# Заколдованное королевство

Shaddar

Легко думать о сказках, когда ты древний аликорн, на века запертый в библиотеке. Легко представлять, как кто-то тебя спасёт, мечтать об этом, строить планы, изобретать способы, как обретёшь свободу в блеске славы, интриг, приключений и романтики.

Или, точнее сказать, это кажется лёгким, пока не произойдёт, и вы будете вынуждены задать себе страшный вопрос, ответ на который ещё предстоит найти.

Что делать дальше?

[Изображение: https://i.imgur.com/EZcCDU6.jpg]

Продолжение Заколдованной библиотеки, знакомство со вселенной следует начать с неё.

Автор обложки Dalagar

Автор артов в начале глав Arcticwaters

Покрасил арты в начале глав Funk Arts

Старую обложку можно посмотреть тут.

Разрешение на перевод есть.

Перевод: Shaddar.

Редакторы: Randy1974, RePitt.

Читать на Фикбуке.

Истории от автора оригинала, дополняющие вселенную "Заколдованного королевства":

Долг Норта Риджа — раскрытие предыстории нового знакомого Рэрити.

## — Пролог — Сказитель из Лунного Залива

[Изображение: https://i.imgur.com/SnY0gMB.png]

[Изображение: https://ponyfeatherpublishing.com/resources/monochromatic/enchantedkingdom/art_00.png]

На северо-западной границе Эквестрии и Неизведанного запада, на краю Лунного Залива, располагалась маленькая позабытая деревушка под названием Муншайн. Ей не нашлось места на большинстве карт, поскольку смотреть в ней было решительно не на что, кроме пары десятков домов, захудалого магазинчика, маленькой школы, крошечного почтового отделения да гостиницы, что была старше всех жителей деревни, вместе взятых.

Если бы кто-то спросил Норта Риджа, когда в последний раз его копыто ступало в эквестрийский город, единственным по-настоящему точным ответом было тридцать два года назад. И несмотря на то, что недавно жеребец сбрил бороду, морщины на лице выдавали его возраст. Многие бы отметили, что этого земного пони и с натяжкой старым не назовёшь, но себя он чувствовал именно старым.

Тридцать два года странствий состарили его душу.

Ночь давно вступила в свои права, и холодный ветер вперемешку со снегом с северных гор обрушился на испачканный плащ жеребца и на спящую деревушку. Он надеялся выйти к любому поселению ещё при свете дня, но жизнь давно научила Норта, что надежды часто бывают тщетны.

Странно было вернуться в Эквестрию, думал он, шагая по главной улице в поисках хоть каких-нибудь признаков жизни. Изменилось ли что-то за время его отсутствия? Или всё осталось прежним? Жеребец стремился увидеть знакомые места, но всё же мысль о том, что ничего не изменилось, почему-то печалила. Никаких приключений, никаких нераскрытых секретов.

Наконец вдалеке показалось что-то многообещающее, вроде кажущееся открытым заведение, из окон которого струился свет. Снегопад мешал разглядеть подробности, но такой опытный путешественник как он узнает гостиницу и по силуэту.

Когда жеребец подошёл ближе, дверь здания распахнулась, и оттуда, спотыкаясь, вышел молодой единорог. Судя по всему, кое-кто выпил больше положенного.

Норт подтрусил к единорогу и приветственно помахал копытом.

— Простите! — обратился он, напрягая голос, чтобы его было слышно сквозь снег и ветер. — Сэр!

Жеребец уставился на Норта, и тот сморщил нос от зловонного перегара.

— А? Ты мне чего? — настороженно спросил молодой единорог, изучая взглядом старшего жеребца.

— Да-да! — ответил Норт, с удивлением обнаружив радость от общения, несмотря на обстоятельства. Он осмотрелся вокруг и спросил: — Где мы? Я путешественник, но этого места нет на моей карте.

Старший жеребец посмотрел на юг, где вдалеке виднелся берег.

— Это же Лунный залив?

Единорог фыркнул.

— Ха! Ещё бы Муншайн был на какой-нить карте. Ничё хорошего в этом ни на что не годном месте не происходит. Достало уже, — он прокашлялся раз, второй, третий, после чего вытер нос. — Те лучше куда-нить в другое место двигать.

Норт сочувственно улыбнулся.

— Полагаю, выпивка не все раны лечит.

Единорог нахмурился.

— Старик, я туда пошёл не раны лечить. Зашёл хорошо провести время, а потом самая красивая кобыла, которую я когда-либо видел, отшила меня когда я предложил ей вместе потусоваться, да ещё и трактирщик меня за это выгнал! — жеребец замолчал и потёр лоб. — Уф-ф.

После чего поднял взгляд обратно на Норта.

— А, ты же не местный. Чего те надо тут?

— Я был вдали от Эквестрии! — воскликнул старший жеребец, выпрямившись. Он был весьма незаурядным путешественником, или по крайней мере сам себя считал таковым. — И только что вернулся после тридцати двух лет странствий! Сейчас вот в Кантерлот направляюсь. Могу ли спросить, как там поживает принцесса Аморе?

— Так же жива, как и мои планы на эту кобылу в пабе, — прямолинейно ответил единорог. — А у её дочери шарики за ролики заехали, не лучшее ты время, старик, выбрал для возвращения.

Острая боль кольнула сердце Норта. Когда он покидал Эквестрию, принцесса Аморе была уже немолодой пони, так что имело смысл что её дитя, как там её звали, принцесса Денза, кажется, теперь правящий монарх.

— С ума сошла, говоришь? — спросил старший жеребец, приподняв бровь. — Ну, она всегда была немного бунтаркой. А что она такого сделала, что ты счёл её сумасшедшей?

— Папаша, ты газетку-то почитай. Я-то рассказал бы, да не поверишь, — ответил единорог, уходя прочь, потирая голову, без сомнения страшно раскалывающуюся. — Надеюсь, тебе Ночь Поисков не особо нравилась, потому что она нам больше не нужна.

Норт проводил жеребца взглядом. Странные вещи из уст странного жеребца, подумалось ему, после чего он зашагал к гостинице.

Над дверью раскачивалась вывеска, нарекающая обветшалое здание гостиницей "Луносвет". Восхитительное имя! С возобновившимся энтузиазмом он толкнул дверь и вошёл вовнутрь.

Как в столь поздний час и следовало ожидать, тускло освещенное заведение было почти пустым, не считая нескольких посетителей, ищущих дно кружки всю ночь напролёт. Норт снял плащ, повесил его на вешалку, а когда повернулся к бару, то с удивлением обнаружил, что трактирщика нет на месте. Жеребец подошёл к стойке и позвонил в колокольчик.

— Одну минуту! — раздался голос с кухни.

— Не вопрос! — ответил жеребец.

Обозначив своё появление, Норт повернулся в поисках места, где можно присесть, а если повезёт, то кого-нибудь, с кем можно будет выпить. У барной стойки полулежал жеребец, положивший морду на скрещённые передние ноги, и доносившийся от него храп быстро вычеркнул его из числа приемлемых вариантов. Слева обнаружилась парочка в самом цвету юности, и боль в сердце заставила его отвести взгляд. Наконец, взглянув направо, жеребец обнаружил идеальную кандидатуру.

Единорожку, одиноко сидевшую за столиком в углу заведения, и хотя Норта давно перестали волновать дела любовные, он всё ещё мог оценить её красоту, несмотря на затенённость выбранного ею места. Свет точно вокруг неё был выключен, но её, казалось, это не беспокоило.

Первое, что он увидел, это ухоженная грива цвета индиго, ниспадающая на лицо словно вуаль. Далее его взгляд скользнул по её светло-серой шёрстке в поисках кьютимарки. На положенном месте обнаружились три шрама, обезобразивших кьютимарку, отчего жеребец вздрогнул.

"Так-так, — подумалось жеребцу, — похоже, я нашёл вышеупомянутую сердцеедку".

На её столике Норт не увидел напитков, и хотя ему хотелось бы подойти, он задался вопросом, было ли это мудрым решением. Последнее, чего бы ему хотелось, это чтобы кобыла подумала, что у него дурные намерения. В этот вечер, похоже, пить ему в одиночестве.

Ну или не в одиночестве, потому что кобыла тут же повернулась и посмотрела прямо на Норта, словно зная о чём тот думает. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, ожидая, кто заговорит первым, и жеребец решился подойти поближе, отчего кобыла наконец улыбнулась.

— Привет! — весело поздоровался Норт, кивнув головой в сторону места напротив кобылы. — Тут свободно?

— Это полностью зависит от того, с какой целью вы интересуетесь, сэр, — сладкозвучным голосом и с улыбкой ответила кобыла.

Жеребец усмехнулся.

— Могу только пообещать, что не того же самого, что искал недавно отбывший жеребец, — заверил Норт. — Я всего лишь хочу услышать историю, которую доселе не слышал, а вы выглядите как пони, у которой их есть и не одна!

Улыбка кобылы стала ещё шире, очевидно, слова жеребца ей чем-то понравились.

— А вы тот ещё льстец. Но вы правы. У меня есть истории, в которые не каждый поверит, — единорожка склонила голову набок. — Но вы и сами кажетесь интересным, сэр. Прошу, присаживайтесь.

— Так и сделаю, но сначала давайте выпьем! Сегодня был тяжелый день, — произнёс Норт, заметив возвращение владельца заведения. — Чего вам принести?

— Боюсь, вынуждена отказаться, — ответила кобыла. — К сожалению, с собой битов я не взяла.

Жеребец улыбнулся.

— Вы можете расплатиться со мной историей, — отмахнулся он после чего переспросил. — Что будете?

Наконец после минутного колебания единорожка согласилась.

— Всё что угодно, на ваш вкус.

Хотя барпони уже вернулся, внимание его было сосредоточено не столько на посетителях, сколько на газете перед ним. Слова пьяного жеребца эхом отозвались в голове Норта, и он поймал себя на том, что старается разглядеть заголовок, но сумел разобрать лишь "Принцесса Кейденс Армор Десятая, шокирующие..."

— Вечерочка, — поприветствовал Норта жеребец, отложив газету и выжидающе глядя на посетителя. — Что могу предложить?

Путешественник задумался, поднял взгляд и изучил меню, висевшее на стене. Первый напиток в Эквестрии! Он должен быть чем-то особенным, чем-то важным, подходящим для столь знаменательного события.

— Кофе, чёрный, пожалуйста! — облизнув губы, ответил Норт. — Два, если можно. Один для меня, второй для моей новой подруги!

Барпони слегка нахмурился, и от внимания Норта не ускользнуло, как он на мгновение бросил взгляд на кобылу. Когда та улыбнулась, жеребец ответил.

— Два чёрных кофе, — наконец произнёс он. — Что-нибудь поесть?

Норт вновь задумался.

— Сэндвич с нарциссами и маргаритками, думаю, вполне пойдёт.

Барпони кивнул и направился на кухню, оставив Норта в одиночестве. Его новая подруга всё ещё сидела за столиком, развлекаясь изучением своего собственного копыта. "Интригующая кобыла". — подумал он. Было в ней что-то такое, она словно пряталась в том тёмном углу бара.

Мысли Норта снова обратились к газете, и его охватило любопытство. Он видел куда трактирщик положил газету, так что... немножко заглянуть в газету же никому не повредит? Однажды ему пришлось спасаться от диких львов, думается, окинуть взглядом газету будет куда проще.

Жеребец обошёл прилавок и обнаружил не сильно припрятанный новостной листок. Он медленно подошёл поближе, в процессе окинув взглядом всё остальное за прилавком, и замер, когда его взгляд наткнулся на мусорную корзину.

Внутри оказался с десяток скомканных газетных страниц, и, хотя зрелище это само по себе шокирующим не было, там оказалась одна единственная страница, которая была просто выброшена, а не скомкана. Именно из-за этого Норт смог различить на ней надпись "РАЗЫСКИВАЕТСЯ" отпечатанное в заголовке большими красными буквами, но внимание всё-таки привлекла не сама надпись, а фотография под ней. Моргнув, он вытащил лист из корзины и обнаружил, что смотрит на помятую фотографию той же самой кобылы, что по-прежнему внимательно изучала собственное копыто.

Итак, Норт Ридж узнал о своей новой подруге три важные детали.

Первая: её имя Рэрити.

Вторая: в последний раз её видели несколько дней назад неподалёку от места под названием Додж-Джанкшн, которое, если память не подводит, находится вообще на другом конце Эквестрии.

Третья: всего два дня назад принцесса Денза объявила её в розыск по всему королевству.

И несмотря на всё это, кобыла просто сидела, любуясь своим ухоженным копытцем с необычной заинтересованностью.

Из кухни донёсся звук приближающихся шагов. Норт стремительно выбросил страницу и вернулся на место перед стойкой. Давно сердце жеребца не билось так быстро, как сейчас. Была лишь одна кобыла, что казалась более очаровательной чем эта Рэрити, и этой кобылой была его собственная жена.

— Вот, пожалуйста, — произнёс трактирщик, и поднос с тарелкой и двумя чашками подплыл к стойке. — Приятного аппетита.

— С-спасибо! — замялся на мгновение Норт, после чего подтрусил к вешалке и вытащил из кармашка мешочек с битами. — Сколько за всё это?

Барпони вновь бросил взгляд в сторону Рэрити, прежде чем ответить.

— Нисколько. За счёт заведения.

Норт удивлённо моргнул.

— О... правда? Вы уверены?

— Да. Главное, не расстраивайте её, иначе буду вынужден попросить вас уйти.

— Конечно, — произнёс Норт и благодарно склонил голову, после чего взял поднос и вернулся к своей крайне интересной собеседнице за стол.

— Пожалуйте! — воскликнул он, поставив поднос, после чего уселся напротив кобылы. — Да ещё и за счёт заведения! Кажется, нам двоим сегодня везёт!

— Гласс Дропс очень добр ко мне, — ответила единорожка, наблюдая, как жеребец ставит перед ней чашку. Затем она затрепетала ресницами и добавила: — Но в любом случае я ценю ваше изначальное намерение.

Рэрити немного откинулась назад и склонила голову набок.

— Итак, мистер...

— Норт Ридж, — без промедления ответил он. — А вы?

— Принцесса Рэрити Первая, — не меняя тона ответила она.

Жеребец в удивлении поднял бровь.

— Правда? — спросил он, и кобыла рассмеялась.

— Нет, но не откажите кобыле в простом удовольствии заставить незнакомца поверить, что я член королевской семьи, — затем её ушки прянули, а брови нахмурились. — Хотя тут как посмотреть.

Рэрити на мгновение подняла копыто, словно хотела прижать к себе розовый кристалл с трещиной, висевший на шее, но передумала и опустила копыто.

— Я хотела бы стать принцессой-консортом. А может, уже ею и являюсь. Сама уже не знаю.

Единорожка замолчала и уставилась в свой кофе, погрузившись в мысли. Норту лишь оставалось гадать, о чём она думает.

— Итак, Норт Ридж, — заговорила она, поднимая на жеребца взгляд. — Поведаете свою историю?

Тот улыбнулся.

— Мисс Рэрити, кажется, я задал вам тот же вопрос первым.

— Задали, но леди не пристало раскрывать свои секреты кому попало.

— Справедливо, — произнёс Норт, делая большой глоток кофе. Поставив чашку на стол, он в глубокой задумчивости потёр копытом морду. — Если это вам о чём-нибудь скажет, я путешественник. Покинул Эквестрию ещё молодым жеребцом, чтобы исследовать земли за западной границей, и тридцать два года спустя я наконец вернулся домой.

— Что-ж! Интересная история, хотя на мой вкус слишком короткая, — произнесла единорожка, хотя улыбка на её лице ясно давала понять, что она её удовлетворила. Рэрити наклонилась чуть поближе и навострила ушки. — Тридцать два года — довольно большой срок. Что привело вас обратно в Эквестрию?

Норт над ответом не раздумывал.

— Моя жена, Фрост Флауэр.

В глаза единорожки неожиданно заискрились жизнь.

— Правда? Прекрасное имя, — воскликнула она и хихикнула. — Могу себе представить, как она волновалась, если вас не было тридцать два года.

Сердце жеребца немного сжалось, и хотя это была тема, которую с другими он старательно избегал, в кои-то веки он почувствовал, что готов поделиться.

— Те, кого с нами нет, не беспокоятся о живых, мисс Рэрити, — осторожно сказал Норт и почувствовал укол вины, когда искры жизни пропали из глаз единорожки. — Она была моей спутницей не только в жизни, но и в путешествиях. К сожалению, была.

— Ох. Мои соболезнования.

Жеребец махнул копытом.

— Всё в порядке. Как говорится, время лечит любые раны.

И снова кобыла погрузилась в размышления, изучая чёрный напиток.

— Вам, должно быть, её ужасно не хватает.

— Постоянно, — признал Норт. — Я думал, что с годами это пройдёт, но нет. Я повсюду её вижу. Словно она меня преследует.

Рэрити подняла взгляд и, внезапно развеселившись, улыбнулась.

— Похоже, любовь из всех нас делает призраков.

— Ну а вы? — спросил жеребец в ответ. — У вас есть особенный пони?

Это оказался правильный вопрос, потому что сила внезапной улыбки единорожки удивила Норта. Искра в её глазах вернулась, но примешалось к ней нечто печальное. Но улыбка, не самая широкая из виденных жеребцом, но, безусловно, одна из самых искренних, полученных вне круга друзей.

— Есть, — ответила Рэрити, выпрямившись. — Есть, и мне даже немного стыдно думать о том, сколь безумно я в неё влюблена. Единственное в чём я нахожу утешение, так это то, что несомненно столь же сильно любима в ответ.

Улыбка сама по себе появилась на губах Норта. Какое болезненное, но в то же время трогательное зрелище. Мыслями он обратился к своей жене, хотелось бы ему, чтобы она была рядом. Жеребец был уверен, Фрост и Рэрити быстро бы подружились.

— Могу ли я узнать её имя?

Без раздумий и с улыбкой единорожка ответила:

— Твайлайт Спаркл.

Норт подумал отметить красоту имени, но в голову ему пришла мысль. Этот плакат о розыске врезался ему в память, и вопросы роились в голове, что побудило жеребца осторожно спросить:

— А она знает, что вы здесь?

— Если вы интересуетесь из-за плакатов розыска, и да, я видела, как вы смотрели на них, то нет, она не знает, что я здесь, — ответила кобыла. Её взгляд смягчился, и печаль в них усилилась, будто сам факт того, что приходится хранить секреты от своей любимой, её ранил.

— Мисс Рэрити, если я поклянусь сохранить ваш секрет в тайне, вы откроете мне тайну, стоящую за этим плакатом? — спросил Норт, чувствуя, словно подобрал наконец ключ к тому, что станет незабываемой историей. — Я отправляюсь дальше в Эквестрию только завтра, и давненько не пил эквестрийский кофе с другом.

Единорожка что-то про себя пробормотала, пристально изучая жеребца взглядом.

— А я не отправлюсь в Понивилль до завтрашнего вечера, — наконец произнесла она и, слегка кивнув, согласилась. — Ну хорошо. Слышали когда-нибудь Миф о Четырёх Принцессах?

— Ещё когда был жеребёнком, — ответил Норт. — Давным-давно жили четыре прекрасные принцессы, что прогневали ужасного монстра, и в наказание тот заточил трёх из них в ловушки по всей стране, обрекая их жить в виде духов, в то время как оставшаяся принцесса и её потомки были прокляты, утратив возможность отыскать несчастных.

— А какая принцесса ваша любимая? — спросила Рэрити, и внезапно проявившаяся в голосе серьёзность была не совсем понятна, учитывая сам вопрос.

— А это важно?

— Важнее всего на свете.

Жеребец усмехнулся.

— Тогда я скажу, что принцесса Пыльный Свиточек. Не знаю под каким именем вы её знаете, но в моём городе она звалась именно так.

Кобыла нахмурилась.

— Принцесса Пыльный Свиточек? Самая младшая из принцесс? Какой у вас замечательный вкус! — единорожка одарила Норта улыбкой, а затем задумчиво забормотала. — Хм-м-м... это значит, что вы из Толл Тейлс, так?

Жеребец кивнул, и Рэрити одарила его своей самой обаятельной улыбкой.

— А я из Понивилля! У нас её называют принцесса Книжечка, и да-да, не смейтесь, я знаю, что это не самое оригинальное из имён!

Норт с улыбкой спросил:

— Так, а какое отношение принцесса Книжечка имеет к этим плакатам о розыске?

— Ну, самое непосредственное, — ответила единорожка, а затем наклонилась, заговорщически оглядываясь по сторонам. — Я нашла её.

И при этом её голос звучал совершенно серьёзно:

— Норт Ридж, я нашла потерянную принцессу!

Жеребец довольно долго просто молча смотрел на неё.

— Да что вы? — с нарочитым неверием в голосе спросил он. Норт не совсем понимал к чему ведёт Рэрити, но как минимум подавала она это интересно.

— Нашла! Взаправду! — настаивала единорожка, кивая головой. — В Вечнодиком лесу, и теперь она ходит по Эквестрии, свободная от своей затерянной библиотеки. Мы, знаете ли, стали очень близки.

— Ничего себе! Признаюсь, во время путешествий я повстречал всевозможных существ, но вот подружиться с древней потерянной принцессой мне ещё не удавалось, — признался жеребец, решив подыграть единорожке в этой глупой игре. — Тогда вы просто обязаны рассказать мне, как её зовут на самом деле!

И снова, без малейших колебаний, с ещё более широкой улыбкой, она ответила:

— Твайлайт Спаркл.

Норт Ридж смотрел на Рэрити время, которое, казалось, можно измерить лишь годами. Он поднял свою чашку с кофе и сделал большой глоток, после чего поставил её на стол и вновь уставился на кобылу.

— Та самая Твайлайт Спаркл, в которую вы безумно влюблены, и которая безумно влюблена в вас?

Улыбка единорожки стала шире.

— Ага, та самая.

— Мисс Рэрити, — произнёс Норт, наклоняясь вперёд, — убеждённость, с которой вы произносите эту ложь, впечатляет.

— Ох, Норт! Мы же друзья не разлей вода, но вы всё-таки сомневаетесь в моих словах? — спросила единорожка с притворной обидой в голосе. — Зачем же мне лгать о таких вещах?

Жеребец довольно долго обдумывал свой ответ на этот вопрос и, посмотрев на её кофе, отметил, что они говорили уже так долго, а она до сих пор не сделала ни единого глотка.

— Признаться честно, не могу придумать ни единой причины, и более того, мне кажется, что я действительно хочу поверить в вашу невероятную историю, — Норт жестом попросил её продолжить рассказ. — Вы нашли духа древности, принцессу Твайлайт Спаркл, и освободили её из заточения?

— Вовсе нет, — ответила Рэрити, и в её голосе жеребец уловил немалую гордость. — Она сама освободилась. Моя возлюбленная вырвалась из своего личного Тартара, сразившись с самым свирепым из своих внутренних демонов, и от этого стала ещё сильнее.

Жеребец задумчиво хмыкнул.

— В путешествиях я узнал, что самые свирепые существа прошли через самое жаркое пламя.

— Совершенно точно. И моей почётной обязанностью стало возжечь это пламя.

Норт в третий раз поднял свою чашку и осушил одним глотком. Когда жеребец отставил чашку в сторону, то начал изучать взглядом кобылу с тем же интересом, с которым раньше она изучала его.

— Мисс Рэрити, вы рассказываете крайне интересные истории.

Единорожка вновь затрепетала ресницами.

— Норт, в конце концов, мы это то, что о нас будут помнить. Я, как и вы, однажды станем историями. И разве не стоит сделать их как можно более интересными?

— Стоит! Ещё как! Та же самая мысль побудила меня исследовать запад! — жеребец облизнул губы, гадая, сколько ещё чашек кофе ему предстоит выпить этой ночью. — Итак, наша принцесса из сказки спаслась от своих ужасных демонов? Что же было дальше?

Ответ Рэрити был прост:

— Она уснула.

Норт удивлённо моргнул.

— Уснула, — повторил он. — А что было потом?

Единорожка рассмеялась, приподняв бровь.

— Разве не очевидно? Она проснулась.

## — Глава 1 — Пробуждение принцессы

[Изображение: https://i.imgur.com/RaN8HFk.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/4wBoEQP.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/3tsTmnj.png]

Однажды, уютно устроившись в удобной кровати в чьих-то объятиях, аликорн проснулась. Зевок сорвался с её губ, и, открыв глаза, она увидела за окном спальни ночное небо, усеянное звёздами и созвездиями. Они были далёкими и блеклыми, прекрасными и чистыми одновременно, и мысленно она назвала каждую звезду по имени.

В мыслях она припоминала, что в её грёзах звезды никогда не были столь яркими.

Она закрыла глаза, и на её губах расцвела улыбка, ей показалось, что мягкая подушка под головой поглотила всё беспокойство и мысли, убаюкав мирным сном. Её грудь вздымалась и опускалась с каждым вздохом, как делала уже тысячу лет, не из необходимости, а, скорее, по привычке.

Если на мгновение призадуматься о внутренней природе снов, то этот был потрясающе ярким. Она скучала по снам. Это был её первый сон за долгие годы, принимая во внимание, что пока ты в трансгрессионном стазисе, заснуть невозможно.

На мгновение воцарилась тишина.

В глубине ночи принцесса Твайлайт Спаркл рывком села на кровати, широко раскрыв глаза, осознав, что на самом деле не спит. Её грудь всё ещё вздымалась вверх-вниз с каждым быстрым вдохом, а глаза метались по незнакомой комнате.

Старые столы с резьбой, зеркала, книжные шкафы, набитые не книгами, а рулонами тканей, всё это и многое другое заполняло пространство вокруг принцессы. Всё выглядело знакомым, но она была уверена, что никогда не бывала в такой комнате.

Прежде чем ей удалось как следует разобраться в ситуации, мысли нарушило какое-то шевеление под одеялом, и пара маленьких копытец, тянущихся к её груди, пытаясь обнять как можно сильнее. Твайлайт осторожно приподняла простыни и с удивлением обнаружила знакомую кобылку серебристого окраса, свернувшуюся калачиком, на её светлой шёрстке отпечатались те же чернильные пятна, что покрывали Твайлайт и простыни.

“Свити Белль?”

Кобылка крепко спала, уткнувшись лицом в принцессу, и воспоминания нахлынули на Твайлайт. Магия хаоса, разрушение барьера, угрозы Дискорда, её освобождение, то обстоятельство, что теперь она могла дышать, и... и Рэрити в библиотеке, их поцелуй и блаженное ощущение как проваливаешься в сон в её копытах.

Тысячу лет принцесса Твайлайт Спаркл томилась в затерянной библиотеке.

Тысячу лет она была не более чем духом, обречённым бродить по одним и тем же залам, читать одни и те же книги на протяжении долгих столетий.

Тысяча лет, и она потеряла надежду когда-либо освободиться из своей ментальной и физической тюрьмы.

И вот внезапно она свободна.

И вот она поняла, что находится в комнате той единственной пони, которая сделала для неё всё возможное, сражалась с драконами, проклятиями, древесными волками, всевозможными внутренними демонами, и всё ради неё.

Принцесса спешно посмотрела на другую сторону кровати и, к собственному разочарованию, обнаружила, что на ней нет одной определённой пони. Хотя ожерелье, висевшее на шее аликорна, светилось ярко-розовым, томительное чувство переполняло её грудь, и Твайлайт поняла, что ей нужно нечто большее, чем заклинание связи. Ей хотелось снова увидеть Рэрити.

Аликорн аккуратно высвободилась из копыт кобылки, соскользнула с кровати, а затем остановилась, почувствовав, как что-то, а вернее кто-то дотронулся до неё.

— Принцесса Твайлайт?

Аликорн обернулась и увидела, как заспанная Свити Белль смотрит на неё, и магической хваткой цепляется за неё.

— Принцесса Твайлайт, — продолжала сонно бормотать кобылка, перемежая слова зевками, — ты куда?

— Я... — принцесса запнулась. Она не очень представляла, где искать Рэрити.

— Ты вернёшься? — спросила Свити, было очевидно, что она изо всех сил старается удержать глаза открытыми. — Ты больше не уйдешь?

Острая боль пронзила сердце аликорна. Внутренний голос шептал ей о страданиях, которые она причинила близким, но она заглушила его и тепло улыбнулась кобылке.

— Не уйду, я просто поищу Рэрити, хорошо?

Свити кивнула, усталая улыбка появилась на её губах, кобылка закрыла глаза, и магия развеялась.

Принцесса снова развернулась, подошла к закрытой двери и остановилась. Уже привычно она хотела открыть дверь при помощи магии, но вместо этого нервно облизнула губы, подняла копыто, и у неё перехватило дыхание, когда оно коснулось твёрдой поверхности ручки. Медленно Твайлайт открыла дверь, её ушки дёрнулись от скрипа петель раскрывающейся двери, за которой виднелся тускло освещенный коридор.

Восторженный смешок сорвался с её губ, а сердце устроило в груди настоящую пляску.

Всё кончилось, взаправду и по-настоящему.

Принцесса вышла в коридор, прикрыла за собой дверь и стала думать в каком направлении направиться. Закрытые двери выстроились по всей длине стен, и любопытство подтолкнуло её к ним. Первая оказалась заперта, как и вторая, а когда Твайлайт попыталась открыть третью, её внимание привлекли отдалённые звуки.

Приблизившись к источнику шума, принцесса различила этажом ниже стук копыт. Она добралась до лестницы и начала спуск вниз, по пути её внимание привлекли фотографии в рамках, висевшие на стене. Первой была фотография Рэрити и её семьи, взгляд аликорна задержался на пони постарше. Понравится ли она им? Знают они вообще о её существовании?

Принцесса продолжила спускаться и снова остановилась у следующей фотографии, на которой были запечатлены несколько взволнованных пони, позирующих перед тёмно-синем зданием, стены которого были украшены окнами в виде полумесяца и изображениями звёзд и созвездий. Над дверью висела красиво декорированная вывеска "Страна грёз Лулубай", а прямо под ней стояли Рэрити и Пинки Пай, обе широко улыбающиеся.

Что бы это ни было, оно произошло уже после того, как она... она...

Твайлайт сглотнула, вновь невольно закравшиеся тёмные мысли начали терзать её разум, поэтому она тряхнула головой и пошла дальше, к третьей фотографии. На губах аликорна в тот же миг проступила улыбка, когда принцесса увидела на ней всех своих друзей, собравшихся вокруг Спайка, смеющихся, разговаривающих, веселящихся вместе, пока она была...

Принцесса отвела взгляд и закрыла глаза, в горле образовался комок. Её и правда не было два года? Так ей сказали, и это было невыносимо. Твайлайт казалось, что она спорила с Рэрити только вчера, но всё же вот оно, неопровержимое свидетельство утёкших двух лет, проявленное на плёнке и сформированное без неё.

Твой дом там, где тебя любят, и, согласно этой поговорке, принцесса думала, что её дом в объятиях Рэрити, но теперь? Только сейчас Твайлайт осознала, что дом, возможно, совсем не такой, каким она его помнила.

А если это так, то куда ей теперь податься?

Аликорн глубоко вздохнула, открыла глаза и продолжила спуск по лестнице, нарочно избегая разглядывать другие фотографии. Ещё будет время посмотреть на них позже, говорила она сама себе, не обращая внимание на болезненное любопытство, словно колющее её в затылок.

Когда Твайлайт наконец добралась до последней ступеньки, её внимание привлекла ярко освещенная комната, из который доносился чудесный запах. Привлечённая ароматом, принцесса последовала за ним, и у неё перехватило дыхание от открывшегося вида.

Рэрити сидела за кухонным столом, уткнувшись подбородком в копыто, её взгляд был устремлён вдаль, а магия лениво помешивала чай в чашке перед ней. "Как же она красива", — подумала тут же Твайлайт, но в то же время она обнаружила, что эта кобыла её пугает.

Её не было два года.

Пони за два года могут измениться. Всё же в жизни не было чего-то постоянного, и принцессу беспокоила мысль, что она практически ничего не знала о единорожке, что украла её сердце. Затем взгляд Твайлайт скользнул к трём шрамам на боку Рэрити, и острая боль пронзила сердце аликорна, заставив её попятиться обратно в коридор.

Её возлюбленная была ранена, а точнее, её ранили. Физически и эмоционально, и Твайлайт была тому причиной. Разве не сказала этого Рэрити тогда в библиотеке? Что они будут ссориться, пререкаться, не сейчас, но рано или поздно, и вот поздно настало, и... и от одной только мысли, что у них могут возникнуть разногласия, боль разлилась по груди аликорна с новой силой.

Принцесса глубоко вдохнула. Ей нужно всё исправить, в чём бы ни была проблема. Строго говоря, существовал длинный перечень вещей, которые Твайлайт следует исправить, но Рэрити была в списке самой первой и самой важной, так что устранение разногласий с ней не только облегчит боль в груди, но и...

Румянец украсил мордочку аликорна.

Может, тогда ей будет дозволено вернуть Рэрити поцелуй.

Твайлайт вернулась к кухне, заставила себя войти и неуверенно позвала.

— Рэрити?

Не поднимая головы, единорожка перевела взгляд на принцессу, и неуверенность Твайлайт усилилась, поскольку, сделав это, Рэрити ничего не сказала. Она просто смотрела, выражение её лица было сосредоточенным, словно белая пони о чём-то глубоко задумалась. И так они смотрели друг на друга, сквозь сияющую бездну, а принцесса жалела, что не может прочитать её мысли.

Она зла? Счастлива? В печали? Эти и другие вопросы сами по себе возникли в голове Твайлайт, что неловко стояла на месте и ожидала, когда Рэрити сделает ну хоть что-нибудь.

И она наконец сделала.

— Однажды, — заговорила единорожка голосом преподавателя перед большой аудиторией, но на устах её зацвела улыбка, — жила-была кобыла, прекраснее чем солнце и луна, вместе взятые.

Такая же улыбка появилась на губах принцессы.

— О, — и улыбка Твайлайт превратилась в ухмылку, ибо предсказать реакцию Рэрити было несложно. — И она жила в бутике в Понивилле?

Единорожка затрепетала ресницами и захихикала, будто и не прошло два года, и они вернулись обратно в библиотеку.

— Ну, она жила в древней библиотеке, но, я польщена, дорогуша, — ответила Рэрити, но всё же, как договорила, выражение её лица сменилось с весёлого на задумчивое. Наконец она подняла копыто и поманила принцессу поближе, та подчинилась. Когда Твайлайт подошла вплотную, копыто единорожки прижалось к щеке аликорна, и белая пони тихо спросила: — Хорошо спала?

— Выспалась, кажется, — ответила принцесса, не сводя глаз с Рэрити, пытаясь сдержаться и не ткнуться носом в копыто единорожки. Сама идея завораживала, волновала, теперь они могут друг к другу прикоснуться. Затем Твайлайт запоздало спросила. — А ты?

Копыто белой пони опустилось, она перевела взгляд на чашку перед собой и обхватила её копытами, после чего усмехнулась.

— Учитывая обстоятельства, спала я достаточно, — на мгновение взгляд Рэрити метнулся обратно к аликорну. — Просыпалась ночью пару раз.

Твайлайт нахмурилась.

— Странно. Ты всегда так крепко спала в библиотеке, — отметила принцесса. Режим сна Рэрити так сильно изменился за последние два года?

— Ну да! Точнее, спала, но... — единорожка задумалась, или, скорее, специально осеклась.

— Но? — надавила Твайлайт, её беспокойство росло.

— Но всё это так волнительно, что я просто не могу уснуть! — поспешно ответила Рэрити, и принцесса поняла, что это не вся правда.

Твайлайт нахмурилась ещё сильнее.

— Ты уверена? — спросила она ещё раз, и всё же, вновь уловив секундное колебание единорожки, какая-то часть Твайлайт почувствовала, что невысказанные слова на самом деле ей и не хочется услышать.

Рэрити вновь улыбнулась и склонила голову набок.

— Уверена. Правда. В любом случае тебе и без моих глупых проблем со сном есть о чём беспокоиться, разве нет?

Было в этом заявлении что-то неправильное, а именно сама идея, что Твайлайт не найдёт времени на проблемы своей возлюбленной. На самом деле, проблемой для принцессы было как раз то, что Рэрити что-то беспокоит, но Твайлайт решила пока уступить.

— Ну ладно, — произнесла принцесса, отрывая взгляд от единорожки и начиная осматривать комнату, перескакивая глазами с одного предмета на другой.

Некоторые вещи Твайлайт узнавала, подойдя поближе, многие кухонные принадлежности не изменились с давних времён, назначение других оставалось загадкой. Принцесса подошла к белому прибору с торчащим из него венчиком, особое внимание привлекли несколько расположенных на приборе кнопок.

Затем она подняла голову, оглядела шкафы и выдвижные ящики, глаза подметили часы, показывающие половину седьмого утра. Твайлайт снова подумала, что для Рэрити совсем не характерно бодрствовать в столь ранний час, вновь возникло сильное желание помочь возлюбленной с любыми проблемами, но принцесса его подавила.

Твайлайт продолжала взглядом изучать кухню, подходя к интересующим вещам поближе, вот маленькая фарфоровая солонка в форме... Кейденс?

Принцесса ахнула и левитировала предмет в воздух.

— Рэрити! — воскликнула она, обернувшись, и обнаружила, что единорожка молча за ней наблюдает. Твайлайт подбежала к белой пони и левитировала солонку к ней. — А где Кейденс? А Спайк? А Луна?! Могу я их увидеть?! Они здесь?!

Несмотря на шквал вопросов, единорожка оставалась спокойной, а глаза следили за солонкой.

— Предполагаю, Спайк спит рядом с Вечнодиким лесом. Он крайне решительно собирался бодрствовать, чтобы тебя поприветствовать, но, похоже, этому дракону никак не обойтись без здорового двенадцатичасового сна! Всё что он делает, так это спит, чему можно только позавидовать. Что касается принцессы Кейденс, — продолжала Рэрити, подхватив магией солонку и ставя её на стол, — она в замке Кантерлота! Я не знала во сколько точно ты почтишь наш стан неспящих, поэтому заказала билеты на поезд на завтра, а не на сегодня.

— Мы поедем к ней?! — взволнованно спросила Твайлайт, нервно стуча копытцами по полу.

— Да, а после отправимся к принцессе Луне, — продолжала единорожка. Она подняла чашку и сделала аккуратный глоток своего напитка. — Мне кажется, она, профессор и девочки не очень хорошо восприняли, что мы сорвались и убежали из дома, ничего не объясняя.

В этом предложении несколько вещей привлекли внимание Твайлайт. Она понятия не имела кто такие "девочки", но предположила, что "профессор", по всей видимости, тот жеребец с решительно несуразными теориями, но её разум, привычно сосредоточенный на боли, зацепился за одно слово.

Дом.

Хотя для Рэрити прошло два года, для принцессы же прошла всего неделя с тех пор, как единорожка вернулась в библиотеку, и Твайлайт, конечно, не забыла, как та беззаботно называла своим домом библиотеку, а теперь...

Теперь какое-то другое место стало для Рэрити домом, потому что Твайлайт оттолкнула её.

Мрачные мысли сами собой сгустились в голове аликорна, и боль в груди вернулась и усилилась от одного лишь осознания того, что физическая боль была ей так долго чужда. Она причинила боль Рэрити, ещё одна пони пополнила список её бесчисленных ошибок, и стон сорвался с уст принцессы, когда она прижала копыто ко лбу, желая, чтобы эти назойливые мысли ушли из её головы, ушли далеко и надолго.

Однако её действия не остались незамеченными, не успела Твайлайт убрать копыто от лба, как её возлюбленная немедленно подскочила и бросилась к ней.

— Твайлайт, что-то не так? — взволнованно спросила единорожка, и на её лице отобразилось такое беспокойство, что принцессе тотчас же захотелось его искоренить.

— Я, эм-м... — хотя Твайлайт и очень сильно хотела солгать, сказать что всё хорошо, но она не отступила и заставила себя быть честной. В конце концов, сокрытие чувств и привело к тому, что в её жизни всё так запуталось. — Я...

Принцесса сглотнула, её сжигал стыд.

— Я думала о том... — слова "что я сделала" застряли у неё в горле. Возможно, стоит попытаться быть честной в какой-нибудь другой раз. — Прости. Дурные мысли.

Беспокойство Рэрити стало лишь чуть меньше.

— Понятно, — тихо произнесла она и на мгновение подняла копыто, будто хотела коснуться Твайлайт, но запнулась и опустила его с заметным усилием. — Иногда мысли могут пугать не хуже древесных волков.

Рэрити опустила взгляд в пол, вновь погрузившись в свои мысли.

Принцесса стояла и совершенно не знала, что ей делать. Ну, не совсем так. Она знала, что хочет спросить Рэрити что её беспокоит и не злится ли она, но каждый ответ, который разум аликорна придумывал на тот или иной вопрос, указывал на то, что причиной беспокойств была она сама — Твайлайт. Ох, заманчивая перспектива, отступить и убежать, придумать оправдание и запрятать очевидные признаки под стены отрицания, но...

Но принцесса обрела свободу под обещание никогда больше не бежать от своих проблем, и поэтому она не станет бежать.

Или, скорее, побежит, но в противоположном направлении?

Подавив охвативший её страх, Твайлайт шагнула вперёд и успокаивающе ткнулась носом в единорожку, не выпытывая причины её волнения, а просто в попытке хоть как-нибудь успокоить. Разве Рэрити до этого не делала для неё это бесчисленное количество раз?

И хотя она не отстранилась, но было видно, что единорожка на мгновение затаила дыхание, а принцесса вскоре поняла, что не обращала внимания, пока не столкнулась с ошеломляющим фактом, что Рэрити была просто невероятно мягкая и крайне приятно пахла.

Мягчайшая пони в Эквестрии неловко прочистила горло, подняла копыто и прижала к груди Твайлайт.

— Ну и ну, кое-какую пони сегодня особенно потянуло на нежности? — спросила единорожка, не совсем понятно с довольством или удивлением, Твайлайт, впрочем, было всё равно, потому что, о принцесса Селестия, какая же она мягкая.

Лавандовая пони хихикнула.

— Извини, — произнесла она не очень искренне, не отстранившись ни на миллиметр, пытаясь тем временем разгадать, какими благовониями пользовалась Рэрити и как ей удавалось быть такой тёплой на ощупь.

Вообще говоря, для изучения этого вопроса требовалась эссе объёмом не менее двадцати, нет, тридцати шести страниц, озаглавленная "Невероятная мягкость шёрстки Рэрити: изучение на практике".

Когда принцесса наконец отодвинулась, перед ней предстал своего рода приятный сюрприз в виде немного смущённой единорожки, что не особо помогло сохранять серьёзное выражение лица. Это, а ещё тот поцелуй, который сделал тысячу лет ожидания чем-то стоящим.

Может... второй поцелуй не такая плохая идея...

— Рэрити?! Принцесса Твайлайт?!

Размышления аликорна о втором поцелуе были стремительно прерваны ворвавшейся на кухню кобылкой.

— Свити Белль? — заговорила Рэрити, отодвигаясь от Твайлайт. — Не рано ли ты встала? Ещё даже половины восьмого нет!

— Принцесса Твайлайт! — воскликнула кобылка, игнорируя свою старшую сестру, вихрем влетая прямо в принцессу, дёргая её за ноги и вываливая на неё целый град вопросов, включающих, но не ограничивающихся: всё ли с ней в порядке, как ей спалось, спалось ли вообще, голодна ли, дышит ли, почему она такая мягкая...

— Свити Белль, прелесть моя, ты даже слово ей вставить не даёшь! — прервала её старшая сестра, остановив поток вопросов любящим магическим захлопыванием рта. — Раз уж решила встать пораньше, сходи-ка прими ванну. Я бы предпочла не оттирать чернила с пола ещё раз.

— Но Рэ-ри-ти-и-и... — заныла кобылка. — Я хочу показать принцессе Тва...

— Покажешь, как только приведёшь себя в порядок, — перебила Рэрити, левитируя сестру в коридор. Разобравшись с маленькой грязнулей, единорожка повернулась к большой и приподняла бровь. — Ну а ты, принцесса?

— Я, эм-м, да, — смутилась Твайлайт только что осознав, что с ног до головы покрыта подсохшими чернилами. Она осмотрелась и нашла большой тазик, как раз подходящий под такие нужды, и, левитировав его поближе, взяла его копытами, на мгновение удивившись тому, что вообще может прикоснуться к нему, а затем спросила: — А где колодец?

Рэрити удивлённо уставилась на аликорна.

— Пардон? Колодец?

Принцесса кивнула.

— Да, колодец. Ну, знаешь, откуда ты берёшь воду из-под земли? — решила уточнить Твайлайт, достаточно удивлённая тем, что её возлюбленная не знает, что такое колодец. Буквально общеизвестные истины. — Чтобы лохань наполнить? О! А твоя лохань из дерева или из мрамора? Не то чтобы меня это волновало! Просто многие высокорожденные пони волнуются о материале, но мне нужно знать потому, что у мрамора другая теплопроводность, и мне потребуется подстроить заклинание нагрева.

Бровь единорожки взлетела ещё выше.

— О чём ты вообще... Деревянная лохань? Заклинание нагрева? Вода из колодца? Небеса и звёзды, Твайлайт, откуда ты? Из средних веков? — Рэрити на мгновение замолкла. — Ах, так ты же и правда оттуда!

— Ну и как моются пони будущего? — со смущением спросила принцесса, которое только усилилась, когда Рэрити в ответ хихикнула.

— Помнишь, некоторое время назад ты спрашивала меня, что такое душ? — спросила единорожка со смесью восторга и озорства в голосе, труся мимо Твайлайт к выходу из кухни. — Пойдём со мной! А тазик тут оставь, он нам не понадобится.

* * *

Несмотря на то, что принцесса только-только начала осваивать будущее (настоящее?), оно оказалось просто невероятно захватывающим. Ванная комната оказалась гораздо более современной и функциональной, чем Твайлайт предполагала, не омрачило впечатление даже то, что Рэрити рассердилась на неё за попытку разобрать "раковину", а после "душ". Хотя принцесса уже кое-что знала о многих современных технологиях Эквестрии, в основном из книг и журналов Рэрити, но увидеть все эти вещи своими глазами, было чем-то невероятным.

Чуть позже они собрались в рабочей комнате Рэрити, и Твайлайт с неподдельным интересом смотрела, как Свити Белль что-то строчит на листе бумаги при помощи очаровательного портативного устройства, представляющего собой перо с уже заправленными чернилами. К сожалению, перезаправить его уже не получится, но припасённых в пере чернил хватит от месяца до целого года! Не говоря уже о том, сколько времени экономится, когда не надо постоянно макать перо в чернильницу!

— И любой пони просто может пойти и купить такое? — спросила принцесса, подняв авто-перо и написав своё имя на бумаге. Она предположила, что такое полезное устройство могут себе позволить только состоятельные пони.

— Агам-с! Ты можешь купить такое, например, в "Перьях и Диванах", но лучше покупать сразу коробку на десять штук, — наставляла Свити. — А ещё они бывают разноцветными! Больше всего мне нравятся синие.

Твайлайт задумалась. Авто-перо не такое... удобное и изысканное, как привычные ей перья, но...

— Но больше мне не понадобятся чернила...

— Не понадобятся, и Инки Овл лишится своего самого преданного клиента, — произнёс чей-то голос, принцесса обернулась и увидела Рэрити, стоящую под дверным косяком. Единорожка подтрусила к столу и написала своё имя рядом с именем Твайлайт. — И бедные Темис с Эларой останутся без работы.

— Принцесса Твайлайт, пойдём! — позвала за собой Свити, отходя от стола и направляясь к двери. — Кухню покажу! Скутс и Эппл Блум скоро придут вместе с Пинки, чтобы рассказать о нашем сюрпризе!

Принцесса встала, намереваясь последовать за кобылкой, но увидела, как Рэрити вместо того, чтобы пойти с ними, направилась к дивану и легла на него, прикрывая зевок копытом.

— А ты не пойдёшь? — робко спросила Твайлайт. Как бы сильно ей ни нравилась компания Свити с её задором, маленькая кобылка, увы, не знала так много, как её старшая сестра, и принцессе не так интересно было делиться с кобылкой своими новыми открытиями, как с Рэрити.

Рэрити улыбнулась.

— Дорогая, я бы с удовольствием, но, кажется, недостаток сна начинает сказываться, а до кухни так далеко... — ответила она с драматичным вздохом.

— Эх... — ушки принцессы опали. — Хм-м-м...

— Но, конечно, — продолжила единорожка, каким-то образом вздохнув ещё драматичнее, — если ты действительно хочешь, чтобы я была там с тобой, то я могла бы напрячь все силы и... А-А-А!

Рэрити воспарила в воздух, окутанная магией аликорна, и хмуро посмотрела на свою возлюбленную.

— Т-Твайлайт! А ну опусти меня!

— Зачем? Мне показалось что ты не хотела идти на кухню, — ответила принцесса, развернувшись и выйдя из комнаты. — А так ты совсем не устанешь.

— Да я не взаправду устала! — забрыкалась единорожка. — Могу же я немного подраматизиро... Ох, ладно, не бери в голову.

Когда они наконец добрались до кухни, вниманием Твайлайт мгновенно завладело разнообразие различной утвари, которую Свити удалось подобрать за столь короткое время; некоторые принцесса даже узнала по журналам и описаниям друзей.

— Свити Белль! — в ужасе воскликнула Рэрити. — Мы с Флаттершай полночи тут убирались, посмотри, какой тут теперь беспорядок!

Твайлайт подошла к столу и облизнулась.

— О-о-о! Это же блен-дер? — спросила она, левитируя в воздух большое устройство с прозрачным контейнером, поднося его к теперь перевёрнутой животом кверху Рэрити. Затем принцесса повернулась обратно к столу и левитировала другой большой предмет с торчащим из него венчиком. — А это для чего?

— Миксер! — радостно воскликнула Свити.

— Ой! Смотри, Рэрити! — обрадовалась Твайлайт, поднося левитацией предмет к парящей единорожке. — Это миксер!

— Да, дорогуша, несомненно, это он! — нежным тоном согласилась Рэрити, пытаясь каким-то образом выплыть из магического захвата. — А ещё он довольно-таки дорогой, поэтому, пожалуйста, положи его обратно, а потом окажи милость и меня тоже обратно поставь.

Но вместо того, чтобы послушать единорожку, Твайлайт решительно проигнорировала просьбу в пользу науки, задавая кучу вопросов Свити о назначении каждого из предметов, а затем взволнованно пересказывая эти факты Рэрити, игнорируя всё более слабые попытки единорожки оказаться вновь на своих ногах.

В конце концов, пара стуков в дверь прервали поток вопросов аликорна.

Где-то раздался звук открывающейся входной двери, и дом наполнился голосами. Меткоискатели появились первыми, ворвавшись на кухню и чуть не сбив Твайлайт с копыт. Мгновение спустя прибыли Пинки Пай, Темис, Элара и совята. Розовая кобыла буквально бросилась на принцессу.

— Принцесса Твайлайт, ты проснулась! — загомонили они, резко замолчав, когда совиное семейство в полном составе расположилось на Рэрити.

— Ой, эм-м, доброе утро, пони! — сбивчиво поздоровалась принцесса, не ожидавшая такого накала страстей. В её душе разлилось тепло, но в то же время она почувствовала лёгкую мигрень, когда все набросились с градом вопросов.

Град был прерван отработанным вежливым покашливанием Рэрити, и новоприбывшие пони посмотрели на парящую единорожку.

— Ойки, привет, Рэрити! — добродушно поздоровалась Пинки.

— Чё как? — спросила Скуталу, моргая на летающую кобылу.

— Ну кроме твоего положения, да кухни, — добавила Эппл Блум.

— Ах, спасибо, что спросили! Как видите, Твайлайт воодушевила меня дотянуться до звёзд! — воскликнула она, не подозревая о румянце, что залил щёки принцессы. — Ну, если быть точнее, то до потолка.

— Ух ты! Выглядит весело! — ахнула розовая земнопони. — Это же весело?! Наверняка да! У! Моя очередь, я следующая!

Рэрити прошлась копытом по своей перевёрнутой гриве.

— Ну, признаюсь, на таких высотах, что я достигла, немного кружится голова. Хотя нельзя исключать, что это просто от прилива крови, — и только когда единорожка одарила аликорна самым многозначительным взглядом, к Твайлайт наконец пришло понимание ситуации.

— Ох! — воскликнула принцесса, опуская Рэрити на пол рядом с собой. Твайлайт неловко кашлянула, после чего повернулась к Пинки и меткоискательницам. — Эм-м... на чём мы остановились?

И стоило ей закончить фразу, как град вопросов возобновился, после него последовал шквал чрезвычайно запутанных объяснений произошедшего за два года её отсутствия, наперебой рассказанных кобылками и Пинки. К сожалению, Твайлайт не особо что-то разобрала, кроме того, что Пинки перешла в следующий класс с мисс Черили, меткоискательницы открыли магазин с тремя совятами в Холлоу Шейдс, а у Темиса и Элары вылупилась новая книга Дэринг Ду.

— Стоп-стоп-стоп! — выпалила перегруженная информацией принцесса. — По одному!

— Если позволите, — заговорила Рэрити, — прежде чем продолжить, не хотела бы ты познакомиться с малышами?

— С малышами? — спросила Твайлайт. — О-о-о!

Она повернулась к Рэрити, воркующей с тремя маленькими совушками, которые моргали на аликорна своими огромными глазами.

— Ну-ка, милые, — произнесла единорожка, оглянувшись через плечо и левитируя совят на стол.

Те радостно заухали, Элара слетела к ним и быстренько привела их пёрышки в приятный глазу вид.

— Какие милашки! — воскликнула принцесса, аккуратно поглаживая копытом ближайшего к себе. И снова очередной укол вины от осознания, что пропустила их рождение, но она тут же подавила это чувство и повернулась к остальным. — Вы уже дали им имена? Сколько им уже?

— Два месяца! И смотри! — рог Рэрити засветился, и вся комната загалдела, когда совята оказались наряжены в галстук-бабочку и банты. — Ну разве не прелесть?

[Изображение: https://i.imgur.com/UE0r4Il.png]

Затем она прочистила горло и указала на серого совёнка с белыми хвостовыми перьями и тёмно-синим галстучком-бабочкой.

— Итак, вот этого красавчика зовут Метис, — услышав утвердительное уханье, единорожка указала на следующую совушку с белым животиком и розовым бантиком. — А эту прекрасную леди — Амальтея.

Твайлайт ахнула, резко опустив поднятое копыто.

— Как небесные тела! Ты последовала моим правилам именования!

Рэрити хихикнула.

— Принцесса, я думала, ты обо мне лучшего мнения!

— А мы назвали последнюю! — воскликнула Скуталу, бросаясь к столу, где последняя совушка, та, что с красным бантиком, заухала в ответ. — И ей досталось самое крутое имя на свете! Верно, Рэрити?

Единорожка замялась.

— Ах. Да. Можно и так сказать.

Она прочистила горло, улыбнулась и указала на ещё неназванного совёнка.

— Представляю вам... — с энтузиазмом начала Рэрити, — милую прелестницу...

Белая пони замолчала, сглотнула, не решаясь произнести то, что Твайлайт теперь считала крайне интересным именем.

— ...Джинни.

Твайлайт удивлённо моргнула.

— Джинни.

Ну, не так уж и плохо.

— Рэрити! — нахмурившись, пожурила старшую сестру Свити.

Единорожка неловко улыбнулась.

— Безумно сожалею! Такое милое прозвище! — Рэрити вымучила из себя улыбку и слегка склонила голову набок. — Эту дорогушу зовут... Реджина!

— Рэрити! — вновь воскликнула Свити. — Ну давай уже!

Улыбка единорожки померкла.

— Твайлайт, — еле слышно сказала она. — Хочу, чтобы ты знала, я была против.

Принцесса хихикнула, приподняв бровь.

— Я это учту.

Рэрити издала самый протяжный вздох, который только Твайлайт от неё слышала.

— И наконец, эту прелестную дорогушу зовут Да...

— Рэрити!

— Ну хорошо, хорошо! — проныла единорожка. — Сэр Реджинальд фон Пушистикус Третий, эсквайр. Вот!

Рэрити повернула голову к кобылкам и раздражённо фыркнула.

— Европа подходила ей куда больше.

— Принцесса Твай, тебе нравится? — спросила Эппл Блум, совершенно игнорируя замечание единорожки. — Мы дали ей такое же навороченное имя, как у тебя!

— Мне кажется, оно здоровское! — добавила Пинки, кивая головой. — И принцесса Луна тоже так думает! Ну, я её ещё, правда, не спрашивала, но она то-о-очно подумает, что оно здоровское, когда я ей расскажу!

Твайлайт опустила мордочку и ткнулась носом в каждого совёнка.

— Все имена идеальны, — произнесла она, подняв голову и с сияющей улыбкой глядя на трёх кобылок. — Хотя технически не совсем правильно, поскольку ей потребовалось бы быть в третьем поколении, чтобы зваться Реджинальдом фон Пушистикусом Третьим.

Рэрити не смогла сдержать смеха.

— Ты совсем не изменилась, не так ли? — произнесла она, одарив Твайлайт, как та надеялась, влюблённым взглядом.

Нет, она не изменилась, но принцесса не могла не задаваться вопросом, была ли она единственной, кто остался прежней. Однако её незаданный вопрос был прерван громким урчанием в животе, и впервые за тысячу лет принцесса Твайлайт вспомнила, каково это — быть голодной.

— О! О! На этот случай мы приготовили сюрприз! — тут же выпалила Пинки, после чего галопом сорвалась из комнаты. — Мы испекли для тебя Самый Большой Торт на свете! Пойдём!

Но прежде чем принцесса успела сделать хоть шаг, входная дверь дома Рэрити открылась и закрылась, и три меткоискательницы немедленно поспешили за розовой кобылой.

— Пинки, подожди! Мы ей тоже показать хотим!

Твайлайт услышала, как дверь ещё раз хлопнула, и только когда в комнате воцарилась тишина, принцесса обернулась и обнаружила, что Рэрити во всю расставляет свою утварь по надлежащим местам.

— Помощь нужна? — спросила Твайлайт, подойдя поближе и левитируя несколько предметов в воздух, желая помочь единорожке.

— Нет-нет, всё хорошо, сердце моё, — произнесла единорожка, убирая некое стальное устройство в шкаф и закрывая его. После чего огляделась, освободила предметы из ауры принцессы, положила их на стол и вздохнула. — Свити пойдёт на пользу, если вечером ей придётся самой разложить всё по местам.

Твайлайт последовала за Рэрити из кухни, в груди принцессы поселилось радостное волнение. Она подтрусила к окну и выглянула на улицу, увидев пони, занимающихся своими повседневными делами. Каково им было? Был ли мир для них таким же обыденным и скучным, каким стала библиотека для Твайлайт после тысячелетнего пребывания?

— Вчера я забрала его из библиотеки. «Больше нет ему там смысла оставаться», — произнесла Рэрити позади принцессы. — Я смыла большую часть чернил, хотя, полагаю, чёрные пятна на чёрном плаще не так уж ужасны.

Твайлайт обернулась, и её сердце сжалось при виде чёрного плаща Рэрити. Взгляд аликорна невольно метнулся к шрамам единорожки, и стыд от просочившихся в сознание воспоминаний обжёг принцессу.

— Посмотри на свой плащ! Тот, который ты не снимаешь с той самой поры, как вернулась! Посмотри на него!

— Да какого сена ты так взъелась на мой тартаров плащ?!

— Потому что он напоминает мне о том, что ты чуть не погибла из-за меня.

— Его месть была в том, что он помог тебе вернуться ко мне.

У Твайлайт начала болеть голова, и она отогнала эту мысль, спрятала поглубже в своём сознании, чтобы разобраться с ней в другой раз.

— О... Т-ты его наденешь? — спросила принцесса, и каждый произнесённый ею слог наверняка звучал так же вымученно, как застывшая на лице улыбка. — Тебе идёт.

Рэрити не поднимала голову от плаща.

— Правда? Прошло уже сколько-то времени, но мне отчётливо помнится, что ты была крайне против того, чтобы я его носила, — произнесла единорожка почти машинально, после чего подняла взгляд и, увидев сокрушённое выражение лица Твайлайт, в тот же миг пожалела о своих словах. — П-потому что очевидно, что ни одна одежда не сравнится с моей природной красотой!

Принцесса не смогла улыбнуться и просто отвела взгляд.

— Очевидно.

— Твайлайт, я... — Рэрити вздохнула и шагнула вперёд, левитируя плащ за собой. — Прости. Оно как-то само, я... я полагаю, что от вредных привычек избавиться трудно, разве нет?

Единорожка на мгновение замолкла.

— Злишься?

Принцесса облизнула губы. Ей не хотелось ругаться, и маленький голосок в её голове шептал и шептал, что она лишь пожинает то, что сама и посеяла.

— Целиком и полностью зависит от того, что именно под этим ты подразумеваешь, — произнесла наконец Твайлайт, одаривая Рэрити улыбкой, собранной из каждой частички силы воли. — Тебе интересно, злюсь ли я на тебя, или же на себя, за то, что по уши в тебя влюблена?

Единорожка лучезарно улыбнулась, и какое же прекрасное чувство расцвело в груди у принцессы. Рэрити хихикнула, слегка наклонила голову и откинула назад чёлку Твайлайт, вызвав у той довольное хмыканье.

— И то и другое, я надеюсь! — воскликнула единорожка, после, нахмурилась и поправилась. — Ну нет, лучше, конечно, второе, чем первое.

Затем она посмотрела на плащ и продолжила:

— В любом случае плащ не для меня, а для тебя.

Сказано — сделано, и Рэрити одним движением при помощи левитации накрыла принцессу, прикрыв ей спину и крылья.

— А зачем он мне? — спросила Твайлайт. Насколько она знала, носить плащ было в традиции города Пинки, а не современного Понивилля.

— О, ну мне подумалось, что он придаст тебе некий ореол таинственности, соответствующий твоему довольно-таки сказочному статусу, — произнесла единорожка, подойдя к принцессе поближе, чтобы застегнуть плащ у неё на шее. — И мне правда кажется, что аликорн, прогуливающийся по городу, может вызвать вопросы, на которые мы пока не готовы отвечать.

Вместо ответа Твайлайт просто кивнула, наблюдая и чувствуя, как Рэрити бережно занимается завязками плаща. Всё это было так ново, так волнующе, чувствовать заботливые прикосновения единорожки, видеть, как кобыла так пристально смотрит на неё, сосредоточено опустив ушки и прищурив глаза, и её ожерелье, ярко сияющее на груди, словно маяк, указывающий, что действия принцессы не разрушили самое важное.

Всё ощущалось правильным, нормальным. Ощущалось как фантазии Твайлайт о её жизни с Рэрити, когда побег из библиотеки был ни чем иным, как несбыточной мечтой.

— Готово! — решительно произнесла единорожка, просовывая ожерелье принцессы под узел плаща.

Рэрити пригладила ожерелье довольно нежным жестом, после чего подняла глаза и встретилась с принцессой взглядом, копыто всё ещё было на груди Твайлайт. Они смотрели друг на друга, казалось, целую вечность, пока принцесса не заметила, что единорожка прикусила губу, а её щеки стали пунцовыми, несомненно, соответствуя таковым у Твайлайт.

Принцессе хотелось прильнуть к ней.

Хотелось прильнуть к ней, и на мгновение ей показалось что Рэрити хочет того же.

Но вместо этого она негромко и нервно хихикнула, взъерошила шерсть на груди Твайлайт и отодвинулась, прежде чем принцесса успела сказать хоть слово против.

— Вот она, — с тёплой улыбкой произнесла единорожка, словно все горести мира были на мгновение позабыты. — Принцесса Твайлайт Спаркл, свободная от проклятия.

— И ты её освободила, — немедля добавила принцесса.

Рэрити покачала головой.

— Ты сама освободилась, — поправила возлюбленную единорожка. Её ушки чуть опустились, почти незаметно. Почти. — Я тут ни при чём.

— Рэрити...

Единорожка улыбнулась и приподняла подбородок Твайлайт.

— Ну, дорогуша, давай-ка сосредоточимся на будущем, а прошлое оставим в прошлом, хорошо?

Прежде чем принцесса успела что-либо ответить, Рэрити направилась к двери, подняла копыто, но вместо того, чтобы открыть её, махнула Твайлайт.

— Не окажите ли вы нам честь, принцесса? — спросила единорожка, взмахнув ресницами.

Хихикнув, Твайлайт подошла к двери и глубоко вдохнула, чтобы вернуть себе хоть каплю серьёзности. Однако стоило ей поднять копыто, как Рэрити разразилась таким заразительным смехом, что сохранять строгость стало практически невозможно; после, когда копыто коснулось двери, единорожка начала так театрально ахать, что у серьёзности не осталось ни малейшего шанса.

— Твайлайт! — воскликнула Рэрити, топая копытцами по полу. — Только посмотри! Ты её коснулась!

— Да, я знаю, — ответила принцесса, повернувшись к восхищённой единорожке и приподняв бровь. — Ты каждый раз будешь праздновать, когда моё копыто будет касаться твёрдых поверхностей?

— Ох, дорогуша, несомненно, — с придыханием ответила Рэрити, описывая копытом круговые движения. — Ну продолжай! Я и так уже вся как на иголках!

Глубоко вдохнув, Твайлайт толкнула дверь, её взгляду предстали улицы Понивилля и то, что обещало стать новым началом.

— Итак, принцесса Твайлайт, — произнесла единорожка, склонив голову. — После вас?

Новое начало с небольшими кочками по пути и ошибками, которые ещё предстоит исправить, но...

— Нет, — произнесла принцесса и отодвинулась. — Вместе.

Ей не терпелось начать.

* * *

— И ты просто на неё уставилась? — спросил Норт Ридж, поправляя свой плащ.

Она вздохнула и посмотрела вдаль, словно высматривала всё и ничего.

— Да. Она стояла там, под дверным косяком, словно перепуганное животное, и всё, что я смогла сделать, это стоять и смотреть.

Единорожка на мгновение замолкла, словно вернулась к себе на кухню и уставилась на принцессу древности, а затем рассмеялась.

— Даже сейчас, когда я думаю об этом... Норт, она была мертва. Для меня, для всего мира, она была всё равно что мертва, и вдруг она вернулась с того света, и всё, о чём я могла думать, это что же мне теперь делать, а затем...

Когда у Рэрити не нашлось слов, жеребец подтолкнул.

— Затем?

— Затем она вошла на кухню, — заговорила кобыла, — и, хотя наше общее будущее пугало меня, в тот миг всё что имело значение — её красота. Как же она была красива, Норт... и как сильно жива.

## — Глава 2 — Новый Понивилль

[Изображение: https://i.imgur.com/Mw2Xrhl.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/FJKWZdw.png]

Хотя Норт Ридж и согласился отправиться с Рэрити в Понивилль, она выдвинула три условия для их совместного путешествия. Во-первых, они будут перемещаться только ночью, когда все пони спят, во-вторых, он не должен был говорить о Рэрити с кем бы то ни было без её явного разрешения, и в-третьих, они отправятся вдвоём, никаких исключений.

Без малейших раздумий жеребец согласился.

Да и как мог он не согласиться, зная то, что уже узнал?

* * *

Самым обычным субботним утром в Понивилле сияло солнце.

Пони уже рысили по улицам или только выходили из домов, чтобы поприветствовать новый день. Владельцы магазинов переставляли товары на полках, выставляя самый ходовой товар поближе к потенциальному покупателю, кобылки и жеребчики играли в парках, свободные от учёбы и домашних заданий на целую неделю, а принцессы как обычно скакали вокруг единорожек, громко радуясь тому, что, Рэрити, я могу коснуться земли! Рэрити, я могу дышать! Рэрити, я могу... нет, не могу успокоиться!

Стоя перед бутиком «Карусель», принцесса Твайлайт Спаркл наскакалась достаточно, чтобы наконец остановиться, закрыть глаза и сделать глубокий вдох. Не потому что запыхалась, нет, просто потому что могла.

Ну, и ещё потому что таким образом можно было полнее прочувствовать парфюм Рэрити. Кстати, о ней...

Ушки принцессы дёрнулись при звуке хихиканья единорожки. Тёплая улыбка тут же расплылась по лицу Твайлайт, и она позволила себе обернуться и полюбоваться зрелищем, что неизменно заставляло её сердце биться чаще.

Поначалу ни одна из них не говорила, довольствуясь тем, что можно ничего не говорить и не делать, а просто смотреть друг на друга. Весёлая улыбка Рэрити понемногу погасла, оставив выражение глубокой задумчивости, а ушки опустились. Однако её глаза выдавали тысячу бушующих эмоций, которые Твайлайт до конца понять не могла, но даже её собственные демоны признавали, что во взгляде единорожки всё ещё проглядывала нежность.

— О чём думаешь? — поинтересовалась принцесса, как часто делала, когда сталкивалась с чем-то незнакомым. Затем она улыбнулась и с большей уверенностью, чем на самом деле испытывала, добавила: — И ты не можешь сказать, что обо мне, потому что ты уже так говорила.

Румянец стремительно окрасил щёки Рэрити.

— Н-ну и ну! Сегодня без экивоков, принцесса Твайлайт?

Та, даже не пыталась скрыть дерзкую улыбку.

— Так, значит, ты всё-таки думала обо мне?

Несмотря на румянец, окрасивший мордочку, единорожка возмущённо тряхнула гривой.

— Да будет тебе известно, я просто подумала о том, как непривычно видеть тебя без регалий, — и фыркнула для большей убедительности.

И хотя Твайлайт собиралась отпустить ещё одно колкое замечание, её мыслительной процесс резко оборвался при осознании того, что на ней и в самом деле нет ни её золотого ожерелья, ни короны, более  известной как Элемент Магии.

Также известной как "Ошибка", но сейчас не об этом.

— С-стоп! Где корона?! — с тревогой спросила принцесса, уже представив себе сто тридцать семь различных пакостей, которые мог учинить Дискорд, наложи он на неё свои мерзкие ла...

— У меня, — беззаботно прервала поток размышлений Рэрити, открыв магией сумку и левитируя из неё корону, после чего дразняще улыбнулась. — Я правда надеюсь, что ты считаешь меня достаточно умной, чтобы не оставлять корону где попало, пока Дискорд где-то здесь.

С великим облегчением и признательностью своей, как принцесса надеялась, всё ещё любящей второй половинке, Твайлайт подхватила корону облачком магии и... и тут же замерла, воспоминания затопили её, подобно цунами. Другие элементы должны быть основаны на магии оставшихся трёх принцесс, на тот момент предполагала она, и в результате визуальное воплощение её ошибки закрепилось на её голове без возможности снять в течении тысячи лет.

Магия аликорна невольно ослабла, она зажмурилась и попыталась подавить стон.

— Твайлайт? — встревоженно спросила единорожка. — Твайлайт, всё хорошо?

— Просто... плохие воспоминания.

Принцесса несколько раз моргнула, ободряюще улыбнулась Рэрити, но ни смотреть, ни даже прикасаться к короне ей не хотелось. Словно предмет был проклят, хотя во многих отношениях так и было.

— Прости! Уже всё хорошо, — быстро добавила Твайлайт, прежде чем единорожка успела озвучить своё беспокойство. — Просто как... ночной кошмар средь бела дня. Но уже прошло. Всё хорошо.

Рэрити выглядела столь же неубеждённой, как принцесса себя чувствовала, но какие бы сомнения у белой пони ни возникли, она их не озвучила.

Твайлайт левитировала корону обратно к единорожке, стремясь оказаться от своих ментальных демонов как можно дальше.

— Вот, не могла бы ты...

Вместо того чтобы убрать корону в сумку, Рэрити взяла её в копыта и игриво посмотрела на принцессу. Затем водрузила корону себе на голову, и зрелище было настолько милым, что оно почти очистило Элемент Магии от его прошлого.

— Ты предлагаешь мне стать принцессой вместо тебя? Дорогуша, как же я рада, что ты наконец-то увидела во мне то, кем я заслуживаю быть!

— Славно, потому что принцессой я больше быть не хочу, — с улыбкой ответила Твайлайт, хотя она и не совсем шутила.

К сожалению, вид короны и даже слова Рэрити всё ещё терзали принцессу, и она поняла, что не может больше смотреть на это украшение. Так что несмотря на то, что единорожка выглядела в ней просто очаровательно...

Пуф!

Ещё больше аликорну корона нравилась в сумке.

— Глупышка, — подметила Твайлайт.

Рэрити фыркнула.

— Вздор! Ты просто завидуешь, что на мне она лучше смотрится! — произнесла единорожка, и про себя, принцесса согласилась. — Но, полагаю, нам уже пора. Пинки и остальные подготовили для тебя сюрприз, и, возможно, вся эта суета отвлечёт меня от мыслей о том, что мне отказали в статусе принцессы.

— Ой! Ты права! — воскликнула Твайлайт, урчание в животе возобновилось с новой силой. Пинки же что-то там говорила про еду?

Принцесса тут же галопом поскакала по улице, побуждая Рэрити следовать за собой. Или, точнее, побуждала следовать, пока не поняла, что понятия не имеет куда идти.

Поджав хвост, Твайлайт подтрусила обратно к ухмыляющейся единорожке и с присущим особам королевской крови красноречием изрекла:

— Эм-м-м...

— Хм, — Рэрити подняла копыто и слегка постучала принцессу по носу, взмахнув ресницами. — Быть может, ты хочешь, чтобы я показала дорогу?

— Быть может.

Но, прежде чем единорожка успела добавить хоть слово, их прервали.

— Ой! Рэрити! Принцесса Книжечка!

Они обернулись и увидели земнопони-кобылу, трусящую к ним. Кобыла энергично махала им, а улыбка на её лице была гораздо шире, чем Твайлайт ожидала получить от незнакомки. Маленькая кобылка бежала позади, безуспешно пытаясь на ходу спрятаться за ногами, по всей видимости, матери.

— Я так рада, что успела! — произнесла кобыла, поравнявшись с принцессой, кобылка, догнав мать, вцепилась в её переднюю ногу и смотрела на Твайлайт широко раскрытыми глазами. — После вчерашнего шоу я удивлена, что тут половина города не собралась!

Принцесса точно сова уставилась на земнопони, после чего бросила на возлюбленную умоляюще-беспомощный взгляд, ведь они не обсудили порядок действий на такой случай. Твайлайт только сейчас осознала, что помимо Рэрити, принцесс и друзей были и другие пони.

К счастью, единорожка шагнула вперёд, неуверенно улыбнувшись новоприбывшим.

— О, Эмбер! Рада тебя видеть! И малышку Айвори, конечно!

— И я тебя, Рэрити! Я думала, ты переехала в Холлоу Шейдс! — произнесла Эмбер, поглаживая кобылку по голове, пока та неловко шарила копытцем по земле. — И конечно, принцесса Книжечка! Здравствуйте, рада познакомиться!

Земнопони хихикнула и подмигнула.

— Я думала, что вы просто персонаж из сказки, а вот оно как! Спасибо, что спасли вчера нас от большого и страшного злого духа! Моя дочка с того момента просто не переставая говорит о вас, так, Айвори? — мать слегка подтолкнула кобылку. — Малышка, поздоровайся с принцессой Книжечкой.

Кобылка уставилась в землю.

— П-привет, п-принцесса Книжечка.

Твайлайт уставилась на малышку, пока лёгкий тычок в бок не привёл её в себя.

— О-ой, э-э... — принцесса прочистила горло, и хотя порядком была сбита с толку, приклонилась, чтобы быть на одном уровне с кобылкой. — Привет, Айвори. Надеюсь, дух тебя не напугал.

Малышка замотала головой.

— Не напугал! Я знала, что ты его остановишь, потому что ты самая лучшая!

— Айви, мне кажется, ты хотела показать принцессе Книжечке свой рисунок? — подсказала кобылке Эмбер.

Твайлайт выпрямилась, наблюдая как мать кобылки достаёт из седельной сумки сложенный лист бумаги. Эмбер протянула копыто, собираясь передать рисунок принцессе, но малышка тут же запротестовала, потому что, мамочка, я сама хочу отдать рисунок принцессе Книжечке!

Получив рисунок, Твайлайт осторожно его развернула, и её сердце забилось чаще при виде крайне неточного, но оттого не менее трогательного изображения её самой и Айвори внутри помещения, по всей видимости, библиотеки, всего с двумя книжными шкафами. Принцесса на рисунке лучезарно улыбалась, а настоящая в то же время думала, что эта маленькая деталь, пожалуй, самая неточная часть картинки.

— О-о-о-о, — умилилась Рэрити, глядя на рисунок. — Ну и ну! Похоже, среди нас растет крайне талантливый художник!

— Принцесса, вам нравится? — спросила кобылка, пытаясь встать на кончики копыт. — Я нарисовала специально для вас!

— Ещё как нравится! — произнесла Твайлайт, улыбаясь малышке, что сразу же резко выдохнула и улыбнулась в ответ. — Могу ли я оставить рисунок себе?

Айвори закивала так энергично, что принцесса испугалась, как бы кобылка не повредила себе шею.

— Да-да-да-да! — после чего бросилась вперёд и обняла Твайлайт за ногу. — Спасибо, что спасли нас!

Ужасный голос в голове тут же напомнил принцессе, что было правильно спасти их от того, чему она сама была причиной.

Твайлайт наклонилась, ткнулась в малышку носом и почувствовала, как слёзы защипали глаза. Слёзы благодарности или раскаяния? Сама для себя она решила, что благодарности.

— Спасибо, что веришь в меня, — прошептала кобылке принцесса, после чего выпрямилась и улыбнулась Эмбер. — И вам спасибо.

После того как мать с дочерью ушли, Твайлайт вытерла слёзы и сложила рисунок. Всё это было не тем, что она ожидала, но точно то, в чём нуждалась.

Однако когда принцесса повернулась к Рэрити, то обнаружила, что кобыла вновь погружена в свои мысли и безотрывно на неё смотрит.

— Что-то не так? — спросила Твайлайт.

Единорожка ничего не ответила. Казалось, в последнее время она часто так делала, не произнося ни слова, в молчании, что говорило о многом. Она ничего не ответила, не поделилась проносящимися в голове мыслями, но улыбнулась. Не сразу, но всё же.

— Дорогуша, давай я уберу рисунок? Мы же не хотим, чтобы он помялся или испачкался, м? — предложила Рэрити, и принцесса поняла, что единорожка задаёт вопросы, чтобы избежать ответа на другие.

— Ну, поскакали! — воскликнула Рэрити, как только рисунок был спрятан в сумку, после чего Твайлайт последовала за ней. Не сзади, нет, но рядом.

Почему она не ответила? Что всё-таки не так?

Пока они шли, мысли кружились в голове, как это часто раньше бывало, неудержимые, неконтролируемые и чаще всего ужасные.

Ужасные, кошмарные мысли закручивались спиралями, петляли и делали пируэты, уводя размышления в... места, в которые она больше не хотела возвращаться, и поэтому она решила их игнорировать.

Твайлайт заставила свой разум вырваться из своих тёмных лабиринтов на яркие улицы Понивилля к его счастливым жителям. Копыта ласкала мягкая трава, ушки ловили звуки окружающей суеты и молчание идущей рядом единорожки.

Так странно видеть город, что так отличается от того Понивилля, который принцесса знала. Четыре дома, два десятка яблонь да капитан в отставке, который поселился с семьёй рядом, чтобы защитить принцессу, что изгнала сама себя. Это, безусловно, хорошо проиллюстрировало поговорку, что жизнь продолжается, с Твайлайт или без неё.

Точно так же, как продолжалась жизнь Рэрити эти два года.

Рэрити. Рэрити. Рэрити...

Было неприятно видеть, что единорожка что-то скрывает от неё, видеть, как они поменялись ролями. Раньше Рэрити от неё почти ничего не скрывала. Конечно, теперь принцессе было стыдно, что не так давно она хранила веками свои секреты и мысли от единорожки, но почему-то одна лишь мысль о том, что возлюбленная что-то скрывает, была невыносима.

Но сомнений в этом не было.

Твайлайт хотелось посмотреть на Рэрити. Была ли она такой тихой, потому что тоже думала про Твайлайт? Может, она тоже была сбита с толку внезапной незнакомостью, с которой они столкнулись по отношению друг к другу? Принцессе хотелось посмотреть на единорожку, но она этого не сделала. Вместо этого она повернулась к другим пони и с удивлением обнаружила, что на неё постоянно оборачиваются прохожие. Жеребцы и кобылы, казалось, хмуро смотрели на неё, но не со злым умыслом, а в попытке вспомнить, откуда они её знают, в то время как жеребята откровенно таращились на неё и перешёптывались.

Все смотрели на неё, юные и старые, и её жестокое сознание напомнило Твайлайт о другом времени, когда пони точно так же пялились на неё, но явно не для того, чтобы выяснить кто она такая, а скорее для того, чтобы пристыдить её и заставить отдать дракончика в качестве платы за пародию на мирный договор. Твайлайт сглотнула, внезапно ощутив, что под плащом слишком жарко, и заставила себя уставиться в землю и проанализировать состав грязи.

"Прекрати, Твайлайт, — отчитала она сама себя. — Прекрати".

И всё же она не могла перестать чувствовать все эти взгляды. Более того, единственными, кто не пялился на неё, была влюблённая пара, которая была слишком занята обменом кружащими голову улыбками, чтобы обращать внимание на охваченную тревогами принцессу. Да и кто бы мог их винить? Принцесса и сама могла часами смотреть на свою особенную пони.

Кстати говоря...

Твайлайт сильно захотелось посмотреть на Рэрити. Более того, принцесса была невольно благодарна этой паре за то, что они напомнили ей о возлюбленной, и всё же, в какой-то степени её даже раздражало, что эта единорожка занимала собою все её мысли. Щёки аликорна запылали, и она словно ещё раз, словно впервые осознала свои копыта хотя бы потому, что в сознании постоянно нарастало желание обнять ими Рэрити.

Чего сделать она не могла, нет, физически, конечно, могла, не та же самая проблема что раньше, а потому что тогда ей было бы трудно идти. Не невозможно, нет, но сложно и крайне непрактично, без сомнения, они споткнулись бы на ближайшей кочке.

Но как же хотелось проявить хоть такую малость привязанности, и это ощущение давило в сто крат сильнее из-за тысячи лет отсутствия близости. Крылья Твайлайт под плащом дёрнулись, намереваясь раскрыться, обхватить единорожку и прижать к себе поближе, но силой воли аликорн подавила это желание.

Нет.

Пока нет, потому что есть шанс, что Рэрити этого не хочет. Может, она хочет поговорить. Говорить приятно, и отвлекает и без того отвлечённые на кое-кого мысли.

И вот со всеми этими размышлениями Твайлайт повернулась, и имя "Рэрити", слетевшее с губ принцессы, столкнулось с её собственным, когда они заговорили одновременно. Тут же обе удивлённо остановились, и синхронно щеки кобыл порозовели.

— Ой, прости! — одновременно выпалили они, отчего румянец только усилился.

— Ты первая! — снова заговорили они в унисон, в результате чего обе сдались, отвернулись и в неловкой тишине потрусили дальше.

Несмотря на румянец, на губах Твайлайт проступила победоносная улыбка. Итак, Рэрити всё-таки думала о ней! Ну, исключаем плохие мысли, тогда улыбка была незаслуженная, но принцесса предпочла поверить, что мысли всё же были хорошие.

Верить и надеяться.

Они погрузились в молчание, но молчание было каким угодно, но не тихим. Единорожка время от времени поглядывала на аликорна, словно оценивая ситуацию, и время от времени хвост Рэрити взмахивал слишком сильно, задевая чёрный плащ, отчего румянец единорожки усиливался, а хвост быстро возвращался к почти полной неподвижности.

Сейчас Твайлайт больше, чем когда-либо, ненавидела этот докучливый плащ, потому что её крылья под ним всё трепетали и подёргивались.

— Твайлайт, надеюсь, ты понимаешь, что попытка прятать крылья под плащом достаточно бесполезна, если ты и дальше будешь пытаться их расправить, — отметила Рэрити. — Ты хочешь полететь к Пинки Пай?

— Нет, — тут же ответила принцесса, не желая выдавать истинной причины поведения своих крыльев. Она плотно прижала их к телу и прочистила горло. — Так что ты хотела мне сказать?

— Ой, да ничего важного! — быстро ответила единорожка. — Не обращай внимания. А ты чего хотела?

Оказавшись под пристальным изучающим взглядом Рэрити, Твайлайт посмотрела вперёд, на извилистую тропинку, смутившись оттого, что не придумала о чём будет говорить.

— Да тоже ничего важного, — вторила принцесса единорожке.

Рэрити несколько раз открыла и закрыла рот, словно подбирая слова, и хотя Твайлайт почти ожидала, что единорожка надавит и попросит рассказать, та этого так и не сделала.

— Как скажешь, — произнесла Рэрити, на какое-то время замолкнув. На мгновение вновь воцарилась тишина, прежде чем единорожка улыбнулась. — Полагаю, нам просто нравится называть друг дружку по имени.

Принцесса усмехнулась.

— Ну, вообще-то я собиралась выдумывать на лету, но всё пошло не по плану, — созналась она.

— Пошло не по плану, — пробормотала единорожка, словно случайно высказала мысль вслух. — Мне слишком хорошо знакомо это чувство.

Эта фраза сбила Твайлайт с толку. Что это значит? Пялиться на Рэрити с озабоченным выражением лица было достаточно грубо, поэтому она сместила своё беспокойство на дома, мимо которых они проходили.

Что пошло не так? Твайлайт? Её возвращение? Так вот что было не так? Принимая во внимание то, как она вернулась, не было никакого способа заранее спланировать возвращение, и это ведь не обязательно означало, что всё плохо, не так ли?

— Ты уверена, что ничего не хочешь мне сказать? — спросила принцесса.

Последовала пауза. Короткая пауза, но достаточно долгая, чтобы её заметили.

— Ой, да как я уже сказала, ничего особо важного, как вспомню, обязательно расскажу, — Рэрити пренебрежительно махнула копытом. — К тому же, мы уже порядком опаздываем. Вон, уже «Сахарный уголок» показался!

Твайлайт прищурилась и увидела самое странное здание, когда-либо виденное ею в жизни. Выглядело оно так, будто кто-то взял пряничный домик, покрыл его глазурью и наложил заклинание увеличения. Честно говоря, другого адекватного способа выстроить такой дом в голову не приходило. Да и как вообще такая конструкция не разваливалась?

— Что это? — спросила принцесса.

— Кондитерская! — ответила единорожка. — Причём ужасно хорошая. Я поговорила с владельцами, и они любезно разрешили Пинки воспользоваться утром их кухней. Она хотела испечь для тебя сюрприз.

Желудок Твайлайт восторженно заурчал.

— Испечь... для меня?! Она что-то для меня испекла? Но почему?

— Почему? Что за глупый вопрос! — игриво закатив глаза, отчитала аликорна Рэрити. — Конечно же, потому, что твоё первое блюдо за тысячу лет должно быть особенным! И, судя по описанию, это самый вкусный торт, который она когда-либо готовила.

— О-о-о-о-о! Так поспешим!

Твайлайт ускорила шаг, а единорожка потрусила за ней, и чем ближе принцесса подходила к зданию, тем сильнее её обоняние привлекали ароматы десятков вкусных угощений, находящихся внутри. Голод захватил контроль над телом аликорна, и она, проигнорировав призывы Рэрити притормозить, бросилась к двери и...

БУМ!

Принцессу откинуло на землю, печальный побочный эффект близкого знакомства с твёрдым объектом. После секундной дезориентации и болезненного стона она уставилась на дверь со слезами на глазах, потирая копытом ноющую мордочку.

Глупое физическое тело.

— Твайлайт! Ты в порядке?! — воскликнула единорожка, бросившись к принцессе и осматривая ту на наличие травм. — Что, во имя Эквестрии, произошло? Почему ты...

Рэрити ненадолго замолчала.

— Твайлайт, — единорожке не удалось скрыть хитрую улыбку. — Твайлайт Спаркл, дорогуша, дражайшая, сердце моё. Ты что, действительно только что попробовала пройти сквозь дверь?

Принцесса тут же зарделась.

— Нет, меня внезапно заинтересовали строительные материалы, используемые для дверей в современной Эквестрии.

Рэрити хихикнула и протянула копыто Твайлайт, помогая ей подняться.

— Конечно, так всё и было, — произнесла единорожка, затрепетав ресницами. — Так всё и было.

Принцесса закатила глаза.

— Ну хватит, зазнайка, — она пожурила Рэрити, открыв ей дверь при помощи магии.

В магазине находился с десяток посетителей, большинство из них уже сидели и наслаждались аппетитной выпечкой. Так же, как и ранее на улице, некоторые узнали Твайлайт, особенно жеребята.

— О звёзды, — произнесла единорожка, остановившись и указав на жеребца, читающего газету. — Это многое объясняет.

Фотография принцессы, сражающейся с Дискордом, была напечатана во всю первую полосу, с заголовком "Подготовка к Ночи Поисков началась сильно заранее!"

— Пойдём, нам лучше поспешить, — продолжила Рэрити, углубляясь в кондитерскую. — Мы разберёмся с этим в одно мгновение.

Твайлайт последовала за ней, всё ещё заинтересованная газетой, но не желая отставать. Когда они дошли до прилавка, "принцессу Книжечку" и Рэрити поприветствовала пожилая кобыла, позволив им пройти за прилавок на кухню. Внутри их встретили не только меткоискательницы, но и Пинки Пай с Эпплджек.

— Принцесса! — воскликнула яблочная пони, подходя поближе, чтобы обнять Твайлайт. — Как же я рада тя видеть. Думала, ты будешь давить подушку дольше, чем бабуля Смит зимой, судя по тому, как ты вчера отрубилась. Удивительно, как ты только по пути не проснулась. Мы так, прикинуть, порядком тебя с Рэрити тащили.

— Скорее, стаскивали Рэрити с принцессы, — хихикнула Свити Белль.

— О-о? — Твайлайт вопросительно посмотрела на Рэрити, которая, в свою очередь, довольно строго уставилась на свою сестру.

Единорожка нарочито громко прокашлялась.

— Отложим эту увлекательную беседу. Дамы, окажите честь?

Эпплджек пробурчала:

— Хотелось бы, Пинки, чтобы это был лучший торт на свете, или я себе никогда не прощу, что уступила тебе.

Пинки хихикнула.

— Ой, да ла-а-а-а-адно тебе, Эпплджек! Принцесса Твайлайт сможет отведать один из твоих яблочных пирогов чуть позже!

— Да, да, давай уже, кобылка.

Розовая земнопони прочистила горло.

— Принцесса Твайлайт Спаркл! — воскликнула Пинки достаточно громко, чтобы Твайлайт попятилась, после чего кондитер подошла к столу в центре, и только тогда принцесса заметила, что на нём что-то лежит, спрятанное в большой коробке. — Принцесса книг и... и...

— Призраков! — подсказала шёпотом Скуталу.

— Принцесса книг и призраков! Мы привели вас сюда для проведения тайного ритуала, что передаётся из поколения в поколение, начиная с этого утра, дабы вы присоединились к нам в живой живости, НО! — Пинки на миг замолкла, а после продолжила шёпотом. — Но...

— Но? — подыграла Твайлайт.

— Но только если ты сможешь съесть... свою первую пищу за тысячу лет! — воскликнула Пинки, после чего достаточно театрально указала на коробку, и тогда...

И тогда ничего не произошло.

Принцесса переводила взгляд с коробки на Пинки, которая, кстати, всё ещё театрально держала копыто вытянутым в сторону коробки.

— Эм-м?

— Свити! — громко зашептала Скуталу. — Ну чего ты там?!

— О-ой, простите! — воскликнула кобылка, её рог засиял, и она с трудом подняла коробку в воздух.

— ПЕРВАЯПИЩАЗАТЫСЯЧУЛЕТ! — протараторила Пинки, повторив театральные взмахи копыт.

За всю свою беспокойную жизнь Твайлайт ещё не видела торта, подобного этому, и это учитывая, что её бывшая наставница имела к тортам слабость. И хотя величественный вид чудовищной семиярусной выпечки впечатлял, ещё более впечатляющим было урчание желудка принцессы. Вся конструкция была украшена чем-то, пахнущим лавандовой глазурью с карамельной посыпкой, а сверху стояла съедобная марципановая фигурка самой Твайлайт.

— И те надо схрумкать его за один присест! — воскликнула Эппл Блум.

— За один присест?! — потрясённо спросила Рэрити. — Да это просто смешно! Ни один пони из когда-либо живших на такое не способен!

Принцесса шагнула вперёд и облизнулась. Аромат манил её, пьянил, как ничто другое. Крылья затрепетали, и на лице проступил хищный оскал.

— Хорошо, что я не пони, а аликорн.

* * *

Боль.

Боль, непохожая ни на какую другую, парализовала тело и мысли, боль опустошила, оставив только стол, на котором аликорн полулежала. Агония терзала её тело, оставляя после себя лишь боль и пламя в животе на веки вечные.

И её очаровала бы сама возможность вновь испытывать боль, если бы все жалкие крупицы силы не уходили на сдерживание рвотных позывов.

— Сердце моё, мне жаль это говорить, но, признаться честно, я не знаю, чего ты ожидала, — произнесла Рэрити, листая большую медицинскую книгу, предоставленную миссис Кейк. — Быть может, если бы ты не проглотила торт за три секунды, бросившись к еде точно изголодавшийся дикарь, то у твоего желудка было бы достаточно времени сообщить тебе, что он уже полон.

Твайлайт подняла голову, простонав некое подобие вразумительного ответа.

— Да полноте, Рэрити, — произнесла Эпплджек, нежно похлопывая стонущую принцессу по спине. — Ей и без того вон как худо. Бедняжка просто пыталась наверстать пропущенные обеды за тысячу лет.

— Сестрён, с ней всё будет хорошо? — спросила Эппл Блум. — Как-то неважнецки она выглядит.

— Она снова умрёт?! — спросила Скуталу, уставившись на Твайлайт, словно боясь пропустить такое зрелище. — Мы же только что её вернули! Ну вот, вчера буквально!

— Да всё норма-а-ально будет, — произнесла Пинки, счищая остатки торта с блюда. Она выключила кран и повернулась к принцессе. — Тем более, что ей всё понравилось! Правда, принцесса Твай?

Хотя в данный момент её телу было невозможно произнести что-то большее, чем жалобный стон, Твайлайт приложила усилия и кивнула, потому что, о принцессы, как же было вкусно. Так, та-а-а-ак вкусно, что положи кто ещё сюда тортов, она бы слопала минимум три без малейших раздумий.

— Ладно, заклинание вскоре должно подействовать. Как бы то ни было, нам уже пора. Флаттершай, должно быть, уже ждёт нас со Спайком и Рэйнбоу, — произнесла Рэрити, закрывая книгу заклинаний и поворачиваясь к принцессе. — Ты уверена, что сможешь дойти до долины?

— Да, — прохрипела Твайлайт. — Нет. Может быть. Не знаю.

Резкая вспышка боли пронзила её тело. Кто бы мог подумать, что однажды она заскучает по дням, когда была в трансгрессионном стазисе.

Дурацкий вкуснючий торт.

Рэрити левитировала газету и положила на стол.

— Остался ещё один важный нерешённый вопрос, а именно то, что весь город видел твою битву с Дискордом.

— Мы пытались убедить всех, что всё было взаправду, но нам никто не поверил! — воскликнула Скуталу, тыкнув вилкой свой кусочек торта.

— Похоже, те, кто постарше, уверены, что эт какая-то шутка в стиле Ночи Кошмаров. Думается, что убедить их в обратном — задачка не из простых, — произнесла Эпплджек и указала на крылья Твайлайт. — Сегодня на рынке я слышала, как две кобылы обсуждали, насколько реалистичными получились накладные крылья принцессы. Одна из них даже хотела поговорить с Твай, узнать, какое заклинание она использовала!

— Ну, жеребята, конечно, верят, что она настоящая принцесса Книжечка, но, думается, вся ситуация идёт нам на пользу, до тех пор, пока мы не поговорим с принцессой Кейденс, — добавила Рэрити. — Держу пари, она совсем не готова иметь дело с паникующей Эквестрией, не столько оттого, что принцессы настоящие, а оттого, что и Дискорд тоже существует.

Рэрити поднялась, убрала газету в сумку и провела копытом по гриве Твайлайт.

— Ну ладно, мисс Gourmande[1], не будем заставлять остальных ждать, — произнесла единорожка и отошла в сторону, когда принцесса стащила себя со стола. — Ты уверена, что оправилась достаточно, чтобы дойти?

— Уверена, — стиснув от боли зубы, солгала принцесса. Каждый сантиметр её тела протестовал против движения, но, в отличие от большинства других пони, она была весьма одарена в магии, и её тело ведь не будет возражать против левитации?

Нет.

Конечно же не будет, что за вопросы?

За исключением того, что на самом деле будет. К счастью, добрая владелица кондитерской без колебаний помогла убрать Твайлайт содержимое её желудка у входа в магазин, что совершенно не важно, потому что этого никогда-приникогда не случалось.

К счастью, Рэрити оказалось опытным специалистом по левитации больных аликорнов к месту обитания Спайка.

Как оказалось, Спайк не ушел из Понивилля за эти два года, пока Твайлайт отсутствовала. Гигант обосновался в долине, прилегающей к Белохвостой Чаще, и более того, даже подружился с понивилльцами. Неудивительно, что никого не испугал «странный» дракон, ворвавшийся вчера в город.

Ещё одно событие, которое принцесса пропустила.

Пока Твайлайт парила над Рэрити, Пинки и Эпплджек, она прислушивалась к их разговорам, смотрела, как они смеются и любезничают, наслаждаются дружеской близостью, от которой, честно говоря, принцессу подташнивало. Или это всё ещё отголоски торта. Но всё же, этого было достаточно, чтобы она отвела взгляд и начала рассматривать современный город.

"Замечательно, — с горечью думала принцесса, — кому нужен Дискорд, если я и без него прекрасно себя мучаю?"

Она снова опустила взгляд, и её сердце забилось чаще при виде Рэрити, смеющейся над какой-то шуткой Пинки. Твайлайт позволила единорожке заполнить всё поле зрения, а звуком смеха заглушить шум в голове, потому что как же всё-таки хорошо было чувствовать поддержку возлюбленной.

Словно услышав мысли принцессы, Рэрити обернулась, и, встретив взгляд Твайлайт, ослепительно улыбнулась и взмахнула хвостом.

— Как поживает наша избалованная принцесса? Уже лучше, или ей всё ещё требуется помощь с транспортировкой? — спросила единорожка. — Мы почти добрались.

— Ну, я вот видами наслаждаюсь, — ответила Твайлайт и даже не соврала, ведь научно доказанный факт, что Рэрити — услада для глаз.

— Да, я поняла это по тому, как пристально ты на меня смотрела.

Мысленно принцесса ответила чем-то остроумным и хитрым, чем-то таким, что показало бы единорожке у кого тут язык хорошо подвешен. Но в действительности Твайлайт смогла выдавить из себя лишь смущённый тревожный писк, который лишь расширил победную улыбку Рэрити.

Единорожка рассмеялась.

— Так держать, дорогуша.

Эпплджек прочистила горло.

— Если ты закончила выкрашивать принцессу ярче спелого яблочка, то нам бы поспешить.

Кобылы вышли на большую поляну, и, воспользовавшись преимуществом своего высокого положения, Твайлайт увидела вдалеке своего дорогого друга дракона, лежащего на траве и, по всей видимости, крепко спящего. Две знакомые пегаски парили над ним, жёлтая, казалось, была несколько огорчена тем, что синяя стояла на морде гиганта, ну, и била его задними копытами. Неоднократно.

— Рэйнбоу! — в ужасе воскликнула Твайлайт. — Почему она пинает его?!

— Дурашка, она его не пинает! — хихикнула Пинки, отступая назад, когда Рэрити левитировала принцессу на землю. — Она его будит!

— Ударами копыт по лицу?!

— Спокойно, Твайлайт! У Рэйнбоу ну, скажем, неортодоксальные методы, но они проверены и весьма надёжны.

Тем не менее, какими бы проверенными и надёжными они ни были, принцесса взлетела и пронаблюдала, как радужная пегаска ещё раз впечатала копыто в лицо дракона, после чего приземлилась на землю рядом с, судя по всему, десятком седельных сумок. Почувствовав облегчение, Твайлайт начала спускаться на землю, до поры пока Рэйнбоу Дэш не извлекла из сумки тяжёлый на вид вид том и...

— НЕ СМЕЙ БИТЬ ЕГО КНИГОЙ! — завопила принцесса, бросилась к пегаске и практически вырвала книгу из копыт радужной варварши. — Рэйнбоу!

Пегаска как ни в чём не бывало улыбнулась.

— О! Принцесса Твай! Ты проснулась!

— Рэйнбоу, о чём ты только думала?! — требовала ответа принцесса. — Ты же могла что-нибудь повредить!

Пегаска фыркнула.

— Что? А, пф-ф-ф, Спайку всё нипочём.

— Я про книгу!

— А, пф-ф-ф-ф-ф-ф-ф, с ней-то тоже ничего не случится, — произнесла Рэйнбоу и залетела на голову дракона, после чего вдарила копытом по ближайшей чешуйке. — Вста-ВАЙ уже, ленивый мешок с драгоценностями!

— Принцесса Твайлайт! — поздоровалась Флаттершай, приземлившись рядом с аликорном, стараясь не обращать внимания на дуэль радужной пегаски со спящей головой. — Как спалось?

— Прекрасно! — ответила принцесса. Ни кошмаров, ни плохих мыслей, просто блаженный сон. — И мне так этого не хватало.

— Это чудесно! — с видимым облегчением воскликнула жёлтая пегаска. — Я боялась, что будет трудно уснуть после такого долгого...

Пинки захихикала, толкая Рэрити локтем.

— Особенно когда кое-кто прилип к тебе почище глазури к кексику.

Единорожка кашлянула.

— Любопытно. Совсем такого не помню, — бесхитростно ответила она.

Эпплджек улыбнулась.

— Конеш, Рэр, не помнишь. Точно так.

— Не помню! — запротестовала единорожка, но её наигранное раздражение тут же растаяло, когда Твайлайт хихикнула. — Неважно! Вместо того, чтобы обсуждать такие незначимые вопросы...

Она повернулась к дракону и прочистила горло.

— Спайки-вайки! Дорогуша, пора вставать!

Последовало мгновение тишины, после чего глаза гиганта распахнулись, и с его губ сорвался зевок.

— М-м-м?

— Да ладно?! — воскликнула Рэйнбоу, вторая книга, которую она подняла и бросила в дракона, не попала только потому, что Твайлайт перехватила её магией. — Значит, ради неё ты проснулся?!

— Конечно проснулся! — ответила Рэрити, тряхнув гривой.

Принцесса наблюдала, как сонный взгляд дракона прошёлся по друзьям, и как глаза Спайка расширились и практически засияли, когда остановились на ней. Твайлайт тут же улыбнулась, а крылья затрепетали, но, прежде чем она успела его поприветствовать, огромная лапа схватила аликорна. Она взвизгнула от неожиданности и внезапно обнаружила себя прижимающейся... вернее сказать, вмазанной в лицо дракона.

Твайлайт рассмеялась.

— С-Спайк!

Тот, проигнорировав трепыхания принцессы, судорожно вздохнул, продолжая прижиматься мордой ко всему её телу.

— Мне одной происходящее кажется каким-то нереальным? — спросила Рэрити.

Спайк покачал головой, вызвав смешки у бедной Твайлайт, которую щекотали со всех сторон чешуйки.

— Ч-что кажется нереальным? — спросила принцесса, отталкивая гиганта копытом, пытаясь получить хоть немного места для дыхания.

— Ты, сахарок, — ответила Эпплджек, снимая шляпу. — То, что ты с нами.

Ох.

В горле аликорна образовался комок. Хотя Спайк рядом с ней ничего не сказал, его хватка усилилась, будто он боялся, что Твайлайт вот-вот исчезнет.

— Ну что ж, — произнесла она, вернув себе малую толику самообладания, после чего ткнулась носом в старого друга в ответ, жест привязанности, которого принцессе так не хватало, и её голос понизился до шёпота. — Теперь я с вами.

— Да, — произнёс Спайк и открыл глаза, одарив Твайлайт самой зубастой улыбкой, которую она только видела. Дракон опустил аликорна на землю, после чего сел на задние лапы и потянулся. — Хороший был сон, но бодрствование оказалось ещё лучше.

Рэйнбоу фыркнула, взлетела в воздух и игриво закатила глаза.

— А меня ты никогда не был настолько рад видеть.

Пинки хихикнула.

— Ах-х-х, Дэши, ты ревнуешь?

Пегаска ещё сильнее фыркнула и скрестила передние копытца.

— Ага, ещё чего! — воскликнула она, но тут же взвизгнула, когда Спайк притянул её к себе для внезапного объятия.

— О, я тоже тебя люблю, Рэйнбоу, — засюсюкал гигант, ухмыльнувшись, когда Твайлайт и остальные рассмеялись над возмущёнными протестами пегаски о том, что она не хочет, Спайк, твоих глупых обнимашек!

Так странно было видеть, как все её друзья общаются друг с другом и шутят. Странно, но в хорошем смысле. Более того, принцессу омыла волна привязанности, и она почувствовала благодарность, что может стать частью их дружбы.

— Эм-м, Рэйнбоу? — спросила Флаттершай, как только пегаска освободилась из объятий и взлетела обратно в воздух. Жёлтая пони едва заметно кивнула. — Ты разве не собиралась рассказать им о поездке?

— Поездке? Какой поездке? — спросила Твайлайт, навострив ушки.

Рэйнбоу моргнула.

— Поездке в... О! Да-а! Принцесса Твайлайт! — пегаска подлетела ближе к аликорну и зацокала копытами. — Так, слушай, мы со Спайком решили, что тоже отправимся в Кантерлот, так что мы выдвигаемся завтра утром и...

Рэрити ахнула.

— Вы что?! — она повернулась к дракону. — Спайк! Это правда?

Гигант скрестил лапы на груди, глядя куда-то в сторону.

— Да. Думается мне, прошло уже достаточно времени и...

Он кивнул в сторону Твайлайт.

Единорожка загарцевала и замахала хвостом.

— Дорогуша! Это же потрясающая новость! Я бы даже сказала, сенсационная!

— Стойте, а что происходит? — спросила принцесса, желая разделить всеобщее волнение. — Почему ты изначально не хотел идти, Спайк?

Дракон хмыкнул, всё ещё глядя в сторону. Прошло много времени, но он выглядел точно так же, как раньше, когда Твайлайт ловила его на плохом поведении.

— Твай, долгая история. Не беспокойся.

— Ну, я бы всё равно хотела её услышать, — настояла принцесса, чувствуя, как её любопытство переходит в беспокойство. Было что-то... ну, что-то точно должно было произойти за тысячу лет, ведь что-то же заставило Спайка покинуть свой настоящий дом? — Потому что, мне кажется, это что-то важное.

Рэйнбоу приземлилась перед ней.

— Тебе не кажется! И мы всё тебе расскажем, потому что нам потребуется около пяти дней, чтобы добраться до Кантерлота пешком, и-и-и-и-и ты пойдёшь с нами!

Ушки Твайлайт навострились.

— Пойду?

Рэрити нахмурилась.

— Пойдёт?

Пинки хихикнула.

— О-о-о-о-о-о, забава! Можно я тоже пойду, можно-можно?!

— Стоп-стоп-стоп! — перебила единорожка. — Пардон, дорогуша, но она не пойдёт с вами! Если бы вы сообщили мне об этом вчера, то возможно! Но спешу напомнить, что я уже купила достаточно дорогие билеты на поезд на всех нас.

Радужная пегаска отмахнулась.

— Пф-ф-ф-ф-ф, подумаешь, Рэр. Я верну битсы за билеты, не проблема.

— Рэйнбоу, дело не в этом! — достаточно резко ответила единорожка.

Пегаска невозмутимо посмотрела на неё.

— Рэрити. Поездка, ну, типа, навроде фестиваля скукоты. Принцесса Твайлайт провела в библиотеке базилион лет, что-то, мне кажется, последнее, чего бы ей хотелось, это застрять в поезде на пол дня! К тому же, ей определённо больше нравится идея пройтись на своих четырёх, так, принцесса?

Твайлайт молчала, пожёвывая губу.

С одной стороны, ей ужасно хотелось поскорее увидеться с Кейденс и вернуться домой.

С другой, она так же ужасно скучала по Спайку, и даже пяти дней едва хватит... на самом деле, точно не хватит, чтобы наверстать упущенное. Включая его внезапное отвращение к Кантерлоту.

— Да, — наконец решительно произнесла она.

— Что? Но, Твайлайт! — расстроено воскликнула Рэрити.

В ответ принцесса ободряюще улыбнулась.

— Не проблема, я уверена, что Кейденс не против подождать несколько дней, чтобы Спайк смог тоже поприсутствовать, и я уверена, что мы отлично проведём время в дороге.

Единорожка потупилась.

— Мы? — спросила она, и сердце Твайлайт пропустило удар.

Стоп, что?

— Почему тебя так удивило это "мы?" — немедленно спросила принцесса, волнение тут же исчезло. — Да, мы. Ты же идёшь с нами! Разве нет?

Она повернулась к Рэйнбоу.

— Разве нет? — после чего обратно к возлюбленной. — Рэрити! Но...

— Твайлайт, я не знаю, — беспомощно ответила единорожка.

— В смысле не знаешь? — спросила радужная пегаска. — Пойдём с нами! Я же верну деньги за билеты, ну! Погнали, будет весело!

— Да не в битах дело! — раздражённо произнесла Рэрити, поворачиваясь к двум кобылам. — У меня есть обязательства! Я договорилась встретиться с клиенткой в Кантерлоте завтра вечером, и я просто не могу отправить ей письмо с извинениями и переносом срока в самый последний день! Ещё и само платье не закончено, и я хотела доделать его по пути в поезде. А идя пешком, закончить платье невозможно!

— У-у-у, нашла проблему! Флаттершай шьёт как дышит! — не сдавалась Рэйнбоу. — К тому же, это Твайлайт! Я уверена, что твоя клиентка всё поймёт! Всё что тебе потребуется, это в очередной раз поработать немного сверхурочно и за одну бессонную ночь закончить платье сегодня вечером!

— Рэйнбоу, ну правда, я еле стою на ногах, я едва спала прошлой ночью! У меня уже глаза слипаются! И повторюсь, дело не в этом!

Пегаска надулась.

— Ну дава-а-а-ай! Хорош оправдываться!

Единорожка вспылила.

— Я не оправдываюсь! — твёрдо произнесла она с таким огнём в глазах, что Твайлайт попятилась. Рэрити топнула копытом. — Я больше не могу бросать всё ради своих желаний! У меня работа, клиенты и обязанности! Я не могу снова поставить под угрозу все свои планы и всю свою жизнь!

Рэйнбоу не ответила.

На самом деле никто не издал ни звука, а если бы и издал, то принцесса всё равно бы его не услышала из-за шума в ушах. Шум заглушил все звуки, кроме почти невыносимых последних слов возлюбленной.

— Воу, Рэрити, — наконец произнесла пегаска, уступая. — Никто ничего такого не предлагал. Это просто путешествие. Я... я думала, что ты захочешь пойти. Извини...

Волна осознания захлестнула единорожку, и теперь она и сама слегка попятилась, её взгляд заметался между почти шокированными взглядами, направленными на неё.

— Я... я... простите, я не... — она замолчала, так и не подобрав слов.

— Всё хорошо.

Твайлайт сама не осознала, что произнесла это вслух, пока все к ней не повернулись. Но она всё-таки сказала это. Потому что это было правдой. Всё правда хорошо. Рэрити не хотела проводить с ней время, или менять ради неё свою жизнь, и это было хорошо, хорошо, просто хорошо!

Всё будет хорошо, потому что она всё исправит.

Точно так же, как и всё остальное.

Единорожка не знала, что и сказать.

— Твайлайт?

— Всё хорошо! — повторила принцесса, выдавив из себя почти маниакальную улыбку. — Я всё понимаю. У тебя клиенты и жизнь. Тебе не обязательно идти...

На одно краткое мгновение слова "если не хочешь" чуть не сорвались с языка Твайлайт, но она сказала другое. Ей не хватило храбрости.

— Если не можешь.

— Твай права, — произнесла Эпплджек. — Бизнес Рэрити важен, и каждый пони знает, что клиенты редко рассказывают о вкуснейшем яблочке, что съели, но вот попадись им червивое, так расскажут каждому встречному.

— Всё так, — согласилась единорожка, напряжение из её голоса исчезло, но множество других эмоций читались у неё на лице, и она избегала встречаться взглядом с принцессой, которая ясно видела, что возлюбленная избегает смотреть ей в глаза.

— Ну что ж, — Спайк прочистил горло и хлопнул в ладоши. — Полагаю, с этим разобрались? Итак!

Гигант поднялся.

— Мне надо заготовить драгоценностей для путешествия. Кто-нибудь пойдёт со мной?

— Ам-агась! — вызвалась Пинки, стремясь оказаться подальше от любых споров. Она запрыгнула дракону на хвост и уселась. — Поехали!

Рэйнбоу ещё раз неловко извинившись перед Рэрити, взлетела в воздух и приземлилась гиганту на макушку, рассказывая о недавно найденном ею месте, полном драгоценных камней.

Твайлайт же совсем не знала, что ей делать.

— Почему бы тебе не пойти с ними? — с виноватой улыбкой спросила единорожка. — Кажется, недосып не лучшим образом сказывается на моём настроении, да?

— Я... хорошо, — уступила принцесса.

— Погодь меня, Рэрити, — произнесла Эпплджек. — Я уже прилично так откладывала работу на ферме.

Земнопони потёрла лоб и придвинулась, чтобы обнять Твайлайт.

— Ну, до завтра, принцесса! — после чего фермерша обняла Флаттершай. — Только долго не задерживайтесь.

Единорожка больше ничего не сказала, кроме как попросила жёлтую пегаску проводить Твайлайт домой как они закончат, после чего пообещала в случае необходимости вернуть принцессе корону. После этого Рэрити улыбнулась на прощание и потрусила прочь, оставив аликорна стоять и смотреть ей вслед.

— С ней всё будет хорошо.

Твайлайт посмотрела в сторону и обнаружила, что Флаттершай искренне ей улыбается.

— И с тобой тоже всё будет хорошо, ведь так?

Принцесса наконец улыбнулась.

— Верно.

Рано или поздно она всё исправит. Рано или поздно.

* * *

К тому времени, как она вернулась домой к Рэрити, уже наступила ночь.

И ещё вернулось старое чувство. Или, учитывая, сколько времени прошло с того момента, когда она последний раз его испытывала, — новое чувство? Каким бы ни было правильное определение, Твайлайт устала за день и чувствовала, словно на неё навьючили мешки с камнями.

День был насыщенным или, по крайней мере, достаточно насыщенным, чтобы отвлечь от внезапной вспышки Рэрити. Пинки пригласила принцессу отужинать с остальными в прекрасном ресторане, и Твайлайт удалось лично убедиться, что весь Понивилль считает её отличной иллюзионисткой.

Так странно, всю жизнь она ненавидела свои крылья и навязанный королевский статус, но теперь чувствовала разочарование, когда другие видели в ней не принцессу, а такую же пони, как и они сами.

После ужина они провели остаток времени со Спайком и Рэйнбоу, а также с семьёй Темиса и Элары, которые в итоге отбыли первыми с заходом солнца, после чего Флаттершай проводила аликорна домой.

Элара, Темис и совята предпочитали спать на улице, поэтому, когда Твайлайт вошла в бутик, её встретила лишь тишина. Она закрыла за собой дверь и тут же вспомнила, как сильно ненавидит тишину. В библиотеке всегда было тихо.

— Я вернулась! — крикнула принцесса, проходя дальше в комнату, желая поговорить с Рэрити. Ей уже лучше? Может, она передумала по поводу поездки?

Всё ещё тишина.

Твайлайт поджала губы и потрусила на кухню, обнаружив, что там пусто. Мастерская единорожки тоже оказалась прискорбно лишена Рэрити, и тревожные мысли сами собой вплыли в сознание аликорна. Неужели... нет, Дискорд не смог бы...

— Рэрити? — снова позвала она. — Я верн...

— Принцесса Твайлайт! Ты вернулась!

Она обернулась и увидела, как в комнату вбежала Свити Белль.

— Ой, Свити! — воскликнула принцесса. Какое облегчение.

— Как прошла охота за драгоценностями? — спросила кобылка. — А правда, что ты со Спайком и Рэйнбоу отправляешься в путешествие?!

Малышка села на пол, надулась и скрестила копытца.

— Рэрити сказала, что мне нельзя с тобой...

— Свити, это долгое путешествие, опасное к тому же. Она просто о тебе заботится, — сочувственно произнесла принцесса. — Кстати говоря, а где Рэри...

Кр-рак!

— А, Твайлайт, ты вернулась.

Принцесса вскрикнула от удивления, обернулась и осела при внезапном появлении Рэрити. Грудь Твайлайт вздымалась, а сердце было готово выпрыгнуть в любой момент, однако единорожка, судя по всему, не испытывала ни малейших угрызений совести. Более того, она стояла там и хитро улыбалась.

— Рэрити! Ты напугала меня! — укорила её принцесса, поднимаясь и хмуро глядя на единорожку. — Совсем не смешно.

Свити Белль хихикнула.

— Немножко смешно.

— Соглашусь, — произнесла Рэрити.

— Ну, по крайней мере, я рада, что ты всё ещё можешь телепортироваться, — хмурая гримаса аликорна понемногу превратилась в улыбку. — Не думала, что в моё отсутствие ты продолжишь практиковаться.

Единорожка затрепетала ресницами.

— Ну а как иначе? Как ещё мне было тебя впечатлить по твоему возвращению, м-м?

Твайлайт покраснела и наклонилась к ней поближе.

— Ну, есть о...

Звук, с которым Свити прочистила горло, прервал принцессу, и она быстро откинулась назад.

— То-то и оно! — воскликнула Рэрити, явно не столь смущённая ситуацией, как Твайлайт. — Уже поздно, не так ли?

Единорожка посмотрела на свою младшую сестру и приподняла бровь.

— Юной леди уже давно пора в кровать. Пошла, кобылка!

Как только Свити неохотно ушла готовиться ко сну, Рэрити повернулась к принцессе.

— Если уж на то пошло, то и тебе пора спать. Во сколько ты с остальными отбываешь в свою маленькую экспедицию?

— Эм-м... в семь утра.

— В семь? Звёзды небесные, я ещё не ложилась, а уже скоро вставать! Смерти моей что ли хотите? Ну ладно, я, кстати, поговорила с Эпплджек и она подумывает о том, чтобы пойти с вами.

— Правда? Здорово! — произнесла Твайлайт. Если она захотела поехать, то может... — А ты...

Единорожка поморщилась.

— Я... не могу. Дорогуша, у меня правда дела, которые не получится отложить, — мягко сказала она. — И мне правда стоит извиниться перед Рэйнбоу. Не знаю, что на меня нашло. Но...

Рэрити на мгновение замолчала, задумчиво наморщив лоб.

— Но?

— Но это всё потом! — решительно заявила единорожка. — Тебе пора в кровать. Пойдём со мной!

Твайлайт последовала за Рэрити наверх, с нетерпением ожидая возможности вновь поспать, но её путь к комнате возлюбленной был прерван, когда та остановилась перед комнатой Свити Белль. С едва заметным колебанием единорожка заглянула внутрь, после чего повернулась к принцессе.

— Полагаю, в библиотеке спать тебе не хочется, — заговорила она, — так что можешь переночевать в комнате Свити.

— В комнате Свити? — переспросила Твайлайт, слегка нахмурившись.

Рэрити кивнула.

— Я скажу ей, что сегодня она спит со мной.

Принцесса не ответила. Она не хотела, чтобы Свити спала в комнате с Рэрити. Она хотела, чтобы кобылка спала в своей собственной кровати, пока Твайлайт будет спать в кровати с Рэ...

Её щеки вспыхнули.

Какой порядок действий для таких ситуаций? Она спала в комнате Рэрити прошлой ночью, так что было бы только логично, чтобы она снова переночевала там, особенно потому, что единорожка была её... ну, прямо сейчас особой уверенности в их официальном статусе не было, а если бы и была, то Рэрити бы не предложила комнату Свити, так что...

Уф.

— Хорошо, — произнесла наконец принцесса, хотя это было совсем не то, чего ей хотелось. — Спасибо.

Как оказалось, Свити Белль тоже не хотела спать в другой комнате, но по совершенно другим причинам. Ей хотелось спать там, где была принцесса Твайлайт, а Твайлайт находила даже некоторое счастье в том, что по крайней мере хоть кого-то в этом доме порадуют все эти перетасовки.

Малышка заверила принцессу, что они отлично проведут время, пока устраивалась поуютнее под одеялом, рядом с Твайлайт. Рэрити просто обзавидуется, уверяла она. После чего попросила рассказать историю на ночь.

Через десять минут после начала рассказа кобылка уснула, так что Твайлайт немного удивилась и даже слегка обиделась, что так быстро её убаюкала.

В глубине ночи, погружённая во тьму и неровное сопение, принцесса смотрела в потолок и думала. Мысли крутились в голове, и, точно так же как за последний год, мысли всё чаще и чаще возвращались к Рэрити.

Принцесса прокручивала в голове прошедший день, каждый момент, когда Рэрити словно переступала через себя, что-то скрывала, что-то такое, что в конечном итоге привело к вспышке гнева, если её можно таковой назвать.

Как мучительно и в то же время увлекательно было то, что в какой-то момент она оказалась буквально физически отрезана от Рэрити, но даже тогда она чувствовала себя к ней ближе, чем во время сегодняшнего спора.

Неужели Рэрити больше не хочет иметь с ней ничего общего?

Может, Рэрити надоело помогать? Может, Твайлайт была слишком навязчива? Или хуже... может, она действительно за эти два года её разлюбила?

Мысли обратились к библиотеке. К тому ужасному дню... она не возвращалась в библиотеку с момента воссоединения с Рэрити, и если не врать себе, то надеялась никогда туда не вернуться. Ей было страшно, в горле вставал ком от одной только мысли... во что она превратилась... и... и это всё была его вина. За всем этим стоял Дискорд. Всё из-за него.

Так ведь?

Но тут на поверхность выплыли похороненные воспоминания.

Кошмары наяву, непрошенные, безжалостные и мучительные.

Воспоминания о библиотеке, и всё же...

И всё же они были не совсем воспоминаниями, как показалось сначала. Знакомые и в то же время незнакомые. Воспоминания о самой себе в библиотеке, бродящей, чувствующей злость, горечь и негодование от... Рэрити? От самой себя? Ко всему?

Воспоминания, словно вспышки одно за другим продолжались, но точно сопоставить по времени их не удавалось, до тех пор, пока Твайлайт не увидела разбрызганные чернила и отпечатавшиеся следы копыт на полу, и тогда она поняла.

