# Спасти Эквестрию: Эпилог

A_L_E_X

гармония и покой всё никак не наступят в волшебной стране, в новом доме для Артура и Гриши. Погружённые в мирские заботы, они невольно втягиваются в череду новых событий, но в этот раз дела обстоят куда серьёзней, нежели раньше. Теперь, все существа волшебного мира потеряли многовековую защиту, оставлены на произвол судьбы и вынуждены проявить заботу о тех, о ком слышали только в самых кошмарных сказках.

Заключительная часть вселенной «Спасти Эквестрию!», прямое продолжение «Спасти Эквестрию: перепутье трёх миров».

## ГЛАВА 1 «Начало конца»

ГЛАВА 1 «Начало конца»

=== ранее в истории ===

Привет, меня зовут Артур…

— Гриша, я беременна, — сказала Рэйнбоу, прикусив нижнюю губу.

— Я не причиню душе зла, даю слово. Рэйнбоу Дэш, в тебе зачата новая жизнь, в прямом смысле. Её структура объединяет три вида существ: человек, пони и… мой вид. Внешне она будет прекрасна, я уже знаю, но как пойдёт её умственное развитие и получит ли она силу, схожую с моей, это ещё предстоит выяснить. Эти процессы должны быть под контролем и для подобных дел, у меня есть особое, безопасное для всех место, куда я её и заберу. Я не знаю как долго продлится наблюдение, скорее всего, большую часть детства ты её не увидишь. Я постараюсь вернуть её тебе как можно быстрее, — говорила мистическая.

Я так же остался жить в библиотеке с Твайлайт Спаркл. Однажды, я пригласил её на речку. Пригласил встретить рассвет, и как только появилось солнце, я сразу сделал ей предложение, на которое она ответила «Да».

— В это тяжело поверить, но Иерихон существует. Это настоящее зло, сеющее только боль и смерть. О нём мне мало что известно и я не знаю кто он такой и что делал, но его историю хорошо знают чернокнижники. Много тысячелетий, а то и миллионов лет назад, демон был повержен не менее мистической особой – Призрачной Пони, о которой я вообще ничего не знаю. Кобылица, которую чтят старейшины древней магии и которую ненавидят Провидцы Иерихона. Демон не был убит. Призрачная Пони отправила его за пределы времени и пространства, откуда просто нет возврата…

=== сейчас ===

Заваривая крепкий кофе, Эдик пролил на себя часть горячей жидкости. Закончив произносить отборные бранные слова, он поставил чашку на стол и начал елозить руками по, некогда белой майке, на которой раньше не было мерзкого пятна от кофе.

Уже месяц его не призывали Хранители и столько же он не видел девушку с которой крутил роман на роскошном космическом лайнере. Оно и к лучшему… по крайней мере он именно так и думал. Впервые любителю адреналина понравилась тихая светская жизнь, без риска для жизни, без риска в бизнес сфере, где чуть ли не каждая его сделка могла либо озолотить, либо пустить дело ко дну.

Эдуард скучал по брату, беспокоился за него. Он сохранил коммуникатор, любезно подаренный принцессой Селестией, но просто боялся тревожить её лишний раз, даже ради того, чтобы поинтересоваться здоровьем брата. Да и правительница не жаждала выходить на связь, хотя он был бы рад вновь услышать её голос.

Отпив чуточку кофе, парень поморщился — забыл положить сахар. Горечь кофе моментально его взбодрила, но Эдик заварил напиток не для пробуждения, я для наслаждения вкуса зернового кофе. Неохотно встав со стула, он подошёл к сахарнице, попутно включив телевизор на канале новостей. Как всегда, вроде масса нового, но всё по-старому: кто-то кого-то убил, похитил. Там террористы бомбу взорвали, там один министр пожал руку другому министру, президент всея России выступил с очередной политической бла-бал-бла-речью. Помойка негатива, в которой изредка проскальзывало что-то действительно нужное или полезное.

Допивая кофе, Эдик подошёл к окну. Осенний пейзаж предупреждал о совсем скором пришествии холодов. Дожди и так стали нормой каждого дня. Ну кто любит осень? Пушкин?

— … и в заключительной части выпуска хотим вам показать эксклюзивные кадры, снятые очевидцем. Вчера ночью на юге страны упал большой метеорит. По видеозаписи видно, что его траектория полёта была не прямой, как обычно, а по дуге, словно он хотел избежать столкновения с землёй. Очевидцы считают что это был неопознанный летающий объект. Прибывшие на место учёные обследовали кратер и сделали вывод, что это ни какие не пришельцы, а один из неисправных модулей МКС, который при входе в атмосферу не распался на четыре части как и задумывалось, а просто отключился, что не позволило ему сгореть до падения на поверхность нашей планеты. Тем не менее людей мучает вопрос, как же обычный кусок металла смог противостоять притяжению земли и исказить свой курс? На этот вопрос учёные пока ответа не дали. Объект упал в населённого пункта и жертв нет. А теперь перейдём к погоде… — парень выключил телевизор.

— Очередной скучный день, — вздохнул Эдик.

* * *

— Эй, Джимми, — усмехнулся Артур, наблюдая за сверчком, сидящем в углу комнаты.

Тот причудливо шевелил длинными усиками.

— Подглядывать нехорошо, — парень шутливо отчитал насекомое.

— Любимый, ты с кем разговариваешь? — протянула сонная волшебница, обнимающая лаборанта.

— Да так, с лучшим другом Пиннокио, — пояснил Артур, поцеловав единорожку.

— С кем? — не поняла Твайлайт.

— Эм… проехали, — ответил лаборант.

О предстоящей свадьбе знали практически все и не только в Понивилле. Влюблённые запретили кому-либо рассказывать это Селестии под предлогом, что не пригласят на свадьбу, которая будет одним из самых грандиозных событий в стране за последние годы. По крайней мере, такой грандиозности желала Твайлайт, Артур же пытался склонить её на более скромные идеи. Тем не менее, слухи доползли до принцессы, но та сразу отмахивалась копытом совершенно в них не веря и считая глупой шуткой.

Через распахнутое окно, совершая воздушный кувырок, в комнату залетела очумелая пегаска, которая благополучно впечатавшись в книжную стойку, раскорячилась среди упавших книг.

— Рэйнбоу! — недовольно произнесла Твайлайт.

— Доброе утро, — усмехнулась та.

— Ты не пробовала зайти через дверь? — строго спросила единорожка, слезая с кровати.

— Пробовала, но она была заперта, а вот окно нет, — довольно произнесла радужная кобылка, копытом поправляя растрёпанную причёску.

— А ничего что мы тут… мы тут? — волшебница подбирала слова.

— Ничего, — протянув, пегаска махнула копытом.

Артура как-то не особо удивила выходка голубой полупернатой подруги. Тоже встав с кровати, он подошёл к ней и правой рукой растрепал ей всю гриву. Понимая что скоро получит несколько синяков, тут же выбежал в холл.

— Ах ты человекор! — воскликнула радужная, ломанувшись в след за лаборантом, но тот уже поджидал её за углом и как только пони вышла из комнаты, запрыгнул на неё сзади, обхватил за талию и свободной рукой начал гладить против шерсти.

— ААА! Прекрати! — кричала Рэйнбоу.

— Какое-то жеребячество, — вздохнула Твайлайт, спокойно прошедшая мимо.

— Спайк! Убери его! — пегаска заметила дракончика, с интересом наблюдающего за несуразной парочкой.

Но пока помощник не принял решение, Артур отпустил дёрганную кобылку. Взъерошенная грива, фырканье, короткая шёрстка в разные стороны и редкие электрические разряды между ушками.

— Ну держись! — предвкушая отмщение, пегаска резко расправила крылья, сбив тем самым кувшин с водой, который благодаря магии Твайлайт не упал на пол.

Сильным толчком голубая пони оторвала себя от пола и точно рассчитав траекторию нападения… зависла в воздухе.

— НУ Твайлайт! Не помогай ему! — расстроилась радужная, застыв в фиолетовом магическом облаке.

— Я не позволю разнести вам весь дом. Устроили тут, — волшебница медленно отпустила подругу.

— Как я понимаю, завтракать будут все? — неуверенно спросил Спайк.

— Ага! — нагло подтвердила пегаска.

Твайлайт и Рэйнбоу весело разговорились, Спайк убежал готовить завтрак, а Артур подошёл к окну. На улице ходили вполне себе счастливые пони, солнце светило из последних сил, не желая отдавать осени затянувшееся лето. Небо как всегда было насыщенно голубым цветом, словно когда смотришь наверх, то видишь бескрайний океан с редкими айсбергами в виде облаков. Артур бы так и наслаждался дивным видом из окна, если бы не случилось нечто настолько странное, непонятное. Раздался громкий металлический звук, источник которого словно находился в самой голове. Артур сразу же подумал о луче Кратекса, но «симптомы» были не теми. Через несколько секунд по небу пробежалась яркая искрящая волна неизвестной субстанции, охватывающей всё видимое пространство и после этого противный звук исчез.

— Что это было? — к окну подбежала Твайлайт.

— Кратекс? Снова люди? — спросила Рэйнбоу.

— Нет. Но я где-то такое уже видел… — озадачился Артур.

* * *

Тяжело дыша после небольшой непривычной пробежки, Гриша попытался проникнуть в дом Кейков незамеченным. Нет, разумеется не через дверь. Неуклюже пролезая через узкое окно, техник случайно порвал брюки, но в дом всё же проник. На кухне никого не было. Точнее, не было Пинки Пай, а для парня это было самым главным. В печах запекались кексы, на плите варился сладкий сироп, запах которого смешивался с запахом выпечки, от чего у техника потекли слюни. Гриша схватил с крюка поварской фартук и начал завязывать за спиной узел…

— Ты опять опоздал! — за спиной раздался знакомый писклявый голос.

Обернувшись, Гриша увидел, чёрт знает откуда, появившеюся Пинки.

Та причудливо стояла на задних ногах, передние облокотила на бёдра и смотрела на парня с сердитой физиономией, изредка сдувая непослушные розовые кудри, которые то и дело щекотали ей мордашку.

— Я… ну… — начал техник.

— В этот раз что? Заблудился? Дискорд попутал? — отчитывала кобылка, едва не падая от неустойчивой позы.

— Я… — протянул Гриша.

— Ладненько, чего напрягся так? — всё-таки потеряв равновесие и уверенно встав на все четыре копыта, кудряшка резко подобрела.

Пинки не умеет долго злиться, это против её природы, но в эти короткие промежутки она всегда бывает весьма убедительной.

— Я больше не опоздаю! — сказал парень.

Розовая подошла к нему поближе и схватив поварской колпак зубами, ловко подпрыгнула и нацепила его на голову техника.

— Знаю… знаю что опоздаешь. Снова Рэйнбоу задержала? — общалась розовая, присматривая за порцией кексов, томящихся в печи.

— Нет, ей стало гораздо лучше, — пояснил техник.

— Я рада что подружка приходит в себя, — радостно сказала Пинки.

После разлучения с ещё не родившейся дочерью, Рэйнбоу впала в глубокую депрессию. Потребовалось время и терпение чтобы она смогла реабилитироваться. Но даже сейчас забросила излюбленные тренировки и воздыхание по элитной лётной академии. Дни напролёт она сидела в чайном домике, никого не принимая, ин ч кем не общалась. Она верила Призрачной Пони. Но страхи гнётом ложились на её душу. Кобылка боялась что больше никогда не увидит дочь, а если увидит, то та её не узнает, не примет как мать. Боялась, что мистическая особа запрёт её куда подальше, не выпустит на белы свет, ведь даже она продемонстрировала тогда нотки страха, опасение насчёт новой формы жизни. Поддержка подруг и Гриши дали свой результат и пегаска постепенно начала возвращаться к нормальной жизни, с умом принимая тяжёлое прошлое. Вот только тему о детях при ней никто больше не поднимает, кобылка сразу теряет радостный настрой.

— Пинки, у тебя кексы не сгорят? — забеспокоился Гриша, наблюдая дым из печи.

Кобылка посмотрела на дверцу духовки и посмеялась.

— Глупенький, у меня никогда кексики не сгорают. А дымит новый сироп, — пояснила пони.

— Разве сироп поливают не в конце? — удивился парень.

— Ты начинаешь учиться, молодец. Обычно да, но это новый рецепт. Таким образом сироп лучше пропитает тесто и не нанесёт вреда выпечке. Если бы ты не опаздывал каждый раз, то всё сам бы понял, — тараторила кудряшка.

Грише нравилось работать с Пинки. Платила щедро, относилась лояльно, прощая его опоздания и ошибки. Он даже начинал привыкать к её энергичному характеру. Рабочий процесс был внезапно прерван громким металлическим звуком и последующей за ним электрической голубой волной, пробежавшей по небосводу. Позабыв о выпечке, парень и кобылка вышли из дома, пытаясь понять что же такое произошло. Явление было коротким, но достаточным что бы поднять всех на уши.

— Ох, что за шум? Что за гам? — завидев подругу, к Пинки подошла Рэрити и незнакомый жеребец такого же отлива шерсти, как и сама модельер.

— Привет Рэрити, привет Патрик. Это было… — начала Пинки.

Стоп. Патрик?

=== несколько дней назад ===

— Такой день прекрасный, ла-ла-ла, на-на-на, бла-бла-бла — напевала Рэрити, сортируя запасы ткани по цвету и материалу.

— Можно я поиграю с Скуталу? — подошла к ней сестрёнка.

— Только не задерживайся допоздна, — разрешила модельер.

— Ура! — обрадовалась Свити и забавно перебирая ножками, выбежала из дома.

Один из кусков ткани оказался повреждённым. Единорожка невозмутимо отправила его на пол, где уже валялось несколько ему подобных. Обычно она выбрасывает бракованные вещи, считая что должна шить только самую идеальную одежду, но и некоторым бракованным лоскуткам талантливая швея умудрялась находить новые применения, даже однажды сшила из них необычное платье, ради эксперимента и оно быстро нашло счастливую хозяйку, которая щедро за него заплатила.

Продолжая работать, пони не заметила, как её машинка начала выходить из строя. Всего несколько секунд, но этого было достаточно, чтобы та разогналась до бешенной скорости, уничтожив текущую работу шокированной пони и просто разлетелась на части, одна из которых, будучи иголкой, угодила через открытую форточку прямо в шею, проходящего мимо жеребца.

— Ай! — вскрикнул тот.

Со словами «Ой!», Рэрити быстро, но непревзойдённо грациозно выбежала на улицу, дабы оказать потерпевшему помощь.

— Простите, прошу, не корите. Эта дурацкая машинка снова сломалась и всё из-за старого магического кристалла! Я хотела его заменить правда, но всё откладывала! Знаете, у меня так много работы и просто некогда… — оправдывалась пони.

К тому времени жеребец самостоятельно извлёк иголку из шеи и с улыбкой смотрел на распереживавшуюся модельершу.

— Ничего страшного. Вы сами не пострадали? — перебил он.

— Я? — Рэрити осмотрела себя и отрицательно помотала головой.

— Давайте я взгляну на вашу машинку, может получится её починить, — предложил жеребец.

— Боюсь, чинить там уже нечего. Она разлетелась по всей моей комнате. Как же я выполню заказ в срок! Как же! — расстроилась Рэрити.

— Позвольте я всё же посмотрю, — настаивал незнакомец.

Понимая что терять уже нечего и испытывая перед пострадавшим чувство вины, единорожка любезно проводила его в свой особняк, а затем и в комнату, по которой были разбросаны фрагменты магической швейной машинки.

— Насколько я знаю, вы одна из самых талантливых особ в нашей округе. И, судя по тем нарядам, это чистая правда, — жеребец посмотрел на уцелевшие платья на трёх манекенах.

— Ой, спасибо, — единорожка тут же позабыла о недавней маленькой трагедии.

Жеребец подошёл к столу, где стояла швейная машинка. От неё и правда мало что осталось, даже сам магический энергетический кристалл расщепился надвое, что сделало его дальнейшее использование невозможным. Оценив повреждения, незнакомец косо улыбнулся.

— Вы радуетесь? — удивилась Рэрити.

— Нет, что вы! Просто я могу помочь. Давайте я починю вам машинку? — повернулся он к кобылке.

— Вы? Починить «это»? Здесь даже магия не поможет, — Рэрити закатила глаза.

— Хорошо, тогда так. Если я смогу её починить, то не откажет ли такая красивая сногсшибательная леди в свидании со мной? — предложил незнакомец.

Кобылка не ожидала такого вопроса, но и не верила в успех ремонта.

— Если вы её почините, то я пойду с вами хоть на два свидания! — уверенно произнесла Рэрити.

— В таком случае готовьте ваше самое лучшее платье, ведь мы скоро отправимся с вами в самый изысканный ресторан Кантерлота! И да, моё имя Патрик, — улыбался жеребец.

## ГЛАВА 2 «Кома»

ГЛАВА 2 «Кома»

— Пульс есть? — спросил доктор.

— Очень слабый, нужно поспешить! — ответил медбрат.

Каталку завезли в Понивильскую больничную реанимацию и как кобылицу доставили на место, то сразу подсоединили к капельницам.

— Провести все анализы, следить за давлением. Если начнётся ухудшение или придёт в себя, то немедленно зовите меня. Кхалиси, не на шаг не отходите от пациентки! Рэкфор, выясните кто она и откуда. Судя по ухоженности и необычному телосложению, одна из Кантерлотской элиты, дайте запрос в столицу, — доктор раздал указания и покинул палату.

Медсестра начала осмотр молодой кобылицы светлого окраса с белыми гривой и хвостом. Её дыхание было глубоким, равномерным. Кхалиси взяла из вены кровь для анализа. Затем решив проверить пациентку на черепно-мозговую травму, осторожно подняла веко правого глаза и посветила маленьким фонариком ей в зрачок. Ей показалось, что радужка начала переливаться полным спектром разнообразных цветов, пока не приняла цвет шёрстки медсестры — синий, но зрачок среагировал правильно. Решив убедиться в показаниях, она приоткрыла другой глаз кобылицы, но там радужная оболочка уже была синяя, из-за чего медсестра подумала, что просто переутомилась после ночной смены которая вот-вот уже закончится. Зрачок же тоже сузился.

— Так… повреждение мозга не выявлено, но пациентка почему-то в коме. Продолжаю осмотр, — сама с собой говорила синяя.

Синяков, царапин, переломов тоже не было. Медсестра осмотрела всё тело, вдоль и поперёк, пациентка была в прекрасной физической форме. В очередной раз замерив пульс, Кхалиси приятно обрадовалась его нормальному ритму, говорящему, что у этой незнакомки есть шанс придти в себя. Но на этом компетенция медсестры ограничивалась. Собрав хоть какой-то анамнез, она передала записи доктору Кварцу через дежурного медбрата.

Доктор ознакомился с записями Кхалиси, да и результаты анализа крови довольно быстро пришли. Идеальное здоровье, полное отсутствие вредных бактерий. Такой здоровый организм доктор Кварц ещё не видел. Закончив срочные дела, но спустился в реанимацию.

— Кхалиси, можете быть свободны, — отпустил он медсестру и та взбодрившись, вышла из палаты.

Пока не пришла другая дежурная медсестра, врач решил побыть с пациенткой. В Понивилле не было экспертов по психологии, но лучше всего этой наукой владел Кварц. Он понимал, что травма кобылицы не физическая, а психическая. Факторов было много, от банального испуга, до, например, потерей близкого. Но пока она не придёт в себя, пока не будут найдены её родственники и знакомые, Кварц не сможет поставить окончательный диагноз. Хромая на одну ногу, травмированную несколько лет назад и постоянно проверяя, в кармане ли его пожизненное болеутоляющее Викодин, он обошёл кровать кобылицы. Её тело действительно имело редкое строение, встречающееся в основном в столичном городе. Оно было типа «аликорн», только без рога и крыльев.

Как только пришла новая медсестра, доктор ушёл обратно в свой кабинет, ожидая вестей от коллег из Кантерлота.

* * *

Странных атмосферных явлений больше не было, по крайней мере Артур ничего необычного не видел. Твайлайт вовсе позабыла обо всём — в её голове были мысли лишь о свадьбе… впрочем, как и разговоры. Артур понимал как для волшебницы важен предстоящий праздник, переход на новый жизненный этап. Этот момент был важен и для самого парня.

Дождавшись того, как Рэйнбоу ушла, лаборант подошёл к кобылке, взял её на руки и поцеловал.

— Пошли погуляем? — предложил он.

— Ты же знаешь как к нашему союзу относятся окружающие, — расстроилась пони.

— Пускай привыкают. Мы должны пройти через это, преодолеть себя, — убеждал парень.

Твайлайт неуверенно кивнула. Артур отпустил волшебницу на пол и вместе с ней вышел из библиотеки. Некоторые пони были рады видеть такую парочку голубков, некоторые смотрели на них с негодованием и сторонились. Твайлайт представляла себе пышную свадьбу, но вот кого приглашать? Волшебница желала поделиться счастьем от будущего любовного союза со всеми, но начинала подозревать, что придут лишь подруги и некоторые знакомые. Возможно сама Селестия даже не появится.

— О чём задумалась? — спросил Артур.

— Ни о чём, — соврав, улыбнулась волшебница.

— Вечно у тебя маленькие тайны, — вздохнул лаборант.

— Ну ты понимаешь, девичьи секреты. Давай лучше поговорим о том, как мы сообщим нашу новость принцессам, а то принцесса Селестия ещё тогда нам не поверила… — начала Твайлайт.

— Ох, опять, — протянул Артур.

* * *

Эдик был удивлён внезапной СМСки из центра Хранителей. Текст гласил: «Всем свободным силам Хранителей немедленно явиться в главный комплекс». Что оно могло означать? Эдуард не знал, да и знать как-то не хотел, хотя понимал, что возможно поднят вопрос безопасности Эквестрии. Но будь что-то не так, разве Селестия бы не связалась с ним через медальон? Безусловно связалась. Снова связываться со столь сомнительной организации бизнесмену совсем не хотелось и не удивительно, учитывая через какой Ад он прошёл. Но обязательства есть обязательства, если он не откликнется на призыв, то может попасть в список дезертиров со всеми вытекающими последствиями.

Взяв из сейфа специальный телефон с шифрованной передачей сигнала, он набрал номер секретариата комплекса Хранителей. После долгих гудков включился автоответчик, попросивший оставить сообщение, но Эдик «бросил» трубку. Вторая и третья попытки не увенчались успехов — никто не отвечал. Тогда он набрал номер своего знакомого, механика бывшего космического корабля. Неряшливого, но смышлёного парнишку взяли в техотдел хранителей. Удивительно, но и он не отвечал на все телефонные номера, которые Эдик только знал. Куда деваться, придётся ехать, а это переться на другой конец города.

Переодевшись и на всякий случай взяв с собой пистолет, на который недавно была получена лицензия, бизнесмен вышел из дома, сел в джип и поехал к месту вызова.

Используя громкую связь автомобиля, Эдик подключил свой повседневный телефон. На автоответчике накопилось несколько сообщений.

— Эд, слушай. Если ты забил на бизнес, то дай нам вести дела. Всё в застое, мы терпим убытки. Я тебя не узнаю. Где твоя железная хватка?

