# Курьером не рождаются

Frontier Justice

"Сколько мороки с этой дипломной! Хочется взять, и уехать в отпуск! С семьей и друзями позагарать на пляже, покупаться на теплом соленом море... И на время забыть о внешнем мире. Но рано или поздно придется вспоминать..."

## Лимассол

Таки да, действие слегка опережает нынешнее состояние прародителя. Будем выкручиваться.

Даже посреди ночи голоса в вагоне не утихали. Многие не ложились спать, чтобы ещё больше по обсуждать о грандиозности события, на которое их отправили. Светились окна, раздавались возгласы и смех, из-за чего даже те, кто хотели спать, физически не могли этим заняться.

Больше всех в обсуждениях выделялся третий вагон, а в нем — купе, занятое семьей Ноуледжей. В нем пара жеребцов дискутировала на недавно появившуюся, но очень популярную тему, пока маленькая кобылка спала на верхней койке.

— Я тебе говорю, они просто дар божий, который свалился нам на голову в такой нужный момент. Просто необъяснимый феномен! Не будь их, может быть, все было бы иначе. Кто знает, кто бы погиб, если бы не эти ребята. Самое главное, что они умны и, я не побоюсь этого слова, мудры не по годам... Мне даже кажется, что в этом плане они вполне способны тягаться со всей знатью Кантерлота. То есть, могу привести пример. Было бы очевидно, если их технологии сразу заполонили Эквестрию, так? Но это вызвало бы резкий резонанс в сообществе, может быть даже техническую революцию, которая, кстати, была бы как раз им выгодна! Благодаря мудрости этих существ такого никогда не случится, ведь при постепенном внедрении, все поймут, что новаторские идеи в области электричества и механики идут всем только на благо. — Единорог белой масти потянул коктейль из небольшого стакана, удерживаемого в воздухе магическим полем. Бледно-серая грива жеребца была немного растрёпана, но оно и понятно — так выглядят многие ученые в свободное время. Но глаза, глаза такого пони уникальны. Несмотря на небольшой возраст и на то, что он выглядит, как какой-нибудь сонный молодой садовник, вспомнивший, что он забыл подстричь последний куст, в его глазах ярко светился и опыт многих лет, и желание. Желание узнавать, открывать и исследовать что-то новое. В этом весь Шен. — Да... Кто знает, как изменится Эквестрия, соседствуя с этими гениями пару лет. Ты ведь знаешь, то место, куда мы едем? — вопрос был, скорее, риторическим, но серебристый пони с светло-голубой гривой кивнул в ответ. — Самое интересное, что вопреки общественному мнению, этот отель строили не алмазные псы и даже не пони, а роботы! Такие небольшие существа размером с твою сестру, которые не умеют мыслить и думать, тем не менее, они создали это грандиозное место всего за пару десятков недель! Помню, как сейчас, я был на стройплощадке и наблюдать процесс стройки было так увлекательно, что я едва не забыл о цели моего визита. Шугающиеся туда-сюда роботы состоящие из палок, листьев, камней и даже кристаллов! Представляешь? — повисла неловкая пауза. На этот раз Шен ждал ответа.

Тин немного смутился. Он привык видеть в отце энтузиаста, да и сам нередко им бывал. Именно став на время неугомонным исследователем, он и сделал то, что должно было дать ему славу изобретателя по всей Эквестрии. Но сейчас жеребцу казалось, что этот самый энтузиаст перегибает палку. Попытавшись, уже который раз, пригладить торчащие в разные стороны голубые волосы, он глубоко вздохнул, подрагивая кончиком более темного хвоста, разделенного пополам белой нечеткой линией, и ответил — Да ладно тебе, пап, уж кто-кто, а я представляю. Лишь благодаря этим ребятам я отлично справился со своей курсовой работой, и возможно, заработал себе первое изобретение. -

— Именно! — воскликнул единорог, но, посмотрев на спящую маленькую пегаску, желтого цвета, перевернувшуюся от шума и свесившую сверху красный хвост, понизил голос. — Несмотря на то, что они ещё очень медленно интегрируют технологии в наш дом, изобретения уже начинают появляться на каждом углу. Ты этому живое подтверждение! Если я не ошибаюсь, то кьютимаркой ты обязан именно тем парням. Не хочу тебя обидеть, но в 15 лет быть без метки — это ужасно. Может быть, мы отправимся как-нибудь прямо к ним в их цитадель, чтобы отблагодарить.

Тин лишь хмыкнул и прилег на кушетку, готовясь вздремнуть.

...Локомотив самых разных цветов несся по стальным рельсам внутрь горы, преодолевая мосты и туннели, у каждого из которых не более полугода беспрерывной работы. Раньше по ним, время от времени, проезжала лишь небольшая тележка всего с несколькими странными существами, ходивших на двух копытах и имевших драконьи руки. Несмотря на опасения со стороны пони об опасности для Кантерлота, принцессы дали добро на стройку внутри горы. Оно и не удивительно — правящие сестры всецело доверяли строителям.

Пони, находящиеся в вагонах бурно обсуждали, чем они займутся, когда они приедут. А заняться у них будет чем, ведь они едут не куда-нибудь, а в ново отстроенный отель под названием "Купол Лимассола", будучи первыми отдыхающими в нем. Никто не знает, каким образом выбирали тех, кто поедет первыми, но создатели столь прекрасного места отдыха обещали сразу же после первого приезда гостей открыть отель для всех, но уже на платной основе. Ходят слухи, что эта самая платная основа нужна только для ограничения приезжих, а не для сбора денег, но как говорится, слухи есть слухи.

Поезд достаточно быстро остановился у перрона, и пассажиры немедленно начали выходить на мраморное покрытие. Рядом с вагонами уже стояла шестерка гидов. У каждого на спине была прикреплена табличка с номером вагона, на манер знамени. Выйдя из поезда, тройка пони неспешно подошла к своему проводнику: фиолетовой единорожке со смутно знакомой челкой...

— Твайлайт?

— Тин?

— Святые рубины! — воскликнул пони. Он тут же незаметно провернул ещё одну попытку пригладить гриву, но результат оказался очевидным. — Я ж тебя ещё со школы не видел! Куда ты так резко ушла со школы?

Кобылка замялась, но все же сказала: — Меня просто пригласили в одну особую школу...

— Неужто... В таком случае я за тебя только рад! А я все голову ломал, как ты стала ученицей принцессы.

— Так ты не злишься?

— Ни капельки! — подчеркнул Тин искренность своих слов. — Но я даже не думал увидеть тебя гидом.

— Ну... — единорожка задумалась. — Я тоже такое никогда не представляла. Но меня с подругами просто попросили доставить всех отдыхающих в отель, вот и все... Эй, а что это за штука у тебя на копыте? — она указала на широкое кольцо с кучей мелких деталей и рубиновой сердцевиной, занимавшее почти весь конец правого переднего копыта.

— Это мое первое изобретение! — с гордостью ответил Тин. — Но я не думаю, что сейчас подходящий момент для демонстрации.

— Ты как всегда прав. — оглянулась единорожка. — Пошли?