В сознании точно прорвало плотину, хлынуло всё больше и больше воспоминаний о двух годах, которые, как оказалось, всё же не были забыты. Голова начала болеть, и с её губ сорвался стон.

Твайлайт открыла глаза, пытаясь развеять образы, оттолкнуть их прочь, и хотя ей это удалось, она боялась, что закрой она глаза, как всё тут же вернётся. Ей хотелось скорее заснуть, но она чувствовала себя бодрее чем когда-либо, и несмотря на боль в голове и ноющую боль в груди, смирилась с одним фактом.

Спать ей не хотелось.

Более того, она поняла, чем ей хочется заняться.

После недолгих раздумий Твайлайт осторожно, чтобы не разбудить Свити, поднялась с кровати и вышла из комнаты. Тихо прикрыв за собой дверь и оказавшись в коридоре, принцесса выдохнула с облегчением.

К её счастью, из комнаты Рэрити лился свет, что побудило Твайлайт на кончиках копыт подкрасться и заглянуть внутрь, обнаружив единорожку лежащей на кровати и, слегка прищурившись из-под очков, что-то рисующей.

На мгновение принцессе в жизни ничего больше и не надо было, кроме как просто наблюдать за возлюбленной.

Едва ли Твайлайт любила её с самого начала, но точно была очарована. Единственный непредсказуемый элемент в жизни принцессы, ураган, ворвавшийся в безмолвную пустыню только для того, чтобы утихнуть и обратить всё вокруг в оазис.

— Не мне раздавать советы, поскольку я точно так же очарована своей внешностью, но могу я предложить любоваться мной с более удобного места? В конце концов, ты весь день на ногах, — произнесла Рэрити, не отрываясь от блокнота. Её глаза метнулись к Твайлайт, и единорожка улыбнулась. — Я так понимаю, пижамная вечеринка прошла не лучшим образом?

Упс.

Принцесса вошла в комнату, неловко улыбаясь.

— Свити Белль уснула посреди сказки.

Рэрити приподняла бровь и водрузила очки на макушку.

— Правда? На неё не похоже. О чём ты ей рассказывала? — единорожка с озорством улыбнулась. — О втором законе тауматургической кинетики?

— Нет, хотя и это тоже крайне интересная тема! — ответила Твайлайт, стоя перед кроватью. — Я объясняла ей архитектурные различия между современным Понивиллем и домами, построенными семьёй Коблера.

Рэрити усмехнулась.

— Ну, значит, тайна раскрыта, — она указала копытом на другую сторону кровати. — Но вот мне лично это кажется действительно завораживающим! Если потерпишь пару минут, пока я заканчиваю набросок, то я с удовольствием послушаю.

Принцесса радостно топнула копытцами по полу.

— Правда?! Я хотела бы написать на эту тему небольшое эссе, и если ты поможешь мне в паре спорных моментов, то... — она на мгновение замолкла. — А ты не уснешь?

— Твайлайт! Откуда такие мысли?! — ахнула единорожка. — Когда это я была столь невежлива?

— Ты уснула на середине предисловия к трактату Фейна Мэйна о квантовых чарах.

Рэрити кашлянула.

— Ну! Разве можно меня винить? Кого бы не убаюкал твой мелодичный голос, м?

Принцесса хихикнула.

— Ага, — кивнула она, забираясь на кровать и ложась рядом с единорожкой. Не так близко, как ей хотелось бы, но и не слишком далеко.

Несмотря на то, что всего десять минут назад сна не было ни в одном глазу, сейчас Твайлайт охватила сонливость. Теперь ей было комфортно, она словно оказалось именно там, где ей нужно было быть, и тихий звук царапания карандаша по бумаге работал словно колыбельная, отгоняющая дурные мысли.

Если Рэрити разрешила ей переночевать тут вчера, то, может, разрешит и сегодня? В конце концов, кровать большая, если уж они обе и Свити поместились на ней.

А что если притвориться, будто она уснула...

Преисполнившись решимости следовать плану, Твайлайт выровняла дыхание и слегка подвигалась, устроившись поудобнее, имитируя сон. Вот только давно она в этом не практиковалась. Могла ли она вообще притвориться спящей? Не выдаст ли её внезапная смена дыхания? Если дыхание во сне слишком частое, то это сигнализирует о активности или беспокойстве, поэтому выдать его за сон не получится, поскольку пони видят сны не раньше фазы быстрого сна, которая наступает не раньше девя...

— Та-да! — раздался голос единорожки, заставив Твайлайт замереть.

Принцесса услышала, как Рэрити кладёт рисунок на прикроватную тумбочку, и на мгновение понадеялась, что единорожка не подойдёт уж очень близко, так как учащённое сердцебиение без сомнения её выдаст.

— Твайлайт? — через некоторое время позвала Рэрити, и принцесса прикусила губу. Прошло ещё несколько секунд, прежде чем снова зазвучал приятный голос единорожки, она нежно провела копытами по спине аликорна. Невероятное ощущение, и у Твайлайт тут же возникло искушение покончить с игрой хотя бы для того, чтобы замурлыкать от удовольствия.

— Твайлайт, милая? Уснула? — ещё мгновение тишины, после чего Рэрити продолжила. — Что ж! Хотелось бы и мне так же быстро вылечить бессонницу. Полагаю, мне ничего не остаётся, кроме как позволить ей спать здесь.

Если бы принцесса не была так занята, радуясь, что её план, по всей видимости, сработал, она, возможно, поняла бы, что заявление, произнесённое вслух, звучит как-то странно. Но вместо этого она довольно улыбнулась и не сдержала смешок, который тут же попыталась выдать за всхрап.

— О звёзды, — продолжала единорожка, описывая круги по спине аликорна, — это, должно быть, самый странный храп, который я когда-либо слышала! Если бы я не так хорошо знала Твайлайт, то могла бы подумать, что она хихикнула! Как интересно.

Проклиная себя, принцесса ещё сильнее прикусила губу, в отчаянной попытке подавить очередную порцию смешков, которые рвались наружу. К немедленному ужасу аликорна, Рэрити чуть вытянулась и откинула назад гриву Твайлайт, открыв её лицо.

— Подумать только! — воскликнула единорожка. — Она даже краснеет и улыбается во сне как малая кобылка! Невероятно мило!

— Ну ладно, ладно! — сдалась принцесса, села и надулась. Вот тебе и весь план.

Рэрити, однако, захихикала от восторга.

— Ах-х, наша глупенькая принцесса надулась? — спросила она и, подражая выражению лица Твайлайт, опустила ушки. — Может, предложить ей взять пару уроков актёрского мастерства у чейнджлингов в Хартс-Хэйвен?

— Мне не нужны уроки! — запротестовала принцесса. — И я не глупенькая!

— О-о-о, — протянула Рэрити, приподнимая копытом подбородок аликорна. — Ну, хотя бы признайся, что, по меньшей мере, чуточку глупышка.

Твайлайт улыбнулась.

— Если только чуточку.

Тёплая улыбка скользнула по губам единорожки, и на мгновение, как и ранее в тот день, принцессе захотелось наклониться и поцеловать её. Однако, прежде чем она успела сделать это, Рэрити отвернулась к столу.

— Я... — единорожка левитировала потрёпанный листочек с прикроватной тумбочки, а затем взяла его в копыта и прижала к груди. — Если тебе полегчает, то я хочу показать тебе нечто глупое. Та маленькая кобылка, что мы встретили утром, побудила меня найти кое-что.

На лице Рэрити проступил румянец.

— Что там? — спросила Твайлайт, навострив ушки, листочек завладел её вниманием.

Единорожка, казалось, колеблется.

— Пообещай, что не будешь смеяться!

Принцесса кивнула.

— Не буду, обещаю.

Прикусив губу, Рэрити наконец оторвала листок от груди и протянула Твайлайт. Та развернула его и восхитилась очень старым рисунком под названием "Принцесса и я", изображающим кобылку с гривой цвета индиго, устраивающую костюмированное чаепитие с древней, и к тому же крайне недостоверной принцессой-аликорном.

И, несмотря на бурю эмоций внутри, Твайлайт не знала, что сказать.

— Тебе нравится? — нерешительно спросила единорожка, тем самым тут же напомнив принцессе ту маленькую кобылку, ищущую одобрения у той, которой она восхищалась.

Твайлайт облизнула губы и нахмурилась.

— У меня есть мысли на этот счёт.

Рэрити выпрямилась, сбитая с толку.

— Озвучишь?

— Есть по меньшей мере пятнадцать пунктов, почему, на мой взгляд, носить платье, сшитое из книжных страниц, неправильно.

— Твайлайт! Я была кобылкой! И чего ты ожидала с прозвищем “принцесса Книжечка”? — раздражённо запротестовала единорожка. — И да, простого "это самая потрясающая вещь, которую я видела в своей жизни, Рэрити", было бы достаточно.

Принцесса рассмеялась.

— Я думаю, рисунок замечательный, — произнесла она, с восторгом его разглядывая. Отложив его на кровать, Твайлайт повернулась к возлюбленной и приподняла бровь. — Думается, встреча с настоящей принцессой Книжечкой — не то, о чём могла помыслить маленькая Рэрити.

Единорожка хмыкнула.

— О? Дорогуша, ты меня недооцениваешь.

— Да? — спросила Твайлайт, придвигаясь к Рэрити чуть ближе. — Ну, может, на самую малость.

— Самую малость, — вторила единорожка, и того, как она улыбнулась, мягко, любяще и игриво, хватило, чтобы у принцессы перехватило дыхание. — Ты правда думаешь, что всё это не входило в мои планы? Что я не собиралась, будучи кобылкой, вырасти в самую красивую кобылу во всей Эквестрии...

— Самую красивую кобылу во всей Эквестрии. Точно, — произнесла принцесса с нахальной улыбкой и придвинулась ещё ближе.

Рэрити затрепетала ресницами.

— Самую-самую, да. Рада, что ты со мной согласна, — прошептала она, и теперь они были так близко, что всё, что Твайлайт осталось сделать, это подвинуться ещё немного и наклониться. — Вырасти в самую красивую кобылу во всей Эквестрии, что, несомненно, встретит и завоюет сердце принцессы из преданий.

— Всё так, — ответила Твайлайт, сердце бешено колотилось, и она придвинулась ближе в последний раз.

Плохие мысли тут же возникли в её голове, тут же напомнив о предыдущих тревожащих поступках Рэрити, но...

Но в то же время само присутствие единорожки словно барьер защищало принцессу от внутренних демонов хотя бы потому, что расстояние между ними заставляло думать о чём-то другом, более пьянящем.

— Итак... — произнесла Твайлайт.

— Итак? — ответила Рэрити, наконец чуть наклонившись, так близко, что их губы соприкоснулись бы, если бы кто-то из них осмелился.

— Итак... это, значит, всё твоих копыт дело, да?

И тут единорожка застыла, её глаза расширились.

И она отпрянула.

Отпрянула так быстро, что со стороны могло показаться, что Твайлайт её ударила, осознав, Рэрити нервно рассмеялась.

— Н-ну, может, и так, — пробормотала она, прижав ушки к голове. — Может, и так.

Единорожка осмотрелась в поисках рисунка, а затем левитировала его обратно на стол.

— Уже довольно поздно, а тебе завтра рано вставать к своему путешествию! — она запнулась, ненадолго, но запнулась. — Тебе, наверное, стоит вернуться в свою комнату.

На это принцесса не знала, что ответить.

Она знала, что через каких-то десять минут её мысли не дадут ей покоя. Знала, что будет проблематично уснуть, спрашивая себя из раза в раз что она сделала не так, в чём её ошибка, но Твайлайт всё-таки подчинилась.

— Да, ты права, — ответила она без особых эмоций.

Не сказав больше ни слова, но с тяжёлым сердцем, принцесса встала с кровати, снедаемая изнутри вопросами. Была ли она слишком напориста? Может, Рэрити больше её не любит? Вот он снова, прямой вопрос, которого она так боялась. Но Рэрити же и обратного не говорила? Ни разу не звучали три заветных слова с тех пор, как они воссоединились, может, единорожка осознала, что больше не любит Твайлайт?

Но, несмотря на это, принцесса не могла ничего поделать со своими чувствами и скрывать их не желала, больше никаких недоговорок.

Она остановилась, оглянулась и сказала:

— Я люблю тебя.

Я люблю тебя, сказала она, и, хотя это, как и всегда было правдой, даже тогда, когда она этого не осознавала, ей всё равно было больно оттого, что Рэрити колебалась перед ответом, если вообще планировала что-либо отвечать.

Твайлайт, осознав, что слишком напугана, чтобы дождаться ответа, добавила.

— Н-ну, спокойной ночи. Мы завтра увидимся?

Сидя на своей кровати, со всё ещё опущенными ушками, Рэрити улыбнулась, лишь тенью былой яркой улыбки.

— Я на это надеюсь.

Твайлайт кивнула, поворачиваясь, чтобы уйти, не то, чтобы ей этого хотелось, но...

Но что-то было не так. Что-то не так с Рэрити, что-то, о чём Твайлайт не знала, и это было невыносимо. Невыносимо, потому что она не может решить проблему, не зная корень проблемы.

Даже если это её пугало.

Даже если существовал миллион других решений, которые она предпочла бы попробовать, вместо самого эффективного и пугающего.

— Рэрити? — осторожно спросила принцесса, поворачиваясь лицом к единорожке. — Что-то не так?

Единорожка выпрямилась и невольно затеребила простыни.

— Ч-что ты имеешь в виду?

— Это из-за меня? — не повышая голоса, спросила Твайлайт. — Потому что я вернулась?

— Нет! Нет, нет и нет! Твайлайт, милая, вовсе нет, совсем нет! — в ужасе воскликнула Рэрити. — Даже не думай об этом!

— Тогда что не так? — вновь спросила принцесса, испытав небольшое облегчение от того, что ни в чём не виновата.

— Я... — словно жеребёнок, пойманный на лжи, единорожка опустила голову, избегая встречаться взглядом. — Я не знаю.

Я не знаю.

Кто бы мог подумать, что три простых слова, могут ранить больнее кинжалов?

Слезы защипали глаза Твайлайт, и она отвела взгляд.

— Ты не знаешь, — повторила она, медленно, болезненно. — Рэрити, я не смогу исправить то, чего не знаю.

Выражение лица единорожки резко изменилось.

— Ох, сердце моё... иди ко мне, — она подняла копыто в приглашающем жесте, и принцессе ничего не осталось, кроме как вернуться к кровати и забраться прямо в объятия Рэрити. Единорожка уткнулась в шёрстку Твайлайт носом, прижала к себе и заговорила шёпотом. — Дорогая моя, тебе не нужно ничего исправлять, глупенькая ты пони.

— Я не глупенькая, — приглушённо из-под шёрстки Рэрити пробормотала принцесса.

Единорожка печально усмехнулась, поглаживая гриву принцессы.

— Нет, не глупая. Мне даже кажется, что глупая тут только я, — созналась Рэрити.

Когда Твайлайт отстранилась, на губах единорожки появилась болезненная улыбка. Она посмотрела на ожерелье принцессы и прижала к нему копыто.

— Думаю, мне надо лишь чуть больше времени, — наконец произнесла Рэрити. Она подняла копыто, вытерла слёзы Твайлайт и остановила движение на её щеке. — Больше времени собраться с мыслями и разобраться в себе. Эта проклятая магия разлучила нас на два года. Разве мы не сможем подождать ещё немного?

— И тогда ты скажешь мне, что не так? — спросила принцесса.

Рэрити с серьёзным видом кивнула.

— Да. Более того, я нарисую тебе целую диаграмму, озаглавленную "что не так", после чего мы сядем и вместе напишем по ней статью под названием "Искусство пошедшего не так". Ну, как тебе такое, м?

Твайлайт хихикнула от резкого контраста эмоций в голосе единорожки и абсурдности её слов.

— Зависит от того, насколько большой она будет. Я планирую написать не менее шестидесяти страниц.

Рэрити поморщилась.

— О небеса, я уже жалею о своих обещаниях.

— Так я и подумала, — ответила принцесса, хихикнув и вновь приложившись носом к возлюбленной. Когда Твайлайт отстранилась, то облизнула губы, радуясь, что по крайней мере сбросила камень с сердца.

Единорожка вздохнула.

— Хочешь узнать, почему мне не спится? Каждый раз, когда я просыпаюсь, мне кажется, что я открою глаза в Холлоу Шейдс и осознаю, что всё это было жестоким сном, — искренняя улыбка расцвела на её губах. — Удивительно, как ты сама не проснулась, я со счёта сбилась, сколько раз трогала тебя, чтобы убедиться, что ты и правда здесь.

Твайлайт одно мгновение молча смотрела на Рэрити.

— Я... я могу остаться с тобой на ночь?

Единорожка не колебалась ни секунды.

— Я буду более чем рада.

Некоторое время спустя, когда свет погас и две уставшие пони улеглись под одеяла, принцесса чувствовала себя довольно одиноко, пока не взяла волю в копыто, и не придвинулась поближе к Рэрити, заключив её в неловкие объятия. Твайлайт боялась, что та отреагирует с неприязнью, оттолкнёт её, но, когда единорожка наоборот, казалось, расслабилась, принцесса позволила себе выдохнуть с облегчением.

Она закрыла глаза, глубоко вдохнула чудесный аромат духов Рэрити. И опять невольно закралась мысль, что прошлое не получится оставить в прошлом. И как только эта мысль возникла, тут же проявилась знакомая неуверенность и вина, которые мучили её сколько она себя помнила.

Она сказала, что не знает.

— Твайлайт? — спросила единорожка, поворачиваясь к ней лицом.

Мысли принцессы резко оборвались, но лишь на краткий миг, после чего нахлынули с двойной силой. Её разум умолял сделать что угодно, лишь бы не открывать глаза, умолял продолжать притворяться, подыграть в чудесной иллюзии, чтобы избежать того, что непременно сейчас случится, а именно Рэрити попросит её отодвинуться, отпустить и уйти в комнату Свити.

Твайлайт через силу открыла глаза.

— Да? — спросила она и увидела, как единорожка, поколебавшись, наклонилась, положила копыто на грудь принцессы и прижала свои губы к её в нежном поцелуе.

Сердце Твайлайт подпрыгнуло в груди. Это был не самый страстный поцелуй, но от того не менее эмоциональный. Мягкий, трепетный, и принцессе было только в удовольствие поддержать темп, взятый возлюбленной.

Простой поцелуй, а большего пока и не надо.

Когда он прервался, их губы на мгновение соприкоснулись, прерывистое дыхание смешалось, и Рэрити ткнулась носом в шею Твайлайт, позволив той обхватить себя крылом.

— Я не знаю, что не так, — произнесла единорожка, — но знаю, что люблю тебя, и... думаю, с этого мы и начнём.

Волна приязни захлестнула принцессу. Она вспомнила то, что Рэрити сказала чуть раньше. Они ждали два года, раздираемые внутренними и внешними силами; она поняла, что возлюбленная права. Чего стоит подождать ещё немного, после двух бесконечных лет ожиданий?

Твайлайт прождала тысячу, чтобы освободиться из библиотеки.

А ради Рэрити подождёт и миллион.

## — Интерлюдия 1 — Околосмертные переживания

[Изображение: https://i.imgur.com/NBst61Q.png]

Лицом к лицу они виделись лишь однажды.

Но во снах он видел её почти каждую ночь, во снах, где его задние ноги ещё работали, всё ещё двигались, где он не был калекой на весь остаток жизни.

По профессии он был художником. Ну, по крайней мере, считался таковым. На самом деле он был дураком, дураком, что отправился в злополучное путешествие — запечатлеть весь мир в картинах, а теперь оказался в ловушке, в цепких когтях леса.

Он заблудился, потерял припасы и боялся, что вслед за ними потеряет и саму жизнь. Он собирал всю еду, какую только мог найти, всё, что могло его насытить, и, будучи ослеплённым голодом, не заметил, что съел полное копыто ядовитых ягод сумеречника.

Галлюцинации мучали его уже какое-то время, и теперь жеребец едва мог ходить, с каждым шагом углубляясь в ядовитый дурман. Умрёт ли он в одиночестве?

Он думал о жене, дочери и внуках.

Звук низвергающейся, бушующей воды наполнил сухой воздух, заглушая звук хриплого дыхания. Он добрался до поляны и увидел перед собой озеро и водопад, огромный, выше самих гор. Жеребец попытался понять, что происходит, где он находится, но яд туманил разум.

— По...мо-гите, — взывал он к ночи, звёздам, ко всем, кто мог услышать. — По...могите! Прошу! Кто...

Художник рухнул на землю:

— Кто-нибудь...

Малыш...

Он открыл глаза и посмотрел наверх, нежный голос что-то шептал ему. О, едва ли он был жеребёнком, но ему и в голову не могла прийти мысль спорить с таким заботливым голосом. Так вот она, смерть? Его мать пришла за ним, чтобы унести его за пределы земли, звёзд и даже дальше?

Я здесь, малыш...

— Г-где...

Голос художника оборвался, взгляд его был прикован к бушующему водопаду. Он что-то увидел, за озером виднелся свет. Свет звал к себе, манил жеребца, и его глаза расширились, когда слабая, едва заметная золотистая магия окутала водопад. Прямо на его глазах водяной покров разделился надвое и открылся вход в пещеру.

Собрав жалкие остатки сил, он заставил своё тело оторваться от земли и направился к озеру. Вода была такой же ледяной, как и ночной воздух, но всё же, чем больше он смотрел на свет, чем ближе подплывал к нему, тем сильнее его захватывало странное тепло.

Тем больше, казалось, утихала боль.

Похоже, он и правда умирает.

В конце концов, он добрался до пещеры и кое-как выбрался из озера на твёрдую почву.

Вдалеке, там, где сиял свет, он увидел очертания какого-то существа. Жеребец направился к нему... к ней. Когда он приблизился, то смог разглядеть очертания рога, и какое бы заклинание она ни использовала, оно было достаточно ярким, чтобы художник смог прекрасно её рассмотреть.

Он упал на круп и подумал, что это очередные галлюцинации.

Перед ним сидела аликорн.

Кобыла, высокая, похожая на богиню и неподвижная точно статуя. Её закрытые глаза не выдавали никаких эмоций, никаких признаков жизни, а плотно прижатые крылья наполовину скрывали кьютимарку в виде солнца.

И её рог.

Жеребец с ужасом заметим, что по её рогу идёт трещина, но тем не менее он светился достаточно ярко, чтобы осветить текущие по её щекам слёзы.

Это прекрасное создание плакало.

Художник слегка попятился, и из-за спины раздался какой-то шуршащий звук. Повсюду были разбросаны десятки, сотни свитков в разной степени ветхости. Он поднял один и попытался разобрать порядком выцветшие слова, но это было трудно. Он был измучен, умирал, а буквы были выведены большими, полными отчаяния каракулями.

При ц са, это я, Сп йк,

г е вы??? ??

я н гу найти Тва йт, не гу н ти ессу Луну, Шай г Ар ор мер.

пожа ста помогите нам по луйста пож а при сса г е вы

по ста отве те

— Читать чужую переписку нынче обычное дело?

Поражённый, жеребец поднял взгляд на кобылу, что выглядела точно так же как раньше, за исключением того, что на её губах появилась улыбка.

— В-ваш рог, — произнёс художник единственное, что пришло в голову. — Он...

— Мне не больно, — ответила она невероятно лёгким, заботливым и нежным голосом. — А если и больно, то я уже привыкла.

Острая боль в очередной раз пронзила тело художника, и он застонал.

— Ты умираешь? — спросил он, как только справился с болью. Жеребец не мог точно сказать, спрашивал ли он аликорна или самого себя. Возможно, обоих.

— Умираю? Нет, я просто не могу умереть, — ответила она с шокирующей беспечностью. — В других обстоятельствах могла бы, но это потребовало бы значительных усилий и времени. Мы с сестрой — нестареющие аликорны.

На мгновение она замолчала и нахмурилась.

— Однако моя племянница и ученица — нет. Я даже иногда им завидовала из-за этого, — она улыбнулась. — Теперь же всё в прошлом. Теперь... время, жизнь, смерть, всё это несущественно для пони в моём положении.

— Ты можешь двигаться? — спросил художник, чувствуя, как тело начинает подводить. — Ты можешь исцелиться?

— Я больше никогда не сдвинусь, — ответила она. — Но если сдвинусь и перестану поддерживать заклинание, то да, я смогу исцелиться.

— Ты... ты должна, — произнёс жеребец, внезапно решив, что здоровье аликорна важнее всего на свете. Ей нужно выжить, для него уже всё кончено, но если у неё получится обмануть смерть, то, может, и его тоже оттащат от небытия. — Пожалуйста... тебе нужна помощь...

Жеребец рухнул, боль рвала его тело на части, а перед глазами стояло марево. Он изо всех сил старался сосредоточиться на аликорне.

— Ты добр, — ответила она, — но разве не тебе стоит надеяться на помощь?

Наконец она открыла глаза. Открыла глаза, и они были чернее ночи. Чёрные, печальные, с неиссякаемым потоком слёз. Художник на миг задумался, не стоит ли ему бояться, но понял, что боится за неё.

— Почему ты умираешь? — нежно спросила она.

— Ягоды сумеречника, — ответил он заплетающимся языком.

— Как давно?

— Время... не имеет значения... да? — жеребец начал проваливаться в беспамятство, но всё же нашёл в себе силы улыбнуться сквозь агонию. Он думал о семье. — Моя жена, дочь...

Она не ответила. На мгновение ему показалось что она ждёт, просто ждёт его смерти. Плачущий ангел, что разделит с ним последние секунды жизни. Дочь. Внуки.

— Один пони.

Жеребец открыл глаза, сбитый с толку, и увидел, что она смотрит в другую сторону. Художник понял, что она обращается не к нему, а, казалось, говорит сама с собой.

— Один единственный пони, — произнесла она. — Он просит твоей помощи, и ты привела его сюда. Один пони.

Она посмотрела на художника, и печаль в её глазах исчезла, сменившись холодом, жестокостью, но... но в то же время и добротой.

"Сейчас она убьёт меня", — подумал жеребец. Сил сопротивляться давно уже не осталось.

— Пожалуйста, не двигайся, — попросила она.

Аликорн сделала вдох, и когда её заклинание с треском прервалось, она чуть не упала, сдавленно вскрикнув от боли. Прежде чем художник хотя бы успел подумать предложить помощь, она собралась с силами, и её рог снова засветился.

Жеребца окутала золотистая магия.

— Молчи, — произнесла она, когда художник открыл рот. — У нас мало времени.

Он послушался, и магия наполнила его обжигающим жаром, словно само солнце пульсировало в венах. Но это жжение словно отгоняло другую боль, конечности начали двигаться, а зрение прояснилось. Художник понял, что каким-то образом она выжигала яд.

А затем что-то случилось.

Громкий, оглушительный треск раздался позади аликорна в темноте пещеры, и её глаза расширились в приступе ужаса.

И смех.

Глубокий, скрипучий, ужасающий.

Приветик, принцесса...

Художник увидел их.

Два кошмарных жёлтых глаза за спиной аликорна.

— Прости, мой маленький пони, — быстро и отчаянно произнесла она и прервала исцеляющее заклинание. И жеребец и аликорн тут же зашипели от боли, но она тут же применила другое заклинание. Она вновь застыла в неподвижности, её окружил барьер, а рог начал потрескивать и светиться.

Дорогая моя, уже слишком поздно...

Она стиснула зубы и не ответила.

И всё ради него? Все эти годы, ради одного пони? Ты и правда глупа.

Жеребец попытался заговорить, но его зрение вновь затуманилось.

— Я остановила действие яда, — нежно произнесла она, продолжая плакать. — Но не могу вылечить повреждения ног. Прости. Тебе пора.

Аликорн сглотнула.

— Ты... ты пробыл здесь слишком долго, — она тепло улыбнулась. — Спасибо тебе. Прошло очень много лет с тех пор, как я в последний раз видела пони.

И, прежде чем художник успел что-то сказать, прежде чем успел спросить хотя бы имя, рог аликорна засиял ярче солнца, и с последним мучительным стоном она наложила третье заклинание.

Когда жеребец открыл глаза, то обнаружил себя в совершенно другом месте. Дорога. Вдалеке виднелся город и снующие пони.

Усталость охватила его, он попытался вспомнить, где он был, что видел, но чем больше он пытался, тем сильнее размывались детали. Когда его нашли, он уже провалился в сон, воспоминания истончились, оставив лишь её образ.

Плачущая принцесса, что спасла ему жизнь.

Её образ, голос и эти жёлтые глаза преследовали жеребца до самой смерти.

## — Глава 3 — Точка кипения

[Изображение: https://i.imgur.com/egD9X0X.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/vwtOlJx.png]

— Тут какой-то жеребец спрашивал о тебе, — произнёс Норт Ридж, подняв взгляд на кобылу, сидящую рядом. — Он видел, как мы с тобой прошлой ночью разговаривали.

— Да? — спросила Рэрити, и понимающая улыбка появилась на её устах. — Снова кто-то принял тебя за моего отца? Закидывал удочку на пробу, клюну ли я на его наживку?

Норт от души рассмеялся.

— Так и было! О таком улове, Рэрити, можно только мечтать!

— Я уже на крючке, — ответила она. Затем выражение лица кобылы помрачнело. — Что ты ему сказал?

Жеребец тоже вмиг посерьёзнел.

— Я сказал ему то же самое, что и остальным. Что я путешественник, и что спрашивал у тебя дорогу.

— Спасибо, — ответила Рэрити с улыбкой. Затем на какое-то время замолчала и посмотрела вдаль. — Знаешь, я видела новые плакаты о розыске. Она не сдаётся.

— Ты, кажется, удивлена.

— Нет. Но теперь я ещё сильнее по ней скучаю.

* * *

Из окна Твайлайт Спаркл наблюдала, как ночь сменяется днём, свет луны смешивается с солнечным и рождает прекрасное зрелище.

Впервые более чем за тысячу лет аликорн наблюдала явление, в честь которого была названа. Она подняла кружку, которую держала в копытах, и сделала глоток чая —  вкус ягод и орехов согрел тело и душу.

Она чувствовала себя в безопасности.

Перестук копыт позади привлёк её внимание. Принцесса оторвала взгляд от окна и повернула голову к кухне, чтобы как раз заметить, как её заспанная вторая половинка заходит внутрь, прикрывая зевок копытом.

— Всё хорошо? — спросила Твайлайт, провожая единорожку взглядом.

— Если тебе правда интересно, — начала Рэрити, — учитывая, что сейчас половина седьмого утра, мне, вероятно, было бы куда лучше, если бы моя кофеварка была, ну скажем так, в рабочем состоянии.

Неистовый румянец тут же зацвёл на щеках принцессы, и она заставила себя не смотреть на детали устройства, разложенные по всему кухонному столу. Она как раз собиралась починить её! И вообще, это даже была не её вина! Одной белой единорожке следовало подумать получше, прежде чем просить её воспользоваться столь очаровательным устройством!

— Ах. Да.

Рэрити тяжело вздохнула, набрала воду в чайник и поставила его на плиту. Затем подошла к Твайлайт, села и прислонилась к ней. Почти инстинктивно крыло аликорна расправилось и обернулось вокруг единорожки, стремясь прижать ту ещё ближе.

— Честно говоря, не знаю, о чём только думала Рэйнбоу, когда потащила вас в поход в такую рань. Зачем так спешить увидеть принцессу Кейденс? — шептала Рэрити, закрыв глаза и прижимаясь к Твайлайт. — Будто она может куда-то деться.

— Рэрити!

— Ох, Твайлайт, не обижайся. Если тебе кажется, что это чересчур, то подожди и послушай, чего она сама говорит по этому поводу, — поддразнила единорожка, широко улыбаясь. — В отличие от тебя и принцессы Луны, принцесса Кейденс научилась с юмором относиться к своей ситуации.

Твайлайт игриво закатила глаза, но ничего не ответила. Лично она была рада, что они отправляются пораньше. Сердце в её груди не находило места от желания поскорее увидеться со своей золовкой, и чем скорее, тем лучше.

И всё же.

И всё же в глубине сердца таились страхи и сомнения. Правда ли она была готова встретиться с Кейденс лично? Готова ли встретиться со своей прежней жизнью? Родители... Шайнинг...

Свист чайника прервал поток мыслей аликорна, и она услышала, как единорожка вздохнула. Твайлайт оставалось только гадать, о чём думает её возлюбленная. Почему вздыхает? И почему...

— Рэрити? — спросила принцесса, когда единорожка наконец оторвалась от неё, чтобы пойти и снять с плиты чайник. — Ты правда с нами не пойдёшь?

Рэрити застыла у плиты на мгновение, после чего левитировала кружку и налила в неё кипятка.

И посмотрела на Твайлайт.

— Дорогуша, ты же знаешь что я... — она замолчала и опустила чайник на плиту. — Я... ты хочешь, чтобы я пошла с вами?

Конечно хочу, хотела ответить принцесса, но то, что сказала Рэрити накануне, всё ещё было правдой. Единорожка и так уже столько всего для неё сделала, пожертвовав своей жизнью и карьерой.

— Просто я волнуюсь, мы ведь не знаем, где Дискорд, не знаем, что он планирует делать дальше. Что если он придёт за тобой? — взгляд Твайлайт опустился к трём шрамам на кьютимарке подруги. — Что если он причинит тебе боль?

— Тогда мне просто придётся смириться с этим, — ответила единорожка. — Твайлайт, мы не можем позволить страху управлять нами.

Принцесса хотела возразить, но громкий стук и звук открывающейся входной двери прервали её.

— Рэрити? Принцесса Твай? Вы там проснулись?

— Эпплджек, мы на кухне, — крикнула единорожка, положив конец разговору.

Яблочная пони с набитыми седельными сумками вошла в помещение, и, к удивлению Твайлайт, следом вошла Флаттершай, неся с собой большую прикрытую корзину.

— Доброе утро, — поздоровалась пегаска, тепло улыбаясь обеим кобылам, но в основном принцессе.

— Так-так-так, Твайлайт! Почти все пришли попрощаться, — произнесла единорожка, помешивая чай. — Кроме некой мисс Пай, которая, полагаю, либо крепко спит, либо суетится на кухне.

— Принцесса Твайлайт, как спалось? — спросила Флаттершай, делая шаг вперёд. Её глаза на миг метнулись к Рэрити, на достаточное время, чтобы аликорн поняла намёк.

— Превосходно, — ответила она и даже не совсем соврала. Спала она мало... занятая в основном тем, что в её передних копытах мирно спала пони, но и того малого количества сна было вполне достаточно.

— А ты как, Рэр? — спросила Эпплджек, беря себе яблоко из вазы на столе.

Мгновение единорожка смотрела на Твайлайт.

— О, просто чудесно. Давно так хорошо не спала, — ответила она, и на её губах расцвела любящая улыбка. Щёки принцессы тут же запылали, но прежде чем кто-либо успел это как-то прокомментировать, Рэрити продолжила. — Так значит, ты решила присоединиться к Твайлайт в её маленькой экспедиции?

— Ну дык! — произнесла Эпплджек. — Поговорила с Бабулей да Биг Маком, они возьмут на себя мою работу, пока я буду в Кантерлоте.

— Вообще...

Все повернулись к принцессе.

— Эпплджек, пожалуйста, не могла бы ты поехать с Рэрити?

Фермерша моргнула.

— Зачем?

— Да, зачем? — спросила сбитая с толку единорожка. — Я не...

Она замолчала, нахмурилась, и Твайлайт поняла, что возлюбленная обо всём догадалась.

— Твайлайт...

— Если я не могу пойти с тобой...

— Твайлайт! — воскликнула единорожка. — Эпплджек не будет моим телохранителем! И, ради звёзд на небе, он мне и не нужен!

— Но, Рэри...

— Обождите минутку, — перебила фермерша, переводя взгляд с одной кобылы на другую. — О чём это вы? С чего те кажется, что Рэрити нужен телохранитель?

Эпплджек сделала паузу и осторожно добавила:

— Ты думаешь, что за ней Дух явится, или что-то вроде того?

Прежде чем Твайлайт успела ответить, заговорила Рэрити.

— Эпплджек, Дискорд не объявлялся в течение двух лет! Уж за кем он мог бы пойти, так это за Твайлайт! Вот почему я и попросила тебя пойти с ней.

Несмотря на то, как сильно принцессу тронули слова единорожки, Твайлайт была намерена добиться своего. Она бросила на фермершу пронзительный взгляд, что-то среднее между "Я ляганая принцесса, и моё слово весит больше, чем её" и "Пожалуйста-препожалуйста".

Но в ответ заговорила не Эпплджек.

— Я пойду с Твайлайт.

Все три кобылы повернулись к Флаттершай.

— Пойдёшь? — обрадованно спросила принцесса. Ей очень нравилась компания пегаски. — Отлично!

Твайлайт повернулась к Рэрити.

— Ну, вот видишь! Флаттершай в случае чего защитит меня от Дискорда, так, Флаттершай?

Пегаска на мгновение поколебалась, а затем кивнула.

— Мхм! Буду стараться изо всех сил.

Швея и фермерша уставились на неё.

Эпплджек прочистила горло.

— Ну, видишь ли, принцесса, я не хочу сказать, что Флаттершай не... — она ненадолго замолкла. — Хм.

— Флаттершай, дорогуша, ты знаешь, что я люблю тебя больше света Солнца, — произнесла Рэрити, явно подбирая каждое слово, — но ты... ну... позволь говорить откровенно, когда я скажу, что "ты — это ты", я не имею ввиду ничего плохого, скорее, даже наобо...

Пегаска хихикнула.

— Я знаю, — произнесла она. — Но всё будет хорошо. С нами же ещё идут Спайк и Рэйнбоу Дэш.

— И Рэрити, я и сама не беспомощна! — топнула копытом Твайлайт. — Я одолею Дискорда! Что самое плохое он может со мной сделать?

В комнате опустилась тишина.

— Твайлайт, — заговорила единорожка. — Я не могу поверить, что ты действительно задала этот вопрос.

Щеки принцессы вспыхнули.

— Н-ну! Я имею в виду что худшее уже позади, и если это повторится, то я уже знаю, что делать.

Рэрити уставилась на неё.

— Дорогуша, ради моего собственного душевного спокойствия, давай притворимся, что ты ничего не говорила, — единорожка вздохнула. — Тебе действительно полегчает, если Эпплджек пойдёт со мной?

Твайлайт кивнула.

— Да. Сильно.

— Ну тогда ладно, — уступила с видимой неуверенностью единорожка. — Я не могу тебе отказать.

— Это ненадолго, — произнесла Флаттершай. — Рэйнбоу сказала мне, что это будет трёхдневное путешествие.

— К тому же, у нас есть ожерелья, — добавила принцесса, приложив копыто к своему. — Мы сможем связаться, как только одной из нас это...

Она замолчала, осознав, что у Рэрити на шее пусто.

— Где твоё ожерелье?

— Ожерелье? Ой! Я э-э... забыла надеть его, — ответила единорожка, прижимая копыто к груди.

— Немудрено, — произнесла Эпплджек. — Ты ж его не носила, наверное, весь последний год. Думается, что Пинки уже и того больше к нему пообвыкла.

— Пинки? — спросила Твайлайт, совершенно сбитая с толку, ещё сильнее вжимая своё ожерелье копытом. — С чего бы Пинки к нему привыкать?

В комнате повисло молчание, которое мало развеивало замешательство принцессы.

Но прежде чем она успела спросить или предположить, Рэрити отреагировала. Её рог засиял, и ожерелье телепортировалось ей на шею.

— Забудем! Теперь оно здесь, — быстро проговорила она. — Итак, полагаю, со всем разобрались?

Эпплджек посмотрела на Твайлайт и Флаттершай.

— Пора вам обеим тогда поспешить. Если опоздаете, Рэйнбоу не обрадуется, — произнесла она, присаживаясь за стол. — Итак, Рэрити, что у нас на завтрак?

— Прошу прощения? Я что, похожа на владелицу забегаловки?!

— Да будет тебе, шучу я, — с улыбкой произнесла фермерша, поднялась из-за стола и потрусила в прихожую. — Пойдёмте! Отведу вас в настоящую "забегаловку", и даже тебя, Мисс Жеманность.

Пегаска пошла следом, а за ней и Твайлайт с Рэрити. Однако вместо того, чтобы выйти на улицу, принцесса с единорожкой задержались в прихожей.

— Я тут кое-что для тебя приготовила, — произнесла Рэрити, левитируя плотно упакованные седельные сумки со стула. Она подождала, пока Твайлайт облачится в плащ, после чего разместила их на спине аликорна. — Тут пара полезностей в дорогу.

— Пара полезностей?

— Ой, ну ты знаешь, — ответила единорожка, неопределённо помахав в воздухе копытом. — Лёгкий перекус, пара драгоценностей для Спайка, одеяло, если вдруг замёрзнешь, и-и-и-и-и-и-и-и... — она взмахнула ресницами. — Блокнот и упаковка шариковых ручек.

Принцесса ахнула.

— Ты имеешь в виду перья с бесконечными чернилами?! Ты знаешь, я опробовала их, на обмакивании экономится около минуты на лист.

Рэрити рассмеялась.

— Твайлайт, для начала, чернила у них не бесконечные, глупая кобылка. Но они гораздо надёжнее в дороге, чем перья с чернильницей. Мы же не хотим, чтобы чернильница по пути разбилась и залила всё сумку?

— Думаю, нет, но... ну, у меня с ними не получается так аккуратно писать. Жаль, я не могу совместить практичность шариковой ручки с наконечником обычного пера...

Единорожка на мгновение задумалась, после чего подняла копыто и поправила плащ принцессы.

— А знаешь... — задумчиво произнесла Рэрити. — Вот только потому что я тебя обожаю, я подумаю, как бы изобрести такой предмет специально для тебя.

Твайлайт удивлённо моргнула.

— А ты сможешь?

Единорожка широко улыбнулась.

— Не только смогу! Сделаю! Я изобрету предмет, работающий как шариковая ручка, но с кончиком пера. А знаешь, я даже уже придумала для него название. Я назвала его... хм-м... перьевая ручка!

— О! Мне нравится! — воскликнула принцесса, топая копытцами по полу. — Поверить не могу, что никто ещё до такого не додумался...

— Увы! Не все пони так же умны, как я! — произнесла Рэрити, аккуратно ткнув Твайлайт в нос. Затем опустила взгляд и вытащила ожерелье принцессы из-под застёжки плаща, выставив его на всеобщее обозрение.

— Рэрити?

Единорожка подняла взгляд.

— Хм?

Твайлайт сглотнула. Как же трудно было общаться. Трудно задавать вопросы, на которые совсем не хочется получить ответы. Но не спросить нельзя, и когда она спросила, то смотрела прямо Рэрити в глаза.

— Почему Пинки носила твоё ожерелье?

Единорожка не застыла, скорее, сделала небольшую паузу, чтобы обдумать ответ. Она посмотрела вниз, потеребила копытом ожерелье принцессы и подняла голову.

— Это... ну что ж... — она замолкла, улыбнулась и подняла копыто к щеке Твайлайт. — Как говорится, вода, на которую смотрят, никогда не закипит.

Принцесса выждала пару мгновений, прокручивая эту мысль так и эдак, а затем уставилась на единорожку пустым взглядом.

— Вообще закипит, — произнесла Твайлайт, донельзя раздосадованная столь смехотворно абсурдным заявлением.

Рэрити нахмурилась.

— Чт... нет, Твайлайт, милая, это просто...

— Вода закипит независимо от того, смотришь ты на неё или нет, — перебила принцесса. — Если же ты ссылаешься на "эффект наблюдателя" из книги по физике, которую ты мне дала, то это работает только с примерами, когда наблюдение и-или измерение чего-либо требует каких-либо действий, что непременно изменит состояние наблюдаемого объекта.

Последовала долгая пауза.

И единорожка рассмеялась.

— Что? — нервничая, спросила Твайлайт. Физика что, успела измениться за два года её отсутствия? — Почему ты смеёшься?

Вместо ответа Рэрити едва слышно вздохнула и приподняла подбородок принцессы.

— О небеса, как же я по тебе скучала, — произнесла единорожка и игриво приподняла бровь. — И очевидно, что кое-кто в последнее время совсем не уделял времени книге с идиомами.

Принцесса закатила глаза.

— Я поработаю над этим.

— Уж постарайся! — воскликнула Рэрити, отступая. — И как только ты узнаешь, что это значит, так сразу и поймёшь, почему Пинки носила ожерелье вместо меня.

— Но ты можешь сказать мне прямо сейчас, — ответила Твайлайт, вытянув к возлюбленной шею. — М-м-м?

Единорожка лишь лучезарно улыбнулась.

— Хм-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м...

— Хм-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м...

— Как думаете, вам Рэйнбоу хмыкалки не пооткусывает, если мы опоздаем ещё больше? — раздался голос Эпплджек, ненадолго заглянувшей с улицы.

— Звёзды мои, всем бы только осуждать, — прошептала Рэрити, закатив глаза. Быстро сократив дистанцию с возлюбленной и встретившись с ней губами для краткого, но оттого не менее прекрасного поцелуя, отстранилась и откинула чёлку принцессы. — Ну что ж, дорогая, скажешь мне пару слов на прощание, пока мы наедине?

Твайлайт облизнула губы.

— А ты... ты пока ещё не знаешь, что не так?

— Я ещё думаю, — мягко ответила единорожка. — Есть пара мыслей, но... пока мы будем в разлуке, я хорошенько об этом подумаю, ладно?

Принцесса опустила ушки.

— Обещаешь?

— Обещаю, и я, как ты знаешь, всегда держу свои обещания, — произнесла Рэрити, придвигаясь, чтобы прижаться носом к Твайлайт. Когда принцесса обняла возлюбленную крыльями, единорожка вздохнула, после чего крайне мило заныла. — Ты ещё не ушла, а я уже по тебе скучаю...

— Ну, если ты пойдёшь со мной...

— Скучаю, но пока не настолько сильно, чтобы передумать, — ответила единорожка.

Твайлайт нахмурилась так сильно, что её брови сомкнулись.

— Ну ладно.

Рэрити рассмеялась.

— Да ладно тебе, вместо того, чтобы дуться, послушай. У меня как раз есть идеальная идиома на наш случай!

— От разлуки любовь крепнет? — предположила принцесса, и улыбка сама собой появилась на её губах, когда единорожка довольно ухмыльнулась.

— Твайлайт! Ты запомнила! — после чего вновь заныла, и её лицо сморщилось в гримасе раздражения. — Отлично. Теперь я скучаю по тебе ещё сильнее...

* * *

Путь к Кантерлотскому замку был сложен, если принимать во внимание присутствие пятнадцатиметрового дракона. Ещё не придумали колесницу, которая могла бы выдержать такой вес, и, как Рэйнбоу заверила Твайлайт, эти "по-ез-да", которыми регулярно пользовались пони, были неприменимы для перевозки гигантских драконов.

Группа, или как их окрестила радужная пегаска "Сборная солянка принцессы Твайлайт", пересекала озеро Медоу, которое отделяло провинцию Понивилль от горы Кантерхорн. Рэйнбоу Дэш летела над ними, в то время как Твайлайт, Флаттершай и пять сов сидели на спине Спайка.

Ну, не совсем. Совята и Темис сидели на Флаттершай, в то время как Элара, как и обычно, самая верная питомица, с крайне довольным видом сидела на голове аликорна.

— А что это за место такое — Стоун Рест? — спросила Твайлайт, рассматривая карту королевства. Столь много изменилось за тысячу лет, она всё ещё чувствовала, словно путешествует по другой стране, а не по Эквестрии.

— Город-призрак у подножья горы Кантерхорн, — ответил Спайк, едва поглядывая себе под ноги, преодолевая реку. — Нашёл его какое-то время назад.

— Город-призрак? — спросила принцесса. Неужели... неужели Дискорд...

— Это значит, что он заброшен, — прояснила Флаттершай.

Волна безмерного облегчения затопила Твайлайт.

— А...

— Бывший шахтёрский посёлок, — продолжил дракон. — По крайней мере был им, когда я нашёл его.

— И ты говоришь, Рэрити хотела, чтобы я его посетила?

Принцессе и правда в голову не шла ни единая мысль, отчего у единорожки проснулся интерес к горному делу. Может, она добывает драгоценности для своих платьев? В таком случае Твайлайт озаботится тем, чтобы принести ей как можно больше.

— Не только Рэрити! — произнесла Рэйнбоу, сверху вниз смотря на принцессу. — Мы тут все ждём не дождёмся этого!

— Но зачем? — спросила принцесса. — Это как-то связано с принцессами? С Дискордом?

— Да, — ответила Флаттершай и продолжила, прежде чем Твайлайт успела уточнить, — но нам кажется, что будет лучше, если ты всё увидишь своими глазами, чем мы просто тебе перескажем.

— Но зачем? — повторила вопрос принцесса.

— Чтобы я был уверен, что это то, о чём я думаю, — ответил Спайк. — Я нашёл там кое-что уже очень давно, и до этой поры единственные пони, которые могли подтвердить или опровергнуть мои подозрения, застряли по библиотекам, замкам, и только сами звёзды знают где ещё.

— Да! Так что просто постарайся перестать об этом думать, — произнесла Рэйнбоу.

К сожалению, Твайлайт была известна не тем, что её легко сбить с мысли.

— Это как-то связанно с Дискордом? С Селестией, может? Это про Луну? — перечисляла варианты неугомонная принцесса. — Точно, про Луну, да?

— Твайлайт, мы тебе не скажем! — воскликнула радужная пегаска. — Хорош гадать! Ну или гадай о чём-нибудь другом!

— Уф-ф-ф-ф. Ну хорошо, — произнесла, а точнее, пробурчала принцесса, но не сдержала лёгкой улыбки, когда Спайк рассмеялся. Она облизнулась, обдумывая новую тему разговора, и остановилась на своей любимой.

— А я говорила, что Рэрити собирается изобрести для меня специальную штуку? — спросила Твайлайт, убирая карту в сумку. — Она хочет сделать перо, совмещающее функциональность современных ручек, но с наконечником как у перьев.

Рэйнбоу Дэш приземлилась перед принцессой.

— Рэрити сказала тебе, что изобретёт такую штуку?

Твайлайт кивнула, её сердце наполнилось гордостью.

— Она назовёт её "перьевая ручка".

Пегаска фыркнула, скрестив передние копыта.

— Правда? Нифига себе! А ещё чего-нибудь она не пообещала тебе "изобрести"?

— Пока нет, но уверена, что она ещё что-нибудь придумает! — ответила Твайлайт, стараясь говорить повеселее. Принцессу крайне обрадовало, как сильно Рэйнбоу впечатлилась гением Рэрити, поэтому необходимо сохранить впечатление о единорожке.

Дурацкие клиенты со своими платьями в Кантерлоте.

— А ещё она дала мне "блокнот", так что мне больше не придётся вытравливать свитки, — продолжила Твайлайт, открывая седельную сумку и доставая предмет, о котором шла речь. Она пролистала пустые страницы и улыбнулась, когда Элара опустилась ей на переднее копыто, чтобы осмотреть блокнот.

— Хотя свитки, конечно, красивее, — заметила Флаттершай, вместе с совами заглядывая аликорну через плечо.

Твайлайт фыркнула. По правде говоря, многие вещи в современной Эквестрии были более практичными, но не такими эстетически привлекательными, как их архаичные версии. Единственное, что было куда привлекательней, чем всё, что могли предложить прошлые века — это Рэрити. Аликорн ходила на свидания, когда-то, давным-давно, но её ещё никогда и никто так сильно не увлекал, как Рэрити.

“Уф. Скучаю по ней”.

Принцесса внезапно почувствовала, как ожерелье трётся о её грудь, и ей пришлось побороть желание связаться с единорожкой. Не то чтобы она не могла, или это было как-то неприемлемо, но... что-то казалось неправильным. Твайлайт подняла копыто и прижала к кулону, но как только она это сделала, в голову пришла ещё одна мысль.

Рэрити, наверное, и близко не беспокоится о Твайлайт так, как Твайлайт беспокоилась о ней.

Или нет?

Вода, на которую смотрят, никогда не закипит.

Да с чего бы ей не закипеть-то?! Уф!

— Принцесса?

Твайлайт моргнула, осознав по выражению лица Флаттершай, что потерялась в пучине собственных мыслей.

— Ой! Э-эм, извиняюсь, — произнесла она, быстро убрав копыто с ожерелья.

— Ты думаешь о принцессе Кейденс? — осторожно спросила жёлтая пегаска, и судя по пристальному взгляду Рэйнбоу, принцесса поняла, что тот же вопрос был у всех на уме.

— Я...

Ну, до того, как спросили, не думала, теперь же задумалась.

— Эй, принцесса, расслабься, — произнесла радужная пегаска, похлопав копытом по плечу Твайлайт. — Принцесса Кейденс там уже, наверное, вся извелась в ожидании встречи.

— Извелась?

Флаттершай хихикнула.

— Это значит, что она взволнована.

— А... — Твайлайт посмотрела вниз, на блокнот, а затем на макушку дракона. — Спайк, а когда ты в последний раз с ней виделся?

Последовало долгое молчание.

— Спайк? — повторила вопрос принцесса, нахмурив брови и ужесточив тон. Тысячью лет больше, но дракон всё ещё оставался её подопечным. — Спайк, когда ты в последний раз с ней виделся?

Снова долгое молчание, но затем дракон ответил.

— Давай не будем об этом.

— Спайк! — воскликнула Твайлайт, откладывая блокнот и подлетая к гиганту, при этом чуть не уронив Элару со спины. — Ты так с ней и не поговорил?! Ты же обещал!

Дракон застонал, многозначительно глядя вниз, на реку, текущую у его ног.

— Разве? Прости, если и обещал, то это было два года назад, а у меня плохая память, — пренебрежительно произнёс он. Вот только когда гигант поднял взгляд, горящие недовольством глаза принцессы заставили его продолжать защищаться. — Ну что?! Твайлайт, это не так просто! В последний раз я видел её, ну, лет семьсот назад? Я был подростком и... слушай... я...

— Что ты? — спросила Твайлайт, наконец-то решив выудить у дракона ответы, которые не могла получить изнутри библиотеки.

На щеках гиганта проступили красные пятна.

— Я не очень... я разозлился и наговорил всякого, — кратко ответил он.

Принцесса опустила ушки.

— Спайк...

— И я этим не горжусь, ясно? — произнёс он, оправдываясь. — По крайней мере, сейчас я иду... не то чтобы я всё равно смог её увидеть, в замок я не пролезу.

— Да и не то чтобы принцесса Кейденс особо-то и искала с ним встречи! — добавила пегаска.

— Она и не могла, — мягко, но строго произнесла Флаттершай.

— Буквально не могла, — добавила Твайлайт, всё ещё летя перед драконом. — И только потому, что она не сделала первый шаг, это не значит, что ты тоже не должен был его сделать.

— Я прямо сейчас его делаю! — запротестовал дракон, начав впечатывать ноги в землю. — Твайлайт, тебя там не было! Ты даже не можешь себе представить, насколько всё было плохо! Это проклятие, Шайнинг умер, чейнджлинги опять же ситуацию не улучшили, затем это письмо от Селестии, и...

Подготовленная лекция принцессы о важности извинений вылетела из головы.

Что?

— Стоп-стоп-стоп! — воскликнула Твайлайт, и Спайк правда остановился. — Принцесса Селестия написала письмо? Когда?! И почему мне никто об этом не сказал?!

— Потому что, Твайлайт, это случилось столетия назад, — ответил дракон. Выражение его лица потемнело, и он продолжил форсировать реку. — Я посылал ей письма каждую неделю, каждый месяц, каждый день, и не получал ответа годами, пока не написал ей, что Шайнинг... и я попросил её помощи, совета, ну и да, она ответила, и...

— И? — настояла аликорн.

— И её ответ был совсем не тем, что мы хотели услышать.

Твайлайт зависла в воздухе, после чего продолжила полёт рядом с гигантом, внутри зародилось чувство страха.

— О чём ты? Что она написала?

Вместо дракона ответила Рэйнбоу.

— То, что для нас нет никакой надежды. Так, Спайк?

Сердце принцессы сжалось в груди.

— Она... она так сказала?

— Никакой надежды для нас. Столетиями я отправлял ей письма, а она прислала в ответ всего четыре слова, — ответил дракон со страшной печалью в голосе. Он рассмеялся. — Можешь себе представить, какой был денёк для меня и Кейденс. Очень плохой.

— Но... но это бессмыслица какая-то! — возмутилась Твайлайт. — Как это вообще понимать?! Что она понимала под "нас"? Почему у этих нас никакой надежды?!

— Вот примерно так мы и отреагировали, — ответил Спайк, слегка улыбнувшись. — Я вообще ничего не понял, а потом нашёл Плачущую кобылу в Стоун Рест.

— Может, ты уже наконец расскажешь мне, что там такое?! — потребовала Твайлайт, слетев вниз и приземлившись на голову Спайка. Сердце принцессы в груди бешено колотилось, и она всё меньше и меньше радовалась этому путешествию в Стоун Рест.

— Это что-то оставшееся от пони по имени Индиго Глен, — произнёс дракон. — Никто не знает, когда оно было сделано, а имя создателя нам известно только потому, что он подписался.

— Подписался на чём?

— Увидишь, — ответил гигант. — Увидишь.

Твайлайт вздохнула, прекрасно уловив намёк, что разговор окончен.

— Ладно, — пробормотала она, спрыгивая с головы дракона ему на спину и приземляясь рядом с Флаттершай.

И снова, во второй раз, её копыто само собой опустилось на ожерелье, и она пожалела, что рядом нет Рэрити.

— Не сомневайся, она скучает по тебе так же сильно, — произнесла жёлтая пегаска, задержавшись взглядом на копытце принцессы.

Твайлайт улыбнулась. Ей хотелось согласиться, сказать, что, конечно, Рэрити скучает по ней, но... но если бы не эти два года, в этот момент она вероятно была бы тут, с ней, и... и...

— Мне её не хватает, — вместо этого произнесла она, отгоняя тёмные мысли прочь. Отсутствие единорожки оставляло пустоту в сердце принцессы. Внезапно в её голове пронеслась мысль, что если Рэрити не будет скучать по ней, и тем самым сможет избежать подобного, то уж лучше пусть и не скучает.

— Так, о чём я там говорила... — произнесла Рэйнбоу, отвлекая мысли аликорна от возлюбленной, за что Твайлайт была очень благодарна.

Похоже, Рэрити была не единственной, кому нужно было о многом подумать.

* * *

Издалека Стоун Рест, как ни странно, был именно таким, каким принцесса его себе представляла.

Ну ладно, не совсем. Он физически не мог быть точно таким же, как она его представляла, но схематично всё совпадало, и этого было достаточно.

К сожалению Твайлайт, никто из её самопровозглашённой группы искателей приключений не потрудился провести хотя бы минимальные исследования или ознакомиться с историей Эквестрии, поэтому о городе не было никакой информации, кроме того, что "он был шахтёрским, повсюду была куча здоровенных плоских камней, и он был старым".

Ей не хотелось говорить это вслух, но она всё равно сказала.

— Рэрити провела бы для меня исследование, — удручённо пробормотала принцесса, спрыгивая со спины Спайка и глядя на маленький далёкий городок у подножия горы Кантерхорн.

Флаттершай тихо рассмеялась.

— Принцесса, в случае чего, мы можем оплатить экскурсовода.

— Ну можем, наверное,...

Твайлайт скучала по Рэрити.

Компания путешествовала уже два дня, и, хотя друзья прекрасно отвлекали её мысли при свете солнца, ночи давались гораздо труднее. Все ложились спать, а принцесса не могла уснуть и смотрела на звёзды, чтобы не пялиться на своё ожерелье в ожидании и надежде на внезапную вспышку.

— Туда я пойти не смогу, — произнёс гигант, по очевидным причинам, которые тем не менее ранили Твайлайт. Спайк — прекрасный дракон, ну правда, кто откажется от беседы с таким мудрым созданием? — Но Флаттершай, думаю, сможет тебя проводить.

— Мы здесь заночуем? — спросила жёлтая пегаска. — Уже стемнело.

— Не-е, — ответила Рэйнбоу, усаживаясь на голову дракона. — Мы остановимся в следующем городе. Ну, вы вдвоём по крайней мере. Мы со Спайком кинем кости снаружи, но для вас там найдётся какой-то шикарный мотель, в котором вы сможете отрубиться.

Радужная пегаска на мгновение задумалась и добавила:

— Эм-м... а вы точно не хотите, чтобы я пошла с вами?

Флаттершай покачала головой.

— Мне кажется, будет лучше, если мы пойдём с принцессой вдвоём, — тихо ответила пегаска, улыбнувшись озабоченной Твайлайт.

— Но, Шай...

— Всё хорошо, Рэйнбоу, — произнёс Спайк. — Флаттершай знает, что говорит. Она справится с... ну... ну-ты-знаешь с чем... да.

— С чем? С каким таким она-знает-каким? — спросила Твайлайт, обнаружив, что атмосфера таинственности в кругу друзей ей совсем не нравится. — Справится с чем?

— Принцесса, то что ты там увидишь... — жёлтая пегаска замолкла, слегка нахмурившись.

— Это может шокировать, — закончил за неё дракон.

Шокировать?

Сердце Твайлайт в очередной раз сжалось в груди. Неприятное ощущение, и она почти начала скучать по своему прежнему неземному состоянию бытия. Она подняла копыто и прижала к своей груди, небольшое действие, которое всё-таки принесло некое утешение.

Принцесса нахмурилась.

— Ну, может, мне лучше туда и не ходить?

— Что?! Да не, там круто! — быстро затараторила Рэйнбоу. — Увидишь! Там всё такое супер-старое и стрёмное!

— Твайлайт, иди, — подбодрил дракон, и как только она это сделала, пять сов перелетели на спину своей хозяйки. — Мы будем ждать тебя здесь.

* * *

Стоун Рест был маленьким серым городком.

Скромные домики, разбросанные вокруг, выглядели старыми и обветшалыми, и, казалось, что никого это не беспокоит. Неужели всем всё равно? Жить в таких старых зданиях неразумно, более того, небезопасно. Над дверями висели выцветшие вывески, обозначающие магазины, сувенирные лавочки, так называемые "салуны", банки и одну единственную школу; между ними бродило множество странных пони-посетителей.

Некоторые из них позировали для фотографий, в костюмах, отдалённо напоминающих современные шахтёрские. Другие заходили в магазины, выходя с маленькими сумочками, наполненными всякой всячиной.

Для города-призрака место было на диво оживлённым. Разве он не должен быть заброшен? Уф-ф. Так много непонятных вещей в этом будущем. Заброшенные города, полные пони, вода, которая не кипит... такое ощущение, что всё вокруг только и создано для того, чтобы сбивать с толку!

И это, по правде говоря, раздражало.

Она так много не понимала в этом новом мире, даже если очень старалась. Возможно, это было случайно навязанное друзьями ощущение, но чем больше Твайлайт об этом думала, тем больше понимала, что совершенно потерялась без Рэрити, что могла бы её направить.

— Принцесса?

Твайлайт резко вынырнула из глубин размышлений, только сейчас вспомнив, что не одна. Флаттершай оглядела её, несомненно пытаясь разгадать, о чём принцесса думала, и последнюю крайне смутил этот факт.

Поэтому Твайлайт поспешно выдавила из себя улыбку.

— Здесь много пони, — заявила она.

— Это туристы, — ответила пегаска.

— Они на турах путешествуют? Ну, это быки такие.

— Не совсем, — явно забавляясь, ответила Флаттершай. — Скорее, просто на своих четырёх.

Они продолжили путь, лавируя между пони, которые столбами стояли посреди улицы, пока наконец принцесса не разглядела большой указатель, направляющий к главной достопримечательности города: Плачущей кобыле.

Чем дальше подруги шли к ней, тем плотнее толпились пони вокруг, что побудило Твайлайт прижаться к Флаттершай поближе и понадеяться, что её крылья должным образом скрыты под плащом. Помогло не особо, так как кобыла с пятью совами на спине, которые весело ухают на любого, кто подошёл близко, достаточно сильно привлекает внимание сама по себе.

В конце концов тропинка вывела их за пределы города к подножию горы, где толпа пони собралась вокруг большой гранитной плиты, прислонённой к скале, а все взгляды прикованы к самой Плачущей кобыле.

Принцесса внезапно поняла, почему Спайк был так осторожен.

На гранитной плите перед ней возвышалась картина, изображавшая до ужаса знакомого белого аликорна.

Моя верная ученица.

Принцесса Селестия, а точнее, её изображение, сидела в одиночестве, окружённая тьмой, такой же чёрной, как её глаза и текущие из них слёзы.

— Посмотрите на рог! — воскликнул какой-то пони из толпы. — Он как будто вот-вот рассыплется!

У Твайлайт свело живот, когда она обратила внимание на рог наставницы. Он мягко светился, но был весь в трещинах. А над ней... над ней в темноте светилась пара знакомых угрожающих жёлтых глаз.

Принцесса слышала, как Флаттершай зовёт её, но ничего не могла сделать. Голос подруги, казалось, звучит откуда-то издалека, а мир вокруг точно застыл.

— Говорят, что это одна из принцесс, — раздался голос жеребца, обращающегося к своему спутнику. — Ну, той, которую в Ночь поисков ищут.

— Мамуля, что с ней произошло? — прошептал какой-то жеребёнок.

Принцесса, мне... мне страшно. Пожалуйста... прошу, не уходите.

Твайлайт, мы не можем позволить страху управлять нами.

Н-но, принцесса... если что-то случится с вами.... или с принцессой Лу...

Тогда ты продолжишь вместо нас, Твайлайт. Пока жива надежда, Дискорду не победить.

— Ну, думаю, можно смело сказать, что прожила она недолго, да? — произнёс другой жеребец, и колени Твайлайт подогнулись. Принцесса погибла? — Держу пари, что это Мрачный Жнец ждёт её кончины.

Никакой надежды для нас. Так говорилось в письме?

Кошмары, все разом, обрушились на Твайлайт, безжалостные, всесокрушающие. Она закрыла глаза, чувствуя одышку, тщетно пытаясь заставить голоса в голове умолкнуть. Они шептали, шипели, кричали, что все пони, которых она любила, все, без исключений, уже...

— Принцесса, что вы можете сказать о картине?

Твайлайт открыла глаза и, когда повернулась к пегаске, обнаружила, что та смотрит на скалу. На мгновение принцесса подумала, не почудился ли ей вопрос, но Флаттершай его тут же повторила.

— Ч-что? — заплетающимся языком переспросила Твайлайт, возвращаясь к реальности.

Её глаза метались между незнакомцами, которые не обращали на неё внимания. Все они, ошеломлённые, восхищённые этим фантастическим изображением, улыбались и одобрительно кивали. Это было невыносимо. Более того, если задуматься, это было просто сокрушающе невыносимо.

Они не знали.

Она... для Твайлайт, для всей вселенной, со всей болью мира, со всеми испытаниями и мучениями... то, что было для неё всей жизнью, для всех вокруг было не более чем сказкой. Развлечением, над которым можно посмеяться, обсудить и купить пару сувениров на память.

— Принцесса Твайлайт, сосредоточься на мне, — раздался мягкий, но в то же время уверенный голос Флаттершай, голос рассёкший дымку, окутавшую мысли аликорна. Когда Твайлайт, дрожа, подняла на пегаску взгляд, Флаттершай подняла копыто и приложила его к копыту принцессы.

— Я не очень-то разбираюсь в магии единорогов, — продолжала пегаска, непринуждённо, словно они обсуждали погоду. Но было в её тоне что-то особенное. — Как может рог треснуть? Ты не могла бы мне объяснить, пожалуйста?

Твайлайт так и сделала.

— Э-это зависит от об-обстоятельств, но единорог или в н-нашем случае алико... — её фраза была прервано из-за её собственной неспособности нормально мыслить. Слишком тяжело. Тяжело думать, дышать, и Твайлайт на один краткий и мрачный миг захотелось вернуться в свою библиотеку.

Инстинктивно она вжала копыто в ожерелье.

— Всё хорошо. Я с тобой, — продолжила Флаттершай, подойдя поближе и садясь рядом. Её взгляд упал на копыто принцессы. После мгновения колебания пегаска спросила: — Ты хочешь вызвать Рэрити?

“Да”.

Да, хотела, отчаянно хотела, чтобы единорожка взяла всё на себя, помогла и утешила, но... но Рэрити решила отойти в сторону. И пойти против её воли сейчас казалось недопустимым.

Всё тело аликорна дрожало, она покачала головой.

— Н-нет, — произнесла она, пытаясь набраться решимости. Ожерелья, однако, не выпустила, черпая силу в его розовом сиянии. — Я в порядке.

Флаттершай доверчиво улыбнулась, взмахнула копытом, и три совёнка приземлились перед Твайлайт, уставившись на неё любопытными глазами.

— Пожалуйста, мы бы хотели послушать, если ты не против.

Принцесса кивнула.

— Х-хорошо.

Пегаска снова посмотрела на картину.

— Может, рог принцессы Солнышко был повреждён в битве?

— Н-нет. Повреждения рога принцессы Солнышко не похожи на механические, — выдавила Твайлайт, другое имя позволило ей дистанцироваться достаточно, чтобы должным образом проанализировать ситуацию. Помогло и то, что Джинни, Амальтея и Метис безотрывно на неё смотрели. Было крайне необходимо донести до них важность правильного ухода за собственным рогом. — Обратите внимание на узор на роге, трещины чёткие, диагональные. Они повторяют бороздки на нём.

Флаттершай серьёзно кивнула.

— Мх-хм. И что это значит?

— Н-ну, магия единорогов протекает по канавкам, но из-за сильной люминесценции стороннему наблюдателю покажется, что светится весь рог, — объяснила принцесса, и чем сильнее она углублялась в пояснения, тем легче становилось. Она даже смогла ещё раз мельком взглянуть на картину. — На изображении магия используется, а это значит, что рог принцессы Солнышко треснул от слишком долгого поддержания заклинания, что чревато постоянным истиранием рога и повреждением костной структуры, что также воспрепятствует естественному магическому самоисцелению.

Тихий голосок задал вопрос.

— Но зачем ей так долго поддерживать заклинание?

Твайлайт огляделась и обнаружила жеребёнка, который смотрел на неё снизу вверх с весьма обеспокоенным видом.

— Я... я не знаю, — призналась принцесса.

Она снова посмотрела на картину, заглянула в чёрные глаза, выискивая ответ. Зачем принцессе Селестии так долго подвергать себя риску? Зачем ей жертвовать целостностью своего рога?

Маленькое копытце потянуло Твайлайт за ногу, за чем последовал резкий вдох кобылы.

— Ханикрисп! — воспитательным тоном прошептала мать, пытаясь оттащить жеребчика, который настойчиво привлекал внимание принцессы.

— Мисс, а почему у неё глаза чёрные? — спросил он, старательно игнорируя мать и её произносимые скороговоркой извинения. — Она что, плохая?

— Нет, конечно нет!

Слова быстро слетели с губ, тут и обсуждать нечего. Подумать только! Принцесса Селестия, образец милосердия и доброты, самый могущественный аликорн в королевстве, но...

Но...

Что, если это и было его целью?

Угольно-чёрный взгляд принцессы пронзил Твайлайт, притягивал к себе и вытаскивал воспоминания, которые сама она пыталась задушить и похоронить. В одержимости сама Твайлайт злой не была. Даже в глубинах самопрезрения она не могла по-настоящему назвать себя плохой пони, заблудшей, да, очень заблудшей, но плохой? Нет.

И всё же.

Аликорн двинулась к картине, проталкиваясь сквозь толпу, позабыв о их болтовне, когда в голове зазвучал другой голос, зовущий её к себе.

Принцесса, чего он хочет?

Твайлайт, ответ кроется в самом его имени.

Дискорд?

Дискорд. Разногласие. Конфликт. Пони, настроенные друг против друга, создают дисгармонию, а там, где дисгармония, всегда образуется хаос.

— Принцесса... — прошептала Твайлайт, обращаясь к изображению.

Но Принцесса Солнца не ответила. Она просто продолжала смотреть, как часто делала, ожидая, пока Твайлайт сама сделает выводы.

— Она одержима, — произнесла Твайлайт вслух и, обернувшись, обнаружила, что жеребёнок и Флаттершай вышли вперёд из теперь уже притихшей толпы. Она указала копытом на чёрные глаза, не сомневаясь в том, что говорит, ибо сама пережила то же самое. — Магия хаоса овладела ею.

— Магия хаоса? — переспросил какой-то жеребец из толпы.

Твайлайт не ответила, снова повернувшись к картине. Она вспомнила свою одержимость, подавленные воспоминания всплыли на поверхность. Вспомнила, как её снедали ненависть, гнев, горечь и отвращение.

Тогда и там она поняла, что со всеми этими эмоциями её с лёгкостью можно было использовать как оружие.

И если это так, то значит...

Селестия защищала себя?

— Когда... когда это было нарисовано? — настойчиво спросила Твайлайт, поворачиваясь к толпе.

Большинство обывателей посмотрели на неё с непониманием, пока из толпы не вышла кобыла, размахивающая информационной брошюрой.

— Я здесь работаю! — быстро объявила она, после чего прочистила горло и заявила: — На самом деле это реставрация! Картина была переписана художником по имени Охра Ойл и укреплена заклинанием сохранения около трёхсот лет назад. Однако нет никакой информации о возрасте оригинала, поскольку это единственная подписанная работа некого Индиго Глена.

Твайлайт повернулась обратно к плите и подошла чуть ближе, чтобы пристальнее её рассмотреть. Сделав это, она охватила полем магии брошюру и поднесла к себе, пробормотав "спасибо", которое из-за шума толпы вряд ли было услышано.

Её глаза пробежались по информации, датам и описаниям, но ничего из этого особой пользы не принесло. Ей не нужна была информация о композиции! Ей хотелось знать, что на ней изображено, какое место, в какое время! Что это вообще за информационный буклет такой?

— Эм-м... принцесса?

Твайлайт посмотрела вниз на мнущуюся Флаттершай, которая беспокойно поглядывала на многочисленных туристов, направивших объективы своих камер на аликорна. Поначалу принцесса удивилась, почему это вдруг все её снимают. Затем удивилась, почему пегаска вдруг будто бы стала меньше. Пока наконец не заметила свой плащ на земле и поняла, что её стремление к деталям буквально желает достигнуть небес.

— Мамуль! — настойчиво зашептал жеребёнок. — Мамочка! Она летает, но при этом и магией пользуется!

Гид на долю секунды вытаращила глаза, после чего повернулась к толпе, подобрала лежащую неподалёку пустую коробку и поставила её на землю.

— Леди и джентльпони! Какое чудо! Какие впечатления! Двойник аликорна, подобного вы нигде не увидите! И всё специально для вас, от Турфирмы Стоун Рест!

Пони немедленно закивали и одобрительно загудели, некоторые начали кидать в коробку биты, в то время как другие продолжили фотографировать. Учитывая то, что произошло в Понивилле, а теперь и здесь, было до ужаса забавно видеть, что пони так боятся поверить в чудо, что скорее предпочтут зажмуриться, даже если кто-нибудь ткнёт их в него носом.

"Прямо здесь обдумать всё как следует я не смогу".

Твайлайт вновь внимательно осмотрела картину.

— Что же ты делаешь... — вновь спросила она, впиваясь взглядом в треснувший рог принцессы, надеясь, что озарение придёт само собой.

Неужели... пыталась ли она сдержать магию хаоса? Она борется с одержимостью? И почему там Дискорд? Он ждёт? Он сдался?

Погодите.

Что если...

Что если ему надоело ждать возможности вселиться в принцессу Селестию?

Что если он сдался и решил опробовать другой подход, или... другую цель!

— Флаттершай! — воскликнула Твайлайт, приземлившись перед пегаской, идя вслед за ней, пока жёлтая пони пятилась. — Флаттершай, когда в последний раз видели Дискорда?! Ещё до Рэрити, до того, как мы с ней встретились?

Её подруга уставилась на аликорна глазами даже шире, чем у сов.

— Эм-м-м... я... принцесса, я не знаю, — виновато ответила она, прижав ушки. — Мне жаль...

— Что?! Нет! Почему ты извиняешься? Ты не понимаешь, что это значит?! — спросила Твайлайт с улыбкой на лице.

— Эм-м-м...

Флаттершай выглядела очень потерянной, но это было нормально, поскольку принцесса собиралась ей всё сейчас и объяснить.

— Если Дискорд появился бы до того, как Рэрити меня встретила, если бы он хоть что-то сделал, Эквестрия бы знала! Кейденс бы знала! Но он ничего не делал! А теперь он внезапно привёл ко мне Рэрити, чтобы мы поругались и мною завладела магия хаоса!

— Но... но зачем столько ждать? — спросила пегаска, и на это у Твайлайт ответ нашёлся не сразу.

И правда, зачем столько ждать?

— Я... я... — слова срывались с губ принцессы, её мозг пытался собрать всё произошедшее воедино, в... в что-то целое.

— Я не знаю, — наконец признала она. — Может, не мог? Или что-то случилось? А может... может, и возможности не было, пока Рэрити не...

От последнего предположения глаза Флаттершай расширились ещё больше.

— Книжник... который настоящий! — ахнула пегаска, поднеся копыто ко рту. — Зекора сказала ему держаться от библиотеки подальше! Она никому не позволяла подойти к библиотеке, даже сама не ходила!

Твайлайт кивнула, её сердце молотом билось в груди.

— Но никто не остановил Рэрити! — с победной улыбкой на лице завершила она мысль пегаски. — Он пытался использовать её, чтобы добраться до меня, но это не сработало. Его план провалился. Он не смог контролировать меня, и вместо этого Рэрити меня освободила.

Аликорн указала на картину с принцессой Селестией и могла бы поклясться, что та ей улыбается.

— И теперь мы сможем освободить принцесс! Освободим принцессу Луну, Кейденс и принцессу Селестию! Я всё смогу исправить, Флаттершай!

Слово за словом срывались с губ принцессы, и было видно, насколько сильно она вдохновлена, потому что, о небеса, в кои-то веки что-то шло как надо. Дискорд привёл туда Рэрити, чтобы попытаться использовать её против Твайлайт, но это оружие и послужило спасением. Потому что даже после того, как магия хаоса овладела ею, именно влияние Рэрити, то, что она принесла в жизнь принцессы, в конечном счёте её освободило.

Никогда ещё Твайлайт так живо не ощущала прикосновения ожерелья к груди, как в этот самый момент. Она прижала к нему копыто, сдерживая улыбку. Может, и хорошо, что Рэрити не пошла, иначе она бы её...

Румянец залил щёки аликорна.

— Ладно, — произнесла Твайлайт, желая поскорее направить мысли в другое русло. Она подобрала плащ и надела его обратно, не обращая внимания на гида, собирающего поблизости денежные пожертвования на "Заранее запланированное явление аликорна". — Нам пора.

— О, думаю, да, — Флаттершай прочистила горло, и совы вернулись на свои насиженные места на голове принцессы. — Уверена, Спайк и Рэйнбоу захотят услышать твои мысли по поводу картины и наших дальнейших действий.

— Дальнейших действий...

Хотя, очевидно, пегаска произнесла это без задней мысли, да и с чего бы ей задумываться? Было логичным предположить, что Твайлайт всё объяснит Спайку и Дэш... но всё равно это фраза пробудила кошмарные воспоминания.

Воспоминания о временах, когда пони слушали и следовали её советам и предположениям, и аликорн не забыла, к каким последствиям это привело.

— Пока нет, — наконец произнесла принцесса.

— Пока нет? — в замешательстве переспросила Флаттершай. Она склонила голову. — Почему?

— Я хочу всё получше обдумать, — виновато улыбаясь, ответила Твайлайт. — До поры, пока не встретимся с Рэрити и Кейденс. Мне кажется, если мы обсудим всё вместе, то получим лучшее представление о том, что делать дальше.

Пегаска убеждённо кивнула.

— Хорошо.

— Пойдём, — произнесла принцесса, бросив на картину последний, почти не болезненный взгляд, и потрусила прочь, чувствуя облегчение от того, что можно не торопиться, всё как следует обдумать и решить, что делать дальше.

И всё же.

И всё же не успели они сделать и пяти шагов, как Твайлайт остановилась, случайно заметив кобылу, куда-то идущую с пакетом из сувенирного магазина.

— А мы можем зайти и купить сувенир? — спросила принцесса. — Может, Рэрити хотела бы чего-нибудь такое.

— Конечно! Уверена, она очень обрадуется.

Твайлайт облизнула губы, без колебаний развернулась и направилась к гиду.

— Извините, тут и моя доля, — произнесла она, небрежно левитируя стопочку битов из весьма щедро заполненной импровизированной коробки с пожертвованиями. Она отсчитала двадцать пять монет, после чего заглянула в коробочку и взяла ещё пять, которые поровну распределила между своими совами. — Не могу и дальше расплачиваться каштанами.

Гид вытаращилась на принцессу.

— Но... но...

Твайлайт вернула взгляд.

— Вы же сами сказали, что я профессиональный аликорн-двойник от вашей фирмы, разве нет?

— Ну да, но...

— Тогда я считаю справедливым получить плату за свою работу! — ответила принцесса, одарив гида самой бесстыдной и невинной улыбкой. — Спасибо!

Поблагодарив, Твайлайт потрусила обратно к Флаттершай.

— Вот теперь можем идти!

* * *

Этой ночью луна светила особенно ярко, её мягкое серебристое сияние окутывало одинокое здание, приветствующее измотанных путников и предлагающее им ночлег. Большая светящаяся вывеска, неоновая, как объяснила Флаттершай, обозначала это место как "Приют Путника".

За постройкой Твайлайт увидела затенённую тропку, ведущую вверх по горе, вплоть до золотистого города, смотрящего вниз на королевство. Искусственный свет исходил из Кантерлота, смешиваясь с лунным, освещая закрученные башни города.

Впервые за тысячу лет принцесса оказалась в паре часов пути от дома.

От дома, что давным-давно о ней позабыл, за исключением Кейденс, ожидающей в самой высокой башне.

И Твайлайт задавалась вопросом, сможет ли она когда-либо назвать это место домом, если всё, что она о нём знала, давным-давно превратилось в предания.

— Твай? Всё хорошо?

Прохладный ветерок и голос Рэйнбоу Дэш вывели принцессу из задумчивости. Она следовала за подругами пегасками по извилистой тропинке и только сейчас поняла, что сильно отстала.

Твайлайт утвердительно кивнула, даже если это было не совсем правдой. В порядке, конечно, но эмоционально... этот долгий день наконец подходил к концу, замыкая два прошлых, ещё более долгих дня.

— Я...

— Принцесса Твайлайт? — спросила Флаттершай, поймав взгляд принцессы. Между ними произошла безмолвная беседа, тихое взаимопонимание, похожее на озарение, которое снизошло на них, когда они разглядывали картину, и жёлтая пегаска едва заметно кивнула. — Идём дальше.

Рэйнбоу выглядела не сильно убеждённой.

— Ну... ладно, — произнесла она, развернулась и потрусила в сторону мотеля.

Как только подруги вновь оказались впереди, и принцесса осталась одна, её мышцы расслабились, но облегчения это не принесло. Странное ощущение. Она не столько успокоилась, сколько смирилась с тем, что...

Что ей ещё предстоит найти дом в этой новой Эквестрии.

Ещё один глубокий вдох, прохладный воздух в лёгких словно пробудил тело. Твайлайт вновь посмотрела в сторону мотеля и продолжила путь. Несмотря на позднее время, снаружи ещё оставались пони, некоторые чего-то ждали около багажа, другие сидели за тускло освещёнными столиками, расставленными снаружи. Приглядевшись, она различила какую-то пару, трапезничающую вместе, группку друзей, смех и болтовня которых наполняли ночной воздух, кобылу в чёрной шали, по всей видимости, что-то пишущую, и ещё пару пони, занимающихся своими делами.

Принцесса наблюдала за ними ещё пару мгновений, и её взгляд задержался на тёмном силуэте кобылы с шалью, которая, казалось, как-то выделяется на фоне окружающего мира, она напомнила Твайлайт её возлюбленную, когда та занималась новыми эскизами.

Очарованная улыбка появилась на губах принцессы, когда она вспомнила их последнюю встречу, и волна привязанности захлестнула её. Твайлайт снова вспомнила об ожерелье на груди, но...

Вода, на которую смотрят, никогда не закипит.

Принцесса оторвала взгляд от пары, устремив его на исчезающих вдали пегасок. Твайлайт пустилась галопом, догоняя двух кобыл и прося их подождать, её голос был едва слышен на фоне болтовни группы друзей неподалёку.

— Что такое, принцесса? — спросила Рэйнбоу. — Точно всё хорошо?

Твайлайт кивнула.

— У меня вопрос, — произнесла она, но когда собралась его озвучить, её посетило неприятное чувство.

Рэрити отдала своё ожерелье Пинки Пай, и теперь принцесса задавалась вопросом, действительно ли она хочет знать мотивацию этого поступка.

— Ну... валяй? — предложила радужная пегаска, уставившись на аликорна. — Какой вопрос-то?

Принцесса стремительно начала перебирать варианты, как бы спросить самым окольным путём, словно это что-то несущественное, ни в коей мере не влияющее на её отношения с Рэрити, но с треском провалилась.

— Почему Пинки носила ожерелье Рэрити?

Вопрос сорвался с её губ, на что последовали две различные реакции. Рэйнбоу с испуганным замешательством спросила, откуда Твайлайт вообще это узнала. У Флаттершай же, которая присутствовала при этой сцене несколько дней назад, сделалось серьёзное выражение лица.

— Я... я спросила Рэрити почему, а она ответила мне, что это потому, что вода, на которую смотрят, никогда не закипит, — уточнила принцесса. — Что она под этим имела в виду?

— Это идиома, — ответила Флаттершай после недолгих раздумий. — Она означает, что если мы чего-то долго ждём, то нам кажется, что это занимает очень много времени.

Голос принцессы опустился до шёпота.

— Ох.

Это чувство она прекрасно понимала. Она испытывала его в течение всех тех мучительных недель, когда Рэрити попала под действие проклятия, эти фантомные боли в груди, когда Твайлайт ждала у входа единорожку, которая, может, вернётся, а может, и нет.

И она подвергла Рэрити такому же испытанию на целых два года.

— Но почему Пинки его носила? — снова спросила принцесса.

— Ну... а иногда мы ждём чего-то так сильно, что перестаём обращать внимание на что-либо другое.

Ох.

Рэйнбоу, должно быть, заметила выражение лица Твайлайт, поскольку пегаска быстро встала рядом с принцессой и приобняла её копытом.

— Эй, принцесса, всё хорошо! — произнесла она, и ободрение в её голосе было оценено по достоинству, даже если оно мало что могло сделать с настроением Твайлайт. — Не грузись! Сейчас ты же здесь, так? И пропадать снова вроде не собираешься.

Принцесса встретилась с тёплыми взглядами подруг, и, хотя это оказалось сложнее, чем предполагалось, она благодарно улыбнулась и кивнула.

— Да, — твёрдо сказала Твайлайт, то ли себе, то ли подругам. — Не собираюсь.

— Вот это я понимаю! — воскликнула Рэйнбоу.

Радужная пегаска подняла копыто и вытянула его перед принцессой, что, честно говоря, несколько смутило последнюю. Она пару секунд просто смотрела на него, после чего неловко встряхнула её копыто своим, вызвав восхищённый смешок у Флаттершай.

— Нет, принцесса, это брохуф, — произнесла Дэш, стряхивая копыто аликорна после чего снова протягивая собственное. — Ты должна, ну, типа, стукнуться своим копытом о моё!

— Зачем?

— Потому что именно так делают крутые пони, когда говорят что-то потрясное! — воскликнула пегаска. — Жги! Давай, стукни!

Твайлайт легонько стукнула своим копытцем о её, и радужная пегаска заулыбалась.

Будущее такое странное.

— Нам бы поторопиться, — трогаясь с места, произнесла Флаттершай. — Уже очень поздно.

Подруги дошли до мотеля, вошли внутрь и оказались в ярко освещённом вестибюле. Как и снаружи, вокруг множество пони занимались своими делами, но одна кобыла смогла привлечь внимание всей троицы, оранжевая земная пони, махавшая им от стойки регистрации.

— Эпплджек? — воскликнули подруги в унисон, и не успели слова до конца слететь с губ принцессы, как её охватила паника.

"Почему она здесь? — в страхе подумала Твайлайт, затем в голове возникла ещё более ужасная мысль. — Где Рэрити?"

— Привет, народ! — поздоровалась яблочная пони, а принцесса, подбегая к ней, от волнения запуталась в собственных конечностях. — Долго ж вы сюда брели! Думала, что к стулу прирасту, пока дождусь вас.

— Эпплджек, что ты здесь делаешь? — спросила Рэйнбоу. Её лицо исказилось в ужасе. — Только не говори мне, что Рэрити отправила тебя проверить, добралась ли Твайлайт до мотеля.

Фермерша отмахнулась.

— Не глупи, кобылка. Рэрити знает, что вы сдержите обещание. Но ты давай, вперёд меня-то не скачи, — она повернулась к принцессе, и выражение лица Эпплджек мгновенно стало серьёзным. — Ты там как, принцесса, держишься? Видела же картину?

— Где Рэрити? — спросила Твайлайт, решив разобраться сначала с неотложными вопросами, прежде чем переходить к досужим беседам. — С ней всё хорошо? Почему она не с тобой? Я её здесь не...

— Воу-воу, кобылка, не сгребай все яблочки в одну кучу! Чего с ней станется-то? — со смехом ответила фермерша. Она положила копыто на плечо принцессы и слегка надавила. — Я же обещала, что сберегу её для тебя, и нарушать свои обещания у меня не в привычке. Мы пришли сюда, потому что управились с платьями как раз в срок. Ну а поскольку Пинки чем-то там занята в городе, Рэрити немножко занервничала, когда мы раз на раз остались, ну и...

Эпплджек прочистила горло.

— Ну и она настояла, чтобы мы пошли вам навстречу.

Неизмеримое облегчение пронзило всё существо Твайлайт, настолько сильное, что ей, кажется, стоило присесть, чтобы хотя бы восстановить дыхание.

— Бродила тут из угла в угол, пока я не отослала её наружу, прежде чем протрёт борозду в полу, — продолжала фермерша. — Сказала ей, что дам десять битсов, если успеет нарисовать вид города отсюда до твоего прихода.

Сердце принцессы подпрыгнуло.

Та кобыла в шали снаружи!

— Ну а ты как? — повторила вопрос Эпплджек. — Если захочешь поговорить, ты знаешь, что мы все здесь готовы подставить ухо.

— Знаю, — произнесла Твайлайт, изо всех сил стараясь сосредоточиться на Эпплджек.

— Славно! — ответила фермерша. — А где вы, девочки, оставили Спайка с совами?

— Спайк заночует на окраине города, — быстро ответила принцесса. — Ну и совы там же.

— Ну, вроде разумно. Дракона тут разместить трудновато! — Эпплджек рассмеялась над собственной шуткой и продолжила. — Итак, как тебе Стоун Рест? Хорошие пони там у руля. Понравилось?

Твайлайт уставилась в одну точку.

— Да, всё было здорово.

— Хотя та ещё ловушка для туристов. Купила что-нить? Сувениры? В последний раз, когда я там была, у них были эдакие забавные брелки.

— Угу...

Фермерша кивнула, потирая подбородок.

— Знаешь, а так подумать, кружки тоже ничего. Купила одну для Бабули Смит, как раз размерчик под сезон сидра, и эта сенова штука не разбилась, даже когда она...

— Эпплджек? — осторожно перебила принцесса.

Яблочная пони моргнула.

— А? Чего? — она нахмурила брови. — Ты хочешь, чтобы я перестала болтать, чтобы ты могла пойти и найти свою подружку, так?

— Хм-м, — ярко красный румянец залил щеки Твайлайт. — Да, если можно.

Эпплджек закатила глаза, улыбаясь, заслышав смех двух других кобыл.

— Ну ладно, ладно. Клянусь, вы с Рэрити как пара молодожёнов, — она повернулась к стойке и указала на кружку. — Принеси ей заодно кофе. Не хочу, чтобы она там снаружи отморозила себе кьютимарку.

Левитировав кружку, принцесса поблагодарила Эпплджек и остальных, после чего помчалась на улицу, слыша стук сердца в ушах. На улице она замедлилась и, тихо переступая, пошла к столикам. Вдалеке Твайлайт увидела Рэрити с накинутой на плечи тёмной шалью, всё ещё погружённую в рисование.

Принцесса подкралась к ней сзади, стараясь быть как можно тише. Аликорн привстала на кончики копыт, любуясь карандашным наброском под неровным светом свечи. Твайлайт тут же оценила мастерство возлюбленной, и каким-то образом рисунок заставил её хотеть вернуться домой больше, чем вид самого города.

Не говоря ни слова, принцесса поставила кружку на стол, действие, которое, казалось, осталось незамеченным, пока Рэрити не заговорила.

— Спасибо, Эпплджек, — произнесла единорожка, переходя в наброске к одной из восточных башен замка. Она ненадолго остановилась и поправила шаль. — Звёзды мои, как же сегодня холодно. Надеюсь, Твайлайт не забыла про одеяла, что я ей дала с собой.

Рэрити на мгновение приостановила рисование, постукивая карандашом по подбородку, всё ещё не замечая аликорна позади себя.

— И я всё ещё не знаю, чего ей сказать! Если они вообще пошли туда, — продолжила говорить единорожка, после чего тут же вернулась к рисованию, не прекращая говорить. — Может, ты и права! Устроить такую драму оттого, что не иду с ней, ну и вот она я, не в состоянии пережить разлуку на три жалких дня! Как думаешь, Рэйнбоу пошла с ней к картине? Надеюсь, что нет. Да, Твайлайт никогда мне не забудет! Я уже слышу, как она называет меня зависимой от себя! Ну и что, что это правда!

Издав протяжный вздох, Рэрити подняла рисунок в воздух и обернулась.

— Как дума…

[Изображение: https://i.imgur.com/ADGxJPR.png]

Так они и сидели, пристально глядя друг на друга, униженная единорожка и бесстыдно хихикающая принцесса.

— Ага, — коротко произнесла Рэрити. Она отложила рисунок. — Принцесса Твайлайт Спаркл.

— Леди Рэрити, — ответила принцесса, почти злодейски изогнув губы.

— Не ожидала тебя тут встретить.

— Могу сказать то же самое.

— Точно, можешь, — единорожка положила передние копыта на стол. — И сколько из того, что я сказала, ты слышала?

— Всё до последнего слова.

— Понятненько, — Рэрити прочистила горло. — Лучше расскажи, как ты? Я надеюсь, путешествие удалось?

Улыбка Твайлайт погасла.

— В основном. Была одна проблема.

Внезапное беспокойство омрачило лицо единорожки.

— Проблема? — она подняла копыто и осторожно приложила его к груди принцессы. — Дорогуша... это... это картина, да?

— Нет, — ответила Твайлайт, и крайне очаровательная улыбка украсила её лицо, когда она прижала своё копыто к копыту Рэрити. — Проблема в том, что тебя там не было.

Затем принцесса злобно рассмеялась и склонила голову к единорожке.

— К счастью для меня, ты кое от кого зависимая.

Смех Рэрити зазвучал в унисон со смехом Твайлайт, глаза возлюбленной сверкали безмерным обожанием, принцесса знала наверняка, потому что в её глазах был тот же огонь.

— Ох, помолчите, мисс Зазнайка, — отчитала её единорожка и заработала извиняющийся поцелуй от Твайлайт в ответ.

Когда они отстранились друг от друга, кобылы выдохнули с долгожданным облегчением, и принцесса уселась рядом с Рэрити, не заботясь о том, что кто-нибудь увидит, как она бесстыдно трётся носом о свою вторую половинку. Твайлайт закрыла глаза и, убедившись, что крыло не высовывается из-под плаща, подрасправила его и обняла им единорожку, чтобы согреть её и прижать ещё ближе.

— Я по тебе скучала, — произнесла принцесса.

— Я тоже по тебе скучала, — вторила Рэрити. Она тихо усмехнулась и вытянула шею, чтобы ткнуться носом в аликорна. — Мне кажется, что я слишком сильно по тебе скучала. Это может стать проблемой.

Твайлайт повторила свои слова, сказанные ранее, вложив в них куда больше решимости.

— Теперь я здесь, — произнесла она, крепче прижимая возлюбленную. — И никуда не уйду.

Особая любящая тишина парила между ними, и обе предались своим собственным мыслям.

— Удалось доставить платья? — спросила принцесса.

Единорожка кивнула, снова взяла карандаш и провела несколько линий.

— Удалось! Сильвер Харт осталась очень довольной, особенно учитывая, что я внесла на месте пару корректив после примерки.

Твайлайт улыбнулась, зашелестев хвостом под плащом. Она разделяла достижения Рэрити, и принцессе стало даже ещё радостнее, потому что их разлука в конечном итоге оказалась к лучшему.

Единорожка заёрзала в объятии.

— Твайлайт, я... — её слова прервались, вновь опустилась тишина, перемежающаяся звуком скребущего стержня по бумаге. Принцесса хотела что-то сказать, как-то подбодрить, но прежде чем она успела это сделать, Рэрити отложила карандаш и прислонилась к ней.

— Прости, что меня там, с тобой, не было.

— Тебе нужно время, — мягко напомнила Твайлайт.

Карандаш снова взмыл в воздух, и башня начала обретать объём.

— Знаю, но...

Рэрити снова замолчала, и карандаш перевернулся, стирая резкие линии, прежде чем снова перевернуться и заполнить пустое пространство более мягкими штришками.

Единорожка повернула голову на мгновение, достаточное для того, чтобы их взгляды встретились.

— Как ты это перенесла? Это... это правда была она?

Принцесса кивнула.

— Я больше чем на сто процентов уверена, что да.

Рэрити выглядела удручённой.

— Ох, сердце моё... мне так жаль...

Твайлайт покачала головой.

— Всё хорошо! Точнее, не так уж и плохо. Ну, я имею в виду что плохо, но... но это сможет помочь нам, — принцесса наклонилась и снова ткнула носом единорожку, желая немного развеять её беспокойство. — Со мной всё хорошо. Мне просто надо немного подумать, привести мысли в порядок.

Смех Рэрити наполнил воздух.

— Ах! Какие знакомые слова!

— Есть такое! — ответила Твайлайт, и хотя она пыталась разделить веселье возлюбленной, другая мысль возникла в голове. Мысль, которую необходимо было озвучить. — Ну а ты? Привела мысли в порядок?

Принцесса приготовилась к тому, что единорожка застынет, как это было раньше, но вместо этого она просто драматично вздохнула.

— Частично, да, — ответила Рэрити. — Не все, но некоторые.

Твайлайт кивнула.

— И?

— И я думаю, что сейчас мы должны быть вместе, — договорила единорожка, подкрепляя слова тем, что прижалась к аликорну ещё теснее.

— Надоело ждать, пока вода закипит? — отважилась спросить Твайлайт и была вознаграждена крайне неподобающим для леди фырком от возлюбленной, что вызвало у принцессы череду смешков.

— Может быть, — мелодично проговорила под нос Рэрити. — Может быть.

Твайлайт снова обратила внимание на рисунок, и единорожка проследила за её взглядом.

— Полагаю, большого смысла заканчивать рисунок нет, — отметила она. — Десять бит за него мне больше не достанется.

— Мне бы хотелось, чтобы ты его дорисовала. Но прежде... — принцесса открыла сумку и при помощи магии достала купленный сувенир, фиолетовый мешочек для битов, декорированный несколькими разноцветными драгоценными камнями. — Вот, это тебе.

— Дорогуша! Очаровательный подарок! — воскликнула Рэрити, беря его в свои копыта. — Где ты его взяла?

— Купила, — быстро ответила Твайлайт. — Тебе нравится?

— Нравится, очень! Но... Купила? Как? И не говори мне, что кто-то принял каштаны Элары в качестве платы!

— Что? Нет! — в притворном ужасе воскликнула принцесса. — Глупышка, я заплатила за них битами!

Единорожка рассмеялась.

— О, хорошо. Надо будет позже рассчитаться с Флаттершай.

Твайлайт нахмурилась.

— Рассчитаться? Зачем? Я оплатила из своих. Остатки я пока в этот мешочек и сложила.

Рэрити отодвинулась, чтобы заглянуть принцессе в глаза.

— Пардон? Из своих? — спросила она, приподняв бровь.

Твайлайт улыбнулась.

— Полученных на моей новой работе.

— Новой работе?! — выпалила единорожка. — У тебя есть работа? Ух ты! Это довольно... ну, я... я удивлена! Даже рада, что ты так быстро смогла влиться в общество и стать его винтиком, дорогая. Пригласишь меня в свой новый дом на чашечку чая? Я просто умираю от желания узнать, как всё было.

Принцесса закатила глаза.

— Пф-ф-ф, — она взяла мешочек с битами, открыла его, достала две пятибитовые монеты и положила на стол. — Долгая история, а тебе ещё заканчивать рисунок.

Рэрити подобрала карандаш.

— Тогда мне повезло, что Кантерлот такой огромный.

Единорожка удобно устроилась в крылатых объятиях аликорна, и Твайлайт безмолвно наблюдала, как возлюбленная рисует, принцессу завораживали линии замка, оживающего прямо на глазах, не меньше чем сама Рэрити. На мгновение Твайлайт подняла взгляд на Кантерлот, и вновь возобновилось ощущение тоски по дому.

— Ну так? — звук голоса единорожки ласкал слух. — Обожающая толпа ждёт не дождётся рассказа, ваше высочество.

И когда принцесса начала рассказ, она задумалась, быть может, дом, это не столько место, сколько пони, с которыми ты вместе?

## — Интерлюдия 2 — Те кто уже не с нами

[Изображение: https://i.imgur.com/KVtx9kQ.png]

Ему никогда не познать боль от того, что тебя позабыли.

Он никогда не стремился к славе, ему хватало теплоты в глазах тех, о ком он заботился. И неважно сколько лет пройдёт, неважно будут помнить о нём пони или нет.

Но его беспокоило болезненно и мучительно, что пони позабудут о ней.

Пони всех возрастов и слоёв общества неспешно трусили по улицам столицы, каждый был погружён в свой собственный маленький мирок, в своей собственной всеобъемлющей вселенной. Вон кобылка, беспокоится о том, когда в следующий раз сможет поиграть с друзьями, вон жеребец, в раздумьях, когда снова увидит возлюбленную, а вот пожилая кобыла, сидит за столом, мыслями обращённая в прошлое, вспоминает о своём почившем муже. Эти и многие другие обходили молодого дракона, который топал мимо них, не поднимая головы от пыльной гравийной дороги.

Он не хотел, чтобы кто-то видел его слёзы, но было трудно их не заметить, ведь двухметровая фигура сильно выделялась среди пони.

И вот дракон Спайк пробирался через Лунный квартал, сумка колотилась о бок, а в когтях был зажат скомканный свиток. Взгляда от дороги он поднимать не решался, боясь, что не сможет сдержать гнев.

Ярость.

Боль.

Негодование.

— Мистер дракон, не плачьте.

Спайк встал как вкопанный, дыхание было сбивчивым, он обернулся и увидел кобылку, которая смотрела на него снизу вверх. Несмотря на то, что пожилая кобыла позади едва могла скрыть свой страх, малышка же казалось слишком озабочена слезами дракона, чтобы обращать внимание на его клыки и острые когти.

— Я... что? — не ожидая, что к нему обратятся, Спайк не сразу смог подобрать слова.

— Не плачьте, — повторила храбрая кобылка. — По...

— Инквелл, дорогая, — прервала её пожилая кобыла, уводя малышку прочь. — Давай не будем беспокоить...

— Почему вы плачете? — не сдавалась кобылка, полная решимости помочь незнакомцу. Дракон по-настоящему оценил это. Приятно хоть раз в жизни почувствовать, что кому-то не всё равно.

— Я... я потерял свою лучшую подругу.

Непрошеные слова сами по себе сорвались с губ, и услышать их было гораздо больнее, чем Спайк предполагал. Больно. Всё ещё больно, после стольких лет.

— Мама говорит, что всё, что я теряю, всегда находится под моей кроватью, — произнесла кобылка с нежной теплотой во взгляде. — Вы уже там посмотрели?

— Я... нет, — ответил дракон. Он опустил взгляд на свои когти, грязные, потрескавшиеся после нескольких недель выкапывания деревьев. Слёзы снова наполнили глаза. Как же он их ненавидел. Шайнинг сказал ему быть сильным. — Я везде искал.

— Юный дракон, — произнесла пожилая кобыла и шагнула вперёд, её страх исчез. — Ты просил помощи у гвардейцев принцессы Ритм?

Спайк сжал кулаки.

— Её гвардейцы помочь мне не в силах, — ответил он чуть резче, чем намеревался, судя по тому, что пожилая кобыла слегка попятилась. Дракон чувствовал, как свиток сминается всё сильнее. — Я должен... найти её. Мою подругу.

— А где, вы думаете, она может быть? — спросила малышка. Она потянула бабушку за переднюю ногу. — Ба, мы же поможем её поискать?

Кобыла растерялась.

— Я... ну...

— Она под деревом, — продолжил Спайк. — В библиотеке.

Обе пони молча уставились на него, ожидаемая реакция на такое заявление. Это было естественно, но дракон разозлился ещё больше.

Кобылка ахнула.

— Правда?! Это же прямо как принцесса Пергамент!

Спайк вздрогнул, словно в сердце вонзился нож. Другого способа эту боль описать не было.

— Твайлайт, — немедленно поправил он, с трудом сдерживая раздражение. Принцесса Пергамент. Никогда дракон не ненавидел ни одно другое имя так же сильно. — Её имя Твайлайт. Твайлайт Спаркл.

Малышка серьёзно кивнула.

— Твайлайт... а может, может, она нашла принцессу Пергамент и сейчас с ней! — воскликнула она, и её полное непонимание ситуации лишь проворачивало нож в ране.

Но то, что сказала её бабушка после...

— Инквелл, милая, ты же знаешь, что это просто сказка, — произнесла бабушка, и её тихий смех показался Спайку издевательским. — Принцесса Пергамент и другие — ненастоящие.

— Да, я знаю, — хихикнула кобылка, и чего бы ещё она ни сказала, дракон этого уже не услышал, умчавшись прочь со слезами на глазах.

Принцесса Пергамент и остальные — не настоящие.

В конечном итоге Спайк остановился, открыл перемётную сумку и поспешно заменил свиток, зажатый в когтях, на другой, гораздо более потрёпанный. Он развернул его и постарался игнорировать душевную боль, при виде неряшливого рисунка единорожки за чтением книги.

Как же давно это было...

Когда-то, мучительно давно, ему казалось, что если он не будет регулярно смотреть на этот рисунок, то позабудет, как она выглядела.

“— Спайк! Ну зачем ты таскаешь повсюду с собой этот рисунок?! Я ужасно на нём выгляжу!

— Что? Неправда! Ты отлично получилась! И то, что тебе он не нравится, не значит, что он не нравится мне, Твай.

— Ну ладно-ладно, глупый дракон.

— Глупая пони”.

Спайк не осознал, что уже дошёл до замка. Ну, туда он и направлялся, но был слишком погружён в свои мысли, чтобы обращать внимание на дорогу. Он понял, что прибыл, только когда увидел, что пони, на которого он гневно смотрит, был одним из стражей замка, стоящих у входа.

— А... мастер Спайк, — неуверенно поприветствовал его гвардеец, отводя взгляд, явно чувствуя себя не в своей тарелке. И честно? Дракону этого и надо было. — Вы вернулись! Принцесса тревожилась. Как прошло ваше путешествие? Есть хорошие новости?

— Кто ты? Один из них, да? — прямо спросил Спайк.

Он ненавидел хитрость, обман и коварство. Ненавидел всеми фибрами души.

Жеребец запнулся, его взгляд метнулся к проходящим мимо пони.

— Я... я кажется не понимаю что вы имеете в виду, мастер Спайк, — страж помялся с ноги на ногу, явно с трудом выдерживая зрительный контакт с драконом.

Ноздри дракона раздулись.

Он едва-едва наклонился и осторожно переспросил:

— Кто ты?

Лишь когда обывателей рядом не оказалось, гвардеец опустил взгляд и заговорил.

— Т-Теспиан.

Спайк немного расслабился. На мгновение он почти почувствовал, что был с жеребцом слишком груб.

— Ты новенький? — спросил дракон, и, прежде чем гвардеец успел ответить, Спайк едва заметно улыбнулся. — Конечно, она привела ещё больше таких, как ты. Она всегда так делает, пока я отсутствую.

— Э-это честь для меня, мастер Спайк, — дрожащим голосом произнес Теспиан. — Мы м-многим обязаны принцессе. И... и мои товарищи высокого мнения о вас.

— Высокого мнения? И какие такие товарищи? Такие же, как ты?

Гвардеец молча кивнул, и дракон отклонился назад.

— Знаешь, только потому, что ты лжёшь всем своим внешним видом, это не значит, что ты должен лгать и тогда, когда говоришь.

— Я... я...

— Где она? — Спайк на миг замолчал. — Ну да, прости, глупый вопрос. Куда же она денется.

И, прежде чем Теспиан успел ответить, дракон вошёл в замок и, не оборачиваясь, выдал указание.

— Скажи страже, что я не хочу, чтобы меня беспокоили.

Если и были какие-то преимущества быть большим злым драконом, так это то, что никто не осмеливался остановить его и спросить, куда он направляется. Настоящие гвардейцы-пони знали его, а остальные избегали Спайка так же усердно, как он избегал их.

Первые минуты, пока дракон шёл в личные покои, его никто не трогал. И Спайку даже стало казаться, что сейчас он сможет рационально и спокойно обсудить принесённую им ужасную весть.

Но, как и многое с той проклятой ночи, когда он покинул библиотеку, всё пошло не так, как он надеялся.

И как раз в тот момент, когда он проходил мимо тронного зала, где гости заблуждались, думая, что разговаривают с принцессой-аликорном, огромные двойные двери зала распахнулись. Дракон поймал себя на мысли, что притормаживает, только чтобы получить чуть больше топлива для своего гнева.

Один из этих напыщенных дворян с моноклем вышел из дверей, держа голову столь же высоко, сколь было высоко его мнение о себе, а затем... затем вышла престарелая кобыла с королевской короной на голове.

— Принцесса Ритм, для меня честь служить вам, — произнес жеребец, поправляя монокль. — Так жаль, что принцесса Мелоди больна! Я с удовольствием бы увиделся с не... а-а-а!

Жеребец отскочил при виде сердитого дракона, и хотя пони выглядел донельзя перепуганным, существо, выдающее себя за принцессу, лишь удивилось.

"Принцесса" облизнула губы.

— Ах... Спайк... какой приятный сюрприз.

— Ваше высочество, — сухо поздоровался дракон.

Герцог был глубоко впечатлён, разглядывая Спайка через монокль.

— О! Небеса пресветлые, оно говорит! Ну и ну, принцесса! Как поразительно!

— Да, он живёт в замке, вместе с нами, — ответила чейнджлинг.

Жеребец повернулся к дракону.

— Молодой сэр, вам крупно повезло, что пони вас приютили! Пожалуйста, не сочтите за грубость, но ваш вид добротой обычно не отличается, — произнёс он, совершенно не замечая встревоженный взгляд аликорна. В её глазах читалось просьба, даже мольба, направленная определённому дракону не подпаливать шерсть грубого пони.

Ваш вид добротой обычно не отличается.

Драконы не из тех, кто охотно готов отдать перепуганного дракончика обезумевшему духу хаоса в обмен на мир.

Ваш вид.

— Повезло, — прошипел Спайк и добавил, прежде чем уйти, впечатывая каждый шаг. — И правда повезло. Счастливейший дракон на свете. Всё верно.

* * *

Вокруг него высились пирамиды из книг, и только здесь, в комнате Твайлайт, Спайк чувствовал умиротворение. Иногда он был готов поклясться, что в воздухе ощущался её запах. Или, по крайней мере, ему хотелось в это верить.

Несмотря на важность принесённых новостей, дракон не смог найти в себе силы встретиться с той пони, что искал. Вместо этого он удалился в своё место силы, единственное место, где, как он чувствовал, он мог просто посидеть и подумать.

И ещё больше скучать по ней.

Его пожитки были разбросаны на кровати: пара драгоценных камней, несколько свитков с изображением потерянных принцесс, изумруд в форме сердца, принадлежащий Твайлайт, который бросил в него Дискорд, и... и наполовину развёрнутый потрёпанный свиток.

Один только взгляд на него вызывал тошноту.

Спайк мрачно подумал, что хотя бы у принцессы Кантерлота есть отсрочка до того, как она узнает новости. Гнев дракона к ней, ко всему миру, мгновенно сменился яростью, замешательством, чувством предательства, вызванным...

Уф-ф-ф.

Он взял телескоп и посмотрел сквозь него, отчаянно пытаясь отвлечься от свитка. Дракон пытался сосредоточиться на далёких землях, но его мысли сами собой возвращались к свитку, и... и он понял, что боится встречи с принцессой.

То, что предстояло сказать, ну...

Простого способа поднести такую новость не было.

Но, как и многие другие неприятные вещи в жизни, которые настигают, если их долго игнорировать, эта исключением не стала. Была у времени такая особенность, что доказал тройной стук в дверь.

На мгновение Спайк захотел крикнуть, что ей не было смысла стучать, ведь она могла пройти сквозь дверь. Хотелось также просто не отвечать, подождать и посмотреть, просунет ли она голову внутрь. Ему хотелось сделать множество вещей, и лишь малое количество из них были добрыми.

Снова три стука.

Дракон подошёл к кровати, сел и положил телескоп на подушку.

— Открыто, — равнодушно произнёс он.

Завиток голубой магии обвился вокруг дверной ручки, и когда дверь открылась, внутрь вошла принцесса Кейденс с сияющей улыбкой на устах.

— Спайк! Наконец-то ты дома! Я и не думала увидеть тебя раньше чем через несколько недель, — произнесла она, закрывая за собой дверь. При виде дракона она выглядела счастливой, и Спайк не сомневался, что она не притворяется. Где-то глубоко внутри и он был рад видеть её, пока не вспомнил доброго герцога.

— Я видел её, — не вставая с кровати, сказал он. Дракон знал, что ничего хорошего его жалоба не принесёт, никакого откровения, но всё-таки решил довести мысль до конца. — Выходила из тронного зала с герцогом. Как же он удивился, что такая тварь как я способна говорить.

Улыбка принцессы погасла.

— Я слышала, — подавленно произнесла она, опустив ушки. — Он не хотел...

— Хотел, ещё как хотел, — перебил Спайк. — А ещё я видел пару новых чейнджлингов.

Принцесса запнулась, но взгляда не опустила.

— Мы же говорили об этом... прежде чем ты ушел, мы всё обсудили, — мягко напомнила она. — Я знаю, что они тебе не нравятся, и на какое-то время новых не будет.

Кейденс недолго помолчала.

— Почему бы тебе не попробовать с ними подружиться? Они не такие уж и плохие, Спайк. Больше не плохие.

Дракон сжал простыни в лапах. Ему хотелось что-нибудь возразить, что угодно, показать своё презрение к этим тварям, чуть не стоившим Эквестрии самого существования, лишившим их малейшего шанса найти остальных, но вместо этого его взгляд опустился на потрёпанный свиток.

Кейденс тоже его заметила, и дракон это увидел.

Спайк разжал лапы, чтобы не прорезать в простыне Твайлайт дыру. Когда она вернётся, говорил он себе, всё должно быть в идеальном состоянии, даже если свиток на кровати говорил об обратном.

— Неужели... — принцесса осеклась, потому что даже она боялась того, о чём они вдвоём всегда мечтали. — Неужели тетя Селестия ответила?

— Да, — прошептал Спайк, и слезы выступили у него на глазах. — Вчера. Я отправил ей письмо, и она выжгла ответ на одном из моих старых писем.

Спайку не нужно было ничего говорить, чтобы Кейденс поняла, что в письме нет ничего хорошего.

Более трёхсот лет у них не было никакой надежды. Более трёхсот лет он искал вслепую, тут ничего, там ничего, никаких принцесс под деревьями, под горами, под водопадами. Иногда дракон задавался вопросом, не глупо ли с его стороны вообще пытаться, зная, что проклятие обрекло его на тщетность поисков. Знал он, что и вины Кейденс в этом нет, винить можно было только Дискорда, и Спайк изо всех сил старался не злиться на принцессу, но...

Но иногда, по ночам, как бы плохо он себя после этого ни чувствовал, он ничего не мог с собой поделать.

Более трёхсот лет тишины, и в тот единственный раз, что она ответила...

Кейденс левитировала письмо к себе, медленно, осторожно, словно пони, оттягивающий время перед тем, как узнать свой смертельный диагноз. Она вдохнула и выдохнула несколько раз, метод успокоения, которому она когда-то обучила Твайлайт, и развернула письмо. Оно было опалено, слова были в прямом смысле выжжены на свитке.

Спайк мог видеть сообщение с обратной стороны.

— Для нас надежды нет, — прочитала вслух Кейденс, и в помещении сгустилась болезненная тишина. Лёгкое прикосновение магии свернуло свиток, открыв потрясённое выражение лица принцессы. — Ох.

Ох.

Слёзы заструились из глаз дракона, а лапы вновь вцепились в простыни. Как могла она написать такое? Это всё, что у неё было сказать после стольких лет молчания?

Больше Кейденс ничего не добавила, ибо добавить было нечего.

Спайк ненавидел принцессу Селестию. В этот момент он ненавидел её столь же сильно, как когда-либо ненавидел Дискорда, ненависть пылала жарче его собственного пламени, жарче обжигающих слёз, катящихся по его щекам. Как она могла?

— М-может, это неправда, — дрожащим голосом произнесла Кейденс, откладывая свиток на стол, цепляясь за надежду, потому что это всё, что она могла. Именно это делали и она, и Шайнинг, и все остальные —  хранили надежду, несмотря ни на что, но теперь, надежда таяла. Надежда умерла, и убили её эти четыре проклятых слова.

— Правда, — ответил дракон, слово слетело с языка с такой силой и жаром, с каким бы слетело настоящее пламя. Надежда мертва, и её смерть пробудила ярость и печаль. — Правда.

Он вскочил, схватил телескоп, телескоп Твайлайт, и швырнул его в стену, потому что кому он теперь нужен? Твайлайт мертва, как и все остальные.

Правда.

— Спайк! — воскликнула Кейденс, но всё, что она хотела сказать дальше, оказалось заглушено криками дракона.

— Что?! — кричал он в отчаянии. — Это правда! Надежды нет! Мы ничего не можем сделать! Я ничего не могу сделать! Как бы сильно я ни хотел!

— Но это же неправда, — произнесла принцесса мягким, успокаивающим и добрым голосом, и чем добрее он был, тем больше распалялась ненависть дракона.

— Они их почти забыли! Они даже не знают, как они выглядят! Никто не знает, кроме меня! — Спайк взревел, обернулся и схватил рисунок Твайлайт. — Знаешь, кого они помнят?! Принцессу трижды проклятую Пергамент, а не Твайлайт! Не принцессу Селестию, а принцессу Лучик! Не принцессу Луну, а принцессу Звёздочку!

— Спайк, я знаю, но...

— Так сделай что-нибудь! — рявкнул дракон, топнув по полу.

— Я делаю всё, что в моих силах, и ты это знаешь, — ответила Кейденс, чуть повысив голос. — Я приказала изваять статуи, и...

— Ты делаешь недостаточно! Статуи?! И какой в них смысл?! Все думают, что они просто легенда, сказка! — перебил дракон срывающимся от гнева и безнадёжности голосом. — Все, вообще все! Ты думаешь кто-то ещё способен поверить, что они настоящие?! А я даже не могу попытаться убедить их из-за проклятия!

— Спайк, я правда стараюсь изо всех...

— Да что ты?! — кричал он, вытирая слёзы. — Тогда почему чейнджлинги правят Эквестрией?! А?! Принцесса Селестия назначила правителями тебя и Шайнинга, а не их! Почему они общаются с придворными?! Почему у них власть уже во всём королевстве?! Когда ты в последний раз разговаривала с пони?! Конечно, чейнджлингам плевать на смерть своей королевы, ведь ты своими копытами вручила им всю Эквестрию!

И вот на это Кейденс отреагировала.

— Спайк! — раздражённо рявкнула она. — Это неправда! Ты прекрасно знаешь, почему я не могу встречаться с пони!

— Да мне плевать! — прорычал дракон. — Плевать! Именно из-за них никто не помнит принцесс! Из-за них все пони считают, что всё в порядке! Из-за них, из-за тебя и из-за всей этой лжи! Пони должны узнать правду!

— Мы пытались сказать им! На приёме! Ты был там! Был там и видел, как они отреагировали! Вообрази себе такую же панику по всему королевству! — отрезала Кейденс, а затем приложила усилие, чтобы смягчить свой голос. — Спайк, ты же знаешь, что мы собирались сказать им. Знаешь, что Шайнинг Армор принял помощь чейнджлингов, потому что считал, что так мы быстрее разыщем принцесс.

— Ну, значит, он ошибался! Ошибался, а теперь и вовсе умер! — прокричал Спайк и только потом осознал, что именно он сказал. Дракон упал на колени, вонзил когти в пол и закрыл заплаканные глаза, потому что происходящее было несправедливо. — Он мёртв, а я не знаю, где Твайлайт, и не могу её найти! Я не могу найти её из-за твоего долбаного проклятия, а Твайлайт навсегда застряла под деревом и...

Он снова ударил кулаком по полу, и слова, порождённые страхом, гневом и болью слетели с его губ.

— А я застрял с тобой!

И не успел он договорить, как ужасное ощущение, усиленное внезапно опустившейся тишиной, накрыло его с головой. Он поднял взгляд и увидел, как безмолвная Кейденс смотрит на него блестящими от непролитых слёз глазами, и понял, что зашёл слишком далеко.

Слишком, слишком далеко.

— Я... — дракон в ужасе вскочил. — Прости, я не...

— Знаю, — тихо перебила принцесса, но слёзы так просто не остановить. Как его, так и её. Принцесса попятилась. — Я... оставлю тебя одного.

— По-подожди, прошу! — крикнул он, желая протянуть лапу, чтобы остановить её, зная, что не сможет, даже если попытается. — Я не... это имел ввиду, я...

— Знаю, — повторила принцесса, всё ещё пятясь. — Мне... мне надо побыть одной.

Она улыбнулась, и каким-то образом это ранило ещё сильнее.

— Хорошо?

— Я... ладно... — уступил Спайк, а что ещё он мог сказать?

Кейденс сделала ещё шаг, развернулась, завитком магии обхватила ручку и распахнула дверь. Дракон смотрел, как она шагнула наружу, но, прежде чем уйти, повернулась к нему и улыбнулась.

— Ты останешься на ужин?

— Я... — Спайк встал и вытер слёзы. — Не знаю.

— Тебе не обязательно решать прямо сейчас, — произнесла принцесса, прежде чем выйти, — но надеюсь увидеть тебя за столом, в семь.

