.

— Ты в это веришь?

— Не знаю, — пожал плечами пегас. — Но если это так, то лишний боевой единорог нам не помешает.

— Брось. Я бы таких и десять не взял, вместо одного из своих ребят. И вообще, насчет Селестии не знаю, но Луна бы ведьму точно одолела.

— Слава Ночной Богине!

— Луне слава!

Фанатичность у ночных стражников присутствовала всегда. Они из поколения в поколение ждали возвращения своей принцессы. И даже историю о Найтмер Мун интерпретировали как-то по-своему. В минувшей трагедии Селестия у них виделась как непосредственный виновник.

Солнце спряталось за гору, в тот момент, когда колесница приземлилась возле отряда. Звеня чем-то из седельных сумок, жеребец ступил на землю. Пегасы тут же взлетели обратно. Они и виду не желали показать, что устали. Или просто не хотели здесь находиться. Жеребец огляделся по сторонам. Подул вечерний ветерок, вызвав неприятное ощущение в носу. На него смотрели два угрюмых стражника. Сделав лицо по веселее, он надеялся вызвать ответную реакцию. Но никто из них даже не шевельнулся и ничего не сказал.

— Ясно. Меня предупреждали, что вы народ вредный.

— Да, принцессик, тебя не обманули.

Шайнинг скрипнул зубами, но все же смог удержать смог свой гнев. Ему хотелось вывести разговор в нужное русло.

— Тогда расклад такой. Я в ваши дела лезть не буду. Мне эта миссия словно снег на голову. Приказ от вашей обожаемой принцессы. Я просто допрошу королеву. Получив нужную информацию, тут же удалюсь. Оки-доки?

Вилинг продолжал сверлить взглядом Шайнинга, пытаясь понять, в чем подвох. Клауди же быстро принял все факты и уже теплее относился к принцу. Ему уже не терпелось самому ответить за капитана.

— Хватит молчать, Вилинг! Не будь сволочью. Видишь же, он нормальный.

— Ну, вроде бы да. Если все, как ты говоришь, то никаких претензий. Может даже коллектив тебя примет.

— Вот и замечательно, — Армор передал сумки пегасу. — У меня кое-что привезено с собой. Сможем обмыть поимку чейнджлингов.

— Шеф, думаю, коллектив его примет.

Но времени освоиться Шайнингу не дали. Чейнджлинги и стражи по природе своей вели ночной образ жизни. Поэтому с наступлением сумерек погоня продолжилась.

Принц шел чуть в стороне от общей колонны. Обозначить свое присутствие, он еще не успел, да и не хотел выглядеть навязчивым. Видно было, что пони измотаны, и лезть со своими разговорами сейчас не стоило. Правда, нашелся один любопытный земной пони по имени Хот Хувс.

— Эй, Армор, говорят, ты в замке с принцессами живешь?

— Дай угадаю, хочешь что-нибудь про Луну послушать?

— Ну, само собой. Мне еще за службу не доводилось ее встречать.

У Шайнинга, как и у многих нормальных пони, от ночной принцессы шли мурашки. Она не каждого одаривала приветливым взглядом. Только фаворитам удавалось вызвать улыбку на ее лице. Однако, учитывая здешние приоритеты, стоило высказываться осторожно.

— А тебе что, никогда не снились кошмары?

— Причем здесь это?

— Разве не знаешь? Она может прийти к любому во сне. Практикует понячью психологию. Так что, если будут проблемы, то может и встретитесь.

— Во как! Очень интересно. Давай-ка расскажи про этих чейнджлингов. Может утром что приснится.

Шайнинг махнул копытом.

— Да я мало что помню. Голова была не в порядке. Ну ты, видимо, в курсе.

— Ну, слышал эту историю. Только мне не ясно. Нас всех учили эффективной защите от воздействий. Неужели не помогло?

Армор вспомнил предположительно первую встречу с Кризалис. Произошло все в парке, где назначалось свидание с Каденцией. Это был один из немногих в ту пору дней, когда им удавалось провести время вместе. Разумеется, королева пришла в ее облике. Шайнинг ожидал крепкий поцелуй при встрече. Но кобылка вела себя робко. Она вздрагивала от прикосновений. Пугалась, услышав свое имя. Единорог ничего не заподозрил, найдя причину в загадочной женской логике. Однако мучился вспоминая, где сам мог оплошать. От этих волнений и недосыпания у него случилась мигрень. Каким-то образом это почувствовала и сама Каденс. Она тут же начала воздействие своей магией. И это было не похоже на вторжение. Никакой злой сущности единорог не ощутил. Напротив, ему словно было предложено пройтись по прекрасным просторам. Прикоснуться к самой прозрачности и легкости. Раньше такого не было. Что-то новое открылось перед ним. И конечно, после такой процедуры весь негатив ушел, а жеребец еще сильнее возлюбил свою кобылку.

— Там было не то, чему учили в академии. Это иные воздействия. Другая сила.

— Не магия, а колдовство, да? Надо быть по осторожней, не хочу такое испытать.

— Да, в общем-то…

Шайнинг не успел закончить фразу. К отряду вернулся разведчик и поднял переполох.

— Командир, километра два до них осталось. Всего их там пять. Четверо несут носилки, один на воздухе.

— Что в носилках?

— Точно не могу сказать. Но по размеру, вполне может быть их королева.

— Отлично. Все слышали?

Раздалось негромкое хоровое утверждение.

— Пять минут на подготовку. Все знают, что будут делать? Хорошо. Давайте ребята. Сегодня мы ее схватим!

## Глава 4

Небо этой ночью выдалось пасмурное. Ужасная темень. Когда потушили последний факел, Армор уже не различал силуэты. У него не было тренированного зрения, подобно лунным стражникам. Они двигались уверенно. Никто не запинался и не сталкивался ни с кем. Единорогу даже померещилось, что у пони глаза отсвечивали как у хищников.

Хоть Шайнинг и старался идти медленно, но все же это было шумно. В полной тишине, его одежда шелестела, чего он раньше не замечал. Даже сердцебиение казалось громким. После очередного столкновение с веткой, метившей в глаз, было принято решение остаться позади. В конце концов, сейчас от него было мало толку. Солдаты двигались как тени, они должны все сделать профессионально.

Подойти удалось вплотную. Чейнджлинги объявили тревогу слишком поздно. Отряд стражи смог полностью окружить их. Одновременно пони покинули свои укрытия и сразу предложили врагу сдаться. Четверо, что несли носилки, аккуратно сложили свою ношу и встали, озираясь по сторонам. Вначале стражники подумали, что противник действительно примет их предложение. Однако, в один миг, словно по команде, каждый из четверки кинулся атаковать свой фланг. Пони растерялись. Всего четверо чейнджлингов дрались, не уступая двадцати солдатам. Они не боялись ни меча, ни магии. И почему-то им везло.

Как выяснилось, такой поворот был по вине пегасов. Они проследили пятого, замаскировавшегося под гвардейца, перевертыша, который весьма успешно прикрывал своих товарищей с воздуха. Он хорошо владел как техникой полета, так и дистанционной магией. В перспективе, каждый представитель этой расы имеет все эти задатки, но талант бывает лишь у единиц. В воздух поднялись двое стражников. Чейнджлинг понял, что его раскрыли и приготовился к воздушному бою. Но все длилось недолго. Удар по крылу заставил его приземлиться к своим сородичам. И те, оставшись без поддержки, тут же попали под град ударов. Получив серьезные ранения, все пятеро образовали цепь вокруг носилок и более не смели отступать.

Но что-то начало происходить. Это все почувствовали и замерли. А затем увидели, как над головами пятерки засветились большие изумрудные огни.

— РАССТУПИТЕСЬ!

Это поднялась королева. Ее слуги не двинулись с места.

— Вы оглохли?! Пропустите меня!

Один из чейнджлингов что-то ответил, не поворачивая головы. Видимо каждый из них собирался ослушаться приказа, повинуясь своему долгу.

Кризалис рассвирепела и уже готовилась пойти по головам. Но к ней пришла иная идея. Она окутала зеленой магией своих защитников и те мгновенно исчезли. Остались лишь лунные стражи и сама Кризалис, изрядно ослабшая после заклинания. Цвет глаз заметно потускнел.

Первым в бой ринулся Клауди. Как самый габаритный из всех, он решил атакой с воздуха и попытаться сбить королеву. Но та остановила его ударом копыта, при этом казалось, не испытав особых трудностей. На мгновенье тушка пегаса замерла, а затем рухнула без признаков жизни. Вид неестественно повернутой челюсти поверг окружающих в шок.

— Что рты открыли?! Собраться, телегу вашу! — зарычал капитан.

Все еще потрясенные увиденным, пони выстроились в колонну, готовясь для наступления. Но Кризалис их опередила. Она бросилась на таран, выставив свой громоздкий рог. В результате, ей удалось сбить троих и оказаться в тылу. И тут же готовилась новая атака на еще не успевших прийти в себя, стражников. Их просто могли затоптать насмерть. Однако, четыре единорога уже были готовы действовать, дожидаясь удачного момента.

Как только Кризалис после разворота набрала скорость, на нее сверху упала сеть с грузами. Немного потеряв равновесие, ей все же удавалось не рухнуть на землю. Тем временем стражи накинули еще пару веревок. Двое земных пони бросились на Королеву, пытаясь свалить ее.

Зрелище было столь жуткое, что даже Вилинг почувствовал холодок под сердцем. Она была подобно загнанной волчице. В глазах горел взрыв ярости. Ее рог отчаянно наносил удары, хоть и не мог пробить вражеский доспех. Впав в беспамятство, королева даже пыталась рвать плоть зубами. И, несмотря на кучу давящих сверху гвардейцев, продолжала стоять на ногах и расталкивать нападавших.

Но итог был неизбежен. Уже шестеро держали королеву. Два мага колдовали над ее головой, накапливая большой сгусток энергии. Раскрыв их намерение, Кризалис закричала диким пронзительным голосом. У стражников заложило уши. Но они не останавливалась. Исполнение заклинания сопровождалось глухими звуками, подобно повороту ключа в тюремной камере.

Когда все кончилось, Кризалис потеряла сознание. Пони удалось запечатать ее магию. Стало вдруг так странно и тихо. Но напряжение спадало и облегченный вздох разнесся по отряду. Вилинг обратился к единорогам:

— Все сработало?

— Да, она сейчас ослабла, но за сутки придет в себя. Заклинание должно действовать до нашего приезда.

— Хорошо. Все, в клетку ее и отдыхаем. Эй, Шайнинг, ты вроде бездельничал, будешь на посту сегодня.

В час затишья, лунный свет смог пробиться и озарить всю картину. С Кризалис сняли сети, и погрузи в решетчатую повозку. На ноги нацепили кандалы. Сейчас было видно, что кобылка оказалась не столь большой, как думали пони. Тяжелые цепи и вовсе придали ей вид легкий и хрупкий. Но стражники не стали долго разглядывать пленницу и принялись оказывать помощь раненным. Шум вокруг нарастал. Тихие разговоры перерастали в бурные обсуждения. Развели сразу несколько костров. Полилось дворцовое вино. Тяжелораненых продолжали лечить единороги, но остальные вовсю веселились и напивались. Вилинг и Армор стояли в темноте, неподалеку от пленницы.

— Не совсем все вышло по плану. Не думал, что чейнджлинги станут так яростно сражаться, — нарушил тишину капитан отряда.

— Они оказались загнаны в угол. Это было отчаяние. Как там Клауди?

— Челюсть выбита. Сейчас вправлять будут.

Раздался хруст, а затем плачущий стон пегаса.

— Ну вот, придется медальку дать. А то ныть потом будет.

— Мне стыдно, что я не участвовал. Но мое зрение оказалось бесполезным.

— Знаю. Мы тренируемся годами, чтобы служить в ночи. Но разве ты вообще ничего не видел?

— Только ее глаза.

Оба обернулись на спящую Кризалис. Она лежала растрёпанная и покрытая ссадинами. Уже не такая сильная, не такая опасная. Поверженная королева.

— Не очень-то и жуткая. Перед походом нам показывали ее портрет, но ничего общего. Художники изобразили ее отвратно.

— Да, она намного красивее, — Армор задумчиво улыбнулся, но, поймав странный взгляд капитана, резко продолжил: — Ну, когда не пытается кого-нибудь убить.

Чуть поодаль ругался Клауди. Речь была невнятной, но можно было распознать грубости, что летели в адрес медиков. Не выдержав критики, один из единорогов послал на него усыпляющее заклинание. Вилинг уже наметил присоединиться к шумному кругу и напоследок ехидно бросил:

— Экзотику любишь, да? Вот и любуйся ей до самого утра.

Шайнинг стыдливо отвел взгляд и принялся корить себя за за болтливый язык.

## Глава 5

Под утро весь отряд дремал. Не было слышно ни шороха, ни разговоров. Одно лишь монотонное пение птиц. Ввысь стремилось подняться солнце. Но это было уже не то теплое светило, которому раньше так радовался Армор. Сейчас он еле стоял на ногах, а слепящие лучи были подобны ударам плетью, от которых так хотелось спрятаться. Во сне ворочалась Кризалис. Она бормотала что‐то не доброжелательное в адрес Селестии. Сейчас Шайнинг в чем-то был солидарен с королевой и потому накинул полотно на ее клетку.

— Принц, что делаешь?

Совсем рядом появился Хот Хувс. Он бодро выглядел и почти не имел ранений, полностью не соответствуя своим товарищам.

— Да думаю, пусть поспит еще пока. Чем дольше, тем лучше, мне кажется.

— Согласен. Она нам вчера жару задала. В общем, ты давай иди, отдыхай. Я за тебя подежурю.

Шайнинг еще не был никому так благодарен. Он расположился под ближайшим деревом и почти сразу погрузился в сон.

Опять идет свадьба. Опять он дожидается невесту. Но обстановка изменилась. Среди гостей уже толпились лунные стражи вперемешку с чейнджлингами. Они повсюду бегали и летали в воздухе. Селестия сама имела вид весьма обеспокоенный. От волнения она даже принялась поглощать тортик, что прятала под алтарем. В окно постучала Луна.

— Приветствуем, Шайнинг Армор!

— Приветствую вас принцесса. Похоже, что вы пришли вовремя.

— Да, конечно, — кобылка тревожно осмотрелась. — Мы слышали о поимке Кризалис. Обошлось без жертв?

— Есть раненные, но все живы. Однако слуг королевы не удалось схватить.

— Тогда оставайтесь бдительны. В общем, Каденс просила передать, что сильно соскучилась. У тебя будет два дня на допрос и возвращайся. Так что, не тяни время.

В дверях появилась Кризалис. Платья на ней не было. Глаза сверкали тем самым слепяще-изумрудным огнем. Выглядела она так же, как во время битвы. Очень воинственно и свирепо. Завидев королеву, Селестия решила спрятать тортик, а затем и сама спряталась. Луна поспешила попрощаться. Шайнинг запротестовал:

— Но нет, постойте. Вот именно сейчас ваша помощь будет неоценима. Останьтесь, молю.

Принцесса кинула оценивающий взгляд на Кризалис.

— Эм… нет. Этот образ рожден под сильным впечатлением. К тому же, мы уже сказали, что вмешиваться не станем. Мужайся, Шайнинг.

Кризалис была уже совсем рядом и Армор чувствовал на загривке ее жаркое дыхание.

— Селестия спаси и сохрани, — непроизвольно вырвалось у него.

— Нет уж, разбирайся сам, — ответила прятавшаяся принцесса и погрузила свои щеки толщу крема.

Армор очнулся поздней ночью. Его разбудил одновременный гогот, не менее дюжины пони. Он осмотрелся и понял ситуацию. Пьяные гвардейцы сидели вокруг костра неподалеку от Кризалис и весело проводили время. Вперемешку со смехом доносилась ее речь:

— Я вам говорю, Селестия лысая!

Вновь пронесся веселый гул. Для подобной публики один лишь образ в голове был достаточным поводом для неистовства.

— На свадьбе я все видела. У нее там парик развевается. Сами подумайте, она же старая. Сколько ей лет, сто тысяч?

— А может, и ты парик носишь? Сама ведь не младше будешь, — под общее ликование заявил Хот Хувс.

Кобылка драматично нахмурилась.

— Ну что ж, подойди да проверь.

Все застыли в ожидании. Хувс, осознал, что от него ждут действий и робко поднялся. Кризалис изобразила хитрейший оскал, который точно ничего хорошего не предвещал. Толпа была в предвкушении. Пони медленно тянул свое копыто к волосам королевы. Однако она все время отводила голову в сторону. Из-за этого Хувсу пришлось самому пролезть до половины в решетку. Именно этого она и добивалась.

Одним резким движением королева оказалась у лица пони и вонзила в его нос свои клыки. Хувс завизжал как побитая дворняга. Струйки теплой крови стекали в самый рот. В тот момент он искренне поверил, что чейнджлинг собирается сожрать ему лицо и поддался леденящему страху. Поэтому как только челюсти разомкнулись, стражник пулей отскочил от решетки и чуть не угодил в огонь.

Подстрекатели были в восторге. Они гремели на весь лес. Немного отойдя от шока, Хувс и сам стал стыдливо улыбаться. Один из медиков, еще не успокоившись от смеха, принялся обрабатывать рану товарища.

Шайнинг наблюдал в тени за этой картиной. Как только пони успокоились, он вышел к ним, стараясь незаметно прошмыгнуть до запасов с едой. Но Кризалис его сразу заметила и моментально сменила образ. Теперь в клетке, скованная цепями, стояла принцесса Каденс. Солдаты вновь замерли, еле сдерживая волнение.

— Армор, милый, куда же ты? Почему я в таком положении? Что это еще за цепи на мне?

У кого-то уже прорвались первые смешки. Шайнинг стоял в недоумении.

— Я, конечно, все понимаю, но тебе стоило рассказать раньше, что ты любишь… пожестче, — сказала кобылка, указывая на кандалы.

Лицо единорога покрыл румянец. Пони старались сдержаться, но у многих не получалось. Один лишь его стыдливый вид давал им повод. К счастью, на помощь пришел Вилинг.

— Так, придурки пьяные, расходитесь. У принца есть задание. Не будем ему мешать.

Единорог благодарно кивнул. Когда все ушли, он уселся рядом с Кризалис. Она уже успела вернуть свой обычный вид.

— Привет, Шайнинг.

— Здравствуй, Кризалис.

Она быстро угомонила свое веселье и даже немного смутилась, когда осталась с жеребцом наедине.

— Тебе понравилось мое представление? Признай, было забавно.

— Ну конечно, у тебя всегда хорошо получается изобразить мою жену.

— Ой, брось. Много ума не надо, чтобы прикинуться этой серой мышкой. — изобразился наигранный зевок. — Самая занудная из принцесс. Ты, наверное, скучал по мне?

Кризалис рассмеялась, завидев угрюмый взгляд Шайнинга.

— Не дуйся, а то лопнешь. Серьезно, тебя я ожидала здесь увидеть в последнюю очередь. Что ты хочешь? Неужели отомстить пришел?

— Нет, я не по своей воле здесь. Приказ принцессы Луны.

— Ясно. Боюсь представить, что она для меня готовит. Как минимум публичная казнь.

— Почему ты так думаешь, — удивился единорог.

— Я хорошо знаю принцесс. Знаю, кем они на самом деле являются. Их правление одновременно невозможно. Селестия всегда на первом плане в благополучное время. Луна же принимала власть, когда были кризисы и войны. Да, она действительно правила, становясь для пони воодушевляющим символом. Но длилось это не долго. А править она любит. Понимаешь мысль?

— Допустим, но при чем здесь тогда ты?

Королева улеглась на бок и как ни в чём не бывало произнесла.

— Луна надеется, что у меня за спиной еще есть куча подданных, которые способны объявить долгую войну вашему народу. Поэтому она хочет спровоцировать их.

Жеребец испуганно огляделся, боясь отыскать свидетелей такого разговора.

— Любишь ты гадости про всех говорить. Тебе вообще хоть стыдно за свои поступки?

— Мне? Ты шутишь? Я не совершила ни одного дурного деяния. Ну, по отношению к своему народу, разумеется. Ошибаться могут принцессы, но не королевы.

— И поэтому ты сейчас сидишь в клетке?

Кризалис немного задумалась, разглядывая ночное светило.

— Конец был неизбежен. Мой народ давно вымирает. Лишь рискованные планы нас и спасали. Знаешь, у чейнджлингов нет кучи принцесс. Есть лишь одна королева. Когда времена меняются, приходит новая, соответствующая требованиям. Как видишь, глядя на меня, можно представить в каком отчаянии мы сейчас прибываем.

— Сочувствую, — сухо произнес единорог.

— Оу, спасибо за теплую поддержку.

У Армора в голове крутилась куча вопросов. Однако отряд готовился двинуться, и жеребцу стоило поспешить собрать свои вещи.

— Ладно, у нас еще будет время поговорить. Чуть позже. Только никуда не уходи.

В ответ кобылка издала саркастичный смешок и перевернулась на спину. Принц заметил ее игривые взмахи хвостом и спешно отошел от клетки, старясь не замечать как волнительно забилось сердце.

## Глава 6

Солдаты двигались быстро. Вилинг объявил следующий привал у озера, расположенного не так близко, как хотелось бы. А солнце уже вовсю досаждало. Как назло, пони шли по открытой местности, без намека на тень. Царило молчаливое негодование.

Видимо, эти эмоции захлестнули королеву, которая уже давно не могла умолкнуть:

— Служаки паршивые! Подстилки аликорнские! Хоть маленько сочувствия можно. Я же королева, в конце концов. Зачем вы везете меня в Кантерлот, к этим пакостным принцессам? Духу ни у кого не хватает здесь прикончить? Поиздеваться хотите!

Никто не обращал на нее особого внимания. У всех мысли были далеко. Кто-то даже умудрился уснуть, не сбавляя шаг. Один лишь Хувс, как всегда, выделялся своей активностью. Ему требовался собеседник, но никто его не поддерживал. Отчаявшись, он словно бы невзначай поравнялся с телегой пленницы. Она тут же его заметила.

— Эй, Хувс! Как там твой нос?

— Знаешь, мне и двух дыр на нем хватало. Ты чего бузишь? Уже голова от тебя у всех болит.

— Оу, прости меня. Как бы загладить свою вину? Придумала! Я ведь очень хорошо умею лечить мигрень. Пусть освободят мою магию, и я вас всех тут же вылечу. А то ходите, мучаетесь.

— Ага, Шайнинга ты тоже хорошо полечила. Я лучше пчелиный улей на голову одену. Не хочу сжечь мозги твоей магией.

— Было бы что жечь, Хувс.

Жеребец на секунду замер, словно принял сказанное близко к сердцу.

— Я может и не гений, но зато рисовать хорошо умею.

— Ты, безрогий, хорошо рисуешь? Глупости. Небось, только цветочки да домики с трубами выдаешь?

