# Координаты

Dr.Paranoik

Каково это – потерять всё? Когда надежды практически нет, можно пойти на крайние меры. Но какова цена всего этого? Будет ли шанс начать новую жизнь, оставив прошлое позади? А если ты не хочешь этого и стараешься всеми силами сохранить остатки своей личности? Но, как говорится – всё происходит не так, как бы ты не подстраховывался.

Рассказ полностью игнорирует основной сюжет четвертого сезона, потому что его сюжет планировался еще где-то в начале октября, а автор самый великий лентяй на свете пишет его медленно.

UPD:

Поскольку желания дописывать нет и не намечается, то оставлю ссылку на документ, который просто пылится на гуглодиске

## Пролог

Истории… Каждый может рассказать историю из своей жизни, но так или иначе, есть тот, кто может осветить происходящее с другой стороны. Для одних они заканчиваются счастливым концом, в то время, как для других он получается весьма печальным. Практически невозможно сделать так, чтобы одна история закончилась для двух противоборствующих сторон одним результатом – все остались довольны. Почему так? Потому что существует такое понятие как равновесие, и сколько бы ты не старался… всё вернется к балансу. Однако, существуют моменты, когда именно от тебя зависит исход твоей истории – в твоих силах получить свой ключ от ворот, ведущих к счастливой жизни, закрыв его для остальных, или же отдать ключ тому, кого любишь больше всего на свете. Но есть и третий вариант – сломать тот самый ключ. Тогда равновесие не пошатнется, благодаря чему всё останется, как было. Так, по крайней мере, думал я. Впрочем, жизнь любит приносить своеобразные сюрпризы, которые заставляют забывать о равновесии и просто идти вперед, продолжая жить и строить планы на туманное будущее.

* * *

Утро началось с очередного воя сирены, на который я не обращал внимания, в отличие от моих сожителей. Повсюду звучало шарканье, кто-то обильно ругался, кто-то, открывая комод, вытащил полностью ящик, который грохнулся бедняге на ногу. В таких условиях выспаться даже такому местному долгожителю, как я, всё равно было невозможно. К сирене можно привыкнуть, но вот к последующим шумным действиям сожителей нет. Открыв глаза, я осмотрел комнату. Белые стены, белый потолок со встроенными лампами, на яркий свет которых смотреть больно было. Аккуратно расставленные десять двухъярусных коек возле стен. Рядом с койками стояли комоды, полные запасной одежды – черные ботинки, белые утепленные штаны и белые толстовки. В помещениях комплекса было прохладно, поэтому нам было не особо жарко в такой одежде. ЖК Телевизор, свисающий с потолка по центру комнаты, по которому опять шли новости. Напротив него было три дивана, того же белого цвета. В углу комнаты стоял компьютер, позволяющий выходить в Интернет. Вот только поток исходящей информации контролируется работниками комплекса, так что об этом месте мало кто знает.

Пока я постепенно приходил в себя, мои сожители продолжали судорожно одеваться и заправлять постели. Большинство из них поселили здесь только вчера, хотя, наверняка, и эти тут ненадолго. Ещё бы, ведь новых работников привозят почти каждый месяц. Новенькие и освоиться не успевают, как отправляются к праотцам. Да, сюда идут исключительно ради того, что тут платят тысячу долларов в сутки. Здесь работают только отчаявшиеся люди, которым уже нечего терять. Только вот попасть в комплекс может далеко не всякий желающий. Мало того, что отбор происходит по нескольким десяткам пунктов, так ещё и нанимателей невозможно найти, если они с тобой не свяжутся. По крайней мере, ещё никто из ”работников” не говорил, что лично встречался с кем-либо из представителей организации. Всё происходило по одной схеме – клиент соглашается на работу, неизвестные люди вламываются в дом, или квартиру, пока он один, захватывали и увозили в неизвестном направлении. После чего, всех новых работников держат в одной из таких комнат отдыха, до достижения определенного количества людей. Далее их всех ведут к “комнате Судьбы”. В этой комнате им предстоит получить карточку допуска. Ну, или карточку, от которой зависит, сколько они здесь проживут. Схема проста – в центре комнаты стоит большой куб с отверстием. В это отверстие будущий работник, с завязанными глазами, засовывает руку и достаёт из куба карточку. После чего, его выводят из комнаты, и с ним беседует его непосредственный начальник. Тут тоже всё зависит от того, какая карточка досталась работнику. Весь этот процесс тщательно контролируется работниками организации.

Красная карточка означает, что на данном работнике будут тестироваться средства, направленные на вывод человека из строя. Начиная от нового вида шокера и заканчивая новым штаммом вируса. Про обладателей такой карточки можно смело говорить, что они и недели не протянут.

Зеленый уровень допуска, несмотря на то, что работники тестируют средства, призванные защитить человека, уровень смертности практически не отличается от красного. Например, после успешного испытания вируса на обладателе красной карточки, ученые пытаются разработать против него лекарство, которое будут вводить работнику с зеленым уровнем доступа, когда того заразят вирусом. Естественно, лекарство не всегда помогает. Про тестирования защитного снаряжения также ничего хорошего сказать нельзя.

Обладателей желтой карточки лучше сторониться, потому что именно они несут ответственность за смерть работников с красным и зеленым уровнями допуска. Всё из-за того, что образцы вооружения тоже могут повести себя весьма необычным образом. К примеру, взорваться в руках испытателя, усеяв его внутренностями комнату. С другой стороны огромным плюсом можно считать то, что все-таки уровень смертности среди них гораздо меньше.

Серая карточка мало кому может попасться – всего два экземпляра на весь комплекс. Работники, владеющие этой карточкой, в основном выбираются из числа наиболее лояльных желтых или зеленых работников, ввиду того, что красные обычно просто долго не живут, и проводят контрольные испытания вооружения и защитных средств, перед тем, как те пустят в массовое производство. Сотрудники очень дорожат таким людьми, ведь именно от них зависит, как будет показана новая разработка ученых. Зачем тратить ценные кадры, когда есть серые, которые могут показать все достоинства данной разработки. Из-за того, что выживаемость у владельцев серой карточки гораздо выше, чем у остальных работников,большинство испытателей ненавидело их.

Я был одним из серых работников, но старался не распространяться по этому поводу, следуя правилу: ”Чем меньше знают о тебе – тем дольше проживешь”. Держаться подальше от разговоров на эту тему у меня получалось вполне сносно, если учесть, что живу тут почти полгода. Впрочем, долго отлеживаться мне не стоило, потому что каким бы ценным кадром я не считался, охранники могли без проблем наградить меня порцией синяков и ушибов. Потянувшись, я спокойно поднялся с койки и достал свою одежду из комода. Новенькие уже построились возле своих коек и ждали прибытия начальников, которые всегда ходили с тремя охранниками. Я удивился, когда в комнату вошел мой начальник, который обычно приходил позже всех.

– Уолтер, ты почему ещё не готов? – сказал начальник отдела контрольных тестов – Джонсон Эншаер.

– Почему же не готов? – я закончил завязывать шнурки на ботинках. – вполне готов профессор Эншаер.

– Вот и отлично. Сегодня важный день, я тебе всё объясню по пути к объекту, – профессор вышел из комнаты. Не желая заставлять охранников подгонять меня тычками шокеров в спину, я направился за ним.

Мы шли по длинному однообразному белому коридору. Он освещался такими же лампами – свет, не оставляющий шансов темноте, которая обычно представляется при словосочетании “тайный исследовательский комплекс”. По сторонам смотреть не было смысла – это была жилая зона, где все сделано лишь для того, чтобы работники здесь отдыхали. Интерес представляли научный отдел и полигон. Там происходит все то, из-за чего мы здесь и работаем. В этот раз профессор направился в сторону лабораторий, что меня насторожило. Там мне пришлось побывать всего пару раз. Но раз Эншаер пришел раньше остальных, то дело было чрезвычайной важности.

В отделе научных исследований в основном проводилась разработка вирусов и лекарств, но ученые – странные люди. Иногда им в голову приходят весьма странные идеи, например: в прошлом месяце они решили заменить костюмы биологической защиты на универсальную вакцину. Впрочем, это не моё дело, что у них там, в головах творится, и когда появится очередное устройство “Судного дня”. Ненавижу научный отдел из-за этих ребят. Кому-кому, а им абсолютно плевать на безопасность тестирующего. Мои раздумия прервались, когда профессор остановился возле КПП. После недолгого разговора с охраной, нас пропустили в место скопления безумных умов.

Разница между обстановкой жилого и научного отделов была поражающей. Если в первом был сделан упор на компактность и простоту, то здесь, всюду валялись куски непонятного оборудования. В лабораториях стояли десятки колб, содержащих неизвестные мне химикаты. Ассистенты ученых сновали тут и там, нося в руках стопки бумаг. Постоянный гул, доносящийся из вентиляционных систем, действовал на нервы. Не представляю, как эти люди сидят здесь сутками и ведут себя более-менее адекватно.

Все, кто пережил первое посещение научного отдела, люто ненавидели все и вся в нём. Я не был исключением. После теста лекарства от очередного вируса, мне пришлось лежать в санитарном блоке почти месяц. Радовало, что хоть жив остался, но, после этого, посещение ученых вызывало у меня неприятные эмоции. Однако тут ничего не поделаешь, ведь моя работа выполнять то, что мне скажут, при этом, не задавая лишних вопросов.

Я был удивлен, когда мы с профессором прошли мимо помещений, где проверялось действие лекарств. Эншаер повел меня в другую часть исследовательских лабораторий. Тут я ни разу не был. Теперь всё это было действительно странным, ведь никакой информации о разработках, проводящихся в этой части мне не предоставляли. Профессор продолжал уверенно идти по забитым техникой белым коридорам, у меня с трудом получалось не упускать его из виду. Чем дальше мы продвигались внутрь лабораторий, тем более жутко мне становилось при виде все более странных футуристичных устройств. Несмотря на то, что я много раз видел смерть людей, неизвестность пугала меня.

Казалось, что мы бродили по этим коридорам целую вечность. Честно говоря, я ни разу ещё так далеко не углублялся в научный отдел. Теперь в лабораториях находилась мощная вычислительная техника. Десятки широких кабелей вели почти в каждое помещение. Впереди показались мощные бронированные двери, возле которых стояли люди в необычной униформе, чем-то смахивающие на правительственных агентов. В этот раз, профессор потратил гораздо больше времени на объяснения. Похоже, тут дело обстоит достаточно серьезно, раз были приняты такие меры. Вслушиваться в болтовню мне не особо и хотелось, так что я просто стоял и рассматривал через стекло непонятную штуку, похожую на генератор. В помещении находились люди в специальных защитных костюмах, благодаря чему их не поджаривали разряды, исходящие от устройства, которому, судя по дыму, требовался незамедлительный ремонт. «Интересно, какого черта они не выключат электричество в помещении? Ведь было бы гораздо проще»

Эншаир уже закончил свое общение с “элитными” охранниками, по крайней мере, мы прошли через КПП в просторный лифт. Расслабляющая классическая музыка оказалась приятной для моих ушей, которые значительно пострадали от всего этого гудения различных установок.

Оказывается, несмотря на моё долгое пребывание здесь, я видел лишь малую часть этого воистину огромного комплекса. Спустившись на несколько этажей, профессор вышел из лифта и направился по светло-серому коридору, количество кабелей в котором заставило мою челюсть ненадолго отвиснуть, но недовольное бурчание охранника за моей спиной вывело меня из ступора и немедленно пойти вслед за Эншаиром. “Отдел разработки альтернативных источников энергии” – прочитал я на стене бледно-желтую надпись. «И что мне здесь делать? Дергать за рубильники?»

Теперь я лишь хотел как можно быстрее выполнить свою задачу, чтобы убраться из этого места, если выживу. Ведь мне не приходилось слышать о нем, хотя работники всегда рассказывают о том, где им пришлось побывать. Отсюда можно было сделать вывод, что тут творятся странные вещи. Раз здесь требуется серый работник, то будет контрольная проверка. «Неужели от меня решили избавиться» – эта мысль не покидала мою голову. Хоть я уже давно был готов к смерти, мне стало не по себе. Деньги, заработанные работником, после его смерти, обычно присылаются родственникам или людям, хорошо знавшим этого человека. В крайнем случае, средства отправляются на благотворительность, откуда организация может спокойно забрать их обратно. Не знаю, кому достанется все то, что я заработал, находясь здесь, но могу сказать точно – организация постарается найти лазейку и оставит деньги у себя. Впрочем, мне тогда будет уже все равно.

Немного побродив по коридорам, профессор остановился около двери, ведущей, судя по надписи, в маленькое складское помещение. Проведя по магнитному замку карточкой доступа, он жестом пригласил меня внутрь. Склад оказался самым маленьким помещением, которое я когда-либо видел. Единственное, что в нем находилось, это небольшой металлический шкафчик и закрытый ящик, наверняка заполненный всяким барахлом.

– Вот держи, – профессор дал мне маленький ключик, – как только соберешься, мы приступим к выполнению твоей задачи, – Эншаир вышел со “склада”.

Первым делом я открыл ящик, в котором находился небольшой рюкзак. Он оказался пуст, что ввело меня в кратковременный ступор, вызванный попытками моего разума найти причину того, зачем для него выделять металлический ящик. Вспомнив про понятие порядка у ученых, я подергал ручку шкафчика со спецодеждой. Он оказался заперт на тот же самый ключ, что хоть немного обрадовало.

Переодеваться долго не пришлось, не впервой все-таки. Весь комплект был серого цвета, как бы подтверждая мой род деятельности в комплексе. Однако наличие маленьких проводов в штанах и куртке, проведенных к чему-то, отдаленно напоминающему выключатель на аккумуляторных батареях, немного настораживали. Сами по себе, провода были незаметными, так как были скрыты между слоями ткани, и только одевшись можно было на какое-то мгновение почувствовать их. Жилетку с многочисленными карманами я тоже решил одеть. Раз дают, значит, может пригодиться в будущем. Проверив ещё раз содержимое ящика и не обнаружив там никакого тайного отделения, куда можно было положить что-либо, я вышел из помещения.

– Отлично. Наверняка ты задаешься вопросом – зачем тебе пустой рюкзак, и что это за одежда? Не мне отвечать на эти вопросы, а руководителю эксперимента, который очень сильно хотел получить серого работника, – похоже, Эншаиру тоже все это не нравилось.

Немного побродив в коридорах, мы вышли на огромную лифтовую площадку. На ней стоял пустой грузовой автомобиль. Теперь я с уверенностью могу сказать, что этот комплекс – одно из величайших творений человечества. Профессор что-то проговорил в командную панель, и лифт стал постепенно опускаться. Эту часть построили не так давно, скорее всего из-за того, что ученым было негде разворачивать разработку крупных проектов. Лишь металлическая конструкция была преградой между нами и породой в случае обвала. Одно радовало – никто не лез с разговорами. Гул был достаточно слабый, поэтому я наслаждался минутным покоем.

Наконец лифт остановился напротив “Отдела исследования межпространственных перемещений”. «Стоп, что? У меня наверно галлюцинации начались» Заметив мою реакцию, профессор решил все-таки мне немного рассказать о том, с чем мне придется столкнуться.

– Не удивляйся, Уолтер. Эти ребята вообще не понимают, чем занимаются. Хотя большая часть разрабатывает гипердвигатели и другую аппаратуру, которая должна позволить нам продвинуться в освоении космоса.