С этими словами Кейденс закрыла дверь, оставив дракона наедине со своими мыслями, действиями и стыдом. Он подошёл к столу, подобрал письмо и пробежался по нему глазами ещё раз.

Для нас надежды нет.

Он подумал о Кейденс, о её неувядающей надежде, и сделал выбор.

Спайк тихо подошёл к останкам телескопа, сгрёб их лапой и отнёс на кровать. Там он покидал вещи в свою сумку: драгоценные камни, изумруд Твайлайт и разбитое устройство. Уложив всё это, он взял сумку в лапу, пересёк комнату, открыл дверь и обернулся.

Обернулся, чтобы в последний раз взглянуть на комнату Твайлайт, после чего вышел и навсегда закрыл для себя дверь.

Дракон не заметил, как покинул замок и даже город. Он просто шёл, шёл и шёл, и с каждым шагом на его сердце росла тяжесть.

— Мастер Спайк! — поприветствовал дракона гвардеец-пони на воротах. — Уже уходишь? Ты же только что вернулся!

— Мне нужно кое-что найти, Лэнс, — ответил Спайк.

— Найти кое-что? Понимаю, — жеребец поправил шлем и искренне улыбнулся. — А вернёшься когда? У нас с ребятами праздник скоро, подумали, что будет здорово, если ты к нам присоединишься.

Дракон оглянулся на замок вдалеке, на огни, которые освещали теперь уже ночной город. Где-то внутри его ждал ужин вместе с принцессой Неувядающей Надежды.

— Не знаю, — ответил дракон, поворачиваясь обратно к жеребцу. — Если я и вернусь, то только с Твайлайт.

Гвардеец переспросил в непонимании.

— Твайлайт? — спросил жеребец. — Кто это?

Спайк уставился на жеребца. Дракон смотрел на него долго, после чего залез лапой в перемётную сумку, достал рисунок, отдал жеребцу, отвернулся и ушёл, не сказав больше ни слова. Он продолжал идти, не обращая внимания на оклики гвардейца, пока проходящий мимо пони к нему не обратился.

— Простите, сэр? — произнёс пони, и Спайк остановился, хотя бы из-за проявленного уважения. Молодой земнопони смотрел на него с широко раскрытыми глазами. — Сэр, вы из Кантерлота?

— Да, — ответил дракон. — А что?

Жеребец попятился, распахнув глаза ещё шире.

— Да будь я проклят, она говорила... — он прочистил горло. — Сэр, как вас зовут? Могу я узнать ваше имя?

Спайк оглянулся на замок и снова сделал выбор.

— Искатель, — ответил он. — Так меня зовут.

— О... — жеребец поклонился. — Простите. Я принял вас за кое-кого другого.

— Не в обиде, — кивнул дракон и, не сказав больше ни слова, пошёл своей дорогой, оставив принцессу ужинать в одиночестве.

* * *

— Принцесса?

Кейденс отвела взгляд от окна и обратила внимание на гвардейца у двери. Прошло уже четыре дня, как ушёл Спайк, и она знала, что он не вернётся.

— Да, Теспиан?

Жеребец прочистил горло.

— Принцесса, тут некий жеребец хочет увидеться с "принцессой Ритм", фермер, кажется. Говорит, что принёс срочные новости про урожай, но отказывается сообщать их кому-либо, кроме неё. Он приходит сюда каждый день, и мы сказали ему, что он может сообщить информацию нам, но он настаивает и... ну... Тотем предлагает... — чейнджлинг замолк, и повисла неловкая пауза. — Предлагает занять ваше место и послушать, чего хочет фермер, но нам как и обычно нужно ваше одобрение.

Кейденс ответила не сразу.

Почему они общаются с придворными?! Почему у них власть уже во всём королевстве?!

Когда ты в последний раз разговаривала с пони?!

Принцесса не знала точно, как действует и распространяется проклятие, но точно знала, что простого разговора с ней будет достаточно. Но Спайк был прав.

— Ты уверен, что он не пришёл по какой-нибудь другой причине?

— М-мы так не думаем, моя Короле...

— Теспиан.

— Ваше высочество. Нам кажется, что нет.

Кейденс глубоко вдохнула, хотя в этом и не было необходимости. Как же она скучала по дыханию. Скучала по успокоению, которое оно приносило.

Принцесса улыбнулась.

— Скажите нашему гостю, что принцесса Мелоди его примет. Пожалуйста, — добавила она, прежде чем гвардеец успел возразить или усомниться в мудрости этого решения. — И попросите Тотем подготовить тронный зал для меня. Занавеси должны быть плотно прикрыты. Оставьте пару щелей для света.

— Да, ваше высочество!

Десять минут спустя принцесса Кейденс ожидала в тронном зале, занавеси были прикрыты точно, как она и просила, и неподалёку горела лишь пара факелов, достаточно, чтобы посетители её видели, и недостаточно, чтобы они осознали, что видят сквозь неё.

Она стояла перед троном, терпеливо ожидая, пока двери вдалеке не открылись и в зал не вошёл молодой жеребец в сопровождении четырёх стражников. Улыбка тронула его губы, когда их взгляды встретились, и принцесса ответила ему тем же, радуясь, что принимает активное участие в управлении королевством.

— Ваше высочество, — поприветствовал он, низко кланяясь. — Это честь для меня!

— Не нужно формальностей. Моя мать, увы, занята другими обязанностями, — с тренированным спокойствием ответила принцесса. — Прошу прощения за темноту. Я немного больна, а яркий свет только ухудшает мою мигрень.

— Не извиняйтесь, принцесса! — пролепетал он. — Пожалуйста, не стоит! Хотя, есть одна мысль...

Жеребец засунул копыто в седельную сумку и вытащил яблоко.

— Может, это поможет? Думаю, одно из лучших, что мы собрали в этом сезоне.

Кейденс тепло улыбнулась и кивнула, после чего гвардеец взял яблоко с копыт.

— Стража сказала, что вас срочные новости? — принцесса решила немного помочь растерянному фермеру. — Что-то с урожаем?

Жеребец, поколебался.

— Ну-у-у... — он потёр шею копытом. — Не совсем. Это не про урожай, но это невероятно важно.

Тишина.

— Что вы имеете в виду? — осторожно спросила Кейденс.

— Я... — фермер прочистил горло. — Не хочу, чтобы вы сочли меня безумцем.

Снова тишина, и снова принцесса сделала очередной бесполезный вдох.

Надежда умирает последней.

— Могли бы вы объясниться, пожалуйста?

Жеребец ещё раз прочистил горло.

— Меня зовут Фриттер Коблер. Я... моя семья уже какое-то время занимается фермерством в Понивилле, понимаете? И, ну, несколько месяцев назад мы с братом заблудились в Вечнодиком лесу, и, ну... — он нервно улыбнулся. — Вам случайно имя Твайлайт Спаркл ни о чём не говорит?

Кейденс не знала, что сказать. Она просто смотрела на жеребца сквозь пелену слёз и улыбалась. А что ещё могла она сделать?

Только и дальше прятаться в замке, править из-за кулис и никогда больше не надеяться.

## — Глава 4 — Божьи коровки нам счастье принесли

[Изображение: https://i.imgur.com/sTSHmKc.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/LQQS3Lf.png]

Это был первый раз, когда Норт Ридж увидел его. Он только-только вернулся в гостиницу, намереваясь лечь спать, и когда вошёл в коридор, ведущий в его комнату, то увидел жеребца постарше, выходящего из комнаты Рэрити. Жеребец тоже заметил Норта и обратил на него взор своих жёлтых глаз.

— Это ты.

Слова сорвались с губ путешественника, и незнакомый жеребец довольно улыбнулся. Он ничего не сказал и, к удивлению Норта, растворился в воздухе. Как только шок прошёл, он бросился к двери единорожки, распахнул дверь и вошёл в тускло освещённую комнату.

И Норт нашёл её, как и всегда — у окна, но, когда Рэрити повернулась, жеребец увидел, что её глаза полны слёз. Он почувствовал, что должен утешить её, но не мог придумать способа.

— Он спросил, не передумала ли я, — прошептала единорожка.

— А ты передумала?

— Я не знаю. И это пугает меня сильнее всего.

* * *

— Боишься?

Твайлайт ответила не сразу. Хотя и знала, что ответ определённо "да", но знать — это одно, признаться в этом — другое.

Сидя на макушке отдыхающего Спайка, принцесса не сводила глаз с золотых ворот, примерно в сорока метрах от них. Солнце взошло над королевством, окрасив город и замок в золотисто-оранжевые тона, соответствуя цвету ворот. Всё было точно таким, как она и помнила, и в то же время иным.

И это пугало больше всего.

Изучить что-то вдоль и поперёк и целиком утратить эти знания. Твайлайт подумала о Рэрити. В последнее время она часто о ней думала.

— Да, — наконец ответила принцесса и опять же, зная ответ, всё равно задала тот же вопрос. — А ты?

Смех гиганта разнёсся в воздухе.

— Ты даже не представляешь, — и хотя сомневаться в его словах повода не было, то, как дракон это произнёс, заставило Твайлайт рассмеяться. Беззаботность и расслабленность, две эмоции, которые совсем не соотносились с его словами. Хотя обычно аликорну не нравилось, когда что-то не сочеталось, этот случай был приятным исключением.

Какое-то время они вдвоём просто молчали, и Твайлайт погрузилась в свои теперь успокоившиеся мысли, пока Спайк не вернул её обратно к реальности.

— Помнишь тот день, когда мы уехали?

Жизнерадостный тон Спайка исчез, сменившись более сдержанным, более подходящим под разговор двух старых друзей, но в то же время навевающим беспокойство.

— Да, — прошептала принцесса. Помнила, как будто это было вчера.

Помнила, как покидала замок вместе с семьей Эпплов. Помнила, как прощалась с Селестией и Луной. Помнила, как последняя пыталась остановить её. Помнила прощания с Кейденс, с родителями и с братом.

Родители и Шайнинг Армор.

Они мертвы. Это был факт, который она уже давно знала, и думала, что смирилась с ним, оплакав их давным-давно, думала, что боль рано или поздно пройдёт.

Она думала о многих вещах в жизни. Большинство из них ожиданиям не соответствовали.

Боль навсегда будет с ней, в отличие от родных.

Молчание рассвета заменило собою потребность в словах. Дракон, без сомнения, был точно так же погружён в воспоминания, как и Твайлайт. Её взгляд скользнул вверх, к бело-золотому замку, а затем задержался на балконе, с которого сёстры-принцессы обычно обращались к народу.

И если уж быть честной...

И если уж быть честной, по крайней мере с самой собой, она знала, что её гложет не только страх перемен. Был ещё и страх встретиться лицом к лицу с Кейденс. Страх оказаться лицом к лицу с первой костяшкой домино в бесконечно длинной череде перемен, которые она, Твайлайт, опрокинула своим одним единственным решением.

А ещё там был страх не получить прощения.

Как только слёзы увлажнили глаза принцессы, она заставила себя отвести взгляд от башни и посмотреть на Эпплджек и Флаттершай. Кобылы были заняты беседой со стражниками у ворот, предоставляя время Твайлайт и Спайку побыть наедине. Рэрити и Рэйнбоу Дэш отправились в сам замок, предупредить гвардию об их прибытии.

Как будто почувствовав взгляд принцессы, Флаттершай посмотрела в её сторону и дружелюбно помахала копытом.

— У вас с Рэрити всё наладилось?

Твайлайт замерла.

— А что должно наладиться? — выпалила она, запоздало осознав, что столь поспешный ответ мог выдать её попытку изобразить искреннее недоумение. Принцесса начала копаться в мыслях, пытаясь вспомнить, что она такого сказала, раз Спайк догадался о каких-то проблемах. Кроме того, она постоянно прилагала усилия, чтобы скрывать свои неудачи в отношениях с единорожкой от других. — Всё хорошо.

— Твайлайт... — произнёс дракон, и принцесса ощутила, как её ушки прижались к голове.

Просто поразительно, как Спайку из раза в раз удавалось вытянуть из неё всю правду, просто скептически произнеся её имя. Некоторые вещи и правда никогда не меняются.

— Её здесь нет, — продолжил он. — Мне-то уж ты можешь рассказать.

— А с чего ты решил, что что-то не так? — спросила Твайлайт, пытаясь изобразить голосом немного любопытства.

Громкое фырканье Спайка привлекло внимание подруг возле ворот. Твайлайт неловко помахала им, когда они посмотрели в сторону дракона.

— Ну, — начал гигант, — не считая её, скажем так, "вспышку" в Понивилле, я, честно говоря, удивился бы, если бы между вами двумя сразу было всё хорошо.

Услышав огорчённый стон принцессы, дракон рассмеялся.

— Да это и не плохо, Твай. Плохо, если ты не будешь над этим работать.

Принцесса скептически изогнула бровь.

— Кто бы говорил, мистер. Покину-Замок-И-Никогда-больше-Не-Вернусь!

— Ладно-ладно, мысль понял. — Спайк покачал головой, чуть не скинув с макушки Твайлайт. — Но я серьёзно.

— Знаю, — произнесла принцесса, как только её насест перестал раскачиваться. По правде говоря, ей особо не хотелось обсуждать эту тему. Говорить об этом, значит, признать реальность происходящего. — Можно сказать, что мы работаем над этим. Не знаю.

Твайлайт опустила взгляд, прянув ушками, и начала выписывать копытом круги по голове гиганта.

— Она не говорит мне, что не так. Говорит, что ей нужно время.

— И она не сказала, сколько?

— Нет. Да. Ну, она сказала, "чуть больше времени". Да не знаю я, сколько это "чуть больше"! Хотелось бы мне, чтобы она была точнее. Что если её восприятие времени отличается от моего? Я дала ей полное собрание сочинений Старсвирла в качестве лёгкого чтения, а она сказала мне, что этим "лёгким чтением" убить можно не особо напрягаясь!

— Твайлайт, только ты могла назвать пятнадцать томов "лёгким чтением", — подметил гигант. Положительное влияние принцессы на дракона явно с годами ослабело. — К тому же, если она говорит, что это долго, а тебе кажется, что это быстро, тогда, возможно, ей понадобится не так много времени, как тебе кажется.

Принцесса устало вздохнула.

— Надеюсь. Хотя вчера у нас точно наметился прогресс, — лёгкий румянец выступил на щеках Твайлайт при воспоминании о прошлой ночи. Даже улыбка смогла, но не без боя, пробиться на её губы. Прошлой ночью, впервые с того момента, как она освободилась, она поняла, что её чувства к Рэрити взаимны. — Да, прогресс налицо.

— Да? Ну, учитывая, как вы с ней миловались всё утро, вам, должно быть, было очень весело.

— Спайк! — ахнула Твайлайт, топнув по его макушке. Она была необычайно благодарна всему свету за то, что дракон не мог видеть её раскрасневшееся и шокированное лицо, и без него восторженный смех гиганта разносился по всей округе.

— Ну что-о-о-о?! Я думал, вы там устроили пижамную вечеринку и от души повеселились! Не моя вина, что ты там себе надумала, — притворно оскорбился Спайк, внушая принцессе необходимость попробовать закатить глаза как можно дальше.

— Во имя Селестии... — пробормотала она, демонстративно игнорируя его довольное хихиканье.

Смех, однако, внезапно прервался, когда раздался отдалённый окрик Эпплджек.

— Погнали, народ! — крикнула кобыла, призывно махая копытом. — Двигайте яблочками, ну-ка, раз-два!

— Замечательно, — произнёс Спайк, поднявшись и громко вздохнув. — Он притащил их целую кучу.

Принцесса проследила за его взглядом и увидела два десятка солдат, марширующих по главной дороге от замка. Она лишь пару раз видела такую большую толпу, марширующую ей на встречу, и последний раз был связан с не очень приятным воспоминанием.

— Прямо как на твоей коронации, — дракон высказал вслух непроизнесённые мысли Твайлайт.

"Прямо как на моей коронации".

Парад, суть которого заключалась в том, чтобы провести её через весь город к замку, представить её как великую победительницу, которая добилась капитуляции Духа Хаоса, героиню, усилия которой позволили разгромить армии чейнджлингов, дарительницу эпохи мира и процветания.

Ту, что победила при помощи хитрости и обмана, и получила за это величайшую награду.

Принцесса задержала дыхание и медленно выдохнула, подрасправила под плащом крылья и проглотила остатки беспокойства.

Этот парад был её решением.

И примет его она с высоко поднятой головой.

Твайлайт спрыгнула со Спайка и приземлилась на землю ровно в тот момент, когда открылись главные ворота. Солдаты высыпали из города во главе с Рэрити, Рэйнбоу Дэш и неким гвардейцем, которого принцесса узнала. Не потому, что ранее с ним встречалась, а потому, что видела его глазами и в воспоминаниях возлюбленной.

Как только процессия оказалась в поле зрения Твайлайт, этот гвардеец подал остальным знак отойти, а Рэрити удвоила темп и порысила к аликорну.

— Я верну-у-улась! — приветственно пропела единорожка, одарив принцессу и дракона лучезарной улыбкой. — Утрите слёзы, дорогие мои, ибо теперь, когда вы снова со мной, в этом жестоком мире вам больше нечего бояться.

— Пф-ф-ф, что-то, Рэрс, я слёз ни у кого тут не вижу, — воскликнула Рэйнбоу, пролетая мимо и усаживаясь на макушку Спайка.

— Да ладно, я просто рыдал от разлуки в глубине души, — возразил дракон.

— Вот видишь! А Твайлайт просто-напросто уже выплакала все слёзы, — продолжила Рэрити, поправляя плащ на аликорне. Единорожка подняла взгляд и посмотрела принцессе в глаза. — Правда, дорогуша?

Твайлайт игриво закатила глаза.

— Вообще все.

Единорожка открыла рот, чтобы ответить, но принцесса заметила, что тот знакомый гвардеец приближается к ним. Рэрити проследила взгляд и повернулась. Она прочистила горло, отошла немного в сторону и приложила своё копыто к груди аликорна.

— Твайлайт, дорогуша, это Рифт Шилд. Тот самый, о котором я тебе рассказывала. И, Рифт... — её губы изогнулись в непривычной манере, а в глазах блеснуло озорство. — А это принцесса Твайлайт Спаркл.

Гвардеец уставился на аликорна, несколько раз открыв и закрыв рот. По правде говоря, принцессе даже стало немного неловко, и это не учитывая, что он был лишь первым в череде встреч.

— Принцесса Кейденс милосердная, — прошептал Рифт, справившись наконец с потрясением. Он снял шлем и моргая посмотрел Твайлайт в глаза. — Вы и правда точная копия статуи.

Взгляд гвардейца опустился на плащ принцессы, и она почувствовала, как её крылья встрепенулись. Сказать, что она чувствовала себя так, словно была экспонатом на выставке, это ничего не сказать, и это достаточно сильно беспокоило аликорна, потому что при друзьях она не чувствовала в себе такой застенчивости. Может, это потому, что Рифт был чейнджлингом? В конце концов, когда-то они были врагами, и даже зная, что под правлением Кейденс они исправились, было трудно воспринимать их как безобидных граждан, особенно вспоминая, какой вред они причинили королевству.

Ну... а ещё, может, потому, что Твайлайт очень хорошо знала о его прежних чувствах к Рэрити. Наверное, глупо бы прозвучало, что принцесса чувствовала будто её оценивает конкурент?

— Честно говоря, — произнесла единорожка, — эта жалкая статуя едва ли передаёт и малую толику очарования настоящей принцессы.

Рифт рассмеялся.

— О звёзды, Рэрити, даже не начинай, — пожаловался он, что немедленно вызвало вопросы у Твайлайт, а именно, что именно не начинать, и когда именно.

Однако, прежде чем принцесса успела озвучить один из возникших вопросов, гвардеец отступил назад и почтительно поклонился.

— Принцесса Твайлайт, для меня большая честь встретиться с вами.

Аликорн услышала, как за её спиной прыснула от смеха Рэйнбоу Дэш.

Рифт выпрямился и слегка улыбнулся.

— Рад, что вы снова с нами, — на миг его взгляд метнулся к единорожке. — Я слышал, что вашего присутствия очень не хватало.

Принцесса замерла.

Он знал об отсутствии Твайлайт?

Этого она не ожидала и была совсем не уверена, что ей нравится тот факт, что кто-то ещё знает об этом. Принцессу беспокоила мысль, что кто-то ещё, кроме Рэрити, был посвящён в то, что она говорила и делала. Что он о ней думал? Как много о ней знал? Неужели у него сложилось о ней плохое мнение?

Взгляд принцессы встретился со взглядом Рэрити, и терзания принцессы, должно быть, были заметны, судя по тому, как беспокойство омрачило лицо единорожки.

Твайлайт выдавила из себя улыбку.

— Привет, — произнесла она, стараясь сосредоточиться на других вещах. — Я тоже много слышала о тебе. Ты же чейнджлинг, да?

Рифт Шилд по началу никак не отреагировал. Казалось, он заранее подготовился к такому вопросу, и поэтому улыбка на его лице даже не дрогнула.

— Так и есть, принцесса, — мягко ответил он. Жеребец проследил взгляд принцессы, брошенный на гвардейцев неподалёку, и продолжил говорить: — Все они — пони. Таких как я в замке около десятка, принцесса.

Рифт встретился с Твайлайт взглядом.

— Надеюсь, что для вас это не проблема.

Тысячу лет назад, возможно. А сейчас...

— Вовсе нет, — ответила принцесса, стараясь вложить в голос как можно больше искренности. — Спасибо, что были с принцессой Кейденс, когда я не могла.

Жеребец кивнул, выпрямился и дважды копытом ударил по своей нагрудной пластине.

— Конечно! — воскликнул он. — Для меня честь и гордость служить принцессе Кейденс и Эквестрийскому Королевству, как и каждому эквестрийскому чейнджлингу до меня.

Внимание Твайлайт немедленно привлекло громкое фырканье, раздавшееся у неё за спиной. Она обернулась и увидела, что Рэйнбоу смотрит на них сверху вниз, с насмешкой на лице.

— Ах, мастер Спайк, — поприветствовал дракона Рифт с улыбкой. — Мы знали, что однажды вы вернётесь.

Дракон фыркнул.

— Не сомневаюсь.

— Но это правда! — запротестовал гвардеец.

— Пф-ф-ф, кончай уже подмазываться, — произнесла радужная пегаска, в довольно грубой манере отмахиваясь. — Давай уже перейдём к интересному.

Если Рифта что-то и беспокоило, виду он не подал. Он снова надел шлем и дал знак гвардейцам приблизиться. Ужасная тяжесть тут же легла Твайлайт на сердце. Время пришло, независимо от того, была она готова или нет.

Два десятка гвардейцев в церемониальных доспехах направились к ним, окружив дракона квадратом. Хотя принцесса и понимала, что их присутствие необходимо, учитывая, что большой и незнакомый никому дракон вот-вот войдёт в город, но ей всё равно было не по себе. Парад привлекал гораздо больше внимания, чем Твайлайт бы хотелось.

И, что более важно...

— Как же Спайк доберётся до замка? — спросила принцесса. Конечно, её знания о планировке города несколько устарели, но помнила она достаточно и понимала, что гигант вряд ли сможет протиснуться по узким улочкам. — Мне помнится, что улицы недостаточно широкие, чтобы по ним мог пройти дракон.

— Я думал о том же, — добавил Спайк, приподняв бровь. — Может, меня и не было в городе давным-давно, но я отчётливо помню, что, когда драконы последний раз посещали Кантерлот, ни один из них не смог войти внутрь.

И Твайлайт помнила. Пятая встреча мирного договора. Расы со всего королевства въезжают в город, а гордое племя драконов слетает прямо в главный двор замка.

Рифт спокойно ответил:

— Всё учтено. Город был перестроен столетия назад. Дракон с лёгкостью пройдёт по главному проспекту, если там никого нет.

Как только гвардеец отошёл, чтобы приказать открыть ворота, Спайк опустил голову и пробормотал себе под нос:

— Офигительно.

— Спайк! Следи за языком! — отчитала гиганта Рэрити, получив от него смешок. — Только потому, что тебе всё это не нравится, это не повод перестать быть благородным драконом!

— Рэрити, я на тысячу лет тебя старше, — заметил дракон. — К тому же, я использовал достаточно безобидное слово.

Твайлайт заговорила:

— То, что тебе тысяча лет, не значит, что ты должен ругаться, Спайк, — посоветовала она, улыбнувшись, когда гигант виновато опустил голову.

— Прости, Твайлайт, — пробормотал дракон, словно нашкодивший жеребёнок.

— Что?! Прости?! — воскликнула Рэйнбоу, топнув по чешуйке на голове гиганта. — Все крутые драконы ругаются!

— Ты преувеличиваешь, — возразила Флаттершай. — Ругаться совсем не "круто".

Дэш закатила глаза, отмахнувшись от пегаски.

— Да ну, Шай! Держу пари, что, если бы ты ругнулась разок, сразу бы стала круче!

Завязалась словесная перепалка, большинство аргументов в которой были для Твайлайт одновременно смешными и бессмысленными. Однако это помогло аликорну отвлечься от дурных мыслей, и вдруг она почувствовала лёгкое похлопывание по плечу; обернувшись, принцесса обнаружила, как Рэрити кивает на уединённое место неподалёку.

Оставив позади захватывающий спор на тему круто ли ругаться или нет, Твайлайт последовала за возлюбленной, и как только они остались наедине, Рэрити тепло улыбнулась и коснулась копытом щеки принцессы.

— Ну как ты? — деликатно спросила единорожка. — Страшновато?

Твайлайт хотела солгать. Хотела улыбнуться и сказать, что всё хорошо и она только немножко встревожена, но, по правде говоря, она точно знала, как именно себя чувствует. И знала она это из-за той, что стоит сейчас прямо перед ней.

— Мне сейчас точно так же, как тогда, когда мы снова встретились в библиотеке, после того, как я... ну, ты знаешь... — призналась принцесса, нервно помахивая хвостом.

Но вместо того, чтобы выразить сочувствие и утешить, чего ожидала Твайлайт, Рэрити широко улыбнулась.

— Точно так же? — спросила она. — Ты имеешь в виду, что потеряла дар речи и томишься от любви к потрясающей кобыле перед собой?

Принцесса приподняла бровь.

— Скорее, напугана и полна раскаяния, — поправила она.

Единорожка и глазом не моргнула.

— В таком случае, дорогуша, ты будешь рада узнать, что твоё воссоединение с принцессой Кейденс, скорее всего, пройдёт точно так же, как наше! — Рэрити недолго помолчала. — Хотя нет, не совсем так же! Чтобы всё было, как и у нас, потребуется поцелуй и, если до этого дойдёт, то мне понадобится диванчик, на котором я с комфортом смогу впасть в отчаяние.

— Рэрити! — ахнула Твайлайт. — Она моя золовка!

— Совершенно верно! И не то, чтобы ты физически могла поцеловать её, — единорожка задумчиво постучала копытом по своему подбородку, с любопытством разглядывая принцессу. — Звёзды мои, ты когда-нибудь представляла себе, каково это, пытаться поцеловать кого-то призрачного? Я тут поймала себя на мысли, что жалею о том, что не попробовала этого с тобой! Хм-м-м, а может, дорогая Кейденс позволит утолить мне моё любопыт-м-м-мпф-ф!

Твайлайт заткнула рот Рэрити при помощи магии и искренне надеялась, что в темноте не видно, как сильно она покраснела, принцесса устремила на единорожку пристальный взгляд.

— Ты закончила? — спросила Твайлайт и получила быстрый кивок от своей второй половинки.

— Ну и ну! — произнесла Рэрити, хмыкнув, после того, как хватка магии ослабла. — Твайлайт, я надеюсь, что ты понимаешь, что есть более романтичные способы добиться моего молчания.

— Нет таких, потому что тогда я бы поощрила твоё плохое поведение.

— М-м? Как странно слышать это от тебя! Я отчётливо помню, как не далее чем вчера, ты...

— Ну вы чего там, а? — раздался голос Эпплджек. — Вас двоих ждём!

— Ещё минутку! — крикнула единорожка, после чего повернулась к принцессе, и вся игривость исчезла с её лица. Рэрити надавила копытом на грудь аликорна. — Твайлайт, бояться — совершенно естественно, но, даю слово, всё будет идеально. Но...

Единорожка замолчала и прикусила губу.

— Но? — надавила принцесса.

— Но тебе не обязательно проходить через всё это, — Рэрити махнула копытом в сторону гвардейцев, — если тебе не хочется. Я уговорила Рифта взять необходимый минимум сопровождения, но если тебе некомфортно, то мы с тобой можем пропустить процессию и просто пойти следом.

Твайлайт покачала головой.

— Нет, всё хорошо. Я справлюсь.

Единорожка состроила озабоченную гримасу.

— Справлюсь, — повторила принцесса.

На мгновение выражение лица Рэрити смягчилось, создавая иллюзию того, что единорожка поверила уверенности Твайлайт. Но затем модельерша поджала губы и посмотрела аликорну в глаза.

— Ты точно уверена?

— Да, Рэрити, уверена, не сомневаюсь и даже убеждена, — смеясь, ответила принцесса, когда Рэрити так серьёзно на неё уставилась. — Такое ощущение, что ты боишься даже больше, чем я!

Единорожка усмехнулась и опустила копыто с груди аликорна на землю.

— Не говори глупостей! Мне-то с чего?! Я всего лишь... обеспокоена, если на то пошло!

— Тогда что не так? — спросила Твайлайт, и наконец Рэрити сдалась, её переносица порозовела и она жалобно заскулила.

— Я... — единорожка снова подняла переднее копыто и почти неосознанно поправила плащ аликорна, сосредоточенно вглядываясь в складки на плаще. — Я не знаю. Мне просто хочется, чтобы всё прошло просто идеально.

Пока Рэрити говорила, в её взгляде сквозило неподдельное страдание, наконец единорожка подняла голову и встретилась взглядом с принцессой.

Как и со многими пугающими её вещами, Твайлайт обнаружила, что боится гораздо меньше, если знает, что её возлюбленная спокойна. Как резко поменялись роли.

— Всё так и будет. Волноваться не о чем. Они просто сопровождают нас со Спайком до замка, и всё, — твёрдо произнесла принцесса, надеясь убедить и себя, и Рэрити. Твайлайт склонилась и поцеловала единорожку в лоб. — Обещаю, со мной всё будет хорошо.

И чтобы добавить веса словам, принцесса потрусила обратно к друзьям, с высоко поднятой головой.

Когда она подошла, Эпплджек протянула копыто и похлопала аликорна по плечу.

— Волноваться не о чем, принцесса.

Флаттершай нахмурилась.

— Нет ничего плохого в том, чтобы немного волноваться, — поправила фермершу пегаска.

Эпплджек улыбнулась, приподнимая шляпу.

— Ну лады, немножко можешь нервничать, но не очень сильно, мы тут все готовы тебе помочь, слышишь?

— Всё в порядке, Твайлайт, — добавил Спайк, выпрямляясь и выпячивая грудь. — Вся толпа будет глазеть на меня, тебя-то даже и не заметят.

— Ха! — расхохоталась Рэйнбоу. — Высоко метишь, все будут смотреть на меня!

— Ну ладно, хватит! Разберётесь между собой, пока идти будем, — прервал шутливую перепалку Рифт. Он указал в сторону ворот, где уже собралась стремительно растущая толпа возбуждённых зевак, пытавшихся пробиться на места с лучшим обзором. — Чем дольше тянем, тем больше времени всё это займёт.

— Твайлайт, — произнёс Спайк, взглянув на неё сверху вниз. — Мы пойдём, как только ты будешь готова, хорошо?

Глубоко вдохнув, принцесса кивнула, что послужило сигналом к началу. Рифт Шилд жестом приказал открыть ворота, и с громоподобным топотом дракон двинулся к городским стенам, прокладывая путь, возглавляя процессию для принцессы и её друзей.

Рэйнбоу Дэш ехала верхом на голове дракона, махая ликующей толпе. Флаттершай шла рядом с Эпплджек, и всё волнение пегаски фермерша взяла на себя, постоянно поддерживая с ней разговор. А Твайлайт? Твайлайт застыла у ворот, пока обеспокоенный взгляд Рэрити не заставил аликорна пойти следом.

Принцессе хотелось осмотреться, как следует изучить город, что когда-то был ей домом, но это было проблематично, когда повсюду, куда ни глянь, на неё смотрели сотни глаз. Они были повсюду, пони выглядывали с балконов зданий, с воздуха, из-за верёвочных ограждений, с любой точки, с которой было видно процессию, пони Кантерлота собирались, чтобы насладиться зрелищем.

— Твайлайт, не смотри на них, — прошептала Рэрити, подходя поближе к аликорну. — Тут нет никого, только я и ты.

Но ободряющий шёпот затерялся в шуме города. Охи и ахи из толпы обрушивались на принцессу со всех сторон, крики, просящие дракона извергнуть огонь, просящие Рэйнбоу взлететь и показать пару трюков на потеху толпе. Дыхание Твайлайт стало чаще, а каждый шаг давался всё тяжелее и тяжелее. Всё было точно так же, как на коронации.

Принцесса заставила себя отвести взгляд от толпы и не отрывать его от брусчатки под копытами, пока не заметила, что Эпплджек и Флаттершай обеспокоенно на неё оглядываются. Твайлайт изобразила улыбку, но в голове то и дело мелькали образы коронации, весь Кантерлот, выкрикивающий её имя, славя её "великий подвиг", и обеспокоенные взгляды тех, кто знал правду.

Принцесса чувствовала головокружение, жаркий плащ словно прижимал к земле, тело слабело с каждым шагом, из-за чего становилось всё тяжелее и тяжелее дышать.

Она запаниковала, словно на неё одновременно напали и толпа, и её собственный разум. Её шаги замедлились, и по встревоженным взглядам подруг стало понятно, что все эмоции написаны у неё на лице. Твайлайт изо всех сил старалась сдержать крылья под плащом, но они явно стремились последовать её желанию улететь подальше.

— Твайлайт?

Принцесса посмотрела на Рэрити, и только когда увидела, как завиток её собственной магии буквально обвивает ногу возлюбленной, Твайлайт поняла, что буквально схватилась за единорожку в поисках поддержки. Аликорн немедленно развеяла заклинание, но её поспешные извинения были прерваны самой кобылой.

— Ну всё, хватит. Я знала, что это ужасная идея, всё зашло слишком далеко.

Резкий и разражённый голос Рэрити прорезал какофонию звуков, и страх сжал сердце принцессы, когда единорожка решительно направилась во главу процессии.

— П-подожди! — панически выпалила Твайлайт, бросившись к возлюбленной. — Куда ты?

Хотя раздражение Рэрити уменьшилось при виде встревоженной принцессы, всё равно было ясно, что она недовольна.

— Я иду сообщить Рифту Шилду, чтобы гвардия вывела нас отсюда. Я не позволю тебе про...

— Нет, — почти отчаянно перебила Твайлайт. Она побрела вперёд, жестом приглашая единорожку следовать за собой. — Пожалуйста, я... я в порядке, д-давай просто пойдём.

— Дорогуша, даже твоя шёрстка побледнела! Я думала, ещё чуть-чуть и у тебя паническая атака случится! Твайлайт, прошу, — взмолилась Рэрити с лицом, полным сострадания. — Это из-за гвардейцев? Не хочешь поднимать шум? Если хочешь, можем просто телепортироваться прочь. Уберёмся отсюда, прежде чем кто-либо успеет что-то понять.

Из толпы раздался восхищённый возглас, прервавший их дискуссию.

— Смотрите! — воскликнула кобыла. — Это же принцесса Денза!

Твайлайт вскинула голову и теперь уже осознанно вцепилась в Рэрити. Там, вдалеке, высоко над воротами замка, она увидела одинокую принцессу, стоящую за одним из самых больших окон замка, со стражей по обеим сторонам.

Кейденс.

Теперь она наблюдала.

Ждала, и со стороны Твайлайт было недопустимым убежать прямо сейчас, даже если очень хотелось. Поэтому она собрала всю волю, откинула тревоги прочь, выпрямилась и задрала голову, как и подобает принцессе.

— Твайлайт? — осторожно произнесла единорожка.

И даже если каждая жилка Твайлайт была полна страха, она решила держаться уверенно.

— Пожалуйста, — произнесла она дрожащим голосом, не осмеливаясь повернуться к Рэрити из-за страха, что может отступиться. Принцесса с трудом сглотнула и постаралась, чтобы её голос звучал как можно более ровно. — Мне нужно сделать это. Ради себя.

И Твайлайт продолжила идти, напряжение в теле ослабло, когда единорожка безмолвно к ней присоединилась, никаких протестов, никаких вопросов, только маленький завиток магии Рэрити обвился вокруг копыта принцессы. Нежное проявление поддержки.

Они шли и шли, и Твайлайт не отрывала взгляд от дороги, слишком боясь посмотреть наверх и узнать, наблюдает ли за ней Кейденс. Что она скажет? Что она может сказать? Слова "я сожалею" казались слишком пустыми, незначительными, по сравнению со всем, что они пережили, со всем, что закопали в самые глубины сознания.

В конечном итоге, она всё-таки добралась до серебряных ворот Кантерлотского замка, потому что время учило её раз за разом, что ему нет дела до страхов раскаявшейся принцессы, и что не стоит откладывать давно просроченное искупление.

Врата распахнулись, и от их скрипа по спине аликорна пробежали мурашки, один за другим, пони переступили порог, отделяющий Эквестрию от обмана, длящегося тысячу лет. Рифт и гвардия прошли внутрь, за ними Спайк и Рэйнбоу, следом Эпплджек и Флаттершай.

Но Твайлайт...

Она уставилась на отметину на земле, протёртую канавку на камне, отмечающую след от створок, и это напомнило ей о барьере в её собственной библиотеке. Той самой библиотеке, которую она не решилась посетить снова, боясь...

Мягкое прикосновение носом отвлекло принцессу, нежный бессловесный толчок, и она шагнула вперёд, переступив черту, отделяющую прошлое от настоящего. Она знала, что пути назад не было. Нельзя показывать внутренним демонам свой страх, и вообще обращать на них внимания. Больше никакого бегства, в прямом и переносном смысле, ворота замка закрылись за ней, как только они с единорожкой оказались внутри.

Контраст просто поражал. Улицы были полны болтовни и веселья, но замок? Замок был пуст и безмолвен. Ни пони, разгуливающих внутри, ни торговцев, продающих свои товары, никого. Только по два охранника у каждой створки ворот.

Она не была в заточении, но чувствовала себя, словно была, как будто вернулась в библиотеку, и в этом был смысл.

Ибо Кантерлотский замок в действительности был темницей, но не для неё.

Наконец Твайлайт подняла голову к окну и обнаружила, что Кейденс исчезла, и поэтому взгляд проследил чуть ниже, и тут же аликорна охватила болезненная ностальгия. Башня, в которой она когда-то жила, окна, из которых она выглядывала, и даже треснувшая стена, которую так и не починили после неудачного магического эксперимента.

Затем её взгляд наткнулся на оружейную башню, где капитан королевской гвардии проводил большую часть времени. Она вспомнила своего брата. Вспомнила, хотя и долго пыталась забыть. Вспомнила его постоянные разговоры о том, как ему хочется создать большую семью.

Она отвернулась, но слёзы уже собрались в уголках глаз, пока вновь её не прервало мягкое прикосновение.

— Твайлайт...

Она наконец подняла взгляд, осознав, что все остановились и ждут её. В их глазах отражались разные эмоции, от сострадания до поддержки и всех эмоций между ними. Но из всех глаз она искала глаза Спайка, потому что только он её понимал.

Только он, скорее, сочувствовал ей, чем жалел.

Гигант помотал головой, стряхивая с себя Рэйнбоу, и когда она подчинилась и слетела на землю, дракон повернулся к аликорну и склонил голову, приглашая забраться.

— Ваш трон ждёт, принцесса.

Твайлайт застыла, и единорожка снова вывела её из ступора нежным прикосновением.

— Иди, — произнесла она и лёгким движением магии расстегнула плащ на аликорне, левитировав его прочь. Больше нет нужды прятаться. — Ты нужна ему.

Крылья аликорна расправились, произведя впечатление на гвардейцев. Если у них ещё и оставались сомнения в её реальности, то теперь они, конечно, развеялись, и ещё сверх того, когда она взлетела в воздух и приземлилась на макушке Спайка, единственном троне, который она когда-либо добровольно принимала.

Твайлайт села, подняла копыто и мягко прикоснулась к голове дракона, не из-за того, что ей нужна была поддержка, а чтобы выразить поддержку своему другу. И вместе они продолжили путь, вплоть до огромных дверей замка, и искренняя улыбка расцвела на губах принцессы, когда она заметила маленькую чёрную сову, примостившуюся на подоконнике одного из окон на нижних этажах. Остальная часть семьи, как предполагала Твайлайт, укрылась где-то поблизости, ожидая наступления ночи.

Темис взлетел в воздух и, подражая своей хозяйке, приземлился ей на голову, обвив крылом её рог.

— Вот мы и пришли, — тихо произнесла принцесса, так, чтобы только Спайк мог её услышать.

— Твайлайт, — серьёзно произнёс гигант. — Ты не против, если туда войдём только мы?

Принцесса удивлённо моргнула.

— Только мы? Что ты имеешь в виду?

— Он имеет в виду, что хотел бы, чтобы вы встретились с принцессой Кейденс наедине, — произнесла Флаттершай, взлетев, чтобы оказаться на одном уровне с Твайлайт.

— Н-но почему? — спросила принцесса. Такого в плане не было, и менять его в последнюю секунду казалось неразумно. Её взгляд метался между Рэрити и Флаттершай почти так же быстро, как билось её сердце. Пегаска улыбнулась, и это была та же самая улыбка, которой она одарила Твайлайт в Стоун Ресте. Улыбка, что пыталась подарить мир мятежному разуму аликорна.

— Принцесса Кейденс об этом попросила. Она хотела бы встретиться с тобой наедине, — мягко произнесла Флаттершай, и тут же быстро добавила, — не потому что она расстроена.

Паника утроилась, ледяной волной пробежавшись по телу. Расстроена? Почему Кейденс расстроена? Она расстроена?

— Лейтенант!

К компании подбежал гвардеец, его взгляд на мгновение задержался на аликорне, после чего жеребец отсалютовал чейнджлингу.

— Сэр, её высочество готова, — объявил он, снова метнувшись взглядом к Твайлайт. — Полагаю, мы можем продолжать. Внимания леди Рэрити и остальных настойчиво требует персонал.

“Подождите, — хотела сказать принцесса. — Подождите, я не готова, стойте”.

— Превосходно. Передайте капитану Бризу, что все гвардейцы чейнджлинги на позициях, — наконец Рифт повернулся к двери и трижды постучал. — Открыть двери!

Из-за дверей донёсся шорох запоров, и Спайку пришлось отступить, чтобы дать место открыться двум большим створкам. Твайлайт слегка сползла назад по голове дракона, внезапно и резко осознав, что именно сейчас произойдёт.

И, если так подумать, ей ведь на самом деле не обязательно прямо сейчас встречаться с Кейденс, так ведь?

Именно! Сначала она могла повидаться с Луной. Или поехать в Понивилль, а уже потом отправиться к Луне. По правде говоря, она как раз кое-что забыла в библиотеке! Она ещё не целиком вернулась, и там наверняка были книги, которые срочно требуется прочитать, да и помещение стоит вычистить, и вот тогда, уже после всего этого, она могла бы встретиться с Кейденс, потому что прямо сейчас...

Она не готова.

Но вдруг Темис улетел, а Спайк двинулся вперёд, лишив её выбора.

— Твайлайт!

Отчаянный взгляд принцессы замер на Рэрити, она оглянулась, безнадёжно надеясь, что возлюбленная ещё раз предложит ей телепортироваться прочь, но она этого не сделала. Вместо этого рог единорожки засветился, и седельные сумки появились рядом с Твайлайт. Принцесса бросила на Рэрити умоляющий взгляд, но она ничего не сказала. Просто подняла копыто, прижав его к светящемуся кристаллу, висящему на шее.

И Твайлайт ничего не оставалось, как повторить этот же жест, её копыто вжалось в ожерелье, в то время как Спайк пересёк проём, и двери за ним закрылись.

Аликорн уставилась на эти створки. Она проанализировала их, тщательно изучила дизайн, отмечая про себя, что они изменились. И так страшно было оглянуться назад и посмотреть, что ещё изменилось.

— Принцесса скоро спустится.

Голос Рифта эхом разнёсся по залу, единственная фраза, что могла заставить Твайлайт обернуться. Всё было именно так, как он сказал. Кейденс нигде не было. На самом деле, вообще никого не было видно. В огромном вестибюле не было никого и ничего, кроме них троих.

Но ей было всё равно.

Твайлайт была слишком занята борьбой с нарастающим давлением в груди, пока глаза блуждали по её старому дому. Величественные лестницы, ведущие на верхние этажи, по которым она спускалась и поднималась бесчисленное число раз, боковые проходы, ведущие в кухни, в столовые, в библиотеки, в...

Всё было таким, каким она помнила.

Почти, потому что пойди она сейчас в обсерваторию, она не обнаружила бы там Луну, расставляющую звёзды или спящую весь день напролёт.

Если пошла бы в тронный зал, то не обнаружила бы там Селестию, принимающую просителей или обсуждающую политику и всяческие договоры.

Если пошла бы в оружейную, то не встретилась бы там с Шайнингом, полирующим свой щит или разрабатывающим новую военную стратегию.

Родителей не оказалось бы в доме. Фезер Скролл не вытирал бы пыль с книг в библиотеке. Брисл Лоф не оказался бы на кухне, всегда готовый отчитать её за то, что она тайком таскает выпечку к себе в комнату. Спотлесс Харт не разбудил бы её стуком в дверь ранним утром. Айрон Коблер не оказался бы готов последовать за ней по малейшей просьбе.

Все, кого она любила, умерли.

Одно имя за другим, всплывали, от поваров до горничных, от библиотекарей до учёных, даже дворяне, с которыми она спорила... все они умерли.

Все они мертвы.

Мертвы, и единственная, кто осталась в замке, видела всё это своими глазами.

Единственная, кто осталась в живых, и Твайлайт не знала, простит её Кейденс или нет.

Простит за такое будущее, за то, что было отнято у неё, у них и...

Слёзы выступили на глазах, стекая по щекам на копыто, прижатое ко рту. Она скучала по дому. Сильно скучала, даже если всё вокруг было таким знакомым, домом оно больше не было.

— Твайлайт?

Голос Спайка, нежный и заботливый, единственный дом, который, как она знала, всё ещё остался, обратился к ней, и она поняла, что не может говорить.

— С-Спайк... — слова вырвались на хриплом дыхании, искажённые, переломанные, надтреснутые до такой степени, что она не была уверена, что это был её собственный голос. — Их всех уже нет.

— Я знаю.

— Их уже нет, — повторила Твайлайт, как будто это могло отменить сам факт, потому что ей хотелось всё изменить, чтобы не было всей этой боли. Ей хотелось утешения.

Но тут у неё перехватило дыхание, когда знакомая голубая магия окутала ручки на дверях над лестницей. Какие-то мгновения дверь не двигалась, и Твайлайт подумала, не боится ли тоже та, кто за ними.

Через силу она слетела вниз, приземлившись перед Спайком, повернула голову и увидела его глаза, полные слёз. Он молча смотрел на неё, дракон, ждавший тысячу лет, чтобы найти её и вернуть обратно.

Двери открылись.

Твайлайт обернулась, наблюдая, как принцесса Кантерлота шагнула вперёд, ничего и никого, кроме неё, кроме какого-то предмета, плывущего позади. Там стояла она, принцесса Кантерлота, чьё истинное имя затерялось в веках, от принцессы Ритм до принцессы Мелоди, и так далее и далее, пока принцесса Денза не приняла мантию правления.

Принцессы смотрели друг на друга через мучительную пропасть в тысячу лет, их эмоции были так же скрыты, как была скрыта правда от всей Эквестрии.

Твайлайт не знала, что сказать.

Не знала, что сказать, даже когда принцесса выдвинулась к ней навстречу, даже когда спускалась по ступенькам, даже когда дошла до последней и заняла своё место на другом конце помещения.

Это была она. Это правда была она, от вишнёвого цвета шёрстки до пурпурной гривы с прядями цвета золота, корона, глаза. Это была она, и в то же время не она, потому что в её глазах Твайлайт не могла разглядеть Кейденс. Она не видела теплоты, не видела улыбки на губах, не видела любви, которой так славилась Кейденс.

Принцесса посмотрела вниз, и предмет позади неё выплыл на передний план, оказавшись щитом. Щитом, на котором Твайлайт разглядела знакомую, выцветшую метку, заставившую задние ноги подкоситься.

Наконец Кейденс заговорила.

— Он бы хотел, чтобы это было у тебя, — тихо произнесла она.

Дрожащими копытцами Твайлайт взяла щит своего брата, слёзы капали на его поверхность. Она помнила, как Шайнинг часами полировал его, помнила, как он сражался и защищался им, помнила, как щит один за другим принимал на себя удары, щит, который она считала таким же несокрушимым и вечным, как самого Шайнинга Армора.

И вот он, призрак своего прежнего "я", без хозяина, что мог бы им воспользоваться.

"Я найду тебя вновь, в этой жизни или в следующей".

Она больше никогда не увидит своего брата.

Когда Твайлайт больше не смогла смотреть на щит, она обратила свой скорбящий взор на саму принцессу, которая тоже потеряла столь дорогое для них обеих. Принцесса продолжала смотреть, и чем больше она смотрела, тем больнее было Твайлайт, потому что она скучала по Кейденс, по своей Кейденс, семье. Потерять Шайнинга было ужасно, но потерять ещё и её...

Знать, что Кейденс, возможно, столько же померкла, как кьютимарка на этом щите.

— К-Кейденс? — в слезах позвала её Твайлайт, прямо как когда-то давно, когда маленькая кобылка искала утешения у своей няни.

Поначалу принцесса ничего не ответила.

Ничего, пока не наклонила голову, пока глаза не заблестели от слёз, пока губы не украсила тёплая улыбка, пока она не начала тихо петь.

— Божьи коровки...

Колыбельная, приветствие и утешение, которого Твайлайт давным-давно лишилась, и теперь едва смогла продолжить.

— Н-нам с-счастье принесли, — наконец прошептала она, срывающимся голосом, едва сдерживая душившие её рыдания. — Ц-цокни копытцами и...

Всхлип прервал Твайлайт, она спрятала мордочку за щитом, брат в последний раз защитил её от мира, который стремился причинить ей боль.

— К... Кейденс... Шайнинг А-Армор... он... я...

— Твайлайт...

Она подняла затуманенный слезами взгляд и увидела припавшую перед ней на колени Кейденс.

— Кейденс, — сквозь сдавленные рыдания произнесла Твайлайт, прижимая щит к груди. Было тяжело говорить, невыносимо тяжело. — Прости... прости меня. Пожалуйста, прости меня. Мне жаль, как же мне жаль, я...

Она замолчала, потому что некоторые вещи исправить она не в силах.

— Твайлайт.

Рог Кейденс засветился, и магия коснулась щёк заплаканного аликорна, такая же тёплая магия, как дом, который когда-то у неё был.

— Твайлайт, мне нечего прощать.

И тогда щит упал на пол, и тогда Твайлайт потянула вперёд, чтобы обнять её, и тогда, когда она прошла сквозь Кейденс, Твайлайт зарыдала. Она плакала, плакала и плакала, по тем, кого потеряла, по тем, кого больше никогда не увидит, по дому, которого больше не было. Плакала даже тогда, когда тёплая голубая магия баюкала её, а Кейденс повторяла снова и снова, что прощать нечего.

Позади раздался всхлип, Твайлайт обернулась и увидела Спайка, по щекам которого струились огромные капли, он прикусывал губу, совсем как когда-то делал, будучи ещё маленьким дракончиком, храбрясь перед Твайлайт.

— Привет, Спайк, — произнесла Кейденс, таким же тёплым и успокаивающим голосом, как магия, утешающая Твайлайт. — Добро пожаловать домой. Останешься на ужин?

— Да, — срывающимся голосом ответил дракон. — Думаю, что останусь.

## — Глава 5 — Смена перспективы

[Изображение: https://i.imgur.com/EJf1kRl.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/4jC9Osi.png]

Ему просто невыносимо было видеть её слёзы.

Ему хотелось бы, чтобы Фрост Флауэр была сейчас здесь, с ним, потому что она всегда знала, что делать. Это желание было с ним каждую минуту жизни.

— Я рассказывал тебе о Фрост Флауэр? — спросил Норт, тыкая палочкой в костёр.

Рэрити подняла голову, в её глазах блестели слёзы.

— О твоей жене? Нет, не рассказывал.

— Я встретил её через несколько дней после того, как покинул Эквестрию. Нам обоим понадобилось перебраться на ту сторону Переливчатого озера, и она была моей соседкой по каюте, — на миг, жеребец замолк, вновь ожила боль в душе по почившей жене. — Вот никогда ещё такого существа не видел! Вроде как пони, а в чёрно-белую полоску. Сразу подумал, какая же она красивая. А потом она стукнула меня прямо в нос, за то, что я на неё пялился.

— Она ударила тебя? Звёзды небесные! — со смехом воскликнула единорожка. — Ну, хотя бы не о книжный шкаф приложила.

Норт раскатисто рассмеялся.

— "Ваджинга! Дурак!" кричала она. "Ты, должно быть, из Эквестрии", — продолжал пародировать жену жеребец, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

— До конца поездки с фингалом ходил, но сразу понял, что с неё и начнутся мои приключения.

* * *

За своё недолгое пребывание в Кантерлоте Твайлайт Спаркл уже дважды испытала приступ мучительной боли.

В первый раз это была боль от нагнавшего её прошлого, от необходимости смириться со смертью семьи, исчезновением прежней жизни. Второй раз — иной уровень боли, пронзивший всё тело, всю душу, боль обожгла её щёки, боль была столь мучительна, что ей вновь захотелось стать призраком. Но хуже всего было то, что эта боль была вызвана крайне простой причиной.

Она наткнулась на свои старые статьи и осознала, насколько они плохи.

Кейденс отправила Твайлайт в её прежние нетронутые покои, чтобы она успокоилась и расслабилась. Всё лежало на своих местах, всё как принцесса запомнила, увидев комнату во время мысленной связи с Рэрити. Но как бы сейчас сильно Твайлайт не хотелось просто лечь и расслабиться наедине со своими мыслями, она не могла оторвать взгляд от этих... этих... попыток писать.

Это было ужасно, неловко, просто смертельно — осознавать свои прежние ошибки! Предлоги — это не те слова, на которых стоит заканчивать предложения! Сравнения были столь же плохи, сколько и клише, которых, между прочим, следовало избегать почище лошадиной чумки. В своём изложении она ходила вокруг да около вместо того, чтобы хотя бы попытаться быть более точной.

И!

И что ещё хуже, её суждения... уф-ф-ф! Никогда не следует обобщать!

Со стоном Твайлайт отодвинула свиток подальше и стала решительно смотреть на что угодно, кроме стола. Слава Селестии, что ей так и не выдалось возможности закончить эту постыдную пародию на диссертацию по магической термодинамике. Как только она будет в состоянии снова перечитать его, она выделит "спорные" моменты, основательно перепишет и даст Рэрити на вычитку и только после — опубликует.

Взгляд Твайлайт блуждал по комнате, изучал бумаги, прикреплённые к стенам, диаграммы с Элементами Гармонии, висящие там ещё со времён, когда она ошибочно полагала, что они представляют сильные стороны принцесс. Как и в случае со статьями, только в ретроспективе стали очевидны и понятны ошибки.

Вот если бы только она могла вернуться назад в прошлое и уберечь своё более молодое и просто до абсурда косноязычное "я" от стольких опрометчивых решений.

Принцесса отвела взгляд от плакатов и вернула к свитку.

"Но если я вернусь в прошлое, то как я тогда встречусь с Рэрити? — думала она, постукивая хвостом по полу. Если только не заберу её с собой в прошлое... хм-м-м".

Три стука в дверь прервали её размышления о том, как убедить Рэрити вернуться с ней в прошлое, и, навострив ушки, аликорн повернулась к двери.

— П-принцесса Твайлайт? — раздался незнакомый голос какой-то кобылы из-за дубовых дверей. — Вы там?

— Д-да? — отозвалась принцесса, поспешно сворачивая и пряча свиток подальше, чтобы кто бы там ни был за дверью не попросил его почитать.

— Принцесса, королева Кейденс...

— Гиацинт! — рявкнул голос ещё какой-то кобылы.

— Астер, всё хорошо, — раздался третий голос, уже жеребцовый, который Твайлайт показался смутно знакомым.

Аликорн наморщила лоб.

“Королева Кейденс?”

— Принцесса Твайлайт, — вновь раздался первый голос, громче и заглушая разговор двух остальных. — Принцесса Кейденс просит вашего присутствия в садах, в-ваше величество.

— Эм-м, минутку! — ответила аликорн, потрусив к двери и открывая её, чтобы обнаружить трёх вооружённых гвардейцев: белую пегаску, что испуганно пискнула и быстро приложила копыто к голове в приветствии, коричневую земнопони, которая повторила этот жест с бóльшим достоинством, и, наконец, Рифта Шилда, который широко улыбался Твайлайт.

— Принцесса Твайлайт! — произнёс он, склонив голову, после чего махнул копытом в сторону двух других гвардейцев. — Я хотел бы познакомить вас с Гиацинт и Астер.

Яркая улыбка украсила лицо Рифта, и принцесса почувствовала некое облегчение от его вида. Она знала о чувствах чейнджлинга к Рэрити и была рада, что он не затаил на неё обиду.

— Удалось выспаться?

— М-м, да, — ответила Твайлайт, пытаясь не сводить взгляда с Рифта, но невольно поглядывая на пегаску, дрожащую словно осиновый лист. — Всё хорошо?

— Конечно, принцесса Твайлайт! — эта кобыла... Гиацинт резко дёрнулась, снова приложив копыто в голове. — Для меня честь служить вам и королевской семье Эквестрии со времён основания Хартс-Хэйвен, и я надеюсь, что вы не отринете службу и следующих поколений, пожалуйста.

Кобыла так спешно протараторила, что аликорн просто молча уставилась на пегаску, которая тут же прочистила горло и нервно улыбнулась.

— В-ваше величество.

Астер устало потёрла копытом лоб.

— Ох, Кейденс милосердная...

Принцесса была, мягко говоря, обеспокоена.

— А с чего бы мне её отринуть? — обратилась она к Гиацинт, которая каким-то образом как будто бы стала меньше, что, учитывая природу её расы, могло быть даже буквально.

— Я... ну, я...

Рифт прочистил горло, и гвардейцы выпрямились по стойке смирно.

— Принцесса Твайлайт, почему бы нам не обсудить это немного позже? — предложил жеребец, ненавязчиво приглашая принцессу выйти из комнаты. — У меня строгий приказ от принцессы Кейденс, Рэрити и до крайности взволнованной Пинки Пай привести вас туда как можно быстрее.

С Рэрити и Кейденс она уже виделась, но вот Пинки Пай была единственной пони, с которой она не виделась с самого начала путешествия из Понивилля.

Любопытно.

Твайлайт закрыла за собой дверь и последовала за Рифтом в коридор, Гиацинт и Астер замыкали шествие, и пегаска похоже немного успокоилась. У принцессы было много вопросов, начиная с того, почему Гиацинт её так боялась?

— Вы же обе чейнджлинги? — спросила она, получив в ответ две совершенно разные реакции. Один единственный спокойный кивок от Астер и серию утвердительных резких мотков головой от Гиацинт, от которых Твайлайт невольно предположила, что пегаска заработает сотрясение мозга, если раньше не свернёт себе шею.

— Астер и Гиацинт — двое из пятнадцати гвардейцев-чейнджлингов, живущих в замке, принцесса, — объяснил Рифт, открывая дверь в холл и пропуская принцессу вперёд.

— А... а остальные пони-гвардейцы знают?

— Нет, — ответил жеребец, ведя теперь Твайлайт по некогда знакомому коридору. На стенах висели богато украшенные рамы, изображения на которых она помнила с самого детства. — Только капитан Сайлент Бриз.

— Вот почему вы замаскированы под пони?

Рифт покачал головой.

— Нет, мы...

Вспышка света, и принцесса, проморгавшись, увидела преобразившуюся Гиацинт, её маскировка сменилась естественной насекомоподобной формой, чейнджлинг стремительно припала на колени и закрыла глаза.

— П-прошу, ваше величество, простите нас! — выпалила она, и Астер с громким стуком впечатала себе копыто в лоб.

— Простить вас? — переспросила Твайлайт, совершенно сбитая с толку, не понимая, о чём у неё просят прощения, что повергло бывшую пегаску в ещё большую панику.

— Вы нас не простите?! — воскликнула Гиацинт со слезами на глазах, пятясь назад и бросая умоляющие взгляды на Рифта. — Н-но мы...

— Астер, — голос жеребца прорезался сквозь заикание чейнджлинга, голос был командным, но не грубым. Когда земнопони приложила копыто ко лбу, Рифт улыбнулся Твайлайт. — Принцесса, Астер проводит вас остаток пути до садов.

Проигнорировав болезненный стон Гиацинт, он добавил:

— Астер, передай принцессе Кейденс... — Рифт замолк, но земнопони понимающе кивнула.

— Есть, лейтенант! — воскликнула она. — Принцесса, прошу, следуйте за мной!

Твайлайт не сдвинулась, огорчённая чужим горем.

— Но...

— Принцесса, не волнуйтесь, — с улыбкой произнёс Рифт и встал рядом с несчастной Гиацинт. — Мы скоро спустимся.

Хотя Твайлайт это не убедило, спорить дальше она не стала, развернулась и последовала по коридорам замка за Астер. Это была неловкая и молчаливая прогулка. Стражница шагала в ровном монотонном ритме, словно часовой механизм, а принцесса обдумывала все за и против того, чтобы спросить у неё в чём дело.

"Спрошу лучше у Рэрити," — подумала она, стараясь сильно не зацикливаться на этой теме.

Вместо этого Твайлайт переключила внимание на чейнджлинга, засыпав её градом вопросов, включающих, но не ограничивающихся: когда были написаны все эти новые портреты? Кто художник? Они повернут на следующем углу направо, а затем налево, так ведь? Заметила ли Астер, что Твайлайт помнит путь с почти восьмидесятипроцентной точностью? Как долго Астер работает в замке? Три года? Как часто происходит ротация чейнджлингов-гвардейцев в замке? Сколько лет Астер? Это невежливый вопрос? Скорее всего да, но всё-таки сколько? Надо ли Твайлайт прибавлять тысячу лет к её текущему возрасту? Технически, её тело было в трансгрессионом стазисе и поэтому не старело, но, может, всё-таки стоит?

— Я... я не знаю, ваше высочество, — беспомощно ответила Астер, не в силах угнаться за мыслями и речью аликорна. Гвардеец открыла двери, ведущие в фойе замка, и выражение её лица стало почему-то ещё более огорчённым, чем когда принцесса её опрашивала.

Твайлайт проследила за её взглядом, и её тоже охватило замешательство при виде невероятного в своей сбивающей с мыслей красоте зрелища двух Рэрити, оживлённо беседующих у парадной двери замка, рядом с несколькими седельными сумками. Принцесса проморгалась, на всякий случай, задавшись вопросом, не уснула ли она на ходу и не видит ли сейчас сон.

Точнее, задавалась этим вопросом, пока голос стражницы рядом не напомнил Твайлайт о единственно возможном способе, как такое вообще возможно.

— Эм-м, — Астер прочистила горло. — Позвольте мне проводить вас в сады, ваше высоче... в-ваше высочество! Вернитесь, пожалуйста!

Отчаянная мольба осталась без ответа принцессы, которая явно была гораздо более заинтересована в разговоре с двойниками своей подруги, которых для удобства она окрестила Рэритикс и Рэритигрек.

Твайлайт неспешно потрусила к двойникам, подметив, что на обеих были одинаковые ожерелья с трещинкой, из-за чего было труднее отличить настоящее, если вообще тут оно было.

Это будет забавным экспериментом.

— Ой, да будет тебе, дорогуша, ты должна признать, что это до крайности интересное предложение! — произнесла Рэритикс с очаровательной улыбкой. — У нас появится вдвое больше клиентов! Это будет буквально самая avant-garde идея из всех!

Рэритигрек приподняла бровь.

— Дорогуша, ты продолжаешь использовать это выражение, но я не уверена, что ты до конца понимаешь его значение.

Рэритикс закатила глаза.

— Охохонюшки-хо-хо. Да ты вообще видела мои наброски? Мы настолько опередим время, что со стороны будет казаться, что у нас есть машина времени! Доверься мне, дорогуша.

— Ох, да я же и не спорю, — с ухмылкой произнесла Рэритигрек. — Та самая машина, которая похищает дизайны каменного века, да?

Рэритикс усмехнулась.

— Ну и подумаешь! Дорогуша, столько всего я ради тебя сделала, и вот такую благодарность я получаю? Поверить не мо...

— Рэрити?

Тот факт, что оба двойника были удивлены, увидев её, затруднял определение настоящей подруги.

— Так-так-так, — промурлыкала Рэритигрек, склонив голову набок и улыбнувшись. — Принцесса Твайлайт Спаркл собственной персоной пришла, чтобы озарить простых смертных своей красотой.

Аликорн хихикнула, найдя свою возлюбленную. Проще простого.

— Инкредентия! — ахнула Рэритикс, топнув копытом. — Может, не будешь флиртовать с моей подругой?! Это совершенно неприемлемо! Звёзды небесные, вы же только что познакомились! Если честно, дорогуша, я ожидала от тебя лучшего, ты же знаешь, насколько она для меня важна.

Глаза Рэритигрек расширились.

— Чт... я?!

Принцесса прекратила хихикать. Погодите-ка.

— Твайлайт, — произнесла Рэритикс, поворачиваясь к аликорну с самым болезненным выражением лица. — Дорогуша, эта маленькая игривая кобылка по имени Инкредентия, она помогает нам с Пинки, мы наняли её в нашу лавку в Холлоу Шейдс. Она чейнджлинг, как, уверена, ты уже сама догадалась.

Принцесса дерзко улыбнулась.

— Думаю, догадалась, да.

Рэритигрек моргнула, выражение её лица сменилось с раздражения на любопытство.

— О? Я чейнджлинг? Понимаю. Что ж, тогда меня утешит тот факт, что у меня просто отменный вкус в выборе маскировки, — она взглянула на Твайлайт и подмигнула. — Не так ли, милая? Две копии меня? Разве это не похоже на чудесный сон?

— Рэрити! — зардевшись, ахнула принцесса.

— Что такое, дорогуша? — спросила Рэритикс, облизывая губы и смотря Твайлайт в глаза. — Я бы сказала, что довольно-таки грубо вот так вот раскрывать чужие сокровенные сны, переходящие в мечты и фантазии, но не могу не признаться, меня прельщает эта идея.

— Я про такое не мечтала! — запротестовала принцесса, что было не совсем ложью, потому что до этого момента она даже не думала о таком, но теперь подумала и... — И о каких снах вообще идёт речь, я едва сплю! А большую часть времени, пока я тебя знаю, я вообще не способна была уснуть!

Рэритигрек затрепетала ресницами.

— Мысли обо мне не дают уснуть, м-м?

— Ну хорошо, хорошо! — взмолилась Твайлайт, решив закончить этот фарс, пока не стало ещё хуже. Она указала на Рэритикс. — Ты чейнджлинг!

После чего указала на Рэритигрек.

— А ты Рэрити!

Рэрити, ранее означенная как Рэритигрек, победно рассмеялась, взмахнув гривой и одарив другую себя самодовольной улыбкой.

— Так-так-так! А ты уверяла, что она меня не узнает! Не хочу говорить "я же говорила", но на самом деле хочу! Я же говорила.

Инкредентия, ранее означенная как Рэритикс, покорно вздохнула.

— Оу-у... а я то думала, что у меня всё получилось, — произнесла она голосом, больше не похожим на голос единорожки.

— Хорошая попытка, Инк, — утешила её Рэрити, отчего принцессе открылось крайне странное зрелище: как единорожка в утешающем жесте прикладывает копыто к своему доппельгангеру. — Но напрасны были твои чаяния подражать самому совершенству.

— Пф-ф-ф-ф-ф, конечно, босс, — фыркнула Инкредентия, улыбнувшись Рэрити, прежде чем повернуться к Твайлайт с настороженно-выжидающим взглядом. — Итак! Что это было? Что меня выдало?

— Ты сказала "дорогуша" шесть раз, — ответила принцесса.

Рэрити удивлённо посмотрела на неё.

— Да?

Твайлайт кивнула.

— Она использовала ласкательное обращение "дорогуша" шесть раз за, примерно, двухминутную беседу, что расходится с твоей обычной манерой речи называть других "дорогушами", "милыми" и редким "сердце моё", — объяснила принцесса, и щёки чейнджлинга слегка порозовели. — Не только это, ещё и то, что она обозначила настоящую тебя работодателем, а её наёмной помощью. Когда я подошла, она пыталась продать тебе идею дизайна, а это как раз то, что сотрудник бы сделал для работодателя, а не наоборот.

Инк уставилась на Твайлайт круглыми глазами.

— Блин, а она хороша.

— Да, она такая, — с гордостью ответила единорожка, поднимая копыто и откидывая назад чёлку принцессы. — А ещё она растакая опаздывающая на нашу встречу. Окажи милость, Инк, сходи и скажи остальным, что мы идём, хорошо?

Инкредентия кивнула, обращаясь обратно в свою настоящую форму прямо на глазах Твайлайт. Жизнерадостный чейнджлинг с панцирем, окрашенным в пурпурный цвет, улыбалась во все зубы. Вокруг её шеи была повязана большая синяя бандана, на которой повторяющимся элегантным узором была вышита монограмма, образующая буквы СГЛ.

— Приятно наконец-то познакомиться с тобой, принцесса Твайлайт, — произнесла Инк, поднимая переднее копыто и потрясая вытянутое копыто аликорна. — Я бы сказала, что мне не терпится познакомиться с тобой поближе, но, боюсь, ближе уже некуда, потому что я знаю о тебе буквально всё из-за той ночи, когда босс махнула лишку...

— ИНКРЕДЕНТИЯ!

Чейнджлинг разразилась приступом смеха, подхватила сумки и умчалась прочь.

— До скорого!

— С завтрашнего дня ты уволена! — гремела Рэрити с ярко пунцовыми щёками

— Ты всегда так говоришь!

— На этот раз я серьёзно!

Как только она скрылась, единорожка закатила глаза и повернулась к Твайлайт, чья приподнятая бровь, казалось, придала красноте щёк Рэрити новые оттенки.

— Даже не думай спрашивать, — предупредила она, после чего немного смягчилась при виде довольной улыбки принцессы. — Ну, полагаю, могло быть и хуже.

В глазах единорожки появилась нежность.

— Как ты себя чувствуешь?

— В каком смысле?

Рэрити нахмурила брови.

— Я про твою встречу с Кейденс... — казалось, задавая этот вопрос, она нервничала, облизывала губы, словно давая себе чуть больше времени, чтобы подобрать слова. — Они со Спайком немного рассказали мне про то, как всё прошло, но...

На миг сердце Твайлайт сжалось, и она ощутила, как слёзы подступили к глазам. Вот, значит, как всё теперь будет? Одно единственное упоминание в тот же момент вернёт всю боль?

— Я в порядке, — произнесла она, на самом деле пытаясь как можно меньше говорить об этом, но, встретив понимающий взгляд единорожки, решила ничего не таить. — Со мной всё будет в порядке. Мне так кажется. Не знаю. Не хочу пока об этом думать. Я просто рада, что всё закончилось.

Рэрити потеребила своё ожерелье.

— Я... ты уверена? — она виновато опустила голову. — Я... мне жаль, что меня не было в тот момент рядом. Я думала, тебе стоит побыть с ними наедине, но...

— И ты не ошиблась, — перебила принцесса, желая пресечь беспокойство возлюбленной, раз уж была такая возможность. Затем она слегка наклонилась и прижалась к единорожке носом. — Но...

— Но?

Несмотря на боль, Твайлайт решила идти до конца.

— Ты могла бы пойти со мной, когда я... — она сглотнула и ненадолго затихла, переводя дыхание. — Могла бы ты завтра пойти со мной, когда я навещу их?

Рэрити непонимающе уставилась на аликорна.

— Навестить их? Кого их... — единорожка осеклась, когда осознала смысл сказанного, и выражение её лица тут же изменилось. — Ох... дорогуша, почту за честь.

Она подняла копыто и приложила его к ожерелью принцессы, изобразив улыбку.

— Буду надеяться, что они одобрят твой выбор, м?

Твайлайт не смогла не улыбнуться, слегка наклонившись к возлюбленной.

— Я даже не знаю, Шайнинг Армор... Шайнинг Армор страдает гиперопекой.

Рэрити тоже склонилась ближе к принцессе.

— М-м-м-м-м? Ну, хотя Кейденс меня уже одобрила, так что, думаю, и он в свою оче...

— Ну вы чего там, долго ещё?

Твайлайт обернулась и увидела Пинки, выглядывающую из коридора, кобыла махала чем-то похожим на весьма потёртую тряпку.

— Все пони уже заждались начала вечеринки!

* * *

Как позже узнала Твайлайт, весь замок был закрыт для посещений не потому, что она пришла, ну, технически, как раз-таки поэтому, но, скорее, для того, чтобы кое-кто важный смог посетить праздник лично.

— Пинки, так уж необходима повязка на глаза? — раздался голос Рэрити откуда-то слева, её переднее копыто лежало на спине принцессы, направляя её куда-то... куда они там направлялись? В сады?

— Рэрити, — спросил серьёзный голос Пинки откуда-то справа. — Ты правда только что спросила, нужна ли повязка на глаза?

— Просто решила убедиться!

— Нда-а-а-а-а-а, Рэрс. Поверить не могу что ты и правда это спросила.

— И я, босс, просто в шоке.

— Ох, да ради звёзд! Знаете, что? Вот вообще ничего больше спрашивать не буду!

— Мы уже пришли? — спросила Твайлайт, обнаружив, что тьма не так уж и привлекательна. Брусчатка исчезла из-под копыт, сменившись тем, что, как она надеялась, было травой. Ей по крайней мере казалось, что трава, но ощущение было какое-то непривычное.

— Ну хватит, дайте ей уже посмотреть! — раздался совершенно новый голос, и тревога принцессы сменилась облегчением при звуке голоса Спайка.

Несмотря на пылкие протесты Пинки, Твайлайт сняла повязку с глаз, и от вида открывшегося ей зрелища тут же заулыбалась. В саду замка было накрыто множество столов, на каждом из которых были разложены десятки различных, необычайно привлекательно пахнущих деликатесов.

Далее она обратила внимание на полный набор гостей, уже наслаждающихся праздником: Флаттершай стояла неподалёку от снеди, тщетно пытаясь помешать трём маленьким совятам расклевать еду, в то же самое время Эпплджек помогала бедным измученным совам-родителям бодрствовать при свете солнца, Рэйнбоу как раз подлетела к Спайку, ругая того за то, что он одним махом смёл половину драгоценностей, приготовленных специально для него, Рифт Шилд выкрикивал команды гвардейцам, которые, приложив копыто к голове, разбегались с заданиями, Пинки и Инкредентия расправили плакат, на котором чьими-то, по всей видимости, дрожащими копытами было выведено "ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ, ТВАЙЛАЙТ И СПАЙК", и, наконец, Рэрити...

Рэрити, как и всегда, стояла рядом с Твайлайт, но её глаза блестели от слёз.

Принцесса легонько ткнула её носом, дабы убедиться, что всё хорошо.

— Рэрити? Всё в порядке?

— Ох, д-да, конечно, — быстро ответила она, вытирая слёзы движением копыта. — Просто, ну, ты знаешь, эти запахи яств просто ошеломляют.

— Да-а-а-а, — протянула Твайлайт, одаряя возлюбленную улыбкой, после чего направилась к столу с едой, которая и вправду пахла так, как она не нюхала уже тысячу лет.

Прежде чем принцесса успела как следует изучить выбор, Пинки Пай выпрыгнула из-за стола.

— Приветик, принцесса Твайлайт! Готова набить животик?!

Аликорн нетерпеливо закивала.

— Что-о-о-о-ож! — розовая земнопони энергично потёрла копытца друг о друга. — Позволь мне рассказать меню на сегодня!

Она указала на самую дальнюю левую часть стола, где были разложены всевозможные пирожные.

— Там у нас ванильные, лавандовые и малиновые кексики, ещё миндально-шоколадный торт и...

— Пинки, может, не стоит начинать с десертов? — перебила её Рэрити, и когда розовая кобыла медленно повернула голову в её сторону, не сказав ни слова, лишь молча уставившись, единорожка кашлянула и немного попятилась. — Мда, о чём я вообще думала.

Пинки снова повернулась к Твайлайт, словно её и не перебивали.

— Ванильный торт с тройным молоком, яблочный пирог, глазированные фрукты, вымоченные в меду, и Супер-Ультра-Пинковое-Живот-Наоборот-Потрясение, а ещё-ё-ё-ё-ё! — земнопони повернулась к правой стороне стола, где принцесса разглядела овощи, приготовленные всевозможными способами. — А ещё там вот сторона для скучнил.

К счастью, дилеммы что съесть в первую очередь не было, ибо желудок принцессы выл в жажде попробовать вообще всё.

— Твайлайт, — предупредила Рэрити. — Могу ли я напомнить тебе о твоём опрометчивом обжорстве не далее, как несколько дней назад?

Принцесса облизнулась.

— Всё хорошо, Рэрити, — произнесла она, левитируя к себе картошку по-пранцузски, с которой капало масло. — Всё очень даже хорошо.

Пугающе короткое время и один раздутый живот спустя один определённый аликорн всей душой жалела, что не послушала предупреждений возлюбленной.

— Даже не начинай, — простонала Твайлайт, не отрывая подбородка от стола, когда единорожка подсела рядом.

— Могу я хотя бы думать об этом? — спросила Рэрити.

— Нет, думать об этом тоже нельзя.

Единорожка вздохнула.

— Понимаешь, некоторые уроки не усваиваются с первого раза, — произнесла она, наблюдая как принцесса левитирует исходящий паром яблочный пирог прямо себе под нос. — Очевидно, со второго раза тоже.

— Второй пирог, принцесса? — с улыбкой спросила Эпплджек, ставя ещё одну тарелку рядом с первой.

— Седьмой, ты хотела сказать, — подметила единорожка.

— Технически, это моя двенадцатая тарелка, — поправила Твайлайт, желудок которой при виде восхитительно пахнущих пирогов заурчал от обжорства и ужаса одновременно.

Рэрити открыла было рот, чтобы что-то сказать, но закрыла его обратно, уставившись на что-то впереди. Проследив за её взглядом, принцесса увидела трёх чейнджлингов-гвардейцев, стоящих на противоположной стороне стола, неотрывно смотрящих на неё.

И не успела аликорн заговорить, как...

— Принцесса Твайлайт! — прокричали они в унисон, и их передние копыта взлетели ко лбу в знак приветствия. — Для нас честь служить вам и королевской семье Эквестрии со времён основания Хартс-Хэйвен, и мы надеемся, что вы не отринете службу и следующих поколений, пожалуйста.

И точно так же, как и с предыдущим чейнджлингом, она спросила:

— А с чего бы мне её отринуть?

Гвардейцы застыли на месте, но, крайне озадаченные вопросом, нервно переглянулись друг с другом, казалось, боясь ответить. Твайлайт тут же в голову пришла мрачная мысль. Что такого рассказали о ней чейнджлингам, если они её так боятся?

И снова, как это было, и как, без сомнения, будет происходить ещё не раз, вернулись те самые три навязчивых слова.

“Это моя вина”.

И как только эти кошмары, как называла их Рэрити, пришли, её же голос и прогнал их прочь.

— Твайлайт? — спросила она, поворачиваясь к аликорну с многозначительным взглядом. — Ты, кажется, говорила, что забыла книгу в своей комнате?

Ответ последовал мгновенно, хотя дала его не принцесса.

— Книга?! — выпалил один из гвардейцев.

— Какая?! — спросил второй.

— Мы принесём её вам, ваше величество!

Единорожка задумчиво прищурилась.

— Ох, что-то я подзабыла... ты вроде говорила, что подойдёт любая книга по термодинамике, да?

Хотя Твайлайт и не понимала, чего пытается добиться Рэрити, она всё равно неуверенно ей подыграла.

— М-м, да... — и не успела принцесса договорить, как гвардейцы ринулись прочь, на бегу рассыпаясь обещаниями вернуться с книгой в кратчайшие сроки, просто немедленно, ваше величество.

— Вот так-так, — произнесла Эпплджек, провожая взглядом чейнджлингов, которые как раз скрылись за углом. — А Рифт Шилд-то не соврал.

Принцесса выпрямилась, боль в животе сменилась болью в груди.

— Что с ними? Почему они меня так боятся?

Единорожка уставилась на аликорна.

— Были и другие? — спросила она, и Твайлайт отметила, что возлюбленная едва ли выглядит удивлённой. Скорее, на её лице читались лишь подтверждённые подозрения.

— Да, — ответила принцесса. — Чуть раньше с лейтенантом Рифтом Шилдом... с ним была ещё один чейнджлинг, и она сказала ровно то же самое, что и они, и всё время, пока мы были рядом, она смотрела на меня словно...

Твайлайт запнулась, слова просто не желали выходить наружу.

— Я что, что-то не так сделала?

Рэрити ответила:

— И да, и нет.

— И да, и нет, — повторила принцесса. — Это многое объясняет.

Эпплджек улыбнулась.

— Принцесса, ты не сделала ничего плохого. Просто они думают, что ты собираешься выдать им пинка под хвост из Эквестрии.

Последовало долгое молчание, Твайлайт просто смотрела неверящим взглядом на фермершу.

— Не поняла.

— Ну, сама рассуди, если так прикинуть, то для них более чем логично так думать.

И снова принцесса просто уставилась на Эпплджек.

— Погодь, я поняла, ты не знаешь, что значит дать пинка под хвост?

— Дорогуша, — произнесла Рэрити, — у чейнджлингов сложилось впечатление, что теперь, когда ты свободна, срок действия ранее одобренного принцессой договора об убежище истёк.

И вот теперь Твайлайт поняла.

— Что? Они думают, что я собираюсь их изгнать?! С чего мне вообще так делать?! — громко воскликнула принцесса, чувствуя себя оскорблённой и сбитой с толку от одной только идеи, что кто-то мог так про неё подумать. Сейчас, больше чем когда либо, ей было больно осознавать, что она вселяет в кого-то ужас.

— Всё довольно-таки просто. Тот факт, что ты здесь, во плоти, открывает возможность того, что принцесса Кейденс может вернуть своему телу физическую форму, и, если она это сделает... — единорожка склонила голову набок. — То чейнджлингам больше не придётся выдавать себя за неё, так ведь?

Твайлайт не нашлась с ответом, опустила взгляд вниз, на еду, и отодвинула тарелки.

— Ну, наверное...

— Больше не голодна, принцесса? — спросила Эпплджек и, после того, как аликорн покачала головой, собрала пироги в одну тарелку и понесла её прочь. — Я их для тебя приберегала, но если больше не хочется, то пойду оттащу их Рэйнбоу, пусть набьёт себе брюхо.

Твайлайт в тишине смотрела, как фермерша потрусила к Рэйнбоу и Спайку, громко вздохнула и повернулась обратно к Рэрити, чтобы обнаружить, что единорожка пристально на неё смотрит.

— Что?

— Сильно расстроилась?

Принцесса фыркнула.

— Нет. Всегда мечтала вселять ужас в сердца представителей целой расы.

— Твайлайт, они не боятся тебя. Они... — единорожка махнула копытом.— Поставь себя на их место. Тебя не было тысячу лет, и разве не было вины чейнджлингов в первой войне хаоса?

— Да, и что? Причиной меньше меня боятся. С чего они думают, что я буду обвинять их за что-то, произошедшее тысячу лет назад?

— Не знаю, Твайлайт, — ответила Рэрити, левитируя к себе чашку с пуншем. — С чего кому-либо винить тебя в том, что произошло больше тысячи лет назад?

Когда принцесса не ответила, единорожка затрепетала ресницами и сделала глоток пунша.

— Э-это другое! — запротестовала Твайлайт. — Я несу ответственность за свои поступки. Они нет. Они не те же самые чейнджлинги, что были тысячу лет назад.

— Твайлайт, да это не важно. Вина так не... а знаешь, что? — Рэрити осмотрелась и остановила взгляд вдалеке на Флаттершай, Спайке и двух Рэйнбоу Дэш. — Инкредентия!

Когда одна из радужных пегасок повернулась, единорожка поманила её к себе.

— Инкредентия, не могла бы ты подойти на минутку?

Чейнджлинг подбежала поближе, и по пути её внешность изменилась с пегаски на вновь точную копию Рэрити.

Единорожка вздохнула.

— Ну вот, опять...

— Какая нужда, босс? — спросила Инк, почти идеально имитируя голос Рэрити, отчего Твайлайт, приложив копыто ко рту, приглушила смешок. — Всё что хочешь могу, и даже сверх того.

— Вообще не похоже, — произнесла Рэрити не поведя и ухом.

— Какая нужда, дорогуша-босс?

— Моя нужда в том, чтобы ты немедленно прекратила.

— Эх, — Инк вернулась к своему настоящему облику и наконец заговорила своим голосом. — Что такое, босс?

Удовлетворённая, единорожка указала на аликорна.

— Ну, мы тут с Твайлайт говорили про Хартс-Хэйвен и о... — кобыла описала копытом круг, — интересной реакции других чейнджлингов в замке.

Инк выдохнула через зубы, вопросительно смотря на Твайлайт в ожидании дальнейших объяснений.

— О-о-о-о-о. Всё так плохо?

— Вроде того, да, — ответила Рэрити. — Я пытаюсь объяснить ей, что они не столько её боятся, сколько... ну, вам же рассказывают о том, что произошло тысячу лет назад, да?

— О том, как наши предки высасывали жизнь из пони по времена правления её высочества королевы Кризалис? И потом как это позволило Дискорду распространить своё влияние по всей Эквестрии, в то время как пони пытались выяснить, кто друг, а кто порождение Тартара, пытающееся высосать из тебя жизнь? — спросила чейнджлинг, очевидно, не тронутая смущённым выражением лица принцессы.

Единорожка кашлянула.

— Ну, дорогуша, я бы не стала формулировать это именно так.

— Да-а-а-а-а-а-а-а-а. Мне вот кажется, что единственная причина, почему у нас есть школа, это чтобы мы могли во всех подробностях узнать, что мы делали на войне.

— Вот почему, дорогуша, они так почтительны и чрезмерно вежливы с тобой. Не потому что боятся, а потому что хотят загладить вину, — произнесла Рэрити, глядя на Твайлайт, после чего немного откинулась и сделала очередной глоток пунша. — К сожалению, тут видно копыто Дискорда. Вина, которая гложет целые поколения. Спустя долгое время это уже начинает утомлять.

Единорожка приподняла подбородок аликорна копытом.

— Уверена, что ты знаешь это лучше других.

Твайлайт хихикнула.

— Думается, даже больше, чем мне хотелось бы, — произнесла она, и тягостное напряжение наконец спало, изгнанное возлюбленной. Однако, как это обычно и бывало, как только разум принцессы очистился от страха и сомнений, на замену им пришло её обычное состояние ума — неуёмное любопытство.

В частности, к чейнджлингам современного общества.

— Я кое-чего не поняла, — заговорила она, мысленно жалея, что не прихватила с собой блокнот. Может, попросить гвардейцев, когда они вернутся с книгой? — Почему вы ещё не интегрировались в общество пони? Я понимаю, что вы боитесь того, что я о вас помню, но разве современные пони это всё знают?

Принцесса махнула копытом в сторону Рэрити.

— Она вообще не знала, кто такие чейнджлинги, пока я ей не рассказала.

— Твайлайт, всё не так просто. Нельзя скрываться в течение тысячи лет и просто появиться из ниоткуда, но, по крайней мере, мы пытаемся.

— Пытаетесь?

— Именно для этого я здесь! — воскликнула Инкредентия, одарив принцессу клыкастой улыбкой. — Среди всего прочего я ещё помогаю с принцессой Луной в Холлоу Шейдс.

— И неутомимо надо мной издеваешься? — добавила единорожка.

— И это тоже, босс. И это тоже, — невинно ответила чейнджлинг.

Рэрити хмыкнула, после чего подхватила тему разговора.

— Инкредентия была нанята в качестве помощницы для меня и Пинки, но, что более важно, она первая попытка понять, смогут ли чейнджлинги жить среди пони, — она повернулась к Инк. — Дорогуша, сколько ты уже живёшь в Холлоу Шейдс?

— Пять месяцев и семь дней! — воскликнула чейнджлинг, выпрямляясь и гордо выпячивая грудь. — И я сотрудник месяца все это время!

Принцесса нахмурилась.

— А разве ты не их единственный сотрудник?

— Да, — ответила Инк, одарив Твайлайт ещё одной клыкастой улыбкой. — Я живу с Рэрити в "Стране Грёз Лулу".

— А... — принцесса запнулась, чувствуя неловкость как от самого вопроса, так и от возможного на него ответа. Если Инкредентия живёт с Рэрити, то... — А как ты... эм-м... как ты "питаешься"?

Задав этот вопрос, Твайлайт искренне надеялась, что сейчас ей не предстоит узнать, что Рэрити добровольно отдаёт свою жизнь... свою любовь.

Чейнджлинг пожевала губы.

— Ну-у-у-у-у-у-у-у, я обычно, когда проголодаюсь, навещаю принцессу Кейденс, — она нахмурилась, потирая подбородок копытом. — Обычно я приходила каждые... м-м-м, сколько там, две недели? Но теперь я могу продержаться гора-а-а-аздо дольше.

Невинная улыбка Инк превратилась в хищный оскал.

— Особенно после того случая, о котором я упоминала ранее, когда босс в дупель нажра...

— К другим темам! — громко перебила Рэрити с явным румянцем на щеках. — Теперь ты видишь, что нет причин полагать, будто они тебя боятся.

— Ну да, наверное... — пробормотала принцесса.

И договорила она как раз вовремя, чтобы её взгляд упал на быстро приближающегося гвардейца. Твайлайт приготовилась к очередной речи о том, какая она замечательная, какая это для него честь, и как он надеется, что она позволит им остаться, но с удивлением и облегчением обнаружила, что он повёл себя иначе. Ну, по крайней мере, немного иначе.

— Принцесса Твайлайт! — поприветствовал жеребец, коротко отсалютовав ей, после чего повернулся к единорожке. — Леди Рэрити, срочное донесение.

— Срочное донесение? — переспросила единорожка. — Что случилось?

— У ворот стоит жеребец, представившийся как Ноледж Квилл, и требует, чтобы его впустили. Говорит, что знает вас.

Брови Рэрити сошлись на переносице.

— Ноледж Квилл? Кто во имя Эквес... — она громко ахнула. — ОХ!

Единорожка поспешно повернулась к Инкредентия и крикнула ей, вставая с места.

— Он здесь!

Губы чейнджлинга изогнулись в лукавую ухмылку.

— Я за камерой, — произнесла она, убегая и громко хихикая.

Когда Инк бросилась прочь, гвардеец растерянно повернулся к Рэрити.

— Эм... какие будут указания?

— Приведите его сюда! — быстро ответила единорожка. — Но не спешите и...

Она подошла к жеребцу, подняла копыто и прижала к его губам.

— И не рассказывайте ему ничего из того, что тут происходит. Ни единого слова. Приведите его сюда и скажите Рифту, когда будете готовы. Всё понятно?

Гвардеец кивнул, отсалютовал Рэрити и Твайлайт и помчался выполнять указания.

Принцесса, со своей стороны, не понимала, что происходит и как трактовать происходящее.

— Кто это? — спросила она, и тут же почувствовала желание отступить на пару шагов, когда единорожка повернулась к ней с улыбкой, почти такой же лукавой, как и у Инкредентии.

— Принцесса Твайлайт Спаркл, — промурлыкала Рэрити, подходя поближе, поднимая копыто и кладя его на грудь аликорна. — Ты чувствуешь это?

Глаза принцессы беспорядочно забегали по сторонам.

— Что чувствую? — спросила она, задаваясь вопросом, действительно ли ей хочется знать ответ.

— Сам воздух наполнен удовлетворением, — прошептала единорожка в нескольких сантиметрах от губ Твайлайт, после чего резко развернулась и пронзительно закричала. — Пинки Пай!

С другого конца вечеринки розовая земнопони прервала свой разговор с Флаттершай и Эпплджек и энергично помахала швее.

— Рэ-ри-ти!

— Пинки, он здесь!

Земнопони обдумывала мысль одну, две, три секунды, после чего завопила, каким-то образом ещё пронзительнее, чем единорожка.

— Он здесь?! — она повернулась к подругам. — Никому не двигаться! Мне можно! Я за камерой!

— Рэрити, — напомнила о себе Твайлайт, опуская копыто на единорожку. — Рэрити, что происходит? О ком вы гово...

Её вопрос оказался прерван, когда единорожка повернулась к ней с таким серьёзным и сосредоточенным взглядом, которого она в глазах возлюбленной ещё не видела.

— Твайлайт, вставай, — произнесла единорожка, после чего указала за соседний стол. — Садись сюда!

Когда крайне озадаченная принцесса подчинилась, неугомонная швея нахмурила брови и указала на другое место.

— Нет, лучше сюда. Нет-нет, туда. Нет, и не сюда, вот! Вот тут идеально.

Твайлайт решила не говорить о том, что сидит точно на том же месте, с которого и начала. Вместо этого она молча смотрела, как Рэрити зажигает рог и убирает приветственные плакаты с глаз долой.

Далее подлетела Рэйнбоу Дэш и уселась рядом с принцессой.

— Чё? — спросила пегаска, когда единорожка пристально на неё посмотрела.

— Дорогуша! Ты чего делаешь?! Лети назад на своё место!

— Ага! И всё пропустить?! Не дождёшься, — отмахнулась Рэйнбоу.

— Да что пропустить-то? — уже в отчаянии спросила принцесса. — Мне хоть кто-нибудь скажет, что происходит?

— Рэйнбоу Дэш, — продолжила Рэрити, топнув копытом по земле, целиком и полностью игнорируя возлюбленную. — Я три года ждала этого момента! И я не позво...

Её фраза осталась незаконченной, потому что Пинки и Инкредентия ворвались в сад.

— Он идёт! — крикнула Инк. — Вот прям уже тут!

— Быстрее! — в свою очередь крикнула единорожка, не обращаясь ни к кому конкретно, и села на противоположной от Твайлайт стороне стола, поправила гриву, Пинки быстро уселась рядом. — Ну-ка, пони, ведите себя естественно!

И, наконец, она повернулась к принцессе и указала на неё копытом.

— Ты! Не шевелись!

Твайлайт, очевидно, не обратила особого внимания на эту просьбу и вместо этого устремила взгляд на парадные двери, желая выяснить, кто же этот жеребец, что поверг всю вечеринку в хаос. Инкредентия стояла наготове с камерой, и с расстояния с интересом наблюдали Спайк, Флаттершай и Эпплджек. Она ждала, ждала и ждала, и вскоре двое гвардейцев вышли, отошли в сторону и представили всеобщему взгляду крайне раздражённого единорога.

Который казался... каким-то образом... знакомым?

Принцесса хмурила брови, наблюдая, как он входит в сад.

"Где же я его..."

— Профессор Вредина! — крикнула Пинки, так энергично размахивая копытом, что Твайлайт забеспокоилась, не придётся ли искать его по кустам. — Сюда! Сюда!

Принцесса начала смутно что-то припоминать. И пока он топал к Пинки, Твайлайт с удивлением поняла, что уже видела этого жеребца. Видела через разум Рэрити, когда они были связаны!

Приближаясь, профессор неотрывно смотрел на двух улыбающихся кобыл, игнорируя присутствие Твайлайт и Рэйнбоу Дэш.

— Так-так-так, смотрите-ка, кого нам стражи привели, — с сияющей улыбкой произнесла единорожка. — Профессор Брейзнед Эйв, собственной персоной!

Она рассмеялась и покачала головой.

— Или, лучше сказать, профессор Ноледж Квилл? Рада видеть, что ты наконец пользуешься своим настоящим именем, дорогуша.

Жеребцу явно было не до смеха.

— Уверен, что это так.

— Ужасно рада, что ты наконец смог к нам присоединиться, Эйв, хотя мне и не совсем понятно твоё раздражение! — воскликнула Рэрити, невинно наклонив голову. — Но прежде чем ты ответишь, может, хочешь чего-нибудь выпить? Пинки приготовила довольно-таки интересный фруктовый пунш с тщательно отмеренным количеством водки, и, мне кажется, это действительно поможет тебе, как бы сказать, оттаять.

Глаза профессора расширились.

— В-выпить?! Ты... я с ума там схожу, принцесса Луна там с ума сходит, а ты сидишь здесь и предлагаешь мне выпить?! Это что, шутка какая-то? — чуть ли не кричал единорог, что не очень нравилось Твайлайт. — Прошло уже больше недели, и первая весточка от тебя — это письмо, в котором нет ничего, кроме фразы: "Окажи милость и приезжай в Кантерлот"?! Серьёзно?!

— Ну знаешь ли! — воскликнула единорожка, положив копыто себе на грудь. — Я что, должна тебе отчитываться о каждой минуте своей жизни? Посылать письмо каждый раз, за что бы ни взялась?

Она повернулась к Пинки.

— Дорогуша, ты можешь в это поверить?

Розовая земнопони покачала головой.

— Нет, Рэрити! — она повернулась к Инкредентии, которая возилась с камерой. — Инки! Ну как тебе такое, а?!

Чейнджлинг подняла голову.

— Ась? — она оторвалась от своего занятия, подняла голову, посмотрела на профессора и с преувеличенным неодобрением покачала головой. — Вот именно то, что они и сказали.

— Рэйнбоу, — прошептала принцесса. — Я не понимаю, что происходит.

— Тс-с-с-с, просто смотри, — взволнованно прошептала пегаска, приказывая жестом помолчать.

— Я тут единственный, кто поверить не может! — с негодованием ответил профессор Эйв. — Вы как будто вообще позабыли, в каком состоянии спешно уезжали, и что принцесса Твайлайт вообще звала вас! Осмелюсь надеяться, что вы и правда забыли, иначе я просто не могу придумать вам оправдания за то, что не написали раньше!

Услышав это, единорожка виновато опустила взгляд.

— Ты прав, Эйв, и я извиняюсь. Это... это была для меня та ещё неделя, и я уверена, что ты можешь поставить себя на моё место, учитывая, что... — она отвернулась и в совершенно комичной и нарочито показушной манере тяжело вздохнула, не замечая приподнятую бровь аликорна. — Учитывая, что случилось с Твайлайт...

От этих слов гнев жеребца словно испарился.

— Ах... ну что же, — произнёс он, смягчившись. Это... прискорбно.

Рэрити повернулась к нему с робкой улыбкой.

— Ну полноте, всё в полном порядке. Ты прибыл как раз вовремя! Твайлайт тут как раз рассказывала о всех чудесах обретения свободы, так ведь, дорогуша? — спросила она с невинной улыбкой.

Не успела она договорить, как профессор увидел принцессу, и его рот широко раскрылся. Запинающиеся, незаконченные предложения слетали с его губ, смешиваясь со звуками, с которыми Пинки выхватила камеру у Инкредентии и начала щёлкать, снимая всё новые и новые кадры.

Немного погодя единорожка издала смехотворно громкий вздох.

— Ох, звёзды на небесах, совсем забыла вас представить! — она хихикнула, направившись к Твайлайт. — Вот я глупышка! Я бы и голову свою забыла, не будь она к шее приделана.

— Рэрити, что ты творишь? — настойчиво прошептала принцесса, когда Рэрити подошла поближе.

— Сатисфакция, любовь моя, са-тис-фак-ци-я, — прошептала в ответ единорожка, прежде чем повысить голос. — Твайлайт, дорогуша, милая, любовь моей несчастной жизни!

Она повернулась к профессору и затрепетала ресницами.

— Этого прекрасного жеребца зовут профессор Брейзнед Эйв! И, Эйв, дорогуша, это... — Рэрити повернулась к аликорну. — Это прекрасное создание зовут Твайлайт Спаркл, принцесса, которая, как можно заметить, вполне реальная и совсем не мёртвая.

Единорожка наклонилась вперёд, чтобы быстро поцеловать аликорна в нос, после чего снова повернулась к профессору и, почти-что мурлыча, спросила:

— Ну? Есть что сказать, профессор? Или до слов тоже добрались наёмные убийцы?

Профессор прочистил горло.

— Ну что ж.

Пресытившись... тем, что там Рэрити делала, Твайлайт кивнула жеребцу, изо всех сил вспоминая всё, что о нём знает.

— Приятно познакомиться с вами, профессор, — произнесла она, проявляя инициативу. — Рэрити мне о вас рассказывала.

Эйв слегка улыбнулся.

— Правда, принцесса?

— Да. Мне было бы интересно обсудить некоторые моменты из того, что я слышала о вас. Вы же тот самый жеребец, который думал, что принцесса Луна, Селестия и я были убиты Кейденс, так?

Последовала короткая пауза.

— Хотя, если хорошенько подумать, — произнёс профессор, откашлялся и с лицом белее шёрстки Рэрити добавил. — Предложение выпить ещё в силе? Принцесса Твайлайт, приятно познакомиться.

Он коротко кивнул аликорну, стремительно потрусил прочь, а хихикающая Пинки запрыгала вслед за ним с камерой.

Принцесса удивлённо уставилась ему вслед.

— Я... что-то не то сказала? — спросила она, заметив, что Рэрити одаривает её на редкость довольной улыбкой. — Что?

Рэйнбоу присвистнула.

— Уф, жесть, Твайлайт, могла хотя бы предупредить бедного жеребца, прежде чем так его уработать.

— Твайлайт Спаркл, — произнесла единорожка, прижавшись к аликорну и поигрывая ожерельем подруги. — Я когда-нибудь говорила, как сильно тебя люблю?

Принцесса выгнула бровь, не зная, как и реагировать на этот вопрос. Решив его игнорировать, она оглядела вечеринку, пропуская мимо ушей беседу Рэрити с радужной пегаской, и обратила взор на Спайка вдалеке. Ей захотелось поговорить с ним, главным образом потому, что, казалось, дракон и единорожка были единственными, кого она здесь по-настоящему знала.

Ну, технически, Спайк мог измениться за тысячу лет, так что, строго говоря, можно было сказать, что она совсем его не знала, но сама мысль об этом Твайлайт не нравилась, поэтому она решительно выкинула её из головы. Вместо этого она прямо сейчас пойдёт к нему и докажет, что очень даже хорошо его знает.

“А что если не сможет?”

Тревожные мысли аликорна оказались прерваны каким-то шумом позади, в сад вошли ещё несколько гвардейцев. Она отчётливо расслышала голос Рифта и решила не поворачиваться, но услышав, как Рэрити радостно приветствует новоприбывших, решила задержаться.

— Ах, приветствую! — нежно произнесла единорожка, и принцесса с удивлением поймала себя на мысли, что возлюбленная слишком тепло говорит с некогда влюблённым в неё чейнджлингом.

За исключением того, что мгновение спустя одна из новоприбывших заговорила, явив собой истинную мишень для теплоты Рэрити.

— Ох, — произнесла Кейденс. — Я пропустила встречу Ноледжа и Твайлайт! Кто-нибудь сделал фотографии?

Чувствуя облегчение при виде Кейденс, Твайлайт было собралась сказать, что Пинки наделала с десяток, но её ответ так и застыл на губах, когда её осенило некоторое, гораздо более важное откровение.

Кейденс была снаружи замка.

Снаружи.

Замка.

Почти прыжком Твайлайт повернулась и действительно обнаружила Кейденс, свободную как никогда. Однако, она всё ещё была в стазисе, и хотя её прозрачность при ярком солнечном свете сильнее бросалась в глаза, всё-таки...

Всё-таки она каким-то образом покинула замок.

— Ты... но... как?!

Несформированные слова срывались с губ фиолетового аликорна, пока разум отчаянно пытался обработать новую информацию. Почему Кейденс снаружи? Как она смогла выйти наружу? Только вот если она снаружи, то почему её не освободили раньше? И где барьер?!

— Рэрити! — выпалила Твайлайт, протягивая копыто к плечу единорожки, широко раскрытые глаза растерянного аликорна метались между возлюбленной и принцессой. — Рэрити, она... Что?!

— Я знаю, дорогуша, — ровным тоном ответила единорожка. — У принцессы Кейденс нет барьера, который бы держал её взаперти.

Твайлайт рухнула на круп, раскрыв рот и ошеломлённо уставившись на Кейденс. Весь её мир встал с ног на голову за считанные мгновения. Все её мысли, весь накопленный опыт оказались... бесполезными?

К реальности её вернул подошедший профессор Эйв.

— Ноледж Квилл! — радостно воскликнула Кейденс.

Профессор вздрогнул, после чего склонил голову.

— Ваше высочество.

— Ноледж, ты уже познакомился с Твайлайт? — спросила она, указывая на аликорна, что всё ещё приходила в себя от отсутствия барьера. — Ну знаешь, с принцессой, которую я хладнокровно убила!

Эйв снова побледнел.

— Я вижу, вы не из тех, кто легко забывает.

Кейденс рассмеялась.

— На самом деле, эта фраза — идея Рэрити.

Жеребец бросил на единорожку неприязненный взгляд.

— Я почему-то так и подумал, — профессор повернулся к Твайлайт. — Принцесса, я... эм, с ней всё хорошо?

Твайлайт всё ещё в шоке смотрела на Кейденс.

— Ты... но... как... но... барьер? — она запнулась, услышав смех Рэрити.

— Ах, вот оно что, — Эйв прочистил горло. — Принцесса Твайлайт, если разрешите....

Он передал ей большой стакан, до краёв полный пуншем с водкой.

— Думается, вам это понадобится куда больше, чем мне.

## — Глава 6 — Глоток правды

[Изображение: https://i.imgur.com/FSDc7wt.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/7B7bM4f.png]

По здравому размышлению, возможно, тот последний бокал пунша пить не стоило.

— Твайлайт? — голос Кейденс звенел в воздухе, пока Рэрити круговыми движениями массировала спину фиолетового аликорна. — Ты в порядке?

— Работаю над этим, — простонала Твайлайт, оторвав копыто ото лба и поднимая взгляд.

Вокруг большого стола собралось множество незнакомцев, все они ждали, что аликорн скажет... и как бы ни было тяжело в этом признаться, да и призналась бы она только себе и Рэрити, что из всех присутствующих за столом единственным незнакомцем была она сама.

До этого момента подобная мысль не так сильно давила на Твайлайт, но только сейчас она в полной мере осознала, что все присутствующие здесь так или иначе знают друг друга, сформировали дружбу и узы, за те два года пока принцесса... отсутствовала. Дружба и узы переплелись и слились воедино под воздействием одной лишь силы природы.

— Дорогуша? — спросила упомянутая выше сила природы. — Ты переела?

Если бы Твайлайт не любила Рэрити так сильно, то без всяких сомнений ответила бы крайне саркастично.

Впрочем, она всё равно ответила саркастично, но добавила в ответ лёгкую, игривую ухмылку, чтобы слегка подсластить иронию.

— Тебе так кажется? — поинтересовалась принцесса, и смех единорожки помог прояснить мысли до тех пор, пока она вновь не почувствовала на себе взгляды всех пони. Это было некомфортно, но она чувствовала, что не может просто попросить их уйти. В конце концов, она была главным событием дня, и все эти пони пришли ради неё.

Твайлайт повернулась к Кейденс, сидевшей на противоположной стороне стола, и спросила:

— У тебя правда нет барьера?

Принцесса покачала головой.

— Да, но как я уже сказала... — она кивнула на своё прозрачное тело. — Вовсе не барьер не давал мне покинуть замок. Я даже не слышала о них, пока не узнала про твой и тётушки Луны.

Твайлайт ткнулась лицом в копыта.

— Но... это же бессмыслица какая-то! Почему тогда у нас он есть?

— Принцесса, а разве не ты создала его себе сама? — спросила Рэйнбоу Дэш. — Рэрити сказала...

— Я сказала, что она лишь его подпитывала, — быстро поправила единорожка. — А не то что она его создала. Так мне сказал Дискорд.

— И ты веришь ему? Да ладно тебе, Рэрс!

— Но так и было, — произнесла Твайлайт, всё ещё закопавшись лицом в копыта. По правде говоря, она избегала разговоров на эту тему, потому что отлично помнила свои мысли и размышления и знала, каков будет ответ. — Я просто не хотела свободы.

— Что? Неправда, ты хотела! — возмутилась Пинки.

— Нет, не хотела, — фиолетовая аликорн замолчала и наконец подняла глаза, чувствуя себя неуютно под десятком направленных на неё взглядов. Если ей и суждено было сознаться в своих грехах, ей хотелось бы, чтобы её судили трое, а не дюжина, но тем не менее всё равно решила говорить до конца. — Я... я хотела уйти, и мне становилось лучше из-за Рэрити и остальных, но потом...

— Потом ты узнала обо мне, — произнесла Кейденс, и Твайлайт ощутила, как Рэрити перестала массировать ей спину.

— Д-да, — ответила принцесса, зная, что это не единственная причина. Узнать, что все пони, которых она любила тогда, пострадали из-за её действий и решений, было просто невыносимо, но всё это лишь укрепило её мнение в том, что права на свободу она не заслужила.

Именно Рэрити в конечном итоге поставила точку, решив добровольно отдать свою жизнь ради безнадёжного на тот момент дела освобождения принцессы.

"А если и это не сработает?! Что тогда?!

Тогда мы придумаем что-нибудь другое! Мы справимся! Я найду способ, как тебя освободить, даже если мне придётся провести оста...

Остаток своей жизни?! А потом ты умрёшь, и что тогда?! Я проведу вечность, сидя здесь и сожалея, что не могу умереть вместе с тобой!"

Твайлайт отогнала воспоминания прочь и продолжила:

— Но если отсутствие барьера меня освободило, то почему ты всё ещё в трансгрессионом стазисе? — спросила она, неуверенная, насколько состояние Кейденс совпадало с ее собственным.

— Не знаю, — ответила правящая принцесса мгновение спустя. — Дискорд никогда не говорил нам с Шайни, как меня освободить. Он правда сказал тебе, что в библиотеке спрятана карта?

Сжигаемая стыдом, Твайлайт кивнула.

— Он сказал, что он... заточил Спайка, и только карта в моей библиотеке сможет привести меня к нему, но если я покину библиотеку, не найдя её, то карта исчезнет навсегда.

— Он сказал мне нечто похожее, — внезапно заговорил дракон, нахмурив брови. — Что он спрятал твою библиотеку где-то в Эквестрии под деревом, и мне придётся выкопать каждое дерево в королевстве, если я захочу найти тебя. Ещё он...

Гигант замолчал, погрузившись в мысли.

— Что ещё он? — повторила Рэрити.

Спайк нахмурился.

— Да это не особо важно...

— Это про ту штуку, когда он сказал, что ещё вернётся за тобой? — спросила Рэйнбоу, свесившись с макушки дракона, и когда он кивнул, пегаска повернулась к остальным. — Ага! Расскажи им!

— Я сказал ему, что когда стану старше, то буду драться с ним, — произнёс Спайк, и Твайлайт тут же представила себе маленького дракончика, угрожающего Духу. — На что Дискорд ответил, что разберётся со мной прежде, чем я смогу хотя бы надеяться повзрослеть, вот только... только с той поры я больше его не видел, до прошлой недели.

В голове Твайлайт что-то щёлкнуло.

— Но он пришёл ко мне, — слова неожиданно сорвались с её губ, и она столкнулась с удивлёнными взглядами всех вокруг, кроме Рэрити.

— Точно! Ты же как-то рассказывала об этом, да? — воскликнула единорожка.

Аликорн кивнула.

— Он сказал, что карты на самом деле нет, и я вольна идти, если только захочу, я, конечно, ему не поверила, но...

"Получается, он не лгал?"

— А возвращался ли он к тебе? — спросила Твайлайт Кейденс, шестерёнки в голове начали крутиться.

— Не знаю... — произнесла правящая принцесса. — Мы с Шайнингом создали барьер, что обнаружит, если он войдет в замок. Если бы он попытался проникнуть ко мне, то не смог бы добраться до внутренних покоев, не подняв при этом тревоги.

Твайлайт стиснула зубы. Но почему? Зачем... зачем ему приходить и помогать ей выбраться из библиотеки? Бессмыслица какая-то! Почему к ней?

— Ты что-то поняла, Твайлайт? — спросила Рэрити, несомненно, заметив серьёзное выражение лица аликорна.

— Пинки, — произнесла Твайлайт, переведя взгляд на названную кобылу. — Он когда-нибудь пытался снова связаться с принцессой Луной?

Земнопони помотала головой.

— Неа! Принцесса Луна мне о таком не говорила, а она бы сказала, потому что она рассказывает мне вообще всё, потому что я её лучшая подруга на свете!

Твайлайт на мгновение задумалась, переваривая факты и возможность того, что за тысячу лет лишь она одна видела Дискорда, пока не осознала, что забыла в этом уравнении об одной пони.

— А что насчёт принцессы Селестии? Почему вы с ней не связались?

За столом воцарилось молчание. Выражения лиц присутствующих варьировались между замешательством, серьёзной задумчивостью и всем, что посередине.

Первым заговорил профессор Эйв.

— Рэрити, ты... ты показала ей...

— Рисунок в Стоун Рест? Да, она его уже видела, — ответила единорожка, перебив жеребца, после чего повернулась к фиолетовому аликорну и облизнула губы. — Твайлайт, дорогуша, в каком смысле связаться с ней? Мы же не знаем, где она.

— Я понимаю, но это и не важно, почему бы просто не написать ей? — вновь повторила вопрос принцесса, и вместо Рэрити отозвался Спайк.

— Она не ответит, — произнёс он, уже догадавшись, о чём думает Твайлайт. — Я пытался. Отправил ей миллион писем, а она ответила лишь раз, и то столетия назад.

— Стоп-стоп-стоп, я что-то потеряла нить беседы, — вмешалась Инкредентия. — Есть тут жук, который объяснил бы всё новенькой?

— Спайк не такой, как обычные драконы. Он редкой породы, обладающий магическим пламенем, способным передавать сообщения, — объяснила Твайлайт. — Всё, что он сожжёт, может быть отправлено принцессе Селестии, вне зависимости от того, где она находится.

— И, как я уже сказал, я отправил ей кучу писем, а она ответила лишь раз, и то, что для тебя и остальных принцесс нет никакой надежды.

Твайлайт нахмурилась. В последнее время она хмурилась часто, и у неё возникало чувство, что это скоро войдёт в привычку.

— Ты спрашивал её, почему? — спросила она так, словно это была самая очевидная вещь в мире, хотя, разумеется, Кейденс и Спайк были иного мнения.

— Как это, спрашивал? — уточнила Кейденс.

Дракон фыркнул.

— Твайлайт, примерно из сотни писем она ответила только на одно, и то, чтобы сказать нам такое! В чём смысл снова писать ей? Всё равно не ответит.

— А что, если у неё кончились чернила? — спросила фиолетовая аликорн, и Спайк вытаращил на неё глаза.

— Твайлайт, я...

— Она права, — произнесла Рэрити, делая глоток своего напитка. — Я, признаться, удивлена, что никому из вас это не пришло в голову.

— Ты говоришь это только потому, что она твоя подруга! — запротестовал дракон.

— Неправда!

Эпплджек ухмыльнулась.

— Ну конечно же нет, сахарок.

— Тьфу на вас! — фыркнула единорожка и отвернулась.

— Спайк прав, — ровным голосом произнесла Твайлайт, — инстинкт самосохранения, ментальный инстинкт и химический — соглашаться с желанным партнёром и поддерживать его идеи, чтобы избежать любого потенциального конфликта, который может дестабилизировать...

— Принцесса Твайлайт!

Она огляделась и заметила, как двое гвардейцев-чейнджлингов вернулись, неся с собой книгу, о которой солгала Рэрити.

Единорожка выдохнула.

— Благодарение звёздам.

— Ваше величество! — произнёс один, пытаясь отдышаться после, по всей видимости, стремительной пробежки, пока второй протянул свёрток. — Ваша книга, как вы просили!

— Эм, спасибо, — ответила Твайлайт, беря предмет в поле магии и положив неподалёку от себя. — Ещё мне бы пригодились перо, чернила и пергамент.

— Мы можем принести, ваше величество! — выпалил один из гвардейцев, но только он собрался в мельчайших подробностях доложить ей, что для него честь служить ей и королевской семье Эквестрии со времён...

— Ху-у!

Раздалось громкое возмущённое уханье, и Твайлайт вежливо улыбнулась охранникам.

— Спасибо большое, но в этом нет необходимости, — произнесла она, наблюдая, как встревоженная сонная сова взлетела и посмотрела на Рэрити не менее тревожным взглядом.

— В моей сумке, дорогуша, — произнесла единорожка с весёлой улыбкой, подсказав Эларе, Темису и трём совятам, где можно найти необходимое, и они вернулись буквально через пару мгновений.

Амальтея и Метис положили перед Твайлайт блокнот на спиральке, Темис помог Джинни поставить чернильницу, и, наконец, Элара, устроившись на макушке принцессы, вытащила из крыла белое перо, подала его хозяйке, после чего повернула голову к охранникам и прищурила глаза.

— Ху-у.

Твайлайт улыбнулась гвардейцам, а затем открыла блокнот и откупорила чернильницу.

— Я ей напишу, — объявила она, решив не тратить время на обсуждения и споры. Единственное, её беспокоило осознание, что она не знала, о чём же писать. Письмо принцессе Селестии, это вещь, к которой она никогда не относилась легкомысленно! Оно требовало глубокой медитации и обдумываний, минимум семь черновиков, не забыть про редактуру, плюс вычитка, плюс корректировка, плюс...

— Та-а-а-а-а-ак, — протянула Рэйнбоу Дэш, которой надоело ждать, — и что ты ей напишешь?

Твайлайт в нерешительности ответила:

— Ну... я начну с представления, перейду к биографии пони, которые будут упоминаться в письме, затем к подробному описанию мест, после чего попробую подвести итог прошедшей тысячи лет на пяти-двенадцати страницах, что в сумме даст... — вежливое покашливание прервало её, и принцесса заметила болезненную улыбку Рэрити. — Что?

— Принцесса, — привлекла внимание Флаттершай. — Картина.

В голове аликорна тут же возник образ картины, на которой Селестия сидит со слезами на глазах, поддерживая заклинание треснувшим рогом.

— Твайлайт, мы не знаем, в каком состоянии находится принцесса. Насколько нам известно, это может быть причиной того, что она не отвечает, а вовсе не нехватка чернил, — добавила Рэрити. — Мне не кажется, что...

Она покрутила копытом в воздухе.

— ...увлекательное и длинное письмо, это именно то, что ей сейчас нужно. Почему бы не начать с какого-нибудь простого вопроса?

— Ох...

Принцесса повернулась обратно к блокноту, пугающему своей пустотой. Обмакнула перо в чернила и, наконец, вывела крупными и чёткими буквами:

ПРИНЦЕССА СЕЛЕСТИЯ, ГДЕ ВЫ?

ТВАЙЛАЙТ СПАРКЛ

Слова смотрели на неё с бумаги, вопрос, на который у неё столетиями не было ответа, и... и она поняла, что боится получить ответ, и ещё сильнее боится не получить его.

Отогнав пугающие мысли, Твайлайт осторожно вырвала страницу из блокнота вместе с чистой и сложила их вместе, зажав между ними перо Элары. Покончив с этим, она левитировала письмо и закрытую чернильницу Спайку, который с явным колебанием смотрел на эти предметы.

— Спайк, пожалуйста, — попросила Твайлайт.

Дракон уступил, вспышка зелёного пламени вырвалась из его рта и превратила предметы в волшебный пепел, который взлетел в воздух и исчез.

Опустилось тяжкое молчание, и все за столом, в том числе и Твайлайт, уставились на смущённого гиганта. Смотрели и ждали, и ждали, и ждали, когда придёт ответ.

Казалось, в этой тишине прошла вечность, и всё же, чем больше проходило секунд, тем больше разум принцессы заполняла тишина. Что, если она не отвечала потому, что считала Твайлайт виноватой во всём произошедшем? Что, если она не отвечала потому, что не хотела, чтобы её нашли? Что, если... если она не могла ответить потому, что...

Почему Твайлайт не может и дня прожить без того, чтобы её собственный разум её не мучал?

Её взгляд обратился к Кейденс, которая в этой ситуации не могла сделать ничего, кроме как подбадривающе улыбнуться, и Твайлайт вновь начала размышлять об отсутствии барьера у принцессы.

И, чтобы было понятно, это была очень болезненная теория.

— Принцесса Твайлайт? — внезапно спросил профессор Эйв. На его лице читалась такая серьёзность, что принцессе стало не по себе, и когда он продолжил говорить, она слегка отпрянула. — Принцесса Твайлайт, что случилось в библиотеке, когда вы были одержимы?

И снова, один за другим, все взгляды оказались прикованы к ней, грудь сдавило от воспоминаний. Она попыталась ответить, но к своему шоку осознала, что не может выдавить из себя и слова, однако Рэрити заговорила первая.

— Профессор! — рявкнула она.

Эйв не дрогнул.

— Если мы хотим понять, что произошло с принцессой, мы должны узнать все факты, — он снова повернулся к Твайлайт. — Принцесса, я вынужден повторить вопрос.

И снова, прежде чем Твайлайт успела сказать хоть слово, заговорила Рэрити.

— Профессор, ну в самом деле, — продолжала протестовать единорожка, и Твайлайт заметила смущённые взгляды пони, сидящих за столом. — Дискорд овладел ею, и ради Дензы, это всё что вам нужно знать!

— Нет не всё. События не бывают просто чёрными или белыми. Факты — вот что поможет нам, а не чудеса и фантазии, — в отличие от Рэрити, голоса жеребец не повышал. — Она одна была там, когда проклятие развеялось. И именно поэтому, принцесса, чем больше подробностей вы вспомните, тем лучше будет для всех нас.

— Всё хорошо, — быстро произнесла Твайлайт, чтобы успеть раньше единорожки. Профессор прав, беспокойство, вызванное воспоминаниями об одержимости, начало стремительно ослабевать по сравнению с растущим беспокойством из-за реакции возлюбленной.

Но Рэрити всё-таки перебила.

— Но, Твайлайт, зачем...

— А почему нет? — спросила принцесса, желая теперь лишь одного — разобраться в том, что стояло за словами и действиями единорожки. Ей хотелось ответов, а не отговорок. — Почему ты не хочешь, чтобы я говорила об этом? И ты не можешь просто ответить "не знаю". У тебя должна же быть какая-то причина.

Единорожка прикусила язык, а Твайлайт опустила ушки, обнаружив, что разрывается между болью и беспокойством.

