# Шварц

Purple_Dart

В одном далеком улье родился необычный чейнджлинг...

Написано на RPWP 74

## Глава

первая и последняя

Давным-давно, в одном далеком улье вылупился маленький чейнджлинг. Его родные, мама и папа, были очень рады своему малышу. Казалось бы, что тут рассказывать, дети появляются ежедневно. Но этот был особенный. Его тело покрывал не угольно черный хитин. Напротив, он был нестерпимо белого цвета, словно снег на вершинах гор в солнечный день. Необычного ребенка назвали Шварц, вопреки его внешнему виду.

К несчастью, в те времена ходила легенда о белых чейнджлингах, что приносят с собой несчастья. Если бы кто-нибудь увидел малыша, суеверные жители скорее всего вышвырнули бы его из улья или совершили еще чего похуже. Детеныши не могут менять свой облик пока достаточно не подрастут, так что до тех пор родители решили спрятать его от посторонних глаз.

С самого раннего детства маленькому Шварцу говорили ни в коем случае не выходить из их домика-ячейки. Он никогда не играл с другими детьми, никогда не видел других чейнджлингов. Все что у него было это его комната и любящие родители. И книги. Много книг, в основном купленных или украденных у пони.

Сначала, еще не умея читать, Шварц разглядывал картинки, изучая окружающий его мир. Став старше, он запоем поглощал книгу за книгой, пока ему не попалась одна особенная. В ней рассказывалось о чейнджлингах. Только на всех картинках они были черные, как его родители. Раньше он не задавался вопросом своего цвета. Теперь же он с недоумением рассматривал белоснежный хитин на своих ногах.

В тот же день за ужином он спросил у мамы: «А почему я белый?». Вздохнула молодая чейнджлинг, поняв, что больше не сможет скрывать от своего дитя очевидно, рассказала все. О том что он отличается от других в улье, и именно поэтому ему нельзя выходить из дома-ячейки. О том что когда он подрастет, ему придется научиться маскироваться. И, конечно же, о том как сильно она его любит, не смотря ни на что. В ту же ночь маленький Шварц решил выбраться наружу и посмотреть на улей своими глазами.

Одной из любимых книг маленького чейнджлинга была история о храбром и хитром путешественнике. В одной из историй он измазался в грязи чтобы спрятаться от преследователей. Это натолкнуло малыша на мысль. Пока родители спали, он прокрался к камину, взял как можно больше угля и пепла и с ног до головы покрасил свой хитин в черный цвет. Посмотревшись в зеркало и убедившись, что не пропустил ни пятнышка, он весь в предвкушении вышел за дверь. Впервые в своей жизни.

Вопреки его ожиданиям, ничего не произошло. Немногие ночные прохожие не обратили ни малейшего внимания на черного малыша. Помявшись на пороге, Шварц отправился на свою первую прогулку в улей. Его зеленые глаза разбегались в стороны: домики-ячейки других семей, чейнджлинги, спешащие куда-то по своим делам. Расхрабрившись, он отправился исследовать новый для него мир.

Маленький чейнджлинг зашел довольно далеко от своего дома и собирался было уже возвращаться, но небеса взяли все в свои копыта. Над ульем нависла тяжелая облачная громада. Белесый диск луны едва пробивался сквозь густую завесу. Прошло не так много времени, прежде чем первые капли упали на землю.

Стоило холодной воде коснуться тела Шварца, как она смыла его хитрую маскировку, предательски обнажая белоснежный хитин, так хорошо заметный в ночи. Как бы мало не было ночью прохожих, от их глаз укрыться малышу не удалось. Послышались крики «белый!», им вторили другие. Вскоре небольшая толпа уже надвигалась на невинное дитя.

Помня рассказ матери о том что его ждет в случае поимки, Шварц, теряя остатки маскировки бросился бежать. Он думал что вот-вот уже будет дома, но с содроганием сердца осознал что ошибся. Потерявшись окончательно, с преследователями на хвосте и слезами на глазах, он бежал изо всех сил, содрогаясь от летящих в него камней. Безжалостная толпа ни перед чем не остановится в погоне за своей жертвой.

Почти ослепленный слезами, стоящими в глазах, Шварц не заметил сточный канал, заполненный дождевой водой. С тихим вскриком и громким плюхом он упал в бурлящий поток, уносящий его прочь от желающих ему смерти преследователей, прочь от родного улья, прочь от любящих родителей. Отчаянно стараясь держаться на поверхности, ловя каждый глоток воздуха, малыш несся вперед, пока удар об очередной камень не отправил его во тьму.

