# В школе летунов.

AxelKauaid

Робкая и не совсем ладящая с полётами малышка Флаттершай попадает в школу Клаудсдейла, где ей предстоит познакомиться с одной очень необычной пони и вместе с ней пережить немало захватывающих приключений.

Соавтор: Pentocor

Спасибо ему большое за советы, правки, и даже за целую главу, сочинённую им.

## Глава 1. Новенькая

Флаттершай попадает в новую школу.

В кабинете стоял дым коромыслом: жеребята резвились вовсю. Обычное дело, ведь стоит только оставить маленьких пегасов без присмотра хоть на минутку, как они тут же устраивают ералаш. Педагоги постоянно жаловались друг другу на сорванцов, грозились раз и навсегда положить конец необузданным выходкам, и всё же в их словах слышалась затаённая гордость. Именно благодаря энергичности своих учеников школа Клаудсдейла никогда задних не пасла. Она поражала всех своими достижениями как в спортивных соревнованиях, так и в учёбе. Воспитанники Клаудсдейла всегда отличались ловкостью и скоростью. Благодаря им о городе сложилось мнение, будто живут там сплошь отличники да чемпионы. Впрочем, школа имела полное право гордиться своими выпускниками: сколько кубков, медалей, почётных грамот добыто ими на различных состязаниях! «Славься, великолепный Клаудсдейл, город в небесах!» – так когда-то сказал один великий пегас, и его слова мигом зажгли в юных сердцах дух соревнования. Множество песен, стихов и девизов придумывали жеребята, чтобы стать лучшими буквально во всём, чтоб непременно быть на голову впереди остальных. Народ горячий, не скрывает, что любит помериться силами, заодно и покрасоваться не прочь.

Потому труднее всего было следить за дисциплиной. Жеребятки то поссорятся, то подерутся, а на следующий день – как ни в чём не бывало. Чтобы работать учителем в Клаудсдейле, необходимо иметь железную выдержку и строгий характер. К слову, таким и было большинство учителей, но даже самым стойким из них порой приходилось несладко.

Если ученики постоянно соревнуются между собой и частенько ссорятся, это вовсе не значит, что они плохие, испорченные жеребята. Так может показаться на первый взгляд, но если познакомиться с ними поближе, сразу станет понятно, что на самом деле они очень добрые, а их верность друг другу не имеет предела. Если кто-нибудь окажется в беде – непременно помогут, и за любой недостойный поступок провинившемуся спуску не дадут. У них своё общество, свои правила. В конце концов, из Клаудсдейла выходили легендарные личности, потому-то едва ли не каждый пегасик, в каком бы городе он ни жил, обязательно хочет попасть учиться именно туда.

Жеребята играли в салки прямо в кабинете. Они бегали, перепрыгивали через парты, катались по полу, гонялись друг за другом. В пылу веселья никто не заметил, как открылась дверь и в кабинет твёрдой походкой вошла учительница, пегаска фиолетового цвета.

– Ну-ка успокоились! – окинув беглым взглядом царящий беспорядок, громко крикнула она.

Всякое движение тут же прекратилось, в воздухе повисла неловкая тишина. Учительница выдержала паузу, мило улыбнулась и сказала твёрдым голосом:

– Класс, попы сели.

У каждого педагога в Клаудсдейле своя собственная манера общения. Ничего удивительного, так повелось во всех школах Эквестрии. На месте ученика многие бы посмеялись над такой вот фразочкой, на месте учителя – опасались получить прозвище. Но всё равно почти у каждого учителя в запасе есть коронная фраза. Вот, например, был один, у которого в такой роли выступало выражение «закрой тумбочку». Хоть и прозвучало оно лишь однажды, но недрёманные силы великого и могучего братства школяров моментально нарекли его Тумбочкой. Впрочем, к нашей истории это уже никак не относится.

Жеребята просияли в ответ, после чего скоренько расселись по местам. Им ужасно нравилась эта фраза, и хорошо, что они были ещё маленькие и не осмеливались придумывать своим наставниками клички, а то Санни Джонс – именно так звали учительницу – наверняка бы получила не слишком благозвучное прозвище.

– Прежде чем мы начнём урок, – обратилась Санни к классу, – я хочу представить вам новую ученицу. Итак, знакомьтесь: Флаттершай!

С этими словами она повернулась к двери. Однако из-за неё никто не появился.

– Флаттершай, мы все ждём тебя, – повторила своё приглашение учительница. Из коридора донеслось тихое цоканье копыт, и в кабинет вошла жёлтая пегасочка с розовой гривой. С первого взгляда было ясно, что она очень сильно стеснялась, даже её грива казалась смущённой, до половины скрывая лицо малышки. Малышки? По виду она была старше любого из учеников в классе года на два, а некоторых – на целых три.

Все взгляды моментально обратились на новенькую. Жеребята принялись толкать друг друга и смеяться; кому-то из них она явно пригляделась. «Ого, да у нас тут любовное приключение намечается!» – хихикали кобылки на «галёрке».

Поднявшийся шум лишил несчастную пони остатков смелости. Она испуганно замерла на месте, опустила голову и закрыла глаза. Санни Джонс метнула на задние ряды строгий взгляд — и класс тут же притих. «Смелее, моя дорогая, вон там я вижу свободное место. Совсем рядом, недалеко», – с этими словами она обняла Флаттершай крылом и сделала несколько шагов в нужную сторону, затем остановилась, предоставив новой ученице идти дальше самой.

Жёлтая пегасочка медленно направилась между рядами парт, но теперь, когда она лишилась поддержки, её била сильная дрожь и она еле передвигала ноги. Тихонько, чуть дыша, села на то единственное свободное место. Её соседкой оказалась кобылка с голубой шёрсткой, радужными гривой и хвостом, которая мирно посапывала, лёжа на парте и спрятав лицо в копытах. Судя по всему, происходящее вокруг её нисколько не интересовало.

– Рэйнбоу Дэш! – громко окликнула её Санни Джонс. – Ну-ка не спать на уроке!

– А я и не сплю, – поднимая голову, ответила растрёпанная, как воробей, пегаска. Вообще своей внешностью она больше смахивала на неряшливого жеребёнка, чем на кобылку, однако было в этой её безалаберности что-то милое, располагающее к себе.

– Ого, а ты ещё кто такая? – Дэш окинула неизвестно откуда взявшуюся пони удивлённым взглядом. Весь класс тут же разразился хохотом.

– Её зовут Флаттершай, она будет твоим соседом по парте. Она здесь совсем новенькая, осталась на второй год, и её перевели к нам. Кстати, именно ты и расскажешь ей про наши порядки, покажешь комнаты, столовую и прочее, – подмигнула пони-педагог.

– Почему сразу я?! – округлила глаза Рэйнбоу, её гривка взъерошилась пуще прежнего.

– Потому что ты и так почти ничего не делаешь, заодно и порасспросишь у неё, каково это – остаться на второй год. Тебе будет полезно узнать, – снова улыбнулась Санни, после чего обратилась к классу:

– А теперь начнём урок...

Для любого жеребёнка перейти в другую школу – будто начать жизнь с чистого листа. Новые друзья, учителя, атмосфера… и новые приключения, разумеется.

## Глава 2. Три вещи, которых стоит опасаться

РейнбоуДэш рассказывает новенькой о школе.

Для Флаттершай первые уроки прошли вполне обыденно, если не считать мелкого казуса во время химического опыта с облаками. В день у маленьких пегасов всего лишь по три занятия. На первый взгляд странное расписание, и можно подумать, будто педагоги боятся переутомить учеников, однако причина здесь совсем другая: в таком возрасте гораздо важнее познавать окружающий мир, чем премудрости науки. Любой жеребёночек куда энергичнее взрослого пони, для него часами сидеть на месте – непереносимая мука, именно потому малыши должны проводить как можно меньше времени в тесных кабинетах, но как можно больше – где-нибудь на открытом воздухе, в компании сверстников. Скучные книжные наставления им с успехом заменяет игра. И не надо презрительно морщить нос, мы все когда-то были такими, да и сейчас вовсе не прочь совершить какую-нибудь безумную выходку, просто боимся себе в этом признаться.

Сегодня у Рэйнбоу Дэш ответственное задание: ей предстоит стать проводником Флаттершай в новой жизни. Сколько энтузиазма в глазках Дэш, они просто горят огнём! Любят ученики рассказывать новеньким о том месте, куда они попали, ведь всегда можно немого преувеличить, рассказать пару-тройку леденящих душу историй, познакомить со всякими интересными личностями. В общем, есть где разгуляться фантазии.

Две пегаски, новенькая и бывалая, стояли около своих школьных шкафчиков. Рэйнбоу Дэш было отлично известно, с чего нужно начинать подобные экскурсии:

– В общем, я тут всё знаю! – с гордостью произнесла радужная пони.

Флаттершай ничего не сказала в ответ. Она приготовилась слушать.

– Короче... – продолжила Рэйнбоу, – в этой школе есть три вещи, которых ты должна опасаться.

– Опасаться? – напугалась Флаттершай и немножко прищурилась.

– Именно! – воскликнула Дэш. – О-па-сать-ся! – с нажимом повторила она. – Первое! Ты должна избегать директора.

– Почему? Там, где я училась раньше, был очень добрый директор... – ответила Флаттершай с нотками восхищения в голосе.

– А вот наш директор – злой! Из его кабинета всегда возвращаются нытиками! Ходят слухи, будто он вампир.

– Вампир? – с недоумением переспросила жёлтая пегасочка. – А кто такой вампир?

– Будто сама не знаешь, – покосилась на неё Рэйнбоу. – Что, и вправду не знаешь?

Та покачала головой в ответ. В глазах Дэш мелькнул озорной огонёк. Она принялась медленно ходить вокруг Флаттершай, понизив голос до угрожающего шёпота:

– Вампир – это такой пони, который сначала очень долго следит за тобой, а потом подкарауливает тебя одну где-нибудь в тёмном-претёмном месте, неслышно подкрадывается сзади, кусает за горло и пьёт твою кровь!

– Какой ужас! – пискнула Флаттершай, закрывая лицо копытцами. – А что нужно делать, чтобы он меня не укусил? – спросила она с надеждой на спасение.

– Не знаю, до меня он пока ещё не добрался, – ответила Рэйнбоу, глядя куда-то вверх и в сторону, а потом внезапно поворачиваясь к Флаттершай, – но я уверена, когда-нибудь он обязательно выберет меня в качестве своей жертвы и нападёт.

– И укусит тебя? И выпьет всю твою кровь?! – копыта Флаттершай опустились, а взгляд её широко распахнутых глаз был полон ужаса.

– Ха-ха-ха! – рассмеялась РэйнбоуДэш и гордо вскинула голову. – Пусть только сунется! Я ему как двину в челюсть – сразу клыки отвалятся!

– А я так не смогу... – Флаттершай опустила глаза. – Я боюсь вампиров.

– Не вешай нос! – успокоила её Рэйнбоу. – Пока ты со мной, никто тебя не тронет. Меня тут все боятся.

– А мне тоже нужно тебя бояться? – с любопытством спросила Флаттершай.

– Ага, – безо всяких эмоций ответила голубая пегаска.

– Почему?

– Потому что я самая крутая! – гордо выпалила Рэйнбоу и сделала несколько шагов вперёд. – Меня все уважают! А тебя там уважали? Ну, в другой школе. Ты не похожа на крутую… Ладно, забудь. Пойдём, я расскажу тебе о следующей опасности.

Две пони направились дальше по коридору. Рэйнбоу Дэш вприпрыжку шла впереди, Флаттершай тихонько семенила за ней. Она то и дело оглядывалась по сторонам, и когда мимо неё проходили жеребята, она сразу же прятала своё милое личико за гривой.

– Вот и вторая вещь, которой тебе нужно опасаться, – Рэйнбоу ткнула копытом в сторону старшеклассников, стоявших у окна.

– Я их уже давно боюсь, только не знаю, почему, – снова прищурилась жёлтая пегаска.

– Да потому что они большие. Ты только представь, как может надрать тебе уши во-он тот громила, -Рэйнбоу кивнула головой на здоровенного жеребца.

– За что? – удивилась Флаттершай.

– Да просто так! – с ухмылкой ответила Рэйнбоу Дэш.

– Просто так?

– Именно, – кивнула Дэш. – Просто так, возьмёт и надерёт тебе уши. Они это любят.

– А тебе драли уши?

– Не-ет, – протянула Рэйнбоу и махнула копытом, – я же крутая.

– Ясно, – шёпотом ответила Флаттершай. – А чего ещё мне нужно бояться?

Рэйнбоу Дэш возмущённо взглянула на неё:

– Бояться? Ты что, трусиха, что ли? Я тебе говорю – опасаться, а ты тут заладила «бояться, бояться». Хватит, это разные вещи!

– Ой, прости… прости, пожалуйста, – прошептала Флаттершай. – Я просто…

– Вот прямо чую, что мы с тобой обязательно когда-нибудь подерёмся! – фыркнула Рэйнбоу.

Обе крылатые пони продолжили свой путь по коридору. Вдруг Дэш резко остановилась и повернулась к своей подопечной.

– Третья вещь – жеребята, – негромко сказала она.

– Жеребята? – переспросила Флаттершай.

– Ага. Они меня достали. То есть... Они бы меня совсем достали, если бы я не была самой крутой. Берегись их! – Рэйнбоу посмотрела в глаза Флаттершай. От её взгляда той стало немного не по себе.

– А что они могут сделать?

– А они... – Дэш сделала паузу, чтобы произвести впечатление – дёргают тебя за хвост! Нахалы, – она с отвращением зыркнула на троих жеребят, которые стояли возле двери кабинета и о чём-то весело болтали.

– Разве это так страшно по сравнению со всем тем, что ты мне рассказывала? – спросила Флаттершай, чуть разогнув шею.

– Ну, не то чтобы страшно... Так, ты опять о страхе? Даже думать забудь о нём! Страх – твой враг! Так говорит Брэйв Тандер, один из Вондерболтов! Я их обожаю! – Рэйнбоу от радости запрыгала на месте.

– По поводу этих... – продолжила она, косясь на компанию у двери. – Нет, не страшно, всего лишь противно, – поморщилась Дэш. – Они подбегают сзади, хватают тебя зубами за хвост и тянут. Отвратительно! Сразу лягай, ясно? Можешь даже укусить, я разрешаю.

– Эмм... – смутилась Флаттершай.

– Пойдём, покажу тебе нашу столовую, – позвала за собой Рэйнбоу Дэш.

По пути она рассказывала ещё много всякого, а Флаттершай ловила каждое её слово.

## Глава 3. Лицом к лицу с вампиром

Школьная столовая Клаудсдейла ничем особенным не отличалась: такие же стулья, столы, шторы на окнах, деловитые повара и восхитительный аромат свежей выпечки. Уроки только-только закончились, а значит, пришло время обедать.

Кобылки взяли каждая свою порцию и направились к ближайшему свободному столику. Ели молча. Пока Флаттершай оценивала здешнюю кухню, Рэйнбоу Дэш прикидывала в уме, чем ещё можно удивить новенькую. О самой столовой рассказывать особо нечего, значит, остаётся спортзал, куда Дэш и заторопилась сразу после обеда. Флаттершай изо всех сил пыталась отговорить радужную пегаску, но та не желала ничего слушать и упорно подталкивала её в требуемом направлении.

Спортзал поражал своими размерами и чистотой. Тем не менее, любимое место всех учеников Клаудсдейла оказалось Флаттершай не по душе. Хотя кроме неё и Дэш там никого не было, робкая жёлтая пони всё время жалась к стене, то и дело оглядываясь по сторонам, словно ожидая какого-то подвоха. Это не ускользнуло от внимательного взгляда Рэйнбоу, и потому она решила переключить внимание Флаттершай на игру. Подхватив одни из лежавших у стены хуфбольных мячей, она сделала лёгкую подачу. Жёлтая пегаска неуклюже ткнула мяч копытом, и он откатился в сторону. Рэйнбоу замерла в растерянности.

– Знаешь, я обожаю спорт! А ты? – Дэш наконец нарушила томительное молчание.

– Не очень, – вздохнула Флаттершай в ответ.

– Странно, – Рэйнбоу нахмурилась. – Ты вообще откуда к нам пришла?

– Из Южной школы. Такая же школа, как у вас... Почти… Я из другого города пегасов. Их много, но Клаудсдейл называют пегасьей столицей. Я думала, что здесь всё совсем иначе... – с этими словами она понурила голову.

– Разве ваш директор тоже вампир? – удивилась Рэйнбоу Дэш.

– Нет, – замотала головой жёлтая пони.

– У вас старшеклассники дерут младшим уши?

– Нет, – Флаттершай отвела взгляд в сторону.

– У вас жеребята тягают кобылок за хвосты?

– Разве что изредка...

– Ну и дела! – недовольно вырвалось у Рэйнбоу. – Не хотела бы я оказаться в твоей старой школе.

– Почему? – удивлённо спросила Флаттершай.

– Да ты сама посуди: у нас тут столько опасностей, а у вас там – тишь да гладь. Скукотища, в общем. Кстати, ваши спорт любят?

– Да, все... – улыбаясь, кивнула Флаттершай, но её личико тут же стало грустным. – Кроме меня... Но на второй год я осталась совсем по другой причине, – тяжело вздохнула она.

– А по какой? Чем ты отличилась? Молчи, дай-ка угадаю... Что-нибудь сломала? Или побила кого-то? А может, запугала до полусмерти?

– Ничего подобного, – жёлтая пегаска резко тряхнула гривой, – я просто не уме...

Щёлкнул дверной замок, и в спортзал вошла Санни Джонс. Надо сказать, что она была не только учительницей по высшему пилотажу, но и руководителем класса, в который попала Флаттершай.

– Вот вы где, а я вас повсюду ищу. Надо было сразу догадаться, что Рэйнбоу Дэш приведёт тебя именно сюда... Флаттершай, тебя хочет видеть директор.

– Ди...ди...ди... – жёлтая пегаска начала заикаться.

– Именно, – улыбнулась Санни. – Всё в порядке, ты ни в чём не виновата. Что случилось? Да на тебе лица нет! Пожалуйста, успокойся, он просто хочет с тобой познакомиться.

В ответ Флаттершай задрожала ещё сильнее. Ясно как день: вампиру давно приелись ученики Клаудсдейла, и он решил как можно скорее попробовать на вкус кровь новенькой. Страх сжал сердце маленькой пони, и она замерла на месте, не в силах пошевелиться. Санни Джонс пришлось, как и утром, обнять её и вести рядом с собой.

– Не бойся, он тебя не укусит, – ласковым голосом сказала Санни. Напрасно. От её слов ноги Флаттершай подкосились, и если бы учительница не удержала её, она бы непременно рухнула на пол.

Крохотная процессия молча двигалась по коридору. Впереди бок о бок медленно шагали Санни Джонс и Флаттершай, следом за ними плелась Рэйнбоу Дэш. Вид у жёлтой пегаски был обречённый. Когда они приближались к директорскому кабинету, Флаттершай обернулась, и взгляд её встретился со взглядом радужной пони. «Прощай, Рэйнбоу Дэш, мы могли бы стать лучшими подругами, однако судьба распорядилась иначе. Сейчас вампир выпьет всю мою кровь, и мы с тобой больше никогда не увидимся». – «Прощай, Флаттершай. Я изо всех сил старалась уберечь тебя от опасности, но теперь бессильна помочь», – такой молчаливый разговор состоялся между двумя кобылками.

Зловещая дверь всё ближе, и тут Рэйнбоу не на шутку струхнула. Байку про директора-вампира ей когда-то давно рассказал один старшеклассник, и тогда она не слишком поверила ему, однако сейчас в её душу начинали закрадываться сомнения: а вдруг всё, что ей говорили – правда?

Санни Джонс стучит в дверь. «Да-да, войдите», – доносится из-за неё в ответ.