Я лишь кивнул головой, что со мной все хорошо. Профессор хотел что-то сказать, но передумал. Двери, ведущие в отдел, разъехались в стороны, демонстрируя интерьер помещения, построенного не так давно, если судить по дырам в стенах, из которых торчали плохо заизолированные провода. Освещение было просто ужасным, из-за чего я периодически спотыкался обо что-то. Немного пройдя по коридору, мы с Эншаиром зашли в комнату, где мне должны были выдать необходимое снаряжение. Интерьер комнаты походил на жилое помещение по своей простоте.

– А, профессор Эншаир! Вы пришли как раз вовремя, – сказал лаборант.

– Итак, это и есть тот самый серый работник, о котором начальник мне все уши прожужжал? – Я кивнул, – Хорошо. Вот весь комплект, заверенный профессором Лаинсом. Лаборант положил сверток на небольшой столик. Развернув его, я обнаружил внутри целый набор для выживания: три упаковки сухого пайка, флягу с водой, фонарик, универсальный нож, зажигалку и компас.

Все это быстро перекочевало ко мне в рюкзак, после чего я направился к выходу из помещения.

–Ах да, подождите, – лаборант порылся в шкафчике и достал рацию, – вот, это вам тоже может пригодиться.

Я забрал переговорное устройство у лаборанта и повесил себе на пояс.

– Уолтер пойдем, Лаинс наверняка уже заждался. Они должны были начать час назад, но я сказал ему, что тебе нужно быть в хорошем расположении духа, чтобы ты ничего не вывел из строя.

Итак, я снова иду за профессором, в очередной раз удивляясь, как у него получается ориентироваться в этом лабиринте коридоров. Вот, наконец, мы достигли нужного помещения, внутри которого какой-то темноволосый ученый орал во все горло на своих коллег, сидящих за аппаратурой. Узнать в нем профессора Лаинса было проще простого.

– Эншаир, Уолтер! Где вас черти носили? Я обещал дать вам дополнительный, но не два!

– Джейк, заткни пасть! Ты не имеешь права орать ни на меня, ни на моего подчиненного. Мы прибыли так быстро, как смогли. Я бы на твоем месте радовался, что для очередного теста устройства тебе разрешили задействовать серого сотрудника, – Пыл профессора Лаинса быстро угас под напором моего начальника.

– Извиняюсь за грубость, но не могли бы мы перейти к делу?

–Да, Джейк. Проинструктируй Уолтера и приступай к тесту, а я пока здесь посижу, – Лаинс только хотел мне что-то сказать, как Эншаир снова заговорил, – Чуть не забыл, если с ним что-то случится, я позабочусь о том, чтобы тебя сделали красным работником, – Профессору стало не по себе, хотя он старался этого не показывать.

Постояв несколько секунд, ученый все же решил приступить к своим обязанностям.

– Уолтер Редкоул, вашим объектом тестирования будет устройство, позволяющее переносить предметы на расстояние путем частичного расщепления. Не беспокойтесь на счет безопасности. В ходе эксперимента вы будете перенесены из комнаты с установкой в соседнюю комнату. Снаряжение тебе выдано на случай… непредвиденных обстоятельств, – профессор сделал паузу.

– Понимаете, самой важной проблемой является точка выхода объекта. В попытках понять, как правильно настраивать точку выхода мы провели не один тест. В результате испытатели оказывались в различных местах земного шара. Последний тест увенчался успехом, но тестирующий оказался снаружи комплекса. Теперь нам необходимо провести контрольное испытание, – я лишь кивнул.

– Вы представляете, чего мы можем достигнуть, если устройство будет работать? Это – новая ветвь развития науки.

– Ладно, док. Показывайте ваше устройство, которое должно изменить мир, – Лаинс повел меня в тестовую комнату.

Меня провожали взглядами, будто я был первым космонавтом. Хотя, если подумать, то именно от меня зависит будущее проекта. Вот такая тут странная система. Впрочем, мне сейчас об этом как-то думать не особо хотелось. Ведь ученые смогли создать телепорт. Может он и ужасно работал, но факт остается фактом – если все пройдет удачно, то человечество сделает огромный шаг вперед.Сейчас мы с профессором стояли перед дверью, ведущей в тестовую комнату.

– Чуть не забыл. Ты наверняка заметил провода в твоей одежде. При нажатии кнопки, расположенной рядом с аккумулятором, твоя одежда на время станет теплее, что поможет тебе не окоченеть сразу, если вдруг ты попадешь в достаточно холодное место. Вероятность такого мала, но перестраховаться не помешает, – профессор открыл дверь и, как только я вошел в помещение, запер ее.

По центру комнаты стояла небольшая платформа, где мог уместиться лишь один человек. Кипы проводов, свисающих с потолка, были подключены к панели. На ее экране горело сообщение: “Отказано в доступе”.

– Уолтер, как будешь готов, переключи рубильник на стене и встань возле контрольной панели, – донеслось из громкоговорителя.

Меня начинали выводить из себя эти… кабели. Из-за них до рубильника было нелегко добраться. Спустя несколько минут мучений, я смог переключить его в режим подачи питания. Свет в помещении ярко загорелся, и послышался звук начавших свою работу генераторов. На панели появилась надпись: “Подтвердите начало эксперимента”

– Хорошо, теперь набери “А3K3W”, это даст нам возможность контролировать ход эксперимента и следить за показаниями. Как только установится соединение, становись на платформу.

Введя необходимый код, я стал ждать подтверждения команды. Вот экран окрасился в зеленый цвет. Стоять на платформе мне было неприятно – не люблю, когда так много зависит от техники.

– Не стоит беспокоиться – эту процедуру мы проводим не первый раз, – «Им легко говорить, ведь они сидят там, в безопасности».

Постоянные подбадривания ученых глушились шумом генераторов и непонятных устройств. Напряжение в воздухе усиливалось с каждой секундой, но я продолжал спокойно стоять на этой треклятой платформе.

– Осталось совсем чуть-чуть. Всем приготовиться!

Вдруг гудение генераторов стихло, и весь свет погас. Судя по метаниям ученых в помещении напротив, такого никто не ожидал.

– Главный источник энергии отрубился! Мы не знаем, как повлияет слабый заряд запасных генераторов на ход процесса, так что уходи оттуда немедленно! – донеслось из рации.

Стоило мне попытаться сойти с платформы, как свет включился, и в комнате, где были ученые, произошел взрыв.

– Перегрузка системы! Немедленно покинуть территорию отдела! – громкоговоритель повторял одно и то же сообщение.

Меня стало окутывать сияние… тяжело двигаться… я чувствовал, что отрубаюсь.

## Прибытие

Пустота… да, именно так можно назвать это место. Любой звук, изданный тобой здесь, пропадает в небытие. Закрыты твои глаза или открыты – в этом нет разницы, ведь кругом непроглядная темнота. Иногда проскальзывает ощущение, будто ты падаешь, но в то же время не двигаешься. Ты не можешь дышать, однако организм не требует кислорода. В результате чего происходит конфликт между мозгом и новой необычной реальностью. Такое чувство, будто время в этом месте просто остановилось. Моя попытка пошевелить пальцами закончилась полным провалом. Казалось, будто что-то не давало мне это сделать. Очередная попытка вдоха не удалась, кричать было тоже бесполезно. Мой разум от подобного был на грани помешательства, как вдруг, я почувствовал ветер. С каждой секундой он становился все сильней, и ощущение падения заметно усилилось. Внезапно, нос смог совершить вдох, чему мой мозг был несказанно рад. Правда, радость быстро улетучилась, когда по моему телу прошла волна жуткой боли. Последнее, что я почувствовал – приземление на твердую поверхность.

* * *

Ощущения от пробуждения были, мягко говоря, неприятными – боль усилилась, однако, мне все равно было хорошо. Я выжил после произошедшего в тестовом помещении, снова мог двигаться и самое главное – дышал. Даже глаза открывать не хотелось, чтобы не нарушить странную гармонию, возникшую во мне. Но лежать на одном месте, подергивая ногами, быстро наскучило. То, что предстало перед моими глазами, заставило мою челюсть невольно отвиснуть. Я смотрел на планету, похожую на Землю, только материки находились гораздо ближе друг к другу и имели другие очертания. «Куда меня занесло?».

Пейзаж вокруг оказался еще более печальным. Однообразные серые равнины, да одинокие валуны. Такое чувство, будто меня забросило на Луну, но это место имело кардинальные отличия: например наличие атмосферы, благодаря которой я до сих пор не задохнулся. Оставаться здесь мне больше не было смыла, ведь раз тут есть атмосфера, то должна быть и вода, а там и до представителей местной фауны недалеко, встречаться с которыми я не хотел. А вот если здесь обитает какая-нибудь разумная цивилизация, то стоит выйти на контакт, потому что протянуть долго без припасов у меня не получится. Сначала нужно узнать это место получше, а уж потом планировать свои дальнейшие действия. К несчастью, во время моего перехода, с последовавшим приземлением, мой рюкзак куда-то пропал, что мне сильно не понравилось.

Сразу вспоминаются однообразные коридоры комплекса, бродить по которым было просто невыносимо скучно, только здесь одно отличие — нет всего того научного оборудования. Но ничего, мне не привыкать к таким условиям. Сколько я прошел тестов, часть из которых чуть не отправила меня на тот свет. А тут всего лишь другая планета, другой спутник и, возможно, даже другая вселенная, куда нужно было умудриться попасть в результате неправильно прошедшего эксперимента. Хоть еще удачно приземлился, а то ведь мог вообще в космосе очутиться, или в почве по голову оказаться.

Гравитация здесь была немного слабее, чем на Земле, поэтому я мог ходить, не прилагая особых усилий. Обнаружить черный рюкзак в этой серой пустыне оказалось просто. Первым делом я съел все содержимое одной из упаковок пайка. Мало того, что поесть утром не дают, так еще и неизвестно, сколько времени прошло после телепортации. Не знаю, что входит в состав пайка, но дрянь еще та. Сделав пару глотков из фляги, я решил выбрать направление своего движения по компасу. Однако этот вариант быстро отпал из-за того, что его стрелка, в попытках определить стороны света, непрерывно вращалась. «Плохо дело. Если мне продолжит так везти, то сгину я тут быстро»

Боль, вновь возникшая в ноге, заставила меня в очередной раз понять, что ученые экономили практически на всем, что касалось "расходного материала", даже на обезболивающем, которое мне бы сейчас очень пригодилось. Сидеть на одном месте и ждать, пока костлявая придет за мной – не в моем стиле. Первым делом необходимо найти мотивацию, заставляющую меня не опускать руки. «Вдруг тут готовится вторжение на Землю, а я получил шанс остановить его? Нет, это – бред. Хотя, на первое время, можно пока мотивироваться и этим»

Осторожно переходя от валуна к валуну, я направился, куда глаза глядят. Главное — найти кого-нибудь из представителей местной цивилизации ну, и молиться, что он не окажется агрессивным. Из-за сильного ушиба не то, что бегать – ходить было нелегко. «Хорошо хоть не перелом, иначе ситуация была более ужасной, а так потихоньку иду, всматриваясь вдаль»

Я проклял себя раз десять, пока продолжал брести по этой серой пустыне. Тут ничего не было: ни воды, ни местных, ни признаков жизни до моего прибытия – здесь только рыхлая почва и валуны. С другой стороны, находить приключения на одно место мне совсем не хотелось. Только вот удаче показалось мало моих мучений. Новая Земля, именно так я решил назвать планету, закрыла собой свет, исходящий от звезды. Мало того, что наступила непроглядная темень, так еще резко похолодало. Тут-то и пригодилась новая разработка ученых. Короткий писк сигнализировал о начале работы устройства, в результате чего одежда стала гораздо теплее, хотя все равно было прохладно. Фонарик тоже не остался в стороне, и хотя его луч довольно быстро терялся в окружающей темноте, с ним я должен был быть заметен издалека – по крайней мере, если я не смогу найти местных, у них будет шанс обнаружить меня. Правда, чуть погодя я все же слегка прикрыл его рукой, решив, что хищники, если таковые здесь имелись, смогут заметить меня гораздо быстрее.

На мгновение мне показалось, что далеко впереди промелькнул незнакомый силуэт. Мигом выключив фонарик, я укрылся за ближайшим валуном. Паника постепенно начинала овладевать мной, у меня с трудом получалось контролировать дыхание, чтобы можно было расслышать звуки, исходящие из темноты, но кругом стояла лишь мертвая тишина. Успокоившись, я решил осмотреть то место, где видел существо, однако никаких следов не обнаружил. Может мне тогда просто показалось, но рисковать совсем не хотелось, даже если это галлюцинация, то тем более лучше избегать встреч с ней. Как только я немного прошел вперед, фонарик неожиданно погас.

Не сумев заставить работать осветительный прибор, я, практически ничего не видя в этой темноте, побрел дальше, стараясь касаться камней. Впрочем, через некоторое время, фонарик снова заработал, что несказанно меня обрадовало. Выглядело так, словно в том месте была какая-то аномалия, но возвращаться и проверять свою теорию сейчас мне хотелось меньше всего

Впереди я заметил достаточно странно лежащие камни и решил осмотреть их поближе. Луч света уперся в какие-то непонятные развалины, которые оказались одинокой полуразрушенной стеной, стоявшей среди валунов. Она состояла из строительного материала, похожего на земной кирпич, только темно-синий и соединенный не с помощью бетона. У меня возникло смешанное ощущение, ведь раз были строения, значит были и те, кто их построил и, если они до сих пор обитают здесь, то неизвестно, как отнесутся к чужаку. Кроме стены, от постройки ничего не осталось, так что я решил не останавливаться на месте, а продолжать идти, надеясь, что мне повезет найти уцелевшие населенные пункты, хоть и в голову лезли всякие неприятные мысли, вроде агрессивно местных жителей или полной заброшенности этого места.

Долго идти мне не пришлось — причиной стала не только разболевшаяся нога, но и крутой склон, который оказался передо мной. Спускаться по рыхлой земле было довольно опасно, тем более в моем состоянии, когда у меня с трудом получалось опираться на больную ногу. Единственной проблемой я считал то, что местные уже знают обо мне и могут напасть в любой момент. Хотя луч света при внимательном осмотре окружающей местности не выявил никаких признаков других живых существ, расслабляться ни в коем случае нельзя. Опершись на ближайший валун, я решил посмотреть, что же там находится внизу, однако, луч фонарика не смог достать до подножия холма. Это, мягко говоря, разочаровало меня. Ведь на склоне наверняка были валуны, в которые можно по неосторожности врезаться, набрав случайно разгон во время спуска, или наоборот – использовать их, чтобы аккуратно спуститься.

Вдруг сзади раздался громкий хлопок. Стоило мне обернуться, как я увидел непонятное существо. В этот момент мои ноги подкосились от страха, что повлекло за собой неприятные последствия. Вместо общения с пришельцем, у меня нашлось занятие куда более интересное – катиться кубарем вниз по склону. На мое счастье камней по пути не встретилось, по крайней мере, больших. Хорошо, что я не свернул себе шею, за что нужно благодарить местную гравитацию, правда, без новых травм все равно не обошлось. Боль в ноге стала еще сильней и отдавалась почти при каждом движении.

Фонарик, лежавший за земле, был все еще целый, что не могло не радовать, и освещал небольшой валун. Решив пока не отряхиваться от лунного песка, который мне “посчастливилось“ собрать во время спуска, я добраться до него, чтобы встать на ноги.

— Эй! Кто ты? — закричал я, освещая вершину склона, все еще надеясь, что если это был местный житель, то мне окажут хоть какую-нибудь помощь, но никто так не отозвался. «Может, снова галлюцинация?»

