# Гомункул

Александра

Даже не знаю что тут написать. Содержание будет по позже.

Очередной эксперемент. Интересно что получится по мнению других.

## Домино

Ну что тут написать? Прочитаете сами.

Как же ей было больно. В глазах все расплывалось. У стражников были зверские удары, а чертовы накопытники с каждым ударом рассекали кожу.

— И это все? — она кое как выпрямилась, красные от налитой крови глаза смотрели на двух пегасов в золотой броне. — Это все что вы можете? Только избивать самку, и то вдвоем.

Еще удар по ноге и она вновь упала. Один из стражников наклонился над ней.

— Нам было приказано доставить тебя любой ценой, живой, но про состояние ни чего не было сказано. — и жеребец ухмыльнулся.

— Ублюдок. — слабый голос с шипением сорвался с ее губ. — Знаешь что?

— Что? — страж наклонился еще ниже.

— Я могу сделать, вот так... — и лапа с размаху ударила жеребца по лицу, острые когти распороли кожу, оставив четыре глубокие, рваные полосы. Пегас заорал от боли и бросился в сторону, окропляя траву каплями крови.

— Хаха хаха. — безумный смех разогнал с деревьев птиц. Копыто второго стражника опустилось на лицо самки и ее сознание померкло.

— Идиоты, вы хоть представляете себе что вы наделали? — громогласный голос раздирал слабое сознание. — Она нужна живой. Слышите? Живой!

— Да жива она. — вмешался второй голос.

— А это что. — первый голос отодвинулся куда то в сторону. — Твою мать. Это ее работа?

— Да. — вновь раздался второй голос. — Он наклонился к ней и она...

— ДЕБИЛ! Какого хрена ты сунул к ней морду? Было же сказано быдь аккуратными. Идиоты, полудурки...

Сознание вновь затуманилось и обратно уплыло во тьму...

Она бежала без остановки. Но все ровно маленькие ножки были медленнее взрослых. Малышка совсем выдохлась, но ее вперед гнало желание спастись.

Ее преследовали, гнались жители деревни.

— За что? — слез уже не было и жеребенок только всхлипывала. — Что я сделала?

Маленькое копытцо запнулось о камень и малышка упала. Ее окружили взрослые жеребци и кобылы. "Девочка" подняла на них заплаканные глаза и еще больше испугавшись, попыталась вжатся в землю.

— Вот ты и попалась дискордова тварь. — все алчно улыбались. Безумие обуяло их глаза,лишь маленькая единорожка обессилив лежала и тихонько, отчаянно скулила.

— Пожалуйста... я хочу жить...

— Почему я должен лечить это дискордово отродье? — ее сознание вновь вырвало из тьмы забвение и в уши ударил крик. — Ни за что!

Яркий, размытый свет маячил в глазах и ни как не хотел стоновится четким. Нет, не только свет. Размытое пятно нависло над взглядом самки.

— Ты лекарь. — кричал второй голос. — Это твоя обязанность!

— Да я лекарь, да это моя обязанность. — первый голос все ни как не хотел уступать. — Но эта обязанность распространяется только на пони, а эта... Эта тварь не пони!

<< Когда же вы все заткнетесь ?>> — замутненный разум смог сформировать мысль, но не смог удержаться и сам погрузился обратно в забытье. — << Когда же вы оставите меня в покое? >>

Малышка стояла на стуле, под деревом. Жесткая веревка натерла бедняжке шею.

— За что? — она так и не могла понять: почему они все ненавидят ее, почему хотят ее смерти.

— Зато что ты есть, тварь. — это было все объяснение, сколько бы маленькая кобылка не спрашивала. Из толпы окружающей ее вышел серый жеребец.

— Пожалуйста. — по щекам вновь потекли слезы, малышка задрожала. — Не надо... я хочу жить...

Жеребец пнул стул и веревка с неприятным скрипом натянулась...

Темнота. Сознание тонула в темноте и более ни чего не видело.

Пробуждение.

Мягкий свет заполнил все. Глаза было трудно открыть, но она смогла. И все ровно маячили лишь размытые пятна.

— О, ты очнулась. — одно из пятен приблизилось. — Знаешь, ты очень интересное создание. Твой организм похож на наш, но и различия не малы. — пятно продолжало что то возбужденно говорить. Но сознание самки не могло удержать нить мыслей.

— Да что там, у тебя даже есть внешний репродуктивный орган, но нет внутреннего. У тебя это как бы орган-корман.

<< Да заткнись ты уже >> — в ее голове все таки образовалась мысль, мысль о покое.

— Заканчивай давай. — в обзоре задвигалось второе пятно. — Надоел уже. Давай усыпи ее уже, все ровно она ни фига не понимает в таком состояние.

И вновь покой и спасительная темнота.

Что то мешало спать дальше. Слишком яркий свет. Домино с трудом открыла глаза.

— Проклятое солнце. — она попыталась отвернутся от окна, но тело отозвалось ужасной болью. — Ахр. Камня нет для этой проклятой лампочки.

Оставив попытки шевелится, самка вновь закрыла глаза.

<< Почему же я еще жива? >> — уже третий день как Домино пришла в себя. Но кроме доктора, который все расспрашивал ее о том что и как она чувствует, ни кто не приходил. И ее мучали вопросы. А додктор отказывался отвечать.

Где то с боку скрипнула дверь и по полу зацокали копыта.

— Ты уже проснулась. — к кровати подошел единорог солатового цвета в белом халате. — Вчера ты дольше спала. Идешь на поправку. Давайка сделаем тебе укольчик.

Где то в стороне забряцали скляночки и доктор подошел к самке. Домино спокойно скосила разномастные глаза на шприц окутанный зеленым сиянием, она не видела уже смысла беспокоится о чем либо. Раз не дали умереть, значит в ближайшее время не убьют.

— Думаю ты совсем скоро сможешь нормально двигаться. — доктор закончил инъекцию и убрал шприц в один из карманов на халате. — Сильно же тебе досталось раз двух недель не хватило, и спала ты все это время. Эти придурки чуть было не убили тебя, но ты оказалась сильнее чем они думали, сокровище ты мое.

— Зачем я вам? — тихий хрип, все на что была способна Домино.

— Мне то? Мне ты очень интересна. Ведь ты уникальный объект. И вообще не понятно как эти хаоса поклонники смогли создать тебя. — единорог в халате повернулся к выходу, пропав из обзора "кобылки". — А вот для чего ты нужна принцессе я не знаю, но раз она лично возвращала тебя с Тартара, то для чего то нужна. — и дверь захлопнулась.

<< Для чего то нужна? >> — самка закрыла глаза. — << Но для чего? И как же болят лапы, интересно что у меня с когтями. Ведь первое о чем думали когда меня ловили — это обрезать когти. >>

Прошла неделя, ни кто так и не приходил, кроме доктора. Но сам доктор днем раннее сказал что сама принцесса обещала придти. Домино как то в это не верилось. Она уже свободно ходила, тело разумеется болело, но не так как раньше. Выйти из комнаты самка и не пыталась, было понятно что не позволят.

Она стояла и смотрела в окно, от яркого солнца болели глаза, но не возможно было не смотреть на аккуратные деревья, Зеленую, сочную траву и яркие цветы. Там была свобода, там была жизнь.

За спиной щелкнул замок двери и по полу зацокали копыта. Нет, эти шаги были не такие как у доктора, они были тяжелее.

— Здравствуйте принцесса. — Домино так и не повернулась. — Я не верила что вы придете. Лично казнить приятнее?

— Здравствуй. — холодом повеяло от голоса принцессы...

Разговор с правительницей.

— Здравствуйте принцесса. — Домино и не подумала повернутся, когда по полу зацокали тяжелые накопытники. Я не верила что вы придете. Лично казнить приятнее?

— Здравствуй. — от голоса принцессы веяло холодом.

— Иронизируете? — ухмылка тронула губы самки, голос стал едким словно кислота. — Здравствую, вашими стараниями.

Принцесса остановилась позади собеседници.

— За это я вынуждена извинится. — на миг в голосе монархини послышалась досада. — Я сказала стражам доставить тебя любой ценой, живой. Но не уточнила...

— Я знаю. — Домино так и не отрывала взгляда от улици за окном. — Тот страж что избивал меня, сказал это.

— Ты его чуть не лишила глаза.

— А он меня жизни.

— Я приношу свои извинения. — но голос принцессы оставался столь же холодным.

Селестия устав стоять позади, подошла ближи и села с боку от Домино и тихо произнесла.

— Это сад в одном из Кантерлотских дворов. Вопреки распространенному мнению в Кантерлоте есть не только камень, в городе есть и сады.

— Так вы меня держите в столице? Не боитесь? — Домино попыталась задеть принцессу, на что та лишь промолчала. От чего "заключенная" решила бить в саму суть. — Скажите принцесса. Почему?

Ответом была лишь тишина.

— За что так ненавидят меня жители этой страны? — в голосе послышался оттенок горечи. — За что они все так жаждут моей смерти?

— Потому что... — голос монархини на миг дрогнул. Но глубоко вздохнув она совладала с собой. — Потому что ты его дочь.

Домино резко повернулась к принцессе, и пронзила ее взором разномастных глаз.

— Он мне не отец. — голос более походил на шипение. — Да, я благодарна ему и его коленоприклонникам, но он не отец мне.

— Ты была создана из его частици. — Селестия не уступала яростному взгляду. — А это озночает что ты драконикус, дочь драконикуса.

— Я НЕ ЕГО ДОЧЬ. — терпение Домино достигло грани и шипение резко сорвалось на крик. — Я ни когда не буду его дочерью и ни когда не была.

Лицо драконикуса приблизилось к лицу аликорна.

— Скажите Селестия. А за что вы ненавидите меня? — голос вновь был спокоен и слегка шипел. — За то что я не такая как все? За то что я была рождена магией?

Лицо принцессы ни разу не дрогнуло.

— Знаю... — пленница отошла в сторону от монархини, что бы не угодить под удар если таковой будет. — Знаю. Вы ненавидите меня за то что при моем создание использовали душу одной из ваших любимейших учениц? Той что жила сотню лет назад.

И Домино попала в точку. Лицо аликорна исказили боль и ненависть, но она сдержалась. Лишь повернулась и направилась к выходу. Остановившись за порогом и перед тем как закрыть дверь, с горечью произнесла.

— Казнь состоится через две недели. — и дверь захлопнулась...

## На свободу

Рассказ Домино доктору. Писалось не очень легко. Несколько раз передумывала и переписывала. Вычитывать некому. Очапятки и не состыковки могла и пропустить, так как глаз затерся пока перечитывала. Так что если кто проявит желание помочь в этом, то велком.

Черная кобылка с передними львиными лапами сидела за не большим, квадратным столом, который несколько дней назад занесли стражники в золотых доспехах и смотрела в окно. За окном качались ярко зеленые ветви деревьев и прыгали пестрые птички.

Рядом, с другой стороны стола сидел салатового цвета единорог. Две чашки крепкого чая стояли на столе, исходя паром.

— Ну. — решил нарушить не ловкую паузу доктор. — Я...

— Не стоит. — прервала его Домино. — Я ни когда не считала его своим отцом. Да и родственником сложно считать его.

— Понятно. — смутился доктор. — Прости.

— Ни чего. Хоть и злит меня это, но уже привыкла. — разномастные глаза внимательно смотрели на ярко голубую птичку. — За сорок лет привыкла.

— Ну...

— Ты кажется спрашивал о моем рождение? — вновь перебила доктора самка.

— Да. — оживился жеребец, в надежде услышать то что его интересовало.

— Как я появилась на свет... — она запнулась и немного подумав, продолжила. — Как я появилась на свет?

Ну свет это громко сказано. Я скорее появилась в сумраке.

Первое что я помню это прохладная темнота. У меня еще не было ни лап, ни ног. Вообще не было тела. Но я могла слышать, я слышала голоса. Правда тогда я мало что понимала или наверное ни чего не понимала. Но кое что помню.

— И вот здесь обитает сознание? То есть разум? — кого то спрашивал голос.

— Да. — коротко бросил какой то без эмоциональный голос.

— И как долго...

— До тех пор пока не будет готово тело. — прервал первого без эмоциональный.

— А какое оно будет, это тело? — не умолкал первый.

— Не знаю. — все так же холодно отвечал второй. — И ни кто не знает, пока создание не будет рождено.

Но чаще всего была тишина, в которой я пыталась познать себя. Но получалось не очень, по этой причине тело приобрела с сознанием ребенка. Хотя нет, не совсем ребенка.

— Почти готово. — говорил без эмоциональный голос. — Осталось за малым. Вы принесли сферу с душой?

— Да сер. — ответил ему подобострастный голос.

— Положи ее туда. — приказал холодный голос и изменился до неузнаваемости. — Редкие зелья зебр. Сложнейшие заклинания единорогов древности и страшная магия некромантов что бы вселить душу в тело. И душа одной из сильнейших и талантливейших учениц принцессы, для привязи разума к телу.

Меня куда то потянуло и стало не выносимо больно. И яркий свет.