Надо срочно спасать Флаттершай, но как? Ни осиновых кольев, ни чеснока у Дэш при себе нет. Конечно, за последним можно сгонять на кухню, но пока она вернётся, всё уже будет кончено.

Дверь открывается, бедняжку заводят внутрь.

Мамочки, что же теперь делать-то? Ворваться следом? А если вампир схватит их обеих? Тогда некому будет звать на помощь. Звать на помощь! Ну разумеется!.. Нет-нет, исключено. Кто поверит, если даже сама Санни Джонс не подозревает о том, что ведёт свою ученицу на верную гибель.

Звук захлопнувшейся двери эхом прокатился по пустому коридору.

Всё, опоздала. Надо было действовать не раздумывая, но возможность упущена. А вдруг… А вдруг Флаттершай от укуса директора сама превратится в вампира и отомстит Дэш за то, что она так и не отважилась её спасти? По спине голубой пегаски пробежал холодок. Но что она может сделать теперь? Ей остаётся лишь ждать и надеяться. «Только бы пронесло, только бы пронесло!» – твердила про себя Дэш, приложив ухо к двери, жадно ловя каждый доносящийся из-за неё звук.

Переступив порог, Флаттершай сделала несколько робких шагов и замерла. Санни Джонс остановилась слева и чуть позади неё. Жёлтая пони осторожно, исподлобья разглядывала директорский кабинет, который оказался на удивление просторным и светлым. Прямо напротив двери расположился красивый стол, сделанный из светло-фиолетового облачного материала, на стене висели часы в деревянном корпусе, а за стеклом в длинном шкафу сверкали ряды кубков и статуэток; одни были из золота, другие – из серебра. Первое, что привлекало внимание на письменном столе – большая рамка для фотографии. Повёрнута она была так, что самой фотокарточки не было видно. Скорее всего, на ней изображён семейный портрет директора. Директора... Им оказался статный коричневый пегас с медно-красной гривой, одетый в клетчатую рубашку, поверх которой красовался синий галстук в белый горошек. Как неподходяще для вампира…

Пегас приветливо улыбнулся новенькой и встал из-за стола.

– Здравствуй, Флаттершай! Рад с тобой познакомиться. Меня зовут Бергвинд Флоу. Скажи, как прошёл первый день? Понравилось у нас? – голос у него был бодрый и приятный.

– Д-да, з-здес-сь оч-чень х-хор-рошо, – насилу выдавила из себя малышка.

– Почему ты дрожишь? – мистер Бергвинд вплотную подошёл к Флаттершай, которая окаменела от ужаса, и прикоснулся копытом к её лбу, покрытому мелкими капельками пота.

– Миссис Джонс, принесите стакан воды и аспирин, срочно! – отдал он распоряжение учительнице, и та моментально выбежала из кабинета.

Рэйнбоу Дэш в последний момент успела отскочить от двери, и когда она захлопнулась следом за Санни, снова прижалась к ней ухом.

Теперь Флаттершай осталась с вампиром один на один. В сердце радужной пони стремление выручить свою новую подругу из беды боролось со страхом превратиться в посмешище для всей школы.

– Как самочувствие? Похоже, у тебя сильный жар, – продолжал волноваться мистер Бергвинд. – Спокойствие, сейчас мы дадим тебе таблеточку, немножко полежишь – и сразу станет легче. К сожалению, школьного врача сейчас нет на месте, но ты не бойся, всё будет хорошо... – он всё говорил и говорил, но Флаттершай не слышала его.

Мистер Бергвинд вернулся к столу и начал один за другим выдвигать его ящики.

– Вот напасть, и здесь нет, – перерыв их содержимое, проворчал он. – Может быть, в шкафу завалялся.

Флаттершай стояла как раз возле шкафа, между ней и дальними отделениями оставался только узкий проход, и директору пришлось зайти ей за спину.

«Сейчас он вцепится мне в горло! – с отчаянием подумала Флаттершай. – Нет, не хочу! Как там говорила Рэйнбоу? Двинуть в челюсть…» Флаттершай набрала полную грудь воздуха, крепко зажмурилась и что есть силы лягнула.

Когда из кабинета внезапно раздался громкий удар и звук падения чего-то тяжёлого, Дэш вздрогнула. Она попятилась от двери, глядя на неё широко распахнутыми глазами, но в следующий миг выражение её лица стало решительным. «Держись, Флаттершай, я иду на помощь!» – выкрикнула она и ринулась к двери, однако её опередила Санни Джонс. Обе пони ввалились в кабинет почти одновременно.

То, что они там увидели, могло лишить дара речи кого угодно: в дальнем углу, съёжившись и закрыв лицо копытцами, тихо всхлипывала Флаттершай, а почти у самого порога на полу неподвижно лежал мистер Бергвинд; его левый висок украшал огромнейший синяк. Санни Джонс тонко взвизгнула, роняя зажатую в зубах упаковку аспирина, и бросилась к директору, однако привести его в чувство не смогла – он только на мгновение открыл глаза, тихо пробормотал что-то, и снова потерял сознание.

– Почему стоишь?! Зови на помощь, сейчас же! – закричала Санни на Рэйнбоу Дэш, которая торчала в дверях словно вкопанная. Кобылка встрепенулась и с криками «Спасите!! Помогите!! Караул!!» галопом припустила по коридору.

Тут же поднялся переполох. Пока в учительской наперебой вызывали карету неотложной помощи, директора перенесли на диван, его синяк смазали йодом и накрыли холодным компрессом. Когда неотложка прибыла, и мистера Бергвинда забрали в больницу, Санни Джонс внезапно вспомнила о втором участнике драмы.

– Флаттершай! Где Флаттершай? Кто-нибудь видел жёлтую пегасочку с розовой гривой? – металась она от одного преподавателя к другому, но все лишь отрицательно качали головами. В суматохе никто не обратил внимания, куда исчезла главная виновница происшествия. Бросились искать, перевернули вверх дном всю школу, но без толку.

Рэйнбоу Дэш, как и другие ученики, участвовала в поисках. И ей посчастливилось: она решила в одиночку проверить место для мусорных баков неподалёку от школы, где и нашла беглянку – та сидела за одним из них и плакала.

– Не очень-то подходящее место для слёз, – заметила Рэйнбоу Дэш.

– Зато я тут одна. Меня никто не видит...

– Вот скажи, какой смысл рыдать, если тебя никто не видит? – недовольно спросила Дэш, после чего посмотрела на Флаттершай. Вид у той был жалкий: бессильно опущенная голова, всклокоченная грива, мокрое от слёз лицо. В сердце радужной пони шевельнулась жалость.

– Ты ведь врезала ему, да? – спросила Дэш, присаживаясь рядом.

Флаттершай молча кивнула головой.

– По челюсти?

– Почти… – едва вымолвила жёлтая пони.

– Фантастика! – Рэйнбоу вскочила. – Да за такое вызывают к директору! А, ну да... Его же тут нет... Забавно. Ты отправила директора в больницу, так что тебя не к кому вызывать.

– Что здесь забавного? – Флаттершай закрыла лицо копытцами и расплакалась ещё сильнее. – Что я натворила! Я больше не вернусь в школу! Я никогда не вернусь в школу!.. Он не простит меня... Никто меня не простит… – выговаривала она сквозь всхлипывания.

– Ну, будет... – Дэш погладила её по гриве. – Посмотри на это с другой стороны: благодаря тебе он больше не вампир... Он ещё тебе спасибо за это скажет, вот увидишь! – старалась она утешить подругу.

– Правда? – Флаттершай подняла голову и посмотрела в глаза Рэйнбоу Дэш.

– Конечно, – улыбнулась та. – Ты выбила ему клыки. Это же настоящий подвиг. Теперь ты героиня!

– Но он был таким добрым… как для вампира, – Флаттершай снова опустила взгляд.

– Значит, на самом деле он не хотел быть вампиром, и ты его избавила от мучений.

Обе кобылки притихли. Они долго смотрели вниз, на гигантское облако, на котором покоился Клаудсдейл. В молчании прошло несколько минут, как вдруг Рэйнбоу Дэш подпрыгнула на месте.

– Клыки! – вскричала она.

– Что? – переспросила Флаттершай.

– Его клыки! Они остались в кабинете! Ты понимаешь, что это значит?!

– Нет.

– Клыки вампира – это могущественнейший амулет, который защитит нас от любых врагов! Тебе больше не надо будет никого бояться!

– Оу, здорово, – кивнула Флаттершай. – Но как мы их достанем? Ученикам нельзя входить в директорский кабинет без спроса.

– А мы сделаем так, что никто ничего не узнает!

– Но как? Мы ведь не можем... – страшная догадка заставила Флаттершай умолкнуть.

– Можем, – хитро улыбнулась Дэш. – Ещё как можем. Сейчас мы как ни в чём не бывало пойдём в общежитие, – тебя всё равно подселят ко мне, потому что я пока живу одна, – там дождёмся ночи, проникнем в кабинет и заберём клыки. Один – тебе, а другой – мне! – Рэйнбоу Дэш моментально позабыла все недавние страхи, её глаза горели от нетерпения: что может быть лучше новой опасной авантюры?

– А ты уверена, что это хорошая идея? – спросила Флаттершай с нотками сомнения в голосе.

– На все сто! – снова подпрыгнула Дэш. – За мной!

## Глава 4. За магическими клыками

Флаттершай и РейнбоуДэш, в поисках магического артефакта.

Комната Рэйнбоу Дэш оказалась небольшой и на удивление аккуратной. Письменный столик, стул, пара плакатов с Вондерболтами на стене и две кровати. Первая застелена тщательно, прямо-таки образцово, и явно никем не занята, на второй – скомканная простыня и сползшая к краю подушка; пожалуй, только это и портило общее впечатление, с головой выдавая беспокойный характер хозяйки. Дэш, едва переступив порог, плюхнулась на развороченную постель. Флаттершай остановилась посреди комнаты.

– Здесь так уютно. Ты живёшь одна? – спросила жёлтая пони, оглядываясь по сторонам.

– Ага. Ко мне больше никого не селят: всё равно дело закончится потасовкой.

– Но почему? – с удивлением спросила Флаттершай. – Ты ведь хорошая.

– Я – хорошая? Хе... – ухмыльнулась Рэйнбоу. – О, да, я могу быть хорошей, если меня не драконят. Ты, например, меня не драконишь... Пока что. Но я-то вас, новичков, знаю, так что гляди у меня. Будешь выкопычиваться – мигом тумаков надаю! – пригрозила она.

– Ой, ты что... Я не буду... – замотала головой Флаттершай.

– Да ты уже начинаешь! – расхохоталась Дэш.

– Нет-нет...

– Ну, ладно.

Рэйнбоу спрыгнула с кровати, подошла вплотную к Флаттершай, наклонила голову к её уху и заговорила приглушённым голосом:

– Сейчас я иду на разведку (а то пропажа сразу двух пони точно поднимет на крыло весь Клаудсдейл) просочусь в ряды поисковой команды и буду всячески оттягивать её от общежития. Ты пока сиди здесь. В окно не выглядывай, дверь запри, откроешь только на условный стук: два медленных удара, пауза, три быстрых. Ясно?

Флаттершай кивнула. Дэш развернулась и направилась к выходу. Когда в коридоре стихли шаги голубой пони, Флаттершай задвинула щеколду на двери, еле передвигая ноги подошла к свободной кровати, легла на пол рядом с ней, опустила голову на сложенные копыта и замерла.

Томительно, будто расплавленная солнцем живица, тянулись минуты ожидания. В комнате не было часов, и Флаттершай оставалось только наблюдать за тем, как падающий через окно солнечный луч переползает с половицы на половицу. Временами снаружи доносились голоса других жеребят, их весёлый смех, и тогда Флаттершай сжималась в комок – ей казалось, что это идут за ней. Она даже боялась представить, что будет, когда её найдут. А ведь найдут, рано или поздно. Невозможно скрываться здесь постоянно, да и Клаудсдейл – город не такой уж огромный, при желании за день-другой можно перетряхнуть его от шпилей ратуши до подножия облака.

За окнами пронеслась какая-то очень шумная компания, и Флаттершай от страха забилась под кровать. Так и продолжала она сидеть там, прижимаясь к стене, на пыльном полу, с прилипшим к шёрстке мелким мусором.

Солнечный луч переполз на стену, и чем выше он взбирался по ней, тем меньше и бледнее становился: вот он уже шириной с книжку, затем – не больше ленточки для гривы, и наконец осталась лишь тонкая нить, которая таяла и рвалась на части до тех пор, покуда не исчезла совсем. Комната погрузилась в сумерки.

Раздался громкий удар в дверь. Флаттершай вздрогнула и прислушалась, её сердце бешено колотилось в груди. Следующий удар. Тишина. Три удара, но уже более частых. Условный стук! Флаттершай выкарабкалась из-под кровати, подбежала к двери и открыла её.

В комнату ввалилась сияющая Рэйнбоу Дэш с двумя туго набитыми седельными сумками.

– Уф, вот так денёк выдался! Всего и не перескажешь. Ого, а что с тобой такое? Решила тут прибраться, пока меня не было? Хвалю, вот только не стоило использовать вместо веника хвост и гриву. Давай сначала приведём тебя в порядок, – с этими словами Дэш начала энергично стряхивать с Флаттершай пыль.

Когда шёрстка жёлтой пегаски вновь стала нормального цвета, Рэйнбоу поспешила к окну и задёрнула шторы. В комнате тут же стемнело, и голубая пони зажгла свет.

– Значит, вышла я из общежития и направилась прямиком к школе – начала свой рассказ Дэш, – а там жуткая кутерьма: тебя все ищут. Слышу, отряд собирают, чтобы общежитие прочесать. Сразу же в него вызвалась. Побегали мы кругом, в подвал заглянули, на чердак, а по комнатам не искали. Вообще-то благодаря мне: какой-то умник заявил, что следует всё проверить, и комнаты в том числе, а я ему: «Не боишься от старших копытом по лбу схлопотать?» – и он тут же скис. В общем, пронесло. Но недолго мы по Клаудсдейлу рыскали. Вообще странное дело: стаей прилетели откуда-то старшеклассники, сказали, что никаких следов – и учителя сразу же успокоились. Поиски прекратили, а всех учеников, которые в них участвовали, собрали в столовой и устроили ужин вне расписания. Еды – навалом, и брать можно было сколько угодно. У меня, само собой, башка не соломенная, так что я сгоняла к своему шкафчику за запасными седельными сумками, набрала целую гору всякой всячины и в суматохе успела набить сумки под завязку. Так что запасов у тебя дня на три вперёд.

Рэйнбоу вытряхнула содержимое сумок на стол.

– Вот и ужин. Бери, не стесняйся, – сказала она.

– Спасибо, – только и смогла ответить Флаттершай.

Булочки, бутерброды и пирожки были здорово помятые, но это нисколько не повлияло на их вкус. После ужина Рэйнбоу спрятала остатки провизии обратно в седельные сумки, которые засунула под свою кровать.

– Рэйнбоу, что же мы будем делать завтра?

– Добудем клыки и пойдём в школу. Амулет защитит нас от любых напастей, – с уверенностью ответила Дэш.

– А если не получится?

– Что-нибудь придумаем.

– Например?

– Ну вот, ты опять за своё. Не хочу с тобой ругаться. Сейчас – на боковую, а как наступит полночь, проберёмся в школу, и там уже видно будет, – подытожила Дэш.

Обе пони легли каждая в свою постель и завернулись в мягкие облачные одеяла. Флаттершай медленно закрыла глаза и сама того не заметила, как уснула.

Всё-таки сон – странная штука. Казалось бы, всё, что беспокоит нас днём, непременно должно наложить свой отпечаток и на мир ночных видений, но зачастую царство грёз живёт по каким-то собственным непостижимым законам, которые тасуют значимость всех наших раздумий, надежд и тревог, словно колоду карт, всякий раз удивляя неожиданной комбинацией. Так случилось и с Флаттершай: гнетущее чувство вины и ожидания ужасной развязки, что камнем лежало на сердце, куда-то исчезло, а сама она, став лёгкой, будто пёрышко, устремилась в сверкающую высь. Она парила в тёплом воздухе, среди птиц и других пегасов, летала с ними наперегонки, купалась в бархате облаков, и ветер пел в её широко распахнутых крыльях. Чудесное ощущение безграничной свободы наполняло грудь. Флаттершай глянула вниз, на города и реки, на поля и озёра, которые проплывали под ней, такие крохотные, что, казалось, можно сгрести их в кучку, играть ими, точно цветными камушками. Это потому, что они далеко. Далеко внизу. Интересно, если упасть с такой высоты, сколько времени понадобится, чтобы достигнуть земли? От этой мысли в сердце словно вонзилась тонкая игла. Флаттершай вскинула голову, оглянулась по сторонам. Горизонт опустел: ни птиц, ни крылатых пони. Игла вошла глубже. «Страх – твой враг!» – внезапно раздалось где-то рядом. «…страх!» – эхом повторили облака. «Страх!» – громыхнула лазурная бездна над головой, и звуки ужасного слова обрушились на несчастную пони со всех сторон, точно она оказалась в самом фокусе исполинской линзы небосвода. Свет померк, землю застлал клокочущий туман, протянул к Флаттершай свои холодные жадные когти. И тут среди пробуждающегося хаоса, будто спасительная нить, прозвучал такой знакомый, такой долгожданный голос: «Флаттершай, подъём!»

Рэйнбоу Дэш энергично пыталась растолкать свою подругу. Жёлтая пони приподняла голову с подушки, вяло протёрла глаза копытцами и сонно спросила:

– Что случилось?

– Проспали! Уже утро! Мы не успеем! – в голосе Рэйнбоу слышались нотки паники.

– Мы можем успеть позже... – промямлила Флаттершай; кошмар никак не желал разжимать хватку, тянул обратно.

– Нет, не можем! – Дэш хлопнула её подушкой, отчего с Флаттершай моментально слетели остатки сна. – А если клыки заберёт кто-нибудь другой? Он использует их против нас!

– Против нас?

– Ага! Или против остальных. Какой-нибудь колдун стащит их и добавит в своё зелье. Мы обязаны помешать ему! Иначе пострадают другие пони.

– Оу... Значит, нам нужно поторопиться...

– Тогда чего ждёшь?! – Дэш стянула с подруги одеяло. – Бежим! – скомандовала пегаска и принялась подталкивать Флаттершай к двери. – Дорога каждая секунда!

Обе кобылки неслись по длинному коридору к запасному выходу, который почему-то всегда был не заперт. Распахнув дверь, они вылетели на улицу и огляделись по сторонам. Вокруг – ни души.

– Повезло, – улыбнулась Дэш, – а я думала, что учителя уже проснулись.

Они подбежали к школе, и Рэйнбоу Дэш взлетела на крышу здания.

– Давай, внутрь можно попасть через чердачное окно!

– Рэйнбоу... – Флаттершай отвела взгляд в сторону. – Тогда, в спортзале, я хотела тебе сказать... Я не умею летать.

– Чего?! – изумлению Дэш не было предела. – Ты же такая большая! Не верю! Да ты просто струсила... Докажи!

– Не могу! Честное слово! Именно потому меня выгнали из старой школы! Они решили, что уж тут-то меня смогут научить летать! – прокричала в ответ Флаттершай.

– Вот это больше похоже на правду, – сказала про себя Рэйнбоу, направляясь к слуховому окну. – Если я тебе открою изнутри, ты войдёшь? Хватит духу? – крикнула она вниз.

– Да! – ответила ей Флаттершай.

Рэйнбоу Дэш кивнула и юркнула в окно. Теперь Флаттершай оставалось только ждать. Она подошла к запасной двери, которая вела на задний двор школы, к уже знакомым мусорным бакам. Прошло несколько минут, и Флаттершай начала беспокоиться. Она попробовала заглянуть в окна, но они были слишком высоко. Пришлось вернуться к двери. Прошло ещё несколько томительных минут ожидания, и наконец она услышала какую-то возню с другой стороны.