— Рэрити, — голос Кейденс был мягким, но настойчивым, и выражение лица единорожки полностью изменилось с обиды на отчаяние. — Мы же говорили об этом, помнишь? Лучше знать, чем не знать.

Взгляд Рэрити метался между Твайлайт и Кейденс, пока наконец не замер на первой.

— Твайлайт, ты правда хочешь говорить об этом? — тихо спросила единорожка.

— Да.

— И это поможет нам?

— Да, поможет, — ответила принцесса, искренне надеясь, что это правда.

— Ну хорошо, — уступила единорожка, беря свой пустой стакан. — Я... ты не возражаешь если я пока отойду набрать себе воды?

Формально Твайлайт не возражала, но...

— Хорошо.

Она смотрела, как Рэрити потрусила прочь, и первым же побуждением было встать и пойти за ней, но первой отреагировала Флаттершай.

— Мне тоже надо немного воды, — быстро проговорила пегаска, после чего встала и побежала вслед за единорожкой. — По-подожди, Рэрити!

— Принцесса? — произнёс профессор Эйв, снова привлекая внимание Твайлайт. — Вы не могли бы как можно подробнее рассказать об одержимости?

Взгляд аликорна переместился к Рэрити и Флаттершай вдалеке, первая экспрессивно что-то объясняла второй, и, хотя принцесса всё ещё была обеспокоена поведением возлюбленной, ей хотелось, чтобы та в такой момент была с ней, рядом. Принцесса пересела так, чтобы оказаться лицом к профессору и остальным.

— Вы были в сознании? — спросил Эйв. — Рэрити сказала, что вы были одержимы силой хаоса. Вы осознавали это? Что-нибудь помните?

Принцесса сглотнула.

— Нет, — уверенно начала она, но мгновением позже задумалась. Что-то всё-таки она помнила, крупицы, частицы, но помнила. — Д-да. Может быть. Немного.

— Немного... — профессор прищурился, на мгновение задумавшись, а затем спросил. — Что вы чувствовали в одержимости? Вы были как марионетка?

Крылья Твайлайт невольно расправились, и она начала жалеть, что не прислушалась к Рэрити.

— Я... нет? Не знаю... — она закрыла глаза и ткнулась лицом в копыта, пытаясь осмыслить то, о чём думать вообще не хотелось. — Я была не собой, и в то же время собой. Я... я с-сама позволила этому случится, мне просто хотелось, чтобы всё кончилось, я...

В её голове зародилась мысль.

"Я больше не хотела нести ответственность".

Она знала, что проще, чем справиться с собственными страхами, было просто перестать бороться с ними.

— Вам было больно? — спросил профессор.

— Не помню. Кажется, только поначалу.

Снова опустилась тишина, и как только Твайлайт оторвалась от копыт и подняла голову, Эйв спросил:

— Вы знаете, что это вызвало?

— Рэрити.

Ответ сорвался с её губ с поразительной лёгкостью. Рэрити всегда была в центре её недавней жизни, все перемены были вызваны действиями единорожки, и поэтому логично было полагать, что именно Рэрити в конечном итоге дала ей свободу. Именно Рэрити показала, что ей есть что терять и есть за что сражаться.

Рэрити спасла её, думала она, однако взгляды всех вокруг говорили о том, что они поняли её ответ не совсем так.

— Погодь, — произнесла Рэйнбоу, — ты хочешь сказать, что это Рэрити виновата в том, что Дискорд с тобой сделал?

— Что? Нет! — немедленно запротестовала Твайлайт, сама идея о таком приводила её в ужас. — Я такого не говорила! Я сказала, что она послужила причиной!

— Принцесса Твай, это буквально одно и то же, — заключила радужная пегаска.

— Нет, не одно и то же! — замотала головой принцесса.

— Принцесса Твайлайт, позвольте мне переформулировать вопрос, — профессор прочистил горло. — Ошибусь ли я, если скажу, что если бы Рэрити не появилась в вашей жизни, вы бы не оказались одержимы магией хаоса?

— Д-да, — ответила она, ненавидя себя за такие слова и чувствуя, что не имеет права их говорить.

— Хорошо. Дальше. Рэрити упоминала, что вы питали барьер, удерживающий вас в библиотеке. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?

— Я... я не...

Твайлайт хотела что-то сказать, но слова застряли у неё в горле. Было трудно сознаться, трудно анализировать, когда все выводы и гипотезы только заставляли её ощущать себя всё хуже и хуже.

И озвучить всё это вслух перед всеми?

Принцесса думала только о двух пони, с которыми могла бы в открытую обсуждать такие вопросы, и одна из этих двух пони лишила её такой возможности.

— Простите, — наконец произнесла Твайлайт, виновато улыбаясь профессору и остальным. — Я могу поговорить с Кейденс наедине?

Хотя было очевидно, что всем хотелось знать, что она будет рассказывать, никто не отказал Твайлайт в её просьбе. Один за другим они неспешно удалились, извинившись по пути, и созданной суматохи хватило, чтобы Флаттершай и Рэрити вдалеке обернулись.

На мгновение взгляды аликорна и единорожки встретились. Принцесса задумалась, продолжать ли ей смотреть или перестать, но решение было принято за неё, когда Рифт Шилд подошёл к Рэрити, прося внимания.

— Беспокоишься о ней? — раздался голос Кейденс.

Твайлайт не сводила глаз с Рэрити, обдумывая вопрос.

— Да, — наконец ответила аликорн. Её ушки опустились, и она повернулась к своей золовке, что сидела теперь рядом. — Что ты имела в виду?

Кейденс приподняла бровь, и Твайлайт уточнила:

— Когда ты сказала, что говорила с ней об этом, что ты имела в виду?

— Тебе следует спросить у неё самой.

— А если она мне не ответит? — произнесла Твайлайт, и ей стало интересно, где проходит грань между недовольством и беспокойством. — Я уже спрашивала её о других вещах, и она всё время уклоняется от ответа. После чего мне кажется, что у нас всё хорошо, но затем... затем происходит что-то такое, как сегодня, и оказывается, что не всё хорошо. Она постоянно говорит мне, что ей нужно время, но...

— Она тебя любит, — произнесла Кейденс, наблюдая за Рэрити точно так же, как её возлюбленная несколько мгновений назад.

Твайлайт удивлённо уставилась на золовку.

— Я знаю, ну и что?

— Просто верь в неё, Твайлайт.

Фиолетовая аликорн поморщилась, сердце молотом стучало в груди. Это так... так... раздражает! Раздражает, что пони держат мысли при себе, вместо того чтобы упростить процесс общения для всех, они просто держат мысли при себе.

— Твайлайт, попытайся её понять, ей очень тяжело. Ей больно слышать о том, как близким было плохо.

Около минуты принцессы молчали, каждая думала о своём, и только когда взгляд Твайлайт упал на профессора, она вспомнила о его вопросе.

"Рэрити упоминала, что вы питали барьер, удерживающий вас в библиотеке. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?"

— Кейденс... — она взвешивала каждый слог, каждое слово, способные выдать её желание не сознаваться и не признавать это. Произнести вслух было трудно, но она попытается. — Ты... ты чувствуешь вину?

Правящая принцесса отвернулась от остальных и устремила свой пристальный взор на Твайлайт.

— Вину? За что?

Твайлайт уставилась на неё в ответ.

— За то, что прокляла всю Эквестрию на невозможность найти нас, — ответила фиолетовая аликорн на одном дыхании.

— А, за это, — произнесла Кейденс с удивительной лёгкостью для... ну, такого. Но больше лёгкости, по-настоящему, Твайлайт удивил ответ. — Нет, не чувствую.

Твайлайт не находила слов, не в силах постичь саму концепцию. Разве принцесса не чувствовала себя хоть немного виноватой? Не то чтобы она хотела, чтобы Кейденс чувствовала вину, просто...

Принцесса, должно быть, заметила её внутреннее смятение, потому что их глаза встретились, и выражение лица Кейденс изменилось. Исчезла лёгкость, остыла теплота, и у Твайлайт возникло стойкое ощущение, что она общается теперь не с золовкой, а с правящей принцессой Эквестрии, и всем, что из этого следует.

Всё это напомнило ей о принцессе Селестии, и она вообще пожалела, что задала этот вопрос.

— Ты помнишь, что тётя Селестия говорила нам, когда на нас выпадала обязанность вести аудиенции?

Твайлайт кивнула. Она и вправду позабыла множество вещей, но наставления принцессы Селестии остались.

— Намерение — вот что определяет нас.

— Намерение — вот что определяет нас, — строго повторила Кейденс, почти в совершенстве подражая манере принцессы Селестии и её интонациям. Задержавшись на мгновение в образе, она расслабилась, хихикнула, и продолжила. — Я помню, как она это говорила! Как раз перед одной из её важных речей.

— И тогда принцесса Луна закатила глаза, — добавила Твайлайт, и слабая улыбка появилась на её губах. Она по ним скучала. Скучала по важным речам Селестии, скучала по фырканью принцессы Луны и её собственным пафосным речам.

Смех затих, и кратковременное облегчение покинуло Твайлайт, когда выражение лица Кейденс вновь стало серьёзным.

— Я всегда делала то, что, как считала, будет лучшим. Я старалась придерживаться добра, и хотя не всё, что я делала, можно назвать добрым, но… намерение — вот что определяет нас.

— Но... — Твайлайт сглотнула. — Имеет ли значение намерение, если всё идёт наперекосяк?

Кейденс достаточно долго молчала, пока её взгляд не остановился на Рэрити, и она не спросила:

— Ты винишь Рэрити в том, что с тобой случилось? Зная, что всё это произошло из-за того, что она тебя встретила?

— Нет, конечно.

— Почему нет?

— Потому что она не думала, что... — Твайлайт опустила голову. — Ох.

— Твайлайт, плохие вещи всегда будут случаться, — произнесла Кейденс, улыбаясь аликорну. — Вне зависимости от того, насколько чисты наши намерения, плохие вещи случаются, но... но чувство вины или жалости к себе лишь помешают в будущем сделать правильный выбор.

— А какой выбор правильный?

— Брать на себя ответственность за последствия своих действий.

Твайлайт не знала, что ответить на это. Уже давно преследующие её слова кинжалом проворачивались внутри, грозясь вырваться наружу. Именно вина помешала ей взять на себя ответственность, и вместо этого она спряталась в библиотеке.

— Так сказал Шайнинг Армор, — продолжила Кейденс. Она перевела взгляд на Рифта Шилда, отдающего приказы гвардейцам. — Он сказал эту фразу чейнджлингам, которые впервые работали с нами, после всего того, что случилось.

— Потому что они чувствовали вину за содеянное?

— Да, и, как видишь, я не знаю, как убедить их перестать чувствовать вину.

Твайлайт опустила глаза, выдавив из себя печальную улыбку.

— Это нелегко.

— Но нелегко не значит, что стоит бросить все попытки, так ведь? — спросила Кейденс и вздохнула. — Я действительно чувствовала вину, Твайлайт. Но лишь поначалу, затем мне пришлось взять на себя ответственность и попытаться как-то исправить ситуацию.

— Так вот почему ты использовала чейнджлингов, чтобы...

Выражение лица принцессы смягчилось.

— Нет. Ну, не сразу. Я пыталась рассказать пони, пыталась быть честной, но... — она закрыла глаза, поморщившись. Они испугались, Твайлайт. Я только сообщила совету Кантерлота, и...

— Что произошло?

— Всё прошло точно так, как ты можешь себе представить. Спайк был там. Он, должно быть, помнит ещё тот хаос. Сначала было отрицание. Потом паника. И я их за это не виню, — Кейденс отвела взгляд от чейнджлинга и посмотрела на дракона вдалеке. — Я испугалась. Спайк испугался. Ты с моими тётушками пропала, Дискорд на свободе, а я...

— Но лгать?

— Мы думали, что найдём тебя, — с трудом произнесла Кейденс. Мы... мы думали, что найдём всех вас, но этого не случилось, и пути назад уже не было. Мы не могли передать трон в чужие копыта, потому что они бы узнали, что Дискорд всё ещё на свободе, что я бесплотный дух, и что тогда?

Твайлайт почувствовала ком в горле.

— Твайлайт, я не хотела ничего из этого. Но я должна была взять на себя ответственность, а чейнджлинги хотели помочь. Как я уже говорила, не все наши решения приводят к тому, что задумывалось, но мы должны пытаться исправить ситуацию, потому что никто за нас этого не сделает.

— Ты права.

Кейденс вдохнула. Просто по привычке, несомненно.

— Я просто хочу, чтобы остальные были свободны. Хочу, чтобы всё это закончилось, а после... — она мягко рассмеялась. — А после я отдам корону и возьму очень длинный отпуск.

Два подруги разделили между собой понимающий смех, пока их не прервал громкий неприятный звук, и Твайлайт огляделась, чтобы найти его источник — Спайка.

Дракон сидел, вцепившись себе когтями в шею, с широко раскрытыми глазами и таким видом, словно чем-то подавился. Он громко кашлял и хрипел.

Первое, о чём подумала Твайлайт, это что он съел слишком много и слишком быстро.

Вторая мысль была слишком хороша, чтобы хотя бы надеяться, что она окажется правдой, но всё же чудо произошло, гигант издал громовую отрыжку, сопровождающуюся пламенем, дымом и сложенным письмом. Кейденс не успела сказать и слова, а Твайлайт уже телепортировалась к нему.

— Спайк! — ахнула шокированная Рэрити с другого конца сада. — Где твои мане... а-а-а! Твайлайт Спаркл!

Не обращая внимания на протесты единорожки, Твайлайт левитировала её к себе и опустила на землю.

— Ну в самом деле! — продолжила Рэрити, поднимаясь и отряхивая шёрстку, не замечая письмо, на которое уставились все пони. — Мне начинает надое...

Она замолкла и огляделась по сторонам.

— Что случилось с... — магия Твайлайт схватила её за мордочку и направила в сторону письма. — Ах.

На земле лежал, аккуратно сложенный, первый контакт Твайлайт с Селестией более чем за тысячу лет.

Письмо пугало. Было страшно открыть его и увидеть, что на самом деле думала принцесса. Она всё ещё любит Твайлайт? Может, ненавидит? Может...

Кашель привлёк её внимание, вернув к реальности, где все пони наблюдали и ждали, и даже если она пугала...

Ей пора взять на себя ответственность.

Со всей осторожностью в мире она подняла письмо в воздух с помощью магии, сделала глубокий вдох и... и нахмурилась.

— Ну?! — спросила Пинки. — Что там?! Что написано?!

— Она хочет знать, где я, — неуверенно ответила Твайлайт, разворачивая сообщение так, чтобы все могли его увидеть.

Твайлайт, где ты?

Вот и оно.

Первое общение Твайлайт с принцессой Селестией более чем за тысячу лет.

И сообщение, которое ничего не объясняло.

Когда все начали перешёптываться между собой, Твайлайт повернула письмо к себе, пытаясь подчерпнуть какую-нибудь дополнительную информацию.

— Ты уверена, что это она написала? — спросила Рэрити, вглядываясь в письмо.

Принцесса продолжала хмуриться.

— Да, но...

Ошибки быть не могло, она узнала каллиграфический почерк Селестии, но что-то всё-таки было не так. Линии, обычно прямые и элегантные, были шаткими и неровными, но не так, как это было бы при написании в спешке, а скорее, как при письме при истощении магических сил.

— Я не знаю, но что-то не так. Принцесса Селестия никогда не отвечала на мои вопросы другими вопросами, если только не проверяла меня, или что-то было не так, — объяснила она Рэрити, поворачивая письмо так, чтобы единорожка смогла рассмотреть его внимательнее, после чего развернулась и телепортировала к себе блокнот. — Рэрити, у нас есть ещё чернила и...

— В моей сумке, — ответила единорожка, не отрывая взгляда от письма.

Как только Твайлайт получила новые чернила и новое перо, она открыла страницу и начала писать:

Я в столице Кантер, со Спайком и Кейденс.

Вы в безопасности? Где вы? Что нам делать?

Дописав письмо, она быстро оторвала лист от блокнота и ещё одну чистую страницу, сложила вместе и чуть ли не швырнула их в Спайка. После чего смотрела, как послание охватил огонь и превратил в пепел, а после...

Ну, она ждала.

Ждала, и ждала, и ждала, и после нескольких минут ожидания Твайлайт была не единственной, кто изнывал от нетерпения.

— Так это, — обратилась Рэйнбоу Дэш к Спайку, — ты правда не додумался отправить ей бумагу и чернила?

Лицо дракона быстро окрасилось в множество оттенков розового, но вместо протеста из его рта вырвалась очередная отрыжка, а вместе с ней и новое письмо.

Твайлайт немедленно схватила его магией, открыла и зачитала вслух:

Пока да. Сложно сказать. Освободи Луну.

— Пока да? — спросила Кейденс.

— Сложно сказать? — добавила Флаттершай.

— Освободить принцессу Луну! — воскликнула Пинки Пай, прыгая на месте.

Твайлайт позволила себе небольшой вздох облегчения. "Пока да" было не лучшим ответом, который она могла получить, но по крайней мере это означало, что она, вероятно, больше не в той ситуации, что была изображена на картине. Только это знание помогало смириться с тем фактом, что принцесса не раскрыла своего местонахождения.

— Я не понимаю! — воскликнул Спайк. — Сначала она говорит, что надежды нет, а теперь просит тебя освободить принцессу Луну?

— Спайк, — произнесла Рэрити, — позволю себе заметить, что за столетия пони может передумать.

— Но почему? — спросила Твайлайт, обнаружив в себе раздражение от отсутствия конкретных ответов. Что именно произошло с принцессой? Дискорд что-то сделал? Кто-то другой? И как, по её мнению, им освободить принцессу Луну?

Она снова открыла блокнот, окунула перо в чернила и написала:

Как нам освободить её?

Вот так вот. Худшим сценарием было то, что принцесса Селестия понятия не имела, как это сделать, но учитывая, что это была Селестия, то у неё всегда был план; Твайлайт знала, что она знает, что надо делать. Конечно, тогда возникал вопрос, почему принцесса Селестия сама ещё не освободилась, но Твайлайт предпочитала особо много над этим не думать.

И снова она вырвала письмо вместе с чистым листом бумаги, снова сложила и снова повторила процесс с отправкой.

— О чём ты её спросила? — поинтересовалась Кейденс.

— Как освободить принцессу Луну, — ответила Твайлайт. Прямо и по существу, и она надеялась, что Селестия ответит так же.

— А нельзя, типа, отправить ей одно из ваших ожерелий, тогда процесс пойдёт быстрее чем сейчас, а? — спросила Рэйнбоу, побуждая Рэрити в защитном жесте прижать копыто к своему ожерелью.

— Рэйнбоу Дэш, ожерелья так не работают! — воскликнула она, а затем замолкла. — Хотя наше нынешнее общение могло бы быть и более удобным.

Как будто её слова оказались услышаны, Спайк снова исторг из себя очередное письмо, а ещё чернильницу и перо.

— Что ж, — произнёс профессор, — хороший способ сказать, что разговор окончен.

Твайлайт с бешено колотящимся сердцем взяла письмо. Пинки бросилась к ней, чуть ли не оседлав аликорна в попытке увидеть ответ. Если в этом письме содержались сведения о том, как освободить Луну, то...

Без дальнейших промедлений аликорн открыла письмо и прочитала вслух:

Зимнее празднование полной луны

Даже в такой день, мой самый яркий свет — лишь отражение твоего.

Растерянность охватила собравшихся вместе существ, омрачив их лица, за исключением двух принцесс и дракона, которые обменялись встревоженными взглядами.

— Зимнее празднование полной луны? — воскликнула Пинки. — Звучит как праздник! Почему я никогда о нём не слышала?! Он секретный?

— Неудивительно, что не слышала, — ответила Кейденс. — Было только одно празднование, и то ещё до первой войны с Дискордом. Предполагалось, что это будет ежегодное мероприятие, чествующее принцессу Луну, но его отменили.

— Отменили?! — в ужасе ахнула Пинки. — Почему? Кто?!

— Принцесса Луна, — ответила Твайлайт, — и мы не знаем, почему. Селестия никогда мне об этом не говорила.

Аликорн снова опустила взгляд на письмо и поджала губы. Какое отношение празднование имело к заточению принцессы Луны? И что за свет?

— Кейденс, ты что-нибудь помнишь? — спросила Твайлайт, поворачиваясь к принцессе.

Кейденс покачала головой.

— Нет. Это было так давно, я помню только, что его отменили.

— А что насчёт комнаты принцессы Луны? — продолжала Твайлайт, слова срывались с губ, пытаясь догнать мысли, что проносились в её голове. — У неё есть какие-нибудь книги об этом? Может, у Селестии? А что насчёт библиотеки?

Кейденс моргнула.

— Я... я не знаю, Твайлайт. Я могу попросить гвардейцев поискать, но это же тысячи книг.

— Нам нужны только те, что были написаны до нашего заточения, — ответила Твайлайт.

— Твайлайт, это всё ещё больше нескольких тысяч! — воскликнула Кейденс.

Твайлайт склонила голову набок.

— И? В среднем в книге около двухсот сорока страниц. Хотя это и ниже моей скорости чтения, я думаю, гвардейцы смогут читать около двух страниц в минуту. Следовательно, десять гвардейцев могут прочитать десять книг за два часа, и, получается, тысячу книг десять гвардейцев могут прочитать за двести часов. Если использовать пятьдесят гвардейцев, то каждый из них прочитает двадцать книг, по одной каждые два часа, получается, мы могли бы просмотреть примерно тысячу книг за сорок-пятьдесят часов.

Рэрити прикрыла копытом смешок.

— А ты случайно не приняла в расчёты факт, что гвардейцам надо есть и спать?

— Ой, да, это важно.

— Я почему-то так и подумала, дорогуша, — ответила единорожка. — Не говоря уже о том, что не все могут читать без остановки, ни на что не отвлекаясь.

— Отвлекаясь? Но они же читают книги! Зачем отвлекаться?

— К сожалению, Твайлайт, не все из нас так совершенны, как ты, — произнесла Рэрити.

Твайлайт застонала и потёрла лоб. Уф-ф-ф! Почему пони такие сложные?

— Может, сменами? Это, конечно, продлит поиски, но постоянный темп бы сохранился, и мы могли бы прочитать всю библиотеку за... пятьдесят чейнджлингов... смены по... умноженное на...

— Принцесса Твайлайт, если позволите, — перебил её Рифт. — Со всем уважением, но мы просто не можем допустить, чтобы вся гвардия весь день читала книги!

Она нахмурилась.

— Ну, если принять во внимание, что...

— Может, можно спросить принцессу Луну? — раздался тихий голос.

Твайлайт замолчала и, повернувшись, увидела нервно улыбающуюся Флаттершай.

— Ты могла бы спросить принцессу Луну, почему она отменила празднование, — прояснила пегаска. — Уверена, она расскажет тебе.

— Расскажет! — ворвалась в беседу Пинки. — И тогда мы узнаем, как её освободить! И тогда мы сможем вместе делать всякие штуки, которые я хотела делать с ней, когда она освободится! Хотите узнать, какие-такие именно штуки?!

Спайк рассмеялся.

— Думаю, ты не оставила нам выбора.

И когда розовая земнопони начала радостно перечислять, Твайлайт задумалась.

"И тогда мы узнаем, как её освободить," — сказала Пинки, но принцессе не верилось, что всё будет так просто. Если её опыт чему-то и научил, так это тому, что всё идёт не так просто и прямолинейно, как ей бы хотелось. Она смотрела, как Пинки всё говорит и говорит, смотрела на искру в её глазах, на её энтузиазм, напористость, и...

И затем взгляд Твайлайт скользнул к Рэрити, и принцесса обнаружила, что единорожка не разделяет всеобщего душевного подъёма. На её губах не было улыбки, в её глазах не было блеска, а на лице не читалось ничего, кроме лёгкой неуверенности, которая, казалось, в последнее время сквозила в каждом её движении.

Два года назад, думала Твайлайт, Рэрити бы первой заставила её рассказать о своей одержимости.

Два года назад Рэрити ломала, крушила, проталкивалась сквозь каждую защиту, каждый барьер, каждый миг существования Твайлайт.

А теперь? Теперь Твайлайт изо всех сил пыталась разглядеть ту же бесстрашную единорожку, что противостояла драконам, духам хаоса и самой Твайлайт.

Их взгляды на миг пересеклись, и Рэрити словно услышала её мысли, поэтому принцесса резко опустила взгляд на письмо, отправленное Селестией.

"Даже в такой день, мой самый яркий свет — лишь отражение твоего".

Глазами Твайлайт пристально изучала эту строчку, пытаясь отвлечься от своих тревожных мыслей, пока не почувствовала, как что-то сдвинулось, и Рэрити села рядом с ней, соприкоснувшись шёрсткой, и единорожка протяжно вздохнула. Разговор продолжался без них, фиолетовая аликорн едва обращала внимание на продолжающуюся дискуссию между Пинки, Спайком и профессором, пока Рэрити наконец не ткнулась в Твайлайт носом.

— Ты сильно из-за меня расстроилась? — тихо спросила единорожка.

Принцесса старалась не встречаться с ней взглядом.

— Не знаю.

— Ох, звёзды, — ответила Рэрити, немного помолчав. — Не самый приятный ответ, да?

Ирония вопроса не обошла Твайлайт, и она не смогла удержаться от смеха.

— Может быть, немножко, — ответила она, наконец позволив себе ответить единорожке взаимностью.

— И, может быть, я немного обезумела, — продолжила Рэрити, поднимая стакан и делая глоток. — Оно как раз сейчас в моде.

— Почему-то мне от этого не легче.

— Но и точно не тяжелее, м? — единорожка отставила стакан в сторону, подняла письмо и перечитала его. — Интересно, чт...

— Рэрити, почему ты не хотела, чтобы я говорила о своей одержимости? — резко спросила Твайлайт, слова сами собой сорвались с её губ. Но они были там уже долгое время.

Тишина.

— А ты на моём месте смогла бы переварить рассказ о моей двухлетней одержимости?

Принцесса ответила не сразу, потому что знала, что единорожка права. В конце концов, одно только воспоминание о том факте, что Рэрити чуть не разорвал древесный волк, вызывало тошноту.

И что-то всё-таки подсказывало Твайлайт, что здесь кроется нечто большее, слова Рэйнбоу Дэш всё ещё терзали разум принцессы.

— Рэрити, ты... — Твайлайт сглотнула, сама мысль об этом вызывала тошноту. — Ты же не винишь себя, правда?

— Нет, — просто ответила единорожка.

Ни больше, ни меньше, и принцесса заставила себя поверить, что это правда.

* * *

Он молча сидел у огня, с любопытством наблюдая за ней.

— Ты сказала ей "нет", — произнёс Норт Ридж, глядя на звёзды. — Что послужило тому причиной?

— Я боялась, что она начнёт винить себя, — ответила Рэрити после недолгой заминки. — От одной только мысли об этом мне стало дурно. Услышать из её уст эти три так ненавистных мне слова. Я понимаю, почему она так боялась, что я буду чувствовать то же самое, что и она.

— Но было же что-то ещё?

— А так всегда и бывает, — единорожка снова замолчала, её грудь поднималась и опускалось, просто по привычке, несомненно. — Поделишься мыслями?

— Два года, — произнёс он, — это довольно большой срок, чтобы подумать.

## — Глава 7 — Бутик грёз

[Изображение: https://i.imgur.com/YUPeM5S.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/3YefWiK.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/16giE64.png]

— Безумие, скажи?

Норт Ридж оторвал взгляд от газеты и посмотрел на лавочника, раскладывающего товары.

— Да разве? Я видал и более безумные вещи на Западе! — ответил он, широко улыбаясь. — Вот, мантикору, что боится мышей, например!

Лавочник покачал головой.

— Принцесса сошла с ума. А я всегда знал, что у замка есть секреты.

Норт собирался ответить, но слова застряли у него в горле, когда он перевернул страницу. Там была она, его очаровательная подруга, со словом "РАЗЫСКИВАЕТСЯ" над её улыбающимся лицом.

— Ну-ну! — произнёс жеребец, осторожно вырывая страницу, пока лавочник был к нему спиной. — У всех нас есть секреты, разве нет?

* * *

Множество прекрасных цветов покрывали две старые, но прекрасно сохранившиеся статуи внутри мавзолея семьи Спаркл.

Они были собраны в разнообразные букеты, капельки прозрачной воды стекали по лепесткам на холодный мрамор. Твайлайт отметила, что цветы свежие, и хотя не было сомнения, что их появление было связано с её золовкой, расположение букетов явно показывало, что к их расстановке приложила копыта некая единорожка с великолепным чувством прекрасного.

Взгляд принцессы задержался на резьбе у основания статуй. "Твайлайт Вельвет и Найт Лайт", гласила надпись, и под каждым именем были таблички с эпитафиями.

"Пропала, но не позабыта", — гласила его табличка.

"В грёзах мы будем вместе", — гласила её табличка.

И под каждым посланием была выгравирована кьютимарка Твайлайт.

Она не знала, что сказать. Хотя это было неправдой. Принцесса столько всего чувствовала, столько всего хотела сказать, но не считала нужным всё это озвучивать. Столько всего произошло за последние дни, так много эмоций, что несмотря на то, что ей было грустно, и несомненно будет грустно ещё какое-то время, она с облегчением поняла, что ей всё лучше удаётся сдерживать свои эмоции. Может, потому что Кейденс здесь не было, может, потому что она знала, что они хотели бы, чтобы она не зацикливалась на прошлом.

Или, может, потому что в такой компании было трудно не чувствовать себя лучше.

— Спасибо, — произнесла Твайлайт, наблюдая, как магия Рэрити переплетается с цветами и слегка их поправляет.

— Это самое малое из того, что я могла сделать, — радостно сказала единорожка, но затем мгновенно нахмурилась, когда только что передвинутый букет снова соскользнул с нужного места. Она вновь поправила его, после чего удовлетворённо хмыкнула.

— Я не только про цветы, — продолжила принцесса, и на её лицо прокралась улыбка, когда Рэрити тихо фыркнула, увидев, что цветы вновь сползли с места.

— Дорогуша, это я должна тебя благодарить, — ответила единорожка, в очередной раз поправляя цветы. — Это честь и привилегия для меня — быть здесь, с тобой, и если эти проклятые цветы наконец...

Твайлайт рассмеялась.

— Они необязательно должны быть идеальными.

Рэрити слегка умерила суету, ровно настолько, чтобы посмотреть на аликорна.

— Кто ты, и что ты сделала с Твайлайт Спаркл? — когда принцесса закатила глаза, единорожка с явным недовольством повернулась обратно к цветам. — Необязательно, говорит она! А меня не устроит ничто, кроме совершенства, когда дело касается родственников со стороны моей возлюбленной!

— Им всё равно, — произнесла Твайлайт, распахнув крыло из-под плаща и окутав Рэрити, отвлекая её от безнадёжной миссии.

— Ну, а мне не всё равно! — воскликнула единорожка, закончив поправлять цветы, подложив пару камешков у основания стеблей, чтобы цветы больше не двигались. Затем она, наконец, смягчилась и прислонилась к принцессе, принимая объятия. — Мне не всё равно.

Твайлайт снова перевела взгляд на таблички, сопровождая это действие вздохом.

"В грёзах мы будем вместе".

"Пропала, но не позабыта".

Две надписи на двух статуях, и предназначались они для неё, и даже если бы она приняла их, само их наличие вызывало боль.

— В грёзах мы будем вместе, — тихо прочитала Рэрити. — Очень трогательные эпитафии.

— Они должны были быть про них, — так же тихо ответила принцесса, — не обо мне. Предполагается, что эпитафии нужны, чтобы почтить мёртвых, а не живых.

— Возможно, они знали, что однажды ты их прочитаешь, — предположила единорожка после минутного раздумья, — и хотели оставить тебе сообщение.

— Ты так думаешь?

— Да. Я, по крайней мере, так бы и сделала. Послание, понятное только тебе, высеченное на прекрасном мраморном надгробии, украшенное десятками букетов. Я даже придумала идеальный вариант! — Рэрити вытянула переднее копыто и описала им горизонтальную линию. — Ради тебя — всё что угодно и хоть тысячу раз.

Твайлайт нахмурилась, осознав, что ей на самом деле не хочется думать о чём-то, включающим Рэрити и надгробия.

— Ну, такую эпитафию я бы никогда не хотела читать, — проворчала она, слегка нахмурившись. — И вообще даже думать об этом не хочу. Давай будем надеяться, что она никогда не будет написана.

Единорожка хихикнула.

— М-м? Ты бы предпочла, чтобы я жила вечно и никогда не умирала? — она наклонилась к принцессе и поцеловала её в щёку. — Ну, я могла бы, если бы ты пообещала жить вечно вместе со мной!

Твайлайт хотела рассмеяться, сказать что-нибудь остроумное, но её тут же поразило осознание.

— Я теперь могу умереть, — произнесла она самой себе, но всё равно вслух. Принцесса не почувствовала печали или счастья, просто осознание. Осознание и всё, что шло вместе с ним. — Я умру.

— Ну, надеюсь, что нескоро! — произнесла Рэрити, ещё ближе наклоняясь к аликорну. — Хм. Теперь я, кажется, понимаю, почему ты не хотела бы говорить об этом.

— Но это всё равно случится, — продолжала Твайлайт, и это было... завораживающе. Странно волнующе, странно чудесно, мысль о том, что впервые за множество столетий ей пришлось задуматься о том, чтобы состариться. Она же теперь по-настоящему свободна? Принцесса повернулась к единорожке, раскрыла крылья, её прежняя печаль полностью улетучилась. — Рэрити, я умру!

Единорожка приподняла бровь.

— Да, Твайлайт, это прискорбная, но неизбежная реальность жизни. Все пони рано или поздно умирают.

— Вообще, это не совсем правда, — как ни в чём не бывало ответила Твайлайт, как и всегда готовая рассказать всем вокруг любопытный факт. — Принцессы Селестия и Луна — аликорны по рождению. Они не могут умереть, если только их не убьют, хотя и нет известного способа убить нестареющих аликорнов. Даже Дискорду такое не под силу.

Рэрити замерла.

— Даже Диско... — её глаза расширились. — Так вот почему он заточил их? Должно быть, так и есть! Но...

Единорожка нахмурилась.

— Но если он заточил их в ловушку, потому что они бессмертны... — её взгляд встретился со взглядом Твайлайт. — Но зачем тогда было делать это с тобой и Кейденс? Она же тоже не родилась аликорном?

Принцесса покачала головой.

— Тогда почему он не убил тебя? — спросила Рэрити, и Твайлайт вздрогнула.

— Он бы никогда такого не сделал, — быстро вступилась в защиту Духа принцесса, да, Дискорд объективно делал ужасные вещи, но он никогда бы не убил. Когда единорожка скептично приподняла бровь, Твайлайт продолжила мысль. — Он бы не стал! Он никогда не убивал, он лишь...

— Запер тебя под землёй в библиотеке на тысячу лет, лишив физической формы и права на нормальную жизнь? — перебила Рэрити, сохраняя то же выражение лица.

Твайлайт отвела взгляд.

— Ну, если так ставить вопрос...

— Я ставлю вопрос точно так, как это произошло, Твайлайт, — без запинки ответила единорожка. — Если уж собралась защищать его, тогда давай излагать всё именно так, как оно было.

На это принцессе сказать было нечего.

Ну, точнее, ей было чего сказать, просто не об этой неудобной теме, которую Твайлайт теперь отчаянно хотела избежать.

— Н-ну, это всё ещё не объясняет, почему он заточил меня и Кейденс! Без Селестии и Луны, мы вдвоём всё равно ничего не смогли бы с ним сделать. Во всём этом просто нет смысла... почему он не захватил Эквестрию? Почему он не... — она замолчала. — Что, если...

Принцесса облизнула губы, тщательно подбирая слова.

— А что, если он сожалеет о том, что сделал?

Рэрити уставилась на неё в полной тишине.

Просто уставилась.

Глаза единорожки слегка сузились.

— Я говорю это не для того, чтобы оправдать его!

— Я надеюсь, что нет, Твайлайт, — холодно произнесла Рэрити, отворачиваясь. — После всего, через что он заставил нас пройти. Он может хоть вечность валяться в моих копытах, прося прощения, но я не могу вспомнить ни единого его поступка, даже отдалённо заслуживающего прощения.

Напряжённая тишина заполнила зал, не такая резкая, как смена настроения, но такая же тяжёлая. Неприятно было осознавать, что у неё всё ещё было настолько разное мнение не только с Рэрити, но и с любым пони, когда-либо имевшим дело с Дискордом. Твайлайт было трудно не защищать его, ведь когда-то они были друзьями, но в то же время знать, что он совершал поступки, которым нет прощения.

И всё же.

И всё же была одна вещь, за которую принцесса была благодарна.

— А я вот могу. Могу вспомнить кое-что. Есть одно его копыт дело, стоящее прощения.

Единорожка фыркнула в очень неподобающей леди манере, всё ещё, похоже, очарованная стеной мавзолея.

— Ну удиви.

— Я не бессмертная, как принцесса Селестия или Луна. У меня такая же продолжительность жизни, как и любой другой обычной пони.

Рэрити усмехнулась, слегка наклонив голову.

— Ты хотела бы быть бессмертной?

— Нет, но, если бы я не была заперта в библиотеке на тысячу лет, я бы не прожила достаточно долго, чтобы встретиться с тобой.

Ещё одно долгое молчание, и единорожка повернула голову ровно настолько, чтобы Твайлайт разглядела, как возлюбленная слегка прикусила губу.

— Touché? — отважилась принцесса помочь подобрать слово для Рэрити и обнаружила, что сдержать смех практически невозможно, когда единорожка прикусила губу ещё сильнее.

— Любопытно, — произнесла Рэрити, всё ещё холодно, всё ещё отстранённо, всё ещё смотря куда-то в сторону. — Ты никогда не говорила мне, что владеешь пранцузским.

Твайлайт оживилась.

— Ну, технически говоря, впервые об этом слове я узнала на уроках фехтования, когда училась у принцессы, поскольку от меня, как от её личной ученицы, требовалось пройти обучение одному из наиболее престижных видов физической активности, преподаваемых в столице, — сообщила она. — Но именно из твоего современного словаря и сборника идиом я узнала, что оно также используется при победе или, в твоём случае, при поражении в словесной дуэли.

Принцесса сделала глубокий вдох и продолжила:

— Хотя я провела тысячу лет, читая книги в библиотеке, включая весь раздел с языками, а также двадцать семь переведённых версий "Сборника Волшебностей Старсвирла Бородатого", так что да, я знаю пранцузский или, по крайней мере, архаичную его версию.

Твайлайт самодовольно улыбнулась, когда единорожка наконец повернулась к ней с игривой улыбкой на губах.

— Да? — произнесла возлюбленная принцессы, придвигаясь ближе и поддразнивая. — Так докажи мне это, ma chère.

Всегда готовая к любым испытаниям Твайлайт улыбнулась и вспомнила недавно прочитанное стихотворение, найденное прошлой ночью во время исследования Кантерлотского замка.

— Mon âme a son secret, ma vie a son mystère, un amour éternel en un moment conçu, — произнесла она с безупречным произношением, которому научилась по книгам с фонетикой за многие столетия практики. — Elle dira, lisant ces vers tout remplis d'elle, ‘quelle est donc cette jument?’ et ne comprendra pas.

К тому времени как принцесса договорила, она заулыбалась, увидев широко раскрытые глаза Рэрити и её прекрасные губы, изогнутые в идеальную букву "о". Твайлайт Спаркл знала, что производит впечатление, но всё равно наслаждалась визуальным подтверждением этого факта.

— Итак, — мягко произнесла единорожка, поднимая копыто и начиная лениво поигрывать с ожерельем Твайлайт, — что всё это означает?

— Это отрывок из стихотворения о неразделённой любви, — объяснила принцесса, живо осознавая, как близко они были, их губы чуть ли не соприкасались. — Как тебе, понравилось?

Рэрити издала тихое "хм-м-м", любуясь розовым кристаллом.

— Я думаю, что наш визит прошёл просто замечательно, но нам пора в путь.

— Я... что? — спросила Твайлайт, сбитая с толку внезапной сменой темы. Она почувствовала желание отстраниться, и всё же, каким-то странным образом, копыто возлюбленной, всё ещё лежащее на груди принцессы, её удержало. — Мы что, опаздываем на встречу с девочками?

— Если мы отправимся прямо сейчас, то у нас будет немного лишнего времени, но, главное... — взгляд единорожки встретился со взглядом аликорна, и она склонила голову набок. — Похоже, что твоё лингвистическое мастерство произвело на меня сильное впечатление, и мне кажется, что страстный поцелуй будет не самым подобающим поведением в присутствии твоих родителей.

Твайлайт ощутила, как вспыхнули её щёки.

— Да, пожалуй.

Рэрити хихикнула, наклоняясь и оставляя поцелуй на губах принцессы.

— А вот маленький вполне подойдёт, — затем единорожка повернулась к статуям и посерьёзнела. — Есть что-то, что ты бы хотела сказать до нашего следующего визита, дорогуша?

Твайлайт повернулась к месту последнего упокоения своих родителей. Ей хотелось сказать многое, но она решила остановиться на самом кратком и понятном.

— Я люблю вас и обещаю, что вы сможете мною гордиться.

— Ещё больше, чем вы уже гордитесь, спасибо большое, — добавила Рэрити, и принцесса рассмеялась.

— Больше чем вы уже мною гордитесь, — повторила Твайлайт. Она повернулась к возлюбленной и немного неловко спросила. — Ты хочешь что-нибудь сказать?

Единорожка обдумала вопрос.

— Ничего такого, чего бы мы не обсудили в прошлый раз.

— В прошлый раз? — спросила принцесса, нахмурившись. — Ты уже была здесь?

Время словно замедлилось, пока Рэрити думала, отвечать или нет, но в итоге ответила, явно осторожно выбирая слова:

— Да, была, — произнесла она, ещё раз поправляя выбившиеся лепестки то тут, то там. — Через несколько месяцев после того как ты... ну, после твоего инцидента, Кейденс предложила мне приехать сюда, чтобы побыть с ними. Было успокаивающе, поговорить с кем-то, кто...

— Кто?

Единорожка наклонилась к Твайлайт, всё ещё не сводя глаз с надгробий.

— Кто смог бы понять.

— Понять? — спросила принцесса, окутывая Рэрити крылом. — В каком смысле?

Воздух как будто изменился, напряжение в воздухе, казалось, билось о принцессу, как, бывало, когда возлюбленная должна была сказать что-то важное, и... и в последнее время... болезненное.

— Эпитафии. Их эпитафии, это последнее послание для тебя, — тихо ответила единорожка. "Ради тебя — всё что угодно и хоть тысячу раз", это не то, чего я придумала.

Рэрити замолчала и отодвинулась от аликорна, сосредоточив взгляд на цветах. Она ждала, и Твайлайт знала, ждала подтверждения или ответа, и принцесса ощутила нарастающий гнев от одной только мысли, что её собственные действия заставили возлюбленную думать о словах для своей эпитафии.

Но злостью проблемы не решить, так ведь? Всё что она могла сделать, это попробовать сделать то, что ей нравилось больше всего: заставить единорожку улыбнуться.

— Какая жалость, — наконец произнесла принцесса, и прежде чем Рэрити успела сказать что-либо, Твайлайт продолжила. — Теперь тебе придётся использовать что-то менее драматичное для эпитафии на своей могиле.

Смех единорожки наполнил небольшое помещение.

— Ужасно, не правда ли? Потратить столько времени на составление идеального предложения, чтобы оставить его после себя как наследие, а потом ты свела на нет все мои усилия, освободив себя. Грубость, вот что это! Грубость и безразличие! Теперь мне придётся написать что-то ужасно скучное, вроде... — она прикусила губу, а затем взмахнула копытом. — Здесь лежит Рэрити, единорожка, что умерла так же, как и жила, смертельно красиво.

Твайлайт фыркнула.

— Смертельно красиво?

— Цыц, надо просто немножко доработать.

— Немножко доработать? Как скажешь, — произнесла принцесса, хихикая, когда Рэрити, фыркнув, отстранилась и раздражённо потопала прочь.

— Что ж, вот тебе тогда ещё одна! — объявила она, оборачиваясь и одаривая принцессу ужасно самодовольной улыбкой. — "Здесь покоится принцесса Твайлайт Спаркл, у которой ещё при жизни это вошло в привычку!"

— Эй! — запротестовала Твайлайт, следуя за вышедшей из мавзолея единорожкой. — Я была не мертва! Я была в трансгрессионном стазисе! Большая разница!

Смех Рэрити разнёсся окрест кладбища, и принцесса позволила себе игриво закатить глаза. Она в последний раз мысленно попрощалась с родителями, после чего потрусила в "Сады отдохновения", обнаружив, что Кейденс и несколько гвардейцев уже ждут её. Позади них парил большой сундук.

— Вам пора? — спросила Кейденс, улыбка которой не смогла полностью скрыть печаль на её лице.

— Боюсь, что так, принцесса, — извиняющимся тоном произнесла единорожка. — Остальные уже, должно быть, ждут нас, не хотелось бы опоздать.

— Мы ещё вернёмся, — быстро добавила Твайлайт, и для себя, и для принцессы. Хоть ей и хотелось увидеть Луну, ей всё ещё было тяжело расставаться с Кейденс после такого краткого визита. Аликорн повернулась к возлюбленной за подтверждением. — Правда?

— Дорогуша, если в ближайшую пару недель не произойдёт нечто грандиозное, мы сможем приезжать, когда тебе захочется, — ответила Рэрити. — Точнее, ты сможешь приезжать, когда тебе захочется. У некоторых из нас есть работа, знаешь ли.

— И если обещаешь не делать больших промежутков между посещениями, я буду счастлива, — сказала Кейденс, и её грустная улыбка сразу потеплела. — И не забудь писать, чтобы просто поздороваться или рассказать новости о тётушке Луне.

— Не забуду! — пообещала фиолетовая аликорн.

Единорожка прочистила горло, глядя на сундук, который держал один из гвардейцев.

— Принцесса, это...

Кейденс кивнула, и гвардеец шагнул вперёд и поставил сундук у копыт Твайлайт. Охваченная любопытством, младшая принцесса открыла его и почувствовала, как сердце пропустило удар при виде разбитых останков трёх Элементов Гармонии, шаров, которые, как она помнила, увидела через сознание Рэрити.

Вот и они.

Три камня, которые она сама найти не смогла.

Три камня, которые могли бы предотвратить её... её ошибку.

— Я подумала, что они должны быть у тебя, — произнесла Кейденс, левитируя одну из сфер и внимательно её осматривая. — Если какая-нибудь пони сможет разобраться, как починить их, так это ты, Твайлайт.

Младшая принцесса в свою очередь левитировала одну из сфер к себе, изучая трещины и углубления, в, казалось бы, обычном камне.

— А есть ещё? Или здесь все?

— Не знаю, — ответила Кейденс, — но мне кажется, других нет.

Она указала на сундук, и Твайлайт заметила большой свиток, перевязанный лентой.

— Я записала здесь всю информацию, что нашла по ним. Мне пришлось перечитать почти двести своих дневников, но всё, что я когда-либо о них записывала, есть в этом свитке.

— Спасибо.

С большой осторожностью фиолетовая аликорн вернула шар в сундук и, после того, как Кейденс сделала то же самое, закрыла его и выдохнула. То, что она больше не видела символов своих прошлых ошибок, так сказать, во плоти, принесло странное, но временное облегчение.

Правящая принцесса повернулась к гвардейцам.

— Иллюминация, Скетч, пожалуйста, проводите принцессу Твайлайт и леди Рэрити и помогите им с переноской сундука, — после чего повернулась к лейтенанту. — Рифт, не мог бы ты передать Бриз, что Твайлайт и остальные отбывают?

Гвардеец запнулся.

— Д-да, ваше высочество.

— Ну что ж! — воскликнула Рэрити, указывая на ворота замка вдалеке. — Не пора ли нам?

Хотя Кейденс кивнула и вместе с гвардейцами последовала за единорожкой, попытка Твайлайт сделать то же самое оказалась прервана, когда Рифт Шилд прочистил горло.

— Эм, принцесса Твайлайт, минутку, пожалуйста.

Принцесса замерла и повернулась к сурового вида гвардейцу. Это был первый раз, когда она разговаривала с ним один на один, и Твайлайт осознала, что ей немного неловко оставаться с ним наедине.

— Да?

Рифт прочистил горло и снял шлем, жест, который ещё больше обеспокоил аликорна.

— Принцесса, могу я говорить откровенно? Много времени это не займёт, — добавил он, увидев, что Твайлайт бросает взгляд в сторону Рэрити и остальных вдалеке.

Почувствовав себя загнанной в угол, она выпрямилась.

— Да.

Гвардеец замолк на мгновение, казалось, взвешивая свои слова.

— В течение двух последних лет я помогал Рэрити и, ну, можно сказать, что в какой-то мере сблизился с ней и... принцесса Твайлайт, вам ведь известно о моих чувствах к ней?

Аликорн застыла. Из всех тем, которых она хотела бы избежать в разговоре с лейтенантом, эта стояла на первом месте. Дурные предчувствия охватили Твайлайт, а вопросы заполнили разум. Изначально у неё возникло впечатление, что у него просто лёгкая влюблённость, но среди прочих вещей, казалось, что и это могло измениться.

— Принцесса, — продолжал Рифт, — я хоте...

— Между вами что-то было? — выпалила Твайлайт свой самый главный вопрос, умоляющий об ответе. Заговорил ли он с ней, чтобы объявить своё желание бороться за сердце Рэрити?

Рифт улыбнулся, и худшие опасения принцессы подтвердились, пока он не заговорил.

— Нет, — произнёс он, и Твайлайт ощутила настоящее, искреннее, ничем не замутнённое облегчение. — Между нами ничего не было. Рэрити так же предана вам, как Рэйнбоу Дэш Спайку, и поверьте, это о многом говорит. Для неё есть только вы.

И с этой фразой его улыбка полностью погасла.

— И именно это меня и беспокоит, принцесса.

— Почему? — спросила Твайлайт, хотя ей всё меньше и меньше хотелось знать ответ. Но она решила идти до конца, и выражение её лица стало жёстче. — В этом нет ничего такого. Я тоже люблю её. И я тоже всё для неё сделаю.

— В том то и дело, — произнёс Рифт. — Она сделает то же самое.

И снова, почувствовав раздражение, к гвардейцу, к голосам в голове, что шипели о том, что она не заслуживает преданности Рэрити, Твайлайт повторила: — В этом нет ничего плохого.

Словно заметив, что он перешёл некую черту, гвардеец попятился.

— Принцесса, я не пытаюсь посягнуть на ваши отношения. Но вы должны понять. Вы бы сделали всё ради неё, она бы всё сделала ради вас, но... я провёл с ней два года, узнавая её всё лучше, и... я беспокоюсь о том, что это "всё" может значить.

И теперь Твайлайт поняла.

— О, — произнесла она, очень живо вспомнив тот момент, когда единорожка поклялась положить свою жизнь на поиски того, как освободить принцессу.

— Твайлайт! Рифт Шилд!

Принцесса повернулась на голос и увидела, как Рэрити машет им, а Кейденс и остальные терпеливо их ждут.

— Вы двое закончили разглагольствовать о моей красоте? — крикнула единорожка, совершенно не подозревая, как близко её шутка к правде. — Мы опоздаем!

Твайлайт смотрела на возлюбленную, ради которой сделала бы всё что угодно, на единорожку, которая снова и снова доказывала, что может найти дорогу к принцессе, и когда взгляд принцессы упал на светящееся ожерелье на шее Рэрити, ответ на дилемму пришёл к аликорну мгновенно.

— Я ей доверяю, — решительно произнесла она, поднимая копыто и продевая его через своё ожерелье. — И не важно, что это "всё" означает.

После мгновения тишины Рифт улыбнулся и надел шлем.

— Думаю, это объясняет, почему она выбрала вас. Рад видеть, что она в хороших копытах.

* * *

— Рад видеть, что я в хороших копытах?!

Эхом разнёсшийся по Кантерлоту возмущённый возглас Рэрити привлёк внимание нескольких зевак на пути к современной станции перевозки.

— Рэрити! Я рассказала тебе об этом не для того, чтобы ты объявила это во всеуслышание! — настойчиво прошептала Твайлайт, неловко улыбаясь плетущимся позади гвардейцам. После чего перевела свой взволнованный взгляд обратно к единорожке. — И он прав, знаешь ли.

— Он прав?! — ахнула Рэрити, поворачиваясь к принцессе и прижимая копыто к груди. — И в чём, скажи на милость?! В том, что я беспомощная кобылка в беде, нуждающаяся в чьих-то хороших копытах? Твайлайт Спаркл, если ты с этим согласна, то нам нужно очень долго и очень серьёзно поговорить!

— Я не эту часть имела ввиду! — ответила принцесса. — Я имела в виду, что он прав, беспокоясь о том, ну, какой иногда безрассудной ты можешь быть.

Единорожка повернулась к ней и затрепетала ресницами.

— Мне кажется, слово, которое ты имела в виду, это "лихая героиня", а не "безрассудная".

— Это два слова, — отметила Твайлайт, — и нет, я имела в виду именно безрассудная. Ты отправилась в пещеры с драконами посреди ночи совершенно одна!

— И нашла Спайка, заодно вернув украденные вещи! Найди пример получше, дорогуша.

— Ну хорошо, — произнесла принцесса, не отставая от Рэрити, — после чего столкнулась мордой к морде с повелителем драконов, а затем блефовала, сказав, что я приду за ним!

— Блеф подразумевает ложь, — беспечно ответила единорожка, взмахнув хвостом и поймав в него Твайлайт. — Если бы этот ужасный дракон меня съел, ты бы не пришла к нему в поисках мести?

На молчание принцессы Рэрити хихикнула и добавила:

— Так я и думала.

Твайлайт нахмурилась.

— А что насчёт древесного волка? Когда ты пошла в лес под проклятием и...

А вот на это единорожка запнулась.

— Н-ну! Э-это была храбрая попытка спасения! — защищалась она, потеряв часть своей прежней игривости. — И это не значит, что я безрассудна!

— Это нет, но убегать от своих друзей и возвращаться с покалеченной ногой — ещё как значит, — парировала принцесса, вызвав жалостный стон у своей возлюбленной.

— Твайлайт! У меня возникает ощущение, что ты хочешь, чтобы я чувствовала себя виноватой из-за каждого принятого мною решения! — произнесла она, останавливаясь и заглядывая аликорну в глаза. — Тебе не кажется, что я уже достаточно поразмышляла о последствиях своих решений?

Принцесса остановилась, поняв, что, возможно, перегнула палку, и быстро попыталась загладить вину.

— Я просто беспокоюсь...

Рэрити страдальчески улыбнулась.

— Я знаю, дорогуша, но теперь, когда ты здесь, мне не придётся быть столь безрассудной, так ведь? — произнесла она, приподнимая подбородок Твайлайт копытом. — На самом деле, — продолжила единорожка, убирая копыто, — я верю, что теперь моя очередь хвататься за сердце, когда ты совершаешь безрассудные героические поступки, чтобы произвести на меня впечатление.

— Какие, например? — спросила Твайлайт, приподняв бровь.

— Ну, я пока не знаю, принцесса! Поступки на тебе, хватания за сердце на мне, — ответила Рэрити, нажала Твайлайт на нос и потрусила прочь. — Но...

Единорожка мигом отбросила всю игривость и продолжила:

— Но я обещаю тебе, что постараюсь быть такой лихой героиней, действия которой ты сможешь одобрить, хорошо?

Принцесса улыбнулась.

— Спасибо, — почувствовав себя лучше, она посмотрела в сторону далёкой станции. — Поспешим! Мы же не хотим пропустить нашу колесницу.

— Колесницу? — с озорной улыбкой спросила Рэрити. — Мне кажется, ты имеешь в виду поезд.

— Поезд?! — ахнула Твайлайт, взъерошив крылья под плащом. — Мы наконец-то поедем на поезде?!

Единорожка усмехнулась.

— Я же обещала, разве нет?

Громкий, раскатистый свист стал ответом на вопрос, такого звука принцесса ещё не слышала, и прежде чем Рэрити успела её остановить, Твайлайт помчалась мимо возлюбленной к станции, на которой, как раньше предполагала принцесса, находились колесницы.

Она галопом влетела в большое здание, примыкающее к склону горы, и оказалась внутри помещения незнакомого дизайна. В огромном холле за прилавками стояли продавцы, зазывая туристов купить закуски, напитки и журналы для чтения, пони всех возрастов сновали мимо аликорна, направляясь в разные части станции или изучая большое табло с указанием пунктов назначения и времени. Мэйнхэттан, Троттингем, Рэйнбоу Фоллс, Понивилль, Додж-Джанкшн и, наконец, среди прочих, Холлоу Шейдс. Места, о которых она знала с тех пор, как встретила Рэрити, и места, которые, как она думала, ей не доведётся увидеть самой.

— Дети, поторопитесь! Становитесь друг за другом в очередь, а не то мы опоздаем!

Твайлайт обернулась и увидела кобылу, которая подгоняла трёх кобылок к каким-то странным приспособлениям с поворотными решётками, охраняемыми пони в красной униформе. Она быстро последовала за ними, пока не оказалась в очереди, чтобы ей разрешили подняться на платформу. Однако, продвигаясь вперёд, принцесса заметила, что пони протягивают маленькую бумажку, которой у неё не было. Принцесса осмотрелась в поиске источника билетов, но вместо них обнаружила, что уже около десятка пони стояли позади неё, с видом лёгкого раздражения, как будто очередь могла бы двигаться быстрее, и, скорее всего, они не захотят пустить её обратно, когда она отойдёт за билетом и вернётся.

Очередь снова сдвинулась, и пони в униформе бросил взгляд в сторону кобылы с жеребятами, побуждая показать билеты. Затем он повернулся к Твайлайт с приподнятой бровью, которая не опускалась, пока не настала очередь принцессы проходить через устройство.

— Мисс. Ваш билет.

— Эм-м, — когда привратник нахмурился, а жеребец позади что-то заворчал, Твайлайт улыбнулась. — А где я могу взять билеты?

Пони позади заворчал ещё громче, и привратник жестом велел ей уходить, принцесса взвизгнула.

— Стойте, стойте, подождите! — она осмотрелась и вздохнула с облегчением, решение проблемы буквально только что вошло через дверь.

Завиток магии окутал рог аликорна, и не прошло и секунды, как пронзительный визг разнёсся эхом по всей железнодорожной станции, привлекая внимание пони к возмущённой единорожке, парящей в воздухе.

— Твайлайт Спаркл! Во имя Дензы, прекращай так делать! — кричала Рэрити, выказывая своё недовольство принцессе, когда та внезапно остановила полёт возлюбленной, заставив её замереть в воздухе прямо напротив привратника.

— Нам нужны билеты, — услужливо подсказала Твайлайт, поднимая взгляд на возмущённую единорожку и с удовольствием наблюдая, как та, хоть и с фырканьем, но открыла свою седельную сумку и достала два билета. Принцесса быстро забрала билеты, не потрудившись опустить возлюбленную на пол, а затем передала билеты привратнику. — Держите, сэр.

— Проходите, — произнёс он, не сводя взгляда с усталой белой пони, которая терпеливо ждала, пока очарованная Твайлайт не протиснется через странное устройство.

— Рэрити! — воскликнула она, как только оказалась на другой стороне. — А как э...

— Турникет, — ответила единорожка до того, как принцесса успела договорить, и схватила свою проплывающую мимо седельную сумку. — Дорогуша, не знаю, заметила ли ты, но сундук принцессы Дензы ещё на... что-ж.

Рэрити замолчала, наблюдая, как Твайлайт без особых усилий левитировала двух гвардейцев и сундук через турникеты, к большому развлечению многих пони, наблюдающих за этой непринуждённой демонстрацией магического мастерства.

— С-стойте, а их билеты?! — прогремел привратник. — Они тоже должны показать билеты! Без билетов не пущу!

Проигнорировав глубокий вздох единорожки, принцесса осторожно переставила гвардейцев по другую сторону турникета, поблагодарила их за помощь и затем решительно продолжила путь, левитируя сундук и Рэрити дальше по перрону.

И только через несколько минут принцесса наконец добралась до своей заветной цели в виде фантастически огромного транспортного средства, называемого поездом. Большие вагоны были соединены между собой металлическими замками, каждый вагон был украшен окнами, из которых пони выглядывали наружу, на платформы. Как же оно работало? При помощи пара? Огня? Магии? Скорее всего, магии, ведь магия, очевидно, самый эффективный источник энергии, но...

— Рэрити! — воскликнула Твайлайт, в её голове уже роились с три десятка вопросов, требующих ответа. — Рэрити, а как...

Книга не дала ей договорить.

А именно книга, которая левитировала перед ней в магическом захвате Рэрити, озаглавленная как "Великая железнодорожная революция: история поездов Эквестрии".

— Я что-то не вижу остальных, — произнесла единорожка, используя своё необычное положение как превосходную точку обзора станции, — а это может означать только то, что они уже внутри поезда и, если всё пойдёт по плану, они обеспечат тебе получасовое интервью с проводником.

Затем Рэрити посмотрела вниз, на аликорна, и захлопала ресницами.

— Твайлайт, я знаю, что ты впечатлена, но принцессе не подобает вот так стоять, разинув рот.

* * *

Почти весь блокнот.

Почти весь блокнот был заполнен заметками, цитатами, замечаниями, зарисовками и случайными мыслями, которые принцесса набросала во время двухчасовой беседы, которую она провела с пожилым проводником поезда по имени Стим Стэк. После этого она провела ещё час, опрашивая пассажиров, посетила вагон-ресторан, оказалась вытащена из него одной определённой единорожкой, вернулась к Инк и Пинки, получила разрешение пройти в машинное отделение, вспомнила каково это, обжечься углями, сделала заметки об этом опыте, вернулась в ресторан... на самом деле она была так очарована и ошеломлена этим совершенно новым миром, что совсем позабыла о том факте, что ей предстояло встретиться с принцессой Луной.

Ну, точнее, забыла до поры, пока не вышла из поезда на затенённую железнодорожную станцию в сокрытой деревне.

— Мы здесь! Мы-здесь-мы-здесь-мы-здесь!

Голос Пинки гремел по маленькой станции, каждое слово подчёркивалось восторженными прыжками и пируэтами. Земнопони с визгом остановилась посреди платформы, и Твайлайт не сдержала улыбки, когда нетерпеливая розовая кобыла дико замахала ей копытцем, как будто всё это время ждала на платформе, а не ехала с ними в поезде.

Первое, на что обратила внимание принцесса, это окрестности. Высокие, основательные деревья возвышались над деревушкой, и какую бы тень они ни отбрасывали, её затмевала Жеребячья гора, нависающая над городом подобно верному защитнику. Твайлайт поначалу всё это окружение напомнило о её лесе, дома, и хотя сначала это была откровенно неприятная мысль, она так же знала, что Холлоу Шейдс не похож на Вечнодикий лес. Здесь её не ждал ни страшный дух, ни библиотека, ставшая ей тюрьмой.

Затем принцесса подошла к Пинки, левитируя за собой сундук, и обратила внимание на прогуливающихся мимо пони, а точнее, на их чёрные плащи.

"Ещё одна любопытная деталь", — подумала Твайлайт. Ещё одно восприятие сместилось, поскольку символ, который ассоциировался у неё со шрамами Рэрити и околосмертным опытом, эти пони воспринимали как знак общности и гордости.

Она повернулась обратно к поезду, наблюдая, как через мгновение на платформу спустились Рэрити и Инкредентия, причём последняя во время поездки преобразилась в единорожку с шёрсткой цвета охры и заплетённой в косу голубой гривой.

— А когда ждать Спайка? — спросила Твайлайт, когда две кобылы присоединились к ней с Пинки. — Ну, с остальными.

— По словам Рэйнбоу, им потребуется неделя, чтобы добраться сюда, не считая остановок на сон и еду, — ответила Рэрити. — Эпплджек и Флаттершай пришлось вернуться к своей работе в Понивилле, а профессор будет, как только закончит дела в замке.

— Ну же! Чего вы, глупышки, стоите тут как глупышки?! — воскликнула земнопони, подскакивая к маленькой группке. — Принцесса Луна ждёт! Разве тебе не терпится с ней увидеться, принцесса Твайлайт?!

— Так и есть! — ответила младшая принцесса, но почти сразу запнулась. — Будет ли она рада меня видеть...

Пинки уставилась на аликорна так, словно только что получила пощёчину.

— Ты ещё спрашиваешь?! Она просто СГОРАЕТ от нетерпения! Всю неделю только об этом и говорила!

Инк фыркнула.

— Шеф, ты не разговаривала с ней больше недели.

Земнопони отмахнулась, а затем постучала чейнджлингу по носу.

— Я и без разговоров всё о ней знаю, малышка-глупышка.

— Сердце моё, тебе не о чем беспокоиться, — произнесла Рэрити, обращаясь к Твайлайт. — Обещаю тебе, как бы ты ни волновалась о встрече с принцессой Луной, она волнуется ничуть не меньше. И пока я не забыла...

Она перевела взгляд на Инкредентию, и выражение лица единорожки смягчилось.

— Давай, Инк. Ты знаешь, что надо делать, — произнесла она, и выражение лица чейнджлинга из весёлого стремительно потускнело.

— Но... я же... мы же только приехали... — говорила Инк, морщась, словно кобылка которой приказали принять до крайности неприятное на вкус лекарство. — Да ладно, босс...

— Оу-у, Рэрити, — произнесла Пинки, подойдя к чейнджлингу и приобнимая её копытом. — А ей нельзя побыть вот так ещё немного?

Единорожка поморщилась.

— Инк, дорогуша, ты же знаешь...

Чейнджлинг перебила.

— Да, босс, знаю, но...

— Стойте, стойте! — в свою очередь перебила Твайлайт, желая понять, что вообще за разговор разворачивается прямо перед ней. — Я не понимаю. Что не так с Инкредентией?

— Я чейнджлинг, — кисло ответила Инк, и Рэрити нахмурилась.

— В этом нет ничего плохого, Инкредентия, и я была бы признательна, если бы ты в будущем воздержалась от подобных высказываний, — единорожка повернулась к принцессе и вздохнула. — Как ты знаешь, Инкредентия — первый чейнджлинг, который пытается жить среди пони. И это подразумевает жить именно как чейнджлинг, без маскировки под пони.

Глаза Твайлайт расширились.

— Они знают, что ты чейнджлинг? — спросила она, и Инк кивнула.

— Да, и я им не нравлюсь.

— Нет, нравишься! — запротестовала Пинки, топнув копытом по земле. — "Истории с Инки" просто ЛУЧШИЕ вечера недели! Жеребята никогда их не пропускают!

— Взрослые тоже не пропускают, на случай, если этот страшный чейнджлинг разбушуется, — иронично ответила Инк.

Твайлайт ощутила, как у неё замерло сердце.

— Они боятся тебя, — произнесла она, и это оказалось констатацией факта, хотя бы потому, что её никто не поправил.

— Они просто, считай, тебя и не знают, дорогуша, — твёрдо заявила Рэрити. — Точно так же, как они ничего не знают о принцессе Луне.

Ушки Инкредентии опустились.

— Я знаю, — произнесла она, после чего помотала головой, сделала глубокий вдох и широко улыбнулась. — Теперь я в порядке! Извините, боссы и принцесса.

Улыбнувшись единорожке, она добавила:

— Позволь мне в таком виде дойти до магазинчика, и я окажу тебе услугу и приведу в порядок гардеробы.

— Окажешь мне услугу?! Я вообще-то плачу тебе за это! — воскликнула Рэрити, и Пинки с Инк заговорщицки переглянулись и побежали в приступе смеха. — Инкредентия?! Инкредентия! Пинки Пай, не поощряй такое поведение, небесами прошу!

Однако, как только кобылы скрылись из виду, и раздражение на лице единорожки ничуть не уменьшилось, Твайлайт потёрлась о неё носом, и Рэрити добавила:

— Эти двое меня в гроб загонят.

— Они мне нравятся, — произнесла принцесса, направляясь в ту сторону, куда побежали кобылы. И когда единорожка с ней поравнялась, добавила, более мрачным тоном. — Они действительно так сильно её боятся?

Единорожка вздохнула.

— Да, но началось это не сразу. Когда она только появилась, все пони были от неё в восторге. Понимаешь, она отлично рассказывает истории. С её способностями к превращению и тому подобному. Ты бы видела её, это просто нечто. Я не устану повторять, что ей следует заняться актёрским мастерством. — она облизнула губы. — Всё шло хорошо, пока, ну... кто-то не прочитал о чейнджлингах. Один пони, Твайлайт, всего один пони потребовался, чтобы... ну что было дальше ты сама можешь догадаться, "принцессе Дензе" пришлось лично приехать сюда и пообещать родителям, что Инкредентия не навредит их детям.

— Это ужасно...

— Просто так есть, но Инкредентия отлично справляется большую часть времени, — ответила Рэрити, — теперь ты понимаешь, что на карту поставлено больше, чем простое освобождение принцессы Луны и других.

Пока они продолжали свой путь к бутику единорожки и Пинки, Твайлайт в основном развлекалась тем, что любовалась видами деревни. Рисунки в виде созвездий на домах были очень интересными, и, несмотря на темноту, в которую постоянно была погружена деревня, факелы и дружелюбные пони отлично справлялись с освещением места.

И жеребята, конечно, тоже, они, казалось, были просто без ума от Рэрити.

Пока они шли по деревушке, многие жеребята, носившиеся вокруг, то и дело останавливались, махали кобылам, торопливо здороваясь, и мчались прочь по своим неотложным делам. Некоторые из них особенно пристально изучали принцессу, после чего хихикали и убегали.

— А ты, эм-м, очень популярна среди жеребят?

— Погоди немножко, — ответила единорожка. — Скоро узнаешь, почему.

— Узнаю, почему? — спросила принцесса, удивлённо моргая, когда Рэрити внезапно остановилась и указала на горизонт.

— Вот почему.

Твайлайт открылся вид на высокое здание вдалеке, отличающееся от эстетики Холлоу Шейдс, но, каким-то образом идеально вписывающееся. Она уже видела его ранее, на одной из фотографий в бутике "Карусель", но увидеть лично — совсем другое дело. Вот она, "Страна Грёз Лулубай", выглядящая так, словно Луна утащила бутик "Карусель" и переделала его под свои вкусы. Как и в других домах в деревне, голубые стены здания были украшены яркими жёлтыми звёздами. Бутафорские облака обрамляли фасад здания, звёзды и луны свисали с них через идеально ровные промежутки.

Наконец, сверху от больших кристальных дверей висело овальное изображение, представляющее очень знакомую лунную принцессу.

— Впечатляющее зрелище, не так ли? — спросила единорожка с явно слышимой гордостью в голосе и направилась к зданию. — Пойдём, Пинки и Инк, должно быть, уже внутри.

Твайлайт пошла следом, не отрывая взгляда от бутика, пока не добралась до кристальных дверей, отделяющих её от "Страны Грёз". Первое, на что она обратила внимание, это набор из двух ручек в форме полумесяца, одна на обычной высоте, а другая как раз на такой, чтобы ею было удобно пользоваться жеребчикам или кобылкам.

— После тебя, — произнесла Рэрити, пропуская принцессу и указывая на дверь.

— Спасибо, — с улыбкой ответила принцесса и потянулась было распахнуть двери, как оказалась прервана оглушительным воплем.

— Рэрити!

Твайлайт обернулась и увидела маленькую пегаску в голубом платьице, мчащуюся к ним, за ней следовали взрослая кобыла-пегас и единорог-жеребчик.

— Рэрити! — вопила кобылка, путаясь в собственных ногах, и, пробуксовав перед единорожкой, остановилась. — Ты вернулась! Вернулась!

— Ой-ой, уж не принцесса ли Райнстоун собственной персоной?! — воскликнула Рэрити, склонив голову, пока Твайлайт ставила сундук с элементами на землю. — Ваше высочество, какая честь снова лицезреть вас. И, позвольте добавить, что столь потрясающий ансамбль вам крайне идёт!

Швея захлопала ресницами.

— Вы просто обязаны сообщить мне, ваше высочество, кто тот мастер, изготовивший столь потрясающее платье?

Райнстоун хихикнула.

— Это была ты, глупышка!

Рэрити театрально ахнула, подняла копыто и приложила его не к своей груди, но к груди Твайлайт.

— Я?! Я придумала это чудо из чудес?! Поверить не могу! Неужто я? — она повернулась к уже не самой младшей принцессе. — Дорогуша, ты только посмотри! Моя задумка! Платье для принцессы!

Пегаска, та, что постарше, рассмеялась.

— Это действительно красивое платье, Рэрити, — произнесла она, с нежностью глядя на свою дочь. — Не думаю, что Рай когда-нибудь захочет снова надеть свой плащ!

Кобыла повернулась к Рэрити, намереваясь что-то добавить, но вместо этого её взгляд остановился на фиолетовом аликорне, и она широко улыбнулась.

— А это же принцесса Твайлайт собственной персоной! Прямиком из библиотеки, полагаю?

Принцесса уставилась на неё. Как она... но... что...

— Э-э, привет, — красноречиво поздоровалась Твайлайт, бросив на Рэрити обеспокоенный взгляд, и обнаружила, что возлюбленная притихла и, на чём-то сосредоточившись, нахмурила брови.

— Ма-ам! — закатил глаза жеребёнок и застонал. — Это не настоящая принцесса Твайлайт!

Он ткнулся лицом в копыта.

— Уф-ф-ф.

Кобыла рассмеялась.

— Да ладно тебе, Даск, дай мне повеселиться!

— Вообще-то... — Рэрити замолкла, ещё сильнее нахмурилась и прижала копыто к своему ожерелью. Несколько мгновений она задумчиво смотрела на принцессу, после чего прочистила горло и одарила кобылу с жеребятами ослепительной улыбкой. — Вообще-то, это настоящая принцесса Твайлайт Спаркл.

Глаза аликорна расширились.

— Рэрити! — настойчиво прошептала она. — Я думала, мы не собирались...

Принцесса замолкла под любопытными взглядами трёх незнакомцев и просто одарила свою возлюбленную многозначительным взглядом.

— Ну ладно, Инк! — произнесла Даск с улыбкой, подтрусив к Твайлайт и дёргая её за плащ. — Давай! Покажи маме!

Принцесса прочистила горло, не зная, как себя вести.

— Ну, эм-м... — она снова бросила на Рэрити страдальческий взгляд, но та лишь снова загадочно улыбнулась в ответ. — Я не Инкредентия.

— Неправда! — произнёс жеребчик.

Рай ткнула Твайлайт в переднюю ногу.

— Хорош придуриваться, Инки! Рэрити рассказала нам, что настоящая принцесса Твайлайт сражается с монстрами в своей библиотеке! — добавила она, к удовольствию своей матери.

— Сражается с монстрами в библиотеке... — заговорила мать, наклоняясь к детям. — При помощи огромной армии кроликов и сов!

Затем она подняла взгляд на аликорна и подмигнула.

— Так ведь, принцесса?

— Да... да? — произнесла Твайлайт, бросив ещё один умоляющий взгляд на возлюбленную.

Рэрити прочистила горло, привлекая к себе внимание.

— Вы мне не верите? — она направилась к кристальным дверям бутика, распахнула их и заглянула внутрь. — Инкреде-е-е-енти-и-ия? Ты нужна нам снаружи!

Мгновение спустя дверь распахнулась, и единорожка отступила в сторону, пропуская знакомого чейнджлинга.

— Ой! Рай и Даск! Всегда первые в очереди за кексиками! Пинки только что... что-то не так? — спросила она, проследила за взглядом двух ошеломлённых жеребят и обнаружила Твайлайт. Её взгляд метнулся от принцессы к жеребятам, после к многозначительному взгляду Рэрити, и она быстро добавила. — О, принцесса Твайлайт! Добро пожаловать в "Страну Грёз Лулубай!"

— Эм, спасибо.

Мать нахмурилась.

— Ох, я... Рэрити, я... — она повернулась единорожке и одарила её явно вымученной улыбкой. — Ты... ты не говорила, что у нас будет ещё один... эм... особенный гость!

— Я не чейнджлинг, — произнесла принцесса, прежде чем единорожка успела ответить.

Кобыла неловко рассмеялась, её взгляд скользнул по своим жеребятам с сияющими глазами.

— К-конечно нет! Ты принцесса Твайлайт!

Первой отреагировала Райнстоун, её широко раскрытые глаза превратились в подозрительные щёлочки.

— Если ты взаправду принцесса Твайлайт, то где твоя корона?

— Корона? — спросила принцесса, чувствуя нарастающую панику. Она в ужасе повернулась к Рэрити. — Рэрити? Где Элемент Гармонии?! Он у тебя с собой?! С собой же, верно?! Скажи же, он...

— Да, с собой, — ответила единорожка, копаясь в седельных сумках и извлекая золотую тиару, украшенную кьютимаркой Твайлайт, к большому облегчению принцессы и благоговейному восторгу Райнстоун. Рэрити левитировала корону вниз к кобылке, которая, в свою очередь, казалось, боялась к ней даже притронуться.

Однако у её брата подобных проблем не возникло.

— Ништя-я-як! — воскликнул он, взял корону и немедленно надел её, после чего повернулся к остальным, отчего корона съехала набок. — А мне идёт!

— И правда! — произнесла мать. — Ещё бы костюмчик, и вылитый принц!

— Или принцесса! — вклинилась Райнстоун. — Принцессы круче!

Даск нахмурился и поднял взгляд на Твайлайт.

— А я могу биться в костюме, принцесса?

Твайлайт моргнула.

— Я... эм-м, зависит от покроя? Но да, можешь.

— Принцесса Твайлайт! — воскликнула Рай, оставив брата размышлять над искусством военной моды, и задёргала аликорна за плащ. — Почему на твоём плаще кьютимарка Рэрити?

Она ахнула, а затем прижала копыта ко рту и захихикала, глядя на двух кобыл.

— Она тебе что... нравится-нравится?

Инкредентия издала смешок.

— Я бы сказала, гораздо больше, чем нравится-нравится. Они... м-мпф!

— Твайлайт, — быстро произнесла единорожка, пользуясь магией в качестве намордника для чейнджлинга. — Почему бы тебе не показать им свои крылья?

Принцесса неловко расстегнула застёжку своего плаща, а затем сняла его, позволив своим длинным крыльям расправиться к вящему удовольствию жеребят.

— А можно их потрогать? — воскликнула Райнстоун, уже встав на задние копыта и вытянув к ним передние, и когда Твайлайт уступила, тихо ахнула. — Такие мягкие...

Принцесса гордо улыбнулась.

— Рэрити показала мне странную жидкость под названием "шампунь", которая помогает поддерживать их чистыми.

— А теперь, дети, послушайте, — внезапно заговорила единорожка, наклоняясь к ним и понижая голос. — Никто не знает, что принцесса Твайлайт здесь. Это наш общий секрет, понятно?

Брат и сестра серьёзно кивнули.

— Великолепно! — воскликнула Рэрити, выпрямляясь. — Итак, чем мы можем помочь?

Райнстоун прочистила горло и попятилась.

— Эм-м. Мне надо... кое-куда.

— И мне, — добавил Даск, так же пятясь.

— Пока! — крикнули они и помчались куда-то в город.

— Дети! — позвала их мать, ступая за ними.

— По...ка? — произнесла принцесса им вслед, после чего повернулась к единорожке. — Я что-то не так сделала?

— Ой, не волнуйся, — ответила она, отмахиваясь. — Они вернутся.

— Вместе со всеми жеребятами города, — добавила Инкредентия.

Твайлайт уставилась в пустоту.

— Эм-м. Ну ладно, — произнесла она, после чего взвизгнула от ужаса. — Стойте!

И сразу перешла в галоп по горячим следам за Элементом Гармонии, который в данный момент направлялся навстречу неизвестности.

— СТОЙТЕ! МОЯ КОРОНА!

Как только она вернулась с тиарой, парящей позади, она наконец надела Элемент на голову, чувствуя себя так, словно ей в который раз навязали королевскую власть.

— Что ж, — заговорила мать, тепло улыбаясь аликорну. — Я так понимаю, Рэрити, э-э, обсудила ваш визит с принцессой?

После чего повернулась к Инкредентии и быстро добавила:

— Не то чтобы мы возражали! Чем больше, тем лучше!

Чейнджлинг тонко улыбнулась.

— Конечно! Ладненько, мне надо закончить с делами, — произнесла она, после чего развернулась и удалилась в бутик, тут же перестав улыбаться.

Как только она ушла, Рэрити повернулась к кобыле.

— Аметист, Твайлайт самая настоящая пони, — выбирая слова, объяснила единорожка. — Инкредентия просто превращалась в неё.

Аметист моргнула.

— Хм? Ох! — и принцесса расстроилась, видя, как на лице кобылы было явно нарисовано облегчение от того факта, что она не чейнджлинг. — В таком случае добро пожаловать в Холлоу Шейдс!

Она слегка дёрнула крыльями.

— Никогда не видела таких прекрасных накладных крыльев, как у тебя. Прямо как настоящие! — и прежде чем Твайлайт смогла сообщить, что они и есть настоящие, кобыла встретилась с ней взглядом. — А как вас зовут?

— Твайлайт.

— Правда? Ох, тогда ты идеально впишешься! Вообще-то, многих пони здесь назвали в честь принцесс, — она хихикнула. — Вот Даск, например, был назван в честь той самой принцессы Твайлайт. Я так полагаю, и вы тоже?

Принцесса моргнула.

— Эм-м, полагаю, технически это правда.

— Ну, я уверена, что принцесса Твайлайт Спаркл была бы польщена! Даск очень гордится своим именем. Кстати, о нём... — она посмотрела в направлении, куда убежали жеребята. — Пойду-ка я за ними.

— Что ж, Аметист, приятно было с тобой повидаться, — произнесла Рэрити, склонив голову. — Мы с Пинки вернулись из нашего небольшого путешествия, так что магазин скоро откроется.

— О, здорово! У некоторых моих друзей уже началась кексиковая ломка, — Аметист улыбнулась и кивнула принцессе. — Приятно было познакомиться, "принцесса Твайлайт".

Твайлайт вежливо улыбнулась.

— Взаимно. У вас замечательные дети, — произнесла она, а затем молча проводила взглядом удаляющуюся кобылу, ожидая, пока та окажется вне пределов слышимости, после чего добавила. — Хм.

— Дорогуша, — единорожка приподняла подбородок аликорна. — Ты думала, это будет легко? Думала, пони будут сразу готовы поверить в сказку, и даже больше, чем в сказку?

— Но ты же поверила, — отметила принцесса.

— Поверила, — ответила Рэрити, поворачиваясь к дверям, — но я и не была всю жизнь под воздействием магии хаоса, в отличие от всех жителей этого города. Ты сама знаешь, на что способно её влияние. Оно способно изменять само их восприятие. Я видела бесконечные ямы и иллюзии, наведённые на весь Вечнодикий лес, и они... ну...

Единорожка провела копытом по крылу Твайлайт.

— Они видят "накладные крылья". Я могла бы попросить тебя пролететь через весь город, а магия хаоса придумает для них другое объяснение.

— А что насчёт Инкредентии? Вряд ли магия Дискорда заставляет местных обращаться с чейнджлингами как с...

— Инкредентия знает, что это процесс долгий и требующий усилий, — перебила Рэрити. После чего прочистила горло. — Может, зайдём внутрь? До наступления ночи ещё есть время, и мне кажется, что экскурсия — отличный способ скоротать ожидание до встречи с принцессой.

Твайлайт оторвала взгляд от того места, за которым скрылась Аметист, и повернулась к бутику, отгоняя неприятные ощущения. Полная решимости сохранить хороший настрой, она распахнула двери, устроив шоу из того, что аккуратно, не пытаясь пройти сквозь дверь, вошла внутрь, хотя бы для того, чтобы порадовать единорожку.

И какой бы дискомфорт она не испытывала, он тут же испарился, стоило её копыту оказаться в вестибюле. Осмотревшись, Твайлайт приметила, что повсюду прикрытые двери, а у главной лестницы у подножия перил стоят две маленькие статуи Луны. Что, однако, привлекло внимание принцессы, так это тёмно-синие стены фойе, украшенные всяческими примечательностями, что можно было найти в звёздных владениях принцессы Луны: планеты и луны, окружённые бесчисленными звёздами и созвездиями.

Твайлайт направилась поближе к стенам, удивлённая тем, что положение звёзд почти полностью соответствовало реальным. Единственное, что выделялось, так это чей-то, как будто жеребячий, рисунок, изображающий Пинки Пай, закатившую вечеринку на планете.

— Ох небеса, совсем забыла стереть это с прошлого раза, — пробормотала Рэрити, присоединившись к принцессе у стены. Она левитировала деревянный прямоугольник с каким-то зелёным мягким покрытием на одной стороне и стёрла им рисунок, оставив только изображение планеты.

[Изображение: https://i.imgur.com/EbzT7m0.png]

— Это ты сделала? — спросила Твайлайт удивлённо. — Ну, рисунок?

— Я? Звёзды небесные, нет конечно, это жеребята, — она указала на сундук, полный разноцветных палочек. — Каждый сантиметр этого здания изнутри покрыт материалом для рисования мелками. Время от времени у нас проводятся солнечные и лунные праздники, где жеребята изучают астрономию и придумывают созвездия.

Единорожка хихикнула и указала на созвездие, изображающее пятирогого единорога, на дальней стороне помещения.

— Порою они бывают достаточно, как бы это сказать... креативны.

В нескольких сантиметрах слева от квинтикорна принцесса увидела двойные двери с изображением кьютимарки принцессы Селестии, и её сердце пропустило удар. Не медля ни секунды, она помчалась к ним.

— Для чего эта комната? — спросила она на ходу.

Оглянувшись на Рэрити, принцесса проследила за её жестом, указывающим на надпись над дверьми.

— Пекарня принцессы Селестии? — уточнила Твайлайт, повернувшись к единорожке, не столько с удивлением, сколько с замешательством.

Рэрити кашлянула, перевесив свои седельные сумки на ближайшую вешалку, явно рассчитанную под жеребят.

— По словам принцессы Луны, принцесса Селестия проводила всё свободное время, шарясь в кладовых замка, и очень настаивала, чтобы эта комната была названа в её честь.

Твайлайт потёрла копытом лоб.

"Серьёзно, Луна, серьёзно?"

— Чего стоишь? Заходи! — подсказала единорожка принцессе. — Давай не будем заставлять Пинки ждать.

Трудно было выделить какой-то отдельный запах из всего их многообразия, что обрушились на Твайлайт, когда она распахнула двери. Трудно было и дать им определение, подходило нечто вроде "волшебные", "восхитительные", или даже "невероятно соблазнительные". Голос Рэрити ушёл на второй план, приглушённый голодным бурчанием в животе принцессы, желудок провёл её через комнату, мимо маленьких розовых столиков, расставленных вокруг, к стойке в конце комнаты, где её с широкой улыбкой ожидала Пинки.

На прилавке лежало меню, перекрывающее принцессе обзор на разнообразные пирожные, разложенные внутри прозрачной витрины.

— Итак, принцесса Твайлайт, — произнесла Пинки со смешком. — Что будем кушать? Всё?

"Всё", было первой мыслью принцессы, но, вспомнив, что Рэрити стоит рядом, она вежливо улыбнулась и указала на самый соблазнительный одиноко стоящий кекс.

— Только вот его, пожалуйста, — произнесла она, игнорируя возмущённый протест голодного желудка, в пользу довольной улыбки единорожки.

— Всего один? — со вздохом неверия переспросила Пинки.

— Всего один, — ответила Твайлайт.

— Ты уверена?

— Да, только один, пожалуйста.

— Но... но... — земнопони повернулась к Рэрити и прищурила глаза, доставая один единственный кекс. — Оки-доки-локи.

— Ой, не надо так драматизировать, — произнесла единорожка, закатывая глаза. Она левитировала салфетку со столика к Твайлайт, после чего развернулась. — Пойдём! Тур по бутику только начинается!

Принцесса проследила взглядом за Рэрити, и как только её заднее копыто скрылось за дверью, Твайлайт быстро повернулась к кондитеру.

— Пинки, я...

— Всё что есть в меню по одной штуке будет ждать в твоей комнате, — перебила земнопони с улыбкой, подняла копыто и нажала принцессе на нос. — Плюс чашечка горячего какао с зефирками.

Сердце и желудок принцессы воспарили.

— А как быть с Рэ...

И снова земнопони перебила её.

— О, у тебя будет куча времени, когда Рэрити будет принимать свою еженедельную трёхчасовую ванну!

— Трёхчасовую ванну?! — ахнула Твайлайт.

Пинки кивнула.

— Ага! — воскликнула она, после чего осмотрелась, чтобы убедиться в отсутствии вышеназванной единорожки, наклонилась ближе и прошептала. — Раньше было пять с половиной часов, но, когда мы получили наш первый счёт за воду, ей это о-о-о-о-очень не понравилось.

Снаружи раздался голос.

— Тва-а-а-айла-а-айт! Когда закончите обсуждать заговор, мы продолжим экскурсию?

Выйдя в фойе с лишь слегка довольным желудком и настаивая на том, что не было никакого заговора, принцесса присоединилась к своей возлюбленной, которая ждала рядом с ещё одними двойными дверьми. Однако эти были выкрашены в розовый цвет и носили рисунок кьютимарки Кейденс.

— Театр принцессы Кейденс, — вслух прочитала Твайлайт табличку над дверьми.

Рэрити провела копытом по дверям.

— Я бы с удовольствием показала тебе, что внутри, но, похоже, кое-какой чейнджлинг, — она повернулась в сторону помещения и повысила голос, — решила устроить себе отпуск, пока нас не было!

— Да убираюсь я, убираюсь.

— А наверху что? — спросила принцесса, отходя от двери в сторону главной лестницы. Она улучила мгновение, чтобы осмотреть статуи, пока поднималась на второй этаж, где обнаружила ещё две двойные двери, одну одностворчатую, и винтовую лестницу, ведущую наверх.

— Она ведёт в обсерваторию, — произнесла единорожка, как раз указывая на винтовую лестницу, после чего ухмыльнулась и показала на двойные двери лавандового цвета с нарисованной на них кьютимаркой Твайлайт. — А вот это библиотека принцессы Твайлайт.

Как оказалось, название в действительности было очень точным и подходящим, что заставило сердце принцессы одновременно воспарить и заныть. Она, по сути, смотрела на версию первого этажа своей подземной библиотеки в миниатюре. Она заметила, что на всех столиках стоят чернильницы в форме совы с соответствующими перьями. Книжные шкафы были расставлены в привычном порядке, и, проходя мимо, она с радостью обнаружила, что книги расставлены согласно десятичной системе классификации книг Старсвирла Бородатого, а также несколько насестов, специально сделанных для удобства сов.

— Летающих канделябров у нас нет, но мы старались изо всех сил, — произнесла Рэрити, привлекая внимание принцессы к большой люстре на потолке, которая висела, казалось, на сотне едва заметных прозрачных нитей.

Твайлайт обратила внимание, что стены были украшены так же, как и в фойе, но вместо звёзд и планет были рисунки сов и маленьких дракончиков, перемежающиеся цитатами из книг.

Когда она наконец смогла оторвать взгляд и повернуться к выходу, в её глазах блестели слёзы.

— Твайлайт, что-то не так? — с тревогой спросила единорожка, но принцесса лишь покачала головой и вытерла слёзы.

— Всё хорошо, — ответила она, оглядываясь в сторону библиотеки, чувствуя, как по телу и разуму проносится вихрь эмоций. Сама идея о том, что библиотека, которая так долго была для неё тюрьмой, являлась для других чем-то, что они любили и ассоциировали с ней в положительном ключе, была необычна, и Твайлайт не знала, как к этому относиться, и решила просто пока не думать об этом. — Эм-м, ч-что дальше?

И хотя Рэрити явно не выглядела убеждённой, она не стала продолжать расспросы.

— Что дальше? М-м-м, о, знаю! — воскликнула единорожка, разворачиваясь и выводя Твайлайт из комнаты.

Они снова вышли в коридор, и принцесса последовала за единорожкой к смежным голубым двойным дверям, на которых были нарисованы швейные машинки. Над дверьми изящным белым каллиграфическим почерком было выведено название: "Королевская гардеробная".

Магия Рэрити распахнула двери, и Твайлайт шагнула в место, которое можно было описать только как на удивление "Рэритичное". Упорядоченный хаос из разбросанных повсюду тканей, эскизов и рисунков, расклеенных по стенам, всяческих стеллажей, заполненных всевозможной одеждой для взрослых и жеребят, и платформа посередине, на которой можно было позировать после примерки наряда.

И вдруг принцессу охватило чувство, сильнее чем в библиотеке, чувство, что это единственная комната во всём здании, в которой она ощущала себя комфортно и спокойно. Пожалуй, даже единственная комната, в которой она чувствовала себя безопасно.

— Здесь небольшой беспорядок, — произнесла единорожка, беря со стола несколько конвертов и листая их. — Ох, постоянно говорю этой кобылке оставлять почту снизу, а она всегда...

Рэрити замолкла, извлекая конверт, украшенный маркой в виде совы, и откладывая остальные обратно на стол.

— А она всегда что? — спросила Твайлайт.

Единорожка не ответила, вместо этого открыла конверт и начала читать письмо внутри, при этом бормоча себе что-то под нос, и как только принцесса собралась спросить, от кого это письмо, на губах Рэрити расцвела улыбка.

Твайлайт с любопытством подошла поближе.

— Всё хорошо?

— Да, всё просто превосходно! Просто сообщение от друга, — ответила единорожка, засовывая письмо обратно в конверт и кладя его к остальным. После чего она повернулась к принцессе. — Так, о чём это я? А, да, вот здесь моя мастерская уже чуть больше года.

— Она очень "твойская", — произнесла Твайлайт, подходя к Рэрити чтобы потереться о неё носом.

— Я очень надеюсь, что это комплимент.

— Комплимент, — ответила принцесса, положив подбородок на изгиб шеи единорожки. — По большей части.

— По большей части? — Рэрити театрально фыркнула. — Ну и подумаешь!

Твайлайт рассмеялась, слушая недовольное ворчание единорожки, и снова оглядела комнату, восхищаясь эскизами на стенах. Ну или оглядела бы, если бы не наткнулась на одно единственное решительно "Не-Рэритичное" место в комнате.

В алькове в дальнем конце комнаты было большое круглое окно, сквозь которое проникали солнечные лучи, согревая кучу подушек и одеял в нижней части ниши. Место словно притягивало к себе принцессу, и она поняла, что неосознанно двинулась от единорожки к алькову, который, казалось, был сделан специально для неё.

— Ты здесь спишь? — спросила Твайлайт, подходя к окну и обнаруживая, что внутренние стены алькова одновременно служат книжными полками.

— О небеса, нет, конечно, — ответила Рэрити издалека. — Признаться, я редко там сижу. Мне трудно отдыхать в месте, где я работаю.

Принцесса запрыгнула на подоконник и легла, ощутив неописуемое чувство комфорта. Там было до абсурда уютно, и это напомнило ей о любимом занятии, когда она ещё была заперта в библиотеке: слушать тихий стрёкот швейной машинки, за чтением книги.

— Тогда зачем тебе такой уголок? — спросила Твайлайт, хватая подушку и взбивая её, останавливаясь только для того, чтобы нахмуриться от дразнящего довольства на лице единорожки. — Что?

— Ну, — медленно и осторожно заговорила Рэрити, — я просто припомнила, что некая аликорн любила читать, пока я работала, и... и, думаю, я не теряла надежды, что однажды она сможет меня навестить.

Тишина наполнила комнату, принцесса отложила подушку, не зная, что сказать или сделать.

— Рэрити, я...

— Здесь не так много книг, — произнесла единорожка, указывая на полки, — но лично мне они очень нравятся.

Твайлайт повернулась к книгам, с радостью обнаружив, что некоторые из них ей знакомы. Она левитировала одну из них к себе и удивилась, что книга выглядела совершенно новой, несмотря на то, что явно была написана во времена до её заточения.

— О, мне они и вправду очень нравятся, — произнесла принцесса, с довольной улыбкой поворачиваясь к возлюбленной. — Спасибо.

— Мне самой в радость, Твайлайт, — с лёгкой улыбкой на губах ответила единорожка. — В конце концов, они же твои.

И снова в комнату опустилась тишина, и глаза принцессы расширились.

Она смотрела на книгу, на древнюю книгу, что выглядела абсолютно новой, и провела копытом по обложке, почти боясь открыть её и узнать, что там. Казалось, прошла целая вечность, Рэрити просто молча ждала, пока наконец Твайлайт не открыла обложку и не увидела свою собственную каллиграфию.

Собственность принцессы Твайлайт Спаркл

Она снова посмотрела вверх, обратно на арку, левитировала ещё одну книгу, открыла её и обнаружила снова ту же надпись и на третьей, на четвёртой и пятой, пока перед ней не оказалось разложено четырнадцать книг, на каждой из которых было её имя.

Все в первозданном качестве, потому что заклинание Селестии защищает их от всего на свете, в том числе и от падающих слёз.

— Двух всё ещё не хватает, — продолжала единорожка. — Я была готова продать бутик "Карусель" за одну из них, чтобы заплатить цену, которую попросил владеющий ею пони, но оно бы того стоило, если бы помогло освободить тебя.

— Но... но почему? Дискорд же сказал, что...

— Знаю, — перебила Рэрити, подойдя наконец к принцессе, сев рядом на пол, взяв одну из книг и проведя копытом по надписи. — Я знаю, он сказал, что это тебя не освободит, но...

Она повернулась к Твайлайт и встретилась с ней взглядом.

— Но, как я уже говорила, я никогда не теряла надежды.

— Я... не знаю, что и сказать.

Единорожка наклонилась и поцеловала незадачливого аликорна.

— Думается, простого "спасибо" будет вполне достаточно, — произнесла она, после чего отстранилась и забралась под бок к принцессе. — А теперь подвинься, местечко выглядит слишком удобным, чтобы ты наслаждалась им в одиночку.

Как только Рэрити устроилась рядом с ней, Твайлайт, не теряя времени, отложила книги, чтобы полностью сосредоточиться на том, чтобы прижать к себе единорожку, обняв её и передними копытами и крыльями. Привязанность пульсировала в ней, словно маленькие электрические разряды, которые только усиливались с каждым вздохом, который доносил аромат духов возлюбленной. Единорожка вздохнула рядом с ней, в безопасности и под защитой, вернувшись в свой дом, который принцесса мгновенно полюбила.

— А что... что бы ты сделала? — внезапно спросила Твайлайт. — Если бы нашла все книги, и это не помогло бы мне выбраться из библиотеки?

— Ох, не знаю даже, — беззаботно ответила Рэрити. — Поплакала бы. Поплакала, а потом отправилась бы прямиком в этот тоннель и бросилась бы с криками на барьер в надежде на лучшее.

Принцесса не смогла сдержать смешок, представив разгневанную единорожку, швыряющую книги в магическую преграду. Она теснее прижалась к белой пони, закрыла глаза и вздохнула, чувствуя, что может лежать тут с ней бесконечно.

— Как бы удобно тут ни было, может, продолжим экскурсию? — спросила единорожка, но Твайлайт ответила не словами, а действиями, зажгла рог, закрыла дверь в комнату и провернула замок.

— Что же, принцесса Твайлайт, — промурлыкала Рэрити, поворачиваясь лицом к аликорну со страстной улыбкой, лениво касаясь её щеки. — Думаю, это можно считать ответом на мой вопрос.

[Изображение: https://i.imgur.com/TJ65uxW.png]

— Полагаю, что так и есть, — с улыбкой ответила принцесса, прижимаясь к подруге и наслаждаясь близостью. Поистине фантастическое ощущение, очень новое, волнующее, простая возможность в любой момент обнимать её, целовать и любить, и в то же время... быть раздосадованной внезапным стуком в дверь, заставившим её отстраниться от возлюбленной и сердито посмотреть на вход.

— Рэрити? — негромко позвала Пинки снаружи, и принцесса услышала, как единорожка под ней затаила дыхание и затихла. Земнопони, однако, это не смутило, и она постучала ещё громче. — Рэрити, нам немно-о-о-ожко нужна помощь с уборкой внизу, потому что, эм-м, снаружи небо-о-о-ольшая очередь.

— Конские яб... — пробормотала Рэрити. — Я совсем забыла.

Твайлайт прикусила губу, а её щёки вспыхнули.

— Может, мы можем, эм, перенести? — предложила она, даже если это было строго противоположно тому, что ей хотелось сделать.

— У меня есть на уме пара крепких словечек для того, кто всё это организовал, — прошептала единорожка, — вот только пони, что всё это придумала — я.

И прежде чем Твайлайт успела спросить, Рэрити протяжно вздохнула, склонилась, чтобы поцеловать принцессу, с раздраженным фырком упала на подушки, и, наконец, ответила Пинки:

— Буду через минуту!

— Оки-доки-локи!

Как только принцесса услышала, что земнопони потрусила прочь, она повернулась к возлюбленной и приподняла бровь.

— А что именно ты организовала?

— Если я чему и научилась, уже чуть больше года управляя этим магазином, это то, что жеребятам нельзя доверять секреты, — ответила единорожка, жестом приглашая Твайлайт выглянуть в окно. — Помнишь, что я сказала Райнстоун и Даск не делать?

Принцесса выглянула в окно и ответила:

— Никому не говорить что я... О Селестия милосердная!

Вышеупомянутые кобылка и жеребчик заметили её и энергично замахали копытцами, вместе с более чем тремя десятками других жеребят, и все они махали так же яростно, как Райнстоун и Даск, некоторые даже несли с собой копытодельные таблички, приветствующие Твайлайт в городе.

— Так-так-так, — произнесла Рэрити, поднимая копыто, чтобы прикрыть упавшую челюсть принцессы. — И правда, добро пожаловать в Холлоу Шейдс, принцесса Твайлайт Спаркл.

## — Глава 8 — Грёзы аликорнов

[Изображение: https://i.imgur.com/xBiAAMJ.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/6DrpJB4.png]

— Расскажи мне о ней ещё, Норт, — попросила единорожка, пока они шли под ночным небом.

— О ней? — уточнил жеребец, прочистив горло. — Ты имеешь в виду мою Фрост Флауэр?

— Да, — ответила Рэрити, и он отметил, что она всегда спрашивала о его жене в те минуты, когда казалось, что она скучает по своей принцессе больше всего. — Ты так мало рассказывал о ваших совместных приключениях.

Норт рассмеялся.

— Наших приключениях! А их было множество, поверь. Я когда-нибудь рассказывал тебе историю о баре на острове Ивентайд, который мы невольно разгромили?

* * *

— Их здесь так много, — озвучила свои наблюдения принцесса Твайлайт Спаркл, прижавшись мордочкой к окну и не сводя глаз с десятков жеребят в плащах, ожидающих под дверьми "Страны Грёз".

Рэрити, закончившая со своими обязанностями по уборке внизу, подбежала к аликорну и выглянула в окно.

— И это ещё не все, — произнесла она, не обращая внимания на беспокойный вздох принцессы. — Всё ещё не хватает парочки.

Затем единорожка перевела взгляд на Твайлайт и с озорством улыбнулась.

— Уверена, отстающие вот-вот прибудут на королевское мероприятие.

Принцесса оглянулась на жеребят, как раз в том момент, когда Пинки распахнула входные двери и позволила им ворваться внутрь, создав при этом такую суету, что шум было слышно даже в этой комнате.

Рэрити спрыгнула с подушек на пол.

— Ну что ж! Не пора ли нам вниз? Опыт подсказывает, что неразумно заставлять жеребят ждать, — предупредила она и потрусила к двери.

— Постой! — выпалила Твайлайт, следуя за возлюбленной. — Что мне надо делать?!

Единорожка с удивлением на лице обернулась.

— В каком смысле?

— Ну, я не знаю! — воскликнула принцесса, не понимая, почему то, что она имела в виду, не было очевидным. — Мы не разработали протокол для подобных ситуаций!

Последовала недолгая пауза, после которой Рэрити хитро улыбнулась.

— Дорогуша, не всё в этом мире нуждается в протоколе, понимаешь? — ошибочно заявила она, после чего потрусила прочь, пропустив мимо ушей слова о том, что нет, Рэрити, протокол им в действительности нужен!

— В таком случае протокол следующий: будь сама собой, — без раздумий произнесла единорожка, на что у Твайлайт возражений не сыскалось.

Проиграв в этом словесном поединке, аликорн последовала за возлюбленной до самой лестницы, и её растущее волнение лишь усилилось при виде вестибюля, битком набитого жеребятами, держащими приветственные таблички и самодельные короны.

Но.

Но из всех пони, собравшихся внизу, самой нетерпеливой была не какая-нибудь кобылка или жеребчик, а Пинки Пай.

— Ну ДАВАЙТЕ! — одновременно полукриком-полушёпотом возопила розовая земнопони, чуть ли не взлетая по лестнице, остановившись на верхней ступеньке и запрыгав на месте. — Чего вы там копаетесь?

— Moi? Да ничего, — ответила Рэрити и потрусила вниз по лестнице, радостно приветствуя жеребят.

— Ну а ты? — спросила Пинки у Твайлайт, уставившись на неё почти тревожно раскрытыми глазами, настолько широкими, что Твайлайт, испугавшись, последовала за единорожкой. Земнопони пошла следом.

Эффект был незамедлительным.

Как только она оказалась в поле зрения присутствующих в вестибюле, вся толпа резко затихла. Рты широко раскрылись, разговоры прекратились, рисунки мелками на стенах остались незаконченными, а Инкредентия обиженно надулась, потому что её превращение в квинтикорна осталось незамеченным в пользу самого настоящего аликорна, неловко машущего жеребятам.

Пинки, казалось, вот-вот лопнет.

— А ну-ка, пони! Все-все пони! — торжественным голосом объявила она, стоя рядом с Твайлайт, едва сдерживая хихиканье, грозящее прорваться сквозь каждое сказанное ею слово. Земнопони положила копыто на плечо аликорна и воскликнула: — Представляю вам принцессу Твайлайт Спаркл!

Дальше всё было как в тумане. Вот принцесса прочистила горло, собираясь официально поприветствовать жеребяток, вот она в панике пятится, когда толпа из тридцати, а может, и больше юных пони бросилась на неё с неким подобием боевого клича.

Они заполнили лестницу, протиснулись мимо Пинки, прижали Твайлайт к стене и дали ей отведать её собственного лекарства, засыпав её градом вопросов, включающих, но не исключающих: настоящие ли её крылья, больно ли будет, если за них потянуть, вот так, почему она не носит плащ, каково это — быть принцессой, действительно ли она прожила тысячу лет в библиотеке, было ли там скучно, может ли она магичить в полёте, может ли она летать, магича, да, это разные вещи, как она освободилась, билась ли она с кем-нибудь, встретила ли она Духа, билась ли она с Духом...

— Ну-ка, жеребята, выпустить её! — наконец вмешалась Рэрити после пяти безжалостных минут вопросов, почти все повиновались и, к удивлению принцессы, дали единорожке подойти. Рядом, словно привинченные к полу, остались только Даск и Райнстоун.

— Она и правда настолько хорошенькая, прямо как ты и говорила! — взволнованно произнесла кобылка, обращаясь к Рэрити, садясь на пол и любуясь Твайлайт словно прекрасной картиной.

— Ну конечно! Разве я когда-либо лгала тебе, принцесса Пампкин? — спросила она, и стоявший рядом жеребчик хихикнул.

— Во время охоты за большой картой, — произнёс он, и другие жеребята присоединились к его смеху. — Ты сказала, что Драконьей перчатки не было в обсерватории принцессы Луны, а она была там!

Единорожка с усмешкой фыркнула.

— Что?! Не глупи! Ты прекрасно знаешь, что это не считается! — запротестовала она, направляясь к Твайлайт. — Если бы я сказала вам, что она там, вы бы нашли её, и тогда вечер игр закончился бы в первые же десять минут!

Затем Рэрити прочистила горло и указала на аликорна.

— Принцесса Твайлайт прибыла в наш маленький магазинчик после долгого путешествия, поэтому сегодня она ответит лишь на несколько вопросов, хорошо?

Незамедлительно в воздух взметнулись более тридцати копыт, включая копыта Пинки и Инкредентии.

— Несколько вопросов, — повторила она, приподняв бровь. После чего посмотрела на чейнджлинга и розовую земнопони. — От жеребят.

Инкредентия опустила копыто, затем превратилась в кобылку и снова подняла.

Рэрити испустила довольно страдальческий вздох.

— Всё хорошо, — вмешалась Твайлайт. Теперь, когда жеребята успокоились, её тревога почти исчезла, и ей не терпелось узнать, чем именно одновременный полёт с использованием магии отличается от использования магии во время полёта. Она нервно облизнулась, осматривая толпу, и подняла копыто. — Почему бы нам не начать с... эм-м...

Её прервал скрипучий голос.

— Могу ли я удостоиться чести задать первый вопрос?

Обладательницей голоса оказалась пожилая пегаска, стоящая у входа в "Страну Грёз", опирающаяся на трость и пристально глядящая на аликорна и Рэрити. Как и жеребята, она тоже была в плаще, и было видно, что все её уважают, судя по тому, как жеребята тут же её поприветствовали.

— Старейшина Муншайн! — воскликнула Пинки, и на миг показалось, что её жизнерадостность поутихла. — Добро пожаловать!

— Старейшина, — заговорила единорожка следом, вежливо улыбаясь пегаске. — Рада вас здесь видеть! Мы не успели попрощаться перед отъездом, возникла неотложная ситуация.

— Не успели, дитя. Но теперь вы вернулись! — произнесла старейшина, проходя мимо жеребят и поднимаясь по лестнице, не отводя своих любопытных глаз от принцессы. — Причём с очень интересным гостем.

— Это принцесса Твайлайт, старейшина! — воскликнула Райнстоун, дёргая кобылу за заднюю ногу. — Она освободилась!

— По всей видимости, так и есть! — ответила пегаска, и принцесса была рада видеть, что хоть кто-то из взрослых пони в неё поверил. Муншайн слегка склонила голову. — Принцесса Твайлайт, для меня честь с вами познакомиться.

Аликорн выпрямилась, улыбаясь в ответ.

— Взаимно, старейшина. Вы — лидер Холлоу Шейдс?

Кобыла рассмеялась.

— Можно и так сказать, — подмигнув, ответила она. Никогда не избиралась в городской совет, но единственная пони, по мнению местных жителей, обладающая тут большей властью, это коронованная принцесса лично.

— Ну что ж! — воскликнула Пинки, обхватывая копытом Твайлайт. — Теперь у нас есть ещё одна принцесса!

Какой-то жеребёнок бешено замахал копытом.

— Принцесса Твайлайт, а вы поможете нам освободить принцессу Луну?

— Мы будем сражаться с Духом?! — спросил Даск, дёргая аликорна за переднюю ногу. После чего повернулся к пожилой кобыле и расправил крылья. — Ведь можно, старейшина Муншайн?

Та задумчиво хмыкнула, постукивая тростью по полу.

— Только после того, как я переговорю с принцессой Твайлайт, — ответила она, после чего повернулась к жеребятам. — Наедине.

— Оу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у, — раздался в ответ хор разочарованных жеребят, чьи маленькие ушки поникли, а глаза наполнились слезами, все они явно обучились у Рэрити парочке приёмов.

— Пинки, дорогая, — произнесла белая единорожка, взглянув на подругу, — я, быть может, немного подзабыла, у нас разве не на сегодня назначена ежемесячная бесплатная дегустация кексов?

Земнопони нахмурилась.

— Разве? — спросила она, и только после того, как Рэрити указала на старейшину, Пинки подхватила. — Конечно сегодня! Супер-дупер была и остаётся!

Услышав одновременный вдох жеребят, она повернулась к кобылке, стоящей позади неё.

— Инки! Ты знаешь, что надо делать!

— Без вопросов, шеф, — ответила чейнджлинг, не утруждаясь превращениями, и по-прежнему в форме кобылки потрусила к "Пекарне принцессы Селестии", распахнула двери и едва успела отпрыгнуть в сторону от крошечной галдящей толпы, которая промчалась мимо неё.

Муншайн усмехнулась, качая головой и опираясь на трость.

— Единственное, пред чем не может устоять ни одна пони, так это твои ке... — она замолкла, когда её взгляд остановился на Даске и Райнстоун, близнецы и не сдвинулись с места возле Твайлайт. — Разве вы двое не хотите кексов?

Брат и сестра переглянулись, посмотрели в сторону двери, и сердце принцессы забилось чаще, когда они прижались к её ногам, мотая головами.

— Ой-ой, вы только посмотрите! — воскликнула Рэрити, улыбаясь аликорну. — У них на сердце то же, что и у меня.

— Дети, — произнесла Старейшина как можно более суровым тоном, указывая на пекарню. — Прошу вас.

— Оу-у... — опустила голову Рай.

— Скоро мы сможем побыть вместе, — наконец заговорила Твайлайт, очарованная близнецами. Они очень напомнили ей о Меткоискателях, и она ощутила, что ей не хватает этих трёх кобылок.

— Принцесса, а вы останетесь на мой день рождения?! — спросил Даск. — Мне вот-вот десять исполнится!

Пинки ахнула.

— Конечно останется! — она повернулась к аликорну. — Останешься же?!

Твайлайт повернулась к Рэрити в поисках ответа.

— Эм-м... останемся?

— Я думаю, что да, — произнесла она, достаточно неспешно, чтобы принцесса могла сказать наверняка, что единорожка думала о чём-то другом. — Твой день рождения же через несколько дней после Ночи Поисков, так?

Когда жеребчик кивнул, Твайлайт заметила, как Пинки и Рэрити быстро обменялись взглядами.

— Мы определённо всё ещё будем здесь, ваше величество.

Даск заулыбался, поворачиваясь к принцессе.

— Ха-ха! Сильвер Ноут обзавидуется! Пойду расскажу ему! — жеребчик помчался прочь, жестом призывая сестру следовать за ним. — Пойдём, Рай!

— Это не очень-то вежливо! — протестовала та на бегу. — Принцесса Твайлайт для всех пони!

— М-м-м, мне кажется, что некоторые заслуживают особого отношения, — достаточно тихо пробормотала единорожка, так, что её смогла услышать только принцесса, и провела хвостом по боку аликорна.

Как только близнецы ушли, Муншайн повернулась к Твайлайт.

— Итак, — произнесла она голосом с ноткой хитринки, переводя взгляд между Рэрити и Пинки, — и кто же их этих двоих подписал тебя на такую авантюру?

Принцесса ничего не поняла.

— Авантюру? — переспросила она, но ответила за неё Пинки... точнее прокричала.

— Нет! — воскликнула она с гораздо большим отчаянием, чем по мнению Твайлайт требовалось, хотя не то, чтобы она вообще понимала, что происходит. Розовая земнопони топнула копытом, прижав ушки к голове. — Старейшина Муншайн! Она настоящая! Никто никого ни на какие авантюры не подписывал!

Ох.

— Старейшина Муншайн, — спокойно и собранно вмешалась единорожка. — Я могу заверить вас, что это самая настоящая принцесса Твайлайт Спаркл.

— Дитя, эти искусственные крылья хороши, но не настолько, — со смехом и подмигиванием ответила она, на что принцесса не могла не ответить.

— Они не искусственные, — произнесла она, для пущей убедительности взмахнув ими пару раз. Да, долгое время она ненавидела их, но это не значит, что она не стала бы их защищать.

— Да! — воскликнула Пинки, решив помочь Твайлайт подтвердить правоту, схватившись за ближайшее крыло и сильно потянув, вызвав у аликорна болезненный писк. — Видели? Она бы не ойкнула, будь они ненастоящими!

— Пинки, это в действительности очень бо-АЙ! Пинки!

— Видите?

Рэрити прочистила горло.

— Старейшина, мы уже много раз говорили вам, что...

Кобыла отмахнулась.

— Что я под влиянием какой-то глупой магии, да-да.

Твайлайт уставилась на неё.

— Глупой магии?

Единорожка сохраняла вежливую улыбку.

— Магии хаоса, старейшина. И да, это так.

Муншайн вздохнула и, по-прежнему опираясь на трость, пристально посмотрела на швею.

— Рэрити, — недолго помолчав, произнесла она. — Мы уже говорили об этом.

Принцесса заметила, что улыбка возлюбленной стала немного натянутой.

— Старейшина, это не...

— Да, ты стала очень важной частью города, — перебила кобыла, — но наши традиции важнее всего на свете.

— Старейшина, я понимаю, и я не пытаюсь повлиять на ваше мнение, — ответила Рэрити, — но принцесса Твайлайт теперь свободна, и со всем уважением, которое, как вы знаете, я к вам испытываю, она здесь, вне зависимости от того, верите ли вы в неё или нет, и вне зависимости от того, дозволено ли нам будет взять на себя организацию Ночи Поисков.

Взять на себя организацию Ночи Поисков?

— Я всегда уважала ваши решения, старейшина, — продолжала единорожка, слегка опустив ушки. — И я никогда не пыталась вам навязать свои убеждения.

Муншайн смягчилась.

— Я бы никогда такого о тебе и не подумала, Рэрити. Если уж кто и... — её взгляд остановился на Пинки Пай, чей подбородок она приподняла кончиком трости. — Мне стоит поблагодарить тебя хотя бы за то, что эта малышка перестала постоянно убегать из города.

Земнопони лучезарно улыбнулась, после чего Муншайн повернулась к Твайлайт.

— Я не знаю, действительно ли ты та, за кого они тебя выдают, — строго произнесла старейшина, после чего тепло улыбнулась, — но Холлоу Шейдс всегда открыт для любых пони, вне зависимости от того, кем они являются на самом деле.

— Если, конечно, ты не Дух, — добавила Пинки. — Тогда тебе здесь супер не рады!

Муншайн улыбнулась.

— Да, только если ты не Дух.

— Спасибо, старейшина, — произнесла принцесса, склонив голову.

— Здесь рады всем друзьям этой малышки, — ответила пегаска, поправляя плащ, и в свою очередь так же склонив голову. — Полагаю, мне следует отпустить вас обратно к детям до того, как у них начнётся переполох.

— Старейшина, вы что, не перекусите кексиком? — спросила Пинки, прыгая на месте. — У нас есть ваш лю-ю-ю-юбимый.

Муншайн, поджав губы, фыркнула.

— Хм-м, действительно, не вижу причин не остаться на один небольшой кекс...

— Хи-хи! Никто не может отказаться от моих кексиков! — воскликнула земнопони, спрыгнув с лестницы, чтобы сопроводить старейшину.

Как только они ушли, Твайлайт повернулась к Рэрити.

— Что она имела в виду под организацией Ночи Поисков?

Единорожка вздохнула.

— Это... идея возникла у меня, когда мы думали, что ты... ну, не скоро освободишься. Я подумала, что если бы мне разрешили заняться организацией Ночи Поисков, то я могла бы, скажем так, "повлиять" на детей более позитивным образом, но старейшина Муншайн по понятным причинам не особо в восторге от того, что посторонняя пони возьмёт на себя организацию важнейшего праздника в деревне.

— Ага.

Рэрити пожала плечами.

— Полагаю тогда, мы просто найдём другой способ, — произнесла она, потрусив вниз по ступенькам. — В конце концов, ты теперь здесь, кто знает, сколько новых возможностей открылось перед нами.

Твайлайт последовала за единорожкой в комнату принцессы Селестии и почувствовала себя невероятно неловко, когда в шумной комнате воцарилась мёртвая тишина; стоило её копыту переступить порог, десятки глаз устремились на неё, за исключением старейшины, которая была слишком сильно занята своими шестью кексами. Принцесса, стараясь не паниковать, протиснулась через помещение, улыбаясь встречным жеребятам.

Наконец она получила небольшую передышку, как только добралась до прилавка, на который Пинки поставила огромный поднос с кексами всевозможных цветовых комбинаций. Твайлайт заметила, что на некоторые была нанесена её собственная кьютимарка, а на других были кьютимарки Селестии и Кейденс. Как ни странно, лишь на одном кексе была кьютимарка Луны, и не успела она поднести к нему копыто, как Пинки взвизгнула и быстро его схватила.

— Нет, стой! Только не этот! Я его случайно сюда положила, — объяснилась земнопони, аккуратно укладывая кекс на отдельную тарелку. — Этот для принцессы Луны.

— Для принцессы Луны? — спросила Твайлайт. — Но она же... ну... я имею в виду...

Пинки покраснела.

— Ох, ну да! Так и есть, но так ведь не угадаешь, когда она освободится! Я каждый день готовлю для неё свежий кексик, на случай внезапного высвобождения!

Принцесса хихикнула.

— Это очень мило и заботливо с твой стороны, Пинки. Уверена, когда Луна освободится, она будет невероятно голодна.

Аликорн повернулась обратно к подносу с выпечкой, и в конце концов остановила свой выбор на кексе со своей кьютимаркой, после чего развернулась, чтобы съесть его, и снова столкнулась со взглядом выжидающей толпы.

— Ах. Эм-м. Да. Точно.

Не успела она договорить, как в воздух взметнулись десятки копыт, снова включая в себя копыта Пинки и Инк.

В дальнем конце комнаты Рэрити взмахнула ресницами.

— Я думаю, можем начинать, ваше высочество.

* * *

Позже в тот же день, когда Твайлайт Спаркл притащилась в мастерскую Рэрити с саднящим от разговоров горлом, она усвоила две вещи.

Первая, это то, что она очень сильно недооценивала, насколько утомительное занятие — развлекать тридцать с лишним легко возбудимых жеребят.

Вторая, это то, что её прежнее восхищение и уважение перед Рэрити утроилось от осознания того, что она, вместе с Пинки и Инкредентией, регулярно проходит через это на добровольной основе.

— Что ж, — произнесла принцесса, падая на груду подушек и одеял, — это было что-то.

— Ты отлично справилась для первого раза, — отметила единорожка, забегая в комнату следом. — Дети были очарованы, и, кажется, даже Муншайн осталась под впечатлением.

— Это хорошо, — пробормотала Твайлайт, — потому что я больше никогда такого не повторю.

— Дорогуша, тебе не кажется, что ты немного драматизируешь? — с дразнящей улыбкой произнесла Рэрити, склонив голову набок и выгнув бровь.

Улыбка принцессы соответствовала улыбке её возлюбленной.

— Уверена, ты всё знаешь о том, как правильно драматизировать.

— Именно так, поэтому я лучше всех умею распознать, когда кое-какая принцесса драматизирует, — ответила единорожка. — М-м?

— А вот мне не кажется, что я драматизирую, — продолжала настаивать Твайлайт, наблюдая, как Рэрити подбежала к столику и начала складывать ткани. — Я чувствую себя так, будто мне сотня лет.

Единорожка рассмеялась.

— Вот только это если позабыть о том факте, что тебе уже больше тысячи лет?

Принцесса закатила глаза.

— Ты знаешь, о чём я, — сквозь зевок произнесла она, хватая подушку и прижимаясь к ней.