— Я нажала синюю кнопку и телевизор вдруг потух. Что мне делать? Срочно перезвони, Аня

— Тебе скучно и одиноко? Не знаешь чем заняться вечером? Звони на номер **** и получи…

— Эдуард, выходные в силе? Я долго строил дачу, хотя не я конечно, а нанятые рабочие, но не суть важно. Обмыть надо, не подведи

— Ой, всё заработало как-то само, но ты всё равно перезвони, Аня

— Мы с Олей на Мальдивы решили махнуть, есть лишний билет. Я знаю что у тебя с Леной… Лизой… не важно, у тебя с ней всё не заладилось и мы хорошо подумав… в общем, хотим взять тебя с собой, может познакомишься. Перезвони как можно быстрее

— Алё? Эдик? Чёрт, автоответчик [цензура!] врубился

— Это ты мою кошку дразнил? Ты? Я тебя найду и отрежу… ой… милая, не мешай. Ой, не тот номер. Извините

Голосовые сообщения, поступившие за последний час, закончились. Парень долго ехал, в основном из-за пробок, которыми пестрил весь город. Даже на перекрёстке чуть в аварию не попал, но сам был виноват… задумался. В конце концов он доехал до входа в штаб-квартиру комплекса Хранителей. Обычный фото салон, где делают снимки на паспорт, но вот только подсобка офиса была лифтом, ведущим в секретный подземный комплекс.

Предъявив пропуск и активировав лифт, Эдуард приехал на нижний этаж. Длинный коридор всегда казался ему пустынным, особенно из-за того, что в конце не было дежурного охранника, а учитывая весь бюрократизм и защиту этой организации, такое просто было недопустимым. Эдик подумал, что у бедолаги прихватило живот и тот отлучился на несколько секунд… или минут.

Металлическая бронированная дверь с удивительной лёгкостью отъехала в сторону. Опять коридор, но уже внутренний с боковыми дверями. В помещениях комплекса всегда кишело много людей, кто-то куда-то спешил, кто-то от кого-то убегал, всякое бывало, но агент Хранителей никак не ожидал увидеть пустоту перед собой.

* * *

— Ой, что-то мы засиделись тут с Патриком, — элегантно посмеялась Рэрити.

— Что ты, у нас всегда есть время для гостей, ведь правда Гриша? — сказала Пинки.

— Ага, согласен полностью, особенно когда именно мне приходится делать всю работу по готовке выпечки, — с кухни раздался голос техника.

— Зато быстрее проникнешь в ремесло пекаря, — с оптимизмом пропищала Пинки.

— Нам правда не хочется вас обременять, — посмеялся Патрик.

— Вы ну просто удивительная пара! — воскликнула кудряшка.

— Прости, что? — поинтересовалась Рэрити.

— Ух, вы созданы друг для друга! — конкретнее пояснила пони.

— Мы не… мы… ладно, нам пора, спасибо за пунш, — краснея, Рэрити увела своего ухажёра.

— Эх, а когда же я найду свою любовь. Я даже не знаю откуда берутся жеребята… а ты, Гриш, знаешь? Мама говорила, что их Селестия приносит, но когда я у неё прямо спросила, то на сказала что их приносит Каденция, но и та отрицала, говоря что они получаются от прикосновении кобылки к жеребцу, но когда я дотронулась до мистера Мармона и спросила получился ли у нас жеребёнок, то он почему-то вспотел и сказал, что прикасаться нужно немного по-другому и убежал, тогда я щупала всех подряд, щекотала их, даже постукивала немного, но жеребята не получались. Вот я хочу спросить тебя как друга, ты ведь как-то прикоснулся к Рэйнбоу да так. что у вас получалась очень необычная кобылка, которую забрала нянчить аж сама Призрачная Пони. Что нужно для этого сделать? Прикоснись ко мне? Я уже спрашивала об этом Рэйнбоу, но она постоянно уходила от разговора. Так откуда берутся жеребята? — тараторила розовая.

— Эм… ты правда не знаешь? — парень почесал затылок.

— Мне надоело что все вокруг обманывают, хочу правду! — кричала Пинки и причудливо насупилась.

— Кажется рабочий день закончился, я пойду… — техник поспешил к выходу.

— Сделай мне жеребёнка, я тоже хочу! — на всю улицу проорала Пинки.

Несколько пони удивлённо посмотрели на происходящую картину, Гриша же бегом побежал прочь.

— Либо это сделаешь ты, либо я сама буду себя везде трогать пока копыто не устанет, либо пока не получится жеребёнок! Я хочу своего жеребёнка! — пищала розовая.

— Пинки, если бы ты понимала что несёшь, — прокричал Гриша, скрываясь за домом как от Пинки, так и от сверлящих взглядов прохожих.

— А ну стоять! — за ним побежала кудряшка.

* * *

— Давай устроим свадьбу и уж тогда пригласим принцесс. Селестия точно поверит своим глазам, — предложил Артур.

Уже много час влюблённые спорили о том, как провести грандиозное пиршество, как достучаться до Селестии.

— Ты представляешь что будет? Ты когда-нибудь видел принцессу в гневе? — спросила волшебница.

Пара уже три раза обошла вокруг Понивилля и сейчас шествовала по центральной улице.

— Видел, переживёт, — устал лаборант.

— Нет, не видел! Не хочу что бы этот день внесли в историю страны, как последний день Эквестрии, — насупилась пони.

— Твайлайт, я уже сотни идей предложил, а ты всё упираешься. Рано или поздно мы должны ввести Селестию в курс дела, — говорил парень.

Кобылка промолчала. Мимо парочки метеором пронёсся техник.

— Гриш, может ты… — начал Артур.

— Не сейчас, — буркнул Гриша.

Из-за угла показалась розовая кобылка, которая бежала куда быстрее двуногого человека.

— Сделай мне жеребёнка, неужели так трудно!? — противно кричала она.

Парочка проводила другую парочку удивлёнными взглядами.

— Чувствую будет весело когда Пинки его догонит, — усмехнулся Артур.

— Может, пришлём принцессе волшебную открытку? — продолжила фиолетка.

— Ох, Твайлайт, — Артур приставил правую руку к лицу, тем самым закрыв ею глаза.

## ГЛАВА 3 «Чудесное утро»

ГЛАВА 3 «Чудесное утро»

— Доктор, быстрее! — в кабинет Кварца забежала медсестра.

— Что случилось? — жеребец выскочил из-за стола.

— Та самая пациентка начала приходить в себя! — пояснила кобылка.

Врач и медсестра направились в реанимацию, где на койке по-прежнему лежала незнакомая невольная гостья. Её глаза были закрыты, но ноги и хвост немного шевелились. Незнакомка едва слышно бормотала непонятные слова, иногда повторяла одни и те же предложения. На её лбу выступила испарина. Хвост то и дело то прижимался к телу, то резко «отпрыгивал» обратно.

— Найдите её… отыщите… брат… где мой брат? — бормотала пациентка.

— Ввести ей успокоительное? — спросила медсестра.

— Ни в коем случае! Продолжайте наблюдение, — отказал Кварц.

Медсестра подошла к кобылице поближе. Она ощутила её неравномерное, учащённое дыхание, но слова разборчивее не становились.

— Вы меня слышите? — спросила она.

Пациентка продолжала бормотать, в основном невнятно, но отдельные словечки уже походили на знакомые.

— Вы меня… — решила повторить медсестра.

— Оковы пали! Бегите, но вам не убежать! — пациентка резко приподнялась, открыла глаза и громко прокричала.

На миг её радужка и зрачок стали ярко белыми и затем вновь приобрели естественный окрас, после чего кобылица упав на кушетку, потеряла сознание.

— Вы видели её глаза? Магия? — испуганно спросил медсестра.

— Обычные пони не могут колдовать, не несите ересь. Просто игра света, не более, — врач собрался уходить.

— Подождите, — его остановила медсестра.

— Что-то ещё? — в вполоборота спросил Кварц.

— Да, пришёл ответ из Кантерлота. Никаких исчезновений местных жителей за последние годы не было, а по описанию есть похожие пони, но они сейчас точно в Кантерлоте. Коллеги сделали запросы в региональные городские службы, но на это уйдёт много времени. Личность пока установить невозможно, — вздыхала медпони.

— Так сузьте круг. Вы сами слышали, у неё есть брат, если конечно он не часть её бреда. Ищите, — врач вышел из палаты.

Медсестре предстояло ночное дежурство в реанимации. К счастью, трагедии не часто случаются в Понивилле и кроме белой кобылице, в отделении пациентов не было. Медпони оставила в помещении гореть два магических светильника. Их тусклый свет не мешал бы отдыху пациентов и позволял бы медперсоналу вести ночное наблюдение.

Пациентка по-прежнему была в коме. Медпони устроилась за столиком, разложила любимые журналы и тихо напевая, начала разгадывать сканворды, изредка поглядывая на больную. В коридоре слышались редкие шаги. Медсестра уже давно научилась различать их. Сейчас прошёл дежурный врач, через минуту медбрат что-то тащил. Через час санитар гремел вёдрами, намывая пол. Жизнь в больнице была круглосуточной, но обычно в два или три часа ночи все дружно ложились спать. Врач у себя в кабинете, остальной персонал искал места поближе к рабочему месту и устраивался на кушетках палат, коридоров. Главврач больницы не одобряет такого поведения, но не корит, понимая, что больница полупустая и пациентов, находящихся в критическом состоянии нет, хотя сегодня… эта кобылица в коме, здесь есть за что опасаться, поэтому дежурная медпони боролась со сном как могла, но в итоге по привычке медленно сдалась, положив голову на стол и заснув прямо на рабочем месте.

* * *

Цокот копыт. Медпони знала каждый, но только не этот. Вяло открыв глаза, она приподняла голову и посмотрела на койку, где лежала пациентка. Раньше лежала. Сейчас же, место ночного покоя пустовало. Кобылку словно кипятком ошпарило — она резко сорвалась с места, и едва не запутавшись в затёкших ногах, чуть не повалилась на пол. Койка действительно была пуста! Медпони обошла всё палату, заглянула под кровати, даже шкафчик проверила, но пациента нигде не было. Понимая, что совершила страшную ошибку, она выскочила в коридор отделения. Справа были темень и окно в конце из которого исходил тусклый лунный свет. Слева горело несколько магических светильников, на кушетке лежал спящий медбрат, а чуть подальше от него задом стояла та самая пациентка. Она была полностью не подвижна, даже волоски хвоста были словно каменными.

— Немедленно вернитесь в палату! — неподдельно нервничая, медпони направилась к кобылице, которая всё продолжала стаять в той же позе.

Медсестра обошла её и посмотрела в её остекленевший взгляд, но та словно не видела медсестру, не замечала. Мордашка пациентки не выражала каких-либо эмоций, словно она ушла глубоко в себя, в свои мысли. очень глубоко.

— Вы меня слышите? — спросила она, начиная подозревать кобылицу в лунатизме.

Внезапно, её взгляд уставился прямо на медпони.

— Вы меня слышите? — повторила незнакомка.

— Я вас слышу, — озадачилась медсестра.

— Я вас слышу, — повторила пациентка.

— Как себя чувствуете? — беспокоилась медпони.

— Как себя чувствуете? — повторила белая.

— Похоже на мозговую травму, — вздохнула пони.

— Похоже на мозговую травму, — вздохнула незнакомка.

— Сейчас я позову доктора, — медсестра развернулась и только собралась уходить, как была вынуждена резко остановиться и обернуться.

— Я пошла звать врача, — настороженно сказала она.

Светлогривая не повторяла, лишь неотрывно смотрела на медпони.

— Я пошла за врачом, — прошептала медсестра.

— Где я? — спросила незнакомка.

Медпони едва заметно передёрнулась. Поведение крупной пони было неестественным, не стандартным. Медсестра сталкивалась с сумасшедшими, безумцами. Но такие симптомы видела впервые. Возможно она вовсе не чокнутая, вот только что происходит в её головушке, медпони никак понять не могла.

— В больнице, — пояснила она.

Незнакомка задумалась.

— Как вас зовут? — поинтересовалась медпони.

Светлогривая вышла из раздумий и медленно подошла к пони.

— Я С… — начала она.

— Какого здесь происходит? — проснулся медбрат.

— Я должна идти, — кобылица попыталась уйти, но медпони перегородила ей дорогу.

— Не смей вставать на моём пути, — строго произнесла пациентка.

Жуткий, пугающий взгляд крупной кобылицы напугал медсестру и та отступила в сторону, дав незнакомке беспрепятственно покинуть больницу.

* * *

Следующим утром влюблённые нашли себе занятие по интересам. Хорошенько выспавшись, они без слов поняли друг друга. Сделав элементарные приготовления, они играючи пошептались и приступили к своей задумке.

— Ух, Твайлайт… — вздыхал Артур.

— Артур, не так сильно. Огогого! — воскликнула волшебница.

— А если вот так? Ну что довольна? — усмехнулся парень.

— То же мне… ай! Не кусай мой животик! — крикнула фиолетовая.

— Ладно, попробую сверху. Ты точно устоишь? — спросил потный парень, прижимаясь к не менее потной возбуждённой единорожке.

Кобылка получала редкостное удовольствие.

— Ты не представляешь на что я могу быть способна, — Твайлайт прикусила губу.

— Только без магии, мы договаривались! Так… у тебя кажется хвост сломался… тьфу, он же гнётся. Твай, он мне мешает! Я отогну его в сторону, — кряхтел Артур.

— Не трогай! А то я тебе тоже что-нибудь в сторону отогну! — крикнула единорожка.

— Твой хвост попадает мне в рот, тьфу! — напрягался Артур.

— Смотри не откуси его, — хихикнула кобылка.

Артур продолжал телодвижение.

— А вот оттуда лапу убери, Спайк же смотрит! — строго сказала волшебница.

— Я же просто просунул руку около твоего живота, — возмущался Артур.

— Ох… да это не совсем живот! — вскрикнула Твайлайт.

— Всё, тогда я больше не могу! — пыхтел парень.

— В таком случае заканчивай! — хихикнула единорожка.

— Ладно, ты победила, но только в этот раз! — обессиленный мокрый парень упал на спину и тяжело задышал. Рядом повалилась не менее уставшая пони.

— Как, говоришь, называется эта игра? — прошептала она.

— Твистер, — пояснил лаборант.

* * *

— Доброе утро, — нежно произнесла Рэйнбоу.

— Доброе, конфетка моя, — Гриша поцеловал пегаску.

— Доброе утро, — раздался писклявый голос с другой стороны кровати.

Техник ощутил как у него застыло сердце. Повернувшись на другой бок, он увидел розовую кудряшку, забавно тянущую к нему свои губки.

— Пинки, что ты тут делаешь!? — охрипшим голосом прокричал Гриша.

— И да… да… давно ты тут? — краснея и заикаясь, спросила голубая пегаска.

Пинки Пай ничего не ответила, вскочила на ноги и странно хихикая быстро удалилась из дома.

— Всё, буду запирать двери на ночь, — нервным голоском произнесла Рэйнбоу.

Техник почесал нос, затылок, пятку, ковырнул в носу.

— Я запирал дверь, — сказал Гриша, примерно догадываясь когда Пинки смогла проскочить в дом.

Дёргая ушком, пегаска медленно повернула голову к парню.

* * *

Кругом ходили разноцветные местные жители. Кобылица испытывала дискомфорт, но была вынуждена держать себя в копытах. Под ногами хлюпала мокрая трава, намокшая от короткого утреннего дождя. На небе ещё куковали тёмные тучи, но шустрые пегасы лихо расчищали осеннее небо, давая последним жарким солнечным лучам делать свою работу.

— Эй, куда прёшь! — грубо воскликнула синяя единорожка.

Кобылица хотела было отчитать невежду, но увидела в ней что-то такое… Она подошла поближе к нахалке и прошептала ей в ухо одну единственную фразу. Поведение единорожки резко изменилось, она радостно заулыбалась.

— Спасибо, Трикси благодарна тебе! — фокусница с радостью наперевес побежала дальше.

Помогать пони было не в её правилах, но годы способны изменить что угодно. Продолжая осматривать деревню, её внимание было привлечено Эппл Джек, торговавшей яблоками в небольшом придорожном торговом ряду. Там чуть ли не всем подряд предлагала яблоки, в том числе и светлогривой особе. Та подошла поближе к рыженькой пони, она узнала её, а вот та — явно нет.

— Не желаете яблоки? Вы не пугайтесь, они мытые и не червивые. Вы ведь из Кантерлота? А вы в курсе, что едите то, что растёт на фермах? На моей ферме? Это те же сами яблоки, они вкусные! — предлагала пони в шляпе.

Кобылица с интересом посмотрела на красный плод.

— Мне кажется или у вас нет метки? — спросила рыженькая.

Незнакомка тут же посмотрела на свой бок и краем глаза заметив что у других пони на бёдрах картинки, вновь перевела взгляд на свой пустой бок. В этот миг на нём появилось непонятное изображение.

— У меня есть метка, — кобылица обратилась к Эппл Джек, которая несколько раз проморгалась.

— Она такая… странная. Вы дизайнер? — интересовалась рыженькая.

— Да… дизайнер, — согласилась светлая.

— Дизайнер интерьеров? — продолжала расспрашивать Эппл Джек.

— Верно, — кивнула незнакомка.

— Какая я угадливая! — посмеялась Эппл Джек.

Кобылица ничего не ответила и в точности так же посмеялась.

— Ну что, яблоки брать будете? — напомнила рыженькая.

— Буду, — согласилась кобылица.

— Одну корзину? Две? — Эппл Джек перебирала спелые плоды.

— Одну, — сказала светлая.

Эппл Джек протянула незнакомке корзину с отборными яблоками.

— С вас два бита, — сквозь зубы и удивительно чётко проговорила рыженькая.

Незнакомка забегала глазками. Она посмотрела на других пони, но нужной подсказки не получила. Эппл Джек завидев нервишки покупательницы, тяжело выдохнула.

— У вас нет денег? — спросила она.

— Биты? Деньги. Нет, — призналась кобылица.

— Не расстраивайтесь. Берите, потом принесёте деньги, — любезно предложила рыженькая.

Кобылица снова посмотрела на корзину.

— Почему ты мне доверяешь, ведь даже не ведаешь кто я, — спросила она, не поднимая глаз.

— В деревне не бывает плохих пони, — довольно произнесла рыжая.

Незнакомка снова посмотрела на торговку, которая с нетерпением ждала согласие от аликорноподобной пони.

— В таком случае я не могу взять эту корзину, — не дожидаясь ответа, кобылица пошла дальше ощущая на себе разочарованный взгляд Эппл Джек.

## ГЛАВА 4 «Скрытый талант»

ГЛАВА 4 «Скрытый талант»

Поцеловав Твайлайт, Артур вышел из библиотеки, оставив книжный дом под надёжным присмотром волшебницы и огнедышащего помощника. Работа в скудной, мало востребованной мастерской парню совершенно не нравилась, а он такие надежды возлагал на свой маленький бизнес, думал что его цепкие пальцы смогут пользоваться спросом. Но в деревне было мало карет. Артур ремонтировал их дважды — первый раз карету доктора Адлера, второй — проезжающего путника с семьёй и всё. С ремонтом телег, мебели и даже мелких вещей жеребцы справлялись сами. Если бы не низкий налог на ремесло в Эквестрии, то его сарайчик-мастерская уже давно бы закрылся, хотя текущего заработка хватало как раз на уплату этих самых налогов.

Сняв замок со своей деревянной будки, парень открыл скрипучую дверь. Лаборант сел на стул, который был единственным комфортным местом в мастерской. За крохотным окном шла жизнь, а Артур был вынужден сидеть и ждать массового наплыва клиентов, которому просто не суждено быть. Ему стало как-то неловко, стыдно что он зарабатывает гораздо меньше, чем Твайлайт. Хотя, уровень её дохода ему всё равно не переплюнуть, она полностью находится на содержании у Селестии, а та ей платит довольно щедрую «стипендию» за обучение магии.

Не прошло и десяти минут, как в дверь кто-то скромно постучался. Артур сразу узнал гостью по стуку.

— Флаттершай, заходи, — крикнул он.

Дверь вновь скрипнула, в очередной раз моля хозяина о новой смазке и впустила в каморку желтокрылку. Та, со всей своей природной скромностью, медленно подошла к низкому столу.

— Что-то починить? — спросил лаборант.

Он знал что на Флаттершай ему не заработать — совесть не позволяла брать денег с подруг Твайлайт, ведь они всегда оказывали ему услуги, помощь бесплатно и бескорыстно.

— Нет, я просто гуляла мимо, увидела табличку «открыто» и решила тебя навестить, ты не возражаешь? — тонким голоском спросила пони.

Артур встал со стула и подошёл к скромной гостье. Сев на корточки, он поравнялся с её мордашкой лицом.

— Я только рад, ты же знаешь, мне здесь так скучно, — сказал Артур.

— Мне тоже скучно… нет, мне очень весело с моими зверьками, но общение с пони… более разумными существами ничто не может заменить, — говорила кобылка.

— Подруги опять перестали тебя навещать? — спросил Артур, уже с трудом сидя на корточках от неудобства.

— Нет, они заходят иногда. Только тебя я давно не видела, — тихо произнесла пони.

Артуру стало неудобно. Он действительно давно не виделся с Флаттершай, а ведь пони считает его чуть ли не самым лучшим другом и единственным по мужской линии.

— Я бы предложил чаю, но как видишь, здесь даже воды нет. Я обычно беру из дома бутылку, но сегодня забыл… — оправдывался лаборант.

Пегаска осмотрела помещение. Инструмент был развешен по всем стенам, на полу стояли ящики с гвоздями, болтами, проволокой.

— Всё хорошо, не волнуйся за чай. Спасибо что попытался предложить, — улыбнулась Флаттершай.

На спинку кобылке упала капля воды, из накопившееся на крыше лужи после утреннего дождя. Пегаска попыталась дотянуться до этого место крылом, но не получилось. Корячится перед парнем и чесать зудящее место она просто не могла себе позволить.

— Артур, я очень извиняюсь, но ты можешь мне помочь? — дрожащим голоском спросила пони.

Артур посмотрел на её подёргивающийся хвост.

— Всё что угодно, — сказал он.

Пегаска ещё раз попыталась дотянуться до зудящего места крылом, но снова потерпела провал.

— Почеши мне спинку, — пропищала она.

— Что? — переспросил парень.

— У меня чешется спинка, очень сильно! Пожалуйста! — раскраснелась пони.

Артур встал на колени, подполз к пегаски и начал аккуратно чесать ей спинку. Её шёрстка была похожа на самый нежный бархат, который он трогал в своей жизни. Куда более нежная, чем у Твайлайт.

— Ох… — вздохнула Флаттершай.

— Я сделал больно? — остановился Артур.

— Нет, ты мне сделал хорошо! То есть, приятно! Ой, мне… почеши ещё! — пищала желтокрылка.

Артур пожал плечами и продолжил почёсывать спинку. Флаттершай вся прогибалась, постанывала, простила массировать то быстрее, то медленнее. Артур вспомнил как делал массаж Твайлайт, та тоже была в восторге.

— Ох… Артурчик… всё, достаточно, а то получится… кхм… всё, — вздыхала кобылка.

Парень прекратил.

— Ничего что я отняла у тебя время? — спросила пегаска, поправляя гриву.

— Рад помочь, — улыбался парень, видя счастливую подругу.

Флаттершай вежливо попрощалась и вышла из мастерской.

* * *

Гриша с крайней неохотой собирался на работу и лишь по одной единственной причине — Пинки Пай. Проведённая ночь с двумя женскими персонами несколько выбила его из колеи. Рэйнбоу тоже чувствовала себя некомфортно, но утешила, говоря что кудряшка всё забудет… уже всё забыла, она крайне непостоянная. загорится безумной идеей, потеряет к ней интерес и переключится на новую. Только парень слишком хорошо знал розовую кобылку и понимал, что Пинки может быть более чем одержимой своими шаловливыми мыслишками.

Только он открыл дверь, как, стоя на пороге, ему перегородила путь аликорноподобная кобылица.

— Да? — спросил он.

Незнакомка посмотрела на техника неким оценивающим взглядом.

— Я должна была сюда придти… я… я тебя знаю, но не помню, — загадочно сказала она.

— Дамочка, вы ошиблись, — Гриша попытался пройти мимо неё, но та ему помешала.

— Инстинкты никогда не врут. Ты… человек, — утвердительно говорила незнакомка.