– Дискорд подери! Заперто, – раздался сердитый шёпот Дэш.

Пегаска с радужной гривой подлетела к окну, в которое недавно пробовала заглянуть Флаттершай.

– Все двери на замках, – недовольно произнесла Рэйнбоу сквозь стекло, – но я могу открыть тебе форточку. Других путей внутрь нет, – пегаска посмотрела сначала на Флаттершай, потом на оконную раму:

– Это хорошо, что ты мало ешь, – улыбнулась Дэш. – Ты достаточно тощая... Короче, пролезешь!

– Я никогда не лазила через форточки, – попыталась возразить Флаттершай.

– Значит, сегодня будет первый раз. Или ты меня бросишь тут одну? А вдруг на меня нападёт колдун? Только вместе мы можем справиться! С вампирами ты уже бороться умеешь: вырубаешь их с первого удара! Конечно, я тоже так могу, но вдвоём надёжнее. Итак?

– Иду, – вздохнула Флаттершай и с трудом вскарабкалась на подоконник, слегка поцарапав заднюю ногу об его угол, но ничего не заметила, ведь ранка оказалась небольшой. Форточка, кстати – тоже... И самое обидное, что Флаттершай уже почти пролезла внутрь. Оставалось совсем чуть-чуть.

– Рэйнбоу... Извини, но, похоже... похоже… я… застряла, – Флаттершай бессильно повисла в окне. – Я не справилась.

– Только этого не хватало… – стукнула себя по лбу Дэш. – Не трать силы, сейчас я подтолкну тебя снаружи.

– Рэйнбоу, пожалуйста, скорее... Я не смогу долго держаться в таком положении... И мне страшно! Сейчас я совсем беспомощна... – её голос звучал умоляюще.

– Ладно, жди, – кивнула голубая пегаска. – Рэйнбоу Дэш спешит на помощь! – бодро крикнула она и улетела прочь.

Очень скоро Дэш уже была на улице. Она подлетела к окну, в котором застряла Флаттершай, и что есть силы навалилась плечом на круп незадачливой покорительницы форточек.

– Не такая уж ты и худая, – кряхтя от напряжения, сказала она.

– У меня просто широкая кость, – извиняющимся тоном ответила Флаттершай.

– Ну да... Кость... – процедила Дэш сквозь стиснутые зубы. – И не только!

После нескольких бесплодных попыток Рэйнбоу решила немного передохнуть. Она опустилась на подоконник, но почти сразу же взлетела обратно.

– Погоди, у меня идея... – быстро проговорила она.

– Какая? – едва успела сказать Флаттершай, как тут же оказалась с другой стороны окна, в школьной столовой.

– Что это было? – спросила она, поднимаясь на ноги.

– Пинок с разгона, – ответила ей Дэш через форточку. – Жди здесь, – скомандовала она и улетела вверх.

Флаттершай огляделась по сторонам. В столовой было почти темно, но на улице быстро светлело: Селестия уже поднимала солнце. Тем временем Рэйнбоу Дэш не заставила себя ждать, и меньше чем через минуту она уже стояла рядом с жёлтой пегасочкой.

– Я нашла ключи от кабинета директора, – радостно заявила она. – Они лежали на полке в вестибюле.

Обе кобылки заторопились на второй этаж. Подошли к директорскому кабинету и открыли дверь ключом, просто и буднично, будто проделывали это каждый день. Едва Дэш оказалась внутри, её глазки зажглись азартом, и она кинулась осматривать пол, но тут её ожидало разочарование.

– Ничего не понимаю, – сказала она, стоя посреди кабинета. – Его клыки должны валяться где-то здесь.

– А, может быть... – начала Флаттершай, которая стояла у двери и внимательно наблюдала за Дэш, – может быть, мы с тобой ошиблись. Что если он вовсе не вампир? – последние слова она сказала шёпотом.

– Нет, он точно вампир. Доказательства налицо: настроение жеребят после разговоров с ним, слова старшеклассников, нападение... Всё сходится!

– Но он не собирался на меня нападать...

– Откуда такая уверенность? Вампиры очень хитрые. Никогда не знаешь, что может быть у них на уме!

– Тогда как объяснить пропажу клыков?

Дэш призадумалась.

– Хм... Наверняка их кто-то забрал до нас. Точно! Это был…

Её заставили умолкнуть тяжёлые шаги и лязг металла, что донёсся из коридора. Обе малышки испуганно замерли на месте.

– Призрак! – пискнула Флаттершай и прижалась к Рэйнбоу Дэш. Та в свою очередь не могла вымолвить ни слова, лишь изо всех сил старалась унять предательскую дрожь в коленках.

## Глава 5. Преступление без наказания

Дело о Вампире закрыто.

Жуткая поступь всё ближе и ближе. Вот сейчас дверь откроется, и… Но не открылась. Призрак продолжил свой путь по коридору, а перед кабинетом даже не приостановился. Когда лязг и топот затихли вдалеке, к Рэйнбоу Дэш вернулась способность соображать. Наклонив голову к уху Флаттершай, она зашептала:

– Нет, это не призрак. Призраки так не шумят. Значит… колдун. Тот, что забрал клыки. Надо сматываться отсюда.

Флаттершай только кивнула в ответ. Рэйнбоу Дэш подбежала к двери, приоткрыла её и осторожно выглянула наружу.

– Он свернул за угол. Сейчас или никогда. Бежим, – с этими словами она рысью рванула по коридору. Флаттершай едва поспевала за ней. Они по лестнице спустились в вестибюль и подбежали к парадному входу. Рэйнбоу Дэш попыталась открыть двери, но те оказались заперты. Где-то в глубине здания снова раздался знакомый звук. Пегаска беспомощно огляделась по сторонам. Других выходов наружу нет, и спрятаться тоже было негде. Шаги приближались, только теперь они стали гораздо чаще. Видимо, колдун учуял двух дерзких охотниц за амулетами.

– Мы бы ещё успели выбраться через чердак, но ты ведь не умеешь летать, – с отчаянием в голосе сказала Дэш.

– Прости меня, это я во всём виновата... – глотая слёзы, ответила Флаттершай.

– Нет, ты здесь ни при чём! – с жаром возразила Рэйнбоу. – Именно я затащила тебя сюда, хотя и знала, что мы можем оказаться в западне!

Флаттершай опустилась на пол возле двери, прислонилась к ней боком и тихонько заплакала. Дэш стояла рядом, совершенно растерянная. У них всё ещё оставалась возможность убежать в столовую, но Флаттершай не успеет пролезть в окно, а побег через крышу невозможен. Но у Рэйнбоу не возникло и мысли бросить свою подругу в беде. Она решила встретить врага лицом к лицу, кем (или чем) бы он ни был.

Из-за угла вестибюля вылетела огромная тень, и тут же в лицо Дэш ударил сноп яркого света, который почти ослепил её. Голубая пегаска в ужасе попятилась.

Внезапно свет погас, и кобылки услышали строгий голос:

– Так-так, и что мы здесь делаем?

Зажглись лампы под потолком. Рэйнбоу Дэш подняла взгляд и увидела перед собой высокого, кряжистого жеребца. То был их физрук Пауль, он же школьный сторож.

– Одну я узнаю: Рэйнбоу Дэш. А вторая кто? – грозно спросил он.

– Наша новая ученица, – ответила пегаска с радужной гривой, пытаясь заставить свой голос звучать как можно увереннее. – Её зовут Флаттершай...

– Та самая, которую сегодня всей школой разыскивали? В одном классе учитесь? – продолжал допрос сторож.

– Да, – коротко ответила Рэйнбоу Дэш сразу на оба вопроса.

– А в кабинет директора каким ветром занесло?

Рэйнбоу Дэш только опустила взгляд. Жеребец хмыкнул, поправил гриву, повернулся к окну, посмотрел на своё отражение в стекле и провёл по щеке массивным копытом. В свете ламп блеснул гладкий металл подковы. Теперь стало ясно, откуда взялся тот ужасный лязг. Среди пегасов подкованных мало, хотя когда-то давно подковы носили почти все крылатые пони, но со временем от них стали отказываться, и теперь стальные пластины на копытах считаются пережитком старины, а некоторые даже ратуют за полное их упразднение, мол, ни к чему жителям поднебесья тягать на себе лишний груз, это пристало лишь тем, кто обречён стаптывать ноги о землю.

Пауль ещё немного покрутил головой, разглядывая себя с разных сторон, затем повернулся к нарушительницам:

– Ну, пойдёмте, – произнёс он спокойным, слегка усталым голосом.

Пауль открыл парадную дверь, дождался, пока обе кобылки выйдут на улицу, и снова запер её. Взмахом копыта он велел малышкам следовать за собой и твёрдым шагом направился к общежитию. На улице уже давно рассвело. Дэш и Флаттершай угрюмо плелись за сторожем и тихонько перешёптывались.

– Влетит нам по первое число, – ворчала Рэйнбоу.

– Я скажу, что ты ни в чём не виновата… – заторопилась ответить Флаттершай.

– Ещё чего. Это ведь я потащила тебя в школу, значит, с меня и спрос. Но откуда мы знали, что клыки уже кто-то умыкнул?

– Как теперь быть? Я готова к тому, что меня накажут, особенно после вчерашнего… Знаешь, Дэш, мой проступок гораздо тяжелее твоего, так что если я возьму всю вину на себя, наказание вряд ли станет намного сильнее.

– Хоть прибей, не пойму тебя. Почему ты трусишь, когда бояться совсем нечего, и такая храбрая, когда дела наши и впрямь хуже некуда? Есть другой выход: мы просто расскажем правду о том, что директор вампир. Санни добрая, она нам поможет!.. Хоть я и не слишком-то доверяю этим взрослым...

– Да, идея хорошая, и всё-таки не могу поверить, что он вампир, – вздохнула Флаттершай.

Рэйнбоу Дэш лишь промолчала в ответ. Тем временем троица добралась до той половины общежития, что была предназначена для преподавателей. Пауль завёл кобылок в зал библиотеки на первом этаже, велел ждать там и удалился. Обе подруги с угрюмым видом остались стоять на месте.

Пауль скоро вернулся, следом за ним шла Санни Джонс. Вид у классной руководительницы был заспанный.

– Вот она, ваша пропажа, – сказал физрук, кивнув головой в сторону Флаттершай.

Санни молча села за ближайший стол и облокотилась на него. Пауль занял место у окна.

– И где вы её нашли? – спросила Санни безразличным голосом.

– Они вдвоём залезли в школу и пробрались в кабинет директора, – отрапортовал сторож.

– Вот как, – едва сдерживая зевок, протянула учительница и повернулась к кобылкам:

– Хотела бы знать, что вы там забыли?

– Помните, вчера днём… Флаттершай ударила директора… – начала Рэйнбоу Дэш. Жёлтая пегасочка тут же отвернулась и закрыла лицо копытцами.

– Да, помню. И? – Санни глядела на Дэш из-под полуопущенных век.

– Вы, конечно же, не поверите, но я всё равно должна сказать правду… Наш директор – вампир!

В комнате повисла тишина. Санни Джонс выпрямилась на стуле и наклонилась верёд.

– Что ты имеешь в виду? – теперь в её голосе звучало любопытство, и Дэш решила идти напролом. Она взлетела на ближайший стол и с жаром заговорила:

– Да-да, самый настоящий вампир! Он давно пьёт кровь учеников! Он и Флаттершай попробовал укусить, а она треснула его по челюсти! У него отвалились клыки, и мы решили отыскать их! Потому что это могущественный амулет, и если бы их забрал кто-нибудь другой, – злой колдун, например, – он бы натворил бед! Мы хотели спасти всех вас!

Санни прикрыла рот копытом, но это помогло только на пару секунд. Не в силах сдержаться, она расхохоталась. Смех её оказался заразительным: лицо физрука расплылось в улыбке, и вскоре звонкому голосу Санни вторил густой бас. Дэш по-прежнему стояла на столе, переводя полный удивления взгляд с одного преподавателя на другого.

– А они ведь правы, – обратилась Санни к Паулю, когда смех немного поутих.

– Неужели?! – Рэйнбоу Дэш не знала, радоваться ей или ужасаться.

– Ага! – весело вскрикнула Санни и снова рассмеялась. – Он тот ещё кровосос! Особенно когда ревизия прилетает! Всё до последней капельки высосет, – теперь она просто улыбалась.

– Ещё бы, – согласился Пауль, – он всякий раз приходит в спортзал именно в то время, когда я решаю чуток вздремнуть после обеда. Вцепляется в меня со страшной силой!

– Вот это да! – вырвалось у Дэши. – И вы молчите?!

– А что тут поделаешь? Начальство всегда пьёт кровь своих подчинённых, на то оно и начальство, – Санни хитро подмигнула физруку.

– Но у него теперь нет клыков! – выпалила Дэши. – Флаттершай удалось их выбить!

– Так вот оно что… – снова рассмеялась учительница. – Ты запугала Флаттершай россказнями про вампира. Теперь всё ясно.

Внезапно жёлтая пегасочка, которая за всё это время не проронила ни слова, вскрикнула тонким голосом:

– Я не хотела... Ни за что, никогда... – тут спазм сжал её горло. – Но… я… Простите, пожалуйста!! Я не хотела!.. Не хотела!.. – она скрючилась на полу, захлёбываясь слезами. – Нет, накажите меня! Накажите!.. Как угодно!.. Только не… не выгоняйте… не выгоняйте… снова… прошу вас… – больше малышка не могла говорить и только судорожно всхлипывала.

Улыбки мигом слетели с лиц обоих преподавателей. Санни подбежала к Флаттершай, опустилась рядом с ней на колени и обняла крылом.

– Тише, тише, не плачь. Тебя отсюда никто и никогда не выгонит, даю слово, – ласковым голосом уговаривала Санни, гладя Флаттершай по голове. – А с директором ничего страшного не случилось, в больнице объяснили, что синяк скоро пройдёт. Представь себе, он даже не понял, что произошло, а я сказала ему, что он споткнулся и упал. И ещё он беспокоился о тебе, спрашивал, всё ли с тобой хорошо – тебя ведь тогда трясло, словно в лихорадке. Но на будущее запомни: нельзя верить всему, о чём болтают вокруг.

– Болтают? – возмутилась Рэйнбоу Дэш. – Да вы же сами только что...

– Вижу, тебя это тоже касается, – отрезала учительница. – Мы слегка пошутили, а ты взяла и приняла всё за чистую монету. Кстати, откуда вообще взялась эта глупая выдумка про директора-вампира?

– Мне старшеклассники рассказывали, – пробормотала Дэш, потупив взгляд.

Санни вздохнула, продолжая гладить Флаттершай. Так прошло несколько минут. Наконец учительница поднялась с колен и обратилась к Флаттершай бодрым голосом:

– Ну всё, поплакали чуток – и хватит. Пора вставать на ноги.

Флаттершай неуверенно поднялась с пола. Сделала пару шагов, покачнулась, но устояла.

– Вот и молодец! – улыбаясь, сказала Санни. – Кстати, где она пряталась всё это время? – обратилась она к Рэйнбоу Дэш.

– У меня в комнате, – нехотя ответила та.

Санни хитро взглянула на голубую пони.

– Ясненько. А сейчас возвращайтесь к себе и вздремните хоть немного. Через два часа – в столовую и на уроки. Хорошо?

– Хорошо, – кивнула Рэйнбоу Дэш и, ведя рядом с собой Флаттершай, вышла из библиотеки.

– Санни, прости, что пришлось так рано тебя разбудить, – чуть помедлив, сказал Пауль.

– Да ничего страшного, – улыбнулась та. – Пойдём в буфет, выпьем по чашечке кофе, что ли? Ты вон вообще ночами не спишь, совсем как...

Два учителя посмотрели друг на друга и вновь рассмеялись.

## Глава 6. Странная боязнь

Самый большой страх Флаттершай.

Рэйнбоу Дэш с недовольным видом разглядывала себя в зеркале. Из деревянной рамки на неё смотрела очень сонная пони небесного цвета с кошмарно взъерошенной радужной гривой. Как ни старалась Рэйнбоу справиться с непослушной причёской, волосы упрямо лезли во все стороны. В конце концов ей надоело:

– А, ладно, – вяло махнула она копытом, – и так сойдёт.

Тем временем Флаттершай хлопотала по хозяйству: застелила обе кровати, навела порядок на письменном столике, и теперь тщательно подметала пол.

Дэш взялась было собирать школьную сумку, но и тут дела пошли наперекосяк: ручки, карандаши и ластики валились из копыт, рассыпались по полу, а тетради как назло не желали залазить внутрь, цепляясь страницами за всё подряд. Рэйнбоу сердилась, то и дело поминая Дискорда, но это ни капельки не помогало, только сильнее сердило её. Флаттершай, увидев, что её подруга начинает выходить из себя, отложила веник в сторону.

– Позволь, я… – начала было жёлтая пони, но умолкла, получив в ответ мрачный взгляд исподлобья.

– Если тебе так хочется – вперёд, – чуть погодя бросила Рэйнбоу недовольным тоном и отошла прочь от стола. Флаттершай принялась тщательно укладывать в сумку всё необходимое. Оставшись без дела, Дэш вернулась к зеркалу и снова уставилась в него. Тем утром она явно была не в своей тарелке.

Покончив со сборами, Флаттершай подошла к Дэш.

– Твоя чёлка… В таком виде никто не ходит на занятия… – фраза прозвучала скорее как вопрос.

Рэйнбоу немного помолчала, затем наклонила голову и тяжело вздохнула. Флаттершай принялась за дело.

Пришлось и вправду нелегко: едва стоило убрать копыто, как приглаженные волосинки сразу же начинали топорщиться, но жёлтая пегасочка не сдавалась. Аккуратно, терпеливо, словно уговаривая непослушные пряди, она раз за разом начинала всё по-новому.

– Да хватит уже! – наконец не выдержала Рэйнбоу и резко мотнула головой. – Думаешь, я не старалась?! Флаттершай ничего не ответила, лишь отошла в сторонку. Рэйнбоу фыркнула, с нарочито громким топотом двинулась к столику, смела с него обе школьные сумки, одну нахлобучила на спину себе, другую – Флаттершай.

– Так, шевелим копытами, а то на уроки мимо завтрака пойдём, – бросила она через плечо, направляясь к двери.

В коридоре общежития их моментально подхватил шумный поток жеребят и кобылок. Смех, толкотня и суета, что царили вокруг, мгновенно вернули Дэш её обычное расположение духа. То и дело здороваясь с многочисленными приятелями, она уверенно рассекала толпу, прокладывая себе и своей подопечной путь к выходу. Словом, Дэш оказалась в своей стихии, чего, правда, никак нельзя было сказать о Флаттершай – та жалась к Рэйнбоу, боялась поднять глаза, так и сяк старалась спрятаться за своей длинной гривой от любопытных взглядов. Некоторые школьники здоровались не только с Дэш, но также и с Флаттершай, однако пока пегаска лихорадочно раздумывала, отвечать ли ей на приветствие, или всё-таки не стоит, новый знакомец растворялся в пёстрой толчее.

За всю свою жизнь Флаттершай так и не привыкла к большим скоплениям пони. Хотя в её предыдущей школе тоже было много учеников, Клаудсдейл оказался гораздо больше, нежели она себе представляла. Её, мечтающую о тишине и уединении, приводила в трепет сама только мысль, что она каким-то образом может очутиться в центре внимания.

Дэш вспомнила о своей подруге лишь когда подошла к самой школе. Она остановилась и тут же почувствовала, как её кто-то легонько толкнул сзади. Голубая пони моментально развернулась, готовая дать отпор наглецу, но замерла в растерянности. Перед ней, нагнув шею чуть ли не до самой земли, с бледным, словно облако, лицом и почти закрытыми глазами стояла Флаттершай. Рэйнбоу только молча покачала головой и свернула на боковую дорожку, подальше от снующей туда-сюда малышни. Жёлтая пегасочка будто привязанная поплелась вслед за ней.

– Что с тобой, Флаттершай? – негромко поинтересовалась Рэйнбоу, когда они отошли на достаточное расстояние. – Ты сегодня какая-то чересчур пугливая. Это после той истории в библиотеке?

– Нет, – тихим голосом ответила Флаттершай, – просто мне...

– Дэш! А я тебя везде ищу! – прервал их разговор чей-то весёлый голос, и прямо с неба к ним резко спикировала фиолетовая пони. То была одна из лучших подруг Рэйнбоу, звали её Файрфлай.

– Сегодня вечером тренировка! Ты не забыла? – сразу обратилась она к голубой пегаске.

– Послушай, Файрфлай, сейчас не очень подходящий… – начала было Дэш, но закончить так и не успела.

Файрфлай уже заметила стоящую рядом Флаттершай и тут же повернулась к ней:

– О, привет. Ты ведь новенькая, правда? А как тебя зовут? Ты уж меня прости, я с первого раза редко запоминаю, – она приветливо улыбалась, на её лице было написано живое любопытство.

Но жёлтая пони молчала. Файрфлай терпеливо ждала ответа, однако пауза затягивалась. Флаттершай робко подняла глаза, но, едва взглянув на Файрфлай, опять уставилась в землю. Наконец, сделав над собой сверхъестественное усилие, она набрала полную грудь воздуха и тихо начала:

– Я Фла… – и тут же запнулась.

– Кто?

– Флайтершай, – скороговоркой, на одном дыхании проговорила жёлтая пони. Правда, слишком тихо.

– Флайтертай? – переспросила Файрфлай.

– Нет… Фаефтлай… – совсем уж невнятно промямлила Флаттершай.

– Что, правда? Файрфлай? – фиолетовая пегаска удивлённо подняла брови. – И я – тоже, – глаза её засияли, словно две звёздочки.

– Как здорово, у меня есть тёзка! – воскликнула она и заключила Флаттершай в крепкие объятия, закружилась с ней по двору. Бедняжка старалась вырваться, но у её новой подруги была на редкость крепкая хватка.

– Смотрите! – восторженно кричала Файрфлай. – Эту пони зовут точно так же, как и меня!

Рэйнбоу опешила. Жеребята, которые оказались поблизости, удивлённо уставились на парочку. Файрфлай просто сияла от счастья, что же касается Флаттершай, то она едва дышала и всячески пыталась выскользнуть из копыт чересчур дружелюбной пони. Со стороны всё выглядело весьма забавно, и в толпе раздался сначала один смешок, потом ещё один – и вскоре все жеребята дружно хохотали. Не удержалась и Дэш.

– Рэйнбоу… Пожалуйста... Спа..си... – взмолилась Флаттершай. Она не замечала ничего вокруг, единственным её желанием было вырваться из бешеного танца. Вот только Дэш её не слышала.

Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы в это время рядом не проходила Санни Джонс. Сперва она усмехнулась, но мельком увидев выражение личика Флаттершай, сразу напустила на себя строгий вид и быстрым шагом направилась к месту событий.

– Что здесь происходит? – её голос моментально заставил всех умолкнуть. Файрфлай застыла на месте.

– Миссис Джонс, представьте себе, эту пони зовут точно так же, как и меня! – широко улыбаясь, ответила она.

– Файрфлай, сейчас же отпусти её.

Фиолетовая пони нехотя разжала объятия. Флаттершай с тихим стоном бессильно сползла на землю и осталась лежать на ней, закрыв глаза и тяжело дыша.

– Я не знаю, в чём здесь дело, – продолжала Санни всё тем же строгим тоном, – однако её зовут Флаттершай, а никак не Файрфлай.

Файрфлай с виноватым видом взглянула на несчастную.

– Извини, пожалуйста… Флаттершай. Я ни за что бы так не сделала, если бы ты только говорила капельку громче. Ты меня прощаешь?

Флаттершай быстро-быстро закивала головой, и на мордочке фиолетовой пегаски вновь заиграла улыбка.

– Прекрасно! Вот мы и познакомились. Что с тобой? Тебе помочь? – внезапно забеспокоилась Файрфлай. В общем-то, было из-за чего: её новая подруга продолжала лежать на земле.

От этих слов Флаттершай мгновенно встрепенулась – ей совсем не хотелось снова оказаться в копытах энергичной кобылки – и вскочила на ноги.

– С-спасибо, в-всё хорошо, – быстро, чуть заикаясь, ответила она и оглянулась по сторонам. От увиденного её бросило в холодный пот.

Четырёх участниц драмы – Файрфлай, Санни Джонс, Рэйнбоу Дэш и Флаттершай – обступила плотная толпа. Вне себя от ужаса, Флаттершай начала пятиться, споткнулась, едва не повалившись обратно на землю. Она беспомощно озиралась вокруг, ища хоть малейший путь спасения, но напрасно: куда бы ни упал её взгляд, всюду были пони. Десятки пар глаз уставились на неё, жадно ловили каждое движение. Наконец, заметив в живой стене крохотный просвет, жёлтая пегаска сломя голову ринулась туда. Кучка малышей, которая оказалась на её пути, в ужасе задала стрекача, старшеклассники отшатнулись. Флаттершай стрелой припустила по дорожке обратно к общежитию. По толпе пробежал ропот, кто-то собрался было кинуться в погоню.

– Всем стоять! – выкрикнула Дэш таким голосом, что всякое движение тут же прекратилось.

Голубая пони резко взмыла в воздух и рванула вслед за подругой.

– Флаттершай! – позвала Рэйнбоу, на полной скорости влетая в пустой коридор общежития.

Нет ответа. Рэйнбоу кинулась было к двери своей комнаты, но передумала: ключи-то у неё, а значит, Флаттершай не могла попасть внутрь. Следовательно, она где-то здесь, в коридоре. А может, наверху? Дэш приземлилась на пол и рысью направилась к лестнице.

Когда она была на полпути между первым и вторым этажами, до её слуха долетел тихий всхлип.

– Флаттершай? – неуверенно спросила Рэйнбоу, замирая на месте. Тишина. Дэш не двигалась, ожидая, когда звук повторится. И он повторился откуда-то снизу. Голубая пони не стала тратить время на спуск, и попросту перемахнула через перила. Так и есть: под лестницей, забившись в самый угол, сидела Флаттершай. Увидев Рэйнбоу, она тонко пискнула и закрыла лицо копытцами, ещё сильнее прижимаясь к стене.

– Тише, это же я, Рэйнбоу Дэш, твоя лучшая подруга, – негромко сказала радужная пегаска.

Флаттершай не проронила ни звука.

– Слушай... – начала Дэш. – в чём дело? Ещё вчера ты вела себя более-менее нормально. Давай начистоту, ладно? Что на тебя нашло?

Жёлтая пони всхлипнула, немного опустила копыта, уставилась на Рэйнбоу, но так ничего и не ответила. В молчании прошла почти минута, и Дэш это начало надоедать. Она нахмурила брови.

– Ох! Я просто не могу! – из глаз Флаттершай вновь брызнули слёзы. – Я не могу сказать... Я... сама... не знаю... В чём дело... Нет...Я... Я боюсь толпы! Я боюсь, когда на меня смотрит много пони! Я... я просто… с ума схожу от страха! – она едва могла говорить.

Рэйнбоу медленно подошла к своей подруге, вздохнула, и, чуть помедлив, уселась рядом с ней.

– Знаешь, на самом деле ничего ужасного не случилось, – сказала Дэш, глядя куда-то в сторону.

– Но они... смеялись надо мной…

– Это было и вправду… – ответила Рэйнбоу, но тут же усилием воли заставила себя умолкнуть и согнала с лица улыбку.

– Они теперь всегда… всегда будут дразнить меня…

– А вот и не будут. Они уже давно всё забыли, – сказала Дэш, кладя копыто на плечо Флаттершай, – ну а если кто-нибудь вздумает тебя хоть пером задеть, то будет иметь дело со мной. Ладно, теперь нам пора в столовую. Завтрак-то уже начался.

– В столовую? О нет, нет, нет! Только не туда! – жёлтая пегасочка замотала головой. – Там слишком много других пони!

– Ты что, голодом себя заморить решила? – голос у Рэйнбоу зазвучал совсем как у Санни Джонс – твёрдо и строго; она легонько встряхнула Флаттершай. – Ты это брось. Сейчас мы встаём и идём завтракать, будто ничего не случилось.

– Но мне страшно…

– Прекрати. Некого там бояться. Ты вот меня же не боишься, хотя есть за что.

– Нет, тебя я не боюсь... – шёпотом ответила Флаттершай. – Ты хорошая.

– Ну и замечательно, теперь дело за малым – перестать бояться всех остальных. Они ведь ничем не хуже меня. Если не считать полёты, само собой.

Дэш вышла из-под лестницы, остановилась и с выжидающим видом взглянула на Флаттершай, однако та и не думала покидать своё убежище. Тогда радужная пони вернулась, схватила её за передние копыта и начала тянуть.

– Но я никого там не знаю, – отчаянно сопротивлялась Флаттершай.

– Так познакомишься!

– Страшно…

– Прекрати! Ты всё равно должна сделать это: тебе с ними не один год учиться. Тяжело, понимаю, но лучше один раз помучиться, чтобы потом не мучиться целую вечность! – уговаривала Рэйнбоу.

Флаттершай перестала вырываться и призадумалась:

– Наверное, ты права. К тому же мне очень хочется есть.

– Вот именно, голод не тётка. Скорее, иначе окончательно всё пропустим.

После этих слов кобылки выбежали из-под лестницы и свернули в коридор. Почти сразу за углом они столкнулись с Санни Джонс, которая, по всей видимости, давно уже ждала их. Обе малышки немного испугались такой встречи, однако, увидев милую улыбку на лице классной руководительницы, тут же поняли, что ругать их никто не собирается.

– Флаттершай, как дела? – обратилась Санни к жёлтой пегаске.

– Эм... – замялась Флаттершай. – Всё в порядке.

– В полном, – дополнила её Дэш. – Это из-за сегодняшней истории с директорским кабинетом.

– Вот и замечательно, – ласково сказала Санни, – можете идти.

Флаттершай сразу же кинулась к выходу: ей и так было очень неловко, что она заставила Рэйнбоу опаздывать. Дэш направилась было следом, но...

– Рэйнбоу Дэш, – негромким голосом окликнула её Санни.

– Да, миссис Джонс, – ответила та, поворачиваясь к учительнице.

– Подойди ко мне.

Некоторое время две пони стояли молча. Санни внимательно смотрела на Дэш.

– Прошу тебя, позаботься о Флаттершай, – ещё тише произнесла она. И улыбнулась. Совсем легонько, одними только краешками губ.

– Обязательно, – радужная пегаска коротко кивнула головой и тут же заторопилась вслед за своей подругой.

## Глава 7. В центре внимания

Кошмар Флаттершай продолжается... А может и угасает?

Наконец-то завтрак. В столовой давно уже собрались все ученики младших классов. Старшие обедают позже, потому что столиков на всех не хватает, да и так получается намного удобнее как для взрослых, так и для малышни. Ну а чтобы старшеклассники перед завтраком не болтались без дела и не отлёживали бока в постелях, для них придумали отличное занятие – строевую подготовку. Преподаватели считают, что она как нельзя лучше приучает молодых пегасов к дисциплине, однако сами ученики её не слишком жалуют: с самого утра, натощак, вместо сытного завтрака приходится с песнями маршировать по школьному двору и выполнять различные команды. Мало кому такое придётся по душе, зато больше нигде в Эквестрии – кроме, разве что, Сталлионграда – вы не увидите стройные, словно на королевском параде, ряды юных крылатых пони, чей дружный шаг эхом отдаётся в толще облака, на котором раскинулся Клаудсдейл. Так что строевая была своего рода визитной карточкой, одной из отличительных особенностей клаудсдейловской школы, и даже несмотря на все связанные с ней неудобства ученики ни за что не согласились бы лишиться её.

Флаттершай и Рэйнбоу Дэш быстро получили свои порции – очереди-то уже не было – и сели за одним столик, друг напротив друга. Внезапно возле них оказалась Файрфлай вместе с какой-то рыжегривой пегаской светло-розового окраса. Файрфлай пристроилась рядом с Флаттершай, её спутница – с Рэйнбоу. Дэш и бровью не повела, и Флаттершай решила брать пример с неё, изо всех сил стараясь не обращать внимания на сидящую рядом фиолетовую кобылку. Пока компания готовилась начать завтрак, Файрфлай украдкой бросала взгляды на свою соседку, отчего та начала беспокойно елозить на месте.

– Может быть, перестанешь? – Дэш строго подняла одну бровь, обращаясь к своей подруге. – Ей не нравится. Разве не видишь?

– Ой, извини, – смущённо проговорила Файрфлай, – но она такая интересная и необычная. Как будто с другой планеты, – Файрфлай тихонько рассмеялась.

– Слушай, – Рэйнбоу облокотилась на стол, наклоняясь вперёд, – оставь её в покое хотя бы на сегодняшний день, лады?

– А как её зовут? – спросила пони, что сидела рядом с Дэш.

– Флаттершай, – ответила Рэйнбоу за свою подругу.

– Красивое имя. А меня – Оранжфреш. И я очень люблю апельсиновые напитки…

– Так, хватит болтать. Вот-вот прозвенит звонок, а мы ещё голодные, – с этими словами Рэйнбоу принялась за разложенные на столе бутерброды. Остальные последовали её примеру.

Однако в то утро Флаттершай не суждено было позавтракать спокойно.

– О, да ты же новенькая! – внезапно вскрикнул бежевого цвета жеребчик, который сидел за соседним столиком, лицом к Флаттершай.

Вместо ответа жёлтая пони опустила взгляд и коротко кивнула.

– Меня зовут Мик, а тебя? – пегасёнок явно намеревался продолжить знакомство.

– Ха! Тебе-то какое дело? Или ты к ней неровно дышишь? – залился смехом сосед Мика по имени Билли. Слегка ехидный, он любил подшучивать над другими жеребятами ради того, чтобы рассмешить своих приятелей, но зачастую перегибал палку, и от его острот становилось совсем не весело, особенно тому, кого он выбрал в качестве очередной жертвы. Тем не менее, Билли преуспевал в спорте: когда дело касалось командной игры, – например, хуфбола, – он тут же превращался в настоящего лидера, уверенного, ловкого, умеющего заставить всех игроков действовать как единый слаженный механизм. Потому для Дэш он был соперником номер один, ведь она сама очень любила командовать.

– Мик, щёлкни её по лбу. Давай же! – подначивал Билли своего приятеля.

В ответ тот замотал головой:

– Нет, она может обидеться.

– Ну, значит, ты точно втюрился! – ещё громче захохотал Билли.

– Ничего подобного! – громко сказал Мик с нотками обиды в голосе, а Билли продолжал свою дразнилку:

– Влюбился! Влюбился!

Флаттешай густо покраснела. Рэйнбоу Дэш метнула на Билли испепеляющий взгляд, впрочем, тот ничего не заметил и продолжал веселиться вовсю.

– Флаттешай, будь добра, передай мне соль, – обратилась Рэйнбоу к своей подруге, чтобы хоть как-то отвлечь её от происходящего вокруг.

Флаттершай протянула дрожащее копыто, с трудом захватила солонку, но в самый последний момент не удержала её, и железная баночка, ударившись о край стола и лишившись крышки, свалилась вниз, прямиком на Дэш, щедро осыпая её белыми кристалликами.

Компашка за соседним столиком тут же умолкла, замерли Оранжфреш и Файрфлай. Все уставились на обсыпанную солью радужную пегаску, а та недоумённо разглядывала запачканную шёрстку. Флаттершай хотела было извиниться, но с губ сорвался только невнятный писк. Жёлтая пони испуганно умолкла, глядя на Дэш широко распахнутыми, полными ужаса глазами.

– Кому-то сейчас влетит, – ухмыляясь, тихо прошептал Билли.

Дэш медленно подняла взгляд на Флаттершай, наклонила голову набок и… расхохоталась.

– Я вся белая, прямо как в снегу! – заливалась она. – И даже на хвост немного попало! Вот умора!

Теперь все вокруг глядели на неё, а Билли даже вытаращил глаза от удивления. Неслыханно: знаменитую Рэйнбоу Дэш обсыпает солью какая-то новоприбывшая салага, а она, вместо того чтобы задать нахалке хорошенькую взбучку, весело смеётся. Пожалуй, даже чересчур весело.

«Быть того не может, – лихорадочно соображал Билли, – Дэш никому и никогда не даст спуску за подобное. Неужели она испугалась эту тихоню лишь потому что она немного больше её? Что-то тут не чисто... Наверное, пока лучше оставить её в покое, понаблюдать со стороны», – решил он про себя.

Тем временем Дэш отряхнулась и снова принялась за бутерброды. Прочие ученики поняли, что никакой драки уже не будет, и тоже заторопились прикончить свои порции. Остаток завтрака прошёл без приключений.

– Ну, и как тебе одноклассники? – спросила Рэйнбоу Дэш Флаттершай, когда они выходили из столовой. – Понравились?

– Очень милые и весёлые. Если бы только не тот глупый случай с солью… Но, знаешь, на самом деле не так уж и страшно оказаться в центре внимания.

– А я что говорила? Значит, сегодня вечером мы с тобой вместе идём на тренировку. Тебе там должно понравиться.

– Оу, Дэш, я всё-таки не уверена...

– Ерунда! Мы весело проведём время!

В коридоре раздался звонок.

## Глава 8. И вновь столовая

Встреча Флаттершай со старшеклассниками.

Вечерело. Огромный диск закатного солнца медленно уходил за горизонт, заливая небосвод нежно-золотистым, цвета гривы Оранжфреш, сиянием. Флаттершай сидела за письменным столиком и любовалась закатом через единственное в их с Рэйнбоу Дэш комнате окно. Казалось бы, что такого особенного можно найти в обыкновенном заходе или восходе солнца, но ежедневно тысячи восхищённых взглядов следили за торжественным спуском дневного светила, а каждое утро на дворцовой площади в Кэнтерлоте восторженная толпа, затаив дыхание, глядит, как принцесса Селестия поднимает раскалённый огненный шар, и не было никого, кто мог с уверенностью сказать, что прекраснее: сияние ли зарождающегося дня, или окутанная магическим ореолом грациозная фигура царственного аликорна.

Постепенно в комнате становилось всё темнее, и Флаттершай зажгла свет. Тем временем Дэш в поте лица готовилась к предстоящей тренировке. Покончив с разминочными упражнениями, радужная спортсменка посвятила остаток времени отжиманиям от пола. Несколько раз она предлагала Флаттершай присоединиться к ней, но в ответ та лишь тихонько качала головой.

Наконец настало время отправляться. Дэш открыла дверь, сделала шаг в коридор и замерла на пороге.

– Ну, тебя ещё долго ждать? – спросила она через плечо тоном, не терпящим возражений.

– Может, мне лучше остаться? – едва слышно проговорила Флаттершай.

Жёлтая пегаска отлично понимала, что её отказ огорчит Рэйнбоу Дэш, но идти на вечернюю тренировку она боялась даже больше, чем в столовую. От рождения слабенькая и робкая, она не могла себе представить, как найдёт общий язык со спортсменами, для которых совершенство физической формы важнее всего прочего.

Но Дэш никогда не сдавалась после первой неудачной попытки. Флаттершай необходимо приучать к спорту, и голубая летунья решила прибегнуть к уговорам.

– Флаттершай, пойми, только так ты сможешь научиться летать, – теперь голос Рэйнбоу Дэш звучал гораздо мягче.

Две крылатые пони стояли друг напротив друга, взгляд одной – выжидающий, другой – полный страха и мольбы.

– Ты действительно не пойдёшь со мной? – в голосе Дэш прозвучали нотки раздражения.

Ответом ей была тишина. Радужная пегаска глубоко вздохнула и вышла в коридор.

– Всё равно тебе придётся ходить на физкультуру: со следующей недели у нас начнутся занятия по ней, и ты просто не сможешь их избежать, – сказала Дэш в открытую дверь.

– Я знаю, – тихо ответила Флаттершай, продолжая сидеть на месте.

Рэйнбоу Дэш встряхнула крыльями и насупилась. Хотя она страшно не любила отступать, однако понимала, что сейчас иначе нельзя.

– Ну, дело твоё. Силком тянуть не буду, но и опаздывать из-за тебя не собираюсь. Счастливо оставаться! – с этими словами Дэш твёрдым шагом направилась к выходу из общежития.

Флаттершай тихонько вздохнула и заперла за ней дверь. Потом погасила свет, медленно подошла к кровати, легла на неё, вытянулась в полный рост, сложила копыта на груди. Её взгляд, рассеянно скользнув по белизне потолка, сосредоточился на едва заметной трещинке в штукатурке и замер.

Одиночество никогда не тяготило розовогривую пони. Чтобы не скучать, ей достаточно было закрыть глаза и вспомнить что-нибудь хорошее. Лёжа на кровати, Флаттершай неторопливо беседовала сама с собой, обсуждая события последних дней, иногда мило улыбаясь какой-то приятной мысли. Время тянулось медленно, но проходило незаметно.

Когда комната погрузилась в темноту, Флаттершай повернулась на бок и устремила взгляд через окно, в небеса, на сумеречной глади которых робко мерцали первые вечерние звёзды. Почему-то вспомнился недавний разговор с Дэш. Как она там, на тренировке? Ей, должно быть, скучно одной.

Эта мысль встревожила Флаттершай. Жёлтая пегаска поднялась и подошла к окну. Приятные грёзы, что верно служили ей утешением в тот одинокий вечер, растаяли без следа, грудь наполнилась жгучей тяжестью ожидания.

Флаттершай начала беспокойно ходить по комнате. Пять кругов, десять, двадцать, пятьдесят… или уже шестьдесят? Семьдесят?

Где-то в коридоре послышалось цоканье копыт. Флаттершай навострила ушки. Звук медленно приближался, и жёлтая пони, больше не в силах терпеть ни секунды, подбежала к двери, приоткрыла её, выглянула наружу – и столкнулась нос к носу с незнакомым жеребёнком.

– О, привет, – сказал тот, увидев её личико.

– П-привет, – выдавила из себя Флаттершай и тут же захлопнула дверь.

Она успела сделать лишь несколько шагов обратно, к окну, как за её спиной раздался стук. Флаттершай замерла, медленно обернулась. Стук повторился. Собравшись с духом, жёлтая пони снова приоткрыла дверь.

– Меня зовут Вингторн, а тебя? – без промедления спросил жеребёнок.

– Флаттершай.

Вингторн набрал было в грудь воздуха, чтобы задать следующий вопрос, но опоздал: дверь снова закрылась.

Следующий стук заставил Флаттершай вздрогнуть. Не открывать было невежливо, и она поплелась обратно.

– А почему ты не в столовой? Ужин почти закончился, – скороговоркой выпалил Вингторн, едва встретившись взглядом с Флаттершай.

– Ужин? Ой, я совсем забыла, спасибо, – быстро прошептала она и выбежала из комнаты.

– Эй, постой! – Крикнул Вингторн вслед удаляющейся по коридору странной розовогривой пони, однако ответа не получил.

Флаттершай торопливо шагала по школьному коридору. Жеребят и кобылок было немного, и Флаттершай почувствовала себя спокойнее, однако возле самого входа в столовую на её пути возникла какая-то шумная компания. Чтобы как можно скорее разминуться с ними, жёлтая пони, нагнув шею, прибавила ходу – и тут же врезалась в чей-то бок.

– Эй, гляди, куда копыта ставишь! – раздался сердитый выкрик.

От испуга Флаттершай зажмурилась.

– Поздравляю, ты опоздала на ужин!

Знакомый голос заставил Флаттершай медленно открыть глаза. Так и есть: Рэйнбоу Дэш. Голубая летунья смотрела на свою подопечную с некоторым удивлением.

– Всё-таки отважилась прийти сама. А я уже думала, что снова придётся тебя булочками кормить, что у меня в седельных сумках под кроватью остались.

– Так давай вернёмся…

– Нетушки, глупо возвращаться, раз уж ты здесь.

Флаттершай не оставалось ничего другого, кроме как последовать за своей подругой. Подойдя к окошку, Дэш без лишних слов обратилась к поварихе:

– Флаттершай опоздала на ужин, можете дать ей порцию?

Повариха кивнула в ответ:

– Пусть садится вон туда, – она махнула копытом в сторону одного из дальних столиков. – А то сейчас придут старшеклассники.

– Отлично! – улыбнулась Рэйнбоу и повела Флаттершай за собой.

– Эй, а ты куда? – крикнула повариха вслед. – Поужинала – и ступай отсюда. Старшеклассников много, мест и так на всех еле хватает! – замахала она копытом на Дэш.

– Ничего не бойся, – шепнула голубая пони оторопевшей Флаттершай, – я буду ждать тебя прямо возле выхода.

– Хорошо, – пискнула та в ответ.

Повариха, поставив на стол перед Флаттершай тарелку с супом и несколько бутербродов, поспешно удалилась. Через пару минут в коридоре раздался гулкий топот, и в распахнутую дверь столовой ворвался поток старших учеников, которые тут же принялись выстраиваться в очередь перед окошком. Спорили, толкали друг друга, шумели, а получив свои порции, тут же спешили занять места. Так как на вид Флаттершай была почти такая же, как и большинство старшеклассников, никто не обратил на неё особого внимания, правда, легче ей от этого не стало. Сразу вспомнились предостережения Дэш, и Флаттершай вся сжалась в комок.

Тем временем старшие уписывали содержимое своих подносов за обе щёки. Выглядели они устало, и, по всей видимости, им было просто не до разговоров. Правда, молчание длилось недолго. Нарушил его коричневый пегас с золотистой гривой:

– Кирпич вчера сказал, что на следующем занятии будем грозовые тучи разгонять.

– Что, опять? – недовольно протянула зеленогривая пони с белой шёрсткой и стукнула копытом по столу.

– Не опять, а снова, Челли. Не опять, а снова, – пробурчал в меру упитанный пегас светло-голубого цвета, который не торопясь наслаждался своей порцией.

– Провалиться мне сквозь облако! – облокотилась Челли на столешницу. – Мы будем учиться или вкалывать? Кто виноват в том, что грозовых туч стало слишком много? Не мы же!

– Челли, не кипятись, ведь сегодня будут танцы, – коричневый пегас улыбнулся и подмигнул ей.

– Прости, Свирл, я так устала, что у меня нет сил туда идти. Все крылья ломит.

– Ага, я тоже пас, – кивнул фиолетовый пегас, их третий сосед по столику, который до этого не проронил ни слова.

Флаттершай сидела молча, вперив взгляд в свою тарелку. Суп остывал, бутерброды лежали нетронутыми, а жёлтая пони не могла найти в себе силы даже пошевелить копытом, и это сыграло с ней злую шутку.

– Ты чего не ешь? – спросила её Челли.

– Я.. Эм.. – Флаттершай запнулась.

Все тут же уставились на неё.

– Неужели ты не голодна? – удивилась Челли, которая уже почти прикончила свою порцию.

– Что-то я тебя раньше здесь не видел, – заявил Свирл. – Она из вашего класса? – повернулся он к Челли.

– Нет, я её не знаю. Но с нами она точно не работала.

– Скажи, как тебя звать? – обратился Свирл к Флаттершай.

– Фла… Флаттершай, – чуть помолчав, ответила она. Но опять чересчур тихо.

– Кто-кто? – переспросил Свирл.

Вспомнив неудачное знакомство с Файрфлай, розовогривая пони набрала в грудь побольше воздуха и повторила своё имя уже достаточно громко, чтобы его услышали все сидящие за столом.

– Ты новенькая? – спросил Флаттершай молчаливый фиолетовый пегас.

– Да, – растерянно ответила та.

– И в каком же ты классе?

– Я… Я… Я из младших…

Компания за столом расхохоталась.

– Отличная шутка! – весело сказал Свирл.

Флаттершай отвела взгляд в сторону.

– Погоди, ты серьёзно? – теперь тон у Свирла был удивлённый.

Вместо ответа Флаттершай медленно кивнула головой.

– Тогда что ты здесь делаешь? – спросила Челли.

– Я опо… опоздала.

– Ты выглядишь довольно взрослой… Как для младших классов.

– Я осталась на второй год.. И на третий… – прошептала Флаттершай.

– Ого! – удивился Свирл. – Да тут наша поняша!

– Челли, – с насмешкой произнёс упитанный пегас, – ты осталась на второй год, а она – на третий, так кто ж теперь круче, а? – рассмеялся он.

– Действительно, – улыбнулась Челли. – А это значит …

Белая пегаска с зелёной гривой протянула копыто к Флаттершай. «Сейчас мне надерут уши», – с отчаянием подумала жёлтая пони и зажмурилась, однако вместо этого почувствовала лёгкое прикосновение к своему носу.

– Та-дам! Повелась!

Вся компания дружно захохотала, отчего Флаттершай бросило в дрожь.

– Ты какая-то слишком пугливая, – тряхнул головой Свирл. – Челли всего лишь поприветствовала тебя.

– Да… У нас такой условный знак, – улыбнулась зеленогривая.

– Вот теперь добро пожаловать в нашу школу! – доброжелательно произнёс молчаливый пегас.

– А кто у тебя классный руководитель? – задал вопрос Свирл.

– Эм… Санни Джонс.

– Ааа… Вафельница. Повезло вам, – Челли закинула копыта за шею. – И у нас когда-то была руководителем. В смысле, в младших классах. Добрая пони, она тогда как раз только пришла сюда работать.

– А при чём тут вафельница? – удивилась Флаттершай.

– Так мы её между собой называем, – ответил Свирл. – Потом поймёшь, почему.

– Да, – хитро улыбнулась Челли, – мы тут давно всем прозвища придумали.

– А для чего? – спросила Флаттершай.

– Так удобнее, – ухмыльнулся коричневый пегас, – к тому же забавно.

– Ясно, – прошептала Флаттершай.

– Вафельница, Пудель, Кирпич, Плётка, Фонарь… – перечисляла Челли, качаясь на стуле и глядя в потолок.

– А они об этом знают? – шёпотом спросила Флаттершай.

– Наверное, – ответил ей Свирл, возвращаясь к своему ужину. – Пудель точно знает.

– А кто Пудель?

– Да Пауль, наш физрук. А Пудель потому, что Пауль, – коротко пояснила Челли.

– Хватит, доедать надо, а то на танцы опоздаем! – поторопил всех Свирл. Болтовня сразу же прекратилась.

Флаттершай набралась смелости и, последовав примеру остальных, быстро справилась со своей порцией. Попрощавшись со старшеклассниками, которые были заняты едой и в ответ только закивали головами, она встала из-за стола и направилась к выходу.

– Ну как всё прошло? Уши-то не надрали? – спросила Рэйнбоу Дэш, которая, как и обещала, ждала её у самой двери.

– Нет… Знаешь, они довольно милые, – улыбнулась Флаттершай. – И чуток странные…

## Глава 9. Необычный урок

На следующее утро в классе никто не шалил. Все быстро расселись по местам и тихонько перешёптывались между собой: сегодня первый урок по новому предмету, и вести его будет новый учитель.

Прозвенел звонок, и почти сразу в кабинет вошёл немолодой серый пегас в очках. Грива его была тронута сединой, взгляд строг, но в то же время добродушен. Он много лет проработал в клаудсдейловской школе и стал чем-то вроде живой легенды, одним из персонажей тех историй, которыми старшеклассники любят при случае изумлять малышей.

– Меня зовут Шторм, – представился учитель. – Возможно, кто-то из вас уже слышал обо мне, но так или иначе вы все уже должны знать о кьютимарках. Есть желающие рассказать? – с этими словами Шторм обвёл класс внимательным взглядом.

Файрфлай тут же подняла копыто и заёрзала на месте от нетерпения.

– Слушаю тебя, – улыбнулся Шторм.

– Кьютимарка – это метка, которую пони получает, когда находит в себе что-то особенное! – с довольным видом отчеканила пегаска.

– Верно, – кивнул Шторм. – Правда, не «что-то особенное», а свой особый талант. Но всё равно ты в чём-то права. В большинстве старых учебников написано именно так, но я считаю, что они не совсем верны: в них чересчур много громких слов. Но всё равно ты молодец.

Файрфлай зарумянилась и робко спросила:

– Мистер Шторм, а что означает ваша кьютимарка?

Весь класс перевёл взгляды на бок Шторма, где красовалось изображение в виде горы и нескольких установленных на ней флажков.

– Я получил её на состязаниях по альпинизму между грифонами и пегасами. Тогда я был молод, ловок и полон сил. Мы разбили свои лагеря на заснеженных склонах горы. Был страшный мороз, у нас заканчивалась провизия и топливо. Соревноваться в таких условиях немыслимо, и мы решили переждать большие холода в юртах. Грифонам было легче, ведь они лучше приспособлены для жизни в горах. Нам, пони, было трудно, однако мы и не думали возвращаться. Время шло, но однажды отряд, который доставлял нам припасы, не появился в обычный срок. Мы ждали несколько дней, пока не поняли, что с ними стряслась какая-то беда. Меня отправили на разведку. Когда я был уже далеко от лагеря, разыгралась страшная буря, однако я не повернул назад. Недаром меня назвали Штормом! Я преодолел все трудности, нашёл пропавший отряд и привёл его в лагерь. В тот же день у меня появилась кьютимарка. Пускай это было поздновато для взрослого пегаса, но я был очень счастлив. Долгое время я работал спасателем в горах, однако порой судьба бывает к нам жестока: во время одной из спасательных операций мне нужно было перевезти на себе довольно много груза, но один из тюков был плохо стянут стропами, и в полёте произошла катастрофа. Я рухнул посреди снежной пустыни и не смог больше взлететь… Всё тело сводило судорогой от холода и боли, но я шёл и шёл, покуда хватало сил. Не помню, как и когда меня нашли, и сколько времени я пробыл в снежном плену. Врачи выходили меня, но летать я уже больше не мог. Тогда я устроился работать в эту школу. Вот так бывает, что кьютимарка есть, но соответствовать ей ты уже не можешь поэтому теперь она означает, что моя задача – помочь своим ученикам достигнуть их собственных вершин. Сейчас для каждого из вас вершина – это ваша собственная кьютимарка, и я уверен, что вы её обязательно получите. Часто можно услышать, что она обязательно появится со временем, но я так не считаю. Нужно идти навстречу своей судьбе! Только так вы можете найти своё настоящее призвание.

Какое-то время в классе стояла тишина. Первой нарушила молчание Оранжфреш:

– Мистер Шторм, получается, что ваша кьютимарка сперва означала одно, а теперь – совершенно другое…

– Видишь ли… – Шторм сделал паузу, вопросительно взглянул на малышку.

– Оранжфреш, мистер Шторм, – сразу же представилась оранжевая пегасочка.

– Видишь ли, Оранжфреш, не всякий пони сразу может понять, что именно означает его кьютимарка. Нередко её обладатель сам придумывает ей объяснение, и, как ни странно, оно зачастую оказывается верным. Всё дело в нас самих. К примеру, получила ты цветок… О чём это говорит?

– Что я цветовод, – незамедлительно ответила Оранжфреш.

– А ты хочешь быть им? – спросил Шторм.

– Нет, мне это неинтересно, – махнула копытом Оранжфреш.

– Хорошо. Представь, что твоя кьютимарка всё-таки именно с цветком. Но ты не хочешь быть цветоводом, тебе и не нравится. Что ты будешь делать? Кьютимарку нельзя поменять.

– А такое может случиться? – обеспокоенно поинтересовалась рыжевогривая пегасочка.

– Да, всякое бывает, – улыбнулся Шторм. – Например, ты не желаешь быть цветоводом, но у тебя есть артистические способности. И ты становишься актрисой. Но ведь у тебя на боку цветок.

– Но… это же неправильно! – воскликнула Оранжфреш. – У актрисы не может быть цветка на боку. Если я актриса и меня спросят, почему моя кьютимарка в виде цветка, что я отвечу? Моё призвание – выращивать цветы, а я занимаюсь не своим делом! Быть того не может!

– Может, – рассмеялся Шторм. – Ты можешь сказать: «Когда я выхожу на сцену, зрители расцветают от радости, словно этот цветок у меня на боку». Не люблю громких слов, но тут они уместны.

– Ого! – удивилась Рэйнбоу Дэш. – Это значит, что я могу получить карамель и сказать, что я прирождённый Вондерболт, потому что зрители любят карамель не меньше, чем Вондерболтов!

– Ну… – с улыбкой взглянул на неё Шторм, – ты поняла почти правильно, хоть и немного поверхностно.

– Значит, получить не ту кьютимарку не так уж и страшно, – хихикнула Рэйнбоу.

– Получить не ту кьютимарку? – слега недоумённо переспросил Шторм. – Дорогая, так не бывает. Кьютимарки появляются не просто так, но их значения понятны только их владельцам.

– А у пони может быть сразу несколько талантов? – спросил Билли.

– Хороший вопрос. – Шторм тут же повернулся к жеребёнку. – Талантов у пони может быть сколько угодно, и кьютимарка никак этому не препятствует.

– Значит, получив кьютимарку, я не обязательно смогу хорошо делать только что-то одно?

– Разумеется!

– Да у тебя и так несколько талантов, – сказал Мик, который сидел за Билли. – Например, ты отлично играешь в хуфбол, волейбол и боулинг.

– Выходит, у меня будет целых три кьютимарки! – рассмеялся Билли.

– Нет, – усмехнулся Шторм. – Кьютимарка у пони всегда только одна.

– Эх… Значит, придётся выбирать какой-то один вид спорта, – Билли приуныл и облокотился на стол.

– Не обязательно. Может быть, твоё призвание – спорт вообще.

– Точно! – мгновенно просиял Билли. – Как я сразу не догадался?! Выходит, я могу преуспевать во всех видах спорта и получить кьютимарку спортсмена!

– Не совсем так. Заниматься ты можешь многим, но твой настоящий талант только один. И мы закончим наши занятия только когда каждый из вас получит свою кьютимарку. Моя задача – узнать, в чём именно заключается ваш талант и помочь развить его. Поверьте, в этом деле опыта у меня предостаточно.

– А вы можете сказать, какой именно талант у каждого из нас? – полюбопытствовала Файрфлай.

– Пока нет, но со временем обязательно узнаю. Вы пегасы, а пегасы обычно получают свои кьютимарки раньше других.

Остальная часть урока прошла незаметно. Ученики буквально завалили Шторма вопросами, ведь каждый пустобокий жеребёнок мечтает как можно скорее получить кьютимарку, наконец-то узнать свою особенность, свой талант, и в то же время слегка побаивается этого.

Когда уроки закончились, Флаттершай и Рэйнбоу Дэш пообедали в школьной столовой (на сей раз совершенно без приключений) и отправились в свою комнату.

Лёжа на кроватях, они делились впечатлениями от нового предмета.

– Представляешь себе, я могу получить любую кьютимарку и всё равно стать Вондерболтом! Это же здорово! – не унималась Рэйнбоу Дэш. – А если я, допустим, она будет в виде вишни, то могу сказать, что быстра, точно как падающая с дерева вишня! А у тебя, Флаттершай, какая мечта? Кем ты хочешь стать?

– Ох, Рэйнбоу… Я даже не знаю… – смущённо ответила жёлтая пегасочка.

