# Заражение 3

A_L_E_X

Блеск клыков при лунном свете, страх и смятение. Нечто ужасное притаилось в темноте, а всё виной то же любопытство, которое было безрассудно проявлено в прошлом некой Твайлайт Спаркл

Третья часть истории.

## ГЛАВА 1 "Сложности адаптации"

ГЛАВА 1 "Сложности адаптации"

Было не просто привыкнуть... нет, не к клыкам, периодически украшающим уголки рта, а к Рэйнбоу Дэш. Та, узнав секрет подруги, практически не отходила от неё ни на шаг. Сначала, единорожка думала, что пегаска просто проявляет заботу, ведь новоявленной вампирше не просто жить с таким бременем. Чрезмерное внимание Рэйнбоу всё же дало понять, что радужная сорванка была одержима Твайлайт. Она гордилась тем, что дружит не просто с одарённой волшебницей, а с настоящим вампиром с острыми клыками и невероятной силой.

После гибели Аланис, жизнь как-то пришла в привычное русло. Селестия знала о сестре-вампире, но не знала о клыкастой тайне Твайлайт, что единорожку вполне устраивало. По рассказам Луны, Селестия стала к ней более строга, беспокоилась, что принцесса ночи может наворотить бед. Даже, предлагала изолировать её на луне для курса лечения, вот только лекарства от вампиризма не знала как Селестия, так и сама Луна, но изолировать всё же предлагала. Принцесса ночи не согласилась на предложение сестры с перспективами курорта на лунном грунте на ближайшие столетия, и тогда, Селестия насильно нацепила на неё красивое ожерелье. Украшение для одних, как для Луны лишь железяка, способная всегда держать сестру в курсе её перемещений. Из-за такого недоверия, Луна сильно обиделась на сестру и практически перестала с ней разговаривать. Отношения между сёстрами охладели, что огорчало Твайлайт куда больше, чем саму Луну.

Прошло несколько недель. Юная вампирша всячески искала то, чем можно было бы заменить в рационе питания кровь. Не получилось. Зелья, соки — всё казалось кобылке гадостью и её перерождённый организм отказывался принимать всё то, что не являлось кровью. История с Аланис подсказала вампирше использовать донорскую кровь, но пони сочла такой метод негуманным по отношению к тем, кто нуждался в этой самой крови. Да и по прямому приказу Селестии, все поставки крови строго контролировались и любая кража могла привести к расследованию с печальными последствиями. Твайлайт не могла так рисковать. Пробираясь по ночам в дома, вампирша продолжала кормиться спящими пони. Чтобы контролировать свои позывы, ей приходилось заниматься этим делом каждую ночь, в противном случае, единорожка становилась агрессивной, а солнечный свет сильнее резал ей глаза.

Перекусав почти всех пони в Понивилле, волшебница обратила внимание на то, что те стали меньше болеть. Она помнила как кусала простуженную кобылку и наутро та чувствовала себя прекрасно. Единорожке самой стало интересно, сколько же ещё тайн хранит её новая вампирская сущность. Она, даже, пробовала кусать саму себя... к её удивлению, единорожка с трудом прокусила кожу на передней ноге, словно та была драконьей. Но собственная кровь ей совсем не понравилась, вкус был какой-то странный, противный. Тем не менее, организм не стал отторгать те редкие капли собственной крови, которые всё же, единорожка успела выпить.

Кобылка стала записывать свои наблюдения в блокнот с магическим замком. Блокнот она прятала в трубе старого толстого телескопа, что стоял в дальней гостевой комнате. Самое трудно было со Спайком: тот, видя что кобылка ничего не ест, начал кидаться подозрениями ещё больше. Твайлайт была вынуждена соврать в том, что всё же напортачила с новым заклинанием и из-за него она стала вынуждена питаться... воздухом. Дракончик поморщился и сразу поверил в этот бред, что позволило вампирше спокойно вздохнуть. Она не знала как долго сможет водить Спайка за нос, но такая передышка оказалась ей очень кстати.

Каждую неделю, волшебница спускалась в подземелье, проверяла запечатанный вход в мир вампиров. Луна наложила на него печать сильнейшей магии, которую даже она сама уже не сможет снять, такова цена за безопасность. Помимо стены, вампирша изучала древние книги, питая тайную надежду найти противоядие от своей клыкастой болезни. Единорожке не было нужно той вампирской силы, невероятных инстинктов, бессмертия. Она хотела жить как все нормальные пони и не бояться полной луны, не бояться кому-то ненарочно причинить вред. Боялась, что пони узнают её тайну... они вряд ли бы объявили на неё охоту, скорее, кобылка думала, что станет изгоем и будет незамедлительно выгнана из деревни. А реакции Селестии, учитывая сестринский конфликт, единорожка боялась больше всего... не наказания, а именно то, что мудрая правительница отречётся от своей ученицы, что стало бы для волшебницы настоящей катастрофой.

Твайлайт вчитывалась в каждую книгу. В большинстве случаев, она не могла разобрать того, что в них было написано. Просто странные наборы слов, непонятные термины, события, выходящие за грани реального. В книгах не было информации о том, как излечиться или заменить кровь пони на нечто более гуманное. Литература пестрила жестокостью, события, описанные в ней, воспевалась вампирами. То, что те, когда-то давным-давно, правили этими землями и окружающие существа, все без исключения, были для них лишь едой, а те кто с ними боролся — врагами. Некий вампирский нацизм. Став вампиром, Твайлайт обрела их жестокость, страшные образы и желания. Она объясняла это кровью вампира, что текла в её жилах и лишь то, что кобылка была наполовину пони, спасало её от безумия, в котором жили все вампиры.

Начитавшись мерзких книжек, кобылка поспешила выйти из дома, к солнечному свету. Тот, хоть и обжигал её глаза, всё же, был куда приятнее, нежели готическое подземелье библиотеки, которое так и тянуло юную вампиршу погрузиться в полное уныние.

Выйдя на солнце, кобылка специально посмотрела прямо на него. Даже для обычной пони такое было чересчур, а для вампирши... единорожке показалось, что её глаза просто вскипают! Всего две секунды и вот, кобылка сильно зажмурилась, протирая глаза из которых полились слёзы. Боль бодрила её разум. Пони, после обращения, практически поясностью перестала ощущать какую-либо боль и лишь солнце напоминало о том, что Твайлайт в первую очередь пони, а уже затем — вампир.

— Твайлайт, тебя кто-то обидел? — послышался голос жеребца.

Единорожка неохотно приоткрыла один глаз и только сейчас поняла, что сидела посреди улицы. Рядом с ней стоял Прыг — неприметный земнопони серого цвета и с коричневой гривой. Прыгом его назвали после того, как он, как-то гуляя по деревне, неожиданно наткнулся на Селестию. Буквально наткнулся... Испугавшись столько неожиданного столкновения с королевской особой, жеребец развернулся и словно олень, попрыгал прочь. Именно попрыгал, а не побежал. К несчастью для него, поблизости крутились репортёры и так, не самая лучшая слава быстро его нагнала. На самом деле, имя Прыга вполне нормальное, а именно — Каспер. Правда, его так часто стали называть Прыгом, что он уже и не надеялся...

— Каспер, всё хорошо. Дорожная пыль попала в глаза, — единорожка прищурено открыла второй глаз и улыбнулась.

Жеребец усмехнулся.

— Что? — не поняла единорожка, более уверенно открывая глаза.

— Меня даже друзья называют Прыгом, но ты, Твайлайт, с кем я впервые заговорил, назвала меня по имени. Ты не такая как другие, — улыбнулся он.

— Я знаю каково, когда тебе дают обидное прозвище, сама через такое прошла в детстве. Просто, не давай называть себя Прыгом и всё, — подмигнула единорожка, последний раз протерев глаза и открыв их полностью.

— Да я не против. По крайней мере, меня теперь знает вся деревня и несколько соседних. Правда, не воспринимают всерьёз... но не важно, — посмеялся жеребец. — Твайлайт, а давай сегодня вечером... — не договорил Каспер, как единорожка прервала его копытцем, приставленным к его рту, но не прикасаясь.

— Не надо. Ну... мне пора, — неуверенно посмеялась пони, убирая копыто на место. — Спасибо что поболтал, пока я... глаза протирала, — вновь посмеялась волшебница.

Жеребец засмущался.

— Прости, ты пони знатная, из Кантерлота. А я всю жизнь прожил в Понивилле. Пока, — развернулся тот.

— Дело не в этом, — сказала Твайлайт, начиная нервничать.

Жеребец развернулся. В его мордашке читалась надежда.

— Просто, не надо... не надо, — кобылка почти что бормотала.

Каспер показался ей милым жеребцом, но не более. К тому же, прошлые неудачные отношения с лжецом оставили свои раны. А если учесть, что пони ещё и вампир... В этот миг кобылка ужаснулась, что обречена остаться одна и такая перспектива не показалась ей приятной.

— Извини, — с грустью произнесла она и побежала вперёд по улице, оставив недоумевающего жеребца далеко позади.

Как же ей в этот момент особенно сильно захотелось снять с себя чары вампира и вернуться к обычной жизни. Луна тысячи лет жила в одиночестве и не просто скрывала свой секрет. Ей даже поделиться не с кем не было, а о паре вообще можно умолчать, но разум принцессы, разум аликорна очень силён. Твайлайт переживала, что такой же силы разума, у неё просто нет.

Кобылка обежала деревню кругом и вернулась в библиотеку, где сразу же достала свой дневник:

"Сегодня я осознала страшную вещь. Воистину ужасную. Жеребцы давно засматриваются на меня, но я никого не подпускаю. Когда я сама начала обращать на них внимание, то в это время я стала тем клыкастым монстром... чудовищем, что обрекло все мои возможные отношения на провал. Я не могу встречаться с жеребцами. Не имею права. Никто не должен знать мой секрет и не прошло и дня, чтобы я не жалела о том, что о моей тайне узнала Рэйнбоу. Это изменило её, и я сильно переживаю за Дэш. Она моя лучшая подруга. Что касается жеребцов, может, так даже лучше. Прошлые отношения с тем мерзавцем дали мне понять, что никому нельзя открывать своё сердце, что тогда ты уязвима для предательства, раны от которого, никогда уже не заживут даже у вампира. Возможно, став чудовищем, я тем самым обезопасила своё сердце от новых ран. Возможно, так будет лучше"

* * *

День плавно сменился ночью и на фоне бледного светила, что уютно устроилось среди звёзд, пролетела фигура принцессы Луны. Не ясно куда летела аликорн, на ночное бдение или на очередную кормёжку. Она исчезла так же быстро, как и появилась.

Где-то там, внизу, в отдалённой деревне, что прилегала к Вечнодикому лесу, в деревне, о существовании которой мало кто знал из-за её тихой жизни самых обычных ремесленников и лесорубов, открылись хищные глаза незваной гостьи. Та, еле передвигая ногами, выползла из-под старой телеги, что лежала в овраге на окраине деревни уже несколько лет. Пони заснули и если они заметят ночную гостью, то та понимала, что эта ночь станет для неё последней. Изнывая от страшной раны, которая едва не стала для неё смертельной, кобылка неуверенно пробиралась в деревню. Рана, нанесённая опасным оружием, не заживала, повязка из лопухов и диких лиан была практически бесполезной. Силы были на грани истощения, ещё пару ночей и Аланис понимала, что её дни будут сочтены. Из-за сильной слабости, альфа практически утратила свою чутьё, силу, возможность бесшумного передвижения. Уже несколько недель она голодала и если бы не сильнейший ум, то давно бы, словно дикая кошка, бросилась на первого встречного, осушив его тело всё до капли. Альфы всегда отличались особой живучестью, невероятной силой, по которой Аланис так скучала. Она могла бы в одиночку уничтожить всю деревню, превратив её в кровавый пир, но только не сейчас. Быть уязвимой как какой-то мелкий кролик, её просто бесило.

Сверкая клыками, проступающими через её злобный оскал, кобылка добралась до ближайшего дома. Дверь была заперта, но окно открыто настежь. Только она потянулась к нему, как неосторожно задела копытом створку, которая с грохотом ударила по стене дома. Хозяева тут же проснулись, что вынудило Аланис помчаться прочь, испуганно поджав хвост.

От пробежки, рана снова разболелась, напоминая о прошлом поражении едва не забравшим её жизнь. Аланис знала, что пути домой, во мрак подземного мира, больше нет, что она обречена жить вдали от своих подчинённых, отрезанная от верховной касты. Так же знала, что её срок отсутствия слишком большой, и её место уже давно занял другой вампир, один из тех, чья кровь принадлежит элитным альфам, а это значит, что её могут уже не принять обратно в верховную касту. Не смотря на всё это, как и любое существо, кобылка хотела выжить. Она не хотела умирать и ради этого, была готова на всё что угодно. Забравшись обратно под перевёрнутую телегу, Аланис ощутила сильное головокружение и потеряла сознание.

## ГЛАВА 2 "Помни то, кто ты есть"

ГЛАВА 2 "Помни то, кто ты есть"

— Я уж подумала, что вы сегодня не прилетите, — Твайлайт приближалась к библиотеке.

Принцесса Луна, спустившись с ночного неба, тихо приземлилась рядом с единорожкой. Она ощутила этот запах... поняла, что Твайлайт успела покормиться. Принцесса знала как единорожке трудно свыкнуться с новой жизнью и прекрасно её понимала.

— Скоро полнолуние, ты готова? — спросила аликорн.

— Абсолютно. Мне Рэйнбоу Дэш поможет его переждать, — ответила пони, поворачиваясь к принцессе.

— Я не думаю, что привлекать смертную пони — хорошая идея. Она может пострадать, — настороженно говорила Луна.

— Если кто и может пострадать, так это я, — усмехнулась единорожка. — Даже в полнолуние, — волшебница вспомнила игры в кошки-мышки с радужной сорванкой при прошлой полной луне.

— Надеюсь, ты действительно держишь ситуацию под контролем. Сегодня я хотела бы провести новый урок, но ты успела покусать пони. Я не уверена, что он сработает... хотя, шанс есть. Не желаешь ли пройти обучение? — спросила аликорн.

— Ну конечно! — обрадовалась Твайлайт.

Принцесса и не ожидала другого ответа.

— Иди за мной, я как раз присмотрела подходящую жертву, — Луна повела единорожку в глубь деревни.

— Жертву? — ужаснулась юная вампирша.

— Не пугайся, моя клыкастая ученица. Я думала, что ты привыкла к моему жаргону. Тебе нужно... сама скоро всё узнаешь, это надо ощутить, — говорила принцесса.

Кобылки шли бесшумно, словно никого на дороге и не было. Твайлайт было до сих пор непривычно не слышать звука собственных шагов.

— Принцесса, простите, но у вас с сестрой всё ещё ссора? — осторожно спросила кобылка.

Луна немного сбавила ход.

— Я бы не назвала это ссорой. Недопонимание, скорее. Селестия не верит мне, не может признать то, что я могу себя контролировать и не причинять боль окружающим. Она боится, что я могу сорваться... Я больше тысячи лет не срывалась... не считая того случая с почти бескровным жеребцом, а постоянные медитации вовсе не дают выпасть из равновесия. Я понимаю её тревогу, жаль только, сестра мне не доверяет, — Луна остановилась у дома. — Селестия всегда была упрямой, недоверчивой. Надеюсь, со временем, я смогу до неё достучаться, а пока... мне крайне тяжело с ней общаться, пока Селестия смотрит на меня не как на сестру, а на одержимого пациента клиники. Пришли, Спаркл.

Единорожка посмотрела на дом. Прямо за закрытым окном спал жеребец. Твайлайт узнала в нём продавца газет. Хороший, добрый жеребец. Вампирша предпочитала кусать тех, кого плохо или совсем не знает.

— Точно тот самый дом? — с надеждой спросила Твайлайт.

— Он крепко спит, страдает от бессонницы и принимает снотворное, что сделало его идеальной жертвой. Снотворное, что у него в крови, может вызвать у тебя сонливость, но не более. Если что-то пойдёт не так, он вряд ли проснётся. То, что я тебе сейчас скажу, может показаться страшным, но ты не бойся, — говорила Луна.

Твайлайт занервничала, поджимая к голове уши.

— Уже дрожишь, маленькая трусишка, — улыбнулась Луна. — Я буду рядом, тебе нечего бояться. Как ты знаешь, когда вампир голоден и питается жертвой, то если его прервать, он может впасть в безумную ярость. Такова реакция организма, поглощающего чужую кровь. Когда кормёжка резко прерывается, у вампира есть всего около трёх секунд чтобы продолжить, иначе, он становится зверем, способным даже на убийство. Сейчас, я помогу тебе выпустить этого зверя, — строго говорила принцесса.

— Зачем? — тихо прохрипела Твайлайт, совсем не радуясь удручающей перспективе.

— В нас течёт кровь вампиров, Спаркл, а значит и их природная жестокость. Если вампиры её понимают, то мы же, обращённые, не знаем что это за страшная сила. Тебе нужно испытать ярость для ценного опыта. Ты очень умна, я это знаю и за тот короткий промежуток времени попытайся запомнить ощущения, понять что вызывает лютую злобу и куда она ведёт. В будущем, такой опыт может помочь тебе избежать страшных ошибок, а именно — случайных смертей. Если ты хоть немного научишься осознавать себя в одичалом состоянии, то ты, будучи доброй пони, сумеешь не допустить убийства невинных существ... твой разум сможет одержать вверх над инстинктами. Тьма будет подбираться к твоей душе, от неё никуда не деться, кровь вампира отравляет душу... я хочу, что бы ты боролась, — говорила принцесса.

— В последнее время эти страшные видения... они становились всё более жестокими и я начинаю к ним привыкать. Это и есть та самая тьма? — прошептала пони, топчась на месте.

— Отчасти, — задумчиво сказала Луна.

— Какие же эти вампиры жестокие, — ужаснулась волшебница.

— Посмотри на меня, — приказала принцесса.

Единорожка подняла свой испуганный, стыдливый взгляд.

— Ты никогда не станешь такой же, как они. Я этого не допущу и прошу, не зацикливайся на этом, — Луна нежно погладила ученицу по голове. — Ты хорошая, умная кобылка. Ничто не сможет повлиять на твоё светлое будущее. А сейчас, пришло время для серьёзного испытания, — принцесса перестала гладить пони и указала на окно.

— Я должна его укусить? — спросила единорожка.

— Верно. Насколько сильно ты сегодня насытилась? — прищурилась Луна.

— Я каждый день пью по чуть-чуть, голод есть, но небольшой, — призналась единорожка.

— Будем надеяться, что его хватит чтобы ты впала в ярость, — говорила Луна.

Единорожка задрожала.

— Ну чего ты так переживаешь? — присела Луна, вновь погладив пони по голове.

— Я не хочу навредить жеребцу и тем более, вам, — прошептала Твайлайт.

— Я обещаю, невинная душа не пострадает, а мне ты не сможешь причинить вред, не доросла ещё, — улыбнулась Луна.

— Неужели нет другого способа? Давайте дождёмся полнолуния, — предложила единорожка.

Волшебница всячески желала увильнуть от задания Луны.

— Полнолуние лишь обостряет инстинкты, это немного не то. Пойми, Твайлайт, от этого урока могут зависеть судьбы невинных пони, которым непосчастливится попасться на твоём пути в не самые лучшие дни. Поверь, такие дни действительно могут случится, — терпеливо говорила принцесса, вставая на ноги.

— Хорошо, я готова, — сказала дрожащая единорожка.

— В таком случае начинай. И помни, как только впадёшь в ярость, слушай мой голос. Я буду направлять тебя. Запоминай ощущения и ничего не бойся. надеюсь, твоего голода достаточно для вызова состояния ярости, — наставляла принцесса.

Твайлайт магически открыла окно и бесшумно забралась в комнату. Жеребец спал с причудливым колпаком на голове и в ночной пижаме. Видимо, он принял слишком много снатворного, раз очки продолжали украшать его храпящий нос. Твайлайт заботливо взяла ртом очки и положила на подоконник. Кобылка забралась к нему на постель. Хищные инстинкты тут же пробудили в ней вампира. Кобылка ощутила, как в уголках рта появилось два острых клыка. Вампирша стала видеть все артерии, вены, то, как в них текла сочная кровь, что говорило о том, что её глаза сменились на хищные глаза вампира. Пони испуганно посмотрела на Луну. Та положительно кивнув, сосредоточенно наблюдала через окно за действиями своей ученицы. Голод, вызванный предвкушением пиршества, начал стремительно расти, но был вполне под контролем. Твайлайт нагнулась к шее жертвы, прислушалась к равномерному биению его сердца. Тук... тук... тук... — редкий ритм спокойствия и безмятежности. Тук... тук... тук... сердце гоняло насыщенную кровь по венам. Твайлайт открыла рот, что позволило клыкам выступить наружу. Медленным движением она вошла в шею жеребца. Маленький толчок дал знать, что кожа прокушена, а кровь, брызнувшая в рот вызвала ещё больший азарт и небывалое наслаждение. Юная вампирша ужасалась от того, что получала от кормёжки настоящее удовольствие и в то же время, наслаждалась этим запретным чувством.

— Стоп, — резко скомандовала Луна.

Твайлайт продолжала пить. Она захотела остановиться, всего пару глотков и всё, но тут, Луна, с помощью магии прервала процесс кормёжки. Голод обострился как никогда раньше, а с ним начала возрастать паника. Раз... Твайлайт испугалась, захотела вновь примкнуть к шее жертвы, но Луна не позволяла. Два... Закружилась голова, голод стал просто невыносимым. Вид прокушенной шеи и капелек крови на ней, ещё больше раззадоривал вампиршу. Три... Гнев из-за прерванного кровопития резко взял вверх. Твайлайт захотелось осушить жеребца словно мумию, дабы удалить безудержный голод, но магия Луны не позволяла приблизиться к его шее. Угрожающе шипя, вампирша злобно уставилась на, мешающую ей, принцессу. Одним прыжком она выпрыгнула из окна и набросилась на Луну, желая разорвать принцессу на части за такую дерзость.

— Ты точно сегодня кормилась? — Луна ужаснулась от ярости клыкастой ученицы.

Твайлайт лишь шипела. Вампирше удалось вцепиться в ногу аликорна ,и единорожка начала её кусать, рвать зубами. Пыталась хоть как-то причинить вред, но ничего не удавалось, что вампиршу бесило ещё больше.

— Твайлайт, слушай мой голос. Не уходи в чертоги разума, пускай тьма туда отступит. Осознай то, что ты делаешь! — приказывала Луна.

Единорожка продолжала яростно терзать ногу принцессы.

— Вспомни то, кто ты есть! Никогда не забывай! — приказывала аликорн.

От шума и криков озверелой вампиршы проснулись жильцы соседнего дома. Луна мгновенно опечатала их дом магией, не позволяя им даже из окна выглянуть.

Твайлайт начала что-то понимать. В ней боролась целая копна чувств, которые она никак не могла понять, но руководила всем ярость, желание убивать.

— Кто ты? Пони или вампир? — спросила Луна.

— Я чудовище! — с обидой на саму себя, злобно выкрикнула единорожка.

Твайлайт попыталась дотянуться до шеи Луны, за что получила крылом по рогу и вновь принялась безуспешно терзать ногу принцессы.

— Кто ты? — строго спросила аликорн.

Пробудился ещё один дом и его постигла та же участь, что и первый.

— Я... я пони! — прошипела Твайлайт, начиная что-то осознавать и от ужаса от самой себя, начала тихонько всхлипывать ,но всё равно пытаясь навредить Луне.

— Тогда, зачем ты это делаешь? — спросила Луна.

— Ты... ты... я... ты бесишь меня! Ты мешаешь есть! Я так голодна! — плакала пони.

— Держись моя маленькая умничка, осталось немного, — прошептала Луна. — Ты разве хочешь мне навредить? Прежде чем ответить, вспомни кто ты есть, юное дитя, — строго сказала Луна.

Твайлайт стала меньше трепать ногу Луны, начиная просто её покусывать.

— Мне больно! Всё болит! Я не знаю что мне делать, я хочу... есть! Прекрати мне мешать, уходи! — ревела Твайлайт, уже перестав кусать Луну.

— Ты не хочешь есть, это твоё тело играет с разумом, но ты сильнее и сама это знаешь! — говорила Луна.

— Я пони... я пони! Но почему мне так сильно хочется тебя убить? Почему я не понимаю! — ревела кобылка, запутавшись в мыслях.

— А вот это и есть самый важный момент. Попытайся понять, разберись в своей злобе и скажи что ты видишь, — говорила аликорн.

Твайлайт медленно потянулась к ноге Луны, с широко открытым ртом и торчащими зубами, но резко помотала головой и отстранилась.

— Сильный голод и злость. Они... это невозможно, я не хочу злиться на вас, принцесса, и голод лишь иллюзия, обман! Я не хочу есть! — бормотала единорожка.

— Правильно, постигай темноту, моя девочка. Лишь разобравшись в ней, ты сможешь загнать её обратно в клетку, из которой она и вырвалась, — довольно говорила Луна.

— Я пони! Я добрая! Я не желаю зла! Я не хочу быть злой! И, я не голодна! — Твайлайт часто задышала.

В этот момент острые клыки исчезли, а глаза пришли в норму. Твайлайт ощутила как ярость начала уходить, но всё равно пыталась с ней бороться, боясь что та резко вернётся в вновь заставит единорожку делать ужасные вещи. Однако, тьма не собиралась возвращаться, уходя ровно так же, как и голод.

— Ты справилась, — с гордостью произнесла Луна, ложась перед Твайлайт на живот. — Я знала что ты у меня умничка! Ты моя маленькая смышлёная девочка, я верила что ты справишься, — аликорн обняла плачущую кобылку.

— Получилось? Правда? — шмыгая носиком, неуверенно спросила пони.

— Получилось. А теперь, успокойся, всё хорошо. Ярость ушла и больше не вернётся. Моё маленькое копытце, прости... прости что заставила тебя пройти через эти муки, — шептала Луна, — крепко обнимая ученицу.

— Я не обижаюсь на вас. Знаю, вы хотите мне помочь и спасибо вам за это, — шептала Твайлайт, закрыв мокрые глаза.

Единорожка ощущала, как бешено стучало сердце Луны. Она поняла что та переживала не меньше её самой. Спина принцессы дрожала, и Твайлайт провела по ней копытцем, надеясь успокоить ночную наставницу.

— Я так горжусь тобой, — отстранилась Луна.

— Принцесса, а вы то почему плачете? — мило улыбнулась единорожка.

— Не обращай внимания. Я рада, что ты разобралась во внутренней тьме. Помни, если случится беда, то никогда не забывай кто ты есть и тьма отступит. Теперь, я могу быть уверена, что в случае страшной беды ты не заберёшь невинные жизни. Ты очень сильная, моя маленькая клыкастая, смышлёная ученица, — улыбнулась Луна. — Ты правда понимаешь, что я не со зла тебя провела через испытание? Правда... — не договорила аликорн.

— Правда! — перебила довольная Твайлайт. — Принцесса, а почему все дома находятся в магических пузырях? — осмотрелась единорожка.

— Оу, ты немного... громко кричала. Не беспокойся, дитя прекрасной любви, никто ничего не узнает и все быстро забудут услышанное, оставь это на мои плечи. А сейчас, ступай домой, выспись. Ты заслужила хороший отдых, — Луна встала на ноги.

Внезапно, Твайлайт подпрыгнула к Луне и крепко её обняла.

— Принцесса, спасибо что вы есть у меня, — прошептала Твайлайт, мордашкой уткнувшись у грудь аликорна.

Луна, умилённо вздохнув, погладила верную ученицу по голове.

## ГЛАВА 3 "Столкновение"

ГЛАВА 3 "Столкновение"

Старый кочевник шёл в сторону деревушки, надеясь найти место для ночлега. Он даже не подозревал, что уже несколько минут на него велась охота. Два хищных взгляда пристально сопровождали жеребца пока тот внезапно не почувствовал удар по голове и вскоре потерял сознание. Аланис тут же жадно впилась в его шею, всасывая в себя живительную алую жидкость. Как же долго она этого ждала, голод сводил её с ума, но вампир понимала, что не может позволить себе такую роскошь, как убить жеребца. Лишнее внимание ей было не к чему и, хоть немного насытившись, чёрная кобылка неохотно отстранилась от жеребца. Она знала, что к утру его раны исчезнут, а кровь восстановится. Никто не сможет догадаться о нападении вампира.

