# Сумасшедший дом в Эквестрии. Продолжение

Маназмей

Он умер... Но для него это не причина... Не причина не исполнить свою мечту...

Первая часть

Третья часть

## Пролог. Улица Небесная, дом 135-а

Молодой пегас не спеша шёл к своему дому через рынки. Он знал, что если идёшь через часто посещаемые пони места, например, торговые площади, то можно что-то прикупить, что-то продать или просто поговорить с торговцами. Обычно это доставляло некоторое удовольствие, но не сегодня. Сегодня он просто шёл сквозь рынки к дому, слушая сплетни торговцев, попытки покупателей сбить цену и попытки торговцев завысить её. Всё было хорошо: и пегасы-синоптики собирались устроить ясный день, и Остров Плодородия, как все его называли, проплывал рядом.

Немного хуже стало, когда он пришёл домой и проверил почту. В ящике лежали письма от двух сестёр и свиток. Если приезд родственниц сулил редким конфликтами только ему, то текст свитка говорил о скорой войне Эквестрии и пока не существующего войска:

«Здравствуйте, Манвел. Вам пишет один из шести призраков нашего Склепа. Скоро я уйду с острова и воплощу свою мечту о завоеваниях в реальность. Слышал, что к вам приезжают ваши сёстры. Передайте Имастуи и Шушан о том, что возможно они будут похищены. Завоевания начнутся через месяц. Кстати, ваши сёстры собираются поселиться у вас навсегда. С глубокой ненавистью вам всё это написал генетик Ферис, ныне один из призраков Острова Плодородия.

P.S. В течении месяца переселитесь в Кантерлот. Можете жить где угодно, но обязательно переезжайте в Кантерлот.

P.P.S. Захватите при переезде только деньги и продукты. Вещи при захвате не пострадают.

P.P.P.S. Куплю алмаз на сто карат, рубин, сапфир, изумруд, аметист, бирюзу, горный хрусталь, прозрачный агат, дымчатый и золотистый топазы, опал, сине-бело-зелёный кошачий глаз и аквамарин*".

Читая письмо, Манвел всё больше сомневался, что письмо — не розыгрыш. Потом он отправился встречать сестёр на вокзал, которые приезжали, судя по их письмам, на неделю. Жил пегас на улице Небесная, дом 135-а.

## Глава I. Два письма и три билета плюс одна битва

Как оказалось, сёстры приехали навсегда. Манвел не стал расспрашивать Имастуи и Шушан о странном свитке и не рассказывал о нём никому, и собирался не рассказывать. Но этим планам не суждено было сбыться.

Ровно через месяц, когда Имастуи как обычно проспала завтрак и пошла проверять почту, ибо брат проверял её только по приходу с рынка, а сестра не считала почту объектом ежедневного внимания. Думаю пора рассказать об этой семейке поподробнее.

Имастуи — единорог бледно-жёлтого цвета, причёску составляют две связанные на косы пряди гривы грязно-зелёного цвета с сиреневыми прожилками, глаза тёмно-бирюзовые. Кьютимарка — подушка. Особые таланты — умеет спать на ходу и с открытыми глазами. Характер — соня. Зарабатывает путём шитья и продажи подушек.

Шушан — земная пони коричневого цвета, грива связана тугим узлом на макушке, глаза жёлто-зелёные. Кьютимарка — разные принадлежности рабочих специальностей. Особые таланты — может заметить то, что не замечают другие, обладает хорошей памятью на всё. Постоянного заработка не имеет, потому что есть талант сразу ко многим профессиям. Проще говоря — разнорабочий. Характер — как у всех разнорабочих.

Манвел — тёмно-синий пегас, причёска стандартная, светло-серая, глаза тёмно-синие. Кьютимарка — кувшин. Особые таланты — изредка может убедить не желающего покупать клиента купить свой товар. Зарабатывает, изготавливая и продавая глиняные кувшины. Характер — спокойный.

Вернёмся к письму. Единорог аккуратно развернула свиток и начала его читать:

"Здравствуйте, Имастуи. Сообщаю вам, что вторжение в Понивилль начнётся через десять часов. Инструкции я вам сообщил в предыдущем письме. Если вы не знаете где оно или забыли, то посмотрите под третьей коробкой, которая стоит на полке с тремя ветвями дуба, если считать от кресла. С ненавистью вам это написала Зури.

P.S. Один форт, один народ, один Фрельйорд*.

P.P.S. Куплю алмаз на сто карат, рубин, сапфир, изумруд, аметист, бирюзу, горный хрусталь, прозрачный агат, дымчатый и золотистый топазы, опал, сине-бело-зелёный кошачий глаз и аквамарин.

P.P.S Когда Манвел прочтёт письмо, пусть сразу идёт домой — Шушан уже будет там".

Соня не страдала отсутствием совести, поэтому пошла к брату, захватив письмо. Придя на рынок, пони направилась к ларьку брата.

— Манвел,- тут единорог зевнула,- скажи, ты не получал письма, в котором содержались инструкции? — Имастуи закрыла глаза и тихонько засопела. Пегас тем временем читал свиток пытаясь вспомнить про письмо. Потом вспомнил и разволновался. Откуда загадочный автор узнал, что Имастуи находилась дома? Откуда он знает, куда пегас спрятал письмо? И почему он сменил имя и пол?

— Имастуи, уходим.- Он не стал её будить, поскольку она, услышав своё имя, мгновенно проснулась. — Мы переезжаем в Кантерлот.

— В Кантерлот?- удивилась соня.- А зачем? Если подальше от войны, то лучше в Филадельфию.

Брат не ответил на вопрос и направился домой. Сестра пошла за ним, спя на ходу.

"Если это ложь, -думал пегас, — то нам ничего не грозит. Но если нет..." — об этом думать не хотелось. Как и писал загадочный автор, Шушан действительно была дома и собирала вещи.

— А зачем ты собираешь вещи? — спросила Имастуи.

— Потому что вторжение! А вы что стоите? Помогайте собирать, — ответила сестра.

— Нет. Мы не будем собирать вещи. Мы соберём деньги, купим билет до Кантерлота и оставим вещи тут, — коротко ответил Манвел.

— Деньги на билет собирать не будем, потому что они лежат на столе вместе с письмом. Я собирала еду, а теперь, сестра, помогай мне! — нервно говорила земная пони. Манвел направился к столу, а Имастуи стала собирать еду в кувшины. — Да не в кувшины, а в сумки.

Пока соня вытаскивала еду из кувшинов, гончар прочёл очередное письмо, в котором говорилось о сборе еды, драгоценных камнях и неких героях и артефакте Душ. Также было предупреждение о неразглашении. Рядом с письмом лежали три билета на поезд и документы на жильё. Если исходить из странных писем, с постоянно меняющимися авторами (на этот раз написала письмо Эзара), то скоро дом станет принадлежать не только ему, но и беженцам.

Собрав сумки, семья направилась к станции, благополучно села на поезд до столицы, и из поезда заметила десяток странных существ, которые напоминали вымерших чешуйников (представьте трилобита или рабочих зергов). Существа направлялись в сторону, противоположную направлению поезда. Вторжение начнётся через один день.

Поездка прошла без происшествий, если не считать, что Шушан облила официанта супом, а Имастуи потеряла свой набор инструментов и обыскала весь поезд. Инструменты нашлись под сиденьем-кроватью, а официанту заплатили за моральный ущерб.

Поездка заняла остатки дня и, приехав в Кантерлот, пони направились к дому, к которому прилагались документы. На их удивление, документы оказались подлинные, и дом никто не купил. Жилище оказалось скромным одноэтажным зданием, стоявшим в нескольких метрах от вокзала.

Внутреннее убранство поражало сходством с убранством старого дома: такие же стены, такие же шкафы, такое же всё. "Поселенцы" даже подумали, что Ферис, Зури, Эзара хотят как можно меньше изменить быт пони, захватив при этом Эквестрию. Они угадали, но никто не мог им об этом сказать.

На следующий день пони ожидали как минимум нескольких десятков беженцев. Но они прогадали. Никто ни приехал, ни прилетел, только местный почтальон, подозрительно похожий на Дёрпи, сообщил, что окружён и захвачен Понивилль. Никто не пострадал, просто вокруг города появились неподвижные башнеподобные существа, которые периодически выдыхают усыпляющий газ. За час до этого все жители, по приказу принцесс, были эвакуированы в Кристальную Империю, поскольку точно такие же "усыпители" начали появляться вокруг всех городов, кроме вышеупомянутой Империи.

Помимо этой информации, почтальон принёс им письмо от неизвестных. Получатели догадывались от кого, поэтому просто заплатили и отправили почтальона на все четыре стороны.

Распечатав письмо, получатели прочли следующее:"Амадей, Зоя, Понтий. Это не наши имена, просто для информации".

После десяти минут обсуждения "почему письмо такое короткое и кто упоминался в нём" пони услышали за дверью голоса:

— ...скажем? — произнёс голос, судя по всему, принадлежавший жеребцу с невысоким тембром.

— Скажем, что мы торговцы. В чём проблема, Амадей? — ответила, возможно, молодая кобылка.

— Что? Врать обитателям этого дома? Это недостойно рыцаря! — возмутился грубоватый голос.

— Зато достойно меня, Понтий,- ответила кобылка.

— Зоя, давай я открою дверь, а ты выстрелишь, если нам окажут сопротивление в ближнем бою, а Понтий, — сказал тот, кто сказал "скажем", — защитит нас от стрелков. Согласны?- за дверью промолчали, обитатели дома поспешили отойти как можно дальше от двери. Через секунду центральная часть двери слегка засветилась синим, и дверь постепенно отворилась. Когда дверь полностью отворилась, в дом зашёл странный минотавр, одетый в доспехи и держащий в руках круглый щит и меч.

— Здесь никого нет! — крикнул, судя по голосу, Понтий. — Только разноцветные лошади!

— Ты кого назвал лошадью, обезьяна? — прошипела Шушан.

— Амадей! Тут это... Лошадь заговорила...

— Это невозможно,- ответил кто-то в сине-голубых одеждах и с седыми волосами, входя в дом.- То, что они разноцветные, можно объяснить мороком. Рог? Крылья? Вероятно, тоже морок. Ты кто? — обратился Амадей к единорогу.

— Имастуи. И мы не лошади, а пони! — гордо заявила она. — Я — единорог, Манвел — пегас, Шушан — земная пони.

— Амадей, смирись! — сказала Зоя, войдя в помещение. Зоей оказалась молодая девушка, носящая лук, беловатый плащ с капюшоном и несколько амулетов. — Мы оказались по воле Тройки в другом мире. Придумывай, как нам выкрутится.

— А кто вы по профессии? — решила поинтересоваться Шушан. За всю компанию ответил Понтий:

— Я — рыцарь, Амадей — маг, Зоя — во...

— Предпринимательница.

— Нет, воровка, — закончил рыцарь.

— Хорошо, кто есть кто, мы разобрались. Теперь надо понять, что тут происходит. Артефакт никогда не вовлекал нас в мелкие события, — сказал маг, прежде чем воровка и рыцарь столкнутся в бою.

— У нас война, — с горечью произнесла Имастуи. — Или что-то похожее.

— Некто Ферис, Зури и Эзара захватили город Понивилль. Ну как захватили. Усыпили. Но все спаслись.

Внезапно появилась Тройка и повисла в воздухе. Пони как магнитом потянуло к ней, и вскоре они коснулись артефакта.

— Теперь вы связаны, — произнёс Амадей. — Связаны артефактом, — уточнил он, когда пони стали себя оглядывать. — Ну что ж прыгаем в портал.

Маг, рыцарь и воровка прыгнули в сторону артефакта и исчезли в нём. Точно также поступили пони.

Странно, но все очнулись в лесу, а не в пещере. Их встретил голос, неясно, кого, ибо встретил их только голос, тело не пришло:

— Здравствуйте. Ваша цель — дойти и уничтожить нас. Пока.

— И что нам делать? — обратилась Шушан к троице людей.

— Судя по всему, идти по лесу. Но куда? — этот вопрос был разрешён, когда они заметили красную стрелку на дереве.

Не прошли наши герои и полсотни шагов, как их снова встретил голос:

— Здесь сутки длятся двенадцать часов. Ночью выходят хищники. До наступления тьмы осталось два часа. Ближайшая пещера находится справа.

Поскольку других вариантов не было, все пошли направо. По пути иноземцы рассказывали о своих приключениях, а эквестрийцы о своей стране. К закату они достигли пещеры, но все чувствовали подвох, но никто не знал, какой.

Первой проверкой пещеры была огненная стрела. Никто внутри не отреагировал, и ничто не взорвалось. Второй проверкой стал молот. Пол и потолок не обвалились. Третьей проверкой стала попытка сдвинуть какой либо камень. Когда все убедились, что опасаться нечего, все легли спать, а Понтий дежурил. Потом дежурил Манвел. Потом Зоя, Имастуи, Амадей, Шушан.

Утром обнаружился тайный ход в пещере. Он был усеян светящимися грибами и чёткими надписями "вам сюда". Когда организовали попытку выйти на улицу, вход завалило, и остался только тоннель.

— Мы не любим ждать, поэтому пришли провести битву сюда, — произнесли три духа, появившиеся в пещере. — Ну как битву. Просто предложение. Вы даёте нам камни, а мы оставляем вас в покое.

Всё исчезло. Появились окраины Понивилля вместе с усыпителями.

— Амадей, как ты это объяснишь? — обратились все к магу

— Не знаю. Попытаться уничтожить усыпитель?

— Легко, — сказала Зоя. Она выстрелила, но стрела не долетела. Следующую стрелу ускорила единорог Имастуи. Стрела пронзила усыпитель. В то же мгновение из воздуха сгустился скелет в броне.

Он наносил удары по воздуху, не попадая по целям.

— Вы не уйдё… — начал шипеть он, но окончательно умер. Из его остатков вылезли, судя по всему, Ферис, Зури и Эзара. Они зло улыбались.

— Наш секрет уйдёт вместе с нами, — прошипели они. Затем они встали на копыта и стали изменяться: на Ферисе начали появляться костяной панцирь, шипы на руках и крылья. Зури изменила своё тело и теперь, она представляла стройное дерево с многочисленными корнями. Эзара стала големом, из плеч которого вырастали алмазы, а в бывших глазницах находились рубины. — Шесть средних против трёх сильных. Каковы ваши шансы?

И завязался бой. Крылатый генетик старался, несмотря на свои когти, атаковать издалека, выстреливая шипами, но если кто-то подходил бы слишком близко, он получал бы когтями неизлечимую болезнь: разрубленное тело. А шипы не пронзали жертву насквозь, но, пронзив кожу, дарили атакованному незабываемую боль. Несмотря на скорострельность, урон от шипов был малым из-за магических щитов Имастуи и Амадея.

Любой удар по телу голема не наносил никакого урона. Только атаки по алмазам и рубинам причиняли ей боль, но она успешно блокировала в большинстве случаев стрелы Зои и воздушные атаки Манвела. Сама Эзара атаковала редко и слабо.

Понтий и Шушан продвинулись дальше всех: они сумели нанести достаточный урон неподвижной Зури, чтобы она бросила все свои подземные корни на сдерживание атакующих и регенерацию себя и союзников.

Бой вёлся в основном от обороны со стороны магов, древа и голема.

Атакующие тоже вели бой вяло. В конце концов все приостановились в взаимоубийстве и начали переговоры:

— Мы понимаем, — синхронно говорили перевоплотившиеся захватчики, — что от этого сражения мы лишь устанем. Давайте так: вы никому не рассказываете о том, что это мы были захватчиками, а мы убираем все усыпители. Согласны? Троица героев здесь не нужна, но может остаться. И останется.

— Но у нас есть дела в нашем мире... — начал говорить Амадей, но его голову поразила не его мысль, что время здесь в мириады раз быстрее чем в его мире и по возвращению в родной мир его возраст восстановится. И Амадей замолчал.

— А если мы расскажем про вас Селестии, что тогда? — сонно сказала Имастуи.

— Не выйдет. Вас всех поразили мои иглы. Если вы разболтаете, что мы — захватчики, то вы умрёте. По возвращении людей в родной мир это через час пройдёт. Ну как? Согласны или нет?

— Согласны, — признали все.

На следующие сутки все усыпители бесследно исчезли. Семья молчала, герои молчали, захватчики молчали о том, кто захватывал территории.

## Глава II. Недопустимая жизнь.

Прошёл месяц после усыпления. Ни Манвел, ни Имастуи, ни Шушан не рассказывали, кто были захватчиками. А захватчики вели мирную жизнь: Ферис торговал побрякушками, которые пытался делать, и продуктами, Зури с Эзарой занялись фермерством на ферме Эпплов. Герои из другого мира тоже себя не проявляли: Зоя обосновалась у Зекоры и начала жизнь травницы, Амадей жил в подвале у Твайлайт и пытался создать зелье огненного шара, а Понтий организовал свою таверну. Всё шло мирно, пока не в гости не заглянула Кибернетика.

Всё началось с обычного выходного утра, когда Ферис, как обычно, отправился к Твайлайт, проверять Амадея. По пути он встретил пони со странной кьютимаркой: символичное сердце синего цвета со странной шестерёнкой внутри. Странная пони шла по направлению к библиотеке, что немного заинтересовало генетика. В библиотеку пони заходили не так уж часто, а новые пони заходили туда в последнюю очередь. Ферис пытался понять, что с ней не так, но не выходило. Подозрения вызвала лишь метка, да и то только потому, что механиков генетик не видел.

— Привет, Киб, — поприветствовала подругу единорог, которой Ферис так и не вернул крылья. — Ферис, ты как всегда?- генетик кивнул, — ты вовремя: Амадей уже уснул.

— Твайлайт, я пришла с целью узнать, что происходило в Эквестрии. Облака усыпляющего газа, которые окружали города, исчезли, как и существа, их создающие. Месяц я искала источник этих существ. Поиски не успешны. Кто это такой? — указала Кибернетика на Фериса.

— Я Ферис, генетик, занимаюсь созданием и изменением живых существ. Ты странная.

— Из чего сделан такой вывод? — без эмоций спросила пони.

