# Сборник зарисовок

Sylar

Различные зарисовки, длиной менее тысячи слов.

## Яблоневый сад

[Повседневность][Флафф]

Тиха летняя ночь в Эквестрийской глубинке, тишину её нарушают лишь пение сверчков, да свистящий шепот двух жеребят, стоящих около забора, за которым начинается яблоневый сад.

— Давай, Луна, просто перенеси меня через него! — яростно шептал своей подруге юный серый единорог с золотистыми глазами.

— Ну не знаю, Стар, мне кажется, дедуля Эпл этого не одобрит, — молодая аликорн неуверенно переминалась с ноги на ногу.

— Ну же, Луна, не будь такой же занудой, как Селестия, никто ничего не узнает, в крайнем случае, я всегда смогу нас телепортировать. Кроме того, я слышал, — единорог наклонился к своей подруге и понизил голос до едва различимого шепота, — что в центре сада, рядом с домом, растут самые вкусные яблоки, которые старик Эпл приберегает для себя.

Луна невольно облизнулась и с сомнением покосилась на своего друга. Все это звучало сомнительно, но Стар говорил об этом с такой уверенностью, что сумел убедить её.

— Ну ладно, давай побыстрее покончим с этим и вернемся домой.

Стар просиял и начал разъяснять Луне план:

— Смотри, всё просто: ты перенесешь меня через ограду, мы прокрадемся к центру сада, сорвем пару яблок и будем дома еще до того, как Конгресс единорогов поднимет солнце.

— А если Эпл нас засечет?

— Тут всё просто — я телепортирую нас за ограду сада, правда есть одно "но". Мне может не хватить энергии, в таком случае тебе нужно будет меня подпитать, но до этого, скорее всего не дойдет, потому что Эпл будет дрыхнуть, даже если у него по саду стадо бизонов промчится. Ну, ты согласна?

Луна горестно вздохнула. С одной стороны её мучила совесть, но с другой стороны, она не могла бросить своего друга, а в том, что, если она откажется принимать в этом участие, то Стар просто полезет в сад в одиночку, она не сомневалась. После секундного раздумья, Луна обхватила Стара, и немного неловко оттолкнулась от земли, с натугой замахав крыльями.

Приземлившись по ту сторону ограды, жеребята огляделись. Их окружало огромное количество яблонь, принимавших в лунном свете пугающие очертания неведомых зверей. Легкий ветерок шелестел листьями деревьев, создавая жутковатую палитру звуков. Где-то вдалеке ухнула сова, и жеребята невольно прижались друг к другу, напуганные зловещей атмосферой яблоневого сада. Но уже через несколько секунд Стар ободряюще приобнял Луну и прошептал:

— Идем, это всего лишь сова.

Но Луна уже и без него справилась с приступом паники, и жеребята побрели в направлении центра сада, ориентируясь на масляный фонарь, висевший на крыльце дома Эплов и выглядевший с окраины сада тусклой оранжевой точкой, мелькавшей среди стволов деревьев. Сегодня все было на стороне жеребят: луна была скрыта за облаками, дул легкий ветерок, заглушая их шаги. Сначала они шли не таясь, но, приблизившись к дому Эплов, жеребята замедлили темп и начали держаться в тенях. Но пока всё было спокойно, подойдя к дому, они увидели, что в окнах не горит свет. Это значило, что старик Эпл с семьей сладко спят в своих кроватях. Воистину это была их ночь! Стар быстро нашел деревья с особенно сочными плодами, росшие около восточной стены дома и ухватил несколько яблок магией. Часть из них он передал Луне, часть оставил себе. Уже собираясь уходить, Стар заметил яблоко, висевшее выше остальных. О, что это было за яблоко! Идеальной формы, не переспевшее, но и не зеленое, оно было достойно называться царицей всех яблок. Стар сглотнул мгновенно набежавшую слюну, и, привычным усилием мысли, обхватил своей магией яблоко. Как назло оно не поддавалось, но Стар уже не видел ничего кроме своей цели. Увлеченный, он тянул все сильнее и сильнее. Луна, уже развернувшаяся к выходу из сада, увидев золотистое свечение за спиной, повернулась обратно как раз в тот момент, когда ветка, на которой висело злополучное яблоко, с ужасающе громким треском надломилась. На мгновение, в саду повисла тишина, после чего в доме резко зажегся свет и послышался торопливый перестук копыт о деревянный пол. Луна испуганно пискнула и выронила яблоки, Стар же резко повернулся к ней и на одном выдохе просипел:

— Бежим!

Жеребята бросились бежать, не разбирая дороги, за их спинами послышался скип открываемой двери, и перестук копыт, видимо кто-то из Эплов уже увидел нанесенный их саду ущерб и, пылая праведным гневом, решил догнать их. Внезапно, Стар нырнул за ствол толстой яблони и втащил за собой Луну.