Теперь Гриша посмотрел на кобылицу оценивающим взглядом, но так ничего и не понял.

— Поздравляю с великим открытием, но боюсь что в Эквестрии уже все знают мой вид, — парень просто не знал как избавиться от странной особы.

— Я… мне очень сложно, так не должно быть, это не правильно, — бормотала незнакомка.

Гриша молча закрыл перед ней дверь, считая что лучше опадать на работу, чем стоять и терпеть то, как кобылица выносит ему мозг.

— Кто там? — подошла Рэйнбоу.

— Да никто, — Гриша махнул рукой.

Но для удовлетворения ненасытного любопытства пегаски его слов оказалось недостаточно. Та снова открыла дверь.

— Кто ты? — недоверчиво спросила пони.

— И тебя я знаю, но не помню… или наоборот. Как правильно? — спросила чокнутая незнакомка.

— Ага, до свидания, — пегаска попыталась закрыть дверь, но светлогривая ей помешала.

— Что тебе нужно? — пони снова приоткрыла дверь.

— Мне нужен твой человек, — неуверенно ответила кобылица.

— Милочка, он уже занят! Он мой! — грубо восклицала сорванка.

— Ты не так поняла. Он не интересует меня как самец, — отрицала незнакомка.

— А что тогда тебе от него нужно? — озадачилась Рэйнбоу.

— Я не помню… — вздохнула незнакомка.

Гриша снова подошёл к выходу.

— Так, хватит уже, зайди в дом и объясни что случилось, — сказал парень.

— Я не хочу что бы эта странная… — начала пони.

— Рэйнбоу, а вдруг она попала в беду? Ты посмотри как она напугана, — сказал техник.

Кобылица не была напугана, а растеряна, что благополучно перепутал Гриша. Пегаска, скорчив недовольную мину, позволила гостье пройти в чайный домик. Незнакомка осмотрела небольшое помещение, единственную комнату дома.

— Да, и в такой тесноте мы и живём, — оправдывался техник.

— Я тебе давно предлагаю перебраться в Клаусдейл, у меня там такой облачный особняк! — громко говорила пегаска.

Кобылица их не слушала, лишь осматривала обстановку. Для неё было необычно находиться в подобном месте.

— Ты Гриша… человек, — перебила гостья.

— А вот кто ты такая? — спросил техник.

Незнакомка села на пол.

— Хорошо что ты меня не узнаёшь. Защитная реакция… маскировка справилась со своей работой, значит я в безопасности. Но тебе я всё же должна раскрыться. Не думала что твоё знание когда-нибудь сможет пригодиться, — более уверенно, спокойно говорила незнакомка.

— Какое ещё знание? Да сколько же можно загадок? — вздохнул парень, откровенно нервничая.

— Загадок? В своё время ты не поскупился на тайны, скрытые ото всех и едва не поплатился за это жизнью, — намекнула кобылица.

Гриша подошёл поближе, осмотрел безэмоциональную мордашку гостьи. Он смотрел в её синие глаза, но даже их ложный блеск не смог скрыть то, что он видел раньше, то, что способно свести с ума кого угодно. он дрожащей рукой медленно дотронулся до её щеки, что Рэйнбоу совсем не понравилось.

— Я ведь ошибаюсь, да? — пыхтя, произнёс он.

— Не думаю, — коротко ответила кобылица.

— Вы пришли за моей душой? Это всё из-за ваших секретов что я узнал? — перепугался техник.

Кобылица встала и выпрямилась в полный рост.

— Я пришла сюда именно ради тех секретов, которые ты узнал, но не за твоей жизнью. Ты помнишь моё имя? — говорила гостья.

— С… — начал парень, но кобылица приставила к губам копыто, вынудив того замолчать.

— Мой разум ограничен до примитивного уровня, я не способна мыслить как вы, я… не умею. Мои знания застряли в тонких материях сущего, я утратила с ними связь. Что-то ужасное… действительно ужасное произошло, но я не знаю что, но знала. Я даже тебя не знаю, но чувствую что ты способен мне помочь. Помочь всем. А всему виной, Гриша, твоя дочь, — пояснила кобылица.

— Моя… дочь!? — у парня отвисла челюсть, как Рэйнбоу впервые в жизни грохнулась в обморок.

* * *

— Добрый день! — в мастерскую скромно зашла зелёная пони.

Артур сразу узнал в неё местную талантливую кобылку — Лиру.

— Чем могу помочь? — обрадовался он клиентке.

Кобылка закраснела и собралась уходить. Лаборант тут же вскочил со стула.

— Лира, подожди, — сказал он.

Пони вернулась и скромно покрутила копытом на месте.

— Флаттершай сказала, что большой мастер и умеешь делать… чудеса, — начала она.

— Да, я много чего умею! — возгордился парень.

— Ещё ей очень понравилось то что ты с ней сделал… утром, — продолжала Лира.

Артур вернулся на место.

— Ты не мог бы тоже ну… помассировать моё тело? — спросила зелёная.

— Я? Массаж? Я не умею! — занервничал Артур.

— Флаттершай так не считает. Но раз такое дело, то я лучше пойду, — кобылка снова собралась уходить.

— Стой, подожди. Ей правда так понравилось? — снова остановил Артур.

— Ох, ты не представляешь как! — у пони заблестели глаза.

Артур задумался, посмотрел на свои руки.

— Почему бы и нет. тебе где… как… что массировать? — озадачился любитель.

— Везде не надо, только спинку, — похихикала гостья.

Артур встал со стула, достал из шкафа плед, припасённый для холодов, постелил его на полу и предложил пони на него лечь. Та покорно легла на животик. Затем, лаборант пристроился к ней с боку и медленными движениями начал массировать спину, стараясь повторять те движение, которые делал с Флаттершай.

Лира сначала была напряжённой, явно волновалась, но очень скоро расслабилась. Она на ощупь была не такая как желтокрылка, но тоже для рук приятная. парень проходил руками от шеи до самого копчика, туда и обратно. Лира тихо вздыхала, даже иногда пищала. Артур не думал что какой-то любительский массаж способен доставлять этим созданием райское удовольствие. Кобылка несколько раз телом направляла его руки в сторону животика, но парень не шёл на поводу, считая что это будет уже перебор. Тем не менее, массажа спинки было вполне достаточно.

— Всё… мне хватит, дальше нельзя, а то… лучше тебе не знать. Сколько с меня? — тяжело дыша, Лира втсала на ноги и вся сияла от счастья.

— Сколько? Хочешь заплатить? — удивился лаборант.

— Ну конечно! Я так тебе благодарна! Такое ощущение, словно я вновь родилась… лёгкость в теле, а как было приятно! Ладно, у меня с собой десть бит, надеюсь этого хватит, — Лира положила деньги на стол и не дожидаясь ответа парня, вышла из мастерской, пока тот прикидывал что да как и всё время смотрел на свои руки, в частности на гибкие пальцы.

## ГЛАВА 5 «У всех свои гости»

ГЛАВА 5 «У всех свои гости»

— Спайк, да сколько же можно! — ругалась Твайлайт.

— Как она могла… как? — злился дракончик.

— Рэрити уже не маленькая и не стоит её осуждать за выбор «особенного» пони. А вот ты как раз ещё слишком юн. Не нужно зацикливаться на одной девушке… может тебе вовсе дракониха понравится, — задумчиво говорила волшебница.

— Нет, мне нравится Рэрити! — капризничал Спайк.

— Ох, — вздохнула единорожка.

В входную дверь кто-то постучал, тем самым прервав домашнюю беседу.

— Спайк, открой дверь, — приказала хозяйка.

Тот что-то пробормотал и ослушавшись, ушёл на второй ярус. Твайлайт сама подошла к двери.

— Вы же знаете что не заперто, — добродушно сказала она открывая створки, но как только увидела гостей… для неё это был ещё тот сюрприз.

* * *

Артур «обработал» довольно много кобылок. Самое удивительное — жеребцов не было. Возможно в Эквестрии не принято одному самцу массировать спину другому… так подумал сам лаборант. Клиентки не скупились на оплату. На одну лишь дневную выручку Артур уже мог позволить себе купить новый небольшой дом для своего бизнеса и наконец выбраться из своего ветхого сарая.

Руки ныли, во рту накопилось много шерсти, от которой парень то кашлял, то чихал как туберкулёзник. Работа массажиста оказалась не такой простой как изначально подумал. трудно, да, но удовольствие, получаемое от работы, практически полностью это окупало, а деньги за труд были приятным дополнением. Если об знал, что руки нужно смазывать специальным кремом перед массажем, то избежал бы множество проблем.

— Можно войти? — сказал голос.

— Да-да, — разминая руки, пригласил парень.

В бывшую мастерскую заглянула Луна, собственной персоной. Артур был рад её видеть, даже резко встал со стула.

— Слышала… ты открыл в себе особый талант, — улыбнулась кобылка.

— Ну не талант… способности скорее, — скромно перефразировал Артур.

— Правда что ты можешь дарить пони незабываемое удовольствие? — аликорн медленно шагала по небольшому помещению, рассматривая плед, на котором побывала уйма кобылок.

— Ещё не одного недовольного клиента, — с гордостью подтвердил парень.

— Незаконный бизнес? — Луна заметила коробку с монетами.

Артур вспомнил, что принцессы, в какой-то степени, являются контролирующими органами. Ведь они ввели систему налогообложения.

— Не, они платят добровольно. Это дарованные деньги, не по прайсу. У меня вообще прайса нет, — отнекивался гастробайтер Земной.

— Тем не менее, ты получаешь большой, сомнительный доход и всё мимо королевской казны. Не хорошо Артур, я думала ты успел выучить наши порядки, — отчитывала Луна.

Парень расстроился.

— Ты пришла оштрафовать меня? Арестовать? — предположил он.

Кобылка подошла к Артуру.

— Дурачок, ну разумеется нет. А вообще, если захочешь заниматься такими вещами, то тебе нужно будет получить лицензию на ведение бизнеса. Твайлайт не возражает насчёт твоей… новой работы? — интересовалась синяя.

— Не, она рада за меня, — сам не зная почему, соврал парень.

— Неужели? Я бы на её месте оторвала бы тебе руки за такие вещи, но раз у вас всё эм… обговорено, то так даже лучше. И что, она даже не ревнует? — напирала синяя.

— Не знаю… нет… наверное, — занервничал лаборант.

— У твоей возлюбленной редкое терпение. Хотя да, с другой стороны это не измена, нет. Технически ты ничего плохого не делаешь, но на месте Твайлайт Спаркл я бы всё же приревновала, — задумалась Луна.

— А что может быть плохого в обычном массаже? — парень развёл руками.

— В обычном? Ты такой забавный, — посмеялась принцесса.

Артур начал чистить плед. От сухой уборки в воздухе зависала шерсть, от чего лаборант совсем расчихался.

— Так, ты ведь не поболтать сюда пришла? — Артур сел за стол.

— Сначала я просто хотела посмотреть от чего такой шум. Тебя обсуждают даже в Кантерлоте! Но раз Твайлайт не против… как бы тебе сказать. Точнее, попросить. Я даже не знаю, мы вроде друзья, но можно ли так, — сама с собой говорила Луна.

— Говори прямо, ты хочешь порцию моего чудесного массажа? — Артур начал уставать от игр молодой аликорна.

— Ну… да, — кивнула она.

— Так бы сразу! — лаборант закатил глаза.

— Ты не совсем понимаешь ситуацию… — хихикая, начала Луна.

— Я понимаю достаточно. Ложись на плед. Да, на живот. Расслабься и получай удовольствие. Аликорнов я ещё на массировал, — усмехнулся человек.

— Я тоже много чего не делала в своей жизни, — посмеялась Луна и залилась румянцем.

Артур начал медленно массировать спину по собственному отработанному методу. Как и с другими пони, он проходился от основания шеи до копчика. Принцесса была немного побольше других клиенток, времени на привычные действия уходило больше.

— А это действительно здорово. Ты читал учебник по нашей анатомии? Какие-то хитрые приёмы? — интересовалась принцесса.

— Чисто интуиция, — довольно произнёс парень.

— О даже как, — улыбалась аликорн.

Артур продолжал разминать спину принцессы, то сжимая её упругую кожу, то растирая. Крупы клиенток он старался избегать, он чувствовал себя неловко от этого, хотя понимал что там находятся самые обычные мышцы, которые тоже сильно устают. В этот раз он позволил зайти себе чуть дальше, что отразилось на тихом постанывании Луны. Артур ощутил, как в теле принцессы стремительно нарастает жар.

* * *

— Я нашла её недалеко от твоего дома, но она уже успела напугать дюжину пони, — пояснила Эппл Джек, отпивая из стакана лимонад.

— Она права. Тия, тебе нужно сменить обличие, ты… необычная пони и пугаешь всех вокруг, — намекнула единорожка.

— Мама говорила что мы не должны прятаться, стыдится кто мы есть. Когда-то нами восхищались и боялись лишь враги… ой, я опять слишком много болтаю. Твайлайт, так ты точно ничего о ней не слышала? — говорила гостья.

Рядом с Эппл Джек сидела юная Азгардийка. Белая кобылка с маленькими двойными крыльями и голубыми глазами, где лишь белки были былыми. В основном её глаза местных и пугали.

— Я смогу подумать только если ты объяснишь что тут должна делать твоя мама, — единорожка тоже сделала глоток лимонада, а Тия любезно отказалась от напитка.

— Я сама многого не знаю. В последний месяц мама проводила уйму времени в инкубационном мире… — начала девочка.

— Где? — перебила ковбойша.

— Это особая планета, некогда используемая моим народом для изоляции особо больных, заразных существ и сохранения редких видов растений. Туда она поместила дочку Рэйнбоу Дэш. Я почти её не видела, но не обижаюсь… мама всегда очень занята, а тут ещё следить за тем, как формируется новая жизнь во вселенной. Сложная работа… Однажды она снова улетала на ту планету и уже не вернулась. Я ощутила её… падение. Как бы вам это объяснить… Она изменила свою молекулярную структуру, преобразовалась в низшую форму жизни, а вот только в какую… логично предположить что в пони, но выброс энергии был настолько спонтанным, что ожидать можно чего угодно, даже… бабочки. Помогите её найти, я переживаю, — поведала Тия.

— Малютка всемогущая, у меня к тебе только два вопроса: тебе сколько годков-то? Такие глубокие познания всяких терминов. И ты так спокойно обо всём говоришь, что у меня мурашки по коже бегают, — интересовалась рыженькая.

— Не смотрите что я такая маленькая. Наши с вами виды схожи лишь внешне, не более. У меня многомерное мышление, как у вас — одномерное. Только не обижайтесь… А спокойно говорю потому что мама запрещает выплёскивать эмоции, они мешают мыслить, — говорило умное юное создание.

— Твоя мама очень мудра, мы не спорим, но ты ребёнок… обычный жеребёнок бы плакал, боялся, — вступила Твайлайт.

— Если бы я поддалась панике, то сейчас бы не искала свою маму, а сидела бы в луже собственных слёз. Она сильная Азгардийка, в вашем мире нет такого оружия, способного нанести вред её новой физической оболочке. Маму нужно найти как можно быстрее. Я не могу вам многого сказать, но поверьте, она очень важна. Без неё нам всем угрожает большая опасность, — с неподдельной невозмутимостью говорила Тия.

— Нужно помочь бедной девочке судя по её словам, ещё помочь и нам, — говорила Эппл Джек.

— Согласна. Ох, но почему всё против меня! — вздохнула Твайлайт.

— Ты о чём, сладенькая? — удивилась рыжая.

— О своём. Небольшой приступ эгоизма, не обращай внимания, — буркнула единорожка.

— Ты переживаешь из-за… свадьбы? — спросила Тия.

— Как ты узнала!? Мысли читаешь? — испугалась фиолетовая.

— Нннеет… Когда я зашла в дом, то заметила как много цветов стоит буквально везде. В прошлый мой визит такого количества не было. На столе у тебя лежит список, в котором перечисленные всевозможные способы донести до вашей принцессы какую-то важную новость. Ты пребываешь в стрессе, судя по виду, в продолжительном. Так же я ощущая запах самца… запах любви. Вывод напрашивается сам собой. Ты боишься сообщить об этом Селестии, но поверь, твой страх не обоснован. Я знаю её лучше ты думаешь, хотя она почти не знает меня. Я могу помочь, хотя бы одну проблему решим и дальше со спокойным ритмом мы сможем начать поиски моей мамы, ибо в таком состоянии ты склонна к ошибочным рассуждениям, — говорила гостья.

— Твайли, смотри, она переплюнула тебя по заумности, — усмехнулась рыженькая.

— Хорошо, каково твоё предложение? — спросила изумлённая волшебница.

— Ты хочешь пригласить её на свадьбу? Так пригласи! — Тия ярко засветила рогом и глазами.

После вспышки, рядом с ней оказалась озадаченная принцесса Селестия. Она явно чуть не растерялась, но узнав обстановку библиотеки, взяла себя в копыта, ведь не каждый день кто-то призывает принцесс против их воли.

— Эппл Джек, Твайлайт… Тия? — удивилась она.

— Твайлайт Спаркл хочет тебе кое что сказать, — Тия отошла в сторонку.

Волшебница потеряла дар речи, совершенно не ожидая от гостьи такой радикальной выходки.

* * *

Луна вся извивалась от удовольствия. Её магический хвост плавно вилял из стороны в сторону. У Артура уже пальцы онемели, но он просто не знал когда остановиться… или просто не хотел.

— Как же Твайлайт с тобой повезло, — произнесла принцесса.

— Разве? Такой жених как я не подарок, — усмехнулся парень.

— Так всё-таки это правда? Ты берёшь её в жёны? — спросила Луна.

Артур задумался и надавил на копчик принцессы посильнее, от чего он тяжело вздохнула.

— Да, и просто не знаем как донести эту новость до Селестии, — поделился Артур.

— Думаешь, она не одобрит такой брак? У нас есть правила для союзов двух пони, но нет для союза пони и человека. Тем не менее, запретов таких тоже нет, — размышляла аликорн.

— Дело не в запрете. Если она нам сама не разрешит, то… для Твайлайт это будет страшным ударом, — говорил Артур.

Луна позволила парню добраться до её груди и части живота.

— Селестия никогда не сделает больно любимой ученице. Вы хорошая пара, она это знает… ох… — говорила Луна.

Сообразив что руки парня пошли не туда куда надо, она снова подставила спинку.

— Буду надеяться, — сказал Артур.

— Всё, хватит… дальше нельзя, это… спасибо Артур, — Луна медленно встала на ноги, но Артур снова уложил её на живот, продолжая массаж.

— Да почему вы все повторяете «дальше нельзя»? — буркнул лаборант.

— Все? Это радует. Ты всё-таки не до конца понимаешь какое… удовольствие нам доставляешь. Оно граничит… кхм… с «гранью» другого удовольствия и если её перейти, то будет… не очень хорошо. Я думала ты осознаёшь последствия своего массажа, — говорил Луна.

— Гранью? Это то о чём я подумал? — удивился Артур, переставая делать массаж.

Луна снова покраснела, прижала к себе хвост.

— Кажется ты её перешёл, я же просила, — смущённо говорила она, при этом тяжело и часто дыша.

В этот момент в мастерскую ворвалась её светлая сестричка. Вид у неё был далеко не радостный.

— Массаж? — первое, что вырвалось из горла парня.

— Так ты и правда хочешь взять в жёны мою маленькую пони? Да ещё среди деревни открыл салон по ублажению кобылок и после этого заявляешь о серьёзности намерений насчёт Твайлайт! Ты совсем спятил? — вспылила принцесса, за которой стояла не менее разозлённая волшебница, в глазах которой разгорался огонь настоящего пирогрива.

## ГЛАВА 6 "Миллион градусов по Цельсию"

ГЛАВА 6 "Миллион градусов по Цельсию"

— Моя голова... ух! Так, почему я лежу? — приподнялся Эдик.

— Он пришёл в себя! — воскликнул какой-то мужик.

Парень вяло встал на ноги. Голова ужасно кружилась, тело сильно затекло. Эдик находился в каком-то большом кабинете, окружённый учёными, охранниками и другими личностями, многие из которых были знакомы ему.

— Что случилось? Я потерял сознание? — спросил Эдуард.

К нему подошла светловолосая женщина.

— Не совсем... ты столкнулся с этим ужасным существом. Оно вырубило тебя. Мы все через такое прошли, — сказала женщина.

— Каким существом? — удивился парень.

— Оно прилетело из космоса, мы первые успели его найти. Оно казалось таким... безобидным пока мы не привели его сюда, в комплекс. Это воплощение зла! — продолжала светловолосая.

— Вы сами виноваты! Заперли это создание в клетке, тыкали иголками! Ещё бы оно не разозлилось! Мы обещали их защищать! — сказал лысый мужчина.

— Оно было похоже на одного из тех пришельцев... пони, да, но отличалось. Мы должны были всё проверить, — оправдывалась женщина.

— Проверить? Я в курсе ваших запланированных проверок! Вы могли серьёзно навредить ему... ей. Я бы на месте этого существа так же поступил бы! — кричал лысый.

— Что за существо? Почему его все боятся? Почему оно меня не убило? Объясните, чёрт возьми, зачем вы меня вообще вызвали! — ругался Эдик.

— Оно тебя вызвало, как и многих из нас. Эд, эта тварь очень умна и боится нас... а не убивает, потому что изучает, наблюдает за нами, не даёт сбежать. Кажется, оно хочет знать, кто мы такие и на что способны. Надо размазать её первыми пока она не добралась до нас, — гневно говорила женщина.

— Лучше её не злить, — выступил картавый учёный.

— Вы пробовали с ней поговорить? — спросил парень.

— Она не вступает с нами в контакт, не общается. Мы в ловушке, — говорил лысый.

Парень примерно въехал в суть происходящего. Считая, что среди присутствующих обладает наибольшим опытом общения с пришельцами.

— Я поговорю с ней, — неуверенно сказал он.

— Ты нас не слушал? Оно убьёт тебя! — крикнула женщина.

— Если не убила до сих пор, то зачем сейчас это делать? Если речь идёт о том виде, о котором я думаю, то кровожадность не в их стиле. Нужно попытаться, — не дожидаясь ответа, парень вышел из комнаты.

Пустынный коридор. Эдик вновь ощутил в себе прилив былого адреналина, но в этот раз он слился со трахом перед тем загадочным существом, с которым ему предстояло столкнуться. С каждым шагом его страх нарастал. Он ожидал неожиданного появления существа из-за любого угла, из каждой комнаты комплекса, которые попадались ему на пути, но ничего не происходило. Тишина ещё больше его нервировала.

Большая часть дверей была заблокирована автоматикой, пропуск Эдика был бесполезной прямоугольной пластмасской. Целый час он бродил по одним и тем же коридорам, заглядывал к кабинеты. Следов присутствия пришельца не было. Эдик начал думать, что в комплексе банально разыгралась массовая истерия. Он решительно пошёл к комнате, где прятались его коллеги. Практически подошёл к двери, как в другом конце коридора увидел девочку лет четырнадцати на вид. Она сжала руки и просто смотрела на Эдика, который удивился ребёнку, находившемуся в столь секретном месте.

Пройдя мимо комнаты с людьми, он подошёл к девочке.

— Ты как сюда попала? — спросил он.

Молчание.

— Ты видела здесь... пони или аликорна? — спросил парень.

Девочка явно выказала интерес, но продолжала молчать. Она была одета в чёрные штанишки и белую кофточку, что выглядело довольно нарядным. Внезапно вокруг неё появилась дымка, красивое белое свечение и в мгновение ока перед парнем стояла аликорн... ну похожая на неё, только маленькая. Её шёрстка была нежно-голубого окраса, хвост и грива имели оранжевые, зелёные, чёрные полосы, что выглядело довольно гармонично. Глаза были зелёные. Рог покрывался необычным узором, расщелины которого светились тусклым бирюзовым светом. Крылья были сложены, да и сама она выглядела вполне спокойной.