— Отсутствие магических потоков. Всё, что живо или было живым, обладает потоками магии. Живые имеют зигзагообразные потоки магии, мёртвые — их магические потоки огибают. В тебе я не чувствую твоего потока. Но и другие потоки не огибают тебя. Словно тебя для них нет. Ты морок?

— Нет, я… — за Киб закончила единорог, — …живая.

— Но в ней нет магического потока! — возмутился генетик. — Она недопустима, как форма жизни, и ... — внезапно его лицо исказилось в ужасе, но быстро приняло обычный вид. — Ну да ладно, я к Амадею.

— Чего он испугался? — недоумевала механическая пони.

— Не знаю. И это также ответ на твой первый вопрос.

Выйдя от мага, Ферис уселся на полу и принялся читать "Механизмы Эквестрии. Полное собрание".

— Ферис, ты не перепутал книгу? — спросила Твайлайт, на что тот ответил, что нет. Просмотрев оглавление, он поставил книгу на место и ушёл к Эпплджек. А единороги продолжили предполагать природу усыпителей и их цель.

— Эпплджек, кто такая Кибернетика? — вместо приветствия спросил генетик.

— Она бывшая подруга Оскара. А что?

— Надо. Она пони? В смысле, пони из плоти, костей и крови?

— Она механическая. И, может, ответишь, зачем тебе это?

— Не отвечу. Привет, Эпплджек, — спохватился он, уходя с фермы.

— Где она? — сказал Ферис, войдя в библиотеку. — Где Кибернетика?

— Она ушла за на второй этаж за астролябией. А тебе она зачем? И почему у тебя бледное лицо?

— Это не важно. Почему две чашки? Ведь ей не нужна еда.

— Всё не могу привыкнуть к её особенности. Постой, а откуда ты узнал о том, что ей не надо есть? — вместо ответа Ферис взял нож и повторил "не важно". Вскоре вернулась механическая пони. Генетик молча подошёл, но получил электрический разряд.

— Механическая. Система защиты работает. Разрезать псевдо-покров. Убедиться в отсутствии угрозы. Не сойти с ума.

— А можно объяснить? — поинтересовалась Киб, подпуская сумасшедшего к себе.

— Разрезать псевдо-покров грудной клетки. Проверить наличие детали. Ясно? — ответил он, разрезая покров тела.

То, что он там увидел, его не обрадовало. Пульсирующий дымок синего цвета в стеклянной оболочке — душа. Ферис попытался удалить её, но получил разряд током и отключился. После этого его связали.

— Ферис, зачем тебе её душа?! — кричала Твайлайт в ухо связанному.

— Она — угроза моей профессии. Она — искусственная. Её существование недопустимо, — бормотал он себе.

— Почему я угроза твоей профессии? — холодно спросила Кибернетика.

— Ты создана. Я тоже создаю живых существ, но органических. Ты обладаешь душою, можешь чувствовать всё, кроме физической боли. Ты недопустимая форма жизни, — говорил он, пытаясь разорвать верёвки.

— Почему я недопустима? — спросила Киб.

— Угроза в востребованности. Твайлайт, представь, что у пегасов и земных пони появились рога, и теперь все владеют магией одинаково хорошо, а единороги стали немного хуже, не обладая ни крыльями, ни талантом к земледелию. Кому они будут нужны, если все владеют магией? Ну как тебе такая угроза? — шипел он. — А ведь я могу так сделать. Кому ты будешь нужна?

— Но она, извини, Киб, механическая! Как это связано?

— А ты что, думаешь, что наш народ стал миростроителями спонтанно? Нет, в начале всего стояли искусственные части тела. Потом пришли полностью механические "организмы". Потом пришла душа. Механоиды стали чувствовать себя ущемлёными и тоже начали создавать жизнь, только органическую. Мы похитили эту технологию и уничтожили всех механоидов. Потом мы развились до такой степени, что перестали нуждаться в машинах для создания органики, и сами начали её создавать. У вас такая же история. Скоро у вас появятся биомеханики, а потом и генетики. Каждый из нас уничтожает все намёки на угрозы нашей профессии. Теперь тебе понятно, мисс Угроза Востребованности? Я могу создать органическое тело и ты станешь биомеханикой. Более совершенной, чем обычная пони, но менее совершенная по сравнению с тобой, — пока он говорил, он дополнительно разрезал верёвки когтями. К концу говорения Ферис кинулся на "угрозу", одновременно пытаясь справится со своими же щупальцами, которые он создал, чтобы сразу не кинуться на Кибернетику. — Позовите Эзару и Зури. Только "угроза" должна остаться, а то я последую за вами.

В гости как раз заскочила Эзара, объяснив, что Зури напортачила с растениями и теперь пытается их уничтожить.

— Ферис обнаружил угрозу? И кто она? — с интересом спросила она.

— Пони со странной меткой, — продолжал шипеть Ферис, указывая на механическую пони.

— Оставьте его на недельку, потом он успокоится, — отмахнулась Эзара. — Скажи-ка, Твайлайт, а единороги могут менять рельеф или создавать полезные ископаемые?

— Если собрать много единорогов, можно создать холмик или озеро, а на каменных фермах выращивают драгоценные и полезные минера...- Твайлайт попятилась, увидев, как Эзара пытается дотянутся до неё, но сдерживала сама себя каменными кандалами, бормоча "угроза востребованности".

Прошло меньше минуты, и Ферис освободил себя от щупалец, взял тот же самый нож и воткнул бы его в себя, если бы не трусость. Орудие самоубийства остановилось в считанных сантиметрах от его грудной клетки, и он произнёс:

— Трус… Никогда не мог и не смогу... Испугаюсь боли... Забыться... Повеситься...Трус... Не рискну... — и так продолжалось бесконечно долго, и он каждый раз возвращался к слову "трус". Внезапно цепочка оборвалась и он подошёл к запылившейся бутылке в угле библиотеки. — Это что?

— Сидр, мне его Эпплджек принесла неделю назад.

— Сидр... Спиртосодержащий... Вызывает опьянение... Возможны случайные и нестабильные мутации... Вероятно самозабвение... Подходит... — пробормотал он и залпом осушил бутыль. — Низкий уровень содержания алкоголя... Повысить восприимчивость... Найти склад сидра... Эзара, пойдём... — говорил он, пытаясь разбить путы. Странно, но она послушалась и сказала:

— Сидр производят Эпплы... Просят деньги... Торговцы... Требуются деньги... Быстрорастущие или быстросозревающие яблони... Ресурсы земли не безграничны... Опьянение слишком короткое... Неподходящий вариант... Устранить угрозу востребованности... — последние фразы они произнесли одновременно и направились к "угрозам", но остановились. — Уйти в горы... Сброситься... Невозможно... Воровать... Подходит... — после этих слов они исчезли в порталах.

На следующий день в гости к Твайлайт зашла Зури:

— Привет, Твай. Что ты такое сказала Ферису и Эзаре, что они вчера воровали яблоки и бормотали про угрозу?

— Ферис говорил, что Киб — угроза востребованности, а Эзара говорила тоже самое про каменные фермы. Ты знаешь, как это вылечить?

— Угроза востребованности? Ну всё ясно. Синдром ненужности.

— Какой синдром? — спросила единорог.

— Ненужности. Это их психическое заболевание.В нашем родном мире ему подвержена половина населения, четверть страдает манией преследования, восьмая просто психи, шестнадцатая обладает всеми расстройствами сразу, другая шестнадцатая часть ничему не подвержена. Но расскажу только о синдроме, поскольку его у вас нет.

Как правило, мы селимся небольшими группами от трёх до шести особей. Но не больше, потому что у нас всего шесть профессий и, каждая определена с рождения. Если в одной группе будет больше одного генетика или кого-нибудь ещё, то завяжется война, которая закончится смертью одного или двух участников. Но совсем другая история, если встретить конкурента в другом мире: сначала вы попытаетесь убить его, потом будете думать о самоубийстве, при этом ваши мыслительные процессы будут очень простыми. В конце вы ищите путь забыться, но если вы его не нашли... То будет война, война всего мира и страдающего синдромом. Зачастую мир проигрывает. Так какой путь выбрал Ферис?

— Опьянение, судя по всему, это — вредное воздействие алкоголя, — ответила Кибернетика. Тут Зури заметила остатки каменных кандалов.

— Эзара тоже свихнулась... Генетик плюс геолог плюс алкоголь равно город. Могу вас поздравить: скоро у вас будет город из костей и камня.

— Город из костей невозможен, из-за относительной хрупкости материала, — ответила на это Киб.

— Возможен. Для Фериса только одна вещь невозможна: соорудить то, что противоречит законам Мироздания. Скоро разразится самая безумная война за всю историю этого мира.

В это время мимо проходил Спайк, и после характерного звука на пол упал свиток. Первой его схватила Зури, быстро пробежала по нему глазами и отдала пони.

"Не дорогие нам угрозы востребованности, мы поздравляем вас, ведь сегодня день Великой Сумасшедшей Войны! Мы готовы вас встретить на только что созданном парящем острове и обстрелять вас из множества электромётов. Также мы нашли нужные драгоценные камни и активировали Ведьмин Круг. Нам даже удалось его настроить и теперь у нас есть неиссякаемый источник воздуха! Так что подавитесь и не надейтесь победить нас, лишив воздуха. Также мы отняли у Селестии, Луны и Каденс рога. Дискорд сейчас лишён магии и вешается. По расчётам, он задохнётся лет через пятьсот. Остров упал... Жалко... Поднять не получится... Ой, а что это я пишу... Отправляй...", — дальше письмена заканчивались.

— И что это значит? — спросила Кибернетика.

— Это значит, что нам придётся топать до Кристальной Империи. Только там есть алмаз на сто карат, и я сомневаюсь, что Ферис согласился бы улетать дальше ста километров. Собираемся.

## Глава III. Война, ловушки и прочие методы воздействия

Поездка до Империи прошла без происшествий: ни атаки бизонов, ни нашествия параспрайтов, ни землетрясения. Только Зоя утащила один бокал, но вернула, не сочтя его ценным. Как в поезде оказалась Зоя? Просто страдающие синдромом Ненужности отправили письмо о том, чтобы вместе с пони поехала троица героев.

Но почти сразу, а точнее через десять минут после хождения по слизи (ею свихнувшиеся покрыли путь к своей крепости), возникла проблема в виде двух маленьких гидр. Те посмотрели всеми четырнадцатью глазами на "приглашённых" в крепость и... продолжили патрулировать один метр.

— Тут явно подвох, — задумчиво проговорила Зури.

— Почему ты так считаешь? — спросили маг и остальные, попятившись от гидр.

— Я достаточно долго знаю Фериса, чтобы найти около одной сотой его ловушек. Он бы никогда не поставил патруль без причины, только для разведки или будучи уверенным в том, что там пройдёт противник.

— Я решу эту проблему, — ответила Твайлайт и наслала сон на гидр. Те послушно свесили свои головы и заснули, шевеля хвостами. Но одна голова у каждой осталась бодрствовать.

— Может, они испугаются огненного шара? — сказал тот, кто никак не мог его освоить, то есть Амадей, и метнул в них зелье. Последнее снова оказалось неудачным и вызвало бы у него синюю сыпь, но бодрствующие головы уснули, и вместо них поднялись другие головы.

— Дай я, — ухмыльнулась воровка и выстрелила ледяной стрелой в центр тела одной гидры и огненной в другую. Поднявшиеся головы уснули, но пробудились третьи. Молот Понтия, взгляд Флаттершай и прочие способы решения подвоха приводили к таким же результатам. Последней выступала Пинки Пай, и та спокойно пропрыгала между гидр по слизи. Те даже не посмотрели на неё и продолжили патрулировать метр.

— Что! Подвох в том, что я подумаю про подвох?! — кричала Зури. А остальные тем временем прошли мимо патрулирующих, и за ними последовала рассерженная эколог. Но она не ошиблась: когда все отошли на расстояние тридцати шагов гидры повернулись, веером поплевали кислотой и растворились в воздухе. Смешно, но свихнувшиеся ошиблись ровно на один шаг в расчётах дальности стрельбы молодых гидр.

Остальное расстояние никто не заметил из-за портала, который открылся перед их носами. Зури сказала про него, что портал сократит их расстояние где-то на девяносто километров. Вывел портал путешественников ко входу в пещеру, находившейся в лесу.

— Пещеры, — прочла Эпплджек на недавно прибитой дощечке, — И что они хотят этим сказать?

— Вероятно, то, что здесь пещеры, — пожала плечами Зури. — Но скорее всего они повесели эту табличку для себя.

Все зашли в тоннель. Это была самый красивый тоннель, который они видели: переливающиеся камни в потолке, резные картины, изображающие жизнь и события пони, декоративные стволы деревьев, принимающие самые разнообразные формы. Так продолжалось ровно километр (там, конечно, были ловушки, но они все мазали: то куб на секунду раньше упадёт, то шипы полетят слишком поздно). Дальше была пещера с резным фонтаном. Последний изображал что-то похожее на переплетение шипов и, как бы странно это ни звучало, на краткую эволюцию: у его подножья находились две статуи — дикая пони и обезьяна. Немного выше стояли пони с не такой длинной гривой и клыками как у её предшественницы, и более-менее прямоходящая обезьяна с палкой в руках. На середине фонтана стояла пони в головном уборе (кажется это был шутовской колпак), без клыков, с ухоженной гривой. С другой стороны фонтана стоял прилично одетый (на нём тоже был шутовской колпак) человек с едва заметными клыками и полностью прямоходящий. На вершине фонтана стояло что-то сильно напоминающее амёбу.

— И что символизирует этот фонтан?- спросила Рарити, изучающая материал, из которого изготовили статуи.

— Если судить по статуям, то Ферис считает вершиной эволюции простейших. Радуга! — крикнула Кибернетика пегасу, которая проверяла на прочность "вершину" всей эволюции. То, что вырвалось из не выдержавшей проверку фигуры, не поддавалось описанию: что-то серебристое, похожее на дым, но ощущавшееся как вода, улетало под потолок, а затем падало на малахитовый пол. Потом оно разбилось на множество изумрудных капелек, которые повисли в воздухе. Пока все стояли неподвижными, из-за потока некой энергии. В помещение вошёл старец в сером балахоне, с резным посохом и седыми волосами.

— Кто вы такие, чужаки? И почему вы присуждаете мои заслуги некому Ферису? — поинтересовался он, готовясь метнуть своё оружие.

— Извините, а вы кто? — интеллигентно спросил Амадей. Старец поперхнулся.

— Кто я? Я — великий скульптор при дворе её величества Ионериады.

— Как ты сказал? Ионериады? Но она наша богиня! Как ты смеешь называть смертную именем богини! — возмущалась Зури, пытаясь пробраться к старцу через капельки.

— Она также называла себя Призрачной Пони! — испуганно заговорил он.

— Призрачная Пони — древний дух, считается мифом, — дала справку механо-пони.

— А ты не сумасшедший? — спросила Эпплджек.

— Я не сумасшедший! Я не сумасшедший! Не сумасшедший! — кричал он скорее для себя, чем для фермерши. — Сумасшедший — тот кто сказал мне, что грядёт война! Он проходил вместе с другой сумасшедшей! День назад! Чего вы от меня хотите?! — прокричал он и забился в угол. Капли растворились, амёба восстановилась, а путешественники продолжили свой путь.

— Странный тип. Строит памятники, говорит о призраках, кричит без повода, — бурчал Понтий. — И говорит непонятно.

Все остальные молчали. Зоя думала о судьбе этого скульптора; Амадей думал о жене и детях; Флаттершай жалела скульптора; Радуга думала о том, как задаст Ферису; Рарити пыталась придумать практичный и главное красивый наряд для выживания; Твайлайт рассуждала о Призрачной Пони; Эпплджек думала о своей сестре; а о чём думала Пинки никто не знал; Кибернетика анализировала состояние старца.

Пока все были поглощены мыслями, они подходили к электромёту. А электромёт копил энергию для выстрела.

— Обнаружен всплеск энергии, — произнесла Кибернетика. Через секунды раздался не то что оглушительный, просто громкий взрыв.

— Он всё-таки создал его. Сто лет ленился, а теперь взялся, — ворчала Зури. — Так, перезарядка долгая, дальность стрельбы почти неограниченная, количество неизвестно. Отлично.

Кибернетика наступила на одну из пластин, которыми была покрыта комната с электромётом. Странно, но тут сумасшедшие не просчитались: с потолка упала банка с кислотой точно на голову наступившей. Все подняли глаза к потолку: там парили такие же банки, но с разным содержимым. Попытка Радуги перелететь "минное" поле окончилась банкой с духами.

— И как нам туда попасть? — указала копытом пегас на противоположный проход.

— Я знаю, знаю, знаю, знаю! — протараторила Пинки Пай. — Надо решить головоломку, которая написана на потолке.

— И как мы её прочтём, если не можем её увидеть? — спросила Твайлайт.

— Да не на баночном потолке, а на проходном! — уточнила розовая пони.

Все подняли головы к потолку. Там была надпись непонятного содержания:

"Хранит она то, что не вспомнит никто:

Имена и секреты, забытое всё,

Всё канет в бездонное чрево её

Вопрос только в сроке. Когда и за что?

Исчезнет в ней всё, но только не тьма.

Она пожирает леса и поля,

Миры и деревни, и дом, и моря, а также всё то,

Перечислил что я".

— И кто такая эта Пожирательница? — спросила Радуга.

— Маласса — дракон тьмы и забвения. Но Ферис называл её как-то иначе. Это было связано с высшей властью. А Эзара называла её повелительницей Забытых. Точно! Ферис называл её королевой Тьмы!

— И как нам это поможет пройти по этой комнате? — спросила Твайлайт.

— Не знаю...

Пока все придумывали ответы к загадке, Кибернетика нажала на один из кирпичей. Часть стены тихо растворилась и открыла скрытый зал.

— Как ты нашла тайный зал? — поинтересовались все.

— Отличающийся цвет. Он на один тон темнее, что практически незаметно, — ответила Киб, а остальные решили согласиться и войти в зал.

