# Падение Эквестрии

Bf109

Война пришла в Эквестрию. Страна пони подвергается жестокой атаке иноземных захватчиков. Кто они, что привело их в Эквестрию, какие у них цели? Война не обходит стороной и шестерых лучших подруг из Понивилля.

Фан-дом MLP богат самыми разными фан-фиками, и кроссоверами в том числе. На этот раз фантазия автора подтолкнула его к написания кроссовера My Little Pony и PC игры «S.W.I.N.E.»(С.В.И.Н.), что из этого вышло – можете узнать, прочитав данный фан-фик.

Что касается игры S.W.I.N.E. то это хорошая, интересная игра, кому нравятся стратегии в реальном времени — можете поиграть. Ну а знакомство с этой игрой, хотя бы визуальное, поможет обрести большее понимание фан-фиков, можете ознакомиться ;)

Коментарии с мнениями приветствуются.

## Падение Эквестрии.

Железные прутья — это было первое, что увидела Рэйнбоу Дэш, медленно приходя в себя ото сна. Чувствовала она себя отвратительно: голова кружилась и раскалывалась, звенело в ушах, а в глазах рябило и двоилось. Дэш медленно приподнялась и встряхнула головой, стараясь так взбодриться, осмотрелась и осознала, что находилась в железной клетке. Рэйнбоу Дэш не могла вспомнить, как она попала сюда, как бы ни напрягала память.

«Где я? Что происходит? Как я очутилась здесь, почему я ничего не могу вспомнить?» — мысленно задавала себе вопросы пегаска.

Она попыталась встать и почувствовала дискомфорт в левом бедре. Обернувшись, она посмотрела на него и увидела, что из него торчит серый дротик со стеклянной ампулой. Пегаска потянулась, схватила его зубами, вытащила дротик и выплюнула.

Рэйнбоу Дэш обнаружила, что вместе с ней в заточении ещё четверо пегасов. Они сидели в другом конце клетки.

Дэш поднялась, и, слегка пошатываясь, подошла к другим пони.

— Что тут происходит? – спросила она у ближайшего пегаса, кобылки сиреневого цвета, которая сидела, опираясь копытами на прутья, и бездумно смотрела в пустоту.

Она ничего не ответила.

— Э-эй? Ты в порядке? – обратилась голубая кобылка, слегка потрепав копытом по плечу.

Пегаска не реагировала. Дэш взглянула на других пони. Двое из которых лежали, свернувшись калачиками, и не реагировали ни на что, а ещё один сидел в углу, повернувшись ко всем спиной.

— Кто-нибудь скажет мне, что здесь происходит? – повысив тон, обратилась к пегасам Рэйнбоу Дэш.

Не сразу, лишь через несколько секунд, незнакомый серо-голубой пегас, сидящий в углу слева, обернулся к ней, и ответил:

— Что здесь происходит? Глупый вопрос. Все прекрасно знают, что здесь происходит: конец всему – вот что здесь происходит! Нашу страну захватили!

В тоне его голоса звучали скорбь и отчаяние.

— Что? – непонимающе переспросила Рэйнбоу Дэш, шире открыв глаза.

— Ты ничего не помнишь? Наверно, это из-за снотворного, которым ты была усыплена. Ничего подожди, вот отойдёшь от него – всё вспомнишь, память вернётся к тебе.

Жеребец вновь отвернулся. Он не изъявлял особого желания общаться.

Радужногривая пони принялась рассматривать, что происходило вне клетки. Клетка, помещённая на прицеп, стояла в каком-то лагере, и была не единственной, рядом были ещё клетки, в некоторых из них тоже были заточены пони. Доносились плач, стоны и причитания. Впереди в десятке метров от неё виднелось несколько палаток синего цвета, а левее них — нагромождение ящиков.

Стояла противная, пасмурная погода. Солнце было скрыто за тучами, и чёрным дымом, гонимым издали ветром. В воздухе стоял неприятный запах гари или чего-то в этом роде — разобрать было трудно.

— Захватили?… Кто захватил? – снова обратилась жеребцу Рэйнбоу Дэш, осознавая, что творится что-то неладное.

Словно в ответ, со стороны лагеря послышался грубый, неприятный смех. Дэш навострила уши, и повернулась в сторону, откуда исходили звуки.

— Они захватили, — кивнул пегас в сторону лагеря.

Из-за крайней правой палатки показалось три существа. Внешне они были поразительно похожи на свиней, только свиней, ходящих на двух ногах, телосложением напоминавших алмазных псов. Все они были одеты в одинаковую одежду – не иначе как форму. Верхнюю часть их тела покрывали листы металлической брони, покрашенной в грязно-синий цвет, на которой виднелся опознавательный знак в виде красной свиной рожи. В мощных руках существ поблёскивали какие-то незнакомые для пони предметы – по всей видимости, оружие. Внешний вид существ, весьма неприятный, сразу давал понять, что от них ничего хорошего ждать не приходится.

Троица подошла к ящикам, после чего двое сели на них, а третий встал напротив. Они стали что-то рассказывать друг другу, и смеяться, похрюкивая. Из соседней палатки вышло ещё двое таких существ. Они присоединились к обсуждению.

Некоторое время Рэйнбоу Дэш рассматривала их, не веря своим глазам, а затем отшатнулась в сторону от стенки клетки.

— Что? Свиньи?!… Что за?!… — громко выдала кобылка.

— Рэйнбоу Дэш?! – послышался справа знакомый голос.

Пегаска повернула голову направо – и только теперь заметила, кто находился в соседней клетке. Там, до этого неприметно лежавшая в дальнем углу, возможно дремавшая, была её подруга, Твайлайт Спаркл. Единорожка, сидевшая на корточках, медленно приподнялась. Рэйнбоу Дэш тут же бросилась к своей подруге, прильнув к краю клетки.

— Твайлайт! – воскликнула она. — Наконец-то хоть одно знакомое лицо! Как же я рада тебя видеть!

— А как я-то рада, ты не представляешь, — вымученно улыбнулась ей Твайлайт Спаркл.

Волшебница, прихрамывая, подошла ближе, и Дэш с Твайлайт подобрались к краям клеток, чтобы быть поближе друг к другу, и присели.

— Твайлайт, что ты тут делаешь?

— Всё то же, что и последние два дня, с тех пор, как меня поймали. Сижу, и жду своей участи.

— Что за чертовщина тут происходит? Почему мы сидим в клетках? — начала засыпать её вопросами пегаска.

Голубая кобылка взглянула на лицо подруги, и вздрогнула: у единорожки был отломлен её рог, более чем наполовину своей длины, слева на нижней губе был кровоподтёк, а под правым глазом виднелся фингал: похоже, что её кто-то избил.

— Твайлайт… Что с твоим рогом, — дрожащим голосом спросила крылатая пони у своей подруги-единорожки. — Кто это с тобой такое сделал?…

Единорожка, и без того донельзя подавленная, как можно было по ней заметить, опустила взгляд вниз, и слегка прикоснувшись копытом к растрепавшейся причёске, прикрыла гривой свой сломанный магический рог.

— Слишком много вопросов сразу, Дэш… А что до меня… я сама спровоцировала… давай не будем об этом…

Помолчав, Твайлайт заговорила снова:

— Это плохо, что тебя тоже поймали. Лучше бы ты не попадалась им.

— Я… я плохо помню, как я попала сюда, и что происходило раньше…

— Видимо, это всё из-за снотворного — очень сильное снотворное, от него можно проваляться целые сутки, наверно, тебя им усыпляли.

Рэйнбоу Дэш зажмурилась и приложила копыто ко лбу:

— О-ох, как же у меня голова болит… Но, кажется, моя память начинает возвращаться… Я вроде, начинаю припоминать, что произошло… с большим трудом.

— Тогда позволь мне напомнить тебе, что происходит, — предложила единорожка.

— Хорошо, рассказывай, — откликнулась пегаска, — а я пока прикину, как бы мне вызволить нас обоих отсюда…

Она покосилась на дверцу своей клетки, которая была левее её.

— Как ты наверно уже могла заметить, — со вздохом начала Твайлайт, — нашу страну постигла страшная беда. Эквестрия подверглась безжалостной атаке армии свинов.

— Откуда они вообще взялись, — перебила Дэш.

— Их страна, Республика свинов, находится далеко на западе, за морем, — объяснила Твайлайт.

— Никогда не слышала ни про какую страну свинов, — нахмурившись, пожала плечами пегасочка.

— У нас мало кто из простых жителей даже слышал про эту страну. А ведь она не единственная далёкая страна, одна из тех, где всё совсем по-другому, чем у нас. В мире немало народов, развивших у себя государственный строй. Но со многими из них Эквестрия практически не контактировала, особенно со странами запада, странами, совсем другими, чем Эквестрия. Мы всегда жили в своём, особом мирке, отгородившись от них. В конечном счёте всё это сыграло роковую роль.

Рэйнбоу Дэш погрузилась в размышления, всё яснее осознавая, что происходит.

Издали послышались какие-то непривычные, режущие слух звуки. Они заставили пегаску обернуться, подозрительно оглядевшись по сторонам, но не найдя источника приглушенного шума, Дэш вернула взгляд на Твайлайт:

— Я не понимаю, почему они напали на нас?

— Эта война была развязана свинами. Она началась далеко от сюда. Сначала свины напали на своего ближайшего соседа, на страну кроликов под названием…

Ученица Селестии задумалась на некоторое время, напряженно вспоминая название.

-… она называлась… Морковляндия. Эта страна пала первой жертвой агрессии свинов. У кроликов была многочисленная армия, но это им не сильно помогло. За какие-то две недели армия свинов дошла до столицы Морковляндии, и та оказалась в блокаде, а вскоре и вовсе пала. После этого они обратили свой взгляд на восток, и вот, теперь они в Эквестрии. Теперь Эквестрия горит в пламене войны.

— И неужели их никто не смог остановить?

— Увы, Дэш, но все наши попытки их остановить потерпели полный провал. Вооруженные силы Эквестрии не смогли остановить захватчиков. И к тому же, что может остановить это…

Рассказчица замолчала и устремила свой взгляд за спину подруги. Рэйнбоу Дэш также обернулась. Нараставший шум, который пони услышали ранее, теперь достиг наивысшей громкости. Раздавался грохот и грубый механический лязг.

Из-за палаток левее лагеря, показалось то, что издавало эти ужасные звуки. Гусеничная машина огромных размеров, окрашенная в синий цвет, с чем-то похожим на длинную трубу, торчащую впереди, лязгая гусеницами, выехала по полевой дороге, бурча, словно рассерженный медведь. Она оставляла после себя черные, отвратительно пахнущие выхлопные газы.

Следом ехала другая машина, которая походила на первую, только уменьшенную в размерах, и не такой большой «трубой». После неё ехало нечто ещё более необычного вида, чем предыдущие. У этого над высоким корпусом виднелись большие прямоугольные выросты. Позади ехали ещё две машины второго вида, а после них, замыкая колонну, неспешно тащился агрегат с надстройкой, имеющей вид полусферы.

Это были боевые машины свинов, вызывавшие трепет одним своим видом. Мимо лагеря проехали свинские танки, тяжелые, и лёгкие, ракетные установки, и самоходные миномёты. Но пони, конечно, не знали всех этих обозначений, для пони вся эта боевая техника казалась практически одинаковыми железными чудовищами.

Рэйнбоу Дэш взирала на этот «парад» со смешанным чувством страха и интереса, у неё даже непроизвольно приоткрылся рот, а вот Твайлайт была сравнительно равнодушной, видимо, она была уже ко всему этому привычной за время пребывания в заточении.

Колонна техники миновала палаточный лагерь и уехала дальше до своего пункта назначения. Постепенно смолкали и режущие слух звуки.

Дэш и Твайлайт некоторое время молчали. Первой заговорила единорожка:

— У нас нет ничего подобного, поэтому мы и не смогли остановить их. У них есть такое оружие, которое нам и не снилось.

Неожиданно, обернувшись, к разговору подключился сидящий вместе с Рэйнбоу Дэш жеребец.

— Я слышал, что пони уничтожили несколько их боевых машин. С огромным трудом. Больно крепкая у них броня, трудно найти оружие, чтобы найти на них управу. А сами они расстреливают издалека, и солдаты вражеские не дремлют, никого к ним близко не подпускают. Но что толку от того, что мы смогли взорвать несколько таких машин, когда этих штуковин у врагов десятки, может даже сотни?

Внимательно смотря на пегаса, Рэйнбоу Дэш задумалась над его словами. Тот, не дождавшись ответа, опять обратился к ней:

— А ты ведь тоже участвовала в боях? С наземными войсками или сражалась в воздухе?

Пару мгновений подумав, Дэш ответила:

— Я… Я была в воздушном отряде, отражала налёты врагов.

— А-а, ясно, — кивнул жеребец, — в воздухе тоже сражаться было ничуть не лучше, чем на земле. Повсюду был сплошной ад.

Он отвернулся, положив копыт на прутья клетки.

Отважная пегаска переглянулась с молча слушавшей их разговор подругой. После этого её взгляд вернулся на дверцу.

— Нам надо выбираться отсюда, — заявила она.

Решительно встав на задние ноги, опираясь передними о прутья клетки, Рэйнбоу Дэш стала рассматривать дверцу пытаясь достать до задвижки. Несмотря на то, что запирала дверцу только задвижка, и не было даже замка, её конструкция была выполнена так, что открыть её изнутри для пони было практически невозможно, что исключало возможность побега.

— Дэш, что ты делаешь? — обеспокоенно поинтересовалась Твайлайт.

— Я собираюсь выбираться отсюда. Если они думают, что смогут меня удержать, то они ошибаются!

— Плохая идея, не советую тебе этого делать. Я вот тоже попыталась сбежать, и…

Рэйнбоу Дэш обернулась к Твайлайт Спаркл. Та опустила голову, и, вздохнув добавила:

— И ничего хорошего из этого не получилось…

Пегаска оставила дверцу, и стала нервно ходить по клетке, попутно расспрашивая подругу:

— Твайлайт, скажи, где мы сейчас находимся?

— Где-то на юго-западе от Понивилля.

Дэш продолжала метаться по клетке, пытаясь придумать план действий.

— Попали в плен… как же это так… что теперь делать… — бубнила она себе под нос.

Походив и поразмышляв, кобылка снова обратилась к своей подруге:

— И что теперь с нами будет? Что они будут делать с нами?

Та немного подумав, ответила:

— Ну, по всей видимости, нас сочли полезными… я думаю, раз они нас держат в клетках это значит… это значит, что, по крайней мере, на мясо они нас точно не пустят.

— Ч…что?! — дрожащим голосом переспросила Рэйнбоу Дэш. — Что ты сказала?…

Единорожка вздохнула, и с ужасающим спокойствием начала объяснять:

— Да, Дэш, бывало и такое. Видишь ли, свины – твари всеядные, они употребляют в пищу не только жёлуди да кукурузу но и…

— Хватит! — оборвала подругу Дэш, — дальше не продолжай!

— Как скажешь, я просто говорила то, что есть.

Некоторое время пони молча сидели, уронив взгляды вниз. Затем Твайлайт обратилась к подруге:

— Дэш, как хоть ты попалась, не поведаешь?

— Да это долгая история…

Она прервалась, увидев, что к её клетке подошел свинский солдат. Он покинул разошедшуюся компанию, болтавшую у ящиков. Он бегло осмотрел пленных пони, и после этого повернулся к клетке спиной и стал стоять, охраняя, чтобы никто не вздумал попытаться сбежать. Дэш вновь повернулась к подруге и спросила:

— Твайлайт, ты знаешь что-нибудь про наших девочек? Они в порядке?

Тут свин ударил кулаком по клетке, заставив вздрогнуть обеих пони. Пегасы, сидевшие в клетке вместе с Дэш, с испуганным видом обернулись.

— Разговорчики! — рявкнул свин. — А ну заткнулись быстро!

— Эй! Нам что нельзя поговорить? — огрызнулась Дэш.

— Нет, нельзя!

