# Хороший день

edinorojek

Хороший летний день в Эквестрии.

## Хороший день

Малюсенькая мошка опускается к капельке, текущей по фиолетовой щеке, пробует влагу на вкус и тут же улетает: соленой теплой слезой невозможно утолить жажду.

Живой комочек цвета предночного неба всхлипывает среди желтых лютиков и лазурных васильков. Здесь, на окраине Вечнодикого Леса, единорожку никто не потревожит, и она может от души выплакаться, попытаться остудить то, что обжигает её сердечко.

А вокруг нет ничего, что могло бы навевать не то, что слезы, а даже легкую тень грусти. Золотое колесо солнца медленно и величаво катится по небосводу, невесомый ветерок носит над летним разнотравьем прохладу близкой речушки, жуки и гусеницы флегматично спешат по своим делам. Но пони, свернувшаяся среди всего этого успокаивающего великолепия, не в состоянии ощутить размеренный покой окружающего её прекрасного дня. Сейчас она ослеплена и оглушена тяжелейшим горем, внезапно свалившимся на её комфортный мирок и раздавившим её самые заветные мечты и надежды. Единорожка всегда считала себя сильной и волевой, но оказалась совершенно неготовой к тому, на что некоторые простые пони даже не обращали внимание. Сердце самой серьезной лошадки в Понивилле оказалось на самом деле очень хрупким, и в одночасье было разбито, а его осколки причиняют теперь нестерпимую боль, вызывая всё новые и новые слезы.

Ресницы дрожат над воспаленными глазами. Еще сегодня на рассвете она крутилась перед зеркалом и украдкой любовалась глубоким сиреневым цветом своих глаз. Здесь, в провинциальном городке она начала уделять внимание и своей внешности. Кантерлотская неопрятная зубрилка преобразилась: теперь она не забывала причесываться, и даже по утрам прикасалась нежными кисточками к заветным уголкам своей мордочки, нанося незаметные мазки легкой девичьей косметики. И вот слезы смыли всю с таким старанием наведенную красоту, грива растрепалась, а хвост поник и набрал репейников. Единорожка вдруг подумала о том, как сейчас выглядит, и новые всхлипы затрясли её тело.

Поодаль бежит по одной ей ведомому пути дорога. По ней проезжают ароматно пахнущие фермерские повозки. Быть может, глоток парного молока смог бы остановить эти соленые рыдания, но с дороги не видно потайного уголка на опушке с плачущим фиолетовым комочком, потому фермеры проезжают мимо, насвистывая веселые мелодии и размышляя о простых и приятных вещах.

В небе пролетают птицы. Иногда те, кто покрупнее, опускаются и делают круг над убежищем единорожки, но увидев, что поживиться нечем, они снова взмывают в высь и тут же забывают об этом фиолетовом пятне среди травы, ведь для маленькой птичьей головы есть и более важные сейчас мысли, чем пахнущая горем, перепачканная кобылка. Внимательные глаза начинают выискивать внизу на земле более достойные внимания пятна.

Если отойти немного в сторону, то можно рассмотреть далекие горы. Их вершины блестят прохладными ледяными шапками. Легкие облака обнимают их склоны с особой, нежностью, непростительной никому, кроме небесной пушистой влажности. Там сияют серебряными шпилями башни кантерлотского замка, самого величественного строения во всей Эквестрии. Их блеск вдохновляет, наполняет душу торжеством и гордостью, но единорожка больше не может смотреть в эту сторону. То, что произошло… И снова слёзы – горькие слёзы отчаяния.

А в это время принцесса стоит на балконе одной из тех самых башен. Она пьёт ледяной чай и любуется красивейшим видом долины, расстилающейся у подножия гор. Увидев на опушке леса чуть заметную фиолетовую точку, она на секунду удивляется – что это может быть? Но тут же что-то другое привлекает её внимание, и она больше не вспоминает о той странной, цвета предночного неба, крупинке у опушки Вечнодикого Леса.

Какой же сегодня превосходный день!