Изнутри зал был облицован тёмно-синим потрескавшимся сапфиром. Белый пол был изрисован изображениями драконов, которые периодически изменялись. Потолок был выполнен вытянут вверх и его покрывали узоры, изображающие ночное небо. В центре зала располагался неглубокий прозрачный пруд с лотосом в центре. По бокам пруда стояли две статуи, повёрнутые лицами к водоёму. Первая статуя изображала человеческого шута с серьёзным лицом (те, кто играли в "Королевские сказки" поймут — прим. авт.). Вторая статуя тоже изображала человека, но менестреля (повторение предыдущего пояснения — прим. авт.). Пока все изучали статуи, в Понтия полетела стрела, но ловушка, как всегда, промахнулась.

— Маласса — неверный ответ, хи-хи... Шут Цезарь... Менестрель Плутус... Драконесса Маласса... А зачем вам спасать принцесс?.. Колпаки... — шептал голос всем и каждому.

— А ну выйди сюда и сразись со мной! — прокричал рыцарь в воздух.

— А зачем?.. — прошептал тот же голос, — Вы сами меня найдёте... А ответ на загадку... Найдите в Малассе, Плутусе и Цезаре... Шуты от Азары... — усмехнулся голос. А гости ушли в коридор и продолжили придумывать ответы.

— Маласса — дракон забвения и тьмы, Плутус — менестрель, Цезарь — шут, — подвела итог Зоя. — И что нам это даст?

— Ну, Плутус и Цезарь из одного мира. Но я не помню, чтобы их что-то связывало с нашей тёмной драконессой, — внесла свою лепту Зури. А Амадей рассуждал о статуях и почему они такие тёмные. И тут до него дошло: тьма! Он поделился своей догадкой со спутниками и спутницами.

— Допустим, — уклончиво согласилась Твайлайт.

— Нет, тьма не ответ. Голос сказал в конце про колпаки. И Ферис с Эзарой любят шутов и клоунов, — опровергла теорию Зури.

— А если колпаки тьмы? — спросил Понтий.

— Обнаружен всплеск энергии. Уклониться невозможно, — пробормотала Кибернетика и убежала по направлению к выходу через баночную комнату. Вид убегающего робота был слишком заманчив, и все побежали вслед. А за ними следовала электрическая стена. Странно, но банки вели себя спокойно: не падали, не взрывались, не упав.

Когда все добрались до спасительного хода, стена растеряла заряд, а другая стена тихонько закрылась за спинами героев.

— Ха! Стена для молота не помеха! — самоуверенно заявил рыцарь и метнул упомянутое орудие, но оно не оправдало его надежд.

— Вы угадали... — недоумевал голос. — Когда проломите стену, которая противоположна закрывшейся стене, вы подождите минуту и кидайтесь на меня. Раньше не бейте, и не трогайте Эзару. Она инфицирована моим паразитом. А синдром Ненужности...Его у меня не было...Только тяжёлый завоевательский бред.

Когда Ферис замолчал, Понтий тут же начал метать в каменную стену молот, и после второго метания жертва рухнула и рассыпалась множеством мелких камушков.

Картина, открывшаяся за препятствием, немного поражала: шесть коконов окружали подлеца, и тот отдавал энергию последним. А Эзара стояла возле стены и ничего не делала.

— Ждите... ритуал... не... завершён... — едва шевеля губами еле слышно прошептал Ферис. Но Понтий не послушал и кинулся на него. Удар по голове мечом прошёл для черепа и сосудов без следов. Но Ферис перестал отдавать энергию коконам и постепенно становился чёрно-белым. Но он не умер, если судить по его пока просто бледным губам. К его телу подошла Зоя и начала читать по губам (полезный при воровстве навык):

— Всего три мутации, управление двумя душами и два портала. Когда иссякнет этот лимит забери мои остатки лет, — потом он замолк, но вскоре заговорил, — Сто лет жизни? Много мучений, много... Но дай три мутации совместно с созданием тела... Согласен, — после этой фразы генетик стал просто бледным, медленно встал и, ничего не объясняя, начал делать аликорна: сначала из воздуха появился скелет, затем тот оброс мышечной массой и нервными узлами, потом появилась сеть кровеносных сосудов и прочие органы. После этого генетик покрыл тело кожей, создал глаза, отрастил бледно-голубую гриву и хвост, под конец отрастил перья на крыльях, и на этом закончил работу.

— Красиво, правда? — с надеждой спросил он, — Но если поместить туда душу...

Ферис открыл портал, засунул в него руку, вытянул что-то невидимое и швырнул это в тело. Неожиданно для всех аликорн подняла веки и под ними оказались сияющие голубым светом глаза. Аликорн тут же схватила завоевателя телекинезом и гневно прокричала:

— Как ты, смертный, посмел закинуть меня в материальный мир?!

— Посмел, — слабо ухмыльнулся провинившийся. — Не ожидал от богини такого простого ума. У тебя тоже есть душа, а согласно нашему договору, я управляю двумя душами, тремя мутациями или созданиями тел, также двумя порталами. А жизнь ты мне сама предложила в качестве муки. И теперь ты не сбежишь из этого мира... Хе-хе-хе... Призрачная Пони... Или всё же Ионериада?..

После упоминания богини Эзара очнулась и вместе с Зури упали на колени. Ферис продолжил держаться на своих побледневших ногах. В голове Твайлайт возникла куча вопросов, а тройка героев провалилась в портал, созданный воплощенным божеством. Флаттершай продолжила валяться в обмороке.

— Да, я богиня, — признала Ионериада, — Но я не собираюсь находится тут дальше, — и гордо подняв голову (никто этого не увидел, но душа богини ушла именно так) покинула тело.

— Ионериада, ты забыла? Управление двумя душами. Так что быть тебе здесь около нескольких тысяч лет.

— Да ты знаешь, что может произойти во вселенной без меня?! — воскликнула аликорн.

— Подумаешь, не ответишь ты на пару миллиардов вопросов, и что? Мы к тебе пару миллионов лет взывали, даже девять десятых нашего народа в жертву принесли, но ты молчала! Потом мы и остатки деревеньки принесли в жертву! Остались только шестеро! Эти шестеро потом только и делали, что спаривались с последующим потомством! Мы тогда едва не вымерли! Так что помолчишь ещё пару тысячелетий! Тебе ничего, а они пусть пострадают!

— Ферис, а какой вопрос наши предки задавали? — осторожно спросила Зури.

— Зачем эта издевательница дала нам способность создавать миры?! Прощайте, арандары! — гневно проорал он, но этот гневный крик больше был похож на громкий шёпот, — Но сначала заберу коконы! — сразу после этой фразы он срезал ножку органического кокона, взвалил тот на спину и... упал на живот под его тяжестью.

— Эээ... И что нам делать? — недоумевала богиня.

— Переместите нас на остров Склепа вместе с коконами. Это важно для Фериса. Если он применил неврального паразита, значит, дело важное. Как-то он применил его, эксперимент по созданию совершенной жизни пошёл прахом, и он едва не уничтожил народ довольно крупного мира. При этом мир был довольно хорошо развит, а Ферис был вооружён только кулаками. Завалить божество ножом — для него это трудно, но выполнимо, и Эзару ещё захватите.

Поняв всю серьёзность ситуации, Призрачная Пони переместила всех на остров Склепа. Там Зури быстро срезала все коконы с оснований и расставила шестиугольником. Потом она затащила Фериса в центр круга и разбудила Эзару.

— А что я делаю возле нашей усыпальницы? — удивлённо спросила она.

— А что ты помнишь? — с беспокойством спросила Рарити, забыв о грязи на себе.

— Ну, Ферис метнул в меня что-то, имеющее много щупалец и грязно-зелёного цвета, а потом... Сейчас угадаю: это был невральный паразит? — все, включая воплощённую богиню, кивнули. В ответ на это, Эзара не пошла убивать Фериса, а рассказала его тайну.

— Действительно? Но только я могу это сделать, — отрицала Ионериада, выслушав Зури.

— Но он тоже сумел. Коконы — подтверждение.

— Да, и сейчас я буду их вскрывать, — произнёс бывший генетик. — Зури, Эзара, займитесь своими коконами, а остальные мы просто вскроем.

Зури тут же начала распутывать переплетенные травы, цветы, коренья кокона. Эзара, немного потоптавшись, начала изменять материалы железно-песчано-алмазно-каменного кокона на тонкую скорлупу. Ферис же аккуратно делал надрезы на паутинках. Через десять минут три кокона развернулись и явили на свет трёх жеребят, ровесников Меткоискателей. Завершив со своими коконами, они перешли к оставшимся.

Ферис усиленно пытался составить на поверхности кокона земледельца из отдельных островов единый материк. Зури сражалась в гляделки с прозрачным коконом наблюдателя. Эзара же пыталась найти на поверхности кокона терраформера участок с комнатной температурой, вследствие чего у неё пальцы либо обмёрзли, либо обожглись. Через несколько часов все оставшиеся коконы открылись, но существ, находившихся в сероватой оболочке, было не разглядеть.

— Попробуй вскрыть оболочки при помощи магии, Ионериада, — язвительно предложили коконораспутыватели. — Но попытайся для начала узнать наши мысли.

Богиня честно попыталась прочесть их мысли. Потом ещё раз. И снова, и снова. Она давно сдалась бы, если бы не её статус богини.

— Не правда ли, такая мутация, как отсутствие мыслей, полезна при общении с божеством? Вы никогда не сумеете подумать, ни одна мысль не посетит вашу голову, вы будете только выполнять, говорить, писать, делать бездумно, — объяснили неурядицу с мыслями полусумасшедшие.

— Насколько я помню, Кибернетика однажды коснулась Источника Забвения. Знать, что о вас никто не вспомнит и при этом пытаться оставить след в истории. Представляете, что его будет ждать? Только пусть ответит Киб, — попросил Ферис.

— Его ждёт сумасшествие, — не делая практически никаких усилий ответила пони.

— Верно, к сожалению. У всего нашего народа есть клятва Забвения. Мы приносим в жертву Источнику свою душу. Если мы не нарушим клятву, то после смерти нас будут помнить. Но если нет, то исчезнет любая память, любое напоминание о нас. Ни одного напоминания. Я принёс эту клятву, — с горечью произнёс Ферис, — Я поклялся Каденс, что вы не пострадаете. Всего одна ранка, один выдернутый или обрезанный волос, лёгкий насморк и всё — нет меня и никогда не было. Вспомнят обо мне только те, кто уже стал единым целым с Источником. Насколько я знаю, в нём сейчас хранятся неисчислимое, даже для них самих, количество душ. А теперь ответ, Ионериада: зачем ты дала нам способность создавать миры? Только пусть снова ответит Кибернетика. Ведь она знает всё, что содержалось в Источнике на момент соединения.

— Этой информации не было, — ответила она.

— Страх? Интересно, сумеет ли Призрачная Пони убить меня, и тут же заставить всё и вся забыть обо мне? Киб, хочешь полностью органическое тело? — та покачала головой, — А с имплантами?

— Что такое импланты?

— Механические детали. Ну да ладно. Так, пора резать, — и, достав из своей сумки из тряпок нож, Ферис начал аккуратно разрезать оболочки. То, что из них выпало, решительно свихнуло и без того сумасшедшего генетика: пони одного возраста с Меткоискателями.

— Пони... Как пони...

— Ну да, пони. Или ты не заметил выпавших из первых трёх коконов?

— Но я надеялся, что... Хотя это уже не важно. Главное, что я остался без сил, остров, который мы с Эзарой подняли, рухнул точно по каёмочке, я всё-таки закинул сюда Богиню и эти жеребята получат свои метки, когда освоят магию.

— Но ты знаешь, что станет с этим миром, если я не уйду? — спросила Призрачная Пони.

— Знаю. Этот мир, несмотря на то, что он Изначальный разрушится, — беззаботно произнёс Ферис.

## Глава IV. Перерождение

— Что? — спросила Твайлайт, — Я ослышалась?

— Нет, конечно. Ваш мир разрушится из-за влияния полубогини, — спокойно ответил Ферис.

— Как ты смеешь клеветать на меня, смертный!? — прокричала Призрачная Пони.

— Да шучу я. Ты бы разрушила этот мир, если пробыла тут в своём нестабильном теле около месяца. А поскольку я создал для тебя тело, то ты не станешь причиной Разлома. Хотя, как знать... Может быть, причиной разлома станет местный Левиафан, которого я пробудил?

— Что за Левиафан? Кого ты пробудил? А ну, отвечай, живо! — грозно спросила Радуга.

— Успокойся, Салли, — сказала Эпплджек, захватив радужную за хвост. Когда та упала, фермерша поинтересовалась, — Кто такие эти Левиафаны?

— Левиафанов описывают в книге "Проклятья", следовательно, они не существуют, — уверенно заявила Твайлайт.

— Ты точно также заявила, когда Радуга неконтролируемо летала, Флаттершай имела низкий голос, у Рарити непонятные покровы, у тебя пятнисто-упавший рог, у Пинки проблемы с языком, а Эпплджек стала довольно таки мелкой. Мне всё это рассказала кудрявая пони, которая организовала тебе встречу в Понивилле, спасла город от параспрайтов. Дальше говорить о Пинки?

— Я поняла. Так кто эти Левиафаны?

— Давай, Призрачная Пони, расскажи-ка нам, — попросил Ферис.

— А ты не думаешь, смертный, что скоро, возможно, умрёшь? — пригрозила полубогиня.

— Угрозы? За лёгкую грубость? От существа, которое чуть не лишило души жеребёнка Дэш?

— Какого ещё жеребёнка? — спросила возможная мать.

— Не обращай внимания, того жеребёнка в нашей вероятности не существует. Так расскажешь о Левиафанах, али нет? — говорил Ферис, раскачиваясь на табуретке.

— Левиафаны — существа, которых я создала, дабы они уничтожали Изначальные миры. В каждом мире обитает один Левиафан, и пробудить его крайне трудно, но если он проснулся, то никто не спасётся. Постой-ка... Ферис, откуда ты узнал о жеребёнке этого пегаса? Ведь ты рядовой генетик, из мира, который я сотворила, дабы вы начали создавать миры...

— Не правда ли, в смертном теле так легко выдавать секреты, даже если у вас была вечность практики в бессмертном теле, лентяйка?

— Как ты меня назвал?! — ярость закипала в голосе Ионериады, — Повтори.

— Лентяйка. Кстати, ты быстро адаптировалась к новому телу. А знаешь, почему я не боюсь того, что ты меня убьёшь? Я немного подкорректировал ту часть головного мозга, которая отвечает за магию, и теперь ты не полубогиня, а простой аликорн. А ты не знаешь, кто создал...

Этому вопросу было суждено не быть законченным: открылся портал, из которого вылетел осколок, который оставил ранку на Пинки, а потом из портала вылетело что-то, напоминающее мифических людей. Сразу после этого события грудную клетку Фериса начала опутывать тьма, от которой он пытался отбиться, что-то вопя. Поскольку человек упал на ноги, он тут же увидел всех, кто находились на тот момент на острове Склепа: Призрачную Пони, шестерых жеребят, Хранительниц Элементов, Фериса, Зури, Эзару.

— Убью! — гневно проорал генетик, — Я убью этого поганца! Руками, но убью!

Человек, следуя инстинктам, начал убегать, от вконец обезумевшего Фериса. Все наблюдали эту картину ровно один круг вокруг Склепа, потом все очнулись и схватили обоих за руки, ноги и копыта.

— Отпустите меня и я убью его! — продолжал кричать генетик. Его жертва глядела на него, резко округлившимися глазами.

— За что ты хочешь его убить? — спросила Эзара пытаясь удержать Фериса, делающего попытки доползти до провинившегося, которого удерживало поле телекинеза.

— Из-за него меня теперь забудут! Я дал клятву, что вы не пострадаете в другом мире, но не уточнил для кого! Теперь я убью этого поганца, и о нём никто во век не узнает!

-К-к-кто в-в-выыыы? — дрожал от страха человек.

— Я — твоя смерть, убийца! — кричал Ферис. — А они пытаются меня зачем-то удержать, хотя я хотел тебя всего лишь помучить, а потом сбросить с этого острова. Что такого? По-моему, нормальная реакция, если кто-то обрёк кого-то на то, что хуже того, что я тебе сулил.

— Я приношу свои извинения, но мне надо идти. Вы можете меня вернуть на работу? — со страхом говорил пришелец.

— Ты! Ты обрёк меня на полное забвение после моей смерти, и просишь за это прощения?! Ты ещё хуже, чем я думал! — взревел пока что не забытый.

— Ферис! — кричала ему в ухо Эзара.

— Что?!

— Ты забыл, что когда в тебя врывается лишь тьма, то ты клятву исполнил! — продолжала кричат геолог.

— А кто докажет? — спросил генетик, но более спокойно.

— Ну... Просто когда умерли твои родители, они мне поклялись, что вырастили тебя завоевателем... И я их не забыла.

— Я в обществе безумцев?! — ещё более испуганно сказал пришелец и упал в обморок.

— Что такого, что он в обществе особей с дефектами психики? — спросила Киб, до этого момента исследовавшая "почему особи обоих полов любят недоразвитые организмы своего вида".

— Если эквестрийцы в этой вероятности народ с развитым терпением и могут вынести общество сумасшедших, не проклиная их, то люди обладают непонятной нервной системой: их может обрадовать своя беда, они спариваются не ради потомства, верят в любой бред, бросаются с крыши по незначительному поводу, ищут счастье в разноцветных клочках бумаги и верят только в технику и прогресс. Зачем мы их создали — не знаем, но идеи у них самые разнообразные: от самой идиотской, до совершенно невозможной. Пока не забыла: тот старец в пещере — это наш геолог, просто он решил поселиться у вас около сотни лет назад, — сказала Зури, изучая человека. Вскоре её примеру последовали остальные.

Человек был одет в лёгкие коричневатые бриджи, футболку с изображением дракона и сиреневые, как их назвала Зури, кроссовки. Человек оказалась молодой самкой с чёрными волосами, непонятной прямоугольной штукой с кнопками, и пирамидоподобным амулетом.