Оставаться на месте было глупо, поэтому мне ничего другого не оставалось, кроме как отправиться дальше. Местность вдали больше походила на развалины какого-то города, и я решил проверить, что же там. На замену валунам пришли разрушенные строения, развалины которых были разбросаны тут и там. Создавалось впечатление, что город был давным-давно покинут его жителями. «Наверное, местные боятся сюда соваться, иначе, почему они ничего не восстановили здесь. Не хватало мне еще и города-призрака»

По правде говоря, бродить по разрушенному городу в такой темноте было действительно страшно. Правда я не знаю, что страшнее — сам город, или мои попытки представить, что здесь произошло — особенно пугала теория о появлении какого-нибудь опасного вируса, выкосившего население. Понять, для чего предназначалось то или иное строение было попросту невозможно, мне не встретилось ни одного более-менее целого здания. Разболевшаяся нога дала понять, что необходимо сделать привал. Усевшись на землю, я сделал пару глотков из фляги, чтобы немного промочить засохшее горло. Все же в этом месте было что-то зловещее, и оно не давало мне покоя. Как только боль в ноге немного стихла, я продолжил свой путь. Мое внимание привлекла одна странность – казалось, будто вокруг был малозаметный туман, из-за чего мне действительно становилось, как то не по себе. Не найдя поблизости уцелевших строений, я направился вглубь городка.

Было тихо, как-то даже слишком тихо. Единственное, что нарушало эту странную тишину – мои шаги по пустым, засыпанным лунным песком, улицам городка. Туман быстро становился густым, и это меня совсем не радовало.

– Папочка, помоги мне! – донесся из тумана испуганный голос девочки.

Недолго думая, я в панике направился к выходу из города. Порой мне даже казалось, что в тумане кто-то ходил, но заострять внимание на этом не хотелось. Главное – выбраться из этого странного места.

Не думал я, что буду так рад старым добрым валунам, которые не раз проклинал. С городом в это время происходили странные вещи. Туман в нем стал настолько густым, что даже луч фонарика не мог осветить стену здания, находящуюся всего в двух метрах от меня. Не знаю почему, но туман просто окутал город и распространяться дальше не собирался.

– Мне не удержаться, папочка! – я развернулся и пошел прочь от города, стараясь не обращать внимания на крики.

Стоило мне немного отойти от города, как тот пропал вместе с туманом, оставляя на месте себя всю ту же треклятую пустыню. Теперь мне больше ничего не оставалось делать, кроме как продолжать идти дальше. Не знаю, сколько прошло времени после моего прибытия сюда, но усталость была такая, будто я пробежал многокилометровый марафон. Мое внимание привлекло тихое пиканье приборчика, который поддерживал работу согревающих элементов в моей одежде. Сняв устройство с крепежей, я взглянул на желтый экран.

“Низкий уровень заряда батареи. Поддержание повышенной температуры, выделяемой устройством – нарушено” – «Прелестно. Великая радость, блин»

Мне уже становилось интересно – что или кто убьет меня первым. Этот мир явно не был дружелюбен к новеньким. Надеюсь, что такого больше не повторится. Мои размышления прервало основание разрушенной колонны, которое вырвал из темноты луч фонарика. «Снова постройки. Что ты, Уолтер, запомнил насчет местных построек? Правильно – валить от них как можно дальше и быстрее» – однако, возникла одна небольшая проблема – мне становилось холодно. Если строение, неподалеку от которого располагалась эта колонна, не было сильно разрушено, то я бы смог попытаться найти там какую-нибудь ветошь, чтобы разжечь костер и продержаться до тех пор, пока солнце не покажется из-за Новой Земли.

Оказалось, что была не одна колонна, а целых два ряда, идущих вдоль еле заметной под песком дорожки. Куда она вела, мне пока было неизвестно из-за слабого фонарика, который светил максимум на два метра и периодически моргал, намереваясь погаснуть. Думать об этом я не хотел, потому что если пропадет единственный нормальный источник света, то шансы выжить падали до нуля. Про зажигалку вообще нечего говорить – от нее будет толк, когда у меня получится сделать что-то наподобие факела.

Идея идти по дорожке принесла свои плоды – луч света осветил хорошо сохранившиеся, несмотря на то, что все увиденные мной здания и их пристройки были практически полностью разрушены, темно-синие ступени. «Что же, это лучше, чем ползти по склону» — по моему телу пробежала нервная дрожь, словно... кто-то стоит у меня за спиной. Стоило мне развернуться, как фонарик осветил непонятное коричневое облако, которое было чуть выше меня по росту. Увидев, или почувствовав на себе свет, оно резко взмыло вверх, крича что-то невнятное. Произошедшее немного шокировало меня, но вспомнив, что на этой планете присутствует какая-то странная аномалия, вызывавшая галлюцинации, я успокоился и принялся подниматься по лестнице. После нескольких минут нелегкого подъема, я оказался перед массивными выбитыми воротами, за которыми был проход, ведущий внутрь строения. Приборчик к тому времени уже начал беспрерывно пищать. «Эх, все равно терять мне нечего»

Проход привел меня в большой зал, состояние которого заставляло задуматься о том, что здесь должно быть относительно безопасно. Впрочем, времени на размышления нет, ведь совсем скоро сядет аккумулятор, и тогда мне несдобровать. Осмотр зала дал плачевные результаты – большинство сводов и стен обвалилось, в результате чего большая часть ходов оказалась заваленной. Но ведь я был не из тех, кто так просто сдается. Итогом моих поисков стал узенький проход, ведущий внутрь строения. Выбравшись из зала, я оказался в длинном коридоре. Не могу сказать, что собой представляло это здание, но архитекторы явно не особо задумывались по поводу уникальности архитектуры, да и мне было как-то наплевать.

Идти по однообразному коридору, дыша столетней пылью и постоянно слыша свои шаги, оказалось достаточно тревожно. Может, это место и было в свое время прекрасным, но сейчас, ото всей изысканности остались лишь голые стены.

– Кто здесь? – прервал мои размышления леденящий душу голос. Странным было то, что я понимал слова этого существа.

– Кто, кто – псих в пальто! – не выдержал я.

В ответ неизвестный лишь рассмеялся. Такое чувство, что этот смех шел отовсюду. Стоило мне открыть рот, чтобы высказаться, как он стих. Снова наступила тишина, которая, как и темнота, стала моим проводником в этом новом мире.

Коридор вывел меня в очередной большой зал. В нем была одна интересная особенность – он практически не был разрушен. На величественных темно-синих колоннах с белыми, блестящими на свету, узорами, не было ни единой трещины. Огромные люстры, украшенные десятками видов драгоценных камней, все еще свисали с потолка. «Может, если я смогу выбраться отсюда, смогу кому-нибудь их продать?» Однако, я не собирался сейчас пытаться достать камни. Для начала необходимо было осмотреть зал не только на предмет опасностей, но и поискать горючие материалы, чтобы разжечь костер.

К несчастью, я так и не смог понять, для какой конкретной цели было построено это помещение. Но у меня получилось найти кусок ткани, на котором была изображена какая-то темно-синяя крылатая и рогатая лошадь с вертикальным зрачком. «Это же как нужно головой удариться, чтобы до такого додуматься?» Осталось найти хотя бы парочку деревяшек, и тогда все будет вообще замечательно. Хорошо, что из зала был проход, ведущий еще дальше вглубь комплекса. Комплекс… почему-то именно это слово первым пришло мне ум. Я решил осмотреть следующую комнату и если там ничего не найдется, придется делать костер из подручных средств.

Коридоры комплекса, лунная пустыня, пустые улочки города-призрака, снова лунная пустыня, а теперь еще и это. Усталость давала о себе знать, и у меня с трудом получалось стоять на ногах. Хотелось просто лечь и заснуть, наплевав на холод, на тварей, которые хотят меня убить, на странные аномалии, происходящие повсюду. Но, пока еще есть шанс спастись, нужно им воспользоваться.

Коридор оказался коротким, по крайней мере, я и не заметил, как вышел в очередное просторное помещение. Оно практически не отличалось от зала, где мне только что пришлось побывать. Однако что-то здесь было не так. Присутствовало какое-то напряжение в воздухе, словно в нем содержались неведомые вещества, которые никак не отражались на моей дыхательной системе. «Итак, план такой же, как и в прошлый раз. Нечего обращать внимание на всякую мерещащуюся тебе чепуху»

То, что я обнаружил посреди помещения, было просто ужасно – ступеньки.

– За что?! – не выдержал я.

Самым ужасным явлением в этом мире для меня были именно они. Кое-как мне удалось подняться по “лестнице боли” на просторную овальную платформу. Луч фонарика осветил какой-то древний алтарь. Любой ненормальный человек решил бы его осмотреть, но я себя к таким не причислял и не собирался этого делать. Мое внимание больше привлекло окно, от витража которого остались лишь осколки, лежащие на полу. Светить фонариком в окно оказалось глупой затеей – из-за малого радиуса освещения, нельзя было определить высоту, на которой располагалось это помещение. Больше мне ничего не удалось найти здесь. Я решил разжечь костер в предыдущем зале, а то… этот алтарь немного нервирует. Что-то странное именно в этом месте, а для странностей у меня план уже есть – валить от них подальше и не оглядываться.

Стоило мне спуститься, как многовековые факелы, которые были прикреплены к колоннам, зажглись синим пламенем, освещая помещение. Поняв, что ничего хорошего происходящее не мне сулит, я поковылял в сторону выхода так быстро, как мог.

– И куда ты? – Раздался знакомый голос.

– Куда подальше от тебя и твоих дружков! – «Уолтер, что ты делаешь? Нельзя разговаривать с галлюцинациями!»

Моя попытка убежать из залы с треском провалилась, когда проход закрыла стальная решетка, состоящая из вертикально направленных прутьев. Оставалась надежда только на то, что ржавчина достаточно повредила их структуру.

– А ты интересен… человек. Ведь так называется ваш вид? – «Не обращай внимания, это все тебе кажется»

Схватившись руками за один из прутьев, я дернул его на себя. Результат оказался таким, каким и предполагался – из-за ржавчины прут практически не держался на основании, но чтобы вытащить его придется приложить чуть больше усилий. Еще один резкий рывок и прут лопнул в основании, что позволило мне вытащить его из решетки.

– А ну немедленно прекрати! – «Ха, убеди в меня в этом и получишь пирожок. Ты же мне ничего не сделаешь… галлюцинация чертова» Я схватился за второй прут.

– Папочка, а что ты делаешь? – «Нет! Не оборачивайся, Уолтер.»

–Ты потерял ее! Она погибла из-за тебя!

– Заткнитесь! – только я начал вытаскивать второй прут, как что-то схватило меня за ногу.

– Эй, что за… – взглянув вниз, я увидел, что это был синий туман, который обволок мою ногу и потащил меня в сторону алтаря..

– Раз ты не хочешь по-хорошему, так пусть же будет по-плохому.

Меня швырнуло в сторону алтаря, и вокруг него туман начал образовывать вихрь. Я из последних сил поднялся и направился к окну. Это был мой единственный шанс спастись от этого неведомого существа. Но стоило мне приблизиться к выступу, как вихрь захватил меня.

– Ты просто так отсюда не уйдешь!

Я почувствовал, что теряю сознание. «Нельзя отрубаться, Уолтер! Ты должен бороться»

* * *

– Эй, парень! Как себя чувствуешь? – кто-то назойливо теребил меня за плечо.

Я приоткрыл глаза и не был удивлен – как обычно ни черта в этой темноте не видно. Нога продолжала ныть, было ужасно холодно, фонарик лежал неподалеку, освещая валун, облокачиваясь на который я мог подняться на ноги. У меня даже не было предположений, кому сейчас интересно трогать валяющегося на лунном песке… человека. «Что же произошло?» Я кое-как дополз до спасительного валуна и подобрал “разгоняющего тьму” друга.

– Судя по всему – не очень, – ответил некто, — «Кого же так заботит мое состояние?»

– Есть немного.

– У меня есть к тебе… деловой разговор. Но здесь не место для этого, – я только повернул фонарик в сторону своего собеседника, как раздался щелчок…

## Неприятности

Непрекращающийся гул сирены заставил меня открыть глаза. Я лежал в помещении, где была расположена платформа телепорта. На потолке мигала красная лампочка, освещая лишь небольшую часть комнаты, но и так понятно, что несчастный случай повлек за собой неприятные последствия. Мое тело было завалено кучей испорченного оборудования, на восстановлении которого можно спокойно ставить крест. Выбраться из электронного мусора оказалось не так легко из-за затекших конечностей, но я смог пересилить себя.

Очередной неприятной новостью был возможный перелом в правой ноге, потому что каждое движение отдавалось жуткой болью. Моя одежда больше походила на решето, неудивительно, что по всему телу чувствовались многочисленные порезы, кровь из которых уже порядком окрасила экипировку в багровый цвет. «Интересно, сколько я тут пролежал и как мне удалось выжить?»

Впрочем, рассуждать мне было некогда, ведь если я не найду аптечку первой помощи, то долго не проживу. Прежде чем заматывать раны обрывками ткани, необходимо вытащить осколки стекла и куски металла. Естественно, дрожащими руками делать такое не стоило. Оставалось надеяться, что не только мне удалось выжить после произошедшего.

Оглядев комнату, я не обнаружил своего рюкзака, что меня весьма опечалило. Ведь, как назло, пить хотелось просто неимоверно, а во фляге, насколько себя помню, оставалось немного воды. Неожиданно я вспомнил про рацию, которую прикреплял к поясу. Главное – чтобы работала.

Опираясь на повалившийся мэйнфрейм, я смог подняться и сразу же постарался зафиксировать правую ногу в одном положении с помощью порванной жилетки. Шина не особо помогла – мало того, что нога продолжала непрерывно ныть, так еще периодически возникала острая боль в районе ступни. Но с другой стороны, мне посчастливилось найти длинный обломок трубы, который можно было использовать в качестве костыля. Рации на месте не оказалось, что свело ситуацию к состоянию грандиозного облома. Теперь выбираться отсюда придется самостоятельно. Терпя боль, я потихоньку направился к выходу.

Дверь, ведущая из помещения, лежала на полу со множественными вмятинами на железном каркасе. Такое чувство, будто кто-то ломился из помещения, и результатом стало вот… это. В комнате управления обстановка оказалась еще хуже – словно тут ураган пронесся. Мощные машины, основной задачей которых были вычисления и анализ данных, были разнесены на части. На оборванные провода подавалось электричество, в результате чего помещение то и дело освещали яркие вспышки. Даже если тут и были мертвые ученые, понадобится много времени, чтобы найти тела. Хотя все это было странно, ведь, скорее всего, прошло немало времени после инцидента, и спасательные бригады должны быть здесь. Или они просто решили, что тут некого спасать и путь в этот отдел будет временно перекрыт. Второй вариант меня совсем не устраивал, поэтому к планам поиска помимо аптечки добавился еще и лифт.

Выход из контрольной комнаты оказался закрыт на электронный замок, а если учесть состояние устройства для считывания информации с карточки доступа, то дверь была заперта наглухо. Альтернативный путь нашелся быстро, правда, он не особо мне нравился – вентиляционная шахта. Вариант ползти в такой темноте был гораздо лучше, чем стоять на месте и истекать кровью. Решетка вентиляции отсутствовала, что заставило меня задуматься о выживших или неизвестных существах, бродящих по коридорам отдела. Кто бы ни вынес ту дверь – с ним лучше не встречаться.

Шахта оказалась не такой уж и узкой. По крайней мере, я смог в нее пролезть, сняв перед этим импровизированную шину с ноги. Предположение насчет отсутствия какого-либо освещения внутри подтвердилось. Неизвестно, что могла в себе таить темнота, но мне было как-то плевать, ведь вентиляция была единственным путем спасения. Однако трубу-костыль придется оставить из-за размера лаза. Сделав глубокий вдох, я залез в шахту. В мою голову стала лезть навязчивая мысль о безрассудстве данного поступка. Мне казалось, что шума, создаваемого мной, было предостаточно, чтобы все отделение знало о моем местоположении.