Хот вновь замялся. Теперь у него появилась идея, и она, похоже, начинала ему нравиться.

— Я хорошо рисую портреты. Могу… могу тебя нарисовать, если хочешь…

Теперь настала очередь Кризалис удивленно моргать.

— Ты чего, Хувс, флиртуешь со мной что ли?

— Конечно нет! У меня жена есть. Я просто хочу показать своим, кого ловил все это время. Ты согласна?

— Да делай что хочешь. Мне тут еще долго на одном месте сидеть. Калякай на здоровье.

Стражник аккуратно запрыгнул на телегу. Кобылку позабавило, как он боязливо держал дистанцию. Под его весом скорость замедлилась. Запряженные пони, увидев причину, довольно резко выразили свое недовольство. Однако Хувс от них отмахнулся и достал из своей сумки холст и кусочек графита.

Тем временем к Пост Вилингу подлетел пегас, посланный принцессой Селестией. Он сообщил, что к ним на встречу выслан отряд, для усиления конвоя. Новость капитана явно не обрадовала. У ночных и дневных стражей давно велась холодная война.

— Вас еще, светлячков, тут не хватало. Ты можешь объяснить своей принцессе, что мы и так отбили Кризалис всего-то у пятерых солдат. Эти меры ни к чему. Пусть отзовет своих.

— Ага, сейчас. Уже лечу объяснять Богине, что и как надо делать. К тому же, вы УПУСТИЛИ этих чейнджлингов. Если не планируете устраивать стоянку, то через пару часов встретите наших ребят.

Гонец не стал дожидаться каких-либо вопросов и предложений. Вилинг скрипя зубами, обдумывал предстоящую встречу. Ничего, кроме лишней нервотрепки это не предвещало.

Весь разговор услышал Шайнинг. Его уважали в дневной страже. Перспектива воссоединения с ними приподняла настроение. Но он все же оставался в трудном положении. В голове вертелись мысли о том, как разболтать Кризалис. Знала ли она, что с ним происходит? А если нет, то пусть так и останется. Иначе, кроме издевательств ничего не получить.

Погруженный в свои раздумья, он и не заметил, как поравнялся с телегой, на которой увлеченный Хот Хувс рисовал королеву. Она находилась достаточно близко, чтобы суметь вытянуться и слегка чмокнуть губами ухо принца. Тот, оказавшись так близко с ее лицом, непроизвольно икнул.

— Армор, мне скучно. Поговори со мной, что ли. А то Хувс, похоже, впал в транс.

— Вообще, я должен тебя допросить по идее.

— Серьезно? По-моему, ты не лучший кандидат для этого. Но да ладно. Если вопросы будут интересные, то отвечу.

Голова у Шайнинга напряглась, генерируя хоть какие-либо слова.

— Эм… Как ты проникла во дворец?

— Неинтересно, давай следующий.

— Сколько планировалось нападение?

— Скука. Дальше.

Единорог уже понял, что гениальные идеи сегодня не придут к нему в гости. Кроме как идти напролом, вариантов не было.

— Что за заклинание ты на мне использовала?

А вот над этим вопросом Кризалис задумалась. Она даже слегка прикусила нижнюю губу в процессе.

— На самом деле, с тобой получилось довольно странно. Я даже растерялась сперва. Заклинание было до ужаса простое. И его так же просто было предотвратить. Даже применяя его на жеребенке, не получишь сто процентный результат. Я боялась, что капитан стражи окажется мне не по зубам. Но знаешь, стоило лишь начать, и ты сам прибежал ко мне, спрашивая, что нужно делать. Это выглядело как издевка. Однако ты действительно оказался очень послушным. Наверное, поэтому тебя потянуло на принцесс. Любишь, когда приказывают?

— То есть, тебе показалось, что заклинание пошло как-то не так?

— Очень даже так. Просто слишком хорошо.

— Но если что-то вышло по-другому, какие могут быть побочные эффекты?

— Эффекты? — кобылка закатила глаза, — Они бывают от таблеток, а не от моей магии. Я что, дилетантка какая-нибудь? Постой, с тобой что-то случилось, верно?

— Я в порядке.

— Не-не-не. Армор, колись, что случилось?

— Неважно.

— Не расстраивай меня, я же волнуюсь, — сказала королева, насупив брови с обеспокоенным видом. Шайнинг почувствовал, что его раскрыли, и сейчас отчаянно искал путь к отступлению.

— Ладно, пока хватит разговоров.

— Нет, подожди! Давай обсудим.

— Мне надо к Вилингу…

— Не убегай! Ха-ха! Я же, правда, помочь хочу.

Единорог ускорил шаг и плавно удалился от телеги. Его миссия была провалена. Столько времени ушло впустую. А еще целый день предстоит здесь провести. Кошмары его продолжат мучить. А рано или поздно Каденс все узнает. И тогда скандал.

В отличие от принца, Кризалис ликовала. Возможность влиять на окружающих пони делала ее намного счастливее. А на Шайнинга она явно влияла. Он просто прогибался, под ее взглядом.

— Армор, ты для меня, как открытая книга. Лишь пройдет немного времени, я все узнаю.

## Глава 7

Озеро, у которого расположился отряд, было вполне достойно даже для королевского пикника. Берег окружали кустарники, плодоносящие съедобные ягоды. Скалы и деревья образовали естественную крепость, внушавшую покой и чувство безопасности. Вода была столь чистая, что вполне годилась даже для питья. И как последний штрих, сверху падал кристальный ручеек, разбиваясь о гладкие камни.

Вдобавок ко всему, солнце на небе заволокли тучи. Счастливые пони утоляли свою жажду, а кто-то даже осмелился искупаться в ледяной воде. Клауди, уже выздоравливающий, взмыл ввысь, где его почти не было видно, и, набирая скорость, рухнул в воду. Брызги достали каждого, и все одобрительно затопали. Один лишь Армор вздрогнул, глядя на всю эту картину. От резкого изменения температуры его морозило. Закалка потерялась. Вот они последствия дворцовых посиделок.

Сейчас его заботила лишь одна мысль, которой он раньше никогда не позволял развиваться. Но теперь Шайнинг почувствовал, что должен это обдумать. Понять, почему его так тянет к королеве чейнджлингов.

Она не имела кантерлотскую внешность. Хоть и была изящной, но пугала своими клыками и огромным рогом. Ее вид вполне подходил для хищных созданий. Однако глаза у Кризалис завораживали. Многие стражники это признали. Шайнинг жаждал ее взгляда. Сквозь него, он видел что-то, что заставляло по-иному смотреть на вещи.

Он видел живой интерес, любопытство. Пока они были вместе, до свадьбы, она действительно желала знать, что у него за душой. Ей требовалось общение. Даже простые слуги, всегда были замечены. Обстановка в ее присутствие менялась, оживлялась. Она жила на той же волне, что и простые смертные. В ее взгляде не застыла тоскливая вечность, как у принцесс. Не было той усталости и снисходительности. Но виднелась страсть и жажда жизни.

Кризалис не поддерживала светских разговоров. Пустые слова ее злили. Кокетливый смех заставлял скрипеть зубами. Шайнинг видел, как мучили кобылку светские рауты. И пусть она играла роль, но оставалась при этом собой. Если бы жеребец действительно хотел, он бы все понял. Она говорила, что думала. Смеялась лишь, когда хотела. Никто не смел делать ей замечаний. А те глупцы, что рискнули, были повержены в пух и прах.

Впервые за долгое время Шайнинг почувствовал свободу. Он словно вырвался из кандалов своих привилегий. На него постоянно давили другие, а теперь его любимая уничтожала их порядки. И больше никто не беспокоил. Они ни от кого не зависели и жили лишь друг для друга. Так он все это видел.

Командный голос Вилинга заставил дремавший отряд прийти в движение. Стражники надевали доспехи и выстраивались колонной. К ним приближалось несколько точек на небе. Несмотря на поднявшийся шум, Кризалис продолжала крепко спать. Даже когда ее клетку случайно толкнули, она не подавала никаких признаков жизни. Шайнинг поймал себя на беспокойстве, но пегасы уже приземлись неподалеку. Ему стоило быть рядом с командиром.

Дюжина пони появилась в поле зрения. Они вышагивали строем из тенистых зарослей, стараясь в унисон греметь своими золочеными доспехами. Взгляд у каждого стремился ввысь. Заметив это, Вилинг оглянулся на своих подчиненных и те тут же старательно задрали носы.

Пегасы уже почти подошли вплотную и Вилинг готовил язвительное приветствие для них. Но стражи Селестии резко остановились и на что-то недоумевающе уставились. Не успел единорог понять, в чем дело, как его оглушил громогласный призыв:

— Измена! Стража, измена! Луна опять пытается захватить власть. Бейтесь за вашу принцессу!

В клетке, где должна была находиться Кризалис, теперь возвышался белоснежный аликорн с лазурной гривой. На ней сверкали золотые накопытники, а бок был увенчан изображением стилизованного солнца. Весь вид ее говорил о величие и добродетели. Печально опустив голову, она продемонстрировала окружающим свои оковы. Никто не смог выйти из оцепенения.

— Что же вы стоите! Меня пленили прислужники сестры. Лишили магии. Атакуйте! Вперед, за солнце! За королевство!

Уже кто-то из пегасов успел выхватить мечи, ожидая команды. Остальные растерянно озирались по сторонам. Самый главный из них злобно смотрел на Вилинга, который надрывал голос, пытаясь что-то объяснить.

Ситуация накалялась. Пони с обеих сторон уже готовились двинуться в бой. Лишь только то, что Армор вступил в переговоры, спасло положение. Ему кое-как удалось всех перекричать и все разъяснить. После Селестии, он был первым, кому преданно доверяли дневные стражи.

Все затихло в тот момент, когда послышался хриплый смех. Гвардейцы повернули свои головы и на месте Селестии увидели королеву чейнджлингов, блиставшую своим оскалом. От хохота у той слезились глаза, а грудь тяжело вздымалась.

— Я… я в восторге! Вы отличная публика. Право, не стоит оваций за мой небольшое выступление.

После недолгого ругательно-примирительного диалога, пегасы, с поникшим видом, отправились с глаз долой. Они чувствовали себя отвратительно. Надменные лица лунатиков давили как смыкающиеся стены. Без лишних споров они согласились следовать в хвосте колонны. Вилинг не торжествовал над ними. Он просто был очень зол. Только что на его глазах пони чуть не поубивали друг друга на радость чейнджлингу.

Устав от издевок, стражи накрыли брезентом клетку Кризалис. Она еще некоторое время глумилась, но без зрительного контакта быстро потеряла интерес. Почти все посланцы Селестии покинули зону видимости. Один лишь молодой стражник рыскал по округе, жалуясь, что потерял свой шлем и прося о помощи. Но в ответ летели только хитрые ухмылки. Было очевидно, что его поиски обречены. Шайнинг понимал это. За подобный косяк юнцу должно влететь по самое не балуйся. Проявив сочувствие, единорогу удалось уговорить ночных стражников вернуть пропажу. Те неохотно согласились. Они подкинули шлем на самое видное место и позвали удивленного пегаса. Впрочем, тот почти сразу понял ситуацию и благодарно посмотрел на Шайнинга, который жестом указал пойти за ним следом.

Пегас был счастлив вести разговор с великим единорогом, ветераном и принцем в одном лице. Вопросов лилось море, на которые Шайнинг вполне откровенно отвечал. Ему в свою очередь хотелось узнать последние новости в столице. За такое короткое время могло ничего и не произойти. Но иногда, всего за пару дней случались исторические события, в которых все чаще участвовала его сестра.

Стражник рассказал ему лишь о небольшом конфликте на границе. Кое-где стали пропадать мирные жители. И там же часто стали замечать парящие силуэты драконов.

— Думаешь, драконы смеют пожирать наших граждан? — спросил Армор.

— А так и есть. Эквестрия велика, но наши законы ни во что не ставят. Пока Селестия хочет укрепить границы, Луна уже готовится к войне.

— Даже не знаю, что лучше. Война — потери. Бездействие — тоже потери. Что они решили?

— Сыграют на поимке королевы Кризалис.

У Шайнинга появилось плохое предчувствие.

— Что они хотят?

— У нас такого давно не было. Однако, одну показательную казнь, я считаю, стоит провести. Пусть все увидят, что мы можем быть не только справедливы, но и суровы. Наверняка не скажу, но видимо так и решили аликорны.

По телу пробежала дрожь. Опасения Армора, о которых он старался не думать, все же сбылись. Сама Кризалис его предупреждала, но он не поверил. Разве Селестия способна принять такое решение? Это не гуманно. Это не по Эквестрийски. Но если все так, то что ему делать?

Ему предстоит присутствовать на казни. Увидеть все. Увидеть, как чейнджлинга ведут на плаху. Как рядом с палачом стоит Селестия. Неужели она не помилует королеву за раскаяние? Но ведь та и не станет умолять. Не попросит пощады. Еще и рассмеется напоследок. И тогда все. Приговор приведут в исполнение. А он при всем параде, вынужден смотреть на то, что для любого пони будет болью, а для него и вовсе страшнее пытки. Ведь, по сути, его бездействие и приведет к такому результату.

А может ли он изменить ситуацию? Разговаривать с принцессами будет бесполезно, особенно учитывая, что Луна знает его секрет. Тогда что? Помочь ей бежать? Предать всех и себя? Как ни странно, этот вариант совесть восприняла теплее. Однако все так просто не получится. Измотанная Кризалис далеко не сбежит. Ему придется уйти с ней. Уйти навсегда, оставив свое имя в позоре, разбив сердце Каденции, огорчив родителей и разочаровав Твайлайт.

Такие мысли вначале не воспринимались им серьезно. Он не хотел верить, что все зависело от него. Никаких советов и помощи. Как бы Шайнинг сейчас мечтал услышать приказ и беспрекословно подчинится. Пусть это будет кто угодно, кто понимает его чувства. А времени осталось мало. Когда наступит момент, придется что-то выбирать.

## Глава 8

Вновь в маленькой комнате собрались сестры-аликорны. Каждая из них была сосредоточена. На общем столе лежала шахматная доска, содержащая великолепные фигуры. Одни украшала символика луны, другие — солнца. Все было выполнено из камня. Тончайшая обработка каждой детали. Неповторимая работа давно ушедших мастеров.

Селестия никогда не любила соревноваться. В ней не было азарта. Победы не приносили радость, а ее превосходство и так было заложено с самого рождения. Ни один смертный не смог бы никогда одержать победу над принцессой. Лишь только тренировка ума и оправдывала эту игру. Ведь держать ясной голову непременная обязанность правителя. Сестра ее напротив обожала разнообразные состязания, ввязывая в них политику. Ее партии решали судьбы на переговорах. На шахматной доске выигрывались войны, подавлялись восстания и присоединялись народы. Проигравший соперник больше не чувствовал в себе уверенности. Ему словно открывалось печальное будущее, где ожидался крах. И страх заставлял подчиняться.

Сегодня Селестия не имела ни малейшего желания играть. Ее занимала другая партия, где на кону стояли жизни. Луна в ней тоже участвовала. Но статус ее был не однозначен. Там, где расходятся интересы, начинается соперничество. Кризалис схвачена и скоро будет к ним доставлена. Одна сестра ее помилует, другая потребует казни. Кто-то проиграет, кто-то победит. Селестия непременно должна выиграть, но Луна не сможет смирится с поражением. Такой исход лишь повысит ставки в следующий раз.

Пока что фигуры солнца расположились в обороне, защищая короля. Черные наступали. Срубались пешки. Под шахом терялись важные фигуры. Селестия с трудом спасла ферзя, подставив ладью под удар. Луна уже почти контролировала все поле. Тончайшая улыбка пробивалась сквозь лед на ее лице, выдавая предвкушение.

Победить солнечная принцесса уже не надеялась. Она много потеряла за короткое время. Одна лишь пешка, еще служившая ей, и та стояла под ударом темного слона. Но Луна ее не трогала, увлекшись целью загнать короля в ловушку. Ей не терпелось быстрее поставить мат.

И вот Селестию загнали в угол. Всего один ход отделял ее от поражения. Но отчего-то при этом не было тревоги. Напротив, в какой-то момент она словно отыскала спасительное решение. Вперед шагнула ее пешка, дерзко посягнув поставить шах темному королю. Луна еле слышно усмехнулась. Все выглядело как полнейшее отчаяние со стороны ее сестры. Неужели она не понимает, как бессмысленно оттягивает время? Короли не боятся пешек. Они их уничтожают.

Совершив ход, Луна заметила, как оживилось лицо у Селестии. Та перевела взгляд с доски на соперника и спокойно произнесла:

— Ну что ж, это пат.

Принцесса ночи не сразу поняла, что произошло. Пешка, посягнувшая на ее короля, отрыла поле для слона, который, в свою очередь, забрал последний свободный ход у белых. Король не мог ходить, подставляясь под сруб.

— Ничья, — печально произнесла она. — Какая досада. Мы столько потратили времени, но не получили совершенно никакого результата.

— Пожалуй, нам стоит возвратиться к обязанностям, — заключила Селестия.

Луна, слегка сжимая уголки рта, поспешила вернуться в свои апартаменты. А вот другой аликорн еще некоторое время задумчиво глядел на игральное поле, вспоминая свои давние умозаключения. «Правитель никогда не должен проигрывать. Пусть так. Но может и не всегда быть победителем. Ничья — это начало пути к нахождению компромисса. Взаимоуважению и пониманию равнозначности». Вот что стоило принцессе ночи сегодня усвоить.

* * *

Наступали сумерки. В лагере дневных стражей уже разжигали костры. Вилинг хоть и хотел лишний раз показать превосходство своих ребят, хорошо видевших в темноте, но из-за холода решил взять пример со светлячков.

Один из костров развели недалеко от пленницы. Она даже ровно попадала в круг, образованный другими пони. Те были молчаливы. Им скоро предстояло вернуться домой. Глядя в огонь, каждый в нем видел образы своих близких и родных. Чуть поодаль сидел Армор, куда более прочих погруженный в свои мысли. Кризалис также поддалась общему трансу глядя в пламя и улыбалась о чем-то своем.

Как всегда, выделялся Хот Хувс. Его куда менее беспокоила огненная стихия, чем миска с теплой фасолью в своих копытах. Однако он чутко осознавал значимость царившего безмолвия и стремился приглушить свое чавканье. Но все же ложка продолжала свои молниеносные движения. Вскоре посуда наполовину опустела. Тогда Хот задумчиво посмотрел на королеву и вдруг понял, что у той за все их совместное времяпрепровождение и крошки во рту не было. Озвучив свою мысль другим, пони поспешил предложить разделить Кризалис свой ужин. Она, как и все остальные, незамедлительно пришла в чувства. Вновь засверкал ее опасный огонек.

— Ох, Хувс, твое благородство меня просто ошеломляет. Если бы у тебя еще чуть-чуть мозги имелись, то ты бы был бесценен. Я не ем ни бобы, ни стручки, ни прочие ваши огородные изыскания. Да, Шайнинг? Просвети, пожалуйста, своих товарищей.

Армор знал, что рано или поздно услышит обращение в свой адрес. Но сейчас он был совершенно не против этого. Поднявшись во весь рост, единорог задумчиво погляделся на луну.

— Любовь, главное лакомство чейнджлингов. Они питаются вашей энергетикой. Вампиризм, в некотором роде. Принимают облик любимых пони, чтобы незаслуженно присваивать себе все доброе и светлое.

Кризалис одобрительно кивнула и подняла голову к небу, пародируя Шайнинга.

— Вот такие мы, чейнджлинги. Бессовестные паразиты. Крадем вашу любовь, высасываем счастье. Кстати, Армор, я действительно весьма голодна. Может, подаришь поцелуй, по старой дружбе?

Она подмигнула принцу и все на него вопросительно посмотрели, ожидая услышать ответ. Тот, впрочем, не был растерян. Он вполне был готов совершить этот поступок, не столь страшный в сравнении с тем, какой собирался воплотить этой ночью. Шайнинг не спеша, но уверено зашагал к королеве, чем вызвать удивление у многих, включая саму пленницу.

Однако на его пути появился соперник. Высокий пегас быстро оказался у клетки и тихо что-то нашептал Кризалис. Ему удалось вызвать заинтересованность. Но заметив на себе любопытные взгляды, королева решила как можно сильнее смутить стражника и перевела их беседу в громкий диапазон.

— Что?! Тебе нравиться кто-то из шестерки элементов?! Кто же это?!

Лицо пегаса запылало. Он планировал действовать более напористо, застав всех окружающих врасплох. Но Кризалис почти сразу перевела инициативу на себя. И теперь он был в центре внимания, но совершенно растерянный. С его губ слетели тихие слова, которые вполне были слышны королеве. Но та решила полностью разрушить волю этого пони.

— Не слышу! Громче говори, кто тебе там нравится?

— Элемент смеха, Пинки Пай…

— Оу! Самая чудная пони из всех, кого я видела. И что ты хочешь? Мне надо в нее перевоплотиться за твой поцелуй?

Одни стражники одобрительно засвистели, другие высмеивали предпочтения пегаса. Возник даже небольшой спор на тему «лучшая из элементов». В результате, с большим перевесом победила Флаттершай. Но и Пинки заняла не последнее место.

— Хорошо, — заговорила Кризалис, чтобы успокоить шумных пони. — Я принимаю твои условия. Пусть будет Пинки.

Мгновение спустя форма тела королевы изменилась, а оттенок стал слепяще-розовым. Она хоть и много раз меня свою внешность, но так далеко зайти ей удалось впервые. В итоги среди сурового отряда появилась совершенно неуместная голубоглазая кобылка. Немного прочистив горло, ей удалось воспроизвести пискляво-звонкий голосок Пинки Пай:

— Привет всем!

Стражники одобрительно загалдели. Им очень понравилась такая успешная демонстрация таланта чейнджлинга. Влюбленный пегас удивленно рассматривал результат, ища все соответствия с оригиналом. Его стали поторапливать товарищи, требуя незамедлительных действий.

— Ну что же ты стоишь, кексик ждешь? — заговорила Пинки. — Подходи, дурачок, целуй свою любимую пони.

Армор, наблюдавший за этой картиной, вдруг почувствовал настоящий укол ревности. Волна негодования была готова выплеснуться в любой момент. Как бы не меняла внешний вид Кризалис, но эти губы оставались ее. Дерзкий пегас! Ведь он целует саму королеву. Как смеет заставлять ее менять свою внешность? Изображать какаю-то сумасбродную пони. Жалкий идиот, не боящийся демонстрировать свое безвкусие. Неумение понимать истинную природу женственности.