Тин лишь кивнул и позволил ей вести группу. Позади них собралась толпа пони и некоторые уже начинали терять терпение, пока парочка давних друзей болтали о всяких неважных делах.

Стены пещеры медленно, но неуклонно сужались, заставляя группы идти колоннами. На спине Твайлайт красовалось знамя под цифрой 3, из-за чего следует делать вывод, что отряд Тина шел где-то посередине. Если бы не плотное движение спереди, то все бы видели, куда направляется их группа. Хотя блеск на потолке пещеры, который, к удивлению, был идеально гладким, давал повод считать, что в конце туннеля есть свет. Шедшая рядом с Тином маленькая Кери решила завести разговор:

— Эй, Тин! Эта Твайлайт — твоя подружка?

— Ага. — подтвердил слова пегаски жеребец. Неожиданный поворот заставил пару немного отвлечься от беседы, но, свернув вслед за группой, они продолжили. — Мы с ней вместе в начальной школе учились. Нас там было таких трое: я, Твайлайт и Лина.

— Ух ты! Прямо как я с подружками! Мы ведь тоже будем дружить вечно?

— Конечно, сестренка. — потрепал пони рыжую гриву. — До самого конца.

Потолок, чуть ли не достающий до кончиков гривы, неожиданно взлетел далеко вверх, обнажая небольшую, но величественную часть сферы отеля "Купол Лимассола". Сама база отдыха находится, как бы ни смешно это не звучало, под куполом из темного блестящего металла и бесчисленного количества электроники. Несмотря на жутковатый вид, ни у кого видимая часть отеля не взывала негативных эмоций. Технически, это даже не купол, а гигантская сфера с множеством подземных ходов и лабиринтов, но обычные пони об этом не догадываются. Будучи видящими лишь верхнюю часть сферы, посетители будут продолжать считать, что отель находится под куполом. В небольшом буклете было написано, что темный металл, называемый асбестом, отлично отпугивает крыс, и абсолютно безвреден для пони, и пока не было ни одного повода сомневаться в правдивости этих слов.

Вход в отель был чуть ли не шире пещеры, и группы без труда одновременно прошли в высокие ворота.

— Не обольщайся. — неожиданно сказал отец. — Мы здесь всего на неделю.

Внутри все выглядело очень... Оригинально. Здесь было место королевской помпезности, но по большей части все выглядело так... Просто и незамысловато, но красиво. Выемки на стенах переплетались в узор, изображающий гигантского феникса, но стоило приблизиться, как рисунок изменился, демонстрируя большой страшный глаз. Огромная люстра, вытянувшаяся с потолка, представляла собой длинный стержень золотого цвета, буквально свисавшая со стеклянной крыши. Она даже не висела, а леветировала в воздухе. От неё шло приятное тепло и уют, которое казалось, должно согревать вечно.

— Стык дизайна и технологий. Как они и обещали. — восхитился единорог.

Холл быстро наполнился всеми шестью группами, каждая из которых восхищалась убранством отеля возгласами и свистом. Твайлайт пыталась что-то прокричать, но в общем галдеже её не было слышно. Её рог начал светиться, и весь холл пронзил оглушительный крик:

— ТИХО!

Все разом замолчали. Летевшая над всеми голубая пегаска отсалютовала и скрылась в своей группе. Её отряд немедленно построился в колонну по двое. Твайлайт последовала её примеру.

— Всем группам выстроится попарно в линии, и пройти перекличку!

Пока Кери пыталась ровно пристроиться к отцу, Тин встал в пару с бледным единорогом, весь вид которого внушал недоверие. Прошедшая мимо нас Твайлайт с довольным видом отчеканила: — Пятьдесят восемь!

Такие же цифры произнесли ещё четыре голоса и лишь один робко сказал: — У меня также...

Затем единорожка встала сзади колонны и начала что-то спрашивать у гостей. Заканчивая разговор, она что-то записывала в блокнот и отправляла пони за большую колонну, в которой было по две металлические двухстворчатые двери на каждом этаже. После того, как первая семья скрылась из зоны видимости, снизу выехала большая кабина и, остановившись у двери, впустила в себя гостей. Как только двери закрылись, кабина пришла в движение и доставила пони прямо на последний этаж. "Автоматический лифт" — пояснил Тину отец. Остальные колонны убывали точно таким же образом.

Очередь шла не быстро и, принимая во внимание то, что Ноуледжи изначально стояли в колонне первыми, они успели устать. Кери тихонько посапывала на боку отца, пока тот читал новый номер "Скачок напряжения". Медленно, но верно очередь доходила до конца. В это время Тин рассматривал удивительные автоматические движения кабинок. Два лифта работали бесперебойно и, что самое главное, организовано, отправляя гостей по их номерам, двигаясь либо только вверх, либо только вниз. Он отвлекся лишь тогда, когда его пара, бледный единорог, широкими шагами зашагал к ещё трем гостям. "Наверное, его близкие." — подумал Тин.

— Так, семья Ноуледжей. — спокойным тоном сказала единорожка. — Ластинган Ноуледж, Кериган Ноуледж и Инфоушен Ноуледж. — посмотрела на них Твайлайт.

— Именно так! — оторвался от чтения единорог. Он подергал боком, чтобы разбудить свою дочь, которая широко зевнула, расправляя крылья. — Просыпайся. Мы вот-вот пойдем в номер, зайчонок.

В ответ на это она лишь попыталась ровно встать, но споткнулась об собственное копыто и распласталась по полу. Тин вместе с отцом помогли ей подняться и придерживали копытами, чтобы снова не допустить падения.

Твайлайт начала задавать вопросы: — Кери, опиши мне, пожалуйста, свое любимое блюдо.

Она тут же встрепенулась, будто выпила пол кружки кофе: — Это такое сладкое и овощное! Да, там есть сахар, а ещё овощи! Я очень люблю сахар и очень люблю овощи, представляете, как я рада, когда это все вместе?

Твайлайт лишь выдавила небольшое "ага" и повернулась к Шену: — При каких обстоятельствах вы развелись с женой?

— Вопрос некорректен и ссылается к личной жизни, которую я имею полное право скрывать. — безразлично отрезал он. — Тем более, что, официально, мы до сих пор женаты.

Удовлетворившись ответом, она перешла ко Ластингану: — Назови своё школьное прозвище...

— Эй! — возмутился Тин. — Во-первых, это неприятно вспоминать, во-вторых, ты ведь его сама знаешь!

— Отлично! — обрадовалась единорожка. Она перевернула страницу блокнота и принялась черкать пером. После того, как страница был исписана, Твайлайт лишь сказала. — Ваш номер 3-20. Приятного отдыха.

— Вы идите, я догоню. — велел Тин своей семье и проследовал к фиолетовой пони с полностью исчерканным блокнотом. Твайлайт подошла к сидениям в центре холла и присела, держа магией целые страницы разных записей перед собой. Возле неё стояло ещё пять гидов, и у каждого был не менее испорченные кучи бумаг.

