# Самый страшный враг

Goklas

Что будет, если огромный звездный крейсер прилетит в Эквестрию, намереваясь поработить её?

Именно так я воспринимаю Селестию и Луну.

Табун

## Самый страшный враг

В тёмной тесной комнате со стенами светло-серого цвета к небольшому выступу в полу был прикован мужчина.

Звали его Эндрю, хотя на этом космическом корабле к нему обыкновенно обращались как к капитану Уилсону. Ему было уже сто двадцать пять лет, но выглядел он, как и любой другой мужчина его возраста, родившийся в двадцать третьем веке, лет на тридцать.

Несмотря на огромный опыт сражений, Уилсону удалось сохранить своё тело целым — за исключением кисти и предплечья правой руки. Их ему срезало лазером почти пятьдесят лет назад, во время нападения фанатиков единого бога. Но о приобретенном взамен потерянной конечности протезе он ни разу не пожалел- в конце-концов, аугметика была просто совершеннее своего органического аналога, пусть она и нуждалась в регулярном обслуживании.

Уилсон, как и полагается всякому уважающему себя командиру боевого космического корабля, носил аккуратную черную бороду. Мундир у него был самый что ни на есть обычный, похожий на те, что носили офицеры Кригсмарине — простой костюм из сверхпрочного материала с системой защитных полей на случай разгерметизации. Такой полагался любому члену его экипажа из двадцати человек — отличались костюмы лишь цветом и некоторыми деталями.

В комнате зажегся свет. Из появившегося в стене динамика раздался трещащий звук вызова. Постель провернулась, расположив мгновенно проснувшегося капитана напротив отобразившегося на стене изображения его помощника — молодого тридцатилетнего парня, обладавшего незаурядными способностями — именно благодаря им он так быстро взлетел наверх.

— Капитан, прибываем через два часа.

— Принято, Рожко.

Крепления исчезли в стенных пазах, и Уилсон спустился на пол. Его кровать бесшумно спряталась в полу, и комната стала абсолютно пуста — выделялся лишь потолок, мерно излучавший приглушенный свет. Потолок, впрочем, таковым был лишь условно — каждый член экипажа мог настроить свой костюм так, чтобы тот притягивался к любой из выбранных стен — хотя обычно все использовали одну и ту же конфигурацию.

Вскоре капитан прибыл в рубку. Подошедший к нему помощник привычно отсалютовал и сразу же перешел к делу:

— Командир, по последней информации наш корабль на подходе к истинной точке выхода этого… ублюдка.

“Ублюдка, — подумал Уилсон, слушая Максима, — Иначе и не скажешь.”

Франсуа Петтель, которого сейчас независимо преследовали восемнадцать крейсеров, подобных “Храброму”, которым командовал Уилсон, действительно был омерзительным человеком. Около пятнадцати лет тому назад он заявил о себе, устроив теракт на крейсере “Непобедимый” — гордости двадцать третьего флота седьмого сектора Млечного пути. В результате вся команда погибла, а корабль перешел в руки мерзавца — после чего тот смог скрыться на десять лет.

На его след напали, когда очередной корабль с послами человечества, посланный к планете Зевдроба вместо процветающей, пусть и неразвитой цивилизации, обнаружил, что та была почти полностью уничтожена — а на орбите планеты висел “Непобедимый”, методично расстреливающий оставшиеся поселения из всех орудий.

Тогда же выяснилась цель безумца — найти для себя целую планету рабов. Несмотря на отчаянные попытки флота объединенного человечества поймать преступника, уничтожающего молодые цивилизации, тот вечно умудрялся уходить — оставляя после себя сплошные разрушения. Но отставание постепенно уменьшалось — и вот теперь “Храбрый” уже дышал своему близнецу в спину, готовясь вступить с ним в бой.

Уилсон понимал, что ни один из семнадцати кораблей, шедших вместе с ними по следу, к битве не успеет — в этом аномальном секторе галактики перелеты были запрещены вовсе, но командование флота не желало упустить Франсуа еще раз — и все были согласны отправиться за ним хоть на край вселенной — лишь бы достать его наконец. Но битвы командир не боялся. Даже если Петтель, управляя кораблем в одиночку каким-то чудом сможет победить и уничтожить “Храбрый” — он уже никуда не улетит из системы, в которую отправился — и его можно будет добить. Капитан боялся, что тех нескольких часов, что были в запасе у Петтеля, хватит, чтобы тот стер с лица вселенной еще одну цивилизацию — и это угнетало его.

* * *

Франсуа стоял посреди рубки своего корабля, и сквозь обзорные бронепластины разглядывал планету, раскинувшуюся под ним. Поглядывая на дисплей, отображающий результаты сканирования, он медленно поворачивал кулак — и огромный крейсер вертелся вокруг своей оси, подчиняясь командам. Как только он занял нужное положение, Петтель разжал кулак — и на корпусе корабля забегало множество точек — это переезжали закрепленные на рельсах пушки. Вскоре они образовали пирамидку, и Франсуа довольно погладил свою лысую голову — корабль был готов обстреливать планетку из всех орудий.

Отойдя прочь от обзорной панели, он с трудом втиснулся в кресло капитана — Петтель был человеком толстым, лицо его было покрыто множеством морщин — и от того он казался добрым стариком. Хотя Франсуа действительно был стариком — с того момента, когда он в последний раз проходил полный комплекс омолаживающих процедур, прошло около двадцати пяти лет — с тех пор он лишь поддерживал свои внутренние органы в хорошем состоянии, совершенно не заботясь о внешности.

Изучая результаты сканирования, Петтель задумался — на планете обитало множество разумных существ, в основном обособленно обитающих на различных территориях. Ничего подобного он раньше не видел — впрочем, такого не видел ни один человек из живущих.

“Отлично, — подумал Франсуа, — Возьму в заложники не одну, а десяток цивилизаций. И ничего они мне не сделают.”

Порадовавшись собственному коварству, он нажал кнопку на пульте управления, отправляя на планету робота-разведчика, и стал ждать. Вскоре тот плюхнулся в лесу около какой-то деревушки, и, приняв облик самого распространенного в том поселении существа, отправился к нему.

* * *

— Ты кто? — неуверенно спросила Свити Белль у стоящего перед ней пони.

Выглядел он странно — красные глаза, серая шерсть, зелёная грива и коричневый хвост, но самое странное — крылья и рог. Перед единорожкой стоял аликорн, ростом чуть ниже Твайлайт — и рассматривал её.

Свити Белль молчание не устраивало, и она, разнервничавшись, уже приготовилась в последний раз задать свой вопрос, после чего убежать — как вдруг неказистый аликорн достал откуда-то пачку бумаги с картинками.

— Это… Кантерлот? — с сомнением сказала Свити.

Аликорн кивнул, и показал следующую картинку.

Она отвечала ему следующие минут десять — наконец, пачка бумаги закончилась, а незнакомец, неожиданно мягким, почти детским голосом спросил:

— А Кантерлот — это наша столица, да?

— Ну… да, — сомневаясь, ответила Свити, — Там важные шишки и принцессы. А еще стража.

Аликорн, ничего не ответив, отпрыгнул на шаг назад, и внезапно взмыл в небо, быстро исчезнув в высоте. Единорожка проводила его взглядом, после чего рванула обратно в Понивилль — рассказать обо всем сестре.

* * *

Индиспенсибл, стоящий в карауле, прищурился, пытаясь разглядеть огненную точку, быстро приближавшуюся к Кантерлоту. Он уже собирался объявить тревогу, как точка метнулась прямо к нему, достигнув его поста за доли секунды — единорог и глазом не успел моргнуть, как из пятиметрового цилиндра, приземлившегося на стену прямо перед ним, вылезло огромное, не меньше трех метров в высоту, существо.

— Отведи меня к принцессам, — скрипучим голосом приказало оно, и Индиспенсибл подчинился — так он и должен был поступить. Когда его брали на службу, принцесса Селестия сказала, что любого опасного злодея необходимо задержать, и постараться заманить к ней. В силе владычицы дня он не сомневался — потому вел странное существо в тронный зал со спокойной душой — что оно могло сделать бессмертным сестрам?

— Принцесса! — Отсалютовав, сказал он, войдя в зал первым, — Это… Наш гость требует аудиенции с вами!

Селестия, взглянув на вошедшее в зал чудовище, скованное из неизвестных ей металлов, вздохнула, незаметно для всех вызвала сестру, и сказала:

— Требование удовлетворяется. Стража — покиньте зал.

Гвардейцы удалились, захлопнув за собою двери. Существо подошло ближе, и, как показалось Селестии, уставилось на неё — хотя этого она знать не могла, потому что головы у чудовища не было. Скрипнула скрытая за троном двери, и к Селестии присоединилась Луна, усевшись рядом с троном по правое копыто от сестры.

— Приветствую тебя, чужеземец, — молвила принцесса Солнца, — Что ты хотел узнать от нас?

Существо помолчало две секунды, после чего презрительным тоном спросило, указав лапой на Луну:

— А это еще кто?

— Моя сестра, — нахмурившись, ответила Селестия, — Принцесса Луна. Ты не знал, к кому идешь? Тебе нужна помощь?

— Я не хочу говорить с ней. Я буду говорить с одной, — подозрительно властным тоном сказало существо, заставив Селестию нахмуриться еще сильнее.

— Мы правим вместе, — терпеливо сказала она, — Ты будешь говорить с нами.

Франсуа усмехнулся в своем боевом костюме, и посмотрел на синюю лошадку. Та явно недоумевала, почему чужеземец ведет себя так нахально. Но думать ей оставалось недолго — равно как и существовать. Отметив её как цель для бортового вооружения крейсера, Петтель моргнул, отдавая сигнал об атаке.

Сверхмощный лазерный луч прорезал небеса, раздался громкий хлопок — на месте Луны образовалась ровная дыра в полу.

— Луна! — крикнула Селестия, — Луна!

— Я буду говорить именно с тобой, принцесса, — насмешливо сказал Петтель, наблюдая за тем, как заметалась лошадка, потерявшая сестру, — Я могу поступить с любым из вас так же, как я поступил с вашей сестрой, — Селестия застыла, и медленно перевела взгляд на него, — И ты мне не указ. Теперь этот мир принадлежит мне. Я понятно выразился?

Не успел Петтель подумать, что демонстрация силы в этот раз удалась куда лучше, чем обычно — как зал осветила вспышка. Лениво обернувшись, он оторопел — перед ним стояла синяя лошадка. Её шерстка поблескивала, а грива бессильно обвисла — на ней быстро застывал расплавленный металл.

— Какого?.. — не сдержал эмоций Петтель.

— Луна! — облегченно выдохнула Селестия, — Что это было?

— Что-то очень горячее, — ответила Луна, отряхиваясь, — Жарче Солнца. Оно пришло оттуда, — принцесса указала туда, где сейчас висел “Непобедимый”, — И эта штука сделана из того же, из чего сделан этот доспех, — она постучала копытцем по костюму Петтеля, все еще пребывавшего в ступоре, — Тия?

— Как ты смел? — донеслось до Франсуа. Обернувшись, он увидел, что лошадка явно вышла из себя — глаза её горели ярким белым светом, грива пылала, а мордочка была искажена в гримасе ярости, — Ты угрожал нашей сестре! — его подняла в воздух неведомая сила, — Угрожал нам! Нашим подданным!

Просторный зал мгновенно сменился космосом — неведомым Петтелю образом лошадка переместилась вместе с ним на орбиту. Бортовой компьютер костюма сообщил ему, что расстояние до корабля резко уменьшилось до пятнадцати километров — “Непобедимый” завис перед ними, величественный крейсер класса “Марс” — почти километр в длину. Защищенный невероятно мощными полями, оснащенный вооружением, позволявшим за час-другой выжечь планету дотла, будто бы от массированного удара ядерным оружием — сейчас он уже не казался Франсуа такой уж надежной защитой. Рядом с ним промелькнула еще одна вспышка — прибыла синяя лошадка.

Из рога Селестии к “Непобедимому” протянулся ярчайший конусовидный луч — достигнув корабля, он мгновенно пробил его защиту, и принцесса, водя головой, стала полосовать крейсер, разрезая его на куски.

Петтель, не отрываясь, смотрел за тем, как гибнет его гордость — мгновенно, неотвратимо. На дисплее костюма мигали сообщения о полученных повреждениях — судя по всему, на крейсер обрушилась сила, сравнимая с мощью суммарного залпа всего первого Земного флота.

Корабль, разваливаясь на части, стал медленно падать к планете, и Франсуа вспомнил об реакторе — компьютер, управлявший кораблем, не успел остановить его — и теперь сердце корабля пошло вразнос, обещая уничтожить все вокруг.

Внезапно для него, корабль стал отползать от планеты, окутанный каким-то синеватым сиянием. На месте планеты оказалась темнота, и Петтель, переведя взгляд, в очередной раз оторопел — перед Селестией, уже принявшей свой обычный вид, висело сжатое в тысячи раз энергетическое ядро реактора — миниатюрная черная дыра. В корабле она была метров сто в диаметре, но здесь уменьшилась до размеров баскетбольного мяча. Она должна была мгновенно втянуть в себя и Петтеля, и принцесс, и даже свести с орбиты эту планету — но ничего не происходило.

Луна подплыла к своей сестре, и что-то ей сказала — Франсуа видел, как шевелится её рот.

“В этом нет смысла! — взмолился он сам себе, — Нельзя говорить в космосе! Лошади не сбивают крейсера!”

Но принцессы, не обращая внимания на терзающегося преступника, озадаченно разглядывали черную дыру. Наконец, Луна догадалась потрогать её копытом — и та исчезла.

Петтель, уже не в силах испытывать эмоции, стал что-то бормотать — но тут на вдалеке от них вспыхнул яркий огонек, обративший на себя внимание принцесс.

— Еще один, — прищурилась Селестия.

— На этом есть живые, — сказала Луна, — Посмотрим?

— Хорошо, — согласилась принцесса Солнца, — Но если они окажутся такими же — я их уничтожу.

* * *

— До выхода три… две… одна…

Уилсон почувствовал легкий толчок — обычный толчок выхода в реальность. Как только стало ясно, что этот аномальный сектор пощадил их на этот раз, и корабль не оказался в сердце звезды, весь экипаж немедленно приступил к своим обычным обязанностям.

— Реактор, мощность тридцать…

— Вывести на полную, — приказал капитан, — щиты на полную. Приготовить орудия. Сектор?

— Чист.

— Поднять рубку в походное положение.

Рубка медленно выехала из корпуса корабля — и капитан увидел планету со спутником перед собой от себя — но “Непобедимого” действительно нигде не было.

— Запустить разведчиков, — приказал Уилсон.

“Неужто уже успел уйти? — мрачно подумал он, — Когда?”

Он еще раз посмотрел на планету. Она была чиста и спокойна — напоминала старые фотографии Земли, сделанные еще веке в двадцатом. Внезапно прямо перед рубкой появилась странное существо, напоминавшее лошадь — с крыльями, рогом, и совершенно неправильным строением тела.

— Это еще что за хрень? — удивленно спросил Рожко.

— Не знаю, — ошарашенно ответил Ли, старший корабельный техник, — Я её наблюдаю только в видимом диапазоне!

— Может, робот? — предположил Рожко, глядя прямо в огромные глаза лошади, рассматривающей его.

Неожиданно для всех она потянулась к бронепанели. Рожко замахал руками, пытаясь остановить её:

— Не трогай дефлектор! Убьет!

Несмотря на то, что лошадку он все еще воспринимал как врага, ему все равно не хотелось чтобы она касалась защитного поля, окружавшего корабль — один раз Максим видел, что бывает с людьми, прикоснувшимися к такому мощному полю — и ему хватило на всю оставшуюся жизнь.

Лошадка, не обратив внимания на машушего руками человека, прикоснулась к невидимой завесе — по её телу пробежали разряды, грива вздыбилась — а на корабле включилась сирена тревоги.

— Щиты в ноль! — завопил Ли, взглянув на монитор, — Защиты нет!

— Что произошло? — сохраняя хладнокровие, спокойно спросил Уилсон, выключив сирену, — Неисправность?

— Лошадь, — опустошенно сказал Ли, — она пробила поле.

Экипаж затих. Рожко отшатнулся от бронепластины, а капитан почувствовал холодок, пробежавший по всему телу. Такой чертовщины он еще не видывал. Тем временем лошадка приблизилась к обзорной панели вплотную.