После нескольких секунд поцелуя глаза Кризалис раскрылись, ища кого-то в толпе. Ее облик изменился, что привело в изумление пегаса, неожиданно ощутившего во рту клыки Пинки. Растерянная, она словно только что пробудилась от глубокого сна. Непонимающе посмотрела на каждого и остановила взгляд на Шайнинге. Затем икнув, рухнула на пол. Все застыли в ошеломлении. Медики незамедлительно подскочили к внезапно ослабшему чейнджлингу. В полнейшей тишине они проверяли признаки жизни и проводили диагностику. В итоге был дан утешительный прогноз, хоть и причина обморока осталась неизвестна. Клауди выдвинул свою гипотезу:

— Ну что сказать, солдат перестарался немного.

Веселый смех прогремел над пегасом. Его одобрительно хлопали по спине и всячески пытались похвалить. Армор к тому времени уже успел покинуть границы лагеря и устроиться под навесом огромных зарослей. Его голова стала холодной и ясной. Где-то подсознательно он даже понял, что именно произошло. Но значение это имело мало. Главное было то, чтобы Кризалис смогла прийти в себя этой ночью. Он должен хотя бы попытаться ей помочь. В случае успеха, ему предстоит навсегда покинуть Эквестрию и стать отшельником. Это хоть и означало конец всего, но жить с чистой совестью было более важно. Осталось лишь придумать, как все осуществить.

Минимум четыре пони охраняют каждую ночь королеву. За раз можно усыпить лишь двоих. Если ему повезет, то кто-нибудь и без его помощи уже успеет задремать. Иначе придется устроить серьезный бой. Не беря в расчет единорогов, он без труда отправит в дальний полет всех стражников, используя свой магический щит. Потом останутся не многие, но все же тренированные воины. Они его не смогут одолеть, но важно будет обойтись без жертв. Так же что-то могут услышать и дневные стражи. Драться с ними Шайнингу хотелось в последнюю очередь. Ведь это были его братья по службе. Но к счастью они расположились довольно далеко и не должны были стать участниками.

Сложно сказать, сколько часов еще так просидел Шайнинг. И он бы мог просидеть еще долго, если бы его не настигла всеобъятная тишина. Что-то резко поглотило все звуки вокруг. Затихли не только голоса, но и весь лес: вода, животные, деревья. Кругом царил полнейший вакуум.

Жеребец начал сомневаться в реальности происходящего. Выйдя к костру он обнаружил, что каждый пони крепко спит. Кто-то даже стоя. Одна лишь Кризалис зевала в своей клетке, рассматривая перед собой какой-то холст. У нее был уставший вид, а глаза то и дело слипались.

— О, Армор! Приииивет. Я тебя ждала!

Шайнинг отчаянно пытался понять, что происходит. В голове возникло лишь одно предположение.

— На лагерь напали, верно?

— Разве? — кобылка удивленно огляделась. — Все просто почему-то сильно захотели спать. Бедолаги.

— Это очень странно. А как ты себя чувствуешь?

— Как будто… Иик… выпила бочку сидра. Посмотри, какой рисунок вышел у Хувса.

Она пододвинула холст, на котором весьма неплохо был нарисован ее портрет. Пропорции соблюдались и весь вид говорил о вдохновенности автора.

— Мне… мне нравится. Но разве Хувс не планировал оставить его себе?

— Да мало ли что он планировал. Возьми лучше ты, на память.

— Послушай, я не знаю, что сейчас происходит, но это все очень удачно. Я хочу помочь тебе уйти.

Произошла пауза, в которой королева вначале удивленно подняла ушки, а затем широко улыбнулась.

— Да? Интересно, чего это вдруг?

— Я думаю, ты уже знаешь, — прошептал жеребец.

— Может и знаю, но хочу услышать.

Шайнинг сжал челюсть. Его сердце стало стучать сильнее. После тяжелого вздоха он произнес.

— Я в тебя влюблен. Довольна? Теперь будешь смеяться?

Королева еще больше засияла.

— Ни в коем случае. Это, конечно, довольно все странно. Неловко даже как-то. Но что поделать. Главное, что мне это выгодно, да? Однако, хочу узнать, ты понимаешь вероятность своего разоблачения? Принцессы не дадут тебе покоя.

— Я не останусь в Кантерлоте.

— Даже так! Готов все бросить? С ума сойти. Но только одна деталь. Подумай, что, возможно, предположение Луны является верным. Вдруг есть целая армия чейнджлингов, ждущая приказа. Отпустив меня, ты, может быть, обрекаешь весь свой народ на порабощение.

— Зачем ты меня морочишь? — зло проговорил единорог, — Я просто желаю помочь. Ищу правильное решение. Тебя точно казнят, если останешься, понимаешь? Неужели даже в такой ситуации тебе необходимо издеваться?

— Прости, я не издеваюсь. Лишь только хочу помочь в правильном выборе. У тебя очень незавидное положение.

— Ага, знаю. Ты, конечно, не скажешь мне правду?

— Я могу сказать что угодно. Сказать то, что в моих интересах. Разве это тебя утешит?

— И что делать?

— К счастью, от тебя уже ничего не зависит. Подумай хорошо. С самого начала меня питала твоя любовь. Она накапливала силы. В принципе, я бы ушла еще вчера, но не смогла полностью снять блок на магию.

Кризалис поднялась на ноги. Кандалы на ее ногах расплавились. Прутья решетки разлетелись, давая проход. Шайнинг парализовано смотрел на ее рог, источающий зеленное пламя.

— Но сегодня я получала достаточно сил. Твоя ревность, Армор. Она накрыла меня своей волной, ударила в голову. Когда я пришла в себя, то почувствовала полное насыщение. Затем решила с тобой встретиться, без посторонних. И ты пришел.

— Значит, все так просто. Ты можешь спокойно уйти и никто тебя не остановит. Моя помощь и не требовалась.

— Ошибаешься. Все лишь благодаря тебе.

После этих слов Кризалис приблизилась к Шайнингу. Они долго смотрели в глаза друг друга. Легкий ветерок обдувал двоих. Что-то мягкое коснулось единорога. Приятный вкус. И тут же сознание закружилось в зеленном вихре магии. Но сопротивляться не хотелось. Пусть она вновь лезет к нему в голову. Пусть делает что хочет. Сейчас было все равно.

## Глава 9

Ко второй половине ночи небо прояснилось и стали видны ярчайшие звезды. Они не просто светили, но даже пульсировали, меняя свои оттенки и размер. Другие падали, феерично сгорая подобно летящим огненным стрелам. Несмотря на слепящую луну заметны были все детали созвездий. Такие ночи принцесса дарила лишь по особым событиям.

«Похоже, Луна празднует мою поимку», — усмехнулась про себя Кризалис. Она пролетала над хвойным лесом, периодически касаясь ногами колючих веток. Чувство высоты не работало. Кобылка то взмывала в самую высь, то падала, еле избегая встречи с землей. Сейчас даже Дитзи Ду могла бы продемонстрировать куда более изящный полет.

На спине у королевы лежал спящий Армор Шайнинг. И хорошо, что спящий. Уже в который раз, засмотревшись на звезды, Кризалис роняла его и лишь в последний момент успевала ловить. А иногда и вовсе не успевала. Тогда он безвольно сползал по ветвям деревьев и в итоге шлепался на траву. Синяки и ссадины гарантировали тяжелое пробуждение. После очередного неудачного пируэта Кризалис поднимала обратно безжизненное тело, приговаривая:

— Армор, не бойся. Нам осталось совсем чуть-чуть лететь. Надеюсь, у тебя не будет сотрясения. Где там это дерево было?

Пролетая над древними руинами, она пыталась разыскать давно засохший ствол огромного дерева. В его корнях находился кратчайший и безопасный проход к ее подземным владениям.

Обнаружив искомое, Кризалис сразу приметила охранников, весь вид которых выражал горесть и полнейшее безразличие. Всего двое чейнджлингов вместо шести и без какой-либо маскировки. При ней такой безалаберности не было. Подойдя к ним вплотную, она громко скомандовала:

— Стоять смирно! Вы окружены, сдавайтесь!

Охранники незамедлительно поднялись на ноги и замерли, от волнения уронив свое оружие и сигнальные бомбы. Повисла напряженная тишина. Но когда они поняли, что стоят лицом к лицу со своей королевой, то сразу запрыгали как маленькие дети. Отбиваясь от их суматошных объятий, Кризалис продолжила говорить, уже более мягким тоном:

— Ну что это такое? Стоило уйти и вы тут все расслабились что ли? Ладно, успокойтесь. Когда отстоите свой пост тогда и сможем пообщаться.

Придя в себя, охранники вопросительно глянули на Шайнинга, но так и не услышали никакого ответа. Кризалис невероятно желала спать, поэтому решила побыстрее со всем разобраться. Оставив позади двух стражей, она пошла по темному коридору, резко сползающему вниз. Ее одолевали мысли о последних событиях. Еще недавно она была в плену, а теперь сама ведет пленного принца. Впрочем, такой необходимости не было, скорее просто хотелось оказать помощь этому бедолаге. Ведь если бы он остался, то непременно бы попал под горячее копыто Луны. Она без труда могла выяснить правду и имела полное право наказать Армора. Кроме того, пленник — это всегда преимущество. Она еще не знала, как пойдут дальше дела в политике.

Поначалу ее искушало желание просидеть в клетке до самого приезда в Кантерлот. Она бы увидела самодовольные лица принцесс, а затем устроила им взбучку на глазах у всех. Но это был бы неоправданный риск. Ей очень повезло спастись и дать надежду своему народу. Пожалуй, теперь она постарается действовать осторожней. Воевать с пони опасно, лучше попробовать другой подход.

Улей встретил королеву полнейшей тишиной, что было крайне жутко. Обычно этот подземный город был наполнен суетой круглые сутки. Но сейчас никто не шевелился и ничего не работало. Все чейнджлинги просто валялись по темным углам, еле слышно вздыхая. Кризалис проходя мимо них, старалось как можно громче стучать копытами, дабы обратить на себя внимание. И это производило эффект. Идя по мертвым гробницам, она оставляла за собой оживленную суету. Все больше шума создавали эти существа. Те, кто еще не видел королеву, был уже, как минимум, взбудоражен.

И вот она добралась до своих покоев. Ее ковер, ее статуи, стол, чертежи, книги, картины. Все, как и раньше, прибывало в творческом беспорядке. Впрочем, это говорило о постоянной и усердной работе дни напролет. У чейнджлингов было много насущных проблем.

Тело Шайнинга почти было готово упасть на пол, но Кризалис решила, что с него хватит твердых приземлений, и поэтому аккуратно положила единорога на свою расправленную кровать. Ей и самой хотелось, наконец, уже прилечь, но на площади вовсю скандировал взволнованный народ. Выйдя к ним на балкон, королева встретилась с ураганом ликования.

— Что заголосили? Не ждали уже?

— ЖДАЛИ! — прокричало сразу множество голосов.

— Правильно. Хоть план и провалился, но мы ведь не сдаемся?

— НЕТ!

— Так почему вы все сидите? Ни у кого нет работы или что? Ладно. Сейчас я сделаю вид, что ничего не видела и лягу спать. А утром чтобы все были на своих местах!

Все еще ликуя и скандируя, чейнджлинги пришли в движение, разбредаясь по темным закоулкам. Когда Кризалис вернулась в спальню, Шайнинг уже вовсю разлегся на ее кровати. По идее стоило позвать слуг и куда-нибудь его переселить. Однако ее ничем не смущала перспектива разделить одну кровать с этим пони. «Ну и что здесь такого?» — подумала она и тихонько улеглась рядом.

Вновь они вдвоем под одним одеялом. Как в старые добрые времена. И что она теперь к нему чувствует? Да, ей было приятно находиться рядом, но лишь потому, что он живой и теплый. Любовь — это абсурд. Ей некогда и не нужно. А Шайнинг и вовсе смешной, безвольный. Он просто по глупости разрушает свою жизнь. Лишь только жалость заставляет помогать ему. Или нет?

Глядя на Армора, сердце наполнилось смущением и сомнениями. В порыве Кризалис захотела слегка приобнять его. Но лишь дотронувшись до плеча, из уст единорога вырвался болезненный стон. Она отдернула копыто. Затем попробовала дотронуться до его спины. И опять раздался стон, лишь чуть тише первого.

— Ну что ты в самом деле разнылся? Не весь же в синяках.

Стон был тише, когда она трогала за живот. И чем ниже опускалось ее копыто, тем меньше слышны были возмущения. Поняв, к чему все идет, она недовольно поглядела на Шайнинга. У того выражение лица сменилось на чуть более довольное.

— Ну уж нет, размечтался.

* * *

Звук открывающейся металлической двери привел в чувства Пост Вилинга. Уже битый час он сидел в темной маленькой комнатушке и давал показания дотошному пегасу. Мегрэ, как его звали, уже успел написать целую стопу листов, повествующих о неудачном походе. Он бесконечно задавал вопросы, прерывая ответы Вилинга. Они повторялись. И стоило единорогу ответь чуть иначе как тут же создавалась череда новых.

Казалось, Мегрэ издевается над ним. Вся суть имевшая значение, вполне умещалась в нескольких строчках. Но пегаса интересовали все детали, в которых легко было запутаться и трудно вспомнить.

— Комиссар, ну что вам еще надо? Вот последний день событий. Мы встретили отряд дневных стражей. Был небольшой конфликт. Вечером, как обычно, выставили охрану. Сам я лег спать. Наутро уже не было ни Шайнинга, ни Кризалис. Что еще нужно знать?

Пегас поднял взгляд с листа. Его глаза, совершенно лишенные эмоций, холодно смотрели на собеседника. Несмотря на духоту и усталость, ни капли пота не появилось на каменном лице. Он словно и вовсе не был живой.

— А вы не нервничайте, Вилинг. Дело серьезное и не дай Селестия, если выяснится факт измены. Два отряда не уследили за еле живой пленницей. Пропала королевская персона. Как это все возможно? Впрочем, сегодня я уже не стану задавать вопросы. Отдыхайте.

Мегрэ покинул помещение, оставив единорога наедине со своими мыслями. Они были печальны и полны сожалений. Как ужасно все повернулась. Он бы точно получил повышение за удачную поимку королевы. Но теперь его статус вот-вот мог стать «предатель родины».

Легкое касание копытом заставило открыть глаза. Перед ним развивалась сама ночь и звезды. Перед ним сидела принцесса.

— Здравствуй Вилинг. Тебе нужно нам дать ответы на некоторые вопросы.

— Принцесса! Мне уже давно не дают спать и я боюсь, что не смогу вполне корректно отвечать.

— Не бойся. Нас интересуют лишь определенные моменты.

Вилинг успел заметить, что Луна хоть и старалась вести разговор мягко, но в глубине скрывала сильное раздражение.

— Скажи, пожалуйста, — продолжила принцесса, — Кто и как за все время общался с королевой Кризалис?

— Она общалась со многими. На следующий день после поимки уже знала всех по именам.

— Даже так! Ну, а кто более прочих выделился в этом плане?

— Я не могу сказать, что кто-то вел себя необычно. Но, допустим, довольно много времени с ней проводил стражник по имени Хот Хувс.

— О чем они вели беседу?

— Они не очень много разговаривали. В основном он работал над портретом.

— Хувс рисовал Кризалис?

— Ну да. Я не скажу, что это необычно. Он действительно хороший художник и часто в походах делал зарисовки. Он рисовал и для меня и для других.

— Хорошо, что еще можешь вспомнить?

— Пегас Кевин. Он с ней… целовался.

Что-то явно щелкнуло внутри у принцессы. Ее лицо застыло, а брови поднялись куда-то за грань возможного.

— Что?

— Она предварительно жаловалась, что испытывает голод. Кевин предложил свою небольшую помощь…

— И как часто наш стражник делал это?

— Всего один раз. Мы переживали, что она не доедет живой до Кантерлота. Эти меры были мной одобрены.

— Одобрены! Да что ты знаешь о Кризалис? Из-за любви Армора Шайнинга она смогла сокрушить нашу сестру. И вы решили «покормить» такого опасного врага?

— Это была ошибка…

— Да. Но это все не объясняет. Что ты можешь рассказать о ее отношениях с принцем?

Жеребец призадумался.

— Я не так давно его знаю, но ничего необычного не увидел. Они общались не чаще чем прочие. Иногда речь шла о событиях свадьбы. Чего-то такого не припоминаю.

— Хорошо. Можешь пока отдохнуть. Нам сегодня достаточно этой информации.

Вновь Вилинг остался один. От усталости глаза стекленели. Вот-вот ему должны позволить лечь в кровать. Совсем еще чуть-чуть и можно забыться…

— Вилинг, где мой муж? Отвечай немедленно!

## Глава 10

Сквозь сон Шайнинг почувствовал легкое щекотание своего уха. Непроизвольно оно дернулось, прячась от неизвестного раздражителя. Но вскоре все прекратилось. Он решил, что это ветер случайно потревожил его. Такое бывает на природе. Под открытым небом. Но что-то казалось совсем не так. Он явно лежал на мягком. Это точно была не земля и даже не армейский матрас.

Струйка теплого воздуха вновь проникла в ушную полость. В ее сопровождение раздался хрипловатый тихий вздох. Шайнинг сразу представил фигуру Каденции, мирно сопевшей рядом. Милая мордочка и растрепанные волосы. Ему понравился этот образ, заставивший еще некоторое время не просыпаться. Но хотелось пить. Мысли о жажде все больше одолевали. Поддавшись им, он открыл глаза и увидел силуэт шеи, явно более длиной, чем у жены и даже чем у него самого. Но все же, это была кобылка. Кобылка темной масти. В голове появилось странное предположение, заставившее очнуться в один миг.

Подняв голову, жеребец уткнулся в раскрытый рот, имеющий полный набор хищных зубов. Язык, чуть более длинный, чем можно было предположить, слегка касался подушки, а теперь и носа Шайнинга. Повинуясь инстинкту, единорог отпрянул и тут же почувствовал резкую боль в ребрах.

Они лежали вместе в одной кровати. Неизвестно где и почему. Тело оказалось глобально изувечено. Такое утро явно застало Шайнинга врасплох. Оглядевшись, он обнаружил, что находился в узкой длиной комнате, больше похожей на коридор, содержащий небольшие ответвления. Одни имели столы с кипой бумаг, другие растения или что-то своеобразное из интерьера. Начало и конец комнаты упирались в двери. С потолка лился слабый свет, который, как казалось, имел магическое начало. Окон нигде не было.

Все еще находясь в постели, Армор решил попытаться разбудить Кризалис. На звуки она не реагировала. После серии тычков слегка заворчала. А когда ее нагло затрясли, это, наконец, вызвало ответные действия. Резко выпрямившаяся нога отправила Шайнинга на пол. Падение казалось неприятным, но почему-то вполне привычным явлением.

С трудом поднявшись, он определил ближайший выход и направился к нему. Идти было больно, поэтому приходилось периодически на что-нибудь облокачиваться, дабы отдохнуть. Так, сделав очередную паузу возле стола, он обнаружил бумаги, содержащие хитроумные чертежи и формулы. Это явно не относилось к магическим мануалам. Что-то более сложное, но использующее обыденную природу вещей. Не пытаясь вникнуть в детали, Армор продолжил свой путь до выхода. Тяжелая двустворчатая дверь обозначала на себе множество жутких изображений. Там были змеи, хищные птицы и совершенно незнакомые существа, пугающие своими острыми шипами.

Единорог опешил. Стоило ли ему воспринимать это как предупреждение? Может за дверью окажется кто-то из этих тварей? Но так рядом. Он ничего не знал об этом месте, а от Кризалис можно было ожидать всего. Ведь она способна устроить ловушку лишь ради забавы.

Не придумав ничего лучше, он постучал. И в ответ послышались перешептывания на знакомом языке и вполне приличными голосами. Это, конечно, все настораживало, но Шайнинг предположил, что разумные существа не станут его тут же убивать. Как минимум, есть шанс устроить мирный разговор.

Из открывшейся двери полился яркий свет. Высунув наполовину голову, Шайнинг зажмурился, пытаясь дать возможность привыкнуть глазам. Около тридцати чейнджлингов в полной тишине смотрели на единорога. У многих имелась одежда и головные уборы. Лишь малая часть из них походила на тех солдат, что единорог встречал раньше. Остальные являлись, пожалуй, женскими особями. Глаза у них были выразительней и имели очертания зрачка. Волосы длиннее, а фигуры тоньше.

Шайнинг особо не удивился. Мысль, что он находится «в гостях» у Кризалис уже приходила к нему вголову. Куда более забавно выглядели сами чейнджлинги, наблюдавшие, как принц вражеской стороны выходит из покоев их королевы. Что они только могли себе вообразить?

Пауза затягивалась. Боясь внезапного порыва разгневанной толпы, Шайнинг постарался поскорее начать беседу. Как всегда, в голову приходили только самые глупые вопросы:

— Извините, не знаю где нахожусь. Какой у меня здесь статус?

— Без понятий, — хмуро ответил ближайший солдат. — Никаких указаний не было.

— Не было? — взбудоражился единорог, — И что, я могу тогда уйти, раз указаний не было?

Послышался хор обсуждений. Кто-то не считал допустимым выпускать принца из комнаты. Другие напоминали об отсутствии приказа не выпускать. Несколько кобылок окружило его, пытаясь загнать обратно, но при этом избегая какого-либо контакта. Почувствовав некоторую выгодность данной ситуации, Шайнинг обратился к толпе:

— Послушайте! Мои условия: я не выйду из комнаты, если мне принесут хотя бы воды.

Сразу несколько чейнджлингов быстро убежали и всего через полминуты вернулись вместе с наполненным кувшином. Принц принял его и поспешил вернуться обратно. Что-то вроде облегченного вздоха пронеслось за дверью.

Прохладная и чистая вода потекла по горлу. После долгих глотков по телу пробежала дрожь, а в глазах потемнело. Еле удержавшись на ногах, Шайнинг задумчиво поглядел на вторую дверь. За ней ведь тоже что-то было. Стоило посмотреть.

Он зашагал, на этот раз более уверенно. Снова облокотился у стола. Но в этом месте не было странных чертежей. Вообще ничего похожего там не имелось.

Большое зеркало. Ароматические свечи. Косметика, расчески и прочая мелочевка. Все то, что имелось у каждой кобылки. То же что было и у Каденции. Шайнинг видел вполне обычные вещи, но считал их нахождение здесь несуразным.

Взгляд упал на небольшую книгу, имевшую название «Глория». Этот любовный роман читала Твайлайт, еще до приезда в Понивиль. Он как-то пролистывал содержимое и не обнаружил ничего необычного. Банальный рассказ, содержащий пару влюбленных, трудности, хеппи энд и прочие клише. Увидеть что-то подобное у королевы чейнджлингов было просто непостижимо.

Тем временем на кровати зашевелилось одеяло. Королева не спеша выползала наружу, как-то долго и тяжело поднимая голову. Они встретились взглядом. Растерянно смотрели и ждали. Зевая, Кризалис заговорила первой:

— Доооброе утро, — протянула она. — А где это мы?

— Ты МЕНЯ об этом спрашиваешь? Сама как думаешь?