Не знаю, сколько мне пришлось ползти, но когда впереди показался один из выходов, я был неимоверно рад. «Надеюсь, болты не слишком крепко посажены» Стоило мне надавить на решетку, как она слетела с креплений и грохнулась на пол. Скорее всего, из-за быстрого темпа строительства здесь все держалось на “соплях”. Я часто сталкивался с тем, что спешка практически всегда приводила к плачевным последствиям.

Мои приключения в вентиляции закончились немного неожиданно – приземлением на диван. Он был такой мягкий и просторный, что если бы я не истекал кровью, то так и лежал бы на нем. «Если выберусь из этой передряги куплю себе такой же, а то эти твердые койки уже надоели» Если судить по интерьеру до происшествия, то это помещение было комнатой отдыха. Только вот сейчас оно переживает не самые лучшие времена из-за произошедшего. На полу валялись различные документы и книги, белый шум, доносившийся из телевизора, нервировал еще больше, нежели вечно ноющая сирена. Увидев бильярдный столик, я решил осмотреть комнату, чтобы найти себе новый “костыль”. Найти кий оказалось проще простого – он стоял в углу помещения. Теперь мне оставалось лишь отодвинуть шкафчик с одеждой, который закрывал собой дверь, ведущую в коридор. Пришлось приложить немало усилий, чтобы сделать это, в результате чего он грохнулся на пол, подняв кучу строительной пыли.

Меня обрадовало, что хоть в коридоре было привычное белое освещение, а то тусклые красные лампочки порядком надоели. Правда, гул сирены тоже прекратился.

– Резервный источник питания подключен. Приблизительное время поддержки работоспособности электрооборудования отдела – час. Сообщение о неполадках уже передано должностным лицам, – донеслось из громкоговорителя.

Некоторые лампы все же не включились, оставляя участки коридоров погруженными во тьму. Оглядевшись по сторонам, я никого не заметил и, сделав глубокий вдох, направился по коридору по предполагаемому маршруту, который должен был вывести меня на платформу лифта. Искать аптечку внутри помещений, забитых кучей разбросанного хлама, у меня не было времени, но, если попадется кабинет медосмотра, то заскочить туда непременно стоило. Иногда возникало чувство, что я уже сталкивался с чем-то подобным, но у меня не получалось вспомнить это.

Мои размышления прервали помехи, начавшие доноситься из громкоговорителя. Казалось, что кто-то постоянно стучал пальцами по микрофону, проверяя его состояние.

– Эй! – вдруг прозвучал голос. Я стал вертеть головой по сторонам, стараясь найти камеру, через которую выживший мог меня увидеть.

– Что здесь произошло, и где все люди? – мне не особо хотелось вести продолжительные беседы, поэтому решил перейти сразу к делу.

– Оу, черт меня побери! Я уж думал, что остался единственным выжившим в этом аду, – пока мой новый знакомый радовался, я приметил камеру, установленную возле проложенной связки кабелей.

– Как погляжу, тебе тоже досталось. Я забаррикадировался в комнате охраны, чтобы они до меня не добрались. Не знаю, что за чертовщина здесь творится, но мне так и не удалось связаться с другими отделами комплекса. Будет лучше, если ты сможешь добраться до лифта и выбраться отсюда. – я лишь кивнул, ведь мне повезло найти человека, который укажет путь к выходу.

– Они знают, что я здесь. Из-за дверей постоянно доносится чей-то стон. Поэтому послушайся моему совету – не беги спасать меня, лучше выбирайся и предупреди осталь… – что-то заставило остановиться моего собеседника на полуслове.

– Тебе необходимо повернуть направо на следующей развилке и идти до упора. Там будет лифт для персонала. Они плохо ориентируются на свету… ах, черт побери. – из громкоговорителя стали слышны звуки стрельбы.

– Помни – не дай им поймать себя! На этом, мой друг, я прощаюсь с тобой и этим миром. – раздался еще один выстрел, который скорее всего оборвал жизнь человека.

Не желая больше задерживаться в этом месте, я побрел по маршруту, проложенному моим “спасителем”. Тут и там стали слышаться приглушенные стоны, которые становились все громче с каждой секундой. На развилке мне пришлось столкнуться с двумя новыми обитателями отдела – это были бывшие ученые, судя по потрепанным лабораторным халатам, но такое чувство, будто их поразила тьма, вырвавшаяся со страниц книг ужасов. Их отчетливо видные вены стали похожими на черные полосы, нарисованные на теле, а кожа стала бледной, как у мертвецов. Зараженные, по крайней мере, такое название первым пришло мне в голову, пытались открыть дверь в помещение с помощью ломов, периодически говоря какую-то белиберду. Мне это совсем не нравилось, ведь я ожидал кого-то похожего на зомби, а не этих ребят.

Привлекать внимание в мои планы не входило, потому что неизвестно на какие выкрутасы способны эти твари. Стараясь как можно меньше шуметь, я повернул в плохо освещенный коридор и пошел, прижимаясь к стенке, чтобы быть менее заметным. Когда половина пути до лифта была преодолена, зараженные открыли дверь и вытащили оттуда бедолагу ученого. Страх и чувство самосохранения говорили мне не останавливаться, но любопытство все же пересилило. К тому же информация о том, что эти существа делают со своими жертвами может пригодиться, когда придется рассказывать о творящемся здесь.

Парочка поставила выжившего на колени и больше ничего с ним не сделала. Мой разум уже вовсю трубил тревогу о срочной необходимости валить отсюда, однако что-то меня заставляло оставаться на месте. Вдруг, рядом с ученым появился знакомый мне туман. Тот самый, который в прошлый раз решил пошвырять меня по всей зале. Небольшое облачко отделилось от него и залетело внутрь человека через дыхательные пути. За считанные секунды вены несчастного почернели, а кожа побледнела. Новоиспеченный зараженный поднялся на ноги, периодически подергивая конечностями. Не желая больше здесь задерживаться, я побрел в сторону лифта.

– Вот он! Схватить его! – послышался леденящий душу голос.

Позади стал слышен топот зараженных, которым было просто невтерпеж поймать меня. Не желая оборачиваться назад, я продолжал упорно идти вперед. Двери лифта открылись в тот момент, когда мне оставалось до него всего несколько метров, словно это было кем-то спланировано. Но выбор был невелик, а становиться одной из этих тварей меня совсем не устраивало.

Оказавшись в небольшой кабине я судорожно начал нажимать кнопки на панели управления. Самый быстрый из зараженных вместо того, чтобы напасть на меня, стал в проходе из-за чего датчик присутствия не позволял дверям лифта закрыться. Ожидание других “пассажиров” совсем не входило в мои планы, поэтому проблему пришлось решать достаточно жестким способом – как только этот умник расставил руки, чтобы датчики снова не дали закрыться дверям я смог попасть кием точно ему в глаз. Зараженный отошел от дверей, истошно крича. Темная жидкость текла мелкими струйками по деревянному оружию точечного поражения. Лифт закрылся в тот момент, когда остальная компания подоспела на помощь раненому товарищу.

Сделав глубокий вдох, я закрыл глаза и уселся на холодный металлический пол ждать, когда двери откроются на указанном этаже. Мне даже не хотелось посмотреть, где лифт должен будет остановиться. Усталость и кровопотеря давали о себе знать, но постоянно ноющая нога не позволяла провалиться в сон. Самое странное, что меня не покидало чувство, будто рядом со мной кто-то есть.

Приоткрыв глаза, я заметил новое изменение в обстановке – свет потух. В этот момент мне стало действительно не по себе, но лифт все еще продолжал движение, поэтому все навеянные страхи свелись к перегоревшей лампочке. Вот панель загорелась зеленым цветом. «Наконец-то этот кошмар закончится» Но двери лифта не открывались, что меня насторожило.

– Тебе не сбежать! – «Что за?»

* * *

Судя по ощущениям, я очнулся на кушетке, которая находилась… в пустой белой комнате. Реакция моего разума на это оказалась достаточно спокойной. Еще бы, ведь мне столько всего пришлось пережить за последние сутки, что обращать внимание на новые странности просто не было сил. Единственное чего хотелось – хорошего отдыха ото всех этих аномалий и чудовищ. Похоже, расслабиться удастся только на том свете, а пока… сейчас снова нужно попытаться пережить очередное совсем не нужное приключение. Или нет. Может, я погиб, и это место будет служить моей темницей целую вечность?

Постепенно мне начинало казаться, что с этой пустотой не все так просто, как кажется на первый взгляд. Все мои чувства были лишь притуплены, а не отсутствовали, если вспоминать то падение. «Кто-то пытается обмануть меня, но зачем?» Решив заняться этим и другими накопившимися вопросами в более спокойное время, я присел на кровать. Правда, далось мне это с большим трудом. Такое чувство, будто меня накачали обезболивающим под завязку. Поэтому идею побродить по этой ”псевдопустоте” я отбросил сразу. Радовало, что хотя бы нога перестала ныть.

– Посмотрите-ка, кто очнулся! – донеслось из темноты. «О, блин. Да сколько же можно насиловать мой мозг?»

– Может уже хватит играть в прятки, или ты просто боишься показаться мне на глаза, – из-за еле двигающего рта мне не удалось воспроизвести сказанное как вопрос.

– Не беспокойся, я понял, что ты хотел этим сказать. Ах да, тебе придется находиться в этом состоянии до конца процедуры, – вот такого ответа я не ожидал.

– К какой еще процедуре.

– Позволь мне все тебе вкратце объяснить. Но для начала… – послышался знакомый щелчок.

Через мгновение тьма сменилась светом. Теперь я находился… в светлой бесконечности. Такое чувство, будто бы каждая частица в этом месте излучала свет. Моего собеседника поблизости не оказалось, что меня несколько удивило. Я предполагал, что наше общение строится на обмене мыслями или чем-то в этом роде, но подтверждения этой теории никак не ожидал. Теперь мне придется сидеть в этой “белой комнате”, пока мой новый знакомый не соизволит объяснить суть процедуры. Конечно, можно было походить здесь, но на сколько шагов меня хватит? А дальше что делать? Ползать? Нет, таким я заниматься не собирался.

– Эй! Мистер Неизвестность, отзовись!

Передо мной в яркой вспышке появилось… нечто ужасное. Тело этого существа состояло из частей различных животных. Голова была похожа на козлиную, с рогами от оленя и еще какого-то неизвестного мне существа. Одна лапа у него напоминала львиную, а другая орлиную. Крылья тоже не обладали должной “симметричностью”. Задние лапы… хотя, этому трудно дать именно такое определение, но одна из конечностей зеленого цвета явно была позаимствована у какой-то рептилии. Довершал всю картину драконий хвост. Конечно, драконов как таковых мне видеть не приходилось, но книжек я прочитал немало, так что по моему представлению хвост был именно таким. Красные зрачки уставились на мою ошарашено-удивленную физиономию.

– Эмм… я, конечно, все понимаю, но с Франкенштейнами меня общаться не учили. – существо с хохотом повалилось на диван, только что материализовавшийся в воздухе. Я же просто снова лег на кровать, пытаясь придумать хоть какой-нибудь план действий.

– Ой… насмешил. Человек, ты такой забавный, когда пытаешься осмыслить происходящее. Дам тебе один совет – не пытайся понять то, что происходит здесь. – «Дельный советик. Только вот не мог он сказать об этом раньше»

– Ладно… так что там за процедура. – Я уже ничего не хотел предпринимать из-за накопившейся усталости. Да и шансов у меня не было, ведь мои конечности все также продолжали быть непослушными.

– Ты попал в другую вселенную, но для того, чтобы ты не устроил бардак, тебе придется принять вид "представителей цивилизации", или как вы там выражаетесь. Вот собственно и все.

– И все. – «Чертово онемение»

– Да. Остальное тебе расскажут на месте. Скажем так… не только ты попал в этот мир. – существо снова щелкнуло пальцами. Несмотря на всю абсурдность ситуации, я заметил в его взгляде отрешенность. Будто, оно не хотело делать этого, но ему приходится.

– Теперь процесс не будет таким болезненным, – мне жутко захотелось спать. Последнее, что я помнил, как моя попытка пошевелить рукой закончилась неудачей.

Не знаю, что именно делало существо со мной, но боль была жуткой. Если учесть действие обезболивающего, то мне даже страшно было предположить, в каких муках корчился тот, кому не сделали заветный щелчок. Между тем, боль усиливалась, но определить ее источник не получалось. Казалось, будто болела каждая клеточка организма, а в ушах стоял непрекращающийся звон. «Неужели такова цена того, чтобы стать одним из них?»

Внезапно боль стихла, и наступила тишина. Не сказать, что меня это пугало, но все равно мне стало как-то не по себе. Открыв глаза, я обнаружил, что нахожусь в небольшой палате. Солнечный свет пробивался в помещение сквозь зарешеченные окна. Моя попытка подняться на ноги, закончилась неприятным открытием.

## Новый мир

Не могу сказать, что меня удивило произошедшее. Хотя нет – я был в шоке и просто продолжал таращиться с разинутым ртом на свое новое тело. Вместо рук и ног у меня были копыта… чертовы, чтоб им пусто было, копыта! Мое тело было покрыло оранжевой шерстью, из-за чего в голову, по привычке, пришла мысль, что необходимо побриться. Но вспомнив свой недавний разговор с тем существом, я стал потихоньку успокаиваться и начинать разбираться в сложившейся ситуации.

Первым делом обнаружилось интересное строение конечностей нового тела, а если быть точнее – копыт. Не могу сказать почему, но, в отличие от копытных животных, обитающих на нашей планете, мои суставы были устроены несколько иначе. По своей гибкости они напоминали мне чем-то руки, вот только пальцев не было, что несколько нервировало. Ответ на вопрос: “Как же они построили все это?” я решил пока не искать. Ведь мне, по идее, должны объяснить хотя бы элементарные основы.

Другим открытием оказалось наличие темно-зеленого хвоста, благодаря которому, у меня начало складываться предположение о новом обличии. Но от зеркала я все равно бы не отказался, чтобы полностью разглядеть себя.

Осмотрев еще раз палату, я понял, что насчет обстановки явно не задумывались – поставили кровать и все на этом. Судя по размеру двух окон в помещении, наличие решеток выглядело перебором. Ведь там сможет пролезть только младенец и то с трудом. Чего уж говорить о моей туше. Также странным было отсутствие каких-либо источников освещения, об этом необходимо будет спросить у местных.

Лежать на одном месте мне быстро наскучило, и я решил, что наступило время экспериментов, а если быть точнее – пора учиться ходить. Естественно, из-за выработанного до автоматизма подъема с кровати методом “сначала ноги, потом туловище”, моя первая попытка закончилась неприятным соприкосновением морды и пола. Второй заход тоже не принес никаких результатов, кроме того, что мне удалось оценить один из плюсов шерстяного покрова – лежать оказалось удобно даже на твердой поверхности. Однако валяться на полу весь день в мои планы точно не входило. Со следующего раза у меня получилось принять более-менее устойчивую позу. «Остается дело за малым – научиться ходить»

Как ни странно, но уверенно передвигаться шагом у меня стало получаться довольно быстро, а вот с бегом дела обстояли более плачевно — мало того, что мне было неудобно в новом теле, так еще и размеры помещения не позволяли нормально этим заниматься. В очередной раз повалившись на пол "палаты", по крайней мере, из-за белых стен и пола приходило в голову только это я решил сделать небольшой перерыв. Из практического опыта стало ясно, что кушетка была такой же твердой, как и пол. По крайней мере, полежав там и там, разницы я не ощутил. Но зато у меня появились цель, которую необходимо достигнуть в ближайшее время – научиться бегать.