— Это почему ещё?!

— Потому что я так сказал!

— Что это ты тут раскомандовался, свинья? Самый главный что ли?!

Солдат повернулся и немного наклонился. Он так злобно посмотрел на Дэш, что пегаска даже отошла на один шаг. Прихрюкнув, он заявил:

— Слушай, ты, лошадь недоделанная, если не заткнётесь, оторву язык, понятно?!

Тут к разговору подключилась Твайлайт:

— Да, да нам всё понятно, мы будем молчать, мы не будет болтать! – зачастила она, переводя взгляд с охранника на Рэйнбоу Дэш, стараясь донести до неё, что пререкаться — это плохая идея.

Охранник же хрюкнул и вновь отвернулся. Твайлайт сложила ноги, и прилегла. Она отвернулась от пегаски, чтобы ни у кого не было соблазна вновь начать разговор при злом охраннике.

Дэш приуныла, и тоже прилегла. Тем временем относительную тишину нарушил странный звук. Он исходил явно откуда-то сверху. Звук нарастал.

И вот пони увидела источник этого странного, словно летела какая-то чудовищных размеров стрекоза, звука. Его издавала массивная летающая машина. Она имела два вращающихся винта, расположенных вертикально на концах крыльев. Окрашен летательный аппарат был в синий цвет, и нёс опознавательные знаки свинов: аббревиатуру «НСА» — «национальная свинская армия», и эмблему свинских войск — угловатую свинскую рожу красного цвета. На брюхе машины был закреплён трос, на котором летательный аппарат тащил какой-то ящик. Можно было невольно задаться вопросом, как такое вообще может летать, столь неуклюже эта машина внешне выглядела.

Дэш следила некоторое время за этим неспешно летящим агрегатом, иногда прищуриваясь, чтобы лучше его рассмотреть, и мысленно отмечала, насколько он несуразен и неуклюж в сравнении с пегасами, существами, созданными для полётов, а когда ей это надоело, она положила голову на пол клетки. Пони тихонько вздохнула, и повесив уши, стала вспоминать и мысленно прокручивать недавние события, в которых она участвовала.

Тремя днями ранее.

Шел второй день с момента нападения армии свинов на Эквестрию. Пони оправились от первого шока после нападения и стали пытаться организовать оборону и дать серьёзный отпор захватчикам, насколько это было возможно. Для народа, привыкшего к мирной жизни, знавшего про войны лишь по древним легендам, и не более, это было непросто.

Где-то на северо-западе Эквестрии наспех сформированному отряду пегасов был отдан приказ оборонять участок территории. Основной задачей была борьба с авиацией противника, совершавшей налёты на города Эквестрии.

На крупном облаке, которое было собрано пегасами из множества малых, собрался недавно прибывший сюда отряд. Здесь были двадцать пегасов, включая двух участников Вондерболтс, Спитфайр и Соарина, опытных летунов, асов своего дела, и Соарин взялся возглавить этот отряд, ведь он лучше разбирался в военной тактике и приёмах воздушного боя. На этом облаке был устроен штаб отряда. Здесь были запасы продовольствия и разные необходимые вещи.

Все пегасы выстроились в ряд, и Соарин со Спитфайр прошли вдоль них, осматривая каждого. Среди их подопечных была и Рэйнбоу Дэш. Она добровольно вступила в ряды пегасов-защитников, наотрез отказавшись от эвакуации, чтобы защищать Эквестрию. Она была единственной кобылой в отряде, помимо Спитфайр, которая помогала Соарину в управлении отрядом. В другое время Дэш была бы рада встретиться с участниками Вондерболтс, но сейчас её больше всего волновала судьба её страны. Хотя, пожалуй, глубоко в душе она всё же была рада тому, что её определили в этот отряд, и что она будет сражаться с врагами бок о бок со своими кумирами.

— Итак, господа, все мы здесь, чтобы защищать нашу страну, подвергшуюся нападению захватчиков, — обратился к своему отряду Соарин, — Мы должны сделать всё, что в наших силах! Перед нами стоит задача оборонять выделенный участок территории, и держать воздушное пространство, не пропуская через него вражескую авиацию. Я раньше ещё никогда не был полевым командиром, ну что же, посмотрим, что из этого выйдет…

— Как мы будем действовать? – спросил какой-то пегас тёмно-серой масти.

— У нас со Спитфайр есть план действий, — отозвался белый жеребец. – Мы создадим для их авиации преграды. Их летающие машины очень зависимы от погоды. Плохие погодные условия станут для них помехой. Мы должны воспользоваться этим. Создадим на нашем участке грозовые облака, ливень, град – всё, что помешает их авиации.

— Соарин, — обратилась к нему Спитфайр, — у нас задание не только блокировать им проход, но и по возможности сбить их. И к тому же они могут сделать крюк и облететь сделанную нами грозу.

Соарин немного подумал, и ответил:

— Мы оставим небольшой участок свободным от плохой погоды. У них не будет выбора, где лететь, они будут вынуждены лететь там, где мы им навяжем, и в этом месте мы устроим свинам засаду.

— А как мы сможем сбить их летающую технику? – прозвучал вопрос от кого-то из строя. — Тараном?

— Ну, если хотите заодно геройски погибнуть, то можно и тараном, но мне неоправданные потери не нужны. У меня есть пара приёмов, — ответил командир, — но об этом позже, а сейчас за работу! Создайте грозовые тучи или что хотите, по вашему усмотрению, всё, что помешает им лететь дальше, вперёд!

Пегасы поднялись в воздух и принялись за работу. Они разделились на четвёрки и начали своё дело. Они согласованно «устанавливали» грозовые облака, перетаскивая их, и стеной перегораживая участок неба. Примерно за полчаса работа была завершена. После этого пегасы вновь собрались на своём облаке-штабе.

Соарин и Спитфайр осмотрели небо, на котором теперь вдалеке виднелись грозовые облака, извергающие из себя ливень и молнии. Они простирались от края до края неба. Лишь в середине была узкая полоса, впрочем, узкой она казалась только издали. Здесь пегасы наоборот убрали все облака, и видимость была прекрасной. Приближение врагов можно было заметить за много километров.

Наступило томительное ожидание. Рэйнбоу Дэш, находясь среди своего отряда, рассматривала других пегасов, и не нашла среди них ни одного своего знакомого. Наблюдая за ними, кобылка отмечала, что многим пегасам было явно не по себе. Они не знали, что будет дальше, с чем они столкнутся, но все понимали: что бы ни произошло, это будет очень опасно. Спитфайр и Соарин, единственные, с кем она была знакома, держались чуть поодаль от прочих пегасов и о чём-то совещались между собой. Выглядели они мрачно. Они определённо знали про положение дел в стране больше, чем кто-либо из их отряда. Осознавали они, и шансы своего отряда, и какая судьба их всех может ждать, но виду не подавали. Наоборот, во время ожидания лидеры Вондерболтс старались подбодрить своих крылатых бойцов.

И вот, вдали стали различимы несколько точек. Они были замечены командирами отряда и их подчинёнными.

— Вот и гости пожаловали, — спокойно сказал Соарин. — Внимание! — скомандовал он пегасам: — Враги приближаются! Приготовиться к вылету!

Все пегасы отряда незамедлительно пришли в готовность.

— Вперёд, за мной! — Соарин поднялся в воздух и полетел в сторону, откуда приближались противники, а остальные пегасы последовали за ним, держа строй в форме клина.

— Как мы будем действовать, — крикнула Дэш с правого конца клина.

— Я должен определить, с чем мы имеем дело, тогда я сообщу план действий! — откликнулся командир отряда.

Расстояние сокращалось. Стали слышны звуки работающих двигателей, и можно было разглядеть, как выглядит техника.

— За мной! — скомандовал он, набирая высоту.

Отряд пегасов немного набрал высоту и завис в воздухе. Техника свинов через несколько секунд пролетела в сотне метров под ними. Это были четырёхмоторные ширококрылые самолёты, числом двадцать штук. Они летели группами по четыре машины.

— Бомбардировщики марки «хряк-40», — задумчиво произнёс Соарин. — Летят бомбить города. За ними!

Пегасы стали преследовать врагов и быстро нагнали их, ведь летели эти бомбардировщики не особо быстро, да и не на максимальной скорости, свины не думали, что пони смогут помешать их авиации, и экономили топливо, так что пегасам было вполне по силам догнать их.

— Будем использовать наши способности по контролю погоды. Разделится на две группы и пусть каждая выстроится в кольцо и создаст по небольшому смерчу. Используйте его, заходя врагам в хвост, и крутите их так, чтобы они сорвались в штопор! — дал краткую инструкцию Соарин.

— Так точно! — ответила Дэш, при этом отдав честь.

Остальные пегасы, что интересно, тоже сказали «так точно», последовав примеру Дэш.

Крылатые бойцы разделись на две группы, как приказал жеребец, и каждая из групп выстроилась в кольцо. После этого, продолжая следовать за врагами, пегасы начали синхронно вращаться по часовой стрелке, поворачивая на лету. Они вращались всё быстрее и вот через полминуты уже начал образовываться настоящий смерч, расположенный горизонтально. Он рос и рос, и вскоре смерчи у каждой из групп вытянулись перед пегасами почти на двадцать метров, и достигли размеров достаточных, чтобы поглотить вражеский бомбардировщик.

Группа, в которой был Соарин, и вместе с ним Спитфайр, захватила переднем краем смерча один из самолётов свинов. Тот сначала начал трепыхать крыльями то в одну, то в другую сторону. В какой-то момент самолёт перевернулся вправо набок, и его начало носить внутри смерча. Он вращался в полёте в правую сторону вокруг своей оси. Наконец, он стал смещаться к краю мини-смерча и в результате всё-таки вышел из вихря. Но это не спасло его, он стал падать, буквально кувыркаясь на лету самым причудливым образом. Он свалился в штопор и не мог из него выйти. Бомбардировщик так и разбился, несмотря на все попытки пилота вывести его из штопора. На земле полыхнул взрыв, и в стороны разлетелись обломки летающей машины. Пегасы переключились на соседний бомбардировщик. Тем временем, группа, где была Рэйнбоу Дэш, тоже захватила своим мини-смерчем одну машину, которую смерч стал кружить внутри себя. Тот, кто вёл этот бомбардировщик, явно изо всех сил старался выбраться из захватившего его торнадо, но когда ему это удалось, он пожалел об этом. Самолёт покинул вихрь – и так получилось, что при этом он брюхом угодил в соседний бомбардировщик из своего звена и снёс тому левое крыло. После такого, конечно, ни один из двоих бомбардировщиков не смог лететь дальше, они оба стали стремительно падать, оставляя за собой чёрные следы дыма, а следом за ними летели обломки их крыльев и фюзеляжей.

Командир увидел эту воздушную катастрофу, и ему пришла в голову одна мысль.

— Давайте, ребятки, постараемся так же столкнуть их машины друг с другом! — окликнул он своих пегасов.

Группа во главе с Соарином захватила смерчем ещё один вражеский бомбардировщик, раскрутила, и, управляя смерчем, целенаправленно швырнула его в ещё не нарушенное звено. Брошенный, словно игрушка, самолёт протаранил целых два свинских бомбардировщика, буквально отсёк крылом кабину первому, и разрушил собой правое крыло второму. Было сбито уже шесть вражеских самолётов.

Пегасы начали было пристраиваться к новой группе самолётов, но их пилоты видимо уже смекнули, какую тактику применяют защитники Эквестрии, и машины резко взмыли вверх. Бомбардировщики рассредоточились поодиночке, чтобы не дать сбивать по несколько машин разом.

Но крылатые пони продолжали им докучать. Они захватывали врагов по одиному, и те, побывав внутри смерча, срывались в штопор. Пара врагов особо упорно сопротивлялась, они смогли заставить свои машины лететь ровно внутри вихря, но крылья и фюзеляжи их машин начали сильно вибрировать, и в конце концов буквально лопнули и развалились от перегрузок.

В результате воздушного противостояния свинских самолётов осталось всего десять – ровно половина, и тогда они не выдержали, развернулись и полетели обратно, бросили свои бомбы, так и не донеся их до цели. Враги, до этого не верившие, что пони смогут что-то противопоставить их самолётам, наверно, были в шоке после столкновения с пегасами, крошечными по сравнению с летающими машинами, но, как оказалось, представляющими для них реальную угрозу.

Отряд закончил воздушную операцию, и они вновь собрались вместе.

— Их бомбы! — воскликнул Соарин, — быстро, кто-нибудь, хватайте бомбы, захватите несколько бомб!

Пегасы последовали указанию своего командира, и спикировали за падающими бомбами, бывшими размером с бочонок. Обхватили их четырьмя копытами на лету, они затормозили падение, и унесли бомбы с собой. Соарин и сам захватил одну из бомб. Те бомбы, что не были схвачены пегасами, упали и взорвались, разметав в разные стороны землю и оставив после себя воронки.

Вернулись в свой штаб на облаке и там сложили свинские бомбы пирамидкой на облаке, предварительно уплотнив его: так могли сделать только пегасы, как и ходить по облакам. В общей сложности было захвачено пятнадцать авиационных бомб.

— Итак, господа, могу поздравить вас с первым отбитым налётом, — резюмировал Соарин.

— А зачем нам эти бомбы, — спросил один пегас коричневой масти, показав на пирамидку бомб.

— Пригодятся ещё, — задумчиво ответил Соарин.

— Как они нам могут пригодиться? — прозвучал вопрос от другого пегаса.

— Думаете, я так, просто о земле забочусь, чтобы взрывы её не попортили? А вот и нет. Это всё не просто так, — объяснил белый пегас. — Я думаю, мы можем использовать оружие свинов против них самих. Если конечно представится такая возможность. Увидим.

— Мы задали им хорошую трёпку! — довольным тоном обратилась к своим соратникам Рэйнбоу Дэш.

— Да, но расслабляться рано! — ответил ей Соарин.

Вновь началось ожидание. Заодно пони поели и отдохнули, пока выдалась свободная минутка, чтобы восполнить силы, которых на создание смерча и применение его в бою уходила куча.

Некоторое время спустя заявилась новая группа свинских бомбардировщиков. Вновь пегасы схлестнулись в воздушном бою с авиацией свинов. Началось воздушное противостояние защитников Эквестрии машинам захватчиков. Бой прошел по тому же сценарию и с тем же результатом, что и первый, только бомб больше не захватывали: Соарин и Спитфайр решили, что их пока хватит. Пегасы, разделившись на четыре группы, на этот раз, с помощью торнадо, закручивали громоздкие самолёты врагов, и те срывались в штопор, а порой две группы, действуя совместно, сталкивали самолёты, круша их друг об друга. Усилиями пегасов был сорван ещё один налёт. Враги, не ожидавшие такого отпора силами отважных пегасов, отступили, а защитники Эквестрии вернулись в свой штаб.

[Изображение: http://5.firepic.org/5/images/2013-01/27/3kt1m5de4nxo.png]

Находясь на своём облачном штабе, пегасы обсуждали свои дела, обстановку в Эквестрии, шансы Эквестрии в этой войне и прочее, когда к ним прилетел ещё один оранжевый жеребец.

— Спитфайр! Соарин! — окликнул он пегасов, возглавлявших отряд, — есть вести!

Соарин, а за ним и Спитфайр подлетели к посыльному:

— Слушаем, какие вести, товарищ? — внимательно посмотрел на него Соарин.

— К югу от сюда свины налаживают переправу через реку.

— Мы остановим их!

— И что вы намерены делать?

— У нас есть несколько бомб, мы уничтожим ими мост. Но сначала мне нужно самому увидеть, что там происходит.

— Хорошо, полетели со мной.

Соарин обратился к своим соратникам:

— Внимание! На юге свины переправляются через реку. Мы должны остановить их передвижение! Готовьтесь к новой стычке! Думаю, мы будем использовать захваченные бомбы. Я сейчас слетаю, чтобы прояснить обстановку, и решить как нам действовать и вернусь. Будьте готовы к вылету.