– Так… – многозначительно произнесла Рэйнбоу. – А если у тебя появится кьютимарка с молотком?

– То я… стану слесарем, – неуверенно сказала Флаттершай, хотя её ответ был скорее похож на вопрос.

– А если с облаком?

– Буду делать облака…

– А если цветок?

– Стану садовником.

– Книга?

– Библиотекарем.

– Столом?

– Столяром.

– Расчёской?

– Парикмахером.

– Ложкой?

– Поваром? Или обжорой…

Рэйнбоу Дэш громко расхохоталась:

– Да ну тебя! Ты такая предсказуемая, что аж скучно! Неужели ты пойдёшь на поводу у какой-то там картинки на боку? Разве у тебя нет никакого собственного желания, как, например, у меня – стать Вондерболтом? А?

– Нет… Я и летать-то не умею, – грустно вздохнула Флаттершай.

– Да, досада… – задумчиво произнесла Рэйнбоу. – А давай я тебя научу!

– Боюсь, ничего не получится. Я пробовала сама, меня пытались учить другие. Бесполезно. Наверное, это просто невозможно… – последние слова Флаттершай произнесла шёпотом.

– Вот хоть прибей, не пойму, чего тут сложного? – пожала плечами Рэйнбоу. – Просто маши себе крыльями да летай. Давай завтра попробуем? Во дворе, хорошо?

– Ладно, я согласна, – слегка натянуто улыбнулась Флаттершай.

– То-то же, – довольно кивнула Рэйнбоу и откинулась на подушку.

## Глава 10. Я верю в тебя…

К счастью для робкой Флаттершай, на следующее утро ни на школьном дворе, ни в небе над ним не было ни души, разве что изредка пролетал где-то вдалеке спешащий по своим делам взрослый пегас. И даже облако в тот день было особенно мягким. Стоп, вот тут как раз удивляться нечему: накануне мэрия Клаудсдейла отдала распоряжение немедленно сбросить из него излишки воды, и погодный патруль вне всякого расписания устроил изрядный ливень. Пони внизу сильно возмущались, однако ругать пегасов никто и не думал. Известно, крылатый народ способен контролировать погоду, однако законы Природы отменить или нарушить он не в силах. Когда в воздухе слишком много водяного пара, облако, на котором построен Клаудсдейл, начинает впитывать его, становится тяжёлым, и если его вовремя не избавить от этого балласта, то весь город может рухнуть на землю. Но засуха в небе гораздо страшнее. Случается, пегасам при помощи своих торнадо приходится осушать одно озеро за другим, только бы не позволить Клаудсдейлу развалиться на части.

Флаттершай осторожно ступала по облаку, которое пружинило под её копытцами, Рэйнбоу молча парила рядом. Когда они отошли от школы на приличное расстояние, Дэш вырвалась немного вперёд и приземлилась прямо перед Флаттершай.

– Хорошее местечко, можешь начинать, – коротко сказала голубая пони.

Флаттершай сперва растерялась, но, поймав на себе выжидающий взгляд подруги, быстро сообразила, что та от неё требует. Розовогривая пегасочка неуверенно подняла левое крылышко, легонько взмахнула им и тут же сложила, испуганно оглянулась по сторонам. Убедившись, что никто, кроме Дэш, её не видит, Флаттершай вновь расправила крылья и начала энергично махать ими, в то же время подпрыгивая на месте. Безрезультатно. Точнее, в воздух она подлетала весьма резво, словно на батуте, но всё время падала обратно; проку от крыльев не было никакого. Рэйнбоу Дэш стоило немалых усилий сохранять на лице ободряющую улыбку, хотя её тянуло то расхохотаться, то в отчаянии закрыть лицо копытами. Наконец она не выдержала:

– Всё, на сегодня хватит!

Флаттершай тут же прекратила упражнение.

– Завтра продолжим. А теперь пошли, скоро уроки начнутся.

Обе подруги неспешным шагом направились обратно к школе.

Прошла неделя. Каждое утро в дальнем конце школьного двора радужногривая летунья тренировала свою подопечную, всякий раз терпеливо объясняя и демонстрируя азы лётного мастерства. В конце концов Флаттершай начала делать успехи, пусть незначительные, но радости её не было предела, равно как и радости Рэйнбоу Дэш. Да, Флаттершай всё ещё не умела летать по-настоящему, но зато теперь могла подняться над землёй на целых десять сантиметров и продержаться в воздухе аж до восьми секунд. Дэш тщательно измеряла расстояние и время. Хотя математику как дисциплину она не любила, зато обожала, когда достижение можно точно оценить при помощи секундомера или рулетки.

Тренировки оказались как нельзя кстати: в скором времени Санни Джонс заявила, что Флаттершай пора ходить на уроки физкультуры наравне с остальными жеребятами. Нельзя сказать, что робкая пегасочка была в восторге от такого решения, но возражать даже не пыталась. Хотя дела у неё шли всё лучше и лучше, она не чувствовала никакой тяги к этому предмету, однако ради своей подруги решила изо всех сил делать вид, будто ей нравится.

Месяц прошёл без особых событий, правда, и скучным его тоже не назовёшь. Бывали радости, случались и огорчения. Плохая отметка? Не волнуйся, исправим. Новая игра? Давай повеселимся! Нечего делать? Сейчас что-нибудь придумаем! В общем, жизнь текла своим чередом, и что бы ни случилось, обе кобылки были неразлучны и помогали друг другу во всём. С занятиями по физкультуре у Флаттершай трудностей не возникало. Ну, почти не возникало… Она по-прежнему стеснялась остальных жеребят, старалась держаться в стороне и не привлекать к себе внимания. И с полётами не клеилось. Да, теперь она могла подняться на полметра над землёй и держаться в воздухе до двадцати секунд, но этого было всё ещё слишком мало. Катастрофически мало. Дэш понимала это, но торопить события нельзя было ни в коем случае.

Однажды вечером, после очередной утомительной тренировки, Рэйнбоу Дэш и Флаттершай сидели на вершине большого облачного холма неподалёку от школы и глядели на заходящее солнце. Радужная спортсменка удивлялась самой себе: раньше ей едва хватало терпения, чтобы не вскочить из-за парты прямо посреди урока, а теперь она легко могла сидеть на месте хоть целый час. За время, что две кобылки провели вместе, Дэш незаметно для себя вобрала частичку кроткой неторопливости своей подруги.

– Флатти, – почти шёпотом произнесла Рэйнбоу.

Жёлтая пегасочка повернула голову.

– Знаешь, а ты всё-таки молодец, – с искренним восхищением в голосе сказала Дэш. – По сравнению с тем, что было раньше… Я думаю, уже скоро ты сможешь летать по-настоящему.

Дэш мечтательно взглянула ввысь.

– Вот получу кьютимарку Вондерболта и буду капитаном их команды… И когда ты получишь свою кьютимарку… А если это будет кьютимарка Вондерболта?

Флаттершай отвела взгляд в сторону.

– Тогда… я буду Вондерболтом… – она внезапно умолкла, будто испугалась собственных слов.

– Отлично! Станешь моим первым напарником. – Рэйнбоу положила копыто на плечо своей подруги и легонько встряхнула её. Вид у голубой летуньи был довольный, и Флаттершай не оставалось ничего другого, кроме как улыбнуться в ответ.

Тот роковой день начинался как обычно, и первый урок ничем особенным не отличался, но когда пегасята вернулись с перемены, в классе кроме Санни Джонс, чей предмет был следующим по расписанию, находились Пауль и мистер Шторм. Малышам коротко объяснили, что сегодня им предстоит сдавать норматив по полётам, да не где-нибудь, а в особом месте – в лётном лагере. По давней традиции клаудсдейловской школы своё первое серьёзное испытание все юные летуны проходили именно там. Растерянных и слегка напуганных пегасят вывели во двор, построили в шеренгу по три, и процессия, возглавляемая мистером Штормом, двинулась в путь.

Вот и лагерь, вот и место «боевого крещения» – высокое, словно башня, облако с площадкой на вершине. Малышей выстроили в одну длинную вереницу, и самым первым оказался тот самый Билли, что задирал Флаттершай в столовой. По нему было видно, что сейчас он бы с радостью уступил привычное место лидера кому-нибудь другому. Пауль взлетел на площадку, стал на краю и помахал вниз копытом.

– Итак, – обратилась Санни Джонс к Билли, – тебе выпала честь быть первым из класса. Давай, покажи всем пример.

Билли судорожно сглотнул и нетвёрдым шагом направился к лестнице, что вела наверх. Прошло немало времени, покуда он добрался до площадки. Остановившись у края, он выслушал какие-то наставления Пауля, затем расправил крылья и изо всех сил прыгнул вперёд. Спускался он медленно, описывая в воздухе широкие круги, пока наконец не оказался внизу, среди своих одноклассников, приветствуемый восторженными кликами, испуганный и в то же время сияющий от гордости. А наверх уже спешил следующий пегасёнок.

Флаттершай глядела на происходящее глазами, полными ужаса. Видя, что близится её очередь, она упала на землю, обхватила переднюю ногу Рэйнбоу и сбивчиво заговорила:

– Я… я так… не смогу. Я всё ещё не умею летать. Мы… мы месяц тренировались, но никаких… почти никаких результатов, я… я не справлюсь!

– Дэш строго взглянула на Флаттершай и резким движением подняла её на ноги.

– Что за нюни? Конечно же ты сможешь! Я всё рассчитала: время спуска – не более восьми секунд, а ты уверенно держишься в воздухе целых двадцать, чего хватит с лихвой, так что не мели вздор.

– Флаттершай! – донёсся сверху голос Пауля.

Сердце жёлтой пегасочки сначала замерло, а затем быстро-быстро заколотилось. Пришёл её черёд. Она подняла глаза вверх, затем посмотрела на Дэш. Взгляд голубой летуньи был твёрдым.

– Я верю в тебя… – тихо произнесла Рэйнбоу.

Пути назад не было, и Флаттершай с обречённым видом начала медленно подниматься по лестнице.

– Сколько можно, остальных ведь задерживаешь, – раздражённо сказал Пауль, когда Флаттершай наконец показалась на площадке. – Давай, становись к краю.

Флаттершай выполнила распоряжение физрука, однако Дэш забыла предупредить свою подругу, что до самого прыжка ей ни в коем случае нельзя смотреть вниз.

С вершины облака-вышки группка жеребят, мистер Шторм и Санни Джонс казались совсем крохотными, а шестисекундный путь – бесконечно длинным.

У розовогривой пони всё внутри похолодело. Ноги словно окаменели, в груди защемило, дыхание стало прерывистым. Флаттершай не могла пошевелиться, и в то же время прекрасно понимала, что время идёт и нужно действовать. Каждая секунда казалась малышке целой вечностью.

– Ну, чего ждёшь? – раздался сердитый окрик Пауля. – Вперёд!

Флаттершай собрала остатки мужества, глубоко вдохнула, расправила крылья и прыгнула.

Наверняка всё завершилось бы благополучно, однако судьба сыграла с несчастной злую шутку. То ли прыжок оказался слабоват, то ли Флаттершай стояла недостаточно близко к краю, а может быть, виной всему был страх, который сковывал все движения пегасочки, но так или иначе, когда она начала снижаться, её заднее копытце зацепилось за край площадки.

Розовогривая пони кувыркнулась в воздухе. Дикий ужас мгновенно парализовал её, крылья судорожно прижались к бокам, и она камнем полетела вниз.

Те, кто строил лагерь, предусмотрели подобное, и облака под вышкой были сделаны на манер огромной подушки, так что незадачливая летунья отделалась лишь изрядной встряской. Какое-то время Флаттершай лежала без движения, с крепко зажмуренными глазами. Остальные жеребята молча и испуганно глядели на неё, а затем… затем в задних рядах раздался оглушительный хохот, среди которого можно было ясно различить слова наспех придуманной дразнилки: «Клаттершай, Клаттершай, научись – потом летай!»

Флаттершай медленно поднялась на ноги и, с трудом соображая, оглянулась по сторонам. Когда до неё наконец дошло, что она с треском провалила лётное испытание, на её глаза навернулись слёзы, и бедняжка, еле сдерживая рыдания, кинулась прочь.

Рэйнбоу Дэш наградила особо ретивых горлопанов угрожающим взглядом и полетела догонять свою подругу.

## Глава 11. Главное – бодрость духа

– Теперь я стала посмешищем для всей школы… – дрожащим голосом прошептала Флаттершай, вытирая мокрое от слёз личико.

Жёлтая пегасочка повернула голову к Рэйнбоу Дэш, с угрюмым видом сидевшей рядом. Та ничего ей не ответила, лишь положила копыто на плечо. Флаттершай медленно поднялась на ноги и побрела в ту сторону, откуда совсем недавно её с Рэйнбоу класс привели учителя. Из груди несчастной малышки вырвался протяжный вздох.

– Я не буду оправдываться, не буду плакать, – бормотала про себя Флаттершай, – чему быть, того не миновать…

Но далеко отойти она не успела: Рэйнбоу Дэш залетела вперёд и преградила ей дорогу. Флаттершай остановилась и подняла взгляд на свою подругу.

– Ну-ка прекрати, никто тебя не выгонит, Санни Джонс сама обещала, помнишь? И летать ты обязательно научишься! Я верю в тебя… а ты в себя веришь? Неужели мы столько времени зря старались? Подумаешь, провалила сдачу норматива! Я вот даже не пыталась, сама видишь, за тобой погналась. Ещё поглядим, кому сильнее влетит.

Слова радужногривой пони несколько успокоили Флаттершай, но настроение у неё лучше не стало. Малышка подошла к краю облака, легла рядом с ним и устремила взгляд куда-то вниз.

– Но, Дэш… – начала было она после долгой паузы, но осеклась. Рэйнбоу приблизилась в надежде услышать продолжение фразы, однако Флаттершай не торопилась заканчивать свою мысль. Молчание вскоре наскучило нетерпеливой летунье:

– Что «Дэш»? – слегка раздражённо спросила она, выгнув бровь.

– В моём возрасте все уже давно получили кьютимарки… а я ещё нет. Все пони как пони, а у меня вечно ничего не выходит. Дэш… что со мной не так?

Дэш нахмурилась и заговорила сердитым тоном:

– Эй, ну-ка выбрось из головы все эти глупости! Не так, не так… Да всё с тобой в порядке, получишь ты свою кьютимарку, никуда не денешься. Вот, например, у меня дела лучше некуда, а бок, как видишь, пустой. Ты лучше прекращай пялиться на землю – ничего интересного там нет, – поднимайся и пойдём обратно в школу, а то все наши наверняка уже вернулись.

Рэйнбоу развернулась на месте и решительно зашагала прочь, и Флаттершай тихой семенящей походкой последовала за ней.

Возле входа в общежитие их ждала Санни Джонс. Рэйбоу Дэш набрала полную грудь воздуха и приготовилась получить изрядный нагоняй, но вместо этого учительница обняла Флаттершай крылом и увела в сторону, велев радужногривой пони ждать у порога.

– Флаттершай, что с тобой случилось? – негромко спросила Санни, когда они отошли на достаточное расстояние. – Рэйнбоу говорила, будто ты делаешь успехи, и я надеялась…

– Простите меня, пожалуйста, – сбивчиво забормотала Флаттершай, едва сдерживая слёзы. – Наши тренировки и вправду помогли мне, но там, на платформе… я не знаю, что произошло… И теперь все смеются надо мной, – последнюю фразу Флаттершай произнесла очень тихо, будто не хотела, чтобы пони-педагог её услышала.

– Не беспокойся, милая, посмеются и перестанут. Просто не обращай на них внимания – и они вскоре о тебе забудут.

Флаттрешай подняла взгляд на Санни Джонс:

– Значит, вы не исключите меня из школы?

– Ни в коем случае! Может, где-то тебя и не могут научить летать, но только не у нас. Нам дорог каждый пегас, и не важно, умеешь ли ты летать или нет. Главное – твой особый талант. Вряд ли он будет связан с полётами, но всё же ты рождена с крыльями, и потому должна уметь хотя бы держаться в воздухе, пускай и на небольшой высоте.

Флаттершай крепко обняла Санни Джонс.

– Правда не выгоните? – спросила она с нотками радости в голосе.

– Правда. Обещаю, – улыбнулась Санни.

– Спасибо, – Флаттершай обняла её ещё крепче.

Обе пони вернулись ко входу в общежитие, где их ждала Рэйнбоу Дэш.

– А вы, уважаемая, не отлынивайте и готовьтесь послезавтра сдавать зачёт, – обратилась Санни к ней.

– Послезавтра? Я могу и завтра, да хоть сегодня могу. А почему именно послезавтра? – чуток недовольно спросила Дэш.

– Потому что… так надо.

– Надо? Это как? Что должно случиться? Будет сюрприз? – голубая летунья засыпала учительницу вопросами, но в ответ та лишь таинственно улыбнулась.

– Да, в каком-то роде сюрприз, к тому же завтра неподходящий день для сдачи нормативов. Впрочем, скоро сами всё узнаете, – Санни Джонс хитро взглянула на двух малышек и направилась в сторону здания школы.

После такого события, как поход в лётный лагерь, ни о каких уроках и речи быть не могло, так что остаток дня все ученики были полностью свободны. К вечеру стало пасмурно – погодные команды гнали с фабрики длинную вереницу тяжёлых дождевых туч, – и Рэйнбоу Дэш захотелось спать, потому она легла гораздо раньше обычного. Сумерки едва начинали сгущаться, а она уже нежилась в мягкой постели и тихонько посапывала.

Флаттершай какое-то время задумчиво смотрела в окно, но в конце концов и её сморил сон.

На следующее утро, встав довольно поздно, обе кобылки наскоро привели себя в порядок и заторопились на занятия.

В коридоре общежития было не протолкнуться от жеребят. Флаттершай, как всегда, шла следом за Дэш, стараясь не глядеть по сторонам и не отставать.

Они были уже почти у выхода, когда впереди раздался крик: «Гляди, Клаттершай!». Рэйнбоу мгновенно остановилась и обвела толпу взглядом в поисках нахала. Так и есть, неразлучная парочка – Квил и Хоппер, первые в классе задиры. Тогда, в лётном лагере, именно они придумали розовогривой пегасочке эту обидную кличку.

– Вот так встреча! И как наши успехи по части воздухоплавания? – Квил с противной ухмылкой приблизился к Флаттершай, но Дэш заслонила её.

– Шли бы вы своей дорогой, – процедила она сквозь зубы.

– Вафельница хорошо придумала отдать этого цыплёнка на попечение Рэйнбоу Крэш. Кто лучше всех научит так классно… падать?! – Хоппер во всё горло расхохотался собственной шутке.

Брови Дэш сначала взметнулись вверх, затем медленно сошлись над переносицей.

– Как ты меня назвал? Ну-ка повтори, – с плохо сдерживаемой яростью прошипела Рэйнбоу, однако Хоппер и ухом не повёл.

– Бросай ломать комедию, этой пернатой нужен настоящий тренер. Как насчёт обучения по фирменной методике Квила и Хоппера? Мы гарантируем быстрый результат!

– Ага, – подхватил Квил, – сбросим её с облака. Жить захочет – мигом научится!

– Только попробуйте… хоть кончиком крыла…

– Хватит разговоров, пора за дело, – с этими словами Хоппер направился к дрожащей от страха Флаттершай. – Квил, заходи сбоку.

Дэш поняла, что с двумя сразу ей не справиться.

– Шай, беги в комнату! – крикнула она и изо всех сил толкнула Хоппера в самую гущу жеребят. Мигом образовалась свалка. Флаттершай, увидев, что шутки кончились, развернулась и со всех ног припустила по коридору. Квил бросился было в погоню, но Дэш изловчилась и поставила ему подножку, от которой тот шлёпнулся на пол.