Когда глаза привыкли к свету, первое что я увидела — это пыльный пол и свои лапы, покрытые черной шерсткой. Что то видеть — это уже было невероятно. Ведь до этого вся что я знала — это темнота и порой голоса.

— Ну вот, она родилась. — раздался на домной голос. Я рефлекторно попыталась вскочить, но лишь перекатилась в сторону. Тело не слушалось меня, я просто не знала как им управлять. Кое как приняв устойчивое положение, лежачие положение, я увидела статного, голубого единорога. Как позже я узнала, он был одним из Кантерлотских аристократов. — Не пугайся. — он наклонился надо мной, но голос его оставался все так же без капли эмоций. Если честно, я и не боялась, просто не умела тогда боятся.

А дальше? А дальше я жила взаперти, училась ходить, правильно двигаться, да и есть тоже. Потом в моей жизни появился жеребец, такой большой и добрый. Он учил меня говорить и писать. Всему что умеют делать жеребята, я училась делать. Трудно было, чистый, почти детский разум в взрослом теле.

Признаться терпения у моего создателя было отменное. Почти четыре года он ждал пока мой разум повзрослеет до степени подростка. Но потом что то изменилось.

— Она бесполезна. — создатель не закрыл дверь, когда вышел из моей комнаты и теперь я слышала крики. — Она жалкая неудача.

— Но почему. — второй голос был тих по сравнению с криком первого.

— Она не обладает магией. Не только магией хаоса, эта тварь вообще не обладает магией. — голос стал тише, почти не слышным, но все таки я разобрала последнюю фразу. — Это не удачный эксперимент. Избавьтесь от нее и сворачивайтесь. Мы уходим от сюда.

Я тогда еще много чего не понимала и эти слова я тоже не поняла. Но что то внутри, не известный мне голос сказал. — ""Беги детя. Убегай от них сей час же малыш.""

Побег.

""Беги детя. Убегай от них сей час же малыш."" — этот голос. Тогда он появился впервые. И я повиновалась, я ринулась к приоткрытой двери и не останавливаясь врезалась в нее. Дверь под моим весом распахнулась и я впервые оказалась вне своей комнаты, своего убежища.

Я стояла расставив лапы, ноги... лапы и ноги  в стороны, в большом помещение, в очень большом. А на против меня стояли, ни чего не понимая создатель и какие то другие пони. Мгновение и лицо создателя изменилось с удивленного на яростное и его крик прокатился громом.

— Взять ее. Убить!

""Прыгай на него"" — я послушалась голоса и прыгнула на создателя. Он видно не ожидал такого и смотрел на меня, пока мое тело ни сбило его. Мои когти сами высунулись и вонзились в плоть жеребца, я хотела бежать дальше, тело меня не слушались. Лапы били создателя, рвя когтями лицо и превращая его в кровавые лоскуты. И лишь когда тело подо мной перестало дергаться, я вновь почувствовала что могу контролировать свои лапы.

Вскочив с мертвого создателя, я оглянулась и поняла что все то что мне показалось долгим, заняло всего секунду. И остальные что были в помещение, лишь еще бегут ко мне.

""Беги прямо между пегасом и земным, потом сразу за их спинами на право."" — не задумываясь, я сиганула между названными пони и за их спинами на право. И там я наконец таки увидела выход, дверь в противоположной стене. Но добежать я не успела, передо мной выросли две большие фигуры грифонов. Я уже хотела остановится, но... в глазах потемнело и вновь тело перестало слушаться.

""Прости малышка, тебе не стоит видеть то что будет дальше."" — и опять этот голос.

— Кто ты? — я попыталась крикнуть в темноту, но ни чего не вышло. У меня не было рта. У меня не было тела.

""Не надо кричать. Говорить здесь не надо, просто думай."" — голос был нежным, мягким, так наверное могла говорить мать со своим чадом. И я послушалась, я больше не пыталась ни кричать, ни говорить. Я думала.

"" — Кто ты?""

""Я твоя душа."" — в голосе послышалась легкая нотка иронии.

"" — Душа?"" — я раньше слышала это слово, но что это такое... кто это, я не знала.

""Каждое живое существо имеет душу"" — разъяснил мне нежный голос. — ""Но ты была создана искусственно, потому у тебя не могло быть души. Тогда Некрес, твой создатель использовал мою... меня, что бы привязать твой разум к твоему ныне телу.""

"" — Я не понимаю этого.""

""Так и должно быть малыш."" — голос стал еще мягче. — ""Ты еще юна, ты ребенок. Это нормально что ты не понимаешь.""