Эдуард удивился кобылке, но будучи знакомым с её "сородичами", пугаться не стал.

— Вау! Эффектно. Так это ты всех напугала? — улыбаясь, парень присел на корточки.

Только вблизи он заметил ей взгляд, наполненный злобой и обидой.

— Они сделали тебе больно, понимаю... но не стоит их убивать, — неуверенно говорил парень.

— Почему ты говоришь о людях так, словно не являешься одним из них? Я проверила тебя, ты такой же как они, — ангельским голоском спросило создание.

Эдик не ожидал что существо будет разговаривать с ним.

— Я не причинял тебе зла. Мы отличаемся именно в этом, — выкручивался парень.

— Да... тогда тебя не было, — задумалась кобылка, вновь превратившись в девочку.

Эдик попытался подойти поближе.

— Не приближайся! — прокричала она, ярко сверкая глазами.

Эдуард отступил назад.

— Все хотят меня запереть... все ненавидят меня. Нет, ты такой же как они! Как "она"! Вы ничем не лучше! — злилась кобылка, превращаясь то в аликорна, то ребёнка.

— Твоя мама Селестия? — предположил парень.

— Ты ничего обо мне не знаешь! И не узнаешь! Я запру вас здесь! Запру всех людей навечно! Вы все плохие, вы... вы... враги! — истерила юная особа.

Эдик пытался объяснить обратное, но создание его не слушало. Её глаза светились алой яростью вперемешку с бирюзовой красотой. Если минуту назад Эдик говорил с ребёнком, то теперь на него смотрел настоящий монстр в иллюзорном детском обличии.

* * *

— Артур, как ты мог! — крикнула Твайлайт.

— Я... же не знал, какое удовольствие им доставляю! Думал... — не договорил ошарашенный лаборант.

Луна поднялась и закраснела в этот раз от неловкости.

— Разве ученица сестры моей не ведает о происходящем? — спросила она с нотками королевского наречия.

— Нет, — признался парень. Теперь на него смотрели три разъярённых кобылы. Как он мечтал оказаться в тот момент суперменом и просто вылететь через окно, хотя понимал, что от аликорнов даже супергерою не сбежать.

— Я просто хотел заработать! — оправдывался он.

— Человек... как же ты меня разочаровал, и деревенские кобылки тоже хороши, ничего не скажешь. А ты, Луна... ты удивила меня больше чем Артур, — сердилась Селестия.

— Я сама не знала! Точнее, я думала, он осознаёт свои действия. Считала, что Твайлайт в курсе. Я просто хотела немного расслабиться... — нервничала Луна.

— С тобой, сестра, я позже поговорю, — правительница недовольно посмотрела на принцессу ночи.

Артур на всякий случай спрятался за стол. Теперь он понял, каково было Грише, когда тот косячил перед Селестией со своими выходками.

— Я запрещаю тебе ублажать кобылок! Запрещаю вступать в "близкую" связь... Ох, не думала, что придётся объяснять тебе такие вещи. Артур, не думаю, что ваш брак будет уместен, — говорила светлая.

— Это всё из-за этого недоразумения? Я понял, виноват, исправлюсь! — переживал парень.

— Не только... ты человек, хоть и герой. Моя Твайлайт заслуживает большего, — вздохнула Селестия.

— Что!? Принцесса Селестия, вы не можете так поступить! Он бывает придурком, но я люблю его! Хочу провести остаток жизни с ним! — огонь пирогрива потух в глазах волшебницы.

— Ты со временем всё поймёшь. Я с терпением отношусь к вашим отношениям, закрываю глаза на интимную связь, которую совершенно не одобряю. Ваш союз... это неправильно, — говорила принцесса.

— Мы же с вами много раз это обсуждали, — разочаровалась единорожка.

— Да, ведаю. В Эквестрии никогда не приветствовались смешенные браки и сейчас я не буду делать исключения. Нам нужно сохранять наш генофонд. Прости, Твайлайт Спаркл, — спокойно говорила аликорн.

— Сестра, ты не права, — начал Луна.

— А ты лучше помолчи, — огрызнулась Селестия.

— Это не справедливо! Неужели нельзя сделать одно исключение? Ради меня? Если вы не одобрите наш союз, то и остальные пони не примут нас, а они и так не очень хорошо к такому относятся, — расстроено говорила волшебница.

— И правильно делают. Моя милая Твайлайт, не обижайся на решение моё, я ради тебя же... — не договорила принцесса.

— Ради неё? Мне кажется вы защищаете свой авторитет и не более! — крикнул осмелевший Артур.

Селестия была удивлена наглости человека.

— Не смей говорить со мной в таком тоне. Мы хоть и хорошо знаем друг друга, права кричать у тебя на меня нет, — строго произнесла правительница.

— Похоже у меня вообще здесь нет прав! Я полюбил вашу ученицу, а вы... — начал парень, выходя из-за стола.

— Что я? Виновата в том, что пытаюсь защитить своих пони? Я долго размышляла над союзом двух существ, даже думала дать добро... но сегодняшняя твоя выходка прояснила мой разум. Люди, вы не надёжны. Готовы пойти против друг друга из-за мелочей, засматриваетесь на других самок, когда под боком находится пригретая. Артур, ты полезен Эквестрии, но слишком непредсказуем, а порой... нелогичен, впрочем как и друг твой Гриша, — нервно говорила Селестия.

— Полезен? Я что, вещь? Я считал вас понимающим другом, принцесса! — кричал парень.

Селестия стерпела его орню.

— Ты не так меня понял. Ты тоже мне... в какой-то степени друг, не стоит обижаться, — неуверенно говорила принцесса.

— Селестия, да отбрось своё хладнокровие! Я знаю что ты привыкла закрывать свою чувства от других и ограждаться от чужих, дабы достичь трезвости мышления, но сейчас не тот случай. Ты видишь? Они любят друг друга! Любят! Так не будем мешать им, — заступилась Луна.

— Луна, я в первую очередь думаю... — не договорила Селестия.

— О стране, я знаю! Но порой интересы близких важнее всего, — перебила принцесса ночи.

— Ты знаешь наши правила! Знаешь, что есть заветы, которые нельзя нарушать! — крикнула правительница, явно выходя из безграничного терпения.

— Завет запрещает разрушать общественный генофонд смешением крови, но единичный случай вреда не нанесёт. Признайся, ты сама не одобряешь их союз и дело только в этом,- продолжала Луна.

— Завет? Чей завет? Разве вы не сами себе хозяева? — удивился парень.

— Прекрати, Луна! Это не обсуждается! — кричала Селестия, проигнорировав лаборанта.

Артур подошёл к Селестии.

— Вы не вправе решать кому кого любить! Не вправе! Я люблю Твайлайт и плевал на ваши заветы! Я женюсь на ней. И да, будет чудесно, если вы НЕ придёте на свадьбу! Да, свадьба будет! — кричал парень.

Луна то ли удивилась, то ли испугалась. Она всем своим видом просила парня отступить. Селестия же стояла с бескрайнем удивлением на мордашке.

— Ты не понимаешь во что лезешь! Если я сказала не будет свадьбы, значит не будет, — прошипела правительница.

Парень подошёл к аликорну вплотную.

— Артур, прошу, прекрати, — пропищала Твайлайт, видя как всегда сдержанная Селестия теряет остатки самообладания.

— А то что? — спросил лаборант, не обращая внимания на Луну и Твайлайт.

На кончике рога Селестии возникла искра и в это миг стены сарая превратились в пепел, словно их подвергли температуре в миллион градусов по Цельсию. Принцесса немного успокоилась, отошла в сторону и посмотрела на остатки мастерской.

— Разговор окончен. Я возмещу нанесённый ущерб, человек, — расправив крылья, Селестия быстро улетела в небо, за ней с небольшой задержкой последовала Луна. Единорожка печально опустила голову.

— Что ты наделал. Тебе просто нужно было извиниться перед ней, не спорить и тем более не кричать. На Селестию никто никогда не кричит. Я знаю принцессу, она добрая. Она могла бы... разрешить, — шептала фиолетка.

— И теперь виноват я, да? Я пытался защитить нашу честь! — нервничал парень.

— Ну что, защитил? Это всё из-за тебя! Я говорила с принцессой, она готова была согласиться, я уверена. Мы пришли поговорить с тобой, но ты всё испортил! Нашёл время для развлечения с пони. Вздумал грубить принцессе, зная что от неё зависит наше будущее. Иди дальше мни своих кобыл! Доставляй им "удовольствие", а меня больше не трогай своими мерзкими лапами! — на глазах у Твайлайт выступили слёзы, она отвернулась и побежала прочь.

## ГЛАВА 7 "Сладкий аромат ванили"

ГЛАВА 7 "Сладкий аромат ванили"

— Я так и не понял, как месячная дочурка могла кому-то навредить? — недоумевал Гриша.

— На инкубационной планете нет времени, точнее его можно всецело контролировать. Один проведённый день на ней был равен целому году по вашим меркам. Ваша дочка значительно подросла, но возникло множество серьёзных проблем, — говорила Призрачная Пони.

Молодые родители были уже в шоке от услышанного.

— Каких проблем? — спросила Рэйнбоу.

— Я постоянно следила за её развитием. С учётом той могущественной силы, которую она получила от смешения ваших генов с моими, контроль был просто необходим. Сначала всё шло прекрасно, юная кобылка росла, умственно развивалась. Я обучала её минимальному объёму знаний, необходимых для выживания, для общения. Затем начались трудности. Из-за смешения генов её оболочка становилась нестабильной. Она не могла долго сохранять то форму аликорна, то человеческий облик. Ушло много времени, прежде чем я научила её контролировать своё энергетическое поле, и то она до сих пор ошибается. Но не это самое страшное... она умнеет не по годам, что характерно для представителей моей расы. Она быстро поняла, что находится в изоляции от окружающего мира. У неё пробудился интерес к запретному, она хотела выбраться из "клетки", как тот мир она тогда называла. Она хотела увидеть других существ, — говорила мистическая.

— Но откуда она узнала о других... существах? — спросил Гриша.

— Я с самых первых дней рассказывала ей о вас. О родителях. Хоть я частично и являюсь её мамой. но это не так. Её мама Рэйнбоу, а папа — Гриша. Она знает это, всегда мечтала с вами познакомиться. Сначала она хотела вырваться с планеты, дабы познакомиться с вами, но я всячески ей мешала, понимая, что её психика ещё слишком шатка и базовое развитие не закончено. Затем она озлобилась на меня, возненавидела, считая, что я её надзирательница, даже враг... Удивительно, но её сил хватило, чтобы причинить мне вред. Она не может меня убить, но смогла повредить мою энергоструктуру, тем самым сломав защитный замок своей изоляции... и разрушив мировой барьер защиты от угрозы извне. Я была вынуждена регенерировать в хоть какую-то форму жизни дабы не потерять свою личность и выбрала схожих со мной существ — вас. Тем не менее, большая часть моих знаний утеряна, как и сила. Теперь я обычная бессмертная пони и это ужасно, — поведала гостья.

— И вы хотите, чтобы мы помогли вам вернуть силу? — спросил Гриша.

— Не только это. Нужно решить проблему... с вашей дочерью, — говорила кобылица, глядя на небо через окно.

Гриша тоже посмотрел на небо.

— Вы вернёте её? В семью? К нам? — спросила пегаска.

— Если получится, — не отрывая взгляд от неба, ответила Призрачная Пони.

— Что значит "получится"? — удивился парень.

Кобылица отошла от окна.

— У нас нет времени с ней сюсюкаться, вам грозит большая опасность. Если придётся, я уничтожу невозможное дитя, — монотонно сказала гостья.

— Что? Убить? Она же ребёнок! Наш ребёнок! — разозлилась Рэйнбоу.

— Почему это так вас волнует? Вы даже не видели её, — спросила кобылица.

— У вас вообще есть сердце!? — крикнул Гриша.

— Ты про чувства? Я даже забыла, что это такое... так даже лучше. Ваши эмоции здесь ни к чему, я в любом случае поступлю так, как считаю нужным, — гостья снова отвернулась к окну.

— В таком случае мы не станем вам помогать! — рявкнула голубокрылая.

— Вы обязаны помочь. Ради своей жизни, ради возможности увидеть дочь... возможно не всё так плохо, как я думаю, и она воссоединится с вами, — спокойно говорила кобылица.

Гриша понимал, что выбора у них нет. В данный момент ему было плевать на весь мир, он думал лишь о дочери. Знал, что и Рэйнбоу думает только о ней.

— Что от нас требуется? — пробормотал он.

* * *

Селестия славилась редким терпением. Сейчас, находясь в своих покоях, она испытывала внутреннюю ярость. Так повлиять на неё могло лишь существо близкое ей. То, кому она доверяет. Артур был для неё не просто подданным или местным героем. Он был другом, но в отличие от Луны правительница просто боялась себе позволить признаться ему в этом, высказать эмоции, которые мастерски научилась скрывать ещё много столетий назад. Она так хотела, чтобы он её понял. Понял глупость женитьбы на Твайлайт, что это просто неправильно. Это... мерзко. Ещё больнее ей было видеть расстроенную ученицу, которую собственнокопытно учила буквально всему, давно став ей второй матерью, и как любая мать принцесса желала ей счастья.

Ощутив в себе странный магический зов, принцесса не сразу поняла, что происходит. Ей потребовались секунды на узнавание редкого магического сигнала. Не колеблясь, она тут же дала ему силу. После яркой вспышки перед ней появился знакомый человек. Это было для неё приятной неожиданностью, но в то же время сопровождалось непонятной грустью.

— Эдик? — удивилась она.

Парень улыбнулся, шатаясь зашёл в другую комнату и... судя по характерным звукам, его тошнило. Тошнило на королевский ковёр копытной работы. Через минуту тот снова объявился.

— Простите, как-то... меня мутит, — неуверенно сказал он.

— Ты потребовал срочную телепортацию. Это опасно для жизни, но я приняла все меры, чтобы ты не пострадал. Ты ещё легко отделался... жаль только, что на ковёр. На нём иногда Луна любит подремать... — вздохнула принцесса.

— Я всё уберу, — Эдик ощутил неловкость.

— Не трудись, служанки всё сделают. Так почему ты захотел оказаться здесь? — подошла Селестия.

Эдик лёг на пол, пытаясь справиться с головокружением. Потолок забавно вращался...

— Хранители поймали аликорна. Совсем маленькую, но кажется напугали её, тем самым вынудив устроить её небольшой... апокалипсис.

Принцесса, вы случайно не знаете её? — говорил парень, с трудом сдерживая рвоту, которая вот-вот выйдет из него не самым приятным гейзером и не омоет лицо.

— Ты уверен что они поймали аликорна? — насторожилась принцесса.

— Я видел у неё крылья и рог. Ещё она превращалась в людскую девочку... вроде так. Нужно спасти моих нерадивых коллег, и заберите её домой, пока она бед не натворила, — бормотал Эдик.

— Я не знаю никаких аликорнов-девочек... это невозможно, — озадачилась Селестия.

— Так идите и сами на неё посмотрите, ох... — Эду снова стало плохо.

— Коль ты помощи просишь моей, то я готова помочь. Жди меня здесь, — глаза принцессы ярко засветились.

— Да куда я денусь, — усмехнулся Эдуард, немного приподнявшись и облокотившись на стену.

В голове парня раздался жуткий писк, пол завибрировал. Если ему тогда было плохо, то сейчас он чувствовал себя как в Аду. Но очень скоро всё прекратилось, только вот принцесса никуда не делась. Её мордашка выражала смятение.

— Не понимаю, — прошептала она.

Эдик даже нашёл в себе силы встать на ноги.

— Забыли, как перемещаться? — спросил парень.

— Не в этом дело. Твой мир заблокирован очень сильной магией. Древней магией. Аликорны на такое не способны, — неуверенно говорила правительница.

— Но вы же сильная такая, неужели никак не пробиться? — нервничал парень.

Принцесса посмотрела на своё копыто. На нём был надет золотой накопытник, в котором отражалось её искажённое отражение.

— Мне не попасть туда... и тебя возможности вернуть тоже нет, — перевела она взгляд на парня.

Слова принцессы прозвучали словно приговор. У Эдика даже сердце чуть из груди не выпрыгнуло. Он предположил, что та юная особа закрыла за ним "дверь", поняла, что он переместился, воспользовался лазейкой в виде магии Селестии. Билет в один конец.

— Расскажи мне поподробнее о той девочке, — попросила Селестия.

Целый час парень рассказывал принцессе всё, что помнил о комплексе хранителей. По несколько раз повторял одно и тоже. Принцесса жаждала знать все детали, даже какого цвета были стены помещений. Но самое главное, она пыталась понять, что за могущественное юное существо на такое способно.

— Непохоже на Тию. Это точно была не она? — спросила принцесса.

— Совершенно не похожа, — отрицал Эдик.

Давно Селестия не сталкивалась с подобными загадками. Она перебрала в уме всех схожих существ, но аликорнов на свете не так уж много. Парень тем временем отлучился в уборную, дабы прополоскать рот и хоть немного взбодриться после скверного самочувствия, которое практически полностью отступило.

Селестия предприняла ещё несколько заклинаний по перемещениям, но ни одно не сработало. Она отчётливо ощущала блокировку, словно рогом упиралась в стену. Когда вернулся парень, она в очередной раз попросила его описать увиденную кобылку. Ничего нового принцесса так и не смогла выжать из Эдуарда.

Приближалась ночь. Не выходя из покоев, Селестия благополучно опустила небесное светило. Ей было приятно видеть, как за ней словно юный натуралист наблюдает восхищённый человек. Для него это зрелище было больше чем необычным. Это было грандиозным. Закончив магическое таинство, Селестия с трудом сдержала зевоту усталости.

— Я приложу все усилия для оказания тебе помощи, но сейчас нужно отдохнуть. Я тоже устаю, человек, — сказала принцесса.

Эдик посмотрел на дверь, просто не зная куда себя деть.

— Не переживай, я не стану выгонять тебя на ночь в коридор. На подготовку гостевой комнаты уже нет времени. Думаю, ничего плохого не случится, если ты переночуешь здесь, — улыбнулась принцесса.

— С вами? — удивился Эдик.

Селестия устало посмеялась.

— Разумеется, нет. Рядом с тобой круглый настил. Он тёплый, по полу не дует, я сама порой ночую на нём. Одеяло в шкафу. Камин зажигается магией... ох, у тебя же нет магии. Станет холодно, разбуди меня, не стесняйся. Я буду в соседней комнате, там моя спальня. Спокойной ночи, и да, не пускай Луну в свои сны, она бывает... слишком любопытной, — улыбаясь, Селестия ушла в другую комнату и закрыла за собой дверь.

От мягкого голоса и тёплых слов принцессы парню стало гораздо легче. Он начал верить в то, что очень скоро вернётся домой, поможет своим соратникам. С этими мыслями Эдик лёг на настилку. Она была удивительно мягкой, а материал был нежнее любого бархата. Настоящее королевское ложе. С одного конца была перина, заменяющая собой подушку. Эдик положил на неё голову, а ноги вытянул вперёд. Подстилка оказалась меньше него, поэтому ноги лежали на самом полу.

Через окно, занимающее всю стену, лился лунный свет. Эдик даже не заметил когда погас свет в самой комнате. Магия? Тут всё построено на магии. Из-за яркого полумесяца не было видно звёзд. Точнее, лишь две-три тускло пробивались через холодную пелену ночного светила. Вот чёрное облако медленно подплыло к луне и загородило его своей пушистой массой. Его контраст с небом удивительно преобразовался: облако стало тёмно-синем, а вот края начали светиться. Гриша говорил, что облака здесь не летают сами по себе. Уснувший пегас по инерции толкает облако? Магия? Эдик просто любовался объёмным рельефом облачка, которое так же медленно поплыло себе куда-то дальше.

* * *

Парень открыл глаза. Он не заметил, как уснул, хотя по затёкшему телу понял, что проспал не меньше часа. Проснулся он не из-за кошмаров и не из-за того, что ему в сон любезно постучала Луна. Ему стало холодно. Селестия не солгала, сквозняка не было, но теплее от этого не становилось. Холодная осенняя ночь давала о себе знать нарастающей прохладой.

Эдик так уютно устроился на лежаке, что не то что вставать, даже шевелиться не хотелось, но когда по коже побежали мурашки и начался озноб, он всё же был вынужден медленно, с крайней степенью неохоты встать на ноги. Парень подошёл к бельевому шкафу, что был у дальней стены. Открыв его, он к своему разочарованию не обнаружил одеяла, о котором говорила принцесса. Осмотревшись в полумраке, он не увидел ничего подходящего, чем можно было накрыться, тем самым спрятаться от вездесущего холода.

Ударив себя по лбу ладонью, он закрыл приоткрытую дверцу лоджии. Точнее попытался закрыть, замок-то у неё был магический. Только он прислонял дверцу к косяку, как та сразу открывалась под напором маленькой пружинки. Тогда он подошёл к камину. Ни спичек, ни углей, ни дров... камин был пуст. Здесь действительно может справиться только магия.

Понимая, что проведённая в холоде ночь сулит ему воспаление лёгких, Эдик решился совершить маленькое преступление — разбудить Селестию. Дверь в её комнату была хоть и закрыта, но не заперта, что уже было плюсом. В её покоях было потемнее за счёт полотна тюля, закрывающего окно и плавно колыхавшегося под дуновением ветра из-за приоткрытого окна. Благодаря мягкому ковру Эдик мог бесшумно передвигаться по комнате и таким образом благополучно подошёл к широкой низкой королевской кровати, с правого края которой на богу лежала аликорн. Он приблизился к ней и застыл, глядя на столь удивительное магическое создание. Точнее на её голову и часть тела, что не были скрыты под одеялом. Королевские атрибуты лежали рядом на специальной тумбочке, отбрасывая по комнате лунные блики. Грива принцессы занимала чуть ли не половину кровати. Она очень медленно извивалась, благодаря чему парень смог увидеть тысячи маленьких длинных, блестящих волосков, из которых она состояла. Глаза Селестии был закрыты, мордашка не выражала эмоций. Принцесса спала глубоким сном.

Парню даже не то что страшно, а жалко было будить, отрывать особу ото сна. Пользуясь редким моментом, Эдик захотел ещё раз прикоснуться к её удивительной гривы. Он медленно приблизил руку к волосам, стараясь не затронуть тенью глаза принцессы. Затем взял рукою локон волос и, отводя руку, ощутил как те нежно ласкают ладонь. Фантастические ощущения. Парень повторил процесс...

— Что ты делаешь? — прошептала Селестия.

Эдик резко отдёрнул руку, едва не вырвав принцессе клок волос, благо те просто выскользнули из его руки. Глаза правительницы были полуоткрыты и смотрели прямо на парня. Она не выказывала гнева или удивления, скорее из-за того, что была сонная.

— Я... — парень забыл зачем пришёл.

— За вторжение в королевскую спальню я могу отправить ночевать тебя в темницу, — шептала она.

— Я замёрз, но дверь веранды не запирается, а одеяла в шкафу нет, — вспомнил парень.

Селестия медленно моргнула.

— Нет одеяла? Ох, эта служанка, забыла его принести. Извини, что так получилось, — сказала аликорн, продолжая лежать на месте и смотреть на Эдика.

— Да ничего, помёрзну одну ночь, — занервничал парень и собрался уходить.

— Постой, — приподнялась принцесса.

Её глаза были более широко открыты, а грива начала извиваться чаще. Эдик обернулся.

— Мне так неудобно перед тобой, я всегда с гостями обращалась почтительно. Возможно сейчас я поступлю невежественно, но.... предлагаю тебе разделить этой ночью ложе со мной. В смысле... ложись на другом конце кровати, но не приближайся ко мне, — добрым голосом предложила принцесса.