Оба противника оказались выведены из строя, но ненадолго. Впрочем, большего и не требовалось. Пользуясь неразберихой, Дэш взлетела под потолок и устремилась следом за Флаттершай, которая уже ждала её на пороге. Дэш влетела в комнату и первым делом заперла дверь на щеколду.

– Теперь придётся ждать, пока стихнет буря, – отдуваясь, точно после спринта, сказала голубая летунья.

Раздался сильный удар в дверь, затем злой голос Хоппера:

– Выдай нам это чучело по-хорошему, а то всё здесь разнесём!

– Только попробуйте! – вскричала Дэш.

Вместо ответа дверь затряслась под градом ударов, однако сил для исполнения своей угрозы у хулиганов оказалось маловато. Грохот стих, затем прозвучало слово «окно» и раздался дробный стук копыт по полу коридора.

Дэш оценивающе поглядела на оконный проём: н-да, такая хлипкая рама двух разъярённых пегасов надолго не задержит. Флаттершай, вся в слезах и трясущаяся от страха, сидела в углу, всем своим видом демонстрируя, что в драке проку от неё не будет никакого. Дело запахло синяками и выдранными перьями. Отступать некуда, значит, выход один – готовиться к обороне. Взгляд Дэш лихорадочно метался по комнате в поисках хоть какого-нибудь оружия. Веник? Смешно! Стул? Слишком тяжёлый, пока размахнёшься… Седельные сумки? Если натолкать туда побольше учебников… Стоп! Дэш радостно взвизгнула и нырнула под кровать.

Внимательный читатель наверняка помнит, что в самый первый день Флаттершай с перепугу отправила директора школы в нокаут, и ей пришлось прятаться у Дэш. В тот вечер Рэйнбоу притащила «преступнице» кучу еды, предполагая, что Флаттершай будет жить в «подполье» не меньше недели, однако запасы пригодились только за ужином. Затем случилось так много всего, что малышки про них совершенно забыли, и две седельные сумки, почти доверху набитые всяческой снедью, сиротливо лежали под кроватью, неделю за неделей.

Радужногривая пони вытащила их и открыла. Так и есть, за всё это время содержимое успело полностью зачерстветь. То, что надо!

Рэйнбоу Дэш настежь распахнула окно (всё равно ведь выломают), водрузила сумки на подоконник, подхватила копытом пирожок поувесистее и приготовилась встречать незваных гостей.

Первым оказался Хоппер. Увидев противницу, он издал воинственный клич и ринулся в атаку. Рэйнбоу дождалась, пока он подлетит как можно ближе, и со всего размаху запустила пирожок прямо ему в лоб.

От неожиданности Хоппер потерял управление, сделал в воздухе «мёртвую петлю» и рухнул на облако. Не давая ему опомниться, Дэш влепила ещё два заряда.

У дорожки, что опоясывала общежитие, как раз напротив окна, стояла скамейка, и Хоппер поспешил спрятаться за ней. Тут подоспел Квил. Он завис в воздухе, не понимая, почему его дружок растянулся на облаке, вместо того чтобы драться с Дэш, которая пренахальнейшим образом стояла в распахнутом настежь окне. Из раздумий его вывел удар маффином. Квил резко развернулся лицом к Дэш – и тут же получил бутербродом по щеке. Взвизгнув от боли, пегасёнок спикировал рядом с Хоппером.

– Какого сена? Где она раздобыла камни? – простонал Квил, растирая стремительно краснеющее ухо.

– Лучше скажи, что нам теперь делать, умник! – Хоппер высунул было голову, но тут же спрятался обратно: рядом с ним о скамейку раскололся батон. Один из обломков упал неподалёку, и Хоппер кинулся за ним.

Бац! Шлёп! Пусть невкусно, зато метко, и храбрец возвращается в укрытие со свежим синяком над бровью.

Квил во все глаза уставился на добычу Хоппера:

– Ничего себе, да это же…

– Ну, берегись, Радужная Авария... – вне себя от злости прошипел Хоппер. – Тебе это так не пройдёт!

Рэйнбоу Дэш только расхохоталась в ответ:

– Смелее, чего ждёте? Иль духу не хватает? Флаттершай с облака сбрасывать храбрые, а пирожков испугались!

Хоппер с яростным рёвом вскочил на скамейку и что есть силы запустил в противницу своим трофеем. Удар был мощным, но бестолковым: батон разбился о стену общежития; во все стороны полетели крошки. А Дэш разила без промаха: одно попадание в грудь и ещё одно – по макушке, вдогонку.

Тем временем поле битвы окружила толпа жеребят, которая росла с каждой минутой. Здесь были все – и одноклассники враждующих сторон, и взрослые ученики, и целая куча малышни; откуда-то с неба даже спустилась парочка взрослых пегасов, по-видимому, дрейфовавшая поблизости безо всякого дела. Гомон, хихиканье, кто-то взялся комментировать события.

Рэйнбоу Дэш выглядела как безумная: растрёпанная радужная грива, вся усыпанная хлебными крошками, горящие глаза, воинственно растопыренные крылья и очередной пирожок в сжатом, точно пружина, копыте. Однако она была одна против двоих, и пока Квил и Хоппер высовывались по очереди, ей ещё удавалось загонять их обратно за скамейку, но если они вздумают напасть одновременно, она просто не успеет швырять свои снаряды с нужной скоростью.

– А ну-ка подвинься!

Дэш повернула голову и оторопела: Флаттершай с решительным, хоть и всё ещё мокрым от слёз лицом запрыгнула на подоконник, подтянула к себе седельные сумки, запустила копыто в одну из них, достала засохший бутерброд и изготовилась к бою.

– Думаешь, я брошу свою лучшую подругу в беде? Сейчас мы зададим перцу этим ничтожным трусам! – слова розовогривой кобылки прозвучали так твёрдо, что Рэйнбоу почувствовала себя готовой держать оборону хоть против всей школы.

Пополнение оказалось как нельзя кстати: парочка решилась на новую атаку. Едва поднявшиеся в воздух пегасята были встречены градом окаменелых хлебобулочных изделий. Меткостью Флаттершай похвастаться не могла, но её появление смутило противника. Замешкавшийся Хоппер получил бубликом в глаз и был вынужден спешно отступить, Квил не стал ждать, пока ему совместными усилиями понаставят фонарей, и тоже юркнул обратно под защиту скамейки.

– Подходите, не стесняйтесь, угощения хватит на всех! – залихватски выкрикивала Дэш, подкидывая на копыте огромный, похожий на бумеранг рогалик.

А зрители веселились на полную катушку. Квил с Хоппером, пунцовые от стыда и злости, затравленно озирались по сторонам. Они были готовы разорвать Дэш и Флаттершай в клочья, но высунуться из укрытия означало мигом попасть под шквальный обстрел. Парочка забияк ещё ни разу не оказывалась в настолько унизительном положении: если раньше жертву для насмешек всегда выбирали они, то сейчас потешались над ними самими, и к тому же целой школой! Неизвестно, чем бы всё закончилось, если б не вмешательство третьей стороны.

– Что здесь происходит?!

К полю брани, решительно рассекая толпу, спешила миссис Санни Джонс.

– Рэйнбоу Дэш и Флаттершай вместе с Квилом и Хоппером кидались друг в друга камнями! – выкрикнул кто-то с задних рядов.

– Камнями? – удивилась учительница. – Но где они их взяли? – она зашагала было к окну, как под её копытами раздался хруст.

Санни глянула вниз, на раздавленный бутерброд.

– Хлеб? – недоумённо проговорила она. – Хлеб?! – теперь голос Санни Джонс дрожал от возмущения. – Негодницы, да как вы посмели швыряться едой?! Земные пони не щадя копыт выращивают зерно и пекут хлеб, а вы его используете как метательные снаряды? Если он зачерствел, ещё не значит, что никуда не годится! Им можно кормить птиц! Ладно Рэйнбоу Дэш, но от тебя, Флаттершай, я подобного никак не ожидала!

Розовогривая пегасочка ничего не ответила, лишь опустила голову, однако Рэйнбоу Дэш и не думала брать всю вину на себя.

– Почему сразу мы? Они первые начали, нам пришлось защищаться!

– Да, это правда! Квил с Хоппером сами полезли в драку! – выкрикнула Оранж Фреш, протискиваясь в первые ряды.

– Именно! Так оно и было! – один за другим раздавались голоса из толпы.

Санни Джонс развернулась, окинула хулиганов строгим взглядом, тяжело вздохнула и твёрдым голосом произнесла всего два слова, до боли знакомые обоим пегасятам:

– К директору.

Рэйнбоу Дэш и Флаттершай сидели на школьном крыльце, где им велела ждать Санни Джонс.

– Понятия не имею, что это за сюрприз… – недовольно пробубнила голубая кобылка. Она прищурилась и почесала затылок. – Никак не могу вспомнить, что же сегодня за праздник такой... Может быть, ты в курсе, Флаттершай?

– Нет…

– Ладно, скоро узнаем. Флатти, а всё же мы здорово задали перцу тем двум нахалам. Даже не ожидала от тебя такого, – улыбаясь произнесла Рэйнбоу, но Флаттершай не ответила ей, лишь опустила взгляд.

– Из-за меня ты всё время попадаешь в неприятности, – едва слышно произнесла она.

– Зато ты расквиталась с Квилом и Хоппером за вчерашнее. Только подумай: двух первых хулиганов загнали под скамейку чёрствой выпечкой. Да это событие не меньше недели обсуждать будут! Держу пари, после сегодняшнего утра твоё падение с вышки уже никто и не вспомнит. Честно говоря, я удивлена, ведь если б не ты, точно быть мне сегодня битой. А ныла-то недавно: «Что-то со мной не в порядке»… Да с таким характером ты и кьютимарку получишь, и летать научишься, главное – не вешай нос, и всё будет отлично.

Вдалеке показалась Санни Джонс. Она остановилась возле общежития и, по-видимому, завела с кем-то разговор, но собеседник был скрыт за выступом облака. До двух подруг долетали лишь обрывки слов, и Дэш послышалось, что Санни произнесла её имя. Радужногривая кобылка решила подобраться поближе, соскочила с крыльца и крадущейся походкой устремилась вдоль школьной стены. Флаттершай последовала за ней.

Внезапно Дэш резко остановилась, лицо её просияло, и она с криком «Браааатик!» что есть силы рванула к беседующим пони. Флаттершай сначала испугалась, но быстро сообразила, что брат Рэйнбоу Дэш вряд ли сделает ей что-нибудь плохое, и со всех ног поскакала следом за подругой.

– Браааатииик!! – ещё громче выкрикнула Дэш, бросаясь на шею фиолетовому пегасу с радужной гривой и золотистого цвета глазами.

Пони лишь весело рассмеялся в ответ и обнял Рэйнбоу:

– Привет, цыплёночек… – произнёс он с нежностью в голосе.

Дэш тут же вырвалась из объятий:

– Эй, сколько раз я просила не называть меня так! – сердито пробурчала она.

– Что ж, приятно было поговорить, но меня ждут дела, – с улыбкой сказала Санни Джонс и неспешным шагом направилась в сторону школы.

Едва учительница покинула компанию, Дэш вновь заключила своего брата в объятия, но теперь держалась за его ногу, прижимаясь к ней щекой.

– Братик, я так по тебе соскучилась!

– И я тоже, – фиолетовый пегас ласково взъерошил радужную чёлку своей сестрички, после чего перевёл взгляд на Флаттершай.

– Ты ведь подруга Рэйнбоу Дэш, верно? Как тебя зовут?

– Я… – едва слышно пробормотала Флаттершай, но тут же вспомнила случай с Файрфлай, глубоко вдохнула и что есть силы выпалила: Флаттершай!

– Рад новому знакомству, Флаттершай. Моё имя – Рэйнбоу Тэйл…

– Лучший летун во всей Эквестрии! – закончила Дэш за своего брата, глядя на его кьютимарку – прямой, словно стрела, радужный след, пробивающий облако.

– Сестричка, ты преувеличиваешь… – покраснел пегас, а затем продолжил, – Кстати, жеребятки, вы готовы идти?

– Куда идти? – недоумённо спросила Дэш.

– На стадион, разумеется, – ответил Рэйнбоу Тэйл слегка растерянно.

– А зачем нам туда идти?

– Разве вы не знаете, что за день сегодня? – теперь фиолетовый пони был явно удивлён.

– Не-ет… – протянула радужная летунья и вопросительно посмотрела на брата.

– Ай-яй-яй, Дэши… Как стыдно! – поцокал языком Тэйл. – Сегодня же день основания Клаудсдейла! Все пегасы собираются на стадионе, где будут соревноваться лучшие пилотажные группы Эквестрии. И угадай, кто будет в их числе? – хитро улыбнулся пегас.

– Вондерболты? – спросила Дэш, расплываясь в улыбке.

– Именно! – кивнул головой Тэйл. – Поэтому прямо сейчас мы отправляемся туда, я возьму вам сладостей, и мы отлично проведём время, цыплёночек!

– Ну просила же не называть… Там будут Вондерболты! Круто!

– Но для начала хочу обсудить с тобой один вопрос, – голос брата зазвучал строго. – Что за хлебные баталии ты устраиваешь в школе?

– Эм… – Дэш потупила взгляд, будто на мгновение превратилась в Флаттершай, но лишь на мгновение, – Квил и Хоппер снова задирались, вот нам и пришлось дать им бой. А что мы ещё могли сделать?

– Например, рассказать взрослым… – пегас улыбнулся, видя, как личико Дэш принимает сердитое и в то же время брезгливое выражение. – Ладно, ладно, на месте Санни Джонс я бы ещё сказал вам спасибо, что в ход не пошли табуретки и столы, – фиолетовый пони хитро подмигнул своей сестре. – А теперь за мной, время не ждёт!

По дороге на стадион Рэйнбоу Тэйл расспрашивал Дэш о школьных делах, но та всё время отвечала невпопад: ей не терпелось увидеть Вондерболтов.

## Глава 12. Вызов брошен

Торжественно пропели трубы духового оркестра, и Рэйнбоу Дэш застыла в ожидании чуда: вот-вот над трибунами стадиона молнией пролетят её кумиры – несравненные Вондерболты! Однако трубный глас возвещал вовсе не появление лучшей пилотажной группы Эквестрии.

– Леди и джентльпони, – пронёсся над толпой громкий голос мэра Клаудсдейла, – Сегодня знаменательный день! День, когда в воздух поднялся в те годы один из многих, а ныне величайший из небесных городов, столица могучего крылатого народа – наш Клаудсдейл! Зодчие прошлого потрудились на славу: за всю его историю даже самый свирепый ураган так и не смог поколебать облачную твердыню, и если б не самоотверженный труд множества поколений погодных, патрульных, что взрастил в своих стенах наш могучий град, погода в Эквестрии была б отдана на волю случая, зимы были бы лютыми, а летняя пора – невыносимо жаркой!..

Мэр всё говорил и говорил, однако Дэш не слушала его, ведь ей не терпелось наконец-то увидеть тех, ради кого она и явилась на этот праздник. Сказать по правде, история Клаудсдейла её не интересовала вовсе, в то время как Флаттершай ловила буквально каждое слово из уст мэра. С каждой цветистой фразой у розовогривой пегасочки по коже пробегали мурашки, и она с ужасом думала о том, какая честь оказана ей, и какое бремя возложено на неё как на одну из жительниц Клаудсдейла. А ведь она, к своему стыду, даже летать не умеет.

Наконец мэр завершил свой монолог, трубы пропели ещё раз – и чистом, словно после дождя небе появились Вондерболты. Стремительно пронёсшись над стадионом сначала в одну, затем в другую сторону, они приступили к выполнению фигур высшего пилотажа. Сложнейшие трюки в их исполнении казались просто игрой, настолько виртуозно они их проделывали. Зрители то и дело ахали от восхищения, что же касается Дэш, то её глаза блестели, словно два алмаза, она металась то влево, то вправо, едва сдерживаясь, чтобы тотчас же не взлететь и не присоединиться к голубым молниям в вышине.

В то же время манёвры Вондерболтов заставляли Флаттершай съёживаться от ужаса, она вспоминала слова своей подруги: «Когда-нибудь мы станем Вондерболтами…» – и теперь, видя легендарную группу в действии, не могла понять, что пугает её больше – изобилие невероятных трюков, которые она никогда не сможет проделать, или тысячи пегасов, что будут на неё смотреть. Представив себе и то и другое сразу, малышка затряслась крупной дрожью.

Воздушное представление длилось целый час, а затем были объявлено об открытии традиционных спортивных игр, где многочисленные пегасьи команды со всех концов Эквестрии соревновались в силе, скорости, ловкости и грациозности. Поскольку Рэйнбоу Тэйл входил в состав одной из них, ему пришлось попрощаться с сестрёнкой и её подружкой.

– Братец будет выступать аж под двадцатым номером. Долго же ещё ждать… – недовольно пробурчала Дэш. – Пойдём, разомнём-ка крылышки.

Для разминки крылышек Дэш облюбовала небольшой участок местности перед стадионом. Флаттершай, не умеючи летать, едва поспевала за ней на своих четырёх.

Вскоре Рэйнбоу Дэш надоел столь медлительный попутчик, и она, прибавив скорости, оставила Флаттершай одну.

Пегасочка остановилась, отдышалась немного и подошла к краю облака. Внизу, на земле, всё было таким необычным, зелёным, совсем не похожим на иссиня-белый облачный материал, что всю жизнь окружает каждого пегаса, живущего в небесных городах. Флаттершай захотелось во что бы то ни стало побывать там, рассмотреть таинственную зелень вблизи. Но чтобы добраться туда, нужно уметь летать… Эта мысль вернула Флаттершай к недавним воспоминаниям о Вондерболтах. «Они столько всего умеют, я ни за что так не смогу… – думала она. – Но я не хочу разочаровать Рэйнбоу Дэш. Может быть, трюки мне и не нужны? Может быть, для начала мне достаточно просто уметь подняться в воздух?»

Флаттершай слегка подпрыгнула на мягком облаке и взмахнула крыльями. На память пришли слова Квила, мол, летать научится, если скинуть её с облака. Малышка взглянула в сторону, на следующий ярус облаков, где была расположена небольшая спортивная площадка. Разница высот оказалась небольшой, и Флаттершай подумала: «Быть может, мне сейчас прыгнуть вниз? Вдруг тогда я научусь летать», – но страх недавнего падения с башни вновь проснулся в ней. «Нет, нужно придумать что-нибудь другое», – лихорадочно размышляла Флаттершай, обводя взглядом спортивную площадку. Вскоре на глаза ей попалось тренировочное кольцо, предназначенное для отработки координации движений юных летунов: чем точнее пегасы пролетали через его центр, тем точнее выполняли трюки в дальнейшем. Кольцо располагалось совсем невысоко над краем облака, где стояла Флаттершай, и малышка отважилась рискнуть.

Она что есть силы подпрыгнула на месте и замахала крыльями, однако цели не достигла. Видимо, для такого упражнения нужно было больше сил. «Я не сдамся!» – сказала она себе и прыгнула что есть силы. На сей раз она достала до кольца, но лишь передними копытами, и не рассчитала манёвра, отчего перегнулась через край и потеряла равновесие. Начав падать, она кувыркнулась в воздухе и рухнула на облачную горку, что располагалась прямо под кольцом. Уклон оказался довольно велик, и Флаттершай быстро заскользила по ней. Край горки был подогнут вверх, потому как следует разогнавшаяся малышка снова взлетела в воздух – на сей раз без помощи крыльев, – и, на мгновение зависнув, начала падать.

Тренировки Дэш всё же принесли некоторую пользу: Флаттершай сумела заставить себя расправить крылья и превратить падение в некое подобие бреющего полёта, но всё-таки управляться в воздухе она не умела, потому врезалась натянутые на нитях флажки, что ограждали спортивную площадку, сорвала несколько штук и, путаясь в них, покатилась по облаку.

Едва придя в себя после падения, Флаттершай услышала знакомый смех. Увы, то были старые знакомые – задиры Квил и Хоппер. И каким ветром занесло их сюда в самый неподходящий момент?

– Отличное падение, Клаттершай! – прогоготал Квил. – Как раз в твоём духе!

– Даже мой новорождённый братец летает лучше тебя! – подхватил Хоппер.

Флаттершай уже готова была расплакаться, когда сверху раздался грозный окрик:

– Оставьте её в покое!

На спортивную площадку спикировала Рэйнбоу Дэш. Облетев стадион, она решила вернуться к тому месту, где оставила свою подругу, и как раз вовремя.

– Ох, и что же ты нам сделаешь, а, Рэйнбоу Крэш? Опять закидаешь пирогами? – снова расхохотался Хоппер.

– Ещё одна издёвка над ней – и узнаете!

– Ого, да нам тут угрожают! Считаешь себя самой крутой? А вот не верю, докажи на деле! – ехидно парировал Квил.

Дэш заподозрила неладное, однако отступать было не в её правилах:

– И что вы предлагаете? – спросила она с явным интересом.

– Победишь нас в гонке – и мы больше не тронем твою подружку! – ответил Хоппер.

– Идёт! – ни секунды не колеблясь, выкрикнула Дэш.

## Глава 13. На земле

Пегасья гонка – дело серьёзное, и проводить её нужно по всем правилам. К счастью, прямо над той самой спортивной площадкой именно для таких целей было размещено несколько облаков, служивших как местом старта, так и трибунами для болельщиков; собрать последних не составило особого труда, поскольку смотреть на традиционные спортивные игры пегасьих команд куда скучнее, чем на выступление Вондерболтов, и малышня начала понемногу разлетаться со стадиона.

Рэйнбоу, Квил и Хоппер выстроились на стартовой линии, обменялись пожеланиями благополучно продуть, Флаттершай взмахнула клетчатым флагом – и состязание началось.

Троица, что есть силы рванувшая со старта, не заметила, как ураган, поднятый их крыльями, закрутил Флаттершай волчком и сбросил с облака. Таким образом, угроза Квила всё же оказалась выполненной: несчастная малышка на всей скорости неслась вниз, и ей оставалось лишь два выхода – либо немедленно воспользоваться крыльями и остановить падение, либо погибнуть. Флаттершай изо всех сил размахивала всеми четырьмя копытами, однако земля неумолимо приближалась, всё быстрее и быстрее. Флаттершай вскрикнула от ужаса и заработала копытцами с удвоенной силой, но это, само собой, нисколько не помогло.

Казалось, до столкновения остаются считанные секунды, и розовогривой пегасочке не избежать печальной участи, но перед глазами Флаттершай замелькали многочисленные разноцветные пятна, копыта коснулись чего-то мягкого, и вскоре пегасочка уже парила над землёй, поддерживаемая потоком перелётных бабочек, который, на её счастье, в тот день как раз пролетал прямо под местом начала гонки.

Все страхи были мигом позабыты, Флаттершай с изумлением и восторгом разглядывала своих спасителей. Ни разу до того ей не приходилось видеть настолько красивых существ, ведь Клаудсдейл находится на большой высоте, куда долетают разве что самые сильные птицы. Желая рассмотреть поближе одну из порхающих впереди бабочек, Флаттершай наклонилась вперёд и… полетела! Сама того не замечая, она скользила по воздуху, размеренно взмахивая крыльями, легко и непринуждённо, будто умела делать это с самого детства.

Да, Флаттершай наконец-то научилась летать, но времени радоваться или удивляться этому у неё не было, ведь сейчас перед ней расстилался совершенно новый мир. Среди могучих деревьев и в густой траве, что с высоты Клаудсдейла казались просто сплошной зелёной пеленой, сновало множество самых разнообразных зверушек. И виденные лишь мельком на картинках в книжках, и совершенно незнакомые, они мигом заставили Флаттершай позабыть обо всём на свете. Она порхала между ними, словно мотылёк, а они совершенно не боялись её. Взгляд Флаттершай случайно скользнул по небу, где далеко в вышине продолжалась гонка трёх пегасов, и она поняла, что не хочет возвращаться в Клаудсдейл, её место – здесь, на земле, она всем сердцем влюблена в зелёные луга, и в тенистые, прохладные леса, и в их крохотных обитателей. Ни за какие блага больше не вернётся она в холодную бело-голубую облачную столицу.

Жуткий грохот всколыхнул воздух, небеса застлало стремительно разраставшееся радужное кольцо, сметая на своём пути мелкие облака. Флаттершай в изумлении замерла на месте.

Давно стихло эхо в лесу, а Флаттершай всё никак не могла понять, что же произошло. Она оглянулась по сторонам, но не увидела ни зайчиков, ни белок, ни птиц: от страха все они попрятались кто куда. Малышке стало грустно. Совсем недавно всё вокруг было таким живым и красивым, а теперь словно превратилось в пустыню. Нет уж, так не пойдёт! Флаттершай почувствовала, что должна успокоить зверей и вернуть всё на свои места.

Розовогривая пегасочка подошла к ближайшему дереву и легонько постучала по нему копытцем. Из дупла высунулась пара испуганных белок.

– Всё в порядке, можете выходить, – ласково произнесла Флаттершай, после чего поспешила к кроличьей норе, где проделала те же самые действия.

Постепенно в лесу вновь закипела жизнь. Каким-то таинственным образом у Флаттершай получалось убеждать животных, что опасность миновала. Она не поленилась расшевелить даже пруд, причём весьма оригинальным способом – засунув в воду голову и повторив замершим на его дне лягушкам привычную фразу: «Всё в порядке, можете выходить».

Утомлённая нелёгкой работой, Флаттершай прилегла отдохнуть в тени одного из деревьев. Вокруг неё собралась небольшая группка животных, и малышка с любопытством разглядывала их. Взгляд Флаттершай случайно упал на её бок. Какое-то цветастое пятно, не похожее на грязь…

Флаттершай подскочила в воздух и во все глаза уставилась на изображение трёх бабочек, красовавшийся на её шёрстке. Кьютимарка! Так вот в чём её особый талант, её призвание! Разумеется, её место на земле, иначе и быть не может!

И от этой мысли ей стало грустно. Её школа, её друзья – всё осталось там, в Клаудсдейле, куда она уже больше не вернётся, потому что хоть и умеет летать, но силы подняться на такую высоту у неё не хватит. Нет, её должны искать, как и в прошлый раз! Нужно лишь дождаться.

Флаттершай вновь улеглась на траву под деревом, положила голову на сложенные копытца и закрыла глаза.

– Привет! – звонкий, явно принадлежащий кобылке голос разбудил дремлющую Флаттершай.

Жёлтогривая пегасочка вздрогнула от неожиданности и медленно подняла голову. Все животные куда-то исчезли, зато прямо перед ней стояла белая единорожка с изящно завитой гривой тёмно-фиолетового цвета. Личико незнакомки сияло от счастья.

– Привет, – тихо ответила Флаттершай и опустила глаза.

– Я тебя никогда раньше не видела. Ты потерялась? Меня зовут Рарити, – радостно ответила единорожка.

– Меня — Флаттершай. Я из Клаудсдейла. И, да, я потерялась…

– Потерялась? – брови Рарити вопросительно поднялись вверх. – Но как ты могла потеряться? Клаудсдейл во-он там, гляди! – Рарити указала копытом вверх, на дрейфовавший вдалеке небесный город. – Ты ведь пегас, добраться до него – пара пустяков.

– Если умеешь летать, а я вот не умею… – от стыда Флаттершай спрятала личико за гриву.

– Чудная ты. Все пегасы умеют летать, а все мы, единороги…

– Постой, ты – единорог?! – с изумлением перебила Флаттершай, поднимаясь на ноги и во все глаза уставившись на свою новую знакомую.

– Да… – в замешательстве протянула Рарити. – Разве не видно?

– Просто я никогда не думала, что вы такие…

– Какие? – тут же полюбопытствовала единорожка.

– Красивые! – выдохнула Флаттершай с нотками восхищения в голосе.

Теперь уже смутилась Рарити. Она отвела взгляд в сторону и слегка покраснела.

– Милая, позволь внести ясность. Ты не умеешь летать и никогда прежде не видела единорогов... Светлая Селестия, я ничего не понимаю, но ты самая необычная пони из всех! Уверена, в Понивилле тебе понравится, ведь там много единорогов, и земных, и пегасов тоже предостаточно, а также полно шикарных мест, где можно первоклассно провести время. Например, спа-салон. Ты когда-нибудь бывала в спа-салоне?

– Нет, и даже не представляю, каков он из себя.

– Потрясающее место для отдыха! – радостно ответила Рарити. – Я обязательно покажу его тебе. А сейчас… а сейчас… Милая, не поможешь ли мне унести эти драгоценности? – Рарити ткнула копытом в горку самоцветов. – Поверь, их даже магией тяжело тащить, а вместе нам будет гораздо легче, и веселее к тому же. А потом я угощу тебя чаем.

Флаттершай зачарованно взглянула на самоцветы:

– Они такие же красивые… как и единороги.

– О, да… – согласилась Рарити. – Думаю, мы с тобой поладим. Может быть, даже станем лучшими подружками!

Флаттершай тут же вспомнила о Рэйнбоу Дэш и подняла взгляд на Клаудсдейл. На душе стало тоскливо. Интересно, чем закончилась гонка, и ищет ли радужногривая пони её? Наверняка ищет, разве может быть иначе, но почему так долго не может найти?

– Сможешь помочь? Боюсь, мне одной не справиться… – произнесла Рарити.

– Да-да, конечно! – ответила Флаттершай и тут же схватила в зубы так много камней, как только могла; некрасиво ведь отказывать столь любезной особе!

Обе пони зашагали по лесной тропинке, что вскоре привела их к широкой грунтовой дороге, откуда до города оказалось всего несколько минут ходьбы. Понивилль сразу понравился Флаттершай, однако сердце её вновь сжалось от испуга: на улицах было гораздо оживлённее, нежели в Клаудсдейле. Повсюду царила суматоха, мимо Рарити и Флаттершай то и дело пробегали пони – единороги, земные, пегасы, каждый спешил по каким-то своим делам. Но вскоре Флаттершай пообвыкла и перестала бояться, ведь никто и не думал обращать на неё внимание.

Когда Рарити приближалась к одному из перекрёстков, из-за угла дома вылетела маленькая земная пони в лихо нахлобученной на лоб ковбойской шляпе, причём столкновения с ней удалось избежать лишь каким-то чудом.

– Что за манеры?! – возмущённо выкрикнула Рарити вслед ей, фыркнула и пошла дальше. Флаттершай остановилась, выложила драгоценную ношу на расправленные крылья, и обратилась к Рарити:

– Это была земная пони, да? Они такие быстрые, что когда бегут, я чувствую, как трясётся земля у меня под копытами.

– Земля, говоришь, трясётся? – с плохо скрываемым раздражением спросила Рарити. – Ну да.. Сила есть, однако воспитания явно не хватает. Они быстрые, сильные, работящие, и это хорошо, но, честно говоря, не понимаю, как они могут копаться в грязи, это ведь так… вульгарно!

Флаттершай лишь промолчала в ответ и вновь подхватила драгоценности. Кобылки продолжили свой путь, и вскоре подошли к большому и богато украшенному дому.

– Вот мы и на месте, – произнесла Рарити. – Добро пожаловать в бутик «Карусель»!

– Никогда бы не подумала, что у домов бывают имена, – удивилась Флаттершай.

– Вообще-то это не совсем дом, скорее семейная реликвия. Наше семейство из поколения в поколение шьёт разные наряды для пони. И я тоже продолжу это дело! Даже усовершенствую! Я буду украшать платья драгоценными камнями! Ещё никто в нашей семье так не делал. Да… Это будет потрясающе! Кстати, а знаешь, почему наш бутик называется «Карусель»? Потому что когда-то давно он действительно был похож на карусель: вокруг стояли поникены, и на каждом было своё платье! Было очень красиво, и пони, проходя мимо, восхищались, глядя на эти наряды… Но потом дедушка решил убрать поникены и изменить внешний вид самого бутика.

– Оу. Как интересно… – ответила Флаттершай. – А зачем он так сделал?

– Ну-у… – продолжила Рарити. – Видишь ли, «красиво» не всегда означает «практично». Бывало, дождь начинался вне расписания, и тогда все наряды… промокали. Вообще когда-нибудь я верну «Карусели» прежний вид и поставлю широкий навес, чтобы защитить поникены от дождя. Когда-нибудь…

– Ты такая маленькая, а у тебя уже столько планов на будущее. Я восхищена! – выдохнула Флаттершай.

– Я маленькая? Хм... – махнула копытцем Рарити. – Разве что с виду.

Единорожка открыла дверь и впустила гостью. Переступив порог, Флаттершай оглянулась по сторонам. Внутри дом оказался не столь красивым, как снаружи: нитки, клочки ткани, рулоны материи – всё валялось где попало. Увидев замешательство Флаттершай, Рарити вновь покраснела.

– Прости, творческий беспорядок. Просто я готовила наряды к школьному балу, хотела дошить одно платье, но внезапно рог потащил меня к тем камням! Потому я не успела ничего привести в порядок.

– Всё нормально, я помогу тебе прибраться, – Флаттершай сделала было несколько шагов вперёд, но её остановил окрик единорожки:

– Нет-нет, я сама! Иначе потом ничего не найду… Ну, так обычно бывает, если кто-нибудь принимается убирать чужой творческий беспорядок.

– Хорошо, – коротко кивнула Флаттершай.

– А теперь – обещанный чай! – с этими словами Рарити убрала принесённые драгоценности в один из сундучков и заторопилась на кухню.

Чайник на плите вскипел быстро, Рарити разлила ароматный напиток по чашкам, поставила на стол вазочку с шоколадным печеньем, и обе пони приступили к чаепитию.

– Как же ты собираешься вернуться в Клаудсдейл? – полюбопытствовала Рарити, сделав малюсенький глоток чая и аккуратно ставя чашку на блюдце.

– Пока не знаю, но уверена, что моя подруга, Рэйнбоу Дэш, вместе с другими пегасами спустятся сюда и заберут меня.

– Но как они тебя найдут? Они ведь не знают, что ты у меня.

– Да, – понурила голову Флаттершай, – значит, в Клаудсдейл возвращаться нужно самой.

– Не волнуйся, дорогая! В Понивилле живёт множество пегасов, кто-нибудь из них да согласится отвезти тебя.

– Но… – Флаттершай запнулась, ведь стыдно обсуждать подобные проблемы с малознакомыми пони, потому она решила промолчать.

– Что-то не так? – насторожилась Рарити.

– Нет-нет, идея очень хорошая, – ответила Флаттершай, отводя взгляд в сторону.

– Однако я вижу, тебя что-то беспокоит.

– Ничего подобного… – Флаттершай вымученно улыбнулась, и Рарити решила пока не касаться столь болезненной темы.

Беседа шла ровно и приятно, Флаттершай успела рассказать своей новой знакомой о Рэйнбоу Дэш, о школьных приключениях, о том, как получила свою кьютимарку, и о Вондерболтах. Когда речь зашла о том, что Флаттершай должна стать одной из них, дабы оправдать надежды Дэш, Рарити внезапно возразила:

– Милочка, у тебя ведь уже есть другое призвание, и оно тебе по душе, так зачем же идти наперекор ему? Поверь, в рядах Вондерболтов тебе делать нечего, ведь ты… – тут Рарити слегка запнулась, – …не слишком ладишь с полётами.

– Ой, да… – вновь опустила голову Флаттершай, – но я не хочу расстраивать Рэйнбоу Дэш.

– Если Рэйнбоу Дэш действительно хорошая подруга, ты смело можешь сказать ей о том, что не хочешь идти в Вондерболты – и она поймёт тебя.

– А вдруг она больше не захочет дружить со мной? – испуганно спросила Флаттершай.

– Какой же из неё тогда друг? Она должна уважать чужой выбор.

– Спасибо, Рарити, я непременно попробую.

– Что ж, благодарю за помощь, а теперь, думаю, тебе пора возвращаться в Клаудсдейл, раз уж тебя там ищут – подвела черту Рарити, поднимаясь из-за стола.

Флаттершай и Рарити вышли на улицу, чтобы отыскать какого-нибудь сговорчивого пегаса, но делать это не пришлось.

– Вот она! – раздался крик откуда-то сверху, и обе пони тут же оказались окружены целой толпой пегасят, которую возглавляла Рэйнбоу Дэш собственной персоной.

– Флаттершай! – радостно выкрикнула Дэш, увидев свою подругу, после чего подлетела и крепко обняла её. – Я так волновалась! Малышня сказала, что мы с Квилом и Хоппером сбили тебя, когда началась эта гонка… К счастью, всё обошлось. Прости, мне стоило быть внимательнее.

– Ничего, – ответила Флаттершай. – Познакомься, это Рарити. Мы с ней встретились в лесу, она очень добрая пони.

– Привет, я – Рэйнбоу Дэш, будущий Вондерболт и лучший летун Эквестрии! – гордо представилась радужногривая кобылка.

– Приятно познакомиться, и вижу, что скромность – точно не твой конёк, – с улыбкой ответила Рарити.

– Гляди, Флаттершай, я даже кьютимарку получила! – Рэйнбоу Дэш, пропустив последние слова Рарити мимо ушей, уже показывала свой бок подруге; на нём красовалось изображение облака и бьющей из него радужной молнии. – Она означает, что мой особый талант – скорость, – коротко объяснила Дэш.

– Эм… – смутилась Флаттершай. – Знаешь, я тоже кьютимарку получила.

– Серьёзно? – удивилась Рэйнбоу Дэш. – В один день со мной? Круто!

– Да… – полушёпотом сказала Флаттершай и повернулась к подруге боком.

Рэйнбоу Дэш принялась внимательно разглядывать рисунок.

– Ты научилась летать так же легко, как бабочка?

– Нее-т, – протянула Флаттершай.

– Тогда у меня закончились варианты, – пожала плечами Дэш.

Флаттершай вспомнила совет Рарити, набрала полную грудь воздуха и скороговоркой произнесла:

– Три бабочки означают моё умение ладить с животными. Они такие милые!

– Выходит… Ты не будешь Вондерболтом? — ушки Дэш грустно повисли.

– Увы, нет, моё место, моё призвание здесь, на земле, – твёрдым голосом ответила Флаттершай.

– Жаль, – тихо выдохнула Дэш. – Но это не значит, что нас больше ничто не связывает! Мы ведь по-прежнему лучшие подруги! – Рэйнбоу Дэш неожиданно заключила Флаттершай в мощные объятия.

Флаттершай сперва попыталась вырваться, но, едва освободив передние копыта, сразу же крепко обняла Рэйнбоу Дэш в ответ – и звонко рассмеялась. И правда, какая разница, будет ли она Вондерболтом, или нет? Что бы ни случилось, она никогда не расстанется с Рэйнбоу Дэш, да и способна ли такая мелочь, как разные профессии, разлучить тех, кто плечом к плечу пережил столько удивительных приключений?

## Эпилог

Флаттершай не стала доучиваться в школе летунов, а поселилась на окраине леса неподалёку от Понивилля. Её приютила добрая старая пони по имени Саунди Бёрдс, которая вызвалась обучать малышку непростому делу – уходу за животными.

Рэйнбоу Дэш (хотите – верьте, хотите – нет!) буквально на следующий же день поступила в высшую лётную школу. А может быть, случилось это не просто так? Ведь пегаска-то не из обычных, раз смогла сделать Радужный удар!

И у Флаттершай, и у Рэйнбоу Дэш всё ещё впереди. Кто знает, может быть, Флаттершай сможет приручить громадного медведя, а Рэйнбоу Дэш – познакомится с настоящим грифоном? Но это уже совсем другие истории.