— Фух! Я думала, что будет сложнее — высказала своё мнение пони в ковбойской шляпе. Её блокнот небрежно валялся на ближнем столике, в то время как пони оглядывалась по сторонам. Взгляд "ковбойши" остановился на фиолетовой единорожке... Точнее слегка за ней. — Твайлайт, это кто там у тебя за спиной?

Все обернулись прямо на Тина. Слегка покраснев, он прошептал: — Твай, можно тебя на секунду?

Она кивнула и велела подругам подождать. Отойдя от гидов на достаточное расстояние, они завели разговор.

— Что это были за вопросы? Я имею в виду, ты уже знала ответы, которые мы дадим?

— Эти вопросы мне, точнее каждому из нас... — она взглядом указала на подруг. — ... Каждому из нас дал Джек. Когда в мои копыта попал этот блокнот, там уже были написаны ответы, и небольшая инструкция, что и как делать.

Единорожка достала блокнот и открыла первую страницу: — Мне сначала тоже казалось все это странным. Они выбирали лишь целые семьи пони. — она перевернула страницу. — А затем эти необычные вопросы с заготовленными ответами. Шпион сказал, что это просто психологическая проверка, позволяющая всего лишь подтвердить эффективность всех программ в отеле для данных пони.

— Но как они знали, что мы ответим?

Твайлайт усмехнулась: — Зная этих ребят, я не могу удивляться большинству их выходок. А уж жаловаться тем более не имею право — я им жизнью обязана.

"Выходит, не только я им чем-то обязан. — подумал Тин. — скольким ещё пони помогли эти существа?" Единорог, видя задумчивость своего друга, подтянула его копытом за плечо и сказала:

— Слушай, я знаю не так уж много. Но, насколько я поняла, вы не значились в изначальном списке гостей. И уж поверь, я знаю, чем занимаются придворные ученые.

Тин слегка присвистнул. Он редко задумывался, какие привилегии получают ученики принцесс. О двойной работе его отца знало совсем немного пони. Половина из них была представлена принцессами, другой являлись его дети. А теперь оказывается и подруга детства. Однако, он обещал помогать отцу с работой во время поездки. И Тин намеревался сдержать обещание.

— Так ты поможешь?

Твайлайт взмахнула головой, стряхивая челку со лба: — А для чего нужны друзья? — Челка снова неприятно осела на лоб, но кобылка пропустила этот факт мимо себя. — Принцесса давала мне задание изучить взаимоотношения этих существ между собой ещё очень давно. И когда я получила первые результаты своей работы, то была потрясена. — пони махнула ждущим кобылкам копытом, мол, ещё не закончили. — Это был самый идеальный вид дружбы, который я видела. Они живут вместе, стоят друг за друга вместе, каждый человек имел значение в команде. И они беспрекословно доверяют друг другу. Всмысле, я бы не доверила Пинки организовать званый ужин, а они запросто могут дать такое задание самому безответственному члену команды. Естественно, такого в настоящей жизни ещё не было, но это был пример, ибо получилось бы что угодно, но не званый ужин, однако не это самое главное. Если кто-то не согласен с решением, то может спокойно послать всех на... То есть, я имею виду, что он высказывает мысли, даже если решение было отдано всей командой. Мне не слишком верится, что Флаттершай смогла бы также. Думаю, ты понял, к чему я клоню. — Тин кивнул, внимательно слушая подругу. "Их дружба куда совершенней вашей — вот к чему ты клонишь..." — подумал он. Вдалеке слышался храп одного из гидов, который не выдержал ожидания. — Также я выяснила, что любое действие команды имеет цель, выгодную для них. Именно поэтому весь этот отель мне кажется странным. Он не имеет цели для них. Я имею в виду, они давно заслужили доверие, три раза, хотя два раза косвенно, спасая Эквестрию. А надобность этого отеля просто отсутствует. Но так не бывает. Я боюсь, что "Купол", это больше, чем курорт для отдыха.

Тин с трудом запоминал всю информацию, выданную единорожкой. Однако, она очень важна, в этом сомнений нет.

— Спасибо тебе большое, Твай! Ты мне очень помогла. — обнял Тин подругу. — А теперь расходимся по номерам?

Единорожка посмотрела на друга недоуменным взглядом, а затем спросила: — Ты это о чем? Наш поезд должен прийти с минуты на минуту. — она сразу же поняла немой вопрос: "Разве ты не останешься?" — Извини, но нас в этот отель не приглашали. Отличного тебе отдыха. — Твайлайт зацокала копытами в сторону гидов, которые, по всей видимости, являлись хранителями элементов. Тин постарался запомнить их внешний вид, ведь кто знает, при каких обстоятельствах они могут встретиться вновь.

...К удивлению, цокот копыт не перекатывался эхом по всему зданию отеля. Возможно, это была заслуга мягкого ковра, расстеленного по всей дороге, но, скорее всего, его мозг был слишком занят удержанием всей той информации, и никак не реагировал на звук. Добравшийся до номера серебристый кольт тихонько открыл дверь. Практически бесшумно войдя, он увидел лишь два бездыханных тела, в самых странных позах спящих на кровати. Последняя кровать была не занята, но прежде чем ложиться спать, Тин обратил внимание на крупный листок бумаги, лежавший на письменном столе.

"Кери отключилась сразу. Чувствую, мне тоже до страны снов недалеко. Если ты что-то выяснил, то внизу есть много места, запиши. Спокойной ночи."

Тин лишь ухмыльнулся и присел за стол, беря в зубы старое доброе перо...

Лучики солнца игриво мелькали на серебристой шерстке Тина, то медленно подползая, то молниеносно расходясь в разные стороны. И лишь один из них осмелился подползти в плотную к глазу. Немного подумав, он осторожно наступил на веко, и тут же был сброшен на кровать.

Солнечный свет бесцеремонно разбудил изобретателя. Потянувшись и звенув, Тин сбросил с себя одеяло и бесшумно, прямо таки на цыпочках, отправился в ванну. Закрыв за собой дверь, которая к счастью, ни издала, ни капли скрипа, он принялся приводить себя в порядок. Отскоблив до блеска и зубы, и морду, молодой изобретатель возвратился в комнату и заметил, что кровать отца пуста, а на столе ещё одна записка.

"Спасибо за информацию, сынок. Я всегда знал, что на тебя можно положиться. Твой лазер подзаряжен до максимума. Я скоро вернусь. Пока Кери спит, пожалуйста, прикрой шторки. Ей нужен отдых больше, чем нам."

Тин оглянулся и посмотрел на слегка сопящую сестру. Она немножко шуршала крыльями во сне, заставляя её одеяло принимать самые нелепые формы. Естественно, брат не мог оставить это без внимания. Подправив одеяло, Тину удалось заметить небольшой балкон, скрытый за шторами. Зайдя в него, он закрыл за собой мягкую такнь и присел на заранее приготовленную подушку. Также, на балконе находилась еще одна подушка и небольшой столик, на котором стояла небольшая ваза с цветами.