Эдик не ожидал от неё такой щедрости, или как она выразилась, "невежества", хотя понимал, что в данной ситуации это было лучшим решением. Парень обошёл кровать и, поблагодарив правительницу, забрался под тёплое одеяло. Ногами он ощутил королевский хвост...

— Я же сказала, не приближайся, — не поворачиваясь к нему, строго повторила аликорн.

Эдик отодвинулся поближе к краю кровати. Лежать в королевской постели с принцессой пришельцев? О таком он даже думать не мог. Он уже представил, как рассказывает об этом Грише, а тот отмахивается, мол "не верю". А тут принцесса такая подходит и говорит: "да, это правда, мы лежали под одним одеялом".

"Хрр..." — захрапел парень.

* * *

"Кхм-кхм" — Эдик проснулся от кашля.

Приоткрыв левый глаз, он... ничего не увидел.

Во рту был странный привкус ванили. Парень протянул к лицу руку и сразу догадался в чём дело. Он медленно убрал обслюнявленные волосы принцессы как от лица, так и изо рта.

"Хоть не линяет" — мысленно обрадовался он, не ощущая во рту оставшихся волос.

Принцесса лежала к нему мордашкой и тихо сопела. За спиной парня сразу был конец кровати... Он понял, что аликорн "перекатилась" к нему, зажала в "угол", видимо забыв о его присутствии в королевской постели. Но это было ещё не всё. Парень ощутил на себе пернатую тяжесть. В буквальном смысле. Приподняв одеяло, он заметил, как на нём лежит расправленное крыло аликорна. От такого у него даже мурашки по коже пробежали. Принцесса точно забыла о его присутствии... или не забывала вообще?

Эдик попытался убрать с себя крыло, но из-за перьев, которые застревали под одеялом, это не представлялось возможным. Принцесса же спала сном наивной поняшки, не замечая телодвижений человека.

Видимо он всё же побеспокоил принцессу, раз она ещё ближе пододвинулась к нему, даже не открывая глаз. Эдик отчётливо ощущал тепло, шедшее от её тела и от одного упирающегося в его живот, копыта. Тогда он решил перебраться на другую сторону кровати. Парень приложил усилие и начал отодвигать крыло, тем самым прижимая его к телу аликорна. Хруст. В руке Эдика оказалось сломанное пёрышко... Нервно сглотнув, он продолжил действия, пока наконец не освободился от крыла. Затем, вместо того что бы встать с кровати, обойти и лечь на другой стороне, он решил сократить путь — перелезть через Селестию. Былая тяга к экстриму вновь забурлила в его венах. Он приподнял одеяло, встал на четвереньки над принцессой и...

— Эдик? — сонно прошептала Селестия, приоткрыв один глаз и медленно повернувшись на спину, поравнялась с ним животом.

Эдика хватил Кондратий. Её передние копыта чуть ли не обнимали его шею и находились в полусогнутом положении. Задние ноги касались боков его ног. Он ощутил её учащённое дыхание, как часто поднимается и опускается грудь...

— Нет, я тебе снюсь, — прошептал Эдик, ощущая пот на лбу.

— Ты? Мне? Луне расскажу, вот не поверит... мням, — улыбнувшись, причмокнула принцесса и снова заснула, повернувшись на тот же бок.

Даже самый могущественный сонный интеллект возможно обмануть, в этом сейчас и убедился парень, заканчивая свою рокировку и с облегчением ложась на просторный край кровати. Не прошло и минуты, как принцесса повернулась обратно и снова прижалась к парню.

— Да чтоб тебя! — тихо прошептал Эдик, опять ощущая, как его обнимает королевское крыло, а ванильные волосы вновь щекочут лицо, так и норовя залезть в рот.

## ГЛАВА 8 «Игра на струнах» 18+

Экспериментальная глава, содержит взрослый контент. Для прочтения не обязательна.

ГЛАВА 8 «Игра на струнах»

В очередной раз убирая изо рта клок волос, Эдик попытался выплюнуть застрявший волос. И выплюнул. Прямо на носик принцессы. Ему несказанно повезло, что она ещё не проснулась. Парень лежал на самом краю кровати, дальше двигаться было некуда. Принцесса всю ночь неосознанно (или осознанно?) напирала на него. Её живот плотно прижимался к его животу, задняя правая нога перевалилась через его ноги, крыло по-прежнему обнимало тело, а мордашка чуть ли не тыкалась в его лицо. С одной стороны парня забавляла ситуация, но с другой он предполагал насколько же принцесса одинока, раз даже сквозь сон так жаждала прижаться к другому существу.

Эдик осторожно поправил королевское копыто, которое начало упираться не туда, куда следует. Её передняя нога была удивительно послушной, так что парень без труда убрал её повыше, в очередной раз выплёвывая изо рта волосы. Его правая рука застряла под боком принцессы и затекла так не слабо. Удивительно, но ему было приятно лежать рядом с этим волшебным созданием. От неё приятно пахло, принцесса была довольно нежной на ощупь. Нахождение рядом с ней было выше всякого уюта. Странное, запретное… неправильное удовольствие.

Парень осторожно убрал свои ноги из-под её перекинутой задней ноги, при этом едва не упав с кровати. Затем он попытался освободить из-под бока вытянутую руку. Почти получилось. Почти. Рука выбралась, но тут же угодила в новую ловушку — принцесса обняла её задними ногами и довольно тесно прижала к себе. Эдик ощутил всю мягкость её тела…

Холодный пот уже ручьями с него стекал. Проснулся называется… «Доброе утро!». Эдик немного подёргал руку, намереваясь её освободить. От толчков всё тело принцессы немного дёргалось, но она продолжала спать, лишь дыша чуть громче. Тут он заметил странную подвижную тень. С огромным трудом он обернулся и увидел за окном летающую младшую сестру Селестии. Ту буквально перекосило от столь тесных объятий, ритмичных действий парня и принцессы. Она даже на миг равновесие потеряла и едва ну свалилась вниз. Эдик махнул ей свободной рукой, мол не мешай и без тебя тут тошно. Луна с офигевшей мордой задом улетела куда-то в сторону. Судя по характерному звуку, её летающий круп с чем-то столкнулся, но увы, преграды не было видно, как и самой Луны.

Эдик снова повернулся к спящей принцессе. Солнечные лучи медленно подбирались к её глазам, так и норовя вот-вот разбудить принцессу. Солнечные лучи? Она проспала подъём солнца и за неё это сделала Луна? Неудивительно, что она прилетела на разборки. Да, сладко же спалось аликорну прошлой ночью.

Эдик опять попытался освободить застрявшую руку и легонько дёрнул. Судя по сонному стону принцессы, он понял, что «таких» движений лучше избегать. Аликорн зажала его руку ещё сильнее…

Эдик испытал к ней неправильное влечение, что совсем расшатало его нервы. Свободной рукой он попытался раздвинуть ей ноги, освободить зажатую конечность, но те почему-то были сильно напряжены, так что у парня ничего не вышло. Луч солнца уже коснулся подушки и медленно полз к мордашке аликорна. Времени в обрез. Если она узнает, где находится рука парня, то Эдик боялся, что просто лишится своей руки… а может и не только руки.

Он снова дёрнул руку, от чего раздалось приглушённое хлюпанье. Принцесса часто задышала, даже пошевелила передними копытами. Её щёчки покрылись румянцем. Судя по её виду, ещё одно неосторожное движение и она проснётся раньше, чем до её глаз доберётся солнечный луч. Парень не знал, что его больше пугает — вероятность пробуждения принцессы или то, что происходит там, под одеялом. Из за оттёка, рука ощущала лишь мягкость её тела, то ли живота, то ли внутренней части бедра. Эдику было трудно понять, он лишь примерно понимал физиологию аликорнов. Он рефлекторно пошевелил пальцами, словно играл на струнах гитары, дабы проверить насколько сильно всё затекло и только после этого он чуть получше узнал физиологию волшебной особы… Селестия издала громкий стон и поелозила задними ногами. Запах ванили усилился… В этот момент парень сам себе не завидовал, понимая на каких «струнах» он только что сыграл сонату.

Не желая становиться калекой или провести остаток дней за решёткой, парень прибавил усилий и начал медленно выводить из её тугих объятий затёкшую руку, которая уже практически ничего не чувствовала, хотя он примерно догадывался, в каких местах она скользила. Первая попытка провалилась, тиски её бёдер сжались ещё сильнее и немного задрожали. Принцесса издала тихий полусонный вздох, после чего рука стала скользить гораздо легче, пока в конце концов не выбралась из её горячих оков. Селестия не проснулась. Глядя на влажную руку и на тихо стонущую принцессу, он понял, почему так легко освободился из её тисков и что вообще наделал.

Тем временем луч солнца добрался до её глаз. Эдик приподнял одеяло, дабы посмотреть на свою освободившуюся руку. Тут интуиция подсказала ему, что что-то не так. Он повернул голову к мордашке принцессы. Её глаза были широко открыты, зрачки сужены, щёки до сих пор были покрыты румянцем, а ротик забавно исказился в неловкости. Парень вытер об внутреннюю часть одеяла руку и вытащил её наружу. В этот момент у него вся жизнь пробежала перед глазами.

— Почему ты прижимаешься ко мне? — дрожащим голосом спросила Селестия.

— Кхм… не совсем я, — поправил Эдик.

Принцесса бегло оценила ситуацию и чуточку отодвинулась, понимая, что это человек лежит в её объятиях. Затем, она посмотрела на его руку, которую недавно обнимала бёдрами, но ничего об этом не помнила. Пошмыгав носиком, она испугалась ещё больше.

— Этот запах… что ты делал со мной? — прошептала принцесса.

Эдик едва не заорал и с трудом поборол желание выпрыгнуть в окно.

— Ничего! Вы лежали на моей руке почти всю ночь, а я… а я не хотел вас беспокоить и… терпел… да, терпел! Смотрите как её отлежали, — Эдик помахал перед носом принцессы рукой, как та следила за ней взглядом и нюхала её.

— Я… это странно. Прости, ты мог бы разбудить меня, дабы я не мешала твоему сну. Ой! — глаза аликорна сузились ещё больше.

— Что-то не так? — Эдик прикинулся невинной овечкой.

Принцесса явно перебирала передним копытом под одеялом.

— У тебя вспотела рука? — совсем раскрасневшись, спросила она, видимо наткнувшись на найденную неожиданность.

— Да… нет… не знаю, — нервничал человек.

— Я точно лежала именно на руке? — неловко улыбнулась принцесса.

Эдик снова посмотрел на свою конечность, которая всё ещё была немного липкая.

— Да-да! — басистым голосом подтвердил парень.

Принцесса отползла на другой конец кровати, слезла на пол и встала на ноги. От её телодвижения одеяло немного съехало.

— Нет, не надо, — протараторила аликорн, не позволяя Эдику поднимать одеяло.

Парень прекратил.

— Я сейчас вернусь. Постель я сама… да сама заправлю! Я быстро! — Селестия направилась к выходу из спальни, плотно прижимая свой пышный хвост к крупу и постоянно оглядываясь на Эдика. Её походка была неуверенной, шустрой и очень сдержанной.

— Ой, солнце надо ещё поднять! — бормотала правительница.

Парень покашлял и рукой указал в окно. Принцесса прикусила нижнюю губу и улыбнулась. Как только Селестия ушла, Эдуард всё же приподнял одеяло и взглянул на простыню.

— Ох ты же ё! — воскликнул он, наблюдая «мокрую» картину, которая охватила внушительную часть простыни рядом с самим парнем.

* * *

Через несколько минут принцесса вернулась, закрывая половину мордашки своей магической гривой. Вид у неё был ухоженный, лишь королевских атрибутов не было на теле. Эдик стоял у тумбочки, рассматривал в руках корону правительницы.

— А, эм… доброе утро! Я тоже пойду помою… умоюсь, — указал он на руку, с остатками липкой ванильной жидкости.

Судя по виду принцессы, она готова была сквозь пол провалиться.

— Эдик, подожди, — попросила она.

Парень сел на край кровати.

— Я знаю что ты всё прекрасно понял, ведь верно? — тихо спросила она.

— Вы о чём? О моей вспотевшей руке? — посмеялся Эдик.

— Ты плохо лжёшь, человек, — строго произнесла принцесса, после чего смех парня резко прекратился.

— Да, я всё понял, — покряхтев, согласился гость.

— Я не знаю, что на меня нашло… я прижалась к тебе, легла на руку. Я просто забыла, что ты в кровати, да! Забыла! Обычно я контролирую, сдерживаю свои природные позывы. Подобного со мной не было очень давно. Не знаю, может мне сон приснился, может просто от того, что я долго не занималась… ну, не занималась, ты понимаешь, о чём я. Мне так стыдно что «это» произошло рядом с тобой. Я сквозь сон ощущала что-то странное… у себя внизу, но мне было так хорошо, что просто… я не знаю… Ох, прости, я такие глупости несу, словно маленькая кобылка, — глупо хихикала принцесса.

Эдику стало легче, ведь принцесса не полностью узнала правду о том, что с ней случилось. Что Эдик буквально не просто спровоцировал, а приложил прямые усилия, из-за которых всю простынь, да одеяло и возможно матрас, придётся менять.

— Селестия, давно у вас не было партнёра? — прямо спросил парень.

— Что? О чём ты, смертный? — аликорн отвела взгляд в сторону, села на круп и передними ногами начала нервно перебирать гриву.

— Ну, раз я в это уже вляпался, то уж откройте тайну, — усмехнулся Эдик, указывая ей на свою руку.

— Достаточно давно, раз этой ночью я получила такое блаженство! — крикнула аликорн и добавила: — ой!

Тут неловко стало парню, видя как принцесса совсем растерялась, а он тут со своим любопытством к ней пристаёт.

— И вообще, тебе какое дело, человек? С кем… не бывает? Ну приснился наверное мне необычный сон, ну поелозила я немного бёдрами… Всё, хватит! Не вынуждай меня об этом говорить! Я ещё раз прошу прощения за то, через что тебе пришлось пройти, я знаю, для тебя это ужасно мерзко и неприятно. Просто… извини! Я… не хочу это обсуждать! — нервно говорила принцесса.

Эдик заметил, как аликорн всеми силами пытается прикрыть своё «заветное» место, а дыхание участилось явно не от нервов. Подобные темы бесед определённо оказывали на неё возбуждающий эффект. Понимая что кобылица скоро со стыда провалится, парень всё же решил пойти на уступки, тем самым подавляя в себе, как он считал, нездоровое любопытство.

— Вы не подумайте, что я испытываю к вам отвращение. Скорее, у меня… научный интерес к другому виду и всё. Простите за столь глупые вопросы, — извинился парень.

Аликорн немного успокоилась.

— Я думаю, не стоит напоминать, что никто не должен узнать об этом, ясно? Не должен знать, что ты даже ночевал в моей кровати! Особенно не говори Луне! — настаивала Селестия.

Эдик покосился на окно, где некоторое время назад парила одна синяя фигура.

— Да… да, я никому не скажу! Молчок! — дёргая глазом, подтвердил парень.

— А теперь ступай, мне нужно уединиться… в смысле, побыть одной! В общем, пошёл вон! — орала правительница.

— А куда мне идти? — спроси парень, направляясь к выходу.

— Я тебе сейчас скажу, куда! Иди… иди куда хочешь! — сдержано произнесла принцесса.

— А как же помощь Земле? — напомнил парень.

— Я потом тебя найду. Ох, что за семейка! То Гриша, то этот, — аликорн помахала ему копытом, мол вали уже отсюда.

Едва парень вышел из комнаты, как за ним тут же захлопнулась дверь, находящаяся под явным магическим воздействием.

— Ух! Очешуеть – не встать! — произнёс парень, переводя дух и бегло прокручивая в голове недавние события.

## ГЛАВА 9 "Вернуться в начало"

ГЛАВА 9 "Вернуться в начало"

— Твайлайт, давай поговорим, — парень мчался за единорожкой, которая забежала на край небольшого речного обрыва. — У нас всё получится, Селестия нам не указ, — догнал он пони.

Слабое течение реки уносило опавшие листики куда-то вдаль, а прохладный ветер напоминал о пришедшей осенней поре. Грива и хвост волшебницы развевались, синхронно колыхались от бьющего в мордочку ветра.

— Я же сказала тебе, от неё зависит то, как нас будет принимать народ! Без её согласия наш брак ни в одном городе не одобрят, а это значит, что пони никогда нас не примут как пару! — обернулась фиолетка.

— Я поговорю с ней, — резко сказал Артур, прикрывая рукой лицо, в которое летела пыль.

— Ты уже поговорил, — отвернулась Твайлайт. — Но я всё равно тебя люблю, — добавила она расстроенным голосом.

Большего Артуру и не надо было. Ветер неожиданно утих, словно его остановил угасающий конфликт между влюблёнными. Видя кобылку, Артур понял, что она хотела побыть одна. Он прожил с ней достаточно долго, дабы успеть узнать её, научиться понимать малейшие тонкости. Быстрым шагом, он направился домой.

* * *

Грациозно шагая по ковру тронного зала, принцесса даже не заметила как бесшумно к ней подкралась её младшая сестра.

— Сели, как настроение? — спросила она.

Правительница сбавила темп и, вполоборота улыбнувшись Луне, дошла до своего трона.

— Знаешь, просто чудесное, — довольно произнесла аликорн, закидывая свой королевский круп на трон.

— Я вижу, ты хорошо выспалась, — хихикнула младшая.

— Прости, я не подняла солнце. Просто... сон снился хороший. Каюсь, виновата, — с тем же довольным тоном сказала Селестия.

Луна села на соседний трон.

— Представляю, как хорошо тебе было во сне, — подкалывала синяя.

— Да, я выспалась... Луна! Фу! Мне "такие" сны не снятся, — возразила могущественная.

Луна снова похихикала.

— Они снятся всем, будто я не заглядывала, — рассмеялась младшая принцесса.

Селестия старалась всячески скрыть своё смущение.

— Когда ты заглядывала? — из-под бока спросила светлая.

Луна повернулась к сестре так, что одна из её задних ног забавно свисла с трона.

— Я давно не заглядывала в твои сны, Сели, — улыбаясь, произнесла она.

— Давно — это как? — настороженно расспрашивала правительница.

— Ну не знаю... может сто лет, может год, может одну ночь, — Луна вытянула губки и посмотрела на потолок.

Правительница занервничала ещё больше.

— Лучик мой ночной, ты же знаешь, я не люблю загадки, — нервно сказала светлая, теребя кончик гривы.

— Да не переживай, не видела я твоих вчерашних снов, — смеялась синяя.

Селестия облегчённо вздохнула. Но Луна почему-то коварно улыбалась.

— Не обязательно заходить в сон, чтобы знать о твоих шаловливых делишках с Эдиком, — хихикала синяя, пребывая в некоем восторге.

Селестия чуть гриву себе не оторвала.

— Этот подлец проболтался? Всё рассказал? — возмутилась правительница, начиная придумывать для него достойное наказание.

— Я даже не говорила с ним. Я просто... видела, — закраснела Луна.

— Что видела? В смысле видела? Луна... Так ничего же не было! — заговаривалась Селестия.

— Значит, тебе развлекаться с человеком можно, а Твайлайт нельзя? — строго спросила Луна, но с улыбкой.

— Ты про ту маленькую неловкость, что я оставила на простыне? Это было во сне, Эдик тут не при чём. Мне очень стыдно, что ему пришлось через такое пройти, — вздохнула старшая.

— Стыдно? По-моему ему было очень хорошо, как и тебе, когда вы... занимались шалостью, — косо улыбнулась синяя.

— Ничего такого не было! Не впутывай сюда Эдика! — отмахнулась Селестия.

— Ох, сестра, кого ты обманываешь? Меня? — принцесса ночи начала уставать от упрямства сестры.

— Я правду говорю, ты же знаешь, — Селестия посмотрела в глаза Луне.

Младшая кобылка пристально всмотрелась в глаза сестры.

— Как всё запутанно... Эдик ещё тот проказник, такого я ещё не видела! — Луна рассмеялась так сильно, что буквально свалилась с трона.

— Что смешного? — буркнула Селестия.

Луна рассмеялась ещё больше. Правительнице потребовалось время, пока её неугомонная сестра не утихомирилась.

— В целях безопасности Эдика мне лучше промолчать, знаю. Но если скажу... может, ты пересмотришь союз между Твайлайт и Артуром, — лежа на спинке вверх копытами, говорила Луна. — Позволь, я покажу тебе, — кобылка резво встала на ноги и подошла к сестре.

Луна коснулась своим рогам её рога и запустила одно хитрое магическое заклинание, благодаря которому Селестия смогла увидеть тот самый утренний фрагмент из недавнего прошлого, в котором побывала Луна. Она показала момент, когда Эдик пытался извлечь свою руку из её заветного места, но со стороны это выглядело совершенно иначе. Через минуту Луна прервала связь и, прикусив нижнюю губу, с предвкушением отошла в сторону.

— Стража! Приведите этого человека ко мне! Срочно! — разоралась правительница и запыхтела так, что весь трон задрожал.

* * *

В старом заброшенном сарае близ не менее заброшенной мельницы несколько персон готовили сложнейший магический ритуал. Кроме них, рядом не было ни единой души, что создавало прекрасные условия для их работы. Гриша заканчивал последнюю прорисовку древних рун, Рэйнбоу расставляла свечи в тех местах, где ей велела Призрачная Пони. На всё ушло больше часа.

— Никогда не видела такой магии, — сказала Рэйнбоу, начиная зажигать расставленные свечи.

Кобылица воздержалась от комментариев. Цокая по гнилому деревянному полу, она подошла к Грише.

— Ты неправильно нарисовал знак абу-риндум, более тонкие линии нужны, переделай, — командовала она.

Гриша снова сверился с наброском, который любезно подготовила для него Призрачная Пони и исправил символ.

— Вроде бы всё, — встал он с колен.

Парень весь измазюкался в белом и чёрном меле, что ему совсем не нравилось. Кобылица по несколько раз осмотрела каждую руну, проверила все ли свечи горят.

— Да, всё. Надеюсь, сработает, — вздохнула она.

— Надеетесь? — переспросила Рэйнбоу.

— Я же сказала что утратила большую часть знаний. Это заклинание я придумала только сегодня. В теории оно работает, — пояснила она.

— Вы сами придумали магию? Всего за несколько часов? — удивился техник.

— Начинаем, — сказала она, проигнорировав вопросы человека. — Гриша, коснись рукой руны араинра, — приказала кобылица.

Парень забегал глазами, пытаясь найти тот символ, о котором говорит кобылица.

— Ох, да вот он, — Призрачная Пони указала ему на руну, что была прямо перед его носом.

Тот довольно кивнул и положил ладонь на символ. То, что ничего не произошло, его сильно удивило. Он приподнял руку и хотел было повторить, но кобылица запретила ему это делать.

— Получилось, — сказала она.

Рэйнбоу осмотрелась и непонимающим взглядом посмотрела то на парня, то на светлую особу. Внезапно дверь сарая открылась. В помещение вошёл ошарашенный Артур. Он споткнулся об какую-то неровность пола и, едва не упав, ухватился за одну из опорных балок.

— Что я тут делаю? Я шёл домой, открываю дверь библиотеки, а тут заседание сектантов! Гриш, Рэйнбоу! — возмущался он, с ужасом наблюдая готическую обстановку сарая.

— Я призвала тебя, — выступила кобылица.

— Что? А ты ещё кто? — Артур неуверенно отпустил балку.

— Ты зовёшь меня Призрачная Пони, — представилась она.

— А просто позвать, найти, не судьба? — воскликнул парень, понимая что его планы по связи с Селестией невольно откладываются.