Королева огляделась.

— Видимо у меня дома. Да, я ведь планировала… А ты что тут делаешь?

— Издеваешься? Ты меня одурманила еще в лагере, а в итоге я проснулся… вместе с тобой.

— На моей кровати?

— Да!

— Оу, — кобылка на мгновение отвернулась. — Как интересно. А, вспомнила. Ты же несчастный влюбленный. Благодарю за предоставленную возможность сбежать.

— Не за что. Вот только для чего ты меня сюда привела?

— Не помню. Наверное, захотелось принести трофей после позорной поимки. Вообще хватит задавать вопросы, поделись лучше водой.

Кризалис некоторое время приходила в себя. Умывала лицо. Пыталась расчесать гриву, но без успеха. Волосы так и оставались взъерошены. Однако она не сдавалась, неразборчиво напевая какую-то песню.

Терпение Шайнинга сгорало.

— И что ты будешь со мной делать?

— В клетку посажу. Хе-хе.

— А серьезно?

— Ну если серьезно, что вообще тебя не устраивает? Вроде бы вчера моя персона тебя волновала. Просто сиди тут рядышком, любуйся. И мне сытно и тебе приятно. Ладно, я просто хотела сделать обмен на несколько своих захваченных генералов. А также установить перемирие.

— Перемирие?

— Хочу начать торговые отношения.

Дверь, ведущая на балкон распахнулась. Кризалис вышла и позвала за собой Шайнинга. Перед единорогом предстал город, перспектива которого уходила ввысь. Башни и лестницы между ними. Помещения в скалах. Дымящиеся трубы. Движущиеся механизмы, рельсы, вагонетки, шум и суета. В центре всего этого находилась огромная статуя королевы, сверкающая своим огненным блеском. Много света лилось на нее, подчеркивая золотой отлив. Что-то совершенно сказочное. Шайнинг был заворожен.

— А у тебя не бедное королевство. Откуда столько золота?

— Это не золото, — усмехнулась Кризалис.

— Тогда что? Неужели это…

— Да, оно самое!

— Но так много!

— Я думаю, принцессы заинтересуются.

## Глава 11

Селестия восседала на своем троне в огромном пустом зале. Небо заволокли тяжелые тучи. Во дворце потемнело. Пару раз к ней просились зайти слуги, чтобы разжечь светильники, но она им не позволяла. Было предчувствие, что скоро явится Луна, а та не любила когда днем зажигают свечи. Раздался гром. Следом забарабанил крупный дождь. Селестия начала беспокоится за сестру, которая все еще летела домой. Сама она очень боялась молний и не могла перемещаться в такую погоду.

Целых два дня назад Луна покинула дворец, не сообщив никому о своих планах. Разумеется, это вызвало много шума и беспокойства. Селестия хоть и предполагала, куда направилась ее сестра, но от этого не испытывала облегчения.

Тревожные слухи приходили со стороны драконьих земель. Кто-то видел целое полчище чешуйчетых существ или даже скорее армию. В воздухе витал запах войны. Стоило начать подготовку, но все упиралось в одну деталь. Огнедышащие твари были худшим врагом, которого можно представить. Единственное, что могло им противостоять — это броня из аргонтиса. Этот редкий метал во всем походил на золото, за исключением одной особенности: драконий огонь не мог даже слегка его нагреть. Такая броня могла обеспечить победу пони.

Но во владениях принцесс этого метала не было. Разработки вели только грифоны. Они уже давно торговали многими ресурсами, броней и техникой, взамен получая продукты, одежду и прочее. Однако когда Селестия захотела приобрести аргонтис, то послы тут же объявили прекращение всех поставок. Закономерность была очевидна. Грифоны почти в отрытую поддерживали драконов.

Очередная вспышка молнии озарила силуэт принцессы ночи. С ее темных доспехов стекали капли дождя, а открытый бок был увенчан подпаленной шерстью.

— Луна! — бросилась к ней навстречу сестра. — Сейчас я позову лекарей!

— Не стоит. Присядь Тия, мы расскажем все что видели.

Селестия нехотя уселась на трон. Ей было неловко от того, что уставшая сестра стоит перед ней, словно докладчик.

— Их действительно много. Но почти все очень молоды. Кто-то еще не умеет летать или пускать огонь. Ими воеводствует дракон по имени Рантефан.

— Он все-таки жив?

— Да, его сон был дольше, чем у кого-либо и, возможно, по этой причине он сошел с ума. Им движет жажда уничтожать. При нас была сожжена деревня. Мы не смогли их остановить.

— Это ужасно! Они собираются выдвигаться в ближайшее время?

— Еще проводят тренировки. Для этого и нападают на небольшие поселения. Но времени в запасе мало. Пора готовить солдат.

Солнечная принцесса с досадой произнесла:

— Мы не сможем обеспечить их защитой в ближайшее время.

— Почему? Грифоны? — предугадала Луна.

— Да. Придется искать аргонтис в другом месте. Но нужно остановить драконов хотя бы на время.

— Сделаем партию доспехов из обычного золота.

— И пошлем отряд на передовую. Может сработать, если Рантефан поверит.

— Он не станет рисковать. Скорее всего пойдет разбираться с грифонами. А мы будем поддерживать слухи, что получили от них партию металла.

— План хороший, будем надеется на удачу.

Луна мрачно посмотрела на свой давний портрет, где ее рисовали незадолго до превращения в Найтмер Мун.

— Всегда есть план «Б».

— Нет Сестра! Я не позволю! Мы найдем проклятый метал. Где угодно найдем!

* * *

Армор был голоден о чем и сообщил Кризалис. Та ответила, что ничем не может помочь и если он так хочет, то пусть сам ищет что-нибудь где-нибудь. Конечно, на самом деле еда имелась, просто Королеве показалось, что единорог вполне уже способен передвигаться и готов осмотреть ее город. Так он и поступил. Принялся бродить по Улью, изучая местную жизнь. И сразу отметил, как развита у чейнджлингов промышленная деятельность. Работали заводы. Тестировались механизмы. Расширялись шахты для добычи кристаллов, металла и угля.

Первым открытием для Шайнинга было устройство, работающее на силе пара. Причину движения поршня он еще мог понять. Но ту силу, что это движение порождало, иначе как магия назвать было нельзя. Обложенная магнитами, крутящаяся сердцевина заставляла распространять по металлу неведомую энергию. Эта энергия использовалась во всем. Из-за нее горели лампы. Из-за нее двигались механизмы, текла вода и вентилировал воздух. А самое главное эту энергию чейнджлинги использовали для собственного питания. Специальные излучатели помогали им дольше не думать о голоде. Это не было решением проблемы, но помогало выжить.

Еще его никто не подпускал к определенным пещерам. Вначале Шайнинг думал, что там располагается выход, а его не хотят отпускать. Но как выяснилось, сами местные тоже старались держаться подальше от этих мест. Юный чейнджлинг поведал, что однажды видел очень страшные глаза из темноты, которые его весьма сильно впечатлили.

Проходя по дворцовому коридору, Шайнинг поздоровался с Дарни и Ричем. Это была милая супружеская пара десятки лет присматривающая за чистотой во дворце. Единорог даже не предполагал увидеть подобное социальное явление как «семья» в этом обществе. Правда, как стоит заметить, такое особо популярным здесь и не было.

Кризалис беседовала в комнате со своей служанкой. Заметив Шайнинга, она тут же попросила ее покинуть помещение.

— Кристина, свободна. Ну как прогулка?

— Довольно интересно. И жутковато. Зачем вы делаете столько оружия? И почему в Кантерлоте оно не использовалось?

— Никто не собирался уничтожать пони. Вы же для нас источник пищи, не забывай. Мы просто всегда должны быть готовы напасть или отразить атаку. Кроме того, здесь, под землей, водится множество опасных тварей, готовых сожрать тебя целиком.

— И почему вы тогда здесь обитаете?

— Потому что с снаружи еще опасней. На ваших просторах обитают создания, которые питаются исключительно моей расой. Это древнее проклятие, которое и изменило наш образ жизни. Но не важно. Есть новости. Я послала гонцов в Кантерлот. Думаю, скоро ты вернешься домой.

Шайнинг задумался. Он только начал познавать удивительный мир Кризалис. И еще ему совершенно не хотелось ехать в Кантерлот. Ранняя мысль, что назад дороги нет уже успела пусть корни в его голову.

— Кризалис, не надо меня возвращать.

— Ты о чем?

— Я больше не люблю Каденцию, ты знаешь. Кроме того, я устал от дворцовых игр. Позволь мне остаться у тебя на пару месяцев. Когда поиски прекратятся, я покину это место.

— С ума сошел! У меня планы на торговлю, я не могу тебя не вернуть!

Оценив резкую реакцию королевы, жеребец решил подойти издалека к данной теме:

— Да, я видел кучу вещей, которые у нас захотят получить. Но что ты будешь требовать взамен?

Кризалис улыбнулась.

— Любовь и дружбу, разумеется.

— И все это возможно лишь благодаря тому, что я оказал тебе большую услугу. Было бы мило с твоей стороны помочь наладить мою жизнь.

— Я и хочу вернуть все на круги своя. По моей вине в твоей голове возникли глупости. Но потакать им я не собираюсь. Все, возвращайся в свою комнату, там что-то приготовили на ужин.

Не успел Армор покинул помещение, как тут же из-за дверей высунулась мордочка Кристины.

— А я подслушивала! — заявила та с невинной улыбкой.

— У тебя и капли приличия нет, раз такое заявляешь. Ну и что скажешь?

— Может оставите его? Он милый и к вам тянется. Разве не здорово?

Кризалис хотела что-то рассказать из своих переживаний по поводу данной ситуации. Но вместо этого нахмурилась и произнесла:

— Не надо тут устраивать полет фантазии. Я что, дала повод поразвлечься? Не знаю, что ты там себе навоображала, но не вздумай больше делать подобных заявлений!

Служанка насупилась и недовольно вышла из комнаты. Закрывая дверь, она пробубнила:

— Ханжа.

— Сама такая!

## Глава 12

На одной из самых высоких скал вблизи Кантерлота затаилась принцесса с кьютимаркой в виде сердца. Уже несколько часов она озирала замок, пытаясь обнаружить темные силуэты чейнджлингов. Глаза за это время устали и стали хуже фокусировать. Ноги отекли. Но, не смотря на это, она твердо решила совершить задуманное.

Вместо ожидаемого, в небе появилась Твайлайт. Она точно и стремительно направлялась в ту сторону, где располагалась Каденция. У той уже не было возможности спрятаться в другом месте.

— Каденс! Тебя пришлось долго искать. Что ты ту делаешь?

— Я жду, когда из замка вылетят чейнджлинги. Сегодня пришли послы Кризалис. Они утверждают, что вернут Армора в обмен на своих. Только условия не равные. Нам не дали никаких гарантий. Поэтому я решила, что сама доберусь до Улья. Там либо встречу, либо отомщу за мужа.

— Послушай, я тоже очень расстроена. Мне самой хочется пойти туда, но нужно же хоть кого-нибудь предупредить. И так все постоянно пропадают. Давай напишем Селестии письмо и пойдем вместе. Вдвоем мы точно справимся.

— Хорошо, Твайли. Но учти, я уничтожу Кризалис, если…

— Не надо так говорить. Он жив и здоров! Думай только об этом.

* * *

Прогуливаясь по окрестностям, Шайнинг наткнулся на здание, отдалённо напоминающее библиотеку. По сути оно была сразу и школой, и университетом. Но только без учителей. Помещения заполняли молодые чейнджлинги, суетливо искавшие необходимые книги и свитки. Больше всего их интересовали инженерные мануалы. Многие имели авторство самой королевы.

Шайнинг желал обнаружить записи по истории. Но полки содержали лишь небольшой раздел, заполненный информацией о других существах. Ему довольно забавно показалось читать о своем народе, где комментарии автора создавали впечатление абсурдности поведения пони.

С самого начала пожилой смотритель обратил внимание на рыскающего единорога. Тот явно желал знать, что пони забыл в его библиотеке. В тот момент они находились в узком коридоре. Увлекшись чтением, Шайнинг все быстрее начал ходить из стороны в сторону. В результате произошло столкновение.

— Простите. У меня старая привычка читать на ходу.

— А что вы собственно изучаете, принц Армор?

— Решил разузнать больше о чейнджлингах.

— Шпионите? – хитро улыбнулся старик.

— Шпионю, — передразнил единорог. – Хотел изучить вашу историю.

— Тут вы ничего не найдете. Что именно интересует?

— Начало правления Кризалис.

Смотритель пригласил Шайнинга присесть за маленький чертежный стол. Освещение здесь было ярче, и отблески света скрыли под очками глаза старика. У них прошел небольшой тестовый опрос на тему мифологии. Удовлетворившись знаниями единорога, чейнджлинг начал свой рассказ:

— Наше прошлое не более достоверно, чем любая легенда. Если ей верить, то мы происходим из племени земных пони, обитавших в лесной чаще. Развитием культуры и общества они не выделялись. Просто дети природы. Тем не менее, в правлении имелась королева.

— Кризалис?

— Нет. Та не была аликорном. Королева обладала иными привилегиями. Природа находилась в ее подчинении. Не знаю, что именно это значит. Но как сказано, пони жили счастливо. К концу ее правления прочие народы погрузились в хаос, вызванный Вендиго. Однако среди наших предков посеять смуту им не удалось, что видимо досаждало. Вместо этого, были посланы разные твари, не восприимчивые ни к мечу, ни к магии. А на обед они желали только наше племя. Народ вымирал. Они оказались загнаны здесь, под землей, без еды. Королева не могла справиться с кризисом. Она пожертвовала остатки своих сил Древу, на сотворение новой правительницы. Более сильной, выносливой и находчивой. А едой ей служила любовь, которой были наполнены сердца подданных. Те тоже обратились по ее подобию. Так появились чейнджлинги. Кризалис получила цель остановить вымирание. Этим она и занимается по сей день. Но живя тут много поколений, мы утратили свои эмоции. Тяжелая жизнь отучила любить и радоваться. Поэтому пришлось отбирать счастье у других. Вот такая история. Кризалис ее подтверждает. Хотя становясь старше, я начинаю думать о том, что возможно это лишь сказка, дающая надежду. Хочется верить в королеву. Верить, что она вернет нам беззаботную жизнь.

Какое-то время Шайнинг гулял по освещенным улицам, осмысляя услышанный рассказ. Оказывается, Кризалис с самого первого дня рождение была обременена властью. У нее не было детства. Не было выходных. Весь смысл жизни заключался в достижении невыполнимой цели. А как насчет любви?

Все просто. Она заслуживает быть любимой. Теперь он переосмыслил ситуацию. Кризалис не просто так его сюда привела. И он не уйдет, если выясниться…

Незаметно для себя Шайнинг оказался напротив дворца. Проходя дальше, он встретил Кристину, которая с помощью магии неуклюже пыталась вытереть пыль с картин.

— Привет, Кристина. Где ее величество сейчас расположилось?

— Она занята.

— Понятно. Ну, так где?

Нехотя горничная объяснила, где следует искать королеву. Армор спешил. Ему не терпелось начать разговор, а точнее партию, в которой Кризалис будет вынуждена раскрыть свои карты.

Она сидела за столом, заполненным бумагами и даже не заметила, как вошел Армор. Ее немного дернуло, когда напротив неожиданно скрипнул стул.

— Уходи, Шайнинг, мне некогда.

Но единорог не сдвинулся. Лишь расползалась шире самодовольная улыбка. Кризалис становилось неуютно.

— И что ты на меня так глупо смотришь?

— Просто любуюсь.

— Я, по-твоему, красивая?

— Напрашиваешься на комплимент?

— Вот еще.

Кризалис еще некоторое время пыталась сосредоточиться на отчетах, но не смогла. Смущение перерастало в тревогу.

— Хорошо. Вот я все бросила, доволен?

— Для начала неплохо.

— Хочешь опять обсудить свою отправку в Кантерлот?

— Верно.

— Забудь. Я уже приняла решение. И почему меня должно волновать твое мнение? Надо было тебя в кандалы нарядить, да рот завязать.

— Но ты этого не сделала. Я здоров и полон сил. А еще я сильнейший единорог в Кантерлоте. Мне, разумеется, с тобой не справиться, но уйти я точно смогу. Хоть сейчас, возьму да сбегу.

Армор чуть не расхохотался, глядя на озадаченное выражение королевы. Не зная, что ответить, она уже хотела использовать магию, но, подумав, решила, что более важным будет одержать моральную победу.

— Ну допустим. Я поняла, что ты не хочешь возвращаться. Тогда что тебе надо? Хочешь остаться и жить со мной, — посмеялась Кризалис.

— А почему бы нет?

— Тебя кто-то по голове стукнул? Что за заявления такие? Кто, по-твоему, перед тобой?

— Очень одинокая кобылка.

Кризалис взорвалась. В последнее время она много слышала дерзости в свой адрес. Но это уже было за краем.

— Ты думаешь, что все знаешь? Думаешь, я такая же, как Каденс и прочие? Ты заблуждаешься! Мне ничего не надо, тем более от тебя. Безмозглый единорог! Живешь в своих фантазиях. Безвольный, жалкий. Зачем мне…

Но она не успела договорить. Шайнинг располагался очень близко, поэтому в одно мгновение обхватил лицо королевы и нанес сокрушительный поцелуй. Та издала удивленное мычание, затем закрыла глаза. В любое мгновение Шайнинг ожидал, что полетит в стену. Однако этого не происходило. Кризалис полностью сдалась. Когда он ее отпустил, то та чуть не рухнула на пол. Это была победа. Шайнинг почувствовал, что наконец-то поймал судьбу за поводья. Осталось только довести дело до конца.

— Я назначаю свидание. Сегодня вечером. Если тебе еще есть что сказать, то ты придешь, — мягко проговорил Армор и покинул комнату.

Кризалис осталась парализовано сидеть на месте. Ее не только шокировало случившиеся, но и чуть не лишила сознания волна страсти. Она все еще не могла привыкнуть к сильным эмоциям. Осознание собственной беспомощности порождало злость и стыд.

«Это что сейчас было? Армор взял меня врасплох? Поверил в себя и пытается манипулировать. Нет. Не бывать такому. Надо собраться. Я должна его победить. Придется идти на крайность. Ха, Шайнинг. Я тебе покажу, как играть с королевой!»

## Глава 13

Шайнингу удалось отыскать помещение, вполне пригодное для уединенного ужина. Кроме того, ему встретились Дарни и Рич. Супруги уже заканчивали свою каждодневную работу, когда услышали о планах королевы. Нельзя сказать, что они вполне поняли ситуацию. Однако смирились с предстоящими хлопотами. Их заставили накрыть стол и украсить помещение. Также требовалось где-нибудь достать вино, столовые приборы и граммофон. По случаю Рич отдал свой парадный костюм. Размер оказался меньше нужного, но смотрелось все же неплохо. Армор выглядел «по молодежному», если брать в расчет Кантерлотскую моду.

— Спасибо, Ричи. Постараюсь не порвать. Скажи, когда у вашей королевы было в последний раз свидание?

— На моей памяти никто не осмеливался.

— Не осмеливался? Ты так выражаешься, словно говоришь о чем-то опасном,- усмехнулся Шайнинг.

— На вашем месте, принц, я бы не расслаблялся, — печально заключил чейнджлинг.

— Забавный ты, Рич. Сходи-ка помоги своей жене расставить свечи.

Спустя час все было готово. Дарни отправилась приглашать Кризалис, а ее муж остался разливать вино по бокалам. Армор нервно стучал копытом по полу, еле как справляясь с волнением.

Если сегодня он будет романтичным, то она почувствует себя леди. Если он будет остроумным, то она развеселиться. Если будет напорист, то одержит победу. Она сама должна попросить его остаться.

Дарни распахнула двери и в комнату вошла Кризалис. Шайнинг не сразу ее узнал. Преображение оказалось невероятным. За короткое время та успела сделать прическу и нанести макияж. Кроме того, было надето кружевное белое платье, а на шее сверкало золотое ожерелье.

— Я смотрю, ты тут постарался все устроить по высшему разряду, Армор.

— Ты тоже постаралась… подобрать платье под случай.

— Подбирать не приходилось. У меня имеется лишь одно и к тому же очень старое.

— Но выглядишь ты в нем прекрасно.

— Спасибо, — кокетливо улыбнулась королева.

Усаживая кобылку, Шайнинг успел сделать в ее адрес еще пару комплиментов. В ответ та лишь смущенно хихикала. Все ее поведение начинало вызывать подозрение. «Слишком хорошо, чтобы быть правдой», — подумал единорог. Но чтобы она не задумала, его это не остановит.

— У тебя очень красивое украшение. Не могу только вспомнить, что это за черные камни?

— Это Кризалин. Камень, названный в мою честь.

Она сняла ожерелье и положила его на стол перед Шайнингом.

— Попробуй поднять с помощью левитации, — лукаво предложила королева.

Единорог как обычно попробовал мысленно нащупать объект, почувствовать форму. Но словно ничего перед ним не было. Предмет никак не реагировал. После нескольких попыток Армор сдался.

— Что это за магия? Таких вещей я еще не видел.

— Аргонтис и кризалин вместе создают этот эффект. Непроницаемое поле для магии. Кроме прочего, только этим сочетанием удавалось убивать монстров, которые на нас охотятся.

— Поразительно. Как-нибудь расскажешь подробней об этом.

— Обязательно.

Бокалы быстро пустели и Рич забеспокоился о том, где сможет достать еще хотя бы одну бутылку. Армор принялся за ужин, при этом стараясь поддерживать зрительный контакт с кобылкой.

— Ну что ж. Давай обсудим насущные темы. Поговорим о ваших отношениях с Каденцией.

— Давай. Что тебе рассказать?

— Почему ты ее разлюбил. И не говори, что из-за меня.

— Я не уверен, что вообще ее любил. По крайне мере, таких чувств как к тебе не испытывал.

— И зачем тогда женился?

— Думаешь, был выбор? У нас матриархальное общество. Когда на меня обратили внимание, то тут же все было решено. Все более-менее приличные жеребцы занесены в список для элиты.

— Ну и разве плохо вышло? Ты получил титул и красавицу жену.

— Поначалу я так же думал. Но с каждым днем становилось все противней и противней.

Ричи прибежал с новой бутылкой как раз в тот момент, когда выпивались остатки. На его лице отразилась гордость, за успешное выполнение долга. Но не успел чейнджлинг отдышаться, как королева дала ему новое поручение. Набрав в грудь побольше воздуха, он вновь куда-то поскакал.

— Это твоя точка зрения? Что еще можешь добавить?

— Я хочу сделать тебя счастливой,- нежно произнес Армор.

— Мило, правда. Но не все так легко. Ты женился на принцессе и просто так сбежать не получится. Тебя будут искать до конца жизни. А если найдут здесь, то непременно объявят войну. Ничего объяснить уже не удастся.

