# Седьмой элемент

Пчёланчик

Твайлайт Спаркл узнаёт о существовании ещё одного Элемента Гармонии. Вместе с этим она узнаёт, что представителя седьмого элемента в Эквестрии не найти, и снова отправляется в параллельный мир, мир людей...

В этом фанфике Твайлайт Спаркл уже стала аликорном, но никакого Дерева Гармонии не существовало и в помине.

Тут учитываются события, произошедшие в "My Little Pony: Equestria Girls"

И да, это мой первый фанфик, так что извините за неопытность в написании.

***

После четырёх без малого лет фанфик был мною отредактирован. Наконец-то, давно пора уже было это сделать.

## Пролог

Поехали!

Солнечный день в Понивиле — обычное явление, но радость неописуемая. По улицам идут пони, кто парами, кто по одиночке, но у всех на лицах улыбки. Ведь сияет солнце! Во имя Селестии, какое же счастье — быть в этом уверенным.

У всех поднимается настроение, когда они получают приглашение от Пинки Пай на сегодняшнюю «СУПЕР-ПУПЕР-ВУПЕРСКУЮ ВЕЧЕРИНКУ В ЧЕСТЬ ТОГО, ЧТО ВСЕ ТАКИЕ ВЕСЁЛЫЕ!» Как они получали приглашения? Да очень просто: Пинки раздавала им листовки лично, да с такой скоростью, что улицы Понивиля превратились в сплетение множества розовых отрезков. Минут десять ей хватило на то, чтобы оповестить весь Понивиль о намечающейся вечеринке.

И почти все решили прийти. Дел сейчас у всех было немного, так как сейчас середина весны.

Приглашения Пинки раздала всем, включая, разумеется, Твайлайт.

Та с улыбкой приняла приглашение. Однако, когда Пинки умчалась в другой конец городка, улыбка слетела с её лица, заменившись на расстроенное и озабоченное выражение.

— Что мне делать? — спросила она у Спайка, своего помощника номер один, — У меня дел невпроворот, — кобылка с досадой глянула на длиннющий список, лежащий на столе посередине библиотеки, — Но так не хочется расстраивать Пинки…

Да, полгода назад Твайлайт стала принцессой, и теперь её помощь нужна всему Понивилю. Её и раньше многие просили о помощи, когда она была только единорожкой, но сейчас все решили, что все встречи родственников должны проводиться в присутствии принцессы; каждый плод, собранный с грядок огородов, должен быть проверен ею же, и каждую ссору должна решать кто? — Твайлайт Спаркл.

Само собой разумеется, что принцесса считает долгом помочь каждому нуждающемуся в помощи. Титул, правда, всё ещё ей непривычен, хорошо ещё, что к крыльям успела привыкнуть.

— Да ладно, Твайлай, — ответил Спайк. — Даже принцессам нужен отдых. Сходить, повеселиться, немного отвлечься от "обязанностей принцессы".

— Но ведь...

— Ну Тва-айлайт, — укоризненно протянул дракончик.

Кобылка посмотрела на своего помощника и поняла по его умоляющему взгляду, что при отказе ей очень долго придется слушать его укоризненное... молчание.

— Ну… Думаю, ты прав, Спайк. Я и правда сегодня чуть обогнала график. Думаю, часик повеселиться можно.

— Эх-ох-ооох…

Спайк покачал головой: ну не изменить эту библиотекаршу!

Да, не зря Твайлайт согласилась пойти на вечеринку! Как же тут было весело! Да как обычно бывает на вечеринках Пинки. И что принцесса тут не делала! И в «Приколи хвост» играла, и кексы пробывала, в общем — веселье!

— Ну, что я тебе говорил, — спросил у неё Спайк, сидя за розовым столиком в "Сахарном уголке", — Даже принцессы имеют право на отдых!

— Спасибо, Спайк, — сказала Твайлайт и обняла своего помощника.

Через некоторое время Спайк побежал веселиться, а Твайлайт осталась сидеть за столиком попивать чай. Где-то там, в толпе жизнерадостных пони находились её подруги да веселились во всю. Как только чай будет допит, надо будет обязательно к ним присоединиться. Может быть даже, можно будет сделать небольшой сдвиг в рабочем графике...

Об этом думала Твайлайт, попивая чай. И всё было бы нормально, возможно, всего того, что написано ниже, могло не случиться, если бы не одно событие, которое должно было запомниться всем надолго...

Сверху в сторону толпы веселящихся летела Дёрпи. Вернее, не летела — падала. Контролировать полёт она не могла, неизвестно почему, но Твайлайт на этот момент было как-то всё равно. Используя теликинез, она остановила падение Дёрпи, как вдруг случилось что-то ужасное…

Рог принцессы пронзила невыносимая боль. В глазах помутнело, а в ушах зазвенело. Твайлайт закричала, даже не слыша своего крика; ей показалось, что в рог вбивают огромный гвоздь. В глазах помутнело, и она потеряла сознание…

Твайлайт казалось, что она медленно падает в темноте, в сторону неизвестности. Но это ощущение быстро оборвалось, как только Твайлайт шлёпнулась на пол. Он был гладким, но было такое чувство, что его не было. То есть он был, но невидимый. Совсем.

И едва она упала, как стало светло. Твайлайт прикрыла глаза от света, всё-таки ж она минут пять летела в непроглядной темноте.

Когда её глаза привыкли к свету, то она огляделась. Куда ни посмотри — светлая бесконечность. Как космос, только без звёзд и светло.

Проанализировав всё то, что было ДО её потери сознания и ПОСЛЕ, Твайлайт предположила, что она находится в своём подсознании. Но она не имела понятия, откуда у неё была такая невыносимая боль. Не уж то телекинез может так сильно отозваться по организму пони?

Вдруг она увидела вдалеке непонятную точку. Разглядеть, что это, не представлялось возможным — далеко. Телепортироваться Твайлайт тоже не могла — может, в подсознании магия не работает. Но постойте, это же её подсознание. Если она не может сделать чего-то в своей голове, то, возможно, ей что-то мешает. Будто бы кто-то сейчас в голове принцессы вместе с ней же. Но кто или что?

Интуиция подсказывала кобылке, что та точка в далеке даст ответ. Тогда Твайлайт поскакала в её сторону. Бежала не так долго, не то чтобы устала, но дыхание перевести пришлось.

Отдышавшись, Твайлайт подняла глаза, чтобы воззриться на то, что было причиной её бега, и удивлённо отпрянула.

Перед ней было волшебное зеркало. То самое, через которое она несколько месяцев назад отправилась в параллельный мир… Где жили эти… с непонятными штуками вместо передних копыт. С руками. Где она нашла новых друзей, новых врагов и где доказала своё право быть принцессой, забрав свою корону у Сансет Шиммер.

Она уже как-то позабыла об этом зеркале… И вот она снова его видит у себя в голове. Почему?

Мысли и предположения сменяли одно другое, но на первом месте висело самое обычное: не войти ли в него? И едва она подняла копыто, как услышала непонятный, очень низкий голос:

— Я там, я там, ты должна меня найти, найтиии…

Твайлайт застыла.

— Кто вы? — спросила она, пытаясь найти кого-то, смотря в разные стороны, но никого не находя.

— Я — тот, чьё имя сейчас неизвестно, тот, кто может изменить судьбу Эквестрии, тот, кого ты должна будешь найтиии…

Твайлайт стояла в ступоре, едва переваривая услышанные слова, как вдруг подпрыгнула от испуга — заорал уже вполне нормальный, молодой мужской голос:

— Седьмой Элемент Гармонии я, блин!

Твайлайт так и села. А голос всё продолжал уже тем же низким и тихим голосом:

— И ты должна меня найти в параллельном мииииире…

— Но-но как? Я даже не знаю, что вы такое!

— Поищи в библиотеке. Тебе всегда это помогает. А потом отправляйся через это зеркало в мой мир. В Эквестрии ты меня не найдёшь. Больше я ничего не могу сказать.

Неожиданно всё стало мутнеть у Твайлайт перед глазами, свет стал ещё более ярким. Но перед тем, как очнуться (а Твайлайт чувствовала, что именно это и произойдёт) она услышала последние слова голоса, тихие, но отчётливые:

— Хотя… Запомни. Я, представитель седьмого элемента — существо мужского пола…

Дальше последовало затихающее "Гыыыыыыыыыыыыы..." того же самого голоса, и Твайлайт наконец очнулась.

## Глава 1: В путь

А очнулась Твайлайт в мягкой постели. Раскрывать глаза она не спешила, пытаясь переварить то, что увидела у себя в подсознании.

Наконец она распахнула веки и даже дёрнулась, чтобы сесть.

Она поняла, что находится в больнице, по множеству разных приспособлений, поставленных возле её кровати. Но больше она ничего не успела понять, так как голова потяжелела в сотню раз, едва Твайлайт оторвала её от подушки.

Твайлайт уронила голову обратно на подушку и задумалась сразу же о том, что видела. Может, это просто был сон? Бред? Что было в том чае? Кто такая Пинки Пай? Массовое отравление?

Эти мысли были менее чем мимолётными. Разумеется, это бред. Чувствует сейчас она себя более-менее, Пинки Пай — её лучшая подруга, а если бы это был сон, то она бы могла его контролировать. Но она не могла. Значит, это не сон.

А отсюда высплывал логичный вопрос: что ей делать? Она практически ничего не знает о внезапно объявленном новом элементе, но найти его надо. Гармония не будет Гармонией, если есть какой-то элемент, который является одним из ключевых кусочков целого. Его нужно найти, и это понятно даже сейчас, в этой мягкой постели.

Она лежала на спине, глядя в потолок и обдумывая всё это, пока не услышала звук открывающихся дверей. Переведя взгляд с потолка в ту сторону, откуда был слышен звук, она увидела, как в палату входят её подружки Рарити, Эплджек, Пинки Пай, Флаттершай и Рэйнбоу Деш, её помощник Спайк, а так же Принцесса Селестия, Принцесса Луна и Принцесса Каденс («Видимо, всё очень серьёзно, раз даже принцесса Каденс приехала аж из Кристальной Империи» — подумала Твайлайт).

— Ну как ты, сахарная? — ласково спросила Эплджек, — Веселье шло, и тут ты ка-ак закричишь на весь «Сахарный уголок» — и в обморок. Два дня прошло, а ты в себя всё не приходишь…

— Мы так волновались… — тихо прошептала Флаттершай.

— МЫ ВСЕ ВЕСЕЛИЛИСЬ, НО ВДРУГ ТЫ ЗАКРИЧАЛА, ВСЕ ТАК ВСПОЛОШИЛИСЬ, И ТЫ УПАЛА, И ТЫ ТАКАЯ «ААААА!», А ВСЕ ТАКИЕ «ОООООО!»  — затараторила Пинки, и хоть грива её всё ещё была как пушистое розовое облако, говорила она с очень озабоченным.

— Дорогуша, да на тебе лица нет! — со страхом прокричала Рарити, — Что с тобой случилось?

— Да, расскажи нам, что произошло, — попросила принцесса Селестия, — Судя по всему, случилось что-то очень серьёзное. Магия не могла привести тебя в чувство. Даже мы с сестрой были бессильны.

Твайлайт вздохнула и поведала всем то, что она увидела во время своей отключки.

— М-да, — проговорила Рэйнбоу, — То-то я слышала твоё бормотание типа: «Седьмой… Найти»…

— Шо ж ты раньше то молчала?! — с яростью воззрилась Эплджек на Рэйнбоу.

— Подумала, что мне послышалось.

— Да тут любой намёк важен!

— Да я её в больницу за десять секунд ровно доставила и ещё должна была прислушиваться к тому, что она во сне бормотала?! Может, ей это просто приснилось?

Эти слова заставили Твайлайт снова засомневаться: а правда ли всё то, что она увидела? Или это просто сон?

Но едва она это подумала, как её рог снова пронзила острая боль, не такая сильная, как в «Сахарном уголке», но всё же боль. Она тихо застонала…

Перепалка моментально остановилась.

— Что с тобой? — ласково спросила принцесса Каденс.

Боль приутихла.

— Больно. Так же, как в "Сахарном Уголке", но чуть послабее.

— Странно, — прошептала принцесса Селестия, — Возможно, это какого-то рода магический сигнал. Тут определённо замешана магия, причём довольно сильная магия, которая не подвластна даже мне.

— И... Как избавиться от этих "сигналов"? — спросил Спайк.

— Я думаю, тут ответ очевиден. Нужно следовать указаниям того... Голоса. А раз так, то тебе, Твайлайт, придётся снова отправиться в параллельный мир. Иначе приступы боли будут преследовать тебя постоянно.

Подружки молодого аликорна и её помощник испуганно вздохнули.

— Но как? — спросила Твайлайт, — Тридцать лун ещё не прошло, с моего последнего похода должно пройти примерно два года!

— Мы можем с помощью наших совместных усилий сделать портал в тот мир. Это затратит много сил, поэтому воспользоваться тогда зеркалом было более выгодно. Мы откроем его, где тебе будет угодно, и ты сможешь вернуться, когда тебе будет угодно. Так же, ты сможешь вернуться, взяв с собой кого-то одного, хаоса не будет. Но сначала ты должна узнать что-нибудь о Седьмом Элементе.

— Ах да. Спайк…

— Уже, — дракончик протянул принцессам листочек. Твайлайт заметила его и спросила:

— Где ты его нашёл?

— Да как обычно, был один тайничок за книжками. Я его открыл. Кроме этого листочка, там ничего и не было. Из «Элементов Гармонии» вырван, кажется.

— Спасибо Спайк… — с благодарностью прошептала Твайлайт.

Принцесса стала читать вслух:

— «Седьмой элемент гармонии. Название и суть неизвестены. Характеристика: сильнее элементов доброты, честности, щедрости, верности и смеха, в некоторых случаях может достигать силы главного, Шестого Элемента Гармонии. Фактически, Седьмой Элемент воплощает силу всех остальных, при этом оставаясь основной частью Гармонии, и именно из-за этого все элементы в сочетании могут быть действительными без него. Шесть Элементов Гармонии могут действовать и без тайного седьмого, но с ним они становятся более мощными. Если седьмой элемент объединится вместе с остальными шестью — они станут практически непобедимым оружием и практически непробиваемой защитой»

Принцесса закончила читать. Все сидели некоторое время молча. Первой тишину решительно нарушила Твайлайт:

— Я готова идти туда прямо сейчас.

— Прямо сейчас?! — казалось, Рарити сейчас упадёт в обморок. — Милочка, тебе нужно как минимум полдня пролежать в постели!

— Однако медлить нельзя, — вздохнула Принцесса Луна, — Шестой элемент — а именно, элемент магии, чья представительница Твайлайт — видимо, нуждается в подпитке некой силы, которую держит в себе Седьмой Элемент. И действительно, если магический сигнал преодолел завесу паралельного мира, это очень сильный сигнал. К тому же, чем быстрее Твайлайт отправится туда, тем быстрее избавится от болей в роге — в параллельном мире его просто не будет. Здесь же, в Эквестрии, может многое произойти…

Все немного помолчали. Неожиданно Спайк подал голос:

— Я пойду с тобой, Твайлайт.

— Нет, — отрезала принцесса, тихо, но твёрдо.

— Да ладно, там же не так опасно будет, как с Сансет Шиммер.

— А вдруг будет? Я не знаю, что меня встретит, и не хочу рисковать чьими-либо жизнями, поэтому я пойду одна. Прости, Спайк.

Помощник номер один повесил нос. Рарити с сожалением посмотрела на него, после чего сказала Твайлайт:

— Будь осторожна. Как и ты, я не знаю, что тебя там может встретить.

— КОГДА ТЫ ВЕРНЁШЬСЯ, МЫ УСТРОИМ СУПЕР-ПУПЕР-ВУПЕР-ШМУПЕР ВЕЧЕРИНКУ!!!

— Будет ещё с кем в подруги идти! — хмыкнула Рэйнбоу.

— Эм… А я разве не сказала?

— Что?

— Ну, я знаю ещё кое-что о седьмом элементе…

— Да ну? И что же?

— Представитель элемента… он мужского пола…

У Рэйнбоу челюсть отвисла. У Пинки Пай — тоже. Флаттершай и Рарити слегка раскрыли рты. Эплджек присвистнула.

— Ага, записываться в подруги к жеребцу — хмыкнула она. — Скорее, на свиданье…

Рэйнбоу угрожающе посмотрела на ковбойшу, но решила парировать нападение:

— Посмотрим сначала, какой он. Может, на свидание запишется кое-кто другой.

Эплджек даже не нахмурилась, просто беззаботно пожала плечами.

— Но цели это не меняет, — сказала Принцесса Каденс. — Ты должна найти представителя Седьмого Элемента и раскрыть сам элемент. Так же, как ты когда-то раскрыла Элемент Магии. Сейчас у тебя есть подсказки, и ты ими должна незамедлительно воспользоваться. И чем скорее ты попадешь туда, где надо искать тайный элемент, тем лучше.

— Но для начала тебе нужно оправиться от того удара, что был с тобой прежде… — сказала Принцесса Селестия, после чего подошла и коснулась кончиком своего рога кончика рога Твайлайт. Та тут же почувствовала прилив сил, словно внутри её рога проплыло что-то слегка прохладное, и даже встала с кровати.

— Когда мы начинаем? — решительно спросила она.

— Прямо сейчас. Время не ждёт.

Подружки Твайлайт и Спайк почтительно разошлись, освобождая место в центре палаты. Принцесса Селестия, Принцесса Луна и Принцесса Каденс встали в центре с трёх разных сторон, оставив перед собой немного места для портала. Твайлайт уже хотела было подойти, но Принцесса её остановила.

— Тебе нельзя пользоваться магией. Ты восстановила силы, но боль может прийти снова.

Твайлайт кивнула и отошла к подружкам, слегка пристыженная.

— Итак, — скомандовала Селестия, — Начнём!

Рога трёх принцесс засветились.

В центре палаты появился маленький сгусток энергии, постепенно растущий. Принцессы уже закрыли глаза в напряжении. Шестёрка подружек и дракончик молча наблюдали.

Сгусток энергии уже стал сферой диаметром в несколько метров. И эта сфера светилась ярким светом.

Подружки прикрыли копыта глазами и украдкой посмотрели на принцесс. У тех уже летели искры из рогов. Заклинание было поистине сложнейшим.

Сфера стала медленно потухать, вскоре пони уже смогли на неё смотреть. Сфера постепенно становилась прозрачной. Твайлайт уже испугалась, что силы принцесс полностью иссякли, но тут же приметила, что контур сферы виден очень даже отчетливо… Это, к слову, уже и не сфера. Перед Твайлайт и её подругами висел стеклянный диск, охваченный магией.

Этот диск из вертикального положения переместился в горизонтальный и стал медленно опускаться. Опустившись, он слился с полом, и там, где он опустился, стал образовываться портал. Медленно стали появляться разные цвета радуги. Они закручивались и перемешивались, и вскоре площадь, охваченная диском, стала вся покрыта красками. Разные цвета спиралью уходили к середине. И они не были на месте, они крутились. Медленно, завораживающе.

Твайлайт оторвала взгляд от этого чуда и воззрилась на принцесс. И тут же ужаснулась: у Принцессы Селестии появились мешки под глазами, копыта Принцессы Луны дрожали, а обессиленная Принцесса Каденс так и вообще упала на пол. Твайлайт уже поспешила к ней, но та встала и прошептала:

— Я в порядке…

И снова упала на пол. Селестия подняла её телекинезом и положила в кровать, в которой лежала до этого Твайлайт, и сказала:

— Портал готов. Куда ты хочешь попасть?

— Эм…

Селестия снова засветила рогом. Твайлайт уже испугалась, однако это заклинание особых сил у Селестии не заняло. Перед Твайлайт стали появляться картинки из параллельного мира. Это было что-то типа фотографий той школы, в которую она попала. Подружки Твайлайт заворожённо разглядывали эти фото и тех, кто на них был изображён, а сама Твайлайт задумалась, где же ей выйти.

Памятник перед школой:

— Нет…

Школьный кабинет:

— Нет…

Школьный коридор:

— Нет…

Спортивный зал:

— Нет…

Женский туалет:

— Нет…

Мужской туалет:

— НЕТ, НЕТ, НЕЕЕТ!