— У нас не так много времени. Иерихон скоро поймёт, что оковы его пали и тогда ничто не остановит его от разрушений многих миров. Я должна восстановить барьер, но для этого мне нужно вернуть силу... вспомнить, кто я есть, ибо прошлое моё сильно смазано. Гриша, Артур, Рэйнбоу, приготовьтесь активировать руны, — говорила кобылица.

— Какие? — Гриша бегал взглядом по сотне рун, покрывающие все стены и пол сарая.

— Вы сами поймёте, — кобылица подошла к одной из свечей.

Она три раза обошла её и неожиданно хорошенько приложила к ней копыто, от чего та не просто потухла. а превратилась в лепёшку. В этот момент по полу пошла небольшая вибрация. Несколько рун начали светиться бирюзовым светом. Кобылица строго посмотрела на своих помощников и те сразу поняли что от них требуется. Они приложили руки и копыта к светящимся символом, Призрачная Пони же начала что-то шептать на незнакомом языке. Вибрация усиливалась, с потолка осыпалась пыль. Сарай угрожающе дрожал, рискуя вот-вот обрушиться на головы чародеев и похоронить их заживо.

Через несколько секунд начала твориться настоящая мистика: крыша улетела куда-то вверх, вот только небо было совсем другим... полностью окутанное облаками с постоянными грозами. Затем стены просто упали в разные стороны, словно были декорациями к какому-то фильму. Рядом не было той старой мельницы. Вид совершенно преобразовался. Мёртвая земля с редкой растительностью, полуразрушенные здания, от которых мало что осталось.

Вибрация прекратилась. Кобылица молча сошла с деревянного пола бывшего сарая на твёрдую землю. Герои последовали за ней.

— Глазам своим не верю! — воскликнул Гриша.

— Неужели это...? — запнулся Артур.

Полная тишина, лишь ветер изредка был слышен, гуляющий среди древних развалин и играющий в ушах героев.

— Азгард. Запретное для всех место... но сегодня вам выпал редкий шанс побывать здесь. Об этом мечтали миллионы самых разных разумных существ. Сейчас же этот мир никому не нужен. Пошли и побыстрее. Я мало что помню, но даже без памяти о прошлом мне почему-то больно здесь находиться, а я должна быть сильна, — быстро пошла Призрачная Пони.

Артур помнил те времена, когда бывал в Азгарде. Даже разрушенные города казались ему чем-то бесподобным. Эта раса была определённо невероятно развита как психологически, так и технически, о чём подтверждали непонятные конструкции, работающие даже сквозь века.

— Куда мы идём? — поинтересовался техник.

Кобылица промолчала. Она уверенно шла по земле, хотя рядом не было каких-либо дорог. На пути часто попадались одинокие развалины, кратеры от взрывов. Где-то вдалеке Артур уловил контуры города и огромного пламени охватившего его. Он вспомнил то место, хоть и в прошлый раз видел его отдалённо. Артур представил ужас жителей города, когда они вот так вот начали гореть заживо...

Через час пути они всё же вышли на широкую каменную дорогу, покрытую трещинами и скудной растительностью. Один конец дороги вёл в крупный город, где виднелись огромные остатки величественных построек. Другой конец терялся на линии горизонта. К разочарованию парня, кобылица повела их как раз вникуда. Тем не менее, её походка была настолько уверенной, словно она точно знала куда идти. Хоть это она помнила, и то хорошо.

* * *

— Я больше не могу, нужен отдых, — пыхтел техник.

— Мы почти дошли, — коротко сказала Призрачная Пони.

— Почти? Да я конца дороги не вижу! — ворчал техник.

— Если хочешь, то оставайся. Потом не удивляйся тому, что ты потерялся, — монотонно говорила Призрачная Пони.

— У нас всего две ноги, войдите в положение! — Артур тоже шёл из последних сил, едва поспевая за кобылицей и Рэйнбоу.

Та же ничего не ответила, вынуждая парней продолжать идти. Через некоторое время кобылица всё же остановилась что несказанно обрадовало людей. Те, пользуясь моментом, устало повалились на землю. Рэйнбоу же недоумевала, понимая, что дорога продолжает идти прямо. Призрачная Пони недолго стояла на месте. Резко повернув вправо, она сошла с дороги и пошла куда-то в сторону.

— Мне кажется, она заблудилась, — техник с крайней неохотой поднялся на ноги, как и его друг Артур.

— Сейчас я её оседлаю и дело в шляпе, — пошутил Артур.

— Сейчас я скину тебя с обрыва и ты перестанешь ныть, — грубо сказала кобылица, явно услышав неуместную шутку.

— Заметь, в новом обличии она стала куда разговорчивее, — прошептал Артур.

Когда герои подошли к настоящему обрыву, Артур уже был не уверен, пошутила ли Призрачная Пони или нет.

— Я это уже видел, — нахмурился Гриша.

В широкой низине стоял огромных размеров замок, верхняя часть которого просто отсутствовала и лежала рядом, разбросанная на десятки огромных фрагментов. Из одного нижнего окна шёл дымок и сверкал яркий свет.

— Там кто-то есть? — спросила Рэйнбоу.

— Кроме нас на этой планете больше никого нет, — сухо пояснила кобылица.

На уцелевших куполах замка свисали флаги. Они были покрыты дырами и просто чудо, что спустя столько времени они уцелели. Сам замок не был похож как на эквестрийский, так и на земной. Ну просто огромное сооружение, преимущественно с острыми краями и квадратными формами. Выглядело солидно и строго.

— Нам нужно туда? — спросил Гриша.

— Верно. Мы должны попасть в эту цитадель. Вот не ожидала, что когда-нибудь вернусь в родной дом, — подтвердила Призрачная Пони.

## ГЛАВА 10 "Призрачная Пони"

ГЛАВА 10 "Призрачная Пони"

Парень толком позавтракать не успел, как его схватили стражники и буквально поволокли неизвестно куда.

— Эй, что происходит? — крикнул он.

Бравые гвардейцы промолчали на его выпад. Тогда Эдик попытался вырваться из небольшого конвоя, но единорог, идущий впереди, пресекал магически все его попытки к бегству. Очень скоро парня доставили в тронный зал и поставили на коленях перед Селестией.

— Сестра, ну зачем так грубо? — возмутилась Луна.

Селестия словно не слышала её слов. Она подошла к парню.

— Правда, что произошедшее утром не было случайностью? — спросила принцесса.

Эдик поднялся на ноги, принцесса не стала ему запрещать.

— Вы о чём? — испугался Эдуард.

— О том, что произошло утром в постели! Это ты со мною сделал? — крикнула аликорн.

— Вы же знаете что нет, — соврал Эдик.

Аликорн расправила крылья. Она явно была на взводе.

— Не смей лгать, человек! — крикнула она.

У парня комок в горле застрял.

— Простите меня Ваше Высочество, но я не специально! Моя рука застряла между ваших... там, внизу. Я просто хотел её освободить и не думал, что спровоцирую то, что с вами произошло, — тараторил парень.

— Врёшь! Ты грязный извращенец! Я пустила тебя в своё ложе, пригрела, а ты прелюбодействовал со мной, воспользовался моим спящим телом! — глаза аликорна начали искрить, не предвещая ничего хорошего.

— Селестия, прекрати! Он говорит правду, я чувствую! — заступилась Луна. — Он не врёт, — добавила она, встав рядом с парнем.

Правительница была в замешательстве, ярость начинала отступать так и не набрав критические обороты гнева.

— Я просто не могу поверить, что меня смог возбудить человек... это неправильно, — спокойным голосом говорила принцесса.

— Он самец и биологически мы практически одинаковы. Здесь нет ничего неправильного. У тебя была естественная реакция, сестра, — Луна пыталась оказать поддержку Селестии, видя как та тяжело воспринимает случившееся.

Правительница вернулась на трон. Она удивлялась сама себе, помнила то удовольствие, какое получила. Ей было стыдно, приятно, противно и даже страшно. Все чувства перепутались.

— Мне нужно всё обдумать, оставьте меня, — тихо произнесла светлая.

Эдик, не проронив ни слова, вышел из зала. Селестия посмотрела на Луну, которая шла навстречу своему трону.

— Сестра, ВСЕ оставьте меня одну, — уточнила аликорн.

Луна хотела было возразить, но поняла, что сестре необходимо самой разобраться в том хаосе мыслей, что не давали ей покоя. Она покорно покинула тронный зал.

* * *

С оврага спуститься было не так уж просто. Артур видел обходной путь, но до него было довольно далеко. Кобылица же не желала оттягивать. Ловко спрыгнув вниз, она быстро сбежала по склону и пробежав по равнине десяток метров, остановилась. Парни были поражены такому, ведь если бы она споткнулась, то переломала бы все кости, хотя чего ей бояться? Чего бояться бессмертной?

Рэйнбоу взлетела, обхватила Гришу ногами, и кряхтя, спустила его вниз, где после устало повалилась на землю. Но как спустилась... она сбросила бедолагу с небольшой высоты, не долетев всего три метра. Артур понял, что у пегаски уже не хватит сил так же спустить его тушу. Обрыв был довольно крутым поначалу, но потом склон уменьшался. Парень решил повторить трюк Призрачной Пони, которая терпеливо ждала его внизу. Он подошёл к самому краю, посмотрел вниз. Страх сильным пульсом отражался в его висках.

— Смелее, я подстрахую! — Гриша расправил руки, показывая, что готов его поймать, как только тот доберётся до равнины.

Артур набрался смелости и спрыгнул вниз. Пролетев метра три, он коснулся ногами пологого спуска, но вместо того чтобы побежать как Призрачная Пони, он потерял равновесие и кубарем покатился вниз. Благо обрыв был глиняный и на пути камней не попадалось.

— Ловлю! — неуверенно произнёс Гриша, как в ту же секунду Артур снёс своего друга. Те пролетели ещё несколько метров, пока оба не оказались на земле с многочисленными ушибами и царапинами.

— Спасибо, — пыхтел лаборант.

— Обращайся, — простонал техник.

— Спустились? Замечательно. Теперь пора идти дальше, — произнесла кобылица.

— Да вы издеваетесь! А вдруг я сломал чего? — возмутился Артур.

Но кобылица проигнорировав их, пошла себе дальше. Люди были вынуждены в очередной раз плестись за спешащей особой, стараясь не обращать внимания на ноющие тела.

* * *

Через час пути овраг остался далеко позади, перед героями же возник величественный замок, сделанный не из каменной породы, из которой обычно строят замки. Это был металлический, чёрный, матовый материал. Кобылица привела их ко входу. Она о чём-то задумалась, посмотрела на площадку, что была рядом с центральным входом, словно что-то вспомнила. На её вечно безэмоциональной мордашке проявилась кратковременная грусть.

— Вы не достойны ступать на порог моего дома... вы не представляете, какая это честь, — притормозив, сказала она и пошла дальше к широкой арке, в которой раньше были двери.

— Это мы-то не достойны? — усмехнулся Артур.

— Лучше молчи, — Гриша дал ему подзатыльник.

Герои прошли внутрь загадочного сооружения. Высокий потолок, колонны, плиточный, практически целый пол встретили их. Остальное было разрушено. Валялись фрагменты статуй, мебели, непонятных механизмов... Над потолком светил какой-то шар. Его свет был тусклый, но достаточный для освещения просторного помещения.

— Когда-то мой народ нашёл способ перемещения во времени, — кобылица начала о чём-то говорить ,пока герои поспевали за ней.

Под ногами Гриши что-то хрустнуло. Он посмотрел назад, ожидая увидеть ветку, но это была кость... Артур и Рэйнбоу тоже передёрнулись, но кобылица оставалась невозмутимой.

— Но мы так и не смогли им воспользоваться. Наша сила была слишком велика, и подобные перемещения могли бы нанести серьёзный вред любым мирам, — говорила Призрачная Пони.

Герои приблизились к огромной стене, которая по цвету отличалась от остальных стен. Стены также покрывал узор, по стилистике похожий на тот, которым был покрыт рог кобылицы. Она подошла к стене, точнее к небольшой площадке, имеющей кнопку похожую на подкову. Кобылица поставила на неё правое копыто. Стена начала вибрировать, узор засветился. Затем каждый узор отделился от другого и под металлический скрежет фрагменты стены постепенно разъехались в стороны. Кобылица продолжила путь, пока Артур удивлялся тому, что столь древние механизмы ещё способны работать.

— Мы так и не воспользовались этой технологией, но это не значит что её у нас больше нет. Вы воспользуетесь ею, ибо не сможете повлиять на прошлое, даже если захотите, — кобылица подошла к металлической сфере, просто висящей в воздухе.

В помещении больше ничего не было, только голые стены. Призрачная Пони с ностальгией смотрела на сферу, хотя практически не помнила для чего она была нужна.

— Зачем нам возвращаться в прошлое? Предотвратить гибель вашего мира? — предположил Артур.

— Нет, человек. Эту константу изменить уже нельзя, иначе все миры мигом погибнут. Да вы и не сможете. Я хочу, чтобы вы вернули мне память, — пояснила Призрачная Пони.

Кобылица наблюдала на сфере своё искажённое отражение. Из-за полумрака его практически не было видно.

— Каким... — начал Гриша, но кобылица его перебила.

— Я отправлю ваши разумы в прошлое. Одного существа недостаточно чтобы впитать такой объём информации, а три — в самый раз. Вы будете наблюдать ключевые моменты моей жизни. Через вас информация поступит ко мне в разум и как только я наберу достаточно сил, то смогу полностью восстановить свою память и вернуть мировой барьер защиты, — сказала кобылица.

— А потом вы вернёте мою дочь? — спросила Рэйнбоу.

— Да, — коротко подтвердила Призрачная Пони.

— Ну что, начнём, — Артур потёр руки.

— Подожди Артурыч, — Гриша подошёл к кобылице. — Ваша жизнь это большая тайна. Я хоть немного и узнал о вас, и то вы за это чуть на тот свет меня не отправили. Здесь нет подвоха? — насторожился Гриша.

— Я не причиню вам вреда, если ты на это намекаешь, — пояснила кобылица.

Гриша отошёл к Артуру. Призрачная пони же прикоснулась копытом к сфере. Потолок неожиданно начал светиться белым светом, словно в нём стояли десятки ламп дневного света. Из сферы же выдвинулся здоровенный пульт управления, похожий на Земной, только его кнопки были трёхмерными, сенсорными и витали около самого пульта. Кобылица быстро по ним перебирала правым копытом. Дверь за героями закрылась так же, как и открывалась, только в обратном порядке. Затем из сферы вышло три луча, которые ударили прямо в глаза героев. После этого появился четвёртый луч, охвативший голову Призрачной Пони.

— Смотрите внимательно, — произнесла она.

В этот момент герои испытали сильное головокружение. Они перестали ощущать свои руки, ноги. Вообще лишились чувств. Но вот перед глазами предстала совершенно новая картинка, от которой у любого может затаить дыхание.

* * *

Яркое голубое небо, на котором совершенно не было облаков. Удивительно, но не было и солнца, словно небо само по себе было источником мягкого света. Вон пролетел огромный. но удивительно красивый космический корабль... по крайней мере, это было на него похоже. Внизу по дороге ездили машины, управляемые местными жителями. некоторые из них имели четыре колеса, некоторые — два, даже были без колёс, которые просто летели над дорогой. В парке, что расположился у главной цитадели Азгарда, верх центральной башни которой терялся где-то в небе, гуляло множество жеребцов и кобыл. Они все имели по рогу и паре двойных крыльев. Внешне очень походили на аликорнов, только не имели меток, а рога были покрыты природным рельефным узором. Цветовые окрасы у них не особо различались: белые, серые, чёрные и промежуточные оттенки между ними. Не было цветных Азгардийцев, как пони, живущих в Эквестрии, но вот гривы у них всё же имели цветные оттенки, хоть и довольно тусклые. Гуляющие общались, смеялись — иными словами, радовались жизни.

В цитадели жизнь тоже била ключом. Велись непрерывные государственные дела, обсуждалась экономика и технологичные вопросы. Но всё это происходило где-то наверху башни, а внизу резво играли трое забавных жеребят. Они играли с игрушкой-роботом — летающий куб, который постоянно менял цвет. Каждый жеребёнок пытался внушить ему свой свет, как другой пытался проявить большую силу или отвлечь оппонента, тем самым перехватить инициативу по управлению цветом на себя. Они не дрались из-за такой конкурентной игры и не ссорились. Им было весело и даже очень.

— Боливар, Селена, Наина, пора обедать, — к ним подошла мама с бело-жёлтой гривой.

Жеребята тут же побежали на кухню, лишь Боливар дождался, пока все убегут, поменял несколько раз цвет куба и бросив его, тоже ушёл на кухню.

Жеребята сидели за круглым детским столиком, на котором лежали тарелки с вкусной растительной едой.

— Мам, там волос! — Наина извлекла из блюда длинный белый волос. — Селена, ты же тут блондинка, твоё? — поправляя свою бело-сиреневую гриву, Наина с улыбкой протянула волос светлогривой сестре.

— Сестричка, если я тоже найду в своей тарелке твой волос, то пеняй на себя, — усмехнулся вечный задира Боливар, косясь на смущённую Селену.

Селена была кобылкой тихой, скромной, в то время как Наина и Боливар были ещё теми непоседами и постоянно чудили всякие глупости как не разлей вода. То подшучивали над гостями цитадели, то подкрадывались по ночам к стражникам и пугали их до чёртиков резким появлением. По сути шутки были безобидными, но усталые от них Азгардийцы неоднократно жаловались их родителям на неподобающее поведение королевских отпрысков.

— Селена, тебе папа зовёт, — сказала мама.

Кобылка только доела кушанье, как тут же спрыгнула со стула и выбежала из кухни. Она без труда нашла комнату с большой металлической сферой, около которой стоял взрослый жеребец. Папа почти всё время проводил в этой комнате. Сфера была центром управления целого мира, даже процессами, протекающими в ядре планеты. Через сферу король видел, что происходит в мире, в каком состоянии экономика, есть ли внешние угрозы, какой уровень преступности, где засуха, чтобы запустить систему повышения влажности воздуха. Он мог контролировать буквально всё, из-за чего работа его была крайне сложной. Заметив дочку, он отошёл от машины и улыбнулся.

— Моя маленькая принцесса, проходи, — звал он жеребёнка к себе.

— Но ты никогда не разрешаешь приближаться к Истоку Контроля. — удивилась Селена.

— Сегодня можно, даже нужно, ведь я начну твоё обучение, — бодро произнёс он.

— Обучение? Ты выбираешь меня в качестве правящей принцессы? — Селена не знала, радоваться ей или пугаться.

Быть элитой в великой расе уже запредельная мечта каждого азгардийца, а входить в правление — об этом даже мечтать все боятся.

Исток Контроля — изобретение папы Селены. Король создал его пару тысяч лет назад во благо цивилизации. Тогда он даже королём не был, а обычным придворным техником. Но правление приметило в нём талант, благодаря чему он со временем дошёл до поста короля.

— Наина и Боливар обидятся, я не хочу, — переживала Селена.

— Ты всегда была очень эмоциональной девочкой. Но иногда эмоции нужно ставить на задний план, руководить страной можно только с хладнокровием, потому что даже наше общество не идеально. Хоть у нас и нет бедных и тяжелобольных, но зависть в сердцах некоторых побуждает азгардийца на плохие поступки, — сказал король.

Селена подошла к сфере, и та немного опустилась вниз, поравнявшись с её ростом.

— Загляни, — предложил жеребец.

Принцесса подошла ещё ближе и тут перед её глазами пронеслась масса картинок, причём самых разнообразных.

— Что ты видишь? — улыбаясь, спросил король.

— Я вижу всё... кто чем занимается, какая температура у Лирского моря. Я вижу планеты. Я захотела узнать их траекторию и мне показываются какие-то схемы, но я, если честно, ничего в них не поняла. Ещё я вижу цветных созданий, их очень много. Почему они не похожи на нас? Это те самые миры? — кобылка задавалась вопросами.

— Просто удивительно, что ты с первого раза смогла увидеть. Новичкам требуются месяцы для того, что бы хоть на минуту остановить одну из картинок. А те цветные создания... это пони. Те самые миры, о которых ты слышала, — говорил король.

— Это так красиво, как же можно отбросить свои эмоции? Такое удовольствие я ещё никогда не получала! — радовалась Селена.

— Ты со временем все научишься, ведь ты у меня талантливая девочка, — жеребец поцеловал дочку в лоб.

Маленькая азгардийка вся светилась от счастья.

— А теперь пошли, я покажу тебе, как мы возьмём ещё один обнаруженный мир пони под контроль, — король повёл Селену в другую комнату цитадели.

— Зачем их контролировать? — поинтересовалась кобылка.

Отец и дочь прошли несколько высоченных колон. Цокот копыт многократным эхом летал по просторному помещению.

— Селена, тут в двух словах не объяснишь. Ты прекрасно знаешь, что давным-давно мы обнаружили огромное число миров... практически одинаковых, но всё же разных. Мы назвали их альтернативными мирами, — начал король.

— Да, об этом знают все. Я забыла, как мы нашли эти миры? — спросила кобылка.

— Селена, как же можно забыть? Вроде девочка одарённая, а в школе учишься плохо. С помощью Кромаксов, использующих наше воображение для поиска других миров. С одними вселенными мы сотрудничаем, некоторые враждебно к нам относятся. Но однажды наши исследователи нашли серию миров с похожим на нас видом, именующим себя пони. Они живут очень мало и меньше по размеру, чем мы. Но удивительно, часть наших генов совпала! — восклицал король.

Миновав последние колонны, семья подошла к большим дверям.

— Они наши родственники? — спросила Селена.

— Верно доченька. Даже мы, хоть и считаем что постигли всё бытиё, так и не смогли найти тому объяснения. Они наши родственники, но та серия миров находится на границе вечной пустоты, а ты прекрасно знаешь, что в ней обитает, — король запустил механизм, открывающий двери.

— Монстры? Скрывающиеся преступники? — спрашивала кобылка.

— Правильно. Пони подвергались постоянным атакам с их стороны, причём веками! Несколько миров были порабощены. Мы просто не могли их бросить, оставить в беде. Тем не менее, дать им наши технологии мы тоже не могли, и как думаешь ,почему? — говорил король, провожая дочку в длинный коридор.

Кобылка задумалась.

— Они слишком слабо развиты и не смогли бы использовать наши технологии. Да и захватчики могли получить очень сильное оружие и использовать его против других миров, — предположила Селена.

— Ты очень умна, дочка. Я ни сколько не жалею, что выбрал именно тебя в правление. Всё верно говоришь. Не в силах больше видеть страдания пони, мы решили вмешаться, но иным способом. С помощью древнего артефакта Истока Забвения мы произвели ментальное наложение миров друг на друга. Ты знаешь что это? — спросил король.

— Если честно, то нет, — застеснялась Селена.

— Ну, разумеется не знаешь, я же говорю тебе о самых тайных знаниях, о которых вообще мало кто знает. Благодаря ментальному наложению, мы можем оказывать влияние сразу на все миры в одну секунду! Это технология совершенно новая, до неё мы просто старались сбивать корабли захватчиков, приближающиеся к планетам, но галактический конгломерат был против такого вмешательства, боясь, что мы проводим испытания и готовимся захватить весь мир, — посмеялся король.

— Мы хоть и одна из самых развитая цивилизаций во вселенной, но добрые же, — удивилась кобылка.

— Вот конгломерат нам не верит. Тогда мы решили отправить в те миры одного из наших представителей. Она установит на серии планет модули, питающие барьер, который защитит пони от вторжения извне. Но захватчики тоже не дураки, и дабы наш посланец не погиб при остановке очередного планетарного модуля, мы отправим её сразу на все планеты. Получится что-то вроде клонирования, но вот только на условиях, что она больше никогда не вернётся, ибо это будет несправедливо по отношению к другим её копиям... да и копий-то не будет, все оригиналы. И мы нашли такую азгардийку, снарядили самый лучший наш корабль. Она справится, — король подвёл дочку к ещё одним дверям и с помощью механизма открыл их.