— Но не обязательно…

— А теперь подумай о моем и своем народе. Перемирие нам всем необходимо. И оно возможно, только если ты вернешься в Кантерлот. Мне нужно разрешение принцесс на командировочный въезд небольших групп чейнджлингов. Они будут знакомиться, заводить приятелей, флиртовать. В общем, ничего серьезного. Зато это многих спасет от голодной смерти. В то же время сейчас ваше государство находиться на пороге войны. Драконы уже нападают на окраины.

— Драконы? — недоверчиво спросил Шайнинг.

— Я не вру. Приедешь и сам все узнаешь. Вам нужен аргонтис, причем в большом количестве. Иначе пони не выстоят. Ты, конечно, можешь про все забыть и остаться со мной. Тогда будем вместе попивать вино и наблюдать, как гибнут два народа. Что скажешь, тебя устраивает?

Шайнинг поморщил лоб и сжал челюсть. Его наполняла злость на саму судьбу.

— Но почему я опять должен быть крайним? Я на многое был готов, чтобы освободиться. Все мои взгляды переменились. Я уже точно не смогу вести старую жизнь.

— Не говори так! Да, ты опять жертвуешься во благо других. Это достойный поступок. Кто-то ведь должен спасти положение. И я бы не хотела выглядеть неблагодарной.

— Ладно, — вздохнул жеребец. – Тебе удалось разрушить все мои надежды. Поздравляю.

Тем времени на стол был подан десерт. Маленькие кремовые пирожные, украшенные сверху спелой вишней.

— Ты очень благородный, Шайнинг. И если я не могу подарить тебе всю жизнь, то пусть будет хотя бы одна ночь.

Единорог начинал понимать, о чем шел разговор. Все это весьма озадачило. Но он был уверен, что именно сейчас было бы неправильно…

— Но ведь мне нужно вернуться к Каденции, мы же так договорились?

— Разумеется вернешься. Но пока ты здесь. И ты пленник, не забывай. Я могу делать что угодно.

Шайнинг попятился и пару раз шагнул в сторону к двери.

— Сидеть! – скомандовала Кризалис. Тут же захлопнулись все двери и окна. Путь к отступлению был отрезан. – Ты еще не попробовал десерт.

К лицу Армора подлетело пирожное. В то же время в дверь забарабанила взволнованная прислуга.

— Королева, с вами все в порядке?

— Помогите…

— Все отлично! Пусть никто нас не беспокоит до утр… до обеда. Я лично сожру глаза и уши того, кто осмелиться, — приказала она. – Ну как тебе сладости?

— Немного приторно, — пробубнил единорог.

Она смахнула остатки крема с его щеки и тут же прислонила к губам испачканное копытце. По телу пробежала дрожь. Почувствовав сухость в горле, Шайнинг в очередной раз опустошил свой бокал. Но никого уже не было, чтобы долить вина. Остались только они вдвоем.

— Я в прошлом увлекалась кондитерским делом. Вы ведь, пони, сладкоежки, не правда ли?

— Кризалис, пожалуйста…

— Ты приготовил музыку! Какой молодец. Так давай потанцуем.

Из граммофона донесся сильный голос пони, певшего о влюбленном пегасе и единорожке недотроге. Ситуация совпадала в точности, да наоборот. Кризалис прислонилась к Армору и провела первые направляющие шаги.

Он так и не понял, какой танец исполнялся. Вести ему не удалось. Кризалис полностью контролировала действия, все быстрее ускоряя ритм. Когда по инерции между ними образовалась дистанция, Шайнинг поверил, что сможет сбежать. Но тут же его подхватила магия, которая со зверской силой закрутила обратно. Мышцы начинали болеть, а суставы выворачивались.

«Она точно планирует меня прикончить или сделать инвалидом», — подумал единорог. Как только закончилась песня, он резким рывком забился в угол и образовал небольшой защитный шар. Так он делал в детстве, обижаясь на кого-нибудь. Сейчас это помогло перевести дыхание и спастись от дальнейших экзекуций.

— Шайнинг, ну что за ребячество? – смеялась королева.

— Я отсюда не вылезу. Давай разойдемся по-хорошему.

Кризалис не спеша расхаживала по комнате, приманивая к себе Армора. Тот отрицательно мотал головой в ответ.

— Ты лишь откладываешь неизбежное. Даю последнюю возможность сотрудничать на добровольных началах.

— Нет.

— Как хочешь.

Она подошла вплотную к барьеру и беспрепятственно просунула сквозь него ногу. В итоге Армор был пойман за воротник и поднят в воздух.

— Как ты это? – проскулил жеребец.

— Забыл про мое ожерелье? Я ведь объясняла. Все, хватит дурачиться. Надеюсь, мне не придется никого связывать.

Шайнинг приземлился на диван, стоявший в другом конце комнаты. Через секунду над ним стояла Кризалис. Ее ноги полностью обездвижили его тело. Наклонив голову, она зловеще произнесла:

— Ты же понимаешь, что сам напросился?

## Глава 14

— Королева, стойте! Куда мы скачем?

Сквозь кроны деревьев просачивались янтарные лучи. Воздух наполнял хвойный аромат. По узкой тропе галопом неслась Кризалис и ее служанка.

— Не волнуйся! Мы просто гуляем!

— Да, но зачем так быстро?

Пожалев тюфячку, Кризалис сбавила шаг. Вскоре они поравнялись. Делая глубокие вдохи, Кристина пыталась восстановить дыхание.

— Что-то я раньше не замечала у вас любви к прогулкам.

— Но ведь такая погода!

— И к погоде тоже. Наверно вы сегодня хорошо выспались? — сказала кобылка, ехидно улыбаясь.

Намек был понят. Королева сжала зубы, но ничего не ответила. Будучи подругами, Кристина порой позволяла себе язвить. А так же сплетничать. Под ее началом новости расползались ужасающе быстро. Кризалис давно смирилась с утратой возможности иметь свои секреты. Впрочем, любопытство чейнджлингов вырастало из беспокойства, а потому всем все прощалось.

— Ну что ж, говорят прогулки идут на пользу, так что…

— Все, прекращай. Скоро должны прилететь наши ребята из Кантерлота. Решила их встретить. Вот и все. Иди пока в приемной все организуй.

— Как скажите.

Кристина скрылась в пещере, а через четверть часа прилетели освобожденные чейнджлинги.

— Приветствуем вас, королева.

— Приветствую. Как долетели? Кого на хвосте привели?

— За нами следили два аликорна. Должно быть, Твайлайт Спаркл и Ми Аморе Каденза. Как и приказывали, скрываться не стали.

— Отлично. Я сейчас иду в Улей, а вы их ждите. Пусть увидят, где вход.

— Так точно.

Все шло по плану. Кризалис хотела провести переговоры на своей территории. Но заманить кого-либо из принцесс точно бы не смогла. Все ее уговоры будут выглядеть как уловка. Однако теперь Каденс думает, что ее не ждут, и потому не побоится спуститься под землю. Там она все и увидит.

Королева устроилась на троне у самого края города. Ей хотелось первой встретить принцесс, дабы избежать ненужных жертв. Статичное освещение выгодно ложилось на все достопримечательности ее владений, что вызывало довольство у кобылки. За спиной вырастала сверкающая статуя.

И вот среди камней появились два светящихся рога. Принцессы не спеша шагали. Яркая магия перед лицом слепила и выдавала их. Выгода такого заклинания была спорной. Обрывая их перешептывание, Кризалис заговорила:

— С какой фразы начать, чтобы вы не устроили драку?

— Ловушка! – закричала Твайлайт.

Каденс тут же пустила наугад залп магии и обе спрятались за камни.

— Успокойтесь! Вас ждали, но это не ловушка. Это переговоры.

— Что она говорит?

— Говорит про переговоры!

— Она нас за идиоток держит?

— Я не знаю!

Со стороны трона раздался тяжелый вздох. Кризалис решила пойти по другому сценарию.

— Ладно, это ловушка. Вы попались. Если сдадитесь, то Армор не пострадает.

— Где он?! – рассвирепела Каденза.

— Он ждет вас в замке. Следуйте за мной.

Тем временем Рич шел будить Шайнинга. Также в его задачу входило помочь привести тому должный вид. Пожилой дворецкий был готов ко всему, но открывшаяся картина все же вызвала растерянность. Под диваном, среди разбросанных бутылок, пряталось нечто. Нечто было покрыто одеялом и не подавало признаков жизни.

— Принц Армор, вы живы?

— Не надо…

— Проснитесь, это я — Рич.

Из-под одеяла показалась растрепанная голова. Под слабым светом сверкнула пара глаз.

— Ты там один?

— Да. Вылезайте, пожалуйста.

Недоверчиво оглядываясь, Армор выбрался наружу. Костюм на нем был изодран почти в лохмотья. Тело покрывали следы от укусов и царапины.

— Прости, я все-таки порвал твою одежду.

— Забудьте про нее. Нужно срочно умыться. За вами пришли сестра и жена.

— Что?!

Армор с надеждой смотрел в глаза чейнджлингу, надеясь услышать опровержение. Но тот оставался невозмутим. Схватившись за голову, единорог зашагал по комнате. Остановился у зеркала. Поглядел в отражение. Заплакал.

— Что я наделал! Меня за это убить надо!

— У нас нет времени! Мойтесь и одевайтесь. Я пока сбегаю за пластырем.

Из комнаты переговоров доносилась речь Твайлайт Спаркл:

— Да, это интересно. На бумаге выглядит очень перспективно.

— Через неделю будет готова партия. Можете взять образец…

Королева замолчала, когда в комнату вошел Шайнинг. Жена тут же кинулась в его объятья. Чуть позже к ним присоединилась и сестра.

— Ты выглядишь измученным. Что с тобой делали? – нашептывала Каденс.

— Ничего. Просто подхватил лихорадку…

— Но откуда эти царапины?

Услышав последнюю фразу, Кризалис принялась незаметно снимать свои острые накопытники под столом.

— Все с ним нормально. Просто бегал в бреду по пещерам, а там много острых камней. Не хотите пообедать?

— Нет, нам сейчас не стоит задерживаться, — решила Твайлайт. – Но думаю, скоро мы можем устроить новую встречу.

— Замечательно. Я приготовила вам колесницу для Армора. Еще будут просьбы?

— Нет, пожалуй, все отлично. Я рада, что мы начали диалог.

Наверху их дожидался чейнджлинг в сверкающих доспехах.

— Приветствую. Меня зовут Стант. Я помогу вам довести принца, а также провести…

— Хорошо, мы поняли. Не будем терять время.

Трое запряглись и подняли в воздух колесницу. Свежий ветерок немного успокоил Армора и вскоре тот уснул. Летели они долго, но без передышек. К моменту заката пролетали над Понивилем.

— Каденс, ты справишься одна?

— Без проблем. Тут не далеко уже. Летите, занимайтесь своим делом.

Твайлайт попрощалась и вместе со Станом спустилась к библиотеке. Услышав шум, навстречу выбежал Спайк. После недолгих расспросов Твайлайт представила чейнджлинга.

— Этот отважный воин вызвался продемонстрировать свою противодраконью броню. Ты же понимаешь, что сейчас происходит, Спайк?

— Да-да. Драконы воюют с пони. Я в курсе.

— Вот и хорошо. Твоя задача состоит в том, чтобы всеми силами попытаться сжечь Станта.

Жеребца слегка напрягла последняя фраза принцессы.

— Как хочешь.

— Замечательно. Оба готовы?

Несмотря на небольшие габариты дракона, чейнджлинг разнервничался. Он знал, что лишь только доспехи спасут его от мучительной боли. А также знал, что был первым, кто тестировал эту партию.

По команде, Спайк выпустил вихрь пламени, полностью объявший испытуемого. Находясь в стороне, Твайлайт все же почувствовала сильную тепловую волну. Однако чейнджлинг остался стоять на ногах, а его доспехи не покрыла копать.

— Вы в порядке?

— Ага! – радостно произнес он.

— Отлично! Тогда вы оба идете со мной во дворец.

* * *

Пришло время перемен. В Кантерлот стали поступать ресурсы из Улья. Все что нужно для военного дела. Новые технологии обработки метала. Новые конструкции доспехов. Метательные установки и прочие орудия. В самом городе теперь все чаще появлялись группы туристов. Чейнджлинги поначалу держались вместе, но со временем вели себя более раскрепощенно. Пони, конечно, что-то подозревали, но панику не устраивали. Более важной темой являлись победы на войне. Потерь почти не было. Территории быстро отвоевывались.

Кризалис была счастлива. Все шло удачно. Чейнджлинги крепчали с каждым днем. В их глазах появился огонек радости и надежды. Они стали чаще создавать семьи. Кроме прочего, ее очень тешила мысль о влюбленном пони, который сейчас страдает, желая отвергнуть принцессу и прийти сюда, в Улей. Конечно, Кризалис сама довела все до такой кондиции. Но чувство вины глушилось чем-то другим. Чем-то более волнующем.

Однажды она сидела перед зеркалом в своей комнате. Ее захватили приятные воспоминания. Хотелось накрасить губы, как в ту ночь. Но внезапное появление Кристины привело ее в чувства.

— Привет дорогуша. Приехала из Кантерлота?

— Да. Решила пораньше.

— Что-то случилось.

— Я не знаю, как сказать. Не хотела доставлять плохие новости. В общем вот газета. Когда я уйду, посмотрите.

Тревожное чувство объяло королеву. Перед ней разворачивалась бумага. В глаза бросился заголовок «Умер при исполнении…»

— Нет, — прошептала она. – Почему? Армор!

## Глава 15

Наволочки и простыни были раскиданы в полном беспорядке. Под нагромождением из одеял апатично лежала Кризалис. Рядом сидела Кристина. Неподалеку суетливо бродили Дарни с Ричем и прочие слуги.

— Но ведь так не бывает? – бормотала королева.

— Я вам говорю, что он все это подстроил.

— Думаешь?

— Конечно. Сами подумайте – пони с кьютимаркой в виде щита мог бы погибнуть от несчастного случая?

— Что говорят в Кантерлоте?

— Ничего интересного. Все в трауре. Какой-то писатель собирается выпустить биографию Шайнинга Армора. Похоже, что все поверили.

— Почему он тогда не приходит?

— Наверное, не получается. Может пока скрывается. Ждет, когда все затихнет.

Королеву со вздохом уронила голову на подушку.

— Похороны сегодня?

— Ну да, вроде, — неразборчиво ответила Кристина.

Кризалис поднялась с кровати и подошла к зеркалу. Оттуда глядело мрачное лицо с пустыми глазами. Она сама удивилась, сколь пугающе выглядит. Замерли все чейнджлинги в комнате, ожидая дальнейших действий королевы. Увидев их напряжение, она сделала попытку улыбнуться.

— Ну что ж, надо подобрать образ.

* * *

За стенами кладбища толпились фотографы. Периодически сверкали вспышки камер. Пегасы то и дело пытались подлететь повыше, но стражники моментально успокаивали нарушителей.

На другой стороне, среди ветвей старого дуба, устроилась высокая единорожка со светло-зеленым цветом тела и пепельно-черной гривой. Ее позиция не позволяла хорошо разглядеть процессию. Зато не пришлось толпиться среди зевак.

Ясное небо пряталось за тучи. Это выполняли поручение пони из погодной службы. Слегка закапал дождь. Некоторые из присутствующих достали черные зонты. Аликорны поочередно произносили речь.

Кризалис сдерживалась, когда плакала мать Шайнинга. Сдерживалась, когда ревела Твайлайт. Но слезы Каденции нанесли решающий удар. Чувство вины ударило в голову и парализовало тело. Комок в горле не давал дышать. Ей захотелось поскорей покинуть это место, но никак не получалось заставить себя это сделать.

Выйдя из этого состояния, Кризалис обнаружила, что уже стемнело и все разошлись. Лишь только среди зелени возвышалась свежая могила, усыпанная цветами. Тело кобылки успело принять первичный вид и это тревожило. Необходимо было контролировать преображение в любом состоянии, иначе все плохо кончится. Но сейчас она ничего не могла с собой поделать и от этого чувствовала себя неуютно.

Перелетев ограду, ее ноги опустились напротив памятника. Во весь рост возвышалась фигура Шайнинга, словно застывшего в момент битвы.

— Привет, Армор, — тихо заговорила королева. В полной тишине послышалось хлопанье крыльев летучих мышей, севших на ближайшее дерево. После тяжелого вздоха она продолжила:

— Не знаю, зачем я пришла сюда. Зачем все это говорю...

С трудом удалось подавить слезы. Сжав зубы, она громко ударила ногой в землю.

— Ты меня слышишь! Что это? Розыгрыш? Твой способ решать проблемы? Нет, это ужасный эгоизм! Сегодня пролилось море слез, а тебе, наверное, безразлично? Ты видел свою жену, родных? У них горе, им плохо. Мне плохо…

В ответ все та же тишина. Кризалис подумала, что со стороны выглядит как ненормальная, поэтому заговорила тише.

— Чего ты хочешь? Да я виновата. Признаю. Сама ворвалась в вашу жизнь и не смогла вовремя остановиться. А ты теперь решил отомстить? Хочешь меня наказать? Мерзавец. Я убью тебя, когда встречу… надеюсь встречу.

В голове у Кризалис творился хаос. Она хотела кричать угрозы. Хотела молить прощение. Хотела признаться в любви. Но все это не имело смысла. Боясь обнаружить себя, она, наконец, решила, что пора покинуть открытую территорию. Но вдруг издалека раздался призыв:

— Королева, постойте!

Сердце замерло. Кризалис показалось, что голос был знаком. Надежда тут же ей овладела.

— Армор?!

Но приближающийся силуэт не был узнан. Это оказался пегас, лицом похожий на каменное изваяние.

— Что? Нет, меня зовут Мегре. Мне очень нужно с вами поговорить.

— А мне не нужно, — резко ответила она и приготовилась ко взлету.

— Это насчет принца.

Кризалис призадумалась. Только что ее увидел незнакомый пони и теперь хочет поговорить о Шайнинге. Любопытство перебороло.

— Ну говорите. Я слушаю.

— Хорошо. Все за раз сложно объяснить. Позвольте немного о своей биографии. Раньше я работал во внешней разведке. После травмы крыла хотел уйти в отставку. Но принцессы настояли, чтобы я остался во дворце в качестве комиссара. Пришлось вести расследования по личным указаниям придворной знати.

— Что дальше?

— Вы похитили Армора. Дело политическое. После всех соглашений принц успешно вернулся домой. Спустя некоторое покончил жизнь самоубийством.

От удивления Кризалис поняла уши.

— Что? Но в газетах писали…

— Повесился в своей комнате. Вы должны понимать, что такое не станут распространять. Не позволят. И вот остается вопрос: почему он это сделал? Его жена во всем обвиняет вас. Чтобы избежать конфликта, мне поручили все выяснить. Задача тяжелая. Мои неверные шаги могут вызвать необратимую реакцию…

— Если вы меня подозреваете, то зачем тогда рассказываете все это?

— Мне дорога своя жизнь и также дорог мир между нашими народами. А вы, как-никак, королева. Было бы глупо с моей стороны вести темную игру в такой ситуации.

— Очень предусмотрительно. Но я не собираюсь ни перед кем оправдываться.

— Рассчитывать и не стоило. Я искренне хочу верить, что ничего против вас не найду. Однако кое-какая компрометирующая информация мне известна. Один из ваших подданных, я его напоил, так что не вините, сказал, что у вас с Шайнингом были необычные для такой ситуации отношения. Вы часто уединялись. Вели странные разговоры. А после приезда принц выглядел расстроенным и замкнутым. Очень хочу услышать вашу версию об этом.

— Мне нечего сказать. Если Каденс готова пожертвовать нашим перемирием ради своей жажды мести, то пожалуйста. Кроме слухов и баек вам ничего не удастся выяснить.

— Тогда мне придется продолжить следить за вами.

— Как угодно.

Кризалис улетела, оставив покалеченного пегаса со своими вопросами. Тот достал из кармана флягу и приложился. Крепкий напиток обжег горло. В голове появился навязчивый вопрос: «Почему она назвала меня Армором?»

## Глава 16

Солнце в Кантерлоте близилось к закату. Его багровые лучи хлестали по небольшому кафе, расположившемуся в близи таких же скромных заведений. Разномастные пони вальяжно прогуливались мимо. Царила духота. За столом сидели две уставшие кобылки. Высокая единорожка с черной гривой и ярко-желтая земная пони. Обе явно не любили столь жаркие деньки.

— Фух, не могу напиться. Говорят, что Луну тоже достала эта жара и она приказала устроить этой ночью настоящий снегопад.

— Лучше бы дома сидели. И как я только согласилась на свидание вслепую?

— Мы уже это обсуждали. Вам больше нельзя истощать себя, ожидая Армора.

— Ну и кого ты там нашла?

— Стражник, весьма статный.

— Я бы на твои вкусы не полагалась.

Совсем скоро белый единорог появился в поле видимости. Несколько значков отличия блестели на его груди, а в зубах был зажат пышный букет цветов.

— Этот пони не умеет пользоваться своим рогом или что? – прошептала Кризалис.

— Постарайтесь не язвить. Привет, Сквирл!

— Здравствуй, Кристина. А это, должно быть, твоя подруга?

— Ага. Знакомьтесь, это Сквирл, – пони замялась, придумывая имя. — А это Глория.

Кризалис недоуменно посмотрела на служанку. Та попыталась жестами изобразить фразу «надо было думать раньше».

— Приятно познакомиться. У вас такое же красивое имя, как и вы сами.

Единорог присоединился к столу и вручил цветы королеве. Та неохотно приняла их и понюхала. Поморщилась. Сразу же последовал протяжный чих.

— Что такое? У вас аллергия?

— Ага, — ответила Кризалис и тихо добавила: — на твой одеколон.

Служанка легонько пнула королеву под столом. Та пнула в ответ и Кристина чуть не свалилась со стула. Далее последовал недолгий диалог, в котором Сквирл пытался установить биографию Глории. Но история оказалась короткой, странной и местами не связной. Почувствовав тупик, единорог перевел повествование на себя. Воодушевление и уверенность не покидали его на протяжении всего рассказа. А говорить о себе он, видимо, любил подолгу.

— … и вот поэтому Селестия сама вручила мне эту медаль, – закончил очередную историю Сквирл.

— Здорово. Правда, Глория?

— Точно. Прям герой из героев.

Кризалис все это начинало выводить из себя. Жеребец был хвастлив и напыщен. Более раздражающих качеств для нее не существовало. Кроме того, от парфюмерного запаха начинало ужасно свербеть в носу. Это лишь иссушало последнюю каплю ее терпения. Сознательно или нет, но после очередного чиха она потеряла контроль над своим внешним видом. Чейнджлинг предстал перед всеми в своем истинном облике.

— Глория?! – только и успел сказать напоследок единорог и, отскочив, немедленно телепортировался в неизвестном направлении.