Столовая:

— Нет…

Кафе:

— Нет…

Бутик «Карусель»:

— М-м-м… Нет.

— Почему «нет»? — возразила Рарити, — по-моему, место вполне приемлимо. И кстати, что-то оно мне напоминает…

— Я могу напугать кого-то своим прибытием, — ответила Твайлайт, — Нужно выбрать какое-нибудь пустое место… Думаю, это подойдёт, — сказала она, указав копытом на мусорные баки. Рарити снова запротестовала:

— Да ты посмотри, как там мерзко!

— Зато там нет ни пони. Я смогу остаться какое-то время незамеченной и найти своих друзей тихо, не привлекая внимания.

— А что дальше?

— Посоветуюсь с ними, мы проанализируем ситуацию и совместными действиями будем искать того, кто нам нужен. Я найду представителя элемента и приведу его сюда.

— Ты так говоришь, будто он — всего лишь вещь, — заметила Эплджек, — А шо будет, ежели он не согласится?

Твайлайт над этим не подумала. А действительно, согласится ли представитель элемента, кем бы он ни был, отправиться в Эквестрию, покинув свой родной дом?

— Я сделаю всё что в моих силах, — пообещала она всем, — И я попытаюсь его уговорить. Нам нужно надеяться на лучшее и верить в то, что Гармония станет единым целым. Если же нет...

Она посмотрела на свой рог. Такие боли она врят ли сможет переносить, и разум определённо отказывался придумывать План Б. Ей стало страшно, и испуг явно отразился на её лице. Но Спайк её подбодрил:

— Всё будет хорошо. Он согласится. Он же совмещает в себе большую часть Гармонии, кроме Магии, значит, он не глупый. Он поймёт, что он нужен здесь, что тебе будет плохо, если он не придет, что он просто должен...

Дракончик больше не знал, что добавить, но Твайлайт была ему благодарна даже за это.

— Я сделаю всё, что смогу, — снова сказала она.

— Тогда ступай, — сказала Селестия, магией вешая ей на спину рюкзак со всем необходимым для похода, — и пусть удача всегда тебе улыбается.

— Так мы всё равно не можем отправиться с Твайлайт, как и в прошлый раз? — спросила Рэйнбоу с расстроенным видом.

— Нет, не можете, и вы наверняка помните, почему. Ваше появление нарушит баланс в параллельном мире. Наступит хаос, из-за которого может пострадать не только параллельный мир, но и наш — а именно из-за портала. Через него может пройти не только Твайлайт.

— А что будет, если портал заметят?

— Он скрыт от посторонних глаз не только магией, но и самим местом, которое выбрано с умом. Итак Твайлайт…

Фиолетовый аликорн кивнула и подошёл к порталу.

Тут Рарити покосилась на Спайка. Тот стоял и с напряжением смотрел на портал. Решив, что лучше перестраховаться, Рарити обняла Спайка со словами:

— Какой же ты заботливый, Спайки-Вайки!

Спайк окаменел.

Но только до тех пор, пока не заметил, как Твайлайт входит в портал.

В эту секунду в схватку вступило желание побыть подольше в объятиях Рарити и совесть, что он бросает Твайлайт одну.

И братская любовь победила желания.

Спайк вырвался из объятий Рарити и помчался в сторону портала.

Поздно. На пути стояла Эплджек.

— Ты слышал Твайлайт, сахарок, — сказала она ласково, но настойчиво, — Тебе туда нельзя.

Спайк хотел было как-то проскочить мимо ковбойши, но увидел за её спиной Принцесс, уже увидевших его, и сдался. Слёзы обиды выступили на его глазах, но он пересилил себя. Он понимал, что рисковать нельзя.

А тем временем Твайлайт неслась в круговороте красок с бешеной скоростью. Когда ей показалось, что её уже выкручивает наизнанку, она упала на землю. Поднявшись и отряхнувшись, она оглядела себя. Всё так же, как и тогда — фиолетовые сапоги с такого же цвета юбкой, на которой красовалась её кьютимарка, светло-голубая рубашка, тёмно-розовый бант и эти непонятные штуки, разделяющиеся на пять частей, как их там… руки. Стояла она возле мусорного бака, поставленного возле стены здания. Насколько Твайлайт знала, это здание было школой, в которой она в прошлый раз завоёвывала звание Королевы Осеннего Бала. Прикоснувшись к стене, Твайлайт показалось, что она окунает руку в воду. Значит, это проход обратно в Эквестрию. Но о нём пока можно забыть.

— Так, Твайлайт, — сказала она себе, — для начала нужно найти своих друзей…

## Глава 2: Первый анализ

Твайлайт огляделась. Вокруг было безлюдно (да, теперь уже "безлюдно", пора привыкать к словам человеков). Видно, ученики на уроках. Значит, найти подруг будет легче… Так, стоп. У них же тоже уроки. Это всё усложняет. Что ей тогда делать? Придётся ждать.

Для начала Твайлайт немного пошевелила пальцами и кистями — всё-таки нужно привыкнуть к новому телу. Потом посгинала колени и, убедившись, что она может идти, не шатаясь, направилась в школу (и отметила про себя, что Сансет Шиммер построила-таки вход, причём добротный).

Твайлайт зашла в школу и огляделась. Так же безлюдно.

Но, как назло, едва она сделала ещё шаг, как зазвенел звонок. Вспомнив, как Твайлайт чуть не задавили во время перемены, она забежала в один из коридоров. Она намеревалась найти своих подруг тихо, не обращая внимания других на себя.

Не получилось.

Её тут же заметили и тут же стали окружать и обнимать старшеклассники с радостными возгласами «Твайлайт вернулась! УРА! УРА! УРА!» Еле выбравшись из толпы, Твайлайт побежала в другой конец здания. Ещё не хватало, чтобы её качали. Потолок во всех коридорах был не так высок.

Подумать только, её ещё здесь помнят! Прошло уже полгода с того времени, когда она отняла у Сансет Шиммер корону, но её помнят до сих пор. Может быть, что она и спасла мир от захвата Сансет посредством спасения школы (кто бы мог подумать?) от захвата Сансет, но мир спасают и многие другие супергерои... А такое чувство, что она просто уехала на лето. Нет, ну непривычно это. Как титул "принцессы"... Но всё-таки приятно. Ну ладно, нужно найти подруг, сейчас это было самым главным в списке её дел.

Вдруг она услышала разговор за углом коридора. Она прислушалась…

— Что?! Твайлайт правда вернулась?

КАК?! ОНА ЖЕ ТОЛЬКО ЧТО УБЕЖАЛА ОТ МЕСТА, ГДЕ ЕЁ УВИДЕЛИ!

Но ответ на вопрос пришёл так же быстро, как и появился сам вопрос:

— ДА Я САМА ЗНАЕШЬ КАК УДИВИЛАСЬ?! НАДО УСТРОИТЬ В ЧЕСТЬ ВОЗРАЩЕНИЯ ТВАЙЛАЙТ СУПЕР-ПУПЕР ВЕЧЕРИНКУ!

Пинки Пай, ну конечно!

— НУ ЛАДНО, Я ПОБЕЖАЛА! ЕЩЁ СТОЛЬКИМ НУЖНО СООБЩИТЬ ЭТУ НОВОСТЬ!

И Твайлайт услышала звук удаляющегося автомобиля — такая уж быстрая Пинки.

— Пинки, стой! — крикнула Твайли, выходя в за угол.

Зря. Все снова стали с радостными лицами сходиться вокруг Твайлайт, а Пинки уже если и была не на соседнем этаже, то только из-за того, что повсюду много учеников. Которые теперь направлялись в сторону Твайлайт.

Что? Опять?!

Твайлайт тут же забежала в первую попавшуюся дверь. Захлопнув её за собой, она огляделась.

Вот уж повезло так повезло. Кабинет директора Селестии, милости просим.

Директор Селестия, сидевшая тут же и что-то писавшая, подняла глаза. Только тут Твайлайт вспомнила, что не постучалась.

— Оу… извините, при… директор Селестия, я случайно…

— Твайлайт, я рада тебя видеть! Ничего, со всеми бывает. Присаживайся.

Твайлайт благодарно кивнула и присела на стул с другой стороны стола Селестии.

— Что привело тебя в наш мир? Ведь, как я помню, ты из параллельной вселенной, — говорила директор Селестия таким обыденным тоном, будто обсуждала рецепт оливье.

— Да, директор Селестия, мне нужно найти в вашем мире… кое-кого, очень важного для моего мира… Но понимаете, тут такая проблема вышла…

Договорить она не успела — в дверь постучали.

— Войдите.

В дверь вошла девушка, примерно одного возраста с Твайлайт, и протянула записку директрисе. Та её прочитала и кивнула девушке, после чего та вышла из кабинета.

— Ну что же, если тебе нужно найти здесь человека — ищи, мы тебе не будем мешать.

— Кстати, об этом. Все, едва завидев меня, бросаются на меня с криками «Твайлайт вернулась!». Вы можете всех попросить, чтобы они… не так буйно радовались моему возвращению, что ли... — девушка смущённо хихикнула, — А то мне как-то неловко, что меня все обнимают…

— Не беспокойся, я позабочусь об этом. А сейчас иди, тебя ждут в коридоре.

— Спасибо вам, Директор Селестия! — Твайлайт встала и поклонилась. Селестия засмеялась:

— Не стоит, Твайлайт, не стоит. Я всегда помогаю ученикам, это моя обязанность.

Твайлайт вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

— СЮРПРИИИИИЗ!

И в воздух взлетели конфетти и десяток воздушных шариков. В миг в руке у Твайли появился кекс, а на голове — конусообразная шапочка. И тут же радостные возгласы «Твайлайт вернулась!» Твайлайт осмотрелась… и улыбнулась.

Перед ней стояли её подружки, все: Рарити, Флаттершай, Рэйнбоу Деш, Эплджек и Пинки Пай. Все они.

— Ты вернулась!

— Мы так скучали…

— Шо без тя тут было, в рот мне яблоко!

— Вот это туса сёдня будет!

— УУУУУИИИИИИ!!! ДАВАЙТЕ ОБНИМАТЬСЯ!!! ОБНИМАШКИ!!!

И они обнялись. Да, Твайлайт тоже скучала по своим подругам, хотя каждый день виделась с ними, только в Эквестрии. Такова уж магия дружбы.

— Ну, — сказала Эплджек, когда «Обнимашки» и «Целовашки» закончились, — рассказывай, что случилось. Не просто ж так ты к нам, а?

Твайлайт рассказала им, из-за чего она здесь, и, договорив, вопросительно посмотрела на подруг:

— Что вы предлагаете делать?

— Давайте сначала подумаем над самим элементом…

Эти слова прозвучали из уст Флаттершай примерно два часа назад. Шестёрка подруг сидела в бутике «Карусель» и размышляла над той загадкой, что была записана на вырванном листочке, в данный момент лежащим на столе перед ними. Рарити не скупилась не только установить в своём бутике нормальную примерочную и удобные стулья для примерки обуви, но даже поставила стеклянный столик с журналами для посетителей, ждущих своей очереди. Да и вообще, тут было сделано всё для удобства покупателей. Рарити всё-таки является представителем элемента Щедрости, как-никак.

Пинки Пай уже доедала последний кекс, оставшийся после устроенной ею вечеринки, когда Рарити в отчаянии прокричала:

— Ну что может быть лучше Честности, Доброты, Щедрости, Верности и Радости?

Все молча уставились на неё. Та слегка успокоилась и уже спокойным голосом договорила:

— Как вы думаете?

Все снова задумались, пока Эплджек не ответила за всех:

— Ничего.

— Вот именно! Возможно даже, что никакого Седьмого Элемента и не существует!

— Ты считаешь, что если нет ничего лучше ОБЫЧНОЙ Щедрости, Доброты и так далее, то нет ничего лучше и ЧРЕЗМЕРНОЙ Радости, Щедрости? — спросила Твайлайт.

— Ну… Да, чрезмерность Щедрости может принести вред тебе самой, — задумчиво проговорила Рарити.

— Как и Честности, — подхватила Эплджек, — Никогда не лгать не может никто. А если быть слишком честным — этим начнут пользоваться другие.

— Да и чрезмерная доброта тоже вредна, да Флаттершай?

— Ну-у, — Флатершай слегка зарделась, — Если мой Энджел не хочет есть салат, я ему начинаю предлагать покушать немного больше морковки, например… Но если он слишком упрямый, я делаю это настойчивее.

— Вот-вот.

— А слишком много верности что, тоже вредно? — Рэйнбоу сказала это гордо, но Твайлайт рассеяла её гордость:

— В принципе, да, но смотря, кому быть верным. Настоящим друзьям — да, но вот посторонним — не всегда. Скажем, попросил тебя незнакомец отобрать у другого незнакомца свой кошелёк. Что ты сделаешь, Рэйнбоу?

— Помогу отобрать и попрошу небольшую часть суммы в кошельке.

— И неважно, у кого нужно отобрать кошелёк?

— Абсолютно.

— И как ты это сделаешь?

— Ой, да проще простого! Удар справа, пинок ногой, и пошла на добивание. Там можно пожёстче, хук, апперкот...

— А если отобрать просят у восьмидесятилетнего старика?

— Всё ра… Что? — Рэйнбоу так и замерла, уже изображая добивание вора.

— Ты уверена, что старичок отобрал кошелёк у незнакомца? Или всё-таки незнакомец хочет отобрать кошелёк у старика, а потом всё свалить на тебя?

— Я… Я об этом не подумала…

— Слишком много Верности тоже плохо.

— А Радость, — прошептала Пинки, — Слишком много Радости тоже плохо?

— Да, Пинки, как ни странно, и радости порой бывает чересчур, однако исходы тут не так печальны…

Тут Твайлайт заметила, насколько расстроила Пинки. Её волосы были уже не такими пухлыми, как раньше. Но, услышав последние слова принцессы, она тут же воодушевилась.

— Если ты весельем отвлекаешь от работы, ты раздражаешь, а если ты веселишься на похоронах…

— Но я никогда…

— Знаю. Поэтому у тебя редко бывает слишком много радости. Очень много, но не слишком.

Тут Пинкины волосы вернулись в своё обычное состояние. Улыбнувшись, Твайлайт решила, что пора делать вывод:

— И выходит, что Седьмой элемент — это некий баланс всех элементов… некая гармония…

— Но разве ты говоришь не о самой Гармонии? — спросила Рарити.

— Нет, Рарити, не о ней. Во-первых, слишком много магии не может быть, потому что БЫТЬ всё может, только благодаря магии…

— Не правда, в нашем мире магии нет, — заявила Рэйнбоу.

— Это ты так думаешь, — отрезала она, и Рэйнбоу скептически приподняла бровь. — Ты считаешь, что мир появился просто так, из ниоткуда, или что он был всё время, и не было никакой магии и никакого чуда, так? Но чудо было. В конце концов, как ты смогла взлететь полгода назад?

— Это магия твоего мира.

— А проход через памятник перед школой? То, что он вообще связаться мир, в котором буквально всё живёт на магии, с миром, в котором якобы нет чуда — это разве не магия?

— Ты что, решила мне лекцию по религии читать? — перешла в контратаку Рэйнбоу.

— Ре… религии?

— Религия — особая форма осознания мира, обусловленная верой в сверхъестественное, включающая в себя свод моральных норм и типов поведения, обрядов, культовых действий и объединение людей в организации, — гордо отчеканила Рарити.

— И… в какую религию ты веришь? — спросила Твайли у Рэйнбоу.

— Я атеистка и горжусь этим! — заявила та, выпятив грудь.

— Эта та, которая не верит ни в какие религии, — подсказала Эплджек с таким же скептическим видом, с каким Рэйнбоу недавно посмотрела на Твайлайт.

— Ну, хорошо, Рэйнбоу, опустим этот момент. Раз тебе не нравится «Во-первых»,  у меня есть «во-вторых». Во-вторых: Седьмой элемент сильнее пяти элементов, но не шестого — магии. Седьмой элемент, получается, балансирует в себе пять элементов, имея всего… в меру. И иногда помогает шестому, однако шестой элемент — Магия — остаётся главным Элементом Гармонии.

Твайлайт замолчала. Все смотрели на неё.

— Я права? — спросила она наконец.

— Ещё как права, дорогуша, — отозвалась Рарити.

— Поддерживаю, — потянула руку вверх Эплджек.

— Я с Твайлайт! — радостно выкрикнула Пинки.

— Я тоже, — кивнула Флаттершай.

Все посмотрели на Рэйнбоу, ещё не высказавшей своё мнение. Та увидела их взгляды и хмыкнула:

— Я — воплощение элемента Верности. Конечно, я с тобой, Твайлайт.

Она сказала это совершенно искренне, даже не вспоминая о споре о чуде. Твайлайт благодарно улыбнулась подруге.

— Пожалуй, мы дальше этого утверждения никуды сёдня не дойдём, — заметила Эплджек, кивнув на часы. Те показывали восемь часов вечера. Тут Твайлайт смутилась.

— Эм…

— Да?

— А куда мне идти? Я же как бы с другой вселенной, и мне ночевать негде…

— Ни слова больше! — тут же перебила её Рарити, — Оставайся у меня, тут как раз есть комната для гостей!

— А я тебе не помешаю?

— Ни в коей мере!

— Эм… Спасибо, Рарити, — поблагодарила Твайлайт подругу. «Элемент Щедрости и настоящий друг», — подумала она.

## Глава 3: Встреча с кандидатами

Рано утром, перед школой, подружки снова собрались в бутике «Карусель», чтобы обсудить поиски представителя Седьмого элемента. Для того, чтобы его было легче найти, они составили список его примет.

Прежде всего Пинки по просьбе Твайлайт (Та до сих пор не умела писать руками) записала самую простую, но при этом сильно сужающую круг поиска деталь:

1) Юноша

— Как же мы много о нём знаем, — с сарказмом похвалила Рэйнбоу.

— Нам нужен хотя бы его возраст, — задумчиво почесала подбородок Твайлайт, — А мы и понятия не имеем, сколько ему лет…

— Почему не имеем? — возразила Эпплджек, — Очень даже имеем. Вот сколько лет каждой из нас?

— 16, — хором ответили все.

— Значит и ему 16. Ну или. 17, но не больше.

— Почему ты это так решила? — поинтересовалась у неё Эплджек.

— Ну, мы ж как бы представители Элементов Гармонии? И он тоже такой. И раз уж это Гармония, то и возраст должен как-то гармонировать. А раз нам по 16, то и ему соответственно тоже. Записывай, Пинки.

Та записала:

2) Возраст 16−17 лет

— Но даже этого мало-мальски-малюсеньки мало, — заметила Пинки, с очень умным видом и прищуренными глазами рассматривая два коротеньких пунктика вверху блокнотного листа. – С нами учатся ещё четыре таких класса, в каждом 30 мальчиков и девочек. И в каждом хотя бы половину занимают девочки, значит, нам нужно проверить 50-60 мальчиков. Я права?

— Да, — прошептала Флаттершай и вдруг вскрикнула.

Все тут же посмотрели на неё.

— А вдруг… А вдруг… — Флаттершай попыталась совладать с собой и выпалила: — А вдруг он учится не в этой школе?

Все так и застыли. А вдруг? Тогда круг поиска увеличивается в десятки раз. А если не тот город? Тогда в тысячи раз! А если…

Но тут Твайлайт осенило, и она поспешила всех успокоить:

— Когда я была в своём подсознании, я видела зеркало. Это было то зеркало, через которое я попала к вам в прошлый раз. Проход, как вы помните, заканчивается в стенке памятника перед школой. Голос шептал: «Я там, я там…» А раз зеркало ведёт прямиком к школе, значит, и элемент там. Так ведь?

— Ну… Да, раз он говорил «Я там…», то всё правильно, — кивнула Рарити.

— Вот и отлично. Теперь занесём сюда всё то, что узнали вчера.

И Пинки снова взяла ручку и под диктовку Твайлайт записала:

3) Щедрый.

4) Верный друг.

5) Дружелюбный.

6) Честный.

7) Весёлый (возможно, сорвиголова класса)

— Итак, как нам искать? — спросила Рарити.

— Я вот шо предлагаю, — встала со стула Эплджек, — Каждая из нас берёт свой элемент и начинает расспрашивать у всех в классах, мол, кто тут самый добрый, кто самый честный и т. д. Потом сравним списки. У кого больше совпадений, того проверять и будем.

