# Последний бой Гештальт Трейс

144250th

Когда жажда приключений заводит в смертельный тупик, оставь после себя хотя бы свою историю.

История из мира Fallout:Equestria.

Оригинальное название: Gestalt Trace's Last Stand

Автор: Wanderer D

Ссылка на оригинал: http://www.fimfiction.net/story/4546/

Разрешение на перевод и его публикацию есть.

## Последний бой Гештальт Трейс

o.0.o

Отряд грифонов взмыл над крышей здания. Крылья унесли их уже так далеко, что оружие их противника стало просто бесполезным. Внизу рейдеры разбегались в стороны, опасаясь стремительных когтистых вооружённых наёмников.

Ведущий грифон усмехнулся. Так и должно быть. Удерживая в когтях драгоценный груз, он повернул в сторону башни Тенпони, уводя свою группу из руин к долгожданной оплате.

o.0.o

После обязательного шипения, гудения и повизгивания старого записывающего устройства послышалось чьё-то постукивание по микрофону копытом.

Она хоть работает? Так, вроде что-то мигает. Эй? Э-эй! Надеюсь, эта штуковина записывает, а не то я буду выглядеть полной дурой.

Те, кто меня знает, наверняка бы удивились тому, что сейчас у меня просто нет слов. Пегас. Я спасла грёбаного анклавского солдафона. Ура мне. Не разбей своё лицо копытом, я бы уже разбила его о здешние стены и хоть немного бы расцветила своей кровью это серое заведение.

Ну не так всё должно было быть. Охренеть. Селестия, Луна, Кобылы Министерств его побери, да и всё, что выше меня в пищевой цепочке, побери его тоже. Хорошо он хоть ещё без сознания.

Но винить за эту хренотень я, конечно же, никого, кроме себя не могу. Хотя я же выросла на приключенческих книжках и тому подобной ерунде. Так что когда к нам вдруг заявилась сперва Жительница Убежища, потом Охранница, потом… в общем, список длинный.

Теперь я осознала своё безрассудство... и это ещё очень красивое слово, чтобы описать всю безграничность моей долбанутости. Хотя в технике я немного секу, именно потому вы сейчас можете меня слышать. Я кое-как смогла починить этот диктофон, что нашла здесь, это ведь одно из зданий Министерства Технологий и тут... а, к черту историю. Мне кажется, это место станет моей могилой. Я... я не хочу выходить отсюда, иначе меня поймают.

Что ж, думаю, надо пояснить. Меня зовут Гештальт Трейс и я из семьи Гештальтов. Мои родственные связи, наверное, можно проследить ещё с довоенных времён. Думаю, тренд этот начал кто-то из моих дальних древних родственников. Я — дизайнер. Ну, или была им, когда ещё дома жила. Может, видели тот плакат, на котором Селестия и Луна заботливо глядят на страдающие массы внизу со своих комфортных облаков, а над ними двумя — логотип Волт... да, из-за него ещё шумиха такая была в Тенпони. Хе, моя работа. Сейчас, правда, у меня проблем из-за этого уже не будет. Пора бы уже забыть об этом.

Если б меня тогда поймали, я хотя бы умерла в чистоте. Может, даже в госпитале, в окружении родных и близких. Но нет, придётся подыхать в этой вонючей комнате. Знаете, чем здесь пахнет? Пахнет... блин, какая же ограниченная жизнь у меня была — я даже не знаю, с чем это сравнить. Чем-то... едким. От этого зудит в носу, и хочется кашлять от каждого глубокого вдоха. Поэтому я их и не делаю, хоть в горле уже и пересохло, пора бы его промочить.

Послышался скрип проворачиваемой в горлышке пробки, хлопок и звуки глотков Гештальт.