— Что ж, по крайней мере хотя бы по одной причине ты должна быть им благодарна, — произнесла Рэрити, надевая очки и вдевая нитку в иголку.

— И за что же?

— Ты выглядишь так, словно вот-вот уснёшь, — подметила единорожка, и Твайлайт уже действительно лежала, закрыв глаза. — Так что совсем скоро ты встретишься с принцессой Луной.

Глаза аликорна резко распахнулись.

— О принцессы, — ахнула она и тут же перекатилась на другой бок, по-прежнему сжимая подушку, потому что она скоро встретится с Луной, впервые за тысячу лет, и она совсем об этом забыла, а теперь вспомнила, а ещё вспомнила, что, быть может, Луна будет очень зла на неё и...

— Дорогуша, не стоит себе накручивать, — заметила реакцию возлюбленной единорожка, и Твайлайт возмущённо обернулась.

— Я не накручиваю! — запротестовала она. — Что бы это ни значило!

— Это значит, что ты позволяешь плохим мыслям цепляться одной за другую, всё больше волнуясь, — объяснила Рэрити. — Разве не этим ты сейчас занималась?

— Нет! — воскликнула принцесса.

— Может быть, — уступила она.

— Да, — призналась Твайлайт, со стоном закапываясь лицом в подушку.

Она услышала, как единорожка откладывает шитьё и идёт к ней, и несмотря на весь стресс, принцесса была более чем счастлива, когда единорожка забралась на кровать и устроилась рядом, чтобы утешительно потереться носом.

Принцессы милосердные, какая же она всё-таки мягкая.

— Ах ты моя бедняжечка, — проворковала Рэрити, поглаживая гриву аликорна и звонко хихикая, когда возлюбленная что-то в ответ пробурчала. — Твайлайт, сердце моё, я знаю, что ты волнуешься, но обещаю, для этого совершенно нет причин.

— Я могу насчитать минимум пятьдесят семь, которые сразу приходят на ум, и если дашь мне ещё минутку, то, думаю, смогу придумать ещё столько же.

— И я уверена, что у самой принцессы Луны не менее пятидесяти семи причин не меньше волноваться перед встречей с тобой. Вообще... — единорожка повернула голову в сторону двери и позвала. — Пинки? Пинки, дорогая, ты не могла бы подойти?

— Ась? — откликнулась запыхавшаяся земнопони, забегая в комнату и пытаясь восстановить дыхание. — У нас что, обнимашечная вечеринка?! А можно с вами?!

И, не утруждаясь ожиданием ответа, она с разбегу бросилась к ним, подпрыгнула и приземлилась аккурат верхом на двух кобыл, после чего протиснулась между ними и заулыбалась.

— Итак, чего звали?

— Кое-кто скоро встретится с принцессой Луной.

Твайлайт фыркнула.

— Нет, я совсем не устала.

— Что? Но засыпать же так просто! — воскликнула Пинки, поворачиваясь к принцессе. — Хочешь покажу?

Аликорн хихикнула.

— Пинки, я думаю, что ещё помню, как спать.

— Правда? Ну так давай! — воскликнула Пинки, после чего закрыла глаза. — Раз, два, тр...

Её счёт оборвался, вместо него зазвучало что-то пугающе похожее на настоящий храп.

Прошли одна, две, три секунды, после чего принцесса аккуратно потыкала земнопони.

— Пинки? — позвала она, но ей снова ответил лишь убедительный храп. Принцесса повернулась к единорожке. — Она что, только что...

— Довольно впечатляюще, не правда ли? — отметила Рэрити, не обращая внимания на очевидную нарколепсию Пинки. — Она может делать так вообще где угодно. Полагаю, это в какой-то степени благословение её любимой принцессы?

Единорожка осторожно отодвинулась от земнопони и встала с дивана, отсутствие Рэрити, к которой можно было бы прижаться, побудило спящую пони вцепиться в аликорна.

— Ты куда? — спросила Твайлайт, тихонько двигая Пинки в более удобное для себя положение.

— Буду помогать тебе уснуть, — ответила единорожка, вспышкой рога включая швейную. машинку. Она подобрала незаконченное платье и улыбнулась аликорну. — Ты же говорила, что это убаюкивает, разве нет?

— Да, — произнесла Твайлайт, закрывая глаза и расслабляясь в объятиях Пинки. Хотя было не совсем верным говорить, что шитьё Рэрити убаюкивает её, скорее, помогает успокоиться, поскольку было очень легко позволить монотонному звуку заполнить разум и заглушить крутящиеся в голове мысли.

Минуту за минутой она сосредоточенно слушала жужжание швейной машинки, слабый запах теста и муки наполнял нос, и чем больше Твайлайт сосредотачивалась на шуме, тем скорее мысли начинали рассеиваться, пока зевок не сорвался наконец с губ и её не нашёл сон.

Она спала, затерявшись в своём собственном мире, в всепоглощающей темноте и тишине, до тех пор, пока не перевернула очередную страницу своей книги.

В глубинах библиотеки Кантерлотского замка Твайлайт Спаркл читала книгу, привычная рутина стольких дней, месяцев, даже лет. Она читала, читала и читала, училась, училась и училась, чтобы как можно лучше помочь своей учительнице, так, как потребуется принцессе Селестии.

Дочитав страницу, она позволила себе сладко зевнуть и встала, чтобы потянуться, не желая, чтобы из-за многочасового чтения её осанка ухудшилась. Вдалеке она заметила зеркало, улыбнулась единорожке, смотрящей из него в ответ, и, помахав своему собственному отражению, хихикнула.

Закончив с глупостями, она снова села и обратилась к книге, намереваясь дочитать её до того, как придёт время очередного урока с принцессой Селестией. Её улыбка постепенно погасла, а разум сосредоточился на словах и значениях в строчках и между ними, ушки едва улавливали отдалённые шаги библиотекаря, расставляющего книги по своим местам.

Однако они тут же дёрнулись, когда раздалось имя их владелицы.

— Тва-а-а-а-а-а-а-а-а-айлайт, — пропел через всю библиотеку чей-то голос, вызвав улыбку на лице единорожки. — Где-е-е-е же-е-е-е ты-ы-ы-ы-ы-ы?

Формально вежливым поступком было бы отозваться и указать своё местоположение, но учитывая, кто именно звал её, она сочла более уместным промолчать и продолжить чтение.

Снова раздался голос, и улыбка Твайлайт стала ещё шире, после чего она вновь вернулась к книге и начала взглядом скользить по словам, замерев только тогда, когда голос заговорил прямо у неё за спиной.

— Привет, Твайлайт.

Она повернулась.

— Приве... ох? — спросила она, обнаружив, что сзади никого нет. — Куда он делся...

— Ого! Читаешь о том, какой я замечательный? — спросил голос, и единорожка повернулась обратно к столу, обнаружив на нём крошечного драконэквуса, стоящего поверх книги со скрещёнными за спиной руками и изучающего страницу.

— Привет, Дискорд, — с игривой ухмылкой поздоровалась Твайлайт. — И нет, я готовлюсь к экзамену по магической термодинамике.

— Да нет же, ты читаешь о том, какой я замечательный. Вот, тут прямо так и написано, — настаивал Дух, указывая лапой на абзац, на котором стоял.

— Нет, неправда, — не уступала единорожка, заглянула в абзац и обнаружила, что её бывшая книга по термодинамике стала научной диссертацией о расчётной чудесности Дискорда. — Эй!

Твайлайт подняла книгу левитацией, чтобы рассмотреть поближе, попутно опрокинув драконэквуса, который покатился по столу, пока не наткнулся на чернильницу.

— Дискорд! Мне нужна моя книга!

Драконэквус встал и отряхнулся, после чего скрестил руки на груди и показал ей язык.

— Но я же гораздо интереснее! — воскликнул он, и ему вторили две копии, которые появились и тут же начали изучать оригинального Дискорда с помощью увеличительных стёкол, постоянно делая заметки. — К тому же, ты всегда просишь поизучать мою магию!

Три драконэквуса посмотрела на неё снизу вверх.

— Ты когда-нибудь расскажешь мне, зачем тебе вообще это надо?

Твайлайт ощутила укол вины.

— Мне просто любопытно, — быстро ответила она. — Только и всего.

Определённо она не пыталась выяснить слабости своего друга на всякий случай, вовсе нет.

Это его, казалось, не убедило.

— Всё любопытственнее и любопытственнее.

— А так вообще грамматически верно говорить? — спросил второй Дискорд у третьего, на что тот лишь пожал плечами.

— Дискорд, — произнесла единорожка, откладывая книгу и выгибая бровь. — Зачем ты здесь?

Лишние драконэквусы растворились в облачках магии, а оригинальный подпрыгнул в воздух и его тело начало стремительно расти и увеличиваться, пока над Твайлайт не замер в воздухе полноразмерный Дискорд.

— Ну, во-первых, я принёс тебе чай, — сообщил он, и по щелчку пальцев перед ней на столе появились чашечка чая и печенье. — Твой любимый. Корица с мёдом, и кое-каким полезным сюрпризом.

— Это твой любимый чай, — со смехом подметила единорожка.

— Ну что сказать, у меня хороший вкус, — ответил он, — так что он и твой любимый тоже.

Твайлайт подняла чашку и понюхала. Пахло очень приятно, да, но...

— А что же это за "полезный" сюрприз?

Дискорд улыбнулся.

— Погодная заправка! Если на улице холодно, то чай замерзает, если же жарко, то он обжигающе горяч!

Она нахмурилась.

— Да уж. Действительно "полезный". А если снаружи не холодно и не жарко?

Драконэквус хлопнул в ладоши.

— Тогда, очевидно, к нему идёт печенье с изюмом!

Единорожка хихикнула.

— Очевидно, — произнесла она, отхлебнув чай и обнаружив, что на вкус он был так же приятен, как и на запах. Затем она поставила чашку и пристально посмотрела на друга. — Итак, теперь ты расскажешь мне настоящую причину своего визита?

— Что?! — ахнул Дискорд, прижав лапу к груди. — Нельзя уже без причины насладиться чаем с подругой?

— Дискорд.

— Ну хорошо, хорошо! — произнёс он, скрещивая лапы на груди. — Мне скучно.

Принцесса улыбнулась.

— Правда? И что ты мне предлагаешь делать с этим?

— Не знаю! — воскликнул Дух, появляясь на другом конце стола. — Что-нибудь!

— Дискорд, я тут заниматься пытаюсь, — напомнила Твайлайт, возвращаясь к чтению и радуясь тому, что книга вернулась к своему прежнему содержимому — арканной термодинамике. — Почему бы тебе не пойти домой, ну и, я не знаю, устроить дождь из шоколадного молока?

— Домой? — с презрением воскликнул драконэквус. Он щёлкнул пальцами и проигнорировал стон единорожки, когда её книга исчезла и заменилась большой картой Эквестрии.

— Вот это — Эквестрия, — произнёс Дух, указывая на карту, после чего взял лежащее неподалёку перо и обвёл крошечный клочок земли к северу от Ван Хуфа. — А вот то, что принцессы назначили моим домом.

— Дискорд, твои владения размером с небольшую деревню, тебе должно быть этого достаточно.

— Ну а вот недостаточно! — пожаловался он, скрестив лапы на груди. — Я заслуживаю земель побольше!

— Тогда тебе не следовало способствовать вторжению Кризалис в Эквестрию, — возразила Твайлайт, растеряв всю игривость.

Драконэквус продолжал смотреть в сторону.

— Ну, принцесса, никто не идеален.

— Я не принцесса, — поправила Твайлайт, снова поворачиваясь к зеркалу и вглядываясь в привычное отражение. У неё не было короны, которая бы её тяготила, не было и крыльев, навечно обременяющих бока. Она была ровно такой, какой хотела быть, и никем больше.

— Принцессы победили тебя, Дискорд, — произнесла она, поворачиваясь к драконэквусу.

— Нет, — ответил он, устремляя на единорожку свои жёлтые глаза. — Ты победила меня.

А потом добавил неразборчивым бурчанием:

— Честь по чести.

Твайлайт не ответила, лишь пристальнее уставилась в книгу.

Ей стало дурно.

— Разве ты, Твайлайт, не сказала, что это будет правильным?

— Что?

— Что посеешь, то и пожнёшь, — ответил Дискорд, и когда единорожка наконец подняла к нему взгляд, то её охватил ужас — драконэквус пропал.

И не только он пропал, исчезло вообще всё.

Исчезли надёжные стены Кантерлотского замка, исчезли книги в библиотеке, пропали и пони, которых она знала, с которыми росла, исчез дом, что был у неё когда-то. Все пропало, и вместо этого она оказалась в своей подземной библиотеке.

Твайлайт в шоке отшатнулась, поднялась на копыта и огляделась по сторонам, пытаясь понять скорее не почему, а как.

— Дискорд? — крикнула она в панике, пятясь от бесконечных, пугающих рядов шкафов. — Дискорд?!

Тошнота в животе росла и усиливалась, ужас от возвращения в эту библиотеку изгнал прочь все мысли, но каким бы большим он ни был, он и близко сравниться не мог с тем кошмаром, когда она поняла, что, пятясь, она не врезалась в стол, а прошла прямо сквозь него.

Ужас от того, что к её телу теперь прикреплены крылья.

Ужас от неснимаемой короны на голове.

Нет.

— Нет, — выдохнула Твайлайт, и её глаза всё больше и больше наполнялись слезами, пока она продолжала пятиться. — Нет-нет-нет-нет, пожалуйста, только не это.

Слова сами вырывались из неё, из-за отчаяния и ужаса они были едва различимы и произносились скороговоркой, и когда отступление провело её сквозь ещё один стол, вздох ужаса не наполнил лёгкие воздухом.

— Но я же была свободна! — рыдала принцесса, моргая сквозь слёзы и непонимание, всё же было хорошо и правильно, а теперь у неё снова всё отобрали. — Я была свободна! Пожалуйста! Кто-нибудь!

Она снова посмотрела по сторонам, ни на что и на всё сразу, пока её взгляд не остановился на тоннеле вдалеке. Несколько секунд размышлений, и она галопом бросилась к нему, чтобы просто выйти из библиотеки, как уже делала раньше, и знакомая мучительная боль охватила аликорна, когда барьер её отбросил.

Библиотеку заполнила удушающая тишина.

Твайлайт, пошатываясь и пересиливая боль, встала, она снова со всей силы рванулась вперёд лишь для того, чтобы вновь быть отброшенной барьером, но это не остановило её от новой попытки, и ещё одной, и ещё.

— Пожалуйста! — кричала, умоляла, просила она. — Это не моя вина! Я знаю, что это была не моя вина! Пожалуйста, выпустите, прошу!

Слова оказались пусты и тщетны, барьер не поддавался, и отчаяние затопило принцессу, она ведь пыталась. Всеми силами старалась стать лучше. Взять на себя ответственность.

— Убирайся.

Голос.

Незнакомый по тону, странный по произношению, но такой пугающе знакомый в выборе слов.

Со всей болью в мире, собрав всю имеющуюся храбрость, на дрожащих копытах принцесса Твайлайт Спаркл отошла от барьера и повернулась лицом к своему самому главному врагу.

К самой себе.

— Почему? — выдавила она, смотря аликорну вдалеке в глаза. — П-почему ты ещё здесь? Я... я же победила тебя!

Твайлайт ударила копытом по полу.

— Я победила тебя, одолела, ушла из библиотеки! Почему ты ещё здесь?!

Аликорн лишь повторил свою фразу.

— Убирайся.

— Нет! — закричала принцесса, зажигая рог. — Т-ты убирайся! Тебе здесь не место! Мне здесь не место!

И доппельгангер снова заговорил.

— Разве? — слова будто оттолкнули Твайлайт, мысли, что постоянно крутились в подсознании, вышли на передний план.

Она заслужила своё заточение, шептал голос, который было невозможно заставить замолкнуть, и во всём произошедшем именно эта мысль разрывала её разум на части.

Постепенное осознание того, что ментально она ничуть не лучше, чем... чем...

— Я... я стала лучше, — настаивала Твайлайт или даже умоляла, сложно было сказать. Её голос стих до шёпота, и она осела на пол, подняв перед собой свои полупрозрачные копыта. Почему она здесь? Почему её забрали от Рэрити, почему её забрали из её дома и из "Страны Грёз", от всего того, за что она так упорно боролась? — Я же стала лучше, я... я была с-свободно от этого кошмара, я не понима...

Слова застряли у неё в горле.

Кошмар.

Всё это было похоже на ночной кошмар, и чем больше она об этом думала, тем сильнее осознавала... тем сильнее надеялась...

Что это действительно был он.

— Принцесса... — слова сорвались с её губ, каким-то образом удивив её саму. Ужасные мысли в голове продолжали шипеть и клацать зубами, словно это вовсе не было сном, но надежда умирает последней.

— Принцесса Луна! — наконец закричала Твайлайт, громко и отчётливо, пятясь от всё ещё пристально смотрящего на неё аликорна. Она подняла взгляд к потолку и продолжила звать, словно умоляя принцессу ночи спуститься к ней. — Принцесса Луна?! Это же кошмар?! Принцесса Луна!

И голос ей ответил.

Хотя нет, голос запел, запел прекрасную колыбельную, что отзывалась в самом сердце, которая, казалось, одновременно и убаюкивала, и придавала сил Твайлайт, хотя бы из-за невероятного облегчения, которое она испытала, услышав песню.

Позади неё раздалось шипение, быстрый поворот к источнику звука показал, что барьер цепляется за своё существование из всех сил, исторгая из себя искры магии, пока наконец не пошёл трещинами как разбитое зеркало и не развалился.

Первым же побуждением Твайлайт было мчаться прочь, что она и сделала.

Без раздумий она рванулась вперёд и сбивчиво рассмеялась, когда не встретила сопротивления на пути в тоннель, барьера на пути не было. Чувство победы переполняло её, сладкое удовлетворение от победы, и она не смогла удержаться от того, чтобы вызывающе посмотреть назад на своё проклятое "я".

Но она не смогла.

Её доппельгангер теперь стоял в ожидании у барьера, но больше не источал гнев. Никаких признаков поражения на лице, никакой реакции на сбежавшую пленницу, нечитаемое нейтральное выражение, которое не позволило Твайлайт испытать хоть каплю удовлетворения от победы.

Она была там, принцесса знала, всегда сокрыта в разуме, во снах и наяву.

Твайлайт развернулась и поскакала вниз по тоннелю, желая выбраться из него как можно быстрее. Она прыжком вскочила на спиральную лестницу, поднялась по ней, толкнула люк и вздохнула с облегчением, оказавшись в яркой, залитой солнцем долине.

Принцесса повернулась к дереву, быстро при помощи магии закрыла люк и задержала на нём взгляд ещё на мгновение, дабы убедиться, что её искажённая версия не пройдёт сквозь него, осела на землю и глубоко вдохнула.

— Ты справилась!

Твайлайт вскрикнула от удивления, услышав звонкий голос, и чуть было не упала на спину. Она встревоженно обернулась, тут же удивившись, обнаружив позади себя Пинки Пай, топающую копытцами по земле с радостью, соответствующей её улыбке.

— П-Пинки? — спросила сбитая с толку принцесса. — Что ты... Я... Ты что, часть моего сна?

Пинки кивнула.

— Ага-сь! — воскликнула она, после чего замолкла и покачала головой. — Точнее, не-а! Или не-гась?

Земнопони села и задумчиво постучала копытом по подбородку.

— И да и нет?

— «И да и нет?»

— Агагась! Потому что это я! — воскликнула Пинки, подпрыгивая и хватая Твайлайт за лицо своими копытцами. — Видишь?! Я самая-пресамая настоящая! Но я в твоём сне, так что, стро-о-о-о-о-о-о-о-о-о-ого говоря, я часть твоего сна! Хм, или может...

Земнопони прищурилась и склонилась нос к носу с принцессой.

— А может, ты часть моего сна, м-м-м-м-м-м-м? Думается мне, что об этом ты не подумала, а, Твайлайт?

— Так, э-э, значит, это всё-таки сон? — уточнила принцесса, пытаясь говорить сквозь стиснутые щёки. — Я не вернулась на самом деле в Понивилль и по новой не оказалось в трансгрессионном стазисе, так?

— Агась и агась! — воскликнула Пинки, отпуская аликорна и отпрыгивая. — Всё это сон! И ты справилась! Всё поняла и разгадала! Мы знали, что ты справишься!

— Мы? — спросила Твайлайт, чувствуя, как сердце учащённо забилось в груди. — Ты имеешь в виду себя и... принцессу Луну?

— Агась! Мы увидели, что твоя дверь вся заискрилась, а это означает сильно плохой кошмар, и я хотела пойти туда и помочь тебе побороть твою злючную часть, но потом принцесса Луна вся такая... Ой, подожди! Давай лучше покажу!

Земнопони замолкла, а Твайлайт невольно ойкнула, когда рядом с Пинки появилась почти комично серьёзная принцесса Луна собственной персоной, та пристально смотрела на земнопони сверху вниз.

— Л-Луна? — спросила принцесса, охваченная ужасом и чувствуя, как её беспокойство стремительно нарастает, поскольку она, честно говоря, не ожидала, что её встреча с принцессой пройдёт... ну вот так.

Пинки моргнула.

— Ась? А, да это не она! Это — порождение грёз! Я создала её! Смотри, смотри! — она повернулась к порождению и с непривычно серьёзным выражением лица спросила. — Принцесса Луна, кто твой самый САМЫЙ лучший друг?

— Молвлю, твойскость моейскости самости есмъ НАИЛУЧШАЙШАЯ подругость, Пинки Пай, — прогремела ночная принцесса невозмутимым голосом.

Твайлайт нахмурилась.

— Это... это было не совсем правильно.

Земнопони ахнула.

— Чтойкость?! Коне-е-ешность таковость правильность, глупышкость малышкость! — воскликнула она. — Эм-м, я хотела сказать, что?! Конечно всё было правильно, глупышка!

Пинки глубоко вздохнула и добавила:

— Ладно, о чём это я?

Принцесса напрягла память.

— Эм-м... что-то про искрящуюся дверь...

Земнопони снова ахнула.

— Дверь! — она кивнула и продолжила рассказ. — Видишь ли, твоя дверь искрилась, потому что у тебя был ложечки-кошечки какой плохой кошмар, и я хотела прискакать к тебе на помощь... — она кивнула на порождение, — но принцесса Луна сказала...

— Если Твайлайт Спаркл всё ещё та умная единорожка, которой я её помню, — раздался знакомый голос позади аликорна, и солнечное небо над головой сменилось прекрасной звёздной ночью, — то вскоре она осознает, что сие ужасное видение — ни что иное, как создание её собственного разума.

Сердце Твайлайт замерло.

— Что? — спросила Пинки, смотря куда-то позади ошеломлённой принцессы. — Это СОВСЕМ не то, что ты сказала! Ты сказала, что обеспокоена тем, что она боится с тобой встретиться, а я сказала —  больше похоже на то, что ты боишься встретиться с ней, и ты сказала "нет", а я сказала "да", и потом я сказала тебе просто пойти и помочь ей, а ты сказала, что...

Земнопони вдохнула.

— Что, конечно, она догадается, что это кошмар, и проснётся, и твоё вмешательство не потребуется, и у тебя будет больше времени на подготовиться, затем я сказала, ну хорошо, но тогда я пойду, а ты сказала "не лезь в её сны, глупое дитя!"

Ещё один вдох, и Пинки продолжила:

— Затем ты сказала, что сокрушишь меня, и я такая "ЧТО-О-О-О?!" потому что я не услышала, после чего я уже тут, и нашла принцессу Твайлайт, и теперь вот это вот всё! — она снова глубоко вздохнула, переводя дыхание, и посмотрела на Твайлайт. — Что?

На глаза фиолетового аликорна навернулись слёзы.

Они щипали глаза, и, словно ею завладела чужая сущность, она начала хихикать.

— Твайлайт Спаркл, — прогремела Луна, но в её голосе юная принцесса не уловила гнева, — мы встретились впервые за столетия, а ты смеешь смеяться над своей принцессой?

А та всё продолжала смеяться, обернувшись наконец, чтобы увидеть принцессу ночи, слёзы полились в полную силу, стоило ей увидеть Луну, и Твайлайт сквозь смех выдавила:

— Ты угрожала сокрушить её?

И младшая принцесса засмеялась в полную силу, наполнившись чувствами привязанности, облегчения, радости и многих других чувств, которые она едва могла описать.

Луна хмыкнула.

— В давние времена, Твайлайт Спаркл, пони сочли бы за честь получить сие наказание, — коротко произнесла она, после чего вся серьёзность исчезла, и на её устах заиграла улыбка, а глаза заискрились слезами.

— Я очень рада видеть тебя вновь, Твайлайт, — принцесса ночи вытянула копыто. — Нам тебя очень не хватало.

И юной принцессе не оставалось ничего другого, кроме как броситься вперёд, рухнув в объятия Луны, те, что пока она могла получить только во сне.

— О Луна, — прошептала Твайлайт, и её улыбка стала шире, когда она ощутила, что Пинки присоединилась к ним. — Я тоже по тебе скучала.

[Изображение: https://i.imgur.com/SsKpcRy.png]

## — Интерлюдия 3 — Тайные грёзы

[Изображение: https://i.imgur.com/LCFiYJ6.png]

В глубинах Вечнодикого леса, далеко за заброшенными домами, за древесными волками и другими ужасающими монстрами, в основании огромного древнего дуба был люк.

Голубой завиток магии деликатно обхватил ручку и потянул вверх. Пыль и грязь поднялись в воздух, когда Рэрити откинула крышку. Она попятилась, стараясь не запачкать свою безупречную шёрстку. Когда пыль осела, она невольно замерла, удивляясь, как сильно сказалось время на люке.

Единорожка поднесла копыто к груди, привычка, от которой практически невозможно избавиться, и тут же удивилась тому, что удивилась, когда её копыто не обнаружило привычного ожерелья.

Откуда бы ему там взяться?

Наконец она двинулась вперёд, вниз по лестнице, которая скрипела под её шагами в туннель, едва озаряемый светом её рога. В конце туннеля виднелся свет, за котором различалась библиотека, но Рэрити заполнила... печаль? Ну, не совсем правильное слово. Может, брошенность? Нет, тоже не оно, это чувство давно миновало.

При виде библиотеки единорожка ощутила так называемую последнюю стадию горя — принятие.

Она зашагала вперёд и довольно скоро оказалась окутана светом волшебного канделябра, питаемого от лежащего на одеяле весьма определённого аликорна, увлечённого чтением книги.

Единорожка замерла у входа в тоннель и позволила себе на мгновение улыбнуться принцессе Твайлайт, точно так же, как обычно улыбаются своим фотографиям из детства, испытывая ностальгию по давным-давно прошедшим дням. Она почувствовала лёгкую гордость от того, что больше не испытывала печали.

— Рэрити? — спросила Твайлайт Спаркл, переворачивая страницу. — Что такое "Витать в облаках?"

Единорожка подошла ближе.

— "Витать в облаках?", это... хм... скорее, состояние бытия. Так, например, говорят про пони, которые больше погружены в мечты и фантазии, либо же просто причудливы, — она улыбнулась. — Другими словами — почти всё население Лас-Пегасуса.

Принцесса не подняла взгляд, но улыбнулась.

— А про тебя так можно сказать?

Рэрити рассмеялась.

— Может быть, иногда, — она посмотрела на книгу. — Что ты читаешь?

— "Кровоточащие Слёзы Галактик", авторства Солар Роуз. Неплохая книга, — Твайлайт перевернула страницу. — Но ты здесь не за тем, чтобы спросить о книге.

Единорожка несколько мгновений молча смотрела на аликорна, после чего ответила:

— Не за этим.

Она левитировала подушку, положила её на пол, и села.

— Я вот, Твайлайт, ходила сегодня на свидание, — с обаятельной улыбкой объявила Рэрити.

— Не в первый раз, — отметила принцесса, заглянув в следующую страницу, после чего передумала её переворачивать. — С Рифтом?

— Звёзды мои, нет, — быстро ответила единорожка.

Нельзя сказать, что она не думала о нём, но... но он был слишком увлечён. Слишком-слишком увлечён.

— Тогда, может, снова учёный? — спросила Твайлайт, перевернув наконец страницу. — Кристал Бэкер? Библиотекарь? Пейдж Тёрнер?

— Нет-нет, ни один из них. У нас ничего не получилось, хотя они прекрасные пони.

— И почему ничего не получилось? — с промелькнувшей улыбкой на губах спросила принцесса.

Рэрити рассмеялась.

— Ну же, дорогуша, мы же обе знаем ответ, разве нет? — она вдохнула и продолжила. — Нет, её звали Цитрин Спарк. Она тоже единорожка, и у неё очень забавная привязанность к...

Единорожка поморщила носик.

— К взрывам.

— Цитрин Спарк, — медленно и тщательно повторила Твайлайт.

— У нас было чудесное свидание, — продолжала Рэрити. — Она расспрашивала меня буквально всё о моих новых дизайнах! Я не рассказывала? Работаю сейчас над зимней линейкой. Вдохновилась цветочными узорами.

Единорожка мягко рассмеялась.

— Боюсь, я переборщила с техническими терминами! Бедняжка едва за мной поспевала.

— У меня похожих проблем не было, — ответила принцесса, перевернув очередную страницу.

— Ну, если я нравлюсь ей искренне и по-настоящему, то она выучит термины, — заступилась Рэрити.

— Точно так же, как ты выучила "Десятичную систему Старсвирла", — произнесла Твайлайт, и единорожка улыбнулась.

— А о тебе я не думала, — немного помолчав, ответила Рэрити, и её тон утратил жизнерадостность, вместо этого в голосе зазвучали нотки такого глупого словечка — смирения. Она говорила с принятием. — Впервые, более чем за год, я сходила на свидание с прекрасной пони и смогла не сравнивать её с тобой. Вообще о тебе не думала.

Единорожка рассмеялась, но веселья в смехе было немного.

— По ощущениям почти как освобождение.

— Почти? — переспросила принцесса. — Почему почти?

Голос Рэрити опустился до шёпота.

— Да ладно тебе, дорогуша, мы обе знаем ответ.

И вновь воцарилась тишина, громкая, кричащая, настолько навязчивая, что единорожке показалось, будто она оглохла.

— Я могу сказать тебе то, что ты хочешь услышать, — произнесла Твайлайт, не отрывая взгляда от книги. — Если это правда тебе поможет. Тебе действительно хочется этого? Тогда задавай мне свой вопрос.

Единорожка так и сделала.

— Как ты, Твайлайт?

И наконец принцесса отвела свои чёрные как ночь глаза от книги и обратила взгляд к Рэрити.

— Со мной всё хорошо, Рэрити, — ответила Твайлайт с улыбкой. — Мне не впервой ждать тысячу лет.

Прошло всего мгновение, казавшееся вечностью, и единорожка услышала позади себя стук копыт и знакомый голос.

— Рэрити, — раздался голос принцессы Луны.

— Я правда о ней не думала, — произнесла единорожка, уставившись на окаменевшее порождение грёз, воплощающее её несбыточные надежды. О пони, что заперлась чуть больше года назад. — Правда не думала.

— Пинки рассказала мне, — заговорила Луна, чей голос звучал будто успокаивающая песня. — Она боролась с собой, но я рада, что она решилась, отринув сомнения. Эта Цитрин Спарк, по её рассказам, достаточно достойная кобыла.

— Так и есть.

— Ты встретишься с ней ещё раз? — спросила принцесса, и Рэрити печально рассмеялась.

— Мне кажется, лучше не стоит. Да, она была очаровательна, и я признательна Пинки, что она организовала свидание, но... мы просто не идеально друг-другу подходим, иначе не скажешь. На самом деле это и не проблема, не думаю, что у меня есть столько свободного времени, чтобы ходить на свидания.

Тишина.

— Ты всё ещё её любишь, — отметила Луна. Это был не вопрос, не предположение, а просто озвученный факт. И то, что жизнь безостановочно шла вперёд и вперёд, не означало, что чувства делали так же.

Единорожка вновь подняла копыто и приложила его туда, где должно было быть ожерелье.

— Иногда я забываю, что оно не со мной. Я вытягиваю копыто, чтобы прижать к нему, а его там нет, и каждый раз я начинаю паниковать, снова и снова.

И когда Рэрити опустила копыто, с её шеи уже свисало яркое розовое ожерелье.

— Пинки попросила посторожить его, так ведь? — спросила принцесса.

Единорожка рассмеялась, качая головой.

— Её, скорее, вынудили! Не сомневаюсь, что пони считают меня тщеславной! Ах, эта странная единорожка, что постоянно пялится на ожерелье, наверняка у неё пунктик на бижутерию, всё смотрит, смотрит и ждёт, чего ждёт-то хоть? Что оно засияет? — её голос стал тише. — Или что совсем погаснет?

— Тебе бы этого хотелось?

И хотя Рэрити явно услышала в голосе аликорна беспокойство, она не почувствовала нужды в том, чтобы её успокоить.

— Я... нет. Никогда. Но всё же...

Там, в её снах, в самом личном месте, которое только было...

Там она могла сознаться в том, что никому другому, кроме себя и принцессы Луны, не было дозволено знать.

— Принцесса, это меня пугает, — заговорила единорожка, чувствуя, как на глаза наворачиваются горячие слёзы. — Теперь, когда я смогла сделать шаг вперёд, пугает ещё больше. Я смотрю назад и вижу. Теперь, когда прошло столько времени. Я так отчаянно этого хочу, но и боюсь.

— Боишься? Чего?

Копыто Рэрити вновь взметнулось к ожерелью.

— Что я буду делать? — прошептала она. — Если оно вновь засияет.

## — Глава 9 — Путь к грёзам

[Изображение: https://i.imgur.com/ZGkbn68.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/RFBFKot.png]

— Норт, ты видишь сны?

— Иногда, — ответил он. — Когда слишком много съем.

— А кошмары? Расскажи свой самый страшный.

— Ну, — немного подумав, заговорил жеребец, — однажды мне приснилось, что я, Фрост и Танжерин попали в плен к команде Блад Даггера, во время экспедиции на Серебряное озеро.

Норт улыбнулся Рэрити.

— А у тебя?

Она так же на время замолкла, затем ответила:

— День в Троттингеме.

Жеребец рассмеялся.

— День в Троттингеме — это один из худших твоих кошмаров?

Рэрити фыркнула.

— Этот кошмар стал бы и твоим, узнай ты ценники в тамошних магазинах!

* * *

В сумерках ночи иного мира две принцессы смотрели на огромное озеро, в котором отражались луна и звёзды, которые недавно видела лишь одна из них.

"Такие настоящие", — думала Твайлайт, и ей стало интересно, приятно ли вообще их было видеть её подруге.

— Каково это?

Юная принцесса получила вопрос, самый первый, что задала Луна с момента их воссоединения. Самый первый в долгожданном разговоре, запоздавшим на сотни лет.

Каково это?

Вопрос, который можно было толковать по-разному, который мог означать великое множество вещей, и всё же молодому аликорну он был предельно понятен.

— Ошеломляюще, — наконец ответила она, единственным словом, которое могло выразить весь спектр эмоций при выходе из своего заточения. — Всё, что я могла почувствовать, всё одновременно.

Сначала Луна ничего не сказала.

— Ты ощутила радость? — в итоге спросила она, и размеренный тон голоса говорил о том, что она уже знала ответ, поэтому лгать было бесполезно.

— Да, — ответила Твайлайт, и когда больше к ответу ничего не добавила, старшая принцесса продолжила.

— Твайлайт Спаркл, мне казалось, что ты всегда была той, кто давал весьма исчерпывающие ответы.

Юная принцесса помнила кое-что со времён своего пребывания в замке. Она могла хранить секреты от пони, от Кейденс и даже от Селестии, но от Луны у неё никогда не получалось чего-то утаить. Ночная принцесса всегда знала, когда Твайлайт что-то скрывает, вне сомнений, благодаря своим бесчисленным блужданиям во снах, и юная принцесса обычно не возражала. Была некая свобода в том, чтобы иметь возможность говорить о своих внутренних терзаниях с кем-то, кто тебя не осудит.

— Я всё-таки ощутила радость, — повторила Твайлайт, потому что это не было ложью. Она была счастлива, но... — Но в той же мере и испуг. Всё такое другое, всё новое, и...

— А встреча с собой — это тот кошмар, от которого никто не в силах спасти.

Юная принцесса поникла, вспомнив черноглазого аликорна, преследующего её во снах. Действительно, встреча с собой, принятие самой себя — это долгая и трудная дорога, и ей казалось, что она ужасно далека от завершения.

Она посмотрела на горизонт, и её взгляд замер на розовой пони посреди озера, что гребла верхом на огромном аллигаторе.

— Ты правда не знаешь где ты? — спросила Твайлайт, в надежде увести разговор от себя к Луне, чьё затруднительное положение интересовало её куда больше.

— В пещере, глубоко в недрах горы, — спокойно произнесла старшая принцесса.

Твайлайт поджала губы.

— Ага. Пещера в недрах горы.

Очень полезно.

Луна топнула по земле и призвала масштабную модель Эквестрии, совсем не похожую на ту, которую юная аликорн видела на современных картах. Пустыни из прошлого превратились в густые леса, леса прошлого обратились пустошью, реки либо изменили русла, либо пересохли, и одной из немногих неизменных вещей были две горы по обе стороны от Холлоу Шейдс.

— Прошли уже сотни лет, и я больше не могу вспомнить гору, в которой укрылась, — произнесла Луна. — Дискорд замуровал проход и, скорее всего, похоронил меня ещё глубже.

Твайлайт присмотрелась к модели, и её взгляд остановился на Жеребячьей горе и Скворцовом пике. Принцесса могла находиться в любом из них, погребённая под неизвестно сколькими метрами породы. Учитывая, что Скворцовый пик был одиночной горой, в то время как Жеребячья гора была скорее хребтом, было довольно очевидно, где, скорее всего, скрыта Луна.

Что они могли бы сделать? Выкопать принцессу? Изнутри оно, конечно, проще, чем снаружи. И независимо от направления, оба варианта, вероятно, потребовали бы годы, если не десятилетия или даже века.

— А обитатели Холлоу Шейдс — единственные пони, на кого распространяется влияние твоего царства грёз?

— Только на жеребят, но да, — уточнила Луна, переводя взгляд от воды к Пинки Пай.

Она снова топнула копытом, и модель изменилась и преобразилась, превратившись в карту Холлоу Шейдс.

— И, хотя они забывают об этом, город находится под моей защитой со времён основания, — последовала секундная пауза, после чего она продолжила. — Но теперь, когда ты свободна, и остальная Эквестрия вскоре получит защиту своих снов.

Твайлайт улыбнулась, ободрённая позитивным настроем принцессы.

— Да. Теперь мы точно найдём способ тебя освободить.

Луна не ответила, по-видимому, задумавшись, после чего оглядела долину вокруг.

— Ты видишь разлом грёз?

Юная принцесса удивлённо моргнула.

— Разлом грёз? — она мысленно прошлась по всему, что знала, пытаясь вспомнить всё что могла о снохождении и его множественных терминах. — Эм...

— Почти в каждом существе есть магия, питаемая эссенцией самой земли, — произнесла Луна, её рог с треском засветился и поднял в воздух три большие капли воды, они приняли форму единорога, пегаса и земного пони. — И хотя три наших расы дополняют друг друга, каждая пользуется магией по-своему. До тех пор, пока каждой расе не достаёт магии двух других, они никогда не будут способны увидеть или использовать магию эссенции на полную силу. За исключением...

Очередной треск магии, и три водяных пони объединились, приняв форму крылатого единорога.

— За исключением аликорнов.

— За исключением... — Твайлайт замолкла, и её глаза широко раскрылись от осознания. — Погоди. Ты хочешь сказать... что я могу...

Луна улыбнулась.

— Да. Все аликорны могут управлять магией грёз, включая тебя.

Юная принцесса нахмурилась, прежняя радость быстро померкла.

— Что? Но... Но снохождение же твой особый талант! Так ведь?

— Ночь — это мой талант, — уточнила Луна. — Ночь и всё, что в неё входит, включая хождение по снам. И всё же, даже если это и мой талант, ты тоже можешь этому научиться.

Старшая принцесса улыбнулась.

— Твой талант же магия, во всех её формах, так? Я более чем уверена, что прояви ты свои обычные усердие и преданность делу, ты быстро всему научишься.

По правде говоря, Твайлайт всегда интересовало хождение по снам и, более того, сама природа работы снов. Принцесса ночи как-то давно ей объясняла всё это, и идея применить знания на практике была просто потрясающей.

— Ты научишь меня, после того, как мы тебя освободим?

Луна несколько мгновений смотрела на неё, а затем улыбнулась.

— Кажется глупо ждать до той поры, если мы можем начать прямо сейчас.

Юная принцесса воздела бровь.

— Сейчас?

Луна снова повернулась к горизонту.

— Ищи разлом грёз, Твайлайт Спаркл.

Юная аликорн нахмурилась и проследила за взглядом аликорна ночи... разлом? По правде говоря, это вообще ни о чём не говорит! Что есть разлом в контексте сновидений? Уж наверняка он отличается от настоящего?

— Я ничего не вижу, — произнесла юная принцесса, прищурившись и вглядываясь вдаль. — Всё выглядит как обы... Погоди...

И тут она заметила его. Или скорее, почувствовала.

Вдалеке, возле рощи на другой стороне озера, что-то зацепило взгляд Твайлайт. Казалось бы, ничем не примечательная группа деревьев, которые как будто чем-то отличались от других, но в то же время не отличались. Имело ли это вообще смысл?

— Эти деревья... — произнесла она, и Луна одобрительно хмыкнула.

Твайлайт шагнула вперёд, заворожённая этими странными деревьями, которые, казалось, подрагивали, тем больше, чем дольше она смотрела, неосознанно её рог начал светиться. Ещё один шаг, другой, третий, пятый, всё ближе и ближе, пока деревья не сместились, обратившись в полупрозрачную дверь.

— Ты чего, забыла про озеро?

Вздрогнув, Твайлайт опустила голову и обнаружила, что на неё снизу вверх смотрит Пинки, из того самого озера, по которому только что прошла принцесса. С испуганным визгом Твайлайт провалилась в воду, спустя мгновение вынырнув с судорожными вздохами и большим замешательством.

— Ну разве не весело? — рассмеялась земнопони, плескаясь около аликорна. — Во сне только то, что ты видишь и о чём думаешь, настоящее. Даже я была не настоящей, пока ты на меня не посмотрела! Ну или была бы не настоящей, если бы была не настоящей, но настоящая я тут. Вот только...

Пинки в ужасе ахнула.

— А что, если я — не настоящая я?! — она повернулась к принцессе ночи вдалеке. — Принцесса Луна! Я — настоящая я?!

И когда в ответ принцесса потёрла свою многострадальную голову с тяжёлым вздохом, земнопони повернулась к Твайлайт с улыбкой.

— Я — настоящая я!

— Ага.

Пинки посмотрела на горизонт.

— Итак, чего ты искала?

— Искала? — молодая принцесса посмотрела вокруг и вновь увидела искажение. — Вон ту дверь.

— Какую дверь? — склонив голову набок, спросила земнопони. — Две... А-А-А! Ты имеешь в виду двери грёз! Я тоже могу их видеть, но если только принцесса Луна разрешает.

Значит правда, лишь аликорны могут заниматься снохождением...

Преисполнившись решимости, Твайлайт поплыла вперёд, Пинки прямо за ней, в конце концов они достигли берега и подтрусили к двери. Но как только они подошли к точке назначения, ничего не изменилось, никаких дрожаний, никаких изменений форм. Просто дверь, нематериальная, почти прозрачная, словно призрак, копыто аликорна прошло насквозь, когда она попыталась, ну, хоть что-нибудь с ней сделать.

— Ты и вправду одарена в магии, Твайлайт Спаркл, — произнесла Луна, оказавшись рядом с подругами. — Даже моя сестра в первые попытки не смогла разглядеть разлом.

— Это не разлом, — отметила Твайлайт, нахмурившись. — Это дверь! Ну. Эм-м. Выглядит как дверь.

Луна мягко рассмеялась.

— Это волшебный разлом, тропинка между снами. Мы осознаём их в виде, что наиболее ассоциируется у нас со входом и выходом, — она кивнула на дверь. — Вот вход в твои грёзы.

Молодая принцесса ещё раз провела копытом сквозь призрачную дверь, пытаясь не обращать внимание на ужасающие ассоциации.

— Но как же его открыть?

— Со временем и тренировками.

— И-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-или, — хихикая, вмешалась Пинки, — ты могла бы просто показать нам прямо сейчас, и нам не потребуется время на тренировки, глупышка Лулу!

Принцесса ночи воздела бровь, но ничего не сказала. Вместо слов из её рога вырвался импульс магии, и дверь перед младшей принцессой наконец материализовалась в деревянную синюю дверь с кьютимаркой Твайлайт.

— Ну давай! — воскликнула земнопони, толкая Твайлайт поближе к двери. — Открывай! Открывай!

Принцесса сделала как было велено, подошла к двери и выглянула наружу. По ту сторону она обнаружила то, что казалось бесконечным голубым пространством, в котором не было ничего, кроме плавающих повсюду белых шаров. Ни земли, ни пола, ничего на что можно было бы наступить, но вместо вопроса о том, как всё-таки войти в эту комнату, её разум обожгла более важная мысль.

Она уже была здесь, в тот день, который она постоянно прокручивает в сознании.

Это было то самое место, где она возвысилась до аликорна, после того как обманула Дискорда.

От осознания этого Твайлайт сразу попятилась, и её крылья внезапно налились тяжестью, стали словно чужими.

— Это место...

Стоило ей заговорить, шары запульсировали магией, и перед ней материализовалась белая дорожка, манящая, напоминающая о всех тех ужасных эмоциях, что она испытала в прошлый раз. Самозванка, лживая и недостойная, проклятое чувство вины, что мучило из раза в раз.

— Принцесса Твайлайт? — спросила Пинки, тыкая аликорна в бок. — Чегось ты ждё...

— Твайлайт, — перебила Луна, чей тон ясно говорил о том, что она в точности знала, какие мысли толкутся в голове юного аликорна. — Не зацикливайся на том, что давно прошло.

Точно.

Отбросив остатки беспокойства, Твайлайт шагнула на тропинку, следом ступили и Пинки с принцессой. Как только они прошли чуть глубже, шары снова запульсировали, и дорожка всё росла и росла, пока на всём пространстве не появился белый пол, по которому можно было идти.

— Это царство магии, — объясняла принцесса грёз. — Многие расы связаны с ним, но только аликорны могут его изменять.

— Даже Дискорд не может? — спросила Твайлайт.

Луна покачала головой.

— Даже он. Не берусь судить о природе его магии, но исходит она не отсюда.

Дверь за ними закрылась, присмотревшись, младшая принцесса разглядела вдалеке ещё пару призрачных дверей, но... её удивил тот факт, что их было очень мало, пока она не вспомнила очень важную деталь.

— Эти двери... Они все из Холлоу Шейдс?

— У, здесь есть двери?! — спросил чей-то тоненький голосок, и Твайлайт, обернувшись, увидела маленькую кобылку Пинки, сидящую на спине Луны, копытом похлопывающую её по шее. — Покажи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и!

Рог ночной принцессы засветился, и вместе со свечением возник ещё один импульс магии, после чего двери вдалеке материализовались, и всё царство в целом изменилось, став на несколько оттенков темнее. Двери же в противовес стали светлее, что позволило Твайлайт различить на некоторых из них кьютимарки.

— Тысячу лет назад я смогла бы показать тысячу тысяч дверей, — произнесла Луна, ведя Пинки и Твайлайт глубже в царство. — Но как я и сказала, Дискорд ограничил моё воздействие.

Шестерёнки в голове младшей принцессы закрутились. Да, дверей было гораздо меньше, чем пони, которых она видела гуляющими по деревне.

— Точно. И поэтому ты можешь попасть только во сны жеребят, — вслух озвучила свои мысли Твайлайт, осматривая ближайшую дверь с кьютимаркой. — Потому что все взрослые под воздействием магии хаоса.

Она перешла к следующей двери, а мысли только набирали обороты.

— И влияние магии хаоса вмешивается в естественную врождённую магию пони, нарушая их связь с царством грёз.

Луна улыбнулась, и это чем-то напомнило Твайлайт о том, как улыбалась Селестия после того, как её юная ученица проходила очередной сложный тест.

— Но...

Твайлайт повернулась к двери и коснулась её копытом.

Что питает магию хаоса? Что держит принцессу в заточении?

Действительно это лишь Холлоу Шейдс и его обитатели, как в случае с Вечнодиким лесом? Или же... это как в случае с библиотекой, где той, что питала магию хаоса, была...

Погодите.

— Луна, — спросила Твайлайт, — а ты помнишь "Празднование зимней луны?"

Ночная принцесса тут же напряглась.

— Зачем ты спрашиваешь?

— Ну... Ты же знаешь, что нам удалось связаться с принцессой Селестией? Она упоминала это название в одном из своих писем.

— Упоминала? — переспросила Луна с горькой ухмылкой. — Её первый ответ за тысячу лет, и это то, что она решила написать? Очень на неё похоже.

Твайлайт продолжала безотрывно смотреть на принцессу ночи, и она нахмурилась.

— Ну и что? Зачем она это написала?

— Я надеялась, что ты сможешь ответить мне. Это правда, что ты его отменила?

Луна вздохнула.

— "Зимнее празднование полной луны" должно было приравниваться к "Дню летнего солнцестояния", — ровным голосом ответила она. — Я отменила его, когда стало очевидно, что пони не относятся к нему так же, как к празднику моей сестры, вот и всё.

"Даже в такой день, мой самый яркий свет — лишь отражение твоего".

Младшая принцесса сглотнула. Даже по прошествии тысячи лет она помнила, как Луна... обиделась на всеобщую любовь пони к её сестре, в отличие от неё. Если чувство вины веками держало Твайлайт в библиотеке... могло ли...

— Эм-м...

Она повернулась к принцессе ночи и задала весьма деликатный вопрос.

— Принцесса, — заговорила Твайлайт, стараясь как можно более аккуратно выбирать слова, пытаясь составить предложение так, как в итоге прозвучало, — а ты уверена, что вообще пыталась выбраться из пещеры?

Луна уставилась на неё, а позади Пинки Пай, уже обычного размера, резким движением копыта как будто перечеркнула собственную шею.

Молодая принцесса нервно улыбнулась.

— Не очень прозвучало, да?

— Да.

— Ага. Ладно. Хорошо, — Твайлайт прочистила горло, наконец осознав, каково было Рэрити, когда она столкнулась со множеством сложных... сложностей в разуме запертой в библиотеке принцессы. — Я хотела сказать... ну, дело в том, что... я просто... Дискорд вроде как использовал мою собственную вину, чтобы питать барьер? Так что я подумала... Ну, учитывая, что принцесса Селестия сказала... я хотела бы знать наверня-я-я-ка, чт...

— Твайлайт Спаркл, я заточена здесь, — перебила её Луна, — из-за магии хаоса, питаемой теми, кто в меня не верит. Вот источник моего состояния, а вовсе не зависть к сестре или кому-либо ещё. Если пони хотят обожать её, это их право.

— Хм-м.

Хотя у младшей принцессы остались сомнения на этот счёт, она решила отложить их на более позднее время, когда у неё с Рэрити получится обсудить более действенный подход.

А пока ей нужно сосредоточиться на том, как уменьшить влияние магии хаоса на пони, а не бороться с источником её силы, по крайней мере предполагаемым.

Шары вокруг вновь засияли, и Твайлайт слегка попятилась, а Пинки запрыгала на месте.

— О-о-о-о, интересненько, кто это там!

— Кто? — спросила юная принцесса, поворачиваясь к друзьям. — Что ты имеешь в виду под кт...

Вспышка магии, исходящая от сфер, прервала её, и в нескольких метрах от неё начала материализоваться новая дверь. Твайлайт зачарованно наблюдала за происходящим и подошла чуть ближе, а затем почувствовала, как её сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда дверь внезапно материализовалась, и на ней обнаружилась знакомая кьютимарка с тремя бриллиантами.

— Рэрити! — воскликнула Твайлайт, её голос звучал возбуждённее, чем у кобылки, открывающей подарок на день согревающего очага. — Это её сны?

Когда Луна кивнула, глаза младшей принцессы чуть-ли не заискрились от предвкушения. Вопросы заполнили её разум, порождаемые как любопытством, так и желанием узнать Рэрити ещё лучше.

Не обращая внимания на внезапный вскрик Пинки, Твайлайт бросилась вперёд, уже составляя в уме список как минимум из пятидесяти вопросов, на которые она попытается найти ответы во снах единорожки. Однако не успела она и копытом коснуться двери, как голубая магия окутала её и понесла прочь, вызвав у аликорна возглас удивления.

— Но принцесса Луна! — запротестовала она, когда принцесса ночи поставила её на то место, с которого она стартовала.

— У тебя нет её дозволения.

Твайлайт удивлённо моргнула.

— Дозволения?

— Сны — это место, где страхи и желания обретают жизнь, Твайлайт. Сны — это самое сокровенное место, что у нас есть. Снохождение — это не просто способность путешествовать по снам. Это также понимание всей важности и ответственности сего действа, тем более, если ты лично знакома со спящим.

— От-ответственность?

— Агась! — воскликнула Пинки. — Представь, что у тебя есть секрет, о котором ты со-о-о-овсем не хотела, чтобы кто-то узнал, а затем, бац, и твой друг внезапно приходит и смотрит, даже слова тебе не сказав!

— Ох, — произнесла Твайлайт, и её ушки опустились.

— А что, если этому другу снятся сны о тебе? — спросила Луна. — Что, если ему снится кошмар, где кошмар — это ты? Ты уверена, что была бы рада увидеть такое? Готова ли ты увидеть такое?

И теперь младшая принцесса поняла.

— Это и есть истинная опасность снохождения, — продолжала Луна. — Мы входим во сны не для того, чтобы остановить кошмары, а для того, чтобы помочь спящему понять и преодолеть страхи, даже если мы сами и являемся источником этих страхов.

Принцесса ночи посмотрела на двери вокруг.

— Сноходец должен отбросить свои личные эмоции и переживания, как только переступает порог этого мира. Мы не можем испрашивать разрешения у всех существ этого мира, но до поры, пока сноходец может оставить позади то, чем он является, как минимум мы должны получить разрешение от тех, кого мы знаем, — она повернулась к Пинки и нахмурилась. — Важное правило, и я до крайности удивлена, что ты решила им пренебречь, малышка.

Земнопони тут же навострила ушки.

— Я? Но я не прене... — её глаза метнулись к Твайлайт, и она нервно улыбнулась. — Но! Но это же совсем другое! Принцесса Твайлайт же...

— Отсутствию согласия нет никаких оправданий, — заключила Луна.

Пинки опустила голову.

— Знаю... — земнопони с довольно-таки жалким видом повернулась к младшей принцессе. — Прости меня, принцесса Твайлайт. Я не хотела входить в твои сны без спросу. Ну, точнее, хотела, но только потому, что хотела быть с тобой, а не потому, что хотела узнать твои секреты, не потому, что у тебя есть какие-то секреты, но если бы были, я бы не хотела...

— Всё в порядке, Пинки, — неловко ответила принцесса. — Спасибо, что извинилась.

— Твайлайт, — внезапно окликнула её Луна, указывая на что-то вдалеке.

Младшая принцесса проследила за её взглядом, пока не заметила дверь, что меняла цвета, становясь то белой, то чёрной.

— Что с ней не так? — взволнованно спросила она.

— Кошмар, — коротко ответила Луна, направляясь к разлому, Пинки и Твайлайт не отставали.

Когда они наконец прибыли к двери, принцесса ночи приложила копыто к пустой деревянной поверхности.

— Чья это?! — спросила Пинки, чуть ли не запрыгнув на Луну.

— Младая кобылка по имени Строберри Браш, — ответила принцесса, и её рог запульсировал магией.

Мгновение спустя, прямо на глазах у Твайлайт, дверь сменила цвет в последний раз, после чего осталась белой.

— Теперь всё хорошо.

Младшая принцесса удивлённо наклонила голову.

— Что? Но ты же не вошла в её сон?

— Не каждый кошмар нуждается в моём полном присутствии, — объяснила Луна. — Особенно те, что являются юным кобылкам, что не слушали своих матерей и съели на ночь какое-то невероятное количество сладкого.

Твайлайт кивнула. В этом был смысл. Пони было столь много, что личное погружение в сон каждого заняло бы больше времени, чем длится ночь.

— Ты научишься этому, — продолжала Луна, и вдруг её лицо помрачнело, — когда возьмёшь на себя мои обязанности.

Твайлайт повернулась к ней.

— Возьму на себя твои обязанности?

— Что?! Нет! — ахнула Пинки, спрыгивая с принцессы и попеременно топая передними копытами. — Принцесса Луна! Ты говорила, что перестанешь говорить такое! Я всё расскажу Рэрити!

— Вот уже тысячу лет пони Эквестрии вынуждены сами справляться с кошмарами, — сурово произнесла ночная принцесса, не обращая внимания на недовольные вздохи земнопони. — Мой долг — направлять и беречь их, даже если это означает подготовить преемника.

Несколько мгновений тишины показались вечностью, Твайлайт думала о том, что сказала принцесса.

— Что? — наконец воскликнула она, немного пятясь, чувствуя, как в горле собрался комок. — Нет! Тебе не нужен преемник! Мы освободим тебя!

— Моя свобода, Твайлайт Спаркл, это лишь надежды и мечты. Мечты, которые могут сбыться, а могут и нет, а пони, что страдают от кошмаров, самые настоящие.

— Н-но почему я? — в ужасе от перспективы снова получить непосильную ответственность спросила младшая принцесса. — Я не хочу брать на себя твои обязанности! Ты оказалась в ловушке как раз из-за того, что вы все мне доверились!

— Принцесса Твайлайт! — задыхаясь от возмущения, воскликнула Пинки, вновь топая копытом. — Это неправда! Хватит уже! Я и про тебя Рэрити расскажу!

— Но это правда! — запротестовала юная принцесса. — Луна должна заниматься всем этим, не я!

— Твайлайт Спаркл, — заговорила ночная принцесса, и её резкий тон заставил младшего аликорна замолчать. — Ты права. Мой долг, как принцессы Эквестрии, защищать пони, но это относится и к тебе.

— Но я никогда не хотела быть принцессой Эквестрии! — вспылила Твайлайт, широко раскрыв крылья.

Снова опустилась тишина, и выражение лица Луны смягчилось.

— Тюрьмы не всегда материальны, не так ли, Твайлайт Спаркл?

Младшая принцесса не знала, что на это ответить, и это само по себе было красноречивым ответом.

Сейчас, больше, чем когда либо, она хотела, чтобы Рэрити была здесь, рядом. Она бы знала, что сказать или сделать, ну или по крайней мере смогла бы утешить Твайлайт.

Но её здесь не было.

Тоскуя по своей второй половинке, младшая принцесса посмотрела в сторону двери Рэрити, надеясь почерпнуть хоть немного храбрости от одного только её вида, но вместо этого увидела нечто, что только ухудшило её моральное состояние.

Там, вдалеке, дверь Рэрити начала менять цвет из чёрного в белый, и Твайлайт внезапно и странно ощутила себя ответственной за это, как будто её вспышка гнева потревожила сон возлюбленной.

Принцесса Луна тоже обратила внимание на дверь и молча направилась к ней, очевидно, отложив решение вопроса. Пинки и Твайлайт потрусили следом, но лёгкое облегчение второй от того, что кошмар Рэрити скоро кончится, тут же исчезло, как случилось что-то новое.

Раздался громкий треск, и на двери единорожки появилась большая трещина.

— Что случилось? — с беспокойством спросила Твайлайт. — Что с её дверью?!

— Кошмар усиливается, — нахмурившись, ответила Луна. — Давно уже у неё не было столь сильных кошмаров.

Как и в случае с дверью кобылки, ночная принцесса положила копыто на её поверхность. Твайлайт и Пинки затаив дыхание наблюдали и ждали, ждали и наблюдали, пока выражение лица Луны не посуровело.

— Что там? — надавила младшая принцесса, с трудом борясь с желанием ворваться в сон. — Что с ней?

Взгляд Луны на мгновение метнулся от двери к Твайлайт, после чего вернулся обратно.

— Всё будет хорошо, но потребуется мое личное вмешательство, — ночная принцесса убрала от двери копыто, отступила от разлома и повернулась к Твайлайт. — Ты обдумаешь моё предложение, Твайлайт Спаркл? Я не жду ответа прямо сейчас, но прошу подумать над моей просьбой.

Пинки заныла.

— Принцесса Луна-а-а...

Но та не отреагировала. Твайлайт знала, принцесса ждала ответа на вопрос.

— Да, — наконец ответила младшая принцесса с такой же тяжестью на сердце, как и в момент, когда Селестия дала ей крылья. — Я обдумаю твоё предложение.

Луна кивнула и вспышкой магии приоткрыла дверь Рэрити. В просвет Твайлайт разглядела незнакомый город, заполненный пони, и на неё тут же нахлынуло эгоистичное облегчение от того факта, что это не она послужила причиной кошмара возлюбленной.

— Я не могу пойти с тобой? — спросила она, заранее зная ответ.

— Нет, — ответила Луна, после чего улыбнулась и зажгла рог. — Но я точно знаю, что она оценит объятия.

Её магия запульсировала, и в тот же миг младшая принцесса увидела, как мир вокруг неё исчезает, а голос Луны как будто становится всё дальше и дальше, разносясь эхом в воздухе.

— Спокойной ночи, Твайлайт Спаркл.

И, вздрогнув, принцесса проснулась.

Она села на кровати, потирая глаза и пытаясь осмыслить произошедшее. Само содержание сна начало тускнеть и растворяться, но последняя просьба Луны осталась чёткой.

Просьба взять ответственность, которую она не хотела.

Тихий стон привлёк внимание Твайлайт и, обернувшись, она увидела, что Рэрити спит рядом с ней, её лицо было искажено хмурой гримасой, и принцесса осознала, что в какой-то момент её перенесли в спальню единорожки.

Ещё один стон сорвался с губ возлюбленной, а Твайлайт всё думала, что делать. Инстинкты требовали, чтобы она как можно быстрее её разбудила, а обрывочные воспоминания о сне требовали доверить Луне позаботиться о том, что мучило единорожку.

Так что принцесса решила просто лечь на кровать и ждать.

Казалось, прошли часы, ждать с каждым мигом становилось всё тяжелее и тяжелее, из-за того, что Рэрити постоянно ворочалась с боку на бок, но терпение Твайлайт оказалось вознаграждено, когда глаза возлюбленной распахнулись.

— Твайлайт? — сонно спросила единорожка. — Почему ты не спишь?

— У тебя был кошмар.

Зевок сорвался с губ Рэрити.

— Ох, звёзды, неужели? Я тебя разбудила?

Принцесса быстро помотала головой и подалась вперёд, чтобы потереться о возлюбленную носом. Единорожка что-то благодарно промурлыкала в ответ и прижалась к Твайлайт, а та, в свою очередь, окутала её крыльями.

— О чём был твой кошмар?

— Инкредентия и Пинки случайно подожгли бутик.

— Он точно был не об этом, — произнесла принцесса, слишком поздно осознав, что сболтнула лишнего. — Хотя, может, и был. Просто в это как-то слабо верится.

Рэрити рассмеялась.

— Если бы ты видела, как готовит Инкредентия, то не сомневалась бы, уверяю тебя, — она снова зевнула. — Как бы то ни было, у меня есть идеальная пони с надёжными копытами, что будет оберегать меня от кошмаров, м?

Твайлайт улыбнулась, крепче обнимая единорожку. В таком положении они замерли на долгие минуты, их дыхание смешивалось, а мысли принцессы блуждали в голове. Слова Луны всё ещё звучали в памяти, и то, что неизбежная свобода ночной принцессы оказалась не фактом, а лишь искренними мечтами.

"Мой долг, как принцессы Эквестрии, защищать наших пони, но это относится и к тебе".

— Рэрити, — спросила Твайлайт. — А если бы я могла ходить по снам, ты же пустила бы меня в свои?

— Ах... Принцесса Луна попросила тебя заменить её? И что ты ей ответила?

Аликорн кивнула.

— Я... я сказала ей, что мне нужно время обдумать это решение.

Единорожка зевнула в четвёртый и последний раз.

— Ну, дорогуша, такими темпами, с которыми мы продвигаемся к победе над магией хаоса, время — это всё что у нас есть, — сонно пробормотала она и через несколько мгновений заснула, оставив Твайлайт раздумывать, специально она уклонилась от ответа на вопрос или нет.

## — Глава 10 — Единение РэриЛайт

[Изображение: https://i.imgur.com/qycH1zb.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/B5jZ7lp.png]

— Я слабо себе это представляю, — произнёс Норт на ходу. — Чужие мысли в моей собственной голове.

— Признаю, концепция для понимания не самая простая. Не каждому пони понравится разделить свой разум целиком и полностью, особенно когда у одного из пары безудержно витают в мыслях не самые приятные образы.

— И что же ты сделала? — спросил жеребец, возвращая беседу в прежнее русло.

— Колебалась, поначалу.

— Ожидаемо, учитывая, что ты рассказала мне, — согласился Норт, разглядывая сияющее ожерелье на шее Рэрити. — И каково это было?

— Опьяняюще, — сразу же ответила единорожка, закрывая глаза, несомненно заново переживая этот момент. — Было похоже на то, как будто я снова вернулась домой после ужасно долгой поездки.

* * *

Ранним утром, через несколько дней после того, как она начала жить в Холлоу Шейдс, принцесса Твайлайт Спаркл задумалась о своём долгом и довольно-таки навязчивом прошлом.

Она думала об инциденте, когда Стар и Свирл погасли, погрузив библиотеку во тьму на добрые пять часов и не оставив ничего, кроме её собственного и голоса единорожки, с которой она подружилась всего пару месяцев назад.

— Вот на что это похоже, — озвучила свои мысли принцесса в приступе спонтанной и незапланированной искренности во время наказания, от которого, как тогда она думала, спасения нет. — Чувство, словно я вижу не свет, а только лишь тьму.

Через несколько недель после произошедшего, в тот день, когда Рэрити не пришла в библиотеку навестить одинокую пони, Стар и Свирл снова перестали работать из-за небольшого просчёта со стороны Твайлайт. Однако то, что она ясно запомнила, это не чувство раздражения от такой глупой ошибки, а удивление, когда во внезапной темноте светящееся ожерелье без устали боролось с окружающей его тьмой.

Принцесса ясно помнила чувство сильной привязанности к единорожке, которое затопило её в тот момент, наряду с обжигающим осознанием того, что теперь она бьётся с тьмой не в одиночку.

— Принцесса Твайлайт?

Вырванная из собственных мыслей, она оторвала взгляд от ожерелья на кухонном столе и, обернувшись, обнаружила Инкредентию, стоящую в дверях и смаргивающую сон с глаз.

— О, доброе утро, Инкредентия, — поздоровалась принцесса, с некоторым удивлением наблюдая, как чейнджлинг вошла на кухню. Обычно она просыпалась около семи, а сейчас было только шесть. — Ты сегодня рано.

— А ты уже с утра пораньше думаешь всякие вкусности о нашем боссе.

Твайлайт не смогла решить, была ли Инки, подпитывающаяся её эмоциями, пугающей или захватывающей.

— Хм...

Та ухмыльнулась принцессе, явно наслаждаясь её смущением.

— Итак, ты сегодня тоже, кажется, рано? — продолжила Инкредентия. — Всё ещё пытаешься решить, принимать ли предложение принцессы Луны?

Твайлайт сдержала резкий вдох.

— Нет, — ответила она, чувствуя лёгкую вину из-за своей нерешительности, зная, что ночной принцессе хочется скорее услышать согласие. Казалось, настойчивость Луны в этом вопросе была много сильнее, чем все остальные обрывки воспоминаний, которые младшая принцесса записывала в дневник сновидений по пробуждению.

Стремясь увести разговор подальше от неудобной темы, Твайлайт сосредоточилась на своём урчащем животе и перевела разговор с грацией, приличествующей её высокому титулу.

— Ты снова приготовишь завтрак?

— Ага! И поскольку Свити ночует с нами, сегодня я испеку блинчики со взбитыми сливками и ягодами, — ответила чейнджлинг, подхватывая новую тему разговора. — Ей понадобятся все силы, чтобы помочь нам подготовиться к сегодняшнему вечеру.

От этих слов принцесса оживилась.

— О! У тебя же сегодня какое-то мероприятие?

— Агась, все кобылки и жеребчики придут за историями и кексами, — ответила Инки, доставая из холодильника все нужные для блинчиков  ингредиенты. — Откроемся сегодня пораньше, чтобы скомпенсировать ваше с боссом отсутствие и что вы нам не поможете.

— Не поможем? — спросила Твайлайт. — Почему?

— Увидишь, — с озорной улыбкой ответила чейнджлинг, высунув язык. — Увидишь.

— Даже не знаю, что и думать, — произнесла принцесса. Да, она жила с ними всего неделю, но недели было более чем достаточно, чтобы научиться с подозрением относиться к проделкам Пинки и Инкредентии.

— Тогда помоги мне с завтраком, а там, глядишь, в процессе и разберёшься.

Твайлайт последовала совету, пытаясь отвлечься от тревог о будущем и вместо этого сосредоточиться на вкусной еде, которой вскоре можно будет слегка перекусить.

Было уже почти восемь утра, как раз в тот момент, когда принцесса добивала свою шестую порцию блинчиков, дверь на кухню распахнулась, и Пинки, как и каждое утро, вошла на кухню, но ничего не сказала и ничего не сделала.

Ни доброго утра, ни какого-либо другого приветствия, ничего такого.

Ещё неделю назад Твайлайт спросила бы, что случилось, но за это время научилась не вмешиваться.

Наконец, через несколько минут, без каких-либо видимых подсказок, земнопони подняла копыто, предлагая принцессе и Инки заткнуть уши. Качая копытом из стороны в сторону, Пинки отмечала ход одной, двух, трёх секунд, после чего раздался ужасающий перепуганный визг Рэрити, эхом разнёсшийся по бутику.

— В смысле уже восемь?!

— До-о-о-оброе утро, пони! — поздоровалась Пинки, не спеша занимаясь делами по кухне, в то время как растрёпанная единорожка носилась по комнате, выкрикивая всевозможные замечания, включающие, но не исключающие: почему её никто не разбудил, почему все так медленно завтракают, почему Твайлайт съела шесть порций, каким образом за ночь здесь стало настолько грязно, почему Твайлайт накладывает себе седьмую порцию, почему всем всё равно, она заслуженно повысила себе оклад, но вообще она уже пакует чемоданы и уезжает из этого дурдома обратно в Понивилль, и так далее, и тому подобное, в течении получаса, во что принцесса уже тоже научилась не встревать.

Когда Рэрити умчалась в кабинет собирать вещи, сонная Свити Белль притащилась на кухню, потирая глаза копытом.

— Кажется, теперь я вспомнила, почему перестала навещать её по выходным, — пожаловалась она, усаживаясь рядом с Твайлайт и бормоча благодарность, когда Инки поставила перед ней небольшую стопку блинчиков.

— Ой, да Рэрити просто хочет, чтобы мы все были на копытах ни свет, ни заря! — хихикнула Пинки, выкладывая себе на завтрак добротный кусок торта и аппетитно выглядящий огромный молочный коктейль. — У нас на сегодня много дел!

— Да, это так, — раздался голос единорожки, как раз заходящей на кухню, держащей в поле телекинеза контрольный список.

— Я думала, ты уезжаешь в Понивилль? — с ухмылкой, мгновенно превратившейся в широкую улыбку, когда её возлюбленная бросила на неё неодобрительный взгляд, спросила принцесса.

— Твайлайт Спаркл, я действительно сошла с ума, или ты издеваешься надо мной?

— Кто? Рэрити, да я никогда, — с невинной улыбкой ответила принцесса, не сдержав смех, когда единорожка драматично закатила глаза.

— Глупышки! — прочавкала Пинки, дожёвывая кусок торта. — Сейчас не время для флирта!

— Что? — обернувшись, спросила чейнджлинг, на мгновение перестав заниматься очередной порцией блинчиков для Твайлайт. — Нет, самое время! Зачем ты их остановила? Нет ничего дурного во флирте. Пусть флиртуют!

Рэрити прочистила горло.

— Инкредентия, как бы сильно я тебя ни любила и знала твою ситуацию, я искренне надеюсь, что ты понимаешь, насколько иногда ты... ну... жутковатая.

— Прости, босс, — пробормотала чейнджлинг, поворачиваясь обратно к плите и ковыряя лопаткой блинчики. — Я не виновата, что твоя любовь такая вкусная...

— Как бы то ни было, — перебила единорожка, меняя тему, — нам следует начать пораньше, если мы хотим подготовиться к сегодняшнему вечеру. У нас много дел.

Она повернулась к сестре и вздохнула.

— Извини, дорогуша. Я знаю, что ты хотела бы провести время с Твайлайт, но твой визит оказался довольно несвоевременным.

— Неправда, — с хитрой улыбкой и ртом, полным блинчиков, ответила Свити. — Пинки попросила меня помочь.

Брови Рэрити приподнялись от этих слов.

— И ты согласилась? Променяла время с меткоискателями на рабский труд в "Стране Грёз" на всю неделю? — она повернулась к Пинки. — Сколько ты ей заплатила?

— Эй! — возмутилась Свити.

— Рэрити, я ей не плачу! — быстро ответила земнопони. — Я просто сказала ей, что нам понадобятся две пары дополнительных копыт, так как вас с принцессой Твайлайт не будет рядом, чтобы помочь.

Единорожка смягчилась.

— Ох, полагаю, это имеет смыс... — она замолкла на полуслове и приподняла бровь, глядя на розовую пони. — Не будет рядом, чтобы помочь?

— Я бы хотела помочь, — вмешалась Твайлайт, сильно желая стать частью маленькой семьи, живущей в “Стране Грёз”.

— И поможешь! — широко улыбаясь, произнесла Пинки. — Вам двоим следует позаботиться кое о чём СУПЕР-ДУПЕР-ЛУПЕР важном, правда, Свити?

Кобылка с энтузиазмом закивала, хихикая, что выглядело при этом не слишком привлекательно, учитывая разлетающиеся во все стороны взбитые сливки.

— Ну, пока звучит не очень страшно, — произнесла Рэрити, левитируя салфетку и тщательно вытирая мордочку сестры. — И что, скажи на милость, это за "супер-дупер-лупер" важное дело, которым мне с Твайлайт следует заняться?

— А вы обещаете не телепортироваться? — спросила Пинки.

— Д-да? — ответила принцесса, и её слова прозвучали куда уверенней, чем прозвучавшее со стороны Рэрити:

— Да, но с нарастающим подозрением, наполненным ужасом.

— Оки-доки! Айда за мной!

Обменявшись обеспокоенными взглядами, Твайлайт и Рэрити последовали за земнопони в вестибюль и вышли из бутика. Оказавшись снаружи и не найдя ничего, на что следовало бы обратить внимание, подруги повернулись к Пинки.

— Э-эм, и о каком важном деле здесь следует позаботиться? — спросила принцесса, но прежде чем она получила ответ, Пинки бросилась обратно в "Страну Грёз".

— ДРУГ О ДРУГЕ! — крикнула земнопони, захлопывая за собой дверь и показательно громко лязгнув засовом.

— Пинки! — воскликнула единорожка, сначала подёргав дверь, а затем постучав в неё, когда та отказалась открываться. — Она что, действительно только что заперла нас снаружи?

Твайлайт не сдержала улыбку.

— Это объясняет, почему она попросила нас не телепортироваться.

Рэрити, однако, восприняла ситуацию менее радостно и начала стучать в дверь с ещё большей настойчивостью.

— Пинки Пай! Сию же секунду открой эту дверь! Что на тебя нашло?

— А-а-а-ай, да ладно тебе! — раздался приглушённый ответ розовой пони. — Мы просто хотим, чтобы вы с Твайлайт повеселились! Ты всегда суетишься, поэтому мы решили устроить тебе сюрпризное свида...

Её реплика оказалась прервана звуком телепортации единорожки, которая оставила принцессу в одиночестве глазеть на дверь, из-за которой раздалось:

— Эй! Ты же обещала!

— Пинки, это просто смешно! У меня много работы, а "Страна Грёз" должна быть готова к сегодняшней но.. Пинки Пай!

Двери в бутик снова распахнулись, и два розовых копыта мощным толчком выставили Рэрити из бутика, да так быстро, что единорожка споткнулась и рухнула бы на землю, не подхвати её принцесса при помощи магии. Позади Пинки повесила табличку "закрыто", вновь захлопнула двери и задвинула засов.

Единорожка прочистила горло.

— Что ж.

— Рэрити? — набравшись храбрости, позвала Твайлайт, хотя бы потому, что реакция на неожиданное свидание была не самой обнадёживающей. — Разве ты не хочешь пойти со мной на свидание?

Раздражение единорожки мгновенно улетучилось.

— Дорогуша, я... я хочу сказать что, конечно, хочу, но... — она беспомощно махнула копытом в сторону бутика.

— Рэрити, они справятся, — произнесла принцесса, чтобы утешить единорожку, а вовсе не убедить её согласиться на неожиданное свидание. — Ты им не доверяешь?

— Доверяю! Но... — она облизнулась, явно испытывая дискомфорт, не зная, как выразить свои мысли, нервно поигрывая копытом со своим ожерельем. — Ты должна понимать, что я не могу просто так взять и отказаться от своих обязанностей, особенно теперь, когда ты снова со мной. "Страна грёз" — сейчас самое важное. Прости.

И Твайлайт прекрасно всё это понимала, несмотря на то, как сильно ей хотелось на это свидание. В конце концов, уж чего ей точно хотелось меньше всего, так это причинить возлюбленной неудобства. К тому же была ли эта Рэрити той самой Рэрити, которую она знала два года назад...

— Всё хорошо, — с улыбкой произнесла принцесса.

Ни больше ни меньше.

Единорожка же казалась удивлённой, словно ожидала возражений.

— Я. Ну. Да! Да, хорошо, я рада, что ты понимаешь, — наспех проговорила Рэрити, сделав ещё шаг к двери, после чего повернулась к аликорну. — Я, конечно, не хочу, чтобы ты подумала, будто ты мне не важна, дорогуша. Ты правда не возражаешь, чтобы мы отложили наше внезапное свидание?

Твайлайт, невинно улыбаясь, ответила:

— Конечно нет, Рэрити. Я понимаю, что ты хочешь сосредоточиться на “Стране Грёз”, и я более чем рада просто быть рядом с тобой и помогать, чем только смогу. Ты же уже говорила то же самое в Понивилле, так? Ну, что тебе нужно сосредоточиться на работе?

— Да. Да, говорила, — подхватила единорожка, сделав ещё шаг в сторону бутика и снова поворачиваясь к аликорну. — Ты точно уверена, что не возражаешь? Ты же говорила, что хотела бы прогуляться по городу?

— Рэрити, — приподняв бровь, произнесла Твайлайт. — Ты точно уверена, что не хочешь пойти?

— Что? Я? Нет! — замотала головой единорожка. — Мне нужно сосредоточиться на обязанностях, я просто волнуюсь о тебе, и всё.

Принцесса сдержала довольную улыбку.

— Верно. Ну, если тебе будет легче, ты можешь остаться здесь, а я попрошу твою сестру показать мне город, ага? — она слегка наклонила голову. — Если хочешь, можем так и сделать. Уверена, Свити согласится. И вообще, не думаю, что есть смысл откладывать, прямо сейчас и начнём.

Твайлайт уверенно направилась к двери.

— По...

— Погоди, нет, стой! — воскликнула Рэрити, прыгнув между входом в бутик и улыбающимся аликорном. — Я хотела показать тебе город! Откуда Свити знать, чт...

Она оборвала себя, одарив принцессу взглядом, похожим на смесь недоверия и кокетства.

— Ну и ну, принцесса Твайлайт Спаркл, ты играешь на моих чувствах как на скрипке.

Принцесса склонилась поближе к единорожке.

— Я, Рэрити? — с ухмылкой протянула она. — Да никогда в жизни.

Единорожка тоже прильнула, улыбнувшись в тон аликорну.

— О да, уверена, что ты бы так не поступила, — вздохнув, она отпрянула. — Ну хорошо, ты меня убедила.

— Убедила? Ты сама себя убедила.

Рэрити затрепетала ресницами.

— Давай считать это командной работой, — единорожка с примирительным смешком подняла копыто и нежно откинула чёлку Твайлайт. Казалось, она собиралась добавить что-то ещё, но передумала, прочистила горло и повернулась к двери. — Сейчас вернусь.

И с волшебным треском исчезла в "Стране Грёз".

— Э-э-э-эй!

— Ох, Дензы ради, Пинки, я просто забираю наши вещи! Правда!

Мгновение спустя дверь открылась, и из неё вышла единорожка с закреплёнными по бокам седельными сумками и плащом Твайлайт в магическом захвате. Закрыв за собой дверь, Рэрити немного неловко повернулась к принцессе и помогла ей облачиться в плащ.

— Итак, Твайлайт — промурлыкала единорожка, ощущение копыта, прижимающегося к ожерелью Твайлайт, вызвало табун мурашек, пронёсшийся по всему телу аликорна, — что у тебя на уме?

— Эм-м. Ну-у...

— Да-а-а-а-а-а-а?

Принцесса застенчиво улыбнулась.

— Что значит, играть на ком-то, как на скрипке?

Рэрити довольно рассмеялась.

— Ох, Твайлайт Спаркл. И что прикажешь с тобой делать?

Они направились к городскому рынку. Единорожка периодически что-то объясняла Твайлайт, в перерывах между осмотром прилавков. Нельзя было не заметить, что многие из них были оформлены в честь принцессы Луны.

— Я не понимаю, — произнесла Твайлайт, проходя мимо небольшой каменной скульптуры Луны, стоящей между прилавками, её основание было засыпано эквестрийскими и иностранными монетками. — Они же не верят в неё, но при этом почитают?

— Дорогуша, это традиция, — объяснила Рэрити. — Они делают это так давно, что уже не задаются вопросом, зачем. Думаю, они воспринимают всё это, скорее, как талисман, привлекающий удачу.

Единорожка улыбнулась.

— И безусловно помогает то, что туристы находят всё это милым и очаровательным, особенно плащи.

— А это ты их делаешь? — спросила принцесса, думая о том, в который была облачена сейчас. Вероятно, ей скоро придётся вернуть его владелице и купить себе такой же.

Единорожка фыркнула.

— Звёзды небесные, нет. Старенький Лезер Силк приказал бы старейшине Муншайн изгнать меня из города, посмей я составить ему конкуренцию. Однако он нанимал меня в помощь в особо "жаркие" деньки туристического сезона.

Твайлайт повернулась обратно к прилавкам, её взгляд тут же привлекла небольшая картина маслом, изображающая весьма неточные версии принцесс. Странно было видеть, как последствия её действий повлияли на современных эквестрийцев. Куклы, картины, книги и прочее, но в общем мотиве, сосредоточенном на почти полностью ложной сказке о потерянных четырёх принцессах.

— Фанатеете по принцессе Твайлайт?

Вышеназванная принцесса подняла взгляд от маленькой статуэтки "принцессы Твайлайт", которую они с Рэрити рассматривали, и обнаружила, что владелец лавочки пристально на них смотрит.

— О да, — невинно ответила единорожка, взмахнув хвостом, чтобы коснуться хвоста аликорна. — Рискну предположить, что я самая преданная её поклонница из всех.

Твайлайт игриво закатила глаза, ставя фигурку на место.

— Они очень, эм... интересные, — произнесла она, поднимая фигурку чёрного существа, как будто из слизи, с крыльями и лапами. — А это, я полагаю, Дух?

— Он самый! — воскликнул продавец, после чего указал на верхнюю часть прилавка. — А это охранные чары!

Ассортимент "чар" представлял собой целый набор ожерелий, на которых были вырезаны подвески всех форм и размеров.

— Видите ли, в них есть нечто совершенно особенное, — продолжал продавец. — Охранное заклинание, наложенное столетия назад! Не существует ни одного подобного заклинания!

— Согласна, — произнесла принцесса. — В основном потому, что на этих ожерельях нет никаких заклинаний.

Владелец магазина ахнул.

— Что?! Есть конечно! — запротестовал он. — Они были найдены спрятанными в кантерлотском замке, вместе с письмом от самой принцессы Твайлайт Спаркл, в котором говорилось, что она лично зачаровала их, чтобы отогнать Духа прочь!

— Да что ты.

— Ну и ну, как заботливо со стороны принцессы! — воскликнула Рэрити, прижав копыто к боку аликорну. — Ты не согласна, дорогуша?

— Тогда зачем их прятать, если они предназначены для защиты пони? — спросила принцесса.

Продавец вздохнул.

— Видите ли, мисс, несмотря на невероятные магические таланты принцессы... — он улыбнулся. — Ну, столько времени в одиночестве в библиотеке за чтением книг, и бедной душе совсем не с кем было поговорить, она немного того... умом тронулась.

— Она чт...

— Простите её, — быстро перебила единорожка, прежде чем Твайлайт смогла прочитать жеребцу лекцию о том, насколько пустой была его голова. — У неё просто, ну, скажем так, достаточно большое количество приземлённых мнений о мифе про четырёх принцесс.

— А, понимаю, — произнёс продавец, осмотрев Твайлайт с головы до копыт. — Ты одна их этих...

Глаза жеребца сузились:

— Из неверующих.

— Из кого?

— Ты ведь не веришь с легенду о четырёх принцессах? — он покачал головой, цокнув языком, будто сам верил в эту историю. — Вот из-за таких пони как ты бедные принцессы всё ещё заточены в ловушке!

— Определённо, — ответила принцесса. — Принцесса Твайлайт в ловушке из-за меня.

Рэрити хихикнула.

— Дорогая, ну, если так подумать, кое-кто может действительно сказать, что она оказалась в ловушке из-за тебя, — под пристальным взглядом аликорна единорожка прикусила губу. — Слишком рано?

— Немного, — Твайлайт повернулась обратно к владельцу магазинчика. — Сэр, эти ожерелья не зачарованы, и вам не стоит заявлять обратное.

— Но они правда зачарованы! Принцесса зачаровала их! — запротестовал тот, и аликорну пришлось признать хотя бы его необычайное упрямство. — Что бы подумала несчастная принцесса Твайлайт?

— Она бы указала на то, что ты наживаешься на беде принцесс.

Жеребец отмахнулся.

— Ей бы этого хотелось.

— Вообще, сэр, ей хотелось бы, чтобы...

— Твайлайт, смотри! — снова перебила единорожка, грубо не дав принцессе выразить своё мнение. Она указала на несколько подвесок, свисающих над ними, в частности на два очень знакомых полупрозрачных кристалла.

— Погоди, — произнесла она, невольно поднеся копыто к собственному ожерелью, взглянув на Рэрити, — это же...

— Да, они. Вот здесь я их и купила, — единорожка указала на своё ожерелье, нижняя часть которого всё ещё отсутствовала. Ну, точнее, менее повреждённые их версии.

— Вы сломали их?! — ахнул продавец. — Нет, нет, нет! Заклинание не сработает, если они сломаны! Совершенно очевидно, что вам следует купить замену, мисс, иначе заклинание вам не поможет! Купите, и я даже продам вам книгу со скидкой! Вы читали "День, когда принцесса Твайлайт перекрасила луну в фиолетовый"?

— Я! Не...

— Как-нибудь в другой раз! — вежливо попрощалась Рэрити и оттащила Твайлайт от прилавка. — Спасибо и до свидания!

Как только подруги отошли на достаточное расстояние, принцесса, не теряя времени, выразила свои мысли, придав лицу крайне хмурое выражение.

— Тва-а-а-а-а-айла-а-а-айт, — протянула единорожка, сдерживая смех. — Любимая, не позволяй такой мелочи себя расстроить.

— Рэрити, я не расстроена. Каким образом я перекрасила бы луну в фиолетовый? Это невозможно! Согласно научной книге, что ты дала мне, поверхность луны составляет более трёхсот шестидесяти миллионов квадратных километров! И только представь, сколько отчётов мне пришлось бы писать для расхода такого количества краски, не говоря уже о достаточно сложном химическом реагенте, способном схватываться в атмосфере луны, какой-бы там она ни была... — она притихла. — Хм-м-м, вот только если бы я не красила луну, а вместо этого применила заклинание, меняющее восприятие, отчего она бы стала казаться фиолетовой? Хм.

Принцесса повернулась к Рэрити, но прежде чем успела задать вопрос, ей уже дали ответ.

— Нет, ты не будешь накладывать заклинание восприятия на весь город.

— Я не это собиралась спросить.

— Твайлайт, ты действительно думаешь, что я так плохо тебя знаю? — спросила единорожка, взмахнув ресницами.

— Похоже, что да, — категорично заявила принцесса. — Я хотела спросить, свободна ли ты сегодняшним вечером, чтобы испробовать на тебе заклинание.

— Мне нравится, что ты предполагаешь, что я согласилась бы стать твоей подопытной.

— И ты отказала бы мне в помощи, если бы я попросила?

— Ну, нет, конечно я бы согласилась.

— Ага! — с победоносной улыбкой ответила Твайлайт, прижавшись к возлюбленной. — Может, я единственная, кто хорошо знает свою половинку.

— Ну и ладно! — покраснев, ответила Рэрити. — Похоже, кое-кто сегодня в ударе. Но!

Она нажала принцессе на нос.

— Всегда лучше спросить разрешение, даже если ты думаешь, что оно у тебя уже есть, верно?

Принцесса игриво закатила глаза.

— Рэрити, — драматично, выделяя каждый слог, произнесла она, — могу ли я использовать тебя в качестве подопытной для своего заклинания?

— Почту за честь, — ответила единорожка, быстро поцеловав Твайлайт в губы. Затем перевела взгляд в сторону прилавка и прижала копыто к своему ожерелью. — Слушай...

Рэрити прикусила губу.

— А тебе не кажется, что он прав?

Твайлайт слегка нахмурилась.

— В чём?

— Заклинание, то что настоящее, не работает, потому что моё ожерелье сломано, — уточнила единорожка. — Как думаешь, может, мне стоит заменить его?

С дозволения возлюбленной, принцесса левитировала ожерелье к себе и внимательно его осмотрела. Действительно, сила заклинания уже однажды пустила по нему трещину.

— В другие разы, когда мы им пользовались, всё было хорошо, — отметила Твайлайт. — Дважды ожерелье было повреждено из-за перенапряжения с нашей стороны, но...

Глаза аликорна загорелись.

— Мы могли бы проверить их, если хочешь.

— Ты имеешь в виду использовать заклинание? — уточнила Рэрити с гораздо меньшим энтузиазмом в голосе, чем у принцессы. — Не знаю...

— Не знаешь? — спросила Твайлайт, чувствуя, как её радостное волнение поутихло. — Почему?

Единорожка забрала ожерелье из магической хватки принцессы и осмотрела его.

— Я... Мы так давно делали это в последний раз, Твайлайт, — медленно произнесла она. — Уже почти как два года, и я не знаю, сможем ли...

Рэрити снова замолкла.

— За эти два года так много мыслей промелькнуло в моей голове, и я не до конца уверена, что прямо сейчас готова ими свободно поделиться.

Ох.

Принцессу охватило довольно тошнотворное ощущение, будто прямо перед её носом захлопнули дверь. Её вторая половинка больше не хотела мысленной связи. Из-за того, что она натворила. Из-за той пропасти, которую создала собственными копытами. Из-за той вспышки гнева. Не важно, как сильно она старалась забыть об этом, последствия вновь и вновь продолжали сказываться.

— Хорошо, — произнесла принцесса, и ничего больше.

Между подругами повисло неловкое молчание, лишь слегка смягчённое розовым сиянием ожерелья на шее аликорна. Оно же светилось, так? Если бы Рэрити действительно перестала доверять Твайлайт, то не было бы и этого.

Уф-ф.

— Твайлайт?

Принцесса подняла взгляд и обнаружила, что единорожка пристально смотрит на своё сломанное ожерелье, опустив ушки.

— Да?

— Ты... ты помнишь ту ночь, некоторое время спустя после того, как мы сняли проклятие? Когда мы воспользовались мысленной связью, и ты заметила, что с Кейденс что-то не так? Ты помнишь, как после этого боялась использовать заклинание из страха, что я увижу то, чего бы ты не хотела?

— Да.

— И ты помнишь, — продолжала Рэрити, всё ещё не отрывая взгляда от ожерелья, — как мы всё-таки сделали это чуть позже, потому что я пообещала тебе, что не буду заглядывать туда, куда ты бы не хотела?

Вот это принцесса помнила абсолютно ясно. Помнила ужас от того, что единорожка узнала масштаб ущерба, вызванного действиями Твайлайт, но вместо осуждения была вынуждена "терпеть" получасовое восхваление, пока Рэрити показывала свой возлюбленной, насколько сильна её любовь.

Одна лишь мысль об этом послала по спине волну мурашек.

Единорожка подняла глаза и встретилась со взглядом принцессы.

— Если мы попробуем заклинание, ты обещаешь, что не пойдёшь туда, куда мне бы не хотелось?

Облегчение и радостное возбуждение нахлынули на Твайлайт, ей даже пришлось сосредоточиться на крыльях, чтобы они перестали раскрываться.

— Конечно! — воскликнула она. Конечно... было немного грустно от того, что Рэрити ей не до конца доверяла, но, учитывая её собственную старую привычку держать всё в секрете, ей ли было жаловаться. — Я могу наложить заклинание так, чтобы оно было направлено на меня, а не на тебя, если хочешь.

Единорожка мгновение подумала, после чего тепло улыбнулась.

— Ну хорошо, ваше высочество.

Хотя каждой частичке принцессе хотелось запрыгать от радости, она сдержалась, чтобы убедиться наверняка.

— Ты уверена? — осторожно спросила Твайлайт.

Рэрити лучезарно улыбнулась, её рог окутался магией, и ожерелья начали светиться.

— Определённо.

Не в силах больше терпеть, принцесса бросилась вперёд, заключила возлюбленную в радостные объятия, после чего левитировала её над собой и бросилась бежать с рынка, игнорируя вялые протесты единорожки, требующей, чтобы её немедленно поставили на землю.

Найдя укромное местечко в первом попавшемся переулке, принцесса опустила единорожку и затараторила инструкции с невероятной скоростью.

— Дорогуша, ты правда думаешь, что я забыла, как это делается? — спросила Рэрити, игриво приподняв бровь в ответ на многословное объяснение принцессы.

— Просто хочу убедиться, — заверила Твайлайт, после чего замерла в ожидании, пока возлюбленная закроет глаза и сплетёт заклинание.

Секунда, две, три, и вдруг "дзинь!". На мгновение между ними опустилась тишина, единорожка ждала принцессу.

Та, в свою очередь, усердно старалась не слишком много думать о колебаниях Рэрити, а также о чувстве вины, которое неизбежно вызывали эти мысли.

— Твайлайт? — напомнила о себе единорожка. — Всё хорошо?

— Да! — выпалила принцесса, снова отгоняя плохие мысли. Сейчас значение имела только Рэрити и ничего больше. Твайлайт глубоко вдохнула и закрыла глаза. — Раз, два...

Дзинь!

И вот подруги сидят в темноте, ждут и ждут. Поначалу ничего не происходило, никаких посторонних мыслей, чувств. Только тишина и уже привычные ощущение вдоха и выдоха, отдалённые звуки рыночной суеты, притягательные ароматы продуктовых киосков.

Столь привлекательных, что из глубины небытия вновь пробудился волчий аппетит...

— Звёзды небесные, — раздался задыхающийся голос единорожки. — Ты всегда такая изголодавшаяся?! Я чувствую себя так, словно лет сто не ела! Как так?

Принцесса улыбнулась.

— Ты меня спрашиваешь? Ты и без того знаешь ответ.

— Твайлайт Спаркл, только оттого, что твоя магическая сила экспоненциально выросла из-за становления аликорном, это не значит, что тебе дозволено есть как дикому троглодиту... Ох, небеса, я только что ранила наши чувства. Теперь мне стыдно оттого, что я ранила наши чувства. И теперь я точно не могу сказать, кто из нас двоих чувствует себя уяз...

Принцесса рассмеялась.

— Рэри...

— Меня не интересует заявление о том, что это наши совместные чувства, глупышка! — перебила единорожка, прежде чем Твайлайт успела договорить. — От этого менее странно мне не станет!

Принцесса замолкла, прикусив губу.

Странно, правда? Но ещё более странным было всепоглощающее чувство, будто она только что вернулась из длительной поездки. Именно здесь и сейчас Твайлайт почувствовала себя комфортно, в тот миг, когда нечего было скрывать, не было нужды в объяснениях, нужно только быть самой собой, с пони, о которой она заботилась больше всего на свете.

Впервые все её мысленные преграды целиком и полностью оказались разрушены, и наедине с Рэрити отныне только так и будет.

— Твайлайт, ну правда, — произнесла единорожка, и принцессе даже не требовалась открывать глаз, чтобы увидеть пылающий румянец возлюбленной и весь шквал эмоций, смешавшийся с чистым восторгом аликорна оттого, что получилось смутить бедную единорожку, которая, кстати...

Без предупреждения Твайлайт открыла глаза и насладилась фантастическим видом Рэрити с закрытыми глазами, которая чувствовала себя столь переполненной эмоциями и переживаниями. А ещё она была красива, добавила принцесса, добра, привлекательна, и любое другое слово, что можно выдвинуть на передний мысленный план, с каждым слогом усиливающее румянец.

— Не могу решить, как себя чувствовать, польщённой или до ужаса самовлюблённой, — со смехом отметила единорожка, побудив принцессу наконец-то потереться носом о возлюбленную и обнять, попробовав выразить свои мысли физическими действиями.

— Если что, я более чем не против просто остаться здесь, — произнесла Твайлайт, прежде чем Рэрити успела озвучить, что им стоит продолжить тур по городу. Ей и правда было совершенно нормально стоять там, прижимаясь к возлюбленной, точно зная, что это было верно и для единорожки, такое приятное чувство знать и понимать, что...

И вот принцессу охватило новое ощущение, исходящее от второй половинки. Желание показать Твайлайт, чего она добилась за два этих года, с кем познакомилась, что, в свою очередь, подпитало желание аликорна наконец узнать и понять все те вещи, которые всегда болтались на краю сознания невысказанным вопросом, что же она упустила за два года своего отсутствия?

— Куда пойдём в первую очередь? — спросила принцесса, уже обдумывая возможные варианты, но всё же задавая вопрос вслух, как это делала Рэрити.

— Рынок мы уже видели, — добавила единорожка.

— Мы можем, например, пойти в парк Мунстоун, с другой стороны, на Подлунной площади есть то небольшое кафе, которое нам так нравится.

— Ну, мы не знаем наверняка, нравится ли оно тебе, хотя мне определённо нравится эстетика заведения, и... и теперь я, кажется, начала понимать, насколько это заклинание проблемное.

Твайлайт улыбнулась.

— Тяжело на что-то решиться, когда мы пытаемся угодить друг-другу, верно? Хотя я согласна с твоей идеей — просто пойти по улице, оглядываясь по сторонам, пока не найдём что-то интересное.

Рэрити склонила голову на бок.

— Дорогуша, высказывание мыслей вслух не очень работает, когда ты...

— Продолжаешь отвечать на вопросы, прежде чем ты успеваешь их задать, — договорила за неё принцесса, после чего смущённо потёрла затылок. — Прости.

— Хм-м, а ты довольно-таки глупенькая пони, м?

— Мы, глупенькая пони, — поправила Твайлайт.

После чего направилась на улицу, пока в её голову не постучалась вежливая, но посторонняя мысль, что с закрытыми глазами единорожка далеко не уйдёт.

К сожалению, этот урок они усвоили на собственном горьком опыте. В прошлый раз, когда они обе пытались открыть глаза под действием заклинания, случилась перегрузка сенсорной и визуальной информации, достаточная, чтобы вызвать дикую головную боль даже у принцессы, несмотря на её призрачное состояние.

— Жаль, что мы не можем двигаться как единое целое, — отметила Рэрити, пока в голове аликорна не зародилась мысль, отчего лицо единорожки немедленно скривилось. — Нет. Даже не думай. Нет, нет и нет!

Твайлайт невинно моргнула.

— Рэрити, я же ничего не сказала. Всего лишь гипотетическая идея, которая, по всей видимости, тебе начинает нравиться.

— Уверяю, у тебя разыгралось воображение. И кроме того, чем мы воспользуемся? Солнцезащитными очками? Я сильно сомневаюсь, что кто-нибудь здесь их продаёт, и уж тем более носит. Единственное, что приходит на ум, это... Ох, — единорожка покрутила в копытах ожерелье. — Ну, полагаю, ты станешь выглядеть эффектно и загадочно, но...

— Рэрити...

— Ладно, ладно! — воскликнула единорожка. — Но именно ты будешь оправдываться, когда на нас все начнут пялиться!

* * *

Тьма.

Абсолютная беспросветная тьма, сквозь закрытые глаза и чёрную повязку на веках иногда ощущалось тепло солнца, но темнота Твайлайт не волновала. Всё-таки это не навсегда.

— Рэрити? — позвала принцесса, заклинание связи больше не действовало. — Что случилось?

— Твайлайт, это просто смешно! Ну правда! Что, если я упаду? — раздался напряжённый голос единорожки откуда-то сзади.

— Не упадёшь, — заверила принцесса, припав передними копытами к земле и расправляя крылья. — Обещаю.

— Обещания ничего не буду значить, если я "удачно" упаду и окажусь в больнице! — возразила Рэрити, но в конце концов смягчилась, когда Твайлайт многозначительно посмотрела в направление голоса.

После очередного и последнего жалобного стона принцесса услышала, как кобыла подбежала к ней, неуклюже забралась на спину, затем крайне неудобно заворочалась, до такой степени, что случайно заехала Твайлайт по голове.

Как только Рэрити как будто бы наконец устроилась, принцесса услышала знакомый “дзинь” активированного ожерелья, сопровождаемый драматичным вздохом.

— Ну, тогда пусть удача будет к нам не так жестока!

Воздух заполнился треском магии, темнота оставалась перед взором Твайлайт ещё какое-то время, после чего её разум заполнили образы. Затенённый тупик, в котором они были, материализовался в сознании принцессы с кристальной ясностью, словно какой-то сон наяву, и пока она любовалась зрелищем, её наездница ещё немного поёрзала, пока наконец не нашла для них обеих самую удобную позицию.

Подруги ждали, затаив дыхание, пока Твайлайт с завязанными глазами не доверилась образам перед своим мысленным взором и не сделала шаг вперёд, единорожка тут же крепче вжалась в аликорна, но, когда всё прошло как надо, она снова расслабилась. Разум принцессы побудил сделать ещё шажок, затем ещё один и ещё, пока, наконец, единое сознание не овладело их соединёнными телами, отчего подруги обменялись неуверенными смешками.

Они вышли из переулка в идеальной координации и осмотрелись, любуясь окружением. Сложно было сказать, где заканчивалась одна эмоция и начиналась другая. Например, принадлежало ли восхищение самодельными сувенирами Рэрити, или же это жгучее любопытство Твайлайт? Было ли ликование принцессы по поводу силы её магии самодовольством, или же похвалой единорожки?

[Изображение: https://i.imgur.com/sYoGnTs.jpg]

— Рэрити?

Подруги повернулись к киоску, где кобыла... Сильвер Блю, которая, как теперь вспомнила Твайлайт, познакомилась с Рэрити около двух месяцев назад во время не особо важного мероприятия, с любопытством смотрела на них из-за прилавка.

— Привет, Сильвер Блю! — воскликнула принцесса, увидев глазами наездницы достаточно смущённое выражение лица кобылы.

— Как ты, дорогая? — подхватила единорожка, небрежно левитируя браслет с изумрудами с прилавка и поднося его поближе. — Ох, какой чудесный! Твайлайт, что думаешь?

— О-о-о! Тут надпись! Это же древнеэквестрийский, Сильвер? — спросила принцесса, вновь сдерживая смех от выражения лица заикающейся кобылы.

— Эм-м, д-да, мисс, — ответила она, буквально ощупывая Твайлайт взглядом, словно гадая, как же та видит с закрытыми глазами. — Тут написано...

Рэрити перебила.

— "При первой встрече мы были чужими", — прочитала она вслух.

— Не знала, что ты умеешь читать на древнеэквестрийском, — произнесла Сильвер Блю, на что единорожка просто улыбнулась.

— А я и не умею, — она повертела браслет в копытах и воскликнула: — О, Твайлайт, смотри, тут окончание фразы!

— "Но подруг теперь на свете лучше не сыскать", — всё ещё с завязанными глазами прочитала принцесса, позабавившись ещё более опешившей кобылой.

— Какие чувственные слова, — задумчиво отметила Рэрити. — Немного напоминает о нас, хотя незнакомцы обычно не швыряют никого о книжные шкафы.

— Серьёзно, Рэрити?

— Ты позволила сказать мне это вслух, — ответила единорожка, после чего положила браслет обратно на прилавок и осмотрела остальные безделушки. — Тебе тут что-нибудь приглянулось, Твайлайт?

Принцесса облизнулась, прищурив закрытые повязкой глаза.

— По-моему, вон тот синенький в углу ничего такой. А вот ещё с красным и синим овалом достаточно красив.

— Простите, — выпалила Сильвер, — но как вы это делаете?

— Делаем что? — совершенно синхронно спросили подруги, пристально посмотрев на кобылу.

— Это.

— А, это! — снова одновременно ответили аликорн и единорожка, заулыбавшись ещё сильнее.

— Эм-м, знаете что? Забудьте, — произнесла Сильвер Блю, взяла изумрудный браслет и опустила его в маленький мешочек. — За счёт заведения.

— Ты уверена? — спросили они в третий раз, из последних сил сдерживая нахальные улыбки, когда кобыла вздрогнула.

— Да-да, — ответила кобыла. — Попозже рассчитаешься тем, что научишь меня с мужем так же понимать друг друга!

Попрощавшись в последний раз, они перешли к следующему прилавку, затем к другому и другому, до тех пор, пока их не окликнул чей-то голос; улыбки подруг стали озорными, когда они увидели, что к ним трусит профессор Эйв.

— Денза милосердная, — произнёс он, подойдя поближе и увидев аликорна с завязанными глазами и Рэрити на ней. — Вы чего делаете?

— Привет, профессор! — поздоровались они в унисон. — Рады тебя видеть! Как прошла поездка?

— Очевидно, не так интересно, как на данный момент твоя, — с лёгкой улыбкой произнёс профессор, пройдясь взглядом по светящимся ожерельям. — Так значит, это та самая магия, про которую ты упоминала ранее? Заклинание связи?

— Строго говоря, — начала единорожка.

— Это заклинание слияния разумов, — продолжила принцесса. — Несовершенное, поскольку у нас разные тела, но, по сути, мы можем извлечь любую требуемую информацию из разума другого.

Жеребец задорно улыбнулся.

— Интересно. Теперь вы действуете как единое целое? И как же мне вас теперь называть? ТваРити?

— ТваРити?! — ахнула Рэрити. — Звёзды, нет, что же мы, твари какие?

— ТвайРити? — предположила Твайлайт, после чего помотала головой. — Тоже не то. Может РэриТвай?

— Даже не знаю, не хватает какого-то "je ne sais quoi"[1]..

— Да, ты права. А может... РэриЛайт?

— Потому что ты свет[2]. очей моих, или потому что я сияющий светоч красоты и моды? Ну что? Это же правда!

— Рэрити, я вообще ничего не сказала.

— Но подумала!

— КХЕ-КХЕ, — привлёк внимание профессор.

— Да? — единовременно спросили подруги, и единорожка направила на него их общий взгляд.

Последовало долгое молчание, в ходе которого профессор, казалось, размышлял, как именно реагировать, ну, на них. В конце концов, он прочистил горло и посмотрел на Рэрити.

— Я привёз то, о чём меня попросила принцесса Луна, — произнёс он, и, хотя Твайлайт ожидала, что знание об этом “чём-то” тут же появится в её разуме, но с удивлением осознала, что это неизвестно и единорожке.

— Да? — спросила Рэрити, на мгновение отбросив общее сознание. — И о чём конкретно она просила?

— О книге, — ответил Эйв и посмотрел на аликорна. — Об очень старой книге хождения по снам.

— Хождения по снам? — тут же переспросила Твайлайт, подавляя порыв сорвать повязку с глаз. Однако стоило ей заговорить, как в сознании вспыхнуло чужое воспоминание, как Рэрити нерешительно обсуждает с Луной возможность хождения по снам для Твайлайт, как только она освободится.

— Луна уже её спрашивала, — произнесла единорожка, — и Твайлайт ещё не решила.

Эйв вздохнул.

— Ну, с такими темпами освобождения принцессы, кому-то придётся уступить. Либо Твайлайт, либо Муншайн.

— Муншайн? — переспросила принцесса. — Старейшина Муншайн? А причём тут о...

Её фраза оказалась прервана, когда в сознании возникло новое воспоминание. Комната в "Стране Грёз", которую она ещё не видела, где Пинки и Рэрити безустанно работали над диаграммами, схемами, планами и... плюшевыми медведями?

Это что-то, связанное с тем, что Рэрити упоминала о желании взять на себя организацию Ночи Поисков?

— Твайлайт, — внезапно вмешалась единорожка, мягко, но решительно, — я всё позже объясню.

Принцесса сглотнула, откладывая вопрос на потом.

— Верно. Прости.

Рэрити прочистила горло и обратилась к профессору.

— Так, на чём мы там... Ах, да. Профессор, Вы же знаете старейшину, можно просить сколько угодно. Как она решила, так и будет.

— Она уже познакомилась с нашей прекрасной принцессой?

— Да, — ответила единорожка, — и восхитилась её прекрасными искусственными крыльями.

Эйв нахмурился.

— Понятно. Что ж, сдаваться не вариант, как вы, думаю и без меня прекрасно знаете. Попросить ещё раз — вреда не будет. Я, кстати, как раз видел её около Садовой площади, — жеребец улыбнулся. — Может, если вы придёте к ней в таком состоянии, то она, как вы там сказали, не сможет отказать прекрасному светочу РэриЛайт?

Твайлайт нахмурилась и озвучила их общую с Рэрити мысль.

— Вы серьёзно, профессор?

— Вот поэтому я и не пошёл в комики, — с улыбкой произнёс жеребец и потрусил прочь. — До встречи, леди.

Только после того, как он ушёл, единорожка наконец ответила на вопрос, возникший в разуме принцессы.

— Да, дорогуша, это связано с моими идеями по поводу Ночи поисков, но не вижу смысла особо много думать об этом до поры, пока старейшина Муншайн непоколебима в своём решении, словно скала, и нет, мы не пойдём на площадь её упрашивать, как сильно не про... Эх-х, ладно.

— Я даже ничего не сказала, — нахально заявила Твайлайт.

— Знаешь, — задумчиво произнесла Рэрити, — думается, я внезапно так вымоталась, поддерживая столь сложное заклинание...

— Ну хорошо, хорошо! Поскакали.

Садовая площадь, как и следовало из названия, была заполнена всевозможными растениями в горшках и цветами, так что для небольшой площадки, на которой толпились группки жеребят, еле нашлось место. Единственное, что обнаружить не удалось, так это, собственно, саму старейшину, к сильному противоречивому чувству разочарования и облегчения подруг.

Что ж.

К счастью, какое бы разочарование принцесса не испытала, оно мгновенно оказалось позабыто, стоило её мысленному взору увидеть жеребят. Ей потребовался всего миг, и теперь она знала о них всё. Имена, любимые игры, всё, что о них знала единорожка.

Вообще, обилие информации вызывало моральную дилемму, было ли с этической точки зрения правильным узнавать все эти вещи? Но опять же, самым пикантным секретом было то, что вон та кобылка влюблена в того жеребчика, который, кстати, в прошлом месяце намочил во сне постель.

— Принцесса Твайлайт! Рэрити! — в унисон прозвучали два голоса, прервав ментальную дискуссию об этике слияния разумов, направив всё внимание пары к группке жеребят, двоих из которых принцесса узнала и без чужих подсказок: Райнстоун и Даск, близняшки, натыкаться на которых, кажется, уже входит в привычку.

Твайлайт сделала шаг навстречу, но единорожка тут же её остановила.

— Рэрити?

— Погоди, — ответила единорожка, ничего не объясняя ни вслух, ни мысленно. Она спрыгнула с принцессы и закрыла глаза, погружая их обеих в темноту. — Быстро, дай мне повязку.

Твайлайт растерялась.

— Я... Хорошо? — произнесла она, снимая с себя тёмную ткань, после чего дала себе немного времени привыкнуть смотреть собственными глазами. — Что ты хо...

Чужая идея сформировалась в разуме принцессы, её взгляд метнулся к жеребятам, и с взволнованной улыбкой она помогла Рэрити надеть повязку. Как только всё было готово, Твайлайт направилась к жеребятам, стараясь выглядеть как можно более беспечной.

— Привет, пони! — поздоровалась принцесса, сразу опознав двух других жеребят как Роузи Поузи и Рэдвуд Грасса.

— Рэрити, почему на тебе повязка? — спросила Райнстоун, вглядываясь в единорожку.

— Я, кажется, ужасно перенапрягла глаза во время работы, — объяснила она, после чего указала на свой светящийся рог и аликорна. — К счастью для меня, принцесса Твайлайт оказалась достаточно добра, чтобы направлять меня с помощью заклинания.

Рэрити сделала паузу, нагнетая момент, после чего добавила:

— Видите ли, она посылает мне сведения прямо в голову.

Глаза жеребят расширились, и юные пони повернулись к принцессе.

— Правда?!

— Да, правда, — ответила Твайлайт. — Я действительно могу читать её мысли и делиться своими.

Хотя Даск и Роузи Поузи восторженно закивали, Райнстоун и Рэдвуд гораздо более критично восприняли это заявление.

— Ты не можешь читать мысли Рэрити! — со скептической улыбкой произнёс Райн. — Вот о чём она сейчас думает?!

— Ну, — начала принцесса, — она думает о том, что хочет сделать с...

Фраза Твайлайт оказалась прервана её собственным сдавленным кашлем, когда она поняла, какие именно мысли о ней были у единорожки.

— Твайлайт? — невинно спросила Рэрити. — Что-то случилось?

— Нет, — пробормотала покрасневшая принцесса, громко думая про себя, что кое-кто ведёт себя глупо, после чего в её собственной голове зародилась донельзя забавная идея. — Что ж, поскольку, полагаю, Рэрити не против, предположу, что у вас уже были уроки по анато...

— Твайлайт Спаркл! — ахнула единорожка.

— Рэрити? Что-то случилось? — невинно спросила принцесса, и ей не требовалось слияние разумов чтобы разобрать, что тихое ворчание единорожки значило, что её точка зрения принята. — Ты сейчас подумала о том, какие вкусные кексы у Пинки, да?

— Да. Да, об этом. Именно. Вот об этом.

— Она не про это думала! — топнул копытом по земле Рэдвуд. — Все так думают!

Он бросился к единорожке и потянул её за ногу, как только она наклонилась, жеребчик что-то прошептал ей на ухо. Сначала в сознании Твайлайт ничего не изменилось, пока внезапно она не услышала его голос, кристально чисто, будто он и ей шептал на ухо.

— Вот так вот! — воскликнул Рэдвуд, поворачиваясь к принцессе с самодовольной ухмылкой. — О чём она теперь думает?

Принцесса издала вздох, точь-в-точь копируя свою возлюбленную.

— Не знаю, Рэдвуд. Конечно, квинтикорны и правда были бы чрезвычайно искусны в магии, — ответила она, наслаждаясь про себя его ошеломлённым вздохом, — но мне кажется, что вряд ли они были бы лучше аликорнов, поскольку им всё ещё не хватало бы магии двух других племён.

— Как ты это сделала?!

— Она принцесса Твайлайт! — воскликнул Даск, встав рядом с ней и выпятив грудь. — Она всё может, прямо как принцесса Луна!

— Принцесса Твайлайт, а можешь прочитать мои мысли? — взволнованно спросила Роузи, дёргая аликорна за переднюю ногу. — О чём я сейчас думаю?!

Принцесса рассмеялась, маленькая кобылка смотрела на неё так, словно от этого ответа зависела её жизнь.

— Прямо сейчас, Поузи, я не могу читать твои мысли, но...

Маленький обрывок знаний был отправлен аликорну.

— Я знаю твой самый большой секрет.

Кобылка в ужасе попятилась.

— Нет, не знаешь! Или...

— Всё хорошо, — наклонившись, произнесла Твайлайт. — Я тоже очень боюсь пауков.

— П-правда?! — спросила Поузи, совершенно поражённая аликорном. Прямо как Даск, она выпятила грудь и выпрямилась. — Не бойся, принцесса Твайлайт! Я тебя защищу!

— Стой, стой, я следующий! — воскликнул Рэдвуд, подбегая к аликорну и прыгая на месте. — Какой мой самый большой секрет?!

Очередной кусочек чужих знаний в разуме принцессы, воспоминание о том, как Рэрити утешала жеребёнка после небольшой оказии во время ночёвки в "Стране грёз".

Твайлайт прикусила губу.

— Ты правда хочешь, чтобы я всем рассказала твой самый большой секрет? — спросила она, делая мысленную заметку найти для него книгу о недержании.

Рэдвуд покраснел.

— Ой. Нет. Наверное, нет, — произнёс он, отступая, после чего указал на Даска. — А какой его самый большой секрет?!

— Эй! — запротестовал жеребчик, но всё-таки повернулся к принцессе и спросил. — Ну... так какой?

Твайлайт мгновение подумала, и когда чужое воспоминание промелькнуло в её голове, не смогла сдержать улыбки.

— Даск, — заговорила она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно серьёзнее, — Инкредентия для тебя немно-о-о-ого старовата, чтобы стать твоей особенной пони.

Жеребчик опустил голову и вскопал землю копытцем.

— Эх-х-х.

— А что насчёт них? — спросила Райнстоун, указывая на остальных жеребят на площадке. — Ты и их секреты знаешь?

Принцесса поколебалась.

— Мне... мне для этого надо поговорить с ними, — и не успела она договорить, как все четыре жеребёнка бросились к остальным играющим, прежде чем она хотя бы смогла попытаться их остановить.

— Ну и ну, гляжу, ты пользуешься ошеломительным успехом у детей? — произнесла Рэрити, подойдя и прижавшись к Твайлайт. — Нравится разбирать мой бедный мозг по кусочкам, как и любой другой предмет, что тебя интересует?

— Я не разбираю его по кусочкам, — запротестовала принцесса. — Я беру только те, которые ты мне сама даёшь, как ты и попросила.

— И ты поступила мило, — ответила единорожка, и довольно сильное чувство привязанности проникло в Твайлайт с этими словами через мысленную связь. — Спасибо, что с уважением отнеслась к моей личной жизни.

Принцесса потёрлась о Рэрити, наслаждаясь моментом, предвкушая, как снова будет удивлять жеребят. Благодаря возлюбленной, Твайлайт смогла увидеть то, что, глядя на неё, видели другие. Она ненадолго позабыла о чувстве вины, кошмарах и крыльях, которые, казалось, приковывали её к ужасному прошлому, и вместо этого смогла по-настоящему оценить себя такой, какая она есть.

— И я надеюсь, что это вновь обретённое понимание себя продлится даже после действия заклинания, Твайлайт, — прошептала единорожка.

Принцесса ничего не ответила, потому что всё, что она могла сказать, Рэрити уже знала. Впереди был трудный путь, без посторонней помощи она ещё не скоро сможет почувствовать себя так, как сейчас, но это было так просто с...

— С кем? — побудила продолжать единорожка. — Ну же, не томи.

— Дурачишься.

— А ты уклоняешься от ответа.

— Нет. Ты уже и так знаешь, о чём я думаю.

— Touché, — ответила Рэрити, прижавшись к аликорну ещё крепче. — Хотя путь этот и неблизкий, его всё-таки стоит пройти, верно?

Прежде чем Твайлайт успела ответить, кто-то, прочистив горло, привлёк её внимание, и, обернувшись, она увидела перед собой целую толпу жеребят, каждый из которых мечтал лично увидеть, как принцесса Твайлайт читает мысли.

— Звёзды небесные, это будет не быстро, — прошептала единорожка. — Ну что, покажем им так называемую РэриЛайт?

Принцесса рассмеялась, и ожерелье на её груди засияло ярче.

— Когда ты говоришь это вслух, звучит ещё хуже.

— О, я это вслух? Прости, пожалуйста, но по этой дороге, сердце моё, мы пройдём вместе.

— Знаю, — ответила Твайлайт.

Ибо по-другому она бы и не ступила на этот путь.

## — Глава 11 — Три элемента

[Изображение: https://i.imgur.com/Fh8f6Iy.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/EcL3Iic.png]

Норт устроился возле огня, после чего подул на свой обжигающе горячий кофе.

— Так, на чём мы, говоришь, остановились? — спросила Рэрити.

— Ты со своей принцессой буквально стала единым целым, если мне не изменяет память.

Она рассмеялась.

— Так и было! Так и было.

— А могу я дерзнуть спросить... что было в том сундуке, что принцесса Кейденс дала Твайлайт?

— Три дурацких камня.

— Три дурацких камня?

Кобыла улыбнулась.

— По крайней мере, какое-то время Твайлайт называла их именно так.

* * *

Это камни.

Сколько бы она их ни тыкала, катала, осматривала, изучала и пробовала на них все другие оставшиеся глаголы, у Твайлайт не осталось выбора, кроме как признаться себе, что гранитные шары были именно тем, чем казались на первый взгляд.

Камнями.

Элементы Гравия, ни больше и ни меньше.

С губ принцессы сорвался стон, и она глубже зарылась мордочкой в необычайно мягкую пони, которую насилу оттащила от швейной машинки в уютный маленький альков для столь необходимых объятий.

— Твайлайт, — пробормотала Рэрити, лениво поглаживая гриву аликорна, — как бы прекрасно это ни было, могу я уже вернуться к заработку средств на существование?

— Нет, — донёсся приглушённый ответ Твайлайт. — Мне надо...

Она приподняла голову достаточно высоко, чтобы разглядеть камни, лежащие на столе, и смерить их презрительным взглядом.

— Разобраться, как они работают.

Единорожка вздохнула.

— Понятненько, — произнесла она, устраиваясь поудобнее, когда принцесса вновь ткнулась в неё мордочкой. — И, правильно ли я понимаю, что лучший способ сделать это — лежать и обниматься?

— Да, — ответила Твайлайт. — Это называется "Метод Я-Сдаюсь-Вариантов-Нет".

Рэрити рассмеялась.

— Весьма испытанный и надёжный метод. Ну что ж, учитывая, что я тут застряла на какое-то время, то можно немного скоротать время за чтением, — она левитировала к себе ближайшую книгу и прочитала заголовок. — Хм, кажется, это Пинки оставила. "Ужасающие приключения Рагнара Опустошителя".

Единорожка пролистала страницы.