— А мне что делать? — спросила Твайлайт.

— А ты будешь сидеть тут и принимать наши результаты, — ответила Рарити, — каждую перемену мы расходимся по разным классам и расспрашиваем всех, после чего сообщаем тебе по телефону. Ты их записываешь и уже сама сравниваешь. Так будет легче, а то мы ещё потерять список можем.

— А что будет, если нас спросят, мол, нафига нам это нужно? – спросила Рэйнбоу, выразительно раскинув руки.

— А можно с самого начала говорить «Я корреспондент журнала «Весёлый кекс», и наш журнал интересуется… — предложила Пинки.

— Ну… можно и так…

Время показывало без пятнадцати восемь.

— Ну что, дамы, идём искать элемент, — спросила Эплджек у всех. Те кивнули и вышли из бутика. Звук поворачивающегося в замочной скважине ключа — и Твайлайт осталась одна. Положив перед собой телефон, оставленный ей Рарити (у меня таких ещё целая коробка, бери, бери!), она принялась ждать.

Всё время перемены пять представителей Элементов Гармонии тратили на опрос. Ходили от одного ученика к другому и спрашивали: «Кого ты считаешь из своих ровесников в этой школе самым щедрым? самым добрым? самым честным? самым верным? самым весёлым?» Эти вопросы были заданы всем шестнадцати- и семнадцатилетним девятиклассникам. Кончается перемена — подружки шлют СМС Твайлайт. Та их принимает и записывает (пока никто не видел, она брала ручку зубами). Женские имена она тут же вычёркивала.

После последних присланных имён Твайлайт уже могла находить те, которые повторяются в столбиках (она записыала имена по столбикам, каждый из которых — какой-либо Элемент Гармонии). Когда Девушки вернулись со школы в бутик, Твайлайт уже нашла тех, у кого больше всего совпадений.

— Здорова Твайлайт! — помахала рукой Эплджек, — А чё это ты ручку в зубах держишь?

— Да так, просто, — тут же ответила представительница Элемента Магии, быстро вытаскивая ручку изо рта.

— Ну что, — спросила Рэйнбоу, — вычислила?

Принцесса кивнула и, взяв листок в руки, объявила результат их совместных действий:

— Всеми Элементами Гармонии, судя по всему, располагают два юноши:

1) Филипп Гемотросов

2) Джеймс Портонов

— Опачки, — удивилась ковбойша.

— Что? — поинтересовалась Рарити.

— Я их знаю!

— ?

— Они из одной школьной группы «Компактный взрыватель»

— Откуда ты знаешь?

— У них Биг Мак на ударниках.

— То есть их в группе трое?

— Нет, четверо. Ещё Флеш Сентри…

— Так, стоп, — Твайлайт протестующие замахала руками, — Давайте по порядку с самого начала. Меня не было полгода, а я пропустила такое…

— Хм… Да тут особо нечего рассказывать. Месяца четыре назад из другой школы перевелись эти двое, Филипп и Джеймс. Они быстро сдружились с Флешом и вскоре решили создать свою собственную группу. Поискали немного человека для ударников, нашли Биг Мака. Ну, он тоже с ними сдружился, теперь всегда вчетвером.

— А кто у них есть кто в группе? И какую музыку они играют?

— Поп, рок. Джеймс взял на себя вокал, часто играет на гитаре, иногда на ритм-гитаре. Флеш остался с соло-гитарой, научился играть на аккордеоне и на скрипке, иногда поёт в вокале вместе с Джеймсом. Филипп взял синтезатор, то есть многие клавишные тоже на нём, и бек-вокал, ещё полюбил флейту и дудук. Ну, и Бик Мак на ударниках, иногда бубен берёт.

— А где они выступают?

— Да недалеко, на соседней улице кафешка есть, там и выступают.

— Но найти в школе мы их сможем?

— Ещё бы. Но только завтра, во время какой-нибудь перемены.

— Вот и славно.

— По-о-одождите, — внезапно сказала Рэйнбоу. – То есть два наших претендента –лучшие друзья, пришедшие одновременно, выступают в группе с Биг Маком и с Флешом Сентри, и все они учатся здесь, и все дружат?

— Выходит, что так, — пожала плечами Рарити.

Рэйнбоу и Пинки медленно переглянулись.

— Совпадение? – ухмыльнулась Пинки.

— Не думаю, — с такой же ухмылкой проговорила спортсменка.

Но пока это было всё, что можно было приметить до самой встречи с Филиппом Гемотросовым и Джеймсом Портоновым

14: 30

Только что прозвенел звонок.

Шестёрка шла по коридору, собираясь встретиться с группой «Компактный взрыватель». По Твайлайт было видно, что она волнуется.

— Да не парься ты, — успокаивала её Рэйнбоу, — они нормальные парни, ничего тебе не сделают.

Твайлайт кивнула, однако волновалась она не из-за тех, с кем собиралась познакомиться, а из-за того, с кем познакомилась, но так давно не виделась… Что-то сейчас будет.

Повернув в другой коридор, она наконец увидела «Компактный взрыватель»…

Столик, высотой по живот…

Два локтя на нём…

Схватка двух мальчиков в армрестлинге! Джеймс VS Флеш — гласил листочек, лежащий на столе.

Возле Флеша стоял Биг Мак и с напряжением наблюдал, как подрагивает сплетение рук Флеша и Джеймса. Собственно, подругам представился случай увидеть одного из претендентов, юношу спортивного телосложения, в вельветовых джинсах коричневого цвета, белой майке с надписью «Автошок». Он и Флеш стояли боком к девчонкам, а лицом к ним между противниками стоял ещё один юноша, брюнет в фиолетовой майке и джинсах, такой же, пожалуй, спортивный, как Джеймс, и, судя по всему, тот самый Филипп, и комментировал:

-… Схватка продолжается! Противник всё краснеют, руки дрожат… О боже, что это? Флеш неожиданно доводит захват до практически до стола! Но нет, Джеймс медленно выводит ладони обратно к середине! Вот это каточка!

Девушки подошли поближе — зрелище было и вправду интересное.

— Слушай, сдавайся сейчас, — выдавил Джеймс, — Я ж тебя отвлеку, как и Филиппа.

— Не сможешь, — проговорил Флеш, — Я знаю твои трюки!

Твайлайт подошла ещё чуть ближе, заворожённо наблюдая, и молча болея за Флеша.

— Ты меня недооцениваешь, — еле проговорил Джеймс, — Ты даже не… АТАС, ТВАЙЛАЙТ СПРАВА!!!

В миг Флеш повернулся в сторону Твайлайт, которая, в свою очередь, на ставших в момент ватных ногах почти упала на стоявших сзади подруг; а Джеймс торжественным лицом с хлопком обрушил тыльную сторону руки противника на стол.

— ДА! — Джеймс победно поднял вверх кулаки и щёлкнул пальцами.

Твайлайт, оправившись от удивления, запротестовала:

— Это несправедливо!

Джеймс тут же резко развернулся в сторону принцессы и, указав на неё, возразил:

— Не тебе говорить мне о справедливости! Я выиграл по правилам.

— Он прав, — кивнул Филипп, — У нас можно отвлекать. Эти два кадра из семи минут схватки минут пять пытались друг друга отвлечь.

— Так что я победитель армрестлинга и после Биг Мака самый лучший среди девятых классов

в армспорте!

— Да неужели?

Эта сказала Рэйнбоу Деш, оперевшаяся сейчас о железный шкафчик и с сарказмом смотрящая на победителя.

— Ужели, — ответил тот, — А тебя что-то не устраивает?

— Я готова поспорить, что обставлю тебя за две секунды! Если не боишься.

Джеймс с досадой посмотрел на свою правую руку. Та вся была красная.

— Ну, может, попозже, а то я только что…

— Что, боишься? Я так и знала.

— Никак нет.

— Ну что, тогда давай сыграем?

Джеймс на секунду задумался.

Твайлайт ухмыльнулась. Рэйнбоу — хитрюга и нахалка, Джеймс сыграет — проиграет из-за прошлого утомительного матча, потеряет репутацию (проиграл девчонке!), откажется — то же самое. Что он может ей противопоставить?

Однако Джеймс оказался хитрее и нахальнее.

— Давай! — и он поставил на стол левый локоть.

Такая ситуация застала Рэйнбоу врасплох.

— Но… я хотела пра…

— Что, боишься, — Джеймс хитро улыбнулся, — Я так и знал!

— Я?! Боюсь?! ДА Я…

— Становись давай.

Рэйнбоу со всего размаху схватила руку юноши, но та не сдвинулась с места.

— На счёт три, — предупредил Филипп, положив руку на захват, — Раз…

Два противника с напряжением смотрели скорее друг другу в глаза, чем на руки и ждали объявления начала.

— Два…

Все уже смотрели на сплетение рук и ждали момента начала. Между тем противники все ещё смотрели друг другу в глаза.

— Три!

Судья резко отдёрнул руку, и схватка началась.

Секунд через двадцать Рэйнбоу уже покраснела, а вот у Джеймса было абсолютно каменное лицо.

И ещё через пять секунд:

— Блин!

ХЛОП! — и тыльная сторона ладони Рэйнбоу упала на стол.

— Ну чё, проспорила, — ухмыльнулся юноша, — Теперь я неоспоримо ведущий в армспорте!

— Её-то ты выиграла, — неожиданно встряла Эплджек.— А ежели со мной побороться?

Но Джеймс был к этому готов:

— Вэээй, хорош! Я только что две ожесточайшие схватки выиграл, а вам ещё подавай? К тому же, — Джеймс глянул на часы на стене, — уже урок скоро, расходимся. Может, пересечёмся ещё с вами, девчонки.

И весь «Компактный взрыватель» разошёлся в разные стороны: Флеш — в одну из ближайших дверей, Джеймс с Филиппом — в один конец коридора, Бик Мак — в другой.

Подружки остались совсем одни в коридоре немного удивлённые.

— Ну, хорошо так познакомились, — вынесла вердикт ковбойша.

## Глава 4: Знакомство с кандидатами

15: 15 того же дня.

— Ну, как вы думаете, кто из них? — спросила Твайлайт, когда освободившиеся девочки снова собрались вместе.

— Ну, насчёт Филиппа я не знаю, — задумчиво ответила Рарити, — Но Джеймс — точно не представитель.

— С чего это ты взяла?

— Да ты посмотри на него! Нахал, считает себя лучше всех! А внешность?

Твайлайт вспомнила, как выглядит Джеймс. Вельветовые джинсы коричневого цвета, белая майка с надписью «Автошок», явное сложение спортивного человека и каштановые волосы. Лицо — прямой нос, серые глаза. У Филиппа глаза были золотистого цвета, нос с горбинкой. Пожалуй, у Филиппа черты лица были более утончённые, но в остальном они стоили друг друга и спортивному виду, и по всему остальному визуальному. Чем же тогда Филипп был лучше Джеймса во внешности?

— Эти джинсы в сочетании с его фиолетовой футболкой, — всё ещё продолжала Рарити, — так идут к его загорелому лицу! А эти глаза цвета золота! Да этот Филипп…

— Тут кто-то называет моё имя?

К подружкам подошёл сам Филипп.

— Я извиняюсь за своё внезапное вторжение, — он слегка поклонился, — Я случайно проходил мимо и услышал ваш разговор. Прошу, Рарити, не сердитесь, не хочется видеть такую прекрасную девушку в ярости.

И он поцеловал руку представительницы Элемента Щедрости. Та хихикнула (в пределах этикета, разумеется).

— Прошу вас, не стоит такой формальности.

— О-кей, — Юноша тут же перешёл на обычный лексикон, — Вы куда-то идёте, вас проводить?

— Да мы как раз искали тебя и твоего приятеля, — ответила Эплджек, — Не видел его?

— Приятеля? У меня полно приятелей. Джеймса, полагаю?

— Агась.

— У-у, ты меня обижаешь. Джеймс мне не приятель, а самый лучший друг ещё с той школы. Пойдёмте, я его видел.

Они прошли небольшое расстояние молча, как вдруг Рарити спросила:

— А почему вы перевелись?

Филипп удивлённо воззрился на неё:

— Тебе действительно так интересно это узнать?

— Тебе так сложно?

— Да не то чтобы. Дело было как-то так…

Остальные девчонки тоже прислушались.

— Мы знакомы с Джеймсом уже давно, с первого класса. Мы сдружились, едва только познакомились. Вот только окружение было не очень. Едва кончились начальные классы, как все пацаны стали хулиганами. Отбирали у детей деньги, грубили ровесницам, матерились… А учителям как-то страшно было, потому что у них родня влиятельная.

— А у вас?

— Ну, у меня родители среднего ранга, а у Джеймса… У него их вообще нет.

— То есть как это? Вообще?

— Ну, отчим с мачехой, да те на него внимания вообще не обращают. Поесть, поспать, и всё. Потому-то Джеймс и уделял столько времени спорту, за себя постоять надо.

Так вот, из всех пацанов заступниками оставались только мы с Джеймсом. И заступались даже перед старшеклассниками: обучены разным приёмам, а сейчас спортом занимаются единицы. В итоге получилось, что половина наших знакомых нас ненавидела, а вторая половина, наоборот, очень даже уважала. Но дальше стало хуже. Многие девчонки сначала были благодарны нам за заступничество, а потом решили, что грубость — это круто, и перешли на сторону хулиганов. Мол, какие мы справедливые, аж противно. Вскоре вся школа против нас настроилась. Тогда мы плюнули на всё это и перевелись. Мне это далось даже немного сложнее, чем Джеймсу, тому просто пару бумаг для подписки подсунуть пришлось своим отчиму с мачехой, те неглядя подписали. Мне же пришлось все подробно объяснить, но дело было решено, и мы перешли сюда. Здесь же всё спокойнее, заступников очень даже любят.

— Но это же… несправедливо! То, как с вами обошлись те, кого вы защищали.

— А так всегда бывает. Человек переходит на сторону того, кого считает более сильным.

Эти слова запомнились Твайлайт надолго. Эти слова были правдой, и принцесса проверяла это на своей собственной шкуре. Когда она хотела стать принцессой Осеннего Балла. Вся школа шла за сильнейшим и влиятельным человеком — за Сансет Шиммер. Разумеется, пока Твайлайт не показала себя. И смогла победить.

— То есть получается…  Вы сдались? — спросила она у Филиппа.

— Как тебе сказать… И да, и нет. И да — мы не выдержали давление, производимое всеми на нас, и ушли; и нет — мы добились того, что нами защищаемые смогли сохранить своё имя до того… как бросить нас. Практически мы сдались, теоретически — победили. Я это любил Джеймсу описывать как «Отступление – тоже тактика». Вот, кстати, и он.

Они увидели второго юношу, стоящего перед второклассником и отсчитывавшего его за что-то. Подойдя поближе, они прислушались.

-… Математика — царица наук! — говорил Джеймс, — а ты получил по ней — по НЕЙ — двойку! Естественно, родители тебя не пустят на концерт!

— Из-зя двюки?! — пацан приблизил к глазам почти соединённые большой и указательный пальцы.

— Не из-за «двюки», — Джеймс сделал тот же жест, — А из-за ДВООООЙКИ, — он широко раскинул руки, — не надо было дурака валять дома.

И тут третьеклассник захныкал.

— Вот видишь, — шепнула Рарити принцессе, — Я ж тебе говорила! Он ещё и над маленькими насм…

Следующие действия застали представительницу Элемента Щедрости врасплох.

Джеймс сел перед ребёнком на корточки и стал утешать:

— Ну-ну, рыдать-то зачем, ты ж мужик, а это ж всего лишь концерт…

— Я так месьтал пойти на выступление, — пацан по-немногу успокоился, — И тут вот эта двойка! Так несправедливо!

— Знаешь что… Тебе неважно, на чей концерт идти?

— Нет, я месьтал послусать певцов вот так, сидя перед ними, а кого — невазно.

— И если этот концерт не на большой сцене — тебя это не затронет?

— Нет, конесно!

— Тогда я могу тебе помочь. Недалеко есть кафе — отсюда направо, до перекрёстка, налево и опять до перекрёстка, она на углу, — там будут выступать артисты. Они не знамениты на всю страну, но послушать хочется. Иди туда в пятницу к 18: 00.

— А если родители не пустят?

— Они как раз захотят пойти. Они могут и тебя взять, если у тебя оценки будут хорошие.

— Обесяю, я буду хоросо учиться!

— Тогда беги!

Пацан убежал радостный. Джеймс посмотрел ему вслед, после чего встал, обернулся… и охнул.

— Не надо так больше меня пугать!

— Мы чё, страшные? — хмыкнула Рэйнбоу.

— Видеть всех вас за спиной — вот что страшно. У вас такие взгляды, будто вы увидели, как я кого-то избиваю. У Рарити вообще бледное лицо, будто она помирать собирается.

— Рарити, — позвал Филипп, отошедший чуть вбок, чтобы не быть замешанным в разговор, — Хэй, ты с нами?

— Откуда ты знаешь моё имя? — проговорила она, смотря на Джеймса.

— Милая моя, я тут уже четыре месяца! Мог бы и узнать твоё имя. Не знать, как зовут такого мастера в моде — неуважение, не находишь?

Рарити чуть успокоилась. Однако тут же насторожилась, когда Джеймс по-дружески ей подмигнул.

— Что случилось, Филипп? — спросил он у друга.

— Эти дамы искали нас обоих. Наверное, хотят поговорить. С нами обоими. А?

— А-а-а! – и оба сделали обоюдные щелчки пальцами так, что застыли, уставив друг на друга указательные обеих рук.

Филипп подошёл к Джеймсу и повернулся к подружкам. Теперь перед представительницами Элементов Гармонии стояло двое юношей, один из которых, скорее всего, был представителем Седьмого Элемента. Но кто из них? Неясно. Подружки смотрели на двух друзей, пытаясь заметить хоть что-то, что помогло бы им в выборе.

Первый не выдержал Джеймс.

— Так, ну мне пора, — он обернулся и пошёл в противоположную сторону от девчонок.

У подружек так рты и раскрылись.

Филипп остановил друга:

— Эй, ты чего? Не нравится женское внимание?

— Нравится, но не такое же! На тебя то они смотрели с уважением, а на меня так, оценивающе, будто думали, пол какого этажа мне мыть. Рарити вообще смотрела на меня так, будто убить хотела (все подружки сердито посмотрели на представительницу Элемента Щедрости). Не, ну так не годится. Чё ты сделал такого, чего не сделал я?

— Рассказал им нашу историю.

— Ах, вот оно что…

Джеймс ухмыльнулся:

— Вот хитрюга, время триумфа себе стащил.

— Эй, я всё честно взял! Они меня спрашивали!

— Ну, о-кей…

Он повернулся к девчонкам и тут же заорал:

— ДА НЕ СМОТРИТЕ НА МЕНЯ ТАК!

Подружки попятились.

— Извините, — немного с досадой сказал Джеймс.

Это уже было слишком. От шока девушки попадали на пол. И Филипп с Джеймсом отвернулись, при этом уже тихо давясь со смеха: Рарити и Флаттершай попадали отнюдь неудачно. Хорошо ещё, что рядом никого не было (и что смех они всё-таки сдержали).

Как только звуки поправляемой юбки стих, мальчики пришли на помощь. Филипп поднял Твайлайт и Рарити, Джеймс — Пинки и Флаттершай. Эплджек и Рэйнбоу за это время успели встать сами.

— Спасибо, — поблагодарила Флаттершай Джеймса. «Ну хоть Флаттершай, — подумал Джеймс, — Она даже пялиться на меня постеснялась. Нафига они вообще так смотрели?»

— Так вы хотели с нами поговорить, — сказал он.

— Нет, уже не хотим, — тут же ответила Рарити.

— Эплджек, а ты вроде хотела со мной на руках побиться?

— Давай чуть попозже, а то настроя пока нормального нет.

— О-кей, слово девушки для меня закон, да, Филипп?

— Поддерживаю.

Звонок. Все застыли.

— Закон подлости, — брюнет расстроенно вздохнул.

— Понравилось женское внимание? – сострил Джеймс

— Да, очень даже. И не говори, что тебе не понравилось.

— Смотря, чьё конкретно внимание…

Говорили они так, чтобы девчонки их слышали, но голосом, который ясно давал понять: они шутят.