"Отдохну-ка я на солнце, пока отец не придет". — подумал Тин, подставляя серебристую спину прямо под живительные лучи. Он вспоминал слова Кери, которая не верила, что под землей можно отдыхать. "А вот тебе и доказательства, маленький скептик! — с улыбкой вспоминал Тин коронную фразу своей матери. — Птички поют, солнышко греет, на горизонте, где-то далеко, теряется море. И все это под землей! Погодите минутку... Солнце под землей?!" От неожиданного открытия, Тин чуть ли не упал на ровном месте. Он вытянул шею, чтобы посмотреть на небо, и также, как где-нибудь в Кантерлоте, солнце сильно слепило зрение смотрящего.

Внимание молодого изобретателя отвлек шум в номере, который по своей громкости запросто обходил тихие завывания ветра. Приоткрыв занавеску, он заметил шугающуюся пегаску, которая что-то яростно искала. Дабы привлечь её внимание, Тин сказал: — С добрым утром, Кери. Ты ничего не потеряла?

Она обернулась и с радостным визгом налетела на брата. Закончив греться друг об друга, пара пони завела разговор: — Ты испугалась, когда никого не нашла, верно?

— Мне было страшно! Мне было очень страшно, ведь я знала, что вы меня одну не оставляете, у меня было такое чувство, что произошло что-то ужасное и мне вас больше не найти! — протараторила пегаска.

Брат потрепал гриву своей сестры и лишь улыбнулся. "Какой бы фантазеркой она не была, она есть, и всегда будет твоей родной сестрой. Тебе стоит помнить это" — наставляла его мать перед поездкой к отцу. И Тин помнил.

— Вы уже все проснулись? — неожиданно прозвучал голос только что зашедшего отца. — Давайте быстренько разминайте копыта и крылья, пока мы ещё не пошли на завтрак.

Кери мигом унеслась в ванну, откуда начали доноситься хлюпающие звуки. Воспользовавшись моментом, Тин поинтересовался у отца: — И давно стало нормой, когда под землей солнце светит?

— Тут вопрос, скорее, не в этом. — прилег единорог на кровать. — Ты ведь не думал, что обещанные море и пляжи каким-то образом могут быть без солнца? Что же это был бы за курорт, в котором нету голубого неба и большого круглого светила? Вопрос скорее в том, как они добились такой идеальной иллюзии. — поймав мой недоуменный взгляд, отец привстал и пояснил. — Как ты думаешь, каково расстояние между тобой и нашей звездой?

Тин почесал затылок и невинно пожал плечами, но затем ответил: — "Очень много" сойдет за ответ?

Единорог кивнул и продолжил: — Диаметр сферы всего около 3 километров. И, конечно, это вопрос принципа, но я не могу представить технологии, которые могли бы позволить мне сказать, что вон то солнце, — он указал копытом на балкон. — настоящее. Будь оно настоящим, не то чтобы только сфера, но и как минимум Кантерлот был бы разрушен. Следовательно, остается только вариант иллюзии. Я не вижу особых проблем с поддержанием температуры, ветра и освещённости внутри купола, и поэтому считаю эту версию наиболее близкой к правде... — закончил белый единорог своё размышление. Кери, чистая и бодрая, уже вышла из ванны и ждала нас, чтобы пойти на завтрак. Кивнув своему сыну, отец повел дочку из номера и немного задержался у выхода, чтобы подождать Тина. Тот, в свою очередь, небыстро направился к выходу, прилизывая непослушную голубую гриву.

Закрыв за собой металлическую дверь, семья практически отправилась на завтрак. Однако, слегка задорный, но мягкий голос заставил Тина остановиться:

— Вы пока идите, я вас скоро догоню. — и сразу после этого пара взрослых пони прошла мимо Ноуледжей. Тин мог поклясться, что видел их раньше. Однако его больше интересовала личность обладателя голоса. — И вот мы снова вместе. Что ты там про судьбу говорил, Тин?

— Лина! — кинулся обнимать синюю единоржку Ноуледж. "Пойдем, Кери, Тин нас догонит. Видишь, у него есть дела? Давай не будем ему мешать." — послышалось сзади, но изобретатель уже не обращал внимание на такие мелочи.

— И я рада тебя видеть, Тин! — ответила взаимностью Лина. — Я вижу, ты уже и метку получил, поздравляю!

Изобретатель почесал затылок: — Да, это долгая история... Но время у нас будет, так что думаю, я тебе как-нибудь расскажу! Кстати, ты ведь знала, Твайлайт была у нас гидом. Если бы я только знал, что ты тоже окажешься здесь...

В отличии от спокойного голоса Тина, единорог, образно говоря, начала рвать гриву на голове: — Твайлайт была здесь? Вот блин, я никогда себе не прощу, что лишь из-за меня мы снова не смогли собраться вместе! Просто... — успокоившись, продолжила Лина. — Я ведь обещала, что больше такого не повторится.

— Тише, тише. Не стоит так переживать. Если бы ты сейчас этого не сказала, я бы даже и не вспомнил.

— Просто это у тебя память с зубочистку, а Твайлайт помнит хорошо. — на мгновение Лина задумалась. — Надо будет потом приехать в гости к Твайлайт, как думаешь? — Тин согласился. — Кстати, ты не знаешь, где она живет?

Молчаливое почесывание затылка более чем удовлетворило Лину в качестве ответа: — В

любом случае, мы не в состоянии это выяснить, пока отдыхаем. Говоря о котором, я начинаю бледнеть от проведённого времени в этих душных помещениях. Предлагаю при первой свободной минуте завалиться на пляж.

"А ты нисколько не изменилась." — подметил серебристый кольт про себя. Идя бок о бок, пара давних друзей направилась к лифту, который как раз спускался с верхних этажов.

Войдя в кабину, пони сразу же заметили подробнейшую инструкцию о использовании лифта на стекле. Многие пункты были предельно ясны, но такие правила как "Не курить!" и "Не использовать лифт в качестве спасательной капсулы!" оставляли разум Тина в смятении. Движение кабины было настолько плавным, что если бы не застекленная стена, то вряд ли бы кто-нибудь догадался, что лифт движется. Выйдя через открывшиеся металлические двери, пара прошла мимо огромных зеркальных дверей, ничуть не меньшего выхода на улицу и небольшого прохода к общественным местам. "А вот расположение туалета стоит запомнить" — подумал Тин, когда они заворачивали в некий симбиоз ресторана и столовой. У входа их встретил белоснежный робот размером с обычного пони:

— Линесса Лав, Ластинган Ноуледж, вас ожидают у указанного столика. — Безэмоционально сказал бот, поставив в обоих именах неправильные ударения. Над "Указанным столиком" засветилась мощная лампа, и неожиданно погасла сразу после того, как пара друзей запомнила, куда им нужно идти. — Приятного аппетита.

Все помещение представляло собой гигантский круг, центром которого была огромная опорная колонна. Вокруг неё расположилась широкая стойка ввиде шестиугольника, на которой были расположены всевозможные деликатесы и блюда. Пони подходили и запросто брали столько, сколько хотели... По крайней мере, ограничений не было видно. В небольшом листе, оставленном в номере, было написанно, что данный ресторан под названием "Рай для еврея" будет являться местом завтрака, обеда и ужина.