Командир улетел с новоприбывшим пегасом.

Прибыв на место, они спрятались за облаками и стали наблюдать. Внизу свины уже почти доделали свой понтонный мост. По ту сторону реки, вблизи леса, стояли пара танков, а за ними чуть более десятка грузовиков и тягачей с прицепами. Замыкал колонну броневик. Помимо техники, тут были и солдаты, охранявшие переправу, но они мало следили за окружающей обстановкой, о чём-то болтая и смеясь между собой. Похоже, они сомневались, что на них кто-то решится напасть.

— Они думают, что уже победили в этой войне, уверены в своей непобедимости, — раздраженно фыркнул белый жеребец, — скоро эти парнокопытные убедятся, как они ошибаются.

Соарин осмотрел всё, и прикинул план действий.

— Скоро этой переправы не будет, — коротко сказал он другому пегасу, — спасибо, что сообщил о происходящем, продолжай дальше вести наблюдения в округе.

С этими словами жеребцы разлетелись.

Прибыв обратно в штаб отряда, Соарин оповестил своих крылатых бойцов:

— Нам понадобится десять пегасов, чтобы разбомбить их понтонный мост. Есть добровольцы?

— Я полечу! — первой вышла вперёд Рэйнбоу Дэш.

Её примеру последовали и другие пегасы, и желающих было больше, чем требовалось. Спитфайр, тоже хотела лететь, но её Соарин не взял, сказав, чтобы она осталась с теми, кто не пригодился в этой вылазке. Он выбрал из желающих ровно десяток.

— А теперь, — сказал пегас, — хватайте каждый по бомбе, и за мной.

Он и сам взял бомбу и взлетел с ней в воздух, его примеру последовали другие пегасы. Убедившись, что все захватили свой смертоносный груз, Соарин повёл отряд в бой. Вскоре пегасы долетели до места, где свины наводили переправу, и остановились, скрываемые облаком. Теперь все могли лично увидеть деятельность свинов внизу. На стороне пони был эффект неожиданности.

— Долго нам ещё это таскать? Эта штука довольно тяжелая, — посетовал один из пегасов.

— Уже не долго, можете прощаться со своим «багажом», — ответил ему Соарин. — Мы должны уничтожить их переправу. В Эквестрии нет мостов, которые способны выдержать их боевую технику, поэтому они вынуждены переправлять её через реки, или вброд, или по понтонным мостам. Уничтожим их переправу – остановим продвижение свинов.

— Можем заодно уничтожить их технику, — предложила Дэш.

— Главное пустить ко дну их понтонный мост, — откликнулся Соарин, — я не уверен, сколько бомб нужно на его полное уничтожение. Технику бомбардировать тем, что останется. Ну всё, разделяемся на две пятёрки, действуем быстро, пикируем, бросаем бомбы и тут же уходим. За мной!

Он взлетел с облака и полетел по направлению к понтонному мосту. Пегас занял положение прямо над мостом и стал пикировать на него. Набрав скорость, он выпустил бомбу, которую нёс, и ушел в сторону. Бомба угодила точно в середину моста. Прогремел взрыв, в стороны полетели обломки моста. Соарин стал набирать высоту и пролетел мимо своих соратников, которые уже неслись вниз. Они выстроились в линию, и один за другим выпустили свои «посылки», и взмыли вверх. Бомбы с завыванием упали на мост по всей его длине и взрывами буквально разметали его в клочья.

Пегасы ушли в облака. Свины были ошарашены произошедшим. Их мост в течении нескольких секунд был полностью уничтожен. Захватчики гадали, что произошло с мостом и кто в этом повинен, начали беспокоиться, укрывались за техникой и всматривались в небо, догадываясь, кто мог сделать такое с мостом.

Вернувшись на облако-укрытие, Соарин скомандовал:

— Вторая группа, вперёд! Разнесите их колонну в пух и прах!

Вторая пятёрка пегасов, в числе которых была и Рэйнбоу Дэш, взлетела с облака и полетела к колонне бронетехники свинов. Те уже заметили пегасов и поняли: теперь, после разрушения моста, крылатые пони будут атаковать их.

— Давайте, покажем им, где раки зимуют! — задорно возгласила Дэш.

Среди свинов началась паника. Они вылезали из своих машин и бежали подальше от них. Некоторые, отбегая, беспорядочно стреляли из своего огнестрельного оружия в сторону приближающихся пегасов.

Один за другим, пони сбрасывали свои ноши по намеченным целям. В головной тяжелый танк угодила первая бомба, и у того оторвало его массивную башню, которая взлетела на целый десяток метров вверх и грохнулась на землю. Следующими жертвами были грузовики. Один пегас сбросил свою бомбу в конец колонны, и от её взрыва были опрокинуты шестиколёсный броневик и грузовик. Голубая пегаска долго не могла определиться с выбором цели. Но вот она нашла себе цель более ценную, чем просто грузовики. Ей на глаза попалась большая боевая машина, стоящая чуть позади колонны, недавно прибывшая сюда. Это была самоходная ракетная установка на гусеничном шасси. Рэйнбоу Дэш спикировала – и сбросила бомбу точно в неё, уничтожив боевую машину. Корпус боевой машины спереди буквально разорвало взрывом от прямого попадания бомбы.

Пегасы, взмыв вверх, оставив после молниеносной атаки горящие остовы вражеской техники, покинули поле боя, провожаемые проклятиями свинов и шквалом беспорядочной стрельбы.

Вернувшись в свой штаб, пони рассказали не участвовавшим товарищам об успешном налёте.

— Да, хорошая работа, погоняли хрюшек, — похвалил своих подопечных Соарин.

Но всё же нашлось то, что омрачило радость победы. Один пегас серой окраски, участвовавший в срыве переправы, держался копытом за правый бок. Из-под его копыта сочилась кровь.

Соарин, заметив это, бросился к жеребцу, воскликнув:

— О, нет, ты ранен!

— Да, не повезло мне, — вздохнул раненый пегас, — я и не заметил, как это получилось…

Его лицо перекосила гримаса боли.

Но, к счастью, в штабе нашелся бинт, которым раненого перевязали. Однако Соарин решил, что этого недостаточно:

— Тебе нужно в госпиталь в Понивилле, срочно! То, что мы сделали, это лишь временная мера.

— Как скажете, — согласился пегас.

— Я полечу с ним! — заявила Спитфайр, — один он может не долететь туда.

— Хорошо, лети с ним, — согласился с ней участник Вондерболтс, — будьте осторожны!

Спитфайр и пострадавший улетели. Прочие пегасы провожали их сочувствующими взглядами.

Несколько поредевший отряд вскоре снова вступил в бой с врагом. На горизонте опять показались объекты.

— Соарин, что на этот раз? — задались вопросом пони.

— Ч то-о, опять?! — проворчал какой-то пегас. — Не успели мы отдохнуть, они снова лезут.

— А ты как думал? — отозвался командир отряда. — Это настоящая война! Тут расслабляться некогда!

Соарин прищурился, рассматривая своим зорким взглядом приближающиеся точки. Через некоторое время он оповестил отряд:

— Так, это не бомбардировщики, а штурмовики, «хрю-87». Не иначе как летят на Клаудсдейл. Внимание! — обратился он к своему отряду. — Берите сети. В бою заходить вперёд них и стараться попасть сетью по их винту – используйте такую тактику.

— А это поможет против них? — спросил кто-то из пегасов.

— Увидим, — ответил белый пегас, — это было придумано только вчера. И ещё: сзади у этих штурмовиков есть турель со стрелком, будьте осторожны! Ну, всё, погнали!

Соарин подлетел к разложенным вещам и достал из стоящего ящика свёрнутую сеть, сплетённую из прочных волокон. Его соратники по очереди стали подходить к ящикам и брать из них сети.

Когда у каждого было по сетке, пегасы всей стаей полетели навстречу приближающимся самолётам свинов. Вскоре стали чётко различимы очертания вражеской техники. Командир не ошибся в определении типа техники: это были одномоторные машины с узкими крыльями, на которых были подвешены две сильно выступающие вперёд пушки и по пулёмету. Эти самолёты летели достаточно медленно, так что даже пегас без выдающихся лётных способностей мог бы нагнать и перегнать их. Соарин увёл стаю пегасов влево и остановился. Когда эта большая группа штурмовиков в тридцать штук почти поравнялась с пегасами, он скомандовал: «вперёд!» и крылатые бойцы полетели, параллельно самолётам свинов, а затем стали обгонять их, одновременно сближаясь с теми. Пегасы опередили штурмовики, заняли положение впереди них, удерживая превосходство в высоте. И вот, они начали действовать. Оброняющиеся один за другим сбавляли скорость, снижались и выпускали сетки из копыт. Те расправлялись и летели навстречу штурмовикам свинов. Сами пегасы тут же уходили выше и отрывались от самолётов. Сеть попадала в винт и запутывала его, наматываясь на него, так что винт не мог вращаться, отчего глох двигатель. После этого штурмовики начинали терять скорость и снижаться, и в конце концов падали на землю. Их экипажи покидали машины, прыгая с парашютами. Но не все сети достигли своей цели: так как пилоты были не дураки, и старались уйти в сторону от брошенных сетей. Да и некоторые пони метали свои сети не особо метко, и промахивались мимо винта, а порой сети соскальзывали с винта самолёта. Однако, жертвами атаки первых пяти пони стали два свинских штурмовика.

— Берите новые сети, и повторяйте заново! — приказал своим пегасам, отметавшим сети, Соарин, и те полетели обратно на облако.

Пони продолжали своё дело, и раз за разом налетали на строй штурмовиков, выбивая в нём бреши. Рэйнбоу Дэш с первой же попытки заглушила двигатель своей цели, и стремглав понеслась за новой сетью. Всего она за этот бой записала на свой счёт три «хрю-87».

Свины старались избегать попадания сетей на винты, и даже пытались стрелять из крыльевых пулемётов в пегасов, совершенно не годящихся для этого. Маленькие пегасы виртуозно уходили с линии огня.

Когда на землю рухнул двенадцатый самолёт, свины развернулись, и полетели восвояси. Некоторые пегасы начали было преследовать их, но в них застрочили из пулемётов задние стрелки, заставив отступить. К тому же Соарин отдал команду прекратить преследование.

— Разбегайтесь, поросята, серый волк стучится в дверь! — крикнула им вслед Рэйнбоу Дэш, поправляя растрепавшуюся в процессе полёта гриву.

— Отличная работа! — похвалил своих ребят командир отряда. — Свины бегут, поджав хвосты. Будут знать, с кем связались! Если дела так будут идти и дальше, то мы, пожалуй, выгоним их из Эквестрии! Может нам даже дадут медали.

— Да! Ура! За Эквестрию! – раздались радостными возгласы.

Но один пегас прервал их торжество:

— Эй, смотрите, что это? — показал он в сторону, откуда обычно прилетали враги.

Там были видны несколько маленьких мерцающих вспышек, оставляющих за собой дымовой след. Соарин насторожился и приковал свой взгляд к этим вспышкам.

— Что это такое? — спросил один из его подчинённых.

— Я не могу понять. Я такого ещё не видел, — ответил Соарин.

— Это явно имеет отношение к свинам, — высказался светло-серый пегас. — Как действовать то будем?

Но командир молчал, жеребец пока ещё пытался понять, с чем он имеет дело. Когда он, наконец, рассмотрел, что к ним приближается, было уже поздно.

— Я думаю… нам нужно… Разделимся на две группы и действуем по схеме как с…

Он не успел договорить, его сразила очередь прилетевших снарядов, жеребец откинулся на спину и стал падать. Та же участь постигла ещё двух пегасов из отряда. Кто-то бросился было вслед за командиром отряда, но Соарина было уже не спасти, его раны были смертельны.

С невиданной скоростью налетело четверо самолётов свинов, но это была совершенно иная авиация, чем та, с которой уже сталкивались пегасы. Они летели намного быстрее, оглашая небо оглушающим рёвом. У них были острые стреловидные крылья, Т-образный хвост, а вместо винта на носу виднелась сдвоенная турбина, выполненная в виде свиного рыла и окрашенная в красный цвет. Свины применили свои новейшие реактивные истребители!

Первые четыре истребителя обстреляли группу пегасов, и пролетели мимо. Приближалась вторая четвёрка истребителей, которая летела следом за первой. Пегасы бросились врассыпную. Они так и не поняли, как им действовать против этого, как выяснилось, смертельно опасного противника. Начался активный воздушный бой, если конечно это можно было назвать боем, ибо пегасы не могли ничего противопоставить этим боевым машинам, созданных для борьбы с воздушными противниками, которые к тому же действовали звеньями по два. Их гоняли, как сокол гоняет голубей, в конце концов, догоняя и хватая смертоносными когтями.

Но один из этих самолётов всё же был сбит. Произошло это случайно: так получилось, что один из пегасов столкнулся с истребителем, угодив тому прямо в кабину. Пони разбил лобовое стекло и наполовину вошел внутрь кабины, что конечно же, стало для него смертельным. Задняя половина пони так и осталась торчать, трепыхаясь под порывами воздуха. Самолёт же после этого начал постепенно набирать высоту, всё больше увеличивая угол, делая очень протяженную мёртвую петлю, но не завершил её, а пролетев некоторое время брюхом вверх, стал стремительно приближаться к земле, и на полной скорости врезался в неё почти под прямым углом, взорвавшись от столкновения.

Истребители преследовали пегасов и старались сбить их из своих пушек. Один истребитель погнался за Рэйнбоу Дэш. Та отлетела в сторону сразу же, как только появились первые жертвы в её отряде, и заметила что ею «заинтересовался» один из врагов. Дэш стала набирать скорость, чтобы оторваться от преследователя – но враг не отставал. Немного левее пони пролетела очередь снарядов, оставляя за собой следы из пороховых газов. Она понимала: если не оторваться, это плохо кончится, и стала изо всех сил работать крыльями. Пегаска несколько оторвалась, но враг, упорно преследовавший её, тоже набрал скорость и стал догонять. Истребитель вновь открыл огонь из двух пушек, расположенных над двигателями, но к счастью, ни один снаряд из пролетевшей в опасной близости очереди не попал в пегаску. Дэш летела так быстро, как могла, но враг всё сидел у неё на хвосте. Её, считавшую себя самой быстрой во всей Эквестрии, догнали, и наверно, могли бы и перегнать, но цель у преследователя была другая. Рэйнбоу Дэш была его целью. Истребитель стрелял в маленькую пони, и снаряды раз за разом пролетали то чуть выше, то чуть ниже, немного правее или немного левее, свистели буквально у неё над ушами, и каждый из них мог оборвать её жизнь. Дэш поняла, что ей не оторваться от преследователя, и у неё началась паника. Раз за разом она подвергалась обстрелу, но каким-то чудом в неё ещё ни разу не попали, а может, она ухитрялась уклоняться от обстрела. Кобылка оглянулась: расстояние между ней и преследователем стремительно сокращалось, самолёт летел почти вплотную к ней, её оглушал шум его работающих двигателей, а турбины угрожали засосать в себя её хвост. Рэйнбоу Дэш смогла в какую-то долю секунды разглядеть пилота, сидящего в кабине. На нём был шлем с затемнённым стеклом и кислородная маска, они полностью скрывали его лицо, и было невозможно увидеть его глаза и выражение лица, понять его мысли и эмоции. Дэш поняла: она смотрит в лицо своей смерти, самой настоящей смерти, безжалостной и безликой, только косы ей не хватало.

В ужасе голубая пегасочка полетела ещё быстрее и снова несколько оторвалась от преследователя. Каждое мгновение могло стать для неё последним. Она стала отчаянно бросаться то в одну то в другую сторону, стараясь сбросить преследовавшего её врага. Но он поворачивал в ту же сторону, и несколько терял при этом скорость, но не терял пони из прицела, и каждый раз испускал очередь выстрелов. Он не прекращал стрелять, но к своей досаде всё никак не мог попасть в пегаса, который был очень маленькой и неудобной мишенью, и к тому же постоянно маневрировал. Эта погоня нагнала на бедную Дэш такого страха, что та уже ничего не соображала, и хотя она была мастером полётов, она никак не могла придумать, как ей спастись от этого страшного противника.

Вновь Рэйнбоу Дэш немного оторвалась от самолёта, и теперь она наконец-то придумала, как ей поступить: она не могла оторваться от преследователя, оставалось только позволить ему обогнать себя. Это и было сделано: пони поднялась чуть выше врага, и резко затормозила в воздухе, расправив крылья. Её преследователь пронёсся под ней, и улетел далеко вперёд. Дэш зависла, смотря ему вслед. Она проиграла эту гонку, позволила обогнать себя, но это был единственный способ спастись. Пилот тем временем уже догадался, что произошло: истребитель начал разворачиваться. Нужно было спасаться, пока была возможность. Её единственное спасение было внизу — там был лес, где можно было спрятаться, и пегаска, сложив крылья, камнем бросилась вниз. Недалеко от поверхности, она вновь использовала крылья, чтобы затормозить и приземлилась среди деревьев. Теперь ей было, где спрятаться от врага, который уже развернулся, и летел обратно, но никак не мог найти свой объект преследования. Он стал кружить по округе, подобно орлу, высматривающему себе добычу.

Тут Дэш, чувствовавшая себя в безопасности, вспомнила про соратников, и обернулась. В небе она увидела ужасную картину: её недавних товарищей, сбивали одного за другим, как мух, истребители свинов. Она наблюдала, прикусив нижнюю губу, как её соратники падают вниз, погибшие от вражеских выстрелов, пока другие ещё мечутся туда-сюда в небе, постоянно подвергаясь нападению врагов, не в силах что-либо им сделать. Скоро остались считанные пегасы из её отряда, не более трёх, и они разлетелись в разные стороны, преследуемые сворой врагов.

Слёзы хлынули из глаз Рэйнбоу Дэш. Она рухнула на колени, обхватив передними копытами ствол дерева и, уткнувшись в него лбом, зарыдала, от пережитого ужаса и своего бессилия.

Так закончилась эта героическая попытка сдержать наступающих свинов. Отряд Соарина и Спитфайр был единственным из пегасьих отрядов, который в воздушном противостоянии смог нанести врагам заметный урон. Это был лишь один из множества героических поступков, совершенных теми, кто встал на защиту Эквестрии.

* * *

Рэйнбоу Дэш, погруженная в свои воспоминания, «вернулась» в действительность. Она была заточена в клетке. Издали доносились приглушенные звуки выстрелов и разрывов снарядов. По свинцовому небу тянулись хмурые тучи. В воздухе стоял запах дыма и гари, приносимый издали: это горели города Эквестрии.

В это время охранник зачем-то отошел от клеток. Подождав, пока он отойдёт подальше, пегаска позвала свою подругу:

— Эй, Твайлайт! Он ушел! Нам нужно поговорить пока есть возможность!

Волшебница повернулась:

— На счёт чего ты хочешь поговорить?

— Не знаешь ли ты, что случилось с девочками, где они все? Ты их вообще видела до того как тебя схватили? Как вообще тебя схватили?

— Меня схватили позавчера в Понивилле, — со вздохом ответила единорожка. — Последний раз я встречалась с нашими подругами в тот же день. Потом мы потерялись. Я не знаю, что с ними случилось. А ты, Дэш, ты видела кого-нибудь?

— Да…

— Кого же?

— Я встретилась с Эпплджек, Спайком и Пинки Пай. Это произошло незадолго до того как меня схватили…

— Расскажи мне! — настояла единорожка.

— Хорошо…

Рэйнбоу Дэш стала рассказывать подруге про свою короткую встречу с Эпплджек, Пинки Пай и Спайком, и про то, как она попала в плен.

Тремя днями ранее.

После поражения своего отряда Рэйнбоу Дэш не знала, что ей теперь делать. Несколько часов она оправлялась от пережитого ужаса. Встречу с железными птицами врагов она запомнит надолго. То, как поначалу пегасы противостояли бомбардировщикам, не имевшим оборонительного вооружения, которые полагались лишь на скорость, и медлительными штурмовиками, и создалось ошибочное впечатление, что пегасам по силам справиться с авиацией врага, и как потом к месту действия прибыли истребители, и в миг разметали весь отряд, не оставляя не единого шанса на победу. А ведь ещё недавно эта отважная пони отправлялась на войну, добровольно, с ощущением, будто она едва ли не собственными копытами сможет принести Эквестрии победу и вышвырнет захватчиков. Теперь этот воинственный, задорный настрой куда-то улетучился.

Наконец, несколько успокоившись, Рэйнбоу подумала, и решила, что лучше ей вернуться в Понивилль. Сориентировавшись, пони отправилась в путь, на юго-восток. Но сделать это, как оказалось, было не так просто. После встречи с истребителями свинов у бедной пони появился панический страх подниматься в воздух, а крылья почему-то с трудом держали её, наверно из-за пережитого ужаса. Они буквально онемели, всё равно как некогда у Флаттершай от мысли о встречи с драконом. Пегаска боялась снова встретить вражеские истребители. О том, что они совсем не обязательно будут всё время находиться в воздухе, чтобы подлавливать её, она не подумала, да и не могла она всего знать о поведении врагов.

Рэйнбоу Дэш начала свой путь до Понивилля. До города она в основном добиралась на копытах, лишь изредка совершая короткие перелёты. Но территория, по которой она шла, была уже под контролем свинов. Время от времени ей попадались подожженные фермы, дома, разоренные усадьбы. Также она могла видеть множество свинов, и их боевые машины самых разных видов. Дэш небезосновательно опасалась попасться врагам, и заметив их издали, старалась обходить как можно дальше. Но она решила во что бы то не стало добраться до Понивилля: у кобылки было неспокойно на душе, она сильно переживала за своих друзей. Но крылья наотрез отказывались слушаться. Поэтому она была вынуждена передвигаться на копытах. Но это было очень рискованно, её могли заметить и схватить. Но, несмотря ни на что, Рэйнбоу Дэш с осторожностью направлялась к Понивиллю.

Пересекая земли Эквестрии, пегаска наткнулась на место недавней стычки пони и свинов. Миновав редколесье и выйдя на открытое пространство, она почти сразу приметила мельницу, стоящую недалеко на холме. Оттуда тянулся дым. Рэйнбоу Дэш некоторое время наблюдала, нет ли там врагов, а затем решила подойти и посмотреть, что там случилось. Там, среди разбросанных досок, опрокинутых телег и всякого мусора, пони обнаружила отряд гвардейцев. Все они были мертвы.

Пройдя мимо мельницы, которая неспешно тлела и была частично разрушена, Рэйнбоу Дэш рассматривала обстановку, гадая, что тут произошло. Пони явно намеревались держать тут оборону, начали возводить укрепления: были видны воткнутые колья и баррикадами из валунов и брёвен. Но это им не помогло. Враги расстреляли из орудий укрепившихся гвардейцев, о чём свидетельствовали взрывные воронки, ослабили их оборону, а потом без проблем заняли холм пехотой. Из этого отряда, насчитывавшего чуть более трёх десятков гвардейцев, не уцелел никто. Рэйнбоу Дэш, добравшись до холма, ужаснулась, увидев столько погибших разом. Она медленно шагала, переступая меж тел, смотря на погибших и ужасаясь. Раскинув в стороны копыта, лежали единороги и пегасы. Некоторые из них ещё сжимали в копытах копья, стиснув их мёртвой хваткой. В их доспехах были видны пулевые отверстия, но некоторые бойцы явно пали от штыков в рукопашном бою.

Воображение пегаски мигом зарисовало для неё то, как проходил бой. Пони, укрепившись на холме, использовали способности единорогов по созданию защитных барьеров для дополнительной защиты, непробиваемых для огнестрельного оружия вражеских солдат, но не достаточно прочных и стойких, чтобы сдержать снаряды вражеских орудий. Магические лучи гвардейцев-единорогов годились для борьбы с пехотой, разя их, словно огненные стрелы, но не были не в силах пробить вражеские боевые машины, отличавшиеся сильным бронированием. Техника врагов и решила исход этого боя, она без труда смела все укрепления, расчистив путь для своей пехоты.

Рэйнбоу Дэш прошла мимо одного солдата, сидевшего, оперевшись спиной об брёвна, из которых были составлены укрепления. Белый единорог уставился остекленевшим взглядом в одну точку и немного приоткрыл рот. В золочёном шлеме, защищавшем голову, виднелась дырка, а вниз с виска и ниже по шее тянулась струйка уже начинающей спекаться крови. Другой жеребец, распростёршийся неподалёку, держал левым копытом рану на животе, а в правом держал небольшой кулон на цепочке, в котором была фотография пони — кобылки, его жены, или невесты, которая уже никогда не увидит своего любимого. Некоторые погибшие были сильно изувечены, они лежали близ воронок от разрывов артиллерийских снарядов.

Трупов свинов тут не было, впрочем, если среди них и были раненые или убитые, то их определённо забрали с собой.

Пегаска, стоя посреди этой бойни, от увиденной картины пришла в ужас, это было самое страшное, что она доселе видела в своей жизни. К горлу подступил ком, дыхание участилось, а сердце бешено заколотилось, готовое разорваться. Рэйнбоу Дэш стала метаться то в одну то в другую сторону, и тут и там натыкаясь на мёртвых пони и шарахалась от них. Где-то в стороне, за лесом, послышался ритмичный треск в два такта, а через пару секунд приглушенный грохот орудийного выстрела – там велись боевые действия. Пегаска вздрогнула, заслышав это, и бросилась бежать с этого побоища куда глаза глядят, улавливая ушами ещё одну длинную трескучую очередь.

Она долгое время скакала, почти не разбирая дороги, и копыта привели её к какому-то лесочку посреди поля. Пегаска уже подустала и решила сделать там остановку. Ещё раз обдумала план действий, она пришла к решению: раз свины уже так глубоко вторглись в Эквестрию, и она уже идёт по территории, которая контролируется ими, её могут заметить и поймать, а также увидеть с воздуха, и нужно максимально снизить этот риск. Поэтому Дэш решила впредь передвигаться только под покровом ночи, а до тех пор таилась, скрываясь в этом маленьком лесочке посреди полей. Она не рискнула пересекать открытое пространство днём.

Но даже там появились свины. Одиночный бронеавтомобиль подъехал к леску, и из него вылезло двое свинских солдат. Кобылка, к счастью, уже вспорхнула в крону одного из деревьев. Пони затаилась. Свины осмотрели группу деревьев и стали возвращаться к машине.

— Тут никого нет, пойдём, — позвал один из них другого.

— Не знаю, не знаю. У меня странное чувство. Рылом чую, тут кто-то есть… или скорее был, — с сомнением ответил второй.

Они залезли в машину и уехали. Дэш продолжила ожидание. Пони ругала свои крылья, отказавшиеся слушать её в критический момент, как изменников, но ещё больше она ругала и проклинала свинов.

Когда, наконец, стемнело, она продолжила свой путь. Рэйнбоу скакала всю ночь без отдыха, но всё равно не добралась до Понивилля. Порой, пересекая в темноте леса и овраги, она плутала, сбиваясь с пути. Рэйнбоу лучше ориентировалась в полёте, когда пролетала над землями Эквестрии, чем сейчас, когда оказалась не в высоте неба, а на земле. Лишь когда наступило утро, пони смогла вновь верно сориентироваться. Она опять нашла себе укрытие, группу деревьев, и спряталась там. Ей пришлось вновь ждать, томясь, целый день, но у неё не было иного выбора. Отсюда кобылка созерцала, как в паре сотен метров от неё по полевой дороге продвигались войска свинов. Шли колонны солдат, ехали грузовики и тягачи, везущие за собой прицепы, а также их боевая техника. И их было больше, чем она ранее видела, или могла себе представить. Она смотрела и ужасалась, думая, как со всем этим будут справляться защитники Эквестрии, на ум приходили воспоминания о павших в бою с противником гвардейцах, но главным образом мысли пегаски были сосредоточены на её друзьях, и том, чтобы поскорее вновь увидеть их и убедиться что с ними всё в порядке.

К середине дня откуда-то издали стал доноситься грохот, словно разразилась гроза. Но этот грохот не был природным явлением. Это была канонада множества орудий. Военные действия шли где-то к востоку от места, где пони пряталась. Порой звуки стрельбы из орудий заглушались гулом авиационных двигателей. Дэш смотрела на небо и видела в нём силуэты вражеской авиации. Эскадрильи бомбардировщиков летели, чтобы наносить удары по целям на территории Эквестрии. Рэйнбоу Дэш трепетала от их вида, сразу вспоминая про стычку с летающими машинами врагов, когда она чуть не погибла, и её охватывал ужас, а крылья, которые могли бы быстро донести её до Понивилля, немели. Это продолжалось несколько часов подряд, а потом канонада стихла. Спустя некоторое время затишья раздался жуткий гул, и земля задрожала, как при землетрясении под ногами. Дэш понятия не имела, что это было, да и не хотела знать.

Вечерело. Солнце скрылось за горизонтом, и Дэш вновь поскакала через леса и поля. По пути ей попалось несколько вражеских лагерей, в которых находились небольшие отряды свинов. Они обычно сидели у костра, и никто не заметил Рэйнбоу Дэш, которую скрывала темнота. Когда пегаска пробегала недалеко от одной такой стоянки, внезапно там произошел взрыв. Пони остановилась, посмотрела, что там происходит и, ничего не поняв, продолжила путь. А у свинов произошло следующее: когда они сидели у костра, и поджаривали еду, нанизав её на палки, один из них предложил:

— Может, дровишек подбросить?

— Давай, — согласился второй, и потянулся рукой за спину.

Оттуда он взял одну из срубленных веточек, что лежали там кучкой, швырнул её в костёр, опять не глядя потянулся назад, и ему под руку попалась граната — солдаты небрежно свалили вооружение рядом с ветками. Он бросил её в костёр, даже не потрудившись проверить, что он взял.

— Ну вот, сейчас согреемся, — довольно хрюкнул свин.

Результат не заставил себя долго ждать: граната взорвалась.

В конце концов Рэйнбоу Дэш добралась до гор к северо-западу от Понивилля, очертания которых теперь виднелись впереди. Она напрягла всю свою волю, чтобы взлететь и преодолеть это препятствие.

— Давай, Дэш, ты должна! — говорила она себе.

Наконец, крылья послушались её, и она взлетела. Перемахнув через горы, она полетела в Понивилль, и увидела то, что от него осталось: в нём уже побывали враги. Слёзы наворачивались на глаза, при виде этого, ещё недавно красивого и процветавшего городка, но теперь опустевшего, и полуразрушенного. Дэш застыла над Понивиллем, рассматривая его. Многие здания сильно пострадали, а некоторые сгорели дотла. На улицах, где некогда гуляли жители городка, валялись обломки и разный мусор, и не было никого, кроме патрулей свинов. Пегаска полетела искать своих друзей, хотя она уже не надеялась кого-либо найти. Первой она залетела к Флаттершай, дом которой был на окраине Понивилля. Внешне дом любительницы зверушек не пострадал, но у него были распахнута дверь и окна, а внутри царил беспорядок: все вещи были раскиданы. Пегаска стала звать свою подругу, но напрасно: Флаттершай здесь не было. Рэйнбоу помчалась на ферму к Эпплджек. Там вместо фермы она обнаружила лишь догорающие дымящиеся развалины. Вокруг стояли разоренные и обезображенные яблочные сады. Тут явно побывали свины.

— Эпплджек! — крикнула Дэш.

Ответом эй было только потрескивание головешек.

Голубая пони пришла в ужас от увиденного и понеслась в сам Понивилль в поисках подруг.

Сначала она залетела в библиотеку Понивилля, вернее в то, что от неё осталось. Он был наполовину разрушен и слегка обгорел. Вокруг валялись его обломки.

— Твайлайт! Спайк! — позвала Рэйнбоу Дэш, разглядывая первый этаж, заваленный обломками. Ей никто не ответил.