— Ну, ещё увидимся? — спросил Филипп девчонок, подмигнув Рарити. Как ни странно, она не испытала такой злости, как с Джеймсом.

— До скорого, — попрощался Джеймс, и они оба ушли.

## Глава 5: Первое испытание

— Так, Джеймс… тут ты должен взять свою гитару, в «Парашютах» она всё время играет.

— О-кей, кеп.

— А ты, Флеш… тебе там только соло-гитара нужна.

— Чё, там без аккордеона?

— Ага, но у тебя в следующей будет шанс воспользоваться скрипкой.

— Неплохо, спасибо, Фил.

— Ну а ты, Бик Мак, как обычно — на ударниках. Бубен там не понадобится. Устраивает?

— Агась.

В дверь пустого, довольно приятного, но слегка пыльного класса с зелёненькими стенами и раздвинутыми к стенам партами постучались. Флеш пошёл открыть.

На пороге стояла Твайлайт и её подружки.

— О, Твайлайт, привет, — Флеш поднял два пальца в знак приветствия. И тут же смутился: так дам не приветствуют. И ещё больше смутился, когда заметил остальных представительниц Элементов Гармонии, и неуверенно почесал затылок. — Проходите, что ли.

— А мы вам не помешаем?

— Да вы что? — смущение у Флеша тут же пропало, — Да какой «помешаем»? Верно я говорю? — крикнул рокер, обернувшись внутрь.

— Ещё как! Отведём им место для зрителей?

— Да не вопрос!

— Агась.

Девчонки вошли. Флеш указал им на скамейку возле дальней стены, а сам вернулся к своему только что брошенному занятию — настраиванию гитары.

— Как вы нас нашли-то? — поинтересовался Филипп, — Эплджек, вроде, Биг Мака ничё не спрашивала.

— Агась.

— А ты думаешь, шо, кроме вас, никто не знает о вашем, типа, штабе? – спросила Эпплджек, присев на скамейку и скрестив ноги.

— А, ну, тогда понятно. Так вы чего пришли? Послушать нас можете и в кафе по пятницам.

— А мы не удержались, — Рэйнбоу повернулась к Твайлайт и зашептала: — Давай, начинай свой разговор.

— Но я… ещё неуверенна, что им нужно говорить о нашей цели, — подала голос Флаттершай.

— Мы должны сказать, ведь нам нужна помощь тех, кого мы выбираем. Может, они что-то знают.

Подружки немного посмотрели на то, как «Компактный взрыватель» настраивает свои инструменты, и, наконец, принцесса решилась:

— Эм… Нам нужно поговорить…

— Говорите, — тут же откликнулся Филипп, перелистывая ноты на пюпитре.

— Понимаете, мы кое-кого ищем…

— Знаем, — кивнул Джеймс и закатил глаза, посмотрев на подружек, — Опять, начинается. Перестаньте на меня так смотреть. Об этом вся школа знает.

— О том, кого мы ищем? – вдруг поинтересовалась Пинки.

— Нет, то, что вы кого-то ищете, — поправил её гитарист, уже доставший свою классическую гитару.

— И мы готовы вам помочь, если наша помощь вам понадобится, — тут же подхватил Флеш, подкручивая колки на скрипке.

— Ну, мы практически узнали, кто это… Но нам сложно выбрать… И мы хотели бы, чтобы вы нам помогли…

— Надо бы сначала вам объяснить, кого вы ищите, вернее, что вы о нём знаете, — заявил Филипп, наигрывая на синтезаторе классику. — А после этого — мы рады вам помочь.

— Мы ищем Седьмой Элемент Гармонии, его представителя, — смело сказала Твайлайт.

— Элементы Гармонии… Да, что-то помню, — кивнул Флеш, прикладывая подбородник скрипки к себе и беря смычок, — Помните, я вам рассказывал? — обратился он к Джеймсу и Филиппу.

— М-да, — кивнул Джеймс, подходя к столу, беря флягу с яблочным сидром и начиная пить из неё.

— В общем…  Мы думаем, что представитель этого элемента… либо Филипп, либо Джеймс.

Последний подавился сидром. Все остальные же перевели взгляд на девочек.

Повисла пауза.

Тишину нарушил Филипп, не сказав ни слова — просто сыграв классическую тревожную музыку (знаменитое ТА-ТА-ТА-ДАААААММММ).

— Что, простите? – голос Джеймса хрипнул.

— Я, э-э-э… тронут, — произнёс Филипп.

Флеш присвистнул. Биг Мак кивнул. Снова пауза.

— А-а-а почему? – осмелился спросить Филипп.

— А-агась.

— В вас скрещиваются все нужные аспекты Гармонии, — ответила Твайлайт уже своим спокойным голосом теоретика. – Честность, Доброта, Смех, Верность и Щедрость. Мы думаем, что Седьмой Элемент содержит в себе все эти элементы, и нам нужна помощь в поиске самого элемента и того, кто его представляет.

— Ну, теперь уже и я тронут, — ответил на это Джеймс. — А я, между прочим, из-за вас сидр впустую потратил.

— Там есть ещё коробка с десятком — заметил Флеш.

— Суть не в сидре, — сказал Филип. – В этом элементе, видимо, представитель  – ну, допустим, либо я, либо Джеймс – должен разбираться. Он должен чувствовать этот элемент. Может быть, он должен САМ его раскрыть?

— Вполне возможно, — оживлённо отозвалась Твайлайт.

— И всё же чем мы вам можем помочь? — спросил Филипп, — Мы знаем не больше вашего. Скорее всего, даже меньше.

— Может, вы сможете решить нашу загадку… И мы узнаем название элемента, — неуверенно проговорила Флаттершай.

— Хм… Ну, давайте, попробуем помочь, — Джеймс потряс флягу возле уха, чтобы убедиться, что там что-то ещё осталось, — Может, и сидр не зря пропал, а то ещё от головной боли стошнит.

Принцесса достала из своего рюкзака листочек и протянула Флешу. По его бокам встали Джеймс с Филиппом, а Бик Мак заглянул сверху — он был выше Флеша на пол-головы.

— Так… Сильнее Доброты, Честности, Щедрости, Смеха и Верности… и порой может помочь самому главному — шестому…

— Это Магия, — вставила Пинки.

-… может помочь магии. И что это?

Первым версию предложил Флеш:

— Вера?

Филипп поспешил опровергнуть эту гипотезу:

— Нет уж, увольте. К чему нам тогда Верность, если есть Вера?

— А это разве не одно и тоже?

— Не-а, — покачал головой Биг Мак.

— Практически. Вот, ты, Джеймс, веришь мне, когда я рассказываю тебе о проблемах, и готов мне помочь. Это ж Верность?

— Вроде бы.

— Получается, что без Веры нет Верности?

— Угу.

— Тогда Вера — часть Верности?

— Ну… Да.

— Тогда как может Вера быть отдельным Элементом?

— Никак.

— Ну, вот и я о том же.

— Но мы считаем, что Седьмой элемент — это баланс всех остальных элементов, — вставила Твайлайт.

— Всех остальных, НО! не одного.

— Тогда что?

Следующий был сам Филипп:

— Прощение?

— Да ну к фигам, — отмахнулся Джеймс, — Это часть доброты, тут и объяснять нечего.

— А что тогда?

— Может, Помощь?

— Тюююю, совсем не то. Это что-то типа Щедрости в Доброте. И Верность тут замешена.

— Так, стоп. Уже три элемента в одном? Вам не кажется…

— Нет, не то. Честность-то тут причём? Да и Смехом тут не пахнет.

— Не там мы копаем, не там… — Флеш взялся за голову от досады.

— Так мы точно не додумаемся, — вздохнул Филипп, — Придётся следить за собой и анализировать все свои действия. Может быть, что-то проявится. Эдакое наблюдение, такая лабораторная работа, что ли.

— Тогда у нас новый матч, — хмыкнул Джеймс, — «Борьба за Звание Представителя Седьмого Элемента, или БзЗСЭ: Джеймс против Филиппа! Главный приз — путёвка в…» — Как бишь её? — «Эквестрию!» Когда начинаем?

— Да прямо сейчас, — хмыкнул Филипп, — Поэтому я предлагаю отложить репетицию на потом и выйти на поиски… Чего-то.

— А это нужно спросить у Твайлайт, — Флеш повернулся к принцессе. — Как твои подруги в Эквестрии узнали, какие элементы они представляют?

— Ну, у каждой из них было что-то вроде испытаний. И там они показывали свои качества, характеризующие их элемент.

— Значит, и мы должны найти… типа, «испытание». Пойдём, что ли?

Инструменты были отложены. Все вышли из класса. Закрыв за собой дверь на ключ, Филипп поспешил догнать всех.

— А почему вам разрешили репетировать в школьное время? — вдруг  спросила Флаттершай.

— Мы часть прибыли тратим на школу, — ответил Филипп, — Вот и разрешили.

— То есть… Вы даёте… Взятку?

БУМ! — Джеймс врезался в стену: коридор как раз поворачивал.

— Что?! — Джеймс развернулся. Нос сломан не был, кровь не текла, но глаза широко раскрыты, а лицо красное от гнева, — Да как ты смеешь?

Тут он понял, что говорила Флаттершай, которая уже сжалась в комочек, и моментально сменил тон:

— Извини, Флаттершай, я не хотел. Всё хорошо, хэй.

— Я… Я просто не хотела… Вот так вот оскорблять…

— Ты никого не оскорбляла, всё хорошо. Ты просто перепутала. Владелец кафе сам платит школе, а школа даёт нам время для репетиций. Может, на взятку и похоже, но мы нормально учимся, не отстаём, и взятку просто не за что платить. Всё чики-дрыки. Только смотри, не плачь, а то не будешь такой красивой.

— А я… красивая?

— О Господи, — Джеймс закатил глаза, — Ты этого не знала? Да я вообще удивляюсь, как у тебя парня ещё не появилось. Ты вообще какая-то замкнутая, вот к тебе и подкатить не могут. Ты давай, похрабрее будь как-то, а то мне вот так вот сидеть на корточках вечность придётся.

— Х… хорошо, — Флаттершай встала вместе с Джеймсом.

— Вот так, отлично. Теперь пошли. Только если заплачешь — убью.

У Флаттершай от ужаса глаза раскрылись.

— Да шучу я.

Девушка слегка улыбнулась. Это было то, чего юноша и добивался. Хотя ив немного грубоватой форме.

Они пошли дальше. Впереди шёл «Компактный взрыватель», позади — девчонки.

— Ты как? — поинтересовалась Эплджек. — Он тебя того, не обидел?

— Нет, что тты, — тут же ответила Флаттершайт — Он меня даже подбодрил, сказал, чтоб я похрабрее была. Такое чувство, что он меня понимает…

И она запела:

Боюсь, когда все смотрят на меня, ведь страшно это так.

Боюсь, когда…

— Так, СТОП!

Все подружки так и застыли. Перед ними стоял Джеймс. Чуть позади него — остальные пацаны.

— Флаттершай, ты что, петь собралась? — спросил он спокойно. Пока.

— Эм… Да, а что?

— Ты уж меня извини, но я просто ненавижу, когда начинают вот так вот петь.

— Но ты же сам поёшь!

— Я пою не так… Ну… Как тебе объяснить… Я не люблю такие песни… Вот представь, если бы Твайлайт выбежит утром из своего дома и на всю улицу запоёт: «Какой прекрасный день!» Я понимаю, что это маловероятно, но твоя песня — это как раз такой вид. Ну, не свойственно это, ну… ну непривычно. Так что извините, но мы пойдём чуть вперёд, а вы пойте.

Джеймс ушёл, так и не заметив эдакое удивление в глазах Твайлайт.

«Компактный взрыватель» несколько секунд шёл молча.

— Пикапер, — заметил Флеш наполовину саркастически, наполовину укоризненно.

— Я опять пошучу про твои отношения с Твайлайт, — парировал Джеймс, засунув руки в карманы и смотря куда-то вперёд.

— Воооу воу воу.

— Вот и я не пикапер, ага? Давайте лучше немного шаг ускорим, а то дамы петь собираются.

— Ну, могли бы и послушать. Наверняка хорошо поют.

— А, ну, слушайте, а всё равно вперёд пойду, а то ж знаете, как я не люблю такое.

— О-кей.

Вокалист группы ускорил шаг. Вскоре он услышал сзади себя голос Флаттершай. Мотивчик, право, неплохой, но сейчас ещё остальные подхватят, как обычно в мультах бывает… девчачьих. Нет, он почти уверен, что у остальных девчонок тоже голос хороший и слух тоже отличный, просто он не любил. Вот не любил такое — и всё.

Неожиданно он услышал какой-то диалог за углом. Всё бы ничего, если бы это был не единственный диалог в том коридоре, и если бы в нём не участвовала плачущая девушка.

— П… пожалуйста… не надо…

— Доставать всю школу не надо было!

— Но… но я изменилась!

— Да, она изменилась!

Джеймс нахмурился, он знал, кто это говорил. Юноша замахал руками, призывая «Компактный взрыватель» к себе. Те тут же догнали его. А за ними подоспели девчонки.

— Что? — просто спросил Филипп.

Тот кивнул в сторону угла. Все по очереди повыглядывали за него, чтобы увидеть это своими глазами…

Оперевшись спиной о железный шкафчик, на полу сидела Сансет Шиммер, закрыв лицо руками. Рядом, спиной к наблюдавшим, стояло три девчонки лет одиннадцати, которые стояли в решительных позах. А перед ними — три пацана класса эдак десятого.

Биг Мак уже дёрнулся в сторону развивающегося конфликта, но Филипп его остановил: ещё неизвестно, что они будут делать.

— Неважно, мы всё равно посмотрим, что в сумочке нашей Сансет Шиммер, — старшеклассник поднял вверх сумку, которую «Компактный взрыватель» и Элементы Гармонии не заметили из-за стоявших к ним спиной «Метконосцев».

— Верни ей сумку.

Хулиганы подняли глаза. Эти слова сказали два юноши: Флеш и Джеймс, только что вышедшие из-за угла.

— Чё вы там сказали? — тихо спросил тот, что в центре.

— Они сказали: «Верните ей сумку», — это уже сказал Филипп, тоже выйдя, — Верни. Ей. Сумку. Если глухой.

— А ну заглохни.

— Метконосцы, идите к сёстрам, — сказал Филипп девочкам, и те убежали в сторону шестёрки и Биг Мака. Тот, кстати, пока стоял в сторонке, возле представительниц элементов.

— Эй, а ты шо не идёшь? — спросила его Эплджек, — Думаешь, наши их уделают?

— Агась.

— Шо, прям изобьют?

— Не-а.

— А Шо тогда?

Биг Мак просто кивнул в сторону Джеймса с Филиппом и Флешом между ними с совершенно спокойным видом, будто бы уже знал, как всё будет идти.

Сейчас друг напротив друга стояло по три человека, слева — три десятиклассника, справа — два из девятого и один из десятого, а между ними сидела Сансет Шиммер, переводя взгляд с одной группы на другую и обратно.

— Чё тут вообще случилось? — спросил Джеймс.

— Мы тут над Сансет Шиммер ржём, и вам бы советовали, — хмыкнул один из хулиганов, — Смешно же!

— Нахрена (уши Метконосцев заткнуты) вы над ней прикалываетесь?

— Нахрена? Да эта дура нам чуть школу не сшибла полгода назад. И всю школу в страхе держала. И ты спрашиваешь, мол, чё мы прикалываемся?

Джеймс хоть и был не робкого десятка в махаче, но мог всех удивить и словесным приёмом.

— Что ж, если вы считаете, что ни разу никого никогда не пугали — плюньте на меня.

Хулиганы удивлённо уставились на сказавшего эти слова.

— Ну, кто первый, кто?

Они не решились.

— Вы здесь учитесь только потому, что вам дают ещё один шанс исправиться, — рыкнул Джеймс.

— У меня вообще-то родня богатая.

— То есть ты думаешь, что никакого шанса тебе не давали? – подключился Филипп.

— Ну-у, дали.

— Тогда какого фига вы не даёте шанс Сансет Шиммер?!

— Слушайте, хрена мы его слушаем? — спросил главарь и уже дёрнулся вперёд, но два других хулигана его остановили:

— Подожди, он дело говорит.

Джеймс всё говорил:

— Да, я понимаю, что она лет пять вас по шкафчикам гоняла, понимаю, что полгода назад превратилась во что-то нечеловеческое…  Но Господи, она человек! Она человек, как и вы! Она имеет право на шанс! А пока я здесь учусь, вы его ей ни разу не давали! Сначала одни пристают, потом другие, и до вас дошло!

— А действительно, — сказал хулиган внезапно умным и рассудительным тоном.

— Заткнись.

— А ты меня не затыкай! – тут же отмахнулся тот. — И вообще, я пошёл, а ты тут разбирайся. Серый, ты со мной?

— Ага, Черп, иду.

Они ушли. Остался один главарь, смелости у которого заметно поубавилось.

— Хочешь ещё  поржать? — поинтересовался Филипп.

— Да нет, я, пожалуй, пойду, — главарь неуверенно попятился а вскоре вообще убежал.

И тут из классов стали выходить школьники. Этаж был для начальных классов, поэтому заступиться было некому. Учителя не слышали. Позвали их только-только, и вот учительница Черили спросила:

— Что здесь случилось?

Подбежали Метконосцы и тут же закричали:

— Они заступились за Сансет Шиммер и защитили её от хулиганов!

— Спасибо вам, — поблагодарила учитель Черили троих музыкантов. – Я поговорю с директором Селестией по поводу всего этого, и, разумеется, она будет в курсе.

Черили зашла обратно в класс. Филипп и Джеймс подошли с разных сторон к Сансет Шиммер и оба протянули ей руки.

— С… спасибо, — кивнула она с благодарностью.

— Давай уже, поднимайся, — ухмыльнулся Джеймс.

Девушка взялась за обе руки и поднялась. Флеш протянул ей сумочку. Та взяла её, потупив взгляд.

И вдруг Метконосцы бросились обнимать заступников: Свити Бель — Филиппа, Эплблум — Джеймса, Скуталу — Флеша.

Обнимая Эплблум, Джеймс обратил внимание на то, что было у неё голове.

«Розовый бант, — подумал он, — Мило»

## Глава 6: Всякое...

Внимание! Я не тратил время на придумывание текста для песен "Компактного взрывателя", сразу скажу — текст взят из песни Братьев Грим. Так что если хотите услышать, как поёт "Компактный взрыватель" — послушайте Братьев Грим.

Уроки кончились…

Вечер, школьный коридор был почти пустой. Филипп стоял перед своим раскрытым железным шкафчиком и складывал там школьные принадлежности. Рядом с ним стол Джеймс.

— Ну, кто из них? — спросил он.

— Блин, ну и зачем это тебе? — вздохнул Филипп, — Это ж всё-таки моё личное дело.

— Но тебе всё равно хочется рассказать, не?

— Нет. А то ещё сболтнёшь кому-нибудь, надо оно мне?

— Да ладно, чё те стоит? Хочешь, я потом скажу, кто мне из них больше нравится?

— Ну, о-кей. Но только по дружбе.

— Ита-а-ак? – протянул Джеймс.

-  В общем, Рарити. И Твайлайт тоже ничего.

— Рарити? Эту намалёванную модницу? Я тебя умоляю.

— Ну, она косметику грамотно использует.

— Может быть, и грамотно, но, во всяком случае, больше других. И да. Твайлайт? Ну ты, братан, замахнулся. Она ж принцесса. И Флеш как бы…

— Я в курсе. Все в курсе. Но она мне только симпатична. Да и Рарити тоже.

— Ну да-а-а-а.

— Я серьезно. Давай теперь ты.

— Ну, Флаттершай… и Рэйнбоу.

— Флаттершай? Чувак, ты серьезно с ней был немного грубоват.

Джеймс пожал плечами.

— Может быть…

— Слушай, Джеймс, — Филипп захлопнул шкафчик и посмотрел на друга. – Тебе вообще стоит быть аккуратнее в этом плане. Я помню, конечно, слова про взятку, но пусть бы это сказал кто-то другой – я бы на твоём месте всё равно так пылко не реагировал ни на это, ни на что-то вообще. К слову, поэтому Рарити так подозрительно на тебя смотрит, да и все остальные тоже – твоя реакция внезапна и непривычна.

— Ты думаешь?

