# Радужная бесконечность

zurg

Твайлайт Спаркл осознает себя Аликорном

Твай...

## Радужная бесконечность

Прошел целый год с момента ее коронации. Что-то изменилось, что-то нет. Легко справиться с необычными трансформациями плоти — гораздо сложнее и интереснее был новый взгляд на мир. Взгляд богини. Пронизывающий каждую песчинку бытия, играющий с реальностью, наполняющий все безразличием и новыми смыслами. В последнее время Твайлайт начала считать, что все это слишком сложно и неожиданно для нее и отправлялась на отдых.

Сегодня, например, на пляж. Солнце медленно передвигалось от рассвета к закату, лаская фиолетовую пони, занятую своими мыслями, к полудню становилось особенно настойчивым и, казалось, даже давило на прикрытые глаза. Это было приятно — немного посмотреть на раскаленное светило, поворочаться, чихнуть — чем-то напоминало ее странствия по другим мирам. Да и не только странствия. Все было другим. Карандаши, забытые ей в Кантерлотской библиотеке, которые благополучно кто-то утащил, надменные подруги из университета, пытающиеся поучать жизни. Многое.

Твайлайт взяла бокал с коктейлем, пролевитировала его по направлению к солнцу и присмотрелась. Сверкающий хрусталь сиял всеми цветами радуги, вместе с наполнявшей его жидкостью. Теперь она могла различить каждый лучик света, в каждом оттенке найти нечто новое, близкое ей. И, обязательно, не вызывающее отторжения. Свет был теперь одной из ее ипостасей, с которой можно обращаться на дружеском копытце, не думая, что внезапно воспоминания принесут тебе боль.

« Ты. И ты. И даже ты. Вы ведь умрете? »

« Не бойтесь. Вы должны верить в меня. »

Твайлайт рассмеялась своим мыслям.

А потом ей надоело. Черная нить упала с небес, перевернулась, разошлась на составляющие. Превратилась в уютные домики, затем в лес на краю Понивилля, протянулась еще дальше. Хватит, хватит… Довольно.

Глоточек.

Золотистая пенка сверху — мир пони, нежный, возвышенный, терпкий. И в то же время, внезапно, звучащий с ней в диссонансе. Белые шпили Кантерлотского дворца, переплетенные между собой в ее фантазиях, распадающиеся на тысячи ослепительных осколков. И звучащие в унисон с ней, если посмотреть сверху, взлетев, когда вечерний туман неволит сознание, принуждая смотреть на все по другому.

Еще глоточек.

Зеленый мир Гайи, ее новой подруги. Бесконечные сады и цветы. Она была рада, что ей довелось узреть их лишь теперь. Иначе с бесконечной красотой пришли бы и страдания. Не бесконечные. Свет, изрезанный тенями зеленой листвы и воспоминаниями детства, цветущий жасмин и цветущее сердце… В том мире не было живых существ. Только растения, и он казался таким уютным. Она нашла там все – мелкую поросль травы, которая в детстве казалась непроходимыми джунглями, полными загадочных существ, цветы, которые дарили ей возлюбленные, одинокие леса, полные тоской. А еще было нечто новое. Иногда шел дождь, иногда снег. Новые, чистые. Не привязанные к страданиям на обочине жизни, страданиям, доступным только смертным. Память хранила их и старалась уничтожить самою себя.

— Твайлайт?

Глоточек...

Голубое море, спокойное и и безмятежное, яростное и смертоносное… Подрагиванье волн на любимых картинах, тайны, скрывающиеся во тьме глубин.

— Твайлайт. Что, если ты всего лишь плод их фантазии? А?

— Без разницы. Я здесь, наслаждаюсь покоем, а они пусть фантазируют. Я знаю их мечты, мечты о мечтах , о мечтах… Они сплетаются в карусель, бесполезную для них.

— Но… Они придумали тебя.

— Ха. Они умрут, а я останусь. Кто – кого придумал? Я останусь самым ярким впечатлением в их жизни. Кто здесь реален?

И еще...

Океаны лавы, огонь и ярость. Демонический мир, полный ненависти и страсти. Твайлайт улыбнулась своим воспоминаниям — кажется она всем там понравилась. Что там было бесконечного – шутки и восторженные вопли по поводу ее прекрасного крупа.

И гавань семи грехов, ласкающая пламенем стоящие на привязи корабли.

— Твайлайт. Я говорил с тобой.

— Я знаю. Ты ведь знаешь, что я знаю тебя?

Твайлайт усмехнулась.

И поперхнулась.

На дне бокала лежала черная оливка, неприятно контрастирующая с грезами богини. Мало того, что жесткая, так еще и не к месту.

« Проклятый бармен. Опять напутал рецепты »

Твайлайт морщится, берет еще один бокал, протыкает ненавистный плод соломинкой, выкидывает его и выпивает все залпом. Намного лучше. Некоторое время она мечтает, как наказать его…

Черная оливка лежит на белоснежном песке, кажется одновременно беззащитной и угрожающей. Твайлайт легонько толкает ее копытцем. Несколько оборотов и снова тишина.

— Твайлайт. Я люблю тебя.

Опять этот голос.

Снова Кантерлот. Снова эти лабиринты. В такие моменты ей хотелось представлять себя не разумным существом, а имеено этим сплетением белоснежных линий, бездушным, к которому тянутся чьи-то руки. Миллионы рук. Она откуда-то знала это слово. Как нечто гадкое и мерзкое, похожее на лежащуюю на песке оливку.

« Надо поменьше пить этой дряни… С завтрашнего утра. Или через тысячу лет. Или через две ».

Некоторое время она лежит неподвижно, затем нечто привлекает ее внимание.

Над кромкой прибоя, между пляжем и лазурью океана движется серая точка, а вдалеке еще несколько. Незваный гость. Ох уж эти олухи стражники… Богиня сотворяет заклинание и закрывает глаза. Весь мир перед ее внутренним взором тускнеет, но приобретает при этом более отчетливые очертания. Серенькая пегаска остервенело машет крыльями, пытаясь уйти от погони. Твайлат мысленно разглядывает ее… Обходит вокруг. Сейчас время в ее власти. Пегаска очень мила. Твайлайт смакует ее запах пота, страха и отчаянья, решает что бояться нечего, расслабляется и ждет.

Наконец, ветер, поднятый крыльями пегаски касается мордочки, ей даже кажется что она слышит бешеный стук сердца.

Твайлайт лениво приоткрывает один глаз, оценивающе разглядывая непрошенную гостью. Совсем юная, с растрепанной гривой, наяву она выглядит еще более привлекательной. Легкое движение копытца, и отряд стражников застывает в смущении на почтительном расстоянии.

— Сумела значит всех обставить? Ну, говори, чего хотела. — Легкий смешок, — автограф?

Дрожащая от страха пегаска машинально кивает, затем, спохватившись, трясет головой из стороны в сторону. Несколько нечленораздельных звуков срывается с ее губ, она закашливается.

— Ннет… Я… Я бы не посмела. Я… Мои родители, они всегда служили принцессам… Я… Мой отец, он заболел и…

Фиолетовая пони разочарованно вздыхает — очевидно развлечения не будет.

— Пошла. Вон. Отсюда, — отчеканивает она, легонько потягивается и снисходительно добавляет, — не видишь, мы отдыхать изволим.

Твайлайт кивает головой, стражники скручивают пегаску и уволакивают прочь. Пони внимательно прислушивается к ощущениям, пробуя кожей на вкус тепло солнца… Кажется пора.

Переворачивается на живот, расправляет крылья и легонько постанывает от блаженства, когда жар раскаленного светила касается самых чувствительных мест. Она вспоминает о белоснежной шерстке той, что дарит ей тепло не только днем, но и не менее жаркими ночами. Сладкая дрожь пробегает по всему телу богини…

Жизнь определенно удалась.