Мои размышления прервал зашедший в помещение… пони, бежевого цвета с коротко стриженной черной гривой, одетый в докторский халат. Почему именно пони? Да потому что до размеров лошади этому существу было далековато, а жеребенка не послали бы общаться с иноземцем, хотя кто его знает. Только вот если судить по маленькой длине его морды и огромным, как тарелки глазам, он когда-то повстречался с катком. Теперь мне еще больше захотелось взглянуть на себя в зеркало. "Врач", ибо я пока не имел ни малейшего понятия, какова его профессия на самом деле, достал с помощью телекинеза небольшой блокнотик, который завис в воздухе, окруженный серебристым свечением. После этого мне захотелось себя ударить за жутчайшую невнимательность. Еще бы, не заметить рог, торчащий из головы этого чуда природы, может только слепой. Ну, или в конкретном случае – я, ошарашенный “небольшими“ изменениями в своей жизни.

Пони, перевернув страницу, начал что-то записывать, то и дело посматривая на меня невозмутимым взглядом, как бы сверяя точность написанного. В конце концов, мне надоело играть с ним гляделки.

– Вы собираетесь стоять тут и записывать что-то в свой чертов блокнот, или меня все-таки введут в курс дела? – от неожиданности мой посетитель выронил ручку из телекинетического поля, попутно раскрыв рот.

– А…я… то есть извините, просто большинство наших пациентов не располагают… возможностью связывать слова в предложения, содержащие конкретную информацию, – пони пошел в сторону выхода из помещения.

– Подождите немного, скоро придет специалист, который вам все объяснит.

Как только странный врач покинул палату, возле выхода оказались двое крепких (если сравнивать с тем первым) коричневых пони с короткими синими гривами в белой униформе. Рога, как и у одного, так и у другого я не заметил, но инстинкт самосохранения говорил, что с ними лучше не конфликтовать. Однако, это не означало, что мне нельзя гулять по палате, хоть размер ее был и не особо большим. Осторожно встав с кровати, я принялся бродить от койки до окна и обратно. Громилы посмеивались над моим занятием, периодически переходя на истерический смех. Даже казалось, что они нарочно пытаются вывести меня из себя. Вот только такое отношение мне уже давно знакомо и все их попытки можно считать тщетными. «Это место ничуть не лучше, чем то, откуда я прибыл». Возможно, мое мнение могло быть ошибочным, но факты говорили именно об этом. Постепенно мой мозг привыкал к новому методу ходьбы, у меня уже получалось ходить, практически не спотыкаясь, но на реакцию охранников это никак не влияло – они также ехидно улыбались, с издевкой смотря в мою сторону.

Впрочем, этот спектакль быстро закончился, когда в палату вошел “специалист” – пони красного цвета с бледно-желтой гривой. В глаза сразу бросилось наличие черной повязки на правом копыте, возможно, именно так ученые и различаются по выполняемой работе. Взгляд его бирюзовых глаз сквозь старомодные очки не сулил ничего хорошего. В нем чувствовалось, что этот пони давно на своем посту и сталкивался со многим за все эти годы. «С ним лучше вести себя осторожно, пока не узнаю об этом месте больше» Рог у него также отсутствовал, но было другое… физическое отличие – наличие крыльев. Только сейчас я заметил, что халат ученого немного отличался от первого рогатого посетителя и имел специальные прорези. «Обычные пони, пони с рогами, пони с крыльями… что дальше? Рогато-крылатые пони?»

– Здравствуйте, я рад, что вы успешно перенесли трансформацию и при этом сохранили рассудок, – в словах ученого явно чувствовалась наигранная искренность, что меня отнюдь не радовало.

– Понимаю. У вас стресс после произошедшего. Не боитесь, с гостями у нас всегда обходятся вежливо, – «Ох, не нравится мне все это»

– Но я не могу вам помочь, пока вы отказываетесь идти на контакт. Так что срок вашего пребывания в этом месте зависит исключительно от вас. Чем раньше мы начнем, тем раньше вы покинете это место. Как видите — все просто, – ученый явно нервничал, неужели из-за меня? Нет, тут дело в чем-то другом.

– Уолтер Бракстон, – после этих слов ученый успокоился и улыбнулся.

– Вот и хорошо. Я рад, что вы приняли правильное решение. И, чтобы все было по честному, меня зовут Триг Саенс. Моей задачей будет рассказать вам об основах этого мира, а также показать вашу новую комнату, – похоже, ученый решил, что ситуация под контролем и теперь он может действовать согласно плану, который наверняка существует, раз здесь никто не удивляется пришельцу из другого мира.

– Следуйте за мной. – Триг вышел в коридор. Мне ничего не оставалось делать, кроме как последовать за ним. Ведь если судить по физиономиям охранников, то церемониться они со мной не собирались. Благо, уверенно ходить у меня уже более-менее получалось.

Мы вышли в чистый белый коридор и направились к двойным дверям, находившимся довольно далеко от нас в самом его конце. Солнечный свет пробивался сквозь железные прутья, освещая каменный пол. Пока мы шли, я заметил, что тут была не одна такая “палата”. Вот только остальные либо были пусты, либо из-за дверей доносилось непонятное бормотание. «И почему я чувствую себя заключенным?» Но на палаты смотреть мне быстро наскучило, и и мой взор устремился в сторону солнца. Настоящего солнца, которое видел в последний раз два месяца назад. Чтобы не выпускать работников на поверхность были разработаны специальные устройства, излучающие какие-то особые волны, и каждый вечер необходимо было проходить процедуру “освещения”. Но ведь почти никто не мог продержаться столь долгий срок, как серые работники, так что фактически они были разработаны исключительно для них.

Я не смог удержаться и подставил мордочку (а что у меня еще могло быть?) под лучи пусть и чужого, но все же солнца, которое дает тепло этой планете. В этот раз ученый и охранники бросили в мою сторону весьма удивленные взгляды, а мне было попросту плевать. Закрыв глаза, я чувствовал тепло, исходящее от лучей и наслаждался каждым моментом. Может и не стоило так делать, но пока есть возможность, нужно ей воспользоваться.Естественно, испытывать судьбу на благосклонность, я не собирался – мне хватило всего нескольких секунд, чтобы вспомнить те ощущения, которые испытывает каждый, кто ежедневно выходит на улицу днем.

К несчастью, разглядеть, что было снаружи у меня не получилось из-за запотевших окон. Конечно, я бы мог протереть стекло, чтобы утолить свое любопытство, но злоупотреблять терпением охранников не стоило. Поэтому мне ничего не оставалось делать, кроме как продолжить следовать за Тригом.

– Издержки профессии, – сказал я ученому.

– А кем же вы работали? – его поведение и манера общения уж очень сильно напоминала мне тех же официантов или вечно улыбающийся персонал престижного отеля для богатых посетителей. Такая же натянутость в общении, а ведь он наверняка считается профессионалом среди коллег.

– Дослужился до сержанта в полиции, после чего вылетел с треском из-за того, что перешел дорогу “важной персоне” – хоть бы он расценил меня, как наивного простака. Раскрывать все карты пока не стоило.

Я действительно был уволен, но вот был до этого в должности капитана, пытавшегося посадить самого “законопослушного” преступника, которого прикрывало даже центральное управление. После отстранения от службы, у меня получилось выяснить, что он владеет информацией почти обо всех секретных разработках военных различных стран и по совместительству являлся одним из учредителей “Организации”.

Триг тем временем нажал на кнопку, расположенную рядом с выходом. Послышалось странное гудение, после чего открылись железные двери, за которыми оказалось маленькое помещение, оказавшееся кабинкой лифта. По моим приблизительным расчетам, тут могло поместиться около семи пони, судя по тому, что когда мы зашли во внутрь, места оставалось еще довольно много. Повернув рычажок с цифры “2” на “7”, Триг посмотрел на меня. Наверно думал, что я буду удивлен обычному лифту. Но мне все равно было не по себе из-за постоянной тряски. Казалось, будто мы сейчас вот-вот упадем.

– Не стоит беспокоиться. Система весьма надежна и еще никогда не подводила, – заметив мое беспокойство, сказал ученый. «Черт, а ведь нужно научиться скрывать свои эмоции, иначе ни к чему хорошему это не приведет»

Когда лифт доехал до нужного этажа, я был удивлен необычному интерьеру, который предстал перед моими глазами. Широкая лиловая ковровая дорожка, постеленная на мраморный пол, протянулась на весь коридор. Фиолетовые стены, с висящими на них картинами, канделябрами и гербами с непонятной символикой. Такого же цвета потолок, с которого свисала огромная люстра, освещавшая весь путь от лифта до простенькой деревянной двери. Красота коридора заставила меня ненадолго застыть на месте, ведь мне никогда не приходилось видеть такого в жизни.

Из ступора меня вывел один из охранников, пробурчав что-то непонятное. Пройдя немного по коридору, я смог разобрать изображение на гербах – двух крылато-рогатых существ, одно было синим, другое белым. В этот момент мне захотелось смачно ругнуться по поводу непривычного устройства этого мира.

Картины, расположенные в золотых рамах, выполненных в виде веток деревьев, усеянных листьями, мягко говоря, нервировали меня. На самой первой был изображен светло-желтый пони с ярко-красной гривой, одетый в старомодный дворянский костюм, относящийся где-то к семнадцатому веку в моем мире. Позади него виднелся внушительных размеров замок.

“Граф Скайлайн (Спаситель). 469 – 499” – прочитал я на табличке, расположенной под картиной. «Спаситель? Кого же он спас, раз его так увековечили?» На остальных картинах было то же самое – пони и период в тридцать лет. Может, такие имена, как Лансер Скайлайн или Фриз Скайлайн мне ничего не говорят, но, похоже, что здесь были они в почете, и знать их был обязан каждый.

Прочитав еще несколько имен, я сделал несколько выводов. Первый – на картинах были изображены представители династии, если это можно так назвать, Скайлайн. Второй тоже легко сформировался – каждая дата отмечала промежуток в тридцать лет. Ну и третий – нельзя приближаться к картинам, иначе расстреляют. Последнее, конечно, было шуткой, но кто знает. По крайней мере, стоило мне чуть сдвинуться в сторону произведений искусства, как ученый говорил, что не стоит этого делать. Охранники явно были готовы начать меня избивать в любой момент, когда появится повод.

–Мы очень трепетно относимся к залу предков. Поэтому будет лучше, если вы ничего не будете трогать, – в очередной раз напомнил мне Триг.

– А кто все эти… пони? – знаю, что любопытство до добра не доводит, но мне действительно было интересно.

– Вам все расскажут на месте, однако, кое-что я все же смогу вам сказать. Каждый из Скайлайнов, изображенных на этих картинах, был во главе нашего общества, – ученый замолчал.

– И все?

– Сообщить вам больше не позволяет устав. Так что прошу не держать обид на меня, – « И почему мне кажется, что я по уши влип?»

Как только мы подошли к двери, охранники остановили меня. Такого я не ожидал и поэтому сразу посмотрел в сторону ученого

– Подождите здесь. Мне нужно предупредить руководство о вашем прибытии, – сказал Триг, скрываясь в помещении… или кабинете. «Свалить бы отсюда и как можно быстрей» Тут мне действительно не понравился факт того, что бегать у меня пока не получалось, а справиться с двумя дылдами, которые были пони всю свою жизнь шансов вообще не было.

Ожидание… как же я ненавижу чертово томительное ожидание. Но, с другой стороны, есть время подумать, оценить сложившуюся ситуацию или просто помечтать о свободе, понятие которой уже почти стерлось из моей памяти. «Может, я просто перегибаю палку, и обитатели этого мира действительно хотят мне помочь? Но зачем тогда такая наигранность в общении?»

– Уолтер, руководство готово вас принять. К несчастью, у меня не получится присутствовать при вашем разговоре, так что главное – не беспокойтесь, и все будет хорошо, – Триг выскочил из кабинета и на всех парах понесся к лифту.

Сделав глубокий вдох, я направился к управляющему этим заведением, в котором мне пришлось очутиться в результате всех этих событий. Кабинет оказался не таким роскошным, как коридор, ведущий в него, а его размер был меньше, чем наша комната отдыха в “Комплексе”. Справа стояло два шкафа из светлого дерева, полностью заставленных книгами, неизвестного содержания. Слева же расположился небольшой камин, над которым висел герб с изображением белого шахматного коня на черном щите. По центру располагался большой коричневый стол, заваленный кучей папок с различной документацией и отчетами, а при виде двух мягких и удобных на вид кресел, мне сразу захотелось расположиться на одном из них. Позади рабочего стола было огромное окно, занимавшее почти всю стену.В моей голове невольно возникла мысль разбежаться и выпрыгнуть. Хоть побуду свободен за столь долгое время. Но желание было быстро подавлено здравым смыслом, который в какой-то степени еще присутствовал в моем разуме.

– Вы долго собираетесь стоять на пороге? Присаживайтесь, думаю, нам есть о чем поговорить, – только сейчас я заметил светло-зеленую рогатую пони с темно-синей гривой, которая с помощью телекинеза убрала со стола одну из кип папок и поставила ее около шкафа.

– Ой, бросьте. Я не кусаюсь, но раз вам хочется стоять, то стойте. Это – ваше право, – меня охватило странное чувство, когда не знаешь, как обращаться к

инопланетному существу, руководящему персоналом объекта, куда ты по случайности попал. Но никто не запрещал мне садиться на то самое кресло, так что свой шанс упускать я не собирался и поэтому сразу же разместился поудобнее.

– Как погляжу, мистер Бракстон, вы уже немного освоились в своем новом теле. Это похвально. Вы уже поняли, профессор Саенс уже все рассказал мне о вас, – даже странно было обнаружить отсутствие наигранности в ее голосе, которая хорошо была заметна у ученого. Я решил, что это именно она, из-за немного иного строения мордочки, да и голос явно не был похож на мужской.

– Можете назвать ваше имя, мне не слишком удобно общаться с кем-либо, не зная, как его зовут, – пони прислонила копыто к мордочке.

– Прошу прощения. Вилл Скайлайн – управляющий этого замечательного заведения, – сказала моя собеседница. Я, по привычке, подумал протянуть копыто, но, вспомнив про отсутствие пальцев, вовремя остановился.

– Надеюсь, вы не против того, что я задам вам несколько вопросов? Не стоит беспокоиться, это стандартная процедура. Все попавшие в этот мир проходят ее, – мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

– Итак, расскажите о вашем мире. Как называется ваша планета, насколько технологически развита цивилизация, особенности вашего общественного строя и тому подобное. Просто мы собираем информацию от каждого, кто прибыл к нам, чтобы в дальнейшем помочь ему найти свою родину, – «Может, они действительно могут помочь мне? Вернут обратно на Землю…» Мысль о возвращении в родную “среду обитания”, заставила меня улыбнуться.

–Хорошо, мисс Скайлайн, я готов ответить на интересующие вас вопросы, – Вилл одобрительно кивнула, вселяя в меня еще больше уверенности о правильности моего поступка.

–Моя родная планета называется Земля… – выражение мордочки у моей собеседницы резко изменилось с улыбчивого на грозное.

Внезапно я почувствовал, что очень хочу спать. Веки становились все тяжелее и тяжелее, а при каждом движении казалось, будто мне приходится двигать многотонный вагон. Последнее, что мне удалось заметить – свечение рога Скайлайн.