В сферической комнате собралось много азгардийцев. В центре была круглая площадка, окружённая колоннами. Рядом с площадкой стояла кобылица с рыжими волосами и забавной прямой чёлкой. Завидев короля, все ему поклонились, и наступила полная тишина.

— Всё готово? — спросил он, осматривая помещение.

— Да, установка Храм Судьбы полностью готова к работе, — сказал техник.

— И так, Лорен, ты готова? — спросил король.

Кобылица молча кивнула.

— Хочу напомнить, что ты не обязана этого делать. Возврата в Азгард не будет, — говорил король, а кобылица всё кивала, соглашаясь с каждым его словом. — Тогда скажи мне, ты поняла своё задание? — добавил он.

Лорен встала на площадку.

— Я всё прекрасно поняла и делаю это ради любви к своему народу и любви к нашим дальним родственникам... пони. Они нуждаются в нашей помощи, а мы славимся тем, что не бросаем обездоленных на произвол судьбы. Мы поддерживаем мировую гармонию в нашей части вселенной, отчего все народы живут в мире и согласии. Пони тоже входят в нашу юрисдикцию, но из-за близкой границы их мира с Пустотой мы раньше не могли оказывать им постоянную поддержку. Теперь же, я готова защитить маленьких пони, дать им то, что они заслужили по праву — любовь и гармонию. В каждом альтернативном мире я подстроюсь под специфику местного ритма, установлю защитный модуль и запущу барьер. Я буду присматривать за ними, пока жизненные силы меня не покинут, но к тому времени, я уверена, они станут полностью автономны и мудры, — Лорен произнесла речь, после которой все дружно затопали передними копытами, тем самым посылая ей овации.

— Ты там поаккуратней, Лорен. Смотри не влюбись, а то мало ли насколько странные жеребята получатся, — пошутила её подружка.

— Они будут прекрасны, мы же родственники. Вообще я всегда хотела детей... двух или трёх девочек. Будут помогать мне править цивилизациями пони. Может, найду такого ухажёра, — посмеялась Лорен.

— Думаешь, там найдутся жеребцы, способные ублажить тебя? — хихикала подружка.

— Маришка, хватит уже, веди себя культурно, — улыбнулся король, зная, что у неё язык без костей, и кобылица уже не первый раз заставляет краснеть всех вокруг. — Итак, Лорен. Хочешь сказать нам прощальное слово? — сказал король.

Рыженькая кобылица покряхтела.

— Я благодарна вам всем за такую прекрасную возможность принести мир и гармонию тем, кто в ней так нуждается. Знаете? Я счастлива, — улыбалась Лорен.

— В таком случае, мы будем помнить тебя вечно, я об этом позабочусь! Лорен, ты наш герой! Итак... опускайте Исток Забвения! — крикнул король.

Селена с интересом наблюдала, как с потолка медленно опускалась полупрозрачная подвижная сфера, похожая на желе. Через несколько секунд она коснулась рога Лорен и та исчезла в яркой вспышке света. Тишина. И тут все радостно затопали, кричали, хвалили друг друга. А кто-то скучал по той благородной рыжей кобылице, которая решила посвятить свою жизнь заботе о других, но родных для неё существах.

* * *

Шли годы, столетия. Жеребята выросли и стали вполне хоть и ещё молодыми, но взрослыми личностями. Гениальные техники Азгарда изобрели зеркала, позволяющие заглядывать в те самые альтернативные миры, тем самым наблюдая за успехами Лорен, а ей было чем гордиться. Система планет получила орбитальную защиту от вторжений, и пони наконец смогли облегчённо вздохнуть.

Селена стала полноправной правительницей нескольких крупных провинций, которые король ей любезно выделил. Кобылица была необычайно талантлива и за каких-то несколько тысяч лет продвинула науку ещё дальше, тем самым сделав Азгард самой развитой цивилизацией во вселенной. Вражеские миры уже давно отмахнулись от этой планеты, понимая, что нападать смысла просто нет, к тому же азгардийцы развивались ещё и магически. Их магия потрясала воображения, они могли творить настоящие чудеса. Они давно перестали использовать полезные ископаемые, добывая необходимые ресурсы буквально из воздуха. Многие миры желали купить технологии Азгарда, но те даже самыми простыми не желали делиться, ведь каждая мелочь, попавшая к агрессорам, могла стать грозным оружием, а такую ответственность, Азгард не хотел на себя брать. Тем не менее они всячески помогали цивилизациям в самых трудных временах, когда, например, гибли их миры или захватчики собирались устроить какой-нибудь геноцид.

Архитектура, общество азгардийцев были просто фантастическими, а красоты природы, парков и городов не имели себе равных. Иногда на планету пускали туристов из других миров и те с восхищением наблюдали за жизнью могущественной расы и благодарили Богов за то, что Азгард не был враждебным миром.

Но на самом деле, было не всё так радужно, как казалось, даже в прекрасной утопии было место черноте. Галактический конгломерат, включающий в себя сотни представителей наиболее развитых цивилизаций, в который, кстати, отказались входить Азгардийцы, дабы сохранить свою независимость. Конгломерат начал видеть в Азгарде потенциальную угрозу всему сущему. Он начал бояться такого невообразимого и продолжающегося развития мощнейшей цивилизации. Азгард отказывался делиться технологиями и прекращать своё развитие, какие бы придирки конгломерат им не доносил. Волнение нарастало, страх постепенно перерастал в ненависть и все разговоры мирового совета были в стиле "либо они нас, либо мы их". Азгарду завидовали, ого боялись и теперь — его ненавидели. Началась пропаганда среди народов, что азгардийцы крайне опасны, что они готовятся к захвату всей вселенной, что их стоит опасаться. Пропаганда подействовала, особенно на низшие цивилизации. Поток туристов в могущественный мир заметно сократился, многие миры перестали контачить с Азгардом. Король неоднократно пытался объяснить совету, что это всё ложь, что они никому не желают зла, но те просто не слушали.

Ситуация накалилась до такой степени, что несколько сотен развитых миров объединились в единый военный альянс, в том числе и некоторые враждебные цивилизации. Король понял, что назревает война. Азгард способен уничтожить один, два мира при необходимости, но не сотню, число которых стремительно возрастало.

И настал тот день, когда конгломерат набрал солидную силу и выдвинул ультиматум: либо король предоставит им технологии и обезоружится, либо мир будет захвачен или вовсе уничтожен. Никакие переговоры к положительному результату не привели... послы Азгарда просто не вернулись. Король не собирался сдаваться. Он понимал, что если совет заполучит то оружие, которым владел Азгард, то сразу же его уничтожит. Первым дело именно его уничтожит. Большая часть исследований шла в помощь обществу крупной планеты Азгарда, но не на вооружение. Азгардийцы считали, что обладают достаточной оборонительной силой, но видя врага, понимали, что этого недостаточно. Они интенсивно исследовали новые способы для атаки, обороны. Конгломерат это заметил и воспринял как начало агрессии со стороны могущественной расы. Союз альянса был настолько велик, что другие цивилизации, которые поддерживали Азгард, побоялись с ними связываться и не стали оказывать им поддержку. Назревала масштабная межгалактическая война между альянсом и Азгардом. Со стороны это выглядело, как сотня муравьёв собирается напасть на крупного жука. Силы были неравны, причём не в пользу древней цивилизации, и обе стороны это знали.

Началась война. Ближайшие к Азгарду мирные планеты были моментально уничтожены, альянс не щадил никого. Они через шпионов выяснили, что на планетах были модули барьера, защищающего Азгард, но те находились на этапе модернизации и щит был отключён всего на полчаса. Всего на тридцать минут! Кто-то жестоко слил информацию...

Оборонительная система великой расы делала своё дело — уничтожала врага ещё на этапе приближения, но и враг был не глуп. Он находил способы уничтожать орбитальные дальнобойные орудия, тем самым становясь всё ближе.

Несколько десятилетий шла непрерывная война, но лишь в глубинах космоса. Альянс всё никак не мог приблизиться к планете. Его останавливали всё новые оборонительные орудия, космический флот древней расы. Альянс нёс чудовищные потери, в то время как Азгардийцы практически не пострадали. Но однажды был обнаружен предатель, сливающий информацию врагу, но было слишком поздно — он успел улететь к Альянсу. Предателем оказался один из министров обороны. Но сбегая, он прихватил с собой информацию о вооружении Азгарда. Альянс получил прекрасную возможность уничтожить всю оборонительную сеть планеты, используя слабые места орбитальных орудий, и это начало ему удаваться.

На планете началась паника. Враг стремительно приближался, а времени на сборку новых орудий просто не оставалось. Цивилизация оказалась на грани гибели. Тогда король принял рискованное и последнее решение в своей жизни, дабы спасти народ от неминуемой смерти.

* * *

— Селена, Наина, Боливар. Нас никто не слышит? — обратился он к дочерям и сыну.

— Никто, — уверено произнёс жеребец.

Король убедился, что двери Храма Судьбы плотно закрыты.

— У нас осталось не так уж много времени. Возможно день или два... скоро Альянс будет здесь, и вы прекрасно знаете, что с нами будет, — вздохнул король.

— Но у нас есть мощная магия! Мы порвём их! — воскликнул Боливар.

— А сколько невинных азгардийцев погибнет? Мы тысячелетиями были мирной расой, не привыкли убивать. Все военные защищают орбиту, на планете лишь обычные жители! Это будет ужасно! — переживала Селена и тихонько заплакала, словно маленькая кобылка.

— Тише сестрёнка, мы всё преодолеем. Вместе, — её обняла Наина.

— Я рад, что вы поддерживаете другу друга. Что бы ни случилось, помните — семья важнее всего. А теперь к делу, — король указал им на Исток Забвения, парящий над круглой площадкой между колоннами.

— Я убрал у артефакта все защитные механизмы. Сейчас он в том состоянии... первозданном состоянии. Его сила велика, я бы сказал, безгранична, — жеребец повернулся к светловолосой кобылке. — Селена, я хочу, чтобы ты вошла и впитала в себя его силу. Ты талантлива, у тебя очень сильный разум, ты справишься. Впитай энергию и положи войне конец, — говорил король.

— Папочка, я боюсь! — испугалась Селена.

— Я не хочу подвергать тебя такой опасности и не в коем случае не заставляю. Я бы сам ступил бы в сферу, но я уже слишком стар и просто не выдержу, — говорил король.

— Отец, позволь мне вступить! — вышел вперёд Боливар.

— Нет, сын, ты не сможешь контролировать эту энергию! — крикнул король.

— А чем Селена лучше? Она ноет постоянно, а во мне есть боевой дух! Я не боюсь убивать врагов! Без обид, сестрёнка, — Боливар посмотрел на Селену.

— Она с детства одарена, обладает потрясающим разумом. Ты прекрасно слышал о таких детях, это большая редкость. Только она сможет выдержать в себе ту силу, что скрыта в Истоке. Только она не потеряет самообладание, — пояснил король.

Селена с ужасом смотрела на сферу.

— А если не получится? Вдруг я не выдержу, что тогда? — спросила кобылка.

Король подошёл к дочери, нагнулся и поцеловал её в лоб. как делал это раньше.

— Ты отойдёшь в иной мир... — прямо сказал он.

Селена побледнела от страха.

— Ох, отец, ну кого ты просишь! — Боливар разогнался и резко прыгнул в сферу.

— Сын, нет! — прокричал король, но было уже поздно.

Сфера полностью поглотила смелого жеребца и начала пульсировать, при этом меняя цвета. Через несколько секунд из неё вышел Боливар, но он несколько изменился... его глаза стали светить белым светом и вокруг тела витали белые загибающиеся лучи.

— Ух, ничего себе, брр! — вздрогнул Боливар.

— Сын, что же ты наделал! — ужаснулся король.

— А что? Я чувствую себя превосходно! Прекрасно! — радостно сказал Боливар.

Король с недоверием посмотрел на сына, но только успел открыть рот, как всё вокруг задрожало.

— Альянс тут, они прорвали оборону! — крикнул король, слыша приглушённые взрывы.

— Наина, Селена, бегите в восточную комнату, там безопасно. Боливар... настал твой час, спаси нас всех! — кричал король.

Селена и Наина выбежали из машины и помчались к другому концу зала.

— Селена! — кобылка услышала знакомый голос.

Её быстро нагнал высокий жеребец.

— Ты не пострадала? — сказал он, бежал рядом с ней.

— Нет, любимый. Иди с нами, мы бежим в укрытие, — пригласила кобылка.

Жеребец на ходу поцеловал возлюбленную и все трое забежали в восточную комнату, которая состояла из толстых металлических стен. Они закрыли за собой двери, но Селена тут же захотела выбежать наружу.

— Я не могу оставить брата и папу! — кричала она, когда жеребец её останавливал.

— Дай им сделать своё дело. Селена, ты слишком ранимая, тебе не стоит видеть то, что там сейчас начнётся, — заботилась Наина.

— Пустите меня! — сопротивлялась азгардийка.

— Тише моя Селия, — прошептал жеребец и вновь поцеловал кобылку.

Та успокоилась, перестала бороться, отвечая жеребцу поцелуем на поцелуй.

— Я так тебя люблю, — сказала Селена.

— Нет, это я тебя люблю. Безумно люблю, — улыбнулся жеребец.

Селена поняла, что тот потерял бдительность, скрипя зубами, она шустро обежала его, открыла дверь и помчалась наружу.

— Селена! — хором прокричали Наина и Корвин, и сразу же побежали за ней.

Светловолосая кобылка выбежала из цитадели и сразу же заметила папу и брата, которые стояли на небольшом пустыре. В небе маячили космические корабли, но не Азгардийские, а захватчиков. Шёл воздушный бой, где корабли древней расы терпели поражение и, разрываясь на части. падали на землю.

— Боливар, давай же! — кричал король, не замечая дочери.

Тем временем подоспели Наина и Корвин. Боливар ярко засветился и выпустил из рога ослепительный луч. От луча отошло ещё несколько лучей, которые буквально вдребезги разнесли флот врага. Основной луч же устремился далеко в космос. Через несколько секунд всё закончилось, наступила тишина. Селена была шокирована этим зрелищем, впрочем как и все остальные.

— Вау! Круто! Я разнёс всю их армию! Они поплатятся за содеянное, я уничтожу их всех! — посмеялся Боливар.

Его глаза стали чёрными, а вокруг тела витали чёрные полосы. Такая картина никому не понравилась.

— Довольно сын, война окончена. Они поняли свою ошибку и больше никогда на нас не нападут. Ты вернул нам мир, спас всех, — неуверенно говорил король.

— И что? Мы всё так и оставим? Отец, ты не прав. Они должны заплатить кровью за нападение! Я уничтожу их всех! Мы будем самой сильной расой в мире, и никто не посмеет нам указывать! Все будут жить по тем законам, которые поставим мы! — кричал жеребец.

— Боливар, не поддавайся злобе. Ты смелый, храбрый, но не захватчик. Энергия артефакта поглощает тебя, а должно быть наоборот. Борись! — говорил король.

Жеребец посмотрел на отца.

— Это я её контролирую! Я обладаю такой силой, которая даже не снилась тебе, старик! А теперь не мешай мне, я сделаю то, что должен! — жеребец засветил глазами.

Король подбежал к нему и толкнул в бок, от чего Боливар повалился на землю. Жеребец с яростью посмотрел на короля.

— Убирайся с дороги! — кричал сын.

— Не поддавайся злобе! Энергия убивает тебя, у тебя не получается её сдерживать и она ищет выход в виде негатива. Борись! — умолял король.

Ничего не говоря, жеребец поднялся на ноги и снова попытался сделать задуманное, как Король снова его толкнул и тот снова упал.

— Я предупреждал тебя, старик! — Боливар выпустил луч в короля и тот упал замертво.

— Папочка,- со слезами на глазах, Наина и Селена подбежали к бездыханному телу.

— Боливар, что ты натворил! — рыдала Селена.

— Он сам был виноват, — со злобой сказал жеребец.

Селена вскочила на ноги и, задыхаясь от всхлипов, начала колошматить копытами брата.

— Ты плохой, гад! Что ты натворил! Урод! — ревела она.

— Плаксивая дура! Тоже хочешь мне помешать? Ну держи тогда! — Боливар направил свой рог на перепуганную кобылку. Та побежала прочь и... услышала грохот падающего тела. Обернувшись, она увидела, как её возлюбленный неподвижно лежит на земле, видимо приняв удар Боливара на себя.

— Нееееет! — прокричала кобылка и повалилась на землю, захлёбываясь горькими слезами.

— Будет тебе уроком. Второй раз я не промахнусь, — усмехнулся Боливар, продолжала копить заряд и устремил рог в небо, намереваясь одним выстрелом уничтожить сотни миров.

Наина стояла в оцепенении. Она до сих пор не могла поверить, что король и Корвин мертвы. Селена ощущала в себе ни с чем несравнимую боль... Адские муки. Она готова была прыгнуть хоть с обрыва, лишь бы прекратить всё это. С обрыва... совсем отчаявшись, она встала на ноги, и смахивая слёзы побежала обратно в цитадель. Наина всё продолжала стоять неподвижно словно кукла. Её психика просто не могла справиться с увиденным...

Селена быстро добралась до машины Храма Судьбы и без всяких раздумий прыгнула в сферу. Всё её тело было пронизано жуткой болью. Кобылка надеялась, что не выдержит, умрёт и воссоединиться с ушедшей семьёй, но этого не случилось. Она вышла из сферы. её глаза светились белым и вокруг тела летали белые лучи. Понимая, что энергия скоро захочет выйти наружу, она хотела успеть остановить брата и покончить с собой, дабы не стать таким же как он.

Кобылка вернулась на ужасное место. Тела короля и возлюбленного продолжали лежать на земле, Наина стояла с остекленевшим взглядом.

— Сестра, — дрожащим голоском сказала Селена, подойдя к кобылке.

Та молчала, продолжая стоять на месте. Селена понимала, что разум сестры был невозвратно повреждён от ужаса, к которому она была не готова. Кобыла думала, что она сломается психологически. но никак не Наина. Прикинув свои новые силы, она с ужасом поняла, что помочь сестре уже невозможно... очередная порция боли захлестнула её душу, отчего бедняжка сама чуть не потеряла рассудок. Злоба переполняла её, она ощутила, как чернеют глаза, какая ярость в ней пробуждается.

— Боливар, я остановлю тебя! — прокричала она.

Жеребец повернулся к сестре.

— Оу, ты тоже немного изменилась? Постриглась? — посмеялся он.

Кобылка готова была уничтожить его, понимая, что её сил куда больше чем у него, и ввиду некоторых её особенностей, но в этот момент она вспомнила, что говорил ей папа. Что нужно беречь свою семью во что бы то не стало. Тут гнев начала отступать, и кобылка ощутила свет, шедший из неё. Чернота из глаз ушла, но и белый свет не вернулся. Он стал бирюзовый, что говорило о том, что Селена вошла в гармонию со своей новой энергией. Тем не менее, ярость в ней была, хоть кобылка и понимала, что перед ней стояла частичка его брата.

— Борись с внутренним злом, Боливар. Не дай ему погубить твою душу, — строго произнесла она.

— Дура! Ты такая наивная дура! Мне нравится, кем я стал! Я прогну под себя всю вселенную, я хочу... — не договорил он, как был отброшен в сторону её мощной магией.

Жеребец неуверенно поднялся на ноги и выпустил смертоносный луч в Селену. Она ощутила сильную боль, но душевная боль была куда сильнее, благодаря которой она смогла выстоять. Жеребец же был удивлён.

— Я даю тебе шанс! — властно произнесла она.

— Да пошла ты! — он выпустил в кобылицу ещё один луч и снова Селена ощутила ужасающую боль.

Но и этот удар она стойко выдержала, что ещё больше подпитало в ней злобу, вконец расшатав внутреннюю гармонию.

— Боливар, брат, мы же семья. Остановись, хватит смертей, — говорила она.

— Я только начал. Как же ты меня бесишь! — он выпустил в неё ещё один луч, но кобылка пресекла его ещё на середине.

— Я сильнее тебя и ты это знаешь. Хватит, позволь помочь тебе, — Селена сделала пару шагов ему навстречу.

— Мне не нужна помощь! Ты не сможешь меня остановить! — пыхтел он.

Жеребец понимал что находится в невыгодной ситуации, что Селена в любой миг может его убить. тогда он решил отвлечь её внимание и силы, лишь бы получить возможность самому её уничтожить и тем самым выжить. Он успел накопить часть заряда для уничтожения миров, его было недостаточно для этой цели. Боливар перенаправил энергию и выпустил её в землю. Всё задрожало, затряслось.

— Я уничтожу эту планету. Ну что сестрёнка, выбирай, я или Азгард? — посмеялся он.

Землетрясение усиливалось, слышались отдалённые взрывы, где взрывались различные техногенные установки. В небе показался огромный столб огня, где разрабатывалось новое оружие. Селена поняла, что они погибли мгновенно... Она хотела спасти остальное население, но тогда бы Боливар получил бы возможность сбежать, а если это случится, он уничтожит всю вселенную. Она не хотела убивать брата, не хотела терять Азгард...

"Семья превыше всего" — всё крутилось в её голове.

Тогда она посмотрела на Наину, на мордашке которой были грусть и непонимание. Затем на тела отца и любимого. После она посмотрела на брата.

— На что ты вынудил меня пойти, — дрожащими губами произнесла она и выпустила в брата сильнейший заряд энергии, но не смертельный для него... только для него. От такого "выстрела" произошла мощнейшая магическая волна, которая стремительно пошла по земной поверхности, несся смерть и разрушения. Боливар был изгнан в пустоту, но Селена не рассчитала время, не успела прервать волну, которая обрела чудовищные размеры и завершала проход по всей сфере планеты. Через несколько секунд наступила тишина. Отца, любимого и сестры рядом не было. На планете больше не было живых существ, кроме Селены. Волна нанесла ущерб всему, чего только коснулась. Города были разрушены, большая часть машин и кораблей уничтожена. Некоторые машины, части космических двигателей продолжали работать, но были уже бесполезны. За спиной кобылицы раздался грохот — верхняя часть цитадели рухнула на землю и разлетелась на части. Волна уничтожила и часть экосистемы планеты. из-за чего небо обильно окутали багровые облака с постоянными грозами. Стало мрачно, серо. Великая цивилизация Азгард была уничтожена за секунды той, кто когда-то правила, заботилась об одном из самых развитых и дружелюбных народов вселенной. Кобылица запуталась, она не знала, правильно ли поступила, уничтожив родной мир и заточив в Пустоте родного брата. Или нужно было его убить... убить дорогого ей брата! ...И остаток дней заботиться о сестре, потерявшей рассудок.

Эмоций не осталось. Вообще. Спалив планету, она сожгла и часть себя. Остались лишь равнодушие, хладнокровие и неутихающая боль в глубинах её бирюзовых глаз.

## ФИНАЛ

ФИНАЛ

Видения прекратились, Гриша, Рэйнбоу и Артур отошли от Истока Контроля и после этого сфера затихла, переставая выпускать световые лучи. Призрачная Пони уже стояла в своём истинном обличии. Бирюзовые глаза, рог, двойные крылья — она вернула свою сущность.

— Мне так жаль что вы через такое прошли, — посочувствовал Артур.

— Что было, то было... но прошлое навсегда останется для меня проклятием. Мировой барьер защиты восстановлен, благодарю вас, — без особого красноречия говорила кобылица.

— Получается, вы защищаете наши миры из-за того, что на планетах стоят модули барьера? — спросил Гриша.

— Модули вышли из строя более ста тысяч лет назад. Нет, человек, ты не прав, — отрицала Селена.

Рэйнбоу подошла поближе.