За столиком уже сидели родители и Лины, и Тина, а также Кери, увлеченно поглощавшая лапшу. Правда, была небольшая странность, которую молодой изобретатель решил оставить для беседы за столом.

— А мы уж думали, что не дождемся. — начал Шен. — Берите что-нибудь покушать, и возвращайтесь. Кстати, вы что пить будете? Тут были всякие соки, а также напитки с непонятными названиями: "Текила", "Белые русские" и тому подобное.

Тин с Линой переглянулись и хором пропели:

— Нет лучше напитка на свете,

Чем сидр семьи Эпплов в буфете!

Все разом рассмеялись, лишь Кери пропустила весь разговор мимо ушей, увлеченно борясь с новой тарелкой лапши.

Удаляясь от стола, Тин смог расслышать утихающую фразу: "Вроде бы почти взрослые, но ещё дети..."

## Самый лучший курорт

Не придирайтесь к лазеру. Серьезно. Он здесь нужен такой, какой он есть.

— Смотри, у тебя даже шерстка потемнела! — указал Тин на чуть-чуть потемневшую спину единорожки, расслаблено лежащей на лежаке.

— Просто молчи и не мешай наслаждаться. Такое блаженство я бы даже не променяла ни на пожизненное обслуживание в Понивилльском спа-салоне. — перевернулась Лина на спину, разводя копыта в разные стороны, черпая краешками частички песка. Повинуясь несильному, даже незаметному ветру, песчинки немедленно рассыпались, даря натренированному глазу ещё одно подтверждение многих научных теорий и даже законов. Был бы здесь Шен, то возможно было скоротать время за одной-двумя интересными беседами.

Пара друзей вдвоем лежала возле большого, если даже не гигантского зонта, закрывавшего Тина от солнца, но не препятствующего загару синей единорожки. В отличие от Эквестрии, на всей открытой площади "Купола Лимассола" солнце нещадно прогревало до душной, но терпимой температуры каждый кубометр воздуха. Для посетителей это было очень неожиданно — чувствовать на улице духоту, а в самом отеле свежесть. Отец Тина, имевший доступ в некоторые закрытые секции сферы, тщательно изучал работу каждого устройства, которое участвовало в создание такого эффекта.

"...В бумагах это машина называлась кондиционером. Мне не удалось до конца понять, как работает эта штуковина, но здесь точно замешана вода. С её помощью воздух охлаждается и насыщается водяным паром, благодаря чему в помещениях гарантировано будет прохладно и свежо. Это в общих чертах, а более подробно мне самому предстоит выяснить. Чертежи этого устройства сложны так же, как бюрократия в Кантерлоте и королевский этикет. Хотя может даже и сложнее..."

— говорил Шен своему сыну.

— Бу!

Тин вернулся из своих мыслей. Ещё бы ему не вернуться, он ведь от испуга запрыгнул под самое основание зонта, откуда лучами расходились металлические спицы, держащие мягкую зеленую ткань в форме круга. Зацепившись копытом за одну из спиц, изобретатель оказался головой вниз, прямо напротив улыбающегося лица своей подруги. Ехидная ухмылка не сползала с её лица, продолжая оставлять в полной растерянности пони, даже тогда, когда она помогала выбраться Тину из пут зонта, бережно опуская его на мягкий прохладный песок. Несмотря на всю осторожность, Лина не смогла полностью удержать вес своего друга, и плюхнулась на мягкий, но чертовски горячий песок, из-за которого она сама чуть не залезла на место изобретателя.

— ...Хахах, я ведь тебя предупреждал про карму! — задыхался от смеха жеребец, втаскивая единорожку в тень. Перевернув её на спину, он заметил, как несильно, но значительно потемнела грудная клетка подруги. — Ей, да ты не хилый ожог схватила!

— Ну тогда может маленький принц немного остудит меня? — хитро подмигнула Лина. — Как насчет небольшого заплыва? — Тин обреченно вздохнул. Раньше может он и был самым сильным и выносливым в тройке друзей, но сейчас он явно был не в форме. Дипломная работа выбила из него все силы, и новость об отпуске для него было как свет среди тьмы безлунной ночи. Он не мог себе врать — для него первым делом здесь был отдых, а лишь потом помощь отцу. Как-никак он заслужил...

Но отказать своей подруги и тайной возлюбленной он не мог. Хоть он и никогда не выражал своих чувств перед ней, в душе он мечтал однажды ей признаться. Поэтому он согнул копыта и позволил не самой легкой кобылке небрежно улечься на спину изобретателю.

...Это оказалось сложнее, чем изначально предполагал Тин. Когда Лина полностью закрепилась на жеребце, пони даже не смог с первого раза выпрямить копыта. Собравшись с силами, он, крадучись, двигался в сторону береговой линии, собирая удивлённые взгляды со всех сторон. "Что только не сделаешь для подруги..." — подумал жеребец, на последних силах подползающий к морю. Неожиданная волна резко окатила трясущиеся ноги, которые, не выдержав напора, согнулись пополам и переквалифицировали изобретателя в подушку.

— Так близко... Ладно, давай копыто, дотяну. — вставая с "подушки", сказала Лина. Перевернув Тина на спину, она обхватила его копыто магическим полем и поволокла по мокрому песку, оставляя широкий след. Пони попытался открыть глаза, но как только он это сделал, морская вода с силой хлыстнула прямо в лицо. И нос, и рот был полностью заполнен этой соленой дрянью. Тин резко вскочил, откашливаясь и плюясь, но жуткое жжение и ужасный привкус полностью испортили настроение уставшему изобретателю.

— Тин! Лина! Давайте сюда, тут такие большие волны! – кричала Кери через все море, едва завидев их в воде.

Тяжело вздохнувшая кобылка глянула на Тина через плечо, который снова лежал на поверхности воды копытами вверх, и, схватив его за заднее копыто магическим полем, потащила дальше от берега. Она не удивилась тому, что Тин держится на плаву без усилий вообще, хотя мало есть на свете пони, которые могут подобное. Но вода ни разу в жизни не затягивала изобретателя в свои глубины, и как объяснял этот феномен Шен, здесь замешана не магия, а простая физиология. Единственная часть тела, за исключением хвоста, которая уходила под воду, было копыто со странным устройством на конце. Лина ничего подобного в жизни не видела. И хоть за завтраком Тин в общих чертах описал ей прибор, её мозг до сих пор не понимал, откуда в этой штуке берется свет, способный прожечь металл.

— Я, конечно, не разбираюсь в тонкостях всяких премудрых наук, но просто хочу спросить. От воды, тем более такой соленной, твоя штуковина не сломается?

Тин, блаженно развалившись на поверхности воды, поднял голову и открыл рот, чтобы ответить подруге, как огромная волна окатила изобретателя, заставляя его бездумно барахтаться, лишь бы выплыть к воздуху.

Лина и Кери наперебой заливались громким смехом, пока Тин откашливался от остатков воды, забравшихся к нему в легкие. Закончив с этим делом, он укоризненно взглянул на подругу:

— Ты ведь знала, что идет волна!

