# Восход черного солнца

Stog8964

История стражника, служащего верой и правдой, жизнь которого, вскоре должна измениться.

Прошу извинить за описание к рассказу. Оно вообще ничего содержательного в себе не несет.

Внеплановые проблемы с учебой... Прошу прощения у немногочисленных читателей, но выход новых глав приостановлен, до момента пока я все не решу. Жаль что так вышло.

## Глава 1. Всегда на страже.

Разделение на абзацы и прочие нюансы я изменю потом. Заливал с трубы, так как с интернетом проблемы.

-Как же они сверкают! – Подумал единорог темно оранжевой масти, когда его взгляд упал на новые доспехи, висевшие в углу. За относительно недолгую службу в королевской гвардии, Флэир успел получить несколько наград и личный комплект доспехов, врученных самой принцессой. Сегодня Флэир Флейм был особо взволнован. Еще утром ему пришло письмо с королевской печатью, в котором принцесса требовала срочной явки во дворец. Немного попричитав, единорог стал собираться в путь. До Кантерлота было часов пять на поезде, и Флэир решил поехать сегодня же вечером.

Солнце, начавшее медленно уходить за горизонт, оповестило единорога о том, что пора отправляться в путь. Еще раз протерев доспехи и довольно улыбнувшись своему отражению в начищенном до блеска шлеме, он стал аккуратно облачаться в них. Его доспехи отличались от простых, которые были почти у всех стражников, не только узором копытной работы, но и тем, что они полностью покрывали тело. Открытыми оставался лишь хвост. Шлем был снабжен забралом, которое при поднятии закрывало лицо полностью, оставляя лишь пару небольших прорезов для глаз. Так же в шлеме была прорезь точно под его рог. Этот доспех, по мнению Флэира, являлся скорее церемониальным, чем боевым, так как он очень стеснял движения, а столь большой шлем мешал концентрироваться на сложных заклинаниях и закрывал обзор. Но сейчас как раз тот случай, когда этот доспех был очень уместен.

— Эх, я уже начинаю по вам скучать. – Бросив взгляд на догорающее палено в камине и маленькую кушетку рядом, сказал единорог.

После этих слов он покинул свою обитель на окраине Понивиля и двинулся в сторону станции.

По пути Флэир начал гадать, для чего же принцессе могло понадобиться вызвать его, особенно когда он в увольнительной, но после недолгих размышлений, он пришел к мысли, что это очередная бумажная возня или какие-нибудь внеплановые военные сборы.

До станции оставалось совсем немного, и единорог решил сбавить шаг и насладиться вечерним Понивилем. Вечер именно в Понивиле ему казался особенным, романтичным. Тут был какой-то шарм, умиротворенность, то чего лишены большие города, то чего нет в Кантерлоте. Именно поэтому тот дом в Кантерлоте, подаренный принцессой, Флэир поменял на небольшой домик, на окраине Понивиля.

Глухой лязг железа отвлек единорога от завораживающего вечера в Понивиле, и он понял, что он уже на месте. Перед ним находился состав из пяти вагонов. Из окна первого вагона высунулся пони серой масти и громко прокричал:

— Поезд в Кантерлот прибыл, всем пройти на посадку.

Подойдя ко входу в последний вагон, Флэир начал привычную для него череду действий: Передать семь бит за проезд кондуктору, пройти на последнее сиденье и все снова и снова наблюдать за одной и той же картиной за окном. Иногда, после длительного караула или патруля, он сожалел о том, что отказался от дома в Кантерлоте, но когда кондуктор заходил в вагон и объявлял станцию “Понивиль”, то все его сожаления пропадали.

— Как же прекрасен Понивиль и его вечера. – Улыбнувшись, выговорил он.

За окном пролетали невысокие масляные фонари. За все время своих поездок единорог от скуки уже посчитал их ровное количество, и каждый раз пересчитывал снова, проверяя на месте ли все. Это было не самое бесполезное занятие, которым он занимался по пути во дворец. Но больше всего, что ему не нравилось в таких поездках, так это то, что в голову начинали лезть дурные мысли о грядущей смене или патруле.

— А что если на принцессу нападут, и мы не успеем? А что если во дворец проникнет шпион? И так далее… — Эти мысли лезли в голову все снова и снова, но единорог знал ответ. На его службе уже был случай, когда грифон-наемник попытался проникнуть в архивы, прикинувшись иностранным послом, но Флэир смог не дать ему скрыться и за это получил свою первую награду и был замечен принцессой. После этого случая его карьера пошла в гору. Принцесса отправила его в элитный отряд, в который попадали только пони из знатных семей, но из-за своей “не голубой крови” и вспыльчивого характера, Флэир вернулся обратно, но уже со званием сержанта.