Следующей целью был бутик Рэрити. Он пострадал сравнительно мало. Были выбиты стёкла, в стенах виднелось несколько пулевых отверстия. Внутри было безжизненно. Вещи были разбросаны в беспорядке, а всё ценное, что было у Рэрити – в основном драгоценные камни и ткани – разграблено.

Осторожно пробираясь по улицам Понивилля, Рэйнбоу Дэш направлялась к Сладкому Уголку, хотя она уже и отчаялась найти кого-либо из своих друзей. Выглядывая из-за углов и проверяя, нет ли там свинов, Дэш быстро проскакивала дальше, а если мимо проходил патруль – такое случилось пару раз – она пряталась за стеной и ждала пока они пройдут. Так Дэш продвигалась по улицам разоренного города.

Но вот, выходя из-за угла, она буквально столкнулась с каким-то земным пони. Дэш отскочила назад от неожиданности. Жеребец желтой окраски в котором кобылка узнала жителя Понивилля, тоже попятился назад. Наконец, они оба осознали, что перед ними не враг.

— Эй! Что ты тут делаешь? — беспокойно спросил пони, уставившись на пугаску.

— Я ищу своих друзей, — ответила Дэш.

— Лучше беги отсюда. Здесь не осталось почти никого.

— Нет, я не могу… Я не успокоюсь, пока не найду моих друзей!

— Их либо схватили враги, либо, в лучшем случае, они покинули Понивилль. Вряд ли ты найдёшь кого-нибудь.

— Я должна всё проверить лично!

Пони напрасно замешкались: в это время впереди них по улице из-за угла вышел вражеский солдат.

-О, нет, бежим, за мной! — заметив того, бросил жеребец, и бросился бежать направо по переулку, Дэш, не мешкая, последовала за ним.

— Эй вы, стоять! — заорал свин, — Ни с места!

Пони скрылись за углом, а свин бросился за ними в погоню.

— Сюда! — крикнул жеребец, указав на какой-то дом.

Пони ринулись в дом.

— Прячься! — указал земной пони на люк в подполье, — из подполья можно выбраться на другую сторону улицы.

Дэш залезла в подполье, но земной пони не полез туда. Он закрыл люк, и прикрыл его ковром. Секунду спустя послышался топот. Кобылка замерла, сидя в подполье и слушая, что происходит наверху.

— Где второй пони?! — рявкнул грубый голос.

— Я не знаю! — послышался в ответ голос, полный страха.

— Где второй пони! Отвечай быстро!

— Я не знаю, я тут один!

— Говори! – в голосе, и без того грубом, послышалось ещё большее ожесточение.

— Я ничего не знаю! Постойте! Нет!

Раздался звук выстрела, и что-то упало на пол. Послышались удаляющиеся шаги, вскоре стихшие, и наступила тишина.

Рэйнбоу Дэш, слышавшая всё это, зажала копытом рот. У неё из глаз покатились слёзы. Она беззвучно плакала, чтобы не обнаружить себя. И она решила: эта жертва, принесённая ради неё, не должна была быть напрасной.

Подождав, кобылка подошла к деревянной дверце с другой стороны подвала, чтобы выбраться наружу. Но там, через щели между досок она увидела, что прямо рядом с домом стоит танк свинов, а вместе с ним несколько солдат. Сейчас Дэш точно не могла вылезти. Ей пришлось ждать. За время ожидания кобылка даже вздремнула немного, сама не заметив, как заснула, впервые за последнее время, но была разбужена звуком работы двигателя танка и последующим лязгом гусениц.

Пони встрепенулась, и попыталась рассмотреть через щели, что происходит на улице. Было уже утро. Кобылка прислушалась. Вроде рядом никого не было.

— Пожалуй, пора уже действовать, — решила пегаска.

Она осторожно открыла деревянную дверцу небольшого размера, высунула наружу голову и опасливо осмотрелась. Поблизости действительно никого не было.

Дэш решилась вылезти наружу. Оказавшись снаружи, она вспорхнула вверх и приземлилась на крышу дома. Теперь она перелётами по крышам зданий направилась к «Сладкому уголку». Добравшись туда, она осмотрелась: свинов поблизости не было видно. Она спорхнула ко входу в здание. Кондитерская была повреждена в районе второго этажа, на первом этаже разрушений почти не было, кроме разбитых окон.

Войдя, пони осмотрелась. Тут был такой же беспорядок, как и в других зданиях – результат «посещения» свинами. Тут снова никого не было. Но она не спешила уходить. Она вошла в помещение «Сладкого уголка», где обычно находились продавцы в ожидании клиентов. Вдруг на полу она приметила ковёр, который лежал неровно. Отодвинув ковёр, она обнаружила люк. Дэш, недолго думая, открыла деревянный люк и спустилась вниз. И теперь, наконец-то, её надежды встретится с друзьями сбылись. В подвале, к своему удивлению и радости, пегаска увидела Эпплджек, Пинки Пай и Спайка. Все они выглядели очень испуганными. При этом Эпплджек прыгнула вперёд, поднялась на задние ноги, и, встав в боевую стойку, выставила передние копыт вперёд, подобно боксёру, готовясь, если понадобится, нанести удар. Она выглядела воинственно, но дрожь выдавала её страх. Пони-ковбойка зажмурила глаза и закричала:

— Эй, свины, вам нас так просто не взять!

-Эпплджек, это не свины! — воскликнула Пинки Пай, — Это Рэйнбоу Дэш!

Ковбойка приоткрыла один глаз и увидела знакомую пегаску. Пару мгновений земная пони колебалась в сомнениях, не веря своим глазам, но затем её мордочка приняла радостное выражение.

— Дэш! — отбросив всякие сомнения, радостно воскликнула она. — Я не могу поверить, что это ты!

Эпплджек бросилась к подруге обниматься, а за ней с объятиями бросились и Пинки со Спайком.

— Ребята! Я понимаю ваши чувства, но не могли бы вы вести себя потише? Тут совсем рядом враги! — осадила их пегаска.

Она несколько отстранилась от друзей, вскарабкалась по лесенке и закрыла люк.

— Нам нужно выбираться отсюда, — обратилась она к друзьям, спускаясь по лесенке, — лучше дождаться ночи, тогда и выйдем наружу. При свете дня высовываться будет рискованно, лучше переждём. А до этого нужно себя вести как можно тише.

— Дэш, скажи, так ты пришла сюда за нами? — нерешительно спросил Спайк.

— Ну не просто так же я сюда пришла! Я, прежде чем нашла вас тут, искала наших друзей по всем домам! Я была у Флаттершай, Твайлайт, Рэрити, и на твоей ферме, Эпплджек, но никого не нашла. Я почти отчаялась найти кого-либо. Наконец-то, я нашла вас. Хорошо, что я обнаружила люк в подвал.

Дэш замолчала и посмотрела на друзей.

— Эх, всё-таки как же я рада вас видеть! — и на её лице впервые за последнее время появилась улыбка.

Она подошла и обняла всех троих. Это была редкая минута настоящей радости посреди той трагедии, что происходила вокруг.

— Так значит, ты больше никого не видела из девочек? — с горечью, нехарактерной для неё, самой жизнерадостной пони во всём Понивилле, спросила Пинки Пай.

— Нет, никого, — тяжко вздохнула Дэш. — А вы? Вы не видели их? Вы случайно не знаете, что с ними?

— Нет, к сожалению, нам о них ничего не известно, — опустив взгляд, покачала головой Эпплджек. — Мы все расстались, когда враги вошли в Понивилль и начался этот кошмар. Позже мы с Пинки и Спайком встретились и укрылись тут, так и сидим здесь с тех пор, благо оказались на складе продуктов, сидим и трясёмся от страха. Нам нужно было держаться всем вместе, но так вышло, что мы потеряли друг друга… Поверить не могу, что всё это происходит на самом деле, это словно какой-то кошмарный сон… Моя ферма… она сожжена дотла… Одно хорошо: мои родные успели уехать на поезде отсюда… А вот что произошло с Твайлайт, Рэрити и Флаттершай?…

— Надеюсь, что они смогли ускользнуть от свинов, — неуверенным тоном произнесла пегаска, хотя она сама сомневалась в этом, она знала, что от этих врагов так просто не уйти.

— Слушай, Дэш, что произошло с тобой, можешь рассказать? – заинтересованно попросил Спайк. — Ты же добровольно вступила в отряд пегасов, не так ли?

— Да, расскажи, как ты, задала трёпку этим свинам? — поддержала дракончика Пинки Пай.

— Ладно, я расскажу вам, что со мной приключилось, — неособо охотно согласилась Дэш, опустив взгляд вниз. — Мы всё равно пока ждём наступления ночи. Наш отряд даже имел кое-какие успехи, но это было временно…

Дэш стала рассказывать друзьям про то, как она и другие пегасы противостояли захватчикам в воздухе, как они срывали налёты свинов, и о том, какая участь постигла её отряд. После этого она вкратце поведала о своём пути к Понивиллю.

Дневные часы пролетали один за другим. Постепенно подкрался вечер, а за ним пришла ночь.

Пони, истомившиеся сидеть в подсобном помещении, наконец, могли выйти. Первой наружу выбралась Рэйнбоу Дэш. Осторожно высунув голову из дверного проёма и осмотрев улицу, она убедилась, что там никого нет.

— Так, идите за мной, — прошептала радужногривая кобылка, — мы не должны попасться врагам.

Было решено, что она поведёт их, ведь, пожалуй, Дэш лучше всех знала, что можно ожидать от врагов и как лучше действовать. Эпплджек и Пинки Пай со Спайком, который ехал у неё на спине, шли следом.

Пони, осторожно продвигаясь по улицам, вскоре вышли к северной окраине Понивилля.

Теперь они могли бежать из захваченного города. Вопрос в том, куда?

Но тут удача изменила им. Дэш выглянула из-за угла и заметила патруль. Трое вооруженных свинов шли навстречу им.

— Быстро, прячьтесь в доме! — скомандовала Дэш.

Пони заскочили в близлежащую дверь и замерли. Свины должны были просто пройти мимо. Но к несчастью в этот момент в доме Пинки Пай хвостом случайно смахнула чашку со стола, и та со звоном упала на пол. Солдаты услышали это и остановились.

— Это что ещё? — спросил один из них.

— Надо проверить, — ответил другой.

— Эй, разве мы уже не обыскивали этот дом? — встрял третий.

— Всё равно нужно ещё проверить.

Враги подошли к дому и заглянули в окна.

— Не показывайтесь им на глаза! — шепнула Дэш друзьям.

— Ничего не видно, — пожал плечами один из свинов.

— Так зайди и посмотри, тупица!

Беглецы понимали: их вот-вот заметят. Рэйнбоу Дэш судорожно вертела головой, пытаясь найти в доме что-нибудь, что им поможет. Ей на глаза попалась дверь.

— Эй, готовьтесь бежать через чёрный выход! — шепнула Дэш своим друзьям, кивнув в сторону двери, выходящей на другую сторону улицы. — Не ждите меня!

Пинком была открыта дверь, и внутрь зашел здоровенный кабан с длинными острыми клыками. Сверкнув злобными маленькими глазками, он окинул комнату взглядом, и заметил в углу дрожащих от страха пони и дракончика.

— Эй, смотрите-ка, кто тут у нас! — оповестил он других свинов.

Рэйнбоу Дэш поднялась и выступила вперёд.

— Бегите отсюда, я задержу их! Меня не ждите! — крикнула она, обернувшись к своим друзьям.

Её друзья кинулись к двери. Вражеский солдат хотел броситься за убегающими, но путь ему преградила Рэйнбоу Дэш. Эпплджек и Пинки Пай выскочили наружу, а Дэш осталась в доме с возвышающимся над ней здоровенным кабаном, держащим её на прицеле своего автомата. Пегаска стала загребать передним правым копытом по полу, растопырила крылья, прижала уши и наклонившись оскалила зубы. Пони яростно зафыркала. Она решила: раз это конец, то пусть она хотя бы напоследок хорошенько заедет копытом по этой мерзкой свиной роже, а заодно даст побольше времени своим друзьям. Дэш решила, что сейчас она пожертвует собой, так же, как тот земной пони, что спрятал её в подвале.

Солдат ни сколько не испугался готовящейся к атаке пегаски.

— Что, храбрая пони, хочешь подраться? Ну, давай! — злобно усмехнулся он.

Дэш кинулась на врага и наткнулась грудью на ногу, которую тот успел выставить вперёд. Свин отпихнул напавшую пегаску, и та отлетела назад, ударившись об стену. Пока она поднималась, держась копытом за затылок, солдат повернул голову налево и кивнул второму свину, зашедшему в помещение. Тот прицелился в пони из своего короткого ружья, и нажал на курок. Прозвучал глухой хлопок. В бедро Рэйнбоу Дэш воткнулся дротик. Она вскочила, хотела снова атаковать врагов, но на неё нахлынула неестественная усталость. Ноги подкашивались, глаза закрывались сами собой. Пони не выдержала и рухнула на пол. Последнее, что она успела разглядеть – как какая-то высокая фигура склоняется над ней, после чего её поглотила темнота.

* * *

— Вот так я и рассталась с Пинки Пай, Спайком и Эпплджек, — Рэйнбоу Дэш завершила свой рассказ для Твайлайт. – Я не знаю, что стало с ними…

— Надеюсь, что они смогли убежать, — не сразу, немного обдумав рассказ подруги, ответила единорожка.

— А уж я как надеюсь, — тяжко вздохнула Дэш, — враги были совсем рядом… Не знаю, успели ли они убежать…

— Я уверена, они успешно сбежали! — поспешила успокоить её Твайлайт, — Во всяком случае, ты сделала всё, чтобы помочь им ускользнуть.

— Ну наверно… Но теперь им придётся прятаться в глуши. Эвакуироваться они уже не успели. А как же Флаттершай и Рэрити? Что случилось с ними? Убежали ли они, или попали в плен, или что ещё похуже? Мы вообще не знаем. — Дэш положила голову на скрещенные передние копыта, и вновь приуныла.

— Я бы сейчас отдала свои крылья, лишь бы узнать, что с ними случилось, — вздыхая, мрачным тоном проговорила пегаска, задумавшись о судьбе лучших друзей.

Двумя днями ранее.

— Рэрити?! Где ты?! Что ты там копаешься?! — призывала обеспокоенная, едва ли не паникующая Флаттершай Рэрити, спешно собиравшую вещи у себя в бутике «Карусель».

Она паковала в чемоданы платья, ткани и драгоценные камни.

— Флаттершай, подожди! Я ещё не всё собрала!

— Забудь ты про эти вещи! Нужно спасаться самим, у нас поезд через десять минут!

— Но Флаттершай… — хотела было возразить белая единорожка.

— Рэрити! Мы должны встретиться с девочками на вокзале, и все вместе поедем на поезде на восток, в портовые города, для эвакуации на кораблях. Ты слышала вести? Враги прорвали оборону и вот-вот будут в Понивилле! Рэрити?! — Флаттершай пыталась вразумить свою подругу, которая в спешке набивала очередной чемодан.

Желтая пегасочка пошла ещё дальше, чем просто повышать голос, но ею всего лишь двигал страх. Пони схватила зубами свою подругу за хвост и потащила её к выходу. Рэрити, хныча, упиралась, но вскоре бросила это и сама вышла наружу, прихватив всё-таки с собой пару чемоданов.

На вокзале толпилось пока что не особо много пони. В основном тут были те, кто не уехал на предыдущих поездах. Остальные жители не иначе, ещё собирали вещи.

— Где все наши? — оглядевшись, спросила Рэрити. — Я никого не вижу.

— Я не знаю, — помотала головой Флаттершай, — придётся подождать их. Я почти уверена, что Твайлайт, так же как и ты, собирает свои вещи. Она не бросит свои магические книги. Где Пинки Пай и Эпплджек – тоже не знаю. Думаю, они должны скоро подойти.

— Вот тягомотницы! — фыркнула белоснежная единорожка.