— Ах, нет ничего лучше подвигов кровожадных варваров, когда выдалась лишняя минутка. Давай посмотрим, что на этот раз затеял наш дорогой Рагнар, — какое-то время она читала страницу, после чего нахмурилась. — Хм, по всей видимости, отрубить всем врагам ноги.

С ворчанием принцесса выпустила Рэрити из своего комфортабельного захвата и встала, возвращаясь к бесполезным булыжникам, которые с каждой секундой наблюдения казались всё бесполезнее и бесполезнее.

— Ну и почему вы не превращаетесь? — спросила она камни, поднимая их магией. — Скажите мне, как вас активировать!

— Ох-ох, — пробормотала единорожка, откладывая книгу и вставая, чтобы подойти к швейной машинке. — Уже с камнями разговаривает? Мы потеряли её, звёзды небесные, мы потеряли бедняжку.

— Ха-ха, — на мгновение обернулась нахмуренная Твайлайт, после чего повернулась обратно к своим дурацким и, вне всяких сомнений, не волшебным камням. — Ты можешь ещё раз рассказать мне, что видела в замке?

— Что я видела в... Твайлайт! Я уже раз десять тебе рассказывала!

— Пожалуйста?

И хотя Рэрити громко и протяжно застонала, в конце концов она уступила, сделав в знак протеста из включения швейной машинки целое представление.

— Ну хорошо! Но, слышишь, Твайлайт Спаркл, это в самый последний раз!

Принцесса телепортировалась поближе, уже держа наготове перо и пергамент.

— Спасибо, рассказывай.

— Мы с девочками отправились в замок, чтобы опросить Дензу, — безэмоционально произнесла единорожка.

— Ага.

— Нашли Дискорда, после чего он обманом провёл нас в замок через чёрный ход.

— Ты забыла добавить, что пропустила все очевидные знаки того, что он ведёт себя как-то подозрительно.

— Даже не собиралась.

— Но так всё и было.

— Знаешь что? Я, кажется, внезапно устала, и мне срочно надо ложиться спать!

— Что? Сейчас только одиннадцать утра! Когда это ты успела устать?

— Твайлайт.

— Что? А, — принцесса откашлялась, чувствуя давление взгляда Рэрити. — Извини. Эм-м. Пожалуйста, продолжай рассказ, эм, своей версии истории.

— Как я уже говорила, Дискорд обманом заманил нас внутрь замка, после чего мы нашли комнаты принцесс, и я решила заглянуть в твою.

— Так.

— Затем я увидела эти твои камни на столе...

— Элементы Гармонии.

— Элементы Гармонии, которые ты сама неоднократно называла дурацкими камнями, но, полагаю, это особого значения не имеет, и когда я подошла поближе, какая-то белая тонкая штука влетела в мою сумку, и, прежде чем ты снова задашь тот же самый вопрос, нет, я не помню, что было в моей сумке два года назад.

— Ты уверена?

— Да, дорогуша.

Твайлайт улыбнулась и кивнула.

— Спасибо, — вежливо произнесла она, после чего повернулась к своим любимым камням, схватила их при помощи магии и начала трясти так, словно завтра уже не наступит. — ДА ТРАНСФОРМИРУЙТЕСЬ УЖЕ, ЛЯГАННЫЕ ВЫ...

— Твайлайт! — возмутилась единорожка.

— Ерунда какая-то! — в отчаянии воскликнула принцесса. — Почему они не превращаются?!

Она левитировала свою корону со стола и помахала ею перед лицом Рэрити.

— Моя вот сразу! Нашла каменную сферу, хоп, и сразу корона! Ничего не понимаю!

— А как насчёт тех слов в заметках Кейденс? Которые "Я появляюсь, что-то там?"

Взгляд Твайлайт метнулся к стопке книг на втором столе, ко всем тем разрозненным заметкам, что Кейденс и её гвардия делала на протяжении тысячи лет.

Взглядом принцесса проводила свиток, который единорожка левитировала к ним на стол, после чего начала читать.

— Я появляюсь рядом с остальными, — вслух прочитала Рэрити, после чего перевела взгляд на аликорна. — Тебе это о чём-нибудь говорит?

— Нет.

Какой вообще мог быть смысл в этих словах? Как это надо было понимать? Почему она вообще принимает во внимания слова, написанные в древнем свитке, найденном в каких-то горах, Селестия-знает-где.

— Уф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф-ф.

В тот же миг дверь резко распахнулась, и, словно вызванная расстроенными звуками, в помещение вошла Рэйнбоу Дэш, совершенно не обращающая внимания на возмущённые возгласы швеи о том, что с её дверью нельзя так обращаться.

— Рэрити! — воскликнула пегаска, вбегая в комнату, игнорируя и стоны принцессы. Радужная пони указала копытом на изумруд, висящий у неё на шее, который Твайлайт мгновенно узнала. — Эй, мне бы какую-нибудь цепочку под эту штуку, да побольше, есть что-нибудь эдакое?

— Погоди-ка, — произнесла принцесса, вставая и направляясь к Дэш. — Это драгоценность Спайка! Откуда у тебя этот камень?

Пегаска пожала плечами.

— Да вот, ношусь с этой штукой, пока не найду что-нить подходящего, — она повернулась обратно к единорожке. — Ну так что, есть чего?

— Конечно есть, Рэйнбоу Дэш, у меня как раз завалялась лишняя цепь длиной в тридцать метров в подсобке швейной мастерской.

— Правда? Ништяк! — воскликнула пегаска. — Принесёшь? А я пока тут подожду!

И не дав времени Рэрити на ответ, она повернулась к Твайлайт и подошла поближе.

— А ты что делаешь? Что за мусор на столе?

— Это не мусор! — горячо запротестовала принцесса, несмотря на то, что не далее, как час назад сама в сердцах назвала Элементы мусором. Она левитировала гранитные шары в сторону Рэйнбоу и начала объяснять. — Это остатки Элементов Гармо...

Не желая отдавать честь представления в чужие копыта, один из камней прервал её, начав слабо светиться, и, прежде чем Твайлайт успела осознать, она своими собственными глазами увидела, как из него вылетела белая тонкая струйка и залетела прямо в драгоценный камень Спайка.

— Ч-что? — спросила принцесса.

— Вот! — ахнула единорожка. — Вот так и со мной было, точь-в-точь!

— О, прикольно, — пегаска повернулась к Рэрити. — Ну да ладно, где там, говоришь, твоя це-а-а-а! Принцесса Твайлайт!

Принцесса уставилась на драгоценный камень, который теперь был у неё в копытах.

— Что? — она посмотрела на каменную сферу. — Что? — перевела взгляд на Рэйнбоу Дэш. — Что?!

— Дорогуша, почему ты так расстроена? — спросила единорожка. — Разве ты не этого хотела?

Твайлайт замерла.

Глупая Рэрити.

— Ну. Да. Может быть. Конечно. За исключением того, что это вообще ничего не объясняет! — воскликнула принцесса. — На самом деле все стало ещё непонятнее!

В голове аликорна тут же закрутились шестерёнки, и она начала мерять комнату шагами, пока рот пытался передать весь сумбур, творящийся в голове.

— Как же так?! Получается, что Рэйнбоу Дэш — один из Элементов Гармонии?! Но почему?! Или это Спайк?!

— Что? Не-не-не! — быстро вклинилась пегаска. — Я — Элемент Чего-то-там!

— Гармонии, дорогуша.

— Да-да.

— Что? — Твайлайт бросилась к Рэйнбоу. — Почему?! Откуда ты знаешь?!

Пегаска пожала плечами.

— А, да я и не знаю. Просто звучит классно, ну, поэтому я хочу им быть. О! А мне дадут такую же корону, как у тебя?

Принцесса безмолвно уставилась на Дэш, пытаясь как-то переварить это заявление.

— Рэйнбоу, не говори так! Разве ты не видишь, что ей и так несладко?

И Твайлайт действительно было несладко, и чувство это вовсе не уменьшилось, когда Пинки Пай просунула нос в комнату, привлечённая громкими голосами.

— Ой, а что это тут у вас, общий сбор?! — спросила она, восторженно запрыгивая внутрь. — Я как раз могу принести свежеиспечённые кексы!

Она подошла поближе к столу и осмотрела каменные шары.

— О-о-о-о-о-о-о, а это...

Вшух!

И точно так же, как и несколько мгновений назад, один из камней засветился, после чего испустил белый луч, который устремился прямо к кулону в виде полумесяца, висевшему на шее земнопони.

Та ахнула.

— Ух ты, здорово!

Твайлайт не знала, с чего начать, и невольно задалась вопросом, стоит ли ей вообще начинать.

— Ништяк! Теперь Пинки тоже в нашем клубе? — спросила пегаска, поворачиваясь к Рэрити.

— Рэйнбоу, у нас нет клуба.

Пока они обсуждали, являются ли они клубом или нет, принцесса решила вложить свои мысленные ресурсы в нечто более продуктивное. А именно, магией вытрясти из этих дурацких камней всю правду.

— Почему я не понимаю, как вы работаете?!

— Не понимаешь? — спросила земнопони, садясь рядом с Твайлайт и вопросительно склонив голову. — Хочешь помогу? Я говорю на языке камней!

Принцесса безмолвно уставилась на Пинки, и даже Рэйнбоу перестала перечислять все преимущества Клуба Имени Рэйнбоу Дэш.

— Ты что? — переспросила Твайлайт.

— Говорю на языке камней!

— Говоришь на языке камней, — повторила принцесса, у которой количество сюрпризов за день уже давно превысило все мыслимые пределы, она едва заметила, как единорожка бочком приблизилась и переплела их хвосты вместе.

— Твайлайт, дорогуша, чем быстрее ты научишься не задавать Пинки вопросов, тем легче будет, — посоветовала она. В ответ на пристальный взгляд аликорна Рэрити добавила. — Поверь.

— Раньше я жила на каменной ферме в Толл Тэйл, прежде чем переехала сюда, — объяснила Пинки, подходя к столу и тыкая кончиком копыта камни. После чего улыбнулась принцессе. — Вот почему я понимаю камни, понятненько?

— Но... Как же... Почему ты... Как вообще... Но... Камни?!

Без лишних слов земнопони подхватила один из камней и прижала к уху, привлекая к себе внимание всех в комнате. Она громко хмыкнула и наморщила лоб, кивая в такт тому, что якобы говорил ей камень.

Примерно через минуту она наконец отложила гранитный шар и посмотрела аликорну прямо в глаза.

— Он сказал, что мы не готовы.

Твайлайт обдумала всю свою прожитую жизнь, все те решения, что привели к этому самому моменту, когда она с полной серьёзностью спросила:

— Что-что сказал камень?

— Он сказал, что мы не готовы!

— Нет, это-то я услышала, Пинки.

Земнопони добродушно кивнула.

— А зачем тогда переспрашиваешь, глупышка?

— Сама не знаю, — ровным тоном ответила принцесса. В её голове крутилось множество мыслей, и подавляющее большинство было — схватить ближайшую подушку, ткнуться в неё и закричать, но она отбросила их в сторону, чтобы заняться тем, что получалось у неё лучше всего: разобраться в происходящем. Потому она продолжила. — Итак, камень говорит, что мы не готовы.

— Принцесса, — вклинилась Дэш, — она буквально это только что и сказала.

— А что-нибудь ещё они сказали? — спросила Твайлайт. — Если они вообще что-либо говорили, мне что-то всё-таки трудно в это поверить, но предположим.

Пинки потёрла подбородок, задумчиво хмыкнув.

— Ну-у-у-у-у-у-у-у... там ещё было что-то про то, что им нравится быть рядом с остальными.

— С остальными? — взволнованно воскликнула Рэрити. — Твайлайт, это же...

Едва ли единорожка успела договорить, как принцесса уже выхватила свиток, что изучала ранее.

— Я появляюсь рядом с остальными, — прочитала она вслух, находя некоторое утешение в том, что возлюбленная теперь выглядит столь же потрясённо, как и она сама.

— Пинки! — воскликнула единорожка, указывая на другой камень. — О чём говорит этот камень?

Земнопони подхватила сферу и прижала к уху.

— Ага-а-а-а-а-а, значится... О! А он мне нравится! Он хочет быть как солнышко!

Твайлайт вгляделась в свиток и опустилась на пол, читая вслух:

— Я появлюсь, когда смогу сделать твой день ярче.

Быть не может.

— А тот, последний? — всё ещё прибывая в шоке, спросила принцесса.

Пинки подняла последний камень, прижала его к уху и прищурилась.

— Хм-м-м-м... Этот говорит, что он... ну очень щедрый!

В последний раз Твайлайт окинула взглядом свиток и тут же нашла что хотела. Когда она не нашла в себе сил прочитать увиденное вслух, Рэрити поднесла к себе свиток магией и зачитала за неё.

— Я появляюсь, — произнесла она, громко и чётко, — когда отдано всё, что только можно отдать.

— И что это значит? — спросила пегаска, но её голос не отразился в сознании принцессы.

Основа её исследований тысячелетней давности базировалась на том, что существует четыре Элемента Гармонии, каждый из которых предназначен одной из четырёх принцесс Эквестрии. Вся теория строилась на том, что солнце, луна, любовь и магия были тем, что определяло их сверхъестественную сущность, и ей казалось, что теория лишь подтвердилась, когда Кейденс нашла только ещё три каменных шара.

Но теперь, если Твайлайт действительно верила, что Пинки может разговаривать с камнями, все её исследования оказались опровергнуты за несколько кратких минут.

— Твайлайт? — позвала единорожка, вырывая принцессу из задумчивости. — Твайлайт, ты в поря...

— Когда я узнала об Элементах, я предположила, что они связаны с аликорнами, поскольку, как и Элементы, они черпают магическую силу из отдельных аспектов окружающего мира. Пока я не стала аликорном и не получила корону,  я думала, что ошиблась, но потом Селестия возвысила меня. Это навело меня на мысль, что, возможно, Элементы связаны с аликорнами или же другими пони, которые обладают достаточным потенциалом для того, чтобы стать аликорнами. Основная часть моих исследований заключалась в том, чтобы найти Элементы принцесс или же пони с сильными магическими аурами, но теперь...

Она замолкла.

— Теперь? — спросила Рэрити.

— Ну, оказывается, я была не права! Очевидно, что нет привязки ни к расе, ни к магическому потенциалу, но... загадки? Чего-то надо достичь или чему-то соответствовать? Загадочные требования, которые вообще ничего не объясняют?!

— Твайлайт... — мягким тоном произнесла единорожка.

— Всё в порядке! — внезапно воскликнула Твайлайт, вскакивая с места, решив, что если всё, что она знала, перевернулось с ног на голову, то можно и соответствовать. — Всё в порядке. Всё хорошо. Прекрасно. Я только что узнала, что потратила годы на безосновательные исследования, и, вероятно, именно поэтому так и не узнала, как работают Элементы, из-за чего Дискорду удалось заманить нас в заточение, но в остальном всё волшебно. Просто чуде...

— Твайлайт, пожалуйста, прекрати.

Поток мыслей принцессы оказался резко прерван подавленным голосом Рэрити. Твайлайт понадобилось мгновение, чтобы осознать, к какому заключению привели бы её все эти мысли.

— Я... я...

Принцесса повернулась к возлюбленной, желая извиниться, но все её опасения насчёт того, какие слова лучше выбрать, резко оказались отброшены, стоило ей только увидеть единорожку.

Бледная, неподвижная, словно на грани срыва. Она что, дрожит? Даже Рэйнбоу Дэш и Пинки смотрели на неё с беспокойством.

— Рэрити, — спросила Твайлайт. — Что с тобой?

Осознав, что находится в центре внимания, единорожка тут же улыбнулась.

— В-всё хорошо! Я просто волнуюсь, что ты так себе накручиваешь, ты же знаешь, как это на тебя влияет, — ответила Рэрити, прочистила горло и снова улыбнулась. — Как бы то ни было, давайте лучше сосредоточимся на том, чтобы понять, что всё это означает, хорошо?

Хотя принцесса всё ещё была слегка обеспокоена, она отбросила свои сомнения и кивнула.

Приступая к работе, она прибралась на столе и аккуратно сдвинула каменные шары в сторону, после чего левитировала перед собой один из больших чертёжных листов, разложила его на столе и нарисовала четыре шара.

— Итак, — начала Твайлайт, закрывая маркер и глядя на рисунок. — Согласно писаниям древнего короля мантикор с запада, Элементы Гармонии — это магические предметы, оставленные четырьмя могущественными пони за долгие столетия до того, как Селестия и Луна воцарились в Эквестрии. Они спрятали их внутри Древа Гармонии, волшебного дерева в подземной пещере в долине Капли Росы.

— Долина Капли Росы? — спросила пегаска. — Никогда о такой не слышала.

— Не удивительно. Долина Капли Росы уже долгое время носит другое название, — ответила принцесса, левитируя карту и указывая копытом на раскинувшийся там Вечнодикий Лес. — Именно поэтому там находилась моя библиотека, я изучала Древо Гармонии. Как бы то ни было, король мантикор пытался завладеть Элементами Гармонии, но не смог. Поэтому, когда я отправилась к дереву, то думала, что найду их все, но оказалось, что, кроме Элемента Магии, все, как я предположила, были украдены.

— Кем? — спросила единорожка.

Твайлайт поколебалась.

— Не знаю, — она закрыла глаза и потёрла лоб, пытаясь собраться с мыслями. — У меня была одна гипотеза, которую я отбросила, но, кажется, Пинки сможет придать ей немного веса.

Принцесса открыла глаза и левитировала корону.

— Когда я нашла дерево, то увидела шар, точно такой же, как эти, свисающий с ветки. Как я уже говорила, мне показалось, что остальные были украдены.

Рэйнбоу фыркнула.

— Такие себе воры, раз такую дуру и не заметили.

— Да в том-то и дело! Когда я подошла к дереву, шар просто упал! А когда я к нему притронулась, он обратился в эту самую корону, — она отложила диадему и подняла магией три шара. — Раньше я думала, что Элементы были украдены, но после того, как увидела, что случилось с вами тремя... что, если древо отдавало Элементы только тем существам, которые соответствовали требованиям?

Твайлайт продолжила.

— И не только это, но, если верить Кейденс, эти три шара и те фразы из свитка были найдены в заброшенных землях Аримаспи на Таинственном юге, и, ну, легенды гласят, что Аримаспи были в такой гармонии с землёй, что могли даже... — она посмотрела на Пинки. — Говорить с ней.

— Прям как я, прям как я!

Принцесса кивнула.

— Да, но даже если они действительно могли говорить с камнями, нельзя утверждать, что они действительно были выбраны Элементами, а даже если и были, то...

— То не смогли достичь их требований, — закончила за неё Рэрити.

— Соответствующие, но недостойные, — добавила Твайлайт. — По крайней мере, в теории.

— Стоп-стоп-стоп, — воскликнула пегаска. — Ты хочешь сказать, что эти штуки были привязаны к определённым пони, которые так и не смогли сделать из них короны, но стоило тебе дотронуться до одной такой, бам, пять секунд и у тебя корона? Да ладно!

— Боюсь, она права, — произнесла Рэрити. — Какой бы сказочно талантливой ты ни была, Твайлайт, это кажется слишком... удобным.

— Я понятия не имею, почему со мной так произошло! — воскликнула принцесса. — И не то, чтобы мне корона особо помогла. Сама по себе она не очень-то полезна.

Она не смогла сдержать негодования в голосе.

— Вот почему мне надо найти остальные.

— Ты имела ввиду "нам" надо найти остальные? — с ухмылкой поправила Рэйнбоу.

Твайлайт поколебалась.

— Я... Это опасно, — наконец произнесла она. — Если мы найдём другие Элементы, Дискорд придёт за нами, и я не собираюсь подставлять вас под удар.

И, подтверждая свои слова, принцесса убрала карту.

— Простите, но однажды это уже плохо кончилось. Я не повторю ту же ошибку.

— Что?! Глупость какая-то! — воскликнула Пинки. — Рэрити! Скажи ей, что это глупо!

Единорожка открыла рот, чтобы ответить, но что бы она ни хотела сказать, Рэйнбоу её перебила.

— Ну-ка, стоп, сейчас всё исправим! — пегаска прочистила горло. — Первое правило Клуба охотников за Элементами имени Рэйнбоу Дэш. Всякий раз, когда принцессе Твайлайт в голову приходит глупая идея, мы не обращаем на неё внимания. Кто за, поднимите копыта!

— Эй! Она не глупая! — запротестовала принцесса и пришла в ещё большее негодование, когда все вокруг подняли копыта. — Рэрити!

— Да, дорогуша? — невинно спросила та, после чего повернулась к Рэйнбоу. — Для протокола, я голосую “за” только потому, что идея Твайлайт глупая, не потому, что я одобряю своё пребывание в этом вашем выдуманном клубе.

— Ты просто завидуешь, что это клуб не имени Рэрити.

Единорожка отвернулась.

— Увы! Виновна! Придётся идти рыдать в одиночестве в одну из десятка комнат двух принадлежащих мне бутиков! — она победоносно улыбнулась пегаске, после чего повернулась обратно к Твайлайт. — Теперь, когда с этим разобрались, могу я предложить нам продолжить выяснение того, как активировать эти Элементы, прежде чем мы отправимся скитаться по всему королевству в поисках других?

Твайлайт посмотрела обратно на свой рисунок с камнями, сняла колпачок с маркера и написала слово "МАГИЯ" внутри своего.

— Принцесса, а откуда ты знаешь, что это Элемент магии? — с любопытством спросила Пинки.

Твайлайт приготовилась было дать полный, взвешенный и логичный ответ, но остановилась, осознав, что на самом деле не знает, что сказать. Ну, точнее, конечно, знает, но произнести это вслух...

— Я... я предположила, что это Элемент Магии, поскольку я лучше в ней, чем кто-либо другой, кого я только знаю, за исключением принцесс, — скороговоркой ответила она. — В любом случае! Это не так важно! Важно сейчас понять, как достать остальные!

Поверх изображений шаров принцесса нарисовала предметы, в которые влетели огоньки: её корона, драгоценность Спайка, ожерелье Пинки и...

— Рэрити, — произнесла она, открывая взгляд от листа. — Ты точно не...

— Обещаю, Твайлайт, я попытаюсь вспомнить, — ответила она, поигрывая ожерельем. — Это не так-то просто!

Побеждённая, принцесса зарисовала над камнем седельную сумку. После этого ещё раз просмотрела свиток Аримаспи и записала под каждым камнем соответствующие ему условия.

— Итак, я дума...

— Я уже знаю, каков мой Элемент, — перебила Рэйнбоу Дэш, принимая героическую позу. — Элемент Потрясности!

Пегаска оценила выражение лиц всех присутствующих.

— Эй! Принцесса Твайлайт назвала свой в честь того, в чём она хороша! Я просто сделала то же самое!

— Мы даже не можем быть уверены, что он твой, — указала Твайлайт. — Может, он Спайка!

— А он тоже потрясный! А сходится-то всё как! — Рэйнбоу выхватила маркер и, не обращая внимания на протесты аликорна, написала слово "ПОТРЯСНОСТЬ" внутри рисунка соответствующего шара.

— О! Мне нравится! — воскликнула Пинки, одобрительно кивая. Она взяла маркер у пегаски и нацарапала что-то поверх своего Элемента. — Вот! Элемент Смеха!

— Смех? Почему смех? — спросила Рэрити.

— Потому что смех всегда скрасит день! — с улыбкой ответила земнопони, после чего ещё и рассмеялась, подтверждая свои слова. — А что насчёт твоего Элемента?

— Ну-у... — единорожка взяла маркер и посмотрела на загадку. — Думаю, я буду Элементом Великодушия, поскольку, совершенно очевидно, что я многое дала всем пони вокруг.

Так она и написала, после чего закрыла маркер и передала его Твайлайт.

— Теперь, когда с этим покончено, могу я вернуться к своему платью?

— Да! — согласилась пегаска. — Спайк уже, наверное, заждался меня!

Первым побуждением принцессы было сказать, что нет, они ещё не закончили, никто даже и минуту не подумал над загадкой своего Элемента, а просто высказал свои первые попавшиеся догадки! Но, поразмыслив, она решила, что в любом случае лучше неё никто не подходит для исследования Элементов.

О-о-о-о-о! А что, если профессор Эйв разрешит ей воспользоваться лабораторией?

— Я продолжу исследования, и мы попозже соберёмся ещё раз, — предложила Твайлайт, беря рисунок и сворачивая его в рулон. — Пока я хочу, чтобы вы втроём сосредоточились на активации своих Элементов. Смех, похоже, идеально подходит к загадке, так что, возможно, Пинки, тебе этим и следует заняться.

Земнопони отсалютовала.

— Агась!

— Рэйнбоу, ты должна... защищать кого-то, наверное? Не давать в обиду? — предположила принцесса. — Либо так, либо тебе придётся поддерживать буквально каждую пони на пути и смотреть, что произойдёт.

Как и Пинки, пегаска отсалютовала копытом.

— Да, мэм!

И наконец, Твайлайт повернулась к швее.

— А тебе, Рэрити... — она прикусила губу, глубоко задумавшись. — Надо отдать всё, что у тебя есть, первому встречному?

Увидев выражение лица единорожки, принцесса тут же поправилась.

— Хотя это, пожалуй, чересчур.

— Твайлайт, я уверена, что мы со всем разберёмся, — учтиво произнесла Рэрити, наконец-то вернувшись к своей швейной машинке, включая её, а затем быстро левитируя трёх протестующих пони наружу. — А пока все на выход! Вы уже и без того отняли достаточно моего времени!

— Э-эй! — крикнула Рэйнбоу в закрывшуюся за ней дверь. — А что насчёт цепочки?!

— Погоди! Мне нужны мои бумаги! — воскликнула принцесса, бросаясь вперёд, со всей силы влетая носом в дверь и падая навзничь.

Первым делом зазвучал восторженный смех пегаски.

— Ты реально сейчас пыталась пройти СКВОЗЬ эту дверь?! Ты всё ещё так делаешь?!

— Нет, — выпалила Твайлайт.

Мгновение спустя дверь распахнулась, и на пороге появилась единорожка.

— Что, во имя Эквестрии, это был за звук?! — она опустила взгляд и увидела аликорна на полу. — Твайлайт! Что ты там...

Её выражение лица сменилось с озабоченного на едва сдерживаемое веселье.

— Ты что, только что...

— Молчи.

— Но...

— Ни слова.

* * *

Будучи изгнанной из мастерской Рэрити, принцесса решила подыскать себе другое место для исследований, что оказалось достаточно сложно, поскольку все комнаты, за исключением спален и мастерской единорожки, оказались забиты жеребятами, включая кобылку, которая постоянно спрашивала её, может ли она, пожа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-алуйста, взлететь с ней на вершину "Страны Грёз", а потом спустить обратно?

Это всего лишь одна маленькая кобылка. Что может пойти не так?

Вскоре она научилась больше никогда не задавать себе этого вопроса.

— Всё! — произнесла она, когда пятнадцатый хихикающий жеребёнок спрыгнул с её спины. — Это последний!

— О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-оу, — хором заныла толпа жеребят, стоявших в очереди.

— Но на табличке написано до трёх! — заскулил жеребчик, указывая на вывеску, где действительно было написано, что "Полёт на принцессе Твайлайт" работает до трёх часов дня.

— Что? Кто её сделал?! — спросила принцесса и увидела, как Пинки и Инкредентия указывают копытами друг на дружку. — Пинки! Я не могу заниматься этим до трёх! С ума сошла? Мне надо работать над Элементами, а потом лечь спать и увидеться с принцессой!

— Но ты уже работаешь над Элементами! Смотри, сколько жеребят смеются! И, благодаря тебе, я получу свой прям супер быстро!

— Пинки! Ты должна их смешить, а не я! — отметила Твайлайт. — Это не считается!

— Оу-у-у-у...

Несмотря на очередь жеребят, принцесса решила, что нужно проявить твёрдость. Она была почти точно уверена, что за те три секунды, пока она отчитывала земнопони, ещё около пяти жеребят встали в очередь, а за те три минуты, что потребуются ей, чтобы полетать с ещё одним жеребёнком, придёт ещё не меньше десятка.

— Простите, дети, — решительно произнесла она. — Но мне надо идти.

И снова молодёжь Холлоу Шейдс уставилась на неё так, словно она одним своим словом сделала не что иное, как лишила их всех надежд, разрушила мечты и украла детство, они прижались друг к другу, а их маленькие глазки наполнились слезами...

— Ну ладно, ладно, — уступила Твайлайт, потирая мордочку. — Те, кто не смог полетать сегодня, полетают завтра.

И хотя ещё немного расстроенные, большинство жеребят были удовлетворены обещанием и умчались либо играть дальше в "Страну Грёз", либо обратно в Холлоу Шейдс. Теперь, когда они разбежались, принцесса направилась обратно в бутик, чтобы найти наконец себе место и поработать над Элементами.

— Всем привет!

Или нет.

Твайлайт обернулась и увидела старейшину Муншайн, пробирающуюся к Пинки и Инкредентии. Несмотря на то, что принцессе было чем заняться, любопытство всё-таки пересилило.

— Старейшина! — поздоровалась земнопони. — Что вы здесь делаете? Пришли за своей еженедельной порцией кексиков?

Муншайн рассмеялась.

— О нет. Мне, пожалуй, пока хватит, — её глаза на мгновение метнулись к аликорну, после чего она продолжила. — Я здесь, чтобы поговорить с Рэрити, она дома?

Пинки кивнула.

— Агась! Принцесса Твайлайт виделась с ней не так давно, верно, принцесса?

— Да. Хотя она была занята работой над платьем. И не хотела, чтобы ей мешали.

— Старейшина, почему бы вам тогда не зайти завтра? — предложила земнопони. — Или я могу передать ей, чтобы зашла к вам, как закончит?

Муншайн покачала головой.

— Увы, дитя, вопрос не может ждать. Пожалуйста, дай ей знать, что нам нужно поговорить.

— Оки-доки-локи! — Пинки повернулась к чейнджлингу. — Инки, ты не могла бы принести пару кексов старейшине, пока я схожу за Рэрити?

— Не вопрос, шеф!

Кобылы разбежались, оставив аликорна наедине с пожилой старостой.

— О, м-м, ну... — неловко замялась Твайлайт, всё ещё не уверенная, как относиться к пони, что была проклята так, чтобы думать, будто принцесса не та, за кого себя выдаёт. — М-м, да...

— Принцесса, вы заняты? — спросила старейшина, и Твайлайт не смогла понять, в каком тоне она использовала титул. — Мне хотелось бы, чтобы вы были рядом во время разговора с Рэрити, если, конечно, сможете.

— К-конечно.

Не зная, что и думать, принцесса последовала за кобылой внутрь бутика, пытаясь на ходу сообразить, чего такого она сделала, из-за чего ей потребовалось обязательно присутствовать при разговоре со старейшиной. Рэрити вошла в комнату как раз в тот момент, когда Твайлайт закрывала за собой дверь.

— Старейшина! — воскликнула единорожка, лучезарно улыбаясь и спускаясь по лестнице.

— И принцесса тоже, — добавила Муншайн, и когда Рэрити бросила на Твайлайт вопросительный взгляд, та лишь пожала плечами.

— Верно, — единорожка встала рядом с аликорном и прочистила горло. — Ну, тогда мы все в сборе! Чем мы можем вам помочь?

Старейшина некоторое время смотрела на них, после чего откашлялась и заговорила.

— Я услышала очень интересную историю о вас двоих. О чём-то, что вы сделали некоторое время назад.

— А что мы сделали? — осторожно спросила Твайлайт.

— Вы имеете в виду, какими фантастически ослепительными мы были? — игриво предположила Рэрити?

— Да, — довольно-таки прямо ответила Муншайн. — Именно так.

— Что? — одновременно спросили принцесса и единорожка.

— Я была в школе на выступлении своей племянницы. Ну, знаете, выступление, когда жеребята рассказывают какое-то запомнившееся им событие, случившееся с ними за неделю другим жеребятам? Бедняжка и слова вставить не смогла, как все вокруг галдели о невероятной принцессе Твайлайт Спаркл и её заклинании чтения мыслей.

Улыбка единорожки соответствовала улыбке аликорна.

— О-о, правда? — спросила Рэрити. — Ого-го.

— Ага, — с улыбкой произнесла старейшина. — А затем они все как один начали рассказывать, как сильно им нравится приходить сюда после школы.

— Ох, спасибо, что рассказали, — искренне поблагодарила единорожка. — Мне правда приятно это услышать.

Улыбка Муншайн тут же исчезла.

— Я здесь не за этим, — после этих слов старейшина замолкла, её глаза слегка сузились, пока она переводила взгляд с Твайлайт на Рэрити и обратно, после чего старейшина наконец заговорила. — Как ты знаешь, Ночь Поисков уже не за горами.

От этих слов единорожка застыла как вкопанная.

— Да, знаю, — предельно осторожно ответила она, на что принцесса непонимающе приподняла бровь. — А что?

Суровое выражение лица Муншайн сменилось улыбкой.

— Ты была права, Рэрити, когда говорила, что город очень закостенел в своих традициях, но... может быть, пора двигаться дальше.

Глаза единорожки расширились.

— Вы же не хотите сказать, что...

— Да, хочу. Теперь — ты отвечаешь за проведение фестиваля Ночи Поисков в Холлоу Шейдс.

"О, точно же! — подумала Твайлайт. — Рэрити же что-то упоминала о желании организовать праздник?"

— Понимаю, — произнесла Рэрити, с улыбкой, конечно, но гораздо более сдержанной, чем принцесса от неё ожидала. — Старейшина, я обещаю, вы не пожалеете!

Муншайн рассмеялась.

— Надеюсь, дитя, — произнесла она, после чего нахмурилась и строго посмотрела на единорожку. — Но ты не должна делать чего-то, что до этого не согласовала со мной, понятно?

— И в мыслях не было! — ответила единорожка, искусно направляя старейшину к выходу. — Если это всё, то давайте я заскочу к вам завтра и мы обсудим детали?

— Хорошо, — кивнула Муншайн. — Я буду ждать.

И не дожидаясь, пока её выведут из бутика, старейшина мягко, но решительно отстранилась от Рэрити.

— И хватит выпроваживать меня, словно старую кобылу, которой я и являюсь, дитя! — когда смущённая единорожка отошла, старейшина повернулась к аликорну. — До встречи, Твайлайт.

— До встречи, старейшина Муншайн! — воскликнула принцесса, которой теперь, пожилая кобыла нравилась гораздо больше, чем раньше.

— Доброго дня! — попрощалась Рэрити, придерживая дверь и маша старейшине вслед. Единорожка задержалась у двери на несколько мгновений, после чего медленно прикрыла дверь, и в тот миг, когда она со щелчком закрылась до конца, она обернулась и закричала, словно бэтпони. — Пи-и-и-и-и-инки Пай!

— М-м-м-да? — откликнулась земнопони, высовывая голову из дверей пекарни.

Лицо Рэрити можно было хоть сейчас выставлять в Эквестрийскую палату мер и весов, как образец хитрости и коварства одновременно.

— Ночь поисков наша.

— Что?! — Пинки ахнула, после чего посмотрела на комнату на противоположной стороне холла. — Инкредентия!

Твайлайт оказалась лишь слегка шокирована, увидев, как трёхрогая Луна высунула голову из двери, сопровождаемая кучкой жеребят.

— Ась?

— Ночь поисков наша!

— Правда?! — Инки повернулась к единорожке. — Босс?!

— Да, всё так, — ответила Рэрити с улыбкой, которой Твайлайт восхитилась бы, если бы понимала, что вообще происходит.

Поэтому она подняла копыто.

— А мне может кто-нибудь об...

— Пинки! — перебила единорожка. — Немедленно пиши Ред Лайнингу и дай ему знать, что нам понадобится каждая свободная книга, которую он только сможет предоставить!

— Оки-доки!

— Но я и так могу дать тебе книг! — вмешалась принцесса, впрочем, внимания на неё никто не обратил.

— Инкредентия! Пожалуйста, дойди до профессора и дай ему знать, что нам понадобятся его хитроумные приспособления! И, Дензы ради, ты же знаешь, что тебе запрещено принимать облик Луны, после того, что случилось в прошлый раз.

Твайлайт повернулась к Рэрити.

— А что случилось в пр...

— О, и Инки! Отправь письмо принцессе и расскажи обо всём. Мне правда кажется, что Луна со...

— Рэрити! — перебила принцесса.

— Твайлайт!

Принцесса поджала губы.

— Пожалуйста, объясни мне, что происходит!

Единорожка несколько мгновений молча смотрела на аликорна.

— Дорогуша, ты знаешь, что я тебя люблю?

— Я... да? Люблю тебя тоже? Но какое отношение это имеет к Ночи Поисков?

Рэрити затрепетала ресницами.

— Вообще никакое, дорогая, просто решила напомнить. А что касается самого вопроса, прошу следовать за мной!

И, не сказав больше ни слова, она помчалась прочь, и Твайлайт потрусила следом на второй этаж. Жеребята гуляли вокруг, кто-то играл, кто-то рисовал на стенах, и вдруг единорожка без объяснений очень вежливо попросила всех их ненадолго спуститься на первый этаж.

Как только всё вокруг опустело, принцесса вопросительно уставилась на Рэрити.

— Всё ещё не понимаю...

— Терпение, сердце моё. Нам пришлось спрятать от них комнату, чтобы хоть что-то осталось не разрисованным.

— Спрятать комнату?

Единорожка подошла к книжному шкафу, и Твайлайт наблюдала, как сначала загорелся рог возлюбленной, после чего медленно, но верно, она левитировала шкаф в сторону, открыв взору большую дверь с кьютимарками всех четырёх принцесс. Когда дверь оказалась ничем не заслонена, Рэрити открыла её и повернулась к аликорну.

— После вас, принцесса.

С немалым волнением Твайлайт прошла мимо единорожки в комнату, оказавшись внутри того, что можно было описать только как штаб. Графики, схемы, зарисовки, контрольные списки, карты и всевозможные другие вещи, развешанные по стенам, разложенные на большом круглом столе посреди комнаты, и всё так или иначе было связано либо с Твайлайт, либо с тремя другими принцессами. Твайлайт увидела карту, указывающую на всевозможные предположительные места заточения Селестии и Луны, а также несколько рисунков того, что, казалось, служило для развлечения жеребят, начиная от "Книжного лабиринта принцессы Твайлайт", после было изображение жеребят, плещущихся в "Водопаде имени принцессы Селестии", а после играющих в "Крепости принцессы Кейденс".

Однако самым выдающимся было огромное изображение кобыл и жеребцов, обедающих в кафе и присматривающих за своими спящими детьми внутри комнаты, получившей название "Захватывающее царство грёз принцессы Луны".

— Рэрити, ты всё это сделала? — спросила принцесса, ошеломлённая количеством проделанной работы, копыто возлюбленной чувствовалось в каждом рисунке или предмете в этой комнате.

— Да! — ответила единорожка, заходя в комнату и подбирая несколько предметов. — Ну, не всё, конечно. Профессор помог с некоторыми диаграммами, а Пинки ещё кое с чем, но основные идеи и развлечения моя задумка. Признаюсь, я никогда не рассказывала тебе обо всём этом, потому что не думала, что в ближайшее время нам удастся это реализовать, но...

Она открыла шкафчик и левитировала оттуда четыре миниатюрных макета, сделанных с изображений на стенах, включая маленьких глиняных пони.

— Вот это, Твайлайт, то, чем я занималась последние два года. А это…

Рэрити левитировала что-то ещё из шкафа и положила на стол то, что казалось совершенно обычным, явно вкопытную изготовленным улыбающимся плюшевым мишкой.

— Маленькая прелесть, которая поможет нам спасти принцессу Луну.

## — Глава 12 — План нападения

[Изображение: https://i.imgur.com/1Qc98Z3.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/cHBXtGO.png]

К тому времени, как все пони расселись за круглым столом в комнате планирования "Страны грёз", уже наступила ночь.

Ну, почти все пони.

— Спайк, дорогуша, тебе что-нибудь видно? — спросила Рэрити, глядя вместе с остальными на огромный глаз дракона, заглядывающего в окно.

— Что?! — прогремел голос снаружи.

Рэйнбоу покачала головой, подтрусила к окну и высунулась наружу.

— Она спрашивает, видно тебе что-нибудь!

— О! Видно — не то слово! То слово — вообще ничего не видно!

— Да говори ты потише, оглобля! Хочешь весь город перебудить?!

— Что ты там пищишь?!

— Спайк, да прижми ты уже ухо к окну, не глаз! Не тормози, чувак!

— Если позволите, — вклинился Эйв, — всё происходящее до крайности нелепо.

— Профессор, вам всё кажется нелепым, — добродушно подметила единорожка, убирая со стола всё лишнее и раскладывая на нём макеты, а также пергамент и ручки для Твайлайт. После чего водрузила посредине стола плюшевого мишку. — А теперь, когда все успокоились, мы наконец-то можем начинать.

Принцесса левитировала к себе пергамент и записала некоторую предварительную информацию, после чего подняла взгляд и с удивлением обнаружила, что её возлюбленная всё ещё стоит.

— Рэрити? Ты не будешь садиться?

— Нет, — ответила единорожка, левитировала к себе указку из шкафчика и начала вращать её в воздухе. — Мне лучше думается, когда я хожу по комнате.

— Ну ё... — произнесла пегаска. — Надеюсь, принцесса, тебе удобно, потому что сейчас Рэрити начнёт свой баюкающий монолог.

— О! Обожаю монологи! — воскликнула Твайлайт, которой уже не терпелось начать вести записи.

— Рэйнбоу! Принцесса! — возмущённо воскликнула Пинки. — Тс-с-с!

Без дальнейших церемоний, и явно игнорируя замечание пегаски, единорожка заговорила.

— Итак, давайте ещё раз пройдёмся по тому, что нам известно, — начала она, нарезая круги вокруг стола и говоря достаточно громко, чтобы всем было хорошо слышно. — Мы знаем, что принцесса Луна внутри одной из гор, окружающих Холлоу Шейдс, мы знаем, что Дискорд поместил принцессу Луну в похожий трансгрессионный стазис, и мы знаем, что единственное место, куда дотягивается её магия снов — это Холлоу Шейдс и окружающие его леса.

Рэрити левитировала указку к карте на стене и постучала по горе неподалёку от города.

— Бурить всю гору явно вариант не из лучших, особенно если учесть, что мы понятия не имеем, где принцесса точно находится, но... но как я уже и сказала, мы предполагаем, где она может быть.

Единорожка перестала кружить по комнате и выдержала драматичную паузу перед тем, как продолжить говорить.

— Она может являться во снах. Значит, сны и станут нашим самым главным средством к её освобождению.

Твайлайт нахмурилась.

— Сны? Но принцесса Луна не может попасть в сны большинства пони.

— Ах, но это же не совсем правда, так ведь? — ответила Рэрити, возобновляя свои круговые хождения. — Принцесса Луна не может войти в сны взрослых, а точнее, в сны пони, что в неё не верят. Они слишком закостенели в своих привычках, не говоря уже о том, что несколько десятилетий находятся под влиянием магии хаоса, поэтому...

Единорожка улыбнулась.

— Поэтому просто волшебно то, что нам не нужно ничего делать с ними. Мы, Твайлайт, будет работать с теми, на кого ещё можно повлиять. С жеребятами.

И снова принцесса усомнилась в логике единорожки.

— С жеребятами? Не понимаю, как мы при помощи жеребят освободим её? Что могут они, чего не могут взрослые? Принцесса уже многие века ходит в сны жеребят, и это никогда ничего не меняло, она всё ещё в ловушке.

— Да, это правда, — призналась Рэрити. — Принцесса Луна говорила с десятками, даже с сотнями поколений жеребят Холлоу Шейдс, но как только им рассказывают так называемую "правду о ней", что она не более чем сказка, любая построенная между ними связь умирает. Ну, и, если так подумать, в этом есть смысл. Как они могут верить, что она реальна, если она является только в заведомо непроверяемых снах, которые вызывает их собственное воображение?

— Никак? — предположила Твайлайт и почувствовала себя ещё более сбитой с толку, когда единорожка остановилась и с восторгом посмотрела на неё. — Что?

— Всё верно! Вообще никак! — игриво ответила Рэрити, снова возобновляя расхаживание. — Я просто хотела, чтобы мы все ещё немного над этим подумали. Давайте как раз воспользуемся моментом и хорошенько подумаем о снах. Эти глупенькие, маленькие эфемерные штучки, которые всегда где-то рядом, когда мы спим. Итак, скажи мне, что происходит, когда ты просыпаешься ото сна?

Принцесса лишь удивлённо моргнула.

— Я... я не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

— О-о-о! Меня! Меня спроси! — воскликнула Пинки, размахивая копытом. — Ты их забываешь!

— Именно! — поддержала единорожка. — Ты забываешь их! Не целиком, нет, но точные детали и большая часть содержания чаще всего забывается. Тот мир, та принцесса, лишь несколько минут назад бывшие такими яркими, исчезают будто далёкое воспоминание, и какие бы чувства и впечатления у тебя ни были, они исчезают за первые десять минут после пробуждения.

Рэрити перевела дыхание и продолжила:

— Вернёмся к вопросу, как жеребята помогут с освобождением Луны. А зачем им сопротивляться и бороться с тем, что им говорят взрослые, когда у них, считай, и нет возможности доказать им, а в первую очередь и себе, что принцесса не плод их воображения? Но! Что, если нам под силу это изменить?

Как только эти слова были произнесены, Твайлайт навострила ушки, а её сердце пропустило удар, когда она заметила, как все пони в комнате заулыбались.

— Изменить? — осторожно поинтересовалась принцесса. — Каким образом?

— Что, если, — продолжая ходить вокруг стола, заговорила Рэрити, приближаясь с каждым кругом всё ближе и ближе к Твайлайт. — Что, если мы смогли бы вытащить что-то из этих снов? Что-то, что можно не только видеть, не только помнить...

Единорожка замерла прямо напротив Твайлайт и приподняла её подбородок копытом.

— Но и потрогать.

— Потрогать? — слегка задыхаясь, переспросила принцесса.

И вместо ответа Рэрити просто отступила и продолжила ходить туда-сюда.

— Босс, — рассмеялась Инкредентия. — Выжимаешь до последней капли?

Единорожка усмехнулась.

— Точно, дорогуша, — ответила она и затем левитировала к себе на прогулку плюшевого медведя. — Медведи, плюшевые! Такие очаровательные вещицы. Драгоценный друг любого жеребёнка, даже не сколько друг, сколько грозный защитник от любых ужасающих тварей, скрывающихся в темноте. Я ведь говорила тебе, Твайлайт, что этот очаровашка станет нашим ключом к спасению принцессы Луны? Что ж, мы начнём с того, что дадим всем жеребятам Холлоу Шейдс по плюшевому мишке.

Рэрити сделала многозначительную паузу, вне всяких сомнений, ожидая, что принцесса ахнет от осознания.

Чего не произошло.

— Ага... — произнесла Твайлайт, стараясь, чтобы её голос звучал вежливо. — И какое всё это имеет отношение к Луне?

— Всё просто! Она им их и подарит!

Тишина.

Принцесса моргнула раз, второй, третий.

— Она сделает плюшевых медвежат для жеребят? — уточнила она.

— Да, — с улыбкой ответила единорожка. — Всё так.

Осмотревшись, Твайлайт обнаружила, что никто, кроме неё, казалось, вообще не осознаёт абсурдности и невозможности этого утверждения.

— Ну хорошо. Как?

— Дорогуша, дай насладиться моментом, — ответила Рэрити, снова заполняя комнату своим певучим голосом. — Представь! Бедный жеребёнок, пострадавший от ужасного кошмара, и вдруг принцесса Луна утешает его во сне. Утешение, которое, к сожалению, продлится недолго, потому что всё позабудется по пробуждению! Вот только перед этим она даст с собой подарок. Прекрасного медвежонка, но не только даст, но ещё и попросит сделать его уникальным.

Единорожка левитировала красную ленту из шкафчика и завязала бабочку на шее медведя.

— Малыш хочет украшение? Пожалуйста! — затем из другого шкафа выплыл маленький синий войлочный костюмчик и окутал медвежонка, после чего голубая плоская шапочка опустилась ему на голову и закрыла уши. — Костюм? Синий? Как насчёт шапки?

К тому времени, как Рэрити закончила, медвежонок стал выглядеть довольно-таки щеголевато.

— Итак, вот, у нас получился весьма очаровательный дорогуша, и наша принцесса дарит его маленькому жеребчику.

— Ага, — кивнула Твайлайт. — И?

— И жеребёнок просыпается, зевает, потирает сонные глазки, и представь себе выражение его лица, когда он увидит зажатого в передних копытцах... — единорожка положила игрушку перед принцессой. — Плюшевого мишку с красной бабочкой, синим костюмом и шапочкой в тон, держащего записку от принцессы.

Ответ аликорна был лаконичен.

— Что?

— Ты меня слышала, — ответила Рэрити, останавливаясь.

— Чт... но... Как это возможно?! Это невозможно! Нет вообще никакого способа вынести что-то из царства грёз в реальный мир!

— Твайлайт, конечно же это возможно, — покачала головой единорожка. — Потому что я сделаю это возможным.

Рэрити возобновила кружение, почти перейдя на трусцу.

— Я сделаю это, вложу игрушку в копытца, пока он спит, и впервые за тысячу лет у жеребёнка появятся реальные причины не только верить, что принцесса настоящая, но и бороться за своё мнение. На каждого взрослого, что скажет "нет", на каждое шипение магии хаоса, шепчущее "нет", этот маленький медвежонок скажет "да, да, да".

— Но... но что насчёт магии хаоса?!

Ответил ей другой голос.

— О! Кажется, мой черёд отвечать, — отозвался профессор Эйв, поднимая маленькую серую прямоугольную штуковину с антеннами, лампочкой и застеклённым индикатором со стрелкой для измерений.

— Что это? — спросила принцесса, подавляя желание левитировать прибор прямо из его копыт.

— Видите ли, принцесса Твайлайт, за те два года, что вас не было, я проводил эксперименты с магией хаоса! И это маленькое устройство может не только показать нам степень текущего влияния магии на пони, но и колебания воздействия. И оно меняется, — он повернул прибор к себе и повозился с настройками. — К сожалению, я определил, что магия становится лишь сильнее, чем больше фактов встают против этой лжи, но...

Жеребец кивнул в сторону расшагивающей швеи.

— Случай с Рэрити два года назад доказал, что с проклятием хаоса можно не только бороться, но и целиком его развеять.

Эмоции бурлили внутри аликорна. Благоговение перед тем, что её возлюбленная, очевидно, планировала всё это в течение двух лет, возбуждение от того, что это, кажется, действительно может сработать, а также... ну...

— Но потребуются годы! — воскликнула Твайлайт. — Может, даже века! Разве этот город не был проклят магией хаоса уже почти как тысячу лет? Понадобятся годы, чтобы отменить её воздействие!

Улыбка Рэрити не дрогнула.

— Да. Это действительно долгоиграющий план, — произнесла она и указала на Инкредентию. — Точно так же, как один очаровательный чейнджлинг, живущий среди пони, вряд ли заставит всю Эквестрию принять их расу буквально за год, так и всего одно поколение жеребят, что верят в принцессу, вряд ли исправит ситуацию. Вероятно, и всей жизни не хватит, но!

Единорожка ненадолго замолкла.

— Но, — повторила она. — Всё это не более чем наша второстепенная цель.

— Второстепенная цель? — с восхищением переспросила Твайлайт. — Есть что-то ещё?

— Ты меня удивляешь! Ты действительно думаешь, что я ограничилась бы столь малым? — Рэрити затрепетала ресницами. — Глупая кобылка.

Наконец единорожка прекратила свои драматичные расхаживания и села за стол прямо напротив аликорна.

— Твайлайт, пока тебя не было, у меня было просто ужасающе большое количество времени, чтобы подумать о том, что произошло в ночь, когда библиотека оказалась запечатана. Самое важное, к чему я пришла — это то, что магия хаоса не только реагировала на тебя... — Рэрити направила кончик указки в сторону аликорна, — но и влияла на тебя, разве нет? По крайней мере, ты именно так сказала, когда мы были в замке с принцессой Кейденс.

Стыд опалил Твайлайт.

— Да, — ответила она, пытаясь не слишком много думать об этом. — Я действительно так сказала.

— Ну что ж, — продолжила единорожка, отклоняясь назад, — самый важный вопрос таков: что, если с принцессой Луной всё так же? Что, если она в какой-то степени может быть не готова признать, что тоже играет определённую роль в своём собственном заточении?

Твайлайт чуть ли не вскочила.

— Вот, именно это я ей и сказала!

— И она всё отрицала, так? Точно так же, как отрицала это и мне, и Пинки, и Рэйнбоу, и Спайку, и всем пони, что пытались донести до неё эту мысль, — Рэрити одарила аликорна пристальным взглядом. — И точно так же, как и ты когда-то.

Принцесса вновь ощутила, как стыд окрашивает её щеки, но если единорожка это и заметила, то виду не подала.

— Но, — заговорила вместо этого она, — если мы сможем переломить привычный ход вещей, даже если это будет всего несколько жеребят... одно поколение жеребят, что верят в неё, как Пинки, как ты, этого хватит, чтобы убедить Луну, дать ей надежду, а затем...

Рэрити улыбнулась.

— А затем нам, может, и не понадобится наш долгосрочный план.

Это было сложно осознать.

Казалось, план слишком... прост?

Слишком прост, не говоря о том важном факте, что единорожка не объяснила одну важную деталь.

— Постой, если ты запланировала всё это так давно, то почему не приступила к плану раньше? И какое всё это отношение имеет к Ночи Поисков?

Улыбка единорожки наконец погасла.

— Ну, вот тут-то как раз мы и напоролись на... загвоздку.

— На загвоздку, — повторила Твайлайт. — В каком смысле?

Рэрити облизнулась и нахмурилась.

— Ну, чтобы провернуть нечто подобное, нам понадобился бы не только повод для того, чтобы уложить десятки жеребят в одном и том же месте, но и нанять множество швей. Как бы талантлива я ни была, я не смогу пошить столько игрушек за отведённое время.

Принцесса старалась, чтобы её голос звучал как можно более вежливо, озвучивая очевидное.

— Так... наняла бы?

— Ну, для начала это не очень-то и дёшево, — произнесла Рэрити, и снова Твайлайт почувствовала, что её слова прозвучат слишком грубо, но всё же нахмурилась и заговорила.

— Тогда почему бы Кейденс не оплатить их услуги? — спросила принцесса, сомневаясь, что её золовка не сделает всё возможное для скорейшего освобождения Луны.

— Она могла бы, — осторожно ответила единорожка. — Нанять достаточное количество пони не проблема. Но всякая швея не подойдёт. Нам понадобится с десяток из тех, что верят в легенду и которых сможет навестить принцесса во сне. Как же иначе они воспроизведут дизайн, если не смогут его увидеть?

— Но Рэр...

— Вот поэтому, — перебила единорожка, — нам нужно сделать это во время Ночи Поисков. Это единственная ночь в году, когда у нас реальный шанс найти пони, которые готовы и желают поверить, и это единственная ночь, в которой магия хаоса сталкивается с целым табуном пони, что верят. Именно поэтому я и создала "Страну Грёз", Твайлайт. Это не просто бутик, пекарня и развлечение для жеребят. "Страна Грёз" — это тренировочный лагерь, а Ночь Поисков — грядущее поле битвы.

Рэрити указала на макеты игровых площадок для жеребят.

— Холлоу Шейдс славится тем, что буквально построен вокруг мифа о четырёх принцессах, а о его праздничных мероприятиях слышали во всех уголках Эквестрии, и теперь мы можем проектировать, изменять и использовать праздник, чтобы влиять на других.

Единорожка указала на макет библиотечного лабиринта Твайлайт, жеребята бродили внутри, а пегасы поднимали книжные шкафы в воздух.

— Пони прибудут на мероприятие и пройдут через книжный лабиринт принцессы Твайлайт, пытаясь найти два элемента Гармонии, запрятанные в книгах, несмотря на то, что пегасы будут изменять его каждые тридцать минут. После чего...

Она указала на большой макет водной горки, ведущей прямо в бассейн, с сундуками, полными сокровищ на дне.

— В своём смелом приключении по спасению наших героинь они должны спуститься по водопаду принцессы Селестии и нырнуть вниз в поисках ещё пары Элементов Гармонии, которые она спрятала. Как только они найдут их...

— Бум! — внезапно воскликнула Рэйнбоу Дэш, ставя на стол фигурку Спайка. — Они взберутся на крутецкого огнедышащего дракона, что собирается бесчинствовать в городе!

— Что?! — возмущённо воскликнул гигант. — Я на такое не соглашался! Я думал, что буду охранять лабиринт!

— Дорогуша, это только намётки! — отозвалась Рэрити, бросив на пегаску неодобрительный взгляд. — В любом случае, как я уже говорила, как только они найдут Элементы...

Единорожка указала на дом, украшенный так, чтобы выглядеть точно как часть Кантерлотского замка.

— Они должны войти в замок, и... — она левитировала крохотную фигурку чейнджлинга. — Оказавшись внутри, они услышат, что Дух уже проник в замок, и чтобы защитить принцессу Дензу...

— Рэрити, Рэрити! — перебила Пинки, подскочив с места. — Я хочу рассказать, что будет дальше!

И, не дав возможности единорожке ответить, земнопони схватила фигурку чейнджлинга и продолжила:

— Значится, чтобы защитить принцессу Дензу храбрые чейнджлинги приняли её облик, чтобы Дух не узнал, кто настоящая, но теперь мы не знаем, кто есть кто! А что, если мы тоже Духи?! Так что нам потребуется разгадать шифры на стенах, чтобы узнать, кто из них настоящая Денза, и вот после этого она скажет "всё верно!", и мы такие скажем "агась!", и тогда мы узнаем, кто такая Денза, после чего...

— Пинки, дорогуша, ты ведь помнишь, что не мы будем принимать участие, а жеребята, правда?

Земнопони отвернулась, надув губы.

— Ага...

Рэрити прочистила горло.

— И, наконец, как только принцесса Денза передаст им свои Элементы, жеребята бросятся к...

Широким жестом и соответствующей улыбкой она указала на последний макет, на нём жеребята принимали участие в чём-то, что можно было описать только как большую пижамную вечеринку.

— "Захватывающее царство грёз принцессы Луны".

Единорожка ловко левитировала устройство профессора к себе, слишком быстро, чтобы тот успел что-то возразить.

— Жеребята соберутся внутри "Царства грёз", и им скажут, что принцесса Луна попала в ловушку в своём собственном сне, и им предстоит отправиться туда и найти её. Как только они это сделают, она сообщит им местоположение последних элементов, а немногим избранным назначит личную охрану от ужасного духа.

— Плюшевого мишку, — произнесла Твайлайт.

— Плюшевого мишку, — повторила Рэрити с почти маниакальной улыбкой. — Итак, пока родители отдыхают, а их жеребята спят несколько блаженных часов, я и другие швеи будем воплощать их мечты в реальность в соседней комнате.

И снова, второй раз на ночь, принцесса не знала, как реагировать.

— Рэрити... ты всё это придумала?

— Да, — ответила единорожка, каждое слово словно светилось безудержной гордостью. — Да, сама. Что думаешь?

Твайлайт озарила мысль, что ещё никогда прежде она не чувствовала подобного влечения к Рэрити, но решила, что эту мысль лучше отложить до того момента, когда они останутся наедине.

— Эм-м. Вау.

— Спасибо, — произнесла единорожка. — И это ещё не всё.

И наконец-то не одна принцесса оказалась удивлена, судя по тому, как все пони за столом переглянулись, после чего посмотрели на Рэрити.

— Что? Не всё? — спросила Рэйнбоу Дэш.

Единорожка покачала головой.

— Есть и другая причина, по которой нам нужно так много швей. Сны забываются. На каждого сделанного медвежонка нам понадобится по меньшей мере четыре швеи во сне, чтобы увидеть его, а затем сверить детали, которые они запомнили.

Твайлайт нахмурилась.

— Кажется не очень-то эффективным.

— Так и есть, именно поэтому мы планировали взять всего с десяток жеребят или около того для нашего первого пробного забега, но... но теперь в этом больше нет необходимости. Теперь у нас есть пони, что может не только погружаться в сон, но и в точности запоминать дизайны.

— Что?! — воскликнула принцесса. — Кто?!

И когда Рэрити просто улыбнулась, а все лица в комнате одно за другим повернулись к Твайлайт, она поняла.

— О-о... — она поднялась и попятилась. — Погодите, но... Я же... я же ничего не знаю о снохождении! Мне только предстоит научиться, и я даже примерно не могу представить, сколько времени на это понадобится и успею ли я до Ночи поисков!

— До неё ещё несколько недель, Твайлайт, — произнесла единорожка. — И я уверена, что столь одарённая пони, как ты, быстро всему научится. Да и принцесса Луна, как нам известно, помочь в этом не откажет.

Твайлайт пристально посмотрела на возлюбленную. Неужели принцесса Луна тоже думает, что снохождению можно научить всего за несколько недель?

— Что-то я, Рэрити, сильно в этом сомневаюсь.

* * *

— Всё хорошо, Твай, — произнёс маленький дракончик, ласково погладив обессилено рухнувшего аликорна, в царстве снов Холлоу Шейдс. — Однажды ты научишься не искушать судьбу.

Принцесса собралась с силами, чтобы поднять голову и как следует посмотреть на него.

— Если собираешься быть таким умником, Спайк, я могу попросить принцессу вернуть тебя в твой собственный сон, — пригрозила Твайлайт, после чего снова опустила голову и застонала. — Как я могу быть такой уставшей? Я думала, что во сне невозможно устать.

— Когда ты только начинала, ты говорила, что рада учиться! Ты прочитала все те книги, что принёс профессор из замка, за сколько там? За два часа?

— Это было несколько недель назад.

— Твай, это было два дня назад.

Она ахнула.

— Два дня назад?!

— Твайлайт Спаркл! — прогремел чей-то голос, и Твайлайт вздрогнула, когда перед ней появилась Луна. — Возлежание на земле не входит в твоё обучение! Мы должны использовать всё время, что у нас есть, дабы ты была готова к Ночи Поисков!

Принцесса ночи топнула копытом, и вдалеке Твайлайт увидела версию себя под властью магии хаоса.

— Принцесса, — заговорила Твайлайт, снова поднимая голову. — Мне кажется, процесс обучения не предполагает собой чтение книг в уюте и борьбу с кошмарами по ночам?

Луна очень довольно улыбнулась.

— Тебе кажется правильно.

Младшая принцесса закрыла глаза и отпустила голову, готовясь к тому, что станет первым из многих, очень многих событий, что произойдут с ней в последующие недели.

— Ох...

* * *

Перестук копыт жеребца оглушал, пока они мчались по лесу.

Они бежали и бежали, пока окрики гвардейцев не затихли вдали и Рэрити не позволила ему отдохнуть.

— Как... — спросил жеребец, пытаясь отдышаться. — Как они нашли нас?

— Это бэтпони, — произнесла единорожка более чем сурово. Она повернулась к нему, расстроенная. — Норт, твои сны.

— Что с ними?

— Я тебе снилась? Я появлялась в твоих снах, хоть раз?

— Нет, — тут же ответил жеребец... пока память не подкинула ему фрагмент сна. — Ах... Ну... Возможно... Один раз. Вчера.

Увидев выражение лица Рэрити, он стал защищаться.

— Но я же не могу контролировать свои сны!

Выражение её лица смягчилось.

— Да. Не можешь.

## — Глава 13 — Необычайное дело Цинамон Дроп

[Изображение: https://i.imgur.com/YA8KDI2.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/m3GDmci.png]

— Рэрити, мы дружим уже много лет, так?

Она рассмеялась.

— Дорогой, три недели вряд ли можно так охарактеризовать.

Жеребец лишь улыбнулся.

— Ах, но разве время не относительная величина? Хотя для нашей дружбы можно сделать исключение! — он нахмурился. — Мне кажется, для тебя и принцессы Твайлайт эти три недели показались вечностью.

Теплота во взгляде кобылы тут же исчезла. Мгновенно.

— О чём ты, Норт Ридж?

— Я всего лишь подметил, что ты, похоже, вернулась к скверным привычкам. Напомни, сколько тебе времени понадобилось, чтобы прочитать то одно-единственное письмо?

* * *

Если бы дело касалось только Рэрити, если бы это она шла по лесу, она могла бы сказать многое. Например, что знакомый путь дарил теперь не радость, а одну только боль. Она бы сказала, что звуки леса, вой древесных волков и эхо ветра больше не ободряли, а лишь пугали.

Или же она могла бы сказать, что тишина леса расслабляла, даже несмотря на то, что этот лес сделал с ней. Она шла бы гордо, с высоко поднятой головой, неся шрам на задней ноге не как символ слабости, но как символ пережитого.

Для Рэрити Вечнодикий лес был просто лесом.

Однако для Твайлайт Спаркл, что шла по нему со своими друзьями, этот лес был тем, чем он и являлся на самом деле.

Её тюрьмой, в самом прямом смысле.

Деревья нависали над землёй, преследуя одну единственную цель — спрятать принцессу от любого пони, который хотел бы её найти.

Солдаты погибали в этом лесу из-за неё. Кейденс рассказала об этом, когда Твайлайт спросила о последствиях её исчезновения, и если это было трагично само по себе, то тот факт, что золовка отказалась сказать точное число погибших, делало всё ещё хуже.

Одна лишь мысль, что Рэрити могла оказаться среди погибших...

— Дорогуша, — произнесла вышеупомянутая единорожка, чей голос заставил аликорна отвести взгляд от покрытой шрамами кьютимарки и посмотреть в дразнящие глаза возлюбленной. — Я знаю, что тебе нравится вид, но не могла бы ты на публике быть чуть более сдержанной?

Трусившая рядом с единорожкой Флаттершай не смогла сдержать хихиканья, хотя было и не ясно, смеётся она над комментарием единорожки или смущением принцессы.

— Я не из-за этого пялилась! — запротестовала Твайлайт.

И хотя её подруги поверили ей и вернулись к своему разговору без каких либо замечаний, принцесса не смогла так же легко избавиться от боли в груди.

— Рэрити, — позвала она, и когда две кобылы остановились и обернулись, Твайлайт очень сурово добавила: — Я серьёзно.

Единорожка смягчилась.

— Сердце моё, я знаю, — ответила она, искренне и с нежностью улыбаясь. — Я просто хотела поднять тебе настроение. Я знаю, как тебе сейчас тяжело.

Принцесса не смогла удержаться от ответной улыбки и поддразнивания.

— Тяжело что? Не смотреть на тебя?

— Именно! — со смехом воскликнула Рэрити и порысила глубже в лес. — А теперь идём, мы почти на месте.

Кобылы продолжили пробираться через лес, пока наконец не остановились перед столь знакомым огромным дубом. Было странно видеть его в лесу, а не посреди поляны. Может быть, из-за этого Твайлайт казалось, что это место больше не было её домом?

Да и тревога, стоило ей только увидеть дерево, нисколько не помогала.

Принцесса думала, что сможет без проблем туда вернуться, но теперь, когда она стояла совсем рядом...

— Где книга? — спросила Флаттершай, направляясь к дереву.

— Где-то в лабиринте, я полагаю? — ответила единорожка, уже стоя у люка. Она посмотрела на аликорна в поисках подтверждения. — Верн...

Она осеклась, и нахмурилась.

— Твайлайт?

Стоя далеко-далеко от дерева, принцесса нахмурилась.

— Что? — спросила она, очевидно, не стараясь держаться от библиотеки как можно дальше. Очевидно.

Выражение лица Рэрити смягчилось.

— Дорогуша... — она мягко улыбнулась и указала на место рядом с собой, побуждая аликорна подойти поближе. — Здесь больше нечего бояться.

— Мы здесь, с тобой, принцесса Твайлайт, — добавила Флаттершай, когда принцесса шла мимо неё, и получила в ответ нечто среднее между благодарным мычанием и тревожным завыванием.

— Твайлайт, — произнесла единорожка, когда принцесса наконец добралась до люка. — Я знаю, что тебе тяжело...

— Так и есть, — перебила Твайлайт, не из желания нагрубить, а чтобы Рэрити действительно поняла. Одного только взгляда на люк, одной только мысли о библиотеке хватало, чтобы к горлу подступил ком.

— Я знаю, знаю, — утешала единорожка, мягким, но решительным тоном. Она приподняла копытом подбородок аликорна. — Но именно поэтому ты должна пойти туда и встретиться со своим страхом лицом к лицу.

Твайлайт слегка улыбнулась.

— Ты говоришь прямо как Луна.

Рэрити затрепетала ресницами.

— Ты хотела сказать, что принцесса Луна говорит прямо как moi, — произнесла она, в очередной раз доказав, что её обаяния почти всегда достаточно, чтобы заставить принцессу действовать. Единорожка отошла в сторону, пропуская аликорна вперёд, и указала на люк. — После вас, ваше высочество?

Воодушевлённая Твайлайт наклонилась, чтобы напоследок потереться о возлюбленную носом, после чего повернулась к люку. Пока Рэрити здесь, рядом, принцесса найдёт в себе силы сделать что должно. Вздохнув, она потянула люк магией и...

И почувствовала, как у неё подкосились ноги при виде тёмного туннеля, в который ей предстояло вступить. Какой бы храбрости она ни набралась, та очень быстро развеялась, остались лишь жалкие клочки, трепещущие на ветру.

— Твайлайт, — напомнила о себе единорожка.

— Я в порядке, — решительно солгала принцесса, обман был не сколько для возлюбленной, а скорее, для неё самой.

Внезапно она осознала своё тело, как её копыта упираются в землю, а ветер треплет шёрстку, и аликорну пришлось заверить себя, что больше она всё это не потеряет. Простой поход за книгой. Она не потеряет своё тело.

Твайлайт подняла копыто и медленно опустила его в темноту туннеля.

Голос Дискорда шипел в её разуме:

"Ты всё это заслужила".

Как только мысль завершилась, её копыто ступило на стальную лестницу, и раздавшийся звук, холодный, металлический, громкий, который немедленно заставил принцессу отпрянуть назад, словно марионетка хаоса рвалась наружу из туннеля. Не обращая внимания на возгласы возлюбленной, она захлопнула люк и бросилась прочь, оказавшись в итоге где-то за Флаттершай.

— Твайлайт! — позвала Рэрити. — Твай...

— Я не хочу! — откликнулась принцесса, изо всех сил выдавливая из себя слова, пока стыд, ужас и разочарование выжигали её изнутри. Она просто не могла вернуться в место своего заточения. Не могла. Не хотела. — Я не могу!

— Ох, принцесса, — сочувственно произнесла Флаттершай, и хотя она говорила со всей искренностью и добротой, которая только могла сыскаться в мире, Твайлайт восприняла эти слова совсем по-другому.

Жалость.

Принцесса заставила себя отвести взгляд от пегаски, выбросить из сознания её голос и повернуться к единорожке, обнаружив, что та всё ещё стоит около люка и с непроницаемым выражением лица смотрит прямо на неё.

Ни одна из них не сказала ни слова, рог Рэрити засветился, и её магия осторожно открыла люк.

Сердце аликорна забилось быстрее.

— Рэрити?

Единорожка не улыбнулась, не подбодрила.

— Я быстро, — произнесла она вместо того, и хотя она не сказала этого словами и явно сделала это не специально, в её голосе явно улавливалось нечто намного, гораздо худшее, чем жалость.

Разочарование.

Твайлайт смотрела, раздираемая болью, как Рэрити спускается в туннель, и в последнюю секунду, когда единорожка почти скрылась под землёй, принцесса её окликнула.

Удивлённая Рэрити повернулась обратно к аликорну.

— Да?

— Я... — Твайлайт осеклась и сделала выбор. — Прости.

Единорожка мгновение смотрела на неё, а затем без единого слова скрылась в туннеле.

— Отлично, — произнесла принцесса.

Она отвернулась от библиотеки и направилась к лесу.

Отлично, отлично, отлично.

— Принцесса? Куда ты? — встревоженно спросила Флаттершай.

— Мне нужно проветриться, — объяснилась Твайлайт, надеясь, что этих слов будет достаточно.

Хотя она намеревалась добавить, что это не займёт много времени, и даже успела произнести половину этого предложения, как её прервало резкое и внезапное землетрясение, сбившее аликорна с ног.

Она распласталась на земле, застигнутая врасплох, и повернулась к пегаске, когда та испуганно взвизгнула.

Как ни странно, землетрясение прекратилось так же внезапно, как и началось. Прошло буквально несколько секунд, но вот тот ужас, что последовал за ним, длился куда дольше.

Как только земля перестала дрожать, из туннеля в библиотеку раздался крик, полный ужаса.

— Рэрити?! — крикнула Флаттершай, вставая как раз в тот миг, когда Твайлайт уже промчалась мимо неё.

— Рэрити?! — в свою очередь крикнула принцесса, теперь в нескольких шагах от туннеля, уже готовая прыгнуть внутрь, и снова вид туннеля вызвал у неё тошноту, словно физически отталкивая аликорна.

У неё перехватило дыхание, сердце заколотилось в груди, и, казалось, на целую вечность она разучилась дышать.

— Принцесса?! — позвала пегаска, смущённая, отчаявшаяся.

— Я не могу, — прохрипела Твайлайт, несмотря на то, что хотела. — Рэрити?! Рэрити, ты...

Ещё один вопль перебил её, но звук голоса явно не принадлежал единорожке, да и звучал он всё же не как вопль, а скорее как разъярённый визг.

Земля вновь задрожала, и у аликорна едва хватило времени отползти назад, как из тоннеля появилось знакомое чудовище, такое же хаотичное и дискордоподобное, как и всегда.

— Нет! — ахнула принцесса. — Нет! Ты же была уничтожена!

Не обращая внимания на то, что должно было быть, а что нет, марионетка завизжала и впечатала кулаки в землю, посылая вибрации по земле и стряхивая ветви с окружающих деревьев. Но стоило этим ветвям коснуться земли, как вновь раздался визг, и они взмыли в воздух, меняя форму по требованию магии, вдохнувшей в них жизнь.

Окружённая древесными волками, столкнувшаяся лицом к лицу с существом, которое хотело либо её смерти, либо покорности, Твайлайт Спаркл почувствовала себя как никогда беспомощной.

— Принцесса! — позвала Флаттершай, и когда Твайлайт повернулась к ней, пегаска посмотрела на неё умоляющим, перепуганным взглядом. — Принцесса, как мы сюда попали?!

— Как... что? Флаттершай, какое это отношение имеет к...

— Как мы сюда попали?! — повторила вопрос пегаска. — Ты не помнишь?!

Твайлайт уставилась на подругу, сбитая с толку этим совершенно несвоевременным вопросом, и всё же он внезапно оказался самым важным на свете хотя бы потому, что как бы сильно принцесса ни пыталась дать на него ответ, никаких мыслей на ум не приходило.

Она понятия и не имела, как они сюда попали, и этот факт, как ни странно, был более мучителен, чем присутствие марионетки хаоса.

Расстроенное тем, что его проигнорировали, существо злобно взвыло и привлекло внимание аликорна, чей разум изо всех сил пытался решить, на чём сосредоточиться.

Что-то было не так, что-то было очень и очень не так, и это даже не марионетка или Рэрити, но как тут можно было сосредоточиться, когда лапы существа начали светиться, формируя огненный шар, чтобы бросить в Твайлайт.

Что оно и сделало.

Бросило огненный шар, быстрый, мощный и, несомненно, более горячий, чем лава. Принцесса стремительно наколдовала щит, чтобы закрыть себя и Флаттершай.

Но удара не последовало.

Твайлайт приоткрыла глаз и, подняв голову, обнаружила, что не только огненный шар и кукла застыли на месте, но и Флаттершай.

— Что... — спросила Твайлайт, и на её вопрос был незамедлительно дан ответ, когда рядом с ней появилась совершенно не впечатлённая и даже слегка разочарованная принцесса Луна.

— Думаю, на сегодня хватит.

Сначала пришло замешательство, колотящееся сердце в груди младшего аликорна пыталось замедлиться.

— Принцесса Луна? — напряжение в теле Твайлайт спало, и она осела на круп, пытаясь отдышаться. — Ох, слава звёздам, просто кошмар.

И не успела она договорить, как облегчение сменилось ужасом.

— Кошмар?! — воскликнула она и повернулась к принцессе ночи. — Но! Я же... Я же почти! Я уже почти поняла, что это сон! Вот немного оставалось!

Луна выгнула бровь.

— В который раз ты это говоришь?

— Неважно! Сейчас всё было по-другому! — запротестовала младшая принцесса. — Я догадалась, что что-то не так!

— Только догадаться мало, Твайлайт Спаркл, — серьёзно произнесла Луна. — Пойми, единственный способ осознать сновидения, это их контролировать, а если ты не можешь управлять даже своими снами, то попытка контроля над чужими обернётся истинным кошмаром.

— Знаю, — опустив голову, пробормотала Твайлайт.

— Никто не думает, что у тебя начнёт получаться всего за несколько недель, потребуется время.

— Которого у нас нет, — возразила младшая принцесса, не в силах сдержать негодования. — Ночь поисков всего через несколько недель! Всё над чем работала Рэрити зависит от того, справлюсь ли я, но мы ещё не начали само снохождение, а я уже не справилась!

— У тебя уже лучше получается. В прошлый раз ты даже не попыталась спуститься в библиотеку.

Твайлайт невесело рассмеялась.

— И? Единственная причина, по которой я попыталась, это то, что ты напрямую управляла конструктом Рэрити. "Ты говоришь прямо как Луна". Как я могла не догадаться?!

— Ты ошибаешься. Рэрити и Флаттершай были порождениями твоего собственного подсознания, я тут не при чём. Через Флаттершай ты сама пыталась себе напомнить о том, что спишь, — объяснила принцесса ночи. — Что касается Рэрити...

На лице аликорна появился намёк на улыбку.

— Уверена, её порадует, что даже во сне она подталкивает тебя к самоконтролю.

"Ну, а как же иначе?" хотела сказать Твайлайт. Она не знала такую Рэрити, что не стремилась бы помочь разобраться принцессе со множеством вещей.

— Хотела бы я, чтобы это и правда сработало, — проворчала Твайлайт.

Луна недолго помолчала, а затем произнесла:

— Ты можешь показать мне Холлоу Шейдс?

Младшая принцесса запнулась.

— Я... Снаружи? Настоящий Холлоу Шейдс?

— Нет. Здесь. Унеси нас из этого леса.

Понимая, что её проверяют, Твайлайт нерешительно оглядела Вечнодикий лес, точнее, реальность, что пыталась казаться лесом, и закрыла глаза, пытаясь представить себе деревушку. Она вообразила дома с изображёнными на них созвездиями, домики на деревьях, украшенные фонарями, пони, разгуливающих в плащах.

"Я в Холлоу Шейдс", — подумала она про себя, и её рог заискрил магией. — "Я в Холлоу Шейдс".

— Открой глаза.

И когда Твайлайт так и сделала, её охватило волнение, пейзаж сменился с Вечнодикого леса на Холлоу Шейдс и его призрачных обитателей, разгуливающих по деревне, живущих своей жизнью.

— Ты быстро учишься, Твайлайт. Ты только что сделала то, на что едва ли была способна всего несколько уроков назад. Скоро ты будешь готова.

— Но Луна, мне надо сейчас, — произнесла младшая принцесса, кратковременного трепета от того, что всё получилось, было недостаточно, чтобы справиться с волнением от возложенного бремени. — Скоро, это недостаточно быстро.

— Тогда, быть может, самое время вспомнить старую поговорку.

— Какую?

— Терпение и труд... — произнесла Луна и, заметив смущённый взгляд Твайлайт, объяснила. — Сегодня ты займёшься снохождением.

Твайлайт уставилась на Луну. Правильно ли она расслышала?

— Снохождение? Сегодня?

— Да, сегодня. Брейзнед Эйв уже был должен принести мои старые книги из замка. Полагаю, ты их прочитала?

— Да. Но что насчёт осознанных сновидений? Я же ещё их не освоила, и...

— Для снохождения это и не обязательно. Было бы проще, да, но можно обойтись и без него, — заверила принцесса. — Перечитай книги ещё раз. Изучи внимательнее, мы встретимся снова в полночь.

Рог Луны вспыхнул, и мир вокруг начал расплываться, голос принцессы затухал по мере пробуждения аликорна.

— Хорошего дня, Твайлайт.

И вот так, просто-напросто, без какой-либо торжественной церемонии, принцесса моргнула и проснулась.

Солнечный свет просачивался сквозь неплотно задёрнутые шторы, едва освещая часы на прикроватной тумбочке, которые сообщили, что полдень миновал тридцать минут назад. Твайлайт тихо застонала и потёрла глаза, обнаружив двух совят и их отца, расположившихся в шёрстке на её груди, вся троица крепко спала.

— А где...

Тихое уханье стало ответом на незаконченный вопрос, принцесса обернулась на звук и обнаружила Элару и Джинни, стоящих на блокноте, совёнок держала в клюве ручку.

— Точно.

Твайлайт взяла блокнот и записала всё, что смогла вспомнить об уже начавшем исчезать из памяти сне. Дописав, она осторожно села, к счастью, не потревожив сон сов, и оглядела книги, разбросанные по спальне Рэрити.

“Учёба”, — решила она, — “может подождать, сперва надо проветрить голову”.

Зевнув, она и две совы, которые теперь сидели на её спине, вышли из комнаты, где их временное уютное гнёздышко оказалось атаковано оравой визжащих жеребят.

— Принцесса Твайлайт проснулась! — ахнула кобылка.

— Эм-м, я, д...

— Ты видела принцессу Луну?! Ты сказала ей, что я сказала тебе сказать ей привет?! А она привет обратно передала?! — потребовал ответов жеребчик.

— Ну, я...

— А я могу поиграть с Джинни в куклы?! — взмолилась другая кобылка, уже вытягивая к сове копытца.

— Элара, не клюй жеребят!

— А правда, что мы скоро увидим принцессу Луну? — спросила ещё одна кобылка, дёргая Твайлайт за переднюю ногу. — Рэрити сказала, что мы поможем вызволить её!

— Да! — воскликнула принцесса, используя силу своей магии, чтобы левитировать жеребят в воздух и отставить их подальше, не то, чтобы их это хоть сколько-нибудь обеспокоило, скорее наоборот, обрадовало. Она пронесла их по воздуху далеко-далеко от себя и продолжила. — Я пойду к Рэрити, чтобы спланировать... план спасения?

Твайлайт осмотрелась, пытаясь найти, чем бы их отвлечь.

— А пока почему бы вам не... эм-м, спросить... Пинки? Спросите Пинки, что она делает в помощь принцессе Луне!

Идея оказалась удачной, и толпа жеребят наперегонки бросилась вниз по лестнице, напрочь позабыв о едва проснувшемся аликорне. Испытывая облегчение, и всё ещё с двумя совами на спине, Твайлайт собралась последовать за всеми вниз по лестнице, пока знакомая кобылка не потянула её за ногу.

— Принцесса Твайлайт? — произнесла она, опустив ушки. — А можно спросить?

— Конечно, Лемон Дроп. Что такое?

Кобылка уткнулась в пол, сосредоточенно нахмурив брови.

— Я... — она подняла взгляд. — Раф Нат сказал, что, эм-м, плохих пони сажают в тюрьму. Это правда?

— Да, это правда... По крайней мере сейчас так делают. В книгах по юриспруденции, которые дала мне Рэрити, я не нашла упоминаний темниц в замках, — принцесса села и осмотрела кобылку. — А почему ты спрашиваешь?

— А что должен сделать плохой пони, чтобы попасть в тюрьму? — спросила Лемон, игнорируя вопрос Твайлайт.

— Эм-м... ну, по-разному. Есть множество причин, по которым сажают в тюрьму, но если обобщить, то за нарушение правил.

Глаза кобылки расширились.

— Тебя посадят в тюрьму за нарушение правил?

— Да. Хотя перво-наперво будет суд, — ответила Твайлайт, осознав, что ей выпала прекрасная возможность пройтись по тому, что она узнала о современных законах. — Вообще, это очень интересный вопрос! Раньше принцесса лично вершила правосудие и решала, виновен пони или нет, но в настоящее время развилась принципиально новая система! Появился судья, это такой очень важный пони, который решает, виновен ты или нет, а ещё у обвиняемого, это тот, кто нарушил закон, есть адвокат, он помогает доказать невиновность на основе собранных доказательств. Это намного более детальный процесс, в отличие от того, что было у нас в столице Кантер, хоть и не без недостатков. Рэрити даже дала мне книгу, в которой было описано очень интересное дело, как невинно осужденный пони ошибочно провёл полжизни за решёткой из-за преступления, совершённого его братом-близнецом!

Принцесса перевела дыхание.

— Ну разве не здорово? — поинтересовалась она, а затем увидела выражение лица Лемон, что широко раскрыла глаза и распахнула рот, отчего Твайлайт вспомнила, что разговаривает с маленькой кобылкой и надо подавать материал попроще. Она неловко улыбнулась. — Давай объясню сначала.

— Нет-нет, не надо! — слегка дрожащим голосом выпалила Лемон. И, прежде чем принцесса успела сказать что-то ещё, кобылка сбежала вниз по лестнице.

— Спасибо, принцесса!

— Постой! — крикнула Твайлайт.

Она потрусила за ней, но кобылка уже исчезла, без сомнений, присоединившись к ватаге жеребят, посещающих "Страну грёз". Принцесса подумала, стоит ли поискать Лемон Дропс, но от этой идеи пришлось быстро отказаться, когда дверь в "театр принцессы Кейденс" с грохотом распахнулась и оттуда с громким смехом выбежал Рифт Шилд в облике жеребца.

— Ой, да ладно! — крикнул он в комнату, не заметив Твайлайт. — Где твоё чувство юмора? Это было весело.

— Весело?! — раздался визг Рэрити, за которым появилась и его обладательница, протопавшая в фойе, с очками, водружёнными на рог, и со свёрнутым свитком в поле магии. — Весело?! Сейчас я этим самым свитком покажу тебе, что такое "весело"!

— Рэр, прошу! — взмолился он, тщетно пытаясь, чтобы его голос звучал искренне, будто не наслаждался каждым мгновением происходящего. — Пощады!

И хотя принцесса ещё не разобралась как ей относиться к Рифту, он всё-таки понравился Твайлайт достаточно, чтобы помочь ему избежать гнева единорожки.

— Привет, — громко произнесла она, привлекая их внимание.

Веселье гвардейца мигом исчезло, и чейнджлинг немедленно выпрямился по стойке смирно и приложил копыто ко лбу.

— Принцесса Твайлайт! Добрый день! — официально поприветствовал он аликорна, с трудом сдерживая улыбку на недовольное ворчание Рэрити.

— Так-так-так! — воскликнула она, с нарочитой важностью направляясь к принцессе. — Уж не та ли это самая пони, что...

Единорожка оглянулась и свирепо посмотрела на Рифта.

— Что любит меня и уважает!

— В отличие от меня, — вежливо уточнил гвардеец.

— Да, в отличие от тебя! А теперь, звёзд ради, прекращай валять дурака и отнесись к работе серьёзно.

— Да, мэм! — воскликнул он, шутливо отдав честь и потрусив обратно в театр, прежде чем у свитка Рэрити появилась возможность атаковать его.

Закончив закатывать глаза, единорожка снова надела очки и посмотрела на Твайлайт.

— Ты сегодня рано, — отметила Рэрити.

— Рано? Уже двенадцать часов дня.

Единорожка пристально посмотрела на аликорна.

— М-м, "ха-ха". Ты знаешь, о чём я. Ты закончила с уроками?

Твайлайт неловко поёрзала.

— Нет. Ну, пока что да.

Рэрити прикусила губу.

— И как прошло? Хорошо? Как оно там называется, хождение во сне?

— Снохождение, — поправила принцесса. — И нет, прошло не очень.

Единорожка сочувственно улыбнулась, потрепав аликорна по щеке.

— Ну, не унывай, дорогая. Уверена, скоро ты со всем разберёшься.

— Кажется, уже и не требуется, — с лёгкой горечью в голосе ответила принцесса. — Луна хочет начать снохождение уже этой ночью. Перейти сразу к сути.

Глаза Рэрити расширились.

— Снохождение? Снохожденное снохождение? — переспросила единорожка, в голосе которой слышалось... беспокойство? Она что, думала, что Твайлайт не готова?

— Да, снохожденное снохождение, — медленно повторила принцесса. — А что? Разве это не здорово?

Единорожка удивлённо моргнула.

— Здорово? Ну да, конечно! Да, я... ну, я просто, наверное, немного удивлена, поскольку принцесса Луна явно дала понять, что это займёт намного больше времени, — она прочистила горло и одарила аликорна обаятельной улыбкой. — Как бы то ни было, это здорово!

— А как насчёт тебя? — спросила Твайлайт, глядя поверх Рэрити в сторону "театра Кейденс". — Что случилось?

Единорожка тяжело вздохнула, отворачиваясь и направляясь внутрь комнаты.

— Боюсь, то же, что и вчера. Дела всё ещё идут медленнее, чем мне бы того хотелось.

Заинтригованная принцесса последовала за ней и сразу оказалась в какофонии звуков и всевозможных личностей, разделённых на группы. Помещение было целиком освобождено от напольных подушек, их заменили пластиковые столы разных размеров, за каждым из которых сидели пони и чейнджлинги, чем-то занимаясь.

Столики по левой части комнаты оказались заняты десятком переговаривающихся кобыл и жеребцов, все они работали над шитьём всевозможных плюшевых медведей, а Флаттершай неподалёку подбадривала их. Чуть дальше справа Эпплджек и её брат стояли над макетом книжного лабиринта, беседуя с плотниками. Наконец, у правой стены принцесса приметила Рифта Шилда, разговаривающего не с одной, не с двумя, и даже не с тремя Кейденс, а сразу с восемью, включая ту, что явно забавлялась наличием у себя на голове пяти рогов.

— Рэрити! О чём ты вообще? Это совсем не медленно! — воскликнула Твайлайт, следуя за единорожкой к сцене.

Прогресс был явно налицо! Настоящий, намного больше, чем принцесса могла бы сказать о своих успехах.

Единорожка не смягчилась.

— Да, кое-что уже проглядывает, признаю. И теперь, когда принцесса Кейденс направила больше помощников, всё идёт куда быстрее, но всё равно слишком многое ещё не готово.

Кобылы поднялись на сцену, где рабочее место Рэрити было завалено проектами, контрольными списками и официальными запросами.

— Что, например? — спросила Твайлайт, левитируя один из списков и пробегаясь по нему глазами.

— Ну, давай посмотрим, — ответила единорожка, выхватывая ручку и забирая список у аликорна. — Во-первых, я всё ещё жду отчёта от Эпплджек и Биг Мака по поводу материалов для книжного лабиринта, во-вторых, нам всё ещё надо, чтобы Рэйнбоу Дэш уточнила, протянет ли нам Клаудсдэйл копыто помощи с водопадом, в-третьих, нам с Пинки всё ещё надо придумать, как мы собираемся превратить это место в замок Кейденс, ну и вишенка на торте, нам надо найти время съездить в Троттингем за книгами.

Принцесса навострила ушки.

— Книги?

— Да, для книжного лабиринта. Я недавно подружилась с тамошним библиотекарем, и он предложил предоставить столько книг, сколько нам нужно, в обмен на небольшую оплату и рекламу его библиотеки.

Твайлайт не могла в это поверить.

— Эм-м, у меня есть книги, — произнесла она, нахмурившись. — Я не возражаю если мы воспользуемся моими.

— Твайлайт, я знаю, что у тебя целая би...

— Много книг.

— Да, дорогуша, я знаю, что у тебя много книг, но, понимаешь, до недавнего времени эти книги не были нам доступны, м? Хотя... — Рэрити постучала кончиком ручки по подбородку. — Книги весь день будут на улице, а на твоих есть защитное заклинание...

Она отложила контрольный список и подхватила ежедневник, листая до сегодняшнего числа.

— Что ж, я всё равно хочу взять часть книг у Рэд Лайнинга, поскольку он был достаточно любезен, чтобы сделать такое предложение, так что давай запланируем всё на эти выходные. Сначала давай сходим в библиотеку...

Она замолкла и слегка опустила ушки.

— Ну и? — спросила Твайлайт.

Единорожка вздрогнула.

— А? Ох! Извиняюсь, — она прочистила горло, а её щёки покраснели. — Как я уже говорила, я организую встречу с ним в ближайшее воскресенье в Троттингеме, в субботу же мы с тобой можем... можем пойти в твою библиотеку и забрать книги.

— Погоди. Мы с тобой? В смысле ты хочешь, чтобы я пошла с тобой в библиотеку?

— Ну разумеется, — ответила Рэрити. — Если, конечно, принцесса Луна не против и не возражает ненадолго приостановить твоё обучение, других помех совместной поездке я не вижу.

Увидев неуверенное выражение лица Твайлайт, единорожка приподняла бровь.

— Или они всё же...

— Что? Нет-нет, никаких проблем! С чего бы им быть? — быстро перебила принцесса, отгоняя мысль, что кошмары о библиотеке, вероятно, не очень хороший знак. Всё будет хорошо, особенно если Рэрити будет рядом. Если... — Если, конечно, ты не против, чтобы я поехала с тобой.

— Что? Я? Нет конечно! С чего бы мне быть против? Я не против.

— Ну, я тоже не против.

— И это здорово, дорогуша.

— Просто отлично.

Прошло несколько мгновений тишины, когда две кобылы абсолютно точно не пытались придумать, что сказать, пока наконец единорожка не водрузила очки на рог и улыбнулась.

— Дорогуша, я понимаю, что ты нервничаешь из-за возвращения туда, — мягко произнесла она, приподнимая подбородок опустившего голову аликорна.

— Луна рассказала тебе о моих кошмарах?

— Нет, — ответила Рэрити, опуская копыто. Она склонила голову набок и затрепетала ресницами. — Просто так получилось, что я очень хорошо тебя знаю, и... Ну что ж, как бы сильно мне ни хотелось, чтобы ты поехала со мной, если ты всё ещё не готова, то, быть может, будет лучше, если мы подождём.

Слова сорвались с губ Твайлайт сами собой.

— Это не то, что ты сказала во сне.

Единорожка нахмурилась.

— Я... что? В каком сне?

Разум аликорна наконец осознал сказанное, и принцесса попыталась оправдаться.

— О, эм-м... Ну, мне приснился сон... Я хотела сказать не ты "ты", а ты во сне. Она сказала, что именно потому, что это тяжело, я и должна пойти.

Рэрити никак особо не отреагировала.

— Так и сказала? Интересно, — она водрузила очки обратно на нос и пожала плечами. — В любом случае, дорогуша, как ты скажешь, так и будет.

— Я бы хотела поехать, — решительно заявила Твайлайт. — Я справлюсь.

Если единорожка и думала иначе, то она решила оставить своё мнение при себе.

— В таком случае, я всё приготовлю.

— Итак! — произнесла принцесса, осматривая комнату, ища, как поддержать разговор. — Что ещё тебе нужно сделать?

Рэрити точно так же огляделась по сторонам и приметила нескольких кобыл, требующих её внимания.

— Полагаю, помогать моей новоиспечённой великой армии швей, — она перевела взгляд на аликорна. — А ты чем займёшься? Подготовкой к сегодняшней ночи?

Когда Твайлайт кивнула, единорожка снова нахмурилась.

— Значит, войдёшь в кошмары?

— План именно такой, да.

— Понятно! Интересненько, — Рэрити облизнулась. — Ну, тогда до вечера.

Подруги погрузились в неловкое молчание, прерванное только тогда, когда принцесса решилась спросить, что уже давно было у неё на уме.

— И ты всё ещё не хочешь, чтобы я входила в твои сны?

Единорожка болезненно улыбнулась.

— Нет. Пока нет, дорогуша, — ответила она, и, хотя Твайлайт ничего не сказала против, Рэрити тут же начала защищаться. — Не потому, что я тебе не доверяю! Просто, знаешь... столько всего происходит, вся эта подготовка к Ночи поисков, и...

Принцесса выгнула бровь.

— И тебе нужно время? — предположила она, и единорожка поморщилась.

— Твайлайт Спаркл, так не честно! — захныкала Рэрити. — Я дала тебе больше года, мисс "Я Не Хочу Говорить О Своих Тёмных Самокопаниях"!

Принцесса смущённо улыбнулась.

— Хорошо-хорошо! Я всё понимаю.

— Дорогуша, я знаю, что ты волнуешься, но не стоит. Мои кошмары — мои, и мне с ними справляться, и я справлюсь.

— Обещаешь?

— Обещаю, — ответила единорожка, подняв копыто и приложив его прямо поверх светящегося ожерелья на груди аликорна. — На самом деле, уже почти справилась.

* * *

Снохождение было сродни медитации.

Всё что нужно, это тихая комната и удобная подушка, на которой ничего не затечёт, пока сидишь часы напролёт, а также древняя руна из книги и магия аликорна.

— Хм, или это больше похоже на транс? — вслух размышляла Твайлайт, осматривая множество дверей, разбросанных по царству грёз.

— Транс не совсем верное определение, — ответила ей принцесса, сидящая рядом. — Мы не закрываемся от внешнего мира и не находимся в полусознательном состоянии. Тебе кажется, что ты спишь?

— Нет, — ответила Твайлайт.

— Тогда тест, пожалуйста.

— Тест? О...

Младшая принцесса закрыла глаза и сосредоточилась.

— Как ты сюда попала? — спросила её Луна.

— Я проснулась днём, сходила повидаться с Рэрити, мы поговорили о "Ночи поисков", затем решили сходить в мою библиотеку за книгами, после чего я пошла к Пинки Пай и пообедала с ней, затем встретилась с профессором, после чего вернулась к чтению до полуночи, уснула, встретила тебя, мы начали разговаривать, и я вспомнила всё это, так что я не во сне, — она глубоко вдохнула и открыла глаза. — Вот!

— Отлично.

Воодушевлённой небольшим успехом Твайлайт не терпелось приступить к изучению чего-то нового. Она мельком осмотрела десяток дверей, высматривая знакомые, после чего повернулась обратно к Луне.

— Что дальше?

— Ты с Рэрити в самом деле собираешься в библиотеку? — спросила принцесса.

— Да, на этих выходных.

— Вдвоём?

Младшая принцесса, сбитая с толку вопросом, склонила голову набок.

— Да?

Луна улыбнулась.

— Понятно.

— Что? Почему? Что понятно?

Принцесса грёз пожала плечами, осматривая множество дверей.

— Учитывая, что все твои кошмары происходят в библиотеке, я удивлена, что вы решили, несмотря ни на что, идти туда вдвоём.

Твайлайт сглотнула.

— Знаю, но всё будет хорошо. Я справлюсь, — решительно произнесла она, но решимость дрогнула, когда она повернулась к Луне и увидела, что принцесса выжидающе на неё смотрит.

— Что?

Хозяйка ночи улыбнулась, но больше ничего не сказала.

— Луна, почему ты такая... загадочная! Почему все пони такие загадочные?! Ты, Рэрити!

— Твайлайт Спаркл, я не загадочная. Всего лишь наблюдательная, черта, которая, похоже, у тебя развита не столь сильно.

Но прежде чем младшая принцесса смогла оспорить это заявление, Луна поднялась и неспешно направилась вперёд.

— Снохождение, — заговорила ночная принцесса тоном, который не подразумевал продолжение прошлой темы беседы, — это не просто погружение во сны пони.

— Строго говоря, так и есть, — отметила Твайлайт, вставая, чтобы тоже последовать за учителем. — Ты просто заодно исправляешь их кошмары.

— Наша работа не в том, чтобы "исправлять" кошмары, Твайлайт Спаркл. Мы должны помочь преодолевать страхи, а не приносить временное облегчение.

Луна остановилась, ударила копытом о землю, а младшая принцесса взвизгнула и отпрыгнула при виде огромного восьминогого существа, покрытого шипами, из ниоткуда материализовавшегося прямо перед ними. Все восемь глаз зверя опасно уставились на аликорнов, но само создание не сдвинулось ни на сантиметр.

— Кошмары берут начало из реальности. Питаются нашими страхами, — принцесса снова топнула, и чудовище взвыло и съёжилось, обратившись крошечным паучком, грозно машущим лапкой аликорнам. — Сноходцы могут изгнать их, это верно, но лишь тот, кто видит сон, может по-настоящему избавиться от кошмара.

Твайлайт кивнула, делая пометки свежепредставленным пером в такой же блокнот, не то, чтобы она смогла забрать с собой из сна эти заметки, но всё-таки.

— Угу...

Луна продолжила:

— Вот почему нам не следует эмоционально влиять на спящих.

Младшая принцесса подняла взгляд, проследив за тем, как хозяйка ночи вновь продолжила путь.

— В каком смысле?

— Мы лишь наблюдатели. Когда ты в чьих-то снах, ты больше не Твайлайт Спаркл. Да, у тебя есть её опыт, знания, мысли, эмпатия, но остальное? Остальное должно быть отброшено и позабыто. Для тебя должны остаться только эмоции, чувства и переживания спящих, а не твои собственные.

Луна кивнула сама себе.

— И именно поэтому мы, сноходцы, не должны входить в кошмары и сны наших близких.

Твайлайт утвердительно хмыкнула.

— Точно. Ты мне уже говорила, но... Мне кажется, я не до конца понимаю. Почему бы и нет? Мы же хорошо знаем наших близких. Кто лучше нас им сможет помочь? Я объективно смогу лучше разобраться в глубинных причинах их проблем.

Старшая принцесса замедлила шаг и задумчиво произнесла:

— Кажется так просто, да? Легко даже. Но помнишь ли ты, что я тебе ещё говорила? — Луна прожгла Твайлайт взглядом. — Готова ли ты увидеть самые тёмные страхи своих близких? Их самые мрачные мысли?

Твайлайт обратилась мыслями к Рэрити, и над ответом думать даже не пришлось.

— Да, конечно, — она выпрямилась. — Я люблю их. И смогу поддержать, чего бы они ни боялись.

Луна резко остановилась и сурово посмотрела на младшую принцессу.

— А помнишь ли ты, что ещё я тебе говорила? Что Пинки сказала тебе?

Твайлайт не нашлась с ответом.

— Эм-м...

— Скажите мне, Твайлайт Спаркл, что, если ты — и есть главный страх своих любимых? Что, если ты осознаешь, что именно ты и есть причина их боли и беспокойства? — выражение лица Луны немного смягчилось. — Зная, через что ты прошла, и видя твои сны, я уверена, что этим вопросом ты задавалась не раз.

Когда младшая принцесса не ответила, потому что её разум был захвачен осознанием, Луна продолжила путь.

— Невозможно испросить согласия у всех пони. Снохождение — это, по сути, вторжение в самое личное пространство каждой пони, именно поэтому, как я уже говорила, мы не можем быть сами собой, когда помогаем другим во снах, и поэтому сноходец во снах тех, кого знает, должен быть предельно осторожен.

— Потому что рискуешь не выдержать сама, — завершила предложение Твайлайт, испытывая много меньше энтузиазма от снохождения, чем раньше.

— Есть также кошмары, которые не требуют нашего непосредственного участия, — продолжила принцесса ночи, дойдя до лишь слегка потемневшей двери. Она прижала к ней копыто, и лёгкое сияние от него просочилось в дверь. Луна улыбнулась. — Страх Сильвер Твист перед пауками особого вмешательства не требует, как, я уверена, ты можешь догадаться.

Не прошло и мгновения, как дверь вспыхнула белым и вернулась к своему обычному нежно-голубому цвету.

— Не говоря уже о том, что у нас просто не хватит времени лично заниматься каждым кошмаром. Следует разделять приоритеты. Раньше, когда я ещё могла входить во сны взрослых, я бы сказала, что некоторым пони не помешает хорошенько перепугаться...

Луна нахмурилась, её взгляд устремился куда-то за Твайлайт.

— А потом, — принцесса ночи на мгновение замолкла, а затем заговорила вновь, как будто прошлого предложения и не было. — Для твоего первого урока...

— Что случилось? — спросила Твайлайт, слова старшей принцессы остались неуслышанными, поскольку любопытство завладело всем вниманием ученицы, заставив её зачарованно смотреть по сторонам. — Что ты... Принцесса!

Твайлайт встревожилась, там, вдалеке, запульсировала и преобразилась дверь, меняя свой цвет с белого на чёрный. Кошмар, и судя по насыщенности чёрного — довольно неприятный.

Это тревожило, да, но...

Но и восхищало.

Не спрашивая и не дожидаясь разрешения, младшая принцесса помчалась к двери, не обращая внимания на Луну, зовущую её по имени. Ужасный кошмар! Она ненавидела свои, но возможность изучить чужие никаких проблем не доставляла! Не то чтобы она хотела, чтобы пони снились кошмары, точно нет, просто с научной и даже психологической точки зрения не было ничего более сложного и в то же время интуитивно понятного, чем кошмары.

— Твайлайт Спаркл!

Голос Луны эхом разнёсся по пустоте, и вскоре после этого её тело материализовалось прямо напротив мигающей двери, она широко расправила крылья, словно ставя барьер перед чужим вторжением. Младшая принцесса с пробуксовкой остановилась, подняла глаза на синего аликорна и смущённо улыбнулась.

— Прости. Я увлеклась.

Луна приподняла бровь.

— Страданиями пони увлекаться негоже.

— Ну. Да. Но... с точки зрения исследователя... — выражение лица принцессы быстро заставило её замолчать, и Твайлайт решила попытаться исправить положение, она прочистила горло, выпрямилась и гордо, определённо не увлечённо, заявила. — Так давай же поможем!

Луна даже не пошевелилась, её глаза всё ещё были прикованы к Твайлайт. О чём она думала, младшая принцесса даже не пыталась угадать, и быстрое размышление о всём сказанном и сделанном не выявило серьёзных ошибок, поэтому она слегка расслабилась и снова прочистила горло.

— Принцесса?

Но та снова промолчала, лишь опустила крылья и отступила в сторону, открывая взгляду Твайлайт три знакомых голубых бриллианта, украшающих дверь.

И вот тогда, и только тогда, энтузиазм Твайлайт по-настоящему зачах.

— Рэрити? — произнесла она, удивлённо поначалу, словно ей не приходило в голову, что у её возлюбленной вообще могут быть кошмары. Следом пришло беспокойство, побуждающее сделать ещё пару шагов к двери. — Рэрити?! У неё кошмар?!

Копыто Твайлайт метнулось к двери.

— Нам нужно...

Она резко остановилась, стиснула зубы и заставила себя отступить.

— Полагаю, разрешения войти в её сны ты не получила, — произнесла принцесса, слова звучали как вопрос, но тон констатировал факт.

— Не получила, — ответила Твайлайт, и её ушки опустились. Она взглянула на принцессу, чьи прищуренные глаза и слегка склонённая набок голова были восприняты Твайлайт как осуждение её отношений с Рэрити, и младшая принцесса снова начала оправдываться. — Я уверена, у неё есть на то причины!

— Наверняка.

Луна повернулась и приложила копыто к двери. Оно засияло магией, но вместо того, чтобы устранить проблему и вернуть двери нормальный цвет, оно вообще ничего не сделало. Проход продолжал переливаться из белого в чёрный.

Выражение лица ночной принцессы омрачилось.

— Потребуется моё личное вмешательство.

— Что не так? — спросила Твайлайт, сделав шаг вперёд и тоже приложив копыто к двери, словно таким образом она могла как-то помочь или получить ещё горстку сведений. — Как она?! О чём её кошмар?!

Луна снова пристально посмотрела на неё, и Твайлайт попятилась с нервной улыбкой.

— Ты не ответишь мне, потому что это личное, я поняла.

— Ты быстро учишься, — с лёгкой улыбкой произнесла принцесса. Затем она огляделась и указала на дверь вдалеке, которая слегка потемнела. — Это — сон Лемон Дроп. Помоги ей справиться с кошмаром, а я позабочусь о Рэрити.

— Подожди, я? Одна? — нервно спросила Твайлайт. — Ты хочешь, чтобы я исправила... эм-м, провела её через сон сама?

— Это будет простой сон, Твайлайт, — заверила её принцесса. Она указала на вызванный блокнот младшего аликорна. — Ты уже знаешь, как создавать вещи и ситуации, и мне кажется, повлиять на жеребёнка не покажется тебе трудной задачей.

— Я... Но...

— Ты очень способная, — с улыбкой произнесла Луна. — Мне ещё не встречались пони, что считают иначе. Так поверь же в себя сама.

Твайлайт выпрямилась и сделала глубокий вдох.

— Да. Я справлюсь.

— Хорошо. И помни, мы не исправляем кошмары. Мы помогаем пони понять, почему они им снятся.

Сказав это, Луна обратила внимание на дверь и приоткрыла её достаточно широко, чтобы младшая принцесса смогла мельком увидеть что-то вроде леса. Однако прежде, чем она смогла увидеть больше, Луна шагнула в сон и закрыла за собой проход, оставив Твайлайт снаружи.

— Лес? — нахмурившись, пробормотала она.

Вот только какой? Был ли это Вечнодикий лес? И тут принцессу осенило. Конечно же! Наверняка Рэрити снится день, когда на неё напал древесный волк!

Она оглянулась на дверь, сделала шаг и снова прижала копыто к двери. Так легко надавить чуть сильнее и войти. Так хотелось просто быть там, с Рэрити, чтобы хотя бы во сне спасти её от шрамов, исправить то, что не удалось сделать в реальности. Так просто.

Но Твайлайт не стала этого делать.

Она отошла от двери, бросив на кьютимарку Рэрити последний, почти извиняющийся взгляд, а затем развернулась и потрусила к двери нуждающейся в помощи маленькой кобылки.

Принцесса открыла дверь, и тут же на неё обрушилась какофония яростных, едва различимых воплей. Она шагнула в сон, и дверь за ней растаяла, оставив Твайлайт хмуро смотреть на толпу, окружившую ратушу Холлоу Шейдс. Кобылы и жеребцы сбились в кучу, и отдельные выкрики было невозможно разобрать из-за общего гомона.

"Покарайте его!", кричали одни, другие призывали: "Правосудия! Требуем наказания!", некоторые зашли так далеко, что требовали: "Изгнание! Ему не место среди нас! Изгнание!".

— Кого изгнать? Кого покарать? — спросила Твайлайт ближайшую кобылу, которая её просто проигнорировала в пользу дальнейших криков.

Для будущего это норма? Тысячу лет назад, при правлении Селестии и Луны, разъярённые толпы были чем-то привычным, но, честно говоря, Твайлайт рассчитывала, что настоящее будет... как бы так сказать, чтобы не прозвучало как у Рэрити... более воспитанно?

Когда дальнейшие попытки принцессы заговорить с кем-то из пони не дали никаких результатов, она двинулась вперёд, проталкиваясь через толпу, пока не оказалась в первых рядах.

И хотя Твайлайт Спаркл не раз наблюдала, как принцессы ведут суд, такого современного зала суда, как этот, она ещё не видела, по крайней мере лично. Она читала о них только в книгах по юриспруденции и судебных новеллах, одолженных Рэрити, но сейчас она впервые увидела, как нынче вершится суд.

Или, по крайней мере, пытается вершиться.

— Суд? Но ч... — принцесса замолкла, разум подкинул ей воспоминание о недавнем разговоре с кобылкой. Неужели Твайлайт невольно стала причиной кошмара?

— ТИШИНА! — прогремела старейшина Муншайн, перепугав принцессу. Старейшина сидела на неприлично огромном стуле в глубине комнаты и стучала молотком по столу. — Тишина!

Вместо того чтобы подчиниться, толпа лишь повысила голос, заставив ушки Твайлайт прижаться к черепу. Стремясь поскорее прервать этот шум, она осмотрелась и увидела Лемон Дроп, съёжившуюся за столом слева.

— Лемон! — крикнула принцесса из толпы, и, к её облегчению, кобылка осмотрелась и заметила аликорна.

— Принцесса Твайлайт! Принцесса Твайлайт! — позвала кобылка, размахивая копытцем. — Ты пришла!

И только сейчас толпа не только затихла, но и обратила всё своё пристальное внимание на аликорна, десятки глаз следили за каждым её движением.

— А-агась, — неловко произнесла она, делая шаг, направляясь к Лемон.

"Почему все затихли?", — думала Твайлайт, оглядываясь на толпу. — "Почему только теперь на меня обратили внимание? Может, потому что кобылка узнала обо мне?".

Это ли имела в виду Луна, когда говорила о влиянии на сон?

— Стража! — взревела старейшина Муншайн. Она указала на двух пони в плащах, капюшоны которых закрывали лица. — Приведите подсадного!

— Подсадного? — пробормотала Твайлайт. — Разве она не имеет в виду подсудимого?

— Принцесса! — позвала кобылка. — Скорее!

Твайлайт поспешила к ней и заняла место за столом, призвав стул для кобылки, чтобы та могла сесть, а не прятаться под столом.

— А где адвокат? — спросила затем принцесса, оглядываясь по сторонам в поисках названного пони. Она повернулась к Лемон и, увидев, как выжидающе смотрит на неё кобылка, поняла какая ей уготована роль в этом сне. — Ох.

— Тишина! — снова прогремела старейшина Муншайн. — Подсадной прибыл!

Толпа на трибунах ахнула и зашепталась, когда пони в капюшоне вернулись, неся за собой клетку с жеребёнком внутри.

— Цинамон! — в ужасе крикнула Лемон.

— Лемон Дроп! — крикнул в ответ жеребчик, вытягивая сквозь решётку клетки копытце. — Помоги!

— Цинамон Дроп?! — ахнула Твайлайт, вид беззащитного малыша в клетке навевал неприятные воспоминания. — Почему он в клетке?!

— Он ослушался взрослых! — ответила старейшина.

— И за это его надо посадить в клетку?! — раздражённо выпалила принцесса.

— П-принцесса Твайлайт, — со слезами на глазах позвала Лемон. — Зачем ты кричишь? Они только ещё больше разозлятся!

Вспомнив, где она находится, при помощи как и самого вопроса, так и слёз, принцесса подавила свои эмоции. Предполагалось, что она будет объективным наблюдателем, а не начнёт менять сон по своему желанию, учитывая, какая роль ей досталась в этом сне, и в одном она уже провалилась.

— Извини, я... — Твайлайт прочистила горло и повернулась к старейшине Муншайн. — Эм-м, защита просит выпустить подсудимого из клетки!

— Подсадной в наказание поставлен в угол, — ответила старейшина, подкрепляя свои слова ударами молотка.

— Нельзя выйти, пока не отстоишь наказание! — прошептала кобылка на ухо принцессе.

— Но... — Твайлайт нахмурилась, её взгляд метался между клеткой и Лемон Дроп. Если принцесса хочет повлиять на сон, значит, нужно повлиять на саму кобылку. Поэтому Твайлайт прочистила горло, схватила лежащую рядом книжку-раскраску и пролистала её страницы. — Так и есть, однако здесь сказано, что согласно Пятому закону о справедливых наказаниях, жеребёнок должен в комфорте предстать перед судом.

Муншайн нахмурилась.

— Ну что ж... — она стукнула молотком и проревела, — Принято!

После чего повернулась к страже и указала на клетку.

— Выпустить подсадного из клетки!

— Тут корректнее сказать, задержанного, ну да ладно, — произнесла принцесса, по большей части для себя самой.

Стражники открыли клетку, и хлюпающий носом Цинамон вышел наружу, усаживаясь на маленький синий стульчик, появившийся рядом с ним.

Твайлайт улыбнулась.

— Благодарю. В чём обвиняют моего клиента?

Ответа старейшины ждать не пришлось.

— Нарушение правил!

— Да, я поняла, спасибо, — вежливо ответила принцесса. — Прошу уточнить, какое именно правило он нарушил?

Уже позже, вспоминая этот момент, Твайлайт признавала, каким впечатляющим было зрелище — как пожилая кобыла, уважаемая старейшина и лидер Холлоу Шейдс мрачнеет, прищуривает глаза и безапелляционно заявляет:

— Он съел все печеньки из банки.

В зале суда воцарилась тишина, нарушаемая только вздохами и бормотанием толпы, а затем и самой Твайлайт Спаркл.

— ЧТО?!

— Нет! — сквозь рыдания говорил Цинамон со своего места. — Я не ел печенья, правда!

— До последней крошки! — продолжила Муншайн, выбивая дробь молотком. — Даже с изюмом!

— Его судят за съеденное печенье?! — изумлённо спросила принцесса. Весь фарс из-за... — Печенья?!

Лемон схватила переднее копыто Твайлайт и потрясла его.

— Что?! Почему?! Ему даже суда не положено?! Сразу изгнание?! Пони, съевших печенье сразу наказывают?!

Поражённая принцесса повернулась к кобылке.

— Погоди, что? С чего ты...

БУМ!

И, прежде чем она успела договорить, сон исказился и изменился, металлический лязг эхом разнёсся по комнате. К ужасу Твайлайт, Цинамон снова оказался в клетке, на этот раз она была в разы меньше предыдущей, так ещё и внутри клетки жеребчик был закован в цепи.

— Виновен! — взвизгнула старейшина, ударив по столу с такой силой, что, должно быть, по нему пошли трещины. — Виновен! Виновен!

— Погодите! — взмолилась принцесса.

— Нет! Я не виновен! — кричал Цинамон, вцепившись крохотными копытцами в прутья клетки. — Я взаправду не ел эти печенья!

— Лжец! — взревела Муншайн. — Ты разочаровал меня, Цинамон.

Вспышка, и внезапно в зале суда появились рыдающие кобыла и жеребец, которые, несмотря на невыносимую боль предательства их родной кровинки, обнимали друг друга.

— Ты разочаровал родителей! — очередная вспышка, и к ним присоединилась рыдающая в платок принцесса Денза. — Разочаровал принцессу!

— Нет! — кричали Лемон и Цинамон.

Ещё одна вспышка, и в зале суда появилась Пинки, из её широко раскрытых глаз лились комично огромные слёзы.

— Ты разочаровал Пинки! И Инкредентию! — вспышка, и несчастный чейнджлинг смотрит на Цинамона с невыносимой болью. — И Рэрити!

Вспышка, и вот и она, тихая, стойкая, с тем же выражением лица, что видела Твайлайт в своих собственных кошмарах.

— Стойте! — рыдала Лемон, её глаза уже опухли и покраснели. Она бросилась к Твайлайт и обняла её, ткнувшись лицом в шёрстку. — Пожалуйста! Скажи им... скажи остановиться.

Принцессе не нужно было повторять дважды.

— Хватит! — скомандовала она, встав со стула и ударив копытом по столу гораздо громче любого молотка. — Старейшина, достаточно!

Как только Муншайн замолчала, Твайлайт попыталась восстановить подобие контроля.

— Требуется минута, подумать в тишине, — сообщила она, и когда никто не заговорил, принцесса с облегчением выдохнула. — Спасибо.

Она повернулась, чтобы успокоить плачущую кобылку, пытаясь понять, что вообще происходит. С чего бы ей могло сниться, что её брат отправляется в клетку за поедание печенья? Как такое вообще могло...

— Погоди-ка.

Может ли быть такое...

— П-принцесса? — Лемон подняла взгляд на принцессу.

— Подожди немножко, — ласково произнесла Твайлайт, ожидая, пока кобылка отлипнет, после чего повернулась к старейшине. — Старейшина Муншайн! Защита просит дать время поговорить с сестрой подсудимого!

Старейшина впечатала молоток в стол.

— Принято!

— Что мы будем делать? — спросила Лемон, когда принцесса повернулась к ней обратно.

Твайлайт взглянула на клетку.

— Нам нужно доказать невиновность Цинамона, чтобы он не был несправедливо наказан.

— Ой-ёй!

— И для этого нам понадобятся неопровержимые дока... — увидев выражение лица кобылки, принцесса начала предложение заново. — Нам надо назвать, эм-м, весьма важную причину, почему он не виновен.

Твайлайт припала на передние копыта, чтобы посмотреть кобылке в глаза, и спросила:

— Лемон. У тебя есть какие-нибудь доказательства того, что это не Цинамон съел печенье?

Кобылка посмотрела на принцессу, и её глаза сами собой наполнились слезами.

— Я... я...

— Лемон, — снова произнесла Твайлайт, так мягко и терпеливо, как только могла. — У тебя есть какие-нибудь доказательства того, что не Цинамон съел печенье?

Кобылка неуверенно кивнула.

— Какие?

Прошла одна, две, три секунды, и Лемон разрыдалась.

— Прости! Это я, я съела все печеньки! — взвыла она, пряча лицо в копытцах. — Они были такие... такие вкусные, честное слово, я не собиралась есть вообще все! И... и я не хотела, чтобы Ц-Цинамона посадили в клетку! И я сама не хочу в клетку!

Кобыла бросилась к принцессе и прижалась к её передним копытам, извергая сквозь слёзы череду отчаянных и неразборчивых извинений.

Твайлайт обняла её, не сдержав крохотной победной улыбки. Она подождала, пока плач сменится на простое хлюпанье носом, после чего твёрдо, но доброжелательно произнесла:

— Лемон, никто сегодня не пойдёт в клетку.

Кобылка подняла взгляд.

— Но... но туда сажают всех плохих пони!

— Это правда, но ты не плохая пони. Тюрьма для по-настоящему плохих пони, тебя не посадят только за то, что ты съела печенье.

Лемон отступила назад, протирая глаза.

— Правда?

— Правда.

Зал суда вокруг померк, старейшина Муншайн и остальные постепенно исчезали из сна, пока не осталась только Твайлайт и Лемон на кухне.

— Ещё кое-что, — продолжила принцесса, многозначительно глядя на кобылку. — Ты должна рассказать родителям правду.

Лемон опустила взгляд и вскопала копытцем пол.

— Даже если они меня накажут?

— Даже если накажут, — Твайлайт снова припала на передние копыта и улыбнулась. — Может, тогда в следующий раз у тебя возникнет меньше желания съесть все печеньки?

— Хорошо! — кивнула кобылка. Мгновение спустя кобылка погрузилась в раздумья, после чего робко подняла взгляд на аликорна. — Принцесса Твайлайт? А ты во мне... не разочаровалась?

Твайлайт облизнула губы, обдумывая вопрос и вспоминая свой собственный кошмар, признаться честно, её собственный глубоко засевший страх каким-либо образом разочаровать Рэрити. Да, она боялась этого, но сейчас осознала, что рано или поздно это случится.

— Ну, немного я разочарована, — увидев потрясённое выражение лица Лемон, принцесса приподняла копытом её подбородок. — Но я в тысячу раз больше горжусь тобой, что тебе хватило храбрости поступить правильно. Ты попыталась стать лучше и взять ответственность. Именно так и делают хорошие пони.

— Хорошие пони, прямо как ты! — воскликнула кобылка и бросилась в объятья Твайлайт, не заметив, как её глаза слегка заблестели от слёз.

— Хорошая пони, как я, — прошептала принцесса.

— Странно, — раздался чей-то чужой голос, — вспоминается, что сестра моя не раз ловила тебя за копыто в кладовой, Твайлайт Спаркл.