Лина, успокоившись после долгого смеха, показала ему язык и нырнула под воду.

«Никогда не понимал девчонок!» — подумал про себя Тин. Жеребец, приведя свой разум в порядок, начал высматривать подругу в прозрачной толще моря. Несмотря на прекрасную видимость под водой, Тин так и не смог заметить Лину. Зато подметил большую волну, которая скоро прибудет к нему и прикинул, как бы ее оседлать. Пока жеребец был в раздумьях, неведомая сила вытолкнула его из воды, заставив пролететь полметра над водой и шумно плюхнуться обратно. С приземлением, он сразу же понял, что за неведомая сила привела его в движение. Но не успел он отчитать Лину, как она закричала:

— ВОЛНА!

На этот раз волна поймала и прокатила изобретателя на своем гребне, оставляя его подругу откашливаться от неожиданной атаки. Кери снова громко засмеялась, по горло утопая в воде, пока Тин, улыбающийся от столь удачной демонстрации значения слова «Карма», удерживал свою сестру на плаву.

— Ну, этот раунд за тобой! Быстрее, плывем к вон той огромной волне!

Неунывающая от мелких поражений Лина была всегда душой компании. Она всегда знала, что делать и была уверена, что всем от ее действий будет хорошо. По крайней мере, ее друзьям точно. Но жеребца что-то остановило. Тин хотел было отказаться под предлогом «Кто будет присматривать за Кери?», но небезызвестный закон подлости срабатывает именно тогда, когда его меньше всего ждешь.

— Ты плыви, я пригляжу за твоей сестрой. – неожиданно к ним подплыл Шен. После завтрака он ушел куда-то по работе и обещал вернуться к ужину, но сейчас и время обеда не настало!

— Я думал, ты весь день будешь занят?

— Принцесса позволила мне самому выбирать время моего отдыха. Так что, если у тебя с этим какие-то проблемы, то изволь на прием к королевским особам. – улыбнулся отец.

Тин повернул голову в сторону Лины. Редкое зрелище – она терпеливо ждала его, даже не пытаясь в одиночку осилить гигантские волны. «Негоже заставлять кобылку ждать» — шепнул изобретателю на ушко Шен.

— Из-за твоих тормозов мы пропустили целых две отличных волны! – демонстративно закатила губу Лина. Но тут же просияла, увидев гребень размером с небольшой дом. – Быстрей, это наш шанс!

Из-за природного дара «Не тонуть» Тин пренебрежительно относился к занятиям по плаванию. Он от природы был достаточно силен и вынослив, и поэтому учителя сквозь копыта смотрели на то, что он часто прогуливал даже физкультуру. Его подруга напротив, старательно посещала каждое занятие. Не потому что она была примерной ученицей, а потому что хотела все время проводить с друзьями. Так что угнаться за Линой ему удавалось лишь потому, что она ускоряла его магией, пока жеребец старался принять более гидродинамическую позу. Так или иначе, они успели добраться до волны, и были успешно вмяты в воду, когда гребень прокатился по ним. Лина утонула сразу, без всяких попыток сопротивления, а вот Тин удержался на гребне несколько секунд, прежде чем верхняя часть волны обрушилась на него потоком.

— У-ХУ! Вот это класс! – взорвалась радостью единорожка – Давай еще раз!

На самом деле Тину действительно нравилась, раз за разом пытаться все большее время держаться на волне. А громкие погружения под воду только разогревали пыл изобретателя. «Лина меня заразила» — подумал с азартной улыбкой, пытаясь удержаться на очередной волне, которая с силой ударила жеребца по спине, заставив его потерять равновесие. Плюхнувшись, но, не уйдя под воду, Тин принял на себя удар выплывшей из-под толщи моря единорожки.

— Ой! Тин, извини, не видела тебя. – она на мгновение заглянула другу в глаза. Радостно улыбаясь и практически светясь от счастья, Лина походила на волшебное существо из другого мира. Но мгновение, и она снова отвернулась. – Не тормози! Вон еще серия волн!

Тин скинул с себя наваждение и как можно скорее, хотя тут вернее будет, как позволяло его физическое состояние, поплыл за подругой.

День сменялся вечером, в котором не было месту быстрому закату. Даже не потому, что солнце здесь опускалось без помощи принцессы, а потому, что это само собой разумеется. волны продолжали ударять о берег, но не было таких огромных и сумасшедших гребней. Небольшие колебания приятно покачивали Тина, пока Лина продолжала плескаться неподалёку. Шен уже забрал Кери, которая просилась остаться с ними, но как ни крути, пора было ужинать. А что до двух пони, одних из немногочисленных, что находились на пляже, то им обещали оставить по порции.

Мысли жеребца были заняты лишь своей жизнью. Тем, что он за все свои шестнадцать лет так и не осуществил своей мечты. Он сделал первое изобретение на основе технологий другой расы. Он должен остаться в истории своего народа. И вроде бы Тин должен только радоваться, но пока ему нечему даже улыбнуться. «Но ведь так нельзя всю жизнь?»

— Лина?

Лежащий на воде жеребец смотрел на красное небо, представлял, как скоро он будет видеть звезды, и луну. Но сейчас, вместо неба он видел улыбающиеся лицо своей подруги,

— Да?

Мордочка Лины была так близко, что неожиданно жеребца охватило чувство, что ему на все глубоко наплевать. «Будь что будет» — выражаясь культурным языком.

— Я тебя люблю.

Всего три слова, произнесенных на одном дыхании. Но легкость, которую они оставили, не идет ни в какое сравнение с тем, что держит Тина на плаву. Лина улыбнулась снова, но это не та игривая улыбка, с которой она провела почти всю жизнь. Это улыбка искреннего счастья.

— Правда? – сказала кобылка. Её голос с громко-задорного сменился на пошатывающийся-приглушенный. – То есть, я хотела сказать, что… Тоже тебя люблю

Лина, которая, улыбаясь, пристально смотрела мне в глаза, опустила голову еще ниже.

Тин никогда в жизни не целовался, поэтому ощущения от первого раза были неповторимы. Даже не оттого, что это был первый раз, а оттого, что он целовался вниз головой, причем на воде. В голове появилась ехидная мысль, что никто такого не повторит.

Сладостный момент поцелуя был прерван небольшой волной, мягко, но с силой толкнув их в разные стороны. Когда они снова приблизились друг к другу, она прошептала:

— Быть может, я зря не поверила Крайму. Помнишь, тогда в первом классе?

Воспоминания потоком хлынули на жеребца. Вроде бы так давно, а кажется, будто вчера. Когда Крайм непонятно каким образом узнал о том, что изобретатель влюблен в Лину, он на весь класс растрезвонил об этой новости. Репутация Тина и Лины была спасена лишь благодаря находчивости жеребца, который запросто уложил слово «любит» в повседневную концепцию дружбы. Талант грузить всех десятисложными словами, да так, чтобы с тобой все соглашались, Тин унаследовал у отца. Но в отличие от Шена, он часто использовал этот дар не по назначению.