— Рэрити, если бы я не поторопила тебя, то ты бы, пожалуй, и сейчас набивала чемоданы алмазами и шелками, — едва заметно нахмурилась Флаттершай, на что единорожка устыдилась, но ничего не ответила.

Наконец, показался поезд. Испуская дым из трубы, он приближался к вокзалу, постукивая колёсами по рельсам, и, подъехав, остановился у перрона. Вагоны быстро наполнили единороги и земные пони. Пегасов, за исключением Флаттершай, не было: они были способны улететь к восточным городам на крыльях, и те, то имел возможность, уже это сделал.

Подруги сели в передний вагон перед локомотивом. Модница уложила чемоданы на полки на верху вагона и села на скамейку.

— Где они, почему они ещё не пришли? — нервничала Рэрити. — Враги совсем рядом, поезд отправится через десять минут.

— Я не знаю, почему они медлят, — ответила ей Флаттершай.

Они ждали своих подруг, но их всё не было. Зато появилось кое-что другое. Три минуты спустя, пони, сидевшие в вагоне и ждавшие отправления, увидели, как из-за холма за Понивиллем вылезла здоровенная машина синего цвета. Это был тяжелый танк свинов: они уже вступали в город.

— Святая Селестия… — выдохнула Флаттершай, завидев это. — Они уже тут!

Проехав немного, стальной монстр остановился. Он стал водить то в одну, то в другую сторону своей трубой, выдающейся вперёд. Внезапно все звуки были заглушены разрезавшим воздух отчаянным гудком паровоза. Последовал резкий толчок, и пони увидели, как местность за окном начала двигаться, поезд поехал.

— Что такое? Мы едем?! — ошарашено спросила Рэрити. — Почему так рано? А как же девочки и Спайк?!

За окном пони, ещё собиравшиеся на станции, поскакали за поездом, стали цепляться за вагоны, залезать в тамбуры и на крыши. Из города скакали те, кто не ожидал столь раннего отправления поезда, как и того, что враги нагрянут настолько быстро. Пони бросали свои чемоданы, лишь бы успеть спастись на поезде.

Локомотив разгонялся, чтобы поскорее покинуть этот обречённый город, и увезти всех кто был в вагонах.

Флаттершай и Рэрити могли наблюдать как боевая машина что показалась на холме, направила свою трубу на уходящий поезд. И тут на конце трубы произошла вспышка, от чего та втянулась внутрь башни на треть длины, а следом за вспышкой наружу вышел серый дым, облаком заградивший качнувшуюся машину.

Пони услышали ни на что не похожий нарастающий звук, похожий на смесь свиста и завывания. Через мгновение вагоны потряс сильный удар, и их тряхнуло, так что некоторые пони упали со скамеек, а с полок полетели вещи. Раздался грохот и скрежет металла, закладывающий уши. Поезд стал замедлять движение и вскоре остановился.

— Что это было?! — дрожащим голосом спросила Флаттершай, придя в себя.

Они с Рэрити вышли из вагона и увидели: у паровоза в корпусе виднелась громадная сквозная дыра, наружу из неё лилась горячая вода и бил пар. Сам локомотив сошел с рельс, столь велика была сила удара.

— И… Что теперь? Мы никуда не поедем? Как теперь быть? — едва не плача от ужаса, обратилась к Рэрити Флаттершай.

Подошли и другие пассажиры, чтобы посмотреть что произошло.

— Похоже, придётся скакать на своих копытах, – прозвучало от какой-то земной пони, оказавшейся поблизости.

Рэрити и Флаттершай переглянулись.

— Мы должны бежать, — решительным тоном произнесла Рэрити.

— А как же Твайлайт, и Пинки Пай с Эпплджек? — с отчаянием в голосе произнесла Флаттершай.

— Мы должны бежать отсюда, Флаттершай, у нас нет другого выбора! Бежим, пока не поздно! — стала уговаривать её единорожка.

— Но наши друзья…

Где-то неподалеку, в черте города, разорвался снаряд, и пони припали к земле от страха. Следом за ним на некотором отдалении прогремел ещё один взрыв. Послышались испуганные крики пони. Где-то на окраине Понивилля затрещали выстрелы из автоматического оружия.

Это окончательно развеяло сомнения оказавшихся в отчаянной ситуации пони. Рэрити вскочила и поскакала галопом вдоль железнодорожных путей.

— Сейчас, или никогда! — окликнула она Флаттершай и других пони. Рэрити даже не вспомнила про свои чемоданы, оставшиеся в вагоне.

Недолго думая, Флаттершай бросилась за ней. Пони стала на скаку размахивать крыльями, и взлетела. Следом за ней бросились и некоторые другие пони.

Они скакали изо всех сил, слыша как позади, в городе рвутся снаряды, и страх подгонял их. Достигнув железнодорожного моста, который они должны были пересечь на поезде, Рэрити и Флаттершай, преодолевая его, увидели как из водоёма, форсировав его, на сушу выходят колёсные бронемашины свинов, таким образом, отрезая путь к бегству из города. Промедли пони ещё немного, они уже не смогли бы ускакать.

Группа из восьми пони спасалась бегством, ускакав из Понивилля, в который вступили войска свинов, направившись на восток Эквестрии. Их целью были морские порты на востоке Эквестрии, откуда мирных жителей эвакуировали на кораблях за море, где жили грифоны. Эти пони надеялись добраться до этих портов, и спастись.

Они долго бежали без остановок, их копыта без устали топтали землю, подминали траву. Но усталость начала, в конце концов, брать своё. Пони не смогли бы при всём желании добраться на восток Эквестрии за один бросок.

— Эй, давайте сделаем перерыв! Я уже устала! Вы слышали меня?! — послышалось с конца.

Это была Рэрити. Она сильно запыхалась и несколько отстала от остальных пони.

— Действительно, давайте остановимся и передохнём, — поддержала её Флаттершай, летевшая над цепочкой пони, с той же скоростью, что бежали остальные пони.

— Я не против! — согласилась какая-то пони впереди.

— Я тоже, — добавила ещё одна кобылка.

Пони начали сбавлять скорость и остановились.

— Только давайте не долго, — предложила одна из пони, — минут пять – и снова вперёд, нам ещё скакать и скакать до городов на побережье.

Пони решили немного передохнуть, и расположились на полевой траве. Теперь быль ясно, кому удалось ускользнуть из Понивилля, случайным образом, по странной воле судьбы, быть собранными в группу. Это были Рэрити, Флаттершай, Лира, парочка пони из спа-салона, Алоэ и Лотос, и ещё трое земных пони из Понивилля, Бон-Бон, Голден Харвест и Роуз.

— Этого не может быть, этого просто не может быть! — причитала Рэрити. — Почему это происходит?! Неужели никто не сможет остановить это?! Мой бутик… мой прекрасный бутик! Ох… Неужели я его бросаю? Всё пропало… всё пропало…

— Мне очень жаль Рэрити, но не забывай, мы все бросили свои дома, у нас не было другого выхода, — обратилась к ней Флаттершай.

— Точно! — поддержала Флаттершай Голден Харвест, — сейчас лучше спасать свои шкуры, чем сгинуть вместе с вещами. Плачешь о своём бутике, а думаешь, мне не жалко мой дом?

— Это просто сущий кошмар какой-то! — вздохнула Лира. — Неужели никто не остановит их?

— А кто их может остановить? Или что? Ты видела, что у них есть? Что мы можем ТАКОМУ противопоставить? — ответила та же пони.

— Меня больше волнуют наши друзья, — вновь заговорила Флаттершай. — Что случилось с Твайлайт, Пинки Пай, Эпплджек, и со Спайком? Они ведь были ещё в Понивилле, когда в него вошли враги… А Рэйнбоу Дэш? Она записалась в ополчение, и отправилась на фронт…

— О, святая Селестия! — выдохнула Рэрити, и уткнулась в землю, закрыв голову копытами. — Не могу поверить, что всё это происходит… бедные девочки… бедный Спайк… как они там, в этом кошмаре… лучше бы они бежали вместе с нами…

— Нам не пора продолжить наш путь? — спросила одна из пони, Роуз.

— Эй смотрите! — крикнула Лотос, и показала копытом в сторону откуда прискакала их группа.

Там из-за холма показались два бронеавтомобиля свинов. Те должно быть уже заметили беглянок: они поехали по направлению к ним.

— О нет… — задрожала всем телом Лира.

— Нам надо бежать! — крикнула Роуз.

Кобылки бросились скакать так быстро, как могли. Враги же стали увеличивать скорость и преследовать их. Они быстро сокращали расстояние. Полевая дорога сменилась пересечённой местностью. Пони скакали, что есть силы, время от времени оглядываясь. Впереди показался небольшой ручей, размывший почву и образовавший вокруг себя овражек, через который пони одна за другой перескочили. Их преследователи тоже на полном ходу прыгнули на бронемашинах через это препятствие, и с грохотом приземлившись, продолжили преследование.

Эта гонка не могла долго продолжаться, и вскоре наступил её результат. Один шестиколёсный броневик ехал позади стайки пони, а другой свернул налево, и стал ехать параллельно беглянкам, а затем опередил их, и, подскочив в воздух на крупной кочке, после приземления завернул направо, и, затормозив, преградил им путь своим корпусом. Пони остановились перед боком синей машины, хотели было развернуться и бежать назад, но там уже подъехал и встал второй броневик. Пони были под прицелом их четырёхствольных пушек, бежать было некуда. Они стояли кучкой и дрожали, а некоторые и вовсе припали на корточки от страха. В этот день так же были изловлены не они одни, но и некоторые другие пони, бежавшие из Понивилля.

После этого их повели куда-то, и с обеих сторон от пони, спереди и сзади, со скоростью их шага ехали броневики свинов. Они следили, чтобы никто не вздумал сбежать. Некоторое время спустя, их довели до перекрёстка полевой дороги. Там их встретил отряд пехотинцев с парой грузовиков и тягачом, который тащил прицеп с клеткой. В эту клетку и посадили всех схваченных пони. Пока те, под прицелом автомата, по деревянному трапу забирались одна за другой в клетку, несколько свинов, наблюдая за ними, гоготали и улюлюкали, хохотали, широко открывая рты и обнажая длинные острые клыки, и иногда пытались напугать маленьких пони, которые были и без того напуганы. Дверца клетки захлопнулась. После этого отряд свинов поехал куда-то. Через некоторое время они достигли хвойного леса, и немного углубившись в него, остановились. Видимо свины решили встать лагерем. Тут остались три грузовика и один броневик. Второй броневик покинул отряд, а вместе с ним уехал и тягач, оставивший клетку в лагере свинов.

Шесть свинских солдат стали устраивать лагерь, они таскали хворост и сухие ветки для костра, притащили камней и разложили их овалом вокруг сложенного костра. Далее они стали выкладывать ящики из грузовиков. Пленные пони сидели в клетке кучкой, с тех пор как их туда посадили, прижавшись друг к дружке. Они не говорили друг с другом. Никто из них не плакал, да и вообще не издавал ни звука. Они только переглядывались между собой, понимая своё обреченное положение. Мимо клетки в это время проходили двое свинов. Они несли сухие ветки, собранные в лесу. Один из них остановился около клетки, и посмотрел на маленьких пони. Другой остановился тоже, и сказал своему собрату:

— Что, никогда ещё не видел пони? Давай, пошли.

Тот ответил:

— Посмотри на них. Они выглядят такими несчастными. Бедняги. Мне их жаль. Тебе не кажется что то, что мы делаем, неправильно?

Второй свин перевёл взгляд со своего сослуживца на заключённых пони, и после небольшой паузы ответил:

— Я предпочитаю не задумываться об этом. На войне лучше вообще не думать ни о чём, а то свихнуться можно. Я не думаю, и тебе не советую, пойдём.

С этими словами солдат направился к остальным сослуживцам. Первый свин ещё пару секунд постоял у клетки, смотря на заточённых в ней пони, и тоже ушел в лагерь.

В лагере свины развели костёр – уже начинало темнеть, и стали есть, поджаривая на нём еду, пить пиво, обсуждать свои дела, рассказывать друг другу разные истории, при этом громко хохоча и хрюкая, сопровождая это хриплым пением. А в стороне стоял прицеп с клеткой, где были заточены их узники, и им совсем не было весело.

К полуночи свины наконец угомонились, и стали задумываться о сне. Но назрел один вопрос.

— Эй, кто будет следить за этими пони? — задался вопросом один из них. — Нужно следить за ними, а то могут попытаться сбежать.

— Давайте я за ними послежу. Мне в последнее время всё равно плохо спится, — вызвался один.

— Хорошо. Пусть он покараулит их, — согласился третий солдат.

Доброволец направился к клетке, стоявшей десятком метров правее привала. Вскоре свины уже дремали, громко храпя.

Дежурный же присел на булыжник, который выступал из земли около клетки, и стал рассматривать пони. Это был тот самый солдат, который не так давно проявил жалость к пленникам. Внешне он мало отличался от остальных свинов, но всё же, он выглядел более добрым, чем остальные свины.

Некоторое время он молча сидел рядом, наблюдая за пони. Потом он заговорил с ними:

— Вы давно нечего не ели, наверно хотите есть?

Пони молчали. Тогда охранник встал, и пошел в лагерь. Вскоре он вернулся оттуда, и принёс с собой батон белого хлеба. Он просунул его меж прутьев, положив в клетку.

— Вот, — сказал он, — всё, что я могу предложить. Если конечно это вам подходит.

Никто из пони не притронулся к этой скудной еде, все воротили нос.

— Я понимаю вас, для вас все, кто вторглись в вашу страну – чудовища. Но поверьте, я совсем не одобряю того, что происходит. Мне искренне жаль, что так получилось, но я не могу ничего поделать – я лишь мелкая сошка в этой системе. Я сочувствую вам, правда.

Пони не особо проявляли внимания к их новому собеседнику, они большей частью безучастно лежали, только Флаттершай немного приподняла голову, и внимала словам солдата. Тот снова заговорил, заметив что у него есть по крайней мере один слушатель.

— История сыграла с нашей страной злую шутку, — начал он. — Нам не повезло с главой государства. Власть в нашей стране захватил генерал Железный Клык, он злой диктатор, который жаждет завоевания новых земель. Поэтому мы здесь. Поэтому мы вторглись в вашу страну.

— Значит вами лишь помыкают. Да и наверно вам самим с таким тираном живётся несладко, — ответила Флаттершай.

— Ты права, пони, так и есть.

— Флаттершай, не разговаривать с этим захватчиком! — неожиданно встряла в разговор Рэрити.

— Рэрити, он иной, чем все остальные, я это чувствую, — ответила пегасочка и немного подвинулась к своему необычному собеседнику.

Понивилльская единорожка фыркнула, и снова опустила голову, став при этом украдкой наблюдать за Флаттершай и её собеседником.

— Ну, если вас заставляют насильно делать плохие вещи, то мне жаль вас, — сказала Флаттершай.

— У меня, как и у многих, нет другого выбора, — снова заговорил свин, — меня направили в армию. До того, как мы пришли сюда, мы захватили страну кроликов Морковляндию. Я ни за что не стал бы во всём этом участвовать, но мне нужно было как-то кормить своих родных, которым я пересылал всё своё жалование.

Солдат опустил голову, и замолчал. Он погрузился в воспоминания. Вздохнув, он продолжил:

— Это была ухоженная благополучная страна. Чем-то отдалённо похожая на вашу. А потом мы вторглись в неё, и захватили, наполовину превратив в руины и выжженную пустыню. Теперь мы пришли сюда, и здесь делаем то же самое. Как я от всего этого устал…

— Понимаю твои чувства, — вздохнула Флаттершай. — Вижу, тебе очень тяжело на душе.

Охранник некоторое время смотрел на пленных, переводя грустный взгляд с одной пони на другую. И тут его взгляд стал решительным. Он обернулся, посмотрел в сторону лагеря, где все спали, и встал.

— С меня хватит! Я, конечно, мало что могу сделать, но что могу – сделаю! — решительно выдал он, шагнул к клетке, и отворил дверцу.

Пони разом подняли головы, и обратив взоры на открытую дверцу, замерев на месте. Они не верили своим глазам.

— Бегите! — сказал солдат.

Пони сидели на месте.

— Чего же вы ждёте?! Давайте, бегите! Я скажу, что я заснул, а вы сбежали сами. Меня, конечно, не похвалят за это…

Наконец пони оправились от изумления. Первой вылезла наружу Рэрити.

— Давайте, девочки, нельзя упускать такой шанс, вылезайте скорее, пока наш безумный охранник не передумал, — обратилась она к остальным, спрыгивая на землю.

— Да, пони, ты права, я – безумный, — ответил ей солдат, — а может быть, наоборот, единственный, кто сохранил разум…

Пони одна за другой стали вылезать из клетки. Последней вышла Флаттершай. Другие пони уже немного отбежали вглубь леса, и собрались там группой. Но желтая пегаска не спешила убегать. Она остановилась рядом с освободителем, и сказала:

— Это очень благородный поступок. Спасибо, что помог нам. Может быть, я могу тоже что-то сделать для тебя? — предложила Флаттершай.

— Флаттершай! — шепотом позвала её Рэрити, — чего ты ждёшь! Бежим, скорее!

— Сделать для меня? — удивился солдат, — Лучше беги скорей, пока нас не обнаружили, что ты можешь сделать для меня, пони? Хотя… Можно я тебя поглажу? Мне очень интересно, какие вы, пони на ощупь.

— Да, можно, — разрешила Флаттершай, слегка смутившись.

Получив разрешение, солдат склонился над Флаттершай, и рукой осторожно прикоснулся к её спине, покрытой короткой нежной шерсткой, и погладил. Он провёл ещё разок по пернатому крылышку, и убрал руку.

— Ну, всё, теперь бегите, — сказал он. — Бегите сейчас прямо, никуда не сворачивая, и вы направитесь точно на восток, туда, куда вы и направлялись.

— Спасибо, — поблагодарила ещё раз Флаттершай, и побежала к другим пони, которые ждали только её.

Освобождённые пони скрылись в лесу, и лишь небольшой светящийся огонёк некоторое время виднелся среди стволов деревьев – это Рэрити своим рогом освещала дорогу среди ночной темноты.

Им повезло – они благополучно ушли на восток, и в конце концов достигли города Балтимэра, откуда уплыли на одном из последних кораблей. Их спасителю повезло куда меньше.

В лагере почему-то не спал один из свинов. Он проходил мимо грузовиков, повернул голову на право, и увидел, как пони убегают вглубь леса, а дозорный провожает их взглядом. Свин подбежал к своему сослуживцу, и поняв, что произошло, завопил:

— Ты что сделал, идиот!

После этого он побежал к остальным свинам, и стал будить их:

— Просыпайтесь! Пони сбежали!

— Что? Как сбежали? — спрашивали полусонные свины.

— Этот идиот их выпустил!

— Что? Как?! — не поверили они.

Когда все проснулись, то подошли к пустой клетке, где недавно были пленённые пони.

— Вот, полюбуйтесь, — всплеснул руками свин, что обнаружил побег.

— Надо организовать погоню, их нужно отловить снова! — предложил кто-то.

— Это бесполезно, — покачал головой другой свин. — В такую темень мы их не нагоним всё равно.

— Как так получилось, что они сбежали?

— Я же говорю, он их выпустил!

Свин, видимо, тот, что главный в этом отделении, спросил охранявшего пленниц:

— Как так получилось, воин? Скажи честно, они что, загипнотизировали тебя, и заставили открыть клетку? Или ты сам их выпустил?

— Я сам их выпусти, — твёрдо ответил тот.

— Что, вы слышали это?! — взвизгнул один из солдат, — идиот! Слышишь! Ты полный идиот!

— Что тебя заставило это сделать? — продолжал расспрос командир отделения.

— Мне стало их жалко, — ответил ему его подчинённый.

— Жалко значит. Ты помог врагу, это серьёзный проступок, воин. Ты вообще не забыл, какой стране ты служишь?

— Нет, я не забыл. Я всегда служил нашей стране. Но в последнее время мне не нравится, что творится в нашей стране. И с третьего августа я жалею, о том, что я служу нашей стране, когда мы развязали войну в Морковляндии, и уничтожили эту страну. Теперь мы пришли сюда, и принесли войну сюда, в эту чудесную страну. Это даже войной назвать нельзя, это не война, это преступление!

— Такой приказ генерала Железного Клыка, и мы должны его исполнять! — ответил ему один из солдат.

— Приказ. Я знаю. Наш народ бездумно последовал за этим диктатором, который поманил нас сытым и успешным будущим. Вы думаете, что мы построим счастье на несчастье других народов? Вы глубоко ошибаетесь, вот что я вам скажу! И вообще, правильно сказали про него те бунтовщики: этот Железный Клык просто негодяй, который нас всех обманывает!

— Что?! Да как ты смеешь говорить такое про нашего вождя?! — разозлился командир. — Это уже тянет на расстрел.

— Ха, расстрел, — усмехнулся свин, — ну если у нас теперь расстреливают за правду, то пусть будет так! Я предпочту быть расстрелянным, чем дальше служить этому правительству!

Это и случилось на следующее утро. Свин, который освободил пони, был привязан к дереву, и стоял так, с завязанными глазами на прицеле у четверых солдат. Ещё один без оружия стоял сбоку от них. «Огонь!» — скомандовал он, и стрелки произвели по выстрелу. Казнённый вздрогнул, повесил голову и безжизненно замер.

«Почему, хотел бы я знать, на свете есть страны, в которых больше моркови, чем у нас? Почему, хотел бы я знать, у них больше земли, чем у нас? Почему они живут богаче, чем мы? Кто дал им такое право, я спрашиваю?» — из речи Генерала Железного Клыка 1 августа.

* * *

Мимо лагеря колонной шли пленные пони: кобылки, жеребята, и жеребца, мирные жители. На лицах пленных читались страх и подавленность. С боков их обступали вооруженные автоматами свины. Никто из пленных не думал бежать, сделав это, они сделали бы только хуже.

— Подумать только, сколько пленных! — поразилась Рэйнбоу Дэш, всматриваясь вместе с Твайлайт, в колонну пленных, может быть, надеясь увидеть кого-нибудь из своих подруг, чтобы наверняка знать их судьбу. — Почему никто не борется за свою страну? Почему все сдаются?! Где наши лидеры, где принцесса Селестия, разве она не возглавляет оборону Эквестрии?

— Похоже, Дэш, что мы уже проиграли эту войну.

— Проиграли? Откуда ты знаешь? Да и я не понимаю, как это могло случиться? Как мы были застигнуты этим нападением врасплох?! И зачем им вообще понадобилось нападать на нас, им что, своей земли мало?!

Тут к клетке подошел новый свин, чтобы охранять её. Пони прекратили разговоры: они усвоили урок, что с охраной лучше не пререкаться. Однако, их новый охранник совершенно не интересовался пленниками, он сел, и вскоре захрапел, заснув. Пони смогли вновь продолжить разговор.

— Хорошо ли ты знаешь историю, Рэйнбоу Дэш? — спросила Твайлайт.

— Ну… в школе изучала… в учебнике читала…

— В учебниках написана не вся история. Возможно, что там написана не совсем подлинная история. Что-то подкорректировано, а что-то вовсе не стали вписывать. Полностью правдивую историю можно прочитать сейчас только в древних рукописях.

— Ну я древни рукописи не читала, я не такой книжный червь, как ты, Твайлайт.

— Я тоже не успела их прочитать, к сожалению. Но я слышала лозунги свинов.

— Лозунги? — переспросила Дэш.

— Да. Они якобы просто хотят вернуть себе земли, которые когда-то принадлежали им.

— Что? Что за чушь? Здесь всегда жили пони!

— Это по нашей версии, Дэш. А вот согласно свинам, тысячи лет назад, ещё до того, как на территории нынешней Эквестрии обосновались пони, тут жили свины, народ земледельцев. А потом сюда пришли пони. Да, упоминания про это не встретишь в учебниках истории. Но пони, вместо того, чтобы налаживать с ними добрососедские отношения, предпочли вытеснить тех с этих земель. Между народами началась конкуренция за эти необычайно щедрые и богатые земли, которые мы сейчас называем Эквестрией. Но среди пони были крылатые пегасы, и единороги владеющие магией, поэтому пони одерживали верх над свинами в это борьбе, за счёт своих преимуществ, и вскоре вытеснили их с этих земель. Свины ушли на запад, за море, и были вынуждены искать себе новый дом. С тех пор прошло несколько эпох. Государство cвинов за это время выросло в мощную индустриальную державу. Однако им долгое время не было никого дела до Эквестрии. Но не так давно ситуация переменилась. Двадцать шестого июля в Республике Свинов произошел переворот, и к власти пришел генерал Железный Клык. Этот диктатор жаждал расширения территорий. И вот, третьего августа армия свинов напала на Морковляндию, и вскоре захватила её. Про это мало кто слышал в Эквестрии, дошли лишь слухи, воспринятые как страшная сказка. Захватив страну кроликов, с её богатыми нефтяными месторождениями, и прочими ресурсами, Железный Клык обратил свой взор на восток, и под лозунгом возвращения территорий, якобы некогда принадлежавших свинам, повёл свою военную машину на восток. На кораблях, и своих, и доставшихся трофеями от кроликов, через море были переправлены войска, целью которых была наша страна. Они десантировались в трёх местах на западном побережье. Что было дальше, ты знаешь не хуже меня.

— И откуда ты всё это знаешь, — подивилась слушавшая её подруга.

— Мне один их офицер рассказал, по моей просьбе. Сидеть в клетке было очень скучно…

— Я не верю! Это полная чушь. Они просто придумали повод, чтобы напасть на нас, только и всего!

— Знаешь Дэш, у меня такое чувство что всё, что происходит, это не случайно. Когда-то мы плохо обошлись с их народом, а теперь всё перевернулась с ног на голову. За всё приходится платит. Сейчас мы расплачиваемся за поступки наших далёких предков.

— Мы не заслужили того, что сейчас происходит! — бойко ответила Рэйнбоу Дэш и нахмурилась. — А их лозунги — это ложь!

Пони молчали некоторое время, погруженные в свои мысли.

— Может быть, конечно, — вновь начала Твайлайт Спаркл, — то было столкновение с их колонистами-исследователями из их земель, что более вероятно. Но сейчас уже не разберёшься, что там произошло в древности. Правда это или лишь пропаганда – ответить на этот вопрос, пожалуй, могли бы древние рукописи, которые хранились в замке у принцессы Селестии. Эх, если бы я могла добыть их, и узнать из них всю праву, и все тайны истории…

— Как ты можешь, находясь в плену, думать про рукописи? Не понимаю тебя, Твайлайт.

— Я же книжный червь, — усмехнулась единорожка.

— Твайлайт, — вновь обратилась к ней пегаска, немного подумав над словами единорожки, — мне честно говоря, всё равно, что там произошло в незапамятные времена, меня больше волнует то, что происходит сейчас! Они уничтожают всё, что нам было дорого! Кто им позволил вторгаться в нашу страну, и вытворять тут такое? Эти гнусные пожиратели желудей думают, что это сойдёт им с копыт? Они ещё поплатятся за это…

— Дэш, а что мы можем сделать?

— Что сделать? Создать сопротивление, организовать оборону!

— Оборону? Оборона у нас была…

«Разве мы не заслуживаем того, чтобы у каждого было сколько угодно морковки? И кукурузы тоже?» — из речи Генерала Железного Клыка 1 августа.

Двумя днями ранее.

Шел третий день с тех пор, как свины напали на Эквестрию. Никто уже не питал особых надежд, по событиям предыдущих дней стало ясно: свинов в открытом бою ничто не может остановить. Стало ясно, что у Эквестрии нет средств, которые могли бы остановить свинов, ибо пони были народом мирным, подавляющее большинство населения не могло оказать захватчикам даже какого-то сопротивления, а тех, что могли, было слишком мало, чтобы остановить поток вражеских войск. Да и принципы ведения войны у армии захватчиков были совершенно другие. Их армия уже имела опыт войны с равным противником. Свины сражались яростно и фанатично, и защитники Эквестрии, гвардейцы, и ополчение, собранное из жеребцов, достигших совершеннолетия, не могли сдержать их натиск. Несколько небольших побед оборонявшихся пони почти не влияли на общую картину, свины продолжали невиданными темпами наступать вглубь Эквестрии, словно хищник, заживо рвущий и терзающий свою жертву, ещё брыкающуюся, и пытающуюся отбиваться, но уже обречённую.

Был отдан запоздалый приказ об эвакуации населения из Понивилля, к которому подошли, прорвав оборону, свины, а также из других городов, которые ещё не были захвачены. К полудню войска свинов были уже в прямой видимости из Кантерлота, и тот оказался в безнадёжной осаде.

Королевская охрана могла наблюдать из Кантерлота, как самоходные гаубицы, ничего не боясь, встали на позиции и опустили опоры. Заняла огневые позиции и другая техника всех видов. Затем грянул шквал огня. И не поздоровиться было бы городу Кантерлоту, но того окружил щит, поставленный с помощью магии принцессой Селестией. Такое заклинание, способное защитить целый город, было по силам лишь аликорнам, или единорогам с особыми магическими способностями. Светло-желтоватый магический щит не пропускал снаряды: те взрывались от столкновения с ним, не причиняя вреда строениям, и надёжно защищал город.

Сама Селестия тем временем встретилась в тронном зале с одним из своих военноначальников, чтобы выслушать от того вести.

— Доложите обстановку, — спрашивала принцесса Селестия в замке, в тронном зале у одного из своих военноначальников.

Вокруг были слышны разрывы множества снарядов. Здание сотрясалось от взрывов, звенели стекла, а с потолка сыпалась штукатурка.

— С каждым часом всё хуже, ваше величество, — рапортовал офицер. — Свины прорывают все наши линии обороны, их ничто не может остановить!

— Не может быть… невозможно…

Но военноначальник нисколько не сгущал краски.

Селестия с офицером подошли к установленной на подставке карте Эквестрии, на которой была нарисована схема военных действий. На ней были видны жирные синие линии-стрелки, идущие с запада Эквестрии, и рвущиеся в её глубь. Им пытались воспрепятствовать стрелки белого цвета – они обозначили силы защитников Эквестрии. Они перекрывали путь синим стрелкам встречая их, пытались окружать, или заходить в тыл, но итог был всё равно один: синие стрелки проходили через белые, и неудержимо рвались дальше.

— С их пехотой наши бойцы ещё могли бы как-то управиться, но тех поддерживает боевая техника, против которой мы почти бессильны. Вот они уже осаждают Кантерлот и обстреливают его своей артиллерией. Если бы не магический щит, город, пожалуй, был быстро разрушен их обстрелом!

Селестия не нашла, что ответить.

— Какие будут приказания, ваше величество?

— Держать оборону, — коротко ответила принцесса Селестия, и куда-то ушла.

Правительница Эквестрии вышла на балкон замка, и осмотрелась, чтобы увидеть, что происходит в округе. С башни открывался вид на позиции врагов, ведущих обстрел столицы. Но Селестия увидела не только происходящее у Кантерлота. Своим взором она смогла обозреть всю Эквестрию, и всё, что там происходило. Эта некогда цветущая страна, теперь была объята пламенем. Она увидела, как рушатся города от варварских бомбардировок, как свины бесчинствуют, и жгут всё, что им попадается, как их бронированые машины беспощадно сметают целые поселения, отравляют чистый воздух Эквестрии мерзкими выхлопными газами, подминают траву, и своими гусеницами оставляют на земле незаживающие раны. Она увидела, как страдают её подданные, она увидела столько горя и страданий, сколько ей ещё за всю жизнь никогда не приходилось видеть, даже в самые чёрные времена. Принцесса почувствовала всё, что чувствуют все до единого жители Эквестрии. Её сердце забилось так, что едва не разорвалось, и слёзы покатились градом из глаз Селестии. Такого с Эквестрией не смогли бы сделать ни Дискорд, ни королева Кризалис, ни иные злодеи, даже если бы действовали совместно. Селестия пришла в ужас и отчаяние, ибо осознала: даже она, при всём желании, не сможет исправить это, и переломить ход событий.