— Принцесса Луна! — ахнула кобылка, отлипая от Твайлайт и бегом направляясь к старшей принцессе. — Ты здесь!

— Истинно так, — произнесла принцесса и бросила на Твайлайт многозначительный взгляд. — Волнующий тебя вопрос разрешился.

Аликорна омыло облегчение. Отлично.

— А что касается тебя, малая кобылка, — продолжила Луна, поднимая Лемон в воздух. — Я надеюсь, ты познала важность воздержания от сладкого перед сном, дабы не страдать от ночных кошмаров?

— Даже одну конфетку нельзя?! — в умоляющем жесте сложа копытца, спросила кобылка, задрожав нижней губой.

Принцесса ночи тяжело вздохнула.

— Одна небольшая сладость, полагаю, допустима, если родители тебе дозволят.

Луна опустила Лемон Дроп на пол, и Твайлайт без промедления зажгла рог, кухня растаяла, превратившись в причудливую игровую площадку, идеально подходящую для кобылки.

— Впечатляет, — произнесла Луна, наблюдая, как Лемон помчалась играть.

Твайлайт позволила себе самодовольную улыбку.

— Твой совет кобылке тоже оказался весьма впечатляющим, — добавила принцесса ночи.

— Спасибо!

— Попробуй и сама последовать ему.

Твайлайт зарделась и кашлянула.

— Хорошо... я... так и сделаю.

Луна рассмеялась и села, наслаждаясь видом.

— Ты отлично справилась, сестра бы тобой гордилась.

— Ага, — ответила младшая принцесса. Она же и правда неплохо справилась? Конечно, была пара ошибок, но в целом всё прошло хорошо. Она справилась! — Жду не дождусь, когда смогу рассказать Рэрити.

Твайлайт повернулась к аликорну.

— Ей лучше?

— Лучше, — осторожно ответила Луна. — Однако ей многое ещё предстоит, и...

Глаза принцесс встретились, и Луна умолкла.

— И? — подсказала Твайлайт.

Принцесса отвернулась.

— Последствия действий Дискорда... Они сказались на ней столь сильно, что мне кажется, даже она этого в полной мере не осознаёт. До такой степени, что даже я этого не ожидала, — Луна невесело улыбнулась. — В каком-то роде вы с ней поменялись местами, во многих смыслах.

— Что я могу сделать? — с болью в сердце спросила Твайлайт. — Как ей помочь? Она столько для меня сделала, и...

Младшую принцессу тут же охватил гнев от одной только мысли, сколь сильно Дискорд навредил её возлюбленной.

— Луна, я должна ей помочь. Я не позволю ему...

“Изменить её, — хотела сказать она. — Изменить и ранить ещё больше”.

Она не могла допустить, чтобы с Рэрити случилось что-то ещё.

Принцесса молчала, как Твайлайт казалось, вечность.

Наконец Луна заговорила.

— Твайлайт, ты должна поработать над собой. Если хочешь быть рядом с ней ради неё, как она была для тебя, значит, усерднее работай над тем вредом, что причинил тебе Дискорд.

— И это поможет ей?

— Да. Даже снохождение подготовит тебя к тому, чтобы помочь ей, когда придёт время.

Принцесса отвела взгляд, устремив его на кобылку вдалеке, играющую в песочнице, и Твайлайт пожелала, чтобы её жизнь была такой же простой. Чтобы решение проблемы Рэрити было так же просто, как решение проблемы Лемон. А ещё хотелось побольнее ударить Дискорда, и сама идея того, что это было возможно, утешала.

— Мы продолжим занятия завтра, — произнесла Луна. Те же слова, что она говорила в конце каждого урока; она кивнула Твайлайт, и рог ночной принцессы засветился, а мир вокруг начал исчезать. — Спи спокойно, Твайлайт.

И вот так младшая принцесса закрыла глаза и сосредоточила магию на пробуждении.

Это заняло всего мгновение, но в конце концов у неё получилось, она открыла глаза и осмотрела мастерскую Рэрити. Твайлайт встала, потянулась, после чего громко зевнула и протёрла заспанные глаза, изгоняя остатки сна.

Она не была уверена, который сейчас час, но, какой бы он там ни был, принцесса решила, что самое время ей пойти и поспать уже по-настоящему. После быстрого посещения кладовой и ужасного лицемерного преступления — похищения двух целых кексов для себя одной, Твайлайт поднялась наверх и увидела свет, просачивающийся из-под двери спальни.

— Хм?

Она открыла дверь, вошла внутрь, обнаружив, что её возлюбленная не спит, а читает в кровати книгу.

— Рэрити?

— О, Твайлайт, дорогуша! — произнесла единорожка, откладывая книгу и жестом приглашая принцессу к себе. — Что-то случилось? Уже закончила с уроками?

— Да, только что, — ответила Твайлайт, забираясь на кровать и садясь рядом с Рэрити, на мгновение приветственно прижавшись к ней, после чего продолжила. — А ты как? Почему не спишь?

Единорожка негромко рассмеялась, выпрямилась и откинула чёлку принцессы.

— Дорогая, я уверена, что ты уже знаешь ответ.

Твайлайт вздрогнула.

— Кошмар? Я в него не заглядывала! — быстро добавила она.

— Я знаю, — произнесла Рэрити с искренней улыбкой. — И я это чрезвычайно ценю. Я знаю, что... что для тебя это нелегко, но я... ну, ты знаешь.

— Ох, всё хорошо.

Принцесса осторожно подбирала следующие слова.

— Я продолжу работать над собой, чтобы суметь помочь тебе, — неуверенно добавила она.

— Славно! Иного я от тебя и не ожидала, — воскликнула единорожка с ослепительной улыбкой. — Как и следует ожидать от нас обеих.

Восприняв положительную реакцию возлюбленной как хороший знак, Твайлайт решилась на ещё один вопрос.

— Ты хочешь поговорить о своём кошмаре?

Рэрити прикусила губу, обдумывая вопрос, и наконец отложила книгу. Принцесса слегка попятилась, пытаясь дать единорожке чуть больше пространства, стараясь не слишком сильно радоваться тому, что единорожка может открыться.

— Я... что, если... — слова поначалу звучали отрывисто, но всё же они прозвучали. — Я боюсь, что...что, если Ночь поисков не сработает?

Вспомнив свой урок, Твайлайт постаралась быть объективной.

— Что ты имеешь в виду?

— Ох, я даже не могу слов подобрать, — продолжала единорожка, в её словах явно слышалось раздражение и разочарование. — Что, если ничего не сработает? Сам праздник, жеребята? Вообще всё? Я... я боюсь всего. Что, если у нас не получится?

Ответ не требовал времени на обдумывание.

— Получится, — ответила принцесса, выпрямляясь. — Всё получится.

Рэрити с сомнением посмотрела на Твайлайт.

— Ты не можешь этого знать.

— Могу и знаю! — настаивала принцесса, не обращая внимания на вопросительно приподнятую бровь единорожки. Твайлайт опустила взгляд на простыни и собралась с мыслями. — У нас всё идёт по плану. У нас есть контрольные списки, планы, не один десяток помощников.

Она подняла взгляд обратно на Рэрити.

— Сработает, — принцесса укрепилась в своей решимости. — Дискорд тебе больше не навредит.

— Дискорд? — прошептала единорожка, её взгляд был нечитаемым, вне всякого сомнения, из-за того, что разум блуждал по воспоминаниям о причинённой им боли.

— Да. Я не позволю ему причинить вред ни мне, ни тебе, ни кому-либо ещё.

Рэрити пристально посмотрела на аликорна и спросила, прямо как Лемон Дроп во сне.

— Обещаешь?

Твайлайт приподняла подбородок возлюбленной копытом.

— Обещаю.

Между ними сгустилась тишина, и губы единорожки изогнулись в любящей улыбке.

— Охо-хо, Твайлайт, — прошептала Рэрити. Её любящая улыбка превратилась в ухмылку. — Крадёшь мои маленькие хитрости, м?

— Что?! — воскликнула принцесса, убирая копыто. — Рэрити, я серьёзно! А ещё это не твоя хитрость!

Смех единорожки наполнил комнату.

— Ох, не будь глупой кобылкой! Уже и подразниться нельзя! — отсмеявшись, произнесла она, используя магию, чтобы вернуть к себе возмущённо отпрянувшую Твайлайт.

— Я не глупая кобылка, — проворчала принцесса, когда грубые и непреодолимые внешние силы заставили её обняться.

Как только Твайлайт смягчилась и позволила заключить себя в копыта белоснежной единорожки, упомянутая пони продолжила:

— Спасибо, дорогуша. Я правда ценю твои действия, и ты права, теперь всё будет только лучше. Итак! Вместо того, чтобы дуться, может, расскажешь мне, как прошёл сегодняшний урок с принцессой?

— Хорошо, но... но тебе уже точно лучше?

— Да, — и голосе Рэрити действительно слышалось облегчение, — особенно теперь, когда ты рядом.

## — Интерлюдия 4 — Старый друг

После прочтения главы если до сих пор не стало понятно зачем нужны были все эти вставки с Нортом Риджем, то понятно уже не станет до повторного прочтения всего рассказа :) Поэтому желающих узнать приглашаю в пост, рассказ эта информация переворачивает будь здоров D:

[Изображение: https://i.imgur.com/2gx3VBI.png]

Как и обычно, он проснулся ни свет ни заря. Старая привычка, что сохранилась ещё со времён путешествий по Неизведанному Западу, когда раннее пробуждение было вопросом жизни и смерти.

Сейчас, конечно, времена другие. Если хорошенько выспаться, тебя не похитит банда наёмников, как тогда, в Сирибило, но это приведёт к тому, что некая кобыла окажется очень, очень сильно расстроена.

Кстати, о ней...

Норт приоткрыл глаз и увидел, что Рэрити сидит по другую сторону костра, бодрствующая и настороженная, как и всегда, мучимая бессонницей, как и всегда. О, и жеребец действительно ценил эту кобылу! По большему счёту, они едва знали друг друга, но он глубоко ценил свою странную подругу и её потрясающую историю, навечно запечатлённую шрамами на её теле.

Она нахмурилась, глядя на Норта, и хотя самому жеребцу казалось, что он был предельно осторожен, она заметила его пробуждение.

Рэрити без звука и малейших усилий встала и направилась к нему, её строгий взгляд обещал выговор на тему того, что нельзя так долго залёживаться.

Норт подумал, не опередить ли её, подняв копыто и воскликнув: "Хорошо, хорошо! Уже встаю!".

Злобный зверь опередил его.

И, прежде чем Рэрити дошла до жеребца, рычащая мантикора выскочила из-за ближайшего куста, встав между напуганной единорожкой и только проснувшимся Нортом. Существо едва скользнуло по нему взглядом, как будто ища что-то.

— Что, во имя Эквестрии, это...

Слова сорвались с губ Норта Риджа, пока он лихорадочно пытался понять, защититься и, кажется, вспомнить.

Мантикора повернулась к Рэрити и стала по-настоящему пугающей. Уши прижались к черепу, а гигантские крылья расправились, словно щит, и каждый волосок на теле встал дыбом. Зверь зашипел на единорожку, подняв когтистую лапу и расширив зрачки, словно лунные блюдца, будто Рэрити пугала мантикору не менее сильно.

— Норт! — в ужасе воскликнула единорожка. — Сделай что-нибудь!

— Тише, тише, Рэрити, это всего лишь мантикора!

— Всего лишь мантикора?!

— Да! — продолжил жеребец, скорее даже радостно, чем взволнованно. — Я справлюсь! Эдакое существо достаточно легко подчинить и...

Мантикора повернулась к Норту, бросив на него взгляд, полный обиды и замешательства.

— И...

Мысль улетучилась, разум осознал, что, похоже, прошлое его настигло. Он ещё раз осмотрел зверя, по крайней мере насколько мог, и предположил вслух:

— Танжерин?

Мантикора зарычала в знак согласия, а её хвост заколотил по земле, после чего она снова повернулась к Рэрити и оскалилась.

— Танжерин! — воскликнул жеребец, расплываясь в широкой улыбке. И вдруг понял. — Ой. Постой, подожди!

Он рванулся вперёд, через Танжерина, и прыгнул прямо перед единорожкой. Норт поднял копыто и посмотрел мантикоре прямо в глаза.

— Она друг, Танжерин! Друг.

Хотя шерсть зверя всё ещё стояла дыбом, выражение лица мантикоры смягчилось, а взгляд заметался между Рэрити и Нортом.

— Разве я тебе когда-нибудь лгал? — спросил жеребец, а после небольшой паузы добавил: — Ну хорошо, было пару раз, но сейчас не тот случай!

Ещё несколько мгновений и Танжерин смягчился. Его свирепость угасла, волоски опустились, и Норт Ридж улыбнулся, когда зверь сел на задние лапы, навострил уши и прижал лапы к груди, превратившись из ужасающего зверя в робкого и безобидного кота-переростка.

— Ох, Танжерин Танжеринович! — воскликнул жеребец, бросаясь к мантикоре с объятиями. После отступил и оглядел зверя, чуть-ли не сияя от радости. — Ты безусловно отрада для глаз! Да ещё какая! Как ты меня нашёл?! О!

Норт указал на единорожку.

— Танжерин, это Рэрити. Я встретил её через несколько дней, как пересёк границу!

Осторожными шажками мантикора приблизилась к единорожке, кротко вытянула лапу и так мягко, как только могла, протянула:

— Мя-яу?

Взгляд Рэрити заметался между глазами существа и его лапой, и хотя в нерешительности она не пожала её, но всё же попыталась нервно улыбнуться.

— К-как поживаешь?

* * *

Восторженный смех кобылы звенел в воздухе, смешиваясь с потрескиванием горящих в камине поленьев.

— Да быть не может! — воскликнула Рэрити, обращаясь к Танжерину, который яростно закивал в ответ, помешивая варево в котелке, стоящем на огне. Единорожка перевела взгляд на Норта Риджа. — Правда?

— Так и было! Я был избит, закован в цепи, а голова так болела, что глаза открыть сил не было, и всё-таки я плюнул ему в рожу и сказал... — жеребец прочистил горло. — Ну, я много чего ему сказал, ты бы такое не одобрила, но, если кратко, я рассказывал о приятном времяпрепровождении с его старушкой-матерью. Если хочешь, то всё-таки могу рассказать.

— Нет, спасибо. Ох, как это было грубо с твоей стороны! Ты, должно быть, уже и с жизнью попрощался! — Рэрити заворожено наклонилась поближе. — А что случилось дальше?

— Танжерин случился.

Мантикора перестала помешивать суп, выпрямилась, взглянула на единорожку и издала серию взволнованных мяуканий и рычаний в сторону Норта.

— Да-да, я помню, как ты выбросил его из окна, — как ни в чём не бывало произнёс жеребец. Затем он посмотрел на суп и причмокнул, наклоняясь поближе. — Почти готово? Пахнет — просто сказка!

— Так и есть, — добавила единорожка, загребая воздух копытом к себе, словно приманивая запах.

Танжерин кивнул, взял миску и начал наполнять её, в то время как Норт следил глазами за каждым движением поварёшки в голодной истоме. Как только миска заполнилась до краёв, мантикора положила внутрь ложку и протянула блюдо Рэрити.

Она подняла копыто.

— Ох, спасибо, мне не надо, — любезно произнесла она.

— Так значит, мне больше достанется! — воскликнул жеребец, потянувшись за миской. — А ты, Танжерин, чего встал? Давай-ка мне пожалуйста ещё четыре миски.

Мантикора закатила глаза и взялась наполнять ещё одну тару, на что единорожка рассмеялась.

— Ещё четыре миски? А я-то думала, что Твайлайт троглодит!

Рэрити повернулась к Танжерину и заметила, что зверь отложил миску и пошёл куда-то в сторону.

— Что-то не так? — спросила единорожка, посмотрев на Норта, и Танжерин что-то мяукнул в ответ.

— Ему надо облегчиться, — пробубнил с набитым ртом жеребец.

Как только мантикора скрылась в лесу, Норт повернулся к Рэрити.

— Как он тебе?

— Ну, он определённо очень интересный персонаж, хотя и совсем не такой, каким я его себе напредставляла из твоих историй, — ответила единорожка, всё ещё глядя в ту сторону, где исчезла мантикора, после чего Рэрити повернулась к жеребцу. — Неплохая у вас выдалась первая встреча.

— Учитывая обстоятельства, всё прошло просто превосходно. А ведь он мог бы, например, выбросить меня из окна! Или швырнуть в книжный шкаф...

Единорожка демонстративно не удостоила его ответом и вместо этого повернулась обратно в сторону леса.

— Я удивлена, что он искал тебя. Мне показалось, что вы разошлись навсегда.

Норт на мгновение уставился в миску, пытаясь подобрать слова к мысли, которую он так давно игнорировал. От прошлого невозможно сбежать, ведь правда?

Он поставил еду на землю и вздохнул.

— Это я попросил его уйти, — сознался Норт. — Не оставил ему выбора. Он...

— Что? — удивлённо перебила Рэрити. — Почему?

Ответ было крайне тяжело озвучить. Даже думать о нём было трудно, принять, что призраки прошлого в прошлом не останутся.

— Моя жена, — произнёс жеребец, с удивлением осознав, что на глазах выступили слёзы. — Танжерин напоминал мне о лучших днях, когда она была со мной. Я не выдержал.

Ушки Рэрити опустились.

— Ох, Норт... — единорожка обдумала свои следующие слова и отважилась продолжить. — Признаюсь, ты так редко говорил о ней, и я подумала, что... ну, ты понимаешь.

Жеребец рассмеялся.

— Ох, мы с тобой, Рэрити, подходим к этому вопросу совершенно с разных сторон. Я не говорю о ней, а ты... — он улыбнулся. — Я, знаешь ли, мог бы неплохо подзаработать, написав биографию Твайлайт.

— Мне кажется, ты немного преувеличиваешь, — произнесла единорожка, чьи щёки обагрил румянец, а копыто невольно прижалось к ожерелью. — Как бы то ни было, я... Ну, я бы хотела узнать больше о твоей Фрост.

Норт посмотрел на Рэрити.

Очень пристально посмотрел, будто впервые увидел эту странную кобылу, в которой он странным образом видел так много от себя. Увидел в ней своё прошлое, которое всё-таки его настигло, увидел в ней свою историю и стал теперь частью её истории.

И если это было действительно так, то его обязанностью было убедиться, что эта история закончится именно так, как следует.

Так что жеребец сделал выбор.

— Очень хорошо! Я расскажу тебе самую последнюю историю, потому что больше историй ты от меня не услышишь.

Восторг на лице единорожки исчез.

— В каком смысле?

Как же тяжело. Как же тяжело сказать это вслух!

— Рэрити, я решил, что не пойду с тобой в Понивилль.

Всё-таки сказал, и это было настолько же больно, насколько он себе представлял.

— Что? — единорожка рассмеялась, но как-то сдавленно, неуверенно, словно не желала верить. Она улыбнулась, но это была не улыбка. — И, если позволишь узнать, куда ты направишься?

— За новыми приключениями, куда бы не лежал мой путь.

Рэрити побледнела, прекрасно понимая, о чём речь и что это значило.

— Норт... Норт, если это шутка, то очень не смешная.

— Ты же знаешь, над таким я бы не стал шутить, — криво улыбнулся жеребец. — Рэрити! Ты наверняка предвидела, что так рано или поздно будет.

— Нет, не предвидела, — тихо ответила она. — Правда не предвидела.

Единорожка подумала о Танжерине и догадалась, что тот как раз всё знал заранее.

— Полагаю, у меня нет выбора.

— Верно.

— И ты не передумаешь?

— Нет.

Последовало долгое молчание. Долгое, очень долгое, и Норт решил, что не ему её нарушать.

— Я... я боюсь, — глаза Рэрити засверкали слезами. Она рассмеялась, и этот смех разрывал сердце жеребца. — Я не готова.

— Знаю, и тебя за это не виню, — ласково произнёс он, — и поэтому не прошу тебя пойти со мной.

Ещё миг тишины.

— Почему?

Норт тщательно выбирал слова, такие вещи требовали предельной аккуратности.

— Рэрити, я отвлекаю тебя. Да, очень харизматично отвлекаю, но тем не менее отвлекаю. Если подобрать слова так, чтобы наша дорогая принцесса одобрила, то я сноска для твоей истории, я лишь отвлекаю внимание, приостанавливаю рассказ. Прошло уже некоторое время, и теперь я живу этой историей так же сильно, как и ты. И я не хочу мешать тебе дойти до конца.

Единорожка ничего не ответила.

— Рэрити, я...

— Я знаю, что ты хочешь сказать, Норт. Мне кажется, всегда знала.

И хотя ей ужасно не хотелось признавать это, как бы трудно ни было это признать... он прав.

Единорожка посмотрела на жеребца.

— Он придёт. Сразу после того, как ты уйдёшь. Будет злорадствовать, скажет, что я ошиблась, и... — она стиснула зубы. — Звёзды его побери, проклятье!

— Ну, спокойно, спокойно! Если он посмеет прийти к тебе, я могу записать для тебя пару отличных предположений, куда ты могла бы сводить его матушку! — произнёс он, и как же здорово было, когда Рэрити искренне рассмеялась.

Долго, однако, это не продлилось.

— Мы когда-нибудь ещё увидимся? — срывающимся голосом спросила она.

— Конечно, — ответил Норт, и он не лгал. — Я не прощаюсь.

— А что ты тогда делаешь?

Жеребец потянулся.

— Говорю до встречи? Скоро увидимся? — он мысленно поиграл словами и нашёл подходящие. — Это обещание, что ты мне сейчас дашь.

— Какое обещание? — спросила единорожка.

— Обещание, что, даже если меня с тобой уже не будет, мои сноски в твоём рассказе исчезнут и станут не нужны, ну...

Норт ухмыльнулся.

— Обещай, что напишешь свои, хорошо?

— Хорошо, — ответила единорожка, и свежие слёзы проложили дорожки на её щеках. Она сделала усилие и храбро улыбнулась. — Обещаю, но... я всё ещё хочу услышать эту твою историю на прощание. И лучше бы ей быть просто лучшей историей на свете.

— Рэрити! Рэрити, а когда я рассказывал другие? А это будет самая лучшая, и знаешь почему?

— Почему?

— Потому что она начинается с безумно безвкусной шутки, — заявил он и жестом пригласил приближающуюся мантикору подсесть поближе.

— Есть ощущение, что ты мне её уже рассказывал, — отметила единорожка, в чьих глазах теперь блестели не слёзы, но веселье.

— Да что ты? Ну, тогда я думаю, ты со мной согласна, что можно послушать её ещё разок?

На мгновение Рэрити задумалась и улыбнулась.

— Конечно.

— Ну тогда начинаем! — произнёс он, готовясь к своему последнему рассказу. — Зебра, жеребец и мантикора заходят в бар...[1].

## — Глава 14 — Бесплотные архивы

[Изображение: https://i.imgur.com/7J0Pg4m.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/v0cxR1F.png]

Когда-то давным-давно Твайлайт Спаркл отмечала множество эквестрийских праздников в один день. Тогда всё было как-то проще. Легче.

Она читала книгу в своей библиотеке и тут замерла, услышав вдалеке шум. Похоже, это вернулся её новый и не находящийся в трансгрессионном стазисе посетитель.

Принцесса отложила книгу и буквально пошла сквозь библиотеку, её тело проникало сквозь книжные полки её вечного обиталища. Добравшись до главного входа, она обнаружила Рэрити, левитирующую несколько закрытых сумок.

— Рэрити, — произнесла она, телепортируясь рядом с единорожкой, не обращая внимания на перепуганный взвизг.

— П-принцесса Твайлайт! — ахнула Рэрити. — Вам действительно обязательно делать так каждый раз?!

— Что ты здесь делаешь? По расписанию ты должна была вернуть книгу только завтра.

Единорожка покрутила гриву копытом.

— Ах, видите ли, принцесса, мне всё равно захотелось навестить вас.

Твайлайт нахмурилась.

— Зачем?

— Зачем? — Рэрити не сразу нашлась с ответом. — Э-э-э... ну...

Услышав, что её собеседница запнулась, принцесса продолжила:

— Я сделала что-то не так?

— О звёзды, принцесса, нет! — единорожка шагнула вперёд, ободряюще приподняв копыто, затем быстро опустила, когда Твайлайт отступила, заставив Рэрити почувствовать себя ещё более неловко. Она прочистила горло. — Нет, я просто... Ну, просто захотела навестить вас! Если вы, конечно, не против.

Принцесса на мгновение задумалась.

— Полагаю, что нет, — она указала на сумки. — А что там?

Любопытство аликорна лишь временно было подавлено интересом к действиям единорожки.

— Ещё книги?

Твайлайт при помощи магии подняла сумку и нахмурилась, когда Рэрити быстро сдёрнула их обратно.

— Ох, ваше высочество, подождите! — единорожка отодвинула сумки подальше и улыбнулась аликорну. — И на вашей улице будет праздник.

Твайлайт нахмурилась ещё сильнее.

— Праздник? Какой праздник? Я же вообще не на улице.

— Нет, принцесса, это просто поговорка, идио... А знаете что? Забудьте, — Рэрити прочистила горло и глубоко вздохнула. — Я... ну, мне тут стало интересно, можно ли... Принцесса!

Единорожка выхватила вторую сумку, которую Твайлайт уже начала открывать, и указала на место вдалеке.

— Сидеть! Сиди! Там! Пожалуйста, принцесса Твайлайт, если вы не против...

Несмотря на раздражение, принцесса телепортировалась на несколько метров в сторону.

— Хорошо.

Рэрити вздохнула.

— Спасибо. Итак, о чём это я? Ах да, вы как-то говорили, что день Согревающего Очага был вашим любимым праздником ещё со времён, когда вы не... — единорожка неопределённо помахала копытом в направлении аликорна. — Когда не вот это вот всё. Так что! Вот.

Она открыла одну из сумок и достала с десяток различных тематических праздничных украшений.

— Я подумала, что, может, мы могли бы отпраздновать его сейчас, за все ранее пропущенные?

Твайлайт удивлённо моргнула.

— Но... — она телепортировалась к календарю, который дала ей эта странная посетительница, в котором принцесса старательно отмечала дни до следующего визита единорожки. — До дня Согревающего Очага ещё несколько месяцев.

— Ваше высочество, мне это известно, но просто показалось, что это будет весело, — Рэрити затрепетала ресницами. — Может быть?

Её рог зажёгся, и из другой сумки появилась аккуратно завёрнутая коробочка с бантом.

— Я и подарок принесла.

Это был первый раз за тысячу лет, когда она отпраздновала день Согревающего Очага.

И некоторое время спустя Твайлайт обнаружила, что и все остальные пони сочли празднование пропущенных праздников прекрасной идеей.

— Итак! — воскликнула Скуталу, стоя на книжном шкафу рядом с принцессой и разбрасывая опавшие листья по книжным полкам. — Забег листьев готов!

Кобылка повернулась к Свити Белль, стоявшей на другом книжном шкафу и бросающей бумажные снежинки в проходы.

— Как там подготовка к Зимней уборке?!

— У нас заканчивается снег! — крикнула Свити в ответ, после чего повернулась в сторону входа в библиотеку. — Нам нужно больше снега, Рэрити! Больше снега! Ты слышишь?! Снега почти не осталось, надо ещё!

— Да, я и с первого раза услышала! — отозвалась единорожка, и Твайлайт не сдержала улыбки от наигранного раздражения в её голосе.

Принцесса тихо телепортировалась ко входу, обнаружив, что Рэрити окружена стопками бумаги и незаконченными снежинками, а Флаттершай неподалёку сверяется с контрольными списками. Пегаска сразу же увидела Твайлайт и попыталась её поприветствовать, но не смогла, обнаружив, что её рот надёжно запечатан магией принцессы.

Поначалу в глазах Флаттершай виднелось замешательство, которое сменилось неодобрением, когда она проследила за взглядом аликорна и увидела ничего не подозревающую единорожку, после чего перевела взгляд обратно на хитро ухмыляющуюся принцессу.

Твайлайт подкралась к так и не заметившей её кобыле очень близко, наклонилась практически к её уху...

— Рэрити!

Визг единорожки пронзил воздух, снежинки разлетелись во все стороны, и бесконечно обрадованная принцесса с радостью встретила гнев своей подруги.

— Принцесса Твайлайт, во имя звёзд, за что вы так со мной?!

— Нам нужно больше снега, — невинно ответила принцесса и хихикнула, когда Рэрити закатила глаза и отвернулась. — А ещё ты не обязана называть меня принцессой, помнишь?

— Ах да, но это подразумевает, что я испытываю к вам некое уважение, что довольно таки несправедливо, учитывая, что уважения ко мне, очевидно, тут никто не испытывает, — пробурчала единорожка, повернулась к принцессе и ткнула её ножницами. — Не так ли, Твайлайт?

— Рэрити! Осторожнее с ножницами! — ахнула пегаска.

— Ой, да ладно тебе, она же даже не настоящая. Ну, в физическом смысле. Ой, да ладно, ты понимаешь, о чём я! — единорожка собрала все уже готовые снежинки, сложила в сумку и протянула Флаттершай. — В любом случае окажи милость и отнеси их, пожалуйста, Свити, хорошо?

Как только пегаска потрусила прочь, Рэрити повернулась к аликорну и приподняла бровь.

— Знаете ли, принцесса-каменное-лицо, иногда я не могу не чувствовать некую ностальгию по временам, когда вы не издевались надо мной при каждом удобном случае.

— Так ты же меня и научила? — ответила Твайлайт, взяв контрольный список магией и пробежавшись по нему глазами.

— Справедливо, — единорожка сняла очки. — Что у нас там ещё осталось? Пора закругляться.

— Свити сказала мне, что в списке кое-чего не хватало. Вот, тут написано — "День Сердец и Копыт"? В примечании написано, что мы должны с тобой остаться наедине, а ты... должна приготовить для меня кое-что особенное?

— Что?! — Рэрити выхватила список и нахмурилась. — Ясненько.

Единорожка слегка зарделась, после чего повернулась обратно к принцессе.

— Дорогая, это шутка, не обращай внимания.

— Но, а что это? Это настоящий праздник?

Единорожка замялась.

— Я... Да, но... но он только для подходящих обстоятельств и... — она снова замолкла, но под испытующим взглядом заставила себя продолжить. — Его празднует пара пони, которые... ну... в отношениях.

— Ох, — Твайлайт недоумённо вновь посмотрела на список. — А почему Свити решила, что нам с тобой нужно его отпраздновать? Это же глупо.

Принцесса подняла взгляд на Рэрити, но не смогла истолковать выражение её лица, нечто вроде замешательства, но с каким-то другим оттенком.

— Да, — коротко ответила единорожка. — Полагаю, что так.

Она нацепила очки обратно на нос и повернулась к своим будущим снежинкам, вновь поднимая ножницы, и добавила:

— Глупо, иначе и не скажешь.

Твайлайт замерла и опустила ушки.

— Рэрити...

— А знаешь, Твайлайт, — единорожка повернулась обратно к принцессе. — Некоторые пони трактуют его как праздник дружбы, а не любви.

— О! А вот это интересно. Имеет смысл.

— Так и есть, верно? — спросила Рэрити, пристально глядя на аликорна. — Очень интересно.

Спустя мгновение, в течение которого ни одна кобыла не произнесла ни слова, Твайлайт прочистила горло.

— Эм-м, ну...

— А знаешь! — перебила её Рэрити, не решаясь посмотреть на аликорна и вместо этого разглядывая снежинку. — Если хочешь, то мы можем его отпраздновать. Должно быть весело.

— Ты имеешь в виду дружескую версию?

Единорожка вымучила улыбку.

— Конечно! Именно её, — она встретилась взглядом с принцессой и улыбнулась. — Ты же сама сказала, что мы друзья, там ведь?

Твайлайт навострила ушки.

— О, почему бы и нет. Пойду позову остальных, чтобы они могли отпраздновать с нами, — предложила она, не заметив, как Рэрити слегка ссутулилась.

— Не надо, при... Твайлайт. Давай вообще не будем его праздновать. Глупый праздник, мы же всё равно всё время проводим вместе, — быстро произнесла Рэрити, поворачиваясь обратно к своим снежинкам. — Окажи милость, приведи Флаттершай, хорошо?

Принцесса кивнула.

— Хорошо.

И на этом сцена замерла, на том самом месте, как единорожка умерила гордость и упустила момент, а Твайлайт не смогла разглядеть то, что теперь казалось настолько очевидным, подобно многим другим событиям, которые теперь, когда хождение по снам открыло ей неограниченный доступ к собственным воспоминаниям, предстали в совершенно ином свете.

Принцесса, настоящая, та что наблюдала со стороны, зажгла рог, и воспоминания вокруг исчезли, истаяли, и она оказалась снова в коридоре дверей.

Она постояла недвижимо всего мгновение, не больше нескольких секунд, а затем сделала то, что делают все, осознавая ошибки своего прошлого.

— Уф-ф-ф! — простонала она, хлопнув себя копытом по лбу. — "Пойду позову остальных"? Серьёзно?!

— Твайлайт Спаркл.

Кобыла вскрикнула, когда её наставница заговорила позади.

— Принцесса!

— Уже закончила копаться в своих воспоминаниях? — спросила Луна. — Преуспела ли ты в сей задаче?

Увидев выражение лица Твайлайт, принцесса сочувственно улыбнулась.

— Полагаю, ты осознала, что знания из будущего портят воспоминания прошлого?

Твайлайт склонила голову.

— Да.

Луна кивнула, принимая ответ.

— Нашла ли ты воспоминания, что представляют библиотеку в более приятном свете? Что-то, что направит тебя в предстоящем путешествии?

— Это... нелегко. Всё было... Как будто никаких по-настоящему счастливых воспоминаний? Ну, нет, они были, конечно, но затем я осознаю, что они были просто хорошими, и наконец понимаю, что в конце концов они превращаются в плохие. Сначала я подумала, что воспоминание о той пижамной вечеринке будет хорошим, но это было как-раз перед тем, как их всех прокляли. Затем я подумала о моменте, когда Рэрити использовала ожерелья чтобы показать мне, как сильно она меня любит, но это было буквально за день до того, как я узнала про Кейденс и... и такое ощущение, что это происходит вообще всякий раз, когда происходит что-то хорошее, значит, следом будет нечто во много раз хуже! И всё же...

— И всё же? — повторила Луна.

— И всё же я скучаю по тем временам. Как такое может быть? Я скучаю по тому, как у меня с Рэрити всё было хорошо, и мне не приходилось иметь дело со всем... — она неопределённо махнула копытом, — ...этим.

— Твоё прошлое только кажется простым, потому что оно прошло.

— Знаю, — ответила Твайлайт. — Но не уверена, стало ли все лучше с тех пор.

— Ты бы хотела вновь оказаться в заточении?

— Нет. Нет, я не это имела в виду. Просто... — как же трудно было объяснить, казалось, нужные слова где-то рядом, но до них не достать. — Даже несмотря на то, что тогда были плохие времена, всё ощущалось лучше, а теперь такого чувства нет. Не знаю, как объяснить. Словно читаешь великолепную книгу, а потом переходишь к продолжению, но там написано не то, что ты ожидаешь?

Недолгое мгновение Луна молчала.

— А как бы ты хотела, чтобы было? Оставаться беспомощной, пока другие разбираются с... — принцесса указала на Твайлайт, — с этим, пока ты просто делаешь вид, что проблемы не существует?

— Я не знала, что проблема существует, — обиженно ответила Твайлайт.

— Нет, знала. Лгать самой себе, Твайлайт Спаркл, бесполезное занятие. Правда в том, что ты либо была невежественна, либо плыла по течению, не пытаясь выбраться на берег. Подозреваю, что и то, и другое.

Младшая принцесса хранила молчание. Несмотря на то, что она давно привыкла к прямолинейности Луны, было всё равно трудно проглотить горькую пилюлю, особенно если тебе говорят правду.

— Однако тебе повезло, что в этом течении ты наткнулась на белоснежный камень, — с намёком произнесла Луна, и Твайлайт не удержалась от улыбки. — Да и помимо неё нашлись многие, что рады быть с тобой пока ты становишься лучше.

— Как думаешь, я готова? — спросила Твайлайт. — К библиотеке?

— А это не важно. Важно лишь то, что это случится вне зависимости от того, готова ты или нет.

"Как бы её разбудить?"

Твайлайт нахмурилась.

— Что это было?

Принцесса приподняла бровь.

— О чём ты?

— Ты не слышала?

— Боюсь, что нет. А что ты...

"Как думаешь, она нас слышит?"

— Пинки? — Твайлайт осмотрелась, но нигде её не увидела, хотя слышно было отчётливо.

— Пинки? — прянув ушами, переспросила Луна.

"Как думаешь, если мы её потыкаем, она почувствует?"

— И Инкредентия! — выпалила Твайлайт. Она в замешательстве повернулась к ночной принцессе. — Разве ты не слыша-ай!

Она прижала копыто к рёбрам, где отчётливо ощущалось, прикосновение.

— Мне... мне кажется, меня только что... ткнули? — она подняла взгляд на Луну и увидела, что та улыбается. — Принцесса? Что происходит?

— Снохождение не то же самое, что обычный сон, Твайлайт. Ты медитируешь. Твой разум может быть где угодно, но тело всё равно ощутит всё, что с тобой происходит.

"Пинки, дорогая, ну разве ты не видишь, что... Вы чего делаете?! Я сказала разбудить её, а не... звёзды небесные! Как вы до такого вообще додумались?!"

Твайлайт прочистила горло.

— Кажется, мне пора. До встречи?

— Я не думаю, что освобожусь до твоего возвращения, так что да, увидимся, — ответила Луна, улыбаясь, когда её собеседница закатила глаза.

— Пожелаешь мне удачи?

— Не удачи, а успеха, — Луна подняла копыто и опустила его на плечо Твайлайт. — Удача зависит от обстоятельств. Успех — это выбор, я желаю тебе и Рэрити успеха в ваших начинаниях.

При этих словах её рог вспыхнул, и Твайлайт оказалась выброшена из царства грёз. Она открыла глаза и увидела, как Пинки и Инкредентия убеждают Рэрити, что вовсе не собирались проверять пределы чувствительности аликорна.

— Всем привет, — Твайлайт заметила чемоданы позади единорожки. — Уже собралась?

— Да, — ответила Рэрити, а затем вытащила несколько билетов на поезд. — И сверх того, уже купила билеты в Понивилль и Троттингем.

— Вас же все выходные не будет? — спросила Инки.

Единорожка кивнула.

— Да, так что, пожалуйста, сделай так, чтобы жеребята не сожгли бутик пока нас не будет.

— Так, мы ничего не забыли? — спросила принцесса.

— Только тебя, дорогуша, — ответила Рэрити и после небольшой паузы добавила: — Ты готова?

Твайлайт кивнула.

— Готова, а ты?

Единорожка улыбнулась.

— И я.

* * *

Хотя принцесса и намеревалась исследовать поезд, в итоге бо́льшую часть пути до Понивилля она проспала из-за постоянного недосыпа. И опять же, сон — не самое точное определение того, что она делала, учитывая бесчисленные кошмары.

Свисток паровоза мгновенно разбудил её, и когда Твайлайт приоткрыла веки, её внимание сначала обратилось на прижавшуюся к ней спящую сову, а после к Рэрити. В отличие от остальных пассажиров, она, казалось, не спешила покидать поезд, и вообще, на лице единорожки, когда она выглянула в окно, появилось хмурое выражение.

— Рэрити?

Единорожка, не меняя выражения, посмотрела на Твайлайт.

— Доброе утро. Как спалось?

— Нормально, — соврала принцесса. — А ты? Удалось уснуть?

Рэрити посмотрела обратно на платформу.

— Считай, что нет.

— Всё хорошо?

Единорожка перевела взгляд обратно на Твайлайт.

— А почему ты спрашиваешь?

— Ты выглядишь, эм-м, расстроенной.

После небольшой заминки Рэрити улыбнулась.

— Я просто расстроилась, что ты так быстро уснула и лишила меня своего общества.

— Рэрити...

Улыбка единорожки померкла.

— Дорогая, не волнуйся. Я просто... просто, наверное, всё ещё волнуюсь о Ночи поисков.

— Рэрити, всё будет хорошо, — с тёплой улыбкой произнесла принцесса. — Обещаю.

— Обещаешь, — повторила единорожка. — Ну, в таком случае...

Она спрыгнула с сидения и открыла багажный отсек при помощи магии.

— В таком случае нам пора. Дела не ждут!

Решив, что допытываться больше смысла нет, Твайлайт улыбнулась и сделала, как и предлагала её подруга — спрыгнула с сиденья и последовала за Рэрити на платформу незнакомой станции с Эларой на спине.

— Итак, думаю, для начала зайдём в бутик и приведём себя в порядок, — произнесла единорожка. — Пообедаем, а потом навестим Флаттершай и Эпплджек. Я уже сказала им, что мы придём, так что нас будут ждать, а затем... О! Ещё я хотела зайти в спа и записать нас, обычно они не принимают посетителей без записи за несколько недель, но для moi они сделают исключение.

Принцесса игриво приподняла бровь.

— А в твоём плотном графике найдётся время на поход в библиотеку?

— Ох, ну конечно, ведь ради неё мы сюда и приехали, верно? — Рэрити драматично вздохнула. — Полагаю, я выкрою немного времени то тут, то там. Может, двухчасовой спа-сеанс вместо четырёхчасового. Давай тогда сначала пообедаем, потом в спа, потом повидаемся с Флаттершай, потом с Эпплджек, потом уже в бутик за чемоданами для книг, ну а потом уже в библиотеку.

— Вообще... — Твайлайт сделала глубокий вдох и решилась. — Я бы хотела сначала сходить в библиотеку.

В конце концов, чем раньше она с этим разберётся, тем лучше.

— Сначала в библиотеку? — удивлённо переспросила единорожка. — Но Твайлайт, это не по плану! Ты не можешь просто вот так взять и в последний момент всё переиграть! Уж из всех пони ты-то должна это понимать.

— Рэрити, ты буквально при мне выдумала его на ходу.

— Ну... как бы то ни было, мне кажется, это не самая лучшая идея. Давай сначала хотя бы пообедаем и сходим к Флаттершай, хотя бы потому что она ждёт нас и...

— Рэрити, — перебила принцесса. — Пожалуйста. Я хочу покончить с этим как можно скорее.

Единорожка немного смягчилась.

— Я... Твайлайт... — она замолчала, бросив быстрый взгляд на трусящих мимо пони, после чего повернулась обратно к принцессе и положила ей копыто на плечо. — Ты уверена? У Рэд Лайнинга книг более чем достаточно. Нам не обязательно вообще идти в твою библиотеку.

— Знаю, но я хочу, — принцесса нежно улыбнулась и положила своё копыто поверх копыта Рэрити, слегка прижав его. — Тебе не нужно придумывать отговорки, чтобы я могла не идти.

Рэрити фыркнула.

— Извини, конечно, но я действительно хотела бы сходить в спа, — возмущённо произнесла она. — Но... полагаю, если ты так уверена...

И Твайлайт действительно была уверена, когда они шли мимо "Сахарного уголка", мимо "Перьев и диванов", когда забирали чемоданы из бутика "Карусель", и была уверена как никогда в жизни, когда они покинули окраины Понивилля.

Но...

Но потом, когда они пробирались через лес, вся уверенность куда-то улетучилась, особенно когда все вокруг так сильно напоминало о кошмарах, что преследовали её в последнее время.

Некоторые детали, конечно, отличались, но в общем и целом всё было тем же самым. Хруст листьев под копытами единорожки, уханье Элары, ведущей кобыл через лес, и Твайлайт...

Что еле плелась позади, пока наконец окончательно не остановилась.

Её ушки дернулись при отдалённом звуке голоса Рэрити, зовущей её по имени, но она проигнорировала подругу. Вместо этого она опустила чемоданы, что левитировала за собой, открыла седельную сумку, достала оттуда книгу и уставилась на название.

Персональная реальность

Исследование грёз

Твайлайт открыла книгу на странице с закладкой и перечитала выделенный параграф.

"...и это, пожалуй, самое большое сходство между снами и литературой. И то и другое немного необычно по внешнему виду, и они изображают полностью выдуманные события, однако в корнях и там и там скрывается действительность. По правде говоря, мы либо пытаемся её приукрасить, либо, чаще всего, тщетно пытаемся избежать, отказываясь в упор замечать, даже когда она просачивается в нашу персональную реальность — искажённое отражение наших самых сокровенных мыслей".

Дочитав, она закрыла книгу, досчитала до трёх, а когда снова открыла её, то с упавшим сердцем осознала, что в тексте ничего не изменилось. Те же слова, та же страница, а на вопрос, как именно они добрались из Холлоу Шейдс в Вечнодикий лес, она с лёгкостью могла ответить.

Значит, это не сон?

Принцесса оторвала взгляд от книги и увидела в нескольких метрах от себя Рэрити, что опустила ушки и тихо ждала, когда Твайлайт закончит.

— Просто решила убедиться, — спешно произнесла принцесса. — Не хочу потерять полезную привычку.

Единорожка сочувственно улыбнулась.

— Понимаю, — она на мгновение посмотрела вдаль, затем снова перевела взгляд на аликорна. — Ты точно уверена, что хочешь этого?

И тут же вернулись воспоминания о кошмарах, о разочарованном взгляде Рэрити.

— Уверена, — решительно ответила Твайлайт.

— Ну хорошо, — после едва заметного колебания единорожка кивнула, а принцесса, укрепившись в своей решимости, прошла мимо неё, чтобы самой идти впереди, на что возражений у Рэрити также не сыскалось.

Дальше они шли в тишине, каждая погружена в свои собственные мысли. Тишина ощущалась неловкой, во сне всё было иначе. В конце концов, Твайлайт решила, что дело в её возлюбленной, в каждом сне она была очень разговорчива и постоянно брала инициативу в свои копыта.

В реальном мире она была тиха и настороженна, а её лицо слегка скривила гримаса недовольства. Принцесса снова спросила, что не так, и снова получила тот же ответ, что и раньше, волнение из-за предстоящий Ночи поисков. Только и всего.

И хотя, очевидно, Твайлайт это не убедило, её размышления о причинах подобного состояния единорожки были прерваны, когда Элара, взгромоздившись на сук, громко ухнула, сообщая о том, что они пришли.

И действительно, они прибыли, тут было всё по-прежнему, точно, как в тот день, когда Твайлайт сбежала, тихое, спрятанное в объятиях деревьев место, ожидающее её возвращения.

Принцесса проигнорировала боль в груди и заставила себя идти вперёд, не оглядываясь на Рэрити, просто прыгнуть в провал, сжав зубы, пока копыта не коснутся земли. Вот и всё, да?

Больше никакого бегства.

— Твайлайт.

Принцесса обернулась и посмотрела на единорожку, стоящую на краю провала. Ей не нужно больше было что-то говорить, опущенные ушки, нахмуренный лоб и поджатые губы говорили сами за себя.

— Рэрити, я справлюсь.

— Ты уверена? — спросила единорожка, и с каждым таким вопросом уверенность таяла.

— Да. Уверена.

Твайлайт снова отвернулась от возлюбленной, прежде чем язык тела её выдал. Она сделала ещё несколько шагов, как вдруг воздух наполнился треском и Рэрити появилась прямо перед принцессой, преграждая ей путь.

— Рэрити, что ты...

— Твайлайт, может, лучше я первая пойду?

Принцесса покачала головой.

— Не надо, я сама, — с улыбкой ответила она. — При условии, что ты пойдёшь следом.

— Но, сердце моё... — неуверенно начала единорожка, делая пару шагов наперерез, когда Твайлайт снова зашагала. — Может, дамы вперёд?

— Именно поэтому я иду первая, — хихикнув, ответила Твайлайт.

Затем она обошла Рэрити и продолжила путь, но раздался ещё один треск, и теперь уже слегка запыхавшаяся единорожка снова появилась прямо на пути аликорна.

— Рэрити! — воскликнула принцесса. — Ну хватит!

— Твайлайт, — решительно начала единорожка, после чего сделала глубокий вдох и улыбнулась. — Дорогуша, я...

— Не "дорогушкай" мне тут. Зачем ты это делаешь? — уже с явным раздражением спросила принцесса. Если целью Рэрити было посеять сомнения в душе аликорна, то она прекрасно справилась. — Рэрити?

Когда единорожка не ответила, принцесса прищурилась.

— В чём дело? Ты сомневаешься во мне?

— Я такого не говорила, — дипломатично ответила Рэрити. — Я нисколечко в тебе не сомневаюсь.

— Как-то не похоже, что ты так считаешь.

— Ну, а я так считаю.

— Ну тогда пропусти меня! — вспылила Твайлайт, а затем заставила себя успокоиться. — Пожалуйста, мне и так нелегко.

Не выдержав пристальный взгляд аликорна, единорожка отошла в сторону и демонстративно отвернулась. Принцесса думала, что она добавит что-то ещё, но когда Рэрити этого не сделала, Твайлайт подавила вздох и двинулась дальше.

Честно говоря, ей совсем всего этого не хотелось. По крайней мере не прямо сейчас, поэтому, дойдя до люка, она остановилась и подняла взгляд на заросшую грязью табличку, прибитую к дереву.

ПУБЛИЧНАЯ БИБЛИОТЕКА ПОНИВИЛЛЯ

Открыто на пожертвования принцессы Твайлайт Спаркл

— Хуу!

Твайлайт подняла взгляд ещё выше таблички и увидела Элару, сидящую на подоконнике в ожидании своей хозяйки, затем принцесса оглянулась и увидела, как единорожка молча за ней наблюдает. Решив больше не затягивать, Твайлайт повернулась к люку, откинула его магией, и каждая шерстинка на её шкурке встала дыбом, когда он со скрипом явил миру длинную, тёмную лестницу, ведущую в ещё более тёмный туннель, готовый поглотить её целиком.

Тошнота тут же скрутила принцессу, заставив сделать шаг назад. А это действительно хорошая идея? Что, если... что, если Рэрити не зря беспокоится? Твайлайт повернулась к вышеупомянутой единорожке и обнаружила, что та стоит на том же самом месте, в звенящей тишине.

— Темновато там, — отметила принцесса, ненавидя саму себя за то, как дрожал её голос.

— Так и есть, — ответила Рэрити. — Думаю, заклинание света должно помочь.

И больше ничего не добавила.

Твайлайт нервно рассмеялась.

— Точно. И как я не подумала? — смущённая, она повернулась обратно к люку и сглотнула комок в горле. Она вызвала свет, и её глазам предстала грязная стальная лестница, ведущая вниз.

"Дискорда больше нет, — говорила она себе, смотря в бездну. — Его больше нет".

Его нет, а она устроила уже такое стыдливое представление из простейшего спуска вниз, что назад пути нет.

Звук её копыта, коснувшегося металла, отозвался в груди, голове и сердце. Такой простой звук, быстрый и обычный, но для принцессы он звучал прямо как рычание марионетки хаоса.

Один шаг уже сделан, поэтому она заставила себя сделать и следующий, её глаза были прикованы к земле, а разум пребывал в оцепенении. Никакой многозадачности, надо думать над каждым шагом, потому что, если думать о чём-то другом...

Вдруг копыто вместо ожидаемого прохладного металла коснулось земли, заставив аликорна поднять взгляд и увидеть бесконечный туннель, давление пустоты оказалось так сильно, что она резко и со стоном опустила голову к земле.

— Твайлайт? — позвала Рэрити, чьи копыта тут же застучали по ступенькам. — Твайла...

— Всё хорошо! — выкрикнула принцесса, а затем её голос резко опустился до шёпота. — Всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо.

После чего она сделала шаг, после которого сделала ещё один, ещё и ещё, тошнота с каждым шагом слегка усиливалась, но при этом она продвигалась, пока в конце концов стены не раздвинулись и Твайлайт не обнаружила себя в библиотеке.

Вот она снова в знакомой темноте, что держала её в плену тысячу лет. Маленькая и жалкая, словно перепуганное животное, смотрящее на опасного хищника.

Но, несмотря ни на что, она сделала это. Вошла в библиотеку.

Вот только почему-то восторга от победы не ощущалось.

Скорее, как будто она всегда знала, что это произойдёт, и это произошло.

Принцесса неспешно двинулась вперёд, практически только за счёт силы воли, и вдруг резко попятилась назад, когда её копыто наткнулось на что-то, и звон битого стекла эхом разнёсся по всей библиотеке.

— Твайлайт?! Что это было? — раздался голос Рэрити издалека.

Принцесса испуганно обшарила взглядом пол, и волна облегчения захлестнула её при виде всего-навсего упавшей чернильницы.

— Просто чернильница! — крикнула она в ответ.

Чернильница, как выяснилось, была использована для десятков как будто бы жеребячьих рисунков, разбросанных поблизости.

Рисунки были совсем не похожи на те, что оставили для неё в туннеле, когда она оказалась полностью заточена. Те были полны любви и доброты, воодушевления и нежности.

Эти? Эти были другими.

Не послания поддержки.

Напоминания.

О Дискорде, что вдоволь мучал пони, пока принцессы могли лишь беспомощно наблюдать.

О Рэрити, которой угрожали драконы, о том, как её преследовал Дух, о том, как на неё напал древесный волк, о задней ноге, изуродованной до неузнаваемости.

Зарисовки и кривые рисунки всех тех ужасных вещей, за которые Твайлайт так или иначе была ответственна.

А посреди всей этой кучи рисунков ещё не высохшими чернилами был нарисован Дискорд, заточающий принцессу в ловушку в библиотеке, глаза пони были чернее ночи.

"Настоящее действо начнётся, когда ты осознаешь, что я с тобой сделал".

Воспоминание завладело разумом принцессы, такое же настоящее, как и в тот день, когда это произошло, она ощутила, что начала задыхаться.

— Р... Рэ... — слова из её уст вырывались приглушённые, отрывистые из-за паралича, охватившего Твайлайт при виде её ошибок, последствий и звучащего в голове голоса Дискорда.

"Твоя вина".

Это уже слишком. Слишком, слишком, слишком, Твайлайт попятилась, споткнулась об ещё одну чернильницу и упала, отчего заклинание света погасло. Глазами полными слёз она посмотрела в сторону света возле туннеля и вытянула в его сторону копыто.

— Рэрити!

— Твайлайт?!

Принцесса смотрела, как свет устремился к ней, и довольно скоро единорожка вбежала в библиотеку, встала перед Твайлайт и осмотрела её, прижав ушки к черепу и широко раскрыв глаза от страха.

— Р... Рэрити...

— Твайлайт! Твайлайт, что случилось? — ахнула единорожка, пригнувшись на колени. Принцесса тут же бросилась к ней, изо всех сил вцепившись в возлюбленную, как в спасательный круг, и зарылась мордочкой в грудь Рэрити. Когда ответа не последовало, единорожка вновь заговорила с большей тревогой. — Твайлайт, Твайлайт, посмотри на меня. Посмотри на меня.

Принцесса встретилась взглядом с Рэрити, которая пыталась найти во взгляде подруги причину паники. Мгновение спустя, слегка расслабившись, она погладила аликорна по щеке.

— Всё хорошо, — произнесла она, обращаясь, как казалось, не столько к принцессе, сколько к себе. — Душа моя, что случилось?

— Дис... Дискорд, — выдавила Твайлайт между всхлипами.

Не отпуская подругу, она обернулась и кивнула на рисунки.

— Он... он оставил... рисунки... и... и... — принцесса повернулась обратно к единорожке и вновь закопалась в её шерсть.

— Рисунки? — спросила Рэрити, вытягивая шею, чтобы посмотреть на них, не отпуская, конечно же, Твайлайт. — Что...

Последовало недолгое молчание, прерываемое лишь всхлипами аликорна, пока наконец единорожка не заговорила снова.

— Это был не Дискорд.

— Чт... что? — спросила Твайлайт, подняв взгляд и обнаружив, что Рэрити смотрит куда-то позади аликорна. Она оглянулась в том же направлении и увидела знакомую школьную перемётную сумку Свити Белль, окружённую чернильницами и кисточками.

— Свити всё это нарисовала? — в полной растерянности пробормотала принцесса. — Но зачем...

— Неважно, — резко ответила единорожка, собирая рисунки при помощи магии и убирая их с глаз долой. Покончив с этим, она повернулась обратно к Твайлайт и нежно произнесла. — Ну, сердце моё, давай-ка встанем.

Хотя принцесса и хотела бы, но её глаза вновь невольно наполнились слезами, и она вновь склонила голову и прижалась к Рэрити.

— Ты была права... — с болью в голосе прошептала она. — Я не могу... я...

— Сердце моё, забудь, — прошептала единорожка, поглаживая гриву подруги. — Тебе не обязательно было идти сюда снова, верно?

— Н-но книги, — дрожащим голосом произнесла Твайлайт, отчаянно желая хоть как-то выправить ситуацию.

— У Рэд Лайнинга их более чем достаточно. Пойдём.

Дрожа, принцесса позволила Рэрити помочь себе встать, изо всех сил стараясь успокоиться. Твайлайт дождалась, когда единорожка закончит собирать рисунки в перемётную сумку, после чего, чувствуя себя жалкой, последовала за Рэрити на выход.

Она попыталась, но кончилось всё полным унижением.

Ну, возможно, не таким полным, как то унижение, что последовало дальше.

— О чём ты думала, когда попёрлась в библиотеку?! — кричала единорожка, со всей силы впечатав копыто в кухонный стол бутика "Карусель", отчего кобылка по другую сторону стола вздрогнула. — Совсем спятила?

Если Твайлайт рассчитывала, что возвращение в бутик ей поможет, то жестоко ошибалась.

— Рэрити, прошу, — прошептала она.

— Но ты сказала, что я могу сходить с Зекорой! — запротестовала Свити, отстаивая свою правоту. — Мне надо было заглянуть туда для своего проекта...

— Проекта? И что за проект? Вот это?!

Единорожка распахнула сумку и швырнула рисунки на стол. К растущему унижению принцессы, при хорошем освещении она наконец смогла рассмотреть эти рисунки и увидела ровно то, чем они и являлись. Жеребячьими зарисовками и только. Глупые детские рисунки вызвали самую настоящую паническую атаку.

— Ну и что ты скажешь?! — продолжала Рэрити. — Пошутить решила?! Поиздеваться?!

— Нет! Я же не знала, чт...

— Что не знала?!

— Да что случилось? Всего лишь рисунки! — выпалила Свити, свирепо глядя на сестру. — И почему ты орёшь на меня прямо при принцессе Твайлайт?! Что я сделала-то?

Кобылка жалостливо посмотрела на аликорна.

— Принцесса, я же... Принцесса Твайлайт, скажи ей!

— Конечно, ты ни в чём не виновата, Свити, — немедленно ответила принцесса. — Я прос...

— Твои рисунки перепугали Твайлайт до полусмерти! — перебила Рэрити, и принцесса ощутила, как её сердце упало, когда глаза кобылки распахнулись, она посмотрела на аликорна, и они наполнились слезами.

— Рэрити! Прошу! — воскликнула Твайлайт.

Кобылка дрожащим голосом спросила, глядя на принцессу.

— П-п... Принцесса?

— Не слушай её. Всё хорошо, — попыталась успокоить малышку Твайлайт, после чего сердито повернулась к единорожке. — Рэрити, в этом нет необходи...

— Нет есть! Ты бы видела своё лицо, там, внизу! — воскликнула она, и принцесса только сейчас увидела, что её возлюбленной движет вовсе не гнев, а страх.

Единорожка повернулась к сестре и помахала перед её лицом рисунком Дискорда и Твайлайт.

— Мы думали, что это Дискорд оставил! Что он нарисовал всё это в насмешку над нами! Ты понимаешь, насколько это серьёзно?!

— Извините, — потрясённо всхлипнула кобылка. — Я просто... просто хотела... сделать книгу д... для тебя и принцессы Твайлайт про... про ваши п-приключения...

Её рожок засветился, и дрожащим полем магии она левитировала к себе сумку, после чего достала оттуда папку, озаглавленную как "КНИГА ПРИНЦЕССЫ ТВАЙЛАЙТ", из которой она достала ещё множество рисунков, изображающих гораздо более счастливые моменты, чем те, что были в библиотеке.

Старшие кобылы притихли, Твайлайт сгорала от стыда, а Рэрити, опустив ушки, рассматривала рисунки.

Единорожка осела на пол и потёрла переносицу.

— Ох, Свити Белль...

— Я не хотела пугать тебя, — обратилась кобылка к принцессе.

— Знаю. Не расстраивайся, это моя вина.

— Нет, Твайлайт, — довольно резко перебила Рэрити. Затем, она слегка смягчила тон и продолжила. — Тут нет ничьей вины.

Она перевела взгляд на сестру.

— И, Свити, прости, что я накричала. Я... Пожалуйста, будь внимательнее, оставляя такие вещи на виду.

— Прости... — кобылка склонила голову, бездумно перебирая свои рисунки, после чего посмотрела на единорожку. — Ты так боялась библиотеки, мне даже в голову не пришло, что вы первым делом пойдёте туда...

Эти слова потрясли принцессу, она немедленно перевела взгляд на возлюбленную. Она боялась библиотеки?

На мгновение Рэрити, словно угадав мысли Твайлайт, взглянула на неё, после чего резко обернулась обратно к сестре.

— Ну, как бы то ни было, — быстро произнесла единорожка, — я надеюсь, что в будущем ты будешь более предусмотрительна. И...

Рэрити улыбнулась и магией подняла рисунок, где была изображена она, во время переговоров с драконами.

— Вот этот мне очень нравится.

— Мне тоже! — воскликнула Свити, судя по всему довольная тем, что в этом споре поставлена точка. — Погоди, пойду остальные принесу!

Принцесса дождалась, пока кобылка ускачет, после чего повернулась к единорожке.

— Ты боишься библиотеки?

— Звёзды небесные, — пробормотала Рэрити, закрывая глаза и вновь потирая переносицу.

— Рэрити.

— Твайлайт, — единорожка повернулась к подруге. — Нет, я не боюсь библиотеки. Просто...

Она замолкла, лениво поигрывая солонкой на столе.

— Мне кажется, что лучше нам туда не возвращаться.

Странное возмущение окатило принцессу. Одно дело, когда у неё самой проблемы с библиотекой, но такие же проблемы у кого-то другого? С чего бы? Это же просто фантастическая библиотека! Великолепная вентиляция, даже несмотря на то, что она целиком под землёй, новейшие издания того времени, нет докучливых посетителей, а главное, она даже не штрафовала за просрочку!

Да и мало того, некоторые из её самых счастливых моментов, не только за тысячу лет, а вообще в жизни, прошли внутри этой библиотеки.

— Не возвращаться? Почему? — запротестовала Твайлайт.

Рэрити посмотрела на неё, как на сумасшедшую.

— Почему? Твайлайт, да посмотри на... Слушай, ну ты же...

Она замолкла и отвела взгляд, стиснув зубы.

— Посмотреть на что?

— Посмотри, как ты отреагировала там, внутри, — выдавила из себя единорожка. — Посмотри, что это место с тобой сделало, и ты всё ещё думаешь, что я хоть немного хочу, чтобы ты туда вернулась? В то самое место, которое постоянно снится тебе в кошмарах?

— Это мой дом.

— Тюрьма, — выпалила Рэрити. — Ничего хорошего в том месте нет.

Гнев вспыхнул в Твайлайт.

— Рэрити, это неправда, — запротестовала она, ударив копытом по рисункам с счастливыми воспоминаниями, на её глаза понемногу наворачивались слёзы. — А что насчёт этого? Всё это случилось именно там! Все, что у нас с тобой было, произошло именно там, в этой библиотеке!

— Твайлайт, целых два года последним воспоминанием об этом месте было то, что ты оказалась там заточена.

— Но теперь ведь нет!

— Знаю, но я не могу просто пойти туда и притвориться, что этого никогда не было, — в слезах отрезала единорожка. — Не могу! И когда ты прокричала моё имя, я думала, что эта штука снова заточила тебя! И, и я...

Рэрити судорожно выдохнула и отвела взгляд.

— И? — надавила принцесса так нежно, как только могла.

— И думаю... думаю, что зря не послушала принцессу Луну, когда та сказала, что я не готова.

Глаза аликорна расширились.

— У тебя... у тебя были кошмары о библиотеке? — и когда единорожка не ответила, Твайлайт вновь надавила. — О Дискорде?

Не сразу, но Рэрити кивнула.

И та мигающая дверь в кошмар возлюбленной, которую видела принцесса в царстве грёз, наконец открылась.

И наконец начало зарождаться осознание того, что одно дело — позволить Дискорду омрачить счастливые воспоминания о доме, но совсем другое — позволить тому же случиться с домом возлюбленной.

И наконец у Твайлайт появился шанс помочь Рэрити победить её страхи — быть может, не так, как рассчитывала Луна, но лучше синица в копытах чем журавль в небе, верно?

Поэтому она выпрямилась.

— Нашла! — с криком ворвалась в комнату Свити Белль, неся за собой ещё несколько рисунков. — Принесла...

Она встала как вкопанная, тут же отразив выражение беспокойства, увидев лицо сестры.

— Рэрити? — кобылка повернулась к принцессе. — Что случилось?

— Мы идём обратно в библиотеку, — ответила Твайлайт, левитируя плащ со стула.

Со всё ещё покрасневшими глазами, единорожка нахмурилась.

— Твайлайт.

— Мы? — спросила Свити.

— Да, — продолжила принцесса, собирая все рисунки кобылки в папку и передавая её владелице, — чтобы помочь тебе с твоей книгой о наших приключениях. Тебе что-то с собой понадобится?

Когда Свити убежала, Твайлайт повернулась к Рэрити.

— Ты пойдёшь?

Всё ещё хмурясь, единорожка заспорила:

— А как же наши другие планы?

— Их можно перенести, или их участники могут пойти с нами. Не думаю, что Флаттершай откажется.

Рэрити стиснула зубы.

— А что, если снова что-то пойдёт не так?

— Не пойдёт, — пообещала принцесса.

— Этого ты знать не можешь.

— Могу, вообще-то, — с уверенной улыбкой ответила Твайлайт. Ради благополучия возлюбленной она готова на многое. Принцесса подошла к ней, подогнула передние копыта и расправила крылья, чтобы на них можно было немного опереться. — Давай-ка.

Единорожка уставилась на аликорна.

— Давай-ка что? — спросила она, откидываясь назад и с подозрением разглядывая принцессу.

— Забирайся, — уточнила Твайлайт, поднимая голову.

— Забирайся?

— Ты сказала, что боишься библиотеки, так что мы просто пойдём туда вдвоём, — принцесса снова взмахнула крыльями. — Вместе.

— Твайлайт Спаркл, не дури. Что, если я упаду?

— Рэрити, мы уже это делали. Причём с закрытыми глазами! — на это единорожка лишь поджала губы. Твайлайт приподняла бровь и вежливо улыбнулась. — Ну, тогда я просто попрошу Свити помочь?

Рэрити надула щёки.

— Ха! Если думаешь, что твои жалкие манипуляции со мной сработают, Твайлайт Спаркл, то ты жестоко ошибаешься. Делай что хочешь, меня это устроит.

* * *

— Быстрее! — воскликнула Свити, одним копытом упираясь Твайлайт в шею, другим яростно похлопывая по плечу, пока принцесса лёгким галопом неслась по Вечнодикому лесу. — Быстрее!

— Свити Белль, во имя солнца, она же не ездовая лошадь! И сядь нормально, упадёшь! — ругалась Рэрити, сидя прямо позади сестры, одним копытом вцепившись в кобылку, другим держась за плащ принцессы. — Твайлайт, если ты нас уронишь...

— Рэрити, я скачу не так уж и быстро!

— Было бы быстрее, если бы ты разрешила ей полететь с нами туда, Рэрити! — Свити снова хлопнула по плечу аликорна. — Давай девочка, быстрее!

— Медленнее!

— Быст-мпф-ф!

Твайлайт вздохнула, возблагодарив тишину, созданную ею самой, когда она магией зажала им рты. Принцесса остановилась и обернулась на пассажирок, обнаружив, что они крайне хмуро на неё смотрят.

— Вы закончили?

Хотя Рэрити не соблаговолила ответить, Свити активно закивала, чего для Твайлайт было достаточно. Бросив на них последний предупреждающий взгляд, она развеяла заклинание и продолжила путь.

— Должна сказать, что это было грубо, — вежливо отметила единорожка.

— А мне так не кажется! — быстро проговорила кобылка. — Ты должна ещё раз попробовать такое на Рэрити!

— О-о? — протянула вышеупомянутая единорожка. — Какое такое? Вот такое?

— М-мпф-ф!

— Что такое, Свити? Тебя как-то не очень хорошо слышно! Ох небеса, тебе действительно стоит поработать над разборчивостью ре-м-мф!

— Селестия милосердная, — пробормотала Твайлайт, снова останавливаясь и оборачиваясь на двух мычащих в споре сестёр. — Девочки.

Они лишь вразнобой замотали головами, показывая друг на друга.

Рог принцессы засиял, и протестующее мычание кобылки усилилось, когда её подняло в воздух, заставив быть подальше от сестры, а принцесса пока продолжила путь.

— Принцесса Твайлайт! — заныла та, тщетно пытаясь подплыть по воздуху поближе к аликорну. — Я хочу ехать на спине! Почему Рэрити можно, а мне нельзя?!

— Да ладно тебе, Свити Белль, — невинно произнесла единорожка, располагаясь с большим комфортом на увеличившемся свободном месте и обхватывая копытами шею принцессы. — Не каждая может стать любимицей принце...

Рэрити замолкла, когда Твайлайт резко остановилась и осуждающе на неё посмотрела, после чего единорожка быстро исправила своё заявление.

— М-м, я хотела сказать, что ты можешь поехать на обратном пути?

— А можно мы обратно полетим?!

— Нет, я же сказала, это опасно! А если упадёшь с такой высоты?

Принцесса покачала головой и пошла дальше, оставив сестёр бурчать друг на друга, и позволила себе улыбнуться, когда возлюбленная не смотрела.

В целом, несмотря на сестринские ссоры, Твайлайт была рада, что Свити рядом. До библиотеки оставалось не так уж далеко, и присутствие кобылки почему-то приносило облегчение, которого принцесса и не ожидала почувствовать. Твёрдая уверенность Свити в то, что всё хорошо, не могла не заразить той же позитивной наивностью и аликорна.

Твайлайт галопом подбежала к краю впадины и первым делом опустила туда кобылку, а затем прыгнула сама, позабавившись перепуганным писком Рэрити.

— Пойдёмте! — воскликнула кобылка, бросаясь к люку, открывая его и сбегая вниз.

— Свити, подожди нас! — окликнула её вслед единорожка, прижимаясь к аликорну. — Там же темно! Свити?!

Когда из люка никто не выглянул, Рэрити тяжело вздохнула.

— И на что я рассчитывала?

— С ней ничего не случится, — заверила Твайлайт, убеждая в основном единорожку, но может, немного и себя.

Как только принцесса добралась до люка, знакомое ощущение, как холод, что волной прошёлся по телу, вернулось при виде тёмного тоннеля. Желание повернуть назад никуда не делось, но, когда Рэрити была рядом, физически, Твайлайт смогла с лёгкостью отбросить слабость.

— Твайлайт, — позвала единорожка, заметив, что принцесса замерла. Копыта Рэрити вновь прижались к её шее. — Ты уверена?

— Да, — ответила принцесса, уверенность в её голосе немного дрогнула, когда она спросила в свою очередь, — а ты?

Единорожка немного поёрзала на спине аликорна.

— Уверена. В конце концов, не могу же я отпустить тебя туда одну? — и точно так же, как её сестра, она настойчиво похлопала Твайлайт по плечу. — Вперёд, мой благородный скакун!

Принцесса чуть не подавилась.

— Что, прости?

Рэрити склонилась поближе к лицу аликорна и затрепетала ресницами.

— А что, я разве не права? Разве ты не скакун? Не благородных кровей?

— Ну... формально да.

— Тогда вперёд, мой благородный скакун!

— Хмф, — Твайлайт закатила глаза, когда единорожка поцеловала её в затылок и ободряюще погладила, на что принцесса не смогла сдержать улыбки. Глупенькая и дразнящая Рэрити была гораздо, определённо лучше, чем та, что боялась войти в библиотеку. — Ну ладно. Держись покрепче, я спускаюсь.

Так и начался спуск, столь отличный от прошлого. В прошлый раз принцесса была поглощена звуками и воспоминаниями, а теперь единственной её заботой осталась единорожка и мысли о том, как уберечь её, защитить, и, может быть, немного развлечься, слушая удивлённые крики возлюбленной, когда её “благородный скакун” перемахивает по три ступеньки за раз.

В идиллию вмешалось уханье, когда Элара вернулась с охоты и взгромоздилась на спину Твайлайт позади Рэрити. Когти, что впились в шерсть принцессы, тоже внесли в свою лепту в отвлечение от страхов.

Свити ждала кобыл на другой стороне тоннеля, её рог едва освещал помещение.

— Принцесса! А где Стар и Свирл?

— Эм-м-м... где-то? — предположила Твайлайт, останавливаясь у входа в библиотеку.

Взгляд принцессы тут же опустился к земле, а плечи расслабились, когда она не обнаружила чего-то, напоминающего о былом заточении.

— Дорогуша? — прошептала Рэрити.

Взгляд Твайлайт задержался на краю прохода, ища барьер, которого, очевидно, там не было. В конце концов, она уже сегодня здесь проходила, но не смогла удержаться от того, чтобы поднять копыто и помахать им перед собой, просто на всякий случай.

Когда ничего не произошло, она перевела дыхание, сгруппировалась и с решительным визгом запрыгнула в библиотеку. Как только она это сделала, то с облегчением почувствовала вес единорожки на спине и отсутствие барьера за собой.

— Эм, принцесса Твайлайт, всё хорошо? — спросила Свити.

— Ага! Да! Отлично! — выпалила принцесса, поворачиваясь к кобылке. — Эм. Да. На чём мы там остановились?

Свити наклонила голову набок.

— На поисках Стара и Свирла?

— Поисках Старсвирла?! — воскликнула Твайлайт. — Точнее, Стара и Свирла, да. Не Старсвирла Бородатого. Откуда ему тут взяться? Он же умер! Кажется. Ну да, умер. Да-а. Уже скелет, наверное... Точно.

Рэрити провела копытом по плечу аликорна.

— Твайлайт, ты уверена, что всё хорошо?

— Ха-ха! — принцесса проглотила ком. — Извини. Немножко нервничаю просто, но всё хорошо, да.

Твайлайт должна помочь Рэрити, должна помочь Свити с её книгой. Должна эмоционально отстраниться от своих переживаний. С ней всё будет хорошо. И думать тут больше не о чем.

Она помотала головой и прочистила горло.

— Минуточку.

Рог принцессы засветился, и волна магии вырвалась наружу, накрывая комнату. Через мгновение вдалеке раздались какие-то лязгающие звуки и Стар поднялся в воздух, а его свечи загорелись. Он шатко поплыл к своей хозяйке, и Твайлайт нахмурилась, увидев искривлённое и сломанное ответвление.

— Твайлайт! — ахнула единорожка, когда канделябр взволнованно закружил вокруг кобыл. — Бедняжка! Он ранен!

— Рэрити, это канделябр, — указала принцесса. — У него нет чувств.

— Ну, это всё ещё прекрасный канделябр, которому не помешает ремонт.

Твайлайт игриво закатила глаза.

— Ага, — согласилась она, радуясь, что пока всё идёт хорошо.

— А он всё ещё может стать большим? — спросила Свити, глядя на Стар.

Принцесса внимательно осмотрела канделябр.

— Думаю, да, — при помощи магии она выпрямила повреждённое ответвление и, довольная, улыбнулась. — Ну вот. Теперь точно сможет.

— Стар! — воскликнула кобылка. — Свет, пожалуйста!

И по её команде Стар взлетел под потолок и со вспышкой магии обратился в раскидистую люстру, которая тут же залила библиотеку светом, привлекая внимание к причинённым Твайлайт разрушениям.

Рэрити слезла со спины принцессы и потрясённо поднесла копыто ко рту.

— Ох, звёзды небесные.

Книжные шкафы опрокинуты набок, повсюду разбросаны книги, столы перевёрнуты, а пол залит чернилами. Хотя Твайлайт больше не ощущала в библиотеке присутствия магии хаоса, было всё равно грустно видеть следы причинённых ею разрушений.

Рэрити подобрала ближайшую книгу и осмотрела её на предмет повреждений.

— О небеса, как новая! Это заклинание Селестии действительно нечто, м? — она левитировала перевёрнутый стол и поставила его на ножки, после чего положила на него книгу.

Свити последовала примеру старшей сестры и положила на стол рюкзак, попутно достав из него рисунки и карандаши.

— Начнём!

— Эм-м... Может, пока сама начнёшь? — предложила Твайлайт, пробираясь к сваленным на полу в кучу книгам и левитируя их в алфавитном порядке. — А я пока немного приберусь.

— Если, конечно, разберёшься, с чего начать, — отметила Рэрити, присоединяясь к принцессе, пока кобылка приступила к работе за столом. — И найдёшь достаточно времени, потому что если ты хочешь навести здесь порядок меньше чем за день, то тебе понадобится настоящее чудо.

Твайлайт ехидно улыбнулась.

— Как хорошо, что ты пошла со мной.

— Ой-ой, — ресницы единорожки встрепенулись. — Ты такая очаровательная, когда думаешь, что твоей лести хватит, чтобы убедить меня.

— Даже в мыслях не было. Просто ты разбросала столько своих вещей в библиотеке, что мне показалось настоящим чудом, что ты решишь помочь мне собрать всё это.

— Ах! Да я никогда! Я всего-то принесла пару...

Принцесса воздела бровь.

— Ага, — она оглядела беспорядок и указала на стопку книг, разбросанных по полу.

— Так это не мои! — Рэрити показательно элегантно подошла к наваленным книгам и подобрала одну. — Видишь! Это... Ох... один из моих любовных романов! А я его обыскалась... Погоди.

Она смущённо повернулась к аликорну.

— Ну знаешь ли! Едва ли одну маленькую стопочку можно описать как "столько" вещей!

Твайлайт ухмыльнулась.

— Точно?

— Да. Нет. Может быть. Нет, — единорожка топнула копытом. — Да!

Звук треска телепортации принцессы наполнил библиотеку. Она переместилась ближе к задней части помещения, осмотрелась, подобрала с пола шарф, затем телепортировалась в левую часть комнаты, подобрала со стола два альбома с зарисовками и пару очков с красными ободками, после чего переместилась на другой конец комнаты и подняла магией целый ворох отрезов тканей.

После чего телепортировалась обратно к Рэрити и со всей возможной аккуратностью поставила на скорое копыто собранные следы пребывания возлюбленной у её ног.

— Хорошо, хорошо! — проворчала единорожка, подбирая очки и надевая их. — Я тебя услышала!

— Пойдём, — принцесса прошла мимо Рэрити в правую часть комнаты, специально задев возлюбленную хвостом. — Начнём отсюда.

Твайлайт нравилось приводить вещи в порядок. Волей-неволей полюбишь уборку и организацию, когда это единственное, чем можно заниматься в течение тысячи лет. И сейчас уборка была приятным способом освежить воспоминания к давным-давно забытым примечательным вещицам.

Вещицам навроде фотоаппарата, скрывавшегося под упавшим столом, вокруг которого были разбросаны фотографии.

— Хм, кажется, он всё ещё работает? — пробормотала принцесса, осматривая фотоаппарат на предмет вмятин и царапин. Она услышала смех единорожки и, обернувшись, увидела, что та смотрит на фотографию. — Что там такое?

Рэрити показала ей размытую фотографию половины стола.

— Оу, не очень хорошо получилось.

— Ты не помнишь? Это твоя первая фотография! — воскликнула единорожка, продолжая просматривать фотографии. Вдруг она снова рассмеялась и показала Твайлайт фотографию весьма озадаченной Элары. — Тоже забавная!

Твайлайт взяла фотографии и просмотрела их. Там были Элара и Темис, библиотека, даже она сама, но...

— Тебя на них нет? — расстроено отметила принцесса.

— Нет. Тебе не показалось интересным сфотографировать меня.

— Как это?

— Твайлайт, ты позабыла, что я тебе не очень понравилась? — ехидно поинтересовалась Рэрити.

— Что? Нет, понравилась!

— Да-а-а-а-а, конечно понравилась, мисс Королевское Серьёзничество, — произнесла единорожка, поднимая очки с глаз и зацепляя их себе за рог. — Наверное, именно поэтому ты ни разу не попрощалась со мной, когда я уходила, никогда мне не улыбалась и пугала при каждой удобной возможности?

— Это не я тебя пугала, ты сама всего пугалась! — запротестовала принцесса. Конечно же ей нравилась Рэрити! Просто она была слишком занята валом своих психологических проблем, чтобы показать свою приязнь должным образом, но... — А вообще, я даже могу доказать, что ты мне тогда сразу понравилась.

— О-о-о, ну в таком случае, давай.

— Помнишь, как я давала тебе с собой книги перед уходом?

Единорожка заинтригованно склонила голову набок.

— Что-то такое было...

— Ну! Ты, быть может, и не заметила, но...

— Но ты сокращала даты возврата, чтобы я вернулась побыстрее?

Твайлайт смущённо отвела взгляд.

— Похоже, заметила...

Её смущение возросло, когда Рэрити звонко рассмеялась.

— Ну ладно, ладно, я отчасти готова признать, что ты хоть немного меня, но ценила. Отчасти.

— А вот и не отчасти! На-ка, посмотри.

И без объяснений принцесса потрусила вглубь библиотеки, по пути возвращая шкафы на их места. В конце концов, она дошла до своей цели в виде письменного стола и календаря, висящего на стене.

— Вот!

Принцесса сняла календарь со стены, пролистала в поисках нужных страниц и показала единорожке несколько дат с подписями на них.

— Видишь? Я отмечала те дни, в которые ты должна была прийти!

Рэрити, выглядя очень довольной, взяла календарь в копыта.

— И хочу отметить, что мне очень по сердцу что кругов с течением времени становится всё больш... Твайлайт! — она повернула календарь к аликорну, показывая число, в котором было вписано имя "Рэрити", окружённое стилизованными сердечками. — А вот тут что-то особенное!

Единорожка повернула календарь к себе.

— Это было до или после того, как ты призналась мне в любви?

— Ты имеешь в виду до или после того, как ты призналась, — игриво поправила принцесса.

— Мелочи, мелочи, — пробормотала Рэрити, продолжая изучать календарь. — Конские перья, после того как я призналась.

— А это имеет значение?

— Ну, нет, — ответила единорожка, возвращая календарь на стену. — Мне просто показалась романтичной идея, что я была не одинока, когда тосковала по тебе долгими месяцами.

Твайлайт навострила ушки.

— Месяцами? — и тут же второй вопрос возник в её сознании, вопрос, который она просто не могла не задать. — А когда ты поняла, что я тебе нравлюсь?

Рэрити растерянно моргнула.

— Когда я это поняла? — она покраснела, когда принцесса кивнула. — Ну... ну, я не знаю точно.

Принцесса нахмурилась.

— Что? Не может быть, что не знаешь. Это же ты.

— И что это может означать? И я не знаю! Ты была принцессой из сказки! Я была под впечатлением с первой секунды!

— Ну а когда ты поняла, что впечатление перешло во влечение? — не унималась Твайлайт, из простого любопытства, ничего такого.

Единорожка раздражённо фыркнула.

— Да не знаю я! Ну, наверное… — она задумалась на мгновение, а её взгляд упал на ожерелье принцессы, отчего она невольно прижала копыто к своему. — Наверное, когда мы впервые воспользовались ожерельями.

— С ожерелий? Да это же буквально через несколько месяцев после нашего знакомства! — воскликнула принцесса, однако её восторг быстро угас. — Ох.

— Что?

— Кажется я немного туповата.

— Если только самую малость. Ладно, нам надо...

— Подожди! — перебила Твайлайт. — А что тебе во мне понравилось?

Рэрити пристально посмотрела на аликорна.

— Твайлайт.

— Мои книги? Эссе? Я пишу очень хорошие эссе.

— Сердце моё, — разворачиваясь и трусцой удаляясь в проход, произнесла единорожка, — мы как бы должны убираться, а не тешить твоё самолюбие.

— Мы?! Да я пока только одна и убиралась!

— Ну так не останавливайся!

— Но это же из-за эссе, да?

И хотя у принцессы появилось сильное желание погнаться за возлюбленной в поисках ответа, она решила, что по крайней мере должна для начала закончить уборку в комнате. По мере продвижения она находила всё больше и больше памятных вещиц, например, свою старую карту Эквестрии, заметки и письма, ещё несколько фотографий.

И, честно говоря, это было приятно. Несмотря на плохие воспоминания, возврат к прежней рутине помог даже больше, чем она думала, Твайлайт словно вернулась в старые беззаботные дни.

И чувство, будто всё по-прежнему было таким сильным, что она чуть не забыла, что больше не находится в трансгрессионном стазисе.

— Не сегодня, — сказала она шкафу, в который чуть не врезалась, переходя к следующим рядам.

Принцесса обошла многочисленные полки и решила проверить, как продвигаются дела у Рэрити, если, конечно, вообще продвигаются. Твайлайт осторожно выглянула в узкий проход между шкафами и обнаружила единорожку посреди груды всевозможных вещей, сосредоточенно читающую какой-то свиток.

Так тихо, как только могла, принцесса подкралась к возлюбленной сзади и, убедившись, что осталась незамеченной...

— Рэрити!

Единорожка взвизгнула, чуть с перепугу не вскочив на вершину книжного шкафа, после чего в ярости повернулась к аликорну.

— Твайлайт Спаркл, клянусь, я...

Принцесса быстро телепортировалась в сторону от брошенного в неё свитка и появилась на вершине шкафа, где уже без помощи магии увернулась от второго.

Твайлайт склонила голову набок.

— Рэрити, ты должна была прибрать за собой, а не разбрасывать мусор.

— А ну-ка спускайся, ты... ты...

— Кошка? Кажется, так ты меня называла, когда я забиралась наверх.

— Ты стервятник!

— И так тоже, да.

— И так тозе, да, — передразнила единорожка, наблюдая, как принцесса левитировала к себе метко брошенный свиток.

— Что это? — спросила принцесса, просматривая его. — Лавовые лампы. Механические объекты, извлекающие лаву из-под земли для последующего хранения и применения для готовки пищи, а также запуска раскалённых шаров на высоких скоростях. О! А это мне, помнится, Скуталу дала!

Твайлайт телепортировалась вниз.

— А мы можем сходить посмотреть на вытяжку лавы такой лампой?! А как часто в них надо заливать лаву?!

Рэрити смерила аликорна равнодушным взглядом.

— М-м-м-м-м, сначала пугаешь меня, а потом просишь об одолжении?

— Пожа-а-а-а-а-а-а-а-алуйста? — протянула принцесса, умоляя из всех сил, которых было не очень много, но, по-видимому, достаточно.

— Ну хорошо, — после драматичных вздохов и закатывания глаз согласилась единорожка. — Напомни мне завтра, когда будем в Троттингеме.

— В Троттингеме есть станция выкачки лавы?!

— Уви-и-и-и-идишь! — пропела Рэрити, сворачивая свиток и откладывая его в сторону. — Раз уж ты как раз здесь, я могу показать нечто особенное!

Она указала на несколько уже закрытых, явно полных мешков для мусора.

— Вообще, я... Твайлайт! Да подожди ты! — фыркнув, она выхватила мешок, который любопытная принцесса уже начала открывать, и пододвинула его к себе поближе. — Так, о чём это я... а, так вот, я вообщ... Твайлайт, ну серьёзно!

Не обращая внимания на возмущённые протесты единорожки, принцесса сначала левитировала к себе второй мешок, открыла его и достала оттуда пару картонных крылышек и картонную корону им подстать.

— Конкурс! — воскликнула Твайлайт, внимательно разглядывая корону. — Ух ты... а я ведь не надевала свою уже несколько недель.

Она похлопала себя по голове, внезапно почувствовав себя более голой чем обычно без привычных регалий.

— А ещё я нашла это, — продолжила Рэрити, поворачиваясь к мешку рядом с собой. Она открыла его и вытащила непочатую бутылку хорошего вина, пару бокалов и пакет печенья с шоколадной крошкой. — Если я правильно помню, то я купила всё это примерно через неделю после снятия проклятия.

— Для нас? — принцесса взяла вино и осмотрела бутылку. — Но я бы всё равно не смогла его попробовать. По крайней мере на тот момент.

— О да, я знаю! — произнесла единорожка, снимая завязку с пакета с печеньем и принюхиваясь. — Звёзды небесные, а вот это пойдёт прямиком в мусорку.

И, подтверждая свои слова, она левитировала пакет в отдельно стоящий мешок с мусором.

— Я купила их потому что, как бы это сказать... была немножко самоуверенна, думая о количестве времени, которое потребуется для твоего освобождения. Как-то так.

Твайлайт прикусила губу и поболтала бутылкой.

— Как думаешь, оно не испортилось?

— Не должно, иначе продавец, заверивший меня, что со временем оно станет лишь лучше, должен мне крупную сумму.

— Так... почему бы нам не попробовать его прямо сейчас? Лучше поздно, чем никогда!

— Что? Сейчас? — Рэрити приподняла бровь. — Я никогда не откажусь от бокальчика хорошего вина, но я думала, ты хотела прибраться.

— Эх, наверное, ты пра...

— Ну ладно, убедила!

Единорожка подхватила бутылку магией, откупорила её и наполнила почти до краёв оба бокала.

— А знаешь, как-то принцесса Селестия сказала мне, что бокал вина незаменим, если посреди работы внезапно почувствуешь упадок сил, — как будто оправдываясь, произнесла Твайлайт, забирая один из бокалов. — Думаю, по одному хватит и нам.

— Несомненно.

Пол бутылки вина спустя две кобылы расположились на импровизированной кровати из подушек и одеял, Рэрити положила голову на бок принцессы, наблюдая, как та зачерпывает ложку с горочкой из невесть откуда взявшейся банки с арахисовым маслом.

— А представляешь, что было бы, если бы магия хаоса не спасла нас от лорда драконов как-его-там-звали? — спросила единорожка, поправляя картонную корону, грозившуюся свалиться с её головы. — Что, если, я даже не знаю, он решил бы держать нас в плену до тех пор, пока ты не придёшь спасти нас?

— А разве он не собирался сожрать тебя? — спросила Твайлайт, после очередной щедрой ложки передавая банку и, собственно, саму ложку Рэрити.

— Да я уже как-то в подробностях и не помню, — единорожка постучала ложкой себе по подбородку. — Как думаешь, кого бы он попытался съесть первой?

Рэрити задумалась.

— Вот, думаю, наверняка Рэйнбоу Дэш. Она же вся такая спортивная, выглядит более мясистой. Потом уж можно и меня. А вот Пинки, мне кажется, он бы вообще есть не стал, слишком розовая.

Рог принцессы вспыхнул, и она призвала книгу о драконах, когда-то подаренную ей Селестией.

— Хм, вообще драконы не едят пони, — произнесла она, перелистывая страницы. После чего отложила книгу и игриво улыбнулась возлюбленной. — А ещё это глупые домыслы.

— А мне нравятся всякие глупые штучки, — возмутилась единорожка. — Я сделала немало таких ради тебя, Твайлайт Спаркл. Я...

Она замолкла, прикрыв рот копытом.

— О небеса, я ведь совершила просто невероятное количество глупостей ради тебя?

— Не так уж и много, — со смехом ответила Твайлайт. — Одну глупость, ну максимум две.

Рэрити тоже рассмеялась.

— Одну-две? О, ваше высочество, я совершила их много больше. Я рассказывала, как поколотила древесного волка баллончиком от перцового спрея? Или вышла против целой орды драконов, а? А что насчёт целой деревни чейнджлингов? А кто вышел победителем в словесной баталии против профессора, принцессы и самого Дискорда? — она затрепетала ресницами. — Твайлайт Спаркл, готовится целая книга об одной, а может, даже двух глупостях, которые я совершила ради тебя.

— Ну ладно, ладно, — уступила принцесса, снова открывая книгу, чтобы скрыть своё довольство, что было почти невозможным, поскольку единорожка передними копытами обхватила Твайлайт и лицом зарылась в шёрстку на её груди, что-то бормоча.

Принцесса с трудом сдерживала смех.

— Ни слова не разобрала.

— Я сказала, — пробормотала Рэрити, но уже более отчётливо, — что любовь станет моей погибелью! Убита принцессой Твайлайт Спаркл!

— Ты пьяна.

— Пьяна от любви!

— Нет, просто кто-то наклюкался.

— Леди не "наклюкиваются", в лучшем случае леди "бывают подшофе́", — запротестовала единорожка, довольно заурчав, когда принцесса обняла её крылом. Минуту спустя Рэрити созналась. — Как же мне этого не хватало.

— Даже библиотеки? — спросила Твайлайт, и единорожка улыбнулась.

— Да, даже библиотеки и всего, что происходило внутри неё, — ответила она, наклоняясь к аликорну для поцелуя. После него единорожка огляделась и вздохнула. — Сердце моё, нам разве не пора и правда заняться уборкой? Уже поздно, мы пьяны, а мне нужна как минимум двухчасовая ванна, чтобы скомпенсировать отсутствие спа.

— Во сколько у нас завтра поезд до Троттингема?

— В недобрый час, уж точно, настолько, что мне даже не хочется говорить об этом вслух.

— Ну... — на деле подруги не убрали ещё даже половину первого этажа, но час уже был поздний. — Ну, думаю, мы можем забрать с собой в Холлоу Шейдс валяющиеся здесь книги, а затем, когда уже будем возвращать их обратно в библиотеку, расставить их как следует и продолжить уборку. Как думаешь, Свити уже закончила?

— А давай-ка и выясним! — Рэрити вытянула шею и крикнула вдаль: — Свити Белль! Дорогая, мы скоро выходим!

— Я почти! Подождите! — отозвалась кобылка, и действительно, несколько минут спустя в поле зрения появилась малышка, за которой плыла книга, стопка рисунков и папка. — Вот, смотрите!

И хотя единорожка похлопала по месту рядом с собой, Свити решительно проигнорировала сестру и протиснулась, а точнее сказать, продавилась меж двух кобыл. Затем она достала свои многочисленные рисунки и начала последовательно показывать их, демонстрируя довольно-таки приукрашенные версии прошлых событий. Твайлайт была почти точно уверена, что у дракона, с которым сражалась Рэрити, не было двух голов, да и в её первую встречу с единорожкой её зрачки не изменялись на сердечки.

— Рисунки очень красивые, — искренне похвалила Рэрити, рассматривая несколько особо понравившихся листов поближе с тёплой улыбкой. — Как только книга выйдет, я рассчитываю на подписанную копию!

Свити кивнула.

— Я отдам тебе её по специальной цене за пятьсот битсов, но только потому что ты моя сестра!

— Пять сотен бит?! Милочка, она должна достаться мне бесплатно! — единорожка жалобно посмотрела на аликорна. — Твайлайт, скажи ей!

— Свити, это тяжёлый труд. Ты не должна делать скидку для Рэрити только потому, что она твоя сестра. Она должна заплатить полную стоимость, как и все.

— Твайлайт!

— Авторы едва на еду наскребают, Рэрити!

— Ну хорошо, думаю, я смогу заплатить разумную цену, — согласилась единорожка, левитируя к себе папку и просматривая заметки. — Но! Если уж я голосую монетами, то мне дозволено сказать, что название "Книга принцессы Твайлайт" довольно-таки безвкусное.

— Это рабочее название! — возмутилась и покраснела кобылка. Она левитировала к себе ещё одну книгу, что несла за собой, и это оказался тезаурус. — У меня есть варианты получше!

— Как насчёт "Сказок о сказочной кобыле"? — предложила Рэрити, многозначительно поигрывая ресницами для принцессы, пока Свити листала книгу.

— Это я-то сказочная кобыла? — забавляясь, уточнила Твайлайт.

— Милая моя дорогуша, Твайлайт! Очевидно, что единственная сказка — это я.

— Очевидно.

— Очевидно.

— Во, нашла! — кобылка прочистила горло, выждав мгновение для пущего эффекта, и объявила: — "Бесплотные архивы".

Принцесса нахмурилась.

— Бесплотные архивы?

— Тебе нравится?

— Эм-м... Да. Да!

Единорожка слегка улыбнулась.

— Название определённо... вычурное!

Свити серьёзно кивнула.

— Вообще-то я собиралась назвать книгу “Волшебные по́лки”, но Скуталу сказала, что это недостаточно круто, — и вдруг кобылка вскочила и помчалась прочь. — Подождите, сейчас покажу, какие названия мы подобрали под будущий сиквел!

Рэрити рассмеялась.

— Сиквел? — она повернулась к Твайлайт. — Тогда лучше бы тебе начать совершать всякие глупости. Будет справедливо, если ты, в свою очередь, начнёшь совершать всякое ради меня.

И хотя у принцессы был наготове ответ, слова единорожки и книга поразили её, мысленно вернув к последнему разговору с Луной.

"Даже несмотря на то, что тогда были плохие времена, всё ощущалось лучше, а теперь такого чувства нет. Не знаю, как объяснить. Словно читаешь великолепную книгу, а потом переходишь к продолжению, но там написано не то, что ты ожидаешь?"

— Рэрити, — осторожно спросила Твайлайт, — это сейчас было то, о чём я подумала?

— А о чём ты подумала?

— Об этом, — повторила принцесса, не находя в себе сил поднять взгляд на возлюбленную, вместо этого вперившись в рисунки. — Всё это. То, что я выбралась. То, что мы делали. Мы.

Она заставила себя посмотреть на единорожку.

— Ты всё так себе представляла?

Рэрити на мгновение отвернулась, после чего повернулась обратно к аликорну.

— Нет.

Твайлайт поморщилась.

— Ох.

Она попыталась придумать какую-нибудь фразу, что сдвинет разговор с мёртвой точки, проглотить комок в горле, но её попытки оказались пресечены, когда единорожка встала и показательно легла вплотную к принцессе, для пущей верности потеревшись о неё носом.

— Нет, — повторила Рэрити, — все очень сильно отличается от того, что я себе там напредставляла, потому что не далее, как несколько месяцев назад, я думала, что больше тебя никогда не увижу. Так что нет, реальность, возможно, не соответствует сказке двухлетней давности, но то что получилось пока нравится мне даже больше.

"Пока нравится", — думала Твайлайт, накрывая единорожку крылом. Все ещё может пойти не так. Осталось слишком много вещей, которых она ещё не смогла исправить, или пони, которым просто не смогла помочь.

Но пока всё хорошо.

Сегодня она помогла Рэрити справиться с её кошмарами, а уже завтра ей придётся иметь дело с новыми кошмарами, новыми проблемами, не говоря уже о спасении принцессы Луны.

Но пока...

Пока одного побеждённого кошмара вполне себе достаточно.

## — Глава 15 — Заключительная деталь

[Изображение: https://i.imgur.com/FZKBbt0.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/H0jOxkN.png]

Многое изменилось.

Ну, строго говоря, прошёл всего один день, с тех пор как принцесса и Рэрити посетили библиотеку. Но за столь короткое время вообще всё изменилось. А может, изменилась сама Твайлайт. А может, она говорила самой себе, что изменилась. Как бы то ни было, настоящими изменения были или нет, избавившись от ярма на шее, ей явно стало легче дышать.

А ещё стало легче принимать удары от жизни и прочие разочарования.

Сидя за пластмассовым столиком, возле одной из библиотек Троттингема, Твайлайт и Элара хмуро смотрели на волшебную лавовую лампу, наблюдая, как вязкая жидкость поднимается из светящегося основания стеклянного узилища, всплывает наверх, задерживаясь там лишь на мгновение, после чего плавно опускается обратно на дно. Они посмотрели на первый цикл, второй, третий, после чего принцесса повернулась к единорожке, сидящей напротив.

— Вот просто чтобы уточнить, это не извлечённая из ядра планеты лава, и она не используется для готовки, строительства и/или военных целей?

Рэрити водрузила солнцезащитные очки себе на рог и сочувственно улыбнулась.

— Увы.

— Ты уверена?

— Дорогая, боюсь, что да, — не в силах сдержать довольную улыбку, сокрушалась единорожка. — Сильно расстроилась?

— Нет, — соврала принцесса, отвлечённо поправляя плащ, чтобы казаться более равнодушной.

Рэрити хмыкнула.

— Ну, конечно, не так оно в итоге впечатляюще, как устройство, метающее лаву, но, согласись, есть в этой штуковине некоторое очарование, — произнесла она, наблюдая, как медленно всплывает очередной цветной пузырь. — К тому же, нельзя не отметить, что лампа развлекла тебя во время ожидания, м?

Сказав это, она пару раз ритмично постучала копытцами по столу и посмотрела в сторону закрытых дверей библиотеки, бормоча себе под нос:

— Ну и где он? На него не похоже...

— В каком смысле?

— Хм? А, да просто не могу вспомнить, чтобы он хоть раз открывал библиотеку так поздно, — ответила единорожка, возвращая своё внимание к аликорну. — Было дело, что я приходила сюда в шесть утра, а библиотека уже была открыта.

— А ты часто тут бываешь? — спросила принцесса. Она не могла вспомнить, чтобы Рэрити хоть раз упоминала Троттингем до освобождения, так что, по-видимому, она начала посещать его не так давно.

— Часто! Хотя теперь, с открытием "Страны грёз" и всем этим, уже не так часто, но в прошлом году я приезжала сюда достаточно, чтобы местный отель начал предлагать мне скидки.

— Правда?

Единорожка кивнула.

— Да, я даже... Ну, скажем так, прониклась любовью к литературе, и... — её губы изогнулись в застенчивой улыбке. — И, полагаю, чтение помогало мне чувствовать себя как дома.

Твайлайт широко улыбнулась.

— Но у тебя не было никого, кто измывался над тобой, заставляя учиться телепортации.

Рэрити рассмеялась, опершись передними копытами о стол.

— Ну, теперь-то, полагаю, недостатка в такого вида помощи не будет, м?

— А вообще, тебе она не помешает. Вчера ты ещё минуту отдышаться не могла после телепортации, думала, я не замечу? А я заметила! Так что я тут попутно проработала новую программу ежедневных тренировок, пока ты спала в поезде. Там всего двадцать страниц.

Единорожка затрепетала ресницами.

— Да, дорогуша, я не сомневаюсь, что ты исписала двадцать страниц за тот час, пока я спала, — её тон, однако, быстро изменился, когда принцесса непонимающе на неё уставилась и вспышкой рога материализовала стопочку заметок на стол. — Ах да, что это я в самом деле.

Рэрити прочистила горло.

— Твайлайт, как ты знаешь, я верная поборница прилежной учёбы, но... — вдруг её глаза расширились, и она уставилась куда-то за плечо аликорна, раскрыв рот от удивления. — Звёзды небесные! Принцесса Луна?!

— Стоп, что? — выпалила Твайлайт, немедленно обернулась и... и не обнаружила никаких следов присутствие вышеупомянутой принцессы. И, что забавно, когда она обернулась обратно к единорожке, то и её на месте не оказалось, только кончик хвоста скрылся за углом здания. — Чт... Рэрити! Могла бы по крайней мере телепортироваться, заодно бы попрактиковалась! Рэрити-и-и!

Принцесса игриво закатила глаза и повернулась к бумагам на столе, чтобы поправить стопку. Ну в самом деле, там были совсем не сложные упражнения! С должной практикой, для единорожки телепортация стала бы даже проще, чем шитьё. Твайлайт достала карандаш и, с мыслью, что ради возлюбленной может сделать их ещё проще, воздела его над бумагой и...

Бум!

— Твайлайт Спаркл!

Принцесса испуганно взвизгнула и, обернувшись, обнаружила единорожку, которой едва ли удавалось скрыть, как сильно вздымается её грудь.

— И-итак... итак! Скажи мне, дорогая, я выгляжу... как... будто... я... запыхалась?

Твайлайт не могла не фыркнуть, телекинезом поправляя съехавшие очки на роге возлюбленной.

— Ты не могла бы повторить это ещё раз, но когда отдышишься?

— Это не... не из-за телепортации! — запротестовала Рэрити, делая глубокий вдох, после чего одарила аликорна лукавым взглядом. — Очевидно, что от одного только твоего вида у меня перехватило дыхание.

Принцесса серьёзно кивнула.

— Точно, — она склонилась к возлюбленной поближе и ехидно улыбнулась. — Просто для ясности, ты подразумеваешь, что я вызываю у тебя сильную асфиксию?

И когда единорожка закатила глаза, Твайлайт рассмеялась.

— Бедняжка, уже и глаза закатываются!

Фыркнув, Рэрити надела солнцезащитные очки, показательно отвернулась и даже выдержала, когда принцесса подошла и примирительно ткнулась в неё носом.

— Ну посмотрите на неё, ты... ты зануда, вот кто ты! — и вопреки словам, на губах единорожки заиграла улыбка. — Или, лучше сказать, ты разнуда?

Принцесса нахмурилась.

— Нет такого слова, ты, наверное, хотела сказать, что я разнуздана, но это даже не антоним зануде. Хотя... может, лучше сказать... — она улыбнулась. — Что я разнуздаритична?

— О-о-о-о-о-о-о-о, — солнцезащитные очки тут же взлетели обратно на рог единорожки, открыв её сверкающие глаза. — А такое слово у нас, значит, есть, м-м?

— И не просто разнуздаритична, я разнуздарэритична.

— Разнуздарэритична, о да! — Рэрити приняла героическую позу, вытянула копыто к небу и величественно заговорила. — Твайлайт Спаркл, первая в мире разнуздарэритичная пони, свои дни она проводит за книгой, но ночью же не даёт своей возлюбленной перевести дух!

— Да что ты? Боюсь, ты меня немного переоцениваешь.

— Разве? — единорожка надела очки обратно. — Ох, мне казалось, прошлая ночь красноречиво говорит сама за себя.

— А что было прош... — принцесса оборвала себя, закашлявшись, а её лицо стало пунцово-красным, она еле выдавила из себя, — Рэрити, прекрати!

— Рэрити, прекрати? А вчера ты просила меня ровно об обратн—м-мпф! — и хотя красная до кончиков ушей Твайлайт магически закрыла мордочку единорожки, той, казалось, было всё равно, ибо она всем своим видом излучала самодовольство.

— Да что с тобой не так?!

Рэрити задумчиво постучала себя по подбородку.

— М-мпф, м-мф-ф, мгм!

— Ты не должна была на это отвечать!

В конце концов принцесса освободила мордочку возлюбленной и многозначительно на неё посмотрела.

— Ты закончила?

Глаза единорожки уставились на что-то позади Твайлайт, и Рэрити вежливо улыбнулась.

— Ох, ты как будто специально слова выбираешь, но да, пока закончила, ибо мы уже не одни, вон, посмотри.

Принцесса повернулась, и наконец увидела жеребца, стоящего у библиотеки, а также шеренгу жеребят и кобылок, ожидающих, когда он распахнёт две большие стеклянные двери.

— Отлично, — произнесла единорожка, собирая со стола свои вещи, на что Элара отреагировала, перелетев на спину аликорна. — Пойдём?

По словам Рэрити, "Троттингемский Скрипториум" был одной из наименее известных библиотек Эквестрии, запрятанной на дальнем конце Пембрукского парка и посещаемой в основном пожилыми пони из ближайших домов престарелых, либо играющими в парке малышами.

Запах книг и свежих чернил при входе в помещение заставил ноздри Твайлайт встрепенуться, тут же напомнив ей о её собственной библиотеке. Однако, в отличие от дома, здесь не было волшебных канделябров, парящих под потолком, вместо них тут были сгустки света: не один десяток мягко светящихся сфер плавали повсюду, а некоторые следовали за посетителями, прямо как Стар или Свирл.

— А это что? — спросила принцесса, с благоговением наблюдая, как три сгустка погнались за смеющимися жеребятами, пробегающими мимо неё. — Никогда не встречалась с таким видом магии!

— Помощники, — объяснила единорожка. — По крайней мере так их называет Рэд. Сделал их сам, он, знаешь ли, очень одарённый алхимик.

— Сделал сам? — неловко откашливаясь, переспросила Твайлайт. — Но он же... ну... земной пони?

Принцесса вовсе не пыталась быть грубой, даже наоборот, просто в её время любые проявления магии были присущи лишь единорогам. Не то чтобы она считала, что земные пони не способны творить магию, очевидно, она была осведомлена, что могли, просто не так хорошо, как единороги, да и...

— Земной пони, да, — с широкой улыбкой ответила Рэрити, прерывая размышления Твайлайт, в словах единорожки явно проскользнул намёк на гордость, — и именно поэтому я думаю, что он просто невероятно одарён.

И как только Рэрити договорила, что-то промелькнуло в её глазах и она спешно добавила:

— Очевидно, не столь одарён, как ты.

Принцессе потребовалось мгновение, чтобы осознать резкую перемену, но она приподняла бровь и улыбнулась.

— Если ты думаешь, что я буду ревновать, то зря беспокоишься, он действительно очень хорош в своём деле.

Единорожка рассмеялась.

— Ну, я вот про себя сказать не могу, что не ревновала бы, если бы ты называла других дизайнеров невероятно одарёнными, но я уж точно рада, что ты более зрелая, чем кое-какая глупая швея, — Рэрити склонилась, чтобы кратко поцеловать аликорна, после чего отошла. — Окажи милость, не скучай без меня, пока я схожу за Рэдом, хорошо?

Твайлайт сделала шаг навстречу.

— Я могу пойти с тобой.

— Нет-нет! — помотала головой Рэрити. — Не волнуйся, дорогая, ему просто понадобится немного времени, чтобы... — она задумчиво прикусила губу, — приготовиться.

— Приготовиться? В каком смысле? Он же вроде знает, что я приду? — в замешательстве спросила принцесса. — Он не верит, что я настоящая, или...

— Нет-нет, верит. Ещё как верит, просто... Ну, скажем так, он твой очень ревностный фанат. Даже слишком ревностный.

— Кто?

Единорожка рассмеялась.

— Увидишь. Ну всё, развлекайся! — она помахала копытом, отгоняя Твайлайт, после чего немного попятилась, не отрывая взгляда от аликорна. — Посмотри пока на книги, я мигом!

Сбитая с толку, но готовая довериться своей возлюбленной, принцесса проводила взглядом Рэрити, после чего отправилась исследовать библиотеку. Почти сразу рядом с ней материализовались несколько сгустков света, что мерно плыли рядом, к большому неудовольствию Элары, которая, по всей видимости, немного разочаровалась тем фактом, что они оказались несъедобны.

— Хорошая библиотека, — отметила Твайлайт, обращаясь к сове и сгусткам, полагая, что последние разумны. О книгах явно заботились, а видеть пони, что ходили вокруг, ища книгу, или просто сидели на подушках и читали, было приятно, но в каком-то печальном смысле странно.

Её собственная библиотека, конечно, была лучше, но в то же время там было слишком уж одиноко.

— Нам нужно открыть библиотеку в Понивилле, — обратилась принцесса к сове. — Не скрытую, а такую, чтобы любая пони с улицы могла зайти и взять себе книгу или просто посидеть почитать.

Мимо с визгами пробежали три кобылки, и когда Элара бросила на них укоряющий взгляд, Твайлайт рассмеялась и добавила:

— Ну, по крайней мере, любая пони, что умеет прилично себя вести.

Она продолжила осмотр библиотеки, хотя осмотром назвать это было сложно, скорее, это был взгляд в будущее, оценка этой новой идеи, грандиозной библиотеки, к которой она теперь стремилась. Это было... волнующе, думать о будущем, строить свои собственные планы после стольких лет, и ещё более волнующей была мысль, что она вообще перестала жить только сегодняшним днём.

— Ещё там будет отдельная комната для Рэрити. На втором этаже, рядом с совятней. Или даже не комната, а целая мастерская! С другой стороны, зачем ей понадобится отдельная комната, если есть моя комната? Хм-м, если только она не захочет собственную комнату. А ещё надо сделать по комнате для каждой из принцесс!

И точно, как и будущая библиотека, росло и волнение Твайлайт, с каждой комнатой, с каждой новой идеей. Это чувство, двигаться к своей мечте... Она бы хотела, чтобы подобное испытала и Луна. Потом и Кейденс, Селестия, затем Спайк, и вообще все пони, что пострадали из-за действий Дискорда.

В этот самый день, в эту самую минуту, ею двигало не чувство вины, а надежда. Надежда, появившаяся из ниоткуда, или, может, оттого, что ей удалось справиться с одним из страхов возлюбленной, в общем и целом было не важно.

Твайлайт лишь хотелось, чтобы это чувство сохранилось.

— Рэд, ты выглядишь просто прекрасно, правда.

Голос единорожки привлёк внимание принцессы, чуть ли не единственная вещь, способная оторвать её от мысленных проектов. Она тихо пошла на голос и выглянула из-за шкафа, обнаружив искомое. Там была Рэрити, сочувственно улыбающаяся жеребцу, которого Твайлайт видела ранее, только теперь он был одет в приталенный костюм и поправлял фиолетовую бабочку на шее.

— На мне слишком много одежды, — с паникой в голосе произнёс он, лихорадочно пытаясь привести гриву в порядок. — Не надо было одеваться. Она тоже без одежды. Зачем пони вообще одежда?

— Дорогуша, пожалуйста, ты немного меня оскорбляешь.

— Извини. Сам не понимаю, почему так нервничаю. Наверное, потому что химчистка сегодня так поздно открылась. Она же не против была немного подождать? Не против, правда? Ох-х-х-х-х-х-х, — жеребец лихорадочно вздохнул. — Всё хорошо. Всё хорошо.

Он замолк, но вскоре в панике прошептал:

— А что, если я ей не понравлюсь?! Что, если ей не понравится моя библиотека?! Она может отозвать мою лицензию библиотекаря?!

Единорожка приподняла бровь.

— А для этого нужна лицензия?

Твайлайт закатила глаза, поражаясь наивности своей возлюбленной, и прошептала достаточно громко, чтобы Рэд ахнул:

— Конечно же тебе нужна лицензия на частную библиотеку!

— О небеса, ты закатываешь глаза прямо как она. Вы точно поладите, — отметила Рэрити, оглядываясь как раз в тот момент, как принцесса вышла из своего укрытия. — О, Твайлайт, дорогуша, вот и ты! Иди-ка сюда.

Единорожка указала на жеребца, который внезапно стал выглядеть так уверенно и беззаботно, что почти смог убедить в этом принцессу, если бы она не видела его состояние буквально секунд десять назад.

— Твайлайт, это Рэд Лайнинг. Рэд, это...

— Принцесса Скриптория! — воскликнул жеребец с внезапным, чуть ли не детским ликованием, после чего взял себя в копыта, прокашлялся и поклонился. — Приятно познакомиться.

— Принцесса Скриптория? Так меня называют в Троттингеме?

Жеребец кивнул.

— Верно! В легендах Троттингема вас знают как архивариуса. Несколько веков назад вас переименовали в принцессу Заметку, но вскоре по многочисленным просьбам вернули Скрипторию, — он прочистил горло и нервно улыбнулся. — Я надеюсь, вам по душе такой вариант.

Принцесса кивнула.

— Да! — она пристально посмотрела на возлюбленную. — Всё лучше, чем принцесса Книжечка.

— А чего ты на меня смотришь?! Не я это придумала!

— Хм, — Твайлайт решила пока пощадить единорожку и повернулась обратно к жеребцу, — спасибо, что помогаете нам, Рэд Лайнинг. И что, эм-м, верите в нас.

— Принцесса, любой историк или архивист, достойный своего диплома, знает, что вы и другие принцессы совершенно точно существовали. Слишком много тех или иных свидетельств, — он улыбнулся. — К тому же, Рэрити не одну ночь не давала мне спать, говоря о вас. По крайней мере так было раньше, когда она ещё принимала мои приглашения в семейный дом.

— Дорогуша, ты несправедлив! — запротестовала единорожка. — Я была занята! У меня целый детский сад, пекарня, мастерская и план спасения, и всё построено вокруг моего участия! Неужели я похожа на кобылу, которая могла бы всё это бросить и сидеть прохлаждаться в коттедже на берегу моря?

Твайлайт нахмурилась. Коттедж на берегу моря? Ох-ох.

— А я тогда вместо тебя приглашу принцессу, — пригрозил Рэд, после чего и в самом деле повернулся к Твайлайт, с озорной искрой в глазах. — А вообще, если бы вам тоже этого хотелось, то я буду рад, если вы примете приглашение! Пожалуйста, приезжайте!

— О-о-о-о-о! С удовольствием! — ответила Твайлайт, после чего добавила. — Как только мы спасём остальных. Вы же хотели одолжить нам книги, верно?

Жеребец кивнул.

— Верно. Я уже нанял экипажи для перевозки книг в Холлоу Шейдс, всё будет готово аккурат к Ночи поисков, — он повернулся к Рэрити. — Полагаю, подготовка к мероприятию уже на заключительном этапе?

Единорожка кашлянула.

— М-м, ага. Почти готово.

— Отлично! В таком случае, Рэрити, ты не могла бы проводить принцессу в мой кабинет, пока я приготовлю нам всем по кружечке чая?

Как только Рэд ушёл, единорожка повернулась к Твайлайт.

— Отлично, пойдё... — она замолкла, увидев, как принцесса почти безумно ей улыбается, размахивая хвостом так, что он был похож на вентилятор. — Что-то случилось, дорогая?

Твайлайт поиграла бровями, игриво склонив голову.

— Поездки в коттедж на берегу моря?

Внезапно на лице Рэрити отразилось беспокойство.

— Ты на что-то намекаешь? Могу тебя заверить, это был лишь дружеский визит и ничего более. Нужно ли мне напомнить, что он пригласил и тебя?

Принцесса рассмеялась.

— Просто дразню тебя. Я же говорила, что не ревную. К тому же, — она склонилась поближе, — я разнуздарэритична, если ты не забыла, м?

Единорожка расслабилась и закатила глаза.

— Уж лучше, когда ты была просто занудна, с такими-то шутками, — пробормотала она, после чего заметила, что Твайлайт всё ещё смотрит на неё с не менее широкой улыбкой, чем раньше. — Что? Что-то ещё?

— Да, — ответила принцесса, готовясь рассказать возлюбленной всё о своих планах по поводу новой библиотеки, но вдруг задумалась. Стоит ли рассказать прямо сейчас, или лучше пусть это станет сюрпризом? Пока что отложить идею, а когда все будут на свободе, представить её Рэрити! Идеальная вишенка на торте освобождения принцесс!

Единорожка вежливо кашлянула.

— И... ты мне расскажешь, или...

— Я... ну... — Твайлайт подавила волнение и заменила его решимостью. — Не могу дождаться освобождения Луны и остальных, чего бы нам это ни стоило.

Рэрити немного нервно рассмеялась.

— Чего бы это ни стоило? О звёзды! Довольно-таки смелое заявление, м?

Принцесса поддержала смех.

— Да, но мы готовы ко всему, верно?

Единорожка усмехнулась.

— Готовы ли? Если честно, я рада, что хоть одна из нас в это верит, потому что, если честно, когда я сказала Рэд Лайнингу, что у нас всё схвачено, то я солгала.

Выражение лица Твайлайт смягчилось, пришло время внести свой вклад в борьбу с неуверенностью возлюбленной.

— Рэрити... Мы будем готовы, — искренне заверила принцесса и была вознаграждена тёплой улыбкой. — Доверься мне.

— Ты права! Мы будем готовы, и всё будет хорошо. Отсутствует конкретика в паре моментов, но ничего такого, что нельзя успеть за оставшееся время! — уверившись, единорожка кивнула сама себе. — Я буду готова.

* * *

— Ночь поисков уже завтра! — вопила Рэрити, врываясь в пекарню "Страны Грёз". — Я не готова! Никто не готов!

С этими словами она направилась прямиком к прилавку и левитировала себе три кекса с витрины.

Пинки высунулась из кухни.

— Это чт... Рэрити! Хватит воровать кексики! Они для жеребят!

— Жеребята не платят тебе зарплату, так что, конские перья, я могу делать всё что... Эй! — кексы вылетели из её магической хватки и полетели прочь, единорожка резко обернулась и обнаружила вероломную принцессу, при регалиях и короне. — Твайлайт! Ты забираешь у меня последние крохи утешения!

Принцесса улыбнулась.

— Ждём только вас двоих.

— Я прекрасно осведомлена об этом, Твайлайт Спаркл. Почему, скажи на милость, я тогда здесь прячусь? И верни мне мои кексы!

— Все уже ждут?! — ахнула земнопони, чуть не перемахнув через прилавок. — Рэрити, поспешим!

— Пинки, нет! — выпалила единорожка, безуспешно пытаясь схватить копытом кондитершу, которой уже и след простыл. — Если ты пойдёшь, то и мне придётся!

Рэрити повернулась к принцессе.

— Шоу должно продолжаться?

— Шоу должно продолжаться.

Твайлайт закатила глаза, когда единорожка нарочито драматично оторвалась от прилавка и с тяжёлым вздохом последовала на выход из "Пекарни Селестии" в "Театр Кейденс".

Когда они вошли, взгляд принцессы прошёлся по десяткам пони и чейнджлингов, собравшихся в зале, их громкие разговоры тут же стихли до шёпота. От внезапной тишины единорожка застопорилась, но лёгкий толчок Твайлайт вернул Рэрити на путь к сцене, где уже в ожидании стояла Пинки.

Единорожка поднялась на сцену, встав в самом центре, а принцесса встала в метре позади, не в силах сдержать улыбку при виде знакомых лиц: Меткоискатели машут с первых рядов, Рифт и Инкредентия позади кобылок, профессор Эйв и Флаттершай смотрят, как Эпплджек пытается утихомирить Рэйнбоу Дэш.

— Итак!

Шёпот стих, как только Рэрити заговорила, что привело к неловкой паузе, когда она сразу не продолжила речь.

Единорожка прочистила горло.

— Итак...

После чего последовала очередная тишина, пока...

— Шикарная речь, Рэр! — крикнула Рэйнбоу, ухмыляясь, когда зал взорвался смехом.

— Ладно, ладно, успокойтесь! — произнесла Рэрити, стараясь, чтобы её голос звучал строго, несмотря на улыбку на лице. Она подождала, пока толпа затихнет, после чего продолжила: — Итак, прошу простить, Твайлайт настаивала, чтобы я записала свою речь, но у меня просто не нашлось на это времени...

Перед ней материализовались листы с речью.

— Но похоже, что у Твайлайт нашлось! — она бросила на аликорна Взгляд, после чего подхватила листы магией и начала читать: — Так, давайте посмотрим... Собрались здесь... Усердная работа... Страница первая из четырнадцати?!

Единорожка вежливо свернула листы и затрепетала ресницами, глядя на принцессу.

— А знаешь, я всегда была лучше в импровизации.

Твайлайт фыркнула.

— Как скажешь, — поддразнила она, не питая тщетных иллюзий, что её речью воспользуются.

Послав своей подруге воздушный поцелуй, Рэрити прочистила горло и обернулась обратно к своей аудитории.