О-о-о, хрень что надо. А, раз вы слушаете, так знайте: это виски... не хрень. Даже наоборот. Ага, комната. Так вот: стены — серые, потолок... был белым, сейчас он весь заляпан пятнами плесени и проседает внутрь. Явно сэкономили на материалах. Похоже на прессованный картон. Светильник отвалился, и, похоже, уже давно... хотя питание на них есть... генератор наверняка где-то в подвале, раз он ещё работает.

Есть столы, есть стулья. О! Есть ещё поваленные столы. Есть бумаги, которые уже стали частью пола. И я, к тому же, ещё и на третьем этаже. Простите, что больше не хочется описывать вам место моего неизбежного упокоения, просто я тут пялюсь на эти стены и того пегаса уже несколько часов. Тут хочешь, не хочешь — из окна выглянешь.

Я их вижу. Ну, рейдеров. Как они везде бегают, ищут меня. Они завернули этого полудурка в паре кварталов отсюда. Но там появился целый дурак в виде меня и «спас» его. Я тут кавычки в воздухе изобразила, это чтоб вы знали о моём сарказме. Раз вы меня не видите, так я подумала, что стоит об этом сказать отдельно. Мимо этого места они уже проходили несколько раз... Я заблокировала двери и окна на нижних этажах, поставила несколько ловушек. Провалы, кирпич на голову, когда дверь откроешь, ну и всё в таком духе.

Речь прервалась отхлёбыванием из бутылки.

Так что вот. Старая добрая малая я, собственной персоной. Ну, ещё и этот. Эй, очнись! Мне что, тебе снова врезать? Очни-ись! Что-то мне кажется, что они ему куда сильнее моего заехали. Он довольно мил, если б не был пегасом, я б с ним обращалась по-другому. Может, малышка Гештальт ещё успеет развлечься перед своей смертью? Хе, слышала бы меня мама...

Да, про Анклав... кто дал им право не обращать на нас внимания и оставлять нас здесь гнить две сотни лет, а потом заявляться и утверждать, что им не всё равно, я не знаю. Вы могли бы подумать, что испорченности пустоши и небо — не предел... и окажетесь правы.

Интересно, когда они всё же додумаются поискать в этом здании. Они ведь знают, что я где-то поблизости. Не хватало мне сейчас ещё и надеяться. Интересно, а...

У-у, у...

О! Наша спящая красавица проснулась! Доброе утро! — птицы запели, малый пегасик, вставай-ка с постели! Время взглянуть на подоблачный мир! Шокирующие новости: тут ужасно!

Что... ты кто?

Оу, а мне нравится твой голос... с такой... мужественной хрипотцой. Хорошо идёт к твоей милой мордашке.

Несколько секунд тишины.

Что, в молчанку со мной играть вздумал? Вот, значит, благодарность за спасение твоей задницы?

Ты- что? Так, я... я не мёртв... но я... я ничего не чувствую!

А ну тихо, а не то я заткну копытом твою глотку так крепко, что ты забудешь, зачем она нужна. По окрестностям рейдеры шастают, они с удовольствием убьют тебя и изнасилуют меня. Потом трахнут тебя и убьют меня. А потом оприходуют нас двоих ещё раз. Так что раз твой рот надёжно заткнут моим копытом, то хотя бы моргни два раза, что будешь вести себя тихо.

Вот и хорошо. И я не знаю, почему ты ничего не чувствуешь, ясно? Это ж обычно хорошо, нет? Ну, и если ты ещё не заметил, то ты по-прежнему скручен ремнями в том одеяле, в которое они тебя завертели. Просто так тебя было легче тащить.

Я... меня подстрелили и... и резанули. Внутри что-то вроде как порвалось... можешь меня осмотреть?

Я что, на медсестру похожа?

... нет... ты... ты похожа...

На кого?

на хорошую пони?..

Слова, слова...

Нет, пра-

Да, слова. Флирт. Нравится, как я подмигиваю? По-моему, сексуально.

В стеклянной ёмкости заплескалась жидкость — Гештальт снова прильнула к ней и хорошенько отхлебнула.

По-моему, ты слишком часто к этой бутылке прикладываешься. Пожалуйста, развяжи меня.

А я не хочу. Ты ж панклав. Анк-лав. Бак...

Анклав. И мы хорошие, ты можешь нам доверять.

Вы — хо-ха-ха... ха-ха-ха-ха-ха-

Прекрати.

Ха-ха-ха-ха-ха-ха, хорошие? Правда, что ли? Ха-ха-ха! Да ладно тебе, что ты смотришь, будто я тебе винтовку в зад воткнула? Сам же знаешь, что это чушь. Вам плевать.

Это неправда, потому мы и спустились и...

И напали на невинных и разрушили Город Дружбы.

Это было-

Заткнись, пегас. Вот так. Э, какие скользкие. Ага, ну вот. И сразу предупрежу: вылетишь в окно — они тебя убьют. И меня заодно. Так что не вздумай.

Спа-

Не надо. Тебя я случайно спасла. Знала бы я, что ты из Анклава, стонал бы сейчас под каким-нибудь рейдерским ублюдком.

Спасибо за приятные образы в голове.

А сейчас, если ты не против, я продолжу рассказ о своей неминуемой гибели.

Да, конечно.

Так вот, мой дорогой слушатель. Слушатели. Кто-нибудь. Или вообще никто. Наш товарищ из дружественного Анклава вытаскивает себя из оков одеяла. Ой-ой-ой, как же его отделали-то. Кое-где, вижу, шкуры не хватает. О-ого, а от такого точно шрам останется. Хорошо хоть кровь перестала идти. И раны все грязные, не помешало бы омыть в какой-нибудь уборной... ой, секундочку, они ж двести лет как не работают, хотя могли бы, если бы вы там в Анклаве решили спуститься лет на сто пораньше, ...О Селестия!

Я... я их даже не чувствую.

Мне жаль.

Резкие всхлипы начали прерывать неровное дыхание пегаса. Так звучат те, кто утратил всё.

Эй, соберись, ну... ты же боец Анклава, вас же готовили к подобному... правда? Не плачь, в смысле... Я не...

Пристрели меня.

Что?! Нет!

Да я труп, ты, дура! У меня крылья отняли! Они... они висят… висят и всё... я их не чувствую! Я не чувствую свои крылья! И ноги!

Тише, успокойся... Я сожалею...

Совсем не доходит, что ли? Тебе б каково было, если б у тебя вдруг рог пропал, а?

Я не знаю, ясно? Но ты ж солдат, мать твою, держись подобающе! А то привыкли там у себя в Анклаве: круши, убивай, уничтожай! Вы должны были понимать, что когда-нибудь могли и сдачи получить!

Заткнись. Просто заткнись.

...

Я и понятия не имел.

О чём?

Когда я в армию вступал... я и понятия не имел, что вы... что все вы тут внизу страдаете. Нас с детства убеждали, что все внизу — дикари... что вы при первой же возможности воткнёте нож в спину... Мне было плевать... моя мама вообще хотела, чтобы я врачом стал. Но я всё же вступил, потому что они сказали, что мы, вероятно, сможем помочь.

А-

Помолчи. Так вот, я прошёл строевую подготовку, прошёл все занятия, прошёл всякие прочие подготовки, сдал экзамен... И когда мы спустились сюда, нашей первой операцией стало устранение группы земнопони, которые едва не убили ту кобылу с жеребёнком... И всё казалось правильным... только сослуживцев моих быстро положили... Я продолжал бой, даже когда меня в ногу подстрелили... больно, кстати, пиздец как... и да, я победил. Я убил последнего рейдера... а потом... а потом та кобыла пырнула меня. У неё нож был... Она бросила меня там умирать, я едва успел выпить зелье и отключился... но повреждения, видимо, оказались слишком серьёзными... вот что я получаю за спасение жизни... ни взлететь, ни пойти... и так на всю жизнь.