— Она — человек? Вроде бы самка, но мало ли... Интересно... Призрачная Пони, ты вроде бы сдвинула тот мир к району без магических жил? Как она могла сюда попасть? Наши наблюдатели собирают только информацию, ни с кем не общаются и ничего не с собой не берут, разве что одежду и еду. Ионериада, а как тебя всё-таки зовут? Или как назывался твой мир? Мы нашли некий мир, в котором только руины и странные механизмы, и также там был Источник Забвения. А почему у тебя четыре крыла?

— Вы нашли Азгард? Но как вы миновали барьеры?

— Не мы. Просто наши предки случайно открыли туда портал и собрали довольно много бесполезной для нас информации. В тамошних руинах предки заметили кого-то похожего на тебя, и он бормотал что-то про Селену. Первопроходцы убили его, но сумели сохранить его мозг. Но тот тоже не долго хранился, и мы переписали все данные в инфокристалл. Его последнее адекватное воспоминание было про некий Альянс. Ой, действительно, так легко выдавать тайны. Так почему у тебя четыре... Цака! Жеребята!

А жеребята тем временем изучали самку. Единороги изучали голову, земнопони туловище, пегасы конечности пришельца женского пола.

— Ферис, ты бывал в Идейном мире? — спросила Зури, над чем-то раздумывая. Эзара же переманила детей к себе и пыталась их усыпить.

— Да, я туда на два года отправлялся, вы после этого меня неделю ненавидели. А что?

— Какие для них привычны обстановки?

— Городские: внутреннее убранство понивилльского дома, улицы, наполненные такими же как они, музеи, картинные галереи, парки. Короче говоря, любые, где есть цивилизация и их не пытаются убить. Думаешь, опять упадёт в обморок?

— Азгардийка, можете создать иллюзию помещения? Твайлайт, наложи иллюзию, что мы люди, — попросила эколог.

— Ха! Я и то, и то сделаю! — заявила Селена.

— Гордыня, — подумал генетик.

Через секунду вокруг них появилась иллюзия классического помещения дома Понивилля. В ту же секунду вместо пони, полубогини и трёх копытных появились обычные, ничем не примечательные одетые люди. Но маленькие изъяны были: цвет волос и трудность освоения конечностей. Если первое Ферис смог объяснить краской для волос, то второе было сложнее.

— Ионериада, я просила иллюзию людей, а не поменять наши тела, — сказала Зури, падая в десятый раз, — Сделайте лучше иллюзии.

— Хорошо, — ответила "иллюзионерка". Она вернула тела, и воссоздала так необходимые миражи.

— Ферис, как она там?- спросила иллюзия Твайлайт, у пестроволосого Фериса, которому "изменили" лишь копыта.

— Пульс и сердцебиение нормальные, зрачок на свет реагирует, как определить, что она выходит из обморока, не знаю. Может, пока придумаем, что будем делать, когда она очнётся?

— Я всё придумала, — заявила чёрноволосая Эзара, — Можно так — мы с Ферисом и Зури брат, сестра, сестра, вы дочери Ионериады, жеребята приёмные дети, благо они уже соображают, — тут земледелец осеклась, поглядев на азгардийку, — А что? Вы выглядите старше нас, и уберите свечение глаз. Сомневаюсь, что в Идейном мире есть светящиеся глаза.

— Вообще-то есть, — задумчиво проговорил генетик, — Но тогда придётся сказать что наша светло-голубоволосая воплощённая богиня слепая.

Не желая быть слепой, Селена убрала свечение своих тоже светло-голубых очей. В это время начала просыпаться гостья из другого мира.

— А где я? — поинтересовалась она, оглядевшись.

— Ты у нас в гостях... наверно, — сказал Ферис, сидя на псевдо-поле.

— А как я сюда попала? Последнее, что я помню, это как за мной гнался маньяк с лицом, как у вас. И его потом держала девушка с лицом как у вас, — указала гостья на Эзару.

— Ну не знаю, — пожал плечами Ферис, — Вы к нам заявились крича что-то про работу и таращились на меня, словно я вас убивал, хотя я просто держал в руках ботинок. Может, вы злоупотребляете спиртным?

— Нет, я вообще не пью. А кто вы? — спросила "алкоголичка" у азгардийки.

— Я — Селена, мать этого семейства, — обвела рукой "сестёр" азгардийка. — А эти, — чуть помедлив продолжила она, — жильцы.

— Может, развеешь иллюзию? — предложил генетик.

— Какую иллюзию? — с подозрением произнесла гостья. А Зури, с Эзарой уже схватились за головы.

— Ту, в которой ты находишься. Мои ноги, ноги моих сожительниц — это иллюзия. На самом деле у нас копыта. А остальные — единороги, пегасы, пони и аликорн.

— Что за бред? Он нормальный? — прошептала она на ухо беловолосой Зури.

— Нет, я страдаю лёгким завоевателским бредом и легкой шизофренией, по вашему. Убью! — снова проорал генетик, — Я убью этого поганца! Руками, но убью! Удивительно, как похоже на то, что кричал маньяк?

— Откуда ты узнал? — поразилась девушка.

— Я и есть этот маньяк. Впрочем, о плохом не будем. Селена, развей иллюзию. Всё равно я уже всё разболтал. Кстати, не вздумай её возвращать, иначе твоя душа пострадает. Хи-хи.

Азгардийка послушалась. Медленно растворились стены дома, а затем так же медленно растаяли ноги болтуна. Потом исчезли остальные иллюзии.

— Скажи, у тебя есть дети? — беззаботно спросил Ферис, жонглируя камнями из сумки,- Селена, лови. — В воплощённую богиню полетел фиолетовый гранёный камень, но он не расшиб ей лоб. — Это инфокристалл того бормочущего. Остальные инфокристаллы я раздам позже, а пока назови своё имя и ответь на мой вопрос. — Ферис продолжал жонглировать камнями, но теперь он жонглировал, стоя на одной ноге, и совместно с Пинки. Рарити счищала с себя грязь; Твайлайт пыталась придумать способ доставить безрогой принцессе Селестии письмо; Радуга прикидывала насколько слаба новоприбывшая; Флаттершай пыталась спрятаться в Склепе; Эпплджек думала где эту гостью поселить; Кибернетика следила за жеребятами.

— Полина, — соизволила ответить девушка, — Я биохимик, есть ребёнок, возраст двадцать один год, образование,...

— Я не хотел получить столько информации. Ребёнок, говоришь, есть? Отлично, — Ферис потёр руки, — значит возвращать тебя не надо будет.

— Почему?

— Потомство есть, следовательно, беспокоиться о его будущем тебе не надо. Мне без разницы. Кстати, Селена, ведь межмировые переходы без магии неосуществимы? Так?

— Так. И также не понимаю, как она сюда попала.

— Да кто вы такие?!

— Забыли представиться. Я Ферис, генетик с очень ограниченными возможностями. — После этих слов "инвалид" начал жонглировать своей сумкой.

— Зури, эколог почти без ограничений.

— Эзара, земледелец почти без ограничений.

— Кибернетика, кибернетическая форма жизни.

— Твайлайт Спаркл, ученица принцессы Селестии.

Селена не стала говорить, про свою божественную суть. В самом конце генетик сказал:

— Сколько нам лет?

— Ну Зури, Эзаре, Ферису дам лет пятнадцать, пони — около двадцати, Селена — около двадцати. А что такого? — спросила Полина, глядя как генетик покатывается со смеху.

— Нашей троице по тысяче лет, Селене — больше миллиона, а про остальных ты угадала. Биохимик, говоришь? Значит будешь зельеваркой. Зельеварка, хочешь посмотреть окрестности? — Та кивнула. — Подойди к краю острова и оглядись.

— Я боюсь высоты, — потупилась девушка.

— Тогда я сам посмотрю. Мы подлетаем к Кантерлоту. Как будем спускаться? Телепортация или спрыгнем?

Решение было выбрано единогласно и через несколько минут богиня телепортировала всех в Кантерлотский дворец (Зури и Эзара могли перемещаться только между мирами, а Твайлайт сомневалась в своих силах).

— Здравствуйте, принцессы. Ну, как вам без магии? Трудно, правда? — язвил генетик, — Ох, я не представился. Я — Ферис, генетик, у которого остались два изменения тела. Но я не собираюсь их на вас тратить.

— Так... это... ты... лишил нас... магических... способностей?! — задыхалась от ярости Селестия.

— Сестра, успокойся. Думаю, мы сможем уговорить этого генетика. Чего ты хочешь, смертный?

— Призрачная Пони, выходи. Думаю, вы договоритесь. Цель простая — уговорить её вернуть мне способности к изменению и созданию живых организмов. А я пока вздремну. Селена, я соврал, когда говорил, что ты аликорн. Магический блок поставить не удалось. — С потолка спустилась Селена, а принцессы преклонились перед ней.

— Не надейтесь убедить её вернуть вам рог, изменение, наложенное одним генетиком, может исправить только тот же самый генетик. Я проверял.

Ферис наглым образом улёгся на полу замка и задремал. Если бы он не был таким лентяем, то не пропустил бы некоторых событий

Генетик проснулся. То что на него нацелены несколько стрел ему очень не понравилось. А Элементы Гармонии его позабавили.

— А такой вариант я не рассматривал... Может получиться интересный результат... Давайте, стреляйте в меня, я перед вами! Но перед этим попробуйте пальнуть в меня из Элементов. — всё это Ферис говорил, перебирая пальцы, глядя в потолок и помахивая правым копытом.

Пони активировали Элементы, но то что произошло, удивило всех, включая его подруг: Зури и Эзару. Шантажист забился в предсмертной агонии, дико крича и временами переходя на ультразвук. В самом конце этого процесса его тело окутало зелёное пламя, и из него начал выходить синеватый дым без запаха. Тело сгорело, не оставив даже горстки пепла, а дымок обрёл собрался в одном месте и слегка светящимся псевдо-ртом произнёс:

— Перерождение с полным восстановлением сил. Интересный эффект, не правда ли? — На поверхности дыма появились псевдо-глаза и сверкнули зелёным светом.

## Глава V. Неравный брак, ну или как-то так

— И в кого ты собираешься переродиться? — спросила Эзара, выпучив синеватые глаза.

— В пони. Точнее, в их расу, но другую, максимально подходящую для совмещения генов на пятьдесят один процент. Это минимум, при котором возможен ребёнок без вмешательства магии. Хотя я могу переродиться в кого угодно, у кого есть конечности или орудие для направления магии.

— А почему именно в пони? — спросила Радуга, подозревая Фериса в возможном уничтожении своего рекорда.

— Я же сказал: ре-бё-нок. Но, наверное, руки ей хочется заполучить. Полина, Селестия, встаньте рядом.

— Ты про Лиру? А свадьба будет? — тут же начала строить планы Пинки Пай.

— Про кого же ещё? — изумился дух. — Но ты пока ей не говори. Вы знаете, что генетики могут при сканировании изучать память? Я хочу спровоцировать Кибернетику.

Дух подлетел к ушам кибернетической формы жизни и зашептал:

— Вспомни Оскара, этого предателя. Вспомни, как он любил тебя, ухаживал, принял твою сущность, а потом бросил, расстроив тебя до глубины души...Как ты это пережила?.. Хотя, ведь ты и не живая... Робот, способный чувствовать... Машина, точная во всём, кроме чувств... Зачем твой отец создал тебя, механическая форма жизни?..

— Ферис! — вскричала Зури.

— Что такого? Слезинка?

— Какая ещё слезинка?!

— Под её глазом. Интересно, откуда? — озадачился дух.

— И ты довёл её до слёз ради слёз?

— Ну да. Что странного? Ни один генетик не поверил бы в это. Ну да ладно. Как только я воскресну, избейте меня, но не до смерти.

— Зачем? — спросила Киб, на секунду озадаченная таким поведением.

— Инстинкт самосохранения у меня исправен. А зачем — не знаю. Стоп, я отвлёкся. Точно конструировать тело! Ну, какие есть предложения?

И посыпались предложения. От самых дурацких, до совершенно непонятных. И крылья на голове, и чешуя на теле, и перья на руках, и многое-многое другое. В конце концов выбор пал на человекообразное существо вампир. Но Ферис, не удовлетворённый внешностью, его переделал. Крылья он покрыл тонким слоем хитина и повысил прочность костей, цвет кожи сменил с бледного на смуглый, ноги переделал в четырёхсуставчатые (задние) копыта и поменял цвет волос на старый, пестрый. Лицо оставил старое немного сумасшедшее, но привычное.

— Так... Дефектов нет, можно вселяться, — сказал дух и влетел в тело через копыта. Почти сразу "вампир" открыл синие глаза, нагнулся вперёд, выкинув руки назад, а потом обратился к Полине, — Встань рядом с Селестией. Или я это уже говорил? Фух, память осталась, — облегчённо вздохнул Ферис. Полина подошла к принцессе и выпрямилась. Троица из другого мира критично осмотрела их и, немного посовещавшись, Эзара произнесла:

— Может, Ферис понизит тебя?

-В каком смысле — уменьшит?- забеспокоилась Полина.

— Ты оцени свой рост, рост Селестии и рост пони. Селестия выше пони, а ты ненамного, но выше принцессы. Если здания городов и посёлков Эквестрии рассчитаны на принцесс, то точно не на тебя. Так уменьшить тебя? Все пропорции сохранятся.

— Хорошо, я согласна. А почему предлагала Эзара?

— Просто в устах Фериса это слышалось бы как угроза. А в коконе или так? А, Ферис, отдай-ка камни.

— Какие? — невинно спросил генетик, начиная создавать кокон.

— Силовые. Которые мы... ты недавно использовал.

— Ладно, ладно. — Ферис начал вываливать имущество сумки: инфокристаллы, некую шкатулку, марионетки, разные фантики, восемь каменных предметов... восемь?!

— Как ты это объяснишь? — спросила Эзара.

— Я не знаю! Честно говорю, не знаю! — испуганно заверещал возродившийся, — Когда мы сидели за игрой в "Правители", их было семь! Яблоко, звезда, молния, бабочка, шарик, драгоценный камень, непонятно что! Если мы тогда объяснили, что за силы управляют этим миром, то я не знаю, что значит эта фигурка человека... Человека?! — изумились все и уставились на Полину.

— Что такого в этих камнях? — непонимающе спросила Полина.

— Неделю назад я вытащила эти камни, — начала объяснять Зури, — их было семь: яблоко — честность, шарик — смех, драгоценный камень — щедрость, бабочка — доброта, молния — верность, звезда — магия, непонятно что — хаос. Ферис, верни рога Селестии и Луне. — Генетик быстро исполнил просьбу. — И там не было восьмой фигурки. Ферис всегда не любил вас, считал вас слабыми и подлыми. И то, что ваша фигурка появилась вместе с тобой, говорит о возможной катастрофе.

— Какую угрозу могут представлять люди?- недоумевала биохимик.

— Значит, придётся объяснять. И, пожалуйста, предоставьте это мне, — обратился ко всем Ферис. — Ответь, сколько нужно особей и каких полов надо для выживания вида?

— Четыре, — уверенно заявила девушка, — Две особи мужского и женского пола.

— Неверный ответ. Для выживания вида нужна либо одна особь, размножающаяся без партнёра, или три, размножающихся с партнёром. В последнем случае желательны две самки, но не суть. Ты очутилась в этом мире, а мы надёжно экранировали вашу реальность, чтобы вы попадали в любые миры, кроме придуманных вами, то есть мы, то есть Селена, убрала порталы из вашего мира. Но ты здесь, следовательно, барьер дал брешь. И если сюда попадёт одна самка и один самец, или два самца, то этот мир будет обречён на медленную, но верную гибель. И спасёт мир, в котором оказались люди, только полное и безоговорочное истребление всех людей. Никто не должен выжить из этого поганого вида. Ни женщины, ни дети, ни мужчины. Только старики, не способные размножаться.

— И что, ты меня убьешь? — начала отступать биохимик.

— Почему же. Я тебя оставлю. Но как только сюда попадёт особь мужского пола, одна из особей умрёт. И сомневаюсь, что кто-то отдаст свою жизнь добровольно. И всё это будет сделано во благо этого мира.

— Но может быть люди не... — робко начала Твайлайт.

— Нет. Люди всегда были алчны. Им без разницы, умрёте вы или выживите, главное — они получат власть и деньги. Такова природа людей и её не изменить.

— Не все... — начала Полина.

— ...Люди такие. Признаю, не все. Но около девяноста девяти процентов именно такие. А теперь — наш с Лирой возможный брак, а также твоя дальнейшая судьба — угроза.

— И что нам с тобой делать? — спросила Луна. — Ферис не лжёт, и ты признаёшь, что почти всё, сказанное им, тяжёлая, неприятная правда.

— Не знаю. Может, вернуть меня обратно? — робко спросила Полина.

— Нет, — холодно ответили Зури, Ферис, Эзара и Селена, — Это разрушит барьер вашего мира.

— Но тогда что мне делать? — совсем растерялась девушка.

— Стань местной. И никому не рассказывай о своём мире. Никому и никогда, даже Пинки Пай. И ещё, — последнюю фразу Ферис сказал в ухо и шёпотом, — Никогда не упоминай любые проявления мясоедения. — Генетик сложил все вещи в сумку и начал ждать, когда биохимик залезет в кокон. Та непонимающе уставилась на него, и тот сказал, чтобы она обхватила свои колени и коснулась их лбом. В такой позе Ферис отправил её в кокон и начал мутацию. Поскольку изменения должны были получить только пропорции, этот процесс занял несколько минут. Когда Полина вышла, то оказалось, что Ферис никаких злых шуток не устроил и никак не навредил ей, только изменил пропорции.

Дальнейшие события протекали так: генетик сделал предложение Лире, они сыграли свадьбу у Эпплов, предварительно жених изменил супругу под себя. Венчала их Каденс, которую втянул в пьяный круговорот событий Ферис: поскольку тот так и не устранил свою восприимчивость к алкоголю, он опьянел с первого же бокала сидра, сделал такую же мутацию остальным, а дальше никто ничего не помнил. Но если судить по десятку спиленных яблонь, паре незаконченных нарядов Рарити, которые висели на амбаре, закопанному стогу сена и кастрюле на голове Полины, свадьбу справили весело. Вскоре обнаружилась связанная Каденс с отсутствующим рогом, окружённая непонятными рунами. Ферис с Селеной лежали на балках амбара и кричали про Азару. Точнее, кричал только Ферис, а Селена просто спала. Но какого же было всеобщее изумление, когда под самым потолком заметили Зою, Амадея и Понтия, которых азгардийка отправила назад. В общем, была традиционная, пьяная свадьба.

