# Неудачная встреча

Antagonist

Доктор Хувс и Дитзи отправляются на рядовую прогулку в прошлое, однако непредвиденные обстоятельства сильно меняют их планы.

В данном рассказе описывается не собственно правление Дискорда, а то, как некоторые пони понимали его значение и использовали в своих интересах.

## Неудачная встреча

Доктор Хувс и Дитзи вышли из ТАРДИС и огляделись вокруг. Хотя они находились сейчас в другом времени, но некоторые вещи, похоже, никогда не меняются и всегда остаются узнаваемыми.

— Похоже, мы находимся на окраине Вечнодикого леса, — сказала Дитзи.

— Совершенно верно, так и было задумано, при задании пространственно-временных координат я и указал то место, которое является сейчас границей нашего Вечнодикого леса.

— Так, может, мы, вообще, никуда не перемещались во времени? – продолжала Дитзи. – Я не вижу никаких признаков того, что лес в этом времени чем-то отличается от леса в нашем времени.

— Ничего удивительно, лес в течение столетий был для пони запретной территорией, существовавшей по своим законам без их вмешательства, не удивительно, что даже в этом времени он кажется нам столь знакомым, — отвечал ей Доктор Хувс.

— Но если лес в этом времени не имеет каких-то видимых отличий, то зачем мы, вообще, сюда прибыли?

— Это очень хороший вопрос, моя дорогая спутница, видишь ли ты, например, там, вдали, поселение? – спрашивал Доктор, указывая копытом в сторону поля, за которым находились какие-то дома.

— Вижу, и что дальше?

— Ты узнаёшь их?

— Нет.

— Тогда пойдём туда, и узнаем, что это за поселение, это и будет началом ответа на твой вопрос.

Пройдя через поле, Доктор и Дитзи подошли к поселению. Оно не было ничем огорожено, тропинки, протоптанные через поле, плавно переходили в дороги на окраинах. Дома, сделанные исключительно из дерева, несколько выделялись своим стилем, но, в целом, пейзаж не слишком уж контрастировал с внешним видом какой-нибудь маленькой деревни, затерянной на просторах современной Эквестрии.

Дитзи с Доктором чувствовали себя несколько напряжённо, идя по улице, и периодически встречая на себе подозрительные взгляды проходящих мимо пони.

— Веди себя естественно, не подавай виду, что ты из другого времени – тихо шептал Доктор своей напарнице.

— А что я делаю не так? – так же шёпотом, но с плохо скрываемым раздражением спрашивала его Дитзи. – Как мне ещё себя вести?

— Учись у меня, надо делать вот так, — ответил ей Доктор и подошёл к одному фиолетовому жеребцу с синей гривой, стоявшему на улице.

— Прости сэр, не подскажите ли Вы путникам, как называется это селение?

— О, нет, что Вы, я не сэр, за что такая честь, — растерянно, даже испуганно, отвечал жеребец, — а это селение называется Понихилл.

«Понихилл? Интересно, — подумал Доктор, — никогда о нём не слышал».

— Что ж, всё равно, спасибо за помощь. А могу ли я ещё спросить, нет ли где здесь какой-нибудь гостиницы для меня и моей спутницы?

— Здесь есть только трактир, расположенный через улицу налево отсюда…

— Ещё раз большое спасибо за помощь, — ответил Доктор.

— Но я бы не советовал вам туда сейчас идти, — тихим добавил жеребец уже унёсшимся вперёд пони.

Доктор и Дитзи вошли в трактир. Посетителей в нём было немного, и все они были жеребцами. Один из них, огромный, накаченным пегас, сидел за барной стойкой и допивал уже неизвестно какую по счету кружку пива.

Доктор Хувс спокойно сел рядом и попытался заговорить с трактирщиком:

— Извините, пожалуйста, мы здесь ммм… проездом с моей спутницей, и хотели бы узнать, не найдётся ли для нас мест, чтобы переночевать хотя бы одну ночь.