Чушь. Байками кормить вздумал... Да это всё... О Селестия, у тя и правд ноги не двигаются... Прости...

Ты же снайпер, да? Так прекращай уже сентиментальничать и стреляй мне прямо в лоб. Так будет правильно. Особенно учитывая обстоятельства. Или ты хочешь, чтобы я перестал тебя слушаться? Так проще будет?

‘спокойся, дебил. Я ж своей долбаной жизью рисковала, спасая твою.

Зря только пулю потратила. К этому моменту я бы уже лежал трупом, и мне не пришлось бы тут рассказывать о своей жизни.

*глоток*, *глоток*

... хочешь?

Что это за бурда?

Виски. Из отцовской кллекции пзаимстввла, когда убегала.

Да ты же упилась в хлам. Прекращай.

А ты ещё хрошо это сё вспринял.

Я только что просил тебя пустить мне пулю в лоб. Дважды просил.

Да ты ещё закричишь.

Хотел бы.

А шо мешает?

...

Так, хватит. Мы тут сё равно ппались как радтраканы в банку, так чт двай выкладывай.

Если я закричу... тебя найдут.

... даже и не...

Не ожидала от анклавовца?

Да... не ожидала.

Слушай... давай так: попробуем затаиться здесь до темноты, а потом ты уйдёшь и оставишь мне какую-нибудь гранату, или что-нибудь такое.

...мне жаль.

Мне тоже... эй, что ты там...

Хммм. Хммм... тише-тише. Дай-к я радио выключу.

Но...

Ну пжа-алста... мне это так хочется... да и...

Ты знаешь, что я не чувствую твои прикосновения?

Но реакция ж есть. И пцелуи же ты пчуствушь? Пожалста.

... ладно.

Щёлк.

o.0.o

Чёрногривый серошкурый единорог медленно провёл копытом по лицу. Присутствовавший при этом грифон молчал. Высказывать мнения — не его работа. Он здесь из-за денег, и пока клиент платит, он может хоть упиваться как сапожник и, нарядившись клоуном, плясать на трупе Селестии.

— Что сталось с пегасом?

— Застрелил какой-то рейдер... полголовы снесло, — ответил наёмник, глядя на крыло и с недовольством замечая, что зелёная краска там слегка потускнела.

— Жетон нашли? Удостоверение какое-нибудь?

— Нет, — ответил грифон, глядя прямо единорогу в глаза, — Но мы можем-

Вытянутое копыто прервало ответ.

— Делайте. Добавлю ещё четверть. Мне необходимо узнать его имя... Это меньшее, что я могу для них сейчас сделать, когда уже...

Грифон кивнул, развернулся и вышел из комнаты, оставляя единорога одного. Тот угрюмо поглядел на диктофон, вздохнул и протянул копыто, чтобы включить его снова.

o.0.o

Слышен шум статики, треск и позуживание — кто-то пытался разобраться с диктофоном. Затем последовал мерзкий свист, постепенно уступивший место резонировавшему в небольшой комнате звуку выстрела крупнокалиберной снайперской винтовки.

Раздался ещё один выстрел и послышался голос Гештальт.

Прямо в голову! Уже три подряд! Та штука записывает уже?

Думаю, да! Она мигает. Ты вроде говорила, что она должна замигать?

*БАХ*

О да! Кто твоя мамочка, а? А? — пауза. — Чё? Да я не спрашиваю тебя, идиот! Мне пофиг, что она сдохла! — *БАХ* — Передавай ей привет!

Гешта-альт!

Микрофон уловил ещё два выстрела.

Что-о? — отдалённый звук взрыва заставил обоих замолчать. — Э... ну, я знала, что так и будет.

Но на грузовике же «Молоко» написано было. Откуда ты знала, что он взорвётся?

Просто знала! Так что ты там хотел?! — ещё выстрел.

Я спрашивал, должна ли эта штуковина так мигать!