— Итак, Ночь поисков уже не за горами! Уже завтра прибудут жеребята с подписанными разрешениями, там, конечно, не все детали праздника, не то чтобы они в них поверили, но, тем не менее! — единорожка вздохнула. — Для некоторых из вас приключение началось несколько недель назад, для кого-то несколько месяцев, для меня с завтрашнего дня пойдёт ровно третий год с тех пор, как я встретила Твайлайт. А для неё самой...

Рэрити мельком взглянула на аликорна.

— Ожидание заняло тысячу лет.

Единорожка снова прочистила горло и продолжила:

— Хотя едва ли имеет значение, сколько времени вы потратили на освобождение принцесс. Важно то, что все мы сегодня здесь и можем гордиться тем, что делаем всё возможное, чтобы следующий день стал более светлым.

Твайлайт выступила вперёд, привлекая к себе внимание.

— И спасибо, что верите в нас. Я... Меня бы не было здесь без пони, подобных вам, таких как Пинки, как Рэрити, всех тех пони, что верят в принцесс, — она улыбнулась. — И меня бы не было здесь, если бы вы все как один сочли Рэрити сумасшедшей, когда она рассказывала обо мне.

Ещё больше смеха наполнило зал, и он лишь усилился, когда Рифт крикнул:

— Только потому, что мы ей поверили, вовсе не значит, что мы не считаем её сумасшедшей!

Когда все или почти все успокоились, Твайлайт продолжила:

— Мы обязаны справиться, — произнесла она, делая шаг вперёд и выделяя каждое слово. — Может случиться всё что угодно, любая деталь может пойти не так, но мы должны это сделать. Не ради меня, не ради Луны, но во имя тех пони, чьи жизни были разрушены Дискордом. И ради тех пони, кому он ещё может принести вред, где бы он сейчас ни был.

Принцесса перевела взгляд на Пинки и Рэрити.

— Несмотря ни на что.

Земнопони кивнула.

— Несмотря ни на что!

— Несмотря ни на что! — разнеслось эхо многих голосов по залу.

И наконец все взгляды обратились к единственной пони, что не поддержала общий выкрик, к Рэрити, и она сказала, тихо, её лицо при этом почти ничего не выражало:

— Несмотря ни на что, — однако её недолгое замешательство, если его вообще можно было назвать замешательством, прошло быстрее, чем Твайлайт успела бы заметить и забеспокоиться. Единорожка покачала головой и топнула копытом, наконец-то движимая той же решимостью, что и у остальных. — Мы освободим принцессу Луну, и не важно, сколько времени это займёт! И с этой мыслью...

Рэрити улыбнулась.

— Ни пуха ни пера!

## — Глава 16 — Невероятная ночь поисков

[Изображение: https://i.imgur.com/VsrSUvv.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/OVJVaqD.png]

— Сколько осталось?

— Мы уже в четвёртый раз проходим мимо этого шкафа!

— Да как ты определила? Они же все одинаковые!

— Ханни, быстрее!

В сумерках четыре спорящих жеребёнка пробирались сквозь лабиринт книжных полок, изо всех своих сил разыскивая потерянную принцессу Старины. Самая младшая из них, кобылка, несла на спине маленькую перемётную сумочку, в которой команда хранила Элементы Гармонии, единственные во всём мире артефакты, способные справиться со злобным Духом всё той же Старины.

— Ханни! — снова позвал жеребчик, и кобылка тут же ускорила шаг, не подозревая, что прямо над её головой пони в плаще бесшумно следует за ними по верхушкам шкафов.

Но стоило им завернуть за угол, как раздался гулкий звон, всполошивший жеребят. Они резко подняли глаза к небу, и, к их ужасу, два пегаса опустили книжный шкаф, что преградил им путь.

— Да ладно, снова?! — заныл жеребчик. — Не могло пройти уже полчаса!

— Пойдём, Дудл, — произнесла кобылка постарше, — вернёмся другим путём.

Когда жеребята развернулись и пошли обратно, откуда пришли, пони в плаще воспользовалась передышкой, чтобы осмотреть местность, мельком отметив множество таких же закутанных фигур, кравшихся поверх шкафов. Они тоже следили,  каждый за своей группой жеребят, пытающихся найти выход из лабиринта.

Повернувшись обратно к своим подопечным, пони продолжила следовать за ними, ловко скрываясь и припадая на передние копыта каждый раз, когда они поднимали глаза.

— Это же был последний звонок, да?

Кобыла обернулась и увидела ещё одну пони в плаще.

— Уже? Сколько сейчас на часах?

— Достаточно, чтобы тебе пришла пора уносить ноги, пока с криками не прибежала сама-знаешь-кто, — собеседница указала на жеребят. — Думается мне, им не помещает хорошенько перепугаться напоследок, как тебе мысль?

И практически одновременно кобылы нагнали группу и спрыгнули прямо перед жеребятами, которые пронзительно завопили, стремительно отступая.

— Сорбет, быстрее, быстрее! — зашептал один из них, смотря, как пони в плащах подкрадываются всё ближе и ближе. — Под… подс… подсычник!

И в приступе отчаяния жеребчик выступил вперёд, закрыв собой друзей, вытянул на копытце игрушечный подсвечник, и все четверо закричали:

— Стар! Свет, пожалуйста!

И тут же обе пони в плащах отступили, склонив головы и пропуская жеребят, которые по стеночке осторожно их обошли.

— По... погодите! — внезапно вскрикнула Ханни, указывая на низ одного из плащей. — Смотрите!

Остальные три жеребёнка так и сделали и увидели, что на одном плаще была метка полной луны, традиционный символ Холлоу Шейдс, тогда как на другом был совсем иной рисунок: три голубых бриллианта.

— Принцесса Твайлайт! — воскликнула самая маленькая.

— За ней! — вскрикнула оставшаяся троица, когда их цель бросилась в туннель.

Она мчалась, мчалась, завернула за угол и с небольшой пробуксовкой замерла на месте, когда прямо перед ней оказался шкаф. Жеребята нагнали её мгновение спустя, победоносно завопив при виде аликорна, загнанного в ловушку.

Их победные выкрики, однако, быстро стихли, когда принцесса Старины рассмеялась.

— С какой поры преградой духу станет шкаф?

И с этими словами она бросилась к книжному шкафу и прошла сквозь него, слушая разочарованные вопли жеребят позади.

Спасшись от преследователей, Твайлайт сняла с себя капюшон и задрала голову, приветственно махая пони в плаще, стоящей наверху лабиринта.

— Отличная иллюзия!

Пони хмыкнула.

— Рэрити действительно наняла самую Великую и Могущественную иллюзионистку во всей Эквестрии, принцесса! А когда я там, кстати, должна заменить вас?

— Уже скоро, Эпплджек сказала, что это последняя группа, — Твайлайт подняла взгляд к небу. — Темис!

Мгновение спустя сова явилась из соседнего прохода, приветственно ухая.

— Пожалуйста, найди жеребят, с которыми я только что была, и отведи их в мою комнату!

Когда Темис улетел на поиски, принцесса снова надела капюшон и пошла сквозь лабиринт, пока в конце концов не дошла до небольшой комнаты, где полукругом были расставлены шкафы. Она снова сняла капюшон и подождала ещё несколько минут, пока Темис не влетел в комнату, ведя за собой четырёх ранее виденных жеребят.

— Мы нашли тебя! — выдохнули они и немедленно бросились к аликорну.

— А ещё мы нашли элементы! — воскликнула малышка, доставая из перемётной сумки два драгоценных камня и с гордостью показывая их принцессе. — Вот!

— И правда! — кивнула принцесса, подходя поближе и поднимая камни при помощи магии, изображая восхищение. — Даже я не смогла их найти! Элемент Магии и Элемент Решимости!

Жеребчик хихикнул.

— Но Рэйнбоу Дэш сказала, что это Элемент Потрясности!

— Рэйнбоу Дэш ошиблась.

— Но...

— Мне можно верить, — она вернула жеребятам камни и заговорщически посмотрела по сторонам. — Вам пора бежать! Чем дольше вы здесь, тем больше шанс, что Дух нагонит вас и украдёт Элементы!

После быстрой череды прощаний жеребята помчались прочь. Когда последний хвост скрылся за углом, Твайлайт повернулась к Темису.

— Может, по-быстрому посмотрим, как идёт фестиваль?

Сова одобрительно ухнула, принцесса улыбнулась, подобрала седельные сумки и полетела рядом с пернатым компаньоном.

Первое, мимо чего она пролетела, это ярмарка яств, где пахло так фантастично, что принцесса мигом пожалела, что у неё нет времени спланировать вниз и присоединиться к сотням празднующих пони. За эту часть празднества отвечала Пинки, в помощь ей были наняты кондитеры со всей Эквестрии.

С трудом заставив себя лететь дальше и подавив яростные протесты своего желудка, Твайлайт отправилась к "Невероятному водопаду принцессы Селестии" — огромному надувному бассейну с настоящим водопадом. Пони буквально всех возрастов со смехом плескались в воде, причём жеребята ныряли, чтобы найти на дне сокровища. Улыбка появилась на губах принцессы, когда она увидела, как Меткоискатели соревнуются со взрослыми и, более того, побеждают их, а старейшина Муншайн из всех сил старается болеть за них с меньшим энтузиазмом, чтобы с неё не свалился парик принцессы Селестии.

Отдалённый рёв привлёк внимание аликорна, и она двинулась дальше от водопада к тому, что они назвали "Долиной Спайка" — слегка удалённому от Холлоу Шейдс месту, где Спайк вырвал несколько деревьев для своего комфортного пребывания.

— Давайте дети! — кричала Рэйнбоу Дэш. — Лезьте выше!

Под ней был Спайк, ревущий, рычащий, пока жеребята в страховке и несколько чересчур радостных взрослых карабкались по верёвкам, прикреплённым к его шипам и чешуйкам, забавляясь, когда он бережно пытался их стряхнуть.

— Не дайте ему сбросить вас, дети! — продолжала орать пегаска, ободряюще размахивая копытом в воздухе. — Мы не проиграем самому пустоголовому дракону на свете!

— Самый пустоголовый дракон на свете?! — в ужасе взревел Спайк, после чего к вящему удовольствию жеребят исторг в небо гигантский столб огня. — Я Дракон! Непобедимый! Неугасимое пламя! Р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р!

Рэйнбоу Дэш потёрла копытца.

— Не бойтесь, пони! Я защищу вас! — воскликнула она, после чего с разлёта ударила Спайка по голове. — Получай!

— Эй! — запротестовал он, тут же теряя напускную браваду. — Больно, вообще-то!

— Итак, — произнесла Твайлайт, подлетая поближе, — вижу, вы тут веселитесь.

— Она постоянно бьёт меня! — заныл гигант, обращаясь к аликорну. — Причём сильно!

Пегаска лишь отмахнулась.

— Ой, да ладно тебе! Ты ж дракон! Потерпишь, дылда!

С осуждением посмотрев на свою подругу, Спайк повернулся к принцессе.

— А что ты здесь делаешь? Разве тебе не пора?

— У меня ещё есть пара минут. Хочу в последний раз проверить, что всё идёт как надо, а после забрать Инкредентию, — Твайлайт взмахнула крыльями, готовясь к полёту, и улыбнулась Рэйнбоу. — Постарайся не бить его слишком уж сильно.

— Да ладно, на самом деле это было вообще не больно, — быстро произнёс гигант, стараясь сохранить лицо. — Вообще не почувствовал её ударов, как листок с дерева упал.

Пегаска приподняла бровь.

— Так, значит? — она быстро подлетела к детям и выставила копыта у своего рта словно рупор. — О нет, пони! Большой, злобный дракон грозится пожрать всех нас! Давайте вдарим ему все вместе!

Леденящий кровь боевой клич разнёсся в воздухе, и принцесса засмеялась, глядя, как несчастный дракон заметался по поляне, вскрикивая от множества ударов крохотных копыт.

— Эй, двадцать против одного, так не честно!

И после этого Твайлайт и Темис оставили Спайка и Рэйнбоу с их играми и полетели дальше, сделав небольшую остановку, чтобы посмотреть, как жеребята зажигают бомбы кошмара, и завершили путь в ратуше. Вместо того, чтобы пытаться протиснуться сквозь толпу, принцесса залетела в открытое окно в задней части здания.

Оказавшись внутри, она просияла при виде наклеенных на стену шифров, которые она разработала, чтобы помочь жеребятам опознать "настоящую" принцессу Кейденс и получить от неё ещё два Элемента. Изначально она собиралась использовать метод Шагборонея, но Рэрити отметила, что метод, название которого жеребята едва ли смогут произнести с первой попытки, вряд ли стоит брать за основу.

Ну, может, в следующем году.

— Привет, принцесса Твайлайт!

Из-за стены выскочила Кейденс, радостно махая копытом.

А затем из соседней комнаты вышла ещё одна.

— Приветик, принцесса Твайлайт!

И наконец, третья высунула голову из коридора.

— О! Здравствуйте, принцесса Твайлайт!

— Здравствуйте, принцессы Кейденс. Как у нас дела?

— Отлично! — ответили они абсолютно синхронно.

— Вы здесь, чтобы забрать Инкредентию? — спросила одна из принцесс.

— Она в соседней комнате, — добавила другая.

— Дуется, — закончила третья со смешком.

Твайлайт приняла это к сведению.

— А что с...

Неистовые вопли перебили принцессу, и когда она обернулась, чтобы посмотреть, в чём их причина, то увидела группу жеребят, мчащихся мимо комнаты, за которыми мгновение спустя проследовал не кто иной как...

Дискорд.

Дух Хаоса собственной персоной тут же удивлённо замер на месте, как только увидел принцессу, и шагнул в комнату.

Инстинктивно Твайлайт тут же попятилась, сердце замолотило в груди, а желудок будто перевернулся. Краем глаза она отметила, как все три Кейденс смотрят на неё, внимательно и настороженно, их солдатская выучка требовала действовать в случае необходимости.

И всё же, собрав всю свою волю в копыто, принцесса попыталась успокоиться. Она сама на это согласилась и, более того, настояла, что с ней всё будет хорошо, даже когда Рэрити яростно возражала против предложения.

В конце концов, если они хотели защитить жеребят от Духа, по крайней мере они хотя бы должны знать, как он выглядит, разве нет?

Твайлайт заставила себя шагнуть вперёд, сосредоточившись на ощущении прикосновения копыт к полу, а затем выдавила из себя улыбку и произнесла ранее добрые, искренние, теперь полные яда слова:

— Привет, Дискорд.

И немедленно Дух приложил лапу ко лбу.

— Принцесса Твайлайт! — вдруг он запнулся и оглядел себя. — Извините, мне стоит...

Он снова замолк и просто превратился в себя или по крайней мере в пони-версию себя — Рифта Шилда.

— Нет-нет! — встревоженно произнесла принцесса. — Всё хорошо, Рифт, не стоило.

Она снова мельком взглянула на трёх Кейденс, их лица выражали то же беспокойство, что и у жеребца.

— Всё хорошо, в конце концов я же сама это придумала, верно?

— Верно... — ответил гвардеец и после заметного колебания превратился обратно в Духа Хаоса, после чего неловко прочистил горло. — Мне пора.

Он снова приложил лапу к голове и вышел из комнаты.

— Удачи, принцесса!

Оправившись после встречи, Твайлайт попрощалась к принцессами Кейденс и перешла в следующую комнату, где сидела "настоящая" Кейденс, со взглядом всемировой скуки опирающаяся на искусную имитацию щита Шайнинга Армора.

— Веселишься, Инк? — поинтересовалась принцесса, рассмеявшись от видимого раздражения чейнджлинга.

— Нет! Я хотела быть Духом! Вот где всё веселье! — она опёрлась подбородком о щит и нахмурилась. — Уф-ф, босс же накажет меня за то, что я тут прохлаждаюсь, да?

Твайлайт сочувственно улыбнулась.

— Сколько у тебя ещё групп осталось?

— Ещё одна, после этого меня заменит Розетта, и я пойду к вам, чтобы наконец покончить со всем этим.

Принцесса удивлённо склонила голову набок.

— Покончить со всем этим? Ты больше не хочешь участвовать?

— Нет, хочу! — быстро произнесла Инки. Затем замолкла и спустя недолгое время тихо добавила: — Я просто... просто надеюсь, что всё получится с первого раза.

— Тот план с мишками?

Чейнджлинг кивнула.

— Вообще всё. Всё, что придумала Рэрити, — увидев выражение лица аликорна, Инки продолжила: — Я говорила с ней, и она так сильно волнуется, что, кажется, часть волнения передалась и мне.

Твайлайт нахмурилась.

— Она говорила что-то конкретное? Она волнуется о том, что будет делать дальше, если этот план не сработает?

После вопроса последовало молчание, Инкредентия нахмурилась, глядя на аликорна, после чего заговорила.

— Да, но... — чейнджлинг отняла подбородок от щита и прикусила губу, мысленно подбирая слова, после чего медленно добавила: — Мне кажется... мне кажется, что больше всего она беспокоится о том, как неудача повлияет на тебя.

Принцесса замерла.

— На меня? — переспросила она, и волна привязанности к возлюбленной омыла её при мысли, что всегда занимает первое место в её мыслях.

— Ну, вроде того? Точнее, не то, чтобы, — быстро добавила Инк. — Скорее всего, я ошибаюсь. Просто подумала, что... ну знаешь, принцесса Луна твоя подруга, и... Ой, да не важно, не знаю.

— Инк, — перебила Твайлайт, уверенно улыбаясь. — Всё получится.

— А что, если нет?

— Тогда мы с Рэрити придумаем что-нибудь ещё, — без раздумий ответила принцесса.

В этом сомнений не было, продолжала обдумывать вопрос про себя Твайлайт, когда они с Темисом наконец направились в бутик. Ни один план не выдерживает столкновения с реальной жизнью, но пока Рэрити рядом, казалось, что нет ничего невозможного.

Толпа жеребят и их родителей уже собралась снаружи "Страны Грёз", к тому времени, как она прибыла, первые взволнованно обсуждали свои планы спасения принцессы Луны, а вторые с явным нетерпением ждали, когда смогут немного отдохнуть от детей хоть пару часов.

Твайлайт, не привлекая внимания, пробралась через чёрный ход, вошла в вестибюль и обнаружила там профессора Эйва, Пинки и Рэрити, все трое в плащах.

— О, принцесса Твайлайт! — яростно размахивая копытом, поздоровалась земнопони. — Ты пришла!

— А где Инкредентия? — взволнованно спросила единорожка. — Прошу, скажите мне, что она не забыла.

— Скоро придёт, — заверила принцесса, подходя поближе. Она повернулась к жеребцу. — Вы принесли устройство?

Профессор кивнул, поднимая странное прямоугольное устройство с антеннами, лампочкой и прикрытым стеклом индикатором со стрелкой.

— Оно сможет определить уровень хаоса? — спросила Твайлайт, беря устройство в свой магический захват.

— По крайней мере мы пользуемся им уже два года, — ответила Рэрити, — когда поняли, что магия хаоса и есть причина, по которой местные отрицают существование принцессы Луны.

Эйв кивнул.

— Я сниму замеры уровня хаоса каждого жеребёнка, а после того, как наш эксперимент завершится, мы просто вызовем активацию магии хаоса, и будем надеяться, что плюшевые медвежата послужат щитом против неё.

— А можете показать, как работает прибор?

— Почему бы и нет? Но, прежде чем я его вам дам... — профессор повернулся к единорожке. — В твоём ожерелье ещё есть магия хаоса? Если так, то...

После того, как Рэрити отдала ему ожерелье и жеребец поместил украшение в устройство, Эйв передал его аликорну.

Мгновение спустя дверь позади них с грохотом распахнулась, и внутрь вбежала чем-то обмотанная Инкредентия.

— Всё, я здесь, здесь! Потеряла свой кнут! — выпалила она, подбегая к собравшимся. — Мы готовы?

Единорожка кивнула.

— Теперь да, — она глубоко вдохнула, ударила копытом по полу и выкрикнула: — Шоу начинается!

И с этим призывом все бросились на свои места. Пинки побежала в "Театр Кейденс", Инкредентия и Эйв пошли в пекарню, а Твайлайт и Рэрити открыли двери, чтобы впустить толпу, и жеребята тут же окружили аликорна.

— Рэрити, — спросила одна из старших кобыл, — ты уверена, что сможешь взять на себя всех этих жеребят на ночь?

— Конечно-конечно! Мы все здесь более чем рады позаботиться о них, пока вы будете наслаждаться ночными празднествами! — заверила единорожка кобылу и других родителей. Она позвала Инкредентию и попросила её отвлечь детей, после чего повернулась обратно ко взрослым, прочистила горло и осторожно произнесла: — Однако, прежде чем мы начнём, я хотела бы кое-что уточнить. Вы помните те листочки, что я давала вам на неделе?

Жеребцы и кобылы неловко переглянулись.

— О том, что принцесса Луна навестит их во сне и подарит им игрушки?

— Что жеребята помогут победить "магию хаоса" в Холлоу Шейдс?

— Ха-ха, ну да-а-а-а-а-а-а!

Рэрити прочистила горло.

— Да. Тот самый листок. Ну так вот, там было сказано, что мы так же будем сканировать их безвредным магическим устройством, и как я уже упоминала, если хотите, можете взглянуть на него сами.

— О, а вообще, — заговорила Твайлайт, вспомнив, что как раз держит вышеупомянутое устройство. — Вот оно.

Собеседница единорожки взяла его и покрутила в копытах.

— На самом деле, достаточно примечательный аппарат, — произнесла принцесса. — Вы могли бы подумать, что это сложное устройство, но оно всего лишь улавливает флуктуации остатков со...

— Дорогой, смотри! — перебила кобыла, направляя устройство на своего мужа. — Ты десяточка!

— Ну и ладно, — пробормотала Твайлайт.

После чего кобыла вернула Рэрити устройство.

— Ну что ж, расскажи мне потом обязательно, какой у моих детей уровень хаоса! Это, вероятно, объяснит, почему они такие шебутные!

— Конечно, но... — хотела было ответить единорожка, но её тут же перебил другой родитель.

— Рэрити, правда, у нас нет никаких опасений, — мягко, но настойчиво сказал он. — Это очень мило, что ты пошла на столь многое ради детей. Они и правда повелись на всё это.

Другой родитель хихикнул, глядя на аликорна.

— И они так обрадовались, когда нашли, — жеребец копытами изобразил в воздухе кавычки, — принцессу Твайлайт!

— И меня всё устраивает, — добавила кобыла из толпы, и её мнение подхватили остальные, выразив это словами или простым кивком.

Единорожка вяло улыбнулась, явно не желая давить сильнее и рисковать тем, что магия хаоса, ну, что-то сделает.

— Хорошо... Как бы то ни было, мероприятие заканчивается в полночь, но мы будем открыты до трёх утра, так что можете забирать их в любое время. Ну и, если волнуетесь, можете зайти проведать детей в любое время.

Один из жеребцов рассмеялся.

— Волнуюсь? Единственное, что меня волнует, это как и чем мне отсюда своих детей выманивать! — произнёс он, и Твайлайт просияла, другой добавил: — Вы с Пинки иногда ведёте себя странно, но это место и само по себе особенное.

Рэрити склонила голову и сдержанно улыбнулась.

— Ах, ну что вы, нам только в радость.

— И кстати, — шёпотом добавил жеребец, поворачиваясь к аликорну, — ты всё ещё должна показать мне, как сделать такие же механические крылья, как у тебя, "принцесса Твайлайт".

Принцесса неловко улыбнулась.

— Эм-м... Да. Обязательно! — ответила она, надеясь про себя, что они вскоре каким-то образом освободят и всех взрослых от влияния магии хаоса, иначе ей действительно придётся придумать механические крылья.

Что на самом деле достаточно интересный инженерный вызов, только вот придумать генератор подъёмной силы...

— А теперь попрощайтесь, дети! — воскликнула единорожка, останавливая набирающий ход поезд мыслей Твайлайт.

Когда родители ушли, Рэрити обеспокоенно обернулась к аликорну.

— Ну, они мне не поверили. Но, по крайней мере, никто не скажет, что я не пыталась.

— Это лучшее, что мы можем сделать.

— Думаю, что да, — единорожка заметила, как жеребята выжидающе смотрят на них, и кивнула. — Ладно, ты знаешь, что делать.

— Да.

Единорожка наклонилась для быстрого поцелуя и закатила глаза, когда вокруг раздался хор "и-и-и-иу-у-у-у" и "фу-у-у-у-у", после чего помчалась в театр, оставляя жеребят на попечение Твайлайт.

— Итак, постройтесь в линию и... в одну линию, не в три, и следу... вы всё ещё стоите в три линии! Ну-ка, все встали сзади Минти! — принцесса дождалась, пока толпа не сформировала то, что с натяжкой можно было назвать линией, и продолжила: — А теперь...

Под восторженные возгласы детей, двери театра открылись сами собой.

— За мной!

Жеребята сгрудились позади хвоста Твайлайт, она зажгла рог и повела детей внутрь театра, погружённого в кромешную тьму, сдерживая хихиканье из-за взволнованного шёпота жеребят.

— Что происходит?!

— Почему тут так темно?!

— Ой, что это мягкое такое на полу? На это можно наступать?!

— Даск, а можно мне на это запрыгнуть?!

— Держи себя в копытах, Рай!

Их перешёптывания перешли в испуганный взвизг, когда двери позади хлопнули, и, прежде чем они успели понять, что происходит, БУМ! Огни сцены ожили, привлекая всеобщее внимание к двум пони в плащах по обоим концам сцены, капюшоны скрывали их лица.

— Жеребята Холлоу Шейдс! — воскликнула Рэрити.

— Добро пожаловать, — подхватила Пинки, — в "Невероятные грёзы принцессы Луны"!

БУМ! Свет на сцене погас, после чего послышался слабый треск, и единорожка заговорила снова, насторожив жеребят, ибо теперь её голос зазвучал не со сцены, а откуда-то сзади.

— Вы были избраны для особой миссии!

— Для супер-дупер важной особой миссии! Опасной к тому же!

БУМ! Освещение сцены вернулось, и софиты сосредоточились на Дэринг Ду, лихо размахивающей своим кнутом под одобрительные возгласы жеребят.

— Совершенно секретная миссия! — предупредила Рэрити, и при звуке её голоса освещение сцены погасло, чтобы почти тут же включиться вновь, показав ниндзя, которой в панике заозирался по сторонам, из-за того, что оказался обнаружен.

— И самое главное, — продолжила Пинки, когда свет на сцене погас, — вы поможете принцессе Луне!

И снова освещение ожило, и сердце Твайлайт невольно сжалось при виде самой лунной принцессы, стоящей на сцене, стоической, решительной, грозной.

Голос единорожки зазвучал громче, теперь, казалось, он доносился из разных концов комнаты.

— Принцесса Луна, как вы знаете, попала в ловушку подлого Духа хаоса и дисгармонии, что означает...

— Что она не может повеселиться в Ночь Поисков! Точнее, вообще не может! — подхватила земнопони, и с каждым её словом ушки ночной принцессы опускались, её решимость таяла, обращаясь в одиночество, а взгляд упёрся в пол.

— Так что вы должны помочь ей! — топнула Пинки. — Чем больше пони в неё верят, тем больше у неё шансов на освобождение!

По комнате разнёсся ещё один треск, и Твайлайт телепортировалась к Луне, шагнула вперёд и обратилась к жеребятам, вторя сути своей вчерашней речи.

— Послушайте меня, пони! Сегодня я здесь, с вами, потому что жеребята, точно такие, как и вы, поверили мне! Поможете ли вы принцессе Луне?!

Когда кобылки и жеребчики одобрительно затопали, Рэрити и Пинки присоединились к Твайлайт и Инкредентии под свет софитов.

— В таком случае, — произнесли они в унисон, делая шаг вперёд, — пришло время...

Наконец вся комната осветилась, открывая взорам жеребят десятки разложенных подстилок с одеялами.

— Пижамная вечеринка!

"Страну грёз" наполнил хаос, когда дети бросились выбирать себе место, желая уснуть либо рядом с друзьями, либо поближе к принцессе и остальным. Как только все места были выбраны, Твайлайт осмотрелась и довольно улыбнулась, видя, как план воплощается в жизнь.

— Оки-доки-локи, пони! Мы с принцессой Твайлайт тоже будем в ваших снах и поможем вам помочь принцессе Луне! — воскликнула Пинки, стуча копытцами друг о друга. — Но сначала из-за того, что она заточена во сне, мы должны уснуть! Вот как-то так!

И только она договорила, как тут же засопела, буквально заснув на месте, на что по залу разнёсся смех жеребят.

Твайлайт и Рэрити обменялись довольными взглядами, после чего единорожка прочистила горло и снова обратилась к жеребятам.

— Так! Прежде чем ляжете спать, профессор Эйв по очереди подойдёт к вам и измерит ваш уровень хаоса, — Рэрити приметила поднятое вверх копыто. — Да, Даск?

— А что такое уровень хаоса?

— Этот уровень показывает, насколько ты поддался магии хаоса, — объяснила принцесса. — Измерение его поможет нам понять, можете ли вы помнить, что Луна настоящая, даже когда бодрствуете.

Твайлайт посмотрела на остальных жеребят.

— Вы не против? — и когда все кивнули, добавила: — Если у вас есть ещё вопросы, вы можете задать их профессору Эйву, хорошо?

И, как она и сказала, профессор и Инкредентия пошли по комнате, Эйв измерял уровни хаоса жеребят, а чейнджлинг давала им молоко и печенье.

Единорожка хмыкнула, осматривая зал со сцены.

— Я надеялась, нам не понадобится заклинание сна, но видя, как они взвинчены...

— Рэрити, уверяю, это совершенно безопасное заклинание. Я использовала его на Спайке, когда он был ещё маленьким. К тому же, мы заручились согласием родителей, — заверила принцесса, но, когда ответный кивок Рэрити показался скорее нервным и дёрганным, Твайлайт склонилась к возлюбленной и успокаивающе потёрлась о неё носом. — Всё будет хорошо.

Единорожка попыталась улыбнуться.

— Я знаю, дорогуша, просто хочу, чтобы всё поскорее закончилось.

Как только жеребята устроились, свет был погашен, а на особо болтливых пару раз шикнули, Рэрити дала знак принцессе. Она кивнула, и из её рога прошла пульсация мягкого света, который волной прошёлся по залу, и все жеребята тут же уснули.

Оставив Пинки спать на сцене, остальные вышли из зала и поднялись по лестнице на второй этаж.

— О, Рэрити!

Если первый этаж был наводнён жеребятами, то второй был заполнен швейными машинками и швеями, с Флаттершай во главе. По всей комнате расположились кобылы, а вокруг них лежали ткани всевозможных цветов и фактур, предназначенных для всего, о чём только может мечтать жеребёнок, ограничиваясь, конечно, дизайном плюшевого медвежонка.

— Всё готово, — объявила единорожка. — Они спят, и теперь начинается настоящее испытание.

Она повернулась к аликорну и указала на свою мастерскую.

— После вас, ваше высочество.

Один за другим, все взгляды оказались обращены на принцессу, и она из всех сил старалась не сломаться под грузом ответственности, пока шла вглубь мастерской. Рэрити закрыла дверь, а Твайлайт поудобнее устроилась на приготовленной для неё напольной подушке.

Когда не осталось ничего, кроме как начинать, принцесса проглотила вставший в горле ком.

— Пожелай мне удачи?

— Успеха, дорогуша. Принцесса Луна однажды сказала мне: удача зависит от обстоятельств. Успех, это выбор, — единорожка приподняла подбородок принцессы копытом. — И я желаю тебе успеха.

Твайлайт закрыла глаза.

— Ты не могла бы...

И тут же услышала шорох граммофона Рэрити, начинающего играть мягкий, ненавязчивый джаз.

Как и всегда, её возлюбленная была на шаг впереди.

С улыбкой принцесса расслабилась, начала дыхательную гимнастику, засветила рог и погрузилась в транс.

Несколько мгновений спустя, глаза принцессы открылись, и она обнаружила себя в царстве грёз, всё ещё отдалённо слыша музыку. Вокруг было несколько дверей, но как только она подошла к ним поближе, то смогла различить, что ни на одной из них не было кьютимарок жеребят из Холлоу Шейдс, и её ушки опустились.

— Хм-м-м...

Что-то пошло не так? Луна не смогла создать общий сон? А где она, кстати? И где все двери жеребят?

— Хм-м-м, ну, думаю, мы можем посетить сон каждого жеребёнка отдельно, — пробормотала Твайлайт, уже размышляя над возможным решением. — Времени, конечно, понадобится много...

Шестерёнки в её голове закрутились, только чтобы тут же резко остановиться, когда её взгляд упал на дверь вдалеке. В частности, на огромную белую двойную дверь, на которой обнаружились кьютимарки всех спящих жеребят Холлоу Шейдс.

— О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Она подтрусила к возвышающимся дверям, распахнула их, и, прежде чем успела сказать хоть слово, бросилась в сторону, прочь с дороги стада ревущих квинтикорнов, загоняемых жеребчиком.

— Здрасте, принцесса Твайлайт! — крикнул он, быстро махнув ей копытом, и направил стадо в самое невероятное место, которое только можно было представить, оно было заполнено огромными бассейнами, залитыми ванильными коктейлями, башнями из тортов и мороженого, жеребятами, смеющимися и гоняющимися друг за другом, в мгновение ока воплощая любую свою прихоть.

А в центре всего этого безумия была Пинки, радовавшая жеребят тем, что, признаться честно, выглядело немного пугающе — земнопони удлиняла свои ноги и скользила в замедленном времени на банановой кожуре. Принцесса в лёгком замешательстве смотрела на это несколько минут, но заставила себя двигаться дальше, когда кожура начала соскальзывать с Пинки.

Твайлайт огляделась и наконец нашла свою цель в виде принцессы Луны, наблюдавшей издалека за своей розовой подругой.

— Луна! — окликнула её младшая принцесса. — Ты справилась! Все жеребята разделили общий сон, потрясающе!

Принцесса грёз улыбнулась.

— Спасибо, Твайлайт, это было не трудно.

— Нет, правда, это что-то невероятное, — не унималась Твайлайт, потому что это правда так и было. Волнующе, удивительно и, главное, по-настоящему. Это была надежда. И поэтому она не могла, да и не пыталась сдержать хихиканье. — Это и правда происходит.

Луна тоже улыбнулась.

— Я стараюсь не обнадёживать себя зря, но это и правда обнадёживает, не правда ли?

— Кто тут кого не хочет обнадёживать?!

Принцессы посмотрели вниз и увидели, как к ним присоединилась Пинки, теперь выглядящая как маленькая кобылка. Она поднесла копыто ко рту, надула щёки, а затем надулась и сама, превратившись во взрослую кобылу, и запрыгала кругами вокруг аликорнов.

— У нас получается! У нас получается!

— Надежда, — осторожно произнесла Луна, — может привести к печальному исходу.

— К наилучшему исходу! — парировала Пинки. — Правда, принцесса Твайлайт?

— Мы справимся, Луна. Мы вытащим тебя, где бы ты ни была.

Та тихо рассмеялась.

— Это было бы неплохо, Твайлайт Спаркл.

После беседы они решили пройтись по сну, потратив десяток, а то и более минут не только на то, чтобы поиграть с жеребятами, но и найти их первую и самую главную цель.

— Даск Стар, — позвала Луна, привлекая внимание жеребчика. — Прошу, подойди.

Даск тут же бросился к принцессе, и она припала на передние копыта, чтобы поговорить с ним.

— Скажи, права ли я, полагая, что день твоего рождения уже близко?

— А-ага-а! Мне десять исполнится!

— Ты веришь в меня? Веришь, что я настоящая?

Жеребчик фыркнул.

— Ну ещё бы!

Луна удовлетворённо кивнула и поднялась.

— У меня есть дар для тебя и других жеребят. Защитник.

— Защитник?

— Кто-то, кто присмотрит за тобой там, где я не смогу. Напоминание, что я настоящая, что я всегда буду с тобой.

Твайлайт навострила ушки, когда принцесса материализовала плюшевого мишку. Чтобы лучше запомнить детали, она встала за спиной Даска, чтобы увидеть всё то же, что и он.

Жеребчик нахмурился.

— Эм-м-м. Это же просто плюшевый мишка?

Луна покачала головой.

— Нет, не просто плюшевый мишка, а тот, которого захочешь ты сам, — на мгновение она встретилась взглядом с Твайлайт, после чего перевела его обратно на Даска. — Расскажи мне, каким ты желаешь его видеть?

Жеребчик плюхнулся на землю в глубоких раздумьях.

— М-м-м-м-м... чтоб крылья, как у дракона!

И Твайлайт постаралась внимательно рассмотреть мельчайшие детали синих драконьих крыльев, что росли теперь из спины медведя, а затем его зелёную броню, красный шлем с шипами и жёлто-синюю сумочку, свисающую с пояса.

Однако самой важной деталью был символ меча, вышитый на его спине, но скрытый за доспехом.

— Крутяк! — воскликнул он после того, как закончил работать над игрушкой, и осмотрел её. — Спасибо, принцесса Луна!

Та склонила голову.

— Пустяки, — она кивнула в сторону младшей принцессы. — Почему бы тебе не показать Твайлайт своё творение?

— О, точно! — Даск повернулся к ней и чуть ли не вдавил игрушку ей в грудь. — Смотри, принцесса Твайлайт! Нравится?!

— Ничего себе! — воскликнула она, беря мишку в копыто и крутя его во все стороны, запоминая каждую деталь. — У тебя получился замечательный мишка, Даск!

Когда она вернула игрушку владельцу, он помчался показывать подарок своим друзьям, оставив Твайлайт и Луну наедине.

— Та-а-ак, — начала младшая принцесса, — теперь мне как-то надо...

Рог Луны вспыхнул, и, моргнув, Твайлайт обнаружила себя в мастерской Рэрити.

— Проснуться.

Прошла секунда, вторая, третья, после чего она бросилась к двери, не умаляя силы, распахнула её и вбежала внутрь, отчего все кобылы в комнате замолкли, навострили ушки и обратили на неё всё своё внимание.

— Уже есть один! Даск Стар!

— Даск Стар, — тихо повторила Рэрити, после чего развернулась, и завопила словно банши. — Быстрее! Где мой скетчбук?!

Тут же кто-то бросил его к ней, и единорожка окутала книжку магическим полем и повернулась к принцессе.

— Давай-давай-давай!

— Даю! — выпалила Твайлайт, её рог загорелся, а за ним и её ожерелье. Она закрыла глаза, услышав знакомый дзинь ожерелья Рэрити, сообщающее ей о том, что уже можно представлять медведя в голове. Приложив все усилия, воссоздав каждую деталь, принцесса не смогла не улыбнуться, когда услышала, как зашуршал карандаш по бумаге.

Примерно через минуту связь резко оборвалась, Твайлайт открыла глаза и увидела на полу наброски, изображающие различные ракурсы плюшевого мишки. Рэрити подхватила листы с пола при помощи магии и приколола их к пробковой доске на возвышении, чтобы все могли видеть зарисовки.

— Чего ждём?! — прогремела единорожка. — Делегируем! Выбираем! Начинаем!

Одна за другой с жужжанием оживали швейные машинки, и их владелицы начали выкрикивать части, за которые брались.

— На мне крылья! — крикнула одна, бросаясь к синим тканям, в то время как другая призывно махала Флаттершай, крича: — Быстрее! Я сделаю шлем, ты сможешь сделать шипы?!

— Шейте, дамы! — запрыгнув на стол, закричала Рэрити. — Шейте так, как будто завтра уже не наступит!

И, посреди этого хаоса, единорожка повернулась к Твайлайт и указала на выход.

— Скачи, дорогуша. Это будет долгая ночь.

* * *

Итак, они вошли в ритм, Твайлайт металась туда и обратно между грёзами и реальностью и возвращала с собой образы, начиная с двухголовых мишек, заканчивая элегантными медведями с длинными платьями и золотистыми локонами, а внизу Инкредентия присматривала за жеребятами, заодно занимаясь родителями, что пришли проведать своих детей.

В конце концов, с приближением полуночи новые заказы начали поступать всё реже и реже, пока наконец не иссякли совсем. Вскоре после довольные швеи растянулись на подушках по всей комнате, любуясь своей работой.

— Дамы, — произнесла Рэрити, отпивая из бокала вина, — двадцать три медведя за один единственный вечер. Браво.

— Ну так это, когда мы проверим, сработало или не? — спросила Рэйнбоу Дэш, присоединившись к кобылам вместе с Эпплджек, Пинки и Эйвом на заключительном этапе. Она взяла одного из мишек и покрутила его в копытах. — А мы не можем, ну, типа, пойти разбудить кого-нибудь из детей, ну и сделать там чего надо?

Принцесса отрицательно покачала головой.

— Нет. Им нужно закрепить память о плюшевом мишке, чтобы по пробуждению они тут же о нём не забыли, так что чем больше мы дадим им времени поиграть с Луной, тем лучше.

— И как, по-твоему, сахарок, среагирует на это магия хаоса? — спросила Эпплджек. — Ну, когда будет эта ваша днерождественная штука.

Профессор кивнул, листая свои заметки.

— В теории, да. Но практика начнётся, когда Даску Стару на десятилетие старейшина Муншайн скажет, что принцесса Луна и принцесса Твайлайт не настоящие. Однако, — он отложил записи и поправил очки. — Предварительный тест мы проведём сегодня. Попробуем что-нибудь, чтобы спровоцировать магию хаоса, и я замерю уровень.

— Как думаешь, он снизится? — спросила Флаттершай.

Эйв пожал плечами.

— Возможно, но маловероятно. Если всё останется на прежнем уровне, лично я буду считать это победой.

— Эй, — раздался голос этажом ниже, и, прежде чем кто-то успел спуститься и посмотреть, в чём дело, в комнату забежала Инкредентия.

— Пришла кобыла, — взволнованно прошептала она. — За Даском и Райнстоун.

Рэрити улыбнулась.

— О, вот и славно, — произнесла она, после чего залпом допила вино. — М-м-м. Это я зря... Ну да ладно!

Единорожка поставила бокал на стол и последовала за чейнджлингом.

— Беру её на себя! И к своему возвращению ожидаю увидеть этот бокал полным до краёв!

Когда Рэрити вышла, последовала гнетущая тишина, Твайлайт заметила, что, очевидно, ни у кого не было других занятий, кроме как сидеть и ждать, ждать, ждать.

В конце концов, голоса Даска и Рэрити нарушили тишину, становясь всё ближе и ближе. Взгляды всех в комнате устремились прямо на лестницу.

— Правда?! Невероятно! А потом?

— А потом! Потом я сказал Тамблу подбросить меня повыше, и он подбросил меня, ну, типа, на многолион километров в воздух! — слышалась болтовня жеребчика, поднимающегося по лестнице.

— Многолион?! — ахнула единорожка, следуя за ним.

— Агась! А потом у меня появились крылья как у дракона, и я такой, вжух! — раздался стук, когда Даск перепрыгнул через две ступеньки, по-видимому, демонстрируя свой полёт, а затем поднял взгляд и увидел, как вся команда "страны Грёз" смотрит на него. Жеребчик невольно попятился на шаг. — Эм-м, здрасте.

И тут же, крайне неловко, крайне не неподозрительно все разбежались прочь, делая вид, что до крайности чем-то заняты, на что Твайлайт не удержалась и закатила глаза.

— Привет, Даск! — поздоровалась Пинки, подходя к жеребчику.

— Пинки! — с внезапной радостью воскликнул он в ответ. — А ты тоже была в моём сне! И ты, принцесса Твайлайт! Прямо как ты и сказала! А ещё принцесса Луна была, и... и там что-то крутое дальше было, только вспомнить не могу... Что-то...

Рэрити прочистила горло.

— Принцесса Луна, может, дала тебе что-то? — спросила она, дошла до аликорна и села рядом. — Кажется, ты говорил что-то про защитника?

— О, точно! И он был реально крутой! У него, значит, были крылья, как у дракона, красный шлем с шипами и...

И его болтовня оказалась прервана, когда Твайлайт левитировала ему крайне знакомого плюшевого мишку.

— Э-это же... Мистер Дракон! — ахнул жеребчик, бросившись вперёд, чтобы схватить его. — Но... но он же был в моём... как...

— Подарок от Луны, — ответила принцесса. — Она попросила нас сделать его для тебя.

— Стоп-стоп! — выпалил он, сдвигая край тканевого доспеха. — А у него есть...

С губ Даска сорвался потрясённый вздох, он повернул медведя к остальным, чтобы все смогли увидеть вышитый на его спине меч, спрятанный под доспехами.

— У него мой меч! У него мой меч! — жеребчик прижал игрушку к груди и помчался вниз по лестнице. — Принцесса Луна лучшая пони! Ма-а-ам! Рай!

— Не так быстро, — быстро произнёс профессор Эйв, левитируя Даска с лестницы обратно наверх. — Сначала, мы должны проверить твой уровень хаоса.

— Мой уро... А, из-за духа! — жеребчик тут же выпрямился. — Хорошо, я готов!

Медленно все пони в комнате перестали имитировать бурную деятельность, когда профессор достал детектор. Рэрити, в свою очередь, сняла с шеи своё ожерелье и передала ему, а после прижалась к Твайлайт, на что та успокаивающе накрыла её крылом.

— Что тут у нас... — Эйв ещё раз проверил записи, после чего включил устройство и подошёл к Даску. — Так, ну хорошо.

Профессор прочистил горло, оглянулся на остальных пони в комнате, после чего направил измеритель на жеребчика.

— Итак, Даск, у меня к тебе будет пара вопро… Ах!

Внезапно, без видимой на то причины или какого-либо объяснения, профессор замолк, и Твайлайт ощутила, как Рэрити сильнее прижалась к её телу, единорожка чуть ли не закопалась в шерсть на грудке аликорна.

— Что не так? — спросил жеребчик, озвучивая мысли всех в комнате. Он нервно повернулся к остальным в поисках ответа, а затем снова к Эйву. — Я что-то сделал не так?

Профессор мучительно долго смотрел на показания прибора, после чего ещё раз прочистил горло.

— Нет-нет, вовсе нет. Мне просто надо было убедиться, — произнёс он, как будто всё действительно в порядке. — А теперь я собираюсь спросить тебя кое-что, и мне надо, чтобы ты ответил честно. Ты веришь, что принцесса Луна настоящая, и что она и принцесса Твайлайт действительно принцессы из легенд?

Даск фыркнул.

— Ну так! Конечно они настоящие! — воскликнул он, прижимая к груди своего мишку.

— Отлично. Отлично! — Эйв погасил устройство. — Тогда на этом всё.

— Что всё?! — невольно выпалила принцесса. Она быстро прочистила горло и продолжила: — Профессор, у меня сложилось впечатление, что вы зададите чуть больше вопросов.

— О, да я передумал.

— Ха-ха! — рассмеялась Пинки. — Ты уверен, профессор? Супер-дупер уверен-разуверен? Или, может, ты недупер-несупер уве...

— Уверен.

Сердце Твайлайт сжалось. Ну что ж... это было плохо. Если ему не понадобились дополнительные вопросы, это может значить только одно...

— Ну и как мои дела? — спросила Даск, встав на кончики копыт. — Мне теперь лучше?!

Эйв хмыкнул.

— Давай посмотрим. Измерение, что я провёл ранее, показало около четырёх делений. С тех пор оно изменилось, — ответил он, и принцесса ещё крепче прижала крыло к единорожке. Без дальнейших объяснений он развернул экран прибора так, чтобы все могли его видеть. — Сами посмотрите.

И все в ошеломлённом молчании наблюдали, как жеребчик ликующе закричал.

— На двух! Теперь оно на двух! На двух! Мой защитник не даёт меня в обиду!

Рэрити отреагировала первой, отняв голову от аликорна, чтобы прошептать:

— Значения упали?

Твайлайт тут же отошла от возлюбленной, схватила устройство, чтобы увидеть показания своими глазами, убедиться, что всё по-настоящему.

Так и было.

Именно это она сказала всем остальным, кто уставились на неё в поисках подтверждения, и принцесса повторила:

— Значения упали.

Оцепенев, она произнесла:

— Сработало.

Пинки же, наоборот сбросив оцепенение, рассмеялась, а затем расхохоталась и бросилась к Даску чтобы со слезами на глазах прижать его покрепче.

— Сработало! Сработало! — снова и снова повторяла радостная земнопони, пока жеребчик тоже праздновал то, что считал победой в игре.

— Надо сказать маме и Рай! — воскликнул он, и вместе с Пинки помчался вниз по лестнице, попутно крича во всю мощь лёгких.

— Мама, СРАБОТАЛО!

— Мама Даска, СРАБОТАЛО!

После этого в комнате раздались радостные возгласы, все друг с другом обнимались, Дэш бросилась к окну и выкрикнула об успехе Спайку, вся комната кружилась, качалась, словно сон наяву. И радость лишь усилилась, когда сестра Даска пришла за своим медвежонком, так что никто не заметил, как Рэрити тихо ускользнула в свою мастерскую.

Никто, кроме Твайлайт, конечно же.

— Рэрити? — позвала она, войдя в мастерскую и обнаружив, что её возлюбленная сидит посреди комнаты, лениво поигрывая ожерельем на шее. Закрыв за собой дверь, принцесса обеспокоенно шагнула ближе. — Что-то не так?

— Сработало, — ответила единорожка, и Твайлайт не могла не улыбнуться.

— Да.

— Это же правда, да? Сработало, — повторила Рэрити. — Абсолютно точно сработало. Сработало. На самом деле сработало. Сработало! Сработало!

Её визг заполнил комнату, когда она бросилась к принцессе с объятиями, чуть не сбив её с ног, потому что это сработало, на самом деле, каким-то невероятным образом сработало.

— Ох, благодарение звёздам, — наконец со слезами на глазах прошептала единорожка, уткнувшись мордочкой в изгиб шеи аликорна. — Как же я рада.

Когда Рэрити наконец отстранилась, смахивая копытом слёзы, но не безумную улыбку, она встала и гордо выпрямилась перед Твайлайт.

— Ну и ну! Это было что-то, а?

— Ты справилась, — ответила принцесса, улыбаясь не меньше. — Вот видишь? Я же не зря просила поверить мне, что ты легко с этим справишься.

Единорожка рассмеялась, её привязанность к аликорну слышалась в каждом слоге.

— И правда, не обманула, — произнесла она, подходя поближе к Твайлайт и прикладывая копыто к её ожерелью. — Ну-ка, посмотри в глаза своему несравненному организатору Ночи поисков!

Не удержавшись, принцесса воспользовалась близостью, чтобы наклониться для поцелуя, на который Рэрити с большой готовностью ответила взаимностью. Когда они отстранились, единорожка удовлетворённо вздохнула и подняла копыто, чтобы откинуть чёлку аликорна.

— С годовщиной встречи, Твайлайт.

Лёгкий смешок слетел с губ принцессы.

— С годовщиной, Рэрити, — повторила она, благодарная за кобылу, что вошла в её жизнь ровно три года назад.

Теперь всё наконец было хорошо. У них наметился прогресс.

С возлюбленной наконец-то всё будет в порядке.

— Пойдём, — произнесла Твайлайт, отступая назад и направляясь к двери. — Надо рассказать остальным.

— Подожди, — быстро воскликнула единорожка, прижав переднее копыто к принцессе, прежде чем она успела открыть дверь.

— Что такое? — спросила Твайлайт, возвращаясь в прежнее положение.

Последовала пауза, во время которой улыбка Рэрити медленно таяла, пока она крутила в копытах ожерелье на шее принцессы, не отрывая от него взгляда.

Наконец она встретила взгляд Твайлайт.

— Я даю тебе разрешение.

Принцесса нахмурилась.

— Разрешение? На чт... — её глаза расширились, а сердце бешено заколотилось в груди. — Ты... ты хочешь сказать...

— Да, — ответила единорожка. — Я разрешаю тебе помочь с моими кошмарами.

Взрыв эмоция захлестнул Твайлайт, но надо быть уверенной. Она должна убедиться.

— Ты уверена? — спросила принцесса, накрывая своим копытом копыто Рэрити. — По-настоящему уверена? Я...

Она замолкла, пытаясь подобрать правильные слова.

— Мне всё равно, если ты не готова. Правда, я пойму. Не хочу, чтобы ты была согласна на то, на что не готова. Ты должна быть очень уверена.

Ещё одно мгновение тишины, и наконец единорожка открыла рот, чтобы заговорить.

— И я имею в виду, уверена, как ни в чём в жизни, — перебила её принцесса, прежде чем единорожка успела сказать хоть слово, вызвав смех у своей возлюбленной.

— Твай-лайт Спаркл, дорогуша, дорогушенька, сердце моё, я уверена, — Рэрити прижалась к груди аликорна, нежно потягивая цепочку ожерелья подруги. — Ты же сказала, довериться тебе, разве нет?

## — Глава 17 — Искусство краха

[Изображение: https://i.imgur.com/Tmn1KBA.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/9nDfV9Y.png]

Знакомая ситуация, разве нет?

Когда-то давно принцесса Твайлайт Спаркл и единорожка Рэрити устроили пижамную вечеринку с друзьями, они играли в игры, делились историями и веселились больше, чем Твайлайт вообще смогла вспомнить.

Тремя днями позже Рэрити прокляли, искалечили и забрали у неё.

Когда-то не так давно принцесса Твайлайт Спаркл и единорожка Рэрити устроили пижамную вечеринку с друзьями, они играли в игры, делились снами и веселились больше, чем принцесса Луна вообще смогла вспомнить.

Тремя днями позже они надеялись, что молния не ударит в одно место дважды.

Жеребята заполонили "страну Грёз", бегали, куда-то спешили, играли и смеялись, и каждый из них нёс с собой совершенно особенную игрушку, из общего у них было только то, что в основе были плюшевые мишки.

А в центре всей этой кутерьмы был Даск Стар, наслаждающийся своими последними днями в качестве девятилетнего жеребёнка.

Дети вокруг него обсуждали, рассуждали и кричали о том, какие подарки он получит и, самое главное, когда к нему придёт старейшина Муншайн и расскажет ему самую главную тайну города.

Твайлайт не могла не признать, что впечатлена, насколько большую работу проделала магия хаоса, формируя Холлоу Шейдс, их традиции и обычаи. В трагическом смысле впечатлена, как незаметно хаос заставил пони убеждать друг друга на протяжении многих поколений, что принцесса Луна не настоящая.

Но это было и не важно, потому что они уже победили.

Они победили, и как Твайлайт уже сказала Инкредентии во время "Ночи Поисков", что если это и не сработает, то они просто придумают что-нибудь ещё.

С другой стороны, не было ничего такого в том, чтобы на всякий случай подготовиться заранее.

Усевшись в углу вестибюля, Твайлайт просматривала  уже четвёртую книгу по истории из написанных в её эпоху, записка от Селестии о "праздновании Зимней луны" служила закладкой.

Рядом лежал блокнот, заполненный заметками о принцессе Луне  и её свершениями во времена правления, в сравнении с её сестрой. Как оказалось, "празднование Зимней луны" было не единственным мероприятием, которое Луна отменила. Были ещё десятки похожих, организованных Селестией, и отменённых, несомненно, по той же причине.

Луна думала, что никому не нужна.

"Может, это поможет?"

Бой часов на далёкой башне прервал размышления Твайлайт, и она улыбнулась, когда жеребята дружно застонали от разочарования.

— Ну-ка, пони! — объявила Пинки. — Пора домой!

Инкредентия погнала жеребят к их рюкзачкам и сумкам, а принцесса аккуратно сложила свои книги с заметками и тихо подошла к земнопони.

— Надо поговорить с ним, пока он не ушёл, — произнесла принцесса, взглянув на Даска и его сестру. — Где Рэрити?

— Ой, в пекарне, наверное? Сказала, что хочет ещё кофе.

Твайлайт нахмурилась.

— Ещё? Уже почти семь вечера.

Да и разве не была это её седьмая кружка за день?

— Пойду схожу за ней, — продолжила принцесса, направляясь в пекарню. — Попроси пока Даска подождать, буду через минуту.

Точнее, Твайлайт, конечно, направилась на кухню, но ей помешала толпа жеребят, которые делали то, что делали дети, когда не хотели уходить. Попрощавшись со всеми и с каждым, а затем еле-еле отговорившись от одного единственного пожалуйста-пожалуйста полёта вокруг "Страны грёз", она, наконец, вошла в пекарню и закрыла за собой дверь.

Уф.

Внимание принцессы привлекли какие-то звуки, она посмотрела в их направлении и увидела, как Рэрити что-то ищет под прилавком, на котором стояла большая парящая ароматом кружка.

— Рэрити? Нам надо поговорить с Даском. Ты занята?

Единорожка подняла взгляд.

— О, Твайлайт! Не особо, дорогая. Секундочку! — она снова опустила взгляд. — Ты не знаешь, куда Пинки дела мою сахарницу? Нигде не могу её найти.

— Не поздновато ли для кофе?

— Не позд-ай! — она прервалась, когда раздался глухой стук и она подняла голову из-за прилавка, потирая ушибленное место. Заверив аликорна, что с ней всё в порядке, единорожка откашлялась и вернулась к поискам сахарницы. — Как я всегда говорю, хороший сон приходит с чашечкой хорошего кофе.

— Никогда не слышала, чтобы ты это говорила.

— Ну... у Пинки вроде была тут где-то кружка с такой надписью! — воздух заполнился перезвоном керамики. — Некоторые слоганы на них, ну, заставляют задуматься! Вот на одной была восхитительная шутка, погоди, сейчас найду...

Единорожка отошла от стойки и исчезла на кухне.

— Рэрит...

— Одну минутку!

И действительно, примерно через минуту она вернулась с грязной кружкой, читая на ходу надпись.

— Вот, нашла. Уверена, что из всех пони именно ты её оценишь, — единорожка прочистила горло и прочитала вслух: — Что сказал призрак, пьющий кофе?

Твайлайт приподняла бровь.

— Рэрити.

— Что сказал призрак, Твайлайт?!

Закатив глаза, принцесса решила подыграть.

— И что же сказал призрак, пьющий кофе?

— Я слишком мёртв, чтобы взбодриться, прямо как ты в понедельник! — воскликнула единорожка, разразившись приступом истерического смеха, который потихоньку затих, когда она прижалась мордочкой к прилавку. — Звёзды, как же я устала.

— Рассказывать плохие шутки?

— Плохие? Нет, ужасные, — пробормотала Рэрити, не отрывая лица от прилавка. — А вот Пинки каждый раз от смеха чуть под стол не падает. Но, для ясности, я просто устала.

— Не удивительно, учитывая сколько кофе ты выпила за последние несколько дней, — мягко отчитала возлюбленную Твайлайт, подходя поближе. — Ты избегаешь сна?

— Что? Нет! Небеса, нет, — мгновенно насторожившись, ответила единорожка. — Просто волнуюсь. И уверена, ты можешь проявить немного симпатии, учитывая, что на кону. Обещаю, когда с Даском всё закончится, я приму несколько таблеток снотворного и высплюсь как следует.

— Сегодня, — мягко произнесла принцесса, отодвигая кружку от Рэрити. — Ты выспишься сегодня. Этой ночью.

Единорожка заныла.

— Но... — её ушки опустились. — А что, если мне снова приснятся кошмары?

— У тебя ни одного не было с "Ночи поисков", — отметила принцесса. Конечно, это было хорошо, но Твайлайт бы слукавила, если бы сказала, что не была слегка разочарована, что теперь, когда она наконец могла помочь, у возлюбленной не было ни единого плохого сна.

— Твоя правда...

— А если и будут, — продолжила Твайлайт, нежно улыбаясь, — то я возьму их на себя.

Рэрити тоже улыбнулась.

— Уверена, так и будет.

Двери пекарни открылись, и Пинки просунула голову внутрь.

— Эм-м, вы идёте и-и-и-и-и-или-и-и-и...

— Идём, — принцесса повернулась к единорожке и кивнула в сторону двери. — Идём же?

Взгляд Рэрити невольно скользнул к кружке с кофе.

— Но...

— Когда закончим, я сделаю тебе чашечку чая, хорошо?

— Ох, ну хорошо, — сдалась единорожка. — Вперёд.

— Что происходит? — спросил Даск, когда кобылы вышли из пекарни. Жеребчик бросил взгляд за окно, где Инкредентия отвлекала его сестру. Он сжал своего мишку в передних копытцах и улыбнулся. — Мы что-то готовим?!

Кобылы переглянулись, разделяя общую тревогу. А хорошая ли это вообще была идея?

Рэрити решила за всех.

— Даск, если позволишь, — заговорила она, садясь напротив жеребчика. — Ты же веришь, что принцесса Луна настоящая, да? И что Твайлайт действительно та самая принцесса из легенды, верно?

Жеребчик кивнул.

— Агась! Мы же спасаем принцессу Луну, верно?! Я расскажу наш план старейшине Муншайн, когда она завтра придёт ко мне!

Единорожка нервно рассмеялась.

— Да, насчёт этого, когда старейшина придёт... — она замолкла.

— А что будет? Что-то про то, что я буду помогать с Ночью поисков в следующем году?! Фезервинг сказал мне, что его старший брат начал помогать с праздником, когда ему исполнилось десять! Мне кажется, у нас слишком мало водных горок!

— Нет, дорогой, просто... — Рэрити снова замолкла.

Твайлайт решила взять инициативу в свои копыта.

— Даск.

Она шагнула к нему ближе и села рядом с единорожкой, Пинки сделала то же самое с противоположной стороны.

Как бы так сказать?

— Завтра старейшина Муншайн и другие придут и расскажут тебе некоторые вещи, с которыми ты можешь не согласиться.

Жеребчик нахмурился.

— Например?

— Всякое разное, — ответила принцесса, не уверенная, стоит ли уточнять или нет. — Всякое о Луне, обо мне.

Она замолкла, но затем заставила себя продолжить:

— Это может тебя расстроить.

— Расстроить? — спросил Даск, метаясь взглядом меж трёх кобыл. Неосознанно он сжал мишку покрепче. — Зачем им меня расстраивать?

Пинки подалась вперёд и быстро затараторила.

— Это всё Дух! Помнишь, как мы говорили тебе, что Дух заставляет взрослых думать всякие чудные вещи? Всё это потому, что он злой и пытается провести нас! А взрослых он уже провёл!

— И меня попробует провести?!

— Да, — ответила Твайлайт, — но ты не...

— Старейшина Муншайн тоже попытается обмануть меня? — перебил жеребчик, явно расстроенный. — Зачем ей это делать?!

— Нет, дорогуша, — быстро произнесла Рэрити. — Старейшина не хочет тебя обмануть, но... Ну, она просто не знает, что её саму обманули. Понимаешь? Это как будто... Ну вот представь, ты не знаешь, что такое ванильное или шоколадное мороженое, а я решила провести тебя, дала тебе ванильное и сказала, что это шоколадное.

— Но оно ванильное!

— Да, но откуда тебе знать? Для тебя это шоколадное мороженое. А если Райнстоун спросит тебя, какое оно на вкус, ты ответишь, что шоколадное...

— А-а-а-а... — жеребчик нахмурился. — Это я её, получается, обману.

— Не нарочно, конечно же. Просто ты даже не поймёшь, что обманываешь её, потому что не знаешь, что тебя самого обвели вокруг копыта.

— Даск, — произнесла Твайлайт. — Что бы они тебе ни сказали, ты должен понимать, что то, что ты знаешь сейчас, реально. Ты знаешь, что я реальна.

Она вытянула копыто и положила на плюшевого мишку.

— И ты знаешь, что Луна реальна.

— Тут дело не в том, кто прав, кто виноват, — добавила единорожка. — Это вопрос того, во что ты веришь. Верь тому, что видел.

— Хорошо! Обещаю, я не дам себя провести!

— Отлично, — кивнула принцесса.

Остаётся только надеяться, что Даск сдержит своё обещание.

* * *

Глубокой ночью, сильно после того, как Даск со своей сестрой ушли домой, Твайлайт с остальными собрались в пекарне, им не оставалось ничего, кроме как просто ждать.

— Так вы, значит, сказали ему? — спросила Рэйнбоу, набивая рот тортом.

— Столько, сколько можно было сказать, — ответила Рэрити.

— Лады, но, типа, почему бы просто не выложить ему всё как есть?

— Это тест, — заговорил профессор, не отрывая взгляд от устройства. — Заключительная проверка, а это значит, что она будет не очень достоверной, если мы подготовим его к ней. Ради нашего собственного блага, нам нужно посмотреть, что будет, если Даску расскажут то, что он не ожидал услышать. Если его вера в легенду сохранится, то мы узнаем, что наш метод безотказен.

— А ещё нельзя забывать, что мы не можем рисковать случайно активировать магию хаоса, — продолжила принцесса.

— Активировать? — спросила Эпплджек. — Я думала, эта ляганая штука уже активирована по самые не балуй.

— На самом деле, нет. Да, она влияет на пони, но прямо сейчас это фоновое воздействие. Мы должны быть готовы к тому, что как только магия поймёт, что мы делаем, то даст нам отпор, в этом можно не сомневаться.

— Пф-ф-ф-ф, и что? — радужная пегаска воткнула вилку в торт и скрестила передние копыта. — Мы переиграли магию хаоса в драконьих пещерах, затем в лесу принцессы Твай и на третий раз справимся!

Флаттершай прочистила горло, привлекая к себе внимание.

— Но... но что мы будем делать, если Даск пройдёт испытание? Будем повторять то, что было на празднике, годами, пока не останется пони, подверженных влиянию хаоса?

— В теории, да, — ответила Рэрити.

— Но это безумие! Я имею в виду, что план именно такой, да, но на это же уйдут годы!

Единорожка тонко улыбнулась.

— Именно.

— Если, — перебила Твайлайт, — мы сосредоточимся только на магии хаоса. Мне кажется, нам не стоит забывать и о том, что её питает.

В ответ на взгляды всех пони в комнате, она уточнила:

— Луна. У меня есть теория, что, возможно, она сама себя и держит в ловушке.

Рэйнбоу расхохоталась.

— Что?! Да хорош, принцесса! Зачем кому-то в здравом уме держать себя взаперти в каком-то унылом месте тысячу лет?! — спросила она, и когда никто не ответил, а Рэрити пронзила её взглядом, пегаска быстро прочистила горло. — Ой. Эм. Ну. Кроме тебя, Твай.

— Рэйнбоу Дэш, даже в моих яблонях больше сопереживания.

— Я не это имела в виду!

— Как бы то ни было, — перебила Твайлайт, — в том сообщении Селестии, там, в замке, она упомянула "Празднование зимней луны", событие, по аналогии с "Днём летнего солнцестояния".

Профессор задумчиво приложил копыто к подбородку.

— Странно. Большинство современных праздников совпадают с такими же из вашей эры. Почему я раньше о нём не слышал?

— Потому что принцесса Луна отменила празднество, решив, что пони оценят его не так сильно, как аналогичное, чествующее её сестру. Возможно, именно это и удерживает её там, где бы она ни была. Дискорд... Дискорд прожил с нами в замке почти четыре года. И он узнал нас достаточно, чтобы вызнать слабые места. Вот как работает магия хаоса, обращает нас против самих себя.

Глаза Пинки расширились.

— Надпись на статуе!

— Что? На той, что на площади? — спросила Рэйнбоу. — И что там написано?

— То, что она сказала основателю Холлоу Шейдс, когда она ему приснилась, — мрачно ответила Рэрити. — Я прочла её в свой первый визит сюда. "Быть может, такова моя судьба — забытой быть не только в жизни, но и во снах".

Эпплджек фыркнула.

— Такими темпами, мне кажется, быстрее скинуться всем на психотерапевта, в два счёта тогда управимся.

Твайлайт рассмеялась.

— Нам не нужен терапевт. У нас есть пони получше, — произнесла она, улыбаясь возлюбленной. — Верно, Рэрити?

Единорожка заглянула в кружку.

— Ах, да кому нужна блестящая карьера в сфере моды, когда можно бегать как безголовая курица, спасая принцесс от самих себя, м?

— Что именно ты предлагаешь, сахарок? — спросила фермерша, глядя на Твайлайт.

— Если наш план с "Ночью поисков" сработает, то это значит, что у принцессы не останется иного выбора, кроме как поверить, что она действительно важна для пони. И если она в это поверит, если она действительно корит себя по этой причине, то, возможно, это убедит её снять своё собственное проклятие.

— Интересная теория, — произнёс профессор. — Если это правда, то на самом деле может помочь.

Все остальные озвучили своё согласие, но Твайлайт не могла не заметить, что Рэрити к ним не присоединилась, всё так же пристально изучая свой чай.

— Рэрити? — позвала принцесса. — А ты что думаешь?

— Мне кажется, — заговорила единорожка, поднимаясь с места и прикрывая зевок копытом, — что с удовольствием обсужу всё это, когда не буду засыпать на ходу. Завтра важный день для всех нас, и Твайлайт уже пригрозила, что усыпит меня заклинанием, если я добровольно не попытаюсь проспать как минимум восемь часов. Резюмирую: спокойной всем ночи!

Твайлайт удивлённо моргнула, сбитая с толку внезапным прощанием.

— Хорошо...

После этого собрание долго не продлилось, большинство воспользовались уходом Рэрити как предлогом и тоже попрощались. Сначала были пожелания доброй ночи, которые плавно перешли в получасовую беседу в холле, которая закончилась, когда Инкредентия настояла, что всем пора по домам. Вскоре осталась только Флаттершай, единственная не местная и остановившаяся на ночь как раз в "Стране грёз".

— Какой смысл желать спокойной ночи, если собираются потом ещё болтать целый час? — заныла Инки, запирая дверь. Когда с этим было покончено, она повернулась к аликорну. — Кто куда, а я спать. Принцесса, пока я не ушла, ещё что-нибудь нужно?

Твайлайт покачала головой.

— Нет, спасибо. Приготовлю себе чашечку кофе и пойду наверх.

Чейнджлинг приподняла бровь.

— Кофе? В полночь? Не слишком ли это... А-а-а! Ты всё ещё практикуешься в снохождении? Я думала, после Ночи поисков ты перестала.

— Нет, Луна настояла, чтобы я продолжила занятия.

— М-м, ну, думаю, в этом есть смысл. Не очень похоже, что уже завтра она освободится, — с губ Инки сорвался ещё один зевок, и чейнджлинг отправилась в свою комнату. — Ну ладно, я пошла. Спокойной, принцесса!

Твайлайт проводила её взглядом, после чего направилась на кухню, сварила кофе для себя и заварила чай для Рэрити, надеясь, что единорожка откажется от кофеина, который, похоже, в последнее время составлял её основную диету.

"Должно быть, её кошмары действительно ужасны", — думала про себя принцесса, помешивая сахар в чае.

А что, если...

А что, если она не хочет видеть тебя в своих снах, нашёптывали тёмные мысли.

— Нет, это не так, — быстро сказала себе Твайлайт, желая скорее похоронить эту мысль, пока она не превратилась в нечто другое. Если только это не было правдой, ведь это могло быть правдой, что значило бы... — Нет.

Нет.

Рэрити дала ей разрешение, и принцесса верила, что без полного доверия её возлюбленная на такое бы не пошла.

Твайлайт глубоко вдохнула и прижала к себе копытом буквальное воплощение этого доверия, стараясь изо всех сил припомнить и применить свои дыхательные упражнения. Сделав десять полных вдохов, она отбросила дальнейшие сомнения и направилась к выходу из кухни.

И она почти дошла до комнаты единорожки, когда звук спора заставил её замереть.

— ...по пустякам, ну в самом деле! — произнесла Рэрити, хотя принцесса не уловила о чём речь.

— Я лучше буду беспокоиться по пустякам, чем не обращать внимания, — ответила Флаттершай, и её голос звучал всё ближе и ближе, пока она не вышла из комнаты и не столкнулась с аликорном. — Ох, принцесса!

— Что-то случилось? — обеспокоено спросила Твайлайт.

Пегаска покачала головой.

— Ох, да нет, всё хорошо! — однако вместо того, чтобы рассказать подробности, как надеялась Твайлайт, Флаттершай заглянула в парящие за аликорном кружки и игриво улыбнулась. — Надеюсь, кофе для тебя.

— Ага.

— Отлично! Тогда я иду спать, — кивнула пегаска, проходя мимо принцессы. Она сделала всего пару шагов, после чего повернулась обратно к Твайлайт. — Если понадоблюсь, я буду в своей комнате, хорошо? Пожалуйста, не стесняйся прийти, если понадоблюсь.

— Эм-м, хорошо.

Флаттершай улыбнулась.

— Спокойной ночи, принцесса.

— Спокойной ночи.

Твайлайт проводила её взглядом, их разговор оставил больше вопросов, чем ответов. О чём она так волновалась?

— О, Твайлайт! — воскликнула Рэрити, когда принцесса вошла в комнату. Она уже лежала в постели, готовая отойти ко сну. — Ложишься?

— Эм-м, нет, пока нет, — Твайлайт подошла, поставила две кружки на стол и оглянулась на дверь. — Флаттершай думает, что со мной что-то не так?

— В каком смысле? — спросила единорожка, потянувшись копытом к чаю.

— Я... не уверена... она сказала, чтобы я не стеснялась пойти к ней, если вдруг что.

Копыто Рэрити замерло в воздухе.

— О? — она слегка склонила голову набок, после чего наконец взяла кружку. — Не беспокойся, дорогая, просто для всех нас это была достаточно напряжённая неделя, и она просто, ну, ведёт себя как Флаттершай.

— Но...

— Твайлайт, правда, — настояла единорожка, без напора, но твёрдо. — Флаттершай, если бы могла, беспокоилась бы и о своей собственной тени. Не волнуйся. Лучше...

Она похлопала по месту рядом с собой на кровати.

— Присоединяйся.

Принцесса ухмыльнулась.

— Ко сну?

— Вообще я думала об объятиях и разговорах до утра, но, полагаю, где-то посередине можно найти время и на сон.

— Не могу. Я обещала Луне, что этой ночью попрактикуюсь в снохождении, — Рэрити тут же заныла, и Твайлайт добавила. — Я пообещала!

— Ну и ладно, — проворчала единорожка, заворачиваясь в одеяло. — Так тому и быть! Оставь меня одну в ледяной постели. Я всё понимаю. Всё понимаю.

Принцесса придвинулась чтобы поцеловать её, и рассмеялась, когда Рэрити попыталась спрятать голову под одеяло, чтобы избежать этого. Поцеловав единорожку в щёку сквозь простыню, Твайлайт встала и пошла к двери, по пути выключая магией свет.

— Споко-о-ойной но-о-очи!

— А вообще, это даже хорошо, — громко, как бы разговаривая сама с собой, произнесла Рэрити. — Твайлайт будет так занята снохождением, что не узнает, легла я спать или нет. Просто пойду и выпью ещё кофе!

Принцесса встала как вкопанная и повернулась к единорожке.

— Ты не станешь.

Рэрити ехидно улыбнулась.

— Ой ли?

— Не станешь, — уверенно повторила Твайлайт, пока Рэрити просто продолжала улыбаться. Принцесса тяжело вздохнула и пошла к кровати. — Поверить не могу...

Вскоре она оказалась под одеялом, единорожка прижалась к боку аликорна и обхватила его копытом. После чего Рэрити довольно и расслабленно вздохнула, и у принцессы просто не осталось места для недовольства.

— Я останусь тут всего на пять минут, — предупредила Твайлайт, но её дразнящий тон тут же сменился серьёзным, когда единорожка ткнулась мордочкой ей в грудь и приглушённо заныла. — Что такое?

Тишина.

Долгая, долгая тишина, пока Рэрити наконец не ответила.

— Люблю тебя, — прошептала она, словно признаваясь в чём-то постыдном, слегка откидывая голову назад, чтобы посмотреть аликорну в глаза. — Ты же и без этих слов всё знаешь, правда?

— Знаю. И тоже тебя люблю.

Единорожка застыла в такой позе на несколько секунд, после чего снова закопалась мордочкой в шерсть на груди принцессы и закрыла глаза.

Твайлайт наконец решилась.

— Хочешь, скажу Луне, что сегодня не буду заниматься снохождением? Только скажи, и я останусь здесь, с тобой.

И Рэрити тоже пришлось решиться.

— Нет, всё хорошо, — ответила она после недолгих раздумий. — Хотя я была бы признательна, если ты останешься здесь со мной, пока я не усну.

Глубокой ночью, обняв крылом свою вторую половинку, Твайлайт Спаркл ждала, пока единорожка уснёт. Она ждала, ждала и ждала, так терпеливо, как только могла, стремясь встретиться лицом к лицу с тем монстром, что мучал Рэрити по ночам.

Примерно через час хватка единорожки наконец ослабла, и она не оказала сопротивления, когда принцесса осторожно выползла и встала с кровати. Она подоткнула одеяло, поцеловала Рэрити в щёку и тихо вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

Пора.

Лампы в мастерской зажглись, когда Твайлайт вошла туда. По всей видимости, в комнате не убирались с самой Ночи поисков. Всё было оставлено как есть, начиная с граммофона с джазовой пластинкой и зарисовок плюшевых медведей, разбросанных по столу, и заканчивая подушкой для медитаций, ждущей аликорна ровно по центру комнаты.

Она устроилась поудобнее, сделала последний глоток кофе, магией запустила пластинку, и тихая музыка снова наполнила комнату. Подготовившись, она закрыла глаза и дала волю магии.

— Твайлайт Спаркл.

С улыбкой Луна приветствовала её, когда младшая кобыла открыла глаза. Позади неё уже виднелись десятки дверей, некоторые из которых мягко пульсировали светом.

— Луна! — произнесла она, вставая. — Прости, что задержалась. Рэрити попросила побыть с ней, пока она не заснёт.

Улыбка ночной принцессы погасла.

— Её что-то беспокоит? Мы не говорили с ней с самого празднества.

И хотя Твайлайт знала, что Рэрити волнуется из-за Даска, рассказывать об этом Луне, пожалуй, будет не очень разумно. Она была в хорошем, полном надежды настроении, и последнее, чего бы младшей принцессе хотелось, это испортить его.

— Мне кажется, у неё снова кошмары, — ответила Твайлайт и не сумела сдержать улыбки. — Но я справлюсь с ними. Её дверь уже появилась?

— Да, — осторожно произнесла Луна.

— Правда?! Где она? Покажи! — младшая кобыла заглянула мимо принцессы, пытаясь найти дверь, но быстро замерла под разочарованным взглядом. — Или нет...

— Не очень воодушевляет видеть, как сноходец столь радуется горю своего партнёра.

Твайлайт смущённо прочистила горло.

— Ну да.

— Ступай за мной, — произнесла Принцесса Ночи, направляясь к рядам дверей.

— Почти все из них сияют, — отметила Твайлайт. — Странно.

— Странно? Вовсе нет. Несмотря на все игры, Ночь поисков по-прежнему напоминание, что Дискорд одолел нас всех. Так что вполне ожидаемо, что пони видят о нём кошмары. Для меня дни после празднества — одни из самых загруженных в году, — принцесса ненадолго замолчала. — Ну, быть может, и дни перед экзаменами.

— Мы пойдём вместе или разделимся, как на прошлой неделе? — спросила Твайлайт. — Мне кажется, если мы разделимся, будет проще, охватим больше пони за раз, быстрее закончим. Вообще, я могу начать с...

— Мы пойдём вместе.

— Ах... Хорошо. Но всё-таки! Учитывая, скольким жеребятам нужна помощь, разделиться было бы намного быстрее. В прошлый раз я посчитала, и нам потребовался час, чтобы справиться с сильным кошмаром, так что если мы разделимся, то сможем...

Луна остановилась, и Посмотрела на Твайлайт.

— Извиняюсь... — младшая кобыла замолкла. — И всё-таки так было бы гораздо быстрее.

— Кошмары, Твайлайт Спаркл, это не игра, не повод для радости, — принцесса пошла дальше. — Кошмары Рэрити не важнее любых других кошмаров.

— Знаю. И я не считаю, что мы должны заняться её снами в первую очередь, но я беспокоюсь. Она пьёт кофе, чтобы не спать, и мне кажется, я действительно смогу ей помочь. Я хорошо её знаю.

— Так ли это?

Твайлайт замерла.

— В каком смысле? Конечно, я её знаю.

— Нет. Ты знаешь лишь то, что она тебе открыла, не больше, но и не меньше, — произнесла Луна, тоже остановившись. — То, что ты так стремишься ей помочь, говорит мне, что ты и малейшего представления не имеешь о том, что её беспокоит.

Увидев выражение лица младшей кобылы, Луна смягчилась.

— Я не пытаюсь быть жестокой, мне лишь хочется, чтобы ты поняла, чего именно ты желаешь. Сны Рэрити не имеют ничего общего со снами жеребят, Твайлайт. Она взрослая, и ужасы, что преследуют взрослых, совсем иной породы, особенно те, что отравляют сны твоей подруги. В её снах есть такое, о чём она даже мыслить боится, и, хотя ты получила её разрешение, не забывай про обстоятельства, при которых ты его получила. Мы часто соглашаемся на то, к чему не готовы, когда слишком счастливы, чтобы здраво всё обдумать.

— Но...

Твайлайт охватило ужасное предчувствие. Она спросила Рэрити, уверена ли она, но сама идея о том, что единорожка могла солгать, или...

Нет.

Она сказала, что всё в порядке, и Твайлайт ей поверит. Рэрити ей доверилась, и она не откажет ей в помощи.

— Она всё хорошо обдумала, — уверенно ответила младшая принцесса. — Перед тем, как она уснула, я спросила, действительно ли она хочет, чтобы я помогла ей с кошмарами, и она подтвердила, что да.

— Так и сказала? — навострив ушки, переспросила Луна, и когда Твайлайт кивнула, на губах ночной принцессы появилась улыбка. Она на мгновение задумалась, хмыкнула и продолжила путь. — Ступай за мной.

Они пошли дальше по коридору из дверей, пока наконец не дошли до белой двери, украшенной тремя алмазами.

— Вот мы и на месте.

В отличие от многих других дверей, мимо которых они прошли, дверь Рэрити не мигала, она просто слегка пульсировала светом, сообщая о том, что какой бы сон ей сейчас ни снился, неприятным он не был.

Луна протянула ногу и коснулась двери, волна магии разошлась от копыта по древесине.

— Всё хорошо, — она улыбнулась Твайлайт. — Надеюсь, ты не разочарована.

— И в мыслях такого не было! — запротестовала кобыла. Она действительно считала, что единорожка заслужила хорошо выспаться, большое спасибо.

— Как бы то ни было, я должна помочь остальным, — Луна отняла копыто от двери и отошла. — Полагаю, ты бы хотела нести дозор подле этой двери.

Твайлайт кивнула и выпрямилась.

— Есть что-то, что мне следует знать о её снах? Или то, к чему стоит подготовиться?

Принцесса смотрела на Твайлайт миг, а затем ещё немного. Это был один из тех взглядов, когда за мгновение пролетают тысячелетия, когда под суждение попадает всё, ничего, и сверх того.

— Помни о своём долге, — наконец ответила Луна. — Пока ты здесь, ты не Твайлайт Спаркл. Ты лишь наблюдатель, и что бы ты ни увидела, что бы ни случилось, твой долг прежний — помочь и только. Твои чувства здесь не имеют значения.

Юная принцесса кивнула.

— А что насчёт её кошмаров? Ты знаешь, о чём они? На случай если они ей приснятся.

— Да, у меня есть некоторые подозрения, — ответила Луна и больше ничего не добавила.

— И? — Твайлайт призывно покрутила копытом, побуждая принцессу продолжать, но та так и не сказала больше ни слова. — И-и-и-и-и ты мне не скажешь. Почему?

— Это твоё последние испытание, Твайлайт Спаркл. Возможно, для тебя оно станет самым важным, — Луна склонила голову набок. — Испытание, к которому даны подсказки, не испытывает в должной мере.

В горле младшей принцессы образовался комок. Она... она не знала, что это будет такого рода испытание. Да что уж там, она вообще не думала, что будет какое-то испытание.

— А пока что, до встречи, — произнесла Луна, уходя. — Разыщи меня, если понадоблюсь.

— П-подожди! — окликнула Твайлайт. — Неужели ты совсем ничего не можешь рассказать мне? С чем я должна помочь Рэрити? Я знаю, что она боится Дискорда и того, что он сделал! С этим? Она всё ещё боится прошлого?

Или... или, может, Рэрити на самом деле боится, что Дискорд навредит Твайлайт.

— Или это из-за меня?! — задала она ещё один вопрос. — Я есть в её кошмарах?

И принцесса остановилась, чтобы ответить, хотя и не оглянулась.

— Да, — произнесла Луна и после небольшой задержки продолжила путь, оставляя Твайлайт наедине со своими мыслями.

Мысли, размышления, домыслы, кружатся, крутятся, пока она ждёт пришествия кошмара, если он вообще придёт. Имело смысл, что Рэрити боялась показывать Твайлайт свои сны, особенно если она всё ещё боялась Дискорда и того, что он может сделать, или всего того, что ещё могло пойти не так. Теперь единорожка была лидером, не то, чтобы она переставала им быть, и ей, вероятно, было трудно показать перед кем-то свою слабость, особенно учитывая, сколько времени потребовалось, чтобы открыться самой Твайлайт.

И, может быть, теперь ей нужно встретиться с самым большим монстром, и, как и Твайлайт когда-то, Рэрити просто боится попросить о помощи.

Именно эта мысль, хотя были и другие, но больше всего эта, побудила Твайлайт помочь возлюбленной. Эта мысль возобладала над всеми остальными, заглушила неуверенность и придала столь необходимой смелости, как раз вовремя, потому что дверь Рэрити треснула и почернела.

С каким бы монстром ни билась единорожка, думала принцесса, открывая проход, она встретится с ним не одна.

И, признаться честно, Твайлайт не ожидала, что страхом подруги окажется Троттингем.

Троттингем! Город в ярком сне кипел жизнью, и пока Твайлайт бродила по нему, стараясь не привлекать внимания, она не могла, ну, не чувствовать себя немного разочарованной.

Она села посреди тротуара, пони сновали мимо, а принцесса пыталась понять, что же тут такого страшного. Прохожие беседовали, парочки оживлённо болтали, кто-то входил, кто-то выходил из множества зданий, пони занимались привычной рутиной...

— Да что это за кошмар такой?

Честно говоря, Твайлайт не так уж часто видела такое количество пони в одежде, может, именно это и пугало Рэрити? Не то чтобы она в последнее время работала модельером, но всё-таки.

"Наверное, для начала стоит найти Рэрити, а там, быть может, и станет понятно".

Принцесса встала и решила получше присмотреться к окружению, заметив, что некоторые здания казались размытыми... буквально. Тёмные, но всё-таки похожие на здания, они расплывались словно фон, значит, единорожке в её снах они были не нужны. И, как и здания, пони тоже теряли свои черты, чем дальше уходили от Твайлайт.

Именно из-за этого прекрасно детализированный отель позади неё выделялся среди всего прочего, табличка на входе, выставленная на всеобщее обозрение, гласила: "Скриптория, Апартаменты & Спа". Тёплая волна разлилась по сердцу аликорна. Рэрити назвала отель в честь её троттингемского прозвища? Интересно! Очень интересно.

Отложив эту мысль в папку "Вещи, что будут вечно греть душу", Твайлайт вошла внутрь здания и оказалась в роскошном вестибюле с мраморными полами и драпированными поверхностями. Элегантно одетые пони расхаживали по своим делам, а носильщики ходили за ними, большая часть шла к каким-то стальным дверям в дальней части здания, над которыми сменялись цифры от одного до двенадцати.

"О! Это, должно быть, те подъёмные устройства, о которых мне рассказывала Рэрити!"

Любопытство взяло верх, и принцесса последовала за носильщиками к устройству, желая испытать его. Она с волнением смотрела, как цифры сменялись одна за другой, пока наконец под громкий "дзинь" двери не открылись и не показали белую единорожку.

"А вот и она!"

В крайне ностальгически-странном привете из прошлого, Рэрити прошла сквозь неё к ресепшену, побудив Твайлайт последовать за собой и зависнуть в воздухе неподалёку, пока единорожка общалась с регистратором.

— Чем могу вам помочь, мисс? — спросила сотрудница, поправляя очки. — Вы уже отбываете?

— Нет, я, эм-м, боюсь, что нет, я... — Рэрити оглянулась, быстро осмотрела вестибюль и повернулась обратно к кобыле. — А подскажите, обо мне, случайно, никто не спрашивал?

Регистратор просмотрела бумаги и покачала головой.

— Насколько нам известно, мисс, нет. Нам ждать, что о вас спросят?

— Нет! — выпалила единорожка, после чего смущённо хихикнула. — Нет-нет, не стоит. Мне просто любопытно.

Рэрити в прощании склонила голову и развернулась, чтобы уйти.

— Спасибо.

— Не за что, мисс. Если всё же кто-то о вас спросит, что нам следует сделать?

Единорожка ещё раз оглянулась в сторону вестибюля.

— Просто дайте знать, спасибо! — весело ответила она, прежде чем уйти.

Когда они направились к ближайшему дивану, Твайлайт заметила, что весёлость возлюбленной была напускной, и с каждым шагом брови Рэрити хмурились всё больше. И как только она села, то снова продолжила искать глазами кого-то в вестибюле.

"Кого она ищет?"

Принцесса села рядом с единорожкой, пытаясь сложить все кусочки головоломки. Очевидно, Рэрити либо кого-то ждала, либо наоборот, кого-то избегала. Может быть, Дискорда? Или кого-то, кого Твайлайт не знала?

Возможно, если она определит, когда все происходит, это послужит неплохим подспорьем.

Взглянув на единорожку, первое, на что она обратила внимание — это отсутствующее ожерелье, так что сейчас либо момент до их встречи, либо во время двухлетнего периода, когда Твайлайт не было. Шрамов тоже не было, но пользоваться этим фактом как доказательство чего-либо было нельзя. Пони во сне чаще всего видели себя некими идеальными версиями, и принцесса сильно сомневалась, что идеальное "я" возлюбленной включало в себя шрамы.

"Ладно, всё это ни о чём не говорит".

Может, стоит появиться перед ней и спросить прямо? Не посчитает ли Луна это жульничеством?

Громкий звон от подъёмного устройства привлёк внимание обеих кобыл, и они одновременно повернулись, чтобы увидеть, как открываются двери и из них выходит знакомый жеребец, за ним носильщик с багажом.

— Рэд Лайнинг? — вслух спросила Твайлайт, уставившись на единорога. Троттингемский библиотекарь? Принцесса нахмурилась. Был ли он причиной кошмаров Рэрити?

Твайлайт повернулась обратно к единорожке, когда та издала тихий, сдавленный смешок, соответствующий её печальному выражению лица, которое, однако, быстро сменилось улыбкой в тот же момент, как жеребец её заметил.

— Рэрити!

Он направился к единорожке, а носильщик потащился за ним, принцесса не могла не отметить то, что для одного пони там было слишком много багажа.

— Меня ждёшь? — с широкой улыбкой спросил Рэд.

— Ну конечно! Кого же ещё, дорогой... — медленно ответила единорожка, подняла копыто и приложила себе к груди. Не обнаружив искомого, она опустила взгляд. — Ох.

— Случайно, не ожерелье ищешь? Потому что оно у меня, — жеребец залез в седельную сумку, достал оттуда знакомое розовое светящееся ожерелье и с дразнящей улыбкой передал его единорожке. — Ты оставила его в номере.

"О! — подумала принцесса про себя, — может быть, потеря ожерелья и есть причина кошмара?"

Однако на лице Рэрити не отразилось ужаса, как ожидала Твайлайт.

— Ой! Спасибо большое! — произнесла она, подхватывая ожерелье магией и убирая его уже в свою седельную сумку, вместо того, чтобы надеть. Странно, конечно, но по крайней мере дало представление принцессе о временных рамках происходящего, потому что, как она знала, единорожка старалась не надевать ожерелье в течение двух лет, пока Твайлайт не было. — Его свет мешал мне спать.

— Нашёл под нашей кроватью этим утром, — продолжил Рэд. — Хорошо, что вообще заметил!

— Спасибо, дорогой, — снова поблагодарила Рэрити, одновременно с тем, как принцесса выпалила:

— Нашей кроватью?!

Ох. Ох. Ох. Так. Соберись. Хорошо.

Нашей кроватью.

— Ты уже выписала нас? — спросил жеребец, очевидно, имея в виду комнату, которую он с её возлюбленной делил в отеле, названным в честь Твайлайт, что, с учётом происходящего, перестало казаться маленькой милой деталью и из мысленной папки ценных воспоминаний переместилось в папку тревожащих мыслей.

— Нет. Ещё нет, — и снова единорожка осмотрела вестибюль. — Мы торопимся?

— Вовсе нет! Просто хотел позвонить Саммер Бризу загодя, чтобы сообщить ему, когда нас следует ждать в коттедже для нашего... — он довольно заулыбался. — Постоянного проживания.

Принцесса попятилась.

"Постоянного проживания?!"

— Да! Да, точно, — радостно воскликнула Рэрити, правда радость её была недолгой, когда копыто снова само потянулось к месту, где должно было висеть ожерелье. — Постоянного.

Сказать, что это заявление переехало Твайлайт как колесница, это ничего не сказать. Что Рэрити... Постоянное? Мысли, одна за другой, вихрем неслись в голове аликорна, лихорадочно наслаиваясь одна на другую. Это прошлое? Или несбывшиеся надежды на будущее?

— Но и это ещё не всё! — продолжил жеребец, явно с трудом сдерживая волнение. — С открытием новой библиотеки я смогу приглашать самых выдающихся пони культуры, и ты сможешь направить свою карьеру в нужное русло. Я слышал, что Сапфир Шорс ищет себе нового дизайнера.

Впервые глаза единорожки по-настоящему загорелись.

— Сапфир Шорс? Ты уверен?

— Да, — ответил жеребец, и принцесса забыла, как дышать, когда Рэд Лайнинг склонился, чтобы поцеловать Рэрити. — Прямо как ты и хотела.

Единорожка тонко улыбнулась.

— Прямо как я и хотела...

Твайлайт шагнула назад, затем ещё и ещё, слишком подавленная собственными эмоциями. Что всё это такое? Откуда оно взялось? Что всё это значит? Каждый предполагаемый ответ был хуже предыдущего, и чем больше она думала об этом, тем меньше хотела здесь находиться.

Может, это и правда испытание? Может, это даже не кошмар Рэрити, потому что пока он куда больше походил на её собственный кошмар.

Рэрити что, её не любила?

Твайлайт опять сделала что-то не так?

— Нет, — в отчаянии прошипела себе принцесса. — Сосредоточься. Дистанцируйся.

Неважно, что она видела, неважно, что чувствовала, она сама решилась на это. Сама попросила впустить её в сны Рэрити, сама попросила встать плечом к плечу с возлюбленной против её страхов, и если Рэрити впустила её, то меньшее, что Твайлайт могла сделать — это выполнить свою работу.

В конце концов, это же всё ещё кошмар, разве нет? Может, Рэрити ничего такого не хотела. Она бы не позволила Твайлайт увидеть это, если бы на то не было причины.

Взяв себя в копыта, по крайней мере попытавшись, принцесса подошла обратно к паре и постаралась сохранять объективность.

— ...этой ночью, — произнёс Рэд. — Дождёшься?

Единорожка кивнула, лучезарно улыбаясь.

— Думаю, справлюсь. Вообще, в паре кварталов отсюда проходит показ мод, на который я бы хотела сходить! И если мне сильно повезёт, то я, возможно, смогу завести новые полезные знакомства.

— Правда? Звучит просто отлично. Хочешь, пойду с тобой? Я могу перенести встречу.

— Нет-нет, не стоит! Я и одна вполне справлюсь.

— Но Рэри...

— Правда, Рэд, — настойчиво перебила она. — На этот раз я хочу пойти одна.

Жеребец вздохнул.

— Хорошо, но с тебя тогда рассказ о том, как всё прошло. До встречи! — он пошёл прочь, но затем повернулся обратно и с нежной улыбкой добавил: — Люблю тебя.

— Дорогуша, ты так опоздаешь! — быстро ответила единорожка, игриво толкая Рэда. — Ступай!

И он ушёл, оставив Рэрити наедине со своим личным призраком — Твайлайт, которая медленно начала понимать, что понятия не имеет, что делать. С чего начать. Или что вообще думать.

Принцесса почти решила, что лучше уж иметь дело с Дискордом.

Она была потрясена до глубины души, и до боли забавным казалось, что единственный выход, который подкидывал ей разум — это попросить совета у Рэрити. Когда Твайлайт повернулась к ней, зажглась блеклая искра надежды, потому что единорожка приложила копыто к голове и жалобно заскулила.

Обнадёживала хотя бы схожая реакция возлюбленной на всё происходящее.

Может, тут и не с чем было бороться. Обычное испытание, просто плохой сон и ничего больше. Никаких глубинных значений, какого-то страха, просто неприятная ситуация.

— Мисс! Мисс Рэрити!

Кобылы обернулись на голос и увидели, как регистратор машет им копытом.

— Мисс Рэрити, — обратилась сотрудница, когда они подошли, — вас спрашивала какая-то пони. Вон та кобыла.

Принцесса проследила за взглядом регистратора и почувствовала, как внутри неё всё сжалось при видя самой себя, задержавшейся у картины на другой стороне вестибюля, очевидно, Твайлайт из сна не заметила единорожку с Рэдом. И, к ужасу призрачной Твайлайт, Рэрити вовсе не обрадовалась, единорожка глубоко вздохнула, потёрла копытом висок и закрыла глаза.

И вдруг.

— Она очень красивая, — отметила сотрудница.

На это единорожка открыла глаза и перевела взгляд на аликорна вдалеке. Она смотрела на неё, казалось, вечность, пока наконец не расплылась в нежной улыбке, с любовью в глазах.

— Да, думаю, так и есть, м? — Рэрити повернулась к кобыле и улыбнулась. — А ещё она моя особенная пони.

А-а. Так значит, Рэрити не встречалась с Рэд Лайнингом.

Она изменяла Твайлайт с ним.

Единорожка отошла от ресепшена и направилась к Твайлайт, порождённой сном, пока настоящая следовала рядом, размышляя, стоит ли принимать комплимент, учитывая всё происходящее.

— Давным-давно, — произнесла единорожка, подходя к аликорну из сна, её тон был выверен и звучал как у сказочницы, рассказывающей жеребятам предания из старины, и всё время с её губ не сходила улыбка, — жила-была кобылка, чьей красоте завидовали сами солнце и луна.

Похожая улыбка появилась и на губах конструкта.

— О-о-о? — спросила "Твайлайт", её улыбка обратилась в ухмылку. — И эта самая кобылка бродила по всяким отелям, никого не предупредив?

Рэрити рассмеялась, прижимаясь к аликорну.

— Нет, она проявляла интерес к искусству во всяких отелях, но, дорогуша, я польщена.

Конструкт вздохнул и обнял единорожку крылом.

— Дурында ты, Рэрити.

— Влюблённая дурында! — запротестовала единорожка и тут же ещё крепче прижалась к аликорну. Следующие слова она произнесла шёпотом:

— Я же люблю тебя, Твайлайт, ты знаешь?

— Знаю, — ответила принцесса, вторя своему двойнику, всё ещё не зная, что чувствовать, и конструкт из сна рассмеялась. — Я тоже тебя люблю.

Прошло несколько мгновений, которые они разделили молча.

— Хороший всё-таки вестибюль, — смягчилась принцесса из сна, отпуская Рэрити.

— И не говори, а? Но, по правде говоря, я от него немного устала, — единорожка взмахнула ресницами. — Кстати! Тут неподалёку проходит некое мероприятие, и мне кажется, что тебе стоит пойти туда со мной. Более того, я настаиваю!

Твайлайт ощутила небольшой прилив гордости оттого, что её пригласили, а Рэда нет.

— Никаких опасностей, никаких духов, только увлекательное совместное времяпрепровождение, только ты и я. Займём места в первом ряду, и...

— Мероприятие? — конструкт нахмурился. — Но нам надо спасать принцесс.

Рэрити замялась.

— Ну да, конечно же, просто...

— Рэрити, у нас нет времени на развлечения.

— Нет есть! — не удержавшись, воскликнула настоящая Твайлайт.

— Я же сказала, нам нужно спасти принцесс, любой ценой, — продолжал настаивать конструкт, заглушая слова настоящей принцессы.

— Я... я знаю, — со смирением в голосе произнесла единорожка, пока Твайлайт тщетно пыталась привлечь к себе внимание.

— Это... это не то, что я имела в виду! — прокричала она, и конечно же, её никто не услышал.

— Но... — Рэрити снова заговорила, — дорогуша, я...

Она глубоко вздохнула и выпрямилась.

— Твайлайт, мне надо тебе что-то сказать.

— Что? — спросила копия, и её глаза тут же увеличились. — Что-то не так?

Единорожка отвела взгляд и прижала ушки.

— Я... Да, — наконец ответила она, и настоящая принцесса тут же обратила на неё всё своё полное и безраздельное внимание. — С тобой...

— С-со мной? — в ужасе перебил конструкт. — Я опять всё испортила? Поэтому ты хотела пойти развлечься? Прости. Где я на этот раз ошиблась? Я...

Её взгляд упал на грудь Рэрити, и ужас двойника только усилился.

— Рэрити! Твоё ожерелье, где оно?!

Глаза единорожке в панике распахнулись.

— Ожерелье? Ох! Да в сумке, просто в сумке! — выпалила она, в спешке копаясь в кармашке седельной сумки и надевая его. — Вот! Вот и оно, хе-хе...

— О, хорошо, — произнесла "Твайлайт", почувствовав облегчение, пока настоящая же Твайлайт отступила, прижав ушки к голове. Всё неправильно, всё плохо. Вообще всё не так, и слышать, как её собственный голос говорит обратное...

— Я просто сняла его на ночь, ниче...

— Сняла? — спросил двойник, и в то же мгновение беспокойство вернулось. — Почему? Что не так? Почему ты сняла его? Я что-то сделала не так?

— Нет, дорогуша, — ответила Рэрити, явно пытаясь сохранить спокойствие. — Ничего такого, просто свет от него...

— Откуда ты знаешь? Ты уверена? — продолжало порождение сна, не слушая единорожку. — Я что-то сделала не так? Прости. Это моя вина? Прости! Ты больше не хочешь носить его? Я понимаю. Всё хорошо. Я облажалась, да?

— Твайлайт, нет, просто... Ты не сделала ничего плохого, всё хорошо, — попыталась вставить слово единорожка, но конструкт снова перебил её со своими извинениями. На это было невозможно смотреть. — А знаешь, забудь. Давай просто пойдё...

— Что ты хотела мне сказать? — спросили обе Твайлайт, одна гораздо более взволнованным голосом, чем другая.

— Ничего, — настаивала Рэрити, пытаясь закрыть тему. — Это не важно. Давай просто пойдё...

Принцесса не смогла удержаться.

— Нет, это важно! — запротестовала она, выпрыгнув прямо перед единорожкой, не беспокоясь о том, что она всё равно не сможет её услышать. — Как ты могла даже подумать о том, что такое может быть не важно?!

Ох, впрочем, бессмысленное действие.

Твайлайт закрыла глаза и разочарованно застонала, зная, что уже бесспорно провалила тест Луны, позволив своим чувствам взять верх. Она сидела там, ждала, что будет дальше, в этом солнцем позабытом кошмаре, и когда, наконец, открыла глаза, чтобы он продолжился, то обнаружила, что Рэрити, ещё более белая чем обычно, уставилась на неё, разинув рот.

На неё.

— Твайлайт?

И если бы принцесса не знала точно, она бы решила, что единорожка действительно смотрит на неё, а не на двойника. Поэтому, когда Твайлайт обернулась, чтобы убедиться наверняка, она осознала, что конструкт застыл. И вот тогда принцесса действительно поняла, что только что натворила.

Рэрити начала пятиться, переводя взгляд с одного аликорна на другого.

— Т-Твайлайт, к-как... Что происходит?! Почему тебя две?!

— Рэрити, по-погоди! Я всё объясню! — принцесса замолкла, испуганные оправдания начали в спешке срываться с её губ. — Ты не должна была меня увидеть, но я... я облажалась и...

— Не должна была тебя увидеть? Что, во имя Эквестрии, ты имеешь в виду под... — оставшаяся часть предложения застряла у единорожки в горле вместе с шансами Твайлайт смягчить последствия.

Рэрити начала пятиться.

"Ох".

Сердце принцессы забилось быстрее, пока разум изо всех сил старался обуздать панику. О нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет.

— Рэрити, прошу...

— Что ты видела? — единорожка перебила Твайлайт шёпотом, настолько тихим, что принцессе показалось, что она ослышалась.

— Чт...

— Твайлайт, что ты видела?! — рявкнула Рэрити, ударив копытом по полу.

Не в последний раз за эту ночь принцесса прижала ушки к голове и отшатнулась, её глаза наполнились слезами, и она совершенно оказалась сбита с толку.

— Не знаю! Прости, я...

— Что значит "не знаю"?! Как ты можешь не знать?! Что ты видела?!

— Рэда Лайнинга! — выпалила Твайлайт, желая, чтобы всё наконец закончилось, жалея о каждой секунде, что привела к этому моменту. Она собрала всю имеющуюся в храбрость, но всё же не смогла посмотреть единорожке в глаза, когда говорила: — Я видела, как ты встретилась с Рэдом Лайнингом, и всё что было после этого.

Когда Рэрити ничего не ответила, Твайлайт заставила себя поднять взгляд, и отчаянная надежда, что всё решится, умерла при виде застывшей единорожки, которая смотрела на аликорна глазами, полными слёз.

Ужас наполнил принцессу, и, прежде чем она успела хоть что-то сказать или сделать, Рэрити исчезла, а вскоре за ней последовал и остальной сон. Он треснул и раскололся словно зеркало, а Твайлайт снова оказалась в коридоре из дверей в чужие грёзы. Перед ней находилась Луна.

Младшая принцесса стояла перед ней, не зная, что можно сказать или сделать.

— Твайлайт.

И только тогда она пришла в себя, её глаза наполнились слезами, а тело задрожало от чистого ужаса. Целый ураган мыслей обрушился на неё, бессвязных, путанных, отчаянных, поток ошеломил до такой степени, что принцесса едва могла говорить.

— Я... я... — всё что смогла выдавить из себя Твайлайт, крошечное слово, подводящее итог всему сумбуру в голове. В конце концов, она раскопала откуда-то ещё пару слов. — Я... Это конец.

И так оно и было, во всех смыслах этого слова.

И всё же.

— Мне жаль, малышка, — произнесла принцесса со всей добротой в мире, но при этом её рог сверкнул, — но ты должна принять последствия. Все последствия.

Мир вокруг померк, и Твайлайт с резким вздохом выпрямилась, её зрение затуманилось от всё ещё текущих слёз. Она подняла копыто, протёрла глаза и уставилась на влажные следы слёз на шёрстке.

Что теперь?

И можно ли ей теперь вообще задавать вопросы? Разрешено ли?

К кому она раньше обращалась, когда ей было что-то не понятно, кому она доверяла и кого она сейчас ранила?

Что теперь?

Что теперь, что теперь, что теперь, хотелось спросить ей, подумать, обдумать, сердце болезненно прыгало в груди, и боль лишь усилилась, когда из коридора послышался скрип открывающейся двери и под порогом показался свет.

На самом деле, это был не конец, а только начало, потому что последствия были и будут, как у всего, что Твайлайт испортила.

Она встала с подушки, в голове было пусто, и аликорн просто стояла и ждала, что будет дальше. Ждала и ждала, пока наконец отдалённый перестук копыт не стал приближаться, остановившись прямо за её дверью.

Так легко было бы просто уйти. Телепортироваться прочь, как она обычно делала, когда выносить происходящее было решительно невозможно. Вспышка, и ты где-то далеко, прячешься от всего на свете. Но вместо этого принцесса ждала, потерянная в мыслях, но слишком обессиленная, чтобы воплотить их в реальность.

Всё что она могла делать — это ждать.

Поначалу ничего не происходило, минуты казались часами, напряжение росло и росло, как вдруг аликорн чуть не выпрыгнула из кожи вон, когда в дверь три раза стукнули.

— Твайлайт? — спросила Рэрити, радостные нотки в голосе которой сбили принцессу с толку. Либо она притворялась, либо... либо сон действительно ничего не значил? — Твайлайт, сердце моё, ты проснулась?

— Д-да! — отозвалась принцесса, поглубже пряча свою вину, боль и чувства, наскоро вытирая глаза. Когда ответа не последовало, она снова крикнула. — Да? Что такое?

— Могу я войти?

— К-конечно!

Спустя ещё одну бесконечную минуту дверь приоткрылась и внутрь вошла единорожка с широкой улыбкой.

"Что?"

— Привет! — воскликнула Рэрити, закрывая за собой дверь.

— Привет... — ответила Твайлайт, а после осознала, что единорожка может неправильно истолковать её неуверенность, и если между ними всё действительно хорошо, тогда... — Я имею в виду, приветик!

Слишком восторженно.

— Привет, Рэрити.

Она что, только что действительно поздоровалась трижды?

— Что-то не так? — спросила принцесса, стараясь сохранить лицо.

— Не так? Нет! — быстро ответила единорожка, и её натянутый смех наконец сообщил Твайлайт, что что-то действительно “не так”. — Нет-нет! Нет.

Глаза Рэрити распахнулись.

— Что-то у тебя случилось?

— Что? Нет! — так же быстро ответила принцесса. — Нет.

— О, ну хорошо.

— Ага.

И на этом, похоже, всё. Они вообще больше не будут затрагивать эту тему? Обсуждать её? Или... Тишина царила в комнате, став благодатной почвой для плохих мыслей Твайлайт, которые становились всё громче и громче, до тех пор, пока это не стало невыносимым. Надо сказать хоть что-нибудь.

— Рэрити...

— Этой ночью ты занималась снохождением? — перебила единорожка, в её словах явно слышалось напряжение.

Сердце принцессы сжалось в груди.

— Да, — ответила она и так же быстро выпалила в свою защиту, что-то, чтобы облегчить дальнейшее объяснение. — Я же собиралась, Луна попросила меня и...

— Да, я знаю, — резко перебила Рэрити, но снова взяла себя в копыта. — Точнее, да! Да, я помню, дорогуша. Просто подумала...

Она замолкла.

— А ты... — и снова замолкла, закрыла глаза и с видимым усилием выдавила: — Там правда была ты?

Твайлайт охватила паника, и она начала сыпать сбивчивыми объяснениями.

— Рэрити, послушай, я...

— Просто ответь мне. Пожалуйста.

И снова принцесса прижала ушки к голове.

— Да, — ответила она и решила, что ходить вокруг да около уже нет смысла. — Я вошла в твой кошмар.

Она вздрогнула, когда единорожка рассмеялась.

— Конечно же, вошла, — произнесла Рэрити, и тонкая улыбка появилась на её губах.

Твайлайт в ужасе смотрела, как её возлюбленная со слезами на глазах сползла по двери на пол.

— Конечно, вошла.

— Рэрити.

Принцесса бросилась к ней, заключая в объятия так крепко, как только могла, в ужасе от состояния возлюбленной. Какой бы страх Твайлайт ни испытывала после кошмара, он был забыт, все сомнения, вся боль были подавлены, только чтобы помочь любимой.

— Рэрити, прошу...

— Твайлайт, прости меня, — всхлипнула единорожка, уткнувшись в аликорна и крепче прижимая её к себе. — Прости, я просто... Между нами никогда и ничего не было, клянусь.

— Рэрити, всё в порядке! Я знаю, что это просто кошмар, я верю тебе, — мягко убеждала принцесса. — И тебе не надо извиняться, я сама попросила впустить меня. Всё это тоже было частью моего обучения у Луны, испытание, смогу ли я помочь с кошмарами тем пони, которых знаю! Всё в порядке!

— Я знаю, но... но... — единорожка подняла взгляд своих покрасневших от слёз глаз. — Я не понимаю, ты не расстроена?

Твайлайт сглотнула, воспоминания о Рэде и Рэрити тут же всплыли в памяти. Но всё правда было в порядке. Если и было хоть что-то в этом мире, о чём принцесса могла не беспокоиться, так это об её отношениях с единорожкой.

— Я... Ну, это было просто неприятно, — созналась она, — но меня это не задело.

Глаза единорожки расширились, и она осторожно спросила:

— Правда?

Твайлайт улыбнулась и кивнула.

— Да. Это просто кошмар, а кошмар отражает наши затаённые страхи! — объяснила принцесса, пытаясь убедить Рэрити и не в последнюю очередь себя. — И вообще...

В голове возникла идея.

— И вообще, я легко могу его объяснить! Когда мы увидели Рэда Лайнинга в Троттингеме, ты была так обеспокоена, что я могу его приревновать, вот откуда и взялся этот кошмар! Как тебе? Всё складывается!

И всё же.

И всё же единорожка не выглядела убеждённой. Она нахмурилась и чего-то искала во взгляде аликорна.

— Понимаешь? — повторила вопрос принцесса и получила совсем не тот ответ, который ожидала.

— Но... что насчёт остального? — спросила Рэрити, осторожно выделяя каждый слог. Она отклонилась и опустила ушки. — Остальное тебя не задело?

— О-остальное? — растерянно спросила Твайлайт. — А что ещё там было? В кошмаре ты якобы изменяла мне. Но на то это и был кошмар.

Вот только уверенность принцессы начала таять, когда единорожка отстранилась.

— Так ведь?

И когда Рэрити ничего не ответила и её глаза ещё сильнее заискрились влагой, от уверенности не осталось и следа.

— Рэрити? Что такое? — встревоженно спросила Твайлайт, тревога лишь умножилась, когда она попыталась подойти к единорожке поближе и та попятилась. — Там было что-то ещё?

Единорожка снова не ответила.

Вместо этого она просто покачала головой и молча прислонилась к стене.

— Рэрити, ну что не так? — снова спросила принцесса, сердце которой начинало ломить сильнее с каждым безмолвным покачиванием головы возлюбленной. — Что не так? Скажи мне, прошу!

— Не могу! — от отчаяния подавилась словами единорожка.

— Почему?!

— Не могу! Я боюсь, Твайлайт, я...

И вот теперь принцесса окончательно забеспокоилась, ужасная мысль закралась ей в голову.

— Боишься? Чего? Дискорда? Рэрити, он что-то с тобой сделал?! Рэри...

— Нет, это не Дискорд! — выпалила единорожка, на удивление в её голосе послышалось раздражение. — Никогда я его не боялась, это...

Она снова замолкла и закрыла глаза.

— И сейчас его не боюсь.

Твайлайт уставилась на неё, совершенно потерянная.

— Тогда... тогда что это? Что тебя так напугало? — умоляющим тоном спросила принцесса. — Скажи мне! Ты можешь мне довериться, пожалуйста.

— Да как ты не поймёшь, Твайлайт, я пытаюсь! — крикнула Рэрити, испугав аликорна. — Я согласилась на ожерелья! Согласилась на библиотеку! Согласилась, чтобы ты вошла в мои сны!

Её голос снова перешёл в сдавленные рыдания, и она прижала копыта к глазам.

— Я пытаюсь.

— Так позволь же мне помочь, — взмолилась принцесса, из всех сил стараясь не повышать голос от отчаяния. Столько всего было ею испорчено, столько бед принесли её поспешные необдуманные действия, но в этот перечень ни за что не войдёт неспособность помочь возлюбленной, спасти её от монстров, терзающих её разум. — Я могу помочь! Прямо как в библиотеке! Сначала ты боялась её, а потом доверилась мне и больше ты её не боишься!

И ответ пришёл, сдавленным шёпотом.

— Не библиотеки я боялась.

Твайлайт слегка попятилась.

— Что? Как это? Ты же была так напуга...

— Я не библиотеки боялась, Твайлайт! — перебила единорожка, не отрывая копыт от лица. — А тебя.

Тебя.

Время, казалось, остановилось.

— Что? — спросила принцесса, прошептала принцесса, ахнула принцесса, не так это и важно, и поднялась.

"Что?"

И как только Рэрити увидела её, осознала, как отреагировала Твайлайт, возвышающаяся над ней, с глазами полными слёз, быстро добавила:

— Ничего! Ничего, тебе просто...

— Ничего?! — изумлённо воскликнула принцесса, даже не пытаясь остановить круговорот мыслей. Рэрити боялась её? Звёзды небесные. — Что ты имела в виду... Как это ничего, Рэрити?!

Твайлайт, уже не пытаясь сдержать слёзы, настойчиво добавила:

— Ты боишься меня?

— Нет! — воскликнула единорожка.

— Ты же только что сказала, что да! — не унималась принцесса, в отчаянии думая, что же она натворила на этот раз? Где облажалась, что сделала не так, кого опять подвела.

— Я знаю, что я сказала! — вспылила Рэрити, прижав ушки к голове. — Твайлайт, послушай, правда, это не важно...

— Конечно важно! Ты сказала, что боишься меня! Как это может быть не важно?! Я не могу... Не могу это исправить, пока ты не скажешь мне, что не так! — произнесла принцесса, стоя перед непробиваемой стеной, которую воздвигла её возлюбленная и которую она по глупости уже считала разрушенной.

— Ты не понимаешь...

— А как я должна понять, если ты мне ничего не говоришь! — воскликнула Твайлайт, потеряв терпение. — Я ничего не могу сделать, если ты со мной не поговоришь!

И вот плотину прорвало.

— Именного этого я и боюсь! — вспылила единорожка, голосом и душой. — Как, ты думаешь, я должна говорить с тобой, когда каждое моё слово ты можешь обернуть оружием против себя самой?! Как я, по-твоему, должна не бояться, когда любая случайно брошенная фраза может вогнать тебя в очередной снежный ком вины, и в тот же миг мне только и останется, что застрять по ту сторону барьера на два солнцем проклятых года за то, что я сказала тебе что-то не то?!

И как только последнее слово слетело с её губ, как только слова пронзили кинжалами душу аликорна, тогда-то глаза Рэрити расширились, а копыта прижались ко рту.

Сказанного не воротишь, верно?

И Твайлайт вспомнила.

Вспомнила последние моменты сна, когда Рэрити пыталась поговорить с двойником принцессы, но та была слишком занята самоуничижением, настолько занята, что даже не слушала и не слышала единорожку. И сейчас Твайлайт поняла, кто по-настоящему был монстром в кошмаре возлюбленной.

И Рэрити имела полное право бояться, разве нет? Единственная причина, по которой магия хаоса вообще смогла тогда захватить Твайлайт, это как раз снежный ком самообвинения и самокопания.

— Извини, — явно терзаемая чувством вины, выдавила из себя единорожка, — извини.

Но принцесса была слишком далеко, чтобы ответить, слишком потеряна в воспоминаниях, мысленно пересматривая все события в новом свете.

— Стоун Рест, — наконец хрипло произнесла она.

— Чт-что?

— Когда я пошла смотреть изображение с принцессой Селестией вместе с Флаттершай и остальными, и ты должна была встретиться с нами в Кантерлоте. Вместо этого ты сказала, что прибыла в отель Стоун Рест, потому что очень сильно по мне скучала. Это же была ложь, верно? Настоящая причина была в том, что ты боялась того, как я отреагирую на картину? — спросила Твайлайт, расчётливо, взвешенно, отстранённо, впервые по-настоящему понимая уроки Луны.

— Я правда скучала по тебе, — с отчаянием в голосе защищалась Рэрити. — А не только потому, что была напугана.

— Но ты всё-таки была напугана, — как ни в чём не бывало заявила принцесса, начиная перебирать мысленный список событий и моментов.

Срыв Рэрити во время вечеринки в замке, когда она ушла во время разговора о заточении принцессы.

Рэрити, когда она не хотела объединяться разумом из страха того, как Твайлайт отреагирует.

Реакция Рэрити на то, как Твайлайт, расстроившись, начала обвинять себя в неправильных выводах, когда узнала немного больше об Элементах.

Рэрити, когда она была настолько против похода Твайлайт в библиотеку, что чуть не отговорила её от этой затеи.

Но самой ужасной была Ночь поисков.

И так было с самого начала, всё это время, когда Рэрити говорила, что беспокоится, и самым ужасным тут было то, что Инкредентия прямо сказала Твайлайт о причинах, и принцесса не восприняла её слова достаточно серьёзно.

"Мне кажется, что больше всего она беспокоится о том, как неудача повлияет на тебя".

— Но... но я же стала лучше... — произнесла Твайлайт обжигающие горло слова, потому что ей казалось, что она действительно стала лучше, она... — Я стала лучше.

— Знаю, — ответила единорожка, пряча мордочку в копытах. — Прости, я...

Но похоже, что лучше она не стала.

Может, ей только казалось, потому что Рэрити берегла её, избегая неудобных тем, заранее готовясь к неудобным вопросам, и может, Твайлайт действительно была монстром, и теперь её любимая травмирована из-за неё.

Рэрити всегда была в безопасности, точнее, принцесса думала, что она была в безопасности, она держалась за неё как утопающий цепляется за спасательный круг, и с такой поддержкой она могла преодолеть всё что угодно, но теперь?

Теперь видеть, как ранее бесстрашная единорожка, что когда-то без раздумий бросала вызов закостенелости Твайлайт, что выстояла против самой принцессы из легенд, теперь боялась каждого своего шага, дважды обдумывала каждое слово...

Рэрити боялась её.

А Твайлайт, в свою очередь, ранила её.

— Прости.

Слово сорвалось с губ, такое же знакомое, как и те, что последовали за ним вместе со слезами.

— Это моя вина.

Единорожка встревоженно подняла взгляд.

— Твайлайт, нет, — произнесла она, даже почти проревела. — Хватит, не надо. Это не твоя ви...

— Но сейчас это действительно так! — потому что именно так это и было, так и было, так и было. — Посмотри на себя! Ты боишься даже лишний раз поговорить со мной, и это моя вина, если бы я не...

— Видишь?! Вот о чём я! — взорвалась Рэрити, вставая, в её голосе в равной мере звучали как раздражение, так и отчаяние. — Вот именно об этом я и говорю, Твайлайт! Так больше не может продолжаться, ты...

— ДА ЗНАЮ Я! — выпалила принцесса в ответ, потому что уж она-то точно знала, что сейчас ничем не отличается от своего конструкта из сна, но и остановиться она не могла, потому что мыслям, нападающим на её истерзанный разум, было плевать, а ужас от всей ситуации служил благодатной почвой.

Ненавидя себя, Твайлайт подавилась следующими словами:

— Я знаю.

Ну она же была лучше, стала лучше, и в конечном итоге оказалось, что ничего не изменилось, она осталось точно такой же, словно снова оказалась заперта в своей библиотеке, но сейчас всё было немного иначе, свободная физически, заточена ментально.

Было больно осознавать происходящее, быть посторонним зрителем своего же снежного кома самообвинений. Исправилась же, разве нет? А верить в обратное было невыносимо, но почему же сейчас её так сильно пожирала вина? Она же простила себя! Простила! Выбралась из библиотеки! Так почему всё вернулось к тому, с чего началось?

Почему этот кошмар не заканчивается?

— Т-Твайлайт! