# Я гений

DeadWhale

Дерпи переводят из интерната в обычную школу для пегасов. Она ожидаемо не вызывает симпатии у одноклассников. Впрочем, на что рассчитывать пони, которую собственная мать терпеть не может? Дерпи мужественно сносит все испытания для новичков, но что будет, когда её терпение кончится?

## Глава 1

Перепост с форума

По невесомым коридорам школы Клаудсдейла парила серая усталая пони с мешками под глазами и грязной нечесаной гривой. Она тащила за поводок маленькую пегасиху, которая то и дело норовила врезаться в облачную стену. При этом выражение на её мордочке было блаженно-глупым, а жёлтые глаза смотрели в разные стороны. Всякий раз, натыкаясь на облачко, она говорила «кеексик». К счастью, коридоры были пусты, и никто не тронул мать и дочь во время их позорного шествия, одного из тысячи таких же. Обычно пони тыкали издалека копытами в странную парочку, хихикали втихаря над глазами жеребенка и тем, что её волокли за поводок как собаку.

Возле кабинета директора мать привязала малышку к колонне и строго-настрого запретила сходить с места. Та послушно парила вокруг колонны, пока веревка не закончилась, и она не стукнулась лбом об облако. Пони почесала лоб и стала наматывать круги в другую сторону.

Спустя час мать вышла, пятясь, кланяясь и рассыпаясь в благодарностях. Отвязав дочку, она потащила её обратно.

— Значит так, ты будешь учиться в обычной школе с обычными пегасами. Я еле договорилась об этом. К тебе будут относиться точно так же, как и к другим пони. И если мне хоть раз сообщат, что ты что-то сделала не так, учти, я верну тебя обратно в интернат.

При слове интернат пони стала грустной и поджала жалобно крылья.

— У тебя есть ряд преимуществ. Несмотря на юный возраст, ты уже неплохо летаешь и даже получила кьюти-марку. Но в остальном ты не блещешь, в голове у тебя кисель. Эта твоя психиаторша Марбл Пил уверена, что только находясь среди обычных пони ты начнешь чуть-чуть соображать. Если же это не поможет, то я умываю копыта.

Малышка очень хотела не подвести маму и сделать хоть что-то, чтобы она перестала говорить с ней раздражённо и улыбнулась. Но она уже давно не видела маму счастливой и не могла понять, что она такого делает, что мама постоянно расстраивается. Но завтра всё будет по-другому. Добрая мисс Марбл Пил верит, что она на самом деле гений, а не «дебилка» или «косоглазое чмо», как её называют, а добрых пони нельзя подводить! Не будь она Дерпи Хувс, она всё сможет.

**

Молоденькая учительница Грейси Винг не сдержала хихиканья, когда увидела Дерпи. Но директор посмотрел на неё так строго, что пепельная пони покраснела и быстро полетела в класс, увлекая за собой новую ученицу.

В кабинете пегасы шумели, парили под потолком, кидали друг другу чей-то портфель. Грейси Винг схватила розовый ранец с бабочками на лету и отправила его обратно несчастной Флаттершай. Её тихое «спасибо» потонуло во всеобщем ржании, когда пони не смогла поймать рюкзак и опрокинулась на спину.

— Тихо!

Злить грозную Грейси Винг никому не хотелось. Несмотря на возраст она зарекомендовала себя как жесткий и беспощадный лидер этого шумного хулиганского табуна.

— Значит так, с вами будет учиться очень особенная пони. Её зовут Дерпи Хувс. Будьте добры относиться к ней подобающе. Дерпи, лети на последний ряд и сядь за свободную парту. После уроков у тебя будет время пообщаться с другими пони.

Дерпи растерялась. Учитель делала акцент на словах «особенная» и «подобающе». Она тоже думает, что Дерпи гений? Надо спросить.

— Я гений?

Класс заржал так оглушительно, что сердце маленькой пони сжалось. Но Грейси зыркнула на них, затем потрепала пегаса по светлым всклокоченным волосам.

— Пока не знаю. Проверим.

— Я гений, — гордо сказала Дерпи и с таким достоинством пролетела на своё место, что некоторые пегасы стали от смеха сползать под стол.

На уроке новенькая вбирала в сознание каждое слово учительницы, но чувствовала, что все её объяснения слипаются вместе как кексы в сиропе. Дерпи широко улыбнулась, думая о кексах, и услышала рядом шёпот:

— Смотри, пони-даун пустила слюну.

Дерпи тут же полезла в рюкзак за платком, сгорая от стыда. Она была уверена, что отучилась от этой детской привычки! Вот позор. Ещё и мисс Винг сделала ей замечание за то, что она вертится. И платка нигде нет.

Но её спасла мягкая пони с жёлтой шкуркой и розовой гривой. Она тихонько протянула Дерпи платок и улыбнулась. Новенькая почувствовала, что краснеет до кончиков острых ушей. Ей нравилось, когда пони улыбаются. Не зло, а по-доброму. У добрых улыбок был особый свет. И жёлтая пони лучилась. Дерпи подумала, что эта пегасиха соткана из солнца и облаков.

**

Урок закончился, и пони с огорчением поняла, что не усвоила ничего из урока, а каракули в её тетради просто бессмысленные спирали. Впрочем, интеллектуальному развитию пегасов уделяли в школах не так много внимания, как обучению полётам. И уж на этих уроках Дерпи точно блеснёт!

И действительно, тренер Булзай не мог не нарадоваться на странную новенькую, которая хоть и выглядела как умственно отсталая, но в скорости и мастерстве не уступала даже его фаворитке Рейнбоу Дэш. Единственное, чего не хватало Дерпи так это ловкости. Испытания, в которых надо было преодолевать препятствия в виде облачных колец, пони провалила, пролетев через них штопором и задев каждое. Но даже этот промах не спас её от гнева Рейнбоу Дэш, которой задетое самолюбие не позволяло мириться с тем, что её уделала какая-то косоглазая.

После тренировки Дерпи летела домой в надежде похвастаться маме поскорей своими успехами. Но тут её схватили и затащили внутрь облака.

Под ноги её держали Рейнбоу Дэш и Орига Ми, пегасиха с белой шкурой и красной гривой. У неё была выбрита половина гривы, а раскосые тёмные глаза смотрели так злобно, что Дерпи поняла, что попала в копыта хулиганок. В интернате у них тоже такие были, группа самых здоровых физически пони, которые обижали и унижали остальных.

Дерпи ткнула когтем в грудь грифон Гильда.

— Слышь, гений, ты знай своё место, ага? Будешь ещё на полётах выделываться, получишь, ясно?

— Ага, если тебя опять тренер похвалит, я тебе все перья повыдёргиваю, — предупредила Дэш. Неожиданно для всех троих Дерпи улыбнулась. Деш стало не по себе. Новенькая не просто бесила её, а ещё и наводила ужас своими странными глазами и улыбкой, и от этого бесила ещё больше.

— Чё лыбишься? — Орига встряхнула Дерпи так, что они едва не выпали из облака.

— Конкуренция окрыляет, — выдала пони. Она не помнила, что значит «конкуренция», но чувствовала, как это слово хорошо сочетается с крыльями и идеально подходит для данной ситуации.

Хулиганки обомлели. Первой пришла в себя Гильда и с такой силой пнула Дерпи, что та вылетела из облака и еле успела скоординироваться, чтобы не рухнуть с облаков на землю.

— Ты потише, она ж особенная, — напомнила Орига, с интересом глядя, как пони отчаянно машет крыльями.

— И чё?

— И ничё. Я тут потёрлась чутка у учительской. Короче, раньше она в интернате для пони-инвалидов училась. Я не знаю, на какой хер её сюда перевели, но теперь если руководство узнает, что кто-то над дауном издевается, нам кранты.

— Может, она не такая тупая? Всё-таки соперники и правда придают сил побеждать, — проговорила Дэш неуверенно. Подруги заржали:

— Ну ты мочишь. Она не тупая? Да у неё на морде всё написано. Короче так, надо сделать по-умному. Мы будем её тихонько изводить, чтобы она сама ушла. Можно пацанов подрядить. Ради меня они всё сделают.

Дэш неприятно было, что Орига дружит с тремя придурками, которые с ранних лет дразнили её. Конечно, при симпатичной пегасихе они не обзывали радужную пони, но стоило Ориге уйти, как тут же начиналось. Хуже всего было то, что подруга собиралась влюбиться в блондинчика, самым большим кретином из всей их троицы. Орига утверждала, что в этом возрасте уже надо встречаться с жеребцами, правда не совсем понимала зачем. Гильду и Дэш тошнило пока от всей этой бодяги с романтикой и отношениями, и они втихаря посмеивались над Оригой, которая скоро станет такой же розовой размазней как Флаттершай.

Легка на помине! Дэш как раз попрощалась с подружками, и только тогда к ней подлетела Флатти. При грифоне и пегасе она не решалась общаться с подругой детства, так как та всячески намекала, что робкая слабенькая пони её позорит.

