# Халат в шкафу.

Furry

Гримдарк. Рэрити запирает Дэши у себя дома и творит нечеловеческие опыты над организмом пегасов.

## Одной главой.

Самовычитывался, могут быть ошибки.

Шум воды. Но это все улица.

В этом подвале не капало с потолка, здесь не было футуристических металлических нагромождений и орудий пыток, честно говоря, это был даже не подвал – в окна был виден обыкновенный вечер, обыкновенного тихого городка. Но не все проводили его так, как хотели.

— Ты не посмеешь! – Взвыла Дэш. Крылья ее била слабая дрожь, а глаза бегали по комнате в поисках выхода. Она полу-висела напротив огромного зеркала, слева от которого был небольшой столик, на котором лежал нож.

— Не посмею что? – Раздался тихий голос.

— Т-ты, ты не сделаешь этого! Ты моя подруга! Подруга, понимаешь! – Дэш попыталась вырваться, но аккуратные шелковые ленточки крепко держали ее на кресле. – Зачем тебе это?! – Захлебывалась слезами бедная пегаска.

— Да. Я твоя подруга. – Рэрити сделала шаг по направлению к столику. – Именно поэтому, ты здесь.

— Подруги так не поступают! Это на двадцать процентов менее круто, чем розыгрыши Пинки!

— Пинки? – Рэрити вытянула губы трубочкой, поправила сумочку, в которой лежало что-то тяжелое, и похлопала ресницами. – Ах эта Пинки, вечно что-нибудь придумает. Придется исправлять. – Рэр наигранно приложила копыто к голове. – Представляю, сколько с ней будет хлопот!

— Придумает! А не сделает! ОТПУСТИ МЕНЯ! – дубовое кресло, обитое красным шелком, трещало от попыток бедной пони выкарабкаться на волю. Стоп. Вторая фраза. Дэши подумала о веселой скачущей Пинки, с её волосами, похожими на пушистые надувные шарики, и нервно сглотнула. – Т-то есть, я не единственная?

— Нет, что ты! – Фиолетовая грива элегантно скользнула по белой шерстке, пока Рэр подходила к столу. – В моих планах весь Понивилль!

Дэш просто не верила своим ушам. Рэрити медленно, взяв нож с резной ручкой со стола, вот уже десять минут орудовала на нем.

— НЕТ, ГОСПОДИ, ТОЛЬКО НЕ ЭТО! НЕТ! НЕТ! — Сдавлено вскрикивала смелая пегаска, с каждым ударом острого металла о синюю плоть. Ее губы дрожали, но глаза были широко раскрыты – такое пережить удавалось не каждому летуну. Крылья перестали трястись и она обессилено уставилась на свою мучительницу…

— Ч…Ч….Чт-то ты делаешь? – еле выдавила Дэш.

— Режу бутерброды из синей мясистой капусты. – Закатила глаза Рэрити. – Что не так? Я люблю подкрепиться, перед этим. Помыла я ее еще дома, не волнуйся. И зачем ты так кричишь, когда я отрезаю хлеб?

Сумка с продуктами валялась рядом.

— Н… н-но, — Дэши терялась в этой огромной комнате, под тяжестью взгляда Рэр, — это просто невозможно терпеть! П-почему ты просто не разорвешь хлеб копытами, а сверху не положишь случайные листки капусты? – Готова была заплакать малиновоглазая летунья.

Рэрити бросила взгляд на столик. Идеально ровные квадратные куски хлеба, накрывали правильные, округлые листочки. Сверху лежали аккуратные стебельки петрушки. Глаза Рэрити загорелись.

— То есть вот как… Вахахау! – Весело засмеялась пони и раскинула зефирные копытца. – Не думала, что ты будешь таким интересным «пациентом».

Дэш всхлипнула и разлепила мокрые веки. Смех все еще звучал в ее голове, а образ идеально ровных кусочков, четкой картинкой стоял перед глазами.

— Дорогуша, мне нужно в соседнюю комнату, взять кое-что, не скучай! – Рэрити легко пробежала мимо Дэш, махнув ей хвостом по мордочке. Перед самым выходом из комнаты она выкинула упаковку от капусты и хлеба в мусорку и с интересом покосилась на подругу.

Громкий крик прорезал окружающую действительность, закрадываясь страхом в сердца даже самых смелых пегасов.

— ПОЧЕМУ НЕ НА ПОЛ!? – в изнеможении крикнула Дэш и уронила разноцветную голову на грудь. «Just as planned», — подумала Рэр, в высшей степени красиво прыснув в копыто.

Когда пегаска очнулась, Рэрити еще не пришла. «Надо осмотреться. Нужно выбираться из этого ада. Поверить не могу, что это происходит со мной!». Ставни непротивно заскрипели. Дэш сглотнула. «Все против меня». Дрожь заставляла стучать ее копытцами по начищенному до блеска полу, а в глаза бросались все новые и новые подробности окружения. Отвернуться от зеркала не представлялось возможным, но через него она видела кусочки комнаты. Сейчас, например, ей приходилось разглядывать длинный стеллаж с орудиями пыток, у противоположного окна. Здесь было все. Неровные ряды духов, перебивающих природный запах полета и пота. Высокие и грациозные шампуни, делающие гриву пушистой и мягкой, снижая ее аэродинамичность. Ленточки и ножницы всех сортов, готовые вгрызаться в растрепанные волосы и висеть мертвым грузом, делая бедных пегасов тяжелее, а значит, заставляя летать ближе к земле.

Молния ударила за окном, но из-за хорошего стеклопакета Дэши не услышала даже этого. Ужасно хотелось сполоснуть копыта. Но почему-то они и так были влажные. «Крем для шерстки!», — сонник рейнбумом промелькнула мысль в голове бедной поняши. Её начало мутить. Ещё никто и никогда не мазал копыта Рэинбоу Дэш в этих девчачьих кремах! От безысходности и сильного давления ситуации, она медленно, но верно погружалась в дрему, граничащую с мигренью. Минутная стрелка медленно отсчитывала время, до появления маньячки…

— Теплая ванна с солями так бодрит! – Рэрити буквально впорхнула в комнату, придерживая слабосветящимся рогом именное полотенчико на голове. Но через секунду ее халат, обрамленный желтыми манжетами, замер.

— Дэши? – Она взволнованно подбежала к бездыханной пегаске. – Дэши, нет, проснись, так нельзя! Нам еще столько всего предстоит сделать! Стрижка, теплая ванна, удобный халатик! – Рэр потерлась рогом о свою жертву, но Дэш не подавала признаков бодрствования.

— Ладно, если ты такая слабая, придется переходить на крайние меры! – Возмущенно подняла носик Рэрити и полезла в сумочку, с которой никогда не расставалась. – Помада, тушь для ресниц, экологически чистое яблоко, кукла-вуду Спай… Вот, нашла! – В белых копытах промелькнул странный предмет. Если бы Дэш была в сознании, то она бы узнала эти два ножа для издевательств. В детстве, родители часто пытали ее, кромсая на кусочки ее ни в чем неповинную гриву. Когда в очередное последнее воскресенье месяца ее мать передавала отцу этот агрегат, она услышала бьющее по ушам и крыльям название — «ножницы». В ту ночь она навсегда улетела из дома.

— Наступил…Кх-кхонец, кх-халатам… — Дэш закашлялась, но все еще бредила, когда на ее лицо и шею обрушились невероятно элегантные удары мягкой кисточкой. Пегаска взбрыкнулась и в ужасе раскрыла глаза.

— ЧТО ПРОИСХОДИТ!?

— Успокойся, я стряхиваю волосы с твоего лица и мордочки. – Вдохновенно пропела Рэрити, словно рисуя загадочную картину на лице обессиленной Дэши.

— Волос… ЧТО!?

Первые секунды Рэинбоу просто пыталась поверить в происходящее. Сейчас, зеркало было словно портал в другой мир, она не видела длинных стеллажей, так пугавших ее своими возможностями, не замечала и улыбающееся лицо Рэрити, которая поправляла невесть откуда взявшуюся розовую шляпку. Она видела только свои волосы, свои радужные волосы, которые…

— НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТПРПРПП!.. – Как раненная птица, пегаска в агонии забила крыльями и начала кричать как минимум на двадцать процентов громче, но Рэрити элегантным взмахом рога, успела скормить ей расово модный бутерброд. Глаза Дэши расширились, а крылья бессильно опустились. Ненависть медленно разбивалась, о желание поскорее проглотить этот до боли вкусный шедевр кулинарного искусства и забыть все то, что тут произошло. Успокоившись, она еще раз подняла глаза на зеркало. Волосы были убраны в омерзительно красивую косичку, виски выровнены, а всякая растрепанность исчезла, судя по всему из-за маньячески-грамотного умения пользоваться гелем для укладки. Большой красный бант ставил жирный изящный крест, на дальнейшем существовании Дэши как пегаса в этом мире. Подрагивая, она глубоко вдохнула воздух.

— Р-рэр. За что? П-просто за что? – Плакать она уже не могла, только яростно шептать и еле слышно шевелить прилизанными перышками.

— Ты должна благодарить меня! – Надула щечки Рэр. Я стараюсь ради моды, это моя Профессия!

— Я… Я думала ты просто шьешь платья… — Дэши подняла голову и с вызовом посмотрела в зеркало. За ее спиной, обмахиваясь павлиньим веером, стояла Рэрити и молчала. Прошла минута, хотя Дэши она показалась напудренной бесконечностью.

— Это долгая история. – Рэр отвернулась к окну. – Однажды, Фотофиниш спросила меня: «Почему Флаттершай не живет в Клаудсдейле?». «Она ухаживает за животными», — был мой ответ. Сама наивность, — Рэрити принялась ходить кругами вокруг Дэш, сужая каждый новый заход, — тогда я еще не знала, что мода и полет несовместимы.

— Но, но почему ты хочешь морально убить всех пегасов и сделать из них каких-то, каких-то… П-п-пегарасов? – Дэши с ужасом вспомнила слово из заголовков газет прошлой недели. «Таинственные исчезновения пегасов! В доме были обнаружены только ленточки и позолоченные подковы!», «Кровавая Мэрис! На облаках Центрального Амфитеатра обнаружен шампунь для крыльев!»

— О, ты ничего не понимаешь! Каждый полет пачкает вас, душит вашу природу. А ведь как хорошо можно было бы использовать ваши крылья! Можно ходить, высоко их подняв, а на перья повесить гирлянды или мишуру! Муфты для крыльев! Накрыльные браслеты! Мелирование перьев!

Каждое слово звучало все громче и изящнее, Дэши боялась, и страх этот шел из глубины поколений. Рог Рэрити полыхал синим пламенем, а глаза светились верой в совершенное. От наполнявшего комнату шарма у Дэши кружилась голова, хотелось срочно куда-нибудь улететь и не видеть этого абсурдного изящества.

— Но, но мы должны летать! – В отчаянии протянула Дэш, глядя как Рэр куда-то отдалилась. Стеллажи! Вздох отчаяния вырвался из груди пегаски, но даже он прозвучал модно. Дэши сплюнула, но попала в золотистую плевальницу, по правую сторону от зеркала. «Ругаться, пожалуй, даже не рискну», — с грустью подумала Дэши, одновременно пытаясь хоть как-то освободиться от шелковых лент.

— Должны? – Донеслось из сумки. – Рэрити наконец-то откопала острый бугристый предмет и теперь снова приближалась к Дэши.

— Ч-что это? – Краем глаза увидела Дэш подозрительно блеснувшую полоску.

— Пилочка для копыт.

Дэш надрывно вздохнула.

— Должны летать? – Начала, казалось, забытый диалог, Рэрити, приближаясь. — Посмотри на Скуталу! Она счастлива! Ей не нужен полет!

— Н… Но она вырастет! Ты думаешь, она не летает из-за того, что модная? – Дэши вспомнила, как Скут лихо рассекает дороги на своем потертом скутере. Вспомнила частички грязи на ее волосах. Это придавало пегаске уверенности. «Как она там? Надо будет проведать. Я совсем забылась, на время этой летной подготовкой для соревнований с Вандерболтами», — остатками сознания подумала Дэш.

Рэрити подошла вплотную к спинке стула и тихо прошептала пегаске на ухо:

— Я уже две недели вожу ее в спа-салон по вечерам.

Весь мир провалился в зияющую пустоту. Дэши как будто бы видела себя со стороны. Вот она брыкается и пытается испортить Рэрити прическу, но заряд изумительности, идущий от гривы белоснежной пони, отклоняет ее удары. Вот она упала на пол и ленточки наконец-то порвались. Крылья намокли, омоднели и были не готовы к полету, поэтому она, шатаясь, побежала к двери. Рэрити кокетливо испугалась и не без изюминки бросилась к стеллажу с духами. Нет! Глаза Дэши горели антифэшэновой решимостью. Из последних сил, она отодвинула щеколду на узорчатом замке, но так и не смогла выйти на свежий воздух. Обширная струя волшебно пахнущих духов ударила ей в лицо.

— Ты монстр… Передай Скут, что я её с… — Но Дэш так и не договорила, грациозно растянувшись перед выходом. На лице Рэрити играла торжественная улыбка.

— Я вешаю около дверей освежители, они брызгают каждые полчаса. – В падающей голове Дэш зазвучали далекие слова.

* * *

Комната. Камин. Фиолетовая единорожка сидит в кресле под пледом, подобрав копытца. Очки сползли с носа, тихое дыхание почти не слышно за звуками потрескивающих дров. Рядом лежит газета, которую она так и не дочитала, слишком устав за тяжелый день. Первая полоса пестрит цветными заголовками: «Из грязи в князи! Неизвестная модель на показе Кантерлота стремительно набирает обороты!» «Пегас для вас! Кто же такая эта радужная пони и почему она никогда не летает?» «Рэйни Строк – новое слово кантерлотской моды!».