Мир, где живет большинство пони, отличался от его мира — мира закона. Единорог повидал немало случаев, когда пони показывали свои самые темные стороны: Воровство, предательство, ложь и даже убийство. Но со временем он уже больше не удивлялся таким вещам, но он радовался, радовался тому, что в его обязанности входит ограничивать пони от всего этого зла. Большинство жили долгую и счастливую жизнь и не догадывались о том, что кто-то может что-то украсть или подставить кого-то из собственной выгоды или даже забрать жизнь. Он был искренне рад за них, ведь если такие есть, значит он нужен, и он обязан делать все, что бы больше пони жили той жизнью, в которой нет того чего видел он.

Монотонный стук колес медленно нагонял дрему на единорога, но тот изредка потряхивая головой, пытался отогнать ее. В одно из таких потряхиваний, немного не рассчитав, единорог “одарил” весь вагон железным лязгом. Ругнувшись на неудобные украшения на шлеме, в виде языков пламени, которые так и норовят обо что-то зацепиться или при резком повороте головы сделать кого ни будь пиратом, ну или вообще слепым.

— Вот и взбодрился. – Подумал про себя пони.

До Кантерлота оставались уже считанные минуты. Выйдя из туннеля, поезд двигался по прямой, и было видно пост стражи у Кантерлотского пирона. Заметив уже родные окраины дворца, Флэир поднялся со своего места, потянул затекшие копыта и медленно пошел к первому вагону.

Сойдя с поезда, он сразу услышал, как его окликнул знакомый голос. Это был его бывший сослуживец, который недавно перевелся из его отряда.

— Здаров Флэир, как сам? Как служба? – Начал белый пегас.

— Сам отлично. Как видишь в увольнительной. Отдыхаю. — Не скрывая сарказма, сказал единорог.

— Ох, Дискорда мне в отцы! Что же тебе покоя то не дают?! – Сочувствующе сказал стражник.

— Да вот, Письмо лично от Селестии пришло, требовала срочной. Думаю очередные военные сборы. – Переводя взгляд с собеседника на огромный дворец, продолжил он.

— Ну, что же, удачи на сборах или черт его знает чем. – Похлопав единорога по плечу, сказал пегас. – А, постой, я забыл тебе кое-что сказать. – Окликнул, уже отходящего Флэира стражник. – Тут такое дело, тебе как сослуживцу можно рассказать думаю. – Продолжил он. – Никогда не поверишь, кто приехал на предыдущем поезде.

-Нууу, не тяни! Меня ждут! – Сказал Флэир.

— Стоун Харт. – Коротко ответил стражник.

— Да быть того не может! – Пялясь на стражника, чуть ли не перейдя на крик, начал единорог.

— Быть мне на луне заточенным, если совру! – Подняв правое копыто и показательно, положив на грудь, сказал белый пегас.

— Вот уж новость. Это очень странно. Интересно чего такому важному пони как он делать тут сейчас? И вообще, зачем он мог понадобиться?

— Дискорд его знает, но видимо что-то очень важное, если его высочество пожаловал. – Состроив гримасу, сказал пегас.

— Под трибунал бы тебя, за такое неуважительное отношение к таким персонам. – Негодуя, ответил Флэир.

— Да шучу я, шучу. – Немного потупив взгляд, сказал стражник. – И вдобавок, это ты там фанатеешь с него, а у меня он какое-то недоверие вызывает. – Уже тише продолжал стражник. – Есть в нем что-то такое, пугающее… Вообщем, не нравиться мне, когда он рядом.

— Ну ты даешь! Героев не бояться надо, а уважать. – С усмешкой сказал Флэир. – Селестию ты тоже боишься? – Уже иронизируя, продолжил единорог.

— Тьфу не тебя! – Обиженно сказал пегас.

— Ладно уж тебе, обидчивый — пошутил я. – Похлопав по плечу бывшего сослуживца, сказал пони.

— Ладно, пора бы мне уже делами заняться, а не трепом. Так что бывай. – С этими словами стражник медленно пошел к посту.

Немного посмотрев в след пегасу, Флэир крикнул ему: — При следующей встрече с меня сидр.

— Ты и так мне должен. – Повеселев, крикнул пегас в ответ.

Улыбнувшись, единорог пошел в сторону дворца.

-Стоун Харт… Это действительно странно. – Рассуждал единорог. – Но все же, я мечтаю встретиться с ним лично, и сейчас, если он еще здесь, у меня есть такой шанс.

Стоун Харт был главой отдела тактики и ведения боевых действий в Эквестрии. Он тренировал лучших из лучших, все стражи в Эквестрии мечтали о таком менторе как он, но он сам выбирал себе учеников. Все, кто были его учениками, сейчас награждены званиями героя Эквестрии. Раньше Стоун Харт был простым стражником. Он и его отряд были отправлены на разведывательную миссию на дальние границы, с целью прояснения ситуации. В то время грифоны пытались завладеть теми землями. Стоун и его отряд попали в ловушку. Капитан отряда был убит сразу, но остальной отряд смог отступить почти без потерь и укрепить позиции у небольшой горной гряды, где Стоун Харт взял на себя командование отрядом. С помощью стратегии, которую он разработал в тот момент, смог разбить превышающего по силам врага без потерь. После боя он смог распределить оставшуюся провизию таким образом, что все из его отряда смогли преодолеть огромное расстояние почти без припасов, что бы сообщить о готовящемся нападении на города, которые находятся вблизи дальних границ. О его стратегиях и обманных маневрах, об уловках и хитростях на поле боя, написано множество книг. Его учения спасли множество жизней союзников и унесли множество жизней врагов.

Флэир всегда восхищался его холодным расчетом в критических ситуациях и гениальностью стратегий, но… Но он понимал цель все этих тактик, уловок. Она была всегда одна – скорейшее уничтожение врага. Он не любил думать о том, что его кумир пони, который придумывает изощренные способы убийства. Он оправдывался сам перед собой тем, что он ценит утонченность ума и всю грандиозность его идей, а не то, что он умеет так мастерски управлять жизнями других, что бы отнимать еще больше жизней. Но он понимал, что отчасти ему нравиться читать моменты, в описании его битв, где врага уничтожают с минимальным количеством сил, за считанные минуты.

Пройдя через парадный вход во дворец, и поприветствовав товарищей по службе, Флэир двинулся в место, где изменилась вся его жизнь. Подойдя к огромным золотым воротам, с узорами солнца и луны, он с улыбкой вспомнил моменты из его детства:

Он с отцом стоит около этих дверей и ждет, пока его позовут в зал для распределения в одно из военных училищ Кантерлота. Вот он прощается с отцом и матерью, и два пегаса, запряженные в золотую колесницу, увозят его прочь от родных мест, от дома. Следующее воспоминание заставило единорога тяжело вздохнуть: Он сидит в своей комнате в училище, уже не жеребенком, как было в момент поступления. Прошли долгие девять лет. Свет свечи – единственный источник света в комнате, медленно покачивается. Мертвую тишину нарушают лишь всхлипы и тихий звук капель падающих на бумагу. Перед единорогом лежало письмо, намокшее от капель слез, текст его гласил:

Я не хотела тебе этого писать, что бы ты не переживал, но ты должен знать.

Прости, что не сообщила сразу, но я просто не могла, я не могла ничего делать.

Я до сих пор не могу смириться, я никогда не смогу смириться.

Твой отец погиб неделю назад.

Мне сказали, это был несчастный случай на городской стройке, но я не могу, я не могу верить в то, что его больше нет с нами.

Пообещай мне одно: Ни в коем случае не бросай училище, прошу.

Это была мечта твоего отца.

Держись, только держись, не позволяй бедам и боли потушить огнь в твоем сердце.

-Мама.

Глубоко вдохнув и выдохнув, что бы собраться с мыслями Флэир, используя телекинез, постучал кольцом, прикрепленным на обе половины двери. Двери в зал отворились.

— Добрый вечер ваше высочество, Флеир Флейм явился для несения службы. – В поклоне произнес единорог.

## Глава 2. Вечер неожиданностей.

-Здравствуй, Флэир. Рада, что ты смог добраться так быстро. – Сказал белый аликорн, царственно восседающий на роскошном троне.

Зал, как и всегда, был преисполнен величием и роскошью. Никаких примечательных изменений Флэир не замечал, но чувство того, что тут что-то изменилось, не покидало молодого единорога.

Флэир не сразу заметил фигуру пони, опершегося на колонну, недалеко от трона принцессы, но когда он понял, кто еще находиться в зале, он испытал смешанное чувство, которое включало в себя удивление и некую тревогу. Этой фигурой был Стоун Харт.