А дальше пошла повседневная жизнь: семейство Эпплов работало в саду, Рарити шила наряды, Пинки Пай устраивала вечеринки, Радуга тренировалась, Флаттершай ухаживала за животными, Твайлайт что-нибудь, да изучала. Ферис жил с Лирой вместе с Эзарой и Зури, которые работали на ферме Эпплов, Полина стала, как и говорил Ферис, зельеваркой, Понтий заведовал таверной, Зоя торговала яблоками, Амадей снова пытался сварить зелье огненного шара, Киб уехала к отцу в город Семи Мастеров. Селена пыталась адаптироваться к жизни смертного существа. Обыденность всегда привычна. И порой её следует разбавить игрой.

Однажды Ферис пригласил всех в гости сыграть в "Повелителя". Всех это немного удивило, но все пришли. Когда все расселись, разлеглись, встали вокруг шкатулки, владелец игры заговорил:

— Для незнающих объясню: время там гораздо быстрее, где-то в пару гриллионв лет, всё, что произойдёт там никак ни отразится на нашей реальности, и помните: ваши реформы могут отразиться на наших отношениях. Ну что ж, начнём игру!

Прежде чем хоть кто-то успел обронить хоть звук, Ферис открыл шкатулку, что-то повернул, и всё исчезло. Когда появился весьма тусклый свет, Радуга приняла боевую стойку, готовясь нанести удар Ферису. А Твайлайт рискнула спросить:

— Где мы находимся?

— Да нигде. Пока что нигде. Сейчас будем настраивать. Какое будет море? Кислотное или обычное? Или отсутствующее?

— Какие ещё есть настройки? — спросила Кибернетика.

— Настройки земли, растений, живности, атмосферы, температуры, ресурсов, количества игроков, уровень развития, социальный строй и ещё много чего. Что сначала?

— Давай начнём с игроков. Сколько всего доступно?

— Безграничное множество. Как будете — в команде с кем-то или сам за себя?

— Сама за себя! — воскликнула голубая пегас.

— Я буду одна, — прошептала Флаттершай, но Ферис услышал и внёс изменения на голографический экран (все, кроме Киб, Зури и Эзары, думали, что он магический).

— Я буду с Эпплджек! — прокричала в ухо генетику Пинки.

— Я против! — тут же начала отпираться фермерша.

— Значит, у вас будет два правителя. Твайлайт?

— Одна. А заключать союзы можно?

— Легко. Рарити, я полагаю, одна?

— Да.

— Селена?

— Одна, — холодно отозвалась та.

— Я один, Зури с Эзарой вместе? — попытался угадать генетик.

— Верно, — сказали обе.

— Так, теперь земля. Какого размера будет мир?

В общем сошлись так: мир — огромный, вода — обычная, живность — средняя, растительность — много видов, ресурсы — стандарт, климат — случайный, рельеф — случайный, магия — присутствует, температура — как в обычном мире, уровень развития — племя, расы — сами выбирайте.

Игра текла со скоростью в двадцать четыре раза быстрее, что никак не повлияло на поведение игроков — если охотники Радуги передвигались быстро и атаковали всех враждебных существ, то фермеры-прыгуны Фериса отдавали предпочтение сельскому хозяйству и обмену пищи на тёплую одежду; Зури выбрала для своих паукообразных людей, путь охотника-собирателя; драгуны Флаттершай приручали животных, гипнотизировали их, и те добывали пропитание драгунам; остальные пока просто выживали. Через несколько часов все покинули игру.

— И как вам игра? — спросила Эзара после игры.

— Нормально.

— Радуга, а почему твои бронекрикуны едят мясо? Ведь это не по-вашему.

— Этой расе для полной эффективности нужно мясо. Я внимательно читала абзац про рацион.

— Ну да. Но почему они его едят каждый день? Ведь на килограмм мяса приходится неделя полной и безоговорочной эффективности. Они могут питаться и фруктами.

— Я не хочу, чтобы в самый ответственный момент мои воины оказались беззащитны перед противником.

— Ну, как знаешь, — пожал плечами Ферис. -Лира, хочешь спою?

— Ферис, ту, которую недавно придумали в Идейном мире? — спросила Зури.

— Эту. Она мне сильно нравится.

— Спой, — разрешила Лира.

— Готов проплыть я все моря,

И мне совсем не страшно,

И лишь одно я знать хочу:

Ты выйдешь за меня?

Ни холод злой,

Ни жаркий зной,

Меня не остановят,

Отдашь ли сердце своё мне сейчас? — начал Ферис.

— Тебе отдам свою любовь,

Мой дорогой, любимый мой,

Ты щедр и так прекрасен.

Не надо подвига свершать, просто будь со мною рядом, — продолжила Эзара.

— Осыплю золотом тебя, поэмы буду посвящать,

Тебя хочу оберегать, так будь со мною рядом! — продолжил генетик.

— Не нужно золота и нет мне дела до поэзии!

Я лишь хочу, чтоб рядом был, — подхватила Зури.

— Я тоже, дорогая!

— Мы будем петь и танцевать, обнимать друг друга нежно,

И сотни радостей делить, хранить любовь прилежно,

Я все моря готов проплыть, и мне совсем не страшно.

И лишь одно я знать хочу, ты выйдешь за меня? — спела вся троица.

— Прекрасно, — аплодировали все, у кого были руки, и гарцевали (не знаю как по-другому называется) все, у кого были копыта.

— Только эта песня... Её разве не должны петь молодожёны? — засомневался Амадей.

— Вообще-то да. Но Лира не знает текст этой песни, так что... Там ещё танец есть, но мы его не знаем, — ответила Эзара.

— Селена, как ты думаешь, наш договор ещё в силе? — задумался генетик.

— Сейчас проверим, — улыбнулась богиня.

Ферис, согласно договору, управлял двумя душами. Кем управлять ещё, он так и не нашёл, поэтому, просто открыл портал, из которого вывалилось тело Селены. Грязное и пыльное.

— Надо же, — изумился Ферис, — Тело сумело выжить. Раньше такого не наблюдалось... Ну да ладно. Попытаемся.

Перенос души прошёл быстро, и время на адаптацию затрачено не было. Ферис оглядел покинутое тело и без зазрения совести сжёг его.

— Ну как? Что ты сделаешь со мной? Убьёшь? Хотя нет, наш договор в силе и мне ещё жить и жить. Проткнёшь меня? Жуткие муки в течение многих жизней. И полное соответствие договору. Так как ты меня будешь пытать?

— Никак, — рассмеялась Призрачная Пони.

— Не понял? — опешил генетик. — В каком смысле — никак? Это что — особо изощренная месть? Что ты собираешься сделать? Медленно сжигать меня живьём? Отрезать мне части тела? Давить на мои нервные узлы? Да что ты хочешь делать?! — паниковал Ферис.

— Ну почему?! — взвыла Зури. — Помучай его хотя бы немного, иначе он не успокоится и начнёт доставать всех подряд, и даже если он получит наказание от других, то всё равно будет сходить с ума, а потом угодит в больницу с нервным срывом. Мы это уже проходили.

— Думаю, оказаться в нелюбимом мире ему будет достойным наказанием, — ухмыльнулась Селена, глядя на Фериса, который упорно кидался на всех. Богиня открыла портал, который медленно, но верно втягивал генетика.

— Нет! В одиночестве я никуда не полечу! А теперь, — вскричал он, схватив Полину и Твайлайт, — пока-пока! — похититель радостно пропрыгал к порталу и забрал вместе с собой всех схваченных.

— Нет! Нет! Нет! — кричал Ферис, но уже в другом мире, стоя на каком-то столе и таращась на четыре длиннющих стола, латанную-перелатанную шляпу и на жабоподобную женщину. Полина и Твайлайт стояли статуями и пытались понять, почему Ферис дико кричит в мире людей. Через несколько минут генетик опомнился и соизволил упасть в обморок, но перед этим спросил, как зовут старца, сидящего в центре стола.

— Альбус Дамблдор, — успел промолвить маг, после чего психически нездоровый генетик упал в обморок. А насильно закинутые в этот мир попросили отвести его и их в местную больницу.

Интересно начинался пятый учебный год гриффиндорской троицы.

## Глава VI. Ненавистный мир

Когда Ферис очнулся — сразу по прибытию в больничное крыло — он попросил привести к нему гриффиндорскую троицу или сообщить ему, как туда пройти. Получив отказ, он начал бродить по школе, не обращая внимания ни на призраков, ни на учителей, ни на Филча с миссис Норрис. А Твайлайт с Полиной поселили в Большом зале, дав спальные мешки.

Глубокой ночью генетик столкнулся с Дамблдором.

— Что привело тебя и твоих спутниц в Хогвартс? — спокойным голосом спросил директор.

— Селена, богиня всех миров, мистер Дамблдор. Вы можете организовать мне встречу с гриффиндорской троицей? — вяло ответил Ферис.

— Гарри Поттер, Рон Уизли, Гермиона Грейнджер? Мистер...

— Ферис. Просто Ферис. Та жабоподобная женщина — Долорес Амбридж?

— Верно, из Министерства магии. Как зовут твоих спутниц и откуда вы родом? — поинтересовался директор.

— А с какой стати я должен вам отвечать? — огрызнулся генетик.

— Вы меня спросили об Амбридж, я вас спрашиваю о ваших спутницах, — так же спокойно ответил директор.

— Тёмно-синеволосая с фиолетовой прядью — Твайлайт Спаркл, единорог из Эквестрии, ученица принцессы Селестии, воплощение Магии. Черноволосая — Полина, биохимик с Земли или Идейного мира, неважно. Интересно, поверите вы мне или нет?

— Если Твайлайт Спаркл, как ты её назвал, — единорог, то почему она выглядит как человек?

— Мировой исправитель дефектов, — отмахнулся генетик. — Существо не должно отличаться от других обитателей миров. Это не относится к Эквестрии и ещё одному миру, но этот механизм не совершенен.

— Какой механизм не совершенен? — проходила мимо Макгонагал.

— Исправления дефектов. Я так понимаю, вы — учитель трансфигурации и декан факультета Гриффиндор, Макгонагал. Можете отправить ко мне Поттера, Рона Уизли и Грейнджер? Ах да, меня зовут Ферис, генетик одного из трёх изначальных миров. И, пожалуйста, Дамблдор, ничего не рассказывайте ордену. Они не должны об этом знать. Хотите дракона?

— Вы — незаконный торговец яйцами драконов? — спросила декан, приготовив палочку.

— Упаси Азара, нет, конечно. Я — генетик, создаю формы жизни. Создам любого дракона, птицу, рыбу, животное, бактерию. Также могу изменить их. И не отсылайте Твайлайт и Полину из школы. Они не владеют магией, по крайней мере, в этих телах. Но если вы сотрёте им память, то ваша школа может быть уничтожена стаей драконов. Так какого вы хотите дракона?

— Венгерского хвосторога, — не веря, сказал Дамблдор.

— А его изображение у вас есть? — озадачился генетик. Спустя несколько мгновений, перед его носом появилась точная копия дракона, только каменная и неживая.

— А ну верните мне мою сумку, — вскричал Ферис, подбирая вещи одной рукой и создавая скелет дракона другой. Через несколько минут у Фериса была сумка, а у школы — дракончик, не больше клетки для птицы.

— А она не может спалить школу? — забеспокоилась профессор, осматривая дракончика, спящего на шляпе Дамблдора.

— Точно, огонь, спасибо, что напомнили. — Через пару секунд сумка Фериса начала тлеть. — А на счёт роста не беспокойтесь — она не вырастет, и ещё — не волнуйтесь и не отправляйте учеников в больничное крыло, если они, проснувшись, как-то выделятся. Мутации будут незначительны. — И, безумно хохоча, Ферис упрыгал дальше по коридору, пугая портреты и приводя в недоумение учителя и директора.

— Похоже, у нас будет весёлый год, профессор Макгонагал, — ухмыльнулся одаренный, поглаживая хвосторога. — Как вы думаете, Фоукс не будет ревновать к Изере?

— Почему вы об этом думаете? Ведь эти трое, по крайней мере, этот Ферис, могут быть Пожирателями Смерти, или кем-то в этом роде. И почему вы назвали эту дракониху Изерой? — посетовала проффесор.

— Я не думаю, что они будут угрожать кому-либо в школе. Разве что зельями или случайными мутациями Фериса. А имя дракона написано на бирке. Не представляю, как он её повесил. Надеюсь, нашу дракониху не разберут на ингридиенты зелий.

— Не бойтесь, у Северуса ещё есть драконья чешуя, кости и когти, — машинально ответила на не прозвучавший вопрос Макгонагал.

— А вы откуда знаете? — поинтересовался драконовладелец, не настаивая на ответе, которого не последовало.

На следующее утро стали известны два события: Ферис нашёл гостиную Гриффиндора, и у Джинни отросли демонические рожки. О втором событии стало известно сразу, о первом, когда генетик покатывался со смеху в Большом Зале. Его поддерживали все слизеринцы и ещё несколько магов с других факультетов. Но любой смех когда-либо кончается. Этот оборвался, когда сумасшедший сообщил, что все могут оказаться не только рогатыми.

Пять палочек, наставленных на него, когда он бродил по пустынному коридору, привели его в замешательство.

— Убери рога у Джинни. Мы знаем, что это ты, больше ни у кого копыт нет,- заявил Гарри.

— Если я могу понять три палочки, — начал Ферис, — то остальные две мне непонятны. Поттер, Грейнджер, а какое вам дело до этой... Как бы выразится... не обременённой чистой кровью Уизли? — Три палочки подошли вплотную к горлу. — Братья Уизли отстаивают честь семьи? Сначала Поттер иль Гермиона, потом остальные.

— Она — наш друг. Этого мало для избавления Джинни от рогов? — подала голос отличница.

— И наша сестра, — хором напомнили братья.

— И что? — этим ответом Ферис поставил всех в искреннее недоумение. — Ну сестра, ну друг, и что с того? Я вам не тиран, издеваться над одной не буду. Вечером рога исправлю на крылья, если вам так надо. Могу и сейчас исправить...

— Просто. Убери. Рога, — отрывисто произнёс Фред (или Джордж, кто их разберёт).

— Ваша воля, — пожал плечами генетик. — А соплохвосты, бегающие по школе — приемлемая цена? Учтите, за каждую просьбу ради одного, пострадают все.

— Гермиона, пошли в него оглушающее заклятье, — отмахнулся Рон.

— С радостю, — прошипела та. Когда из палочки только-только начало вырываться заклятие, на одно краткое мгновение вспыхнула в воздухе пентаграмма, и, когда Ферис зашёлся кашлем, все посмотрели на Гермиону, а та — на палочку.

— Пентаграмма? — изумился пострадавший. — Любопытно... О, а вот и Твайлайт. Твайлайт! — окрикнул он спутницу.

— Да?

— В Эквестрии есть пентаграммы?

— Нету, а что?

— Уже ничего, — почесал голову Ферис, а окликнутая пожала плечами и пошла дальше. — Говорите рога убрать? А можно я тогда сделаю Гермиону пауконогой, а?

— Эй, мы ещё с пентаграммой этой не разобрались. Так что с ней? И что это за Эквестия? — вернулась к старой теме Грейнджер.

— Эк-вес-три-я. Страна другого мира. Больше вам я ничего не сообщу, а пентаграмма... Я вплёл в заклятье случайные формулы, так что мне повезло, а ведь мог и умереть. Так что там с пауконогостью?

— А как я после этого буду выглядеть?

— Вот так, — высказался Ферис, создав точную копию Гермионы, только где-то на середине тела, в области пояса, начиналось хитиновое паучье брюшко, увеличенное до человеческих размеров, и шесть паучьих ног, сильно суженными к низу.

— Впечатляет, правда? Ну, я пока исправлю рогатую проблему и подготовлю кокон для Гермионы. Жду вас в Большом зале вместе с Джинни.

Уничтожив тело, Ферис, слегка припрыгивая ушёл, зная, что никто не придёт.

На следующий день у Джинни рога исчезли, у кого-то из слизеринцев тело покрылось трупными пятнами и отросли костяные выросты на руках. В общем, Ферис так и развлекался: четыре дня вредил факультетам, шесть дней рисовал двенадцатиугольные звёзды, один день уговаривал Макгонал и Грейнджер совершить трансфигурацию тринадцати камней. Спал он на потолке Большого зала, просыпаясь, падал на один из пяти столов, замок не покидал, существ внутри школы не создавал.

Твайлайт же большую часть времени проводила в библиотеке, читая и конспектируя , вследствие чего получила репутации зануды. О том, что она единорог,знали в Хогвартсе восемь человек и один вампироид. Посещала все уроки, на которые успевала, за месяц освоила пять курсов магии и её историю, зельеварение не посещала и не читала.

Полина ничем таким не увлекалась, просто слоняясь по замку, периодически посещая уроки.

Через два месяца после попадания в школу, Твайлайт начала изучать шестой курс, Ферис перестал вредить ученикам, Полина продолжила слоняться по школе. И вот, во время очередной прогулки, она увидела, как Ферис вонзает в Твайлайт, лежащую в центре очередной пентаграммы, кинжал. Первой реакцией был испуг, второй — атака по безумцу:

— Ты совсем спятил!? — крикнула она хватая его за шею. — Она ведь наша подруга!

— Именно поэтому первой в портал провалится она, — ровным голосом ответил Ферис. — Скоро портал откроется, и я вытащу свой кинжал из неё. Она не умрёт только из-за того, что это кинжал Генетиков. Мы наносим им раны для операций внутренних органов. Раны быстро зарастают и никаких следов не остаётся. Можешь проследить, чтобы сюда никто не вошёл? Иначе я рискую умереть, и вместе со мной погибнет и наша волшебница. Я на все вопросы ответил?