Очнувшись, Шварц обнаружил себя на берегу лесного ручья, наполовину в ледяной воде. Все тело было в синяках ссадинах и царапинах, все ужасно болело. Но настоящую боль он ощутил, когда вспомнил события прошлой ночи. Гонимый жителями собственного улья, жаждущими его смерти. Теперь он никогда не увидит свой дом, своих родителей. Горечь утраты затопила сердце малыша и он тихонько плакал сидя под кустом, ожидая своего конца.

Но вот слезы высохли, а смерть все никак не наступала. Вместо нее пришло чувство голода. Конечно, чейнджлингам для выживания нужна любовь, но и обычной пищей им тоже нужно питаться. Шварцу в какой-то степени повезло: на кусте, под которым он лежал, росли незнакомые черные ягоды. Апатично рассудив что хуже уже все равно не будет, он с любопытством попробовал одну. Горькая, тягучая, она огнем обожгла язык и застряла в горле. Кашляя и отплевываясь, малыш принялся жадно пить из ручья, стараясь избавится от противного вкуса. Помогло.

Маленький опыт с ягодой послужил небольшой встряской для маленького напуганного одинокого чейнджлинга. Поднявшись на ноги, он побрел вглубь леса, не имя точной цели. Перебираясь через буреломы, обходя овраги и вброд переходя ручьи, Шварц задавал себе вопрос: «что же дальше?». У него не было какого-то плана, он просто шел и это давало ему ощущение, что он что-то делает.

Вечно по лесу идти невозможно, рано или поздно он либо кончится, либо наткнешься на охотничий домик. Именно это и случилось с малышом чейнджлингом. Небольшой приземистый деревянный домик стоял прямо посреди лесной опушки. Проявляя осторожность, Шварц заглянул в окна, но никого внутри не обнаружил. Едва не падая от усталости, он открыл противно скрипящую дверь и зашел в дом. Внутри оказалось тепло и уютно, прямо как дома. Кровать, печь, стол, – все что необходимо уставшему путнику.

Радуясь передышке, Шварц лег на перину и забылся спасительным сном. Ему снилось что он дома, в своей комнате. На кухне мама готовит приятно пахнущий завтрак. Все мирно и привычно. И оттого так больно осознавать что это всего лишь сон. Малыш проснулся со слезами на глазах. Как бы он не скучал по дому, по семье, путь назад ему заказан. Как ни странно, запах готовящейся еды не пропал после пробуждения. В домике был кто-то еще.

Сонными глазами оглядываясь по сторонам, Шварц увидел старого пони, склонившегося над котелком у печи. Он не спеша помешивал приятно пахнущее варево. Стоило малышу пошевелиться, как старик резко обернулся к нему.

— Уже проснулся, а? Что ж, будь гостем в моей скромной обители, хотя ты и так неплохо устроился, — криво усмехнулся пони. Шварц просто сидел в шоке смотря на глаза старика, застланные белесой пеленой. Он был слеп.

— Эм... простите что вторгся в ваш дом, — малыш наконец набрался храбрости ответить.

— Пресвятая Селестия, да ты же еще совсем ребенок! — неподдельно удивился старик. — Как же ты очутился в лесу?

— Меня выгнали из собственного уль… дома, я не могу вернуться назад. А потом я заблудился в лесу и наткнулся на ваш домик. Простите меня, пожалуйста, — со слезами на глазах принялся объяснять Шварц.

— Тише, тише. Мой дом, твой дом. Оставайся здесь сколько пожелаешь, маленький чейнджлинг, — мягко улыбнулся жеребец. Живот гостя призывно заурчал. — Похлебка скоро будет готова.

— Спасибо вам. Как мне к вам обращаться? — утирая слезы спросил малыш. — И как вы узнали?

— Зови меня Дедом. И то что я не вижу позволяет мне видеть получше многих, — старик вернулся к готовке. Уже через полчаса они сытые и довольные сидели за столом.

— Итак, малыш, расскажи мне подробнее свою историю. Если ты, конечно, не против, — попросил старый пони, откинувшись на стуле.

Шварц рассказал свою историю, про семью, улей и побег. Старик выслушал его внимательно, кивая головой, затем встал, подошел к окну, словно высматривал что-то, а затем начал говорить.