## Попаданцам здесь не рады

Пришел я в себя уже в совершенно другом помещении, которое уж очень сильно напоминало тюремную камеру, за исключением одной вещи – каменные стены были покрашены в розовый цвет. Также на них, местами, встречались нарисованные ромашки. Первая мысль, пришедшая мне в голову, представляла собой теорию обыкновенного помешательства, отраженного в виде пони, которые говорили со мной, с последующим развитием шизофрении. Но считать себя сумасшедшим я пока не собирался. Впрочем, копыта, покрытые оранжевой шерсткой, которые до сих пор были вместо рук и ног, немного успокоили меня. Ведь это означало, что все те недавние события – вовсе не сон, но вот только факта, подтверждающего отсутствие помешательства не было и от этого мне стало не по себе.

Впрочем, лежать и рассуждать о состоянии своего рассудка весь день я не собирался. Хотя, из вариантов был лишь осмотр камеры, да хождение вперед-назад. Также можно еще полежать и отдохнуть ото всех недавних приключений, свалившихся мне на голову, словно лавина.

Одной из любопытных вещей оказалось то, что я лежал на верхнем ярусе двухъярусной койки. Это натолкнуло меня на мысль о присутствии соседа, но снизу никого не оказалось. Немного полежав, я все-таки решился спуститься на расписанный пол, который напоминал луг. Правда, больше всего уморила дверь камеры, с нарисованными на ней розовыми бабочками. «Что за странные пони? Если уж делать камеру, то именно камеру, а не какую-то комнату в детском саду»

Единственное, что по-настоящему привлекло мое внимание – окно. Хоть оно и было немного больше своего аналога в палате, но взглянуть на новый мир за окном, все-таки представлялось возможным. Какое же меня ждало разочарование, когда вместо ожидаемых красот, я увидел лишь покрытую снегом и простирающуюся на много километров вдаль землю. Теперь, даже искрящийся различными пестрыми цветами на солнце снег, не мог скрасить чувство понимания всей печальности ситуации.

Я был настолько погружен в свои мысли, что не обратил особого внимания на вошедших в камеру охранников. Один из них посчитал, что разумной идеей будет ткнуть мне копытом в затылок. Возможно, он поступил по своему уставу, но вот только не стоит трогать человека, пусть и в облике пони, когда он находится во временном депрессивном состоянии. Охранник хотел что-то мне сказать, однако, не успел – я резко развернулся и ударил копытом прямо в морду, отчего светло-желтый единорог (все же название этих существ всплыло в моем омуте воспоминаний) с черной гривой повалился на пол. Все получилось как-то спонтанно, мне даже не пришлось просчитывать удар так, чтобы самому не запутаться в ногах.

– Бывает, – сказал я белому пони с ярко красной гривой, который приводил в чувство “мистера храбреца” и периодически бросал в мою сторону испуганный взгляд.

Конечно, срываться на других, когда тебе плохо это самое последнее дело, но они сами захотели разрешить все побыстрее, а не дать мне хотя бы немного времени собраться с мыслями. В результате я стал чувствовать себя немного лучше, да и пострадавший уже пришел в себя, что не могло не радовать, ведь тогда у меня были бы большие неприятности, но еще неизвестно, как он себя поведет.

На мое удивление, предполагаемого избиения в сопровождении десятков ругательств не последовало. Единорог лишь поправил синюю униформу, смотря на меня, как на больное существо.

– Прошу пройти вас с нами, иначе нам придется применить силу, – сказал пони, кивнув головой в сторону выхода.

Я, конечно, мог проигнорировать это заявление, но все же решил выполнить указание охранника, ведь они, по сути, были обязаны работать как жестокий персонал, который должен подавлять всяческое неповиновение со стороны заключенных. Но поведение этих ребят разительно отличалось от всего того, с чем мне приходилось сталкиваться в “Комплексе”. «Может, все действительно не так плохо и произошедшее было лишь недоразумением?»

Коридор, в который мы вышли, вызвал у меня несколько странные ощущения. По идее, это место было своеобразной тюрьмой, если судить по устройству помещений. Но интерьер всем своим видом опровергал мою теорию – светло-синие стены с нарисованными цветочками и милыми зверюшками.

–Может, обратишься в медпункт? – пока мы шли к выходу из коридора, я прислушался к разговору охранников.

– Нет. Все в порядке, просто будет небольшой синяк. Сразу видно, что он новенький – удар, конечно, неплох, но техника не отработана. Ему еще осваиваться и осваиваться, – сказал единорог, улыбнувшись.

– А вообще – странно все это. Обычно “цивилизованные” пациенты становятся единорогами или пегасами, но никак не земнопони, – «Пегасы… по крайней мере теперь мне известно, как называть пони с крыльями. А обычные пони, как оказалось, называются земнопони»

– Этим, вроде, доверили Дискорду заняться, так что ничего необычного я здесь не вижу. Только вот лаборанту досталось, ведь он ожидал “разумного”, а не “цивилизованного”. Из-за этого у бедняги случился шок, – «Цивилизованные, разумные. Понять бы, о чем они конкретно говорят»

– Ничего страшного. Все мы когда-то попадали в необычные ситуации, но тут ничего не поделать. Такова наша работа, – забавно, если учесть, что я тоже довольно часто употреблял эту фразу.

Охранники, заметив, что я крайне заинтересованно слушал их разговор, замолчали. Так что добирались до выхода мы практически в полной тишине, не считая звука шагов. В который раз меня не радовало отсутствие опыта скрывания эмоций в новом теле. «С другой стороны, хоть что-то смог узнать. Это гораздо лучше, чем ничего»

Подойдя к решетке, бывшей единственным выходом из коридора, охранник быстро подобрал из огромной связки нужный ключ и провернул его в замочной скважине, расположенной слева. Следующее помещение оказалось чем-то вроде просторной комнаты отдыха. Тут были и книжные шкафы, полные различной литературы, и аккуратно расставленные музыкальные инструменты, и печатные машинки, которые очень напоминали аналог тех, что были на Земле, а также мольберты, ждущие, когда художники начнут заполнять холсты красками, в надежде получить красивый рисунок, вызывающий град эмоций у окружающих. Не обошлось и без мягких диванов для тех, кто просто хочет отдохнуть. Естественно, комната была оформлена в том же стиле, что и коридор, в котором я только что побывал. Также в глаза бросалась достаточно большая высота помещения, как минимум в несколько этажей. Освещение же предоставляли лампы, закрепленные на стенах.

Я надеялся, что мне объяснят для чего предназначено это помещение и почему оно таких размеров. Однако никто из охранников ничего не сказал по этому поводу, продолжая идти к выходу, представляющему собой двойные деревянные двери. И снова мы направились по коридору.

Как бы странно это не звучало, но больше всей той несправедливости и всех тех уродов, которые безнаказанно творят то, что им заблагорассудится, я стал ненавидеть именно лабиринты коридоров. Когда мы дошли до развилки, мне в глаза бросилась табличка с надписями: направо – “Отдел исправления”, налево – “Столовая”. Пришлось смириться с возникшим чувством голода и направиться вслед за охранниками – направо. «А ведь у меня в рюкзаке должна была остаться еда. Точно. Необходимо каким-нибудь образом узнать, где хранится мой рюкзак. Может, смогу спасти часть казенного барахла»

Возле входа в отдел нас ждал старый знакомый. Если бы не охрана, я бы начистил рожу этому гаду, не испытывая при этом никаких угрызений совести. Красный пегас, зная, что охрана меня остановит при малейшей попытке напасть на него, лишь стоял и просматривал какие-то бумаги. Впрочем, заметив мою физиономию, на которой были явно отражены недовольство и злоба, все равно насторожился.

– Приятно снова встретиться с вами, мистер Бракстон, – ученый мельком взглянул на документ.

– А если быть точнее – цивилизованный 53-Е. Но не беспокойтесь, после окончания курса вам будет позволено самостоятельно выбрать себе новое имя. В случае затруднений вы всегда сможете обратиться за помощью к нашим консультантам, – в голосе уже не звучала та наигранность, с которой он общался со мной в первые минуты моего пребывания здесь. Впрочем, особой радости на его морде я не заметил. «Похоже, что эта стандартная речь, произносимая для каждого новенького, ему уже порядком надоела»

– Так… пора приступать к процедурам, иначе мы выбьемся из графика, – Триг подошел к железным дверям и, взяв в зубы ключ-карту, провел по настенной панели.

За дверями был огромный хорошо освещенный зал, в центре которого стояла внушительных размеров каменная статуя крылатого единорога. Также от меня не ускользнул факт того, что стены и пол здесь имели одинаковый светло-серый оттенок. По крайней мере, мне было гораздо приятнее находиться в привычных однообразных по цвету помещениях, чем в том разноцветном хаосе. В зал вело еще несколько ходов, один из которых, судя по знакомым дверям, оказался лифтом. Узнать о том, куда ведут остальные проходы я не мог – не было никаких табличек, информирующих о скрываемой за дверями неизвестностью и мне ничего не оставалось делать, кроме как продолжать следовать за ученым. Чтобы дойти до нужной двери, нам пришлось пересечь почти весь зал, и самое интересное было то, что за все время пребывания в нем, я здесь никого не заметил. «Значит комплекс не особо большой, и персонала тут тоже не так много»

Помещение, в которое мы вошли, отдаленно напоминало маленький кинозал, потому что я насчитал около пятидесяти сидений. В отличие от земных, они выделялись наличием специальной подставки для задних ног. Белое полотно было не особо большим, по сравнению с теми, что мне встречались даже в самых дешевых кинотеатрах.

Охранники предоставили для меня некоторую свободу действий в виде выбора сидения. Найдя оптимальное место, я столкнулся с маленькой трудностью – сесть, так, как предусматривалось конструкцией. Впрочем, после пары неудачных попыток, мне это все же удалось. В следующее мгновение мои ноги и голова были неплотно зафиксированы прочными металлическими крепежами, появившихся из секретных секций сидения.

– Не стоит беспокоиться. Это – одна из мер безопасности, – сказал Триг через громкоговоритель.

– Сейчас вы просмотрите документальный фильм, рассказывающий основную информацию о Эквестрии, жизненно необходимую для вашего освоения в новом мире. Приятного просмотра.

Свет в зале погас, а на белом полотне стал отображаться черно-белый кадр, изображающий солнце, напоминавшее чем-то детский рисунок.

– Здравствуйте, – донесся из колонок приятный женский голос.

Мы рады приветствовать вас, иноземное существо, на территории комплекса “Новая заря”. Здесь вы пройдете специально разработанный курс процедур, который поможет вам освоиться в этом мире. Попали ли вы в этот мир специально или случайно, мы постараемся вам помочь всеми силами. Если вам известна большая часть информации об этом мире, то дальнейший просмотр можно пропустить и приступить непосредственно к основным процедурам, сообщив приставленному к вам работнику комплекса.

После небольшой паузы картинка сменилась на изображение зала со статуей. Правда, всюду стояли строительные леса, а вместо большинства дверей были занавески. Возле статуй стояла достаточно большая группа пони, судя по всему представляющих персонал комплекса.

Вы наверняка заметили, что ваш внешний облик изменился. Это связано с тем, что вы могли напугать окружающих своим непривычным для них видом, но не стоит беспокоиться – скоро вы привыкните к новому телу. Сейчас вы находитесь в обновленном отделе исправления, где используются самые передовые технологии. Здесь с вами будут вести беседы лучшие специалисты в своих областях, готовые ответить на ваши вопросы. Итак, начнем с основ, которые знают даже дети.

В Эквестрии и за ее пределами все пони делятся на четыре вида: пегасы, единороги, земнопони и аликорны. У каждого вида есть свои отличительные особенности. О них вам и будет сейчас рассказано.

На следующем кадре был изображен единорог в каком-то балахоне. В подобных вещах, по сложившимся стереотипам, в моем мире основные массы населения представляли волшебников и магов. Пони стоял посреди огромной библиотеки и читал книгу, удерживаемую с помощью телекинеза.

Единороги – это существа, которые из-за возможности концентрировать в роге свою внутреннюю магию, могут воздействовать на различные предметы самыми разнообразными способами. Будь то телекинез, или изменение физических характеристик объекта. Для этого и было придумано такое понятие как заклинание. Для единорогов в них и отражена вся суть манипуляции с окружающим миром при помощи магии. Благодаря таким способностям они выполняют задачи, требующие аккуратности и высокой концентрации, с которыми остальные не могут справиться также эффективно.

Картинка поменялась, и теперь на полотне был изображен пегас, толкающий облако. «Так, это – уже первосортный бред какой-то». Мне действительно было не по себе от местных законов физики, гордо называемых магией.

Пегасы. Все живое на этой планете, так или иначе, обладает магией. Именно благодаря ней на крыльях пегасов лежит ответственность за управление погодой во всей Эквестрии. Правда, их гораздо больше, чем требуется для этого важнейшего дела, но это не означает, что остальные ничем не занимаются. В большинстве случаев их деятельность связана с работой, требующей быстрого выполнения.

На новом кадре была показана кобылка, тянущая тележку, полную различных фруктов. Не знаю, улыбалась ли она, потому что так нужно было, или ей просто нравилась ее работа, но могу сказать одно – что-то было в выражении на ее мордочке, только вот что именно я никак не мог понять.

Земные пони или земнопони, несмотря на отсутствие рога и крыльев, тоже играют немаловажную роль в Эквестрии. В отличие от пегасов и единорогов, они легче переносят тяжелые физические нагрузки. С давних пор и по нынешнее время многие земнопони занимаются выращиванием продуктов питания. Также вы можете встретить в этом мире зебр, которые незначительно отличаются от земных пони по внешним признакам – белая шерсть с черными полосками.

А вот следующий кадр, мягко говоря, удивил меня. На обновившемся кадре посреди огромного зала стояла пони-переросток с крыльями и рогом. На голове у нее было что-то вроде диадемы. Ее грива, по идее, была разных цветов, но черно-белый спектр портил всю картину. Нет, я, конечно, шутил, говоря про крылато-рогатых лошадей, но… никак не ожидал их увидеть в реальности.

Аликорны – самый уникальный вид пони, объединивший в себе способности всех предыдущих видов, усиленные во множество раз. К примеру – их магического потенциала хватает, чтобы в одиночку сменять день на ночь и обратно. Но этот вид очень редок, по крайней мере, на данный момент известно о существовании трех аликорнов.

Я думал, что на этом все закончится, но мои надежды рухнули, когда появилось новое изображение, на котором было показано бедро с татуировкой гаечного ключа. «А это еще что за маразм?»

Кьютимарка – особая метка, получаемая пони, когда он найдет свое призвание в этом мире, визуально изображающая его вид деятельности. Но, даже, если несколько пони занимается одним делом, их кьютимарки все равно отличаются друг от друга. Появление ее происходит по случайному стечению обстоятельств, когда жеребенок понимает, что ему нравиться заниматься той или иной деятельностью и готов это делать всю свою жизнь. Процесс появления кьютимарки так и не был точно изучен, хотя было написано много научных работ, рассматривающих возможные варианты.

Напоследок – в этом мире не приветствуются поступки, совершенные с целью обидеть, оскорбить жителей этой планеты. И уж тем более такие вещи, как причинение физического и морального вреда. Мы надеемся, что основную суть вы все же поняли. Помните, отношение других к вам напрямую зависит от ваших поступков. Забудьте те ужасы, что вам пришлось пережить в вашем мире. Здесь царят гармония и процветание, в которых нет ничего плохого. Благодарим за просмотр данной презентации, разработанной нашей небольшой группой.

Картинка исчезла с полотна, но мои оковы почему-то не убирались. Я решил немного подождать, ведь все равно у меня не получится ничего сделать.

-Здравствуйте, мы рады приветствовать вас, инопланетное существо, на территории комплекса “Новая заря”, — «Уже повтор пошел. Какого черта меня отсюда не выпускают?»

Здесь вы пройдете специально разработанный курс процедур, который поможет вам освоиться в этом мире.