Именно в этот момент в помещение вошла Гермиона. Летящее в безумца заклятье было оглушающим, что явно способствовало экстренному вытаскиванию кинжала и последующему втыканию последнего в руку сумасшедшего им самим. Дикий крик боли и падение трёх тел в портал оставили на психике колдуньи лёгкий след.

Твайлайт очнулась в библиотеке. Рядом в обмороке лежал Ферис, Полина лежала на нём, и вокруг стояли её подруги.

— Сколько нас не было? — вяло сказала она и провалилась в царство сна.

А у Фериса началась неделя предбезумия...

## Глава VII. Кто-куда решать мне!

Как-то ночью Лира вышла попить воды. Сейчас у них гостила Кибернетика, так что она надеялась и поболтать. Она немного удивилась, когда заметила со второго этажа, как Ферис обеспокоенно ходит вокруг стола, за которым сидели механическая пони, Эзара и Зури. И они что-то рьяно обсуждали:

— ...обойдётся? — с явной надеждой предложила геолог.

— Ни разу не обходилось. В прошлый раз я заразил тебя, в позапрошлый могила не предотвратила, обернув нас скелетом, в позапозапрошлый я сжёг несколько городов... Хотя чего я рассказываю, у тебя ведь вся моя криминальная история, которую тебе выдали, за то, что я разрушил портал.

— Что есть причина безумия? — холодно спросила Киб.

— Врождённый порок мозга. Неисправим ничем, даже смертью. Где-то через неделю сойду с ума. Интересно, знают ли пони о скорой смене мира? — не своим голосом прошептал муж.

— Ферис! — Тот недоуменно покосился на Зури. — Куда твой больной мозг решил отправить и кого?

— А что? Помню, как сквозь туман, что я открывал порталы под Амадеем, Понтием, Зоей, Хранительницами, тобой, Киб, моей супругой и Полиной. Потом был вампир с золотоволосой девушкой, эльфийка с вурдалаком и некий космический корабль. Кто в этих мирах был? И как можно их, я имею в виду жертв, туда не отправить?

— Можно спрятать жертвы или сковать тебя, — предложила "бывшая угроза востребованности".

— Сейчас, сейчас... Нет, это схождение с ума номер четыреста девяносто один и шестьдесят девять, — просматривая списки, ответила Эзара. — Не было варианта самоу... Хотя не поможет, ведь Ферис слёг в могилу и спокойно сошёл с ума.

— Мда...

Повисла тишина. Лира боялась дышать, дабы не выдать себя. Как назло, ей очень захотелось чихать.

-Может пустить это дело на самотёк? Авось само сойдётся, — робко предложила геолог.

-Ты всегда была оптимисткой, Эзара. Схождение с ума номер сто. Я тогда на самотёк и пустил. Давайте спать, мне через неделю сходить с ума, а вам говорить, какой я идиот. Киб, ты будешь спать или как? — зевая спросил Ферис.

— Постараюсь уснуть. Несколько раз получалось.

Лира быстро и почти бесшумно отправилась в свою комнату, благодаря Кибернетику за то, что та не выдала её.

На следующее утро она пошла в библиотеку к Твайлайт:

— Доброе утро, Лира, — не отрываясь от сортировки книг, поприветствовала крылатую библиотекарша.

— Доброе, Твай. Скажи, Спайк сейчас в библиотеке?

— Он сейчас болен и ему нужен покой. Если хочешь что-то передать, передай мне.

— У меня есть разговор насчёт моего мужа, — нервничала нортрезимка, как её именовала Зури.

— Насчёт Фериса? Что с ним? Вспомнил про того жеребёнка-земледельца, которого оставил мне? Она сейчас с Пинки, что-то готовит.

— Я насчёт его сумасшествия. Похоже, через неделю нас в Эквестрии не будет. Как и Киб, и Понтия, и Амадея, и Зои, и Хранительниц.

— Через неделю? И кто об этом знает?

— Киб, я, Эзара, Зури и он сам. И, похоже, он не хочет, чтобы он нас отправлял в другие миры.

— Похоже, у него раздвоение личности. И если первая просто неадекватная, то вторая окончательно свихнувшаяся. И как же он думает нас оберечь?

— Никак. Он около пятисот раз пытался предотвратить это, но каждый раз он сходил с ума.

— А он всё перепробовал? И откуда взялась цифра пятьсот?

— Он умирал, чтобы не сойти с ума! Но воскрес. Эзара упоминала про четыреста девяносто с чем-то, и я попросила криминальную историю Фериса. Она удивилась, но дала. Я ещё не смотрела. Ты знаешь, как включать инфокристалл? — спросила Лира и выронила упомянутый камень, и из того выплыло множество изображений: горящий лес, разрушенный город, ходячий скелет, разорванная планета, погнутые башни и прочие ужасы, в ходе которых физически пострадал только Ферис, морально около нескольких тысяч и экономически несколько миллионов. И к каждому из изображений была дописана мера предупреждения. И этот обширный список завесил всю библиотеку, причём судя по маленькой призрачной кнопочке это была лишь одна десятая всех сумасшествий Фериса.

Ошарашенная таким обилием изображений, Твайлайт смогла только заворожённо проговорить:

— Похоже, нашей судьбы нам не миновать.

Когда изображения исчезли, Лира покинула библиотеку, вернула кристалл Эзаре и ушла думать о браке. Через час сидения под дубом Вечнозеленого леса к ней подсел Ферис:

— Ты хочешь ребёнка? — не глядя на неё, спросил генетик.

— Хочу, но если...

— Но если что?

— Но если он будет сумасшедшим? Но если он родится не в этом мире? Но если я умру?

-Ты слышала... Ты всё слышала... Значит, ребёнок появится позже... После того как ты вернёшься... Если вернёшься... — на этой ноте генетик расправил тёмно-зелёные крылья и улетел в сторону шахт алмазных псов, оставив жену наедине с её мыслями...

Ровно через неделю ожидания все собрались в библиотеке. Ожидание изматывало всех, особенно будущего безумца, который ходил по кругу и старался ни на кого не глядеть. И вот наступил двенадцатый час. Ферис спокойно открыл три портала в которые провалились сидящие по группам жертвы.

-Как-то спокойно... И не слишком приятно... — прошептал он, пролезая в заранее приготовленную петлю.

Радуга очнулась. Она лежала посреди осинового леса в полном одиночестве. Куда её закинул Ферис? Где остальные? Как вернуться домой? И как здесь жить? Задавая эти вопросы, бывшая пегас встала и осмотрела своё новое тело: голубоватая кожа, плавно переходящая на спине в такие же перья. Крылья отличаются от прежних, больше напоминая драконьи, но с перьями. Волосы длинные, имеющие все цвета радуги. Одета в короткие, до колена, кожаные штаны, кожаную рубашку без пуговиц с вырезом для крыльев и на животе, опоясывающим его. Телосложение было спортивное: сильные налитые мускулы, небольшие, как их называла Полина, грудь и бёдра. Решив для начала осмотреться, Радуга взлетела на высоту осины и заметила дом, в который вели Зою, Пинки и Полину неизвестные люди с драконьими чёрными крыльями. Полетев в ту сторону, бывшая пегас резко остановилась, поскольку дом, драконокрылые и её подруги исчезли, сменившись лесом, посреди которого стояла золотисто-рыжеволосая девушка и сражалась с неким растением, сетуя на некую Келлу. Очень скоро рыжеволосая победила и, запихав растение в сумку, подняла голову:

— Неужели святой Фендюлий был прав? — и пустила в Радугу шар золотистого цвета, который, взорвавшись, опутал незадачливую спасительницу светящейся сетью.

— Кто ты такая? — с нескрываемым любопытством спросила ведьма.

Лира очнулась внутри некого помещения среди ящиков, шаров и обрубленных кубов. Она никак не изменилась, и благодаря этому быстро адаптировалась и пошла искать остальных. Кое-как пробравшись к двери, нортрезимка нажала на зелёную кнопку, и вспыхнул свет. Привыкнув к яркому освещению, та начала осматриваться. Кроме ящиков и сетей, которые удерживали шары, ничего не было, и Лира решила, что это склад. Подумав, она сочла полезным найти местных обитателей или товарищей по несчастью.

Сколько она блуждала по коридорам этого мира, Лира не знала, но её настораживали фотоаппараты, прикрепленные к потолку. Внезапно помещение тряхнуло. Врезавшись в стену, она решила избегать последующих встрясок, передвигаясь ползком. Добравшись до очередной двери и попытавшись открыть, её Лира услышала чьи-то шаги.

Дверь бесшумно открылась и перед "складовщицей" появилась некое помещение с круглыми окнами, столом, стульями и немного виднелись кнопки. А перед нортрезимкой стояла худая девушка, изучающая её хищным взглядом.

— Устрою Станиславу Федотовичу сюрприз! — тихо порадовалась она и затащила "сюрприз" в другое помещение поменьше.

Утром, как решила бывшая единорожка, девушка вышла, как она сказала, на завтрак. Роясь в вещах девушки, она обнаружила прямоугольный плоский предмет с портретом, номером и именем девушки: Полина. Немного удивившись, Лира нашла альбом с прозрачными картинками и подписями: "Придурки на выезде", "Мозгоеды", "Котька!!!" и т.д. и т.п.. Тут "сюрприз" решила подслушать тёзку её подруги.

— Капитан, у меня сюрприз! — произнесли три голоса и одно "Капн, у мня српрз", и последующие "И как вы меня убьёте?". Топанье, и вот тащит Полина Лиру к капитану. Когда тащившая остановилась, пленница заметила пузатенького врача, который вёл Амадея, высокого, сильного в бандане, ведущего Эпплджек, перемазанного в машинном масле, низенького и бородатого, который вёл Рарити, тоже перемазанную.

— И кто это такие? — спросил некто в фуражке, судя по всему, капитан. — Особенно эта крылатая.

— Амадей, — представился маг.

— Рарити, — представилась дизайнер, нервно почёсывая костяные выросты на запястьях.

— Лира.

— Эпплджек.

— И что с вами делать, безбилетники?

— Станислав Федотович, а можно я пока поизучаю Лиру и Рарити? — всё с тем же хищным блеском в глазах произнесла Полина.

Кибернетика очнулась, а точнее очнулась её душа и электронный мозг. Первым делом она запустила проверку всех систем, и в целом осталась довольна: небольшое изменение тела, отсутствие повреждений, полная работа всех систем.

Очень быстро адаптировавшись к новому телу, она принялась приводить в себя других пострадавших. Твайлайт и Флаттершай хватило лёгкого разряда, Понтия пришлось окатить холодной водой, благо река текла близко и насчёт снятия шлема он не возражал.

— А? Кто здесь? — вскочил рыцарь. — Что, Ферис нас уже переместил? А где мой молот, я брал его... — рыцарь ненадолго призадумался, а потом обратил взгляд на других, — Твайлайт, а ты владеешь луком?

— Нет, и почему ты спрашиваешь? — Только через пять секунд она и Флаттершай начали себя осматривать. В ходе изучения выяснилось, что у бывшего единорога сине-фиолетовая кожа, тёмно-синие длинные волосы, имеется изящный лук за спиной, стрелы в колчане, плащ, покрытый синими перьями и сапожки, плотные и лёгкие. Грудь была маленькая, скрывал нижнюю её половину кусок кожи обтянутый вдоль верхней части спины и соединяющийся металлическим кольцом, нижнюю часть тела скрывали короткие, до середины между коленом и бёдрами, штаны, тоже кожаные, иссиня-чёрного цвета. На лице же были редкие светящиеся в тени точки, глаза тоже светились ровным голубоватым светом, скрывая зрачки.

Флаттершай же имела желтоватую кожу короткие волосы цвета соломы, плащ коричневого цвета, расписанный красными рунами, деревянный посох, который венчал крупный огранённый сапфир, рубашку тёмно-красного цвета без пуговиц, сапожки, длинные кожаные штаны.

Механизмы Кибернетики перестроились под человечье тело, только и всего. Грудная клетка была абсолютно ровной, бёдра небольшими. Из одежды были только короткие штаны и рубашка, тоже без пуговиц. Ботинок и тех не было. Искусственная кожа сменила цвет и стала белой.

— А кто знает где мы находимся? — сканируя местность, спросила механическая.

Местами стояли высокие деревья с осенней, не смотря на жару, листвой, бегали скорпионоподобные существа, кабаны, и в небе летали летучие мыши с длинными хвостами. Вдалеке виднелся небольшой отряд всадников на этих мышах и город, окружённый стеной.

— Может, пойдём в тот город и расспросим их об этом мире? — неуверенно предложила Флаттершай.

— Может лучше потренируемся? Ведь все мы, кроме меня, не владеют оружием, — тут Понтий осёкся и поглядел на Киб, — Эээ... Киб, а чем владеешь ты? — Все поглядели на вышеупомянутую.

— Тоже самое, что и в Эквестрии. Электричество, — пояснила механическая, и в этот момент их схватили в сети и куда-то понесли всадники летучих мышей.

## Глава VIII. Я вас изгнал, они вас вернут! А мы пока развлечёмся...

— И кто вы такие? — начал Лён после того, как отправил Стражей дальше патрулировать границу от "ведьмаков". Читать мысли он не мог из-за спора с Вольхой, что он и дня не протянет без чтения мыслей, а выигрышем была зарплата Верховной Ведьмы, то есть спорщицы."Правильно говорят, — подумал вампир, — только вспомнишь, и она уже здесь".

— Лён, смотри, кого я поймала! — радостно кричала золотисто-рыжеволосая девушка лет двадцати, таща за собой Радугу. — А это кто? Снова на тебя охотится?

— Не знаю, — пожал плечами Повелитель. — Сами молчат, а читать их я не могу из-за нашего спора. И кого ты притащила?

— Ангела! Или кого-то на него похожего. Что с ним делать: отправить в церковь или к адептам?

— Радуга... — Полина старалась сказать это максимально тихо, не зная, чего от этих ожидать, но беловолосый услышал.

— Может ещё, что о ней скажите, дамы? — улыбнулся вампир, обнажив острые клыки. Не выдержавшая по каким либо причинам Полина отрубилась.

— Вот гхыр, — выругалась волшебница.- Лён, может прочтёшь их?

— Я не собираюсь платить тебе внеочередную зарплату.

— Хорошо, тогда я отказываюсь от зарплаты этого месяца. Теперь прочтёшь их? Учтите, это очень больно, — соврала ведьма.

— Хорошо, мы пришельцы из другого мира, — начала Зоя, решив, что если чтение мыслей здесь может служить пыткой, то что говорить о пыточных. — Я — Зоя, она — Пинки Пай, упавшая в обморок — Полина, пленница — Радуга Дэш.

— Следующий вопрос: как вы сюда попали? — спросила Вольха.

— Они здесь по воле некого безумца Фериса, — прочёл мысли Пинки вампир.

— А откуда ты узнал, Повелитель Догевы Ар'Актур Тор Од'Вист Шэонэл, последний Повелитель рода Шэонэл?

— А как вас зовут? — спросила Радуга.

— Я Вольха Редная, для большинства просто Вольха, а он, как сказала Пинки, Ар'Актур Тор Од... Язык сломаешь. Короче, он Лён.

Все, кто был в сознании уставились на кудрявую: узнать имя!(Зоя и Радуга), без запинки произнести имя вампира!(Лён и Вольха)

— Может быть, ты развяжешь меня? — напомнила о себе "ангел". Ведьма щёлкнула пальцами и сеть исчезла, позволив Радуге встать.

— Может, расскажете, кто вы такие? — спросила Вольха.

Выслушав историю появление их в Догеве, вампир и ведьма призадумались, но не надолго. Вскоре появились два варианта как вернуть их домой: активировать Ведьмин Круг или Старминский портал, для активации которого требовались двадцать архимагов.

— Мда... Собрать двадцать архимагов для отправки в другой мир четырёх пришельцев вряд ли получится. А Круги — слишком сложно найти нужные камни, и не факт, что портал откроется куда надо.

— Может, вы пока останетесь в Догеве? Кровь мы не пьём, летать не умеем, чего вам надо? — предложил Лён.

— Но кем мы будем здесь работать? — озадачилась Полина, не любящая быть трутнем. На счастье, мимо проходил Кайел, пока что не умирающий. Тут нашлась работа для Полины: как биохимик, она немного разбиралась в медицине, и Лён с Вольхой без зазрения совести спихнули "вечно больного" на плечи человечки. Радуга решила заниматься тем, чем занималась в Эквестрии, настраивать погоду, Пинки решила найти занятие себе сама, Зою отправили на границу долины оберегать ту от шальных охотников на вампиров.

Через неделю таких трудов Зоя обогатилась кинжалами, арбалетами, чесноком, пятьюдесятью кладнями, двадцатью серебрушками, тремя медяками и несколькими серебряными болтами. Полина, также как и все, начала бегать от "умирающего" Кайела, после четвёртого дня постоянного осмотра совершенно здорового вампира. На Радугу начали жаловаться из соседних городов и селений, за угон дождевых облаков и тенька, точнее жаловались на вампиров. Пинки Пай нашла работу и стала искать для всех Келлу за еду и успешно находила, хотя никто, никогда не мог её по необходимости найти.

Через месяц после выкидывания в Догеву, в долину прибыл Учитель — Ксандр Перлов. Стрела, отклонённая на Зою, заставила её убежать к Дому Старейшин.

— Вольха, Лён там маг приехал, как воевать будете? — скороговоркой проговорила она, едва прибыв к Дому.

— Да не бойся ты, Стражи магов не боятся, — отмахнулся Лён, пытаясь на пару с Вольхой и Келлой разобраться в бумагах, присланных с разных городов. Зоя, успокоенная этим заявлением, начала обеспокоенно ходить по Дому.

— Лён, смотри! Тут сообщение от Учителя. Он пишет, что... А, тут симпатические чернила, читай сам, — и, сунув листок Повелителю, она вернулась к бумагам.

— Так... Он пишет, что он сегодня приезжает по причине магического возмущения и угона дождевых облаков вампироподобным существом, — проявив чернила сообщил он, а к этому моменту в Дом вошёл гость долины.