Оторвав взгляд от кружки, пегас посмотрел сперва на Доктора, затем на Дитзи и после нескольких секунд начал безумно смеяться:

— Ха-ха-ха, я такой спутнице сам с радостью предоставлю место на ночлег вместе со мной, но только ей одной, жеребцы мне как-то не очень нравятся, особенно, такие ханурики, как ты. Ну, что, детка, ты согласна? – издевательским тоном спрашивал пегас, вставая со своего места и подходя к Дитзи.

— Эй, сэр, попрошу Вас сбавить тон и не вмешиваться не в своё дело, — пытаясь изображать строгость, отвечал ему Доктор Хувс.

— Отвали, ты не знаешь, с кем связался, — рявкнул на него пегас и одним ударом отшвырнул доктора к стене.

Пегас продолжал медленными шагами приближаться к пятившейся назад пегаске, как тут Доктор с размаху ударил его бутылкой, разбив её о его голову. «А вот это ты зря», — ответил ему пегас, лишь слегка покрутив головой, после чего схватил Доктора и, прижав его к полу, занёс над ним своё огромное копыто. «Тебе, похоже, совсем жить надоело, ну, что ж, мы тебе это устроим, если ты так хочешь», — только успел это договорить пегас, как ощутил от Дитзи сокрушительный удар в затылок большой железной подковой, которая висела у потолка.

— Бежим, сказал Доктор.

Доктор Хувс и Дитзи несколько часов носились по улицам, словно запутывая за собой следы, пока, наконец, не увидели трех пони, которые, судя по обмундированию, были членами королевской стражи. Они подбежали к ним, и запыхаясь, Доктор стал говорить:

— Господа, помогите нам, сегодня в таверне на нас напал огромный пьяный пегас, покушавшийся на честь моей спутницы, нам едва удалось сбежать, вы поможете нам?

Стражники переглянулись между собой.

— Конечно, поможем, — ответил гвардеец, стоявший ближе всего к Доктору, и в следующую же секунду вырубил его метким ударом по голове.

Когда Доктор и Дитзи пришли в себя, они увидели, что находятся за решёткой в какой-то темнице. Стражник, охранявший их камеру, увидел, что они пришли в себя, и молча куда-то ушёл. Через несколько минут к ним зашёл тот самый пегас из таверны, одетый на этот раз в офицерское обмундривование.

— Так, так, попались мои голубчики, а я ведь предупреждал вас, что не надо со мной связываться, — ехидным голосом начал говорить пегас, — но раз уж так, то позвольте представиться: Стилхув, капитан гвардии, если вы не знаете. Вы даже не представляете, насколько вовремя мы подвернулись мне, я уже даже почти не сержусь на вас за то, что вы сделали, учитывая то, какую пользу вы можете принести мне. Ведь, понимаете, в чём дело, как вы знаете, с приходом к власти принцесс наши старые традиции, на которых веками строилось могучее общество пегасов, оказались преданы забвению, в замен их принцессы всюду стали распространять мерзость своими речами о том, что три все вида пони якобы равны, и поэтому должны жить в мире. Бла-бла-бла, какая чушь, не правда ли, однако все те, кто выступали против этого, объявлялись ими приверженцами Дискорда, и подвергались преследованиям, поэтому мы вынуждены были спрятаться, раствориться среди остальных до того момента, когда появиться возможность всё исправить. И теперь этот момент настал. Сегодня ночью я собственными копытами убью августейших особ, — говорил он, достав клинок, — этим лезвием я вырежу им сердца, а потом скажу, что нашёл его у вас, и будьте уверены, никто вас не защитит, потому что наши агенты уже проникли везде, включая самые верха, а пока, голубки, наслаждайтесь оставшимся временем, всё равно, его у вас не много, — договорил он и вышел из камеры, закрыв за собой дверь.

-Что?! – в полном недоумении спрашивала Дитзи, бессильно пытаясь осмыслить произошедшее. — Этот верзила был капитаном стражи, и он собирается убить Селестию и Луну и повесить это на нас?! Что нам желать?! Мы теперь умрём, нас казнят за убийство принцесс?!!

— Подожди, я пытаюсь сосредоточиться, — отвечал ей Доктор, наматывая круги по камере, периодически останавливаясь для того, чтобы массировать передними копытами виски, — мы сейчас находимся в прошлом и стали невольными участниками заговора, целью которого является покушение на убийство принцесс. И если план этих пегасов сработает, то нас в итоге, действительно, казнят, — Доктор остановился и серьёзно призадумался, — но ведь в нашем времени принцессы живы, значит, этот заговор не должен состояться.

— То есть у них ничего не получится, и нам ничего не грозит? — несколько неуверенно спросила серая пегаска.

— А вот здесь у меня есть сомнения…

— Почему?

— Дело в том, что, появившись здесь, мы стали часть плана этих злодеев, тем самым, внеся в него коррективы. Я никогда не читал в книгах о том, что на Селестию и Луну устраивалось какое-то покушение в начале периода их правления. Поэтому, я совершенно не представляю себе, что именно должно было произойти такого, что не дало свершиться убийству. Мы могли изменить ход истории, из-за чего то событие, которое сорвало покушение, может не произойти, и теперь принцессы умрут!

— То есть мы убили Селестию и Луну?!

— Да! То есть – нет! Пока ещё нет, но этот расклад весьма вероятен.

Дитзи затряслась и стала грызть копыто от страха.

— Что же нам делать?! – спрашивала пегаска.

— Учитывая известную нам совокупность начальных условий и сложившихся обстоятельств… я не знаю! Можно попробовать позвать на помощь.

Доктор и Дитзи переглянулись, после чего начали кричать во весь голос:

— Эй, кто-нибудь, помогите! Мы здесь! На помощь! Нас кто-нибудь слышит?!

Из соседних камер не раздавалось ни звука в ответ, зато в коридоре послышались чьи-то тяжелые шаги, которые быстро приближались к ним. Вскоре перед дверью из камеры появились два пегаса, которые смотрели на них весьма недружелюбно:

— А ну быстро заткнулись оба, если вы ещё раз хоть пикните, мы вам затолкаем по камню в глотку и зашьём рты сапожными нитками, вам всё ясно?

Дитзи и Доктор молчали.

— Ясно, я спрашиваю?!!

— Да, всё ясно, — тихо попытался ответить Доктор.

Наступил вечер, Солнце зашло, а принцесса ночи подняла взамен него своё светило, после чего отправилась навещать жителей Эквестрии в их снах, оставив свою сестру одну в замке. Внутри замка в большом пустом зале Стилхув одиноко сидел на корточках перед статуей Дискорда и говорил с ней: «Дискорд, владыка наш истинный, что сделали с тобой эти две твари?! Они заточили тебя в камень и выставили на обозрение, как трофей, как символ собственной победы. При твоём правлении в мире царила истина, и каждая раса пони занимала своё место. Теперь ей на смену пришла ложь и всеобщее смешение, поддерживаемые этими принцессочками. Меня каждый раз тянуло блевать, когда я присутствовал по долгу службы на свадьбе пегаса с единорогом или земным пони, а эти сучки благословляли брак и даже некоторых даже сами сводили вместе, чтобы стереть границы между нами. Нашим детям в школах рассказывают ложь о каких-то основателях Эквестрии, которых никогда не существовало, тупые байки про виндиго, которые они сами же и придумали. Но мы знаем, что лишь твое царствие было от начало всего, и оно будет вечным. Но что стало с теми, кто знал истину и не боялся говорить о ней? На них, по всей Эквестрии объявили охоту, как на мулов, каких-то недопони, которых нужно истребить ради всеобщего блага. И я был вынужден принимать участие в охоте на них, чтобы не выдать себя. Моё сердце обливалось кровью, когда я отдавал их в мерзкие копыта сестёр. Насколько же отвратительны эти аликорны, они извращение природы, несущее в себе черты всех трёх рас в смешении. Они даже не замужем, как они, интересно, ублажают свою плоть? Может, когда они закрываются наедине в спальне, то ублажают друг друга своими языками и копытами?- стражник злобно улыбался, — но ничего, скоро всё изменится, мы отомстим за тебя, повелитель, я обещаю, и правда снова будет царствовать по всей Эквестрии». Он снова достал из ножен клинок и, посмотрев на него, сказал: «Знаешь, Селестия, этот ятаган передавался в моей семье из поколения в поколение, он достался мне от моего отца, а затем ты заставила меня убить его им же, чтобы доказать мою верность тебе. А теперь настало время мести, и на этот раз я убью им тебя».

Два стражника продолжали стоять на своём посту около камеры, где сидели Доктор и Дитзи. Пленники пребывали в полном замешательстве, не зная, что им делать, каждый необдуманный шаг сейчас мог привести к ещё более худшим последствиям, между тем время неумолимо бежало вперёд, с каждой секундой приближая неизбежное, а ТАРДИС сейчас был слишком далеко для того, чтобы им можно было воспользоваться. В конце коридора снова послышались чьи-то шаги, «Это, должно быть, Стилхув вернулся», — без колебаний решили стражники, но они сильно ошиблись. К ним подошёл другой стражник, который был единорогом светло-жёлтого цвета со светло-кофейной гривой.

— Стимглиммер, а ты что здесь делаешь, — спросили его стражники-пегасы, пытаясь скрыть крайнее волнение и удивление.

— Как это что? У меня же сегодня ночная смена здесь, вы что, забыли?

Пегасы переглянулись.

— Ох, да и вправду, совсем забыли! Хотя ты пришёл раньше времени. Твой напарник ещё не заходил. Ну, ты давай, вставай пока на моё место, — сказал один из них, — а я пойду переговорю с капитаном, что нам делать, но учти, но в этой камере сидят очень опасные преступники, которых мы поймали сегодня, слуги Дискорда, совершившие столько гнусностей, что о некоторых даже страшно говорить, будь с ними крайне осторожен. Единорог со скепсисом взглянул на серую девушку-пегаса и приличного вида земного пони, но кивнул в знак согласия:

— Хорошо, я буду предельно осторожен.

Пегас покинул свой пост и пошёл наружу, а единорог занял его место.

Дитзи и Доктор забились в дальний угол и стали осторожно перешёптываться:

— Смотри, Дитзи, он единорог, он может ничего не знать об их заговоре.

— Значит, нам нужно сказать ему?

— Можно попробовать, но тогда нас могут убить на месте, хотя… мы ведь нужны им для того, чтобы повесить на нас убийство, хотя…

Пока Доктор сидел в углу и думал, его подруга подкралась к двери и, просунув копыто через решётку, дотронулась до спины стражника-единорога, который от неожиданности отскочил немного в сторону и обернулся назад.

— Не верь им, мы не виновны, они хотят убить принцесс… — стала быстро говорить пегаска, которая странным образом пыталась шептать и кричать одновременно.

Стражник-пегас тут же повернулся на неё и с гримасой злобы, исказившей его лицо, стал орать на неё: «Заткнись, мерзкая еретичка, мы предупреждали вас, что с вами сделаем, если вы посмеете издать без разрешения хоть один звук своими погаными ртами!». Пегаска прижалась к полу и попятилась назад, Стимглиммер с недоумением смотрел то на неё, то на своего соратника-пегаса, не зная, как ему реагировать на подобную ситуацию.

— Не обращая внимания, друг мой, — сказал пегас, обняв Стимглиммера за плечо, — они совсем лишились разума от долгого служения Дискорду, надеюсь, их приговорят к казни, потому что смерть, наверное, единственная вещь, которая может избавить их от безумия. Ты представляешь, когда мы схватили их, то эта шлюха, предлагала своё тело нашему капитану в качестве выкупа!

Дитзи была в изумлении от такой наглости и хотела снова что-то сказать, но подбежавший вовремя Доктор, закрыл ей рот и оттащил её назад.

Стимглиммер несколько секунд молчал, стоя как вкопанный, после чего, усмехнувшись, ответил:

— Да, я всё понимаю, будто бы я не знаю, что отряд Стилхува один из наиболее опытных и прославленных в борьбе с ересью во всей Эквестрии, как можно подумать, что я поверю в такую чушь?! – усмехнулся единорог. – Тут, и вправду, наверное, нужно было совсем умом тронуться! – добавил он, после чего на мгновение повернулся и косо взглянул на заключённых.

— Эта единорожья сволочь может сорвать весь наш план, что с ним делать? – спрашивал во дворе стражник пегас у своего командира.

— Ммм, — замялся Стилхув, — придётся его тоже убрать. Значит так, слушай внимательно, план такой: мы завязываем рты эти двум чудикам и сковываем их цепью, чтоб не разбежались, потом идём к покоям Селестии под предлогом того, что срочно хотим представить ей двух опаснейших преступников, дело которых не терпит отлагательств. Затем я один зайду к ней в комнату и зарежу эту суку, а вы тем временем убьёте нашего милого «дружка-единорога». После чего заводим нашу парочку в покои Селестии и ждём, когда остальные обитатели замка прибегут посмотреть на чудовищное преступление, совершённое ими, и мы передаём их в копыта «правосудия».

— А как быть с её сестрой?

— Это хороший вопрос. Я наблюдал за ней достаточно долгое время, чтобы установить, что она улетает и возвращается всегда в одно и то же время. Поэтому мы устроим ей засаду, и когда она вернётся, то сначала прикончим её, а потом спрячем её тело, чтобы затем представить дело так, будто её убили ещё раньше Селестии, а мы только сейчас нашли труп.

— Ты уверен, что у нас получится, нас ведь услышат.

— Ты не доверяешь своему господину?! – с горделивой насмешкой спрашивал Стилхув. – Я всё предусмотрел, у меня есть снотворное зелье, которое вырубит любого, Луне достаточно будет всего один раз вдохнуть его пары, как она уснёт… и больше не проснётся. Ты всё понял?

— Да, мой господин, — учтиво ответил стражник.

Два пегаса вернулись в темницу.

— Я только что разговаривал с принцессой, и она сказала, что хочет немедленно допросить еретиков в своих покоях. Поэтому наденьте на них оковы, завяжите им рты, и отведите к покоям принцессы.

Двое пегасов без разговоров принялись выполнять приказ, они открыли дверь, сковали Доктора и Дитзи цепью и плотно завязали им рты верёвками, которые дал им капитан.

— А зачем завязывать рты? – насторожено спросил единорог.

— Ну, как же, чтобы они не выкрикивали на ходу всякую ересь, пока будут идти по замку, тревожа тех, кто находится сейчас в нём. Преступник всегда должен помнить, где место и иметь право говорить только тогда, когда ему позволят.

Единорог не подал вида, хотя внутри скептически отнёсся к данной формулировке, которая, по сути, и не содержала ничего из ряда вон выходящего, но пока что он и не слышал от них ничего, кроме какой-то бессмыслицы про намерение стражников убить принцесс.

— Пошли, нужно немедленно доставить их принцессе Селестии, — приказал капитан.

— Не стоит ли дождаться, когда придёт Интент Вотчер, — спросил его единорог, — иначе он просто не будет знать, что делать, если он придёт, а здесь никого не будет.

— У нас нет на это времени, принцесса желает видеть у себя преступников прямо сейчас. Не надо беспокоиться, мы отведём их к принцессе, выслушаем её решение и вернём их обратно. Пошли быстрее.

Стимглеммер хотел, было, что-то сказать по поводу такой странной спешки, но, увидев, как пегасы уже повели вперёд Доктора с Дитзи, счёл за благо промолчать и просто следовать за ними.

Выйдя из коридора и поднявшись оттуда вверх по лестнице, путешественники во времени поняли, что они находятся в старом замке сестёр в Вечнодиком лесу. Стражники вели их наверх замысловатыми путями из длинных коридоров и лестниц, буквально возникавших в самых неожиданных местах. Замок освещался факелами, висевшими стройными рядам вдоль стен, на которых висели картины, ковры и прочие элементы декора. Когда Доктор и Дитзи замедляли шаг, чтобы осмотреться вокруг, то стражники тут же резко подталкивали их вперёд, как какую-то скотину.