— Я уверен. Хотя с Рэйнбоу такой подход, теоретически, может пройти.

— Ха, ну буду это иметь ввиду. Ну, к слову, Рэйнбоу для меня, как ты выразился, только симпатична, как и Флатти.

— Осталось только их закадрить, — заметил Филипп уже более воодушевляющим тоном.

— Ну, это точно. Так ты чего, тут будешь придумывать?

— Ага. А ты давай, работай тут. Тебе весь этот коридор тереть.

Джеймс вздохнул и подошёл к ведру со шваброй.

Тут к ним подошла Твайлайт.

— Джеймс!

— Филипп вместо меня, — только и сказал тот в ответ, вытаскивая из ведра швабру и начиная вытирать пол.

— Эм… Филипп!

— М-да?

— А почему Джеймс вытирает пол? Для этого же у вас есть уборщица.

— У неё сегодня выходной. Благодаря Джеймсу.

-?

— Да кто-то донёс, что он наорал на Флаттершай и на одного третиклассника. Этот кто-то, разумеется, не упомянул, что третиклассник ушёл радостный, а Флаттершай, ты знаешь, личность очень ранимая. А Джеймс даже не противоречил, решил, что за твою подружку очень даже справедливо вытереть коридор.

— А он что, всегда так?

— Как тебе сказать… С девушками — да.

— Эй! Ты о девушках даже не заикайся! – отмахнулся Джеймс.

— Ну, хорошо, — Филипп хитро улыбнулся, — С представительницами Эле…

— Бла-бла-бла!

— Молчу, молчу. Так ты чёт хотела, Твайлайт?

— Эпплджек хочет напомнить Джеймсу про матч армрестлинга.

— А почему сама не сказала?

— Готовит стол и готовится сама. Рэйнбоу ей читает теорию о победе. Я хотела сделать это, но Рэйнбоу наотрез отказалась идти к Джеймсу, чтобы звать его на армрестлинг – я думаю, она пока стыдится своего поражения. Поэтому я решила ей помочь и пришла за неё.

— Ну, как видишь, он не в состоянии.

— Ещё в каком состоянии, — снова подал Джеймс голос и стал усерднее тереть пол. Твайлайт с Филиппом понаблюдали за ним немного, после  чего брюнет задумчиво проговорил::

— А вот мне вот лучше с песней разобраться.

Он сел на корточки, вытащил из своего рюкзака блокнот.

— Что за песня? — поинтересовалась принцесса.

— Да одна из наших. Хочу слова проверить. Кстати, можешь оценить?

— Да, конечно.

Твайлайт взяла тетрадку и, аккуратно присев возле Филиппа, прочитала текст песни.

Подсолнух

Вот и мне, как всегда, повезло

Лепестки по краям обожгло

Я подсолнух

Назло

Если кто-то сомнет – подымусь

И до солнца опять дотянусь

Повезло

Я подсолнух

Назло

Припев:

И придут холода, согреет меня земля

Королева-зима укроет меня сугробами

Но оставишь меня, я сразу умру, ты знай

Люби меня, люби меня

Навсегда

Я не ангел небес, не герой

Я обычный цветок полевой

Подсолнух

С тобой

Припев

Твайлайт молча перечитывала текст, рассматривая различные пометки в плане использования различных инструментов, и переваривала смысл песни. Она слышала и пела разные тексты, но к такому не привыкла совсем. Она привыкла к виду: «Я и мои друзья». А эта была из раздела «Я и ты». Она вскоре просто уставилась в одну точку, обдумывая слова песни, пока Филипп легонько не толкнул её в плечо.

— Хэй, как слышно? — спросил он у неё.

— Ничего, всё нормально, — встряхнула головой та.

— Ну, как тебе?

— Х… хорошо.  Очень.

— Спасибо. Джемс! — крикнул он своему другу, тот тут же подбежал, — Тебе надо будет петь вот это после «Парашютов», — Филипп протянул тетрадку Джеймсу.

Тот взял тетрадку, прочитал песню и кивнул:

— Классная, я спою.

— «Классная»? И это всё, что ты можешь сказать про неё? — удивилась Твайлайт, — Я вообще такого никогда не читала!

— Ты ещё не видела «Самолёты»! Это вообще офигенная песня. Филипп две недели текст придумывал.

— А в исполнении, — проговорил мечтательно Филипп, — это нечто… Она вообще долго хитом была в школе. Я вообще удивился тому, что почти вы все, Твайлайт, не знали про нашу группу. Вы, небось, тоже собираетесь что-то сыграть вместе? Я думаю, с вашими голосами это отменная перспектива.

— Хм… Может быть. Спасибо, Филипп.  А кто у вас композитор? — поинтересовалась принцесса.

— Джеймс с Флешом. Я отвечаю за текст и аранжировку. Бик Мак выбирает подходящий ритм. Так песни и получаются.

— И кто у вас в группе главный?

— Ну, в таких песнях — Филипп, — отозвался Джеймс.

— А что значит «В таких песнях»?

— У нас есть мелодии без слов, — продолжил Филипп, — где часто гитара — основной инструмент. Тогда главный — Джеймс, иногда – Флеш.

— И Биг Мак с Флешем не жалуются?

— Не-а. Для того, чтобы всё было более-менее справедливо, мы предлагаем в некоторых песнях лидерство им. Биг Мак всегда отказывается — ему нравится по-настоящему помогать группе, но не направлять её, а вот Флеш очень даже непротив иногда такое попробовать. У него неплохо получается, но он тут же передаёт лидерство обратно нам — говорит, что, мол, не его. Что лучше оказывать большую помощь, не будучи при этом лидером. Этакая трансмиссия в автомобиле, которая не хочет быть двигателем. Ну, как и Биг Мак, к слову.

— Да, кстати… Флеш вроде бы был в другой группе… На Осеннем балу…

— Был. То была школьная группа. Наша-то группа — отдельная. Нет, мы поём и в школе, но официально мы… Как бы это сказать… Самостоятельная группа.

— Как тебе, Твайлайт? – спросил Джеймс, подходя к сидящим другу и принцессе.

— Ну, я вас ещё не слышала…

— Да не, я про пол.

— А… Хорошо, прямо блестит.

— Отлично, — поставив швабру в ведро, а последнее поставив в углу коридора, Джеймс размял свои пальцы. — Пора встретиться с Эплджек рука к руке!

Он направился было вперёд по коридору, но тут же вернулся с вопросом:

— А где она?

— Пойдёмте со мной, — Твайлайт хотела было встать, но Филипп, тут же всё поняв, быстро выпрыгнул и учтиво протянул руку. Поблагодарив его, Твайлайт повела двух друзей.

Спустившись на первый этаж и войдя в огромный вестибюль, Джеймс увидел всех подружек Твайлайт возле дверей. Увидев его издалека, к парню пошла Эплджек.

— Ну шо, сахарок, готов к баттлу? — спросила ковбойша, кивнув на столик по пояс, стоящий недалеко от них.

— Готов. Только не называй меня «сахарком», звучит как-то… слишком романтично.

Спустя десять минут беготни…

— Эплджек, это не то, что ты подумала! — проговорил Джеймс, пытаясь отдышаться и одновременно подыхая со смеху.

— Я… тебе… покажу «не то»! — пообещала ковбойша, держась за болящий бок.

Неожиданно парень выпрямился и сказал:

— Ну что ж, давайте начнём!

— Эй, стой… я ж… не отдышалась ещё!

— Твои проблемы, я отдышался.

— Но это ж нечестно!

— Неважно. Могла бы не махать так руками, пытаясь меня достать — не устала бы так.

— Так… Ты специально меня разозлил!

— Я могу сказать тебе, что ты специально назвала меня «сахарком». Могла бы назвать «Кирпич», я бы ничего не подумал бы.

Эпплджек посмотрела на Джеймса угрожающе. Тот пожал плечами.

— Ну ладно, забыли. Я подожду, ты пока отдышись.

Учитывая тот факт, что Джеймс выиграл Флеша, Филиппа, а сразу после неё — Рэйнбоу, хоть и другой рукой, можно сразу сказать, что он же выиграл и этот, пусть и долгий поединок.

Но на этом день не кончился.

Неожиданно, когда все собрались уходить, как Рэйнбоу заявила:

— Погоди-ка, у меня к тебе тоже неоплаченный долг.

— Хм… Ну, валяй, — лениво ответил Джеймс.

— Я не так хороша в армрестлинге, но зато ты меня не переплюнешь в футболе!

— Ну, не знаю.

— И я вызываю тебя на матч один на один! До трёх голов! Сейчас!

— О-кей. Пошли на футбольное поле, что ли.

Заря окрашивала в кроваво-красный цвет крыши домов. Матч должен был пройти быстро, после чего все должны были разойтись по домам.

Во время похода к стадиону к девчонкам и Джеймсу с Филиппом присоеденились Флеш с Биг Маком. Зрелище и вправду обещало быть интересным.

Едва они пришли на поле, как Джеймс отобрал мяч у Рэйнбоу.

— Эй, какого…

— Чтоб раньше времени не забивала. Полно таких историй слышал, как ты так себе лишний гол забирала.

— А ты сейчас забьёшь!

— Ни в коем случае!

Джеймс со всех ног устремился к своим воротам, Рэйнбоу — к своим.

— Дамы — вперёд!

И Джеймс навесил мяч на Рэйнбоу. Та его приняла и подошла к середине.

— И… начали!

Рэйнбоу побежала со всех ног в сторону Джеймса. Твайлайт вдруг показалось, что где-то она это видела… Ну конечно, на месте Джеймса как раз была принцесса. Но вот только Парень не дрожал от ушей до пяток, как она в своё время, а крепко стоял на ногах, готовый прыгнуть в любую сторону…

И Рэйнбоу исполнила свой коронный удар — подбрасывание мяча в воздух и удар по нему с разворотом. Это был бы классный гол, если бы не одно обстоятельство.

Джеймс поймал мяч.

Он не сдвинулся с места, мяч летел прямо ему в руки. И он его просто поймал.

И на лице у него улыбка была такая нахальная, что Рэйнбоу разозлилась ещё больше.

Но парень решил воспользоваться шансом: подбросив мяч, он со всего маху ударил по нему. Рэйнбоу стояла ближе к его воротам, чем к своим, и при удачном ударе…

Мяч отскочил от земли прямо в ворота.

0:1

Рэйнбоу — без комментариев. Одно слово — ярость.

Схватив мяч, она от ворот сделала такой мощный удар, что Твайлайт ещё тогда, полгода назад, точно убило бы. Не удивительно, никто никогда не выигрывал Рэйнбоу всухую, пусть хоть и на один бал.

Джеймс, не решив рисковать, просто отошёл.

Гол.

1:1

Радужная хмыкнула. Будет знать своё место.

Подкинув мяч на землю, юноша стал идти в атаку. Рэйнбоу побежала навстречу.

Они приближались и приближались. Расстояние всё сокращалось.

И когда между ними оставалось каких-то двадцать сантиметров, Джеймс резко развернулся назад-влево, правой ногой оставшись на месте, а левой пяткой уводя мяч за собой. Рэйнбоу, несшаяся со всей скорости, проскочила мимо. И Джеймс тут же забил в пустые ворота.

Да-а-а. Забил.

1:2

Разумеется, Джеймс был человеком разумным, поэтому просто вышел на край поля: Рэйнбоу превратилась в то, что пытаться обыгрывать — то же самое, что идти на смерть. И она быстренько вернула всё на свои места.

3:2

Рэйнбоу прыгала в центре с радостным лицом. Джеймс показал ей два больших пальца и подозвал к себе. Та подошла и самодовольно спросила:

— Ну что, понял, как играть?

— Да понял, понял. Ты профи, а я нет.

— Ха, так-то. Ты-то тоже хорош.

— Я в курсе.

— Давайте расходиться, — подал голос Филипп, — а то уже солнце село.

Ну… собственно, все и стали расходиться.

Но когда Рэйнбоу отошла уже метров на десять от остальных, то услышала звук бега. Обернувшись, она увидела Джеймса.

— Я хотел тебе сказать «спасибо» и ещё кое-что.

Рэйнбоу скрестила руки на груди.

— Валяй.

— Никто не знает… Но ноги у тебя красивые!

Рэйнбоу слишком поздно опомнилась, Джеймса уже и след простыл.

«Ну, я тебе это припомню!» — подумала она. Но всё-таки слегка смутилась.

## Глава 7: Поболтали...

— Ну давай!

— Нет!

— Иди к ней, говорю!

— Да не хочу я!

— Я опять пошучу про твои отношения с Твайлайт!

— Достал!

— Дрейфишь!

— Да кто дрейфит?

— Ай-оёёёёй, о нет!

— Ладно, хорош, я… Э-э… Попробую.

Флеш неуверенно пошёл в сторону девчонок. Из-за угла за ним наблюдали Филипп, Джеймс и Биг Мак.

— Эм… Твайлайт!

Все девчонки повернулись в сторону Флеша. Подружки Твайлайт захихикали, увидев смущённый вид парня.

— Не, ну так не пойдёт, — прошептал Джеймс, — Он сейчас при них под землю упадёт.

— Привлеки их внимание и к себе помани.

— Давай лучше ты, а то ещё меня Рэйнбоу заметит.

— А что случилось?

— Потом. Действуй.

Филипп вытащил из пенала стёрку и бросил ею в Эплджек. Джеймс тут же убежал и через несколько минут оказался с другой стороны коридора (обходные коридоры).

Эплджек посмотрела за угол и увидела Филиппа. Тот яростно жестикулировал, пытаясь их призвать к себе. Эплджек всё-таки поняла его жесты и кое-что прошептала своим подружкам.

— Извините, у меня кое-какие дела появились, — начала первая Рарити.

Остальные подхватили.

— И у меня.

— И у меня.

— И у меня.

— И у меня.

И они пошли в сторону… Джеймса. Тому снова пришлось мчаться по обходным коридорам, но он успел услышать самое интересное.

— Привет.

— Привет. Классно выглядишь.

— Спасибо.

-…

-…

«И, походу, всё…»

* * *

— Ну, и что ты ей сказал? — не унимался Филипп.

— Упомянул про ноги, и ничего больше, — ответил Джеймс, стоя перед своим шкафчиком.

-  Не верю, что это всё.

— У неё самой спроси.

— Ну нет, я не собираюсь так рисковать

— Барин тебя хвалит.

— Подожди, ты сказал ей прямо, что у неё красивые ноги? — удивился Флеш, — Ну ты крут, уважаю.

— Крут — это да, но сегодня мне придётся спасать шкуру, потому что я не знаю, что со мной сделает Рэйнбоу… Блин, это они! — Джеймс тут же запрыгнул в свой шкафчик, быстро его захлопнул изнутри и хрипнул: — Я в домике!

«Ага, как же» — подумал Филипп, посмотрев на приближающуюся шестёрку, а потом переглянулся с Флешом и подмигнул ему. Тот хмыкнул и кивнул.

К ним подошли девчонки.

— Слушайте, вы Джеймса не видели? — тут же спросила Рэйнбоу, едва подойдя, — Мне с ним нужно серьёзно поговорить, — она сложила свои пальцы в гимнастический замок и выгнула их. Такой жест всё объяснял. Филипп невинно улыбнулся и ответил:

— Нет, не видел, — и слегка кивнул в сторону шкафчика Джеймса, который был са-а-амую малось приоткрыт.

— Жалко, — Рэйнбоу тут же поняла намёк. Медленно подойдя к шкафчику, она его резко открыла.

Сердце Джеймса ёкнуло. Но он оказался хитрее…

Едва Рэйнбоу открыла дверцу, как парень резко из него вышел и оказался прямо возле неё, практически вплотную к ней. Запахло романтикой…

Рэйнбоу такой ход поставил в замешательство на один только миг. Этого мига хватило Джеймсу, чтобы резко рвануть в сторону и побежать по коридору.

— Эй, стой! — Рэйнбоу бросилась в погоню.

Чист был только один коридор, зато после поворота сразу появилась толпа. Практически непроглядная, но парень так просто сдаваться не собирался.

Врезавшись боком в едва заметный проём между учениками, Джеймс проскочил через толпу. За ним проскочила Рэйнбоу.

Ещё один столик армрестлинга. Вокруг толпа, проскочить можно только внизу.

Джеймс, не сбавляя скорость, сделал кувырок под стол, подпрыгнул и снова помчался вперёд. А вот Рэйнбоу перепрыгнула через столик, поставив на него руки и раскинув ноги в стороны (благо, ученики вовремя отошли).

Джеймс всё ускорялся… И снова толпа. Где пробежать? В центре один пацан завязывал шнурки.

Не сбавляя скорости, парень прыгнул, высоко подняв колени. Едва не коснувшись носками сидевшего, Джеймс снова побежал.

Завязывавший шнурки удивлённо поднял голову. Это и задержало Рэйнбоу. Ей пришлось протискиваться через толпу, и Джеймс выиграл время.

В конце коридора показалась дверь класса. Через стекло в ней было видно — класс пуст, но дверь была чуть приоткрыта.

Вломившись в класс, Джеймс повернул налево — к окнам. Одно было открыто. И он сделал то, на что осмелятся только храбрейшие либо глупейшие.

Выпрыгнув через окно, Джеймс ухватился за панель. Теперь он был снаружи школы. Важно было не упасть, всё-таки второй этаж.

Он услышал звук открывающейся двери. Наверняка Рэйнбоу. Только бы она не заметила его пальцы на панели…

Несколько шагов… И звук закрывающейся двери. Тишина.

Осмелев, Джеймс заглянул в окно. Пусто.

Забравшись. обратно в класс, Джеймс смело из него вышел. Как оказалось, зря.

— Слушайте, вы Джеймса не видели?

— Да он же сзади тебя!

Повернув голову на звук, Джеймс увидел Рэйнбоу. А та увидела его.

Коридор, из которого он прибежал, кончался дверью, в которую он вбежал. Но он эта дверь была прямо на перекрёстке коридоров. Поэтому Джеймс видел не только путь прямо, откуда прибежал, но и путь вправо, где была Рэйнбоу, и влево, куда сам и помчался.

И снова беготня. Прыжки, кувырки… Вдруг он впереди увидел преграду, а за ней – просторное цилиндрообразное помещение. И тут же догадался, куда бежит.

Двухэтажный вестибюль! Это балкон второго этажа, который выходит на двухэтажный вестибюль.

Рэйнбоу увидела впереди то же, что и парень.

— Эй, ты чего, тормози! — крикнула она, — Ты же не…

Джеймс не слушал. Он бежал. Нужно во что бы то ни стало оторваться.

Схватившись за преграду, он перемахнул через неё и, не отпуская её оказался с другой стороны. Прямо под ним был, собственно, первый этаж, на который он не замедлил спрыгнуть.

Это было лучше, чем прыжок со второго этажа на улицу, ведь всё-таки уровень первого этажа выше земли, от того у школы есть ступеньки на входа. Но ощущение от падения на упор присев было не очень приятное. Однако  он оторвался. И на этот раз по-настоящему.

Встав на одно колено, он обернулся и увидел Рэйнбоу, с беспокойством смотрящую на него.

— Ты что, долбанутый?! — орала она яростно, — Ты ж чуть не помер.

«Интересно, что лучше, — подумал он, — Быть избитым до полусмерти девчонкой или же чуть не помереть от падения». Вслух же он сказал:

— Извини, не хотел, чтобы ты так за меня волновалась.

— Я не… не за…

— Ну да, конечно.

— Неправда, я за тебя не волновалась!

— Глаза сами за себя говорят. Красивые, кстати.

— Я… Что?!

— Красивые глаза, говорю! Ты успокойся немного, ладно?

— Не указывай, а то я тебя прибью.

— Ну ладно, извини. Спускайся давай.

— Не указывай!

— Ох, как скажешь.

Через некоторое время в вестибюль пришла Рэйнбоу с остальными. Радужная девчонка была мрачна как туча.

— Ну извини, Рэйнбоу, — сдался Джеймс, — я признаю свои ошибки.

— Ой, да ладно, — махнула рукой та, — Но в следующий раз просто остановись, дубасить не буду.

— О-о-о-кей, — протянул парень.

Сменить тему поспешил его лучший друг.

— Слушайте, а вы не забыли, что у нас завтра выступление?

— Шо, правда? Завтра ж пятница, точно!