На вид он был довольно крупным пони, со светло-серой шкурой и очень короткой гривой. Взгляд его был очень “тяжелым”. Когда он посмотрел на Флэира, двигающегося к принцессе, тот невольно поежился. На него накатило ощущение, что Харт строгий преподаватель, а он не готов к ответу. Общий образ бывалого вояки дополняли множественные шрамы, украшающие тело земнопони. Самый пугающий из них начинался на правой щеке. Проходя по всему лицо, он заканчивался на месте, где раньше было левое ухо. На боку виднелись шрамы рваных и колющих ран. У него была кьютимарка в виде сердца, выложенного из кусков красного гранита.

— Вот что значит — закаленный в боях! Все же его вид, описанный в книгах, был не таким устрашающим. – Подумал про себя Флэир Флэйм. Проходя мимо Стоун Харта, Флэир остановился и отдал честь.

— Здравия желаю, Сэр! — Выпалил молодой единорог и не ожидая ответа продолжил:

— Я с училища читаю ваши книги! Это великая честь находиться даже рядом с таким великим пони как вы.

Флэир никогда не любил подлизываться или пытаться вызвать дешевое уважение. Все, что он когда-либо говорил старшим по званию, было искренне, в противном случае он просто предпочитал молчать. Сослуживцы, бывало, осуждали его за то, что он “лижет круп”, но он попросту пропускал все это мимо ушей, так как истина ему была известна, а доказывать ничего он не собирался.

-Ненужно формальностей, мы не на службе. – Коротко отрезал серый земнопони.

Флэир немного смутился столь холодной реакции своего кумира, но он решил не подавать вида и просто продолжил движение в сторону трона.

— Флэир Флэйм, у нас случилась непредвиденная ситуация. – Начала Селестия. – Прости, что все происходит так быстро, но у нас нет времени на длительные введения. Случилось что-то ужасно на южной границе.

— Принцесса, но я же в отряде Кантерлотской стражи, южные границы это не наша зона. – Удивленно начал единорог.

— Ситуация … — Принцесса была прервана резким хлопком дверей, в начале тронного зала.

На пороге стоял земнопони странного вида. Флэир не сразу понял, что не так в его внешности, но потом его осенило – это был не земнопони, а единорог. Лоб его венчал не рог как у остальных единорогов, а небольшой, аккуратно подпиленный бугорок. Флэир слышал истории о том, как единорогов, за особо тяжкие преступления сажали в особые учреждения, где им спиливали рог, что бы они не могли использовать дистанционные заклинания. Лишившись рога, любой единорог теряет возможность использовать любое заклинание, которое не требует прямого контакта с предметом. Даже простой телекинез становиться невозможным для единорога со спиленным рогом. Но самое страшное в лишении рога, это то, что через некоторое время пони сходили с ума. Ученые объясняли это тем, что рог служит не только направляющей для магических потоков, но и неким шлюзом энергии. Магия, заключенная в теле единорога, не может взаимодействовать с объектами напрямую, поэтому рог превращает ее в другой тип энергии, которая в свою очередь взаимодействует с разными объектами без прямого контакта со стороны единорога. Даже самый простой телекинез построен на этом принципе. Отсутствие данного шлюза не лишает их магии, она все также пропитывает его тело и продолжает генерироваться там же, но потеряв его, единорог теряет контроль над ней и она начинает бесконтрольно искать выход. Если очередной неконтролируемый порыв магического потока произойдет в мозгу, пони впадает в абсолютно неконтролируемое состояние, в котором способен на все. Но в основном такие единороги живут недолго, когда порыв происходит в сердце, они просто погибают.

Флэир долгое время стоял, чуть ли не разинув рот, но всем видом пытался скрыть свое удивление:

-Для чего принцессе преступник?! Что он тут делает?! – Крутилось в голове у пони, но он решил не делать поспешных выводов и подождать как ситуация сложиться в дальнейшем.

“Единорог” немного постояв в проходе, обвел взглядом всех присутствующих и переведя взгляд на принцессу, с прискорбным видом сообщил:

-Простите принцесса, но мы его потеряли… — После этих слов Селестия опустила взгляд в пол.

-У нас больше нет времени. – С ноткой грусти начала принцесса. – Вы должны спешить! Стоун Харт объяснит вам все по пути. А теперь ступайте.

Флэир и Стоун Харт пошли к выходу, где до сих пор стоял тот пони. Выйдя из тронного зала, Флэир медленно затворил за собой двери телекинезом и поплелся за своими спутниками.

Троица шло по коридорам дворца, никто не желал начинать диалог.

— Я никогда не видел Селестию такой… — Первым начал Флэир.

-Ты не видел того что видели мы. — Отстраненным голосом ответил бывший единорог.

— Дискорд подери! Что вообще происходит! – Не выдержав смутных ответов, выпалил Флэир.

— Спокойно! Сейчас мы идем в зал для совещаний и будем ждать остальных. Точнее остальную. – Холодно сказал Стоун.

Дальнейший путь до зала Флэир больше не пытался завести беседу. Дойдя до дверей, точь-в-точь как двери, ведущей в тронный зал, троица остановилась, и Стоун Харт распахнув их, сделал приглашающий жест.

Флэир никогда не был в этом зале, который был предназначен для встреч с послами и важных деловых совещаний министров. Стены были отделаны витражами, как и в тронном зале, только содержание отличалось. На первом витражном изображении, которое было в самом конце зала, были изображены два пони в черных мантиях, протягивающее друг другу копыта. Всю эту картину венчал белый голубь, державший свиток в лапках. Следующие витражи изображали важные события из дипломатической жизни Эквестрии. В центре зала стоял огромный стол овальной формы с множеством табличек, на которых были выгравированы имена и чины пони, которым принадлежат эти места. Подойдя к столу, Флэир немного замешкался, не зная на какое место ему сесть, но посмотрев на Стоуна, который подойдя к первому попавшемуся стулу, легким пинком развернул его и сел, решил последовать его примеру. Заняв места, пони сидели и ждали какую-то “остальную”.

Тишину в зале нарушил сильный удар. Все резко повернулись на двери, которые были распахнуты. В проходе стояла темно-голубая пегаска и растрепанной гривой светло-голубого цвета. Флэир понимал, что этот день будет очень насыщенным и странным, но что бы настолько… В проходе была пегаска, знакомая почти всей Эквестрии – Шторми Клауд, действующий капитан Вандерболтов. Флэйм не был фанатом Вандерболтов, но изредка, будучи в Кантерлоте он заходил на их гонки.

-Лейтенант Шторми Клауд, сколько времени прошло с тех дней. – Слегка улыбаясь, начал Стоун Харт.

-Стоун, Дискорд меня разорви, а ты тут что делаешь?! – Удивилась пегаска. – И хватит меня называть лейтенант, это было давно, я больше не работаю на военные структуры.

-Селестия считает иначе. – Ехидно подметил Стоун Харт.

-Принцесса написала, что мне нужно срочно явиться по поводу проведения королевских гонок на следующей неделе. – Все с таким же удивлением продолжала Шторми Клауд.

-Она знала, что иначе тебя не заставить явиться во дворец. – Уже с серьезным лицом продолжил земнопони. – Ситуация требует.

Глаза пегаски расширились и она, с неуверенностью пошла к троице и села рядом, поняв, что если она уже прилетела, то смысла уходить нет.

-Ну, вот мы все и собрались. – Обведя присутствующих взглядом начал Харт. – Приступим.

## Глава 3. Унесенный безумием.

— И так, случилась непредвиденная ситуация.- Начал Стоун Харт. – Произошло что-то ужасное, на посту, расположенном на южных границах. – Пару дней назад прилетел пегас, которой служил именно на том посту. Его вид был настораживающим, но это не самое плохое. – Продолжал Стоун. – Южный пост перестал присылать ежедневные отчеты, а два почтовых пегаса, отправленных туда, так и не вернулись.

– И еще, этот пегас был не просто ранен… — Вступил в разговор бывший единорог. – Он был почти полностью безумен.

— Доктор, думаю, вам стоит рассказать о том, что мы видели в тот вечер. – Переведя взгляд на врача, Сказал Стоун Харт.

— Да-да, думаю, всем стоит знать, с чем мы столкнулись. – Начал доктор. – Сколько всего видел я в своей жизни, но что бы пегас-военный превратился в такое… — Задумчиво произнес пони.

* * *

Луна только начала занимать место на небосводе. Весь Кантерлот начал медленно готовиться к новому дню. Пони темно-зеленого цвета сидел в своем кабинете в Кантерлотском госпитале. Он был не очень крупного телосложения, делового вида. Грива была цвета, почти как и шкура, только немного темнее. Длинная прямая челка спускалась почти до глаз, салатового цвета, но все же не могла скрыть то, о чем единорог переживал больше всего – то, что раньше было его рогом. На его боку был изображен Хрустальный кубок, льющий красное вино на небольшую горку земли.

Встав с кресла и пройдясь по комнате, пони остановился у зеркала и начал поправлять челку так, что бы она максимально скрывала его “недуг”, но он был прервал громким стуком в дверь.

— Войдите. – Сказал Доктор.

В дверях стояла медсестра с очень испуганным видом.

— Доктор Ридденс, принцесса срочно вызывает вас. – Начала кобылка.

— Она не сообщила, по какому поводу? – Уточнил Ридденс.

— Нет, она просто сказала, чтобы я вас срочно позвала. Вы должны явиться в тронный зал.

— Тронный зал… Я даже не хочу гадать, что же могло случиться там. Это все очень странно. – Подумал пони. Схватив медицинский кейс в зубы, Ридденс галопом побежал к тронному залу.

Лестница за лестницей, корридор за коридором — сменялось окружение на пути доктора, и вот – тронный зал. Не мешкая ни секунды, Ридденс распахнул двери, и перед ним предстала ужасная картина: Двое стражников держала пегаса, брыкавшегося и кричащего, словно в агонии. Напротив всего этого стояла Селестия, лицо которой выражало искренний испуг.

— Доктор Ридденс, скорее, пока он себе ничего не повредил! — Увидев явившегося доктора, начала принцесса.

Без лишних слов Ридденс подошел к пегасу и начал уже давно заезженный монолог:

-Не волнуйтесь, сейчас вы почувствуете легкую слабость. – После этих слов глаза пони стали значительно ярче и начали слегка светиться. Несколько секунд посмотрев на пегаса, Ридденс коснулся его тем бугорком, что раньше было рогом, и тот мгновенно упал.

Доктор Ридденс был единственным в своем роде единорогом, который потеряв рог, прожил столь долго и не сошел с ума. Он даже в совершенстве научился пользоваться магией, которая требовала прямого контакта, вследствие чего он научился взаимодействовать с мозгом и другими внутренними органами тех, кого касался.

— Он проснется только через пару часов. Отнесите, пожалуйста, его ко мне в блок, я его осмотрю. – Обратился доктор к двум стражникам, державшим обмякшее тело.

— Я никогда такого не видел. – Начал доктор. – Конечно, я видел безумцев, но они были поспокойнее. Принцесса что тут произошло? – Повернувшись к Селестии, поинтересовался Ридденс.

— Этот пегас ворвался ко мне в тронный зал через витражное окно, пробив его собой. Он пытался что-то рассказать мне, но он не мог, его разум был помутнен. Я попыталась использовать свою магию, но… — Принцесса замялась. – Но это не магия, на него не было произведено магическое воздействие.

— Вы хотите сказать принцесса, что этот пегас просто обезумел? Без магического вмешательства? – Поинтересовался врач.

— Я не знаю. – Взгляд принцесса стал еще более грустным. – Помогите ему, мне больно видеть такое… — Маленькая слезинка прокатилась по щеке Селестии.

— Не волнуйтесь принцесса, я сделаю все что смогу. – Пытаясь не замечать состояния Селестии, сказал Ридденс и быстрым шагом пошел к себе в блок.

Пегас лежал на койке, крепко привязанный ремнями. Ридденс ходил вокруг, осматривая его.

-Ничего… Кроме пары повреждений и сломанного ребра. – Рассуждал доктор. – Что же с тобой случилось? – Уже про себя подумал доктор.

— Постойте, а это что? – Внимание доктора привлекла маленькая отметина на переднем правом копыте. Это было изображение небольшого круга, в котором были нарисованы три волнистые линии и солнце над ними.

Это было клеймо, наносимое солдатам, которые оправлялись в гарнизон на южные границы. Когда солдат заканчивал службу, на клейме добивалась отметка, в виде печати Селестии, но на этом клейме ее не было. Служба на южных границах была очень тяжелой и многие бежали оттуда. Туда отправляли только пони, которые были не чисты перед законом. Те, кто был пойман за преступления, получали выбор: Либо попадать в тюрьму, либо на пол тюремного срока, который им был назначен, отправляться на службу в южный гарнизон.

— Сестра! – Громко крикнул Ридденс.

Через несколько секунд в дверях появилась кобылка с вопрошающим взглядом.

— Предайте это принцессе. – Продолжил доктор, доставая клочок бумаги и делая пару записей на нем. Кивнув головой, медсестра взяла клочок и поскакала прочь.

— Ох, солдат, во что же ты ввязался? – Подумал про себя врач.

С этой мыслью врач покинул палату и двинулся к себе в кабинет.

Посмотрев на часы, пони темно-зеленого цвета грустно вздохнул.

-Эх, снова я бессонная ночь. – С этими словами Ридденс продолжил изучать бумаги со случаями, хоть отдаленно напоминавшими сегодняшний. В это занятие он погрузился на всю ночь.

Свет от утреннего солнца начал проникать сквозь плотные шторы в кабинете. Переведя утомленный взгляд на часы, доктор слегка удивился, как быстро пролетела ночь.

Аккуратно сложив разбросанные бумаги, врач начал надевать халат, висевший на спинке стула и готовиться к дневному осмотру. Встав со своего насиженного места, Ридденс немного пошатнулся, но собравшись с силами, двинулся к двери и покинул кабинет.

— Ага, Два А, Два Б… Вот, Два Ц. – Рассматривая маленькие таблички на дверях, говорил себе под нос пони. Остановившись перед дверью в палату, Ридденс еще раз ознакомился с выпиской из карточки пациента: это был земнопони, который пострадал от импульсного заклинания, пущенного в него единорогом, которого он пытался задержать.

— Здравствуйте Доктор Рид. – Весело начал земнопони, только завидев входящего врача. – Скоро я смогу вернуться к выполнению своих обязанностей?

— Да, всего пару дней полежи и сможешь снова возвращаться на службу. – Ответил Рид, подходя к пони. – А теперь полежи смирно. – Добавил он.

Глаза доктора стали ярче и начали слегка светиться, после чего он коснулся земнопони остатками рога. Немного постояв, прикасаясь к пациенту, доктор отстранился и сказал:

-Да, пару дней будет точно достаточно. Есть маленькие трещины в ребрах, но они быстро срастутся. – Делая пометку в карточке, сказал Ридденс.

— Спасибо доктор. – Сказал пациент, вслед выходящему доктору.

Только выйдя в коридор, доктор наткнулся на медсестру, которая видимо и искала его.

— Доктор Ридденс, тот вчерашний пегас... Вы должны пойти к нему. – Не ожидая дальнейших объяснений, Ридденс рванулся в сторону палаты, где находился пегас.

Войдя в палату, он увидел картину: пегас извивался на своей койке, пытаясь освободиться от ремней, а двое санитаров пытались успокоить его. Что удивило доктора – он не кричал, как это было в тронном зале.

— Оставьте нас. – Коротко приказал санитарам Ридденс.

Подойдя к пегасу, доктор начал осматривать его. Заметя, что его изучают, пегас резко прекратил извиваться и, переведя взгляд на доктора, начал пристально, не моргая смотреть на него.

— Как ты себя чувствуешь? – Первым начал доктор с самой банальной фразы в его работе.

Пегас продолжал молчать и пристально смотреть на Ридденса.

— Ты помнишь, что случилось с тобой, и как ты сюда попал? – Продолжал доктор по старой, отработанной схеме.

Пегас не подавал признаков разума, он скорее напоминал искусно сделанную статую.

— Эх, ну что же, тогда я думаю, что тебе лучше поспать еще немного. – С этими словами глаза доктора вновь засветились, и только он собрался коснуться пегаса, как тот полушепотом начал:

— Нет, я не могу снова провалиться в забвение. Я должен рассказать то, что было там… Нас поймали, я видел такие вещи, после которых нет для меня больше нормальной жизни. – После этих слов, слезы покатились по щекам пегаса. – Мои друзья, все мои друзья… Тогда смерть была бы самым гуманным поступком… — Пегас начал тяжело дышать и вновь припадок застал его и он просто начал кричать.

— Расскажи? Что было с твоими друзьями, кто это сделал? – Начал доктор, но понял, что дальнейший разговор вести бессмысленно. – Я вернусь вечером, а пока отдохни еще. – С этими словами доктор погрузил беднягу в сон.

Проводя дальнейший осмотр остальных больных, доктор обдумывал все, что сказал тот пегас. Выходя из палаты очередного больного, Ридденс снова встретил медсестру:

— Как тот пегас, доктор? – спросила сестра.

— Ничего утешительного. – С задумчивым видом сказал врач. – Передайте принцессе вот это. Ридденс протянул свиток бумаги, который носил с собой весь осмотр и все никак не мог отправить Селестии.

— Хорошо. Можно поинтересоваться что это? – Заинтересовалась кобылка.

— Это то, что обязательно должна знать принцесса. – Строго ответил Ридденс и с этими словами отправился завершать осмотр. Он еще некоторое время ощущал удивленный взгляд медсестры, провожающий его.

Ничего особенного при дальнейшем осмотре больных не случилось, и доктор довольный хоть этим фактом двинулся к себе в кабинет. Но его настроение резко упало, когда он вспомнил, что через пару часов ему придется вновь видеть страдания того бедняги.

Сидя в своем офисе Ридденс вновь стал рассуждать о том, кто мог сделать такое с солдатами южного отряда.