— Тогда какой у вас интерес? Модули не работают, эмоций у вас нет и вы не привязываетесь к другим существам... ну видимо кроме вашей дочери, Тии. Общения с пони вы не жаждите, избегаете нас. Поклонения не требуете, запрещаете о вас говорить... я только этого не поняла... этой загадки, — говорила пегаска.

Кобылица промолчала.

— Может она не такая уж и безэмоциональная? — предположил Артур.

— Вы сами всё видели... что сделала с ней энергия Истока Забвения, — Гриша косился на Селену.

Артур подошёл к кобылице и попытался дотронуться до её гривы, но та отступила на шаг назад. Призрачная Пони словно боялась прикосновений... или же боялась возвращения чувств, эмоций, что бы в разы усилило её душевную боль, ноющую уже много-много лет. На жест человека она не выказала какой-либо агрессии, возмущения. Её характер был непредсказуем, не читаем. Артур же искренне хотел ей помочь. Парень попытался дотронуться до её мордашки, но азгардийка снова отринула в сторону. Он видел в её бирюзовых глазах желание ощутить его прикосновение, кобылица явно боролась сама с собой.

— Помни, Селена, ты не одинока, — улыбнулся лаборант.

— Я не нуждаюсь в твоём сочувствии, — сухо ответила она, хотя глаза в очередной раз кричали обратное.

Артур хотел ещё ближе подойти к древнему созданию и в этот раз его остановил Гриша.

— Не надо, — техник схватил друга за предплечье.

— Если ты живёшь без эмоций, то как же ты заботишься о Тие? ребёнку нужна чувственная мать, — не угонимался Артур.

На мордашке Селены промелькнуло раздражение.

— Она вольно гулять по мирам, общаться с их обитателями и получать то, что де даю ей я. Я не позволю Тие стать такой же как я, никогда, — пояснила Призрачная Пони.

— Тия должна получать материнскую любовь. Она вас любит и даже очень. Приласкайте её, напомните что вы её мать... — не договорил Артур.

— Ты закончил, человек? — сердито спросила Селена, немного наклонив голову в бок.

— Я же говорю, не надо, — прошептала Гриша.

Артур отступил, видя что Селена закрылась в себе, привыкла жить во внутренней утопии. Ему было жалко Тию и он представлял насколько в этой семье холодные отношения. Ребёнок тонко чувствует эмоции матери, а если их нет, то что тогда?

— Кстати о детях... Селена, вы обещали вернуть мо дочурку, — вступила пегаска, причём довольно уверено.

Бирюзовый взгляд устремился на Рэйнбоу Дэш, от чего той явно поплохело.

— Не смотри ей в глаза, — посоветовал Гриша.

Пони сразу перекинул глаза на её ноги.

— Я не обещала её возвращать, но эту проблему решить нужно, — говорила кобылица.

— Нет вы её вернёте! Хоть вы и бесчувственная, холодная, чёрствая, но в отличии от вас, я безумно люблю дочь, хотя её даже в глаза не видела! — сорвавшись, кричала Рэйнбоу.

Мордашка Селены обрела черты злости, даже гнева.

— Ты что себе позволяешь, маленькая лошадка? Я могу хоть сейчас вас в порошок стереть и не ломать голову с вашими заботами! Прояви благодарность, — разозлилась Призрачная Пони.

— Благодарность? Это вы проявите благодарность! Мы вернули вам силы, память! Мы готовы сохранить ваш секрет и вы это тоже знаете! И кто кому благодарен? Дамочка, вы начинаете зазнаваться! — понесло пегаску.

— Рэйнбоу, тише, — занервничал техник.

— Ты мне ещё рот тут позатыкай! — сорванка крикнула на техника.

— Вы её простите, её порой... — не договорил Артур, обращаясь к Селене.

— Чего вы злитесь? Говорите что у вас эмоция не осталось? Значит, злоба есть? Вы настоящая эгоистка! — пыхтела пегаска.

Глаза Селены замерцали, из них посыпались искры и в этот момент она на миг их закрыла. После глубокого вздоха, она медленно подняла веки.

— Эта злоба уничтожила моего брата и она будет во мне всегда. Эта злоба дала мне силу уничтожить собственный народ, — кобылица вплотную подошла к пегаске. — Зло навечно поселилось во мне и не давай ему повод вырываться наружу, — прошептала она, отходя в сторону.

— Я немного перегнула палку, — истерично хихикнула Рэйнбоу.

— Я сделаю всё чтобы помочь твоей дочери.... но будь готова ко всему, ибо столь большая сила, управляемая юным разумом способна причинять страшный вред, чего я просто допустить не могу, а контроль над жеребёнком, я уже потеряла. Пришло время встретиться с ней, — рассуждала Селена.

— А какое у неё имя или это тоже тайна? — поинтересовался Гриша.

— У неё нет имени. Только родители имеют право его дать, таковы обычаи моего народа, — ответила кобылица.

* * *

Эдик уже час ждал Селестию. Не смотря на свой страх перед ней, он желал с ней поговорить... о возвращении домой, чего лишила его дочь его брата. Селестия опаздывала, может из-за неотложных дел, может ради того, чтобы просто психологически помучить парня, хотя второе врятли. Может Земные девушки и склонны к изысканным, жестоким мерам "наказания" как других девушек, так и неугодных им парней, но Селестия была совершенно другой.

После короткого стука, дверь в гостевую комнату открылась. Аликорн, во всей своей красе и грации, вошла в покои Эдуарда и закрыла за собой дверь.

— Конечно, проходите, — неуверенно одобрил человек, хотя сразу понял, что ей его одобрение было не нужно.

— Я не могу тебя вернуть, древняя магия до сих пор изолирует миры друг от друга. Но я работаю над этим, тебе придётся задержаться здесь, в Эквестрии, — принцесса собралась уходить.

— Подождите, Ваше Высочество, — попросил парень.

Селестия обернулась.

— Я хотел бы извиниться за то... что было в вашей кровати. Мне очень стыдно за содеянное, но я правда не специально довёл вас... кхм... доставил вам удовольствие, — говорил Эдик.

Аликорн села на круп. В её мордочке читалась обида, но и интерес начал проскакивать.

— Если желаешь говорить, то говори всю правду. Я не терплю когда мне врут. У тебя один шанс, — строго произнесла она.

Эдуард не хотел портить с принцессой отношения, да и куда хуже? Она его не знала, не заперла и даже не отказывает в возвращении домой.

— Вы действительно лежали на моей руке и она действительно случайно угодила вам между ног. Я не знаю почему, возможно я ненароком возбудил вас. но вы сжали мою руку так, что я просто не мог вырваться. Точнее, мог но тогда боялся вас разбудить... боялся того, что вы со мной сделаете. Глядя на ваше поведение, постоянные прижимания ко мне в течении ночи, я подумал что вы настолько одиноки, что нуждаетесь в обществе жеребца. Когда я пытался освободить руку, то видел как вам это нравится, доставляет удовольствие и мне самому это начало нравиться... в смысле наблюдать ваш... экстаз. Это противоестественно, я знаю, но когда заводятся два существа, то начинаешь думать не совсем головой... — неуверенно говорил Эдик.

— Ты тоже возбудился? — удивилась Селестия.

— Думаете, я шевелил рукой лишь бы поиздеваться над вами? Я же мужчина, а вы женщина, если можно так выразиться. Моя рука касалась вашего заветного места, ну какая ещё у меня будет реакция? — говорил Эдик.

— Отвращение хотя бы. Я же аликорн, — недоумевала принцесса.

— Да, но мы не так уж и различаемся... Брр, что я хочу сказать. Я немного потерял голову, хотя знал что если бы не спешил, то вы бы расслабились и я бы спокойно извлёк руку. Но понимаете... меня просто переклинило. Некий адреналин с наслаждением. Я прошу прощения за своё поведение, принцесса, — парень встал на колени, что ещё больше удивило Селестию.

— Я ожидала от тебя честности, но не такой подробной, — засмущалась принцесса.

— Всё как есть, Ваше Высочество, — Эдик продолжал стоять на коленях.

— Тогда и я должна поделиться с тобой. Ты, наверное, сочтёшь это глупым, но мне... понравилось. Я долго думал над этим, но отвращения не испытывала. Я представляла контакт человека и пони, аликорна чем-то мерзким. Но как только дошло до дела, то все мои представления перевернулись. Это очень странно, — задумалась Селестия.

— Это странно, я с вами согласен. Вам настолько не хватает ласки, что вы перестаёте обращать внимания на свои предрассудки. Тогда, утром, ваш сонный разум не ставил вам препятствий, благодаря чему вы получили то, что не испытывали очень давно, ведь верно? — человек встал с колен и медленно подошёл к принцессе.

— Не стану отрицать, — положительно ответила аликорн.

— А я начинаю понимать своего брата и его друга... в вас есть особая красота. То, что просто не возможно объяснить и это притягивает меня, словно магнит, — парень провёл рукой по её гриве.

Он вновь ощутил ту нежность волос принцессы, пропустил локоны меж пальцев, наблюдая как те ниспадают вниз. Селестия явно занервничала, но мешать парню не стала.

— Вам нельзя быть одинокой, это не правильно, — Эдик вновь встал на колени, проводя рукой по её боку, медленно гладя вниз по левой передней ноге.

Дойдя до копыта, он подвёл руку к её смущённой мордашке. Грива, закрывающая часть мордочки, с лёгкостью отошла в сторону. Убрав волосы, он нежно провёл по её белоснежной щеке, через короткую, практически незаметную шёрстку которой проступал нарастающий румянец. Аликорн медленно моргнула и тяжело выдохнула.

— Вы сами лишаете себя такого, — прошептала Эдик.

Он пододвинутся чуть вправо и погладил принцессу по спине, медленно проводя рукой до самого конца. Когда он дошёл до основания хвоста, Селестия едва заметно дёрнулась. Затем он провёл по метке, потёр её бедро и начал скользить вниз по ноге.

— Что ты делаешь? — неуверенно спросила Селестия.

— Вы прекрасно знаете что, — ответил человек.

— Ты снова потерял голову? — спросила принцесса.

— Потерял ещё тем утром, — Эдик снова дошёл до верхнего основания её хвоста, от чего принцесса дёрнулась чуть сильнее.

— Прекрати, — прошептала Селестия.

Рука парня соскользнула на живот, круговыми движениями поглаживая её грудь, которая шевелилась от частого дыхания создания. Он видел какое удовольствие получает Селестия, хоть и всячески старалась его скрыть. Его рука медленно направилась в сторону её живота и по мере движения, он ощущал как жар тела аликорна начинал улиливаться. Как только рука начала скрываться за ногой принцессы, та магически схватила его за руку и отошла в сторону, что несказанно удивило парня.

— Уходи, прошу, — борясь с возбуждением, нервно произнесла кобылица.

— Вы уверены? — спросил Эдик.

— Уходи или я применю силу, — Селестия отвернулась.

Эдик почувствовал себя глупцом и пожалел о том, что начал делать с принцессой. Чувствуя себя виноватым, он вышел из покоев принцессы.

* * *

-У вас будет лишь одна попытка, после чего я вступлю в дело, — сказала Селена.

Группа по-прежнему находилась в цитадели Азгарда.

— Я не позволю вам... — Рэйнбоу в очередной раз принялась защищать дочь.

— У тебя не будет выбора, — перебила кобылица. — Я нашла её, она на Земле и выстроила от меня неплохую защиту. Но её магия не так сильна как моя. Сейчас я перемещу жеребёнка сюда. Приготовьтесь, — Селена засветила глазами, а её рог покрылся светло-бирюзовой дымкой.

Раздался противный писк, вынудивший Артура и Гришу закрыть руками уши, как Рэйнбоу с трудом, но уверенно его терпела. Через несколько секунд рядом с ними возникла маленькая кобылка с разноцветной гривой. Она была напугана, не понимала что происходит. Завидев Селену, жеребёнок попыталась убежать, но та ей магически не позволила. Тогда ребёнок посмотрела на остальных гостей.

— Что происходит? — прокричала она.

— Успокойся дитя, я не желаю тебе зла и никогда не желала. Твоя изоляция была сделана ради тебя, ради того, чтобы ты смогла подготовиться со встречей с родителями, — говорила Призрачная Пони.

— Родителями? Где они? — жеребёнок недоверчиво посмотрела на героев.

Рэйнбоу выступила вперёд.

— Ты такая красивая девочка! Доченька, привет! — не сдерживая слёз радости, к ней подошла пегаска.

Гриша же сиволично махнул рукой и тоже светился от счастья. Завидев человека, кобылка тут же превратилась в земную девочку в нарядом платье.

— Вы мои родители? — удивилась она.

Гриша кивнул.

— А я твой дядя! — довольно произнёс Артур.

Кобылка ощущала сильную родственную связь с ними, куда большую чем Селеной.

— Боже, у неё твои глаза! Гриш, твои глаза! — воскликнул Артур.

Кобылка прекрасно знала как выглядит и заметила у Гриши в точности такое же выражение глаз, как и у себя.

— Вы и правда мои родители? — затаив дыхание, спросила маленькая аликорн.

— И мы тебя любим, — улыбалась Рэйнбоу.

С радостным визгом девочка превратилась в жеребёнка и обняла пегаску, от чего та радостно посмеялась.

— Я так мечтала с вами познакомиться! Я самая счастливая азигардийка на свете! — радовалась малышка.

— Азгардийка? — переспросил Гриша, удивлённо глядя на Селену.

Призрачная Пони косо улыбнулась и повела головой, мол, бывает.

Затем жеребёнок превратилась в девочку и в этот раз обняла папу. Гриша был на седьмом небе от счастья.

— Теперь я понимаю почему могу жить сразу в двух оболочках, телах. Вы разные, но вы... это я, — говорила кобылка.

— Было не просто разделить две сущности, я рада что у меня вышло, иначе бы... не важно, — монотонно произнесла Селена, скромно улыбаясь косой улыбкой.

— Так всё хорошо? — спросил Гриша, смотря на Призрачную Пони и продолжая обнимать дочь.

Кобылица утвердительно кивнула. Она ожидала худшего, что неустойчивая психика детёныша сорвётся и та совсем потеряет над собой контроль, но этого не случилось. Она моментально забыла обиду на Селену и выпустила наружу свет любви, беспощадно уничтожив частички зла, которые проскальзывали в ней совсем недавно.

— Берегите её и не забудьте дать ей имя. Я вручаю её вам... родителям. Дайте ту любовь, о которой вы говорили. И не забудьте её замаскировать, она не должна выделяться в обществе пони, никто не должен знать её истинное происхождение. Впрочем, я её хорошо подготовила, она сама вам всё покажет и расскажет ,ведь верно? — Селена спросила у малышки.

— Ага! — та отпустила папу.

— Наше общение подошло к концу. Признаюсь, я даже начала к вам привязываться... но это не обсуждается. Теперь, — начала Селена.

— Мама? Мама! Я так рада что ты не пострадала! Что с тобой случилось? Всё хорошо? — в помещение забежала Тия.

Призрачная Пони была удивлена такой неожиданности.

— Не беспокойся, дочка. Я в здравии, — монотонно сказала Селена.

Артур жестом показал кобылице, мол, обними её. Селена не сразу поняла что он имеет ввиду, но просто прочитав его мысли, то до неё дошло. Она подошла к Тие и обняла её широкими крыльями. Та вся обомлела от счастья и тесно прижалась к маме. В глазах кобылицы читалось смятение, непонимание что она делает и зачем, ведь сама была лишена чувств, хоть и любила свою дочь, но какой-то своей любовью. Прочитав мысли парня и видя счастье Тии, она осознала одна маленькую истину — если не можешь испытывать эмоции, чувства, то можно создать хотя бы иллюзию этого, дабы близкое существо чувствовало себя счастливым, чего в итоге и хотела Селена.

* * *

Призрачная Пони вернула героев в Эквестрию и попрощалась с ними, говоря, что они больше не встретятся, их жизненные пути больше не переплетаются. Гриша и Рэйнбоу назвали дочку Вандерли. Они хотели сохранить частичку традиций азгардийцев и в благодарность Селене за заботу о девочке, дали ей имя, которое максимально подходило ей в свете прошлых событий, во время которых она родилась — Вандерли — настоящее чудо.

Через пару дней к Твайлайт пришла Селестия. Единорожка никак не ожидала того, что принцесса даст ей и Артуру официальное разрешение на проведении свадьбы в королевском зале Кантерлта. Свою перемену мнения принцесса никак не откоментировала и судя по её блеску в глазах, она искренне радовалась такому союзу, что ещё больше озадачило волшебницу.

Свадьба прошла с размахом на всю Эквестрию, впрочем как и любая свадьба, проходящая в королевском дворце. Зал был забит множеством гостей, влюблённые и половины из них не знали, но принцесса сказала что так положено, дабы общество приняло столь спорный союз пони и человека. Подруги, родители Твайлайт были в не себя от радости, глядя насколько искренняя между парочкой любовь. Вандерли быстро влилась в коллектив — они слегка изменила свой облик, отбросила рог, черты аликорна, став обычно маленькой пегасочкой и лишь оставаясь дома, она возвращалась к естественному обличию. Она сразу подружилась с другими жеребятами, которых родители тоже притащили на свадьбу. Их не интересовали молодожёны, они просто играли друг с другом. Артур даже видел Тию, которая одиноко стояла на закрытой тёмной лоджии, а вот Селены нигде не было. Где-то в толпе промелькнул бирюзовый блеск, но в зале было множество пони с украшениями, было невозможно что-либо утверждать. Свадьба прошла отлично, даже принцесса толкнула торжественную речь, одобряющую союз этих двух существ. В конце праздника, молодожёны отправились в путешествие в далёкую тропическую страну, о которой как-то раз говорила Луна. Так же в планы Артура входило знакомство мамы с Твайлайт. Он хотел либо пригласить ей в Эквестрию, либо привести Твайлайт под пристальным контролем со стороны Луны, но это уже другая история.

Кстати о Луне. Та была настолько рада всему и вся, что затискала героев своими многократными традиционными обнимашками.

В тот же вечер техник и пегаска так разговорились, что тот едва не сделал ей предложение. Гриша понимал, скоро настанет и его черёд, ведь у них сформировалась настоящая семья, но вот только праздник врятли пройдёт во дворце — парень сам не хотел.

Поздно ночью, когда гости разошлись, а молодожёны уехали в путешествие, Эдик, устав от веселья, вернулся в свои покои. Осенняя ночь ещё больше давала о себе знать. Одеяло почему-то не грело должным образом, а камин не загорался от спичек, которые ему выделила прислуга. Окно тоже не закрывалось и открывалось каждый раз, когда парень ложился в постель. Кровать казалась жёсткой и неудобной, чего раньше Эдик не наблюдал. Лунный свет бил прямо в глаза, а когда бедолага хотел занавесить окно, то шторы вместе с карнизом упали на пол... Тогда Эдик лёг на кровать, отвернулся в сторону стенки. Теперь же сверчок пел так, словно его в тиски зажали. Под такой шум было невозможно заснуть. А тут ещё снова этот холодный ветер и хлопающее окно... не выдержав, человек вышел из покоев. Длинный пустынный коридор. Он хотел найти прислугу, дабы ему выделили другой "номер", но просто не знал где её искать — обычно она постоянно шаталась по коридору, но не в этот раз. Эдик подёргал ручки других дверей, но все были заперты. Тогда он пошёл и пытался найти хоть одну незапертую комнату, таким образом он вышел из гостевого блока и подошёл к королевскому. Удивительно, но оба стражника, охраняющих проход в королевский сектор, заливались храпом прямо на посту! Эдик осторожно обошёл их. Красный ковёр позволил идти ему бесшумно. Дойдя до покоев Луны, он хотел было открыть ей дверь, но всё же передумал и не стал ей беспокоить. Пройдя в другую часть королевского блока, он поравнялся с дверью комнаты Селестии. Она не то что была не заперта, а даже чуть приоткрыта. Эдик вошёл внутрь. Темнота. Он не хотел будить принцессу и решил что та отнесётся с пониманием, если застанет его утром в гостиной. Парень лёг на овальную подстилку и... задрожал от холода. Камин не горел, дверь лоджии не запиралась, холодный ветер, сверчок, который словно маньяк, словно его преследовал... Эдик начинал думать, что это всё проклятие. Но ничего, Селестия обещала вернуть его на следующий день домой. нужно было просто потерпеть. Когда по парню прополз паук, то он немного передёрнулся, удивляясь как же тот смог попасть в комнату. Махнув рукой, он снова лёг. В этот раз он краем глаза заметил, как по его руке ползёт здоровенная многоножка... С громким криком, он судорожно затряс рукой и скинул насекомое куда-то в темноту. В соседней комнате послышалось движение.

"Ох, разбудил" — недовольно подумал парень, готовься получить по морде королевским копытом.

Но из спальни принцесса не вышла. Тогда Эдик осмотрелся, убедился что рядом никто не ползает и снова лёг на лежак. Едва он закрыл глаза...

— Матерь Божья, святые угодники! — орал он, видя как по нему ползают несколько многоножек и пауков.

Но как только он вскочил на ноги. те сразу куда-то пропали, словно спрятались в темноте, поджидая пока перень снова не ляжет. Не выдержав происходящего, Эдик осмелился и зашёл в спальню принцессы. Она спокойно спала в кровати, поверх одеяла. Он хотел её разбудить и только собрался уходить, как порыв ветра захлопнул перед ним дверь. Открыть её от та и не смог — с этой стороны не было ручек...

Тогда он снова повернулся к спящей аликорну.

— Принцесса Селестия... кхм... тут такое дело, начал он.

Никакой реакции.

— Принцесса? — чуть громче сказа он.

Она даже не шевелилась.

— Принцесса! — более уверенно произнёс он.

Аликорн медленно открыла глаза и таинственно улыбнулась.

— Эдик? Что ты тут делаешь? — спросил она сонным голосом.

— Долго объяснять, просто не могли бы вы мне выделить другую комнату? А то мне холодно, да и насекомые мешают спать, — попросил он.

— Ой, как досадно! Главная служанка неожиданно уехала на ночь в родную деревню, а только у неё есть ключи от гостевых комнат, — сочувственно сказала Селестия.

— Ну хотя бы мастера пригласите, пусть починит мой камин и окно заодно, — Эдик почесал затылок.

— Я бы позвала, но мастер... он... по ночам спит так, что его просто невозможно разбудить, — с улыбкой говорила принцесса.

— Ну может вы мне поможете? — отчаивался парень.

— Я? Ой не знаю даже... — принцесса задумалась... или сделала вид, что задумалась.

Эдик терпеливо ждал её ответа.

— Я могу позволить остаться тебе здесь, у меня. Ты сам видишь, кровать большая... — начала Селестия.

— Принцесса, я не хочу вам мешать, — отмахнулся парень.

Селестия приглушённо хихикнула.

— Принцесса? — не понял парень.

Аликорн немного подвинулась и похлопав копытом по одеялу, тем самым приглашая на кровать Эдика, медленно моргнула. Парень ощутил у себя на лбу капельки пота.

* * *

История, длившаяся больше года подошла к концу. Герои продолжили жить своими жизнями, сталкиваться с новыми приключениями, как с опасными, так и с весёлыми. В Эквестрии не бывает скучно, что ни день — грандиозное событие.

Цикл "Спасти Эквестрию!", состоящий из девяти книг, завершён, где первые три — основная история, а последующие писались для фанатов серии, дабы те смогли как можно дольше окунаться в волшебный мир, который так им понравился. Кому-то рассказ доставил обилие радости, вызвал самые бурные эмоции и заставил играть фантазию на полную катушку. Кто-то обошёл историю стороной, высказывая к ней своё негативное отношение. Но всё написано, прошлое есть. Рассказ занял своё место в фэндоме MLP.

Спасибо за внимание, уважаемые читатели, до новых рассказов!

КОНЕЦ