Селестия, удалилась в свои покои, никому не говоря ни слова. Возможно, она собиралась искать способ спасти Эквестрию, с помощью какого-то магического артефакта, только ей известного, или чего-то иного. Но она не успела это сделать.

Защитники Кантерлота, видя её, поняли, что дела действительно хуже некуда, если даже принцесса Селестия в полном отчаянии.

В покои Селестии зашла принцесса Луна обсудить положение дел. Как и всегда, принцесса ночи хранила ледяное спокойствие, лишь во взгляде Луны читался обеспокоенность, если не сказать больше.

— Что же нам делать, сестра? Кантерлот держится только за счёт магической защиты, — обратилась Луна к сестре.

-Я не представляю, скажу честно.

Луна не сразу нашла что сказать на это, и следующим что она сказала, был доклад о происходящем в Эквестрии:

— Янхувер безвозвратно потерян. Враги двигаются дальше по направлению к Кристальной Империи, и попутно обходят Кантерлот с фланга.

— Есть возможность остановить их продвижение? — с надеждой поинтересовалась Селестия.

— Есть вариант направить гвардейцев для контратаки.

На солнечной принцессе буквально не было лица. Сказывалось и непрерывное поддерживание защиты Кантерлота, постоянно подвергающейся испытанию на прочность врагами, и переживания за судьбы подданных и всей Эквестрии.

— Тия, мы сидим тут, в глухой обороне, мы этим ничего не добьёмся, — вновь серьёзным тоном заговорила принцесса Луна.

— А что нам остаётся делать?

— Возможно есть смысл сделать вылазку, попытаться отбросить врагов от Кантерлота, и уничтожить их артиллерию.

— Боюсь, что нас не хватит на это сил.

Немного помолчав, Луна бросила сестре:

— У меня плохое предчувствие, мы тут как в западне… Я пойду, подбодрю защитников Кантерлота, их состояние не лучше твоего, сестра.

С молчаливого согласия сестры, принцесса ночи оставила её.

А в ставке врагов тем временем решались свои проблемы.

В палаточный лагерь, располагавшийся на некотором расстоянии от передовой, приехала командирская машина. Из неё вышел свинский офицер, и зашел в палатку.

— Сэр! — обратился он, отдав честь, — прибыл с донесением!

— Слушаю вас, — ответил свин более высокого звания, сидящий за столом, прервав рассматривание карт, измерений расстояния на них и принятия стратегических решений.

— Защитники цитадели оказывают нам упорное сопротивление. Они отвергают все предложения сдаваться. Трёхчасовой артобстрел не дал никаких результатов. Как и бомбардировки. Должно быть, это из-за магического защитного щита. Наших солдат, атакующих город с парадного входа, раз за разом отбрасывают. А несколько лёгких танков, посланных поддерживать пехоту, были повреждены, и брошены экипажем. Говорят, будто их поразила большая белая крылатая лошадь. Она расплавила им оружие, и подожгла двигатели своей магией.

— Да, они мужественно обороняются. Готовы стоять насмерть, — задумчиво сказал свин, поправляя фуражку на голове. — Эти враги достойны уважения. Но пока стоит эта цитадель, мы не сможем нормально продвигаться дальше. Она позволяет контролировать важнейшие пути. Не будем понапрасну переводить солдат и снаряды. Если мы не можем овладеть ей, то мы уничтожим её.

— Так как нам поступить, товарищ полковник? — поинтересовался офицер.

— Готовьте «ХРЯК», — ответил ему, выходя из-за стола высокопоставленный вояка.

— ХРЯК? — переспросил офицер.

— Да, ХРЯК. Вы не ослышались. Заодно проведём полевые испытания. А я пока лично предложу им ещё раз сдаться. Не согласятся – им же хуже будет.

Полковник покинул палатку, и на личной командирской машине уехал по направлению к Кантерлоту.

Затихли звуки стрельбы. В лагере свинов со специальной длинной автоплатформы, на землю съехало железное чудовище необычайно больших размеров даже по меркам военной техники свинов. Медленно повернувшись, оно, буксуя на слабом грунте, рывками, с черепашьей скоростью поплелось на огневую позицию, и заняв место, развернулось, направив здоровенный ствол в сторону Кантерлота.

Защитники Кантерлота могли наблюдать, как к парадному входу подъехала одиночная командирская машина свинов. Приземистый автомобиль остановилась под стенами вблизи магического щита, у него приоткрылся люк на крыше, и оттуда высунулся свинский полковник в зелёной форме. Он взял в правую руку громкоговоритель, приставил его ко рту, и заговорил:

— Внимание! Защитники Кантерлота! Говорит полковник Толстое Копыто. Вы мужественно держитесь, и проявляете храбрость, достойную уважения, но поймите, вы всё равно не победите. Лучше сдавайтесь, и мы будем обращаться с вами с уважением. Слышали? Сдавайтесь, бросайте оружие!

Защитники некоторое время ничего не отвечали на это достаточно надменное заявление. Потом послышался выкрик:

— Мы лучше умрём, но не сдадимся вам!

— Как пожелаете! — ответил им свинский полковник, — езжай обратно! — приказал он своему водителю, залезая обратно в машину.

Автомобиль развернулся и уехал.

По прибытию в ставку, полковник отдал приказ:

— Отводите части, готовьтесь к залпу из мобильной крепости.

Защитники и укрывшиеся жители Кантерлота вскоре могли наблюдать, как техника свинов стала отходить. Артустановки снялись с огневых позиций. Танки и ракетные установки покинули поле боя. Неужели свины отступали? Нет, это было ложное впечатление. Всех кто был в Кантерлоте, будь то укрывшиеся жители, или защитники из королевской охраны, ожидала страшная участь.

В это время чудесный город, бывший заодно и резиденцией принцессы Селестии, уже был на прицеле, пожалуй, самого жуткого оружия свинов. Горбатая, уродливая машина, которая уже заняла свою позицию, сейчас водила из стороны в сторону огромным стволом, сводясь на мишени. О том, на что способно это неуклюжее механическое чудовище, можно было догадаться по характерному знаку на корпусе – трём красноватым треугольникам, словно разрезанный на три части пирог, на фоне белого круга.

И вот гусеничная громадина произвела выстрел, покачнувшись и отъехав на десяток метров назад, от чудовищной отдачи, и подняв в воздух тучи пыли. Её снаряд полетел по дугообразной траектории. Защитники Кантерлота даже успели увидеть его, когда он подлетал по направлению к магическому щиту вокруг города. Снаряд врезался в защитное поле светло-желтого цвета, и произошла ослепительная вспышка, затмившая солнце. От взрыва чудовищной силы город не спас даже магический щит, и земля затряслась, как от землетрясения, дрожь ощущалась даже за много километров. На месте города возникло грибообразное облако. Когда тучи пыли осели, стало видно: величественного города больше нет. Только груда обломков, некоторые из которых были раскиданными по окрестности, отброшенные прогремевшим взрывом на значительное расстояние. От Кантерлота остались одни воспоминания.

Некоторое время позже, в ставке свинов, где расположился полковник Толстое Копыто, появилась одна интересная персона, одна из самых важных персон во всей Эквестрии.

В палатку зашла принцесса Луна, а за ней двое солдат, которые её вели. Она была пленена. С ней, конечно, как с высокопоставленным военнопленным, обращались с уважением. Она была единственной выжившей из всех, кто был в Кантерлоте. Как эй удалось пережить эту ужасную катастрофу — неизвестно, не иначе как с помощью магии. Её хватило, чтобы Луна спаслась сама, но было слишком мало, чтобы уберечь весь Кантерлот.

Свинский полковник поднялся из-за стола, а заговорил:

— О, да это никак принцесса Луна! Заходите, не стесняйтесь, будьте как дома.

— Эта территория, на которую вы вероломно вторглись, — величественно заговорила она, — принадлежит Эквестрии, и я и так себя чувствую, как дома, ведь это мой дом, не ваш. Что касается вас, то вы ещё пожалеете о том, что вы сотворили.

— Пожалеем? Что же заставит нас пожалеть? Ваши слабые старомодные войска, которые были нами разбиты? Точно не они.

— Вы не понимаете, что вы натворили! Вы нарушаете природные процессы своими действиями, вы погубили нашу страну, и вы погибните сами от этого!

— Да то вы говорите, принцесса! Это какие такие природные процессы мы нарушили? Это вы про миф, что принцессы магией контролируют смену дня и ночи, миф, который вы придумали ради своего величия?

Полковник рассмеялся.

— А даже если это – правда, то всё равно наши учёные разгадают со временем тайну вашей магии. Да и по правде говоря, нам лишь выгодно, чтобы наступило вечное лето, это поможет нам собирать огромные урожаи. Принцесса, как представитель правительства, лучше займитесь подписанием капитуляции и договором о том, что все эти земли переходят нашей стране, и генералу Железному Клыку.

«Если мы немедленно не станем развитой страной, грядущим поколениям свинов придётся голодать!» — из речи Генерала Железного Клыка 1 августа.

* * *

В лагерь, где находились в плену Твайлайт Спаркл и Рэйнбоу Дэш, приехало несколько грузовиков, тягачей и иных колёсных машин.

Свин, охранявший клетки, проснулся, наконец, и направился куда-то по своим делам. Мимоходом к клеткам подошел ещё какой-то свин, и швырнул в несколько клеток – на сколько хватило – по охапке сена. Никто из заточённых даже не притронулся к этому «угощению».

Дэш тоже не удостоила внимания упавшее рядом с ней сено, она продолжала переговариваться с Твайлайт.

— Нет, я не понимаю, как мы сдали им нашу страну? Почему мы не смогли отстоять её? Неужели в Эквестрии перевелись отважные герои, способные вступить в бой с врагом? — возмущённо говорила она, не в силах мириться с положением дел.

— Дэш, вся наша отвага разбилась как об скалы, об эту военную машину. Ничто не смогло остановить их, ни доблесть, ни магия. Тебе ли не знать этого? У страны кроликов были вооруженные силы намного сильнее наших, что не помешало свинам захватить её чуть более чем за две недели. На нашу страну им потребовалось и того меньше. С момента нападения прошло всего пять дней – а Эквестрия уже почти целиком под их контролем. Их потери в этой кампании характеризуются как «незначительные». Эквестрия пала, Дэш. Мы не первая, и наверно не последняя страна, которую постигнет эта участь.

— Да зачем свинам, будь они неладны, вообще понадобилась наша земля? — в исступлении голубая пегаска стукнула копытом об клетку. — Им своей земли мало?

— Я слышала, что они здесь собираются сделать плантации моркови и кукурузы. А мы станем народом рабов. Дешевой рабочей силой для них.

— Не дождутся! — вспылила, всё больше ожесточаясь, Рэйнбоу Дэш, — они думают, что они могут так просто придти сюда, захватить нашу страну, и будут спокойно пожирать жёлуди?!

— А что, Дэш мы можем им как-то воспрепятствовать? Нет, ты, конечно, можешь надеяться, что нам вдруг попадётся какой-нибудь магический артефакт, который позволит нам освободить Эквестрию, или случится что-нибудь ещё… Я предпочитаю смотреть правде в глаза. Это конец. Эквестрия пала. Остаётся только смириться с нашим положением…

— Смириться?! Ты думаешь, я смогу смириться с этим, Твайлайт?! Ты думаешь, я смогу смириться с тем, что всё, что было нам дорого, и что мы любили, уничтожено?! Где наш город Понивилль?! Он лежит в дымящихся руинах! Что с нашими лучшими подругами?! Мы потеряли их, и не знаем, что с ними!

Голубая кобылка не успела договорить, как её глаза налились слёзами, и они хлынули наружу. Она рухнула на пол клетки и заплакала, хотя плакать – это было так нетипично для неё. Но последние события, все ужасы которые она увидела за последние дни, сломали даже эту храбрую пегаску.

— Я понимаю тебя, Дэш, — сочувственно произнесла Твайлайт. — Порой, кажется, что это лишь какой-то кошмарный сон. Так хотелось бы проснуться – и вздохнуть с облегчением…

Пока пони переговаривались, к клеткам подошел некий свин явно высокого звания, в форме зелёного цвета с высокой зелёной фуражкой и чёрными круглыми очками. Похоже, что он приехал сюда на своей командирской машине. За ним следовала пара его подчинённых.

— Это ещё кто? — спросила у подруги Рэйнбоу Дэш, переставшая плакать, стараясь взять себя в копыта.

Походив меж клеток, под опасливым взором заточённых в них пони, свин остановился рядом с клеткой, в которой находились Рэйнбоу Дэш и прочие пегасы. Осмотрев пегасов, и Дэш, с опаской смотревшую на него, он повернулся к своим солдатам и сказал:

— Так, этих пегасов — во второй лагерь. Действуйте, — и ушел по направлению к палатке, скрывшись в ней.

— Эй! Нужен тягач! Отвези тех пегасов во второй лагерь! — огласил один из свинов полевой лагерь.

— Что?… — переспросила Дэш, наблюдая за происходящим, — это что, нас увозят?

В подтверждение её слов в один из тягачей залез шофёр, завёл его, и подъехал к клетке.

— Да, так и есть, — подтвердила Твайлайт Спаркл. — Похоже, Дэш, теперь и нам придётся расставаться…

— О нет! Нет! Только не это! — взмолилась пегаска.

Шофёр пристроил свой тягач к прицепу, вылез, и стал прицеплять его к машине.

Рэйнбоу Дэш прильнула к краю клетки, и, всхлипывая, посмотрев на свою подругу пронзительным взглядом слезящихся глаза, сбивчиво заговорив:

— Твайлайт!… Нет, я не хочу! Твайлайт, я не хочу… я… я уже потеряла всех подруг, кроме тебя, и не знаю, что с ними, а теперь и ты… Я не хочу терять и тебя тоже! Я не хочу, чтобы мы расставались!

— Если бы я могла что-то сделать, — ответила ей фиолетовая кобылка.

Шофёр копался со сцепкой, а Дэш тем временем просунула переднее копытце меж прутьев, и протянула его к Твайлайт. Единорожка в ответ тоже высунула копытце. Дэш и Твайлайт, дотянувшись, соприкоснулись копытцами, и смогли держать друг друга, пока ещё могли.

— Дэш, — заговорила Твайлайт, — я не знаю, встретимся ли мы когда-нибудь снова. Береги себя. С твоими способностями ты не пропадёшь. Дадут тебе какую-нибудь работу по управлению погодой, сможешь выживать при этом новом порядке. Ты только не брыкайся. Береги себя. Ради меня. Прошу тебя.

У единорожки показались слёзы, впервые за эту встречу с Рэйнбоу Дэш. Подруги больше не могли найти слов. Они просто держали друг друга копытами, смотря друг другу в глаза.

Шофёр тем временем сцепил прицеп с тягачом, и залез в кабину.

— Твайлайт, я люблю тебя! — прошептала Рэйнбоу.

— И я люблю тебя, Дэш!

Тягач закряхтел, тронулся, и поехал. Копытца двух подруг разомкнулись, и стали отдаляться друг от друга. Дэш и Твайлайт не убрали свои копытца, а продолжали тянуть их друг к другу, в то время как расстояние между ними всё увеличивалось. Тягач отъезжал всё дальше, а они пронзительно и неотрывно смотреть друг на друга. Лагерь всё больше отдалялся. Всё больше терялись очертания клетки с заключённой в ней Твайлайт, а Рэйнбоу Дэш продолжала смотреть в её сторону, вытянув переднее копытце. Покачиваясь на кочках, тягач уезжал всё дальше, увозя прицеп, лагерь становилось видно всё хуже, но Рэйнбоу Дэш всё держалась копытами за прутья и смотрела в его сторону.