— Именно так, Повелитель Догевы Ар'Актур Тор Од'Вист Шэонэл, — отвесил поклон Учитель.

— Ксандр, можно без этих титулов и прочей официальности? Порой надоедает, — не отвлекаясь от бумаг ответил Лён. На грозное ворчание Верховной Травницы он внимания не обратил и продолжил, — На твои письменные вопросы отвечу сразу: дождевые облака из Стармина крала Радуга на заказ Вольхи.

— Упырь, ты тоже их заказывал, — решила не тонуть одна под пристальным взглядом директора Школы Чародеев, Пифий и Травниц.

— Ведьма, — ответил вампир.

— Кто такая Радуга? — прервал загорающуюся склоку гость.

— Крылатая девушка из другого мира, позвать? — оживилась волшебница, отходя к двери.

— Вольха, не надейся удрать, я пойду с тобой. — И, покинув Дом Старейшин, они направились искать воровку облаков, оставив Лёна и Келлу воевать с макулатурой.

Обнаружив её на осине, Ксандр спустил "ангела" с небес на землю и начал расспрашивать бывшего пегаса. Она, решив позвать остальных, улетела, ничего не объяснив архимагу. Радуга искала спутниц, Вольха — Радугу, Учитель — всех выше упомянутых. Таким образом Ксандр Перлов и все остальные встретились только в Доме Старейшин, откуда Лён уже спровадил и Келлу и наслаждался тишиной и отсутствием нотаций "как нужно быть Повелителем".

— Вольха, представь нас, — попросил Учить.

— Радуга, Полина, Зоя, Пинки — Ксандр Перлов, Ксандр Перлов — Пинки, Зоя, Полина, Радуга.

— Так это ты собиралась меня подстрелить? — обратился он к воровке.

— Я и сейчас готова это сделать, — прошипела та, доставая кинжал из кармана плаща.

— А ты, я так понимаю, Радуга, Воровка облаков? — Крылатая потупилась, но эта скромность быстро сменилась вопросом, кто её так окрестил.

— Ковен Магов. Ты тогда украла из Старминской Школы Чародеев, Пифий и Травниц дождевые облака, и мы только тогда обратили на тебя внимание.

— Плохонькие облака тогда, честно сказать были: пара капель упала и всё.

— Учитель, а можно отправить этих иномирок назад, при помощи школьного портала? Вы ведь открыли портал, когда требовалась помощь Арлиссу [Одна из двенадцати вампирьих долин. Книга "Ведьма-хранительница], — предложила ведьма.

— Ты забываешь, что для его активациии требуется двадцать архимагов, и я сомневаюсь, что они будут собираться ради четырёх иномирок. И к тому же, может, портал откроется вовсе не в нужный мир, а куда-нибудь подальше.

— А если использовать не двадцать архимагов, а полсотни адептов? — Пинки Пай спокойно лежала в кресле, наполовину выставив половину тела в воздух.

— Адепты? Смотря что им предложить... Учитель, вы согласитесь поставить полусотне адептов положительный балл?

— Вольха, не забывайся. К тому же, вряд ли они сумеют активировать портал.

— Ой, — отмахнулась рыжеволосая, — подумаешь. Адепты доказали победу магии над здравым смыслом, вывесив чьи-то штаны на башне Школы.

— Хорошо. Но отвечать за результат будешь ты и поедешь со мной.

Три дня пути (Радуга летела, остальные ехали на Смолке, к'ярде Вольхи и взятых в аренду лошадей и не очень у не вампиров долины) прошли незаметно. Вольха немного огорчилась, не встретив разбойника, у которого она отбирала деньги, но в целом ничего существенного не произошло, если не считать заплутавшего в лесу загрызня [Невидимая тварь, созданная для убийства, помесь нескольких существ, размножается раздваиванием при поедании двадцати тел], которого удалось приручить благодаря Пинки Пай, которая где-то нашла управляющий браслет.

Полсотни адептов. Что может быть хуже? Правильно, любое количество адептов, которое больше пятидесяти людей и не людей. В общем, встретила загрызня и остальных толпа адептов, которые пытались повесить чей-то скелет на башню, на которой уже висели штаны.

— Кто последний, тому смерть! — выкрикнул кто-то из адептов и первым скрылся в портале. Последнего определить не удалось, поскольку все остальные мигом удрали следом.

— Это кто? — спросила Дэш, подумывая о помощи этим людям.

— Адепты, — вздохнул Ксандр. — Вольха, давай я тебя порекомендую Ковену в качестве директора?

— Учитель, вы что? Я была адептом не так давно, и я не собираюсь управлять Школой.

— А где башня Портала? Случайно не эта? — Воровка указала пальцем на разрушенную башню, которую недавно решили восстанавливать.

— Вон та, — указала Вольха на противоположную башню, открыла портал и скрылась в нём. За ней последовал директор, а потом и все остальные.

— Вольха, как ты собираешься заставить адептов истратить весь свой резерв? — спросил Ксандр Перлов, поглаживая загрызня, надеясь, что его адепты не разберут на чучело.

— Можно пригрозить им загрызнем. Хотя поцарапать алмаз... Рычарг!

— Ну Рычарг, чего тебе стоит пыхнуть магическим огнём на портал? — упрашивала дракона ведьма.

— С-с-слишком дёшево. Мес-с-сяц не брать артефакты, — шипел дракон.

— Две недели, — отрезал Ксандр.

— Месяц.

— Полмесяца.

— Месяц.

— Полмесяца.

— Год! — вставила Волха.

— Да! Нет! — вскричали дракон и директор.

— Месяц, — сказал дракон.

— Полмесяца.

— Полмесяца.

— Месяц.

— Согласен. — Доволный Ксандр Перлов уже направился к выходу, но осознал, что Рычарг выиграл.

Дракон, как и обещал пыхнул пламенем, портал активировался, его настроили по памяти Радуги и всё. Вся четвёрка ушла в другой мир, оставив Ксандра и Вольху наедине со святым Фендюлем, который сейчас стоял рядом с ними и доказывал правоту дайнов.

— Ааа! — кричала Рарити.

— Ещё чуть-чуть, — успокаивала её Полина, двигая вперёд-назад округлым предметом. — Всё! — возвестила зоолог, отпилив вырост на запястье. Глядя на это, Лира отступала к двери, сжимая крылья. Спас её от бывшего микробиолуха Вениамин, возвестивший о том, что капитан их позвал.

— Итак, пришельцы, что вы умеете? — спросил Станислав Федотович.

— Я умею создавать различные платформы из ничего, — признался Амадей.

— Тоже мне маг.

— А откуда вы знаете? Я вам не говорил. Вы телепат?

— Не знаю... Стоп, в каком смысле? Ты действительно можешь? — Маг кивнул. — Покажи.

— Куб, доска или пирамида?

— Пирамида, — сказала Полина, опередив капитана. В воздухе начали появляться призрачные синеватые линии, постепенно замыкающиеся в парящую пирамиду. Когда все линии замкнулись, в воздухе острием вниз повисла названное геометрическое тело.

— А какая доска и куб? — заинтересовался Вениамин. В воздухе повторилась эта операция, только линии замкнулись прямоугольником и кубом. Когда последние появились, их принялся изучать Михалыч — корабельный механик. Ещё бы, шестерёнки, двигающиеся сами по себе — интересная вещь.

— Эмм... Пирамида должна двигаться к Дэну? — спросил Тэд.

— В Эквестрии пирамиды тянулись только к Кибернетике, — пожала плечами и крыльями Лира.

— Мяяяуууу! — протянулось из под диванчика.

— Котька! — взвыл капитан.

— Это кто?

— Наша местная бестия, — ответил капитан. — А что умеешь ты, Лира?

— Играть на лире, мелкие поручения. — Дальше все отвечали без вопросов.

— Дизайнер-модельер.

— Фермерша.

— Значит будете жить как микробиолухи, кают хватает, да и еды тоже. И что это за Эквестрия? — поинтересовался капитан, выразив всеобщий интерес.

— Мир, из которого мы прибыли. Технологии развиты слабо, преимущественно магия, — ответил Амадей.

— Понятно. Тэд, проведи экскурсию нашим "зайцам", всё равно мы сейчас на автопилоте. — Сам капитан поспешил удалиться в медотсек, советоваться с Венькой, что делать с этими пассажирами. Сам Тэд надеялся спихнуть "экскурсию" на Дэна, но тот включил режим "киборга" — стал уточнять, что именно требуется сделать, рассказывать ли о строении корабля и прочее, прочее, прочее. На счастье пилота, Полина забрала честь экскурсовода себе. Больше всего всем приглянулись вирт-окна, и теперь каждый "заяц" считал своим долгом порыться в библиотке корабля и бесплатной "Википедии": Амадей рылся в механике, Рарити посещала сайты об истории моды, Эпплджек искала статьи насчёт фермерства, Лира бороздила просторы инфранета, читая все статьи подряд, кроме пошлых и интимных, по крайне мере при всех. За несколько дней они установили дружественные отношения: все рассказывали о своих родных и не очень мирах (команда "Космического Мозгоеда" тоже: родились ведь на колонизированных планетах, а рассказывали про совершенно другие, ибо не испытывали тёплых чувств к родинам), а также о знакомых.

— Ого! — удивилась Лира, как всегда сидя за специально выделенным ей вирт-окном.

— Что такое? — быстро среагировали все, кроме Михалыча: тот сидел в машинном отделении.

— Я нашла одну статейку насчёт Фериса.

— Тот тип, который отправил вас к нам? — попытался вспомнить Вениамин.

— Не тип, а мой муж, — возразила крылатая. — Но статья действительно любопытна: пишут, что на Земле года три назад объявился инопланетянин с козлиными ногами и пёстрыми волосами. Интересно то, что он ни на чём не прилетал и на планете никогда не жил. Вёл себя несколько ненормально: переодически жил в психбольнице по своему желанию, несколько недель жил в разрушенной тюрьме, один день в округе бегали четырёхкрылые ящерицы. Вот и вся статья.

— И что такого? — не поняла Полина. — Ну сумасшедший, на Земле к таким привыкли.

— Копыта и ящерицы. Ведь в вашем мире и других мирах нет таких существ?

— Нет, — авторитетно заявила зоолог.

— Ферис — генетик, и он...

— Здравствуйте. Введите в червоточине координаты плюс девять, плюс двадцать шесть. До свидания. — Дама в чёрном исчезла также быстро как и появилась.

— Эээ... И кто это был?

— Не знаю, — ответил Тэд. — Пойду пока введу координаты, всё равно таких не существует.

— Ну ладно. Дэн, не знаешь кто это был?

— Лица я не увидел, — ошарашенно сказал навигатор. — Инфракрасное зрение ничего не увидело.

— Похоже, это кто-то из расы Фериса. Портал похож, — сказала Рарити.

— Да и голос... Слушайте, а может это Селена? Или сам Ферис? — сказала Эпплджек. — А там должен быть голубой свет? — указала на иллюминатор она.

— Нет. Маша, что это ты открыла?! — прокричал капитан.

— Исполнила желание твоего раба, белый господин, — произнесла Маша, выглядевшая как худая индуска с пышной грудью, и что самое странное, интимные места тела были скрыты. Немного, скорее подчёркивали их, но гораздо сильнее поражало то, что у неё был виноватый голос.

— Маша, ты это можешь отменить?

— Нет, милый. И это не подчиняется дырокамере.

На этом моменте корабль поглотила дыра и всё исчезло. Когда всё появилось то оказалось, что никто и ничто не пострадало, а вот корабль... Корабль чудом лежал на крохотном для такой махины островке земли, на котором стояло башнеподобное сооружение. Всего один взгляд на эту башню и пони уверенно сказали:

— Поздравляем. Вы в нашем мире.

— Кто вы такие? — грозно спросил Тралл у "представителей" Альянса.

— Нам обязательно отвечать на заданный вопрос? — холодно поинтересовалась Кибернетика. Вождь Орды опешил: обычно пленники либо грозились либо сразу отвечали.

— Хорошо. Как вы оказались возле Огриммара?

— Огриммар — это крепость в которой мы находимся? — поинтересовалась Твайлайт. Вождь окончательно опешил: не знать название города, в который собираетесь проникать?

— Извините... Но что такое Альянс? — осторожно спросила Флаттершай, впечатлённая топорами, висящими на стене дворца.

— Вы точно человек, ночная эльфийка, эльфийка крови и машина гномов?

— Как ты смеешь нас оскорблять, гоблин с молотом? — Понтий вытащил меч и наставил его на орка.

— Похоже вы действительно не из Альянса. Что вы делали посреди материка и владеете ли вы своим оружием?

— Я да, остальные нет. А ты владеешь? — продолжал угрожать рыцарь.

— Газлоу, организуй дирижабль до Терамора. Будем изучать этих иноземцев.

Слово вождя — закон. Именно этим руководствовался гоблин, когда отстаивал право на задержание дирижабля. Когда подошёл вождь, то он облегчённо вздохнул и отошёл от транспорта.

Добравшись до острова Терамор, а точнее до небольшого островка около первого Тралл представил иномирок Джайне Праудмур, нынешней правительнице Терамора и Верховный Маг в одном лице.

— Тралл, откуда ты узнал, что я буду здесь? — не поворачиваясь спросила она, склонившись над могилой своего отца.

— Это единственное место где я могу тебя найти. Наше традиционное место встречи не подходит из-за двух моих спутниц, одного спутника и одной вершины технической идеи.

— И кто это такие? — колдунья повернулась и увидела вождя Орды в окружении эльфийки крови, ночной эльфийки, человека и кибернетической формы жизни.

— Что здесь делает эльфийка крови и к тому же целитель? Ведь они все ушли вместе с Иллиданом.

— Это не совсем эльфийка. Флаттершай, покажи крылья. — Эльфийка робко показала крылья и ненамного воспарила над землёй.

— Не совсем эльфийка... — задумчиво проговорила юная Праудмур. — У этого пехотинца отличающаяся от традиционной броня. У ночных эльфов нет привычки разделять волосы по цветам. А последняя это...

— Кибернетика. Кибернетическая форма жизни. Обладаю душой, могу испытывать эмоции.

— Это вершина технического развития гномов. Что вас ко мне привело?

— Я не знаю как вернуть их в родной мир и поэтому пришёл к тебе.

— Может, пока обучим их владению оружием? Им будет полезно.

— Джайна, может тогда позовём и Тирэнд? Ночные эльфы лучше всех владеют луком и поможет нам в разрешении вопроса.

— Согласна, я сейчас. — Джайна коротко кивнула и открыла портал к Мировому Древу. Вскоре они появились, но только в воде. Тирэнд прибыла верхом на своём лунопарде, а волшебница оказалась по пояс в воде.

— Приветствую, Тралл. Что заставило просить тебя помощи людей и ночных эльфов?

— Приветствую, жрица Тирэнд. Причину моей просьбы вы видите возле своего питомца.

Жрица смотрела на спину опустившейся на колени Флаттершай, которая играла с лунопардом.

— Крылатая эльфийка крови? Сильвана где-то отыскала их и отдала на опыты?

— Нет, но причина серьёзная. Некто Ферис отправил их в Азерот в приступе безумия. Бред, конечно, но духи говорят верить им. Как тогда, когда Медив пришёл ко мне с вестью о демонах.

— Тралл, я тут подумала и... Может привести сюда ещё и Сильвану? Вы ведь заключили союз?

— Нет, — возразила жрица Элуны. — Отрёкшиеся никогда никому не помогают. Они убьют всех ради достижения своей цели.

— Не знаю. Сильвана была разумна, когда говорила со мной о союзе. Пускай Джайна приведёт её, мы ничем не рискуем.

— Хорошо, я сейчас. — Спустя несколько минут Тёмная охотница вместе с повелительницей Терамора свалились на песок острова.

— Надо поработать над заклинанием, — решила Джайна, отходя к Твайлайт.

— Зачем ты привела меня сюда? — с луком наготове спросила Тёмная Охотница.

— Нежить! — вскричал Понтий, напомнив о себе, и пошёл в атаку.

— И кто это такой? Вы решили лишить Отрёкшихся предводительницы? — отбивая удары рыцаря, поинтересовалась Сильвана.

— Нет, Джайна Праудмур отправила вас сюда, чтобы вы помогли отправить нас в родной мир, — сказала Твайлайт, ненадолго оторвавшись от разговора с колдуньей о телепортации.

— Кто это такие?

— Помолчите немного, — попросили Твайлайт и Праудмур некая дама в чёрном одеянии, скрывающим лицо. — Я могу отправить вас в родной мир и имею желание. Тем более что вашим друзьям я уже помогла, — открыв порталы под ногами иномирок, загадочная дама обернулась к представителям рас:

— А вам я посоветую как-нибудь собраться, попить чаю и за этим делом обсудить планы нападения на Плеть. Разрешите откланяться.

Исчезнув в потоках тьмы, окруживших даму, она растворилась, оставив нелёгкую думу на голову представителей: объединиться со своими врагами или умереть под властью Нер-Зула?

Первое, что увидели возвращённые из мира Азерот и мира Вольхи это космический корабль, из которого вышли люди и другие возвращённые. Второе, что все увидели — это Ферис, перепачканный позолотой и фиолетовой краской, носящий на шее петлю и виновато потупивший взгляд.

— И как вы вернулись из Азерота, мира многорасья и мира микробиолухов? — спросила Эзара и Зури, тоже перепачканные и виновато улыбающиеся.

— Вы не против, чтобы мы разрушили верхушку Кантерлота?

## Глава IX. Сестра Богини и повседневность

— В каком смысле — разрушили вершину Кантерлота? — с явным подозрением в голосе спросили все Хранительницы.

— Ну мы того... этого... разрушили крышу дворца принцесс. Всего один купол! — уже удирая к окраине острова, кричали Ферис, Зури и Эзара. Каково же было удивление Фериса, на котором сидела Эзара, которая удерживала Зури, когда вся их троица обернулась и увидела дико хохочущих тех, кто должны были их разорвать как минимум пополам.

— А вы не хотите нас убить? — спросил генетик, подлетая к острову. Как только он скинул всех пассажирок, Хранительницы и Троица продолжили хохотать.