В какой-то момент капитан, шедший впереди всех, остановился и, повернувшись к остальным, сказал:

— Так, я сейчас войду в покои Селестии, чтобы предупредить её о нашем прибытии, вы все оставайтесь здесь до моего возвращения.

— Есть, капитан, — хором ответили стражники.

Стиллхув прошёл вперёд до конца коридора и завернул за угол. Глаза Дитзи начали бешено бегать, будто она только сейчас вспомнила, что замыслил этот грязный пегас. Она вопросительно посмотрела на Доктора, ожидая какой-то команды, но доктор лишь слегка покачал головой из стороны в сторону. Каждый шаг сейчас мог стать для них роковым, так же как и его отсутствие. Они попробуют что-то сделать, и их могут схватить и даже убить на месте, они не будут ничего делать, и Стилхув может убить Селестию, а времени с каждой секундой остаётся всё меньше, и решение нужно принимать немедленно.

Капитан подошёл к большой двери и осторожно приоткрыл её, однако, стоявшие в коридоре пони расслышали звук открывающейся двери. За дверью находилась просторная тёмная комната, в которую через приоткрытую дверь проникал слабый свет. У противоположной стены стояла постель, в которой спала принцесса Селестия. Убедившись, что она не проснулась, Стилхув вынул ятаган и стал бесшумно подкрадываться к Селестии, держа второе копыто на пробирке со снотворный зельем. В коридоре два пегаса стояли рядом с Доктором и Дитзи, пристально наблюдая за ними. Стимглиммер стоял немного впереди от них. Стражник, стоявший рядом с Доктором, вышел на несколько шагов вперёд, обернулся назад, приложил копыто ко рту и достал нож. Другой кивнул ему в ответ, затем тоже достал нож и приложил его к горлу пегаски. Первый подошёл к единорогу сзади и уже занёс нож, чтобы перерезать ему горло. Доктор в исступлении взглянул Дитзи в глаза и кивнул, после чего резко подпрыгнул и в прыжке попытался вырвать у стражника нож, повалив его на землю. Услышав этот звук, Стимглиммер мгновенно телепортировался, словно заранее знал, что делать, и оказался перед пегасом лицом к нему. Пегас от неожиданности замер на всего секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы единорог с помощью телекинеза выхватил у него нож и вонзил ему в грудь, отчего тот закричал от боли. Стилхув уже вплотную подошёл к постели Селестии, как внезапный крик машинально заставил его обернуться. «Что здесь происходит», — сонным голосом спросила резко проснувшаяся принцесса. Стилхув мгновенно повернулся назад, и волна ужаса прокатилась по его телу. Он быстро замахнулся, чтобы пырнуть Селестию клинком, но она с помощью телекинеза успела инстинктивно отбросить тёмную фигуру с оружием к стене, после чего волной магии зажгла все факелы в комнате. В коридоре стражник, дравшийся на полу с Доктором, врезал ему задник копытом по челюсти, после чего вскочил на ноги, схватил Дитзи и, снова приставив нож ей к горлу, стал кричать: «Не подходи, я убью её». Стимглиммер холодным взглядом смотрел в его глаза, а затем выбил у него телекинезом из копыт нож. Пегас секунду с изумлением смотрел на нож, вылетевший у него из копыт, после резко чего развернулся и попытался сбежать. Это было последнее, что ему оставалось делать, но и здесь его ждала неудача – как только он попытался взлететь, Стимглиммер подхватил его телекинезом, крутанул в воздухе и ударил головой об пол. Доктор Хувс с Дитзи стояли как вкопанные посреди коридора, пытаясь придти в себя. Единорог подошёл к ним, снял с их ртов верёвки и с помощью магии открыл кандалы.

— Ты знал? Ты поверил мне? – тихо спросила его Дитзи.

— Я догадывался… — лаконично ответил единорог.