— Ну, мы вас приглашаем. Питание за наш счёт.

— Ой, ну что вы…

— Никаких отговорок!

Конец дня.

— Ну как, готовы к завтрашнему дню?

Флеш, Бик Мак, Джеймс и Филипп медленно шли по тротуару, улицы, по которой изредка мчалась какая-нибудь легковушка, и разговаривали.

— Ещё как готовы.

— Агась.

— И да. Флеш и Джеймс, для нас с вами этот день будет особенным, ведь мы сможем подкатить к девчонкам. Бик Мак, ты с нами?

— Не-а.

— Ну, как знаешь. А я иду на Рарити. Флеш?

— Я иду на Твайлайт. А ты, Джеймс.

— Я пас.

— Тю, струсил?

— Может быть. С Флаттершай сложновато, А Рэйнбоу… Ты понимаешь.

— Дело хозяйское. Как знаешь.

Тут они увидели сидящую и просящую подати старушку.

Филипп с Джеймсом переглянулись, порылись в карманах и кинули в миску пару долларов.

— Спасибо, дай вам Бог здоровья!

Пацаны пошли дальше. Флеш вдруг заметил:

— Сделали бы вы это на глазах девчонок — было бы больше шансов замутить.

— Если честно, — ответил Джеймс, — мне совершенно пофигу, видят это или не видят. Фил?

— Поддерживаю, — кивнул тот. – Показаться ещё успеем. Главное – сам факт, что мы сделали для той бабки жизнь чуточку легче.

— Я с вами согласен, — кивнул Флеш, потом подумал и вернулся, чтобы дать ей доллар старушке.

— Агась, — и Бик Мак последовал примеру остальных.

## Глава 8: Концерт

"Компактный взрыватель" = "Братья Грим" Текст песни можно не читать, если неинтересно.

Наступила пятница. Тот день, когда Твайлайт и её подружки собирались пойти на выступление «Компактного взрывателя».

Они решили прийти на полчаса раньше, просто, чтобы поболтать.

Кафешка оказалась очень даже неплохой. Столиков было предостаточно, все они были чистенькие, на окнах висели светлые занавески. Официанты вежливые.

Сидели тут разные люди, даже дети были. Многие пришли сюда ещё и для того, чтобы послушать группу «Компактный взрыватель». Сев за столик, подружки тут же перешли на самую важную тему для разговора:

— Предлагаю голосование. Кто за Филиппа?

Руки подняли Рарити и Эплджек.

— Не, ну Рарити — понятно, — удивлённо возразила Рэйнбоу, — Но ты почему, Эплджек?

— Филипп более серьёзен, чем Джеймс. У него приколы через край лезут, а мы говорили про этот ваш баланс. Я за Филиппа.

— Понятно. Кто за Джеймса.

Руки подняли Пинки и Рэйнбоу.

— Почему ты проголосовала за него, Пинки? — поинтересовалась Рарити.

— Он такой смешной, с ним всегда так весело!

— Но… Мы голосуем за того, кто больше подходит.

Пинки приняла серьёзный вид:

— Мы голосуем за того, у кого больше всего балансируют все Элементы Гармонии. С моей точки зрения, смех у него вполне в норме.

Эплджек удивлённо почесала затылок. Пинки неплохо так защитила свою позицию.

— А ты, Рэйнбоу?

— Он крут, не как я, но достаточно. Я за Джеймса.

— Эм… Но ты же представляешь элемент Верности… при чём тут крутость?

— Мне виднее. Я же элемент Верности, а раз я крута — значит, и Седьмой элемент должен быть крут. Вот точно потому же Рарити выбрала Филиппа, он изящен, Рарити тоже изящна. Вы меня поняли, короче.

— А ты, Флаттершай, почему не проголосовала?

— Я не знаю… Я приму лучше нейтральную сторону. Они оба хорошие…

Твайлайт тоже приняла нейтральную сторону. Седьмой элемент должен иметь в балансе все элементы, кроме Магии. Поэтому Твайлайт не голосовала.

— Ну, что ж, тогда продолжаем наблюдать за ними, — сказала она.

«Компактный взрыватель» же пришёл чуть раньше. Сейчас он настраивал свои инструменты, являющееся собственность кафе, и готовился к выступлению.

Неожиданно Джеймс огласил:

— Ребят, я текст забыл, сбегаю домой, о-кей?

— О-кей, только смотри, не опоздай.

— Замётано.

Джеймс помчался в сторону своего дома, который был на соседней улице. У него было минут сорок, он точно успеет. Если ничего не случится. Да ничего и не случится.

Забежав к себе домой, он стал рыться во множестве мусора. Он клялся себе, что уберётся как-нибудь попозже и вот поплатился, что не выполнил клятвы.

— Черновики… пакеты… банки от «Колы»… Ага, нашёл.

Схватив тетрадку с текстом, Джеймс вышел из дома. Он собирался побежать, как вдруг что-то привлекло его внимание. Вернее — не что-то, а кто-то.

Он увидел идущую по тротуару банду. Они шли в противоположную сторону от кафе и сейчас были спиной к Джеймсу, но когда один из них повернулся к нему боком, он его узнал…

Главарь хулиганов, пристававших к Сансет Шиммер.

М-да… Если они его заметят, то жди беды. Сейчас хорошей речью их не отговорить, их там шестеро, а он один. Нужно было завернуть в ближайший переулок до того, как его заметят.

Джеймс пошёл вниз по улице, в противоположную от хулиганов сторону. До переулка между домами было шагов десять. И расстояние быстро сокращалось.

Нет, ну он правда старался, ему не хватило какой-то сажени. Всего-то — и он бы благополучно. Но нет, кому-то из хулиганов приспичило обернуться.

— Э, смотри, это тот торчела!

— Валим его.

Плюнув на всё, Джеймс со всех ног помчался вниз по улице. Сейчас его преимущество было в скорости, завернёт в переулок — и она пропадёт.

Людей впереди практически не было, оббегать их труда не представляло.

Джеймс бежал как никогда быстро, даже от Рэйнбоу он так не удирал.

Впереди он увидел женщину с коляской. Над ней в паре метрах и немного ближе к парню висела вывеска. С разбегу Джеймс прыгнул, ухватился за неё и, пустив ноги вперёд, разжал пальцы и упал на землю на упор присев, подскочил и снова побежал, оставим коляску за собой. Оглянувшись, он увидел, как хулиганы тормозят перед коляской, чтобы её обойти. Время на его стороне.

Справа на другой стороне улицы он увидел кафе. Ему надо было туда. Но слишком рискованно было показывать, куда он направлялся. А то ещё на девчонок пойдут.

Тут Джеймс завернул в ближайший проход. Стены тут были в паре метрах друг от друга.

Справа была лестница. Забравшись по ней только до второго этажа, но не до крыши, он понял, что даже если успеет забраться наверх, то за ним полезут хулиганы. Но вон там, в нескольких метрах от него, было открытое окно. Надо только пробраться по выступу…

С лестницы Джеймс перебрался на выступ на уровне пола второго этажа. Осторожно пройдя по нему, он добрался до окна и залез туда.

Это оказалась чья-то ванная комната. В душе мылся какой-то мужик, певший басом какую-то песню. Благо, занавес у душа закрывал мужика от Джеймса, а Джеймса от мужика, да иДжеймс залез тихо, иначе бы он сквозь гул воды и своего пения услышал бы чьи-то движения.

Выглянув из окна, Джеймс увидел, как последний хулиган залезает на крышу. Проделав вчерашний трюк спрыгивания, Джеймс оказался снова в переулке и поспешил к кафе.

Нехорошо это было, совсем нехорошо. Надо об этом рассказать остальным, они должны знать.

Без пятнадцати. Успел.

— Где ты был? — спросил его Флеш.

— От хулиганов бегал.

— А если серьёзно?

— Серьёзно — улепётывал.

— Эм… А чё они так? Денег не дал?

— У них главарь тот, которого мы от Сансет отогнали.

Тут все посмотрели на Джеймса.

— Нехорошо это, — проговорил Филипп. – Совсем нехорошо.

— Чел, я думал точно то же самое.

— Но мы выступить все равно сможем, — заметил Флеш. – Сюда они не сунутся. Или, может быть, и сунутся, но нас не тронут. При всех-то.

— Просто надо будет быть осторожным, когда будем выходить из кафе, — предложил Джеймс.

И вот настал тот момент, когда "Компактный взрыватель" снова вышел на сцену.

Разумеется, то, как они пели, должным образом не описать*.

"Первая песня была "Парашюты"

Начал Джеймс, заиграв на своей гитаре. Потом он запел:

Парашюты

Прыгай за мною, нас успокоит

Целое море, воздуха воли пенные облака

Пошла гитара Флеша...

Нам и не надо большей награды -

Падаем парой в тандеме рядом, вот моя рука

Удары тарелки Бик Мака и фоновая музыка от синтезатора Филиппа:

Пара-парашюты раскрывать не спешим.

Пару-пару, любви поцелуев держи, ведь оба мы

Пара-парашюты, не тревожься зря — далеко ли, далеко ли земля?

Далеко ли, далеко ли земля?

И Бик Мак задал ритм:

Замерло время в этом паденьи

Мы так хотели, а вдруг не успеем выпустить парашют.

Рухнем камнями в тандеме рядом,

Так нам и надо, слышишь, как ладно ангелы поют?

Пара-парашюты раскрывать не спешим.

Пару-пару, любви поцелуев держи, ведь оба мы

Пара-парашюты, не тревожься зря — далеко ли, далеко ли земля?

Далеко ли, далеко ли земля?

И дальше Флеш заиграл по-настоящему, вошёл бек-вокал Филиппа. Создавалось впечатление полёта.

И снова:

Пра-па-пара-парашюты раскрывать не спешим.

Пару-пару, любви поцелуев держи, ведь оба мы

Пара-парашюты, не тревожься зря — далеко ли, далеко ли земля?

Далеко ли, далеко ли земля?

А в конце Бик Мак перестал играть, остались только соло-гитара Флеша и синтезатор Филиппа. И эту концовку они исполнили так блестяще, что у девчёнок, особенно у Рейнбоу, появилась тоска по небу...

Быстро подготовившись, "Компактный взрыватель" продолжил концерт.

Следующую песню начал Филипп, играя на синтезаторе, поставленным на режим "пианино". Потом запел Джеймс:

Сердце

Сердце мое, не пой

Не бери фальшивый тон

Первая пуля только для тебя

Сказке не сбыться той

Что придумал я о том

Как не бывает, это бывает так

Потом задал ритм Бик Мак и заиграл на своей гитаре Джеймс:

Белая простынь станет крылом

Сердце кривым рулем

Это так просто плыть кораблем

Прямо по венам

По венам

И тут в игру вошла скрипка Флеша:

Тю-тю-ру-ту-ту, Что ты наделала, ха-ха,

Тю-тю-ру-ту-ту, Что ты наделала, ха-ха,

Тю-тю-ру-ту-ту, Что ты наделала, ха-ха,

И бек-вокал Филиппа, лёгкий, потише вокала Джеймса.

Скрипка стихла, гитара тоже:

Сердце мое, прости

И меня побереги

Из стекловаты

Сшиты заплаты все

Сердце мое, прости

Первым снегом замети

С первым закатом

Первым слепым дождем

Снова гитара Джеймса:

Белая простынь станет крылом

Сердце кривым рулем

Это так просто плыть кораблем

Прямо по венам

По венам

Ударники стихли:

Горлышко из стекла

Что ты наделала, ха-ха,

И снова ударники со скрипкой:

Тю-тю-ру-ту-ту, Что ты наделала, ха-ха,

Тю-тю-ру-ту-ту, Что ты наделала, ха-ха,

Тю-тю-ру-ту-ту, Что ты наделала, ха-ха,

Бек-вокал Филиппа...

И снова всё стихает, кроме его же синтезатора и голоса Джеймса.

Горлышко из стекла

Что ты наделала, ха-а-а...

И опять скрипка и ударники, а вместе с ними ещё и бек-вокал:

Тю, Тю-тю-ру-ту-ту(Па-пару-пай), Что ты наделала, ха-ха,

Тю-тю-ру-ту-ту(Па-пару-пай), Что ты наделала, ха-ха,

Тю-тю-ру-ту-ту(Па-пару-пай), Что ты наделала, ха-ха,

(тю-тю),

па-пару-пай,

(Лала-лала-лай-лулай-лулай)

И снова затихло всё, кроме пианино и вокала:

Горлышко из стекла

Что ты наделала, ха-а-а...

Они спели достаточно много песен, таких как «Подсолнух», «Вернись», «Аллилуйя», «Лаос», «Парни не плачут», «Zомби», в общем — полно. Последнюю они спели песню «Самолёты» Твайлайт она очень понравилась, и она решила было спросить оценки Рэйнбоу, но осеклась. Та с грустным лицом смотрела на сцену. Она напевала припев последней песни:

«Последние танцы с облаками,

Последний полёт на легке,

Последние танцы с облаками

В крутом пике»

Закончив петь, «Компактный взрыватель» присел к девчонкам, и Флеш спросил:

— Ну, как вам?

— Класс!

— Отпад!

— Изящно!

— Весело!

— Мило.

— Понравилось.

— Мы старались, — хмыкнул Джеймс. — Ну а теперь, как и договаривались — всё за наш счёт! Официант!

Подошёл молодой мужчина и протянул каждому по меню.

— Всё, больше не могу, — сдался Джеймс, ставя пустую кружку на стол.

Девчонки заказали себе только попить. И сейчас шёл бой между Бик Маком и Джеймсом, кто больше перепьёт сидра. Джеймсу, правда, было не по себе из-за того, что во всех баттлах всегда участвует он (а с ним тогда бились Флеш, Рэйнбоу и Эплджек), но настроя на выпивание большого количества сидра, кроме него и Бик Мака, ни у кого не было.

И сейчас победил Бик Мак.

— Ладно, ты победил.

— Агась.

— Ска-а-а-атился, — махнул в его сторону Флеш. – Небось до дома не дойдешь теперь. Нам бы уже, к слову, пора бы и собираться.

— Ладно, только я ща в тубзик сбегаю, догоню на выходе, а вы собирайтесь. Официант, вычьте из нашей зарплаты весь счёт!

И Джеймс помчался в туалет.

А подружки и остальной «Компактный взрыватель» вышли из кафе.

Флеш думал о своём, не обращая внимание на разговоры:

«Ну что ж, думаю, день отличный. Завёл разговор с Твайлайт, отлично спел. Что может пойти не так?»

Это была последняя его мысль до того, как потерять сознание.

## Глава 9: Подъём

Джеймс вышел из туалета, облегчённо вздохнув. Да, так много жидкости он давно не выпивал. И сейчас ещё придётся догонять всех. Хорошо ещё, что они недалеко ушли от него.

Но едва он собирался выйти, как увидел в дверях Филиппа.

— Звони в скорую. Срочно!

— А что слу…

Джеймс только глянул вправо и тут же всё понял.

На земле в десятке метров от него лежали без сознания Флеш и Биг Мак. У последнего под носом виднелась струйка крови.

— Чёрт…

Джеймс попятился назад, но быстро собрался и тут же вытащил из кармана сотовый, вызвал скорую. Пока она ехала, Джеймс наконец заметил ещё кое-что:

— Где девчонки? Что случилось? И… почему тебя они не тронули?

Филипп выложил всё:

— Мы отошли немного вперёд, как вдруг прозвучал удар, и Флеш упал без чувств. Биг Мак обернулся, и ему дали по носу. Человек десять стали хватать девчонок. Я хотел было их остановить… Но их было человек десять, поэтому я попросту поднял руки.

Он остановился, чтобы посмотреть на Джеймса.

— Что я должен был делать?

— Я ещё не дослушал. Дослушав, оценю.

Джеймс сказал это с каменным лицом. Филипп продолжил:

— Я поднял руки, потому что решил, что так от меня будет больше пользы, чем если меня вырубят… И я не ошибся.

Они потащили девчонок за собой, но я как-то быстро смог отдать свой телефон Твайлайт. Поэтому мы можем проследить их расположение через мой компьютер.

Джеймс хмыкнул:

— Да, ты поступил так, как надо было. Не знаю, хотел ли ты попробовать отбить у них девчонок…

— Я хотел всей душой это сделать, клянусь тебе!

-… но, не сделав этого, ты смог принести больше пользы. Отступление – тоже тактика, сам же говорил?

— Ты это сейчас говоришь, а мне на душе всё хреновее.

Он вздохнул и прошептал:

— Никогда не забуду, как Рарити посмотрела на меня тогда.

Тут подъехала скорая помощь. Бик Мага и Флеша положили на носилки и разместили в машине. Филипп дал им телефоны родни пострадавших, назвал их имена, и скорая уехала. И тут же Джеймс сказал ему:

— Так, пора действовать. Что мы должны делать теперь.

— Идем ко мне домой. Там я их выслежу.

— Всё-таки нам повезло, что ты у нас немножко хакер.

— Но как мы их догоним? Они сели с девчонками в машину и уехали. У нас нет автомобиля.

— Есть. У Флеша был. Можем на нём поехать, он мне ключи давал как-то раз.

— Мы ж несовершеннолетние.

— Лично мне сейчас на это пофиг.

— Ну, о-кей, мне тоже. Водить-то умеешь?

— Ага, в развлекательном центре научился.

— Да ты кеп, блин. А почему не обратиться в полицию?

— Они заявление будут денька три разглядывать. А наши дружки могут в это время раз десять девчонок… — он многозначительно закатил глаза

— Понял. Ещё бы знать, кто это люди. Может быть, мы их раньше видели…

Теперь пришлось стыдиться Джеймсу.

— Я знаю их. Я от них убегал сегодня.

Филипп так и замер.

— Это плохо… Очень плохо. Они же тебя хотят, небось, выманить к себе.

— Возможно, хотят меня поймать и сделать это перед моими глазами, чтоб я позлился. Блин, уже противно от таких мыслей становится.

— Так сделай так, чтобы они не стали правдой. Да и вообще не уж то они ради одной злобы на тебя пошли на такие вещи?

— Я не знаю, — сокрушённо проговорил парень. – Моё дело сейчас  – спасти девчонок, и не важно, от чего.

— О-кей, пошли к Флешу в гараж. Он же в его доме?

— Ага.

— Тогда к нему домой.

Подойдя к двери гаража (она была поднимающейся), Джеймс присел на корточки и, открыв её, поднял. Взору друзей предстал джип Флеша.

Джеймс сел за руль. Филипп сел на переднее сиденье.

— Слушай, а у них случаем пистолетов не было?

— Нет, только трубы металлические. Тебе бы не помешало ноут с собой взять хотя бы от Флеша, а то там же камеры есть. Сможешь взломать?

— Да уж постараюсь. Да вот он, за сиденьями, — Филипп протиснулся меж сидений и достал компьютер. Открыл программу, на котором появилась карта. Побарабанив по клавиатуре, он вывел на экран точное расположение своего телефона. Одна точка мигала жёлтым цветом.

— Вот, они вот тут. Блин, они всё продумали, даже за город выехали. Засели в десятиэтажную башню. У них, кажись, родня ну очень богатая, раз они в такую поехали.

— И мне придётся в неё проникнуть.

— Почему тебе? Я пойду с тобой.

— Ты шутишь? А кто будет заниматься навигацией?

— Для этого и твой смартфон сойдет. Давай его сюда.

Через минуту жёлтая точка была уже на телефоне Джеймса.

— Хорошо, а что тогда насчет твоей самообороны? – спросил он у Фила. Тот лишь достал с пола перед задними сиденьями два шеста.

— У-у-у, а ты неплох, — оценил Джеймс находку. – Небось, чаще моего к Флешу ходил на уроки обращения с шестом?

— С деревянным, Джеймс, с деревянным. Теперь нам нужно добраться до той башенки.

Джеймс завёл машину и выехал из гаража, быстро выбежал из автомобиля, закрыл дверь, сел. И они помчались в погоню.

— Так, там полицейская машина, объезжай.

— Угу.

— Ну вот, мы и выехали. Эта башня находится в небольшом посёлке. Так что спрятать автомобиль будет просто.

— А насколько раньше они приехали в деревню?

— Ну, минут на двадцать.

— Многовато.

— Если они тебя поджидают, то просидят там и дольше без дела.

— А если нет?