— Мы? Вас? Точно, а чего это мы?

— Ладно, ладно, — увидев Тэда с плазмомётом призналась Эзара. — Мы просто перепачкались в краске крыши дворца. Кстати, а чего вы вернулись вместе с мозгоедами?

— А нам некая дама в чёрном сказала координаты, — успокоилась Лира, а потом начала успокаивать остальных. Вместе с ней успокоились и остальные, а мозгоеды направились к озадаченным создателям и изменителям существо-растение-земель.

— Ты Ферис? — протянула руку Полина, которая зоолог. Тот кивнул, готовясь к экстренному взлёту. Когда же девушка повторно протянула ему руку, он с удивлением на неё покосился. Потом вспомнил, что с протянутой рукой надо делать и пожал её.

— А чего ты подошла ко мне здороваться?

— Можешь дать мне крылья? — В ответ на эту просьбу генетик расхохотался и ушёл в обморок.

— Чего это он? У него такая слабая нервная система?

— Не настолько слабая, но всё равно хиленькая, — ответила Зури, знакомясь с мозгоедами.

— А как вы сюда попали? В вашем мире магии ведь нету.

— Мы уже отвечали: нас сюда дама в чёрном выкинула, дав непонятные координаты, — ответил Тэд, он же пилот.

— А у неё лицо было?

— Нет, — ответил навигатор, он же киборг, он же Дэн. — У нею не было лица. — Эта фраза произвела на Фериса эффект нашатыря — он вскочил, открыл портал из которого вывалилась Селена и спросил:

— Селена, у тебя есть сестра?!

— Как ты смеешь, смерт... А это ты, Ферис. Да, у меня есть сестра, а что?

Но Ферис уже не отвечал, поскольку расплылся в счастливой улыбке и снова упал в обморок. Тогда богиня обратила внимание на иномирцев.

— Космические Мозгоеды? Как вы и ваш корабль сюда попали?

— Кто это такая? — спросил Дэн с бластером наготове.

— Это Селена, азгардийка, наша подруга по неволе.

Полина облегчённо вздохнула и кинулась осматривать богиню. Та отступила и оградилась прозрачным барьером. Зоолог огорчилась, но заметив отступающую Рарити и улетающую Лиру, принялась исследовать Радугу, которая тоже улетела. Остальных прикрыла Твайлайт, и Полина перешла в атаку на Фериса.

— Полина, может ты сначала познакомишься со всеми, а уж потом будешь их изучать? — предложил капитан.

— Я подумаю, — рассеяно произнесла та.

— У меня один вопрос: как мы покинем этот мир? — спросил Станислав Федотович, с подозрением косясь на Фериса.

— Извините, но пока Ферис не очнётся, то никак, — ответила азгардийка.

— А та дама в чёрном? — с лёгкой паникой спросила Полина, которая из другого мира.

— Моя сестра Азара? Я и она знаем точные координаты только этого мира, Азгарда и родного мира этой троицы редакторов-создателей. Так что спрашивайте координаты у Зури и Эзары.

— А они знают координаты нашего мира? — предчувствуя беду, спросил Вениамин, врач.

-Неа! — безмятежно крикнула Эзара, которая привязывала свою ногу к своей руке. Зури же уточнила:

— Только Ферис знает координаты вашего мира, поскольку на спор выучил координаты всех миров этого сектора. Кстати, ваш мир, то есть Земля, один из тех миров, который соприкасается с другими мирами естественным расстоянием, а не порталами. Будем знакомы — Зури, наиболее нормальная из нашей компании. Надо будет как-нибудь навестить Эрену, Сарица и Тезура... Хотя зачем? Кстати, Эзара, когда ты поменяла свою способность земледельца на геолога?

— Я поменялась с Сарицом, и они теперь живут где-то в районе мира, который не помню как называется, но...Эзара, ты же знаешь, ну не повесишься ты, если будешь висеть на ноге! О чём это я? А, но в Идейном мире его называют игрой "Герои Магии и Меча". Ой, а чего я сама с собой разговариваю? Хи-хи... — На этой ноте геолог начала отвязывать себя от корабля, а Ферис вываливал вещи из своей тряпичной сумки.

— Скажите, вы умеете вести политику? — обратился генетик к команде мозгоедов. — Кто в "Повелителя мира" сыграет?! — крикнул он на весь остров Склепа, откопав шкатулку.

— Я!- крикнули Зури, Эзара, Лира и Радуга. Подумав, к ним присоеденились остальные Хранительницы, Селена и Кибернетика. Потом к ним присоединилась Троица, состоящая из Амадея, Понтия и Зои.

— Эй, а вы будете играть? — обратилась Зури к инопланетянам.

— А что это за игра? — поинтересовались Полины.

— Проще говоря так: вы управляете страной, племенем или космической империей. Понятно? Так вы с нами или нет? — спросила Зури.

— Хорошо. Кто пойдёт играть? — устало спросил Станислав Федотович. Вызвались играть Полины, Тэд и Дэн.

— Остальные будут наблюдать или просто постоят? — спросил Ферис. — Ой, погодите, я ведь забыл кое-что!

Отбежав от шкатулки, генетик наспех создал тело, напоминающее тело Селены, только более тёмное: чёрные шипы на перьях, очень тёмно-стальной оттенок шерстки, чёрно-тёмно-фиолетовая грива и хвост и рог стального цвета. После создания тела он открыл портал, выдернул что-то невидимое и представил:

— Приветсвуйте Азару, богиню безумия и сумасшествия, сестру Селены, участницу проекта "Создатели".

— Как ты посмел, смертный... — начала Азара, но Ферис её оборвал:

— Как я посмел выдернуть тебя, богиню всех миров из твоего изначального тела и воплотить в этом смертном теле. Дальше идёт угроза смерти в страшных муках, потом попытка меня убить, в общем всё как обычно. А сейчас помолчи, поскольку сейчас ты должна была разразиться тирадой "Как ты посмел, смертный", но мне лень тебя слушать, поэтому спрашиваю сразу: зачем ты дала этим, — Ферис указал в сторону космического грузовика, — координаты этого мира?

— Чтобы исправить твои последствия, — ошалело произнесла Азара.

— Сыграешь в "Повелителя мира"?

— Понаблюдаю.

— Так, мозгоеды, Амадей, Зоя, Понтий, не пугайтесь и не сопротивляйтесь, — говорил генетик, поворачивая что-то в шкатулке.

— Как будем играть, по группам или сам за себя? Кто ответит первым то решение будет занесено, — поинтересовался Ферис, когда все очутились в открытом космосе над некой мёртвой планетой. Эзара первой выкрикнула, и "настройщик" создал группы.

— Какие группы? Кто с кем хочет или по мирам?

— Амадей, Зоя, Понтий — первая группа, Хранительницы — вторая, ваша троица и Лира — четвёртая, мозгоеды — пятая, Селена — шестая, Полина и Кибернетика — седьмая! — выкрикнула Азара.

— Эй, она ведь вне игры! — возмутился Тэд, желавший разгромить всех и вся в одиночестве. В ответ на это Ферис показал ему язык и сказал:

— Меня всё устраивает, кроме одного: Киб и Дэн. Они будут каждый сам за себя. Я тоже, а Полина, которая биохимик, будет вместе с Селеной. Возражения я проигнорирую. Какой будет климат планеты?

— Экстремальный! Мягкий! Жаркий! Холодный! — полетело со всех сторон.

— Значит случайный, — решил Ферис, и все с удивлением наблюдали, как поверхность планеты изменяется: пустыни соседствовали со льдами, посреди ледников стояли вулканы, среди зелёных хвойных лесов вспыхивали пятна тропической и арктической растительности и наоборот. — Такой климат всех устроит?

— Да, — несколько завороженно произнесли игроки.

— Количество стратегических ресурсов и их разновидности? Присутствие магии и магических существ? Наличие озёр, морей, рек, океанов? Наличие редких ресурсов?

Стратегические ресурсы типа железа были, радиоактивные вещества отсутствовали, магия присутствовала, водные пространства заняли половину мира сего, размер мира — больше среднего, редкие ресурсы типа золота, алмазов присутствовали. Оставался выбор расы.

— Выбирайте какую угодно расу. Критерии поиска можете придумать сами, некоторые расы лишены магических особенностей. Забыл одну вещь сказать: мы все начинаем с уровня "Племя". Какое решать вам: кочевое или оседлое- рассказывал "настройщик".

Расы получились следующие: первая группа быстрые, бесшабашные, если повезёт владеющие общей магией существа, чья верхняя половина — человечье тело, нижняя — паучья, питалось это существо исключительно мясом; Хранительницы сошлись на всеядных существах владеющих магией, тоже если повезёт, напоминающих гибрид дракона и пони: покрытое чешуёй тело, драконьи крылья, способность извергать пламя, но телосложение напоминало пегаса; Лира, Зури и Эзара сошлись на быстром треногом существе, владеющем магией на низком уровне, но ей владели все представители этого вида, чей рацион состоял из растительности и немного мяса; мозгоеды прониклись патриотизмом и выбрали не владеющих магией людей; Полина с Селеной остановились на азгардийцах, мудрых и владеющих магией аликорнах, но плохо владеющих оружием; Киб и Дэн, благодаря искусственному и не очень интеллектам выбрали агрессивные расы, но Киб выбрала четырёхногого паука с прочным природным панцирем, то Дэн остановился на сгорбленных человекоподобных существах с длинными и острыми когтями и не менее острыми зубами; Ферис выбрал травоядных, быстрых, владеющих магией ящероподобных существ с плохонькими когтями и зубами.

— Все определились? — спросил Ферис. Все кивнули, ожидая битв и союзов, но Ферис нагло заставил всех покинуть игру.

— Почему ты выкинул нас из игры? — спросила Лира, паря над головой наглеца.

— Не бойтесь, все настройки сохранились. Меня мучают два вопроса, относящихся к Селене и Азаре. Кто создал эту игру и от чего вы вымерли?

— Игру создала я, — гордо заявила голубоглазая Селена. — А идею мне подкинул молодой азгардиец, когда я покидала театр. Какой именно — не помню, это было лет пятьсот-шестьсот назад. А на второй вопрос нам запрещено отвечать.

— Ладно. Насколько я знаю вы с Азарой кровные сёстры королевской крови и в вашем роду постоянно кто-то представлял Азару и Ионериаду. Не спрашивайте, откуда я это знаю, меня интересует другое: сколько миров вы закончили, прежде чем кто-то из ваших придумал поручить это расе чуть ли не полубогов? — Если почти все не понимали о чём речь, то Зури и Эзара внимательно слушали и даже понимали о чём речь.

— Только два, — ответила Азара. — Эквестрию, за её присмотр отвечает Лорен Фауст, и её человеческую копию.

— Эмм...Вы уверены, что Лорен Фауст присматривает за Эквестрией? — усомнилась Зури. — Просто мать Фериса так звали. Все ещё думали: кому нужно носить сдвоенное имя, когда есть столько случайных наборов букв? И она исчезла без вести лет девятьсот назад.

— Уверены, — хором ответили азгардийки. — Мы её посещали лет триста назад и она в добром здравии тогда была.

— Теперь скажите, можно ли в прошлом творить всё подряд, не влияя на настоящее или будущее? — задал вопрос Ферис, на что все демонстративно фыркнули и начали доказывать, что невозможны путешествия во времени в принципе.

— Неа, умники. Во-первых Твайлайт как-то отправилась в прошлое и из-за этого неделю возилась с этим прошлым в том прошлом. Я так и не смог понять, почему не образовалась временная петля, ведь для того, чтобы она отправилась в прошлое, требуется чтобы она отправилась в прошлое в будущем, а для этого надо её отправление в прошлое из этого же прошлого...или будущего, это слишком сложно. Во-вторых, в другой вероятности Твайлайт и два человека, благодаря источнику Забвения отправились в прошлое Азгарда и сообщили твоей матери, что ты умерла. Правда в той вероятности ты воскресла [отсылка к рассказу "Спасти Эквестрию" не помню какой части. Мда, многовато отсылок к другим книгам и фанфикам...]. Также, в той вероятности у тебя нет сестры Азары, есть брат Иерхон, он, как и ты, впитал часть силы Источника, но если ты не свихнулась, то он свихнулся. И ещё. Тот возможный ребёнок Дэш он ещё ,благодаря тебе, полубогиня. Дочь пегаски, человека и азгардийки, причём последняя вмешалась исключительно на магическом уровне и позволила ребёнку существовать. И в-третьих я и есть тот азгардиец, что подсказал тебе идею этой игры. Мне тогда и двухсот лет не исполнилось и мне было очень интересно посмотреть Азгард во время его процветания.

— Не ври мне, Ферис, — прошипела Селена. — Никто не может скакать по вероятностям и временам.

— Я могу. Надо лишь ввести в портал нужные координаты и всё. Могу доказать: я тогда прикинулся азгардийцем и с непривычки пролил на тебя некий сок синего цвета, на тебе тогда было изумрудное ожерелье, ты направлялась к торговым рядам и тогда ты меня ответно полила зелёным соком, а потом я организовал такую войну едой...- мечтательно проговорил Ферис.

— Только один вопрос: как время себе такое позволяет?

— Да легко. Ведь всё это уже произошло. Соответственно ты это уже сделал, главное не убить себя в прошлом, но это уже не возможно, поскольку тогда ты не сможешь себя убить. Всё просто...наверное. Но у меня один раз получилось выпить с самим собой. Правда, тогда я в прошлом не понял, что пил с собой, я тогда был пьян, а я будущий тогда решил попытаться выпить с самим собой. — Тут Ферис ушёл в корабль, оставив всех гадать над его словами.

— Всё, что он тут наболтал — чушь несусветная. Перемещение во времени невозможно! — авторитетно заявил Станислав Федотович.

— Но он весьма подробно описал как подкинул мне идею об игре, — оспорила Селена.

— Я тоже помню битву едой. Виновного мы так и не нашли, но Селена потом сделала ту шкатулку, — припомнила Азара.

— А я рассказала ему про путешествие во времени, — вспомнила Пинки.

— К тому же, капитан, Ферис владеет магией, — сказала зоолог.

— Полина, ты веришь в эту чушь? — спросил Тэд, но тут из корабля выскочил Ферис, после чего корабль исчез. Три бластера грозили Ферису смертью, но он лишь заявил:

— Я отправил его в ваш мир. И если пальнёте, то не вернётесь. К тому же вы не состаритесь, если проведёте здесь хоть вечность: я уже сделал вам соответствующую мутацию!- крикнул сумасшедший генетик и головой вниз спрыгнул с острова, сложив крылья. Следом за ним прыгнули Лира и Радуга. Вскоре снизу послышался смех и эта троица взлетела над островом

— Весело живём мы с Ферисом! — заявила Зури и, отрастив себе крылья, обернулась к остальным. — А что? Я растение! Эзара, приделай себе из воздуха крылья, ты ведь геолог. В долеталки сыграем! — и, спрыгнув с острова, она погналась за генетиком. Эзара же, создав себе каменные крылья, тоже прыгнула и погналась за Радугой. Несмотря на то, что крылья состояли из камня она ими уверенно махала, а Ферис гонялся за своей супругой, и вместе они спрятались в облаке, отогнали его подальше и занялись пошлым делом. Им никто не мешал и никто не подглядывал.

— Станислав Федотович, может останемся в этом мире? — жалобно спросила Полина.

— Полина, наш дом в нашем мире... — начал было капитан, но его оборвал Ферис, разразившийся в воздухе криком, наполненным болью, страхом и ужасом. Он сжал крылья и штопором начал ввинчиваться в воздух, не прекращая кричать. Следом за ним кинулись Зури и Эзара, но они кинулись его не спасать, а тоже разразившись криком начали падать, как и Ферис.

Они все бы разбились, если бы не магические нити, которыми захватила их Азара. Когда дико кричащих самоубийц затащили на остров, они разом спросили:

— Зачем? — при этом в их голосе чувствовался такой ужас и страх, что все его чувствовали.

— Зачем вы сбросились? Ведь вам в воздухе было хорошо.

— Вы чувствовали, когда вы с ужасом осознаёте, что точный срок вашей жизни никому неизвестен? Наш народ часто кончает в возрасте полторы тысячи лет. Наш самый старый житель умер в возрасте двух миллионов лет, и то по причине прыжка в вулкан. Мы боимся жизни. Нет бессмертных, которые не желали бы умереть, — говорила Эзара, не глядя на всех.

— А принцесса Селестия? — спросила её верная ученица.

— Она не может умереть. Слишком сильное чувство ответственности за пони. То же самое самое и с Луной, и с Каденс, — парировал Ферис.

— А Дискорд? — тихо спросила Флаттершай.

— Он — оживший Хаос. Ему не скучно. И что для абсолютно бессмертного пара тысяч лет? Не более чем мгновение. Страхи, ужасы, страдания и скука — участь бессмертных. И Ферис вспомнил об этом ужасе. А следом за ним вспомнили и мы.

— А укоротить срок жизни? Вы ведь можете, — напомнила Азара.

— Можем. На один день, — усмехнулась Зури.

— А вы проверяли? — усмехнулась Азара.

— Можно укоротить и до ста лет, но где найти естественный алмаз на сто карат в родном мире, когда оттуда растащили все драгоценности? Хотя...Ферис, откуда ты достал камни для Ведьминого Круга? — спросила Зури.

— Вытащил из какого-то скелета. Думаешь, получится? А кто согласиться отдать жизнь ради самоубийц? — ожил Ферис.

— Зачем? Ведь шансы и так равны.

— Ну ладно.

Прошло несколько недель. Азгардийки жили в Понивилле, мозгоеды в доме, выращеном Зури, Амадей продолжил эксперименты, Зоя вместе с Полиной варили зелья, Понтий заведовал таверной. Мозгоеды работали грузчиками, азгардийки жили вместе с сумасшедшими смертными Ферисом, Зури и Эзарой. Первый мастерил всякие подвески, последняя их зачаровывала, вторая ими торговала. В общем, всё складывалось нормально. Пока Ферис не нашёл одну подзорную трубу. Но это совсем другая история... История, классифицируемая как повседневная.