–Эй, народ! Я это уже смотрел. Либо поставьте что-нибудь другое, либо выпустите меня! – на полотне снова появился знакомый кадр.

Попали ли вы в этот мир специально или случайно, мы постараемся вам помочь всеми силами. Если вам известна большая часть информации об этом мире, то дальнейший просмотр можно пропустить и приступить непосредственно к основным процедурам, сообщив приставленному к вам работнику комплекса.

– Господин, чтоб тебя, работник комплекса. Будь так добр – выпусти меня отсюда! – но никакого ответа на мои возмущения не было. Тем временем, в лекции начали снова говорить о единорогах.

* * *

Не знаю, сколько прошло времени, когда эта… “лекция” все-таки прекратилась. По крайней мере, после двенадцатого прослушивания, мне надоело считать количество повторений одного и того же текста. Но как же я обрадовался, когда крепежи убрались на свои места, освобождая мои затекшие ноги. Внезапно, невесть откуда рядом со мной появился улыбающийся Триг. «Эх, двинуть бы тебе…»

– Как погляжу, вы вполне нормально перенесли первый этап. Это хорошо, – похоже, он думал, что я ему отвечу… как минимум копытом, ну и пусть дальше пытается предугадать мои действия.

Когда мы выходили из помещения, я был мрачнее тучи. Еще бы, ведь это был только первый этап, а что же несут в себе остальные, мне было даже страшно представить. Охранники в это время находились возле лифта и о чем-то разговаривали. Заметив нас, они то и дело стали поглядывать на меня.

За следующей дверью оказался очередной просторный коридор, со множеством дверей по сторонам. Мы направились к самой первой, что была слева. “Контроль воспоминаний” – прочитал я на табличке. «Ох ты ж… не нравится мне все это»

– Подождите здесь, – сказал мне Триг и зашел в помещение, закрывая за собой дверь. Мне ничего не оставалось делать, как снова стоять и ждать.

–Еще один? Триг, ты чем думаешь? Крупом? – представляю, какой ор стоял в помещении, если даже плотно закрытая дверь и стены не могли его удержать. К несчастью, ученый был более спокойным, из-за чего я просто не мог расслышать, что он говорил.

– Успокоиться? Мне и так приходится работать с семью попаданцами. Или ты думаешь, что это так легко? – «Похоже, кому-то не очень понравилось появление новенького обитателя»

– Пациент 53-Е, заходите, не стоит бояться, ведь вам ничего плохого здесь не сделают, – открыв дверь, позвал меня пегас.

Помещение оказалось небольшим и довольно уютным. По крайней мере, его хозяину удалось хотя бы немного отогнать серую однообразность, повесив несколько картин с пейзажами. Свет, идущий из незашторенных окон, хорошо освещал кабинет.

– Профессор Саенс, не могли бы вы покинуть помещение, чтобы я приступила к своей работе? – строго сказала светло-зеленая единорожка с белой гривой.

– Хорошо. Если я вам понадоблюсь, то вы знаете где меня искать, – пегас покинул кабинет, оставляя меня наедине с незнакомкой.

Как только Триг вышел, плотно закрыв дверь, единорожка жестом предложила мне лечь на коричневый диван. Пока я располагался, она взяла папку со стола и, бегло просмотрев документы, устремила взгляд на меня. По ее ярко-желтым глазам было заметно, что она сильно устала, но старалась всеми силами держаться и не показывать свое состояние. Однако, у нее это не особо хорошо получалось.

– Итак, Уолтер. Меня зовут Эликит Хартстрингс и я буду вашим… компаньоном по воспоминаниям, – «Контроль воспоминаний, какой-то компаньон… да вы издеваетесь?»

– Чтобы у вас не было вопросов по поводу вашего пребывания в этом месте, я назову одну из главнейших причин – ваш образ мышления. Его необходимо немного перестроить, чтобы вы могли комфортно чувствовать себя в этом мире, ведь, насколько мне известно, на Земле магии не существует. Но для этого необходимо заблокировать так называемые, нежелательные помехи, связанные с воспоминаниями, – единорожка на секунду запнулась.

– Вы ведь человек? Точнее, были ли им до прибытия в этот мир? – «Она знает про людей? Получается, что я не был первым человеком, который попал в этот мир»

–Ну, в общем-то … да, – задумчиво сказал я.

Облегченно выдохнув, Эликит что-то написала на отдельном листке и вложила его в папку. После чего взяла со стола небольшой блокнотик и записала в него пару строк.

– Отлично. Но, чтобы приступить к исполнению своих обязанностей, мне необходимо узнать вас получше.

– Эмм… получше? – поняв, что тактика “чем меньше болтаешь, тем меньше обращаешь на себя внимание” в данной ситуации не работает, я немного растерялся.

– Ну, для начала мне необходимо знать ваш возраст. А если вы еще скажете к какой расе и национальности относились, то это было бы просто замечательно, – честно говоря, такого я не ожидал. Ведь, по идее, они уже должны были узнать обо мне все, используя магию. Тем более, если учесть, что у них есть возможность “контролировать воспоминания”.

– Хорошо. Сейчас мне сорок один год, хотя, может быть и больше, ведь неизвестно, сколько времени происходило перемещение. Родился и проживал на территории США. С двадцати лет и до несчастного случая, из-за которого я попал в этот мир, работал в полиции города Нью-Йорк.

– Я рада, что мне не пришлось вас уговаривать. Просто побочные последствия от процедуры могли быть самыми непредсказуемыми, если бы вы не сказали этого, – единорожка слабо улыбнулась.

Закончив писать, она убрала блокнот в ящик стола, после чего с помощью своих телекинетических способностей задернула матовые шторы, которые теперь не давали свету проникать внутрь помещения. Впрочем, лампы, встроенные в потолок, сразу же зажглись ярким желтым светом. Эликит с помощью магии смогла уменьшить их яркость до такой степени, что теперь в кабинете стал царить полумрак.

– Сейчас закройте глаза и постарайтесь расслабиться, – я стал чувствовать внезапно возникший легкий дискомфорт.

– Ощущения от процедуры могут быть не самыми приятными, но не беспокойтесь – все будет в порядке. Сейчас попытайтесь сконцентрироваться на одном из самых ярких воспоминаний, которое связано с вашей работой.

Эх… было у меня таких воспоминаний вполне достаточно, что совсем неудивительно при моей-то работе. Не знаю почему, но я вспомнил тот день, когда обстоятельства сложились совсем не лучшим образом. Вечером мы с Питером Стоуном (моим напарником) отправились на очередной вызов, поступивший от гражданина, заявившего о драке с применением холодного оружия. Вот только оказалось, что те двое были довольно интересными личностями. Первый оказался одним из членов банды, очистить город от которой наш отдел старался всеми силами. Второй же был курьером, доставлявшим партию наркотиков.

Все бы закончилось гораздо лучше, если бы мы с самого начала знали, кем являлись эти люди, но неточная информация сыграла свою роковую роль. Преступники были задержаны, но Питер получил тяжелое огнестрельное ранение и был практически сразу доставлен в больницу. На следующий день меня повысили за успешную работу, а вот Питер… не знаю почему, но я был уверен, что он скончался не из-за ошибки врача, которым сразу занялись федералы, а скорее кто-то подстроил все это. Однако, самым страшным было то, что после этого случая большинство моих знакомых стали считать меня эгоистом, который решил подняться на смерти своего друга. В этот же день я подал заявление на перевод в другой участок.

Мои мысли были прерваны внезапно возникшей головной болью, которая длилась лишь несколько секунд. Открыв глаза, я заметил, что единорожка уже освободила окно от штор, позволяя солнечному свету снова заполнить помещение и смотрела на улицу, попутно делая заметки в своем блокноте.

– Как вы себя чувствуете? – сказала она, скорее всего, заметив мои весьма неуклюжие попытки подняться с дивана.

– Вполне нормально, вот только голова немного кружится и подташнивает.

– Что же… могу вас поздравить. Вы успешно перенесли процедуру, что не может не радовать, – сказала Эликит, слабо улыбнувшись.

Два знакомых охранника, которые, как оказалось, находились в кабинете, помогли мне подняться на ноги и вывели в коридор, где нам пришлось ждать Саенса, пока тот общался с Хартстрингс. Впрочем, это было недолго, и, судя по всему, Триг был доволен результатами.

– Так, нам осталось посетить всего одно место, и ваш график, расписанный на первый день пребывания в нашем лечебном заведении, будет выполнен.

В этот раз мы направились к лифту, который находился в зале, и спустились на второй этаж. Идя за Тригом, я заметил одну интересную вещь – в коридорах этого этажа не было слышно наших шагов. Впрочем, в последнее время мне пришлось столкнуться с таким количеством странностей, что для объяснения всего происходящего в голову стало приходить лишь одно слово – магия.

Помещение, что скрывалось за двойными железными дверями, оказалось спортивным залом, который своими размерами был похож скорее на небольшой крытый стадион, только без трибун. По высоте он оказался гораздо больше, нежели та самая комната отдыха, где мне мельком пришлось побывать.

– Док, это о нем вы говорили? – неожиданно прервал мои размышления чей-то серьезный тон.

– Да, Стил. Вся имеющаяся информация о нем здесь, – спокойно сказал Триг, передавая папку с документами земнопони песочного цвета с серебристой гривой.

– Что еще за аномалия? – спросил пони, просматривая документы.

– Мы и сами еще пока не выяснили. Так что… поаккуратней с ним, – Саенс покинул зал, громко хлопнув дверью в то время, как охранники остались возле выхода и принялись о чем-то разговаривать.

– Значит так, пятьдесят третий, меня зовут Стил Мэйн, и моя задача – помочь тебе и таким как ты освоиться в новом теле. Это будет тяжело, но результат того стоит. А теперь… – пони призадумался.

– Пять кругов по всему залу… бегом! Если замечу, что ты перешел на шаг, то тебе придется бежать дополнительный! Хотя нет… три дополнительных круга! – мне казалось, что стены вот-вот обвалятся от такого ора. Я не видел других вариантов, поэтому пришлось выполнять требования “тренера”.

* * *

Мало того, что Стил почти сразу добавил те три круга по залу, так еще и не давал ни секунды перевести дыхание. Последнее, что мне запомнилось, как я, повалившись на пол от усталости, стал засыпать. А вот проснуться мне было суждено на своей койке в камере, в углу которой стоял маленький столик, где был деревянный поднос с ужином, представлявшим из себя овощной салат и стакан уже остывшего молока. Кое-как поев, я решил не забираться на второй ярус, потому что у меня просто не было сил. Сегодня слишком много чего произошло, а ведь это только первый день. Теперь у меня не было сомнений – дальше будет еще хуже.

## Знакомства

Всё же раскуклился. Гуглдоки (комментирование разрешено) Табун

Подходил к концу третий день моего пребывания в этом месте и знаете, что я понял? В предыдущем Комплексе было куда лучше, чем здесь. По крайней мере, там хоть можно было чем-то заняться, пока тебя не вызовут, в то время как в новом месте моего пребывания, приходилось сидеть в этой маленькой камере, хотя, с другой стороны — меня пока не пытались убить. Кормили тут не так плохо, но вот только еду доставляли исключительно в мои ”апартаменты”, что делалось лишь для того, чтобы я не контактировал с другими пациентами до истечения установленного срока, со слов Саенса. Кстати о сотрудниках комплекса, мне все это показалось действительно несколько странным, но манера общения и поведение у некоторых пони разительно отличаются, и у меня возникало ощущение, будто они здесь работают из совершенно разных миров.

За прошедшие дни процедуры доктора Хартстрингс изменились – теперь мне просто нужно было лежать, закрыв глаза, ни о чем не думая. Правда мигрень, проявлявшаяся после их окончания, меня стала беспокоить, но Эликит уверила, что это лишь побочный эффект. Только вот сегодня она вместо того, чтобы сразу приступить к процедуре, спросила меня, насчет перевода в другой участок – все мои попытки вспомнить окончились неудачей. «А ведь действительно, почему, что или кто заставил меня это сделать?»

Посещение кинозала также никто не отменял, но только теперь просмотр стал гораздо комфортнее, хотя бы потому что меня не приковывали к креслу. Тематика фильмов сменилась на показание “правильного поведения в обществе пони”, причем все было воспроизведено настолько наивно, что мне невольно хотелось плеваться от такого количества мило общающихся между собой пони.

Единственное, что, по моему мнению, действительно приносило пользу — занятия проводимые под чутким контролем Стил Мэйна. По крайней мере, я стал гораздо лучше контролировать свое новое тело, вот только из-за усталости, наступавшей под конец дня, меня чуть ли не волоком тащили обратно в камеру.

Следующий день начался не совсем обычно — вместе с охранниками прибыл Триг, у которого, судя по не выспавшемуся виду, в последнее время прибавилось хлопот.

— Пациент пятьдесят три…

-Да не сплю я, от вас столько шума, что даже мертвые проснутся, — с недовольством вскочил я с койки.

— Попрошу не перебивать меня и успокоиться. Итак, сегодня у вас очень важный день и именно от того, как вы будете себя вести, мы поймем какой курс лечения лучше подходит вам, — «профессор явно снова что-то замышляет» — прошу, за мной.

Но, вместо того, чтобы идти на процедуры, мы направились в столовую, которая представляла собой небольшое, хорошо освещаемое помещение. Вот только помимо охранников тут находилось еще не менее десятка других пони, мгновенно повернувших головы в мою сторону. И хотя их интерес ко мне быстро угас, уступив место завтраку, мне все равно было не по себе. Возможно я просто не привык к таким скоплениям пони. Впрочем, мне ничего не оставалось делать, кроме как смириться с этим. Взяв поднос с едой, ничем не отличающейся от той, чем меня кормили до этого я сел за пустующий столик.

Одному долго сидеть не пришлось — ко мне подлетела пегаска кремового цвета с розовой гривой, в которой были заметны редкие темно-синие полосы, и уселась напротив. Не собираясь заводить знакомства с незнакомыми личностями, я пересел за другой столик. Она, судя по всему, не получив желаемого результата, снова села рядом со мной.

— Как тебя зовут-то? — спросила пегаска, немного наклонив голову, из-за чего ее челка заслонила янтарный глаз. Надеясь, что она отвяжется от меня не получив ответа, я молча продолжал есть.

— Да брось, давай поговорим, как… нормальные гаэджо, — не знаю, что она увидела в моем взгляде, но это отбило у нее всякое желание общаться со мной.

До конца завтрака никто меня не беспокоил. Правда, я время попусту не тратил и наблюдал за поведением остальных, надеясь хотя бы немного узнать о них. К несчастью, никого такого особенно выделяющегося характером приметить не получилось, за исключением той пегаски, которая то и дело металась от столика к столику, в результате чего остепенилась и уселась рядом с зеброй. «Из одного дурдома в другой… да, Уолтер?»

После завтрака нас привели в просторный кабинет, отдаленно напоминавший мне обыкновенный класс. На серых стенах висели портреты неизвестных пони, освещаемые лучами поднимающегося солнца, проходящими через зарешеченные окна. Доска же была исчерчена какими-то графиками, о содержании которых у меня пока было смутное представление.

Пока пони рассаживались за парты, я, все еще опасаясь общаться с ними, отсел от всех как можно дальше, выбрав место рядом с окном. Мое внимание привлекла полоса черного дыма, еле виднеющаяся вдали. «Поезд? Хмм, а что если...»

– Я все поняла, профессор. Не стоит за него беспокоиться, — в кабинет вошла зеленая земнопони с аккуратно уложенной коричневой гривой и направилась к столу, где лежали какие-то бумаги. Впрочем, меня сейчас больше интересовала та железная дорога. Пытаясь обнаружить след дыма, я заметил, что стало, как-то тихо.