Друзья переглянулись. Джеймс через секунду отвернулся и дёрнул за плавный рычажог , переключая передачу.

Наконец они въехали в посёлок и заехали за один из домов, стоящий возле башни, которая возвышалась недалеко от них на холме. Огромные изношенные крестовидные лопасти придавали этой башни вид мельницы, но что-то с этой мельницей было не так.. И тут Филипп, до сих пор сидевший за ноутбуком и лихорадочно бивший по клавишам да водя туда-сюда пальцем по сенсорной панельке, огласил принеприятнейшую весть.

— Судя по камерам, — а они там есть, — там два нормальных помещения — внизу — типа прихожей — и вверху — типа спальни. Они только что поднялись наверх.

— Значит, мы успеваем.

— Так вот, внутри поднимается винтовая лестница. И на каждый этаж есть по охраннику.

— Этаж?

— Ну, то есть каждые пару метров в высоту. Они там сидят на табуретках, чай попивают. И у них есть по пушке.

— Значит, по винтовой лестнице не взобраться. А как можно?

— Ну-ка, пробьем по базе. Ого, так это древняя башня, ей лет двести…

Джеймс присвистнул.

— …И, судя по чертежку в одном из архивчиков глобальной системы, там есть тайный ход. Но по нему можно только из верхней комнаты спуститься и выйти внизу, там дверь тайная открывается только изнутри. И в этом ходу нет камер, судя по всему, даже владельцы башни не знают о нём.

— Возможно, мы сможем вернуться по нему вниз. Но наверх тогда как?

Филипп рассматривал картинки на мониторе, в то время как Джеймс приглядывался к слегка покосившейся кирпичной башне, что вживую предстала перед ним. И они разом ответили на заданный вопрос:

— Кирпичи.

Переглянувшись, оба поняли друг друга. Захватив телефон Джеймса, Филипп выскочил из машины. Джеймс последовал его примеру, захватив шесты.

Отойдя на десяток метров, Джеймс замер.

— Погоди, — вытащив из кармана ключи, он тыкнул на кнопочку на мобильном замке. Машина дважды бибикнула, оповещая о закрытых дверях.

— Не, ну а что? – спросил он, увидев взгляд Фила. – Машина не моя, Флеш меня потом прибьет, если её кто-то угонит.

И оба направились к башне.

— Камера висит над входом, — сказал Филипп, смотря в телефон в одной руке и останавливая Джеймса другой. — Обойдём с подветренной стороны, там вроде должен быть первый выступ.

Шесты уже были закреплены на спинах у обоих. Незаметно для камеры подойдя к башне, они осмотрели стену. Пара выступов было. Подняв глаза вверх, они увидели не только выступы, идущие вокруг периметра башни (диаметр был метров двадцать) по идеальной окружности, по которым можно было лазать вправо и влево, но и выступающие кирпичи, по которым можно было лезть вверх.

Фил проявил инициативу.

— Подсади меня.

Джеймс не мешкая подставил две руки, и друг залез по нему на первый выступ, после чего, ухватившись за первый кирпич одной рукой, другую протянул Джеймсу. Тот ухватился за неё и залез за Филиппом.

— Первые метры есть, — проговорил Джеймс. – А дальше?

— Лезем, но осторожно. Я бы на твоём месте не стал пытаться упасть с какого-нибудь пятого или седьмого этажа.

— Да ты и так на моём месте, — хмыкнул Джеймс и полез вверх по выступающим кирпичам.

Осторожно, потихоньку и пошагово Джеймс и Филипп взбирались по стене. Им пришлось взбираться именно по той стороне слегка покосившейся башни, которая была для них самой более благоприятной, то есть подъём был ни перпендикулярный, ни по отвесной стене, и это слегка облегчало задачу.

Джеймс лез впереди, Фил следовал за ним. Выбранный путь первого был аналогичен для второго.

— Филипп, насколько мы поднялись?

— На на четыре этажа, почти половина. Ты что, боишься посмотреть вниз?

— Я боюсь полететь вниз прямо на тебя, ухватившись не за тот кирпич, — фыркнул тот.

Через метр подъёма Джеймс услышал звук сыплющихся камешков, после чего почувствовал такую сильную тяжесть на ноге, что его вторая нога соскользнула, и он каким-то чудом не упал, ухватившись на выступ, идущий по периметру башни и повторяющийся каждый этаж. Оглянувшись-таки назад, он увидел, что на его ногах висит Фил.

— Твою дивизию, какого чёрта?!

— Кирпич обсыпался, — проговорил брюнет, у которого сердце стучало так бешено в груди, что он даже не чувствовал рук, которые инстинктивно сжимали лодыжки друга. Но через несколько секунд он совладал с собой и, почувствовав своими ногами опору, взялся руками за целые кирпичи и полез дальше, а Джеймс удвоил внимательность к кирпичам.

Через ещё один десяток метров Джеймс вдруг заговорил:

— Блин, ну почему мы с тобой, а? Почему не… (подтягивание наверх)ыыых… не Флеш? Блин, он же тоже сидр любит, и ему больше место спасателя… (снова подтягивание)п-о-оодходит, так нет же. Что я, особенный такой? Представитель Элемента Гармонии, блин? Или ты? Серьезно? Где тут справедливость то?

— Я думаю, справедливость – это как раз мы с тобой, — рассудительно заметил Филипп. – Мы же собираемся из спасти. А если… хыыыыть!... Если нам выпало спасать девочек, то мы обязаны это сделать, как никто другой. Да и вообще. Пусть Флеш был бы вместо нас, он же… ыгрх.. не залез бы… агрх… и на первый этаж. А Биг Мак тем более! Я не спорю, что он мог бы проскочить через всю башню, разбив всем охранникам по носу, но что насчёт самого поиска? Он бы вряд ли смог. А мы с тобой смогли. Ведь… хыыыыы… Ведь не просто же так это всё, а? Может быть, действительно кто-то из нас с тобой элемент?

— Если так, то это буду я, — заметил с улыбкой Джеймс.

— Вроде как для этого надо сам элемент открыть. Фишка же как раз в том, что кто первый догадается, тот и ВУуАА! Черт, подскользнулся. Так вот. Кто первый догадается, тот и элемент. Надо просечь суть, а я до сих пор не понимаю сути. Верность, Честность, Щедрость, Доброта и, допустим, Радость, а то со Смехом неудобно. Да ещё и какой-то поступок.

Повисла пауза. Оба друга потихоньку соображали.

— Если мы сейчас занимаемся этим поступком, — озвучил мысли обоих Джеймс. — Что это тогда вообще за элемент такой? Акробатика?

— Не имею ни малейшего понятия. А всё-таки сейчас это не суть важно, не находишь. Сейчас бы добраться до того окошка, которое выведет нас к той «типа спальне».

— Вальсируя под камушками кирпичей, а, Фил?

Подъём потихоньку подходил к концу. Наконец-таки окно. Но выступающие кирпичи кончились. Чтобы достать до окна, надо было сделать что-то вроде подпрыга, оттолкнувшись от двух последних кирпичей.

Джеймсу пришлось сделать это первому. Взобравшись на два кирпича и прильнув к стене, он вдруг сказал:

— А прикинь, я такой внезапно слегка толкаюсь руками и падаю вниз, а?

— Очень весело, Джеймс. Хватайся, я за тобой.

Вздохнув, Джеймс слегка присел, прижавшись к стене. У него будет одна попытка.

Подпрыгнув, он отлип от стены на секунду и на миг завис в воздухе, но, резко махнув руками, ухватился за приоткрытое окно. Слегка подвинувшись, он дал места, чтобы мог ухватиться Фил.

Но Филу не повезло. То ли прикол Джеймса засел ему в голову, то ли он боялся задеть Джеймса, но когда он махнул руками, он просто не достал до окна. Миг – и он полетит вниз.

Но до его руки достала свободная рука Джеймса.

— Держу, приятель, — проскрежетал он сквозь стиснутые зубы и, ещё сильнее их сжав, резко дёрнул ею чуть вверх, словно крюк с тяжёлым грузом пытался нацепить на балку. Но крюк был надёжен, и Филипп ухватился за окно вплотную с Джеймсом. Висеть пришлось, держась одной рукой, чтобы уместиться на маленьком местечке.

Окно было узкое, и залезть получится только по одному. Джеймс решил залезть первым.

И пожалел об этом. Едва он поднялся, как его тут же затащили в комнату.

Это была очень просторная комната с люстрой наверху, парой старых шкафов у стен и оооочень большой кроватью по центру. На ней лежали связанные девочки. А перед Джеймсом стояла вся свора хулиганов, ровно четыре человека.

— Ээээй, кто к нам пожаловал? – спросил тот самый чувак, от которого Джеймс с Филиппом недавно защищали Сансет Шиммер. – Любитель поговорить сам с собой? Добро пожаловать в нашу обитель!

Сразу Джеймс сообразил, что то ли они не заметили, что одна рука была Джеймса, а другая – Филиппа, то ли они все такие тупые, но сейчас все думают, что он пришел сюда один. И они поплатились за свою ошибку.

Филипп запрыгнул без церемоний прямо на того хулигана, который был уже спиной к окну и, перевесив его на себя, фактически уронил его навзничь на себя. Два удара справа и слева – и тот уже был в отключке. Джеймс же воспользовался моментом и, выхватив шест из-ща спины, прокрутился с ним на корточках, ударив двоим хулиганам по ногам и сбив их с ног. Едва ли не снайперский удар точно в голову третьему кончиком шеста – и тот пошатнулся и пошел в сторону Фила, который, тоже достав своё оружие, размахнулся и ударил им по лицу хулигана, от чего тот упал на пол.

Но оставшиеся два хулигана, в том числе и главный, уже поднялись на ноги. Верзилы они были ещё те, но Фил с Джеймсом превосходили их использованием шестов, и один-два-три удара – и кучка людей в чёрных куртках уже лежала возле окошка.

Жалко только, что камера всё это засекла.

Облегчённо вздохнув, Джеймс и Филипп подошли к девчонкам и развязали их.

— Уходим, и побыстрее! – кратко огласил Джеймс, даже не обращая внимания на благодарность девочек, с которых злость на Филиппа и на Джеймса как рукой сняло.

Почти со всех. Рарити была вне себя. Она-то понимала, что сделали друзья, и чего они НЕ сделали.

— Из-за того, что вы сразу не сообщили в полицию, нас поймали эти хулиганы! — закричала Рарити, — Они нас хотели изнасиловать! Ты, — она показала на Филиппа, — просто струсил и даже не позвал на помощь, а молча смотрел, как нас уводили! А ты, — она тыкнула пальцем в Джеймса, — только думаешь, как бы не выставиться стукачом! Эгоист!

Застыли все. Фил оторопел. А Джеймс почернел, как туча.

— Я? Эгоист? Да когда вас украли, я себя чуть на части не порвал, пытаясь вас спасти. И не только я. Мы с Филом фигачим тут хулиганов, одного за другим. А знаете, как мне пришлось добираться до этого вонючего помещения? СНАРУЖИ! ДВАДЦАТЬ МЕТРОВ ВЫСОТЫ! Я ИСКАЛ КАЖДЫЙ КИРПИЧ, КАЖДЫЙ ВЫСТУП, ЧТОБЫ ДОБРАТЬСЯ ДО ВАС И СПАСТИ! И ПОСЛЕ ЭТОГО ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ, ЧТО Я ЭГОИСТ?! ДА ИДИ ТЫ К ЧЁРТУ!

Джеймс отдышался и, словно бы устыдившись, потупил взгляд.

— Кхм. Он прав, — заметил Филипп, хлопая друга по плечу.

Джеймс поднял глаза.

— И ты, к слову, тоже, — сказал он, слегка скривив губы.

— В том, что ты прав?

— В том, что я прав. Потому что я чертовски прав. Да и куда бы мне было идти без своего человека-навигатора, а?

Они ударили друг другу по кулакам.

Рарити же была немного ошарашена такой буйной реакцией Джеймса. Но последний диалог тронул даже её, и она тоже улыбнулась.

Но сцену воссоединения подруг с друзьями нарушил нарастающий звук топота за дверью.

— Так, нам пора бежать, — внезапно посерьёзнел Джеймс и бросился к одному из шкафов, намереваясь его забаррикадировать. – Фил, ищи тот спуск!

— Понял, — брюнет взял шест и стал им бить по полу в разных местах. Девочки же, не поняв его намерения, побежали помогать Джеймсу. Едва шкаф упал перед дверьми, как Фил прошептал:

— Здесь.

И со всего маху ударил оружием в пол. Доски прогнулись, и шест практически полностью под пол. Поударяв туда ногой, Филипп наконец-таки нашёл тайный ход.

В дверь постучались.

— Поспешим, — поторопил он остальных. Рарити же уже потихоньку стыдилась того, что наговорила обоим друзьям, и не успела шестерка с Джеймсом дойти от двери до спуска вниз, как Рарити сказала обоим:

— Я прошу прощения за свою неблагодарность. Вы всё-таки рисковали жизнями ради нас, а я так вам ответила. Спасибо, что вы всё ещё с нами.

— В чём-то ты была права, — пожал плечами Джеймс.

— И всё-таки как бы ты ни говорила, а мы должны были вам помочь, — сказал Филипп. – Мы, фактически, были единственными, кто мог сразу немедля направиться к вам, и мы этим воспользовались, потому что так надо было сделать. Так правильно. Так…

Филипп на секунду замер, пытаясь подыскать слово.

— Справедливо? – подсказал Джеймс.

— Точно.

Дверь сокрушил удар.

— Вниз! — скомандовали оба и спрыгнули в спуск.

Твайлайт лихорадочно соображала…

B%7w+�*

## Глава 10: Спуск

— Объясни, как устроен тайный ход?

— Винтовая лестница, поднимающаяся из нижнего помещения в верхнее, идёт вокруг каменного цилиндра радиусом метров десять. Вот как раз в этом цилиндре и идёт потайной ход — такая же винтовая лестница. Тут сказано, что её сделали как ход для побега.

— Кто тут вообще жил такой остроумный.

— По легенде, Мерлин и его ученик.

— Что, прости?

— Очень старая легенда?

— И?

— Может быть, и не такая правдивая.

— Эй, ребят!

Девочки все ещё были наверху, а в дверь стукнули уже второй раз.

— Ладно, девчонки. Прыгайте, мы вас поймаем.

Те подошли, наклонились и смущённо попятились.

— Да быстрее, чего вы медлите?!

— Ну… как бы… ты внизу, под нами, и можешь увидеть… кое-что не то…

— Ёлки-палки, вы издеваетесь?! – вспылил Джеймс. — Что хуже — если я загляну к вам под юбку или если хулиганы вас под юбку

— Эй, Джеймс, спокойнее.

Раздражённый вздох.

— Давайте мы закроем глаза, — проговорил он уже спокойно, — но тогда прыгайте точно в руки.

Друзья зажмурились. Девчонки наконец осмелились спрыгнуть по одной.

Твайлайт спустилась первая прямо в руки к Филу. Тот осторожно переставил её на начало длинной винтовой лестницы в два метра шириной, дерево которого если и прогнило, то незаметно для невооружённого глаза. Снизу, например.

Эпплджек спрыгнула сама, сноровки у неё на это и так хватало. Радостная Пинки упала прямо в руки к Джеймсу и, проговоря «Виииии!», быстренько слезла и отошла в сторону.

Рэйнбоу собиралась так же спрыгнуть сама, но последней, чтобы проконтролировать прыжок остальных.

Новый толчок в дверь, перевёрнутый шкаф дернулся в сторону друзей.

Рарити упала едва ли не вальсируя, так же в руки Филу, который так же бережно её опустил на начало лестницы.

Оставалась Флаттершай.

— Ну давай, Флаттершай, спрыгивай! – поторопила её Рэйнбоу. — Он тебя поймает!

— Я боюсь, Рэйнбоу…

— Ну, давай я тебя подтолкну!

Прежде, чем Джеймс успел что-то сказать, ему в руки упала Флаттешай, но упала с куда большей скоростью, чем предыдущие девочки.

И тут случилось страшное — пол под Джеймсом треснул, и он полетел вниз. К счастью, высота была метра четыре, а не сорок, и Джеймсу пришлось просто присесть на корточки, чтобы пережить падение. Поставив Флаттершай на пол, он крикнул Филу:

-А что это что за тайный ход?

Фил до сих пор ошарашенно смотрел на то место, где пять секунд назад стоял Джеймс, но при вопросе опомнился и, посмотрев в ещё одну дыру в полу на площадку, на которой сейчас стояли Джеймс с Флаттершай, спросил:

— А что ты там видишь то?

— Тоже спуск. Только знаешь, он такой… Ну как квадрат в круге начерчен. Вот такой спуск. Квадратно-винтовая лестница, во.

— Ну, поздравляю, Джеймс, ты открыл доказательство существования тайного прохода в тайном проходе. Браво.

— Хэй, ты знал о нем?

— Нет, конечно! Откуда мне о нем знать? Что это за чертова башня, замаскированная под мельницу с единственной комнатой на самом верху, с двумя тайными ходами внутри неё, да ещё и являющаяся собственностью родни поехавших на голову хулиганов? Я тебе сказал всё, что смог найти в архивах.

— И как нам выбираться? Наверх мы уже не залезем.

— Спускайтесь. Если это тайный ход, то он куда-то да ведет. Встретимся внизу, а уже там…

Звонок. Телефон Джеймса звонил в руках Филиппа. Тот достал его и посмотрел на друга.

— Кидай мне, я поймаю.

— А ты уверен?

БУМ!

— К чёрту, отвечай сам! – крикнула Рэйнбоу, уже успевшая спрыгнуть.

— Ладно! Але… Что?! Да, да! С нами! Башня, башня в соседнем пригороде! Да, скорее!

Вырубив телефон, Фил кинул его Джеймсу.

— Это помощь! Всё, валим отсюда, пока они не вышибли дверь динамитом!

И послышались многочисленные шаги девочек и Филиппа, ведущих их вниз. Джеймс с Флаттершай последовали их примеру. Быстро просмотрев принятые звонки, он увидел короткое имя звонившего:

«Флеш».

Треск. Охрана вломилась в спальню.

Лестница была всего-то в полметра шириной , а посередине квадрата, который эта лестница составляла при виде сверху, была пропасть. Тут было бы совсем темно, если бы не редкие щели, через которые едва пробивался свет. Пользоваться фонариком было опасно – возможно, те, кто сейчас посмотрит в двойную дыру в полу, увидят отблески фонаря на стенах и поспешат за подростками. Джеймс взял Флаттершай за руку и стал спускаться по лестнице, всё-таки светя своим телефоном.

— Смотри под ноги, Флаттершай, — шепнул он подруге.

Но вдруг едва они успели повернуть, как услышали голоса сверху.

— Они спускаются! — пропищала Флаттершай.

Джеймс без слов поднял Флаттершай на руки и побежал по лестнице. К моменту, когда половина хулиганов спустилась на начало, парень с девушкой уже были на пару этажей ниже них.

Впереди пропасть – сгнившее дерево здесь уже дало о себе знать. Флаттершай зажмурилась…

Но Джеймс только ускорил бег, а на самом кончике целых ступеней прыгнул…

В один миг он увидел то, что было под ним. Три метра. Не допрыгнет — помрут они оба.

Но он допрыгнул. И снова побежал.

Следующая пропасть оказалась слишком большой, весь лестничный поворот просто отсутствовал. Был разве что ветхий выступ – остатки былых ступеней. Спустив Флаттершай на ступени, он, прислонившись к стене спиной, стал медленно идти по нему, оставшемуся от ступеней. Пройдя чуть вперёд, он посмотрел на Флаттершай. Та кивнула и потихоньку зашла на выступ. И вдруг она вздрогнула…

Джеймс тут же её поддержал, прислонив руку к животу и сказав:

— Спокойно, я тебя держу. Иди очень аккуратно и постарайся не обращать внимание на высоту. Я рядом.

Девчонка кивнула, и они стали медленно продвигаться. Шаг за шагом, дюйм за дюймом…

И они снова были на нормальных ступенях. Охранники уже скоро должны были показаться, но они здесь задержатся. Снова взяв подругу на руки, Джеймс продолжил путь. Минимум, половину они точно преодолели. Но тут случилось непредвиденное. Ступеньки под ними хрустнули…

И они полетели вниз.