Сидевшие неподалеку пони замолкли. Опасливо переглянулись. Затем быстро, но без паники принялись расходиться по своим направлениям. Только растерянный продавец не знал, как поступить. Оставаться наедине с чейнджлингами он не хотел, но и покидать стойку начальство не разрешало. Глядя на все это Кристина безвольно разлеглась на стуле.

— Полный провал, — вздохнула она.

— Кажется, я ему не понравилась.

— Вы это специально, да?

— Может быть.

— Но зачем так?

Кризалис в одну секунду сделалась серьезной и грозно посмотрела на свою подругу.

— А зачем ты лицемерила?

— Что?! Вы о чем?

— Я про Армора. Ты постоянно говоришь, что он вернется, а сама пытаешься подыскать мне его копию.

— Я не…

— Да ладно! Кроме белого единорога стражника никого не нашлось? Теперь признавайся, что ты думаешь на самом деле!

Кристина пыталась изобразить жалостливой взгляд, вымаливающий прощение. Но сейчас это уже не могло помочь.

-Ладно, — выдохнула кобылка. — Я считаю, что Шайнинг Армор был неуравновешенным пони и вполне мог выкинуть то, что вам сказал Мегрэ. Но я не хочу убивать надежду. Это может вас сломать.

— Что! Меня сломать? Ха. Не говори глупости, я нормально справляюсь.

— И поэтому две недели не вставали с постели?

Кризалис отвернулась. Она всегда знала, что ответить. Но не сейчас. Кристина прекрасно представляла ход мысли королевы и поэтому поспешила предложить:

— Рас не хотите ни с кем знакомиться, то давайте хотя бы сходим туда, где можно выпить.

— На ночь глядя?

— Самое время. Да, мне тут рассказали про одно место. Вас это позабавит. Далеко, но сходить, правда, стоит.

Спустя несколько часов прогулки по центральным проспектам, цель была достигнута. С трудом удалось распознать контур небольшого черного здания, одиноко стоявшего на окраине города. Вокруг толпились пони разных рас, преимущественно молодого возраста. Единственным маяком к этому месту служила магическая вывеска, на которой переливались буквы «Клуб Кризалис».

— Ну надо же, в честь меня назвали забегаловку.

— Между прочим, это перспективное место. Скоро сюда будут впускать только по приглашениям.

— Ну да. А пока что здесь в основном пьянствуют студенты.

Внутри было просторней, чем казалось снаружи. Сразу у входа их встретила официантка, у которой на лице красовалась маска чейнджлинга. Приглядевшись, кобылки обнаружили, что почти весь персонал, кроме бармена, носил эти маски. Кризалис негодовала.

— Это они дразнятся что ли?

— Да нет же. Просто такая тематика. Тут все в стиле «Улей».

Источников света было множество, но они все равно не рассеивали полумрак. Игравшая музыка порой напоминала работу пресс машин. Вокруг постоянно перемещались тела. Кризалис действительно увидела в этом что-то знакомое. У стойки освободилось несколько мест и Кристина тут же повела за собой королеву.

— Ч-ч-что будете? – поинтересовался заикающийся единорог. Его бледное лицо скрывала длинная челка ядовито-зеленных волос.

— На ваш вкус, что предложите.

— Тогда предлагаю попробовать к-коктейль «Сорванная свадьба».

— Ну и название. Какие еще есть? – поинтересовалась Кризалис.

— Есть «Перевертыш», «Падение Селестии», «Двойная невеста», «Сидр»…

— Вот его и наливайте. Мне как-то не по себе от всего вышеперечисленного.

Из беснующейся толпы на танцполе к ним вышел массивный земной пони в белой шляпе.

— Дамы, скучаете? Могу угостить?

— Мы что, похожи на студенток? Гуляй дальше.

Кризалис уловила умоляющий взгляд Кристины. Ее вкусы по-прежнему оставались загадкой, но пони явно произвел впечатление.

— Ладно, иди. Посижу одна…

Кристина улыбнулась и рванула за удаляющимся жеребцом.

— Постойте! Меня можно угостить…

Бармен поставил два наполненных стакана перед единорожкой.

— А вы г-г-грустная. Расстались с особенным пони?

Кризалис опустошила первый стакан.

— А ты маску не носишь, потому что и так страшный?

— Не страшный, а экзотичный, — улыбнулся жеребец. – Кому-то н-н-нравлюсь.

Кризалис немного рассмешил ответ, но на единорога действительно было страшно смотреть. Из-под челки виднелись огромные мешки под глазами. Весь он казался побитым и больным.

— К-как вас зовут?

— Меня назвали Глория, — ответила королева, оглядываясь на танцующую Кристину.

— А меня Ром.

— Удачное имя для бармена. Налей еще пару.

Кобылка за короткое время успела не только влить в себя убийственную дозу алкоголя, но и продолжать внятно разговаривать. Окружающие уже начали оглядываться в ее сторону. Однако бармен оставался невозмутим.

— Не п-п-переживайте вы так, все образуется.

— Образуется? Я всегда знала, что не стоит в это ввязываться. Столетиями ума хватало, а тут…

— Ну бросьте, вы выглядите моложе.

— Не смейся, Ром. Ты просто ничего не знаешь.

— Да я не смеюсь. Просто п-п-пытаюсь утешить.

— Не надо мне этого. Все, пусть она остается, если хочет, а я пойду. Сколько с меня?

— Не беспокойтесь, все за счет заведения.

— Это почему?

— Не каждый день нас посещают к-королевские п-персоны.

Кризалис задумалась. Сообразил ли он или просто шутит?

— Это отчего же я королева?

— Ну, вы высокая. И еще кьютимарка в в-в-виде короны… разная, с каждой стороны, — сказал бармен и подмигнул.

— Какой ты внимательный. И подозрительно спокойный. Тебя это вообще не волнует?

— У к-к-каждого свои секреты.

Жеребец отвернулся к полкам и деловито принялся протирать стакан тряпкой. Кризалис бросилась в глаза его кьютимарка, большая бутылка вина, но чем-то знакомая. Приглядевшись, она поняла, что этикетка на ней была вылитым щитом.

— Вот как. И давно ты заикаешься, бармен?

В ответ Ром лишь стал мелодично насвистывать, еле как сдерживая улыбку.

— Иди-ка сюда, Армор!

— Тише-тише. Я ведь на работе.

— Ах, на работе! Ну попрощайся с работай. Больше ты сюда ходить не сможешь. Да и вообще никуда.

Кризалис подняла бармена магией и потащила в сторону выхода, попутно ударяя единорога обо все стоящее на пути.

— Кризи, прекрати! Меня же уволят!

Навстречу выскочили несколько охранников, намеревавшихся преградить королеве путь.

— Ребята, все но-но-нормально. Я ненадолго.

Воздух становился ощутимо прохладней. На улице расползался туман. С неба начали падать первые снежинки, почти сразу же исчезающие на земле. За углом здания, прижатый к стене, висел Шайнинг. Он улыбался. На против стояла Кризалис. Глаза ее сверкали то яростью, то счастьем — да и многими другими эмоциями. Поначалу она действительно хотела ударить единорога. Но накатившиеся слезы не дали этого сделать.

— Живой, значит.

— Ага.

Все, что они могли сказать друг-другу.

Снег ложился на волосы и спину. Дыхание сопровождалось густым паром. Волна злости и эйфории ударили в голову кобылки, не давая возможность осознать происходящее. Терялась нить реальности. Таили боль и обиды. Разрасталось тепло, рожденное соитием. Замерло время.

## Глава 17

Они вышли из клуба лишь поздней ночью, или, точнее говоря, ранним утром. Небо к тому времени прояснилось, но под ногами все еще хлюпал талый снег. Улицы опустели. Лишь изредка громыхали разъездные кареты, доставлявшие полусонных пони до своих жилищ.

За то время, что еще пришлось провести в заведении, Кризалис рискнула попробовать большую часть коктейлей, чьи названия не напрасно вызывали опасение. Королева шаталась и весьма приблизилась к тому состоянию, в котором находилась в момент побега.

— Армор, куда ты мы идем?

— К себе домой, разумеется. Куда еще тебя девать?

— Подлец! Напоил кобылку до безобразия и теперь волочишь в свое логово.

— А что, я же не зря половину зарплаты в кассе оставил.

Королева притворно ахнула.

— Какой негодяй!

Узкая улица вывела пару на небольшую площадь, где была воздвигнута статуя Стар Свирла Бородатого. По окраинам располагалось множество магазинов и мастерских. Они подошли к шляпному бутику.

— Я в этом месте арендую помещение. Дела у владельца идут плохо, а за мою плату он и вовсе решил взять отпуск. Так что можно не конспирироваться, ни-ни-никто не зайдет.

Когда они оказались внутри, Шайнинг поспешил разжечь несколько ламп. Теплый свет упал на манекены и полки, заполненные пестрыми головными уборами и аксессуарами. Несколько больших зеркал заметно увеличивали простор, а у кобылки и вовсе ненадолго вызвали замешательство. Подойдя к одному из них, она примерила одну из самых больших и расфуфыренных шляпок. На голове у Глории она сидела хорошо. Но вот в сочетании с истиной личиной королевы создавался весьма несуразный образ. Искривленный рог явно не гармонировал с деликатными линиями. Кризалис фыркнула и поспешила показаться Шайнингу, ради смеха. Но тот тоже стоял глядя в зеркало и стягивал с головы зеленый парик. Взору открылась двухцветная короткая грива, но в сочетании с седыми участками. Кризалис тут обратила на это внимание.

— А ты выглядишь старше. Вполне сойдешь за пенсионера.

— Самому ж-жутко.

— Давай уже рассказывай, что с тобой произошло.

Армор позвал за собой в соседнюю комнату. Она была небольшой, но содержала куда больше мебели. В углу скопились тряпки и моющие средства, источающие химический запах. Однако Кризалис это не смутило. Она довольно раскрепощенно разлеглась на хлипкой кровати, заправленной выцветшей тканью. На свободный участок присел Шайнинг.

— Это действительно какой-то кошмар. Все пошло не по па-па-плану. Я даже не знаю, что теперь делать. Инсценировать смерть не простое занятие. Несчастный случай с-с-сразу отпал. Причина смерти должна быть явной. Изобразить больного тоже не получилось. Куча докторов бы меня сразу разоблачила. Пришлось ви-ви-вешаться, – сказал жеребец и как ни в чем ни бывало посмотрел на собеседницу. – Нашел у Твайлайт зелье, которое временно отправляет сознание в прошлое. Мне рассказывали, что при этом признаки жизни не наблюдаются. Но про дозировку я ничего не знал и поэтому выпил все что было.

— Ну и как ощущения?

— Т-три дня, кажется, бродил по доисторической Эквестрии. Кого только не видел… Ж-жуткие твари. Затем вернулся в свое тело, но не мог пошевелиться. Думал, что так и останусь под землей.

— И поэтому ты теперь седой и заикаешься?

— Нееет, — протянул Шайнинг. – Это не самое страшное. Мне, как в-в-видишь, удалось выбраться. Снял помещение, ждал, когда смогу отправиться в Улей. Ты ведь ожидала меня?

— Возможно, — сердито ответила королева.

— Прости, я бы пришел в самые первые дни, но ситуация круто повернулась. Видишь опаленный п-п-подоконник? Однажды прилетел феникс и уселся на него. Доставил в-вот это письмо.

Шайнинг подтянул ящик и достал оттуда сверток с красивой печатью. Кризалис перехватила бумагу и принялась читать вслух.

«Не могу описать свой гнев и разочарование, Армор. Ты просто ужасный пони. Никто еще не совершал такой подлый укол в моей семье. Лучше бы я не находила тот бутылек. Но я предчувствовала, что ты что-нибудь выкинешь, поэтому беру часть вины на себя. И все же, как можно было такое придумать? Я каждый день успокаиваю Каденцию. Помогает Твайлайт, но ей самой очень тяжко. А самое ужасное — это хранить твою тайну. Порой мне хочется все рассказать, но это лишь усложнит ситуацию. Надеюсь, твоя игра стоит этих свеч. Однако не смей покидать Кантерлот. Я еще не приняла окончательного решения. Помни, тебя всегда будет легко разыскать. Оставайся на месте и жди моего решения.

Принцесса Селестия»

Кризалис убрала письмо и обнаружила возле себя дрожащего Шайнинга свернувшегося калачиком.

— Я к-к-каждый вечер сижу в этой ко-ко-комнате и жду, что в н-нее войду аликорны.

— Тише, Армор, все нормально, — говорила кобылка и успокаивающе гладила его по голове.

— Я н-н-не могу уснуть. Несколько суток бодрствую, а затем в-в-в-вырубаюсь без сновидений. Чтобы как-то отвлечься, б-бродил по городу и обнаружил тот клуб. И тогда п-подумал, что однажды ты решишь зайти в него и мы встретимся.

— Молодец, сообразил. Только, боюсь, у меня тоже плохие новости имеются. Тебе знаком пегас по имени Мегре?

— Только не он!

— Ага. Похоже, он по приказу твоей жены следит за мной.

— Это уже пе-пе-перебор. Этот пони профессионал. Я т-таких еще не видел. Если он обратит на меня внимание…

Армор посмотрел на Кризалис с полным отчаянием и безнадегой. Та обняла его голову и уложила на подушку.

-Думаю, уже обратил. Но ничего страшного. Я тебя сразу не узнала, он тоже не сможет. Будем осторожны. Будем ждать.

Дыхание Шайнинга выровнялось, а глаза закрылись. Объятие Кризалис уносило все его тревоги.

— Спи Армор. Что-нибудь придумаем.

* * *

На перроне толпились угрюмые зевающие пони. Неизвестно, по какой причине каждый из них решил прокатиться на поезде в столь ранний час, но оказаться в своей постели мечтал исключительно каждый. А выглядывающее солнце явно намекало на предстоящую жару.

Поезд задерживался. Пони беспокойно поглядывали на часы и делились негативными мыслями. Но когда появился нарастающий шум, вновь создалось тревожное молчание.

Однако звук шел не со стороны рельс. Топот доносился из ближайшей улицы. Вскоре показалось темное очертание бегущей фигуры. Это был чейнджлинг, совершенно забывший о маскировке. За ним гналось существо чуть меньшего размера.

Тяжелый, мясистый паук скакал в считанных метрах от несчастного. Когда они приблизились к толпе, хищная тварь совершила бросок уже с целью нападения. Но, видимо, чейнджлинг обладал шестым чувством и молниеносно развернувшись, тут же образовав магический щит. Однако это лишь слегка изменило траекторию, но не отразило удар. Они оказались на близкой дистанции друг к другу. Паучьи жвала непрерывно атаковали, постоянно напарываясь на твердые копыта. Но жертва явно была на пределе и лишь был вопрос времени, когда удастся ее обездвижить.

Пони в ужасе наблюдали за этой картиной. Никто даже не смог заметить, как подъехал состав. Один из тех, кто тянул вагоны, освободился от упряжи и поспешил пробраться через толпу. К этому моменту чейнджлинг уже лежа отбивался от нависающего врага. Земной пони с негодованием посмотрел на окружающих.

— Что ж вы смотрите? Его же сейчас загрызут!

Пока остальные стыдливо отводили взгляд, он прискакал к месту драки и со всей силой лягнул паука. Тот пролетел до ближайшей стены, оставив на ней неприятный отпечаток. Чейнджлинг с трудом поднялся. Его и без того дырявые ноги покрыли свежие раны. Он благодарно смотрел на спасителя и пытался набрать сил для произнесения слов.

— Пойдем, — сказал жеребец. – Отведу тебя в больницу. А эти пусть подождут пока.

## Глава 18

Посреди комнаты сидел Шайнинг, облаченный в сомбреро. При себе он держал небольшую четырехструнную гитару, созданную для ритмичной музыки. Вокруг отплясывала Кризалис. Ее импровизированное платье из одеяла ходило ходуном. Пол под ногами трещал, но она четко следовала ритму, стараясь наращивать темп. Однако Армора это не смущало, и он невозмутимо ускорял удары по струнам. В конечном счете, королева проиграла это состязание, бессильно рухнув на диван.

— Оох, — вздохнула она. – Это было весело. Ты отлично умеешь играть на этой штуке.

— Просто было нечем з-з-заняться, а она под ногой валялась. Еще я стихи могу прочитать…

— Ой нет! Только не стихи. И вообще поменьше разговаривай. Надо что-то уже делать с твоим заиканием.

Армор настроился ответить и медленно произнес:

— Все нормально. С тобой я уже меньше запинаюсь. Думаю, пройдет.

Они сидели друг напротив друга, восстанавливая дыхание. Шайнинг игриво подмигнул, откладывая гитару в сторону. Кризалис решила проявить в ответ заинтересованность, но кашель застал ее врасплох. Тут же чихнул единорог.

— Замечательно. Оба простыли, — улыбнулась королева. – Пойду, встречусь с Кристиной. Надеюсь, она не потерялась.

— Я тебя провожу.

Зеленый парк был полон пони. Одни толпились в очереди за напитками и мороженым. Другие прятались в тени, пока их жеребята носились среди кустов и прохожих. Прочие беззаботно прогуливались, наслаждаясь теплом и царящим радостным настроением. А над головами то и дело пролетала пегаска в красивом костюме розового фламинго.

Среди всего этого, брели две мрачные фигуры. Тела их тряслись и тесно прижались, ловя крохи излучаемого тепла. Покрасневшие глаза болезненно смотрели на дорогу.

— Я не понимаю. Существует столько заклинаний исцеления, но нет ни одного от простуды.

— Придумай и Селестия превратит тебя в аликорна.

— Нет, спасибо. Мне и за эту короткую жизнь событий х-хватит. Как это вообще можно вынести?

Королева задумалась. Пролевитировавший платок коснулся мордочки, приглушая речь.

— Если не заводить друзей и любимых, то нормально.

— К-к-как Луна и Селестия?

— Они сестры. Это уже большое благо для них.

Весь оставшийся путь они прошли молча. Лишь перед самым домом Шайнинг спросил напоследок:

— Ты не жалеешь, что со мной связалась?

— Однажды пожалею. Я лишь надеюсь, что это будет не скоро. Но жизнь пони коротка и ты явно не стремишься дотянуть до старости. А для меня это миг, для меня это мало. Но из этой ловушки уже не выбраться. Ты не виноват. Так уж сложилось. Я просто захотела жить без планов и забот. Жить одним днем. Не думая о разлуке. Не вздрагивая тревожно.

Они расстались и Кризалис направилась к своему гостиничному номеру. По звуку она сразу определила, что Кристина находилась там не одна. Она кокетливо смеялась, выслушивая чью-то приглушенную речь. Распахнувшаяся дверь показа собеседника. Это оказался Мегрэ. Его холодное лицо слегка искривляло подобие улыбки. На против сидела ее подруга, совершенно не стеснявшаяся показывать свое обличье чейнджлинга. Когда на нее упал яростный взгляд вошедшей единорожки, она моментально подскочила, бросаясь на встречу свой королеве.

— Привет! Где вы гуляли? А я тут кое с кем познакомилась, — она подняла мордочку поближе к уху и прошептала: — Он знает, что мы чейнджлинги.

— Да ты что? – наигранно удивилась Кризалис.

— Здравствуйте, мне нужно было с вами встретиться.

— Ой, а вы знакомы?

— Кристина, иди погуляй. Только прошу, больше ни с кем не знакомься, ладно?

Чейнджлинг моментально преобразился в желтую пони и спешно покинул номер. Кризалис налила стакан сока из графина. Ей не особо хотелось пить, но так легче было справиться с охватившим волнением.

— Это уже нарушение личных границ, знаете ли.

— Меня пригласила ваша, эм, подруга. Поверьте, действую в общих интересах.

— Рассказывайте.

— Завтра отправляю отчет о проделанной работе. Там будет высказано мое предположение по поводу случившегося.

Кобылка напряглась. Взглядом она призвала комиссара продолжить.

— Я напишу, что вы вновь овладели сознанием Шайнинга. Это вполне оправданное действие, учитывая ваше положение в тот момент. Находясь в плену, вам нужны были силы. Но, видимо, повторное использование заклинания окончилось плачевно для принца. Все выглядит как несчастный случай. Это не должно вызвать агрессии со стороны принцессы.

«Ага, конечно не вызовет, ну», — подумала Кризалис. Мегре продолжил:

— Будет куда лучше, если вы дадите признание. Подтвердите мою версию и заполните все пробелы. Я думаю, мы сможем все решить мирно.

— Мне надо подумать. Давайте встретимся в одиннадцатом часу. Клуб «Кризалис». Согласны?

— Очень хорошо. Надеюсь на сотрудничество. До свидания.

* * *

Кризалис и Шайнинг сидели на кровати, опустив ноги в жестяной короб, наполненный горячей водой. Накрывшись пледом, они поочередно левитировали кружки с чаем друг к другу, и при этом не отрываясь смотрели в зеркало на против. Долгий транс нарушила королева.

— И что делать?

Армор отхлебнул чай. Теплый напиток чуть ослабил боль в горле, давая возможность говорить.

— Его надо остановить.

— Как? Связать его что ли?

— Почему бы и нет? Хуже не будет.

## Глава 19

В ночном клубе, разделенные стойкой, друг напротив друга расположились принц и королева в своих маскировочных образах. Один прятал лицо под париком, притворяясь барменом, другая полностью преобразилась в светло-зеленного единорога.

— Не знаю, Армор. Не сильно ли нагло мы действуем?

— Ты про сам план? Не переживай. Я такое п-проделываю несколько раз в неделю.

— Что? Ты уже так делал?

— Конечно. Н-н-надо же как-то избавляться от б-буйных клиентов. Также я не позволяю упиться н-некоторым пони до состояния отравления. Стаю на страже порядка, — улыбнулся единорог.

— Знаешь, у тебя явно имеется темная сторона. Меня это даже начинает настораживать. Так, вот он идет! Все начали.

Мегрэ попав в помещение, явно был сбит с толку контрастным светом и громкой музыкой. Несколько минут он топтался на месте, пытаясь сориентироваться в пространстве. Машущее копыто привлекло его внимание и он, наконец, определился с направлением.

— Присаживайтесь комиссар. Вы довольно рано пришли.

— А вы еще раньше. Меня бы это насторожило, но в клубе полно свидетелей. К тому же, я рассчитываю, что вы решили помочь мне выяснить правду.

— Безусловно, — сказала Кризалис и опустошила небольшую рюмку. – Я действительно хочу вам поведать всю историю. Но для начала, не желаете выпить?

Королева указала комиссару на стоящую неподалеку бутылку и пару стаканов. Но Мегрэ помотал головой, доставая из кармана любимую флягу.

— Извините, но я придерживаюсь своих вкусов.

Пегас кивнул единорожке и потянул горлышко к губам. Кризалис явно растерялась от такого ответа. Но к счастью вмешался Шайнинг.