– Мистер… Редкоул, что вы там так упорно стараетесь разглядеть? — мягко спросила пони. Все бы ничего, но сейчас на меня смотрели все, кто был в кабинете. Я мысленно обругал себя за то, что в первый день пребывания среди других пони, смог привлечь на себя столько внимания.

– Да вот, думаю — каким образом в столь крупный комплекс привозят припасы. Часом, не на поезде?

– Ох, Уолтер. Вас это должно волновать в последнюю очередь, — спокойно ответила пони. «Похоже, что ей не впервой задают такого рода вопросы» Сложив документы в стопку, земнопони поднялась из-за стола.

– Меня зовут Вилдфлоу и, насколько мне известно, с видеоматериалами вы уже ознакомлены. Так вот, на моих занятиях, у вас есть хорошая возможность закрепить увиденное и… — пони перевела строгий взгляд на другой ряд, — Марти, помнишь, чем обернулось твое хвастовство в прошлый раз или тебе показалось мало этого? — знакомая пегаска, собравшая вокруг себя небольшой круг слушателей, потупила взгляд, а остальные, поняв, что продолжения истории им не видать, повернулись к Вилдфлоу.

— На чем я остановилась… ах да! И запомни, никаких проявлений неподобающего поведения, уж тем более агрессии, иначе — мне придется прибегнуть к особой программе обучения.

Последние слова она сказала, будто вынося смертный приговор, что мне не особо понравилось. Однако остальные на это заявление никак не отреагировали. «Похоже, что этим здесь просто запугивают, но черт меня побери — проверять ее слова на правдивость я не собираюсь. По крайней мере, пока».

— Итак, Уолтер. Не желаете ли рассказать о том, что узнали из обучающих фильмов? — улыбнулась Вилдфлоу, словно зная мой ответ. Хотя это понятно — она ведь здесь не первый год работает и наверняка сталкивалась с различным контингентом.

— Лично для себя — ничего нового. Правда в моём мире большинство из показанных ситуации не являются строгими к исполнению и лишь зависят от морального выбора индивидуума, — спокойно сказал я, заметив, что приковал к себе взгляд всех находящихся в кабинете.

Хорошо, я рада, что вы поняли учебный материал. Ведь эти занятия проводятся не просто так, а ради качественного его усвоения, чтобы первое время суметь жить в этом мире, пока мы ищем способ вернуть вас обратно, — бодро сказала Вилдфлоу, подходя к доске, — сегодня тема наших занятий…

— Извините, что перебиваю, но доктору Хартстрингс необходимо провести запланированную беседу с пациентом 53-Е, — в кабинет вошел единорог-охранник, выискивая меня взглядом.

— Хорошо, но передайте, чтобы не забирала его на весь день. Беседы беседами, а практика тоже важна. Уолтер, ступайте, — я вяло поднялся и побрел за охранником, не представляя, что же понадобилось Эликит, раз она решилась нарушить общий график, в который нельзя было вмешиваться без серьёзных последствий.

— ... участие в праздничных мероприятиях, — услышал я за дверью, выйдя в коридор. «Праздники… день когда можно себе позволить отдохнуть ото всей мирской суеты. Интересно, а время здесь идет также как на Земле или нет?»

Интересоваться у охранника насчет этого я, конечно, не собирался, ведь и так понятно — его работа явно не отвечать на столь бессмысленные вопросы. Спрошу у доктора, ведь скорее всего она уже не первый раз сталкивалась с землянами. Мы добрались до нужного кабинета не проронив ни слова, правда охранник был, мягко говоря, странный — то и дело осматривался по сторонам настороженным взглядом, словно ожидал нападения.

— Доктор Хартстрингс, мне нужно с вами поговорить… по поводу происходящего, — нервно сказал охранник заходя в кабинет. Единорожка, отложила блокнот с заметками в сторону и посмотрела на взволнованного пони.

— Хорошо, но только после беседы с пациентом, а то сам понимаешь, что мне устроит Вилдфлоу, — в ответ охранник лишь кивнул и незамедлительно покинул помещение, я же, как обычно лег на диван в ожидании очередного сеанса.

— Итак, Уолтер... для начала я рада, что пока никаких эксцессов с вашим участием не произошло. Не поймите меня неправильно, просто иногда у некоторых иномирцев наблюдалось весьма необычное поведение в первые часы нахождения среди других пациентов. Оканчивалось оно тем, что приходилось отправлять новенького на еще один круг обучения основам элементарного поведения в комплексе, а пострадавших в лазарет, — Хартстрингс устало вздохнула и стала просматривать записи, — я не зря выдернула вас с занятий. Возникла несколько необычная ситуация, с которой мне ещё не приходилось сталкиваться, — от мягкости в голосе единорожки не осталось и следа.

— И что же так? — с любопытством спросил я, хотя где-то в глубине души не желал знать правду, поскольку понимал, что ничего хорошего это мне не сулит.

— Обычно для работы с пациентом, компаньону по воспоминаниям достаточно одной так называемой точки старта, но вчера, я столкнулась с каким-то странным препятствием во время сеанса. Поэтому, вам нужно будет сосредоточиться на последних событиях, произошедших до того, как вы оказались в комплексе, — доктор была явно взволнована, но старалась не подавать виду.

Я прикрыл глаза и постепенно начал погружаться вглубь своего разума, пытаясь вспомнить те неприятные события, которые мне пришлось пережить за несколько часов. Когда начались неприятные ощущения, передо мной всплыла картина того самого злополучного утра. Теперь, поскольку Эликит начала процедуру, мне ничего не оставалось делать, кроме как наблюдать за своими действиями, словно просматривая старую полузабытую видеозапись.

Бесконечные лабиринты коридоров, ведущих в тестовую камеру, инструктаж, авария с последующей телепортацией пролетели в одно мгновение. Я даже не успел опомниться, как уже брел по поверхности спутника. Только вот меня окружило чувство чего-то странного, словно не только Хартстрингс просматривала воспоминания, но и ещё кто-то, желающий остаться в тени.

Всё изменилось, когда после падения со склона луч фонаря уперся в стену непроницаемой для света тьмы. К тому же, я мог полностью контролировать свои действия нежели до этого.

— Эй, что здесь творится? — конечно, глупо было надеяться, что доктор услышала меня, но иного выхода я не видел.

— Не могу сказать конкретно, так что убирайся оттуда немедленно! — неожиданно раздался голос Эликит, чему я несказанно обрадовался. Только вот моя попытка выйти из воспоминаний не увенчалась успехом.

— Док, у нас проблема... похоже, я тут застрял. Не могли бы вы меня вывести из этого транса? — только сейчас я заметил, что стена постепенно двигалась в мою сторону, с каждой секундой поглощая древние руины, которых в этом месте вообще не должно было быть.

— Уолтер, мы тебя уже целый час пытаемся привести в сознание, но пока безрезультатно. Пока ты сам по себе! — испуганно проговорила единорожка.«Эх, неужели я такой везунчик на подобные ситуации?»

Не желая быть достигнутым странной стеной тьмы, я принялся быстро карабкаться по склону. Как ни странно, но травмы, полученные мной во время прохождение через воспоминание, абсолютно никак не сказывались, поэтому мне удалось без особых проблем взобраться на вершину холма. Впрочем, главная проблема всё ещё не была решена и я направился по следам в сторону своего приземления, надеясь найти ответ там.

Доктор больше на связь не выходила, что было особенно грустно. Хотя, скорее всего, она просто устала поддерживать её и, чтобы самой с ума не сойти, прервала. Но чёрт побери, как же всё происходящее неправильно, всё не должно было так случиться. «Эх, как выберусь отсюда, узнаю, что со мной творится. Вот только когда именно это всё началось? Может...»

Моё внимание привлекла неожиданно возникшая посреди пустыря обычная деревянная с облупившейся белой краской дверь. Не сказать, что в этом было нечто удивительное, если учесть происходящее, но любопытство всё же взяло вверх — вдруг это выход? Нарастающий позади гул заставил меня обернуться. От увиденного я на несколько секунд впал в ступор — стена тьмы, словно гигантское цунами, стремительно шла в мою сторону, готовясь обрушиться смертельным грузом. Не видя иного выхода, я побежал так быстро, как мог, чтобы добраться до двери.

Взявшись за ручку, я на пару секунд повернулся с ухмылкой на лице в сторону наступающей тьмы, после чего резко открыл дверь. Только вот всё получилось немного не так, как предполагалось — за ней ничего не было, кроме пустынного пейзажа спутника. Это оказалась просто дверь, стоящая посреди пустыря, пройдя через которую, у меня ничего не получилось изменить. Я с силой захлопнул её, отчего она покосилась и грохнулась на землю. Моя попытка покинуть опасное место была прервана свалившейся на меня волна тьмы. Но ни боли, ни каких-либо других ощущений не я почувствовал, словно ничего вовсе и не произошло.

— Ответ ближе, чем ты думаешь, — сказал мягкий женский голос.

* * *

Я пришел в себя на мягком матрасе, где так бы и остался лежать, но шарканье шагов, разносящихся ужасным эхом по помещению, никак не давало мне покоя. Стоило открыть глаза, как яркий свет чуть не ослепил меня, из-за чего пришлось зажмуриться. Немного привыкнув к освещению, я решил оглядеть помещение. Оно оказалось самым обыкновенным лазаретом, на стенах даже не было этого разноцветного безумия, что творилось в камере. Правда из-за белых, закрывавших обзор по бокам, занавесок, мне мало, что удалось рассмотреть, кроме нескольких кушеток ряда напротив. Неожиданно раздался писк, уж больно похожее на звук, издаваемый электронным кардиографом. После чего мимо моей койки пробежала светло-оранжевая земнопони в направлении звука.

Ненадолго в помещении наступила тишина, которая впрочем теперь меня пугала ещё больше. Не хотелось бы опять очутиться в кошмаре. Услыхав приближающиеся шажки, я успокоился и, найдя в себе силы, встал с кушетки и вышел из палаты.

— О, как погляжу, вам стало намного лучше, — презрительно сказала медсестра, поправляя прическу, — ну что же, поздравляю вас. Вы — везунчик, мистер Редкоул.

— Что простите? — в недоумении спросил я.

— Ну... во время прохождения процедур есть шанс того, что пациент может окончательно потерять себя и превратиться в растение, либо... в общем тебе лучше не знать, — протараторила медсестра, похоже понимая, что явно сказала лишнее.

— То есть, это может снова случиться?

— Да. Только вот, похоже, что ты будешь одним из необычных экземпляров. Скажу так — твои анализы несколько... странные.

— В смысле?

— Не бери в голову, скорее всего опять шутки Дискорда, — отмахнулась кобылка, — я бы с радостью продержала тебя здесь подольше, но распоряжение свыше связывает мне копыта. Охрана! — в помещение вошел белый земнопони в униформе и бросил усталый взгляд на медсестру, — проводите пятьдесят третьего в... четвертую комнату жилого комплекса. И нечего спать на работе, а ну бегом или на ночную смену решил остаться? — пони немного взбодрился, явно не горя желанием находиться ещё одну смену на ногах.

— В четвертую? Но она же неделю как заполнена! — ответил охранник, переведя взгляд на меня.

— Да какого... ладно, мне плевать куда ты его поместишь, всё равно это дело Саенса. Только не забудь пометку сделать. Сам понимаешь — проблемы нам не нужны, тем более в канун ярмарки, — «ярмарка говорите... это уже намного интересней.»

— Ты слышал её, пошевеливайся! — рыкнул пони на меня, направляясь к выходу из помещения.

Мы так быстро добрались до лифта, у меня не получилось осмотреть частично освещаемые коридоры больничного крыла. Одно радовало — так как обратиться за медицинской помощью нам, судя по всему, позволяли, то в коридорах были установлены указатели в сторону медпункта. Оказалось, что больничное крыло находилось на пятом этаже, в то время как помещения комнаты жилого комплекса на третьем. Вот только заметив знакомый коридор, по которому меня не раз водили, я почему-то не удивился.

Зайдя в высокий зал, освещаемый лишь тусклым ночником. Я подумал, что меня сейчас отведут в мою старую камеру, но не тут-то было. Как оказалось, комнаты для “отгороженных от общества” расположены в стороне от основного жилого блока. Войдя в коридор охранник включил свет, которому спавшие не сильно обрадовались, но возмущаться в открытую пока никто не спешил. Пони по очереди открывал двери, пытаясь найти комнату, где была свободная койка.

— Чего застыл? — недовольно спросил охранник, явно не желая тратить время на меня, — или тебе особое приглашение нужно?

Я, не сказав ни слова подошел к помещению, гордо именуемое “комнатой”. Стоило мне переступить порог, как пони захлопнул за мной дверь, и вышел из коридора, заперев выход. Спустя пару секунд, свет в коридоре погас, и гомон недовольных стих.

— Кого это к нам приволокли посреди ночи? — послышался сонный недовольный голос, донесшийся из глубины комнаты.

— Ну что, так и будешь стоять, гаэджо? — кажется я понял к кому меня заселили, — говорят ты сохранил рассудок после сбоя во время процедуры, это правда?

— Слушай сюда, я не любитель подраться, но лучше не выводи меня, — злобно проговорил я. Ещё бы, после всего того, что со мной случилось, мне лишь хотелось лечь и отдохнуть, а не болтать с ненормальными.

— Вы оба, успокойтесь! — в помещении зажегся свет. Оно оказалось немного больше, нежели та камера. Здесь даже были нормальные кровати с тумбочкой возле каждой. Да и к тому же цветная роспись на стенах сменилась на однообразную серую. Возле выключателя стояла знакомая зебра, рядом с которой на уроке села пегаска, и она была явно недовольна нашей словесной перепалкой.

— Шэл, ты хоть понимаешь, кто он? — возмущенно спросила пони, — никто ещё не возвращался после нарушения процедуры!

— И что? Ты не забыл, что мне приходится уже который день посещать медпункт, чтобы не свихнуться? — уставшим голосом проговорила зебра ложась на кровать, — у каждого из нас своя реакция на последствия от превращения. Надеюсь это не мешает незваному гостю представиться?

— Пациент пять...

— Не-не-не, ты же помнишь настоящее своё имя, планету, как попал сюда? Или тебе напрочь мозги отшибло? — помотала головой пони, раздраженно фыркнув.

— Уолтер и я... а зачем вам всё это знать? — с недоумением спросил я подходя к аккуратно застеленной кровати.

— Понимаешь, Уолтер, мы все тут разные, но переносить процедуры в одиночку с каждым разом становится всё тяжелее. Поэтому нас и объединяют в группы, чтобы не ухудшать ситуацию, — зебра явно хотела спать, но похоже не доверяла импульсивной подруге, — меня зовут Шэлйиупеш, а это ходячее бедствие — Мартинес, — пегаска бросила недовольный взгляд на соседку.

— Что? Хочешь сказать, это я навлекла на тебя беду за твоё хвастовство, великий дипломат-завоеватель? Тем более не забывай, что именно из-за тебя мы здесь находимся.

— Заткнись, грибное отродье! Вы получили то, что заслуживали!

— Предлагаю всем лечь спать или такими темпами сюда заявится охрана и тогда нам точно не поздоровится, — я попытался разрядить обстановку, понимая, что в связи с последними событиями за мной наверняка установлена слежка.

— Знаешь, Марти, пожалуй, я соглашусь с Уолтером. Нам сейчас и так трудно, поэтому нужно постараться перестать трогать старые раны.

На этом наш разговор закончился и мы легли спать. Что же меня ждёт завтра? Да чёрт его знает. Тем более наверняка Саенс уже знает, что я оклемался после случившегося.