У меня зарождались вопросы, один за другим. Но я не решалась спросить что либо. Я думала, я силилась что либо понять, но тщетно и в итоге я решилась на вопрос.

"" — Зачем меня создали?""

""Что бы ты жила.""

"" — Что создатель хотел сделать со мной?""

""Тебе не надо этого знать малыш""

Я опять замолкла. Мне требовалось время что бы сформулировать следующий вопрос.

"" — Это вы управляли моим телом?""

""Да малыш, я.""

"" — Зачем вы сделали это с создателем?"" — я наконец то нашла тот вопрос который меня волновал больше всего.

""Понимаешь. Твой создатель, он был плохим пони. Он поклонялся плохому духу и хотел сделать с тобой плохие вещи. Теперь он не будет преследовать тебя."" — я не поняла что означает слово "был". Тогда я не знала что такое смерть, так же как что такое жизнь. — ""Малыш, ты особое создание, ты чудо магии и сил природы, ведь если бы природа не хотела твоего существования, ты не родилась бы. Я не дам тебя в обиду, Домино.""

— И кто это был? — салатавого единорога так и распирало от любопытства. — Чей это голос был?

— Я разве не сказала? — Домино состроила злорадную мордочку. — Это была моя душа.

— Ну не надо так. — обиженно ответил жеребец. — Я же искренне интересуюсь.

— Ладно. — сжалилась самка. —  Она сказала что когда то ее звали Сальер Трикс, бывшая первая ученица солнечной принцессы. Когда она вернула мне контроль над телом, я увидела деревья, я была в лесу. И я была вся в крови. Я так и не знаю скольких тогда разорвала пони, грифонов и других кто там был.

— Я читал отчеты. — голос доктора стал тише и тусклым. — В них сказано что в общем было найдены пять тел грифонов, семь тел земных пони, одно пегаса и три единорога. Все тела были буквально разодранны, от тела лидера хаоса поклонников осталось одно месиво.

— Вот как. — помутневшие глаза смотрели в одну точку стола. — Шестнадцать жизней, я тогда забрала шестнадцать жизней.

Закатное солнце окрасило комнату в удручающий оранжевый цвет. Доктор глубоко вздохнул и отлевитировала с прикроватного шкафчика на стол лампу. Домино оторвала взгляд от стола и посмотрела на кусок кровавого неба за окном.

— Несколько недель я блуждала в лесу...

Окончание предесловия.

Уже как несколько недель я блуждала по лесу. Трикс с того разговора после побега, больше не появлялась. Я осталась одна. Было сложно, когда меня обучали, наверное посчитали что разбираться в ягодах и других растениях мне не нужно. Так что добыть еду было не просто. Да, мне требовалась еда, я создана магией, но мне тоже нужно питаться. Приходилось рисковать, пробуя не известные мне ягоды и кое какие травы. Либо мне везло, либо я не восприимчива к ядам.

Пролезая через кустарники и высокую, жесткую траву, я вся исцарапалась, искололась. Из царапин сочилась кровь и за все это время я смертельно устала. Выйдя на открытую поляну, я упала и закрыв глаза, отключилась.

Меня тогда окружала темнота. Не такая темнота как когда мое тело контролировала душа. Это темнота была... нет не злой, она была не хорошей, но не злой.

— Детка. — прошептал в темноте какой то насмешливый голос.

— Кто... — я не успела договорить. Почувствовала странное, чуть теплое прикосновение к себе.  Я дернулась и вновь услышала шепот, на этот раз успокаивающий.

— Кроха. Не пугайся меня...

""Прочь"" — темноту разрезал яркий луч света. — ""Я не отдам ее тебе.""

И стало невыносимо светло. И я проснулась...

Тело совсем не отдохнуло и мышцы ныли. И что было пока я спала? Сон? Видение? У Трикс было бесполезно спрашивать, она молчала. Так что мне оставалось только идти вперед.

По лесу я еще долго ходила. Дни, может недели. Но моим блужданием по этому лесу закончилось, я увидела просвет в деревьях и ринувшись вперед, выбежала на опушку. Внизу был город, нет, городок или скорее поселение. По улицам мелькали пони, куда больше пони, нежели я видела раньше. Я была счастлива, наконец то я что то узнаю, что то пойму, а может кто то мне поможет. Но тогда я не знала что то что было когда я убежала не начало, всего лишь предисловие. А начало моей короткой истории легло в этом поселение...