— Со своим нельзя! – строго произнес он, даже не оборачиваясь в сторону сидящих. Мегре замер, недовольно смотря в затылок бармена.

— Тогда налейте что-нибудь покрепче.

— То, что вам предложила кобылка, это самое крепкое на моих полках. Называется «Удар щитом», — сказал Шайнинг и незаметно подмигнул единорожке.

«Интересно, он сам эти названия придумывает», — задалась вопросом Кризалис. Тем временем Мегре уже успел наполнить стаканы. Пододвигая один к собеседнице, он произнес:

— Отсылка к событиям в Кантерлоте? Принц умер, а они устраивают из этого балаган.

— Д-д-думаю, он бы н-не обиделся. Напиток хороший.

Отхлебнув немного, комиссар произнес что-то одобрительное и допил остальное. К удивлению Шайнинга, Кризалис тоже опустошила свой стакан.

— Ну что ж. Вы оказались в плену. Как вам удалось освободиться?

— К тому моменту у меня было достаточно сил, чтобы сделать это самой. Хотя Армор готов был сразиться за мою свободу.

— Он был уже под гипнозом? – сказал Мегрэ и тут же почувствовал головокружение.

— Нет. Я на него никак не воздействовала. Оказалось, что он все это время был тайно влюблен.

— В вас? – недоверчиво спросил пегас. Такое удивление немного рассердило королеву.

— Я, по-вашему, не могу вызвать интерес?

— Нет-нет, я этого не говорил. Продолжайте.

Сознание жеребца уходило в пустоту. Он почти перестал сомневаться, что его опоили.

— Освободившись, я решила прихватить с собой этого бедолагу. Просто, чтобы восстановить силы и поторговаться. Но он оказался весьма обаятелен и я начала отвечать взаимностью. Затем нам пришлось расстаться. Но он так просто не сдался. Может, остальное сам расскажешь, Армор?

Пегас уже не понимал происходящее. Бармен слегка к нему наклонился и произнес:

— Привет, Мегрэ. Извини, что так получилось. Но ты сам виноват. Где твоя былая сообразительность? Стареешь, комиссар.

Глаза в последний раз сомкнулись, и безжизненное тело свалилось на пол. Армор не сдерживал восторг и чуть не рассмеялся. Но недоумевающий взгляд Кризалис его тут же успокоил.

— Ты страшный пони.

— Да брось. Я же его н-н-не убил. Все, переходим ко второй части. Только зачем ты выпила из той бутылки? Тебя же сейчас тоже вырубит.

Кризалис отмахнулась.

— На меня это не действует. Не в таких дозах, по крайне мере. Ладно, я полетела.

Единорожка поспешила к выходу и, попав в темный коридор, тут же обернулась пегасом. Немного размяв крылья, она взмыла в воздух с поразительной скоростью и вскоре пропала из виду.

Тем временем к Армору подошел администратор заведения. Оценив ситуацию, земной пони произнес:

— Опять что ли! Откуда только такие берутся? Ладно, сейчас его выведут на улицу.

— Постой, Вайсер Кап. Это уважаемый пони. Я знаю его адрес. Снаряди-ка лучше карету и довези до дома. Там его обязательно встретят.

Всю оставшуюся смену Шайнинг был не в своей тарелке. Конечно, все шло по плану, но зашли явно далеко. Похищение — это серьезное преступление. Селестия просто взорвется, если узнает.

Прогулка до дома дала успокаивающий эффект. Свежий воздух прояснил голову. Он уже готовился ко встрече с Кризалис, которая, возможно, в честь удачной операции испекла ему что-нибудь вкусное.

Однако от представшей картины у единорога чуть не упала челюсть. Посреди зала лежала пегаска обмотанная веревкой. Армор застыл. Самые страшные мысли полезли к нему в голову.

Но присмотревшись, он понял, что королева не была связанна, а просто спала, запутавшись копытами в мотке. Неподалеку валялся Мегрэ, присвистывая после каждого храпка. Шайнинг облегченно вздохнул, а затем усмехнулся.

— Не действует, говоришь? Ну-ну. Ладно хоть в дом его успела притащить.

Веревки поднялись в воздух, аккуратно сползая с ног Кризалис, и тут же обмотали тело пегаса, лишая того возможности свободно двигаться. Проверив узлы на прочность, Шайнинг решил, что теперь имеет право на заслуженный сон. Ему хотелось оставить комиссара на полу, а самому удобно улечься на кровать вместе с любимой. Но случайная встреча с зеркалом его остановила. Оттуда смотрело злое, ехидное лицо. Оно словно хотело сказать: — «Вот ты и превратился в злодея». Армор поежился, стыдливо отворачиваясь в сторону.

— Нет! Он будет спать на кровати, а мы на полу. Так сойдет?

* * *

Даже Зекора не знала о существовании этой пещеры. Она находилась на самом краю Вечно дикого леса. Раньше эта местность прибывала в спокойствии. Из-за болотистой почвы звери там не обитали. Редкий шум птицы мог нарушить тишину. Но сейчас оттуда гурьбой выползали огромные пауки. Некоторые из них тонули, пытаясь пересечь топь. Другие шли по их спинам, успешно добираясь до берега или расширяя тропу своими телами.

В самой пещере весь пол был усеян яйцами этих существ. Воздух пылал неестественным жаром. Его накаляло дыхание огромного существа, что нависало над всем этим.

## Глава 20

Луч солнца потревожил спящего пегаса. Впервые за много лет он проснулся позже рассвета. Бессонница его не мучила, но подолгу лежать не получалось из-за больного крыла. Без постоянной разминки появлялись ноющие боли. Но сейчас он чувствовал себя хорошо. Правда, все его тело находилось в слегка онемевшем состоянии.

Мегрэ прекрасно помнил тот факт, что вчера попал в западню. Частично помнил слова Кризалис и ухмыляющегося бармена. Что-то говорили про Армора. Отравленный напиток. Он думал, что уже не очнется. Но почему-то остался жив.

Связанные ноги ничуть не удивили комиссара. Тот факт, что его положили на мягкую кровать, был куда более странным. Да и сами узлы не выглядели надежно. Практически без труда он смог освободить передние конечности, а затем и задние. Но все проделывалось без малейшего шума. Легкий скрип мог прервать череду удач.

На полу, в считанных метрах от него, спало несколько пони. Незнакомая пегаска и, да, тот самый бармен. Но только его волосы были другими. Сейчас он очень походил на Шайнинга Армора.

«Ах, это же он и есть», — чуть не воскликнул комиссар. Теперь он вспомнил слова королевы. Шайнинг был жив. Он все подстроил ради воссоединения со своей любовницей. А эта пегаска, должно быть, она и есть. Иначе как объяснить отсутствие кьютимарки в таком возрасте? Да и какие-то схожие черты имелись.

Теперь он видел всю картину. Самый громкий скандал, какой только можно было представить. Трагедия всей Эквестрии оказалась фарсом. Принц просто решил сбежать от своей жены. Не ради политики. Не ради государства. А лишь исходя из своих любовных предпочтений.

Мегрэ стало противно. Он всего себя посвятил служению отечеству. Рисковал жизнью, соблюдая интересы принцесс. Со своей женой он познакомился еще в раннем возрасте и с тех пор не смел и думать об измене. При этом он ровнялся на Армора, национального героя и достойного мужа. Какая ирония.

Размятые ноги готовы были унести пегаса из этого дома. Но стук копыт непременно бы разбудил его похитителей, а он планировал исчезнуть без эксцессов. Поэтому решил аккуратно разорвать наволочку на четыре части и соорудил импровизированные ботинки.

Задумка сработала. Затаив дыхание, Мегрэ мягко шагал по полу, медленно, но эффективно преодолевая опасное расстояние мимо спящих тел. Почувствовав небывалую легкость, он даже решил ускориться. Однако она вскоре переросла в невесомость, которая подняла его на несколько метров и направила в обратную сторону.

— Кризи, ты уже проснулась? – сквозь сон бормотал Шайнинг.

— Нет, это тот пегас поднялся.

— Мегре? Я же его связал!

Единорог вскочил на ноги и встретился взглядом с парящим комиссаром. Сложно сказать, кто их них глупее себя чувствовал.

— Держи его, он улетает!

— Да успокойся, я и так держу. Не видишь что ли?

Кризалис уже успела перевоплотиться в истинное обличье, и теперь не спеша поднималась на ноги, зевая и потягивая спину. Мегре приземлился на кровать и поспешил снять тряпки со своих копыт.

— Не знаю, как вы комиссар, а я поспала отлично. Надо у Армора рецепт взять.

— Да, я тоже хорошо выспался. Только веревки немного натерли.

— Ну что поделать. Вам просто не стоило браться за это дело.

— Я не решаю, что мне стоит, а что нет, — сказал Мегре, обращаясь к Шайнингу. – Есть долг и служба. Верность и честь.

Единорог встал в позу, словно получив немыслимое оскорбление.

— С-с-служба кому? Принцессам? Взгляни на себя, это же эксплуатация. Больному старику не дают уйти на з-заслуженный отдых, заставляя бегать по поручениям.

— Я все еще полезен, поэтому остаюсь на службе. А ты как трус сбежал от всех обязанностей.

— Вот уж нет! Я не сбежал, а освободился. А ты оставайся рабом. Т-т-трудись, служи, а аликорны пусть и дальше решают, как тебе будет лучше. Ты даже не представляешь, что такое жить с ними.

— Ты принял титул и обязательства…

— Они са-сами так решили! Смел ли отказаться? Нет, повинуясь долгу. Но с меня хватит. Их не так з-заботят наши жизни, как ты думаешь.

Кризалис начинал раздражать столь пафосный диалог двух упертых пони, поэтому она вмешалась:

— Послушай, комиссар, хватит приставать к Армору. Ты разве не видишь, что у него с головой не все в порядке? Я это уже давно поняла. А насчет своих принцесс ты действительно много не знаешь. История всегда переписывается, но я, как современница, все помню. Они много чего интересного вытворяли. Пару веков назад жил пони, которого Селестия свела с ума своими розыгрышами. А Луна вообще подожгла театр. Но никто об этом не знает.

Все в комнате замолкли. Мегре опустился на кровать, не найдя что ответить. Действительно, зачем спорить с королевой чейнджлингов и предателем принцем. Они вполне достойная друг друга пара подков.

— Я н-н-нормальный! – заявил Шайнинг, оставшись наедине с Кризалис. – Мне н-надоели эти шутки. В чем проблема?

— Вчера я видела, как ты разговаривал с зеркалом. А так все отлично. Но да ладно. Вот мы схватили этого пегаса. И что с ним теперь делать?

— Ну сотри ему память.

— Всю память за целый месяц? Нет, так не получится. Тут нужно зелье варить.

— Кто-нибудь это умеет из твоих подданных?

— Конечно, умеют. Пошлю Кристину в Улей и через пару дней все будет.

— Отлично, — сказал Армор и крепко обнял королеву. За спиной у той находилось зеркало. Оттуда подмигнуло улыбающееся лицо.

— Уйди, — прошептал жеребец.

— Чего?!

— Я не тебе.

## Глава 21

Впервые Кризалис явилась во дворец по приглашению. Сегодня ей назначила встречу принцесса Луна. Неудивительно, что остальные аликорны предпочли пропустить это мероприятие. У всех из них был повод, мягко говоря, недолюбливать королеву. Лишь только принцесса ночи имела те фрагменты знаний о ситуации, чтобы не видеть ничего плохого в поступках чейнджлинга.

Кризалис устроилась в зале переговоров. Вся обстановка вокруг явно показывала доминирование Луны в этой сфере деятельности. Цвета, картины, интерьер и символика в большей части были выполнены по ее собственным вкусам и образам. И не было в этом ничего удивительного. Из всех принцесс она была лучшая в дебатах, всегда оставаясь достаточно спокойной и твердой.

Под духовое сопровождение двери распахнулись. Все, что до этого издавало шум, моментально затихло. Даже сердце королевы стремилось стучать тише. Ее это поразило. Если когда-нибудь предстоит еще раз вести переговоры с Луной, то та обязательно постарается быть готовой.

Наконец они поприветствовали друг друга и уселись за стол. Кризалис предложили чай. Она не смела отказаться, так как после очередного бурного вечера в компании Шайнинга все утро испытывала жажду. Первая чашка опустела моментально. За ней последовала еще одна. Луна никак не выражала свое недовольство и лишь терпеливо ждала.

Несколько часов прошли незаметно для королевы. Они обсуждали условия поставок и командировок. В основном затрагивались те же темы, что она обсуждала с Твайлайт Спаркл в самом начале. Чуть позже стало интересней. Принцесса заявила, что во время войны пони увидели необычные технологии, которые применялись на фронте. Теперь они желают иметь это и в своих домах. Возможно, предстоит глобальная электрификация. Но лишь в далеких планах.

Вообще вся эта встреча была показушной. Вокруг сидело несколько репортеров, которым доверили вести записи. Ничего напряженного не происходило. Но лишь до того момента, пока они не остались наедине.

— На самом деле есть одна серьезная проблема, — чуть склонившись, заявила принцесса. – Недавно стали происходить странные вещи в Кантерлоте.

— Да, и какие же?

— Принесите!

После команды Луны, недалеко от их места появился передвижной столик с останками какого-то страшного существа. Кризалис поежилась. Знакомые черты ее пугали.

— Все чаще эти монстры появляются в городе. На границе их уже весьма много. Были случаи нападения.

— Я так понимаю, нападали на чейнджлингов?

— Да, пока только на них. Что вы знаете?

— Боюсь, это мы их привели за собой. Наши природные враги. Тот факт, что множество чейнджлингов прибывают на поверхности, активизировало их.

— Надеюсь, вы понимаете, что наличие этих существ нас не устраивает. Вы можете решить эту проблему?

Кризалис задумалась. Эту «проблему» она решала уже не одно столетие. Впрочем, сейчас все по-другому. Есть ради чего рискнуть. Пусть все сведется к одному сражению.

— Да. Дайте мне несколько дней. Я попробую исправить положение.

Пока Кризалис ушла заниматься своими делами, Шайнинг взял несколько выходных и сидел с Мегрэ. Ох, это были напряженные дни. Ни единого слова никто из них не произнес. Случайные встречи взглядом заставляли обоих сжимать челюсть. Комиссар хотел есть, но не собирался просить. Армор знал об этом. Сам он был вынужден отказаться от сна, приглядывая за пегасом. Поэтому их тяжбы казались равноценны.

Но все же единорог был слабее. Стоило чуть дольше нужного держать закрытыми глаза и вот уже сознание попало в царство дремы. Разумеется, это заметил пегас. Он пару раз стукнул копытами, проверяя реакцию Шайнинга, и победно улыбнулся.

Как и ожидалось, входная дверь была заперта. Но это не расстроило комиссара. Он заранее планировал, что найдет выход, поднявшись по лестнице на крышу.

Вот он почти на свободе. Вид города открылся ему с высоты двухэтажного дома. Осталось совершить всего один прыжок, немного болезненный, но не смертельный. Только зачем? То, что он знал, расстроило бы всех. Зачем Каденции знать, что ее муж изменщик и предатель? Зачем остальным знать эту пакость? И все это может привести к войне. Такой груз ответственности был не по плечу старому пегасу.

Он еще пару минут поглядел вниз, а затем решительно развернулся. Перед лицом стоял принц, с ехидной улыбкой.

— Что комиссар, погода не летная?

Мегрэ даже не злился. Он взглядом попытался передать все те мысли, что таил за душой. И кажется, ему удалось разжалобить единорога.

— Бедолага. Я ведь тоже оказывался в подобной ситуации. Был выбор между совестью и долгом. Я выбрал первое.

— И как, не жалеешь?

Армор усмехнулся:

— Ни капли. Ладно, пойдем. Есть капустный пирог, — предложил он, а затем гордо добавил: — Кризи приготовила.

С этого момента отношения между ними стали чуть теплее. После обеда завелся разговор о минувших днях, когда велись сражения и возникали конфликты. Армор узнал много интересного о деятельности тайной службы в ту пору и увидел по-новому некоторые события. Во время диалога у пегаса все время дрожали копыта. Поначалу это не особо привлекало внимание, но чуть позже начало раздражать. К счастью, принц скоро догадался, в чем дело.

— Эй, комиссар, тебе, кажись, надо выпить?

— Ох, я бы сейчас многое отдал за стаканчик крепкого. Если есть, конечно.

— Пфф, какие проблемы. Ты забыл, что я работаю барменом?

Собственно, ближе к ночи, оба уже были «в стельку». Запасов у Армора хватило бы на долгий праздник. Веселые разговоры сменило затишье, перешедшее в фазу душевных разговоров. Шайнинг жаловался о том, что не может быть всегда рядом со своей любимой.

— А в чем проблема? Я удивлен, почему ты до сих пор тут. Уехал бы к ней, да и жили бы нормально.

— Не могу. Селестия не отпускает.

— Чего? Она про тебя знает?

— Она про все знает. Так уж вышло.

— Мда, дела, — сказал пегас после очередного стакана. – Значит я не самая ваша большая проблема.

— Я словно на привязи сижу. Как только у нее получается меня находить? Не понимаю.

— Серьезно? Не знаешь? Принцесса может отыскать любого единорога по наличию магии. Так что, скажи спасибо своей антенне на голове.

Шайнинг был поражен от столь простого и очевидного ответа. Конечно же, все дело в магии. А он был не самым слабым ее носителем. Тогда получается, что лишь наличие рога отделяет его от свободы.

— Как думаешь, это больно? — спросил принц, ощупывая копытом свой рог.

— Что больно?

— Ну, отделить его.

— Чего?! Ты серьезно, что ли?

— Ну да. Хоть сейчас бы это сделал.

— Я, конечно, сам не пробовал, но говорят, что боль невыносима.

«Провалиться на месте, я просто это сделаю и сразу покину Кантерлот», — думал Шайнинг. Где-то в ящике отыскалась пила. Он подошел к зеркалу и слегка надавил инструментом на твердую поверхность. Боль моментально разошлась по всей голове, парализовав мышцы до самого хвоста.

— Я не могу, — вздохнул единорог.

— Ну и хорошо. Подумай, как звучит: пьяный единорог отпилил себе рог. Глупее не придумаешь.

— Мегрэ, может, окажешь помощь?

— Ни за что! Успокойся уже, больной пони. Ты точно чокнутый. Зря я сомневался.

Еще около часа Шайнинг умолял Мегрэ. Устроил истерику. Лез в драку. Нервы пегаса были на пределе.

— Хорошо! Я согласен. Давай отпилим тебе этот дискордов рог!

Мегрэ искренне верил, что стоит ему сделать небольшой надпил и принц сразу же образумится. Пони склонил перед ним голову, опустив на стол магический орган. Комиссар, со сжатой в зубах пилой, решал с какой стороны ему подлезть.

В таком виде они предстали перед Кристиной, спускающейся с крыши. От удивления она запнулась и совершила кувырок с неудачным приземлением.

— Привет, Кристина, — невозмутимо поприветствовал Шайнинг.

— Вы… вы чего тут делаете? Хотя нет. Не хочу знать. Вот зелье, которое заказывала Кризалис. Не знаю, кому из вас его надо выпить…

— Ты меня не узнаешь? Это же я, Армор.

Кобылка еле удержалась на ногах от повторного падения.

— Принц?! Живой? А ты что тут делаешь Мегрэ? Объясните, что происходит?

Услышав в полной мере хронологию событий, Кристина еще некоторое время прибывала в ступоре. Но Шайнинг тоже хотел получить ответы.

— А где Кризалис? Когда она вернется?

— Ох. Сейчас непростая ситуация. Ты же слышал наши легенды? Из всех первородных существ, созданных Вендиго, до наших дней дожило лишь одно. Сейчас оно интенсивно плодиться. Из-за этого королева отправилась на сражение.

— Одна? Но почему?

— Поверь, даже от армии нет толку. То место – сплошная западня. А управляться с необходимым оружием не так-то просто. Сегодня я впервые увидела, как она смогла поднять его.

— Как ты позволила ей уйти?! Это же не нормально!

— Ты думаешь, никто не отговаривал? Она же упертая.

— Это не отговорка. Показывай, куда идти.

— Армор, от твоего присутствия не будет толка.

— Показывай! – яростно прохрипел единорог, пододвигая карту.

Кобылка сдалась. На бумаге обозначилось место. Армор в спешке собрал одежду и деньги. Открывая дверь, он крикнул напоследок:

— Мегрэ должен выпить зелье. Проконтролируй!

Пегас ухмыльнулся, глядя на недоумевающего чейнджлинга. Та явно не знала, что предпринять. Пони был крупнее и явно сильнее. Возможности заставить его что-либо делать не имелось. Она просто с глупой улыбкой протянула ему склянку.

— Мегрэ, выпей пожалуйста.

Тот рассмеялся. Однако к ее удивлению принял предложение.

— Ох, надеюсь, что хотя бы не забуду, где живу.

## Глава 22

На холм, поросший сухой и колючей травой, приземлились тяжелые копыта. Тело темной кобылки сверху донизу покрывали массивные доспехи. Они зеркально отсвечивали, разбрасывая лучи солнца по округе. Около десяти отшлифованных черных камней симметрично расположились на основных частях.

На спине сорвалось несколько ремешков, дав волю свободно упасть трем составным элементам королевского оружия. Две металлические трубы последовательно соединялись и крепились к топору, который подобно доспехам имел золотой блеск и пару инкрустированных Кризалинов. В собранном виде все это имело внушительный размер. Управляться орудием без магии никакой возможности не было.

Но и магия не давала большого преимущества. Кризалин и аргонтис сводили воздействие к минимуму. Кузнецы из Улья довольно долго вычисляли необходимую длину топорища, чтобы уровнять плечевую силу и поглощающее воздействие. Но, даже получив идеальные пропорции, предмет оставался неподъемен для королевы. Лишь благодаря роману с Шайнингом, ее силы достаточно выросли для этого.

Не без усилий Кризалис удалось сфокусироваться на оружие. Оно не спеша вынимало свое лезвие из земли. Ускорение продолжалось до победного возгласа королевы. Ей получилось достаточно хорошо сконцентрироваться и довольно быстро начать размахивать предметом. С довольной, но кровожадной улыбкой она зашагала, насвистывая мотив любимой песни, в которой обещался идеальный день.

Тем временем Армор метался по Кантерлоту, выискивая хоть одного пегаса для перелета. Он уже обошел все известные инстанции и конторы. Даже высокое вознаграждение не помогло убедить ни одного пони. Настораживающая таинственность и опасная местность не позволяли здравомыслящему пегасу приняться за работу.

Совсем выбившись из сил, Шайнинг заглянул в кафе и сделал небольшой заказ. Его зубы скрипели от злости. Отсутствие собственных крыльев впервые так сильно угнетало. Именно сейчас неведомо что происходило с его Кризи, а он бессилен прийти ей на помощь.