— Дэши, ты не хочешь помочь Дерпи подружиться со всеми? — заговорила она, стесняясь каждого произнесённого слова. — Просто она такая застенчивая, ей нелегко будет самой, мы сначала ей всё покажем и расскажем, а потом она обязательно с кем-то сама подружится.

— Делать мне больше нечего. Пошла она! Не слышала что ли, наша Дерпи Хувс — гений! Ей не нужна твоя помощь и жалость.

— Я понимаю, она ведь такая... ну ты понимаешь какая... И таких пони обычно коробит то, что к ним относятся по-особенному. Но я думаю, любой пони будет приятно, если ей помогут адаптироваться...

— Ну от меня ты чего хочешь? Тебе надо — ты и дружи!

— Просто... у тебя в классе друзей больше, чем у меня. Честно говоря, со мной никто не дружит, кроме тебя.

— А с чего ты взяла, что я с тобой дружу? Это ты за мной таскаешься и вечно чего-то лезешь. Отвали от меня!

Флаттершай мужественно сдержала слёзы, кивнула и полетела к себе вниз. Уже дома она проплакалась от обиды и решила с завтрашнего утра приступать к решительным действиям.

**

Для Дерпи начались дни ещё хуже, чем были в интернате. Череда розыгрышей, порой неприятных и болезненных, вроде молнии или перепуганной птицы в рюкзаке, сменялись насмешками и издёвками класса. Главными её обидчиками были три здоровых жеребца, лучших спортсмена школы. Их заслуги на соревнованиях позволяли учителям и руководству закрывать глаза на пакости, которые троица устраивала для учеников.

Но Дерпи мужественно сносила всё, потому что теперь у неё была подруга. Та самая мягкая солнечная пони Флаттершай решила с ней общаться. Она терпеливо пыталась донести до Дерпи суть наук, утешала, помогала склеить учебники или зашить рюкзак. Меньше всего пони хотелось возвращаться домой к строгой маме, которая всегда была недовольна, которой звонили из школы и жаловались на неуспеваемость дочери, и которая потом колотила её так, что глаза Дерпи сбивались в кучу ещё больше.

Однажды после уроков Дерпи снова схватило чьё-то мощное копыто и затащило внутрь облака. Пони приготовилась в очередной раз оборонятся, но её бить никто не собирался. Перед ней парила Рейнбоу Дэш.

— Эй, ты вообще собираешься отбиваться как-то? Я понимаю Флатти, она размазня и это... пацифистка, во, но ты ж вроде сильная, ты любому могла бы зубы пересчитать. Врежь кому-нибудь, от тебя отстанут.

Дерпи покачала головой. Она могла объяснить, что прекрасно понимает, что что бы она ни делала, она всё равно будет раздражать других пони. Будь она старательной или безалаберной, все будут искать повода сорваться. Так всегда было и будет. Это её крест. Дерпи будет сильной, будет закалённой, и мама станет ей гордиться. Но вместо этого пегасиха улыбалась, пытаясь сфокусировать взгляд на закипающей Дэш. У неё очень болела голова, думать было мучительно, нужные слова снова слипались в ком.

— Ну и чёрт с тобой! Пусть тебя вообще убьют, раз тебе всё равно! — в сердцах выпалила Рейнбоу и вылетела из облака пулей.

**

На следующий день были соревнования за первенство школы по полётам с препятствиями. Перед самым стартом к Дэш подлетела Орига.

— Слышь. Короче, ты можешь сегодня подыграть моему бойфренду? Ему отец купит тачку, если он победит, и мы сможем позависать.

— На кой чёрт пегасам тачка? Овощи возить?

— Не тупи, машина же, у любого нормального пони должна быть тачка. Всю жизнь не налетаешься, где-то надо и кататься. Ну ты там сверни где-нибудь, споткнись, ага? Мы тебя тоже с собой возьмём покататься, сведем с кем-нибудь.

— Дура что ли? Если он сам выиграет, то пожалуйста, а так...

— Ну как знаешь. Подруга.

Дэш была вне себя от ярости. Конечно, Орига не была для неё такой близкой подругой как Гильда или даже противная Флаттершай, но всё равно она не ожидала такой подлости.

Впрочем, не только Дэш пострадала от несправедливости. Тренер Булзай отчаянно отстаивал право Дерпи участвовать в соревнованиях. Однако жюри было непреклонно в своем желании дисквалифицировать пони, которая согласно медицинскому заключению являлась умственно отсталой. Причем они спорили прямо при Дерпи, совершенно её не стесняясь.