— Включить личные поля, — приказал капитан, — приготовиться к разгерметизации.

Раздался стук — лошадь аккуратно постучала копытом по бронепластине, и выжидающе посмотрела на капитана. Рожко потянулся к именному оружию.

— Отставить, — сказал Уилсон, — приготовить шлюз.

— Что? — спросил Рожко.

— Она хочет внутрь, — спокойно ответил капитан, — Мы её впустим.

Обзорная панель разъехалась, и образовала куб. Лошадь с сомнением посмотрела на него, после чего вплыла внутрь. Шлюз выровнял давление, и существо вплыло в рубку — костюма на нем не было, и в отличии от твердо стоявших на поверхности людей, оно летало в пространстве.

— Эл ном, вас ла? — Спросило оно неожиданно приятным голосом, похожий на человеческий, — Ила Селестия. Та лонмол хул?

— Я не понимаю тебя, — сказал капитан, выступив вперед.

Лошадь вздохнула. Рог её засиял, и рядом с ней появилась еще одна такая же, поменьше — и синего цвета. А вместе с нею — Петтель в тяжелом боевом костюме.

Рожко выхватил лазпис, и направил его прямо в грудь Франсуа.

Селестия удивленно посмотрела на него, на другое непонятное существо, метнувшееся к стене и выхватившее оттуда странную продолговатую штуку, и на нахмурившегося капитана — она сразу поняла, что он здесь главный.

— Кажется, они его не слишком-то жалуют, — заметила Луна.

— Это хорошо, — ответила Селестия, — Ты! — обратилась она к Петтелю, — ты понимаешь нас. Переводи.

Франсуа послушно включил внешний переводчик на костюме, и Селестия начала вновь.

— Я — принцесса Селестия. Кто вы?

— Капитан Эндрю Уилсон, — ответил командир, — Прибыл в эту систему за Франсуа Петтелем, — он указал жестом на преступника, — За ним. Он обвиняется в терроризме, захвате военного судна, сопротивлении задержанию и геноциде.

— Значит, он преступник, — уточнила Селестия, — и вы пришли задержать его?

— Именно так, — ответил капитан, — Нам нужен он, и все его оборудование — включая крейсер “Непобедимый”, который он использовал.

— Крейсер, — задумчиво сказала Луна, — Он похож на это судно?

— Они однотипны, — подтвердил Уилсон.

— Крейсер уничтожен, — сказала Луна, — он угрожал нашим поданным.

Рожко спрятал оружие, и отступил на полшага назад. Он прекрасно понимал, что уничтожить крейсер класса “Марс” за такое короткое время может только цивилизация, не менее развитая чем человеческая, и теперь боялся этих странных лошадок еще сильнее.

— Ваши силы понесли потери? — осведомился капитан, — Наше руководство готово выплатить компенсации и помочь с восстановлением планеты.

— Крышу дворца мы заделаем самостоятельно. Никто не пострадал, — молвила Селестия, обрадовавшись готовности неизвестных существ помочь, — Мы предпочтем, чтобы вы незамедлительно отправились домой, забрав преступника с собой. Мы запрещаем вашим силам находится около Эквестрии — любое подобное действие мы воспримем как враждебный акт. Если нам что-то понадобится — мы проведаем вас самостоятельно.

— У вас тоже есть флот? — насторожился Уилсон. Ему не нравилось, что детекторы никого не обнаружили. Если есть флот, то где он? Или местные системы планетарной обороны отбили нападение? Но насколько они должны быть сильны? Может быть, спутник планеты — это огромная военная база?

— Флот? — Удивилась принцесса, — Зачем? Я навещу вас лично. Прощайте.

Костюм Петтеля развалился на две части, а сам он выпал оттуда — и принцессы исчезли во вспышке.

— Рубку в боевое положение, — приказал Уилсон, обводя взглядом растерявшуюся команду, — передайте сообщение — Петтель у нас, “Непобедимый” нейтрализован. Возвращаемся на базу, — он схватил преступника за шкирку своей аугметической рукой, и легко приподнял в воздух, — А ты сейчас мне все расскажешь.

Петтель посмотрел на него дрожащим взглядом, и сказал:

— Капитан, тебе лучше не знать. Поверь.