Изобретатель улыбнулся, вспоминая вместе с возлюбленной школьные годы. Как после первого класса сразу ушла Твайлайт. Как Крайма отчислили из-за скандала с пропавшими вилками в столовой. И незабываемый поход вдоль южной границы Зебрики. Было много веселого и грустного, и разделять все это с Линой для жеребца было высшей наградой за все его труды.

* * *

На следующее утро Тин проснулся на удивление бодрым, и выспавшимся. Подняв голову, он осмотрел номер: и отец, и Кери спали. Но он не унывал. Казалось, его хорошее настроение непоколебимо, и он с воображаемой мелодией незаметно прошмыгнул в ванну. Проделав скучные и рутинные водные процедуры на удивление бойко и быстро, он сразу же вышел из номера. Поздоровавшись на пути с несколькими незнакомыми пони, он подошел к лифту и ткнул кнопку. Спустившись на первый этаж, он присел на один из многочисленных диванов, прямо напротив фонтана. Тин не позаботился заранее придумать себе занятие, поэтому начал импровизировать. То он рассматривал немногочисленных отдыхающих, которые взяли смелость встать пораньше во время отпуска, то изучал фонтан, дивясь тому, как мощно и синхронно выходят струи, переплетаясь в затейливые узоры. Но долго пытаться понять действие фонтана ему не удалось, так как сладкий голосок заставил выйти изобретателя из оцепенения.

— Я так и знала что ты здесь. – словно пропела Лина. – Хорошо спал?

Тин искренне обрадовался подруге. После небольшого поцелуя, он жестом пригласил ее сесть рядом с ним.

— И тебе с добрым утром. Я вижу, ты также хорошо выспалась.

Она плотно прижалась к нему, словно пытаясь согреться в холодную стужу.

— Первый день я ужасно спала! Серьезно! Было похоже на мой первый день в Кристальной империи. Я тогда целую ночь била сама себя подушкой, лишь бы уснуть от усталости, а потом плюнула и решила начать какую-нибудь картину. Жалко я ни одной сюда не привезла.

После вчерашнего вечера, Лина практически не изменилась, но Тин был все равно рад – он любил Лину такая, какая она есть.

— Но сегодня я так хорошо поспала. – нараспев произнесла она. – В прошлый раз я целых три дня адаптировалась, а сейчас я уже на ногах. Думаю, это ты виноват!

— Ну конечно! – усмехнулся Тин. – Как что, так сразу Тин виновен! Хотя чего врать, каюсь в своем смертном грехе.

Она еще раз изобретателя поцеловала и предложила прогуляться по улице.

Погода была прямо под прогулку. Сильный жар, мешавший наслаждаться природой и вынуждавший искать тень, был смягчен быстрым прохладным ветром, дувшим со стороны моря. Снаружи здание отеля более практично, напоминая два стеклянных конуса, обвитых множеством синеватых широких лиан.

Тин с подругой шли по аллее, с обеих сторон ограниченной огромными деревьями, которые имели ветви лишь на самой верхушке. Зато ветви настолько широкие, что вместе с большущими листьями создавали отличную тень. Шен однажды рассказывал о них своему сыну, но тот был настолько в сонном состоянии, что смог запомнить лишь то, что такие растения называются «пальмами».

Пара дошла до небольшой сцены, возле которой стояли несколько десятков пони. На ней выступала пара пегасок, которые одним взмахом копыт заставили гореть острые деревянные колья. Под громкие аплодисменты, они ушли со сцены, и механический голос предложил следующим продемонстрировать свои таланты.

Единственное, что выбивалось из общей идиллии, так это запыхавшийся Шен, который даже более взъерошен, чем обычно, держа за копыто обескураженною дочь.

— Фух! Слава транзисторам, я тебя нашел! Тин, ты должен присмотреть за сестрой, пока меня не будет. Мне нужно отлучиться примерно на час. – он взглянул на сцену и более спокойным голосом произнес. – Пока можете здесь время провести. Ты не беспокойся, я вернусь с срок. – после чего галопом убежал в сторону отеля.

— Твой отец сам не в себе! – сказала Тину его подруга, пока они смотрели, как тройка единорогов выпускает огненные шары, обвивающие друг друга.

Тин и без помощи Лины понимал, что отец без причины спешить никогда не будет. Он был легко возбуждаемым, даже фанатичным пони, но все-таки здравомыслящим.

От размышлений об отце его отвлекла Кери, толкающая его в плечо.

— Тин, смотри, какие они все молодцы. Я тоже хотела бы так уметь. – она скорчила грустную мордочку, от чего его брату стало слегка жать сердце. Но вдруг, улыбка озарила лицо Кери, а глаза засверкали огнем. – Тин, а покажи сам что-нибудь!

— Э, не-не-не-не, ты меня в это не втянешь! – запротестовал брат. – Тем более что мне показывать нечего. Я же ничего не умею!

Лина, наблюдавшая за семейным спором с свойственной ей улыбкой, неожиданно сама вклинилась между ними: — А как же твоя «никому-не-понятная-но-очень-крутая-шутка-которая-может-испускать-лучи-смерти»? Я бы хотела посмотреть, что она может.

Со страдальческим взглядом посмотрев на подругу, и не найдя в ней никакого утешения, а только лишь игривую улыбку, Тин начал скорее думать, как бы извернуться. И тут он стукнул себя по лбу. «Как же я раньше-то не догадался!»

— Это ведь слишком опасно! Тем более, что мне даже нечего резать! Для того, чтобы все прошло как по маслу, мне потребуется для начало раздать всем зрителям темные очки, затем притащить вольфрамовый стол и найти небольшой стальное предмет, который я буду резать.

Лина с мордочкой, выражающей полнейшую скукоту происходящего, протяжно сказала: — За сценой есть пункт выдачи реквизита для номеров и выступлений. — Неожиданно она встала, оказавшись прямо перед мордочкой Тина. – Конечно, если ты боишься, то…

Жеребец громко вздохнул: — Ты думаешь, я поведусь на этот старый трюк для маленьких недотеп?

Единорожка на мгновение приняла задумчивый вид, но почти сразу вернулась к своей фирменной улыбке: — Честно говоря, я думала что сработает, но раз ты уже не маленький недотепа, то я только что придумала специально для тебя новый трюк.

Тин не мог оторвать взгляда от глаз своей подруге, будто загипнотизировавшись ими и она легко сумела приблизиться к его лицу. Их губы слились воедино, пока все были заняты новым представлением на сцене. Никто не обратил внимания на влюбленную парочку, кроме маленькой желтой пегаски, которая с отвращением на лице отвернулась от них. Поцелуй длился хоть и долго, но после того, как Тин вновь смог вдохнуть полную грудь воздуха, он почувствовал, что время неслось так скоротечно, что он бы хотел по больше побыть с возлюбленной. Посмотрев ей в глаза, он увидел не только ее игривость и стремительность. Тин заметил проскользнувшую печаль.

Оставив Лину с сестрой, Тин незаметно обошел сцену и увидел небольшое здание, с широкими воротами. Хоть и состояли они из одной створки, ворота вызывали дикий восторг, когда массивный прямоугольник опускался вниз, обнажая то, что хотел пони.