Официант поставил поднос рядом с раскрытой картой и, получив одобрительный кивок, уже хотел развернуться. Однако что-то задержало его внимание. Голова вдруг наклонилась ближе к столу. Земной пони стал совершенно бестактно разглядывать содержимое бумаги. Армор раздражено кашлянул, призывая соблюдать личное пространство.

— Вы что-то хотели? – спросил принц.

Официант окинул его не менее вопросительным взглядом. На секунду глаза свернули зеленым блеском. Это вполне оказалось хорошим ответом. Перед единорогом стоял чейнджлинг, который увидел на карте знакомую местность и теперь желал знать, что задумал этот пони.

— Шайнинг Армор, — представился единорог.

Услышав имя, официант слегка откачнулся назад. Шестеренки в голове быстрее завертелись, выпуская конвейером десяток вопросов. Но Шайнинг заранее был готов выдать ответы.

— Да живой. Да знает. Недавно с ней встречались. Послушай, тебя как зовут?

— Дарко.

— Помоги мне, Дарко. Я должен быть там. Тебе ли самому не тяжело ожидать, что произойдет.

— Я вообще ни о чем не знаю. Она что, пошла туда?

— Да! Отвези меня, пожалуйста. Я нужен ей, правда.

Подумав немного, чейнджлинг согласился. Он отпросился у начальства и вместе с принцем выбежал на улицу. Немного побродив, им встретился знакомый Дарко. Тот выдавал себя за пегаса и занимался грузоперевозками.

Армор стоял у входа на склад, разглядывая упакованные коробки. Ждать, чем закончится разговор чейнджлингов было тяжко. К тому же он боялся, что тем придет в голову, вместо оказания помощи, схватить неуемного единорога. Однако все обернулось удачно.

— У нас колесница. Мы оба полетим с тобой.

Шайнинг облегченно вздохнул.

Чейнджлинги летели не так быстро, как могут пегасы, но все же им удалось добраться без передышек. Дарко и его друг повалились без сил, стоило оказаться на земле. Армор не теряя время, спрыгнул к ним и поинтересовался:

— Мы возле пещеры. Я так понял, все происходит внутри?

— Да, — выдохнул официант. – Подожди немного. Нам надо перевести дыхание.

— Нет уж ребята. Ждать не буду. Потом догоните.

Сомнений в правильности направления не было. Стоило единорогу оказаться внутри, как сразу на глаза попалось несколько искалеченных тел больших пауков. Боясь наступить во что-нибудь подобное, Армор организовал для себя небольшую подсветку.

В пещере было влажно и жарко. Не как в бане, но голова с непривычки кружилась. Пот со лба постоянно попадал в глаза, мешая единорогу разглядеть и без того странную местность. Казалось, все проходы были искусственно сложены из крупных камней. Примитивная кладка без раствора. В щелях таились змеи, насекомые и лягушки.

Первая встреча с пауком застала Шайнинга врасплох. Тот выскочил перед единорогом на повороте. Рефлекторно сработало защитное поле. Но монстр благополучно прошел сквозь него и даже не обратил внимания на самого пони. Армору лишь пришлось немного отойти в сторону, дабы уступить дорогу.

После этого случая принц понял две важные вещи. Во-первых, его магия совершенно не помогала. Во-вторых, паукам он был безразличен. Вторая теория довольно быстро подтвердилась. По потолку полз небольшой представитель этих тварей и в самый нужный момент свалился на единорога. Тот замер, испытывая неописуемый ужас и отвращение. Хотелось, как можно скорее сбросить противное существо. Но оно само поспешило отскочить, оставив лишь серебристый паутинный след на шерстке.

На пути все чаще встречались останки монстров. Удалось насчитать уже больше трех дюжин. Страшно было представить, что здесь творилось до его прихода. Казалось, пауки пытались все разом напасть и тут же были сокрушены. В какой-то степени это обнадеживало. Возможно, он действительно зря беспокоился за свою любимую.

Открывшаяся картина ужаснула. В огромном зале, освещаемом огнем горящей кучи убитых тварей, происходила кошмарная битва. Чудовище, немыслимо громадное, зажало в углу избитую кобылу. Та тяжело дышала, еле успевая отражать удары исполинских паучьих ног, на которых виднелось множество ожогов. Как успел заметить Армор, они появлялись при контакте с топором или доспехами. Оба противника были измотаны. Но королеве заметно труднее удавалось стоять на ногах. Часть ее доспехов успела потеряться, а из свежей раны на шеи сочилась кровь.

Шайнинг как сумасшедший завертел головой, ища, чем и как помочь. На сильнейший залп магии паук даже не обратил внимание. Зато отвлеклась Кризи. Это позволило монстру нанести сокрушительный удар сбоку и припечатать королеву к стене. Благо на там не оказалось острых выступов. Но сильная полупрозрачная конечность продолжала давить, корежа метал на теле. Даже разрастающаяся боль от сгорающей плоти не была помехой исполину.

Паника завладела единорогом. Он был готов на любой поступок. Что угодно, лишь бы остановить это. И поэтому, не боясь оказаться погребенным заживо, решил обрушить потолок. Там, на верху имелись щели, куда имело смысл целиться для быстрого разрушения.

План сработал почти идеально. Все крупные глыбы свались в область многочисленных глаз, придавив к полу лохматое тело. Но отскочивший как пуля булыжник пришелся Шайнингу в переднюю ногу. Боль была той самой, которую испытываешь при переломах. Однако в тот момент все казалось вполне терпимым.

Единорог не стал терять время и сразу захромал к лежащей Кризалис. Она была в сознании, но говорить не торопилась, некоторое время, набирая силы.

— Быстрее… Добей его! – взмолилась королева.

Шайнинг увидел неподалеку поблескивающий топор. Как и ожидалось, магией предмет поднять не удалось. Взявшись зубами за само основание, пони попытался поднять орудие.

Топорище выскальзывало, больно царапая эмаль. Однако с третьей попытки Армору удалось надежно зафиксировать его. Но, к тому моменту, паук уже успел очнуться и освободить из под обломков свою ногу. Тяжелая конечность направилась в сторону лежащего чейнджлинга.

Бросив неподъемное орудие, единорог поскакал наперерез. В последний момент он успел развернуться и яростно лягнуть врага, за что заплатил страшнейшей болью в месте перелома. Однако это не сильно помогло. Уже через мгновение готовилась следующая атака. Армор вырвал часть доспехов у Кризалис и навис над ней, держа во рту кусок метала с черным камнем.

Следующий удар был встречен удачно. Пластина вошла достаточно глубоко под кожу и причинила существу немыслимую боль. Но она же и придала пауку силы, чтобы суметь полностью выбраться из-под завала.

Шайнинг с отчаянием смотрел, как к ним приближалась зловещая фигура. Сил или магии уже не осталось для защиты. Но что-то не давало ему смириться с гибелью. Он планировал сражать чем угодно и как угодно, готовый встретить любую боль. Сложно сказать, было ли это упорством или глупостью.

Под ним послышалось рыдание. Оно словно ручей, журчало в тишине. Даже монстр остановился, чтобы послушать.

— Мне… мне раньше было безразлично. Я даже желала быстрее все закончить. Но они хотели жить, мой народ. И я старалась помочь. Только это и заставляло продолжать существование. Но сейчас я это сделала не из-за них, Армор. Из-за нас. Я, правда, поверила. Это же вы, пони, всегда говорили, что любовь непобедима. Может мне просто не дано правильно это делать. Я знаю, как сильно ты меня любил. Я могла это чувствовать. Но вряд ли мне удалось одарить тебя чем-то кроме проблем. Прости, пожалуйста.

Теперь уже и у единорога по щекам лились слезы. Не сводя глаз с монстра, он спокойно принялся говорить.

— Я уже говорил, что ни о чем не жалею. Пусть недолго, но мы были вместе. И я чувствовал, Кризи, чувствовал.

Не свойственное магии принца сияние стало разгораться вокруг его рога.

— Я это чувствовал, когда ты улыбалась. Когда беспокоилась или злилась. Поверь, мне было лучше, чем сытому чейнджлингу.

Теперь фееричные искры создавали линию между парой и монстром. Из нее не спеша вырастала стена, которая тут же двинулась вперед.

— И ты не ошиблась. Наша любовь несокрушима. Она помогала делать немыслимые вещи и так будет всегда.

Паук нанес удар по светящейся стене и с ужасом понял, что не может пройти сквозь нее. Паника овладела им. Позади оказалась глухая стена. Все пути к отходу были закрыты. Страшный визг раздался по пещере, когда свободного пространства больше не осталось. Тело монстра начало плющить. Агония не покидала его до последнего момента. Все затихло, лишь только когда осталось бесформенное месиво.

Ослабевший Армор качнулся в сторону и рухнул рядом с Кризалис. Их мордочки уткнулись нос к носу. Слезы продолжали литься, но уже на счастливых физиономиях.

## Глава 23

Над головой гудел вентилятор. Шайнинг помнил это изобретение чейнджлингов, обеспечивающее доступ к свежему воздуху. Струя падала прямо на него, охлаждая горячий лоб. Тело еще не чувствовалось.

Он не спешил открывать глаза. Ему хотелось еще немного насладиться негой, прежде чем увидеть свое искалеченное тело. В этом не было сомнений. Но надолго блаженное состояние удержать не вышло. Разум разогревало любопытство, требуя ответы.

Первое, что единорог узрел, это намордник. Проволочная конструкция туго сковывала его челюсть снаружи и изнутри. Попытки пошевелить ртом ничем, кроме боли не завершились. Он рефлекторно попытался прикоснуться копытом к этой штуке. Нога отказалась двигаться. Гипс не давал суставу сгибаться, а ремни и вовсе намертво зафиксировали конечность в воздухе.

Все эти резкие повороты и вздрагивания вызвали цепную реакцию из зуда, мигрени и колющей боли. Из пересохшего рта вырвалось глухое мычание. Шайнинг закрыл слезящиеся глаза и принялся глубоко дышать. Это помогало. Он слегка повернул голову и осмотрел помещение.

Обстановка вокруг была приятной. Все стены обтягивала зеленоватая ткань. Свет мягко рассеивался, отражаясь от мраморного пола. Стол, стул и вся прочая мебель были уставлены съедобными цветами. Тумбочка была завалена пестрой бумагой, похожей на открытки. Лишь только жестяная кнопка на стене не вписывалась в обстановку.

Армор надеялся, что нажатие на этот предмет даст какой-нибудь звуковой сигнал. Это, казалось, удобным средством для связи. Он поднял телекинезом деревянную фигурку пони, затерявшуюся среди мишуры и бросил ее в сторону кнопки. Попал. Но вместо ожидаемого, в комнате просто на всего погас свет. Кромешная тьма заполнила пространство.

От неожиданности единорог засопел. Ему было не комфортно и страшно. Это побудило продолжить издавать громкие звуки, в надежде на результат.

Дверь распахнулась, показав силуэт высокой фигуры. Чуть позже вновь зажегся свет.

— Тише-тише. Все хорошо, – произнесла Кризалис.

Шайнинг сразу осмотрел кобылку. Она выглядела довольно бодрой и здоровой. Лишь пара бинтов украшала шею. И то, сквозь них уже не просачивалась кровь.

— Сразу говорю, у тебя сломана челюсть.

— Учуму? – поинтересовался жеребец.

— Ты очень не вовремя отключился в пещере. Почти сразу же вновь начал рушиться потолок. Нас чуть не завалило. Но я задержала большую часть камней. Так что, никаких претензий.

Единорог тяжело вздохнул.

— Не расстраивайся. Зато ты убил ту тварь. Это, пожалуй, самое значимое событие в истории моего народа. Я еще не видела у них такой радости. Тебя будут долго чествовать. Может даже статую поставят. Теперь Шайнинг Армор величайший герой чейнджлингов! Называют будущем королем, ждут свадьбу…

Щечки королевы порозовели. Она выглядела такой смущенной и невинной. Но Шайнинг еще помнил ту ночь перед отъездом из Улья. И потому весьма скептически оценил ее реакцию.

— Будь готов, что тебя некоторое время будут доставать. Но не бойся. Скоро я устрою всем большой сюрприз. Это будет нечто. А пока что, придется потерпеть.

Кризалис подмигнула и вышла из помещения. Тут же ворвалось полчище шумных жеребят. Они старались как можно ближе пробиться к больному пони, чтобы что-то рассказать или задать вопрос. Но разобрать было невозможно.

Волна маленьких темных тел заполонила комнату. Некоторые уже прыгали по кровати. Гипс на ноге моментально оказался разрисован. Кто-то пролил сок на подушку. Слева дрались. Справа визжали. Шайнингу захотелось вновь оказаться зарытым под землей.

* * *

Главная площадь подземного города была переполнена. Впервые на ней собрались АБСОЛЮТНО все, от мала до велика. Сложно было недосчитаться хотя бы одного чейнджлинга. И это неудивительно. После произошедших событий королева обещала огласить «самую важную речь». Пропустить такое никто не смел.

Волнительный ропот стих, когда на балконе появилась фигура правителя. Она гордо несла свою голову. На лице зияла не иначе как ухмылка.

Создалось тяжелое напряжение. К тому моменту, когда королева соизволила открыть рот, толпа уже дышала в унисон.

— Вы даже не представляете, сколь много раз я представляла себе этот момент. Главный враг повержен. Теперь можно покинуть подземелье и спокойно жить. Ничего больше не угрожает вымиранию расы. Я чувствую, что, наконец, выполнила свой королевский долг. Поэтому, сегодня мне предстоит сложить свои обязанности.

Кризалис сделала паузу. В один момент все издали удивленный возглас, который многократно пронесся эхом по пещере. Даже птицы снаружи в ужасе покинули свои насесты.

— Все верно. По традиции, когда меняется эпоха, меняется и королева. Вам больше не нужно сражаться и выживать. Моя строгая диктатура тоже не нужна. Я повторила поступок своей предшественницы. Сегодня обрел жизнь ваш новый правитель.

Кризалис подняла копыто и к ней подошла высокая пони. У той была розовая грива, словно усыпанная лепестками цветков и ярко зеленная шерстка, словно обтянутая корневой сеткой.

Особа это выглядела смущенной. Взгляд ее постоянно падал на пол. В голове у новорожденного правителя творился полнейший хаос. Еще совсем свежее сознание не успело сформировать структуру личности. Кризалис помнила это состояние. Но благо, оно не должно было долго продлиться.

— Вот она. Любуйтесь новой королевой. Теперь вам не нужно тело, подобно моему. Новая раса будет миролюбивой. Готовьтесь к трансформации.

Зеленная кобылка тихо шепнула чейнджлингу:

— А ты уверенна, что они этого хотят?

— Я уверена, что не собираюсь ни у кого спрашивать. Начинай.

Новая королева вздохнула и вновь опустила голову. Из ее гривы и хвоста в разные стороны полетели святящиеся вихри. Стоило частичке этой материи прикоснуться к чейнджлингу, как тот моментально менял внешность. На лицах исчезали клыки, а тело покрывалось растительными атрибутами. Впрочем, однотипной трансформация не была. Бывшие воины покрывались корой. Крылья других стали напоминать листья. Кто-то оказался покрыт лианами.

Последняя сияющая пылинка летела в сторону Кризалис. Та испавшись, молниеносно увернулась, подставив под удар прячущуюся Кристину.

— Нет-нет! Я не хочу, подождите, — завопила служанка. Но было поздно.

Бывшая королева удивленно ахнула, когда увидела новое тело подруги. Та была похожа на мухомор. На голове появилась грибовидная шляпка.

Кристина метнулась к зеркалу и чуть не закричала. От ужаса тело онемело. Дрожащим голосом, она произнесла:

— У меня на голове вырос гриб?

Кризалис подавила первую волну смеха. Кристина невозмутимо продолжила:

— Почему именно у меня? Где же мои волосы? Верните мои волосы.

Теперь у бывшей королевы то и дело раздувало щеки от прорывавшегося хохота. Завидев непонятную реакцию кобылок, зеленая пони произнесла:

— Как необычно получилось. Кризалис, а ты не хочешь присоединиться к своему народу.

— Да Кризи, — саркастично заговорила Кристина. – Это ведь так весело было всех превратить в огород. Давай уж тоже тебе что-нибудь на голове вырастим.

Это было последней каплей. Слезы брызнули из глаз чейнджлинга и та, с истеричным смехом, выбежала в коридор.

Зеленная королева недоумевала.

— А что я не так сказала?

Кобылка-гриб закатила глаза. Ей не хотелось ничего объяснять, поэтому она тоже покинула комнату, тихо бормоча ругательства под нос.

* * *

Снаружи кипела деятельность. Бывшие чейнджлинги съезжали из старого дома. Куча вещей плыла по воздуху. Кто-то тащил телеги.

Но это происходило вяло. Новая раса прибывала в ступоре. Взрослые все еще ошалевши смотрели друг на друга. Зато жеребят переполняла энергия от произошедших событий и, особенно, от смены внешности. В моде стало носить таблички с именами, дабы не терять друзей и знакомых.

Чуть поодаль расположилась Кризалис. Она грелась на солнце, прикрывая голову зонтиком. Ко рту то и дело подлетала кружка чая. Она неописуемо блаженствовала, осознавая, что, наконец, получила свободу. Особенно это радовало при взгляде на тех, кто трудился.

Идиллия лопнула, когда к чейнджлингу подбежал маленький цветок, отдаленно напоминавший жеребенка.

— Здрасьте. А вы больше не хотите быть нашей королевой? — пропищало существо.

Кризи лениво подняла голову и тут же увидела неподалеку пару цветастых пони, очевидно являющеюся родителями жеребенка. Им, видимо, тоже хотелось услышать ответ.

— Понимаешь, Цветочек, королева вами так долго правила, что давно могла уже рехнуться. Мне, как и всем нужен отдых. Очень долгий отдых. Но в гости буду обязательно заходить, где бы вы там не устроились.

— Хорошо. А Шайнинг Армор тоже будет приходить?

— Конечно, будет. Только пусть поправиться вначале.

— Хорошо. А вы поженитесь?

Вот это уже была провокация. Но ответ все же пришлось дать.

— Если Армор такой же честный пони, каким себя считает, то да. Все иди к родителям, помоги им чем-нибудь.

Остаток дня прошел без происшествий. Любопытных подходило множество, но кобыла каждый раз притворялась спящей. Так или иначе, теперь народ был не ее проблемой.

Под вечер Кризалис действительно уснула. Звук взмаха крыльев и топот вернул ее в реальность. На против бывшей королевы стояла растрепанная Ми-Амора Каденс. Глаза ее свирепо сверкали, а на шеи висел амулет аликорна.

— Отдыхаешь, бывшая королева.

— Ага, солнце не загораживай.

Каденс усмехнулась.

— Так много событий произошло. А я столько не знала.

— Что поделать. Все не проконтролируешь.

— Это верно.

Тон аликорна резко сменился на более грубый.

— Ты даже не представляешь, как я желаю сейчас тебя испепелить. Но мне вначале необходимо увидеть Армора. Если будешь послушно себя вести, то может и получишь прощение.

Кризалис сделал глоток чая и насмешливо ответила:

— Знаешь, неделю назад я дралась с гигантским пауком. Вот он был страшен, а ты нет. Я учитываю твою побрякушку на шеи и все же не впечатлена. Попробуй найти более серьезный аргумент. Тогда и поговорим.

— Ах ты ведьма! – закричала принцесса и приготовилась к атаке.

— Давай, начинай. Я тебе все перья повыдергиваю!

Именно в таком духе шел дальнейший разговор. Каденс злилась все сильнее. Ей хотелось поскорее достичь того состояния, когда можно будет напасть без сожалений. Но огромная тень в один миг успокоила перебранку. Крылья Селестии перекрыли лучи уходящего солнца. Она приземлилась напротив разъяренных кобыл.

— Каденс, что ты тут делаешь?

— Ищу Армора. Я узнала, что он жив и пленен чейнджлингами.

— Все намного сложнее, — задумчиво ответил белоснежный аликорн. — Отведи нас к нему, Кризалис.

— Так не пойдет. Он в очень плохом состоянии. Ваше появление сделает только хуже.

— Переживет как-нибудь. По-другому это не решить.

Бывшая королева подумала и дала ответ.

— Так и быть. Только контролируй эту истеричку. Я не хочу устраивать потасовку в больнице.

Шайнинг апатично лежал на кровати и всем чем мог предчувствовал надвигающуюся беду. Еще вчера куда-то пропали врачи, санитары, да и вообще все чейнджлинги. Кризалис тоже не появлялась. Ему совершенно было неизвестно о глобальном переезде из Улья. Запасы еды и воды кончались. Он был всеми брошен и забыт. Словно остался один во всем мире.

Громкий топот вызвал надежду у жеребца. Тот неистово замычал, пытаясь привлечь внимание. В дверях появилась его любимая. Но не успел он облегченно вздохнуть, как следов ворвалась принцесса Селестия. Шайнинг испустил крик ужаса. А после появления своей законной жены и вовсе потерял сознание.

— Армор! – воскликнула Каденс и бросилась к мужу. – Все хорошо. Ты поправишься. Сейчас мы полетим домой.

— Никуда он не полетит! – выступила бывшая королева. – Он здесь по своей воле. И все эти раны не я ему нанесла.

Ми-Амора окинула чейнджлинга звериным взглядом. Неизвестно, что могло последовать в дальнейшем, если бы Селестия не отвела в сторону свою родственницу.

— Шайнинг, ничего не бойся. Если что, я им обеим рога пообломаю.

У аликорнов состоялся долгий разговор, в ходе которого Каденс узнавала все подробности событий. После каждого шокирующего факта она слезящимися глазами смотрела на мужа, и тот стыдливо кивал, подтверждая сказанное.

Принцесса любви больше не могла ничего слушать. Каждый ее вздох сопровождали всхлипы, а по телу ударила крупная дрожь. Чувствуя, что вот-вот из горла вырвется крик, она попятилась назад, готовясь убежать. Но передумав, решила, что быстрее будет телепортироваться. Все остальные погрузись в тяжелое оцепенение. Шайнинга разрывало изнутри от стыда и горя. Кризалис, еще недавно презиравшая принцессу, теперь прониклась глубоким сочувствием. Лицо Селестии и вовсе исказила мучительная боль. Она уперлась носом в стену и, спустя время, хрипло произнесла:

— Тебе сам Дискорд может позавидовать. Столько проблем мне еще никто не устраивал. Вот куда она теперь ушла с амулетом? Боюсь представить, что можно натворить в ее состоянии. Не хватало мне еще одну Найтмер увидеть среди родни. Ладно. Надеюсь, Твайлайт и Луна помогут ее успокоить.

Перед уходом принцесса добавила:

— Я не держу на вас зла. Более того, я рада за чейнджлингов и их королеву. А ты, Шайнинг, как сможешь, навести сестру в Понивиле. Она будет рада снова увидеться.