А-а, — Гештальт сделала паузу, чтобы выстрелить. — Да! Дымом же не пахнет?

Нет...

Ну, значит, работает! — ещё выстрел. — Су-ука. Пиздец!

Что такое?!

Они пролезли внутрь! Нам крышка!

Гештальт, дай мне пистолет.

Чтоб ты застрелился? Хрен тебе!

Да не буду я... — он перекрикива выстрел винтовки Гештальт, — ...застреливаться! Ты должна бежать!

Что?! С дуба рухнул?!

Беги! Спасайся! Я их задержу!

Куда бежать, умник? Мы на последнем этаже! Я не пегас, летать не умею!

Дай мне уже тот сраный пистолет и прячься! Пожалуйста!

Шутишь, гад? Не нужны мне твои "благородствования". Бля, они уже все внутри.

Я же тебя просил, чтобы ты уходила!

А потом ты сказал, что хотел бы остаться со мной навсегда! Блять-блять-блять... что же делать, что же делать?

У нас был секс! И я и правда хотел бы. Очень.

Придурок! Трахнул меня, влюбился в меня и застрелился?!

Я тебе уже сказал: я буду убивать их, пока они не убьют меня!

У меня те же планы!

Микрофон уловил отдалённые звуки падения чего-то, преследуемые чьими-то криками.

Они попались на кирпичи над дверями. Какие же они идиоты. Ну почему мы будем убиты такими идиотами?

Гештальт, пожалуйста...

Заткнись.

...

Хотя погоди...

Что?

Как твоё имя?

Моё имя-

Реплика прервалась звуком ломающегося дерева — рейдеры сломали дверь и начали стрелять.

Сдохните, ублюдки!

ХВАТАЙ ЕЁ!

Звуки возни, затем падения и проклятья.

А ну не трожь его!

Раздался звук бьющегося стекла и чей-то крик.

ЭТО чо такое?! Чо за-

Ужасающий львиный рык поглотил в себе все крики. Раздались звуки погрома, звон бьющегося стекла, треск дерева. Потащили что-то тяжёлое. Рёв, вопли, орлиные крики. Звуки выстрелов по всем вообразимым поверхностям.

Тишина.

o.0.o

Понемногу на глазах единорога проступили слёзы. Всхлип содрогнул его фигуру, когда он поднёс копыто к лицу. Прикушенная губа сдержала слова.

Его отвлёк стук в дверь:

— Разрешите?

Его рог засветился, поднося платок к его лицу.

— Да. Что такое?

Молодая земнопони вошла внутрь, осторожно закрыв за собой дверь.

— Только что отчёт пришёл... Зелёные Когти успели вовремя. Она будет жить. Вот только...

— «Только» — что?

— Она беременна. И намерена родить.

Единорог вздохнул:

— Пусть.

— Н-но сэр! — кобылка слегка встряхнула головой, она была явно шокирована. — Как же ваша репутация?! — выпалила она. — По Тенпони уже слухи ходят-

— Так и не довелось повидаться с отцом, но... — он поглядел на диктофон. — Но он, по всей видимости, пони хороший. Пусть вынашивает. А с таким пиаром я сам разберусь.

Кобылка покачала головой:

— Для этого здесь есть я. Не беспокойтесь. Я за это возьмусь.

Единорог, вздохнув, кивнул:

— Спасибо тебе, Серен Тейль. Я сейчас отлучусь ненадолго... повидаюсь с дочерью.

— Конечно, мистер Волт.

Кобылка покинула кабинет. Единорог встал, ещё слегка пошатываясь от эмоционального удара, и левитировал аудиосвидетельство боя его дочери прямо перед глазами. Каким же старым он себя ощутил.

Почти без колебаний он поместил диктофон в небольшой сейф под своим столом.

— А о том плакате мы ещё поговорим... когда-нибудь, — шептал он, выходя из офиса, — но не сейчас.

o.0.o конец o.0.o