Войдя в практически пустое помещение, в котором самое интересное было выступающий круг бетона на полу, жеребец подошел к надписи «Выбор реквизита» и его взгляд сразу пал верхнюю строку «Вольфрамовые столы», а после того как он посмотрел чуть правее, то его разум упал в осадок.

«Двенадцать тысяч, четыреста шестьдесят один вольфрамовый стол? Им что, вольфрам девать некуда?»

Он один раз ткнув копытом по первой строчке, затем по одной из последних, которая отвечала за металлические листы толщиной в пару дюймов и перебравшись в список услуг, нажав на строку «Выдать зрителям солнцезащитные очки», изобретатель, наконец, приказал выполнить заказ. После того, как его вежливо выгнали из здания, Тин на гладкую дорожку, шедшую со сцены. Повиляв хвостом несколько секунд, дверь здания начала медленно отъезжать вниз, обнажая блестяще отполированный светло-серый стол на колесиках, и лежащую на нем металлическую пластину. Спустя мгновение из стены вылетела сварочная маска с прикрепленной запиской «Твои глаза нам спасибо скажут!» прямо на стол. С довольной ухмылкой, жеребец повез реквизит на сцену.

— ...Уверен, среди вас присутствую те, кто предвзято относятся к технологиям. Думают, что они лишь мелочь, по сравнению с магией. Возможно, вы правы. Возможно и нет. А теперь я спрошу вас: много кто из присутствующих способен разрезать вот этот металлический лист. – указал Тин на лежащий предмет. – Что, никто? Даже с помощью магии? А вот я смогу и без нее!

Опустив сварочную маску, он выставил мощность лазера на рабочую и направил готовое устройство прямо на металл. Тина снова охватила эйфория. Но не та, которая захватывала его во время нахождения Лины рядом. Это чувство изобретатель унаследовал от отца, который не обращал внимания на попытки недоброжелателей унизить его, пока он с ярым фанатизмом в глазах на практике доказывал сложнейшие теоремы. Сейчас этот фанатизм горел в глаза у Тина, и он с слегка, хотя даже и не совсем слегка, сумасшедшим выражением морды, которое никто не видел, начал резать металл ослепительным белым лучом. Зрители ахнули. Вырывающиеся искры из-под лазера таяли в воздухе через мгновение, но металл оставался красным и после того, как луч прошел по нему. Но через несколько секунд все закончилось. Лист был поделен пополам, а пони аплодировали. Громче все конечно была Кери, кричавшая всем «Это мой брат!», а на мордочке Лины снова была улыбка счастья. Но несмотря на все овации, изобретателю показался слишком мал тот миг научного вдохновения, который так пришелся ему по вкусу.

Возвратив реквизит по адресу, Тин присоединился к своей сестре и подруге, которые уже цокали в сторону отеля. Пока Кери подтрунивала над нами, распевая «Тили-тили тесто, жених и невеста!», Лина, восстановив свою хитрую игривую улыбку, начала описывать мое выступление со стороны.

— …Ты просто перестал обращать внимание на нас, и с таким напором резал металл, что мне стало не по себе. Нет, ты, конечно, выглядел великолепно! – заявила кобылка, но чуть приблизила лицо к уху Тина и прошептала. – Но страшно!

— Ну ладно тебе, я просто увлекся. – сказал жеребец в свое оправдание и решил сменить тему. – Час уже прошел, а отца не видно. Может, пойдем пока в наш номер, как думаешь, Кери?

Вместо ответа кобылка начала активно кивать головой, подпрыгивая на каждом шагу, Тину даже показалось, что перед ним не его сестра, а Лина в детстве.

Но на лице настоящей Лины улыбка соскочила с лица. Она посмотрела в сторону моря и вздохнула: — Эх, по номерам, значит по номерам. За ужином то увидимся?

Видеть грустную Лину для Тина было хуже, чем получить «удовлетворительно» по астрономии. При этом не понимать с чего ее настроение упало было еще хуже!

— Ты чего, мы же все вместе пойдем в номер. Или ты думаешь, я оставлю тебя в одиночестве? – после этих слов Тин был буквально задушен объятиями подруги, которая вроде и не желала смерти другу, но стремительно приближала его к этой участи, пока, наконец, не ослабила схватку.

Жеребец, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха, попытался выдавить хоть какую-то улыбку, но единственное, что ему удалось, так это страшно закашлять, после чего вновь хватать воздух ртом.

Восстановив силы после небольшого переполоха, группа пони двинулась прямо в здание отеля, в котором собралось достаточно много пони, что-то обсуждающих и щебечущих между собой. Добравшись до номера и открыв его специальной карточкой, которую Тин всегда держал при себе, он пропустил дам, и лишь затем зашел, плотно закрыв за собой дверь.

— Ну и что у вас тут интересного? – спросила Лина, упав на мою кровать.

— У нас есть такая папина штуковина, которая помогает летать! Она в шкафу!

Пока Кери не научилась летать, Шен смастерил для нее вспомогательные конструкции, способствующие полету. По сути просто небольшой подвижный каркас, который крепится к крыльям, но при включении, помогает правильно сгибать крылья при взлете и планировании, помогает регулировать наклоны и вообще, имеет массу аэродинамических приспособлений. Проблема лишь заключается в слабом аккумуляторе, который держит небольшой заряд и то только на десять минут.

Пока Лина пыталась с помощью своей магии зарядить устройство, я заметил на столе листок бумаги с начерченным планом «Купола Лимассола». Большой круг, в котором маленькой линией, составляющей примерно одну треть от диаметра, была обозначена территория отдыха, за которой начинались промышленные зоны для приготовления пищи, замены старых пляжных зонтов и ремонта роботов, а еще дальше «Белая зона» — маленький забетонированный участок сферы в связи с не нужностью. Однако на листке бумаги, были обозначены странные прямоугольники, прямо в этой зоне. «Неужели отец нашел лазейку?» — подумал Тин. – «Уже на второй день отдыха, папа смог сделать то, ради чего мы прибыли сюда на неделю. Но если он об этом знает, и пошел пробираться к тайнам людей, то почему оставил нас с Кери здесь? Он же обещал непременно вернуться! Тем более он хотел взять меня с собой, если что-нибудь найдет еще перед отдыхом!»

Тин поделился находкой с Линой, которая, к удивлению Тина, отнеслась со всей серьезностью:

— Так, давай подумаем еще раз. Твой отец ищет что-нибудь тайное и загадочное в отеле, и находит это. Он исчезает, хотя обещал тебе вернуться через час. – Лина сделала умное лицо и изобразила мозговую деятельность. — Все ясно! Он в беде!

Лина никогда не отличалось гениальностью, но Тин был вынужден согласиться с ее доводами. Если отец не смог выполнить обещание, то он наверняка не в баре сидит, да попивает коктейль. А то, что на его столе лежит подтверждение того, что люди не так чисты, как все думают, подсказывает направление поисков, которые Тин уже начал организовывать в голове.