— Время плана "Б",— прошептал он, отступая на шаг и усилием воли заставляя свой рог светиться, — подпитай моё заклинание.

Но Луна уже поняла, что он хочет сделать. Едва заметно кивнув, она разглядела структуру заклинания, построенного Старом и, направив на неё свой рог, до упора влила в заклинание магию. Это был их отработанный прием. Стар строил сложнейшие заклинания, но был еще не в силах наполнить их магией, а Луна напротив, обладала огромным количеством магии, но с трудом могла построить нужные структуры. Таким образом, единорог и аликорн прекрасно дополняли друг друга. Наконец, магия полностью заполнила структуру, и та вспыхнула огнем, на мгновение ослепив жеребят, а в следующий момент они уже стояли за оградой сада, целые и невредимые. Стар и Луна облегченно посмотрели друг на друга и рассмеялись своим ночным приключениям. Стар протянул Луне чудом уцелевшие фрукты и они пошли домой, хрустя яблоками, и наперебой обсуждая своё ночное приключение.

## Казнь

[Драма]

Далеко-далеко на севере Эквестрии, стоит город Сталлионград. Архитектура его проста и груба. Дома здесь жмутся к земле, словно пытаясь защититься от ледяного ветра, продувающего улицы.

Лишь одно здание разительно отличается от других. Это огромный Сталелитейный Завод — гордость Сталлионграда. Работать там — хоть и сложно, но почетно, ведь именно из этого завода выходит лучшая во всей Эквестрии сталь. В глубине завода стоит огромная, в несколько этажей, Сталелитейная Машина, занимающая почти всю его площадь. Она-то и делает большую часть работы. День и ночь валит дым из труб завода; круглосуточно, без перерывов, производит Машина тонны стали. Но и пони не сидят без дела! К каждой из сотен секций огромного механизма приставлен инженер, наблюдающий за своим участком — не выйдет ли из строя один из модулей, не будет ли простоя? Но даже работа инженеров меркнет по сравнению с должностью Оператора. Лишь он один знает машину целиком. Из своей кабины с помощью сотен рычагов, датчиков и кнопок, он управляет гигантским механизмом. Нынешнего Оператора зовут Памп Диппер, это его дед полвека назад спроектировал Машину.

Сегодня на заводе необычный день — без всякой видимой причины, был созван Совет Директоров. Пригласили и Пампа — он должен был выступить с докладом о состоянии машины. Как назло, совсем недавно вышли из строя сразу два участка, что, конечно, сулило недовольство Совета. Памп долго ждал очереди, перед ним успели выступить и инженеры, отвечающие за простаивающие участки, и братья-единороги, которых он видел впервые. Последние, кстати, вышли из зала с такими довольными физиономиями, будто там раздавали маффины. Представ, наконец, перед взглядом Совета, Памп описал состояние Машины, как удовлетворительное. Вопреки ожиданием, его не стали расспрашивать ни времени, которое потребуется для ремонта, ни о его стоимости. После выступления Пампу задали лишь один вопрос, ошарашивший его с первых слов: «А что если заменить Машину на более современную?». Напрасно Памп пытался разубедить совет — всё решили за него. Новая машина должна была стать меньше и проще в обращении, а главное — прибыльней. Пампа, как единственного, кто полностью знал устройство Машины, назначили руководителем процесса демонтажа, который начинался через пару дней.

Завод был непривычно тих: не грохотали многотонные прессы, не стучали молоты, не было слышно скрипа шестеренок. Впервые за полвека, из огромных труб не шел дым. Проходя мимо своей кабины, Памп поддался неожиданному порыву и зашел в нее. На него сразу нахлынули воспоминания: сначала его водил сюда дед, потом отец. Он прикоснулся к приборной панели, за которой провел, наверное, четверть своей жизни, и вздохнул: неужели он больше её не увидит?

В главном зале собралась толпа, жаждущая зрелища. Тут были и члены Совета, и братья-единороги, чью машину собирались установить взамен нынешней — все они хотели увидеть историческую картину — демонтаж Большой Сталелитейной Машины, символа Сталлионграда. Памп немного помедлил, собираясь с мыслями, и кивнул рабочим. Раздался скрежет и отрубленный сегмент упал на пол Завода. В воздухе повисла тишина, после чего сверху раздалось несколько щелчков. Памп задрал голову, сверху ему почудилось какое-то движение, но он списал всё на разыгравшееся воображение. Он опустил глаза и хотел приказать рабочим продолжить, но его слова заглушил страшный грохот.

На следующий день все газеты писали о страшной трагедии: в Сталлионграде обрушилась крыша завода. Выжил только один.