— Извини, — Булзай снял у неё с бока табличку с номером. — Я очень хотел, чтобы ты поучаствовала и всем им доказала, что ты не заслуживаешь такого обращения.

— Значит, заслуживаю, — улыбнулась Дерпи. Булзая передёрнуло, и он поспешил отвести ученицу на трибуну, а затем вернуться к своим.

Дэш не поняла, что пошло не так. Она успешно обходила противников, как вдруг облачное кольцо оказалось вовсе не облачным, а каменным. Треснувшись об него лбом, она штопором полетела вниз, успев заметить на трибуне единорога, зачаровавшего облако.

У самой земли её поймали врачи и вернули на облака. Дэш потеряла сознание.

Она пришла в себя только в больнице.

Убедившись, что копыта целы, только голова сильно болит, она прислушалась к болтовне медсестёр:

— ...и глав такой говорит, типа ещё б чуть-чуть, и она бы башкой об землю треснулась.

— И с ней было бы то же самое, что с той олигофреншей?

— Да не с ней, с её мамашей, дубина! Меньше будет летать беременной. Конечно, ей ничего, а за её беспечность расплачивается ребёнок!

Дэш уткнулась мордочкой в подушку, чтобы не заплакать. Она была уверена, что тот единорог действовал по наводке Ориги и троицы. Так просто эти магические пижоны в Клаудсдейле не берутся. Рейнбоу не знала, что её пугало больше — что её так просто предали или что она смогла бы стать такой как Дерпи?

**

Никто не знал, почему новенькая на следующий день после соревнований забрала свои документы из школы, и куда она улетела. Пару раз юные пегасы видели, как в школу прилетала её мама и кричала на учителей и особенно на тренера, которые, по её словам, забили девочке голову всякой дурью, и поэтому она сбежала.

Флаттершай и Рейнбоу Дэш встретили бывшую одноклассницу спустя несколько лет. К тому времени они стали хорошими подругами и много времени проводили на земле. Дерпи летела к ним, теряя на ходу письма из сумки почтальона, опрокинула обеих пегасих с копыт и стала обниматься.

— Блин, Дерпи... — Дэш отпихнула пони, хотя была безумно рада видеть её в здравии.

— Я так счастлива! Уиии! Вы не представляете, что со мной было! Давайте я щас быстренько разнесу письма... ой, письма.

Дерпи стала спешно собирать конверты, пони помогли ей.

— Давай встретимся в кафе. Когда ты освободишься? — предложила Флатти.

Дерпи поведала подругам путанную и странную историю о том, как авария Дэш стала для неё последней каплей. Поняв, что она не хочет больше находиться в таком ужасном обществе, она приняла решение сбежать. Ведь Флаттершай живёт на земле и приносит всем пользу, чем Дерпи хуже? Она устроилась работать на почту, спала и ела прямо в отделении, греясь в ворохе конвертов и посылок. Она значительно расширила свой словарный запас и ещё приучилась помогать каждой пони, которая нуждается в этом. Правда, ей всё чаще говорили, что она оказывает «медвежьи услуги», и Дерпи никак не могла взять в толк, при чём тут медведи? Но пони умудрялись разглядеть под серой шкурой большое чистое сердце и не обижались на незадачливую пегасиху.

— Но самое главное, я встретила одного жеребца, он такой загадочный! Мне кажется, он умеет путешествовать во времени. У него в глазах столько мудрости, будто он видел и прошлое, и будущее.

— Дерпи, не пори чушь.

— Ну правда, у него на попе часы.

— Дерпи... — Флаттершай покраснела и тут же добавила, чтобы увести тему от жеребьячих поп. — А почему ты никогда не приходила в гости, ты же знала, где я живу? Я переживала.

— Ой, да у меня столько работы, меня шеф убьёт, если... Блин, следующая партия писем! А потом вечером на доставку. Ну всё, бывайте!

Дерпи сорвалась с места и полетела на главпочтамт. Ей не хотелось говорить, что она боялась встретить хоть кого-то из бывших одноклассниц первое время, боялась быть отвергнутой и что ей припомнят, какой она была в школе дурой, ещё большей, чем сейчас. На этот раз она нашла нужные слова, они стояли ровными рядами в её голове, как кексы на витрине Кейков. Просто она не нашла нужным их высказывать. Образ беззаботной дурочки нравился ей куда больше.