Если бы Джеймс не повернулся бы на спину в воздухе — Флаттершай точно бы получила какую-нибудь травму.

Но он повернулся.

И упал на спину. Спас Флаттершай.

Оглушительный крик.

Он знал, что было невысоко. Но почему такая адская боль? Почему он кричит?

Он понял, когда, отложив Флаттершай, нагнулся к ногам. Сжав зубы, он выдернул кусок дерева из ноги. Чёрт, как это было больно!

Флаттершай села и, увидев кровь Джеймса, вскрикнула и, не зная, что делать, и вдруг обняла его.

— Ты спас меня… Спасибо. Тебе, наверное, так больно…

— Чёрт побери, так больно, как никогда. Придётся тебе идти самой.

Он еле встал, опираясь о стену, и всё-таки посветил фонариком, понимая, что его крик уже выдал их с головой

— Смотри, там видно просвет!

— Вижу. Мы почти дошли. Скорее.

Похрамывая, он стал медленно ковылять по лестнице. Флаттершай шла рядом с ним.

— Слушай, Флатти… Мне… Кажется… Что я понял… Элемент… Ваш…

— Ты раскрыл элемент?

— Может быть… но об этом потом… чёрт…

Он упал на одно колено. Флаттершай села рядом с ним и зашептала.

— Давай, Джеймс, ещё чуть-чуть. Выход прямо под нами, нужно только пройти ещё один круг. Ты же сильный, ты сможешь.

— О-кей, но только потому что ты просишь, — с этими словами Джеймс снова встал. Сзади слышался оглушительный топот. Их догоняли.

Флаттершай стала помогать Джеймсу, и они заковыляли чуть быстрее. Ступень. Ещё. И ещё.

И наконец лестница кончилась. Перед ними на стене висел плакат с котелком на огне, в котором варилось что-то вкусное. Джеймс не сглупил и резко содрал плакат со стены, которая оказалась потайной дверью, и потянул её на себя…

Тем временем Филипп бежал по едва ли не бесконечному двухметровому винтовому коридору по лестнице, ведя за собой пятерых девочек. Ступени здесь были каменные, и звук шагов утраивался эхом, от чего казалось, что рядом с друзьями бежит огромная толпа людей. Это заставляло бежать их ещё быстрее.

Но непонятный звук заставил их остановиться. Они прислушались.

Звуки шагов охраны были ещё далеко, хотя эхо могло обманывать их. Но слышался какой-то непонятный звук движущегося камня. Все повернулись на звук и наконец увидели, откуда он доносился.

Внутрь коридора с левой, наружной стороны вдвигался кирпичик из стены. Вскоре он упал на пол рядом с Пинки Пай, и в стене появилась дырка. Пинки не замедлила туда заглянуть.

В ту же секунду из дырки вылезло дуло.

— Пинки, стой!

Поздно. Выстрел.

Крик. Мужской.

О да, Филипп стоял рядом. И – о да – он успел пихнуть Пинки в сторону. Но теперь в его руке была самая натуральная дырка от насквозь пролетевшей пули, и тот дико закричал.

— Филипп!

Боль была невыносимая, такая, какой он никогда не чувствовал. Но надо было выдержать эту боль. Девочки ещё не были на свободе.

Юноша зажал рану рукой и только проговорил:

— Бежим вперёд!

Быстрый спуск, и они оказались в тупике. Слева – потайное окно, закрытое. На нем были выведена какая-то картинка, кусочки которой были перемешаны. Что-то типа пятнашек. Что-то типа загадки.

— К чёрту, — рыкнул Фил и ногой что есть мочи вышиб дверь. Девочки не замедлили выпрыгнуть. За ними прыгнул и Филипп навстречу свободе.

Джеймс и Флаттершай оказались в маленькой комнатке. Слева – конец первой тайной лестницы. Справа – просто стена. А перед ними раскрытое нараспашку потайное окно.

Там слышались голоса, голоса друзей.

Ну же. Последний рывок.

— Флаттершай, прыгай. Я за тобой.

Она прыгнула. Он за ней.

Падение пришлось на мягкую зелёную травку. Упав почти что плашмя, он сел и посмотрел вверх, в то самое потайное окно.

Он увидел тех же хулиганов, совсем чуть-чуть не догнавших его с Флаттершай. Те медленно поднимали руки.

Переведя взгляд в противоположную сторону, он увидел полицейских. Те направили пистолеты на хулиганов.

А рядом с ними стояли Флеш, Биг Мак, Филипп с перебинтованной рукой и Твайлайт с подружками.

Они смогли. Они спустились с девочками живыми и здоровыми.

Ногу Джеймса перебинтовали специалисты, обработавшие руку Филиппа. Ведя по тайному ход девочек, Филипп пострадал даже сильнее, чем Джеймс. Но сейчас в безопасности были все, и всем была оказана та помощь, кому какая была нужна.

Друзья сидели на траве все вместе: и все элементы Гармонии, и весь «Компактный взрыватель». Оживлённо обсуждая то, что произошло, они совершенно забыли про какие-то элементы и какую-то гармонию, но в один момент Флаттершай все-таки робко напомнила:

— Джеймс сказал, что раскрыл элемент…

Все так и посмотрели на Флаттершай.

— Да и не только он, — скромно заметил Филипп.

Все так и посмотрели на Филиппа.

— Я думаю, мы оба раскрыли этот элемент, — заметил Джеймс

Все так и посмотрели на Джеймса. А потом поняли, что пора на кого-то одного. Но встали Джеймс с костылём и Филипп, поэтому пришлось смотреть на двоих. Сложно.

— Что-то, содержащие в себе пять компонентов, — начал Фил.

— Что-то, содержащее их в балансе, — продолжил Джеймс.

— Что-то, достаточно мощное, достаточно сильное, балансирующее с остальными элементами.

— И что-то, связанное с тем, что мы, возможно, совершили сегодня.

Повисла выразительная пауза. Друзья не были уверены, что думают, об одном и том же, и называть элемент одновременно было бы глупо. Но кто-то тогда должен был назвать его первым.

И Филипп решился.

— Это Дружба, – проговорил он. – Всё то, что является составной частью гармонии, так или иначе составляет часть самой дружбы. Именно дружба помогает Шестому Элементу Гармонии Магии оставаться таковым, какой он есть, мощным светилом Гармонии, её вершиной, её сердцем. Именно дружба сподвигла нас на такие поступки, как заступничество перед Сансет Шиммер, к примеру. Или, что ещё понятнее, именно благодаря Дружбе мы стремились помочь вам, девочки, выручали вас из беды. Вот мой ответ. Дружба – Седьмой Элемент Гармонии.

Слова Филиппа были воодушевляющими. Все смотрели на него с удивлением, на его прямой и смелый взгляд, мужественную стойку. Филипп говорил правду.

Но Джеймс не находил его слова правдой.

— Хэй, Филипп, — заметил он. – Может быть, ты и прав, но твоя теория маленько подкачивает. У меня есть пара нескольких доводов.

— Давай, мне уже всё равно.

— По-моему, ты просто раскрыл Шестой Элемент заново. Просто понимаешь, Твайлайт же сама выступает за дружбу, хотя воплощает элемент Магии. Так, Твайлайт?

— Конечно.

— Сам рассуди, — продолжал Джеймс, — Твайлайт могла бы сама воплощать этот элемент. Это было бы слишком простенько, так ведь?

— Допустим, — пожал плечами тот. — Но что предлагаешь ты?

— Я предлагаю пройтись по нашим последним поступкам и найти ответ. Вспомни, вспомни тот вечер, когда мы всем составом «Взрывателя» проходили мимо той старушки. Смотри. Мы помогали, веря в обоюдную честность. Мы были верны моральным устоям. Мы проявили щедрость к ней. Мы были добры к ней. Мы дали ей чуточку радости.

К Филиппу прокрадывалась та же мысль, что и к Джеймсу. Он всё внимательнее смотрел на друга.

— Приведу вам всем более наглядный и более символический пример.

Вот представь себе: Идёт суд. В каждом суде есть свой судья. И он судит.

Во-первых: в суде очень важна ЧЕСТНОСТЬ. Если свидетели дают честные показания, Судья может вынести честный приговор.

Во-вторых: в суде важна ВЕРНОСТЬ, верность законам, и, соответственно — невиновным.

В-третьих: тут нужна ЩЕДРОСТЬ. Нужно щедро давать право всем выговориться. Если человек невиновен, нужно подарить ему свободу.

В-четвёртых: разумеется, суд — это ДОБРОТА к пострадавшим. При верном приговоре виновный должен возместить ущерб, если это возможно.

В-пятых: ну, и конечно, суд — это РАДОСТЬ, если приговор правильный, и справедливость восторжествовала.

И вот ответ на твой вопрос, Твайлайт. Седьмой Элемент Гармонии — это баланс Честности, Верности, Щедрости, Радости и Доброты, а одним словом — это

СПРАВЕДЛИВОСТЬ

Джеймс раскрыл глаза.

Пока он говорил, с ним произошли изменения — его уши стали чуть больше, словно у пони, а на спине появились крылья. Сам он парил в воздухе, и от него исходило свечение. Так на него повлияло прозрение.

Он медленно приземлился на землю. Нога совсем не болела.

Все смотрели на него с широко раскрытыми глазами, а некоторые — с широко раскрытыми ртами. А он продолжал:

— В листочке говорилось, что Седьмой элемент помогает Шестому. Так и есть. Ты, Твайлайт — принцесса и представляешь элемент магии. А любая принцесса должна использовать магию там, где это нужно, и настолько, насколько нужно, точнее — в меру, или справедливо. Вот в чём заключается помощь шестому элементу. Ты должна использовать Магию справедливо.

Пауза.

— Вот так-то, — заключил он, давая понять, что все уже могут закрыть рты.

Первым молчание нарушил Филипп.

— Бесплатная регенерация? – заметил он, кивнув на свободно стоящую ногу Джеймса. Та уже не болела, а её хозяин просто пожал плечами:

— Прости друг, но такая честь доставляется только мне. Может быть, мне хватит такой чести и на тебя.

Он коснулся руки Филиппа, и тот почувствовал сращивание его кожи, восстановление его раны. Он смог снять бинты.

— Спасибо, — поблагодарил Филипп. – Это было справедливо.

?$'7q�*

## Эпилог

Джеймс рассматривал содержимое своего рюкзака. Содержимое включало в себя: плеер, пару плейбоев, фотоальбом, фонарик, карманный ножик и ещё одна футболка с надписью «Автошок». Застегнув свой рюкзак, парень обернулся и увидел в дверях Фила:

— Всё ещё удивляюсь, что ты так просто согласился отсюда улепётывать, — с улыбкой сказал он.

— Да я особо ничего не теряю, разве что с вами связаться не смогу какое-то время.

— А девчонки?

— Там вроде их копии есть, не? А по отчиму с мачехой скучать не хочется, так что я не так много теряю. Да ещё и это зеркало есть, которое каждые тридцать лун открывается, так что свяжемся. И да, кстати, постарайтесь найти хорошего вокалиста, чтоб со мной сравнить можно было, о-кей?

— Замену мы тебе вряд ли найдем, Джеймс. Разве что станем с Флешом пахать за двоих.

Парень ухмыльнулся, надел рюкзак и уже хотел было выйти, как вдруг Филипп выпалил:

— Почему ты?

И вот тот самый момент.

Джеймс развернулся от двери и посмотрел на Филиппа, а тот посмотрел на друга. Смотрели минуту и думали.

И, наконец, Джеймс заговорил:

— Я же сообразил быстрее?

— Но ведь и я мог.

— Ты и так смог, Филипп. Ты подал идею.  «Я думаю, справедливость – это как раз мы с тобой», помнишь? Твои слова. Но я смог собрать все это воедино. Чувак, ты бы и сам допер, просто ты начал копать не в том направлении.

— Ну, так-то как оно получилось, так и получилось. Значит, так правильно.

— Ты абсолютно прав, но послушай, что я тут подумал. Всё-таки в каждой вселенной есть свой Джеймс, Филипп, Флеш и другие личности, как там с Рэйнбоу, Флаттершай и так далее. Короче. Видимо, что-то случилось со мной «поняшным». Может, я там умер вообще. Вот и понадобилась замена в таком лице. Может быть, если бы с тем жеребцом, который называл себя Джеймсом, ничего не произошло, то Седьмым Элементом стал именно он, а может быть, что нет. Я не знаю.

— Хорошо. А в чём суть?

— Ни в чём. Просто поделился своими мыслями.

Пауза.

— А-а-а-а по теме? – снова спросил Филипп.

— А по теме Гармония должна быть в любом мире, как и существо по имени Джеймс. Мы оба с тобой справедливость, но скоро меня тут не будет. Смекаешь?

— Хочешь сказать, что скоро я буду Джеймсом в этом мире, а ты – Джеймсом в том?

— Нет, я хочу сказать, что вы сможете найти себе в группу нового солиста.

Ещё одна пауза.

— В твоём лице.

Последняя пауза.

— Ну ладно, и воплощением Справедливости ты тоже будешь вместо меня в этом мире.

— Справедливо, — медленно проговорил Филипп. – Смешно, но… Справедливо, друг.

Они вышли из дома и направились к школе. Возле мусорного бака уже собрались все. Принюхавшись, Джеймс возмутился.

— Фу, к чёрту. Твайлайт, не могла бы место получше выбрать для перемещения?

— Ну, я выбирала безлюдное место.

— Тогда давайте хоть отойдём, чтоб попрощаться нормально можно было?

Все последовали его совету. Твайлайт стала обниматься со всеми девчонками, а Джеймс — крепко пожимать руки Флешу, Биг Маку и Филиппу. Когда процессия закончилась, Они поменялись местами — Твайлайт пошла прощаться с пацанами, а Джеймс — с девчонками. Принцесса особо не прощалась с пацанами, разве что с Флешем, а Джеймс решил:

— Ну, давайте попрощаюсь со всеми как подобающе.

И он стал прощаться с каждой девчонкой по-разному:

Эплджек он крепко пожал руку.

Пинки он троекратно поцеловал (одна щека — вторая щека — одна щека).

Рейбоу он ударил кулаком в выставленный ею кулак.

Флаттершай он просто обнял.

Рарити он поцеловал руку.

В общем, всё сделал, что надо.

— Ну, давайте, может… Ещё увидимся? — попрощался он как-то неуклюже и подошёл к мусорному баку. Подошла Твайлайт и сказала:

— Там будут принцессы. Ты знаешь, как их приветствовать.

— А то нет. Конечно, знаю. Положись на меня.

— Хэй. Ты действительно хочешь туда?

— Хочу. Правда хочу. Мы ж ещё сюда вернёмся?

— Конечно!

— Тогда я уверен, что хочу.

Он уже сделал шаг к порталу, как вдруг посторонился и сказал:

— Дамы вперёд.

Твайлайт пожала плечами и вошла в портал.

Джеймс одной ногой залез в портал, но потом подумал и, щёлкнув пальцами обоими ноги, указал в сторону Рэйнбоу и подмигнул ей, после чего нырнул в портал.

Все девочки со смешками посмотрели на спортсменку, которая лишь рыкнула в след, но сильно зарделась…

Твайлайт вышла из портала.

Та же палата. Вокруг стоят принцессы, её помощник и её подружки.

— Твайлайт! — Рарити радостно обняла подругу, — Вернулась!

— Мы так волновались! — едва не плача выпалила Эплджек.

— Так, стоп, — остановила радости Рэйнбоу, — А где этот, новенький?

— Ах, да, — Твайлайт отошла в сторону.

И из портала вышел Джеймс.

Все так и уставились на него.

Это был жеребец, ровесник подружек. Его каштановые волосы были взъерошены, шерсть была желтовато-бежевого цвета, глаза были серые, надета на нём была всё та же футболка с надписью «Автошок», а кьютимарка была не совсем понятна с первого взгляда. Напоминала она мчащееся ядро, однако, приглядевшись, можно заметить контуры повёрнутой немного вбок чаши от весов.

Раса — пегас.

— Неплохой такой, — задумчиво оценила Рэйнбоу. Вдруг из портала вылетело несколько непонятных звёздочек. Они стали кружить вокруг головы Джеймса и постепенно образовали на ней золотой обруч. Впереди появился сероватый знак, смахивающий по очертаниям на кьютимарку Джеймса. Все тут же догадались, что этот обруч — часть этакого комплекта элементов Гармонии, как, допустим, диадема Элемента Магии у Твайлайт. Сам жеребец, доселе закрывший глаза, раскрыл их и огляделся. Увидев Селестию, Луну и Каденс, он тут же поприветствовал их: «Принцессы, моё почтение» и поклонился. Те отметили его этикет.

После этого новенький стал с интересом разглядывать свои копыта. Посмотрел на свою кьютимарку, на свой хвост, такой же каштановый и взъерошеный, как волосы на голове. Снял обруч, повертел на копыте. Наконец, приступил к крыльям. Раскрыл их — они оказались чуть больше крыльев Рэйнбоу и Флаттершай, но не такими грациозными, как, например, у Твайлайт, — размял, пару раз взмахнул и снова сложил. И тут же подал голос:

— Эм… А, может быть, поговорим?

Первая начала Эплджек:

— Ну… Как относишься к яблочному сидру?

Все удивлённо воззрились на неё. Однако Джеймс был рад любой попытке завести разговор и охотно ответил:

— Обожаю его. А что?

— Просто мы живём на яблочной ферме и производим самый лучший сидр в округе.

— Класс! Кстати, а почему бы нам не выпить за возвращение Твайлайт?

«А он быстро находит тему для разговора, — подумали, пожалуй, все сразу»

Вмешалась Селестия:

— Я думаю, вы устали после дороги и хотите отдохнуть?

— Благодарю вас, принцесса Селестия, за явленную милость…

Было видно, что Джеймс из кожи вон лезет, чтобы его речь была формальной. Сама принцесса решила прийти ему на помощь:

— Не стоит такой формальности.

На секунду Джеймс встал в тупик, но тут же спохватился.

— Как прикажите, Принцесса Селестия.

— А откуда вы знаете моё имя?

— Он видел вашу копию в параллельном мире, — ответила за него Твайлайт, — Имена там точно такие же.

— Ну, так или иначе, отдохнуть вам всё равно придётся, вы только посмотрите на своё копыто. Тут все (абсолютно все, никто, кроме Селестии, на это внимание не обратил) посмотрели на заднее копыто Джеймса. Бинта на нём не было, но большая рана, совсем недавно зажившая, осталась.

— Как прикажите, принцесса, — Джеймс отвесил ещё один поклон. И вся компания — теперь уже семёрка элементов и помощник Твайлайт — вышла из палаты.

Выйдя, Джеймс облегчённо вздохнул.

Все удивлённо на него уставились. Это немного смутило Джеймса:

— Эм… А чего вы на меня так смотрите?

— Ну, ты вздыхаешь, как я, ежели кончился самый тяжёлый день на ферме.

— Да, день был тяжёлый, — Джеймс потянулся. Говорил он как со старыми знакомыми. Тут девчонки решили с ним хоть как-то ознакомиться. Рэйнбоу попробовала:

— А ты чё, летать там научился?

— В смысле?

— У тебя такие крылья, будто каждый день летаешь.

— М-да… Нет, ни разу с помощью крыльев не летал. Научишь?

— Воу-воу, может, ты вообще салага в этом деле! Мы ещё даже не знакомы!

— Что-то мне подсказывает, что мы с тобой очень даже познакомимся, —

хмыкнул Джеймс. И тут вмешалась Пинки:

— МЫ УСТРОИМ СУПЕР-ПУПЕР-ВУПЕР-ШМУПЕР-ВЕЧЕРИНКУ В ЧЕСТЬ ВОЗВРАЩЕНИЯ

ТВАЙЛАЙТ И ПОЯВЛЕНИЕ НОВОГО ДРУГА!

— Только давайте завтра, — возразил парень, — А то я серьёзно устал. Разговоры разговорами — а день и впрямь был тяжёлый. Я эту ночь не спал, а уже восход. Блин.

Девчонки удивились. Когда он хочет — он сама изящность, однако когда не хочет — простой жеребец…

— Стоп. А где я буду спать, Твайлайт?

— Ну, у меня в библиотеке в спальне есть место для ещё одной кровати. Если ты не стесняешься, то можешь пока пожить у меня.

— ЧТО, БЛ*ТЬ?!