Однако, самочувствие лучше не стало, лишь голод немного притупился, позволяя мыслить более хладнокровно. Невыносимая боль незаживающей раны постоянно давала о себе знать. Аланис, украв из местной лавки иглы с нитками, заштопала саму себя, тем самым прекратив кровотечение. По крайней мере, ей больше не придётся убирать за собой следы собственной крови, на что она тратила большую часть времени.

Оставив жеребца лежать на дороге, Аланис вновь пробралась в спящую деревню. Около одного из домов вертелся кролик. Было не ясно что его разбудило, но это Аланис совершенно не волновало.

— Иди сюда, — прошептала она кролику.

Тут, обратив на неё внимание, медленно приблизился. Аланис давно поняла насколько местные животные наивны, доверчивы. Весь мир настолько занежен, что его с лёгкостью можно уничтожить, было бы желание. Он защищён от атак извне, но не изнутри, не от таких, как Аланис.

— Ближе, ближе, — протянуто шептала альфа.

Кролик, подойдя ближе, почуял что-то неладное и отпрыгнул назад.

— Мелкий паршивец, я приказываю тебе подойти! — альфа применила вампирский гипновзгляд.

Тот не помог, что говорило о том, насколько ослабела вампир. Разозлившись, альфа прыгнула в сторону кролика, но тот оказался куда проворнее и вовсе убежал. Стараясь не закричать от острой боли, Аланис сжалась в комок, придерживая копытами повреждённый бок. Жизненные силы стремительно покидали кобылку. Аланис, будучи альфой, боролась изо всех сил, как обычный вампир давно бы не выдержал такого ранения. Тем не менее, вампирше стало настолько плохо, что она поняла то, что до рассвета ей просто не дожить. Нужно было восстановить часть сил чтобы прожить ещё одни сутки.

— Вам плохо? — из дома вышел сонный жеребец.

Аланис замерла.

— Кто вы? — спросил он.

Вампирша принюхалась.

— Дорогой, ты почему не спишь? — послышался голос кобылки.

— Ладия, спи, я сейчас вернусь, — крикнул жеребец. — Так вам нужна помощь? На вас напали? — интересовался жеребец.

— Помощь мне нужна и ты здорово можешь мне помочь, — прошептала Аланис.

Зловещая интонация незнакомки жеребцу совсем не понравилась.

— Давайте, я позову лекаря, — предложил жеребец, пятясь назад.

— Нет, именно ты мне поможешь! — Аланис вскочила из последних сил.

Жеребец даже в темноте заметил её сверкающие клыки и злобный оскал. Он поспешил скрыться в доме, но было уже поздно, в этот раз, альфа не собиралась отпускать еду и проскочив в дом, закрыла за собой дверь. Никаких криков, лишь тишина...

* * *

Ещё никогда Твайлайт так хорошо не высыпалась. Знание о том, что теперь, даже в самых трудных ситуациях она не сможет причинить вред пони, просто окрыляло её. Прошлой ночью единорожка постигла часть себя, чему была безмерно счастлива, даже не смотря на то, что эта часть была далеко не светлой.

— Доброе утро, Твай. Завтрак? — Спайк принёс поднос.

— Ох, я же всё тебе объяснила, — вздохнула единорожка, отрывая голову от подушки.

— Я знаю, поэтому принёс стакан воздуха и тарелку... с воздухом, — неуверенно, но довольно произнёс дракончик.

— Спайк, ты такой заботливый, — посмеялась пони.

Единорожка отпила из стакана воздух, вспоминая как в детстве, играя в куклы, так же кормила свои игрушки.

— Спасибо, — похихикала пони.

— Это самый лёгкий завтрак, который только возможно приготовить. На обед что будешь? Варёный воздух? Запечённый? — улыбался Спайк.

Твайлайт звонко рассмеялась.

— Ладно, я что-нибудь придумаю, — Спайк спустился на первый этаж.

Вдоволь посмеявшись, единорожка резво спрыгнула с кровати, заправила её и пошла на первый этаж приводить себя в порядок. После, единорожка пробралась в дальнюю комнату, где был спрятан её дневник.

"Прошлой ночью я поняла то, что я не такой монстр, как сама считала. Я смогла совладать с внутренним злом вампира и всё благодаря принцессе Луне. Если бы не она, я не знаю что за жизнь бы у меня была."

Сделав короткую запись, пони спрятала блокнот в телескоп и осторожна вышла из комнаты. Затем, единорожка, поморщившись от солнечного луча, шедшего из-за штор окна, взяла стопку книг и вышла из дома, направляясь к парковой зоне. Волшебница намеривалась изучить несколько новых заклинаний и истин по наставлению принцессы Селестии. На свежем воздухе ей было более комфортно заниматься, чего пони раньше не ценила.

— Твайлайт! — крикнул жеребец, вышедший из-за угла.

От неожиданности, кобылка обронила все книги, которые несла рядом с собой с помощью магии.

— Каспер, это ты? — единорожка сначала удивилась, затем нахмурилась.

— Ой, прости, я не хотел тебя напугать, — жеребец хотел помочь кобылке собрать книги, но та опередила его с помощью магии.

— Ничего страшного, — улыбнулась пони, намереваясь пойти дальше.

— Подожди, минутку... — сказал жеребец.

Единорожка удивлённо обернулась. Каспер тут же скрылся из вида. Через несколько секунд он объявился с фиолетовым цветком в зубах.

— Когда я его увидел, то сразу понял как он сильно на тебя похож, — сквозь зубы говорил жеребец.

— На меня? Похож? — Твайлайт магически взяла цветок и повертела им перед мордашкой.

— Такой же красивый, как и ты, — уверенно произнёс Прыг.

— Каспер, ну не стоило, — улыбнулась единорожка.

— Я всё понимаю, Твайлайт. Ты пони умная и чтобы добиться твоего внимания, нужно изрядно постараться. Цветок лишь первый шаг, а... — не договорил жеребец.

— Сначала вводишь в состояние шока, затем делаешь что-то приятное, после, должна быть новая неожиданная встреча так же с подарком... Эдмур Вайрос, автор книги "Как завоевать её сердце". Я тоже её читала, — улыбнулась пони.

Помимо того, как жеребец раскраснелся, он ещё заметно занервничал, начиная потеть.

— Я знал что ты начитанная, но чтобы настолько... Я, наверно, выгляжу полным глупцом, — мямлил Каспер, не ожидая такого скорого разоблачения методики ухаживания.

— Ничего такого, наоборот, ты очень милый. Так стараешься. Я хочу чтобы ты понял, нам не стоит... — не договорила единорожка.

— Твайлайт, этот Прыг и в тебя врезался? — к компании подошёл Кларк, язливо глядя на неприметного жеребца.

Кобылка вспомнила то, как позволила себе влюбиться в него и то, как жеребец жестоко обманул её доверие.

— Его зовут Каспер, — с мордашки единорожки сошла улыбка.

— Не важно. Тебя трудно застать, вечно спешишь куда-то. Я понимаю что последние наши дни отношений были не самыми лучшими, но я всё тебе рассказал. Полагаю, ты успокоилась, пришла в себя, давай поговорим? — предложил Кларк.

— Нам не о чем разговаривать, -Твайлайт положила цветок в одну из книг и собралась уходить, но Кларк перегородил ей путь.

— Я понимаю что ранил тебя, что много врал и за это прошу прощения. Всегда буду просить, но пойми, мне нужна только ты и больше никакие кобылки меня не интересуют. Ты самая удивительная, самая... — говорил Кларк.

— Прибереги красивые слова для другой пони. Я давно не сержусь на тебя, Кларк. Надеюсь, ты встретишь свою особенную пони, но я ею никогда не стану и тебе придётся с этим смириться, — взволнованно сказала Твайлайт.

Кобылка попыталась обойти жеребца, но тот вновь встал на её пути, что единорожку начало раздражать.

— Кажется, она не хочет с тобой разговаривать, — вступил Каспер.

— Не лезь, попрыгунчик, не твоё дело, — огрызнулся Кларк. — Твайлайт, послушай...

— Определённо, и не твоё тоже, — не унимался Каспер.

— Ты что, не понимаешь, деревенский мул? — Кларк начал злиться.

— Оставь его, — заступилась Твайлайт, начиная нервничать ещё больше.

— Я не знаю что между вами было и мне плевать, но не смей ей грубить! — злился Каспер.

— Я? Грубил? Ты совсем идиот? Твайлайт, я разве тебя обидел? — усмехнувшись, Каспер обратился к единорожке.

— Мальчики, просто успокойтесь, — Твайлайт смотрела то на одного, то на другого.

— Ты кого идиотом навал, идиот? — крикнул Каспер.

Кларк подошёл к Касперу в плотную.

— А по морде? — предложил Кларк.

Твайлайт просто не узнавала того нежного, обаятельного Кларка, который некогда за ней ухаживал. В очередной раз она убедилась в том, как же опасны могут быть жеребцы. Кларк силой толкнул Каспера на землю и тот повалился на бок.

— Что, думаешь что Твайлайт полюбит такого неудачника, как ты? Посмотри на себя, — издевался Кларк.

— А как ты можешь её любить? Однажды, ты сделал ей больно, верно? И это разорвало ваши отношения, и я, кажется, понимаю почему! Ты неотёсанная дубина и грубиян! — кричал Каспер, лежа на земле.

— Ты даже ответить как нормальный жеребец не можешь. Хорошо смотреть на меня снизу, лёжа не земле? А я вот, умею отвечать, — Кларк намеривался ударить Каспера по животу, как тот тянулся копытом к камню, но им обоим помешала магия Твайлайт.

— Прекратите! Хватит! Вы оба дураки! — разбросав книги, единорожка побежала прочь.

Как же волшебнице надоели эти отношения с жеребцами. Они готовы глотки перегрызть друг другу, лишь бы приблизиться к Твайлайт и не понимают, что своим поведением лишь ещё больше ранят единорожку.

— Подруга, куда так мчишься? — с неба спустилась радужная пегаска, продолжая лететь над юной вампиршей.

Единорожка мельком посмотрела на подругу, но ничего не ответила. Вскоре, пони добралась до парка и забралась под тень любимого дерева, где обычно учила уроки. Рэйнбоу плавно приземлилась рядом. От её крыльев разлетелась редкая опавшая листва и несколько сухих веточек.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила пегаска, ложась рядом с расстроенной подругой.

— Я не хочу об этом говорить, — пробубнила Твайлайт, лёжа ни животе.

Единорожка прислонила подбородок к земле, позволяя траве щекотать её нос.

— Ты же знаешь, мне ты можешь говорить о чём угодно, — подбодрила пегаска.

Недалеко семейная чета играла с жеребятами, что Твайлайт немного подняло настроение.

— Рэйнбоу, а почему ты без особенного пони? — так же пробубнила Твайлайт.

От неожиданного вопроса пегаска не сразу смогла собраться с мыслями.

— Ну... видишь ли.. эм... всё не просто, — неуверенно ответила подруга.

— Если не хочешь говорить, то ладно, — вздохнула единорожка.

— Да почему сразу не хочу? Честно говоря, я бы не отказалась, как ты сказала, от особенного пони, но жеребцов много, а того, кто мне нужен, я ещё не встретила. Да и времени у меня нет на эти шуры-муры, то работа с погодой, то тренировки, — оправдывалась Рэйнбоу.

— То есть, ты бы не отказалась от компании жеребца? — спросила Твайлайт.

— Я не знаю что ответить, правда. Думаю, нет, не отказалась. Я не понимаю все эти сюсю-пусю, не моё это, но подруга, знать то, что кто-то тебя безумно любит, это действительно круто, — говорила пегаска.

— Я тебя люблю. Родители тебя любят. Фанаты тебя любят... — с паузами перечисляла единорожка.

— Ты понимаешь о какой любви говорю. Она совсем другая. Признаюсь, будучи в школе, я влюблялась и ни раз. Крутое чувство, мне понравилось, — улыбнулась пегаска.- Ты переживаешь из-за разрыва с тем мерзким типом? Ой да брось, у вас даже отношений толком не было, а таких негодяев пруд пруди, — догадалась пегаска.

— Он казался мне таким хорошим. Я думала, что он понимает меня, даже хотела открыть ему свою тайну. Увидев его со стороны, я словно на другого, незнакомого жеребца смотрела, — бормотала единорожка.

— Бывает и такое, да. Я не сильна во всяких отношения, тебе лучше говорить об этом с Флаттершай или Рэрити, они более... ну более, ты поняла. Ты ещё встретишь своего... особенного, — говорила Рэйнбоу.

— Посмотри на меня, — Твайлайт повернула к подруге мордашку на которой виднелись два острых клыка. — Я вампир, которых боятся во всяких сказках. Я настоящая, — Твайлайт отвернулась обратно.

— На мой взгляд, зубки придают тебе особый шарм, — посмеялась Рэйнбоу.

— Возможно, — улыбнулась единорожка, но улыбка тут же пропала. — Жеребцам нельзя верить, они лживы и двуличны, — вздохнула Твайлайт.

— О, Твайка, ты далеко заблуждаешься. Если ты обожглась один раз, это не значит что все остальные такие же. Посмотри на семейные пары, посмотри на своих родителей. Не все такие плохие, как ты считаешь, — бодрила пегаска.

Твайлайт повернулась к подруге.

— А вдруг я ошибусь? Вдруг, снова встречу того, кто окончательно разобьёт моё сердце? — спросила Твайлайт.

— Тебе нужно научиться воспринимать такие неприятности как опыт. Я тоже не сразу достигла совершенства в полёте. Я падала, врезалась, ломала крылья, но не бросала попыток и вот, я лучшая летунья в Эквестрии! Ну, после Вандерболтов, конечно, — посмеялась пегаска.

— В любом случае, я не готова сейчас к отношениям, — Твайлайт вновь легла на землю.

— Простите, я не помешал, — к подругам подошёл Каспер.

Единорожка приподнялась.

— Твайлайт, ты забыла свои книги, — жеребец снял со спины стопку книг и положил их на землю. — И прости за сегодняшнее. Эм, пока, — жеребец собрался уходить.

— Спасибо, Каспер, — улыбнулась единорожка.

Жеребец ушёл.

— Как же ты оживилась при его виде, — усмехнулась Рэйнбоу.

— А? Нет, он просто милый, а не то, что ты подумала, — посмеялась Твайлайт.

— Милый или нет, но я рада вновь услышать твой смех, — задорно произнесла Рэйнбоу. — Ну что, как обычно, позапускаешь меня в небо как катапульта? — обрадовалась Рэйнбоу.

Пегаска вскочила на ноги и расправила крылья, предвкушая быстрейший полёт.

— Извини, но давай попозже, хорошо? Мне уроки надо делать, — Твайлайт пододвинула к себе книги.

— Этот милый Прыг мне уже не кажется таким милым, — буркнула пегаска.

— Рэйнбоу, — строго сказала Твайлайт.

— Ну а что? Он лишил меня возможности супермегаполёта, — оправдывалась подруга.

— Рэйнбоу, — улыбнулась единорожка. — Через пару часов я буду свободна, — посмеялась она.

— В таком случае, жди меня через два часа и разомни свою крутую вампирскую силу, а она тебе понадобится для "Я"! — с гордостью говорила пегаска.

— Прости, для "Я"? — удивилась единорожка. — Ох, по тщеславию ты скоро обогнешь саму Трикси, — посмеялась пони, прикрывая рот копытцем.

— Разве, я не лучшая летунья всех времён? — посмеялась сорванка. — Ладно, пакеда, — продолжая хихикать, Рэйнбоу Дэш стремительно полетела в небо, оставляя после себя знаменитый радужный след.

## ГЛАВА 4 "Познание"

ГЛАВА 4 "Познание"

Как и обещала, через два часа занятий Твайлайт помогла пегаске с тренировкой. Один раз вампирша немного перестаралась и едва не запустила Рэйнбоу в космос... по крайней мере, видя стремительный рывок подруги, она именно так и подумала, однако, радужной сорванке такой полёт понравился, о чём она попросила ещё раз и на что Твайлайт категорически отказалась.

Под вечер, единорожка вернулась домой. Солнечный день сильно утомил волшебницу, но по мере захода солнца, в ней просыпалась некая бодрость. Вампирша поднялась на второй ярус и легла в кровать. Глаза сильно устали, так и норовили закрыться, а тело хотело прыгать и скакать. Тем не менее, кобылке удалось заснуть всего на час. Одного часа вампирше было достаточно чтобы хорошенько выспаться. Сильный организм быстро воспользовался расслабленным состоянием и восстановил недостающие силы.

Солнце село. Единорожка, просто не знающая чем себя занять, взяла из тумбочки список важных дел, план на следующий день:

1. Выучить заклинание "Рамазар" и написать отчёт принцессе Селестии

2. Навестить Пинки и попробовать её новый кекс

3. Помочь ЭпплДжек с новыми удобрениями для сада

4. Посмотреть на солнце прямым взглядом (в этот раз, не привлекая лишнего внимания)

5. Проверить "особую библиотеку"

Дел было не так много, всего на полдня, если встать рано утром и сразу начать, в остальное свободное время кобылка хотела побыть в особой библиотеке. Так она называла подземелье с вампирскими книгами. Пони хотела узнать о своей новой сущности как можно больше и была рада тому, что Луна ей активно в этом помогала.

Уложив дракончика спать, кобылка подошла к зеркалу. Она до сих пор не могла привыкнуть к своей внешности. Думая о крови, вампирша смогла воззвать к вампирским инстинктам, что позволило появиться её острым зубам и хищным глазам. В отличии от других пони, единорожка не видела своих вен, словно на ней было наложено защитное заклятие, такое её наоборот радовало. Задвинув зубы обратно, пони заметила, что те буквально заехали в верхнюю челюсть и по-прежнему остались такими же острыми, но едва заметными. Твайлайт широко улыбнулась. Клыки, в спокойном состоянии, действительно не были клыками пони. Они были зубами хищника. Единорожке стало любопытно, что же ещё поменялось в её внешности. Пони встала боком перед зеркалом: метка была на месте, шёрстка такая же гладкая и блестящая. С другого бока картина иной не стала. Тогда, пони встала на задние ноги и от неуклюжего положения, едва не потеряла равновесие. Единорожка упёрлась передними ногами в стену. Тело всё то же, без изменений. Грудь как грудь, живот как живот. Правой ногой единорожка провела по рёбрам и дотронувшись до живота, хихикнула от щекотки. Тело было как всегда мягкое, словно перина набитая пухом. Пони прислонила копыто к груди и замерла. Сердце билось очень медленно. Куда медленнее чем у пони. С таким пульсом жить просто невозможно. Единорожка давно знала что её сердце бьётся не как у других, но только сейчас обратила на это особое внимание. Очередная загадка науки и магии, которую единорожка захотела разгадать. Закончив осмотр передней части тела, волшебница отпустила стену и, продолжая неуклюже стоять на задних ногах, повернулась к зеркалу спиной, с трудом выглядывая из-за плеча, намереваясь посмотреть на спину. Тоже самое, спина как спина, ровная и без искривлений. Ничего нового кобылка не увидела, хотя впервые смотрела на собственную спину в таком ракурсе, что её не слабо озадачило. Пышный хвост шевелился именно так, как она того хотела, задние ноги... да всё было нормально, те же знакомые копытца. Положение тела было настолько неудобным, что хозяйка рисковала свалиться на пол в любой момент и, в итоге, вновь повернулась к зеркалу мордашкой. Она переживала, что кто-то может обратить внимание на её зубы, заметить что они острые. Пони в упор встала к зеркалу, открыла рот и только сейчас заметила, что отражение смотрело на неё хищными глазами. Обычно, кобылка, принудительно вызывая состояние вампиризма, так же силой воли его удерживала, однако, она так увлеклась самопознанием, что совершенно забыла вернуть глазам естественный вид, а главное, они сами его не вернули и только сейчас вспомнив о них, глаза резко стали обычными.

От близкого контакта с зеркалом, на нос единорожки попала пыль ,что скопилась за день на отражающей поверхности, и пони сильно чихнула, при этом непроизвольно махнув головой вперёд. Рог, ударивший по зеркалу, тут же его расколол и оно рассыпалось на несколько осколков, со звоном разлетевшихся по полу. Единорожка тут же отпрыгнула обратно. Тишина. Удивительно, но Спайк не проснулся.

— Ой-ёй, не к добру это, — занервничала единорожка, глядя на разбитое зеркало, но тут же вспомнив, что суеверия лишь выдумки, несколько расслабилась. Зеркало починить было не проблемой, магия может творить чудеса и только пони собралась его восстановить, как во входную дверь раздался стук. В нос Твайлайт тут же ударил резкий знакомый запах. Единорожка никак не могла вспомнить его обладателя. Кларк? Рэрити? Луна? Хозяйка посмотрела на дверь. Снова стук, но уже более громкий. Кто-то пытался открыть дверь, однако, та была заперта.

Кобылка, озадаченная ночным гостем, резко открыла дверь и если это был бы злоумышленник, то по её мнению, такой манёвр ошарашил бы его на несколько секунд. Но гость оказался более, чем неожиданным, что ошарашило саму Твайлайт.

— Ну ты и копуша, — прошипела Аланис.

Альфа стояла на пороге, тяжело дышала и несколько раз чуть не упала.

— Ты же умерла, — удивилась Твайлайт.

Единорожка тут же встала в боевую стойку и приготовила магию.

— Дурёха, я не в том состоянии, что бы драться, — усмехнулась вампирша. — Может, войду? — предложила она.

— Таким как ты, здесь не место! — злобно произнесла волшебница, готовая в любой момент отбросить магией незваную гостью на пару десятков метров.

— Я тоже "рада" тебя видеть, — с сарказмом сказала Аланис. — Я умираю, Спаркл. Мне не дожить до утра без посторонней помощи. Помоги мне выжить, — говорила она, падая на бок.

Твайлайт заметила на её боку обмотку из больших листьев.

— Ты вообще не должна была выжить, — процедила единорожка.

Аланис заползла в дом, вынуждая единорожку попятиться назад.

— Ты чудовище, опасна! Я не куплюсь на твои уловки. Ты... ты должна умереть, — неуверенно говорила пони, продолжая держать магию наготове.

— Так давай, убей меня. Один твой магический выстрел и меня не станет, хоть и твоя магия не сможет причинить мне сильного вреда. Я даже обычного пинка не переживу, — кряхтела Аланис. — Меньше всего я хотела идти к тебе, к грязнокровке, врагу моей расы. Спаркл, ты не представляешь как я хочу жить. Как видишь, я готова на такое унижение, как беспомощно лежать перед тобой. У меня нет выбора. Помоги мне излечиться, — Аланис едва не теряла сознание. — Или, ты хочешь убить меня? Неужели ты, пони высоких нравов, способна на убийство? Даже кровь вампира не смогла тебя сделать жестокой, я это знаю.

— Я сообщу принцессе Луне, ты не моя забота, — Твайлайт подошла к столику со свитками.

— Ты прекрасно знаешь что Луна со мной сделает. Не хочешь пачкаться? Моя кровь будет на твоих копытах в любом случае, и ты будешь жить с этим знанием до... — говорила Аланис.

— Хватит! Ты само зло и тебе не место в Эквестрии! — крикнула единорожка. — Ты права, отчасти я стала жестокой, по крайней мере, к таким как ты, и я сообщу принцессе Луне! — Твайлайт магически взяла пустой свиток и перо.

— Спаркл, не лучшая идея, — прошипела Аланис.

— А как по мне, самая лучшая! — огрызнулась Твайлайт.

— Неужели? Ты разве не хочешь стать обычной пони? — усмехнулась Аланис.

Твайлайт отложила письмо и удивлённо посмотрела на вампира.

— Я носительница чистой крови вампиров, а значит, могу совершать сложнейшие обряды. Например, обратить грязнокровку обратно в пони. Для меня это ерунда и никаких побочных эффектов, никаких последствий. Ты станешь жить среди пони как пони. Разве, ты этого не хочешь? — шептала Аланис.

— С чего мне тебе верить? — спросила Твайлайт.

— Я, Аланис, даю торжественный обет того, что если ты спасёшь мою жизнь, то я дарую тебе первозданный облик тела и избавлю от крови вампира. Ты станешь пони, Спаркл. Альфы всегда держат своё слово, это вопрос чести, — ещё тише шептала Аланис.

— Вернуть? Ме... меня? — Твайлайт помотала головой. — Сейчас, умирая, ты готова говорить что угодно, клясться в чём угодно. Обрати меня немедленно, докажи свои слова, и тогда я спасу твою жизнь! — Твайлайт поставила ультиматум.

Аланис не двигалась и лежала с открытыми остекленевшими глазами.

— Аланис? Альфа? — окликнула единорожка.

Никакой реакции.

-Значит, вот так придти ко мне, пообещать кое-что и отбросить копыта? Ну уж нет, — Твайлайт закрыла за ней дверь и вознесла перед собой в воздух, перенесла её тело в дальнюю комнату, где положила вампира на кровать.

Единорожка колебалась. С одной стороны, перспектива избавиться от проклятия и жить нормальной жизнью... мечта кобылки с момента обращения, как с другой — если Аланис пойдёт на поправку, то кто знает сколько бед и горя она принесёт в этот мир. Тем не менее вот, она лежит сейчас и практически беспомощна, и вряд ли сможет мгновенно оклематься, а значит, пока что, преимущество есть у Твайлайт.

Единорожка спешно, но аккуратно убрала листы лопуха. Рана была омерзительной. Пони от такого ранения бы стразу умерла, но Аланис не пони, и как она выжила — было совершенно не ясно. Рана была грубо зашита, но несмотря на это, совершенно не заживала. Аланис не дышала, что единорожке совсем не нравилось. К счастью, тяга к крови позволила ей несколько пересмотреть взгляды на подобные вещи и жуткая рана не вызывала уж такие омерзительного чувства. Единорожка магически извлекла грубые нити, тем самым вновь раскрыв рану. Твайлайт плохо разбиралась в анатомии, но там и без справочника было ясно, что дела были совсем плохи.

Противоречивые чувства так и боролись. Твайлайт хотела прекратить и просто оставить тело Аланис остывать, но чертовка была права, у единорожки были слишком высоки моральные качества, да и желание стать обычной пони играло где-то на уровне живота. Волшебница пулей метнулась в библиотечный холл и так же быстро вернулась с книгой заклинаний по медицине.

Сначала, единорожка применила магию ускоренной регенерации, но та не сработала. Тогда, волшебница использовала более сильное заклинание восстановления, как раз на случай серьёзных ран. Никакого эффекта... Вспомнив то, что рана была нанесена, смертельным для вампира артефактом, да и то, что они слабо восприимчивы к магии, кобылка поняла что нужны другие меры. Вновь метнувшись в библиотеку, Твайлайт прибежала с настойкой Лактун Лиуса, сильнейшим лекарством от страшных болезней. Несколько флаконов Твайлайт достались от любезной Зекоры, эксперту по травам. Твайлайт полила на рану настойкой и принялась ждать. Настойка не действует на мёртвых и пока, изменений в ране не происходило...

Хозяйка совсем отчаялась. Возможно, Флаттершай смогла бы помочь, но вмешивать подруг в такое опасное дело кобылка совсем не хотела. Сходить к Зекоре за более сильным препаратом? Не факт, что Аланис вообще жива. Внезапно, волшебница заметила то, как в ране начали вырастать мелкие мышечные волокна, которые ранее были разорваны резким ударом артефакта. Процесс пошёл, а судя по едва заметному дыханию вампира, Аланис оказалась настолько сильной, что даже после долгой клинической смерти смогла вновь получить шанс на выздоровление. Рана затягивалась медленно и даже для Твайлайт такой процесс оказался не самым приятным на вид. Единорожка принесла аптечный набор и склеив рану медицинским клеем, обмотала бок вампира бинтами. Твайлайт была рада, что смогла спасти гостье жизнь, но совсем не радовалась тому, что этот монстр снова сможет с ней заговорить.

## ГЛАВА 5 "Подруги"

ГЛАВА 5 "Подруги"

Первым делом, Твайлайт разбудила Спайка и отправила его ночевать к Рэрити под предлогом "Нужно учить сложное заклинание и требуется полная концентрация". Сонный дракончик ушёл без лишних вопросов, видимо не успев понять что к чему. Твайлайт знала, что Рэрити позволит ему переночевать в особняке.

Обезопасив Спайка, волшебница вернулась к гостье. Та всё ещё была без сознания, но дышала уже более уверенно, что говорило о том, что заживление шло полным ходом. Единорожка вышла в холл, восстановила зеркало, собрав его так, словно оно и не было разбито. После, кобылка тут же забежала в комнату. Аланис лежала так же, никаких изменений не было. Твайлайт отчаянно пыталась придумать то, как можно пленить вампира. Магия гостье была практически нипочём. Можно создать мощный купол, Аланис он доставит не мало хлопот, но купол требует постоянной магической подпитки, что могло просто ослабить волшебницу и в случае опасности, кобылка боялась, что не сможет дать отпор. Волшебница вспомнила о подвале. На одной из стен она видела кандалы и даже знать не хотела зачем их там повесили. Спустившись вниз, единорожка отцепила оковы от стены и принеся в их в комнату, заковала в них ноги Аланис. Правда, заковать удалось только две задних ноги — у остальных браслетов были повреждены замки. Свободный конец цепи она прибила к полу. Пони знала, что такая мера не долго сможет удерживать альфу, но лучшего решения, волшебника пока не видела.

Немного успокоив свою душу, пони снова вышла из комнаты и вошла в другую, где из телескопа достала секретный дневник.

"Даже не верится, что я на это пошла. Аланис, вампир, лежит в одной из гостевых комнат. Но она не гостья, а моя пленница. По крайней мере до тех пор, пока не очнётся и сомневаюсь что моих сил хватит на то, чтобы её победить. Я видела её в деле, она настоящий монстр. Аланис попросила у меня помощи, она умирала. Я не хотела ей помогать, но и позволить умереть тоже не могла, я... я запуталась, дорогой дневник. Надеюсь, я поступила правильно, но что будет тогда, когда она придёт в себя? Даже, если и выполнит сделку, то что же дальше? Я знаю, что должна немедленно сообщить о ней принцессе Луне, знаю какие меры она примет. Те, на что я не способна, но дневник, я так хочу стать обычной пони, что готова пойти на такой риск и уже тогда, после сделки, я отдам её на волю принцессы. Если, Аланис не солгала насчёт сделки..."

Спрятав дневник, Твайлайт быстро забежала в комнату вампира, боясь того, что та либо пропадёт, либо будет стоять посреди комнаты, освободившись от оков, набросится на ней и порвёт на части. Однако, опасения волшебницы не оправдались — гостья всё ещё была без сознания. Боясь оставлять вампира одну, кобылка решила пропустить очередную ночную кормёжку.

Всю ночь она провела около кровати пленницы, периодически поглядывая на окно, ожидая увидеть за ним силуэт Луны, но аликорн не прилетала, видимо, желая дать единорожке выходной после бурной позапрошлой ночи.

Утром, едва солнце встало и его лучи коснулись задней нога Аланис, как на ней тут же выступил шипящий ожог. Твайлайт тут же плотно занавесила шторы. Чистые вампиры не могли перемещаться при солнечном свете, который с лёгкостью мог их убить. Ожог прошёл прямо на глазах. Твайлайт решила проверить основную рану. Единорожка аккуратно сняла бинты. Рана стала гораздо меньше, почти зажила. Зелье Зекоры творило настоящие чудеса, на что даже не была способна магия. Волшебница обработала рану антибактериальным средством и наложила новую повязку. Аланис по-прежнему не шевелилась, лишь равномерно дышала.

Утро медленно приближалось ко дню. В любой момент мог вернуться Спайк, да и Твайлайт обещала навестить подруг. Пони знала, что если не объявится, то та же Пинки может нагрянуть сама. Учитывая не самую приятную клыкастую гостью, которая невольно развалилась на гостевой кровати, единорожка не горела желанием так рисковать. Твайлайт знала, что пока светит солнце, Аланис никуда не сможет деться. На подземелье, кобылка наложила самое сильное защитное заклинание, которое только знала. В любом случае, Аланис, даже если полностью восстановит силы, не сможет совладать с сильнейшей печатью Луны, которая заблокировала дверь в мир вампиров. Твайлайт, осмотрев холл дома, вышла на улицу, намериваясь как можно быстрее выполнить насущные дела.

* * *

Каждый раз ударяясь об стену, резиновый мячик возвращался к Луне. Принцесса сидела в своём маленьком убежище — в одной из башен дворца. Аликорн играла с мячиком, который позволял ей хоть как-то снимать накопившийся стресс. Полная темнота. Если обычный пони и кончика носа бы в ней не увидел, то Луна видела всё не хуже, чем днём. Темнота давала отдых её глазам, обостряла чутьё и вот, она услышала знакомый цокот копыт и предсказуемый стук в дверь.

— Входи, Селестия, — произнесла принцесса ночи, продолжая бросать мячик.

— Снова ты закрылась в башне, — тихо сказала Селестия, закрывая за собой дверь.

Полная темнота не позволяла правительнице видеть свою младшую сестру. Луна промолчала, лишь стук прыгающего мячика доносился до ушей принцессы света.

— У меня для тебя хорошие новости. Интересно? — с улыбкой спросила Селестия.

Молчание.

— Я организовала во дворец небольшие поставки донорской крови. Тебе больше не придётся кусать пони. Не переживай, всю бюрократию я учла. Официально, кровь поставляется для... — не договорила светлая.

— Я же просила, Селестия. Просила не вмешиваться в мои... наклонности. Я могу питаться донорской кровью, но мои обретённые хищные инстинкты иногда должны выходить наружу и поверь, я знаю о чём говорю. Вампиры не пушистые котята, им нужна охота. Если их её лишить, то они становятся более опасны. Я давно одна из них, хоть и не по чистой крови. Я должна пить кровь именно у пони, а не из твоих пакетиков, иначе, может случиться беда, — от стены вновь отскочил мячик.

У Селестии мурашки по спине пробежали.

— Лучик мой ночной, я просто пытаюсь тебе помочь. До сих пор в голове не укладывается те ужасы твоего далёкого прошлого, то, что презренный смерд обратил тебя в... в..., — запнулась принцесса.

— В такого же смерда? — предложила Луна.

— Нет, Луна, разумеется нет. Я знаю как ты переживаешь и очень... очень хочу тебя излечить, — говорила Селестия.

— Ты меня совершенно не слушаешь. Это не болезнь и лекарства нет. Я стала другой, иной, но всё же, всё та же Луна, которую ты так давно знаешь. Зря я тебя призналась, зря, — вздохнула синяя принцесса.

Селестия пристально посмотрела в темноту, но сестры она не видела.

— Ты сдалась, Луна, а я нет, и никогда не сдамся. Я найду способ тебя спасти, сколько бы времени это не заняло.

— Почему ты просто не можешь вести себя как раньше? Ты боишься меня и надела на меня этот нелепый ошейник. Боишься настолько, что желала вновь сослать на луну! Ты всё никак не можешь принять то, что я сама о себе могу позаботиться, — рассуждала Луна. — Я хочу побыть одна.

— Ты моя младшая сестрёнка, я всегда о тебе забочусь и не важно, вампир ты или нет. После своего признания, ты совсем замкнулась в себе. Пойми, я не враг тебе и готова оказать любую помощь, — переживала Селестия. — Просто позволь мне быть рядом и я... мы справимся с твоим заражением.

— Ты совсем перестала меня понимать, — сдавленно произнесла Луна.

Мячик перестал прыгать.

— Я понимаю тебя больше, чем ты можешь себе представить, — сказала Селестия. — Луна? — насторожилась она.

Тишина. Аликорн зажгла над собой тусклый маленький шарик, света которого хватило на освещение небольшой округлой комнаты. Луны в ней не было, резиновый мячик валялся на полу, а постель была растрёпана. Селестия взяла с постели одеяло и прижав его к груди, села на кровать, едва заметно покачиваясь из бока в бок, всё сильнее прижимая к себе одеяло, с ещё не остывшим теплом от тела Луны.

* * *

Первым делом, глядя в оба глаза, единорожка зашла к Рэрити. Спайк вполне комфортно проводил у неё время или иными словами, спал на куче тканей для выкройки, словно древний дракон на горе золота. Только, драконы не причмокивают большой палец... Единорожка попросила посидеть со Спайком весь день, якобы для изучения сложного заклинания ей требовалась полная тишина. Подруга любезно согласилась, что позволило пони продолжить выполнять свои дела.

Пинки Пай встретила единорожку с привычной гиперрадостью и нещадно её затискала в объятиях, словно подруги не виделись лет пятьсот. Пинки тут же, без лишних слов, что для неё не характерно, подала единорожке тёплый розовый кекс с ванильной глазурью. Было видно как кудряшке не терпелось угостить подругу. К своему разочарованию, Твайлайт не испытала аппетита, желания его пробовать, даже ароматный запах казался ей самым обычным запахом какой-то вещи.

— Ты не могла бы принести воды? А то, знаешь, есть в сухомятку вредно, — улыбнулась Твайлайт.

— Ага, — кудряшка побежала на кухню.

Твайлайт, воспользовавшись моментом, выбросила кекс в открытое окно. Чудом успела, потому что шустрая пекарша вернулась со стаканом сока.

— Уже съела? — удивилась Пинки.

— Да, — неуверенно улыбнулась Твайлайт.

Кудряшка пристально посмотрела на подругу.

— Я знала что от такого вкусняшного аромата ты не сможешь устоять! Ну как, вкусненько, да? А тебе понравились шоколадные шарики в центре? Они ведь не растаяли? — у кобылки загорелись глаза.

Тяжелее всего для Твайлайт, было врать подругам глядя в глаза.

— Кекс был удивительно вкусным, спасибо, — краснела единорожка.

— Хочешь ещё? — предложила Пинки.

— Я наелась, не надо. Спасибо что позвала на дегустацию, мне пора идти. У ЭпплДжек сегодня завал на ферме, ну ты знаешь, — говорила Твайлайт.

— Ага, новые удобрения завезли, слышала. Хорошо, удачки. Заходи на обратном пути, я для тебя оставлю несколько кексиков, пока-пока! Ля-ляля... — Пинки ускакала на кухню.

Твайлайт, смахнув со лба капли пота, вышла из дома и поспешила в сторону фермы, желая побыстрее закончить дела и вернуться к пленнице.

— Твайка, ты же хотела пить, есть в сухосмятку... мяхосмутку... без воды есть вредно, — из кухни выбежала кудряшка, ловко держа на голове стакан с соком.

Видя, что подруги не было, пони вышла из дома. Твайлайт успела скрыться. Кобылка, пожав плечами, только собралась возвращаться, как заметила на земле тот самый кекс, который дала попробовать единорожке. В этот момент, стакан сока, стоящий на её голове, опрокинулся вперёд и облил её мордашку. Пинки не обратила внимания на сок, продолжая неотрывно смотреть на выброшенный кекс.

Тем временем единорожка добралась до фермы, славящейся своими превосходными яблоками. Миновав калитку, волшебница заметила красного жеребца, несущего на спине поваленное сухое дерево.

— Привет Биг Мак, а где ЭпплДжек, не скажешь? — издалека поинтересовалась пони, при этом тараторя как самая настоящая тараторка.

Тот молча указал ногой на амбар.

— Спасибо, — улыбнулась Твайлайт и пошла в сторону высокой постройки.

Точнее, побежала. Мысли об Аланис не покидали её голову ни на секунду, что буквально подгоняло волшебницу. Судя по запаху, амбар недавно красился, но свежей покраски кобылка не видела. Было не понятно, то ли чутьё слишком сильно уловило запах краски, то ли покрашенный участок находился с другой стороны. В любом случае, вампиршу это не интересовало. Из амбара, в любимой ковбойской шляпе, вышла рыжая подруга. В её заплетённой косе застрял зелёный листик, что единорожке показалось довольно забавным.

— Ты сегодня рановато, — улыбнулась ЭпплДжек.

— Чем раньше начнём, тем раньше закончим, — подмигнула гостья, подходя к хозяйке фермы.

— Твайлайт пришла! — из амбара выбежала ЭпплБлум и обняла ногу единорожки.

— Я тоже рада тебя видеть, — посмеялась пони.

— Сладенькая, ступай в дом, на сегодня ты уже наработалась и как обещала, я дам тебе два пенни, — говорила ЭпплДжек.

— Если будет ещё работа, то зови. У, я разбогатею! — обрадовавшись, жеребёнок убежала в дом.

ЭпплДжек приоткрыла ворота.

— Проходи, не стесняйся, все свои. Спасибо что пришла, просто рабочих копыт так не хватает, а дел столько нужно выполнить, ты не представляешь, — вздохнула ЭпплДжек.

— Насчёт дел я всё прекрасно представляю, — улыбаясь, единорожка вошла в амбар.

— Новые удобрения обошлись мне не дёшево, но говорят, хорошо защищают посевы от вредителей благодаря каким-то ферментам. Наверное, поэтому они так странно пахнут. Называется... корень Ладиломы, кажется. Всё что нужно, так переложить удобрения из ящиков в телегу, чтобы Биг Мак смог отогнать её в яблочный сад. Я не сторонница магии в такой работе, но зашиваюсь просто, так что, можешь переложить с помощью магии, но смотри, мне привезли их с сорняками, их лучше отсеять. Я присоединюсь к тебе чуть позже, — ЭпплДжек вышла из амбара.

Полумрак помещения расслаблял глаза вампирши, уставшей от солнца, хотя пробыла на нём всего ничего. По всему амбару стояли ящики с корнями Ладиомы, а в центре четырёхколёсная тележка. Единорожка, с помощью магии, взяла коренья из одного ящика и полевитировала их к телеге, куда благополучно их положила. Вспомнив, что подруга просила отсеять сорняки, кобыла одним прыжком настигла телегу. Пони хотела на более близком расстоянии всё рассмотреть. Хотела. Скорчившись от некой слабости, даже паралича, кобылка повалилась на бок рядом с кучей кореньев. Их резкий запах стал бить в нос, что ещё больше парализовало кобылку. Дошло до того, что единорожка не могла не то что ползти, а применить заклинание телепортации. Волшебница беспомощно, едва заметно поворачивала головой, стараясь хоть что-то придумать. Всё было бесполезно. Самое страшное, она не понимала что происходило...

## ГЛАВА 6 "Случай в амбаре"

ГЛАВА 6 "Случай в амбаре"

Волшебница начала впадать в панику, как и без того незавидная ситуация осложнилась от неожиданного хлопка дверью.

"Ну всё, сейчас ЭпплДжек всё узнает" — беспокоилась единорожка.

— Твайлайт, отдыхаешь? — спросил задорный голос, и голос не был голосом рыжей пони.

— Рэйнбоу? — пропищала удивлённая Твайлайт.

— Я узнала что ты помогаешь ЭпплДжек и решила помочь тебе, а то мы не виделись целых... один день, — ненадолго задумалась пегаска.

— Я так рада что зашла именно ты, — пыхтела единорожка.

— Что? Разве? — довольно сказала Рэйнбоу.

Чутьё вампирши, обострившееся в стрессовой ситуации, но несколько успокоившись благодаря присутствию Рэйнбоу, подсказало ей что некто ещё приближается к амбару.

— Никто не должен меня видеть, не впускай! — прохрипела единорожка.

— Что происходит? — удивилась голубая пони.

— Просто сделай так, как я говорю! — строго приказала единорожка.

Дверь амбара приоткрылась.

— Ну что, Рэйнбоу, нашла нашу труженицу? — у входа в амбар стояла хозяйка фермы.

— Да... она очень занята, — неуверенно говорила пегаска.

— Давай-ка я вам помогу, — ЭпплДжек хотела войти.

— Нет! — крикнула Рэйнбоу.

— Нет? — удивилась ЭпплДжек.

— Ну зачем три пони в амбаре. Мы и вдвоём справимся, — нервничала радужная.

— Давай я посмотрю, правильно ли вы делаете, ты уж прости меня, но вы не земнопони и не привыкли копаться в фермерских делах, — ЭпплДжек попыталась войти.

— Найн! Эм, нет! Нельзя! — звонко кричала пегаска.

— Что там у вас? — насторожилась рыженькая, пытаясь заглянуть в амбар.

— Твайлайт поплохело и её... стошнило прямо на телегу! — придумала пегаска.

Единорожка, лёжа на том ж месте, широко раскрыла глаза.

— Ох, ей нужно помочь, ничего страшного, я уберу, — ЭпплДжек безуспешно пыталась оттолкнуть пегаску.

— Нет-нет-нет! Её не просто вырвало, а ещё прихватило живот и она... на телегу... ЭпплДжек, не заходи, не надо, — дрожала пегаска, не зная что ещё придумать.

Твайлайт, слыша отмазки в свой адрес, невольно приоткрыла ротик и поморгала широко раскрытыми глазами.

— Она и моя подруга. Если ей и правда так плохо, то ей требуется срочная помощь, — ЭпплДжек становилась упорнее.

— Стой, фу! Нельзя! — кричала Рэйнбоу.

— Я тебе сейчас пофукаю! — разозлилась ковбойка. — Не строй из меня собачку!

Рэйнбоу совсем растерялась, да и толкучка переросла в настоящую борьбу.

— Твайлайт не одна! — вскрикнула пегаска.

ЭпплДжек замерла.

— Она с жеребцом и очень занята, ну ты понимаешь, — Рэйнбоу знала, что её фантазия уже на грани срыва в хаос, что определённо бы одобрил Дискорд.

— Твайлайт? С жеребцом? — ЭпплДжек удивилась не меньше единорожки, лежащей на телеге.

— Да, наша ботаничка вышла погулять, а тут амбар и жеребцы... не вынуждай меня раскрывать подробности, — тараторила пегаска.

— Твайлайт с жеребцом, — усмехнулась ЭпплДжек.

— А что, она разве не может с кем-то сюсюкаться? Между прочим, тут с ней три жеребца и им очень хорошо! Твайлайт та ещё штучка! — Рэйнбоу поняла, что её понесло в далёкие дали, но ничего не могла с этим поделать.

— Сколько? Ты права, я не хочу это знать, как и видеть. Как Твайлайт освободится, то... не важно, я лучше пойду, — резко замолчав, ЭпплДжек спешно пошла обратно.

Пегаска с облегчением закрыла дверь и сползла на пол.

— Прихватило живот? С тремя жеребцами? Ты чем вообще думала? — прокричала обездвиженная единорожка.

— Уж извини, тебя, знаешь ли выгораживала не пойми от чего, — буркнула сорванка.

— Я позже оторву тебе радужный хвост, а пока помоги мне, — недовольно произнесла пленница кореньев.

Рэйнбоу, встав на ноги, подбежала к телеге.

— Я не поняла, а чего ты развалилась? Тебе и правда плохо? — спросила Рэйнбоу.

— Нет, я загораю! — бубнила Твайлайт.

— В темноте? Вампирские особенности? — поверила Рэйнбоу.

— Как же с тобой тяжело... эти коренья чем-то меня отравили и я не могу пошевелиться. Унеси меня от них, — стонала пони.

Пегаску не пришлось просить дважды и поднявшись в воздух, Рэйнбоу обхватила тело подруги и перенесла его на другой конец амбара. Твайлайт тут же ощутила облегчение. Ноги зашевелились, сила стразу вернулась. Кобылка с трудом поборола желание не надрать подруге жопку за оригинальное прикрытие.

— Спасибо, — недовольно сказала волшебница.

— Я, понимаш, её выгораживаю, борьбу с другой подругой устроила, врала этой другой подруге, а эта клыкастая ещё и не довольна, — скрестив на груди передние ноги, пегаска демонстрационно отвернулась.

— Нет, правда спасибо. Ты помогла мне в трудную минуту, причём сразу, без колебаний. У тебя не было времени что-то понять или придумать, ты поступила так, как считала нужным. Я рада, что мы с тобой лучшие подруги на свете, — единорожка почувствовала себя виноватой.

— Я тоже рада, — обернулась довольная сорванка. — Чур, без обнимашек, — добавила она.

— Три жеребца, что я теперь ЭпплДжек скажу, — посмеялась Твайлайт.

— Что ты скажешь, когда принцесса Селестия об этом узнает, — посмеялась сорванка.

— Не смешно, — буркнула единорожка.

— А мне смешно, — смеялась Рэйнбоу. — Лады, рассказывай, что это за корни и почему ты отравилась. Ты их жевала? Я не думала, что ты из тех, кто берёт в рот всё подряд. Знала я одну пегаску, так она... — не договорила Рэйнбоу.

— Я не жевала коренья, даже не дотрагивалась. Просто, вблизи они источают сильный запах, который меня и парализовал, — пояснила пони.

— Хорошо, допустим, я же рядом была, тогда почему я не упала рядом с тобой? И запах да, довольно резкий, — говорила пегаска, теребя копытом нос.

— Может, у меня аллергия, — предположила единорожка.

— Не думаю, хотя... — задумалась пегаска.

Единорожка заинтересованно посмотрела на подругу.

— Я читала в сказках, что на вампиров может влиять лук. Для них, он обладает резким, неприятным запахом и может навредить, даже временно лишить сил. Возможно, в сказках перепутали название. Твой лук, Твайлайт, и есть эти мерзкие корни, не кажется? — предположила пегаска.

— Возможно, ты права, — задумалась единорожка. — Принеси-ка один из корешков, — попросила она.

— Ты уверена? — насторожилась пегаска.

— Нужно проверить твою теорию, — подтвердила единорожка.

Рэйнбоу встала на ноги и подошла к коробке с кореньями. Их запах ей совсем не нравился, впрочем, как и вид. В любом случае, желание их отведать, у неё не возникало. Тем не менее, взяв один корень в рот, пегаска принесла его единорожке, положив прямо перед ней. Вампирша тут же упала на пол и начала тихо постанывать.

— Получается, я права? — спросила пегаска, отшвыривая корень в сторону.

— Несомненно, — волшебница медленно поднялась на ноги.

Резкий запах корня вынудил единорожку пару раз чихнуть, отчего её хвост причудливо топырился.

— Мне не стоит здесь оставаться. Рэйнбоу, мне нужна твоя помощь. Опять, — неуверенно говорила единорожка.

— Я всегда рада помочь такой крутой чихающей подруге! — обрадовалась голубая пони.

Единорожка не хотела вмешивать подруг в происходящее с Аланис, не хотела вводить их в зону риска, но помощь ей действительно требовалась.

— Возьми несколько корешков и пошли в библиотеку, — волшебница открыла дверь амбара.

Пегаска шустро схватила охапку кореньев.

— Только, близко не подходи, — попросила единорожка.

Кобылки покинули амбар и вернулись в деревню, где подруги прошли в библиотеку. Волшебница попросила пегаску подождать в холе, а сама скрылась в дальней комнате. После, Твайлайт позвала подругу войти, что та и сделала. Коренья тот же выпали из рта пегаски.

— А она что тут делает? Да как... да что... — тараторила ошарашенная пегаска, глядя на лежащую Аланис.

— Я позже тебе расскажу, а пока, положи коренья за её спиной, — попросила Твайлайт.

Пегаска так и сделала.

— А что принцесса Луна на это говорит? — сорванка указывала копытом на бессознательную гостью.

— Она не знает, — ответила единорожка, стоя у окна.

— Подожди, у тебя дома отлёживается вампирский хищник... нет, как она вообще выжила? — металась Рэйнбоу.

Единорожка рассказала подруге о встрече с вампиром и о том, что заключила с ней сделку.

— Мы убить её не смогли, а ты думаешь, что какие-то корешки смогут её удержать! Луна бы поступила мудро и уже давно бы её укокошила! — кипятилась Рэйнбоу. — Не можешь сама, дай я её придушу, сделка не стоит такого риска, — грубо говорила сорванка.

— С каких пор ты стала убийцей? — строго спросила Твайлайт.

— С вампирских! — огрызнулась Рэйнбоу.

— Ну давай, убей её, реши наши проблемы, — всё стоя у окна, крикнула хозяйка.

— А вот и придушу! — пегаска схватила одну из подушек и направилась к Аланис.

Пони стоя, на ногах, передними держала эту подушку над самой мордашкой пленницы. Через несколько секунд, Рэйнбоу отбросила подушку в сторону и села в углу комнаты.

— Вот и я не убийца, Рэйнбоу, — облегчённо сказала единорожка, не прогадав в подруге. — Я отдам её Луне, знать не желаю что она с ней сделает, но сейчас, пока есть шанс, я хочу стать обычной пони, — единорожка подошла к пегаске.

— Зачем? Ты сильная, стала круче, чем раньше, — спросила летунья.

— Думаешь ,бороться со злом внутри себя круто? Я об этом мечтала? Постоянно бояться навредить невинным пони, жеребятам и всю жизнь провести в страхе перед собой — моя привилегия? Быть вампиром не круто, я думала ты понимаешь. Посмотри на принцессу Луну, посмотри какого ей. Сейчас, она в ссоре с сестрой, а раньше, из-за своего обращения, наделала много бед... и несколько недель назад вновь сорвалась, покусала пони в полнолуние, отправив его в кому! Я не хочу жить в вечной борьбе и страхе. Я хочу стать нормальной! — вскрикнула единорожка.

Пегаска виновата поджала уши.

— Прости, я не думала что настолько всё плохо. Что клыкастая жизнь тебя тяготит. Я не хотела тебя оскорбить, — извинилась Рэйнбоу.

— Всё хорошо, давай успокоимся. Точнее, мне надо успокоится. Шанс того, что Аланис может меня обратить обратно, просто вскружил мне голову. Она слаба, в оковах, да ещё эти коренья... вампир не сможет кому-либо навредить и я заставлю её выполнить сделку, — говорила Твайлайт.

Единорожка подошла к пленнице. Корень, хоть лежал и за спиной Аланис, уже создавал в теле волшебницы слабость. Пленница всё так же тихо сопела.

— Расскажи о своём плане принцессе. Эта Аланис способна на всё, — настороженно говорила пегаска.

— И правда, расскажи ей, — Аланис внезапно открыла глаза и улыбнулась.

Единорожка тут же отпрыгнула назад, словно её кипятком обдали.

— Давно ты очнулась? — спросила Твайлайт, отходя от шока.

— Не важно. Я вижу, ты хорошо потрудилась над моим пленением. Оковы, корень Ладоги. А он расслабляет. В подземном мире корня не найдёшь, но я читала о нём, всегда мечтала узнать получше и вот, он сейчас лежит за моей спиной. Будь лапочкой, можешь положить его передо мной? — попросила Аланис слащавой речью.

— Даже не надейся! — отказала Твайлайт.

— Ты такая нервная. Это делает тебя уязвимой, беспомощной, — усмехнулась Аланис.

— Кто бы говорил, — так же усмехнулась Рэйнбоу.

— Две презренные букашки, вам никогда со мной не сравниться. Живёте в своём занеженном мирке, гадость какая, — вздохнула пленница.

— То же самое можно сказать о твоём мире, — огрызнулась пегаска.

— Мой мир совершенен. Каждый знает своё место, а если не знает, то быстро умирает. Мы не приемлем слабость в наших рядах, что сделало нас сильнейшей расой как надземного, так и подземного мира, — с гордостью говорила вампир.

— Надземный мир больше не ваш, — вступила Твайлайт.

— Я знаю. Ну и Вахала с вами. Всё что я хочу, так поправиться, и вернуться к своим братьям и сёстрам, но сейчас я слаба и если меня изгнали из касты, то я не смогу в неё вернуться, отбить своё место. Меня просто убьют те же солдаты, — рассуждала Аланис.

— Меня не заботят твои страдания. Я выполнила свою часть и не позволила тебе умереть, ты поправляешься и через несколько дней встанешь на ноги. Выполни свою часть уговора, — единорожка уверенно подошла к вампиру.

— Ты сомневаешься в словах альфы? Хотя бы за это тебя уже следует убить, но поймёшь ты или нет, но у нас тоже есть правила, кодекс чести. Если мы даём торжественный обет, то он обязан быть исполнен. Я верну тебе тело пони, — говорила Аланис.

— Она врёт! Я ей не верю! — вскочила Рэйнбоу.

— Твайлайт, усмири свою авахаси, иначе, я даже в таком состоянии смогу её разорвать! — разозлилась Аланис.

— Рэйнбоу, не провоцируй её, — попросила единорожка.

— Что? Ты ещё защищать её будешь? — возмущалась пегаска.

— Рэйнбоу! — строго сказала Твайлайт.

Дэш вновь уселась в углу, сверял волшебницу тяжёлым взглядом.

— Если ты меня обратишь обратно, то я стану слабее и тогда, я не смогу тебе противостоять. Ты можешь меня убить. Что ты на это скажешь? — спросила Твайлайт, стараясь максимально себя обезопасить.

— Куколка, ты мне спасла жизнь. Я знаю как выгляжу в твоих глазах, чудовище из твоих розовых кошмаров, уругхан монстров? Ты всегда была слабой, но я не стану тебя убивать. Считай, это моей великой щедростью. Но если ты будешь мне противостоять, я уничтожу тебя, — пригрозила Аланис.

— Неужели, ты думаешь, что я тебя возьму и отпущу? Я готова пожертвовать собой, остаться вампиром навечно, но не позволю тебе разгуливать по Эквестрии! — строго говорила единорожка.

Аланис захохотала.

— Чего смешного? — буркнула Рэйнбоу.

— Ты слишком глупа, сайларин, что бы понять, — Аланис посмотрела на пегаску.

— Сейчас я ей... — сорвалась Рэйнбоу, но Твайлайт ей магически помешала.

— Наша сделка будет выгодна как тебе, так и мне. Но ты ещё не выполнила свою часть, сайларин Спаркл, — хищно улыбнулась пленница.

— Как не выполнила? — удивилась Твайлайт.

— Ты заключила контракт с альфой, а наши сделки никогда простыми не бывают. Никакого подвоха, Спаркл. Просто... нюансы, — коварно улыбалась Аланис.

## ГЛАВА 7 "Лев и белка"

ГЛАВА 7 "Лев и белка"

— Какие ещё нюансы, милочка? — подошла пегаска.

— Твои наглость и дерзость мне нравятся и в тоже время, бесят. Из тебя бы получился неплохой вампир. Увы, даже я не могу сделать тебя одной из нас, вкусняшка на копытах — усмехнулась Аланис. — Ты, наверное, очень приятная на вкус, — вампирша медленно облизнулась.

— Хватит! — крикнула Твайлайт.

Аланис посмотрела на единорожку.

— Спаркл, ты такая паникёрша. У меня голова от тебя болит больше, чем рана на боку, — пленница закатила глаза.

— Раз ты не собираешься выполнять сделку, то я сейчас же принцессу Луну позову. От неё у тебя не только голова разболится, — злилась хозяйка.

Мордашка Аланис резко перестала быть довольной.

— Спаркл, в наших рядах не принято звать на помощь. Либо ты командуешь, либо тобой командуют. Тебе нужно прекращать проявлять слабость, — произнесла Аланис.

— Мне всё равно какие у вас, монстров, порядки! Всё, я вызываю принцессу, надоели мне эти игры, — запыхтела единорожка.

— Беда, вкусняшка, — вздохнула Аланис. — Ты, видимо не понимаешь. Мы заключили сделку и чтобы я исполнила свою часть, ты должна выполнить свою, что ты, Спаркл, ещё не сделала. Так яснее? — раздражённо говорила пленница.

— Ты можешь прямо сказать, а? — сердито спросила Рэйнбоу.

— Напомни, как эту голубую тушку зовут? — протараторила Аланис.

— Не называй так Рэйнбоу! — из рога волшебницы вылетело несколько искр.

— В авахаси Рэйнбоу... пока что. Сейчас, меня интересуешь ты, — пленница посмотрела единорожке прямо в глаза, от чего у той мурашки по спине пробежали. — Понимаешь ли, Эквестрия отличное поле для завтрака, обеда, второго обеда... ну ты поняла, однако, я в вашем мире совсем одна и мне это совершенно не нравится. Да, было бы весело вас всех в течении многих лет высасывать через сочные вены или даже, собрать армию обращённых зомби-пони... Спаркл, тебе не понять что такое одиночество. Мы всегда держимся вместе, мы большая семья, хотя, частенько любим убивать друг друга... Я хочу вернуться. Эта рана на боку скоро вновь раскроется. Я по запаху поняла чем ты её обработала, лишь временная мера. Я поражена заговорённым оружием, а оно убивает таких, как я или ты. Так что, вкусняшка, слушай меня внимательно: доведи дело до конца, излечи меня, а я потом верну тебе твою понячью шкурку и покину вашу сопливую Эквестрию. Не думала что опущусь до сделок с едой, хоть и обращённой, нда... Лучше думай побыстрее, процесс заживления уже пошёл вспять, я это чувствую, — говорила Аланис.

— Какое лекарство тебе нужно? — более спокойно спросила Твайлайт.

— Кровавый нектарин, — кратко ответила пленница.

— Я сейчас посмотрю где его можно добыть, — единорожка направилась к выходу.

— Не утруждайся, в своих книжках ты ничего не найдёшь, — чуть громче сказала Аланис.

— Это почему? — спросила Твайлайт.

— Потому что в вашем мирке его нет, — сказала пленница.

Аланис приподняла голову и силой ударила ею по жёсткой подушке. Из-за спины вылетел один из корней, который упал прямо перед её мордашкой. Кобылка понюхала его, фыркнула и сразу начала жевать.

— Она совсем больная? — тихо спросила удивлённая Рэйнбоу.

— Корень неприятен, но не может меня убить. Мне всегда он был интересен, я же сказала. Необычный, мерзкий вкус, — посмеялась Аланис, правда, получился лишь тихий смешок.

— Она реально чокнутая, — Рэйнбоу повертела у виска копыта.

Твайлайт передёрнулась от вида того, как вампир с наслаждением пережёвывает корень.

— Где мне взять нектарин? — спросила Твайлайт, отойдя немного назад, начиная ощущать неприятное влияние корня.

— Просто, спустись вниз... в мой мир, — Аланис дожевала корень.

— Что!? — воскликнула единорожка.

Аланис явно наслаждалась паникующим состоянием пони.

— Он растёт в моём мире. Я помогу тебе туда попасть, — зевнула альфа.

Возмущению единорожки не было предела.

— Ты меня за дурочку держишь? Открыть дверь... даже, если и есть способ её открыть, то я не позволю твоим сородичам наводнить Эквестрию! Я лучше останусь вампиром, чем стану помогать тебе! — кричала Твайлайт.

— Ты не могла бы помассировать мне спину, дорогуша? — усмехнувшись, Аланис посмотрела на Рэйнбоу. — Она вся затекла, я же не могу пошевелиться, вот так вы обращаетесь с пленниками.

— Я тебе помассирую... копытом пополам помассирую! — крикнула пегаска.

— Пони, чувственные существа, я знаю, но какие же вы эмоциональные. Вас так легко вывести из равновесия, — Аланис посмотрела на волшебницу. — Спаркл, если ты проявишь подобное нелогичное действие в моём мире, тебя сразу раскроют. А мне нужен этот нектарин, — рассуждала Аланис.

— Вот пускай сама и убирается отсюда и никаких проблем! — пегаска развела копытами.

— Я не могу и уже объяснила почему. Мне конец, если я попробую вернуть своё место без нужной силы, — усмехнулась пленница.

— Никто никуда не пойдёт! — более спокойно, сказала единорожка. — Я схожу к Зекоре, поищу более эффективное лекарство для нашей любезной гостьи, не хотелось бы чтобы она умерла в моём доме, а потом, я заставлю её вернуть мне физиологию пони. Или, заставит Луна, так будет правильно, — говорила единорожка, неотрывно глядя на вампира. — Рэйнбоу, присмотришь за ней? — кобылка обратилась к подруге.

— Я? Одна? Эм, ты не подумай, я не боюсь, просто... давай я схожу к Зекоре? — предложила пегаска.

— Сходишь, как в прошлый раз? Мало того, что ты заблудилась, так ещё провалилась в пещеру с плотоядными ящерами! Хорошо Зекора услышала твои крики, — нахмурилась Твайлайт. — Нет уж, жди здесь, я вернусь быстро, обещаю.

— Не лучшая идея, — прошептала Дэш.

Единорожка подошла к пегаске и дружески обняла.

— Ты единственная, кому я могу доверится. Остальные не знают и не должны знать о происходящем. Я придумала! — фиолетовая пони тут же выскочила из комнаты и вернулась с серебряным колокольчиком.

Пегаска с любопытством посмотрела на занятную вещицу: колокольчик был на подставке и выглядел красиво.

— Он магический, я его настрою так, что бы слышать его звон. Я его недавно зачаровала по одному из последних заклинаний, которое поручила мне принцесса Селестия. Если ты ударишь по нему, то я услышу его звон, где бы не находилась, — единорожка выпустила в него магический луч, тем самым настроив как надо. — Попробуй, — улыбнулась она.

Рэйнбоу недоверчиво колыхнула колокольчик.

— Он не звенит, — удивилась она.

— Его звон в моей голове, я его туда перенесла. Главное, я услышала! Если Аланис будет вести себя плохо, — Твайлайт строго посмотрела на пленницу, — просто дай мне знать и я тут же вернусь, — указала копытом на колокольчик.

— Как скажешь, — Рэйнбоу почесала затылок.

Волшебница подошла к выходу

— Я вернусь и глазом не успеешь моргнуть, — подмигнув, Твайлайт вышла из комнаты.

Пегаска уселась рядом со столиком, на котором стоял колокольчик. Аланис довольно улыбнулась.

— Чего лыбишься? — буркнула Рэйнбоу.

— Рассказать тебе сказку? — протянуто спросила она.

— В холодной земле будешь рассказывать сказки, если не перестанешь меня раздражать, — огрызнулась пони.

— Жила-была одна маленькая вкусная пони. Она очень любила летать и была настолько наглой, напыщенной, из-за чего перестала замечать очевидные вещи. Однажды, глупая пони повстречала одно прекрасное создание. Глупая пони сильно её нервировала, но та была терпелива и куда умнее. Глядя на глупую пони, "прекрасная" облизнулась, — Аланис медленно провела языком по зубам.

— Прекрати! Я тебе язык оторву, он тебе и так не нужен! — крикнула пегаска.

— У сочной, аппетитной глупой пони была такая же глупая подруга, которая разозлила "прекрасную", нарушив своё обещание.

— Твайлайт ничего не нарушила, она пошла за лекарство и скоро тебя вылечит, — строго говорила Рэйнбоу. — Прекрасная, — язвительно добавила она.

— Вкусняшка, ты не понимаешь, я ранена оружием, от раны которого, обычные лекарства не спасут. Я знаю что мне может помочь и нектарин находится только в моём мире, — прошипела Аланис. — На чём я остановилась? Ах, да, глупая лживая пони убежала, оставив свою трусливую подружку наедине с "прекрасной", — с наслаждением шептала Аланис.

— Я тебя не боюсь, — сердито буркнула радужная.

— О, ещё как боишься. Я вижу как быстро бьётся твоё сердце, как дрожат крылья. Я чую запах страха и знаешь? — довольно говорила пленница. — Страх вызывает у меня аппетит, — прошептала она.

— Ты не сможешь меня запугать, — усмехнулась пегаска.

— Зачем говорить то, во что сама не веришь? А тот пот, что выступил на твоём лбу? Подойди, я его слижу своим горячим языком, — улыбнулась Аланис.

— Ты на всё голову больная, — брезгливо сказала Рэйнбоу.

Аланис рассмеялась во всё горло.

— Как давно я не играла с едой, которая пытается меня не бояться. Это так забавно! — пленница перестала смеяться. — А ты симпатичная... а твоя наглость, дерзость, ах, — Аланис щёлкнула зубами.

— Ты... ты ненормальная! — Рэйнбоу вжалась в стену. — Твайлайт, ну где же ты, — прошептала пегаска, начиная заметно нервничать.

— Мы с тобой могли бы поиграть в очень интересные игры, вкусняшка. Жаль, обстоятельства не на моей стороне. Не хочешь подойти поближе? М? — предложила Аланис.

Пегаска молчала. Как же ей хотелось отвесить вампиру по голове тренированным копытом, причём, задним. Однако, она действительно её боялась. Боялась не то что ударить, а просто подойти. Рэйнбоу смотрела на довольную, ухмыляющуюся Аланис. Та словно на курорте пребывала и смотрела на Дэш так, словно другого мира просто не существовало. Можно было покончить с пленницей гораздо проще: раскрыть шторы и солнечный свет ту же спалил бы её, решив все проблемы. Хотя нет, не все. Твайлайт так хотела стать нормальной, что Рэйнбоу просто не могла лишить её такого шанса.

— Какие сильные мышцы, ты боец? Хотя нет, ваш мир сопливый, подобного тут нет. Значит, ты занимаешься рабским трудом. Не важно. Главное, твоя кровь должна быть удивительно вкусной, насыщенная белками. Ммм, голубая вкусняшка, — посмеялась Аланис.

Рэйнбоу старалась не обращать внимания на слова Аланис.

— Как думаешь, Твайлайт далеко ушла? — неожиданно спросила кобылка.

Рэйнбоу от её слов внезапно передёрнуло.

— Далеко, я знаю. Она же так спешит к своей Зекоре. Знаешь, чем закончилась сказка про глупую голубую пони? — довольно спросила Аланис.

— Замолчи, — сглотнув, прохрипела Рэйнбоу.

Пегаска вся чаще стала засматриваться на колокольчик.

— Она закончилась для пони очень и очень печально, — зловеще прошипела Аланис.

## ГЛАВА 8 "Фонарик для мотылька"

ГЛАВА 8 "Фонарик для мотылька"

Твайлайт подходила к окраине леса, как услышала за спиной топот бегущих копыт. Мгновенно обостривший нюх сообщил ей о знакомом запахе жеребца.

— Что тебе нужно, Кларк? — не оборачиваясь, прокричала единорожка.

— У тебя глаза на затылке? — жеребец догнал волшебницу. — Что тебе нужно в лесу? Там же опасно, — с опаской спросил он, поравнявшись с Твайлайт.

— Скажи прямо, что ты хочешь? — недовольно сказала единорожка, почувствовав облегчение от того, что солнце скрылось за большим облаком.

— Я просто не могу позволить красивой пони одной разгуливать по такому мрачному месту, — ответил жеребец.

— Герой нашёлся, — волшебница закатила глаза.

— Твайлайт, долго ещё будешь дуться на меня? Пойми же, я хочу быть с тобой, — говорил жеребец.

— Ты, видимо, плохо слышишь. Нам не о чем больше разговаривать, — раздражённо сказала единорожка.

В этот момент кобылке захотелось завести жеребца в лес, выбрать самое тёмное место, резко повалить его на землю, забраться сверху, прижав все его ноги к земле, а потом плотно прислониться к его шее губами, впиться в неё острыми клыками и выпить всю кровь, тем самым, избавив себя от одной из проблем. Твайлайт с наслаждением мечтала, даже не заметила как, остановилась. Внезапно, ход её мыслей был прерван звоном колокольчика, прозвонившим прямо в голове. Единорожку словно молнией ударило и кобылка со всех ног побежала обратно.

— Ты передумала или тебя что-то испугало? — жеребец, мельком посмотрел на лес и побежал следом за кобылкой. — Твайлайт! — кричал он вдогонку.

Единорожка бежала быстрее жеребца, но тот не сильно отставал.

— Оставь меня в покое! — прокричала волшебница.

— Я опять тебя обидел? — удивлённо вскрикнул Кларк.

Единорожка знала, что если он увидит Аланис, а жеребец легко мог проскочить за ней в дом, то на одну головную боль станет больше. Волшебница резко затормозила ногами, подняв перед собой клубы пыли. Бедолага Кларк сам едва успел затормозить, чуть не угодив в кобылку. Твайлайт развернулась. Её мордашка олицетворяла толи злобу, то ли сильное раздражение, чего Кларк понять не смог.

— Если ты сейчас же от меня не отстанешь, то крупно об этом пожалеешь, — прошипела единорожка.

Злоба волной накатывала на Твайлайт. Пони почувствовала как пробудились её инстинкты, как начали выезжать клыки и контролировать своё состояние, ей не удавалось, как бы того пони не хотела. Пока Кларк не увидел небольшую трансформацию пони в вампира, Твайлайт вновь резко повернулась и побежала дальше. К её великому облегчению, жеребец остался стоять на месте.

Добежав до дома, Твайлайт заранее открыла дверь с помощью магии и так же захлопнула за собой. Её сильное сердце, не смотря на вампиризм, стучало так бешено, что было готово вырваться из груди и отправиться в пляс. Она так надеялась, что звон колокольчика был ложным, что неуклюжая Рэйнбоу случайно задела его хвостом или просто уронила на пол. Волшебница забежала в открытую комнату и в этот момент, её сердце замерло... Аланис не было в кровати! Твайлайт несколько раз поморгала, пытаясь в это поверить, но факт был фактом. Затем, единорожка повернула голову в сторону, где крайний раз видела подругу. Дэш была на том же месте, только странно зажималась в углу. Твайлайт не сразу заметила, что этот голубой комочек не шевелился...

* * *

— Зачем ты меня вызвала, — в тронный зал вошла Луна.

На Селестии мордашки не было. Правительница настолько беспокоилась за сестру, что давно утратила сон. Даже аликорнам требовался отдых, чего Селестия невольно лишилась. Луна, в последние дни, старалась не смотреть на Селестию, всячески избегала. Сейчас же, она обратила внимание на её состояние, и увиденная картина вызвала у принцессы ночи жалость и вину.

Правительница спустилась с трона. Медленной, усталой походкой, она направилась к сестре, при этом коротко, натянуто улыбаясь, стараясь продемонстрировать свою доброжелательность, боясь, что Луна снова растает в воздухе, вновь отстранится от неё.

— Лучик мой ночной, — с нежностью произнесла Селестия, поравнявшись с Луной.

— О природа, Сели, что с тобой? — спросила Луна.

— Это не важно. Я... я ищу средство от... — запнулась Селестия.

Принцесса боялась произнести неправильное слово, не хотела спугнуть сестру.

— ...от... но ничего не нахожу. Я хочу облегчить твою жизнь, пока на лекарство буду уходить годы. Иди за мной, — Селестия вышла из тронного зала.

Луна не стала с ней спорить и пошла следом. Сёстры спустились в мрачное подземелье и пройдя через один из потайных проходом, о котором обе прекрасно знали, вышли в блок небольших комнат. Самая дальняя была заперта на новенькую массивную дверь. Правительница открыла её с помощью магии. В комнате сидел на цепи изнеможённый жеребец. Бедолага пребывал почти в невменяемом состоянии.

— Селестия, кто это? — ужаснулась Луна.

— Ты говорила, что тебе нужны только пони, что пакетики не смогут их заменить. Тебе больше не придётся рисковать другими пони, и рисковать самой. Этот жеребец один из самых опасных, мерзких преступников. Он грабил, даже убивал, что сама знаешь, в Эквестрии большая редкость и страшный грех. По документам, я сослала его в Грозовые холмы и так же подготовила ложное донесение о его ложном побеге. Он просто исчезнет, никто его не найдёт. Его кровь поможет продержаться тебе несколько лет, а затем, я найду... — не договорила принцесса.

— Ты в своём уме? — воскликнула Луна.

— Не переживай, его точно никто не хватится, я всё просчитала. Он находится в магическом вегетативном состоянии, даже не понимает где пребывает и как его зовут, транс. Я так же проверила его на болезни, хорошо кормлю, через пару месяцев он потолстеет и... — Селестия вновь была перебита Луной.

— Селестия! — прокричала Луна.

Правительница замолчала. Убедившись, что сестра внимательно слушает, Луна продолжила.

— Да как ты... как ты до такого докатилась? Мы помогаем пони, а не истязаем их! — возмущалась Луна. — Отпусти его, немедленно! — приказала она.

— Я не могу смотреть на то, что ты обречена вечно страдать из-за прошлого! Ты всё, что у меня есть... ты моя семья! — зарыдала Селестия.- Ради тебя, я готова на всё! Готова жизнь свою отдать!

Сердце Луны сжалось в комок. Она ещё никогда не видела Селестию в таком состоянии. Сильная аликорн, мудрейшая правительница была сама на себя не похожа. Принцесса ночи обняла сестру синими мягкими крыльями. Селестия заплакала ещё сильнее, насколько сильно её душа беспокоилась за Луну. Сначала, принцесса ночного светила думала, что Селестия просто боится её, не доверяет, но никак не могла понять как же смогла упустить такую деталь, понимание того, что Селестия просто за неё беспокоится и здесь нет гнева... совершенно нет. Селестия приняла Сестру такой, какая она есть, именно этого Луна хотела добиться долгими речами о том, что всё под контролем, что всё хорошо. Поэтому, правительница бросила все усилия и попытки помочь Луне, даже жертвую своими моральными принципами, законами... лишь бы Луна не страдала, не мучилась от бремени мрачной стороны жизни.

— Прости что я начала отдаляться от тебя, прости, — шептала Луна.

Селестия обняла сестру в ответ.

Как же Луна хотела пообещать ей то, что лекарство обязательно найдётся, что противоядие от вампиризма действительно есть. Однако, она сама не мало времени посвятила его поиску и даже когда пытала пленённых вампиров, ничего узнать не смогла. Лишь в очередной раз сражаясь в смертельной схватке с одной из альф, та умирая, со злорадной ухмылкой на морде, вступила с ней в интересный разговор:

— Ты можешь всех нас перебить, но кто остановит тебя? Наполовину, ты стала одна из нас, но ты другая... в твоих жилах течёт волшебная кровь и дар вампиризма слишком тесно с ней перемешался. Одно от другого отделить невозможно, а со временем, связь станет лишь крепче. Ты ищешь лекарство, пытаешь моих солдат? Старайся, но ты никогда не станешь прежней.

— Кусай меня! Один из солдат твоих признался. Альфа может обратить процесс! Так обрати и я позволю тебе выжить!

— Ох, глупая королева ночи, тебя уже ничего не спасёт, даже магия альфы! Даже, если бы я могла, то лучше умру в мучительных пытках, чем сделаю что-то хорошее для тебя. Наслаждайся новой жизнью! Ты обречена вечно пить кровь тех, кого так сильно оберегаешь. Считай, это наше проклятие за то, что ты сделала с нашим народом, мерзавка! — эти слова альфы были для неё последними.

Луна на знала как можно сказать Селестии то, что она никогда не станет прежней. Дать ложную надежду и смотреть как сестра веками будет странствовать, самоистязаться в поисках несуществующего лекарства? Ни то, ни другое, Луна просто не могла ей сказать, ибо она знала, что такое может разорвать Селестии сердце.

— Ты права, мой маленький лучик, — всхлипывая, произнесла правительница. — Я отпущу этого жеребца, сошлю в колонию, где он и должен быть. Мне нужно побыть одной, — Селестия поднялась на ноги.

— Я не оставлю тебя в одну, ни в этот раз, — Луна прижалась к сестре.

— Ты всегда будешь со мной, я знаю, — сквозь слёзы улыбнулась светлая. — Мне нужно привести мордашку в порядок, немного отдохнуть, а после, мы спокойно с тобой поговорим, хорошо? — успокоилась Селестия.

Луну вполне устраивало предложение сестры и она согласилась. Селестия с помощью магии куда-то перенесла пленника, а сама, вышла из потайной комнаты, оставив Луну пребывать в нелёгкой думе. Правительница, убедившись что сестра не пошла за ней следом, вышла из дворца, расправила крылья и полетела с невероятной скоростью. Аликорны редко летают безумно быстро, они предпочитают наслаждаться полётами, видом подвластных земель даже тогда, когда куда-то спешили, но сейчас, Селестия использовала всю свою мощь и лишь бы как можно скорее добраться до запретного места. Её предупреждали, что если она сунется в него, то обратно может уже не вернуться, ибо "она" не терпит незваных гостей, кем бы они не были.

Замедлив скорость, Селестия окинула взглядом безграничные просторы леса Дурамбор, что расположился прямо под ней. Высота деревьев достигала десятков метров, а из-за их плотного расположения, не было видно что происходило там, внизу, но Селестия знала, что внизу ничего и нет. Лес давно считается мёртвым, хотя деревья живы. В нём нет зверей, птиц и царит вечная тишина. Лес проклят, неприкасаем, но самое страшное, в нём обитала "она", к кому принцесса и направлялась, не взирая на страх перед возможной смертью. Селестия настолько сильно хотела помочь Луне, что, как она уже сказала, готова пожертвовать собственной жизнью, лишь бы любимая сестрёнка была счастлива.

И вот, появилась заветная поляна. На ней не было деревьев, кустов, те словно сбежали с неё на собственных корнях по "её" велению. В центре поляны, как и ожидала Селестия, был столб голубого света, постепенно растворяясь на высоте где-то метров в сорок. Его свет был настолько приятен, что Селестии даже не верилось, что этот же свет способен убить. Да она уже рисковала: граница Эквестрии осталась позади, а территория считалась нейтральной, но никто не спешил её занимать и вряд ли когда-нибудь займёт. Никто не смеет заходить в Дурамбор, никто не смеет приближаться к храму Судьбы.

## ГЛАВА 9 "Игры разума"

ГЛАВА 9 "Игры разума"

Селестия долго стояла перед синим столбом. Он очаровывал её, расслаблял, чего Селестии так не хватало. Вспомнив зачем прилетела, аликорн уверенно шагнула в свет. Тот тут же перенёс её в просторное округлое помещение наполненное мягким белым светом. В центре, окружённая несколькими колоннами, находилась желеобразная сфера, но её хранительницы аликорн не видела.

— Принцесса, простите мой визит, простите нарушение вашего наставления, — аликорн поклонилась сфере. — Я прошу у вас аудиенции, — добавила она.

Призрачная Пони не являлась. Сфера продолжала загадочно переливаться пузырями, никаких изменений не было. То, что Селестия всё ещё чувствовала себя живой, она посчитала хорошим знаком.

— О мудрейшая, прошу, услышь мою мольбу, я взываю к вашей помощи, — принцесса медленно обходила храм, надеясь заметить Призрачную Пони.

Стены были покрыты необычайными узорами, и текстами на загадочном языке.

— Беда пришла в моё королевство, родная сестра заразилась страшным недугом. Она вампир, обречённая вкушать кровь невинных пони. Излечите её или дайте знак, как её спасти, — молилась Селестия.

В ответ было лишь холодное молчание стен. От колон исходили тени в стороны от источника света — сферы, что придавало храму особую атмосферу.

— Почему вы молчите? Я знаю, вы слышите меня, так выйдете! Если хотите убить, то убейте, но помогите Луне! Она в любой момент может сорваться... вдруг тёмная сторона вновь возьмёт вверх и высвободит Найтмер Мун? Вдруг, она одичает, убивая всех подряд? Я застала те времена, когда вампиры ещё были на поверхности земли, и это было ужасно! Луна должна избавиться от прошлого, забыть и продолжить жить дальше! — громко говорила принцесса.

Следов присутствия Призрачной Пони по-прежнему не было.

— В последние дни я вижу на её мордашке лишь страдания... В последние дни. Стоп, я же сама... сама её довела. Если бы в Луне была дисгармония, то я бы её почувствовала, но она столько веков жила со мной бок о бок... всегда спокойная, я никогда не видела её в гневе после возвращения из изгнания. Мой ночной лучик оказался умнее меня... как же я не смогла понять, то, что... страх, всё дело в страхе! Я испугалась за неё! Своим поведением я могу вызвать у неё рецидив, а этого допустить нельзя. Луна давно не маленькая кобылка, есть вещи, которые лучше неё, никто понять не сможет. Если и есть лекарство, то оно найдётся, но нельзя зацикливаться на недуге, особенно, когда он действительно подконтролен. Сейчас, сестра нуждается во мне больше, чем в лекарстве, а я позволила остаться ей одной. Не важно кто она, вампир или ещё кто-то, Луна всегда есть и будет моей семьёй, — Селестия тут же забежала в обратный портал, находящийся в одной из части округлой стены.

Тишина наступила в храме, сфера продолжала переливаться то светлее, то темнее с редкими, едва заметными бирюзовыми отливами.

* * *

Твайлайт с трудом контролировала свои дрожащие ноги, медленно приближаясь к голубому комочку.

— Рэйнбоу, — тихо позвала пони.

Пегаска не шевелилась. Волшебница аккуратно потрогала её распахнутое крыло копытцем. Оно было мягким и на удивление податливым.

— О Селестия, только не это! — Твайлайт прижалась к пегаске, начиная громко рыдать.

— Ты чего ко мне жмёшься, — прохрипела пегаска.

— Ты же умерла, — ревела хозяйка.

Через секунду, Твайлайт отскочила как ошпаренная.

— Рановато, не находишь ли? — подруга пришла в себя, неуклюже пытаясь подняться на ноги.

— Я так рада, так рада! — обрадовалась Твайлайт и только захотела затискать Дэш в своих объятиях...

— Эй, избавь меня от своей нежности, я и так еле на ноги стала. Ох, как болит голова, — пегаска почесала лоб.

Твайлайт несколько раз подпрыгнула от радости, но вспомнив об Аланис, вновь насторожилась.

— Что случилось? — единорожка посмотрела на пустую кровать.- Как она сбежала?

Рэйнбоу снова села в угол.

— Я не уверена, в голове словно ураган прошёл, — растянуто говорила радужная пони. — Эта гадина смотрела на меня со свей вампирской похотью, потом как запрыгнет на меня! Большего я не помню, лишь тело ноет и ощущения странные, — тихо говорила Рэйнбоу.

— Думаю, она оглушила тебя, но ей некуда бежать, на улице вечер, светло, а солнце её может убить. Фух, прости что оставила тебя одну, я рада что ты позвонила в колокольчик! — облегчённо сказала единорожка.

— Я его не трогала, не имела возможности дотянуться, вроде как, — неуверенно говорила Рэйнбоу.

Твайлайт посмотрела на колокольчик.

— Возможно, Аланис задела его когда убегала. Я уверена, она прячется где-то в доме. Она ранена и со мной ей точно не справиться! — тут волшебница заметила клочок бумаги, торчащий из колокольчика.

Магически достав его и развернув, волшебница прочитала текст, от которого у неё грива дыбом встала.

— Не может быть, — единорожка вновь задрожала.

— Что там? Та гадина написала? Угрозы? Это в её стиле. Я лично ей клыки выбью, — Рэйнбоу встала на ноги и медленно подошла к подруге.

— Я не уверена, что ты захочешь это знать, — Твайлайт вновь смяла записку.

— Да дай же, — Рэйнбоу подцепила листок ртом, с помощью языка развернула записку и начала читать текст, составленный чуть ли не идеальным почерком:

"Спаркл, ты очень плохая пони. Альфы не любят, когда им кто-то срывает сделки. До тех пор, пока ты полностью меня не излечишь, я буду усложнять твою жизнь и в конечно итоге, просто тебя уничтожу даже не прикасаясь к твоей изнеженной шкурке. Чтобы лучше думалось, я решила немного позабавиться с твоей подругой. Увы, она вырубилась от первого же удара об стену и пропустила всё веселье. Как же мне хотелось её высосать досуха, какая она вкусная, ммм! Я великодушно решила ограничиться небольшой порцией её крови и несколько поменяла её физиологию... Спаркл, я не знаю как, но тебя укусил рядовой вампир. Здорово было бороться с жестокостью, шедшей из новых генов? А какова будет трансформация Рэйнбоу от укуса альфы? У неё скверный характер и делаю ставку на то, что через несколько дней её вампирская сущность приведёт её к полному безумию. Весело, не так ли? Вкусняшка, наша сделка ещё в силе и поэтому, как будешь готова выполнить свою часть, отправляйся в царство вампиров. Инструкции как сходить туда и обратно, выжить и сохранить хоть немного конечностей, я любезно оставила на алтаре в твоём милом подвальчике. Как только цветок окажется в твоём доме, я его почую где бы не находилась и тогда приду, выполню свою часть и... кстати, кого мне обратить обратно в пони? Тебя или твою глупую подругу? Согласно нашей сделке, мы договаривались лишь об одной пони! Выбор за тобой, Спаркл.

P.S. я случайно разбила твой телескоп в соседней комнате, когда брала ту серую рясу. Забавный дневничёк, очень интересно почитать, но позже. А может, твоей Селестии тоже будет интересно его почитать? Представляю её физиономию, когда узнает о том, что обучает вампира!"

— Мне очень жаль, Рэйнбоу, — дрожащим голоском произнесла Твайлайт.

— Даже не думай ей помогать! Пусть сдохнет где-нибудь! А если... если я свихнусь, то... Твайлайт, лучше сейчас отдай меня Луне, — сдавленно говорила пегаска.

— Аланис! — прокричала Твайлайт.

— Судя по письму, она сбежала в твой рясе, которую тебе подарил брат. Не поддавайся на её шантаж. Эта гадина может привести сюда армию упырей! — воскликнула Рэйнбоу.

— Она блефует! — Твайлайт раззанавесила шторы.

Пегаска тут же упала на пол.

— Закрой, жжётся! — Рэйнбоу хваталась за глаза.

Твайлайт тут же закрыла шторы. Подойдя к стонущей подруге, она обследовала её шею и заметила две маленькие заживающие ранки. Единорожка поняла, что Дэш вляпалась так крупно, как никогда раньше.

— Помнишь я говорила что хочу стать вампиром? Так вот, уже не хочу! — перестав тереть глаза, Рэйнбоу поднялась на ноги.

— Я не позволю тебе обратиться. Я выполню её условия, — единорожка топнула ногой.

— Я же сказала, не смей! Это может быть ловушкой, очередным безумным планом Аланис! Она умеет оставаться в выигрыше, но сейчас забудь про неё, пускай испустит дух в какой-нибудь канаве, — присела Рэйнбоу.

— Ты же станешь такой как я! Даже, хуже! — беспокоилась Твайлайт.

— Ну и пускай! Ты с Луной обучите меня, а если не получится, то принцесса сделает своё дело, — бурчала пегаска.

— Твоё самопожертвование достойно похвалы, но не в этом случае, пойми же ты наконец! — истерично крикнула волшебница.

— Твайли, не будь такой наивной. Аланис манипулирует тобой. Ради Эквестрии, не делай этого, — говорила Рэйнбоу.

Твайлайт была в замешательстве. С одной стороны просто не могла смотреть на то, как лучшая подруга становится вампиром, как с другой — Аланис нельзя доверять и нужно ожидать самого страшного. Единорожку не заботило, какими мерами Аланис собиралась поломать ей жизнь в случае отказа. Открывать дверь действительно было крайне опасно, а в прошлый раз, сил Луны едва хватило чтобы её запечатать.

Солнце начинало заходить, а значит, смысла искать Аланис не было. Твайлайт надеялась, что ей хватит ума не убивать невинных пони, ведь таким образом можно будет легко выйти на её след. Думала, что она не вышлет дневник Селестии, тогда бы принцесса, узнав об Аланис, начала бы на неё масштабную охоту, хотя, чего терять смертельно раненому вампиру? В любом случае, в очередной раз приползя на порог и моля о помощи, она могла больше не рассчитывать на помощь единорожки, в чём Твайлайт была уверена.

Рэйнбоу выглядела неважно: мешки под глазами, более бледная шёрстка, вялое состояние. Твайлайт отвела её в соседнюю комнату, где так же плотно закрыла окно, погрузив комнату в полумрак, освещаемую единственной свечой, стоящей на тумбочке. Волшебница хотела позвать принцессу Луну, да просто ей написать, всё рассказать, но боялась того, что Аланис следила за ней, внимательно наблюдала и каждый неверный шаг мог привести к более ужасным последствиям. Больше всего, Твайлай боялась того, что вампир могла покусать её подруг.... но тем не менее, спускаться ли в подземный мир, рискуя всем надземным? Вампиры знают Луну как заклятого врага, единственную кто сможет с ними справиться, но они могли стать сильнее, коварнее и изобретательнее. Сколько жизней погибнет, прежде чем Луна уничтожит упырей? А уничтожит ли? Даже помощь Селестии, Каденс была очень сомнительной в плане эффективности, ведь в отличии от принцессы ночи, они не знали всех особенностей вампиров, того, на что те действительно способны. Безжалостные, страшные убийцы со смертоносными клыками. Видеть то, как страдают другие, то, как Аланис может не сдержать обещание или сдержать, а затем хладнокровно убить единорожку с пегаской, выпустив свою армию... Или, оставить всё как есть, пускай Аланис перебесится, пускай разрушит жизнь Твайлайт и та готова была принять изгнание на случай, если от неё отвернётся Селестия, общество. Она готова, лишь бы древнее зло не вырвалось наружу.

Волшебница, убедившись что Рэйнбоу заснула, легла рядом на полу. Стресс совсем измотал бедняжку и та позволила себе тоже немного вздремнуть, ведь даже вампирам требовался, хоть короткий, но всё же отдых. Единорожка тут же заснула. Ей снился кошмар, где перед ней стояла Аланис и зловеще хохотала. Твайлайт бежала прямо на неё, стреляла магией, но всё безуспешно. Та лишь продолжала безумно, издевательски смеяться. Прыгнув в её силуэт, тот исчез словно дымка костра, гонимая ветром и пони оказалась на пустой улице деревни. Даже во сне мысли о том, как же правильно следует поступить, ни на секунду не покидали её. Единорожка заметила на другом конце улицы некую пони. Волшебнице не удавалось сконцентрировать на ней внимание, силуэт незнакомки всё время расплывался. Единорожка побежала к ней и видела лишь то, что она была не Аланис. Рэйнбоу? Нет, не подруга. Внезапно, незнакомка свернула в узкую улочку, Твайлайт нырнула туда же. Незнакомка мгновенно оказалась на конце этот улочки и вновь свернула. Твайлайт, гонимая любопытством, вновь последовала за ней, пока внезапно не оказалась в библиотеке, где посреди холла лежала фотография в бирюзовом свечении, вставленная в рамку. Магически подняв фотографию, единорожка как никогда чётко смогла её рассмотреть. На снимке было она и Рэйнбоу. Кобылка помнила этот момент, гуляющий фотограф сделал снимок, когда Твайлайт помогала пегаске тренироваться с суперполётами. Он чудом тогда не заметил сверхсилы вампирши, чего подруги тогда сильно испугались. Твайлайт смотрела на счастливую, жизнерадостную мордашку радужной пегаски и вспомнив тот счастливый день, чётко поняла что ей нужно делать.

## ГЛАВА 10 "Лунатизм"

ГЛАВА 10 "Лунатизм"

Проснувшись примерно через час... три после засыпания, единорожка встревожено посмотрела на кровать с подругой. Рэйнбоу крепко спала. Твайлайт укутала одеялом спящую Рэйнбоу и вышла из комнаты в холл. К её удивлению, на полу лежала та самая фотография, которую кобылка видела во сне. Не понимая нелогичности ситуации, единорожка взяла фотографию и поставила на декоративный столик с вазой. Затем, волшебница обратила внимание на разбросанные корни Ладоги, что раньше лежали около двери в кладовку. Волшебница, едва не угодив в их ловушку, с помощью магии положила их в комод. Осторожно ступая, пони медленно прошла в кладовую и ловко спрыгнула в дыру в поле. Без труда добравшись до знакомого вампирского подземелья, пони заметила на алтаре чашу, наполненную кровью и записку, о которой сообщила Аланис. Запах у крови был крайне мерзок и неприятен, от чего единорожка даже фыркнула. В записке были даны инструкции по пути "туда и обратно", Аланис явно хотела, чтобы Твайлайт выжила, ведь это было в её же интересах.

Дверь можно было открыть с помощью древнего ритуала, Аланис подробно его расписала. Для этого требовалась кровь невинной души благодетеля. В чаше была кровь, но кровь принадлежала Аланис и предназначалась для иной миссии. Тем не менее, кровь невинной души не открывала дверь, а лишь ослабляла магию Луны, наложенную в качестве замка, о чём просекла смышлённая Аланис. Вампирская магия и магия единорогов разительно отличались. Вампиры не могли прямо влиять на магию верхнего мира, поэтому, дверь могла открыть лишь Твайлайт. Пони уже не думала о себе, она всего лишь хотела спасти Рэйнбоу от страшных мук, которые выпали на её долю. Твайлайт как никто другая знала насколько тяжело быть вампиром, тяжело не потерять своё "я".

Твайлайт так хотела всё рассказать Луне. Вместе, они могли бы выследить Аланис, прижать к стенке, но тогда, Аланис могла отказаться сотрудничать, обратно обратить Рэйнбоу — Твайлайт ощущала вампирскими инстинктами, что альфа не потерпит того, если ей сорвут её же игру. В худшем варианте, Аланис могла хорошо укрыться и, узнав об охоте на неё, могла начать жестоко мстить.

Твайлайт решила что проще спуститься в мрак, нежели пытаться изловчиться в ловле Аланис. В любом случае, выбор на душу единорожки пал не завидный, как же ей хотелось зажмуриться, а затем открыть глаза, но это был не сон: Твайлайт вампир, Аланис на свободе, Рэйнбоу заражена. От одного моргания ничего не изменится.

Для ритуала нужна была кровь невинной пони, да ещё благочестивой. Рэйнбоу уже не подходила на эту роль. Твайлайт поняла, что выбирать придётся из подруг, ведь других пони она не так хорошо знала, как их, а ошибиться было нельзя. Пинки? Она много добра принесла, но кудряшка спит очень чутко и иногда просыпается по ночам, что рискованно для вампирши. Рэрити? Щедрая подруга, но всё же, не без изъяна в плане гордости. Флаттершай? А вот желтокрылка показалась единорожке привлекательной мишенью. Никаких задних, корытных мыслей, чистая помыслами пони. Да, она подходила точно, но тут новый вопрос — как же добыть её кровь? Проникнуть в дом не такая уж проблема, а трудность в том, что Твайлайт сама себе пообещала то, что больше не станет вредить подругам. Единорожка вспомнила о голубой пегаске, которой требовалась помощь как никогда раньше. Что она больше не сможет летать под лучами солнца... такой расклад единорожку совсем не устраивал. В конце концов, крови требовалось совсем немного, никого убивать, к счастью, Аланис не просила.

Твайлайт не стала терять времени и отправилась к Флаттершай. Кобылка бесшумно пробиралась через деревню под покровом приятной ночи. Ночная прохлада приятно ласкала её шёрстку, а холодная земля остужала тёплые ноги. Волшебница добралась до домика подруги и с помощью магии открыв дверь, бесшумно прокралась внутрь. Темнота, но только не для вампирши.

Пегаска мирно спала в своей комнате, а на её голове устроился храпящий наглый кролик. Заметив свободную шею Флаттершай, Твайлайт сразу же вспомнила о голоде, о том, что уже несколько ночей не вкушала сочной алой жидкости и голод вампира начинал давать о себе знать всё более отчётливее. Клыки уже были наготове, словно предвкушали сочное пиршество, но вампирша пришла не кормиться, а добыть немного крови для проведения не самого светлого ритуала.

Вампирша нагнулась к шее и всего пара уколов и вот, полилась бы кровь беззащитной пегаски. Флакон под кровь был уже под копытом, но тут проснулся проныра кролик. Заметив острые зубы Твайлайт, вместо того, чтобы убежать как все нормальные кролики, она начал бить по мордашке вампирши своими маленькими лапками. Твайлайт на него зловеще прошипела, однако, кролика это ни чуть не смутило. От возни, проснулась и Флаттершай.

— Твайлайт? — прошептала она сонным голосом, постепенно открывая глаза.

Единорожка тут же отскочила в сторону, пытаясь задвинуть клыки обратно, но те упорно жаждали крови и отказывались слушаться хозяйку. Волшебница забилась в самый тёмный угол, зная, что подруга не видит зловещих подробностей её мордашки.

— Твайлайт, что ты тут делаешь? — более уверенно спросила пегаска, приподнимаясь на кровати.

— Это всё сон, — единорожка надеялась загипнотизировать подругу вампирским взглядом, но Луна ещё не обучила её такому искусству и, к разочарованию вампирши, ей не удалось применить гипноз.

— Я так не думаю. Ты меня пугаешь, — встревожено пропищала Флаттершай.

Кролик, сидящий рядом с хозяйкой, безмолвно и грозно указывал лапкой на Твайлайт.

— Энджел, да, я тоже её вижу. Нам не зачем бояться Твайлайт, она моя подруга, — пегаска пыталась успокоить кролика. — Нет, она не плохая. Я понимаю, ты испугался, я тоже напугана, — говорила она с кроликом. — И всё же, Твайлайт, что ты делаешь у меня дома? Я не то чтобы против гостей, но ты предупредила бы, — пегаска выглянула в окно. — И кажется, сейчас ещё ночь, — неуверенно добавила она.

— Я... я лунатик! Помню как заснула и вот, сейчас я у тебя дома! И как такое возможно? — нервничала вампирша, отчаянно пытаясь выкрутиться и истерично смеясь.

— Оу, никогда такого за тобой не замечала, — озадачилась Флаттершай. — Раз, мы больше не спим, я пойду заварю чай. Ты не переживай, можешь остаться у меня до утра, я готова тебя утешить... обсудить.. я пошла, — пегаска встала с кровати и зажгла настенную свечу.

Острые зубы вампирши всё ещё не хотели отступать, комнатный мрак больше не был для неё прикрытием. Пока Флаттершай возилась со свечами, кролик сидящей на кровати и смотрящий на клыкастую единорожку, просто охреневал, что выражалось в его пугливо-безумной мордочке. Помотав головой, он ловко запрыгнул на спину Флаттершай и начал стучать по ней задними лапками.

— Энджел, мне жаль что мы тебя разбудили, но Твайлайт нуждается в моей помощи, а ты пока, маленький мистер, поспи в другой комнате, — взяв кролика зубами за шкирку, пегаска вышла с ним из комнаты.

Твайлайт несколько раз постучала копытцем по своим зубам, желая снова молотком, загнать эти гвозди себе в челюсть. Привыкшая кормиться каждую ночь, а тут такая пауза в несколько дней... её организм закатил забастовку, хотя, до безумия от голодовки было ещё далеко. Злясь на саму себя, Твайлайт начала биться головой об маленький столик, от чего тот невольно подпрыгивал на месте.

— Твай, что ты делаешь? — удивилась желтокрылка, вернувшись в комнату.

— Нос чешется, — прекратив биться и отвернувшись, пошмыгала вампирша.

— Аллергия на пыль? Я, вроде, вчера прибралась, — озадачилась Флаттершай.

— Ты хотела чайку заварить? — напомнила Твайлайт.

— Ах, да, прости. Скоро буду, — Флаттершай вновь вышла из комнаты.

Твайлайт начала подумывать о том, чтобы выпрыгнуть в окно. Сбор крови явно придётся отложить, в чём волшебница уже не сомневалась, да и до рассвета осталось не так много времени. Твайлайт хорошенько стукнулась об стену, от чего на пару секунд её глаза неплохо так окосели. Клыки словно издевались над бедной пони...

— Тебе с сахаром? — спросила Флаттершай. — Твайлайт? — вошла она в комнату, но единорожки не было, лишь от открытого окна шёл лёгкий прохладный сквозняк.

* * *

С первыми лучами солнца, во дворец вернулась Луна. Сложив синие крылья по бокам, принцесса устало пошла в сторону своей башни, которая давно стала основными покоями принцессы, хотя изначально, была лишь обычной смотровой башней. Круговая лестница, ведущая на её вершину, в первые дни после возвращения из изгнания, кружила её голову. Более сотни ступенек... Но вид из башни того стоил. Почему бы просто не залететь в высотные покои? Спуститься с неба, возвращаясь с ночного бдения. Луне было приятно медленно подниматься по винтовой лестнице, где каждая ступенька приближала её к уютной комнатке. Некая традиция.

В комнате Луну терпеливо ожидала старшая сестра. Завидев Луну, Селестия доброжелательно улыбнулась, да и принцесса ночи не испытывала желания выгонять аликорна. Луна размышляла всю ночь над тем, чтобы сказать сестре, что лекарства быть не может, что придётся смириться... Даже сейчас она волновалась как маленькая кобылка.

— Селестия, — начала Луна.

Старшая принцесса поняла, что Луна хотела начать в чём-то оправдываться. Она всегда читала эмоции Луны даже по её каменной мордашке, которою та старалась хранить на публике. Сейчас же, мордочка Луны олицетворяла лишь грусть, вину и сожаление.

— Не надо, лучик мой ночной, — нежно произнесла Селестия.

Луна непонимающе посмотрела на сестру. Селестия подошла к ней ближе и с помощью магии сняла следящее ожерелье.

— Ты придумала что-то новое, — Луна пыталась понять логику действий сестры.

— Что-то правильное, — с улыбкой сказала Селестия. — Я так за тебя распереживалась, что совсем забыла какая ты у меня взрослая, умная. Ты и не с такими трудностями сталкивалась, но всегда успешно справлялась, когда сама, когда с помощью других. Я хочу сказать, что... что доверяю тебе, лучик, — Селестия сделала шаг назад.

Луна, зная недоверчивость сестры, с трудом в такое верила, но видела искренность в её глазах, сто сразу убедило принцессу в её честности.

— Селестия, я так рада! Ты самая лучшая! — Луна обняла сестру.

— Ты всегда доверяла мне, посвятила в такую страшную тайну. Я поняла, что иногда нужно откинуть ненужные мысли и просто довериться близкой кобылке. Родной сестре, — отошла Селестия. — Луна, есть ли ещё тайны или секреты о которых мне следует знать? — заинтересованно спросила Селестия.

Луна сразу вспомнила о Твайлайт, о том, что она вампир, её клыкастая ученица, проходящая обучение при тайных встречах. Принцесса ночи считала, что Селестия и так много всего пережила с её жуткой тайной, а ситуация с Твайлайт была полностью под контролем, ведь чего такого страшного может учудить эта маленькая вампирка? Нет, Луна не считала признание о Спаркл таким важным. По крайней мере, не сейчас, нужно было время, ведь в любом случае однажды наступит такой час, когда сущность Твайлайт будет скрыть проблематично и Селестия должна узнать всю правду. А пока, Луна планировала начать готовить Селестию к той шокирующей новости, ведь правительница только сейчас начала привыкать к вампиру-Луне, а как полностью привыкнет, можно будет преподнести такой сюрприз, как Твайлайт.

— Больше ничего нет, — улыбнулась Луна.

Селестия задумалась, подошла к окну и посмотрела на плавно восходящее солнце. Скоро начнут просыпаться пони, а птицы уже начали заливаться мелодичным пением.

— Не возражаешь если я посижу с тобой, в твоей башне? — спросила Селестия. — Я хотела бы поболтать с маленькой сестрёнкой, — говорила Селестия, отходя от окна.

— О вампиризме? — спросила Луна.

— Нет, о чём угодно... как раньше. Как обычно, — улыбнулась Селестия.

Луна, находясь в приподнятом настроении, с радостью согласилась побыть вместе с Селестией.

## ГЛАВА 11 "Семки, тысячи их!"

ГЛАВА 11 "Семки, тысячи их!"

Вернувшись в библиотеку, Твайлайт сразу встала в ступор. Её сбивал с толку посторонний запах, витавший по дому. Принюхиваясь, единорожка начала осматривать дом в поисках незваного гостя. Запах явно не принадлежал Аланис, но тем не менее, был знакомым. Единорожка бегло осмотрела все комнаты, проверила второй этаж, кухню, ванную, но сильнее всего, запах был около... входа в кладовку. Твайлайт поняла что некто пробрался в тайное подземелье. Спайк? Ещё рано, он любитель поспать, а Рэрити бы его с утра не выгнала. Кто же тогда?

Волшебница спрыгнула в дыру кладовой и медленно пошла в ритуальную комнату. Тишина. Пройдя внутрь, она осмотрела книги, алтарь, запечатанную стену — никого не было, однако, запах говорил совсем о другом. Единорожка осмотрела письмо Аланис и чашу с кровью, которая почему-то не свёртывалась, всё было на месте. Тогда, единорожка начала осмотр стены — двери в подземный мир, предположив, что её всё же кто-то открыл. Дверь была надёжно запечатана. Сильный разум волшебницы не мог справиться с такой загадкой. Она начала подозревать, что из-за голода её нюх обострился, что привело к странным нюховым обманам.

— Так вот оно что, — раздался звонкий голос за спиной.

Твайлайт сразу узнала этот голос, однако, просто не хотела верить в то... единорожка просто обернулась.

— Пинки!? — перекосило Твайлайт.

Розовая кудряшка зажгла свечку, стоящую на алтаре таким образом, что её мордашка зловеще подсвечивалась снизу, а улыбка казалась чем-то воистину ужасным.

— Когда ты выбросила вкусный кекс... да-да, тот самый кекс и в окно, я всё сразу поняла, но мне нужно было убедиться, — Пинки медленно обходила алтарь, Твайлайт делала тоже самое с противоположной стороны.

— Что ты поняла? Брось, пошли наверх, тут прохладно, а насчёт кекса... — истерично посмеялась вампирша.

— Я всё поняла. Ты не могла просто так выбросить кекс, на то была веская причина. Аллергия? Нет, у тебя аллергии. Сытая? Ты бы прямо мне об этом сказала. Ты выкинула кекс тайно пока я ходила за соком. Ты всё спланировала изначально, возможно, ещё десять лет назад! — сосредоточенно говорила кудряшка, продолжая обходить алтарь.

— Пинки, я просто... — Твайлайт пыталась выкрутиться.

— Кекс выброшен, но ты не позаботилась об его укрытии, а значит, куда-то сильно спешила. Ты говорила, что пойдёшь помогать ЭпплДжек. Я всё проверила, навестила нашу общую подругу. Я знаю о твоей интрижке с тремя жеребцами, знаю! — пищала Пинки.

— И как ты догадалась? Всё, ты меня раскусила, пошли наверх, — бормотала Твайлайт.

— Я проверила амбар, жеребцов там не было, но я нашла несколько голубых перьев! — вскрикнула Пинки.

— Я была в амбаре с Рэйнбоу, она сама может это подтвердить, — озадаченно мямлила вампирша.

— С Дэш? А я думала, ты гонялась за трёхголовой голубой курицей с разноцветным хвостом, но это всё не важно, — озадачилась Пинки. — Причину того, почему ты выбросила кекс, я ещё не обнаружила. Мне пришлось проникнуть этой ночью к тебе в дом. И знаешь что я нашла? — запыхтела Пинки.

— Что? — прохрипела бледная Твайлайт.

— Ты забыла помыть посуду! Мне пришлось её всю помыть за тебя!

У единорожки задёргался правый глаз.

— Ответа я снова не получила. Тогда, я поднялась на второй этаж и обнюхала твою постель! Твайлайт, такой чудный запах геля для душа, как он называется? Вся постель им пропахла, — затараторила кудряшка.

— Его Рэрити мне... — не договорила Твайлайт.

— Нюхая постель, я поняла, что тебя в ней нет! Ой, я же знала что тебя в ней нет, вот и нюхала... Твайли, не путай меня, — насупилась Пинки.

У единорожки начался нервный тик.

— Запаха других кексов я не унюхала. Я рада, что ты не изменяешь моим кексам, а значит, ты не ешь кексы вообще! Хотя, ела раньше. О чём это говорит? А? — спросила Пинки.

— О том... что я не ела кексы? — широко улыбнулась волшебница.

— Нет! — крикнула Пинки. — Ты ничего не ешь! Вообще! Спайк много раз рассказывал, как ему нравится приносить тебе завтрак в постель. Ты у нас аккуратная пони, всегда прибиралась после завтрака, я уверена, но даже маленькие крошки или запах свежего салата должен был остаться. А пустые тарелки рядом на столике... они чистые! Ты ешь воздух! — воскликнула Пинки.

— Это Спайк тебе рассказал? — удивилась единорожка.

— Спайк? Он готовит тебе воздух? Так он всё знает!? — удивилась Пинки. -Он всё знает, маленький весельчак, — кудряшка потёрла подбородок.

От кругового движения вокруг алтаря, у вампиршы начала кружиться голова.

— Раз ты ешь воздух, тогда понятно почему не стала есть мой кекс. Но ты не сказала мне правду, а предпочла солгать, а я ведь, твоя подруга, не забыла? Я решила разобраться, чем же воздух вкуснее моих кексов. Я попробовала его из тарелки и знаешь? — спросила кудряшка.

— Знаю? — прохрипела Твайлайт.

— Я тоже не знаю! — сосредоточенно сказала Пинки. — Воздухом нельзя питаться, это невозможно, — задумалась кудряшка.

— Я и не питаюсь воздухом, ну ты и напридумывала. Пошли наверх, чай... — начала Твайлайт.

— Твайлайт, ты не можешь не есть, я это точно знаю. А значит... ты просто села на диету! — воскликнула розовая.

— Совершенно верно, вот и разобрались, А теперь... — Твайлайт никак не могла договорить предложения.

— Да, я сначала подумала про диету, но мы обе понимаем, что это не так. Нет никакой диеты, верно? — Пинки посмотрела на подругу сверлящим взглядом.

Твайлайт просто не знала что сказать.

— Я продолжила исследовать дом и нашла эту странную комнату. Я сразу поняла что это за коморка такая, — зевнула Пинки.

— И что ты поняла? — прошептала Твайлайт.

— Здесь ты отдыхаешь когда на улице жарко. Тут и правда здорово, прохладненько так, — заулыбалась Пинки.

— Я хочу спать, пошли наверх, — уже "в десятый" раз предложила Твайлайт.

— Спать? О, ты не хочешь спать, — кудряшка отрицательно помотала головой.

— Очень хочу, — единорожка зевнула, не отрывая глаз от подруги.

— Смотри, у меня для тебя кое-что есть, — Пинки достала из сумки маленький мешочек и рассыпала его содержимое на полу.

Твайлайт тут же начала собирать маленькие семечки и пересчитывать их.

— Один, два,..., сорок шесть, — всё, — единорожка сложила семена в мешочек.

-Я была права! — задорно посмеялась Пинки. — Я была права, — уже с ужасом повторила она.

— В чём права? — недовольно спросила Твайлайт.

— В том.. том... ты вампир, — затихла Пинки.

Волшебницу словно молнией ударило и споткнувшись об собственную ногу, вампирша повалилась на пол, после чего сразу встала обратно.

— Ты меня поправь... я что-то не поняла по какой такой цепочке рассуждений ты пришла к такому выводу? Нелепому... выводу? — истерично посмеялась волшебница.

— Всё просто вампирка-глупышка, ты же не стала есть кекс, — улыбнулась Пинки.

— Подожди, из-за того, что я не съела кекс, ты решила что я вампир? — рассмеялась Твайлайт. — И к чему все эти расследования?

— Не знаю, мне я решила поиграть в детектива, мне скучно было. Стоп, ты мне не веришь? Твайлайт, ты вампир. Или... ты не знаешь что ты вампир? — насторожилась кудряшка.

Настойчивость подруги Твайлайт совсем не нравилась.

— Я же проверила, рассыпала семена карликовой тыквы, как в книжках. Правда, там писалось про любые семена, но мне ещё прабубушка говорила, что нужны именно семена карликовой тыквы. Если их рассыпать перед вампиром, то он просто не сможет удержаться и не посчитать их. Ты посчитала все до единой, — говорила Пинки.

— Я просто за тобой прибралась, видишь как тут чисто, — нахмурилась единорожка, указывая на простор комнаты, покрытый паутиной и вековой пылью.

— Ага, вижу, — Пинки закатила глаза. — Ты мне не веришь? Смотри, — кудряшка вновь рассыпала семечки.

Твайлайт тут же бросилась их считать и укладывать в ровную кучку.

— ... сорок пять, где сорок шестой? Было же сорок шесть! А, вот она! — Твайлайт заметила недостающую семечку.

— Убедилась? — спросила Пинки.

— Я не люблю когда мусорят и никакой мистики, как ты наивно полагаешь, — насупилась Твайлайт.

— Неужели? — Пинки достала ещё один маленький мешочек и высыпала семечки. — Я могу и сама прибраться, извини, — хихикнула она.

Реакция Твайлайт не заставила долго ждать.

— Да чтоб тебя! — Твайлайт принялась считать семечки. — ...девяносто три, всё. — очередная ровная кучка была готова.

Волшебница недовольно встала на ноги.

— Твайли, ещё не убедилась в том, что ты вампир? — смеялась кудряшка.

— Сколько же раз повторять, я не вампир! — разозлилась Твайлайт.

— Правда? А зачем тогда считать каждую семечку? — улыбалась кудряшка.

— Ты же знаешь какая я правильная, люблю всё считать, — неуверенно говорила кобылка. — И я могу при желании просто смешать все семечки в кучу, не считая, вот так вот, — единорожка задрала голову вверх. -Хватит баловаться и...

— Правда? Сейчас посмотрим. Если ты не станешь считать семечки, обещаю, я перестану к тебе приставать, даже про кекс забуду. Один мешочек, договорились? — спросила кудряшка.

— Пинки! — рявкнула Твайлайт.

Единорожке была непонятна её же внезапная одержимость считать семечки. Она думала, что просто обязана их пересчитать и по-другому просто быть не может. Тем не менее, кобылка решила сослать это на стресс, решила, что контроль над собой восстановлен...

— Твайлайт? — медленно спросила Пай.

— Ну давай свой мешочек, хоть угомонишься, непоседа, — вздохнула вампирша.

Кудряшка приволокла из угла здоровый мешок. У Твайлайт чуть глаза из орбит не вылезли.

— Ты... откуда... как? — вновь перекосило единорожку.

— Та-да! — Пинки высыпала весь мешок.

Твайлайт посмотрела на семена и вздохнув с невыносимой печалью вселенского масштаба и мысленно вспомнив при этом всех предков до десятого колена, принялась перебирать каждое семечко...

*Прошло два часа*

— ...две тысячи триста двадцать один, всё, — собрав всё обратно в мешок, единорожка облегчённо выдохнула и повалилась на пол.

Она не знала что её бесило больше: то, что никак не могла оторваться от подсчёта семян, или то, что Пинки все эти два часа непрерывно за ней наблюдала.

— Видишь, ты вампир! Не веришь? Можем повторить, — кудряшка посмотрела на мешок.

У Твайлайт округлились глаза.

— Нет! Хватит! Да, я вампир! Я вампир! — кричала Твайлайт. — Я так и не поняла, как ты догадалась? — фыркая, спросила волшебница.

— Я же тебе сказала, ты выбросила вкусный кекс, значит, ты вампир, — пояснила Пинки.

— Почему именно вампир? Как... почему не оборотень или не привидение? — Твайлайт развела копытами в воздухе.

— Тут же всё очевидно, ты вампир, — непонимающе ответила Пинки.

Твайлайт поняла, что ещё немного и начнёт сходить с ума.

— Хорошо! Закончили! Я вампир и ты это знаешь! — воскликнула она, поднимаясь на ноги.

— А знаешь ли ты? — спросила Пинки.

— Что знаю? — сквозь зубы процедила вампирша.

— Что ты вампир, — улыбаясь, пояснила Пай.

Твайлайт ударила себя по лбу сначала одним копытом, потом сразу вторым и сверху приложила третьим.

— Расскажи, ты всегда была вампиром? Почему ты скрывала? Ты пьёшь сок из яблок как летучие мыши-вампиры? А ты умеешь летать? А клыки есть? Покажешь? А... — тараторила Пинки.

Твайлайт перестала её слушать, пока кудряшка заливалась вопросами. Ещё одна подруга узнала правду... не понятно как, но узнала, и этого уже не отменить. Рэйнбоу тоже в своё время вникла в секрет, и Твайлайт прекрасно видела к чему это знание бедняжку привело.

— Мне нужно проведать Рэйнбоу, она наверху, болеет, — Твайлайт пошла к выходу из помещения.

— Рэйнбоу у тебя дома? — удивилась Пинки.

— Как же ты дом обследовала, детектив? — усмехнулась волшебница. — Иди за мной, тебе нельзя здесь оставаться, — добавила она, не желая упускать геперкудряшку из вида.

Подружки поднялись на первый этаж и прошил в комнату, где пегаска всё ещё спала в кровати. Твайлайт была рада, что самые сложности трансформации организма Рэйнбоу встретила во сне, тем самым, избежав большей части боли и страха. Радужная кобылка открыла глаза и тут же зажмурилась.

— Как тут ярко, — простонала она.

Твайлайт проверила окно, оно было плотно занавешено шторами, да и в комнате был полумрак.

— Тебе нужно привыкнуть. По себе знаю как это не просто, — утешала Твайлайт.

— ААА! — закричала Пинки.

— Что такое? — оживилась Твайлайт.

-У неё зубы! Клыки! — кудряшка указывала копытом на мордашку подруги.

— Клыки!? — удивилась пегаска, ощупывая копытцем торчащие острые зубы.

— Добро пожаловать в мой мир, Рэйнбоу Дэш, — сочувственно произнесла Твайлайт.

## ГЛАВА 12 "Зловещее отражение"

ГЛАВА 12 "Зловещее отражение"

Вспомнив, что Аланис её обратила, Рэйнбоу испуганно прикрыла рот копытцем.

— Тебе показалось, Пинки, — сказала пегаска.

— Так ты тоже вампир? Как и Твайлайт? — удивилась кудряшка.

— Что? — Рэйнбоу недоумевающее посмотрела на волшебницу.

— Долгая история, — единорожка закатила глаза. — И времени у нас на всякие истории нет.

Пегаска сползла с кровати и еле-еле поднялась на ноги. У неё тут же закружилась голова, от чего она тихо простонала, но на ногах устояла.

— Твайлайт, можешь дышать потише? — недовольно пробурчала Рэйнбоу.

Пинки с интересом смотрела на острые клыки пернатой подруги.

— Вампирское чутьё. Тебе нужно научиться его контролировать. Хотя, до этого не дойдёт. Я спасу тебя, — говорила волшебница.

— Отправишься в геенну монстров? Ну уж нет, на такой риск я тебя не отпущу. Ты свыклась с вампиризмом, вот и я смогу. В конце концов, я всегда мечтала тоже обзавестись более крутой силой, — усмехнулась пегаска.

— Ты не понимаешь! Тебя укусила альфа! Она предупредила о том, что ты можешь сойти с ума из-за её чистой крови, забыла? — напомнила Твайлайт.

— Что-то я не чувствую себя безумной, — усмехнулась пегаска.

— А как же полёты? — спросила единорожка.

— А что с полётами? — не поняла Рэйнбоу, вернувшись в удобную кровать.

— Солнце станет твоим злейшим врагом! Ты уже жалуешься на свет, хотя здесь темно, а если будет вот так? — волшебница раскрыла шторы.

Комнату тут же заполнил дневной свет.

— Убери, слишком ярко! — пегаска уткнулась в подушку.

Твайлайт обратно закрыла окно.

— Я справлюсь, — пробурчала радужная вампирша.

— Ты не понимаешь во что вляпалась, — вздохнула волшебница, забираясь к Рэйнбоу на кровать.

— Нет, понимаю! — спорила пегаска.

— Не упрямничай, — вздохнула Твайлайт.

Пинки отчаянно пыталась вникнуть в происходящее.

— А во что она вляпалась? Подумаешь, теперь обе будете пить сок яблок. Я для вас специально буду печь яблочные кексы, — подмигнула Пинки.

— Сок яблок?- удивилась Рэйнбоу.

— Она немного... не в курсе, — неуверенно ответила единорожка.

— Ничего себе немного, — усмехнулась радужная.

Пинки Пай поочерёдно смотрела на подруг и хлопала ресницами.

— Она реально не знает? — громко прошептала пегаска.

Твайлайт слезла с кровати.

— Пинки, ты не могла бы зайти к Рэрити за Спайком и... сказать ему, что он задержится у неё ещё на один день? — попросила Твайлайт.

— Конечно! — радостно воскликнула Пинки и выбежала из комнаты.

Убедившись, что кудряшка ушла, Твайлайт вновь запрыгнула на кровать. От прыжка, кровать плавно покачалась, что вызвало у Рэйнбоу приступ тошноты и стоны.

— Она догадалась о моём... вампирстве. К счастью, её фантазия сыграла свою роль нам на пользу. Лучше уж сок яблок, чем она узнает всю правду. Не переживай, я с ней разберусь, а ты у нас скоро поправишься, — улыбнулась волшебница.

— Что значит разберёшься? — ужаснулась Рэйнбоу.

— Оу, я вижу ты тоже начинаешь видеть эти жестокие мысли... Нет, у меня не такие методы, как у принцессы Луны. Это же Пинки в конце концов, я найду способ запудрить ей мозги, — говорила единорожка.

— И всё же я против того, чтобы ты лезла под землю. Моё мнение, видимо, тебя не сильно заботит, — обиделась пегаска, отвернувшись в сторону.

— Не говори так. Это моя вина, что ты пострадала, и я должна всё исправить. Ты моя лучшая подруга, ни раз выручала меня из-за происходящего с моей жуткой тайной. Просто знай, я готова поступить ради тебя так же и даже больше, — виновато говорила вампирша.

— Я виновата, я всё исправлю... как всегда, самобичевание Твайлайт в своём репертуаре. Ты понимаешь, что на кону стоит больше, чем моё будущее? Ты хочешь рискнуть всей Эквестрией? — Рэйнбоу начала злиться.

— Если есть шанс... — начала Твайлайт.

— К Дискорду шанс! Подумай о других! Как бы поступила принцесса Селестия? А? — повернувшись, Рэйнбоу разозлилась ещё больше.

— Я уверена, она поступила точно так же. Она учила насколько важна дружба и что её сила способна на многое, — говорила единорожка.

— Сказки для маленьких жеребят! Мы в реальности находимся и угроза вторжения вампиров тоже реальна! Дружба дружбой, но сними свои розовые очки и посмотри вокруг! — кричала пегаска, начиная часто дышать. — Твоя дружбомагия тебя не спасёт!

— Как ты смеешь такое говорить после всего, через что мы прошли? — крикнула Твайлайт.

— То были цветочки, даже перевёртыши... клоуны, пародии на вампиров! Мы с тобой видели Аланис и знаем на что эта гадина способна. А теперь представь, что в Эквестрию попадут тысячи таких! Тысячи! — Рэйнбоу вскочила на кровати.

— Ты просто не понимаешь. Я спасу тебя, хочешь ты того, или нет, — Твайлайт спрыгнула с кровати.

— Никуда ты не пойдёшь! — прошипев, Рэйнбоу набросилась на единорожку и вцепилась в ошарашенную волшебницу.

Твайлайт не видела в неё той жизнерадостной подруги, а вместо, на неё смотрел обезумевший монстр. Хищные злобные глаза и острейшие клыки наводили ужас не меньше первой встречи с Аланис. Глядя на Рэйнбоу, единорожка видела в неё саму себя, как выглядит во время кормёжки или очередного безумия.

Рэйнбоу Дэш оказалась куда сильнее Твайлайт, прижимая ту к полу настолько сильно, что у единорожки не было ни малейшего шанса вырваться.

— Что ты делаешь? — ужаснулась Твайлайт, пропищав тонким голоском.

— Ещё ничего, но ради безопасности родных земель, я готова на всё, — зловеще ответила пегаска.

Угроза совсем не понравилась испуганной вампирше.

— Успокойся, держи себя в копытах. Кровь альфы играет в тебе, Аланис предупреждала об этом. Борись с собой! Я знаю о твоих жестоких мыслях, желаниях что сейчас наводняют твою голову. Ты сильнее этого! — Твайлайт прекрасно понимала, что при желании, Рэйнбоу могла действительно её убить.

Пегаска сама по себе была сильна от природы, от тренировок. Укус Аланис не просто даровал ей вампирскую силу, а многократно её увеличил, что делало Твайлайт перед ней практически беспомощной вампиршей-библиотекаршой.

— Давай спокойно всё обсудим, отпусти меня, — задрожала Твайлайт.

Единорожка совсем перестала видеть в яростных глазах Рэйнбоу ту подругу, которую знала всю жизнь. Единорожка видела, как эти самые глаза наполняются неестественной для пони, злобой, но естественной для вампиров. Сущность чудовища стремительно набирала превосходство над здравым мышлением голубой пегаски.

— Я тебе не позволю! — прошипел монстр.

Твайлайт, видя что Рэйнбоу прицеливается в её шею и явно не для объятий, тут же выпустила свою хищную натуру на волю. Острое зрение вампира позволило ей лучше видеть происходящее, увеличило реакцию. Клыки появились сами, готовые по приказу своей хозяйки, приступить к её обороне. Волшебница захотела телепортироваться, но магия предательски отказалась работать в таком невыносимом стрессе... когда лучшая подруга вот-вот её убьёт. Для Твайлайт поведение пегаски было настоящим, неожиданным, но предсказуемым поступком, что вызвало за собой шок. Единорожка махнула головой и ударила Рэйнбоу рогом по нижней челюсти. Это на секунду отвлекло голубую вампиршу и воспользовавшись ослабшей хваткой, Твайлайт всеми силами оттолкнула Дэш от себя. Та, ловко от прыгнув от стены, уверенно встала на ноги.

— Успокойся, борись! — крикнула единорожка.

Ещё больше разозлившись, Рэйнбоу подбежала к волшебнице и попыталась ударить её передним правым копытом. Твайлайт успешно блокировала её удар. Тогда, шипя от ярости, Рэйнбоу развернулась и попыталась лягнуть Твайлайт. Единорожка вновь успела отреагировать, отпрыгнув в сторону, но у Рэйнбоу реакция была не хуже и та, используя крылья, совершила над Твайлайт сальто. Едва успев приземлиться, Дэш силой лягнула волшебницу по метке. Твайлайт тут же отлетела в сторону, да с такой силой, что проломила стену. Лишь стена холла, в который она вылетала, остановила её и то дала хорошую трещину. Вся в ссадинах, ранах и ушибах, Твайлайт никак не могла подняться на ноги. Она ощущала как её тело регенерирует, но слишком медленно.

Голубая вампирша неспешно подошла к зажатой единорожке. Твайлайт знала это взгляд, инстинкт вполне чётко дал понять, что Рэйнбоу настроена её убить. У бедняжки не было сил дать ей отпор, да просто убежать.

— Пожалуйста, остановись, — взмолилась дрожащая Твайлайт.

Пегаска подходила всё ближе. Она старалась избегать прямого солнечного света, шедшего из окна и жмурилась от светлого помещения. Однако, от этого она менее опасной не становилась.

— Это же я, Твайлайт Спаркл, твоя лучшая подруга... подруги навсегда, верно? — неуверенно улыбнулась волшебница. — А ты Рэйнбоу Дэш, самая быстрая летунья в Эквестрии.

Пегаска остановилась перед лежащей Твайлайт.

— Пожалуйста, вернись, — пропищала волшебница.

Благодаря острому зрению, Твайлайт увидела как пегаска готовится совершить рывок, который положил бы конец жизни фиолетовой вампирши. Всё же вспомнив о магии, Твайлайт попыталась применить простейшее заклинание и вот, сработало! Дверь, рядом с которой лежала Твайлайт, резко распахнулась и яркий уличный свет ударил прямиком в голубую вампиршу. Та, закрываясь крыльями от света, шипя и покрикивая, упала на пол.

— Умоляю, закрой, убери свет, — взмолилась Рэйнбоу.

Твайлайт не знала что делать. Точнее, не знала кто с ней говорила — Рэйнбоу Дэш или тот же монстр, желающий её убить. Свет явно более сильно влиял на пегаску, он был для неё просто невыносим. Волшебница, испугано сглотнув и больше не в силах смотреть на то, как её подруга кричит от боли, захлопывает дверь. Рэйнбоу продолжала лежать на полу, прикрыв голову крыльями. Она тяжело дышала. Затем, пегаска медленно сложила крылья по бокам и ползком подобралась к Твайлайт. Клыки голубой вампирши пропали, как и её хищные глаза.

— О, Селестия, что же я наделала! Прости Твайлайт, прости меня! — Рэйнбоу аккуратно обняла израненную подругу.

— Ты не виновата, это всё то зло, что Аланис вселила в тебя. Я рада что ты вернулась, — Твайлайт облегчённо выдохнула.

Пегаска отползла назад.

— Тебе нужно в больницу, — дрожащим голосом произнесла она.

— Я поправлюсь быстрее чем ты думаешь, — улыбнулась Твайлайт.

И действительно, большей части ран уже не было, лишь ушибы дольше всех заживали.

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила Твайлайт, продолжая лежать а полу и смотреть на подругу.

— А как я могу себя чувствовать после того, как пыталась убить лучшую подругу? — виновато ответила Рэйнбоу, лежащая на боку напротив.

Твайлайт, не вставая, протянула пегаски переднее копыто, и Рэйнбоу неуверенно протянула ей своё. Единорожка улыбнулась.

— Всё будет хорошо, — сказала она.

— Прошу, скажи... в кого я превращаюсь? Если небольшое разногласие вызвало во мне такую ярость, что же будет дальше? Как ты с этим живёшь? — шептала Рэйнбоу, глядя в пустоту перед собой.

— Пока ты будешь помнить то, кто ты есть, никакая тьма не сможет взять над тобой вверх, — сказала Твайлайт.

— Я так виновата... я едва тебя... я, — бормотала Рэйнбоу.

— Не думай об этом, — перебила Твайлайт.

— Эти мысли... они ужасны! Я не хочу делать тебе больно, но я уже сделала! Больше не хочу! — Рэйнбоу начала часто дышать, что предвещало приближение нового приступа.

— Слушай мой голос. Будь так же спокойна, как он. Вспомни то, что всегда заставляет тебя улыбнуться, — шептала Твайлайт.

Рэйнбоу успокоилась, её дыхание стало равномерным.

— О чём ты подумала? — спросила Твайлайт.

Пегаска посмотрела на Твайлайт.

— О нашей дружбе... настоящей дружбе, — ответила пегаска.

Твайлайт давно не видела того, что бы из глаз Рэйнбоу текли слёзы.

## ГЛАВА 13 "Отчаянные меры"

ГЛАВА 13 "Отчаянные меры"

— Отдай меня Луне, — не поднимаясь, произнесла голубая пони.

— Тебе нужно отдохнуть, попробуй поспать. Знаю, это тяжело, но ты сможешь, — советовала Твайлайт.

— Ты права, мне лучше запереться в комнате. Лучше, чтобы никто не попадался на глаза, — пегаска встала на ноги и медленно поковылял в одну из уцелевших комнат.

Единорожке было больно смотреть на то, как страдает её лучшая подруга. Дождавшись, пока Рэйнбоу закроется в комнате, Твайлайт поднялась на ноги. Видимые раны зажили, лишь ушибы болели. Единорожка привела себя в порядок и спешно покинула дом. Твайлайт намеревалась найти Флаттершай и... получить её кровь, уже не взирая на то, что та сможет узнать жуткую тайну.

Поскакав к границе деревни, Твайлайт обратила внимание на солнце. То уверенно освещало Эквестрию где-то там, наверху. От яркого света Твайлайт на миг зажмурилась и едва не врезалась в Лиру. Правда, увернувшись от одной пони, волшебница всё же снесла другого.

— Твайлайт? — удивился Каспер.

— Ты что, преследуешь меня на пару с Кларком? — разозлилась единорожка.

— Ты сама в меня врезалась, я даже не видел тебя, — неуверенно сказал жеребец.

Каспер хотел помочь упавшей Твайлайт подняться, но та сама вскочила на ноги, избежав его помощи.

— Извини, просто день сегодня не задался. Жизнь вообще вся наперекосяк! Мне так хочется вернуть былые дни, — последнюю фразу пони прошептала.

— У тебя что-то случилось? — спросил Каспер.

— Мне нужно идти, — побежала единорожка.

— Твайлайт, — крикнул Прыг.

Единорожка обернулась.

— Ты бежала в другую сторону, — напомнил жеребец.

Кобылка неспешно подошла к Прыгу. Постояв перед ним пару секунд, она собралась бежать дальше.

— Прости, я понимаю что у тебя проблемы, но мы не могли бы погулять... как-нибудь? — спросил Каспер.

— Я же тебе объяснила... не надо так, — неуверенно сказала единорожка.

— Ты мне ничего не объясняла. Я не понимаю тебя, Твайлайт. Чем я тебе не нравлюсь? — расстроился Каспер.

— Дело не в тебе... точнее в тебе, нет, во мне... в тебе, — бормотала единорожка.

— Теперь я точно ничего не понимаю, — насупился Каспер.

Твайлайт посмотрела на него и задумалась: "А почему бы и нет?". Он казался ей милым, добрым, наивно храбрым, что казалось ей забавным. Но Кларк был таким же, пока не выяснилось, что все его чувства оказались ложью.

— Ты правда хороший, но я просто не могу... я не та, которую ты ищешь, — сдавленно произнеся, единорожка поскакала дальше, оставив за собой расстроенного кавалера.

Твайлайт ощутила некую пустоту в себе. Она ускорила бег, словно пыталась от неё скрыться, но та ни на миг не покидала волшебницу. Завидев домик Флаттершай, единорожка переключила внимание на него. Твайлайт забежала в дом без стука и громко начала звать подругу. Та не отзывалась. Пробежав по комнатам, вампирша Флаттершай нигде не увидела. Тем не менее, вампирское чутьё изголодавшей единорожки дало подсказку и, выйдя из дома, Твайлайт выглянула на задний двор. Флаттершай мирно сопела на гамаке пот тенью большого дерева. На ней причудливо спала стая пташек, что даже взволнованную Твайлайт немного умиротворило.

Волшебница бесшумно подошла к спящей пегаске. При виде невинной пони, в вампирше тут же пробудился сильный голод... как же давно она не кормилась. Шея Флаттершай была закрыта розовыми волосами, но даже через них Твайлайт видела, как пульсируют её вены. Помотав головой, единорожка вернула мысли в порядок, да и Флаттершай приоткрыла один глаз.

— Прости что потревожила, — виновато сказала Твайлайт.

— Я тебя не заметила. Ты снова лунатишь? — спросила пегаска, открывая второй глаз.

— Сейчас день, не думаю, — улыбнулась Твайлайт.

Пегаска осторожно слезла с гамака.

— Ты ведь не в гости пришла, верно? — спросила желтокрылка.

Твайлайт просто не знала как всё объяснить. Она совсем не хотела говорить Флаттершай о вампиризме, ведь так старательно хранила свой секрет, старалась обезопасить окружающих. Но помощь желтокрылки была просто необходима.

— Из-за вампиризма? — спросила Флаттершай.

— Что... что!? — воскликнула Твайлайт.

— Не бойся, Пинки мне всё рассказала. Ты же, кажется... знаешь оборотное заклинание, почему его не применишь? А то, ЭпплДжек начинает беспокоиться за свой сад яблок. Вампиры ведь прожорливые, могут выпить много сока, — говорила Флаттершай.

— Пинки, — сквозь зубы процедила Твайлайт.

— Что? — не расслышала Флаттершай.

— Говорю, помощь твоя нужна, — сказала Твайлайт.

— Конечно, всё что угодно, — желтокрылка сделала шаг вперёд.

— Мне нужно немного твоей... крови. Совсем чуть-чуть, — попросила Твайлайт.

— Крови? — задрожала Флаттершай.

— Ты кровь не увидишь даже, да и боли не будет, — успокаивала Твайлайт.

— Зачем тебе кровь? — пропищала Флаттершай, делая шаг назад.

— Для... заклинания. Оборотного заклинания. Видишь ли, магия яблочного вампиризма... в общем, только с помощью крови её можно обратить, — говорила Твайлайт.

— Похоже на чёрную магию, но я в этом не разбираюсь... нет, ты не стала бы использовать плохую магию, да? — с надеждой спросила желтокрылка.

— Разумеется, — улыбнулась единорожка.

— Как камень с души. Я помогу тебе... ты сделаешь укол? — спросила Флаттершай.

Идея подруги показалась Твайлайт более гуманной.

— Да, принеси пожалуйста шприц, — попросила Твайлайт.

— Ох, неделю назад закончились, я гиппогрифа лечила, он инфекцию подхватил, — оправдывалась желтокрылка.

— Ничего, пойдём в библиотеку. Тебя точно не затруднит поделиться кровью? — спросила Твайлайт.

— Я боюсь, честно, но для тебя я готова на это пойти, — неуверенно сказала Флаттершай.

— Чудесно! — обрадовалась Твайлайт.

Подружки побежали в сторону дома единорожки. Увидев, что Флаттершай за ней не поспевает, Твайлайт немного сбавила тем и в итоге подруги оказались в доме.

— Что тут было? — ужаснулась желтокрылка, увидев следы погрома.

— Ремонт... не обращай внимания. Твайлайт подошла к перевёрнутой тумбочке и открыв его треснутую дверцу, достала аптечный набор. Точнее то, что от него осталось... стеклянный шприц был разбит.

— Ремонт? — удивилась Флаттершай, глядя на бардак.

— Да... слушай, у нас небольшая проблема, шприца нет, — мямлила Твайлайт.

Единорожка не хотела кусать подругу, начала подумывать, а не вернуться ли к ней домой ночью и спокойно сделать своё тёмное дело, если только кролик в очередной раз не помешает. Но времени не было: Аланис могла дать о себе знать, Рэйнбоу могла в конец обезумить, да ещё...

— О, Селестия! — ужаснулась Твайлайт.

Единорожка вспомнила, что этой ночью предстояло полнолуние.

— Эм... шприц разбился, — выкрутилась она.

— Ничего страшного, аптека завтра откроется и я куплю одноразовые. Или тоже, как и ты, обзаведусь стеклянным, — рассуждала подруга.

— У нас нет времени! — нервно сказала Твайлайт.

— Почему? — спросила желтокрылка.

— Я не могу тебе всего объяснить, прошу, просто поверь мне, — единорожка перебирала копытами.

— Хорошо... — прошептала Флаттершай, пряча мордашку под пышной чёлкой.

Волшебница подошла к подруге вплотную и приготовила острые клыки. Магией, она подтянула к себе небольшую пустую вазу. Рогом убрала с шеи Флаттершай локоны волос.

— Обещаю, больно не будет, — произнесла вампирша.

Твайлайт ловко извернулась и посмотрела на клыкастую пони.

— Мамочки, — задрожала она.

— Не бойся, я просто сделаю небольшой укольчик и возьму немного крови, ты даже не заметишь. Прошу, не шевелись, — попросила Твайлайт.

— Я постараюсь, — пропищала желтокрылка, отворачиваясь обратно.

Твайлайт видела как дрожала подруга, ощущала как бешено бьётся её храброе сердечко. Единорожка так не хотела её кусать, так жалела, что впутала её в историю. Она считала, что выбора, как и времени, просто не было, что нужно было действовать стремительно. Угрозы были велики и окружали вампиршу со всех сторон.

Единорожка прижалась губами к шее Флаттершай. Та тихонько пискнула, ощутив прикосновение Твайлайт. Затем, раскрыв рот, Твайлайт медленно погрузила клыки в шею пегаски. Те медленно прошли через кожу словно сквозь масло. Флаттершай даже не дрогнула, Твайлайт знала, что она ничего не почувствовала. Сочная кровь тут же брызнула в рот вампирше. По вкусу она была крайне необычной, такой же чистой, как и сама Флаттершай. Самая вкусная кровь, которую вампирша когда-либо пробовала. Жажда, голод сыграли свою роль, буквально опьянили разум вампирши и вместо того, что бы начать сбор крови, Твайлайт начала наслаждаться трапезой.

— Что... что ты делаешь? — прошептала Флаттершай, услышав причмокивание.

Твайлайт не ответила. Желтокрылка испугалась не на шутку и отпрыгнула в сторону. К счастью, острые зубы вампирши не поранили её, в противном случае, пегаска могла получить серьёзную, возможно смертельную рану. Завидев единорожку с окровавленным ртом, Флаттершай едва не сошла с ума.

— Флатти... немедленно вернись... прости... но вернись! — опомнилась Твайлайт.

Единорожка понимала что процесс кормёжки был резко прерван, а голод был так силён... счёт шёл на секунды и вампирша прекрасно понимала возможные последствия.

— Я позже всё объясню, я... — не договорила Твайлайт.

Разум начал мутнеть. Твайлайт жалостливо посмотрела на дрожжую желтокрылку, пятящуюся назад. Ещё секунда и мордашка вампирши походила на морду монстра. В ней читалась бешенная ярость, что заставило пегаску вовсе побледнеть.

— Кто ты? — пропищала Флаттершай.

Твайлайт не ответила, а лишь прошипела, грозно и уверенно приближаясь к жертве.

— Не ешь меня, пожалуйста, — зажмурилась Флаттершай, уперевшись попкой в стену.

Твайлайт подошла совсем близко. Сочное тело пегаски пробуждало в ней дикий аппетит, а голод просто сводил с ума. Единорожка практически прижалась к подруге, обнюхала её мордашку и слизала капли крови, что остались на жёлтой шее. Флаттершай уже перестала дрожать, у неё наступил шок...

Где-то издалека, из самых недр разума просочился свет. Твайлайт на миг вспомнила то, кто она такая, чему её учила Луна. Этого мига оказалось достаточно, чтобы свет стремительно разгонял тьму мыслей. Как же она хотела есть, высосать из пегаски всю кровь, насладиться пиршеством. В то же время, она начала смутно понимать что делает, чему яро и начала противиться. Твайлайт отошла от пегаски на пару шагов назад. Та лишь безмолвно наблюдала за каждым её действием. В конец осознав происходящее, Твайлайт с невероятными усилиями пыталась бороться сама с собой, с желаниями низменных инстинктов и вид зажатой подруге в этом здорово ей помогал. Голод начал отступать, здравое мышление постепенно возвращалось, пока Твайлайт не восстановила контроль над своим телом, у боль от голода ей казалась уже ничем.

— Прости... я сорвалась, — с трудом говорила Твайлайт.

— Ты не яблочный вампир, — пегаска тоже немного начала приходить в себя.

— Верно, — Твайлайт сделала шаг в перёд, но Флаттершай выставила ей навстречу копыто, что вынудило ту отступить.

— Мне правда нужна Твоя кровь... слишком долгая история, прошу мне... — говорила Твайлайт.

— Верить? — перебила Флаттершай. — Пожалуйста, отпусти меня, я хочу уйти, — дрожащим голосом попросила Флаттершай.

— Я в страшной беде и без твоей помощи, мне не справиться, — уговаривала Твайлайт.

Флаттершай с ужасом смотрела на острые клики и хищные глаза подруги, прекрасно понимая, что перед ней стоял не яблочный вампир, а вампир из самых страшных сказок.

— Не сейчас... я не могу больше здесь оставаться. Можно я уйду? Умоляю, — бормотала Флаттершай.

Твайлайт было невыносимо видеть подругу в таком состоянии.

— Прости, но я не могу, — печально сказала Твайлайт.

Флаттершай вновь задрожала, прикрывая голову крыльями.

— Что за шум? — из комнаты вышла сонная Рэйнбоу.

Узнав голос радужной пегаски, Флаттершай тут же подбежала и к ней прижалась.

— Дэшечка, забери меня отсюда, пожалуйста, — взмолилась Флаттершай.

Желтокрылка посмотрела на мордушку подруги и когда увидела такие же клыки, как и у Твайлайт, отпрыгнула назад как ошпареная.

— Ты.. ты тоже? — остолбенела Флаттрешай.

— Твайлайт, да что тут творится! — разозлилась Рэйнбоу.

Флаттершай поочерёдно посмотрела на вампирш и тихо простонав, упала в обморок.

## ГЛАВА 14 «Вся в заботах»

ГЛАВА 14 «Вся в заботах»

Единорожка подбежала к лежащей желтокрылке. Проверив пульс и дыхание, та несколько успокоилась.

— С ней всё будет хорошо, обычный шок, — Твайлайт аккуратно приподняла её над полом, окутав в фиолетовую магическую дымку.

Единорожка полевитироала пегаску к комнате, где отсыпалась Рэйнбоу. Уложив на кровать, волшебница повернулась к голубой подруге.

— Это всё из-за меня… вокруг меня одни лишь проблемы, — бормотала Твайлайт.

— Что Флаттершай делает в доме? Не важно… что мы будем делать дальше? — спросила Рэйнбоу.

— Не мы, а я, — уточнила Твайлайт.

— Ох, опять ты со своей дурацкой идеей спасти мою шкурку, — недовольно произнесла радужная.

Ничего не говоря, Твайлайт резко распахнула за спиной Рэйнбоу шторы. Та тут же упала в обильных стонах.

— Что ты делаешь? — крикнула голубая вампирша.

— Я не могу тебе позволить мне помешать, да и оставлять тебя наедине с Флаттершай тоже не лучшая идея, — выйдя из комнаты, единорожка вернулась со связкой кореньев ладоги и бросила их к Рэйнбоу, после чего сразу закрыла окно обратно, погрузив комнату во мрак.

Пегаска совсем размякла на полу.

— Я не могу шевелиться… ты совершаешь ошибку! — крикнула Рэйнбоу.

— Я написала письмо принцессе Луне, но отправила его с магической задержкой в несколько часов. Думаю, этого времени мне хватит чтобы выполнить поручение Аланис и затем, заставить её выполнить свою часть уговора, а если я не вернусь, то Луна получит письмо и окажет тебе помощь. Всё будет хорошо, — неуверенно улыбнулась Твайлайт.

— Ничего не хорошо! Помощь Луны уже реально нужна и в первую очередь именно тебе! Вызови её и прямо сейчас, она этих вампиров лучше тебя знает, и я уверена, она сможет со всем разобраться. Аланис нельзя доверять, гадина манипулирует тобой, — с трудом говорила Рэйнбоу.

— А вдруг это правда и Аланис сдержит слово? После того, как она обратит тебя в пони, я не собираюсь её отпускать. Да, она вернёт и меня! Я заставлю её! — говорила Твайлайт.

— С каких пор ты в одиночку принимаешь подобные решения? На кону стоят миллионы жизней! Твайлайт, я понимаю что стресс и всё такое, но… — не договорила голубая вампирша.

— Извини, я уже приняла, как ты сказала, решение, — волшебница, аккуратно набрав в небольшой кувшин немого крови Флаттершай, вышла из комнаты.

— Твайлайт! — проорала Рэйнбоу.

Единорожка очень боялась, её буквально трясло. Она считала себя ответственной за весь тот кошмар, который наворотила став вампиром. Но больше всего её пугало то, что могло произойти что-то боле ужасное. Волшебница решила действовать, а не сидеть сложа копыта. По крайней мере, она считала, что поступала правильно.

Спустившись в подвал, единорожка нарисовала на массивной каменной двери символ, что велела Аланис в своём мрачном послании с напутствием. Закончив, Твайлайт дословно прочитала заклинание и кровь Флаттершай ярко засветилась. Затем, Твайлайт попыталась сдвинуть дверь в сторону, как та открывалась раньше и к её удивлению, это сработало, но не надолго — магический символ перестал действовать. Используя остатки крови подруги, Твайлайт нарисовала ещё один и в этот раз смогла открыть дверь настолько, чтобы иметь возможность пролезть самой. Твайлайт внимательно посмотрела в тоннель, что был за дверью. Никого.

«Ты не можешь заявиться в таком безобразном виде в наш мир. Ты еда. Прими облик вампира, покажи свои зубы с глазами. И снова, этого не достаточно. Под алтарём стоит ведро с гурамоном, чёрной жижей, которая, впитавшись в твою кожу и в дурацкую метку, сделает её чёрной, но срок действия гурамона крайне мал и тебе придётся поспешить. Этот метод придумали ваши же пони, когда присылали шпионов к нам в лагерь. Увы, я те времена не застала, но говорят, что шпионы были хороши на вкус. Чтобы не составить им компанию, я подготовила тебе свою кровь. Выпей всё до дна, и твой запах резко поменяется. Ты перестанешь пахнуть кучкой вкусного мяса, а станешь пахнуть как вампир. Может, даже сильнее, почти как альфа. Как и гурамон, запах выветрится быстро, поэтому, тебе нужно ой как поспешить»

Твайлайт достала из-под алтаря чёрную жижу и щедро ею себя обмазала, стараясь не пропускать ни одного чистого места. В итоге, пони посмотрела на видимое тело и оно действительно стало чёрным — жижа быстро впитывалась. Подойдя к чаше с кровью Аланис, Твайлайт недовольно поморщилась. Запах был отвратительным, но деваться было некуда. Магически взяв чашу, Твайлайт зажмурилась и начала пить. Такай мерзости она ещё ни разу не брала в рот. Кобылку тут же начало тошнить, но она продолжала усердно пить, пока чаша не стала пустой. Борясь с тошнотой, кобылка легла на пол и старалась думать о чём-то приятном. К счастью, тошнота стала отступать, хотя гадкий привкус на языке сохранялся. Вспомнив, что отсчёт времени пошёл, пони подошла к тоннелю, как задумалась о мешочках Пинки Пай. В углу помещения лежали два мешочка с семенами карликовой тыквы и один большой мешок. Вампирша подумала, что мешочки не помешают и ловко спрятала их за гривой. Большой мешок, по понятным причинам, она брать не решилась. Так же, Твайлайт хотела взять корень ладоги, но понимала, что едва он к ней приблизится, так сама неподвижно свалится с ног. Да и на Аланис он как-то странно подействовал и как вампир смогла с ним справиться, Твайлайт не понимала.

Собравшись с мыслями, Твайлайт помчалась по небольшому тоннелю с сильным наклоном вниз. Бежала со всех ног зная, что путь займёт некоторое время, ибо царство вампиров находилась глубоко под землёй.

* * *

Селестия пребывала в роскошном настроении и всё благодаря тому, что вновь обрела гармонию с родной сестрой. Ей было приятно снова видеть улыбку на её лице и даже слышать смех. Вампиризм Луны уже не казался ей каким-то страшнейшим заболеванием, что позволило расслабиться самой Луне и продолжать жить дальше. Сёстры договорились полетать на закате над Эквестрией и встретившись высоко в небе поднять луну и опустить солнце. Селестия редко летает, тем более далеко или высоко. Обилие королевских проблем постоянно давит на правительницу, не позволяя отрываться от земли, а путешествия с целью делегаций по провинциям, обязывало её перемещаться на колеснице со стражниками. Своего рода, королевский этикет, необходимый для встречи со знатью. Перспектива свободного полёта, да ещё с сестрой, просто не могла ей не греть душу.

Сегодня, загруженность работой была низкая, в основном бюрократия, заключающаяся в подписании сотен документов и указов. Тем не менее, принцесса закончила с ними и давно сидела, разгребала почту, которой её заваливали ежедневно. Селестия едва успевала читать письма, иногда даже Луну подключала к сему процессу, что той люто не нравилось. Луна терпеть не могла бюрократию, даже десяти указов подряд прочитать не могла. Остальные «бумажки», как она называла государственные документы, принцесса ночи… утилизировала, если можно так сказать, а конкретнее — делала из них птичек, разрывала и собирала как пазлы, а иногда просто жевала, надеясь понять их сакральный смысл… Иными словами, ей удалось убедить сестру в том, что «бумажки» её не интересуют, как бы Селестия не указывала на важность работы с ними. Тем не менее, тяжело вздыхая, Селестия практически полностью огородила Луну от бюрократии, понимая что сестра ещё маленькая, её всего несколько тысяч лет и надеясь, что ещё через пару тысяч годков всё же присоединиться к работе с документами.

Продолжая чтение писем, Селестия широко зевала. Она тоже не получала удовольствия от разбора писем, но понимала что так надо. Принцессе писали со всей Эквестрии, кто-то просил помощи с хозяйством, кто-то жаловался на работу погодных пегасов. Тысячи писем! Так же, было много благодарностей. Нет, Принцесса не в одиночку держала всё королевство, есть и другая знать со своими обязанностями, даже почтовое отделения замка, куда тоже присылалось не мало писем. Но письма с пометкой «только для принцессы Селестии» пересылали самой принцессе Селестии, а эту пометку ставили почти все отправители… Принцесса надеялась получать только важные письма, но видимо, если у кого-то жена весь день икала, то мужу казалось весомым аргументом написать любимой принцессе, а не чёрная ли магия поселилась в его доме…

Была и особая корреспонденция: королевский закрытый канал, к которому имели доступ мэры, некоторая знать и Твайлайт со своими подругами как ученица, и элементы гармонии. Такие письма попадали под взор принцессы сразу, что позволяло той не пропустить что-то действительно важное. И вот, по королевскому магическому каналу пришло письмо. Селестию это несколько взбодрило. Оно пришло из Понивилля, о чём, собственно, и было мелко написано на оборотной стороне письма. По розовой кудрявой ленточке Селестия сразу догадалась об отправителе. Пинки Пай писала ей письмо лишь однажды и то как ответное по вопросу организации небольшого праздника в Кантерлоте… Сейчас, Селестия невольно улыбнулась, Пинки умела писать забавные письма, что принцессе очень нравилось.

«Дорогая принцесса Селестия! Здравствуйте! Добрый день! Пишу Вам я, Пинки Пай из деревни Понивилль, но вы знаете о ней, там ещё Твайлайт живёт. Так вот, что я хотела… Как ваше здоровье? Не отвечайте, я знаю как у Вас много работы, не надо. И всё же, как оно? Ах да, я сейчас сижу у ЭпплДжек и мы обсуждаем Твайлайт. ЭпплДжек переживает, что Твайлайт может высосать весь сок из яблок, ведь она стала яблочным вампиром. Вы не могли бы прислать Твайлайт большое яблоко с бесконечным соком? Не переживайте, у неё настолько большие клыки, что она без труда его прокусит. Вот будет сюрприз для неё, я даже придумала как украсить её дом в честь большого яблока… да, я так и назову вечеринку! С Вами была я, Пикни Пай, чмоки-поки»

Селестии потребовалось перечитать письмо три раза, что бы понять то, что с Твайлайт стало что-то не так. Особенно, её насторожило упоминание о клыках, что невольно навеяло мысли о Луне. Селестия знала о летучих мышах-вампирах, ей недавно приходило сообщение о том, что одна из стай мигрировала недалеко от Понивилля в сторону юга, но то, чтобы они заражали пони, об этом она никогда не слышала.

Принцесса подумала, что Твайлайт напортачила с магией. Наверняка заинтересовалась стаей мышей как любознайка, кем принцесса всегда её считала. Зная трепет ученицы перед обучением, аликорн допускала возможность того, что в случае ошибки, Твайлайт сначала бы попыталась сама всё исправить, а уже потом, в случае неудачи, сообщить обо всём в зарёванном письме принцессе, что было уже несколько раз и по мелким, незначительным пустякам, из которых единорожка ловко строила трагедию королевского масштаба.

Селестию всё никак не отпускало странное беспокойство.Одно упоминание о клыках вселяло в её сердце трепет, Луны с этими заморочками принцессе хватало по горло, а тут ещё одна вампирша, правда, яблочная. Тем не менее, одной клыкастки Селестии было вполне достаточно. Принцесса взяла пустой лист бумаги и с помощью магии вывела на нём текст, где спрашивала как у Твайлайт дела. Зная, что та в проблемах не признается, Селестия сама указала то, что знает о её яблочном вампиризме. Большую часть письма составил текст о том, чтобы ученица не переживала, что всё будет хорошо, что добрая Селестия не станет отказываться от своей ученицы… едва бумаги хватило.

Закончив, Селестия отправила Твайлайт свёрток и стала терпеливо ждать. Время шло, а от единорожки ответа всё не поступало… За всё время переписки, Твайлайт лишь однажды задержалась с ответным письмом, когда в очередной раз спасала с подругами Эквестрию от нашествия бабочек с острыми когтями и то задержка было около пяти минут, не больше. Селестия начала откровенно беспокоиться, ведь Твайлайт была не просто лучшей ученицей. Принцесса знала её с самого детства и переживала за волшебницу не меньше родной матери. В конце концов, правительница отбросила все документы и решила самолично во всём разобраться.

## ГЛАВА 15 "Шпионские игры"

ГЛАВА 15 "Шпионские игры"

Если бы не вампирское зрение, то без магии света, Твайлайт бы ничего не разглядела в кромешной тьме. Она не знала насколько глубоко спустилась под землю, многие участки спуска больше походили на горку с частыми бездонными ямами, которые вампирша ловко перепрыгивала. Волшебнице начало казаться, что у тоннеля нет конца, что скоро она выйдет с другой стороны планеты. Конечно, она пробежала не тысячи километров, но всё же, расстояние было не маленьким. Единорожка постоянно поправляла взъерошенную причёску так, что бы рог не был заметен.

Больше всего единорожка боялась что вампиры могут узнать о том, что дверь вновь открыта. Однако, судя по записям Аланис, была использована обходная магия, которые не сообщила им об открытии, а значит, вампиры даже не догадывались, что путь в наземный мир вновь отворился.

Как у всякого начала, есть и конец. Твайлайт выбежала из узкого тоннеля в гигантскую пещеру мрака. Благодаря острому зрению, она заметила вдалеке активность, а именно многочисленные постройки, окружённые высоким забором. Аланис писала, что Твайлайт должна выйти к главному городу вампиров — Мариуполь. Когда-то он принадлежал некой подземной цивилизации, был примитивной деревней с большим числом жителей, но с изгнанием вампиров в недра планеты, те быстро его захватили, отстроили и сделали своим новым домом.

Сменив бег на шаг, Твайлайт быстро пошла в сторону главных ворот. Уже издалека она заметила вампиров, сторожащих ворота, а те в свою очередь, заметили её. Твайлайт старалась скрыть волнение, она знала что малейшая ошибка немедленно приведёт ей к смерти. Твайлайт остановилась у ворот.

— Входное слово, — строго сказал один из стражей, внимательно осматривая гостью.

— Карамадан, — сказала единорожка то слово, которое Аланис велела произнести.

Так же, Аланис указала, что пароль иногда меняется, о чём Твайлайт вспомнила только сейчас. Единорожка так хотела прижать ушки к голове, как обычно делали пони во время страха, но страх — признак слабости, а слабых... их не держат в рядах вампиров.

Стражники молча приоткрыли большие ворота, позволяя Твайлайт пройти внутрь. Пони не стала терять времени и стараясь не пуститься в бег, прошла на территорию города свободной походкой. Двери с грохотом за ней закрылись. Единорожка была поражена архитектуре вампиров: ровные, высокие дома с неплохим дизайнерским вкусом. Она ожидала увидеть горы черепов, костей и прочие ужасы, которые частенько посещали её в виде фантазий, но ничего этого не было. Город походил на один из крупных городов Эквестрии, но со своеобразной архитектурой.

На улицах, в которых так же царила кромешная тьма, ходило множество вампиров. Меньше, чем в наземном городе. Они общались, иногда веселились. Тем не менее, единорожка не на экскурсию пришла, а по важному делу. Как и предупреждала Аланис, вампиры были тёмно-серыми, а значит низшей кастой, наиболее лёгким сектором для перемещения. Вампиры не были похожи на перевёртышей, они друг от друга отличались как и пони. Разные причёски, формы тел, голоса, манеры поведения.

Твайлайт пробиралась через город по наиболее пустынным улицам, стараясь не привлекать к себе внимания. Периодически, единорожка посматривала на своё тело, надеясь что чёрная жижа продолжала покрывать его. Маскировка работала — вампиры принимали её за свою и не высказывали к пони какого-либо интереса.

Дома стали редеть и на пути появились фермерские угодья с довольно комфортными на вид домами. На фермах выращивалось какое-то странное растение, похожее на капусту, но красного цвета. Жутковатое на вид. Ферм было не очень много, за ними уже виднелся третий сектор города. Аланис говорила, что в подземном мире очень много ферм и все они находятся за приделами столичного города. Те, что были внутри, использовались для экспериментов и выращивания растений специально для высших каст. Твайлайт остановилась, любопытство вяло вверх. Кобылка сошла с дороги и подошла к грядке с растениями. Она понюхала странные плоды, похожие по описанию Аланис, но были красного цвета, а не синего как нужно было. Запах показался ей неплохим, даже аппетитным.

— Эй, что ты делаешь? — к кобылке от дома побежал вампир, видимо, фермер.

— Ничего, — Твайлайт тут же вернулась на дорогу.

— Мы с вами это обсуждали, — догнал её жеребец. — Картамон мы выращиваем не для вас или напомнить специальный указ короля? — бурчал он.

— Я всё помню, просто посмотрела.... просто посмотрела, — неуверенно говорила волшебница.

— Я не в праве отдавать приказы чёрной касте, но вы должны соблюдать правила, — жеребец пошёл обратно.

Стычка была небольшой, почти никакой, но Твайлайт едва не отложила кучи кирпичей от страха. Убедившись, что фермер потерял к ней интерес, единорожка спешно пошла дальше, пока не вышла в новый сектор города с такими же домами и устройством улиц. Только, по ним ходили чёрные вампиры, серые тоже попадались, но изредка. За домами показался дворец с конусными куполами. Туда Твайлайт и нужно было попасть, а точнее в лабораторию Аланис, где находился синий картамон. Единорожка старалась не терять времени, но некая странная картина всё же вынудила её притормозить. По улице шла колонна минотавров с факелами в лапах. Вампиры смотрели на них, но нападать не пытались. Единорожка не знала что и думать, некий союз? Разве, у вампиров могут быть враги, раз они доминируют под землёй? Волшебница просто не понимала. Колонна минотавров скрылась за одним из поворотов улиц, что погрузило её в прежнюю тьму.

Чёрные вампиры отличались поведением от серых: их разговоры были более интеллектуальными, многие понятия Твайлайт даже не понимала. Любопытство единорожки стремительно росло, ведь город был невероятно интересен, однако, Твайлайт понимала, что находится в логове хищников и когда маскировка кончится, то все её мысли будут заняты выживанием, которое продлится не долго.

Миновав сектор чёрных вампиров, Твайлайт прошла через широкую арку в новый сектор — обитель высшей касты. Аланис писала, что в обители находились чистокровные вампиры — лучшие умы и самые свирепые властители вампиров. Самый опасный сектор, где есть шанс того, что Твайлайт могут раскрыть, поэтому, нужно было действовать крайне стремительно. Единорожка без труда добралась до дворца, который являлся частью каменной породы пещеры. Парадные двери охранялись, Аланис предупредила что лучше через них не соваться и подсказала единорожке тайный проход в замок.

Волшебница с трудом нашла ту самую небольшую пристройку у одной из стен замка. В ней хранился хозяйственный инвентарь для уборки территории. В полу же некоторые доски несколько отличались от других. Как писала Аланис, своего рода, секретный вход. Твайлайт выглянула наружу и убедившись что рядом никого нет, плотно закрыла за собой дверь. С помощью магии она подняла доски, что образовало под ними небольшой проход, достаточный, чтобы в него могла пролезть пони. Больше всего в этот момент волшебница переживала то, что свечение её магии могли заметить с улицы и дабы не искушать судьбу, Твайлайт шустро нырнула вниз, прикрыв за собой пол теми же досками. Твайлайт прислушалась — тишина. Облегчённо выдохнув, она медленно кралась по узким коридорам секретных ходов замка.

* * *

— Селестия! — крикнула Луна. — Дверь открывается в другою сторону... обычно, — возмущалась принцесса ночи, едва успев увернуться от одной из дверей, ведущих в тронный зал, которая от магического толчка правительницы пришла в негодность.

— Ох, с вашими клыками я скоро совсем сойду с ума, — вздохнула Селестия.

— Ты о чём? — Луна рефлекторно провела язычком по своим убранным клыкам.

Твайлайт где-то напортачила и обзавелась клыками, правда, с яблочным уклоном, — вздохнула принцесса. — Хочу её проведать, а то нервы совсем расшатались.

— Увидеть? — ошарашилась Луна. — Дай ей свободу, пускай учится... сама исправлять ошибки, — нервничала синяя принцесса.

— Я волнуюсь за неё, сестра. В этот раз, ей не избежать повышенного внимания, — улыбнулась Селестия.

— Мы же хотели полетать? — Луна старалась удержать правительницу.

— Ох, лучик, до заката ещё несколько часов, я вернусь к тому времени, — Селестия пошла вдоль коридора.

— Сели, если бы было что-то серьёзное, она бы... — не договорила Луна.

— Точно! Помнишь то время, когда Твайлайт пришла ко мне вся подавленная и расстроенная? Она хотела в чём-то признаться, но передумала. Она уже тогда попала в беду, а я глупая, не заметила, — задумалась Селестия. — Спасибо что напомнила!

— Ох, — недовольно вздохнула Луна, понимая что Селестию уже и встречным локомотивом даже не остановить. — нужно как можно меньше вмешиваться в жизнь маленькой девочки, — добавила она.

— И это говорит мне та, у кого имеются с Твайлайт какие-то тайны от меня. Я помню, что обещала не вмешиваться в ваши отношения, но ты часом, не в курсе её яблочного вампиризма? — настороженно спросила Селестия.

Луна сглотнула.

— Лучик, я спросила, ты в курсе? — строго повторила Селестия. — О природа, — мордашка принцессы исказилась в ужасе.

Луна побледнела.

— Ты... ты укусила Твайлайт? Она вампир? — хрипло спросила правительница.

Принцесса ночи захотела превратиться в облачко, но Селестия ей не позволила.

— Как ты допустила такое... как!? — крикнула Селестия.

Луна молча увела взгляд в сторону. Она больше не могла врать Селестии, просто не могла.

— Я должна её увидеть, — принцесса солнца чуть ли не побежала по коридору.

— У неё совсем другая ситуация и всё гораздо лучше, чем у меня, — за сестрой побежала Луна.

Селестия не отвечала.

— Сестра, прошу, послушай меня, — бежала Луна.

Селестия резко остановилась и развернулась перед самым носом Луны.

— Как ты могла скрывать от меня такое? Ты считаешь, что эта проблема меня не касается? Что моя ученица стала вампиром, это по-твоему, нормально? Марш в свою башню и сиди там пока я не вернусь, а потом у нас будет очень неприятный разговор, — сердито говорила Селестия.

— Я не виновата, я хотела ей помочь... — тихо говорила Луна.

— Я сказала, чтобы ты шла в покои, что тут не ясного? — прокричала Селестия.

Селестия всегда имела авторитет в глазах Луны и этот раз лишь в очередной раз ей об этом напомнил. Опустив голову, Луна пошла обратно. Правительница же, выбежав из здания, расправила крылья и полетела в сторону Понивилля так быстро, насколько только могла. Весь путь занял не больше минуты, пока аликорн со стремительной скоростью не приземлилась недалеко от дома Твайлайт. От приземления образовалась небольшая воронка и клубы пыли, деревенские даже не поняли что произошло. Селестия же, магически открыв дверь, вошла в библиотеку.

— Твайлайт! — крикнула она.

Тишина. Селестия повторила зов, но единорожка не отзывалась. Тогда, принцесса поднялась на второй ярус, но кровать Спаркл была пуста. Спустившись вниз, Селестия начала обходить комнаты и в первой же увидела Рэйнбоу Дэш в окружении кореньев.

— Дитя небесное, что с тобой сделала Спаркл? — ужаснулась Селестия, пытаясь понять неподвижный, но живой вид пегаски.

— Ваше Высочество? — икнула пони, явно не ожидая такой гостьи. — Ничего, я просто... отдыхаю, — соврала пегаска.

— На полу и в такой странной позе? Не бойся и скажи, Твайлайт сотворила это с тобой? — спросила Селестия.

— Нет... причём тут Твайлайт? — нервничала пони. — Я же говорю, отдыхаю, — неуверенно улыбнулась Дэш.

Селестия распахнула шторы, чтобы развеять темноту комнаты, как вдруг пегаска пронзительно закричала.

— Закройте, умоляю, уберите свет! — орала пони.

Селестия тут же закрыла окно и тут она заметила как у Рэйнбоу выдвинулись клыки.

— Ох облака поднебесные, Рэйнбоу, ты... тоже стала жертвой вампиризма? — ужаснулась Селестия.

— Ничего страшного, — пробурчала пегаска.

— Кто тебя укусила? Луна? Твайлайт? Кто сотворил с тобой такое зло? — сочувственно спросила Селестия.

— Аланис, — протянула Рэйнбоу.

— Кто-кто? — переспросила аликорн.

— Я вам всё объясню, но не могли бы вы для начала... меня освободить? — попросила Рэйнбоу.

* * *

Твайлайт пробиралась по тесным закоулкам внутри стен замка. Иногда, они имела возможность наблюдать за вампирами через маленькие щели. В итоге, волшебница наткнулась на небольшую дверцу и открыв её, она очутилась в небольшой пыльной комнатке. С другой стороны дверца была грязным зеркалом.

Твайлайт осторожно выбралась из подсобки. Аланис предупреждала, что во дворце вампирам на глаза лучше не попадаться, что там все друг друга знают и посторонних не то что не любят, а могут убить без какого-либо следствия прямо на месте, ибо дисциплина. Мимо комнатки прошло несколько вампиров и как только их шаги затихли, Твайлайт медленно выбралась наружу. Никого. Согласно записям Аланис, лаборатория находилась справа по коридору и Твайлайт почти пришла. Единорожка быстро и бесшумно побежала к железной двери, но та была заперта и на толчки вампирши не поддавалась. Единорожка прислушалась, убедилась что никого нет, применила магию и открыла замок. Дверь открылась с небольшим скрипом, которого было вполне достаточно, чтобы у бедняжки на пару седых волос стало больше...

Закрыв за собой дверь, Твайлайт увидела просторную полукруглую комнату в центре которой стоял стол с горшками. В них росли картамоны и как раз синего цвета, что и нужно было. Твайлайт аккуратно взяла один из них, положила в сумку и только собралась уйти, как услышала шаги. Кто-то приближался к лаборатории и шёл очень быстро.

Единорожка тут же спряталась под центром стола. Дверь открылась, в помещение вошло несколько вампиров.

— Говорю же, я видел свет! Тут кто-то есть! — говорил вампир.

— И у кого, по твоему, хватит ума проникнуть в замок, да в такое охраняемое место? За ложный и выговор можешь схлопотать, — вампиры начали расходиться.

— Стойте, — сказал другой.

Все остановились.

— Этот запах... какой-то странный запах, вы чуете? — спросил он.

— Картамон тут растёт, если ты не заметил, авахаси, — усмехнулся другой.

— Нет, что-то другое, — настаивал прежний.

— А он прав, запах и правда странный, — подхватил другой.

— Обыскать! — приказал тот, с крупными ногами.

Вампиры начали обыскивать лабораторию и разумеется, заглянули под стол...

— А ты ещё кто? — удивился вампир.

Понимая, что убежище перестало быть убежищем, Твайлайт, дрожа как кленовый лист на ветру, выбралась из-под стола.

— Я убиралась, — пропищала она.

— Проникновение в запретную зону. Скар, проверь её на наличии метки Староверов, — приказал командир.

Один из жеребцов кругом обошёл вокруг Твайлайт и отрицательно помотал головой.

— Ты вообще из Староверов? — спросил командир.

Твайлайт не знала что сказать и какой должен быть правильный ответ.

— Нет? — в итоге спросил она.

— Нет, или "нет?"? — переспросил командир.

— Нет, — решилась единорожка.

— Тогда, что ты тут делаешь? — допрашивал командир. — И не думай врать.

## ГЛАВА 16 "Финал"

ГЛАВА 16 "Финал"

Он отследил её взгляд, направленный на выход и приказал двум вампирам выход перекрыть. Твайлайт промолчала.

— Так, ладно, взять её и в камеру, — приказал командир.

— Нет! — вскрикнув, Твайлайт телепоритровалась за спины солдат и побежала по коридору.

— Взять её! — кричал командир.

Свора вампиров тут же устремилась за единорожкой и бежали они куда быстрее, чем она сама. До смерти перепугавшись, Твайлайт случайно пропустила дверь подсобки, побежала дальше по коридору, просто не зная куда он её приведёт. Вампиры становились всё ближе и тогда, Твайлайт рассыпала один из мешочков с семечками у себя за спиной.

— Семки! Быстро всем собрать семки! — приказал командир и вампиры отстали, начиная собирать семечки.

Твайлайт предположила, если не увидит рассыпанных семечек, то и собирать их, ей не придётся. Риск был большой, но теория сработала, что позволило бедняжке выиграть время. В конце коридора оказался арочный проход, через который Твайлайт попала в большой зал, где было полно вампиров. Единорожка заметалась, паника стремительно росла и до такой степени, что кобылка просто крутилась на месте. К ней быстро направились несколько вампиров, единорожка испуганно попятилась назад, пока не вжалась в угол. Сильнее её страха была лишь вина за то, что она не справилась с заданием, что из-за неё Рэйнбоу обречена всю жизнь мучиться от страшного проклятия. Вампиры, судя по чёрным блестящим украшениям, были из высшей касты. По крайней мере, так Твайлайт считала. Она закрыла копытцами глаза.

— Прошу, сделайте это быстро, не мучайте меня, — пропищала Твайлайт.

— Кто это? — один вампир спросил у другой.

— Её кожа становится светлее... она цветная! И рог! Смотрите, у неё рог! Это существо владеет магией, — говорила кобылка.

— Отойдите, — послышался мужской голос.

Твайлайт ощутила как некто подошёл совсем близко.

— Я не хочу страдать, убейте меня быстро и без боли, умоляю, — сходя с ума, шептала Твайлайт.

— Что пони делает в царстве вампиров? — спросил этот некто.

— Ничего, я заблудилась. Я ничего вам не скажу! — крикнула Твайлайт, продолжая закрывать глаза.

— Ты из Староверов? — некто задал тот же вопрос, что и командир недавнего патруля.

— Нет! — ответила Твайлайт.

— Сайрин, ты же знаешь, пони не входят в их ряды, — раздался женский голос.

— Не важно, от них можно ожидать что угодно, особенно от Аланис, — говорил некто.

— Это всё из-за Аланис! Она заставила меня пойти сюда! — крикнула Твайлайт.

-Так она жива!? — удивился некто.

— Жива... пока, — пропищала Твайлайт.

— Ты служишь Аланис? — расспрашивала кобылка вампиров.

— Я вынуждена ей помогать... но я вам ничего больше не скажу! — Твайлайт старалась держать язык за зубами.

— Как ты к нам попала? — спросил некто.

Твайлайт промолчала.

— Сайрин, отойди, — кобылка подошла ближе.

— Пони, открой глаза и не бойся. Расскажи всё что знаешь об Аланис и мы сохраним тебе жизнь, — предложила кобылка.

Единорожка открыла глаза. Перед ней была вампирша с многочисленными украшениями.

— Вы всё равно меня убьёте, — расстроено сказала волшебница.

— Давай мы будет это решать, хорошо? — сердито сказала вампир. — Аланис давно нам вредит. Её глупые предрассудки всем порядком надоели.

— Она говорила, что как только пропадёт, то вылетит из правящей касты. Она предупреждала, — говорила Твайлайт.

— Правящей? Аланис никогда не была у власти, но да, она из высшей касты. Мы никогда не подпустим её к правлению так же и таких как она, — говорил жеребец.

— Но она сказала... — не договорила Твайлайт.

— Сайрин, посмотри, очередная жертва твоей дочери. И долго ты будешь позволять ей играть с умами других? Я не спорю, она блестящий учёный, гений, но застряла во времени со своими капризами, — говорила кобылка.

— Пони, где сейчас Аланис? В наземном мире? — спросил жеребец.

— Да... но он закрыт! Я вам дверь не открою! И там есть принцесса Луна, она не позволит вам нас всех убить! — крикнула Твайлайт.

— Беда... — вздохнул жеребец и повернулся к остальным. — Чего смотрите, у вас дел что ли нет? — крикнул он.

Толпа начала расходиться.

— Зная свою дочь, я предположу, что она вогнала тебя в ужас перед нашей расой, верно? — спорил жеребец.

— Вы же вампиры, — неуверенно сказала Твайлайт.

— В общем-то верно... но Аланис тебе многого недосказала. Понимаешь ли, у высшей касты с ней некое недопонимание... — говорил жеребец.

— Я не пущу вас в наземный мир, можете пытать меня сколько угодно! — упрямо сказала единорожки и всё же, испуганно прижала ушки к голове.

— Тогда, твой мир обречён. Я вижу, она уже обратила тебя. Как ты думаешь, другие пони не удостоятся с ней встречи? — спросил жеребец.

— Не удостоятся. Аланис умирает, — сказала Твайлайт.

— Что!? — воскликнула кобылка.

— Дорогая, тише. Умирает? — тихо спросил Сайрин.

— Принцесса Луна ранила её заговорённым оружием против вампиров, которым Аланис хотела убить меня. И теперь, её рана не заживает. Жизнь стремительно покидает её тело. Я дура, ещё помогала ей выжить... — Твайлайт разозлилась сама на себя.

— Верни нам Аланис! — крикнула кобылка.

— Пони, мне жаль, что Аланис натворила бед в твоём мире и мы официально приносим за её поступки извинения. В твоих же интересах вернуть её. Умирает? Думаешь, она не найдёт способ выжить? Ты плохо знаешь мою дочь. Она отправила тебя за синим плодом? — жеребец указал копытом на сочный плод, что торчал из сумки. — Ты хоть знаешь для чего он нужен? — спросил жеребец.

— Это лекарство, — ответила Твайлайт.

— Отчасти, верно. Аланис изобрела новый вид картамона, который временно увеличивает физическую силу и дарует практически полную неуязвимость. Аланис давно хочет пробиться в правящую касту, где ей места просто нет и быть не может. Видишь ли... она из Староверов, глупого движения. Раньше, наш народ славился свирепостью и жестокостью. Пятьсот лет назад в округе почти не осталось еды, а другие цивилизации находились слишком на большом расстоянии для частых походов. Мы уже хотели начать миграцию, как были обнаружены плоды картамона. В них содержится питательная жидкость, очень схожая с кровью и почти от неё не отличающаяся. Мы быстро включили их в рацион питания, совсем позабыв о других существах. Кратамон заканчивался, выращивать его, у нас не получалось и тогда мы отправили группу для поиска новых плантаций, но группа вышла на племя зверкокрыс. Наши солдаты были слишком измотаны и сразу согласились на переговоры, в которых племя даровала нам секрет выращивания картамона. После этого момента мы поняли, что заниматься уничтожением других рас для еды не так уж выгодно, ведь с ними можно сотрудничать, вести торговлю и обмен знаниями. Нашим прежним королём был издан указ о запрете нападать на других существ и общество вампиров его поддержало. Мы привыкли к картамону, да и агрессии в нас поубавилось. По крайней мере, мы перестали убивать друг друга просто так... Мы начали развивать нашу цивилизацию и новая жизнь стала гораздо лучше, чем раньше. Не нужно больше думать лишь о выживании, ведь теперь , можно думать о развитии. Но не всех такой уклад устроил, часть высшей касты считали, что мы предаём наши корни и скатываемся в авахаси. Они подняли бунт, но восстание было быстро подавлено. Тем не менее, часть нашего общество перешло в движение Староверы, но их всего около тридцати голов и с каждым тёмным циклом становится всё меньше. Аланис, моя дочка, пару лет назад вошла в это мерзкое движение, хотя раньше была против него. А всё виной синий картамон. Именно она его вывела в своей лаборатории, но он действовал как наркотик, пробуждая в ней самые низменные инстинкты. Она долго им питалась и увы, мы узнали об этом слишком поздно, хотя видели в ней необычное агрессивное поведение... поняли тогда, тогда, когда дверь в верхний мир была вновь открыта. Аланис и её сообщники попытались выбраться. Я знаю, многие из них пали и вернулись далеко не все. Я думал, что Аланис тоже погибла... Мы сможем её излечить, и я говорю именно про разум. Аланис не такая, какой вы её видели. Она лучший учёный из вампиров, одна из тех, кто хотел наладить мир между вампирами и иными цивилизациями. То, что бедняжка сошла с ума, не её вина... а наша. Мы не уследили за ней, а всё этот грязный синий плод! — говорил жеребец.

Твайлайт вспомнила минотавров в городе, да и быт вампиров не нёс в себе смертоносности. Не было трупов, костей, ничего.

— Моя подруга в беде, Аланис её обратила и сейчас она страшно страдает... — говорила единорожка.

Твайлайт поведала вампирам всё свою историю, начиная с момента заражения.

— Аланис хочет вернуться? Так пускай возвращается, дай ей то что она хочет, — сказала кобылка.

— Я боюсь, что тогда она не выполнит своего обещания. Я не могу смотреть на то, как подруга страдает, — вздохнула Твайлайт.

— Не бойся, пони. Даже если Аланис нарушит слово, твою подругу, как и тебя, ещё можно обратить. Верни нам Аланис, а мы вернём вам прежнюю жизнь. Мы же тоже альфы, — улыбнулась кобылка.

— Хорошо, но если за мной кто-то пойдёт, тогда я не открою дверь и останусь здесь, — сказала Твайлайт.

Единорожка так и не сказала вампирам, что дверь уже открыта.

— Да будет так, — согласился жеребец.

— И принцессу Луну тоже вернёте? — спросила единорожка.

— Тут всё сложнее... вернуть, возможно, можно. Я даже не думал что она проживёт столько времени. Именно она нас изгнала из верхнего мира. Луна у нас не в почёте, мягко выражаясь... Но придумать что-то можно, если ты вернёшь нам Аланис, — ответил жеребец.

— А если нам наладить сотрудничество? — предложила волшебница.

— Пони, забавная пони. Не лучший вариант. Пятьсот лет "вегетарианства" слишком малый срок. Сейчас, глядя на тебя, я испытываю тот ещё голод, ибо чую то, насколько ты вкусна хотя и не пони наполовину. Не все обладают таким терпением, как альфы, многие могут на тебя прямо на улице наброситься. Увы, инстинкты прошлого ещё даёт о себе знать, но агрессия, как я уже говорил, уходит из нашей жизни. Если мы выйдем на поверхность, то живые создания, живущие под питательными лучами солнца, станут для нас тем ещё испытанием. Вам будет плохо и наше развитие за последние пятьсот лет станет ничем. Лучше воздержаться от такой идеи и возможно придёт день, когда наши миры смогут найти контакт. Сейчас, такое время не настало. Ступай, мои соратники из высшей касты сопроводят тебя до выхода из города, — говорил жеребец. — Только, мы немного изменим состав синего картамона... Срок его действия станет куда меньше, чем думает Аланис.

* * *

Твайлайт со всех ног бежала вверх по тоннелю. Кобылка периодически останавливалась, принюхивалась. Слежки и погони не было, Сайрин сдержал своё слово. Единорожка была так рада вновь увидеть своё подземелье, от чего едва не целовала пол. Кобылка пулей покинула подвал и вышла в холл библиотеки. На улице уже темнело, но всё не было таким важным, как Луна стоящая в центре холла рядом с Рэйнбоу.

— Спаркл, ты совсем спятила? — крикнула Луна.

Единорожка прикинула по времени и поняла, что Луна не успела получить её письмо.

— Что за яблочный вампиризм? Какого сена тебя понесло в мир вампиров? Какого Дискорда ты не сообщила обо всём мне? Думаешь, твоё обучение закончено и ты можешь делать всё что хочется и даже рисковать столькими жизнями? Я в тебе сильно разочарована, — говорила Луна.

— Простите... — извинилась Твайлайт.

— Ты лучше подумай что Селестии обо всём этом скажешь, — грозно сказала Луна.

— Принцессе Сел... Сель... — заговаривалась Твайлайт.

— Она нашла меня. Я сказала, что меня укусила Аланис и сказала что та якобы прячется в вечнодиком лесу вместе с тобой. Селестия тут же убежала вас искать. Я рада, что ты успела вернуться до того, как она поймёт что я соврала! — говорила Рэйнбоу.

— Твоя подруга спасла мою сестру от вампиров! Селестия едва знает их и спуск вниз оказался бы даже для неё смертельным! А она бы пошла за тобой на край света! Ох, Спаркл, — Луна ходила туда-сюда.

— Вампиры не такие как раньше, принцесса. Они изменились, — говорила Твайлайт.

— Что ты несёшь? — спросил Рэйнбоу, безуспешно пытаясь забит торчащие клыки в саму себя.

Единорожка рассказала историю Сайрина.

— Ох, дитя, он же врал. Этим гадам верить нельзя, — Луна качала головой.

— Я видела то, как они живут. Если бы он соврал, то разве отпустил бы? — спросила Твайлайт.

Луна задумалась.

— Им нужна Аланис, а сами они боятся сюда сунуться. Ты что-то вроде поньки на побегушках как у Аланис, так и у вампиров снизу. Тебе жутко не повезло и в тоже время, повезло невероятно, ведь обеим сторонам тебя не выгодно убивать, — говорила Луна.

— А я им верю! Они могут излечить меня и даже вас, принцесса, — сказала Твайлайт.

Глаза аликорна заметно округлились.

— Твои слова сладки, но не более. Вампиром нельзя верить, сколько раз тебе можно говорить? Они живут инстинктами хищников, они зло! — раздражённо говорила Луна.

— Мы с вами тоже живём этими инстинктами, и разве можем назваться злом? — перефразировала волшебница.

— Мы это немного другое... ты слишком наивна, дитя, — говорила Луна.

— Простите что вмешиваюсь, но скоро полнолуние и знаете, мы все дружно перейдём в каменный век и будем грызть друг друга... Не пора ли бы решить проблему с Аланис? — вступила Рэйнбоу.

Луна посмотрела на наступающую тьму за окном.

— Верно. Насколько я поняла из рассказа Дэш, Аланис послала тебя за неким лекарством? — спросила Луна.

— Ага. И я его принесла! Осталось дождаться Аланис, — говорила Твайлайт.

— И как она узнает о лекарстве? — спросила Луна.

Единорожка озадачилась.

— Может, вывесить его за дверью? — предложила Рэйнбоу.

— Ох, глупо это, — вздохнула Твайлайт.

— Ты же сама говорила, что Аланис узнает о лекарстве по запаху, верно? — спросила пегаска.

— Возможно, ты и права, — Твайлайт открыла окно. — Я лучше положу его сюда, — единорожка положила плод на подоконник.

— Принцесса, вы не могли бы спрятаться? А то Аланис может вас испугаться, — попросила Твайлайт.

Луна скрылась в самой дальней комнате. Время шло, до полнолуния осталось всего полчаса, а вампира всё не было.

— Может, она померла? — спросила Рэйнбоу.

— Учитывая, что мне наговорила в нижнем царстве, очень в этом сомневаюсь, — усмехнулась единорожка.

И тут в дверь громко постучали. Твайлайт, не подходя к ней, магически её открыла. Аланис собственной персоной всё с той же повязкой на боку.

— Какой дивный запах! — уверено вошла она в комнату. — Что это? Я чую Луну! Она здесь? — заметалась Аланис.

— Была здесь, проведала меня. Я сказала что всё хорошо и она ушла. Я не такая дура, что бы всё её рассказать, — врала Твайлайт.

— Верно, ты у нас умная вкусняшка, — посмеялась Аланис. — А вот и мой ужин, — Аланис подошла к плоду и резко впилась в него своими клыками. Всего за несколько секунд она выпила его до такой степени, что он даже высох.

Вампир сбросила с себя повязку и чудо, её бок зажил. От восторга она даже взвизгнула.

— Как приятно вновь ощущать в себе силу... куда большую, чем раньше! — посмеялась она.

— А как же обещание? — крикнула Твайлайт.

— Ах да, обещание. Я всегда соблюдаю условие сделки. И так, пони, кого из вас мне вернуть? Тебя или твою глупую подругу? Ой как весело же! — Аланис потопала копытом, надеясь увидеть страдальческое метание Твайлайт. — Только одну пони, — с предвкушением добавила она.

— Рэйнбоу, — сказала единорожка.

— Ты уверена? — спросила Аланис.

— Абсолютно, — кивнула единорожка.

— Постой, Твайли, может тебе лучше вернуться? Я уже переживу, а ты и так много всего перенесла, — вступила Рэйнбоу.

— Нет, — коротко ответила Твайлайт. — Аланис, я уже сделала выбор, чего ты ждёшь? — спросила она.

— Эх, я думал веселее будет. Ну ладно, я всё равно домой хочу. Прежде чем я верну ей облик, я сначала должна убедиться в том, что дверь ещё открыта, — вампир вошла в подсобку.

— Аланис! — предположив, что альфа решила её обмануть, Твайлайт побежала за ней и догнала у самой двери.

— И всё же, с тобой весело, наивная пони. Ты такая нервная. Давай свою подругу, — зевнула Аланис.

Рэйнбоу не подходила. Тогда, Аланис настигла её одним прыжком и тут же укусила в шею. Через несколько секунд она отошла обратно к двери, с удовольствием облизывая зубы.

Пегаска тут же упала на пол и начала стонать.

— Что ты с ней сделала? — прокричал Твайлайт.

— Обещанное. Ах да, я забыла сказать, что процесс этот очень неприятный, но к ей счастью, продлится около минуты. Да, похоже, уже завершился, — говорила Аланис.

Рэйнбоу встала на ноги. Она была сильно напугана.

— Получилось? — спросила пегаска.

Твайлайт осмотрела её зубы.

— Клыки исчезли и ты пахнешь... как пони! Получилось! — обрадовалась Твайлайт.

— Сделка завершена. Я не стану вас убивать. То веселье, которое я задумала, будет куда интереснее, чем разборки с вами. Прощайте, — посмеялась Аланис.

— Обрати и меня! — попросила Твайлайт.

— Ох, ты смогла войти в мой мир и вернуться живой... я думала что мои вегетарианские сородичи на тебе сорвутся, что кстати было планом "Б", но ты оказалась проворнее. Ты заслужила моё уважение, ты мне понравилась, вкусняшка. Хорошо, я верну тебе жизнь пони, — Аланис направилась к Твайлайт.

Раздался жуткий грохот и по стенам разошлись трещины. Книги попадали с полок, казалось, всё обвалится... в помещение вошла Селестия.

— И как же я сразу не догадалась! Рэйнбоу Дэш, я с тобой позже поговорю. Ты и есть Аланис? -грозно спросила аликорн, глядя на вампира.

— Я лучше пойду, — Аланис подбежала ко входу в тоннель, но Селестия завалила перед ней проход.

— Ты и есть источник всего зла... вы, вампиры, из-за вас Луна стала такой, Твайлайт стала мучиться! Никакого изгнания, я радикально решу проблему с тобой. Приговариваю к смерти, — шипела Селестия, сверкая глазами.

Твайлайт ещё никогда не видала принцессу в таком гневе. Селестия выпустила яркий луч света в вампира, но та успел отпрыгнуть в сторону. Лучом, Селестия освободила тоннель и Аланис со всех ног и поджав хвост ломанулась в него. Селестия хотела последовать за ней, но тут вмешалась Луна, телепортировалась перед сестрой.

— Нет! — крикнула Луна.

— С дороги! — приказала Селестия.

— Не суйся туда, они слишком опасны даже для нас. Ты тоже хочешь стать обращённой? — кричала Луна.

— Я сожгу их всех! — Селестия попыталась обойти Луну, но та поранила себе ногу, брызнула кровью на стену и выпустила луч в дверь и стена закрылась.

Селестия пыталась пробить стену с помощью магии, но та не поддавалась.

— Бесполезно. Я опечатала её так же, как остальные, отдала часть своих сил. Это магия часть меня и покуда я жива, ни одно существо не сможет снять печать. Нужно было сразу так сделать, — вздохнула Луна.

— Что значит часть силы? — спросила Твайлайт.

— Магия двери подпитывается моей энергией, что несколько меня ослабляет. Вынужденная мера от таких как ты, Аланис и моей сестры. Селестия, да хватит уже! — говорила Луна, видя, как сестра безуспешно борется с дверью.

Селестия прекратила и остановилась, при этом тяжело дышала.

— А теперь, вертихвостки, объясните мне что тут происходит, ибо я уже ничего не понимаю, — сердито произнесла принцесса солнца.

— Селестия, беги... — сейчас наступит полнолуние, — сглотнула Луна.

* * *

Твайлайт и Луна рассказали Селестии всю правду. Принцесса не стала отрекаться от ученицы и внимательно её выслушав, крепко обняла. Опыт с Луной научил Селестию правильно воспринимать подобную информацию. Сестру же она поблагодарила за то, что та присматривала за Твайлайт, что оберегла ученицу от череды страшных ошибок.

За то, что Твайлайт самовольно полезла в логово вампиров, единорожка получила неслабый выговор от обеих наставниц. Твайлайт поняла, что от тех кто тебя любит и заботится, не стоит скрывать такие тайны и их помощь действительно может предотвратить множество проблем, например, как обращение Рэйнбоу вампира. Пегаска, кстати, действительно исцелилась и вампирская сущность из неё ушла.

Флаттершай никак не приходила в себя. Луна сказала, что бедняжка настолько испугалась, что просто на уровне подсознания боялась проснуться. Тем не менее, Луна так же сказала, что такое только к лучшему и используя вампирскую магию, смогла стереть Флаттершай память о прошедших событиях. Флаттершай очнулась как ни в чём не бывало. Ей объяснили то, что она просто пришла в гости к Твайлайт и заснула в кровати, тем самым, проспав целый день.

Миф о яблочном вампире в образе Твайлайт был быстро развеян как только все узнали его первоисточник — Пинки Пай. Твайлайт же попросила кудряшку держать этот секрет и та дала ей Пинки-клятву. Хотя, иногда любила подшучивать над подругой, рассыпая перед ней семки... к счастью, не на публике. Узнав об этом от самой Твайлайт, Селестия издала указ о запрете выращивания карликовой тыкве по всей Эквестрии.

Спайк благополучно вернулся в дом и продолжал наивно верить в то, что Твайлайт продолжает питаться воздухом, да время у Рэрити он провёл просто замечательно, а на вопрос как именно — молчал и краснел.

Твайлайт хотела вернуться в мир вампиров, чтобы исцелиться самой и излечить Луну, но аликорны категорически ей запрещали и не позволяли открыть дверь. Они не верили в то, что вампиры могут измениться. Особенно, не верила Луна.

Кларк уехал из деревни в один из крупных городов. Он получил приглашение стать студентом в одном из престижных институтов медицины. Каспер продолжал делать тайные намёки единорожке, то цветы присылал, то любовные записки, но сам ей на глаза не попадался. На его ухаживания единорожка никак не отвечала, но в своём дневнике, который Аланис, в качестве подлянки послала Селестии, а аликорн не читая, вернула его Твайлайт, написала несколько новых строк:

"Быть вампиром очень сложно, но куда сложнее помнить то, что ты пони и всегда ею будешь не смотря ни на какое заражение. Я не должна отказываться от радости жизни, в конце концов, ведь не всё так плохо. Иногда, когда обжигаешься, нужно делать новые попытки, ведь кто знает как повернёт жизнь в следующий раз, а пока не попробуешь, то никогда не узнаешь. Я ведь тоже кобылка, я ведь тоже хочу испытывать чувства... Каспер забавный жеребец, милый. Кажется, он для меня стал больше, чем милым... Что же будет дальше? А я не желаю знать. Я просто... хочу... жить"

КОНЕЦ