— Когда я ослеп и не мог больше работать наравне со всеми, я стал обузой для семьи. Конечно, они обо мне заботились, но мне было от этого тошно, я чувствовал что я им только мешаю. И однажды я сбежал. Смешно звучит, знаю. Сбежал и потерялся в лесу. Оставшись один на один с природой, я научился выживать без зрения, ориентируясь на другие чувства. Стал самостоятельным, гордился тем что я в одиночку, слепой могу жить в лесу. И знаешь что? Я ошибался, — Дед грустно вздохнул и опустил голову. — Ты первый гость в моем доме и ты не представляешь как я рад. Одиночество это не выход. И мне не важно пони ты или нет, я просто рад что рядом кто-то есть.

— Так почему же вы не вернетесь? — робко поинтересовался Шварц. Старик лишь покачал головой.

— Там я буду чувствовать себя также, ничего не изменится. Да и стар я, возвращаться куда-либо. Нет, я доживу свой век здесь, как привык уже. А вот у тебя еще вся жизнь впереди, малыш. Не потрать ее впустую, — старый пони повернулся к Шварцу словно мог видеть его. — Не упусти свой шанс.

Маленький белый чейнджлинг озадаченно смотрел на Деда. Вся жизнь впереди… Но что он хотел от нее? Он... он просто хотел, чтобы его любили. Простое и понятное любому, и чейнджлингу, и пони чувство.

— Знаете, спасибо вам. Действительно. За все. Я непременно последую вашему совету, — благодарно сказал Шварц. — У меня к вам будет только одна просьба: не покажете ли как выбраться из леса к ближайшему селению?

— Ты в этом уверен, малыш? Я конечно ничего не имею против, но ты же сам понимаешь, — старик сделал паузу, — ты не такой как они, уверен что тебя примут?

— Это уже моя проблема, Дед, — спокойно сказал уже не маленький, но молодой чейнджлинг. Как бы старый пони скептически не относился к этой идее, он согласился помочь.

На следующее утро они вышли из лесу. Шварц, укрытый плащом, нес на спине запас продуктов. Дед же попрощался со своим новым другом и отправился обратно в лес. Белый чейнджлинг так и не спросил его, как он так ловко управляется без глаз. Это навсегда останется для него тайной.

Подходя к первому поселению пони, Шварц не нервничал. Он каким-то образом знал, что все получится само собой. А если же нет, то он все равно ничего не теряет. С такими мыслями он вошел в небольшую деревушку на окраине леса. Выбрав наугад красивый маленький домик, юный чейнджлинг робко постучал в дверь. Почти сразу она распахнулась и на пороге возникла улыбающаяся кобылка в возрасте.

— Чего тебе надобно, солнце? — ласково спросила она. Шварц даже немного растерялся такой приветливости. Неужели тут так любят чейнджлингов? Неужели книги врали?

— Здравствуйте. Я хотел спросить, не нужна ли вам какая помощь? Я бы с удовольствием вам помог в обмен на еду и ночлег, — улыбаясь как можно обаятельнее проговорил чейнджлинг. Кобылка на пороге на мгновение задумалась, а потом рассмеялась.

— Конечно. Мы с радостью поможем усталому путнику. Особенно если он хочет помочь нам. Проходи, — она посторонилась, пропуская Шварца вперед. Внутри оказалось чисто и уютно, как и должно быть у хорошей хозяйки. На стене у входа висело зеркало, в которое чейнджлинг мельком глянул проходя мимо. В нем отразился симпатичный оранжевый пони. Теперь все стало на свои места. Разумеется, он просто неосознанно изменил свой облик. Это объясняло такой радушный прием…

Шварц погостит в этой деревушке какое-то время, затем двинется дальше. В следующей ему окажут не менее радушный прием. Путешествуя с места на место, он повстречает множество хороших пони. Везде его будут встречать с распростертыми объятиями, везде ему будут рады. Со временем чейнджлинг научится сам выбирать свою внешность, и даже придавать своему хитину угольно черный цвет. Ничто не помешает ему вернуться в улей. Вот только будет ли у него желание?

Все пони, встреченные им на своем пути были дружелюбны, приветливы, открыты. В противоположность его сородичам желающим ему смерти. Но в улье его дом, его семья. Сможет ли он забыть жестокость остальных чейнджлингов и чувствовать себя там комфортно? Или ему стоит никогда не вспоминать о том ужасном месте и построить свою жизнь в обществе всех этих замечательных пони? В любом случае, следуя совету старого друга, он не будет один. Никогда.