— Хмм… Зебры? Нет! У нас с ними уже несколько сотен лет мирное соглашение. Грифоны? Не думаю, они хоть и любят грязные приемы, но они не отличаются жестокостью. Минотавры? Тоже нет! Они вообще не принимают войны и живут в единении со своими предка, духами и всякой прочей чушью. Другие пони? Хмм, если бы это были пони, то пегас не был бы сейчас в таком состоянии, да и кому нужно нападать на вооруженный пост. – Рассуждал Ридденс вслух.

– Вот Дискорд! – Не найдя объяснения выпалил доктор. – Ну, будем надеяться, что пегас будет в состоянии объяснить, что же там произошло.

Посидев еще пару часов в раздумьях, пони стал готовиться к встрече с бедолагой-пегасом.

Проходя по белым коридорам дурные мысли, нахлынули на врача. Пони в таком состоянии это всегда плохо. Если он не придет в рассудок, то видимо придется обращаться к… Откинув дурные мысли, Ридденс преодолел последний коридор и стоял напротив той злополучной двери палаты, где лежал тот самый пегас. Сделав глубокий вдох, он вошел в палату готовясь к худшему, но видя спокойно спящего пегасы был слегка удивлен.

— Мы оставим вас. – Опередив доктора, сказал крепкий земнопони, сидевший рядом с койкой пегаса.

— Буду признателен. – Ответил Ридденс, подходя к пегасу.

— Просыпайтесь. – Начал доктор. – Нам нужно поговорить. – Продолжал Ридденс, но ответа не последовало.

Проверив пульс пегаса, и поняв, что он жив, доктор продолжил монолог:

— Проснитесь! – Уже громче сказал доктор, слегка толкнув пегаса в плечо.

Пегас, резко распахнув глаза, посмотрел на доктора, затем он начал ерзать на месте, продолжая пристально смотреть в глаза врачу.

— Как вы себя чувствуете? Вы в состоянии разговаривать? – Спросил Ридденс.

После этих слов пегас отвел пустой взгляд от доктора и начал неистово извиваться.

— Прошу, успокойтесь, иначе мне придется погрузить вас в сон. – Мягко предупредил врач.

Эти слова не произвели на пегаса никакой реакции, и тот, начал еще сильнее пытаться освободиться.

— Последнее, предупреждение! Иначе я буду вынужден! – глаза доктора уже светились.

Пегас на секунду прекратил извиваться и замер.

— Вот и отли… — Не успев закончить фразу, доктор был повален со стула. Пегас сделал мощнейший рывок и ремни не выдержав, лопнули. Пегас вскочил с койки и посмотрел на доктора пытавшегося придти в себя после падения.

— Простите, что я настолько слаб… — Дрожащим голосом сказал пегас, слезы катились по его щекам.

Пару секунд и от мощного удара распахнулись двери в палату и пегас рванул прочь по коридорам.

— Ловите его, скорее! – Кричал из палаты санитарам доктор Ридденс, вставая на копыта.

Двое крупных земнопони с доктором, бегущим позади, преследовали пегаса, ловко двигающегося по коридорам больницы. Отрыв был слишком большим, пока пегас не попал в тупик. Длинный коридор заканчивался большим окном, через которое открывался вид на больничный сад.

— Быстро хватайте его! – Скомандовал Ридденс санитарам.

Пегас уже находился в нескольких метрах от стекла и доктор порядочно занервничал, когда заметил, что пегас не сбавляет скорость.

— НЕТ! СТОЙ! – Прокричал доктор, но было уже поздно.

Пегас на полной скорости прошиб окно и камнем полетел вниз, даже не пытаясь раскрыть крылья.

Три фигуры стояли на пятом этаже и через ту дыру, которая раньше была окном, молча смотрели на небольшую горку внизу, вокруг которой медленно расползалось красное пятно.

— Слишком поздно… — подавленным голосом сказал Ридденс. – Уберите тело, а я пойду, доложу принцессе. – Абсолютно пустым голосом скомандовал доктор санитарам.

Путь до тронного зала Ридденс преодолевал дольше обычного, он не хотел расстраивать принцессу. Доктор знал, как тяжко ей приходиться сейчас, когда ее сестра в заточении на луне, а тут еще и этот пегас.

И вот тот момент, который пони хотел оттянуть как можно дольше, настал. Он стоял напротив дверей тронного зала и пытался подобрать слова. Подумав, что длительные тирады будут лишними, он решил сказать прямо. Распахнув двери и не ожидая вопросов, он заявил:

-Простите принцесса, но мы его потеряли…

После этих слов пони ощутил удивленные взгляды двух фигур, незнакомых ему.