— Принцесса Селестия! – вскрикнула опомнившаяся пегаска. – Скорее, беги туда!

— Да! – ответил Стимглиммер и унёсся в покои Селестии.

Доктор Хувс и Дёрпи слышали доносившиеся оттуда голоса, включая и голос Селестии.

— Пойдём отсюда, мы больше не нужны, дальше они сами разберутся.

— Но…

— Никаких но, Дитзи, мы и так слишком сильно вмешались в прошлое на этот раз, чем скорее мы уйдём отсюда, тем будет лучше.

Пегаска последний раз взглянула в ту сторону, где происходила перепалка между Селестией, Стилхувом и Стимглиммером, и затем безропотно последовала вслед за Доктором.

Стилхув, как? Как ты мог, я не верю? – дрожащим голосом спрашивала Селестия. – Столько лет я знала тебя, я всегда доверяла тебе любые задания, потому что знала, что на тебя нужно положиться.

— Молчи, сука! – сквозь зубы отвечал, поднимавшийся с пола пегас. — Ты заставила меня убить собственного отца моими собственными копытами и теперь ещё у тебя хватает наглости спрашивать: «Как?!»

— Он был военным преступником, как и остальные его сообщники, пытавшие и убившие многих пони, выступавших против власти Дискорда, по Старым Законам я была обязана…

— Заткнись, тварь! Откуда тебе знать, что они для нас значили?! – выкрикнул пегас, попытавшись снова броситься в атаку, но Селестия магией создала вокруг него стальную клетку.

— Ваше высочество, Вы в порядке?! – спросил влетевший в дверь Стимглиммер.

— Да, я в порядке… а вот будет ли теперь в порядке он – я не уверена.

На следующий день Селестия стояла вместе с Луной перед трибуной пони, произнося перед ними свою речь: — Вчера ночью эти двое пони, которых я долгое время считала своими верными слугами, — говорила Селестия, указывая копытом на закованных в цепи Стилхува и его помощника, — вероломно организовали покушение на мою жизнь, вместе с третьим сообщником, который был убит в результате сражения моим истинно-верным служителем Стимглиммером. Его храбрость и отвага спасли мне жизнь, за это я назначаю его верховным капитаном своей гвардии над всеми подразделениями.

— Это наивысшая честь для меня — служить Вам, моя принцесса, — ответил Стимглиммер, преклонив копыта.

— Что же касается, этих двух, то сегодня я своим указом дарую им жизнь в обход Старому Закону, в замен я приговариваю их к вечному заключению и работе в шахтах нашего будущего города Кантерлота, чтобы они оставались для нас всех живым уроком и напоминаем о том, до какой низости можно дойти в своём стремлении служить хаосу и дисгармонии.

Доктор Хувс и Дитзи вернулись домой, где сидели и пили чай.

— Да уж, вот это выдалось приключение, никогда такого не забуду, — говорил доктор, — я теперь даже не знаю, когда я снова решусь отправиться в прошлое после такого.

— Я тоже, — вторила ему Дитзи.

— Я только не могу одного понять, что было бы, если бы нас не оказалось там в то время и в том месте? Кого бы эти оборотни в доспехах попытались использовать вместо нас для своих злодейских планов?

В трактире сидели два земных пони, уже весьма не молодого вида, и пили сидр. Один из них, бурого цвета жеребец с редкой гривой и бородой с проседью, говорил другому:

— Ты, представляешь, это урод Стилхув, вчера обещал явиться ко мне домой, чтобы разобраться со мной за долг, который я проиграл ему в карты, хотя после игры я увидел, что карты были краплёные и ткнул ему их в нос, за что он мне чуть шею не сломал. В итоге вчера он ко мне так почему-то и не дошёл, а сегодня ночью его с его дружками схватили за попытку, ты только вдумайся, убить Селестию! Я всегда знал, что он конченая тварь, но не думал, что даже он на такое способен!

— Да уж, дела… но, главное, ведь, что всё обошлось, не так ли? Ещё по одной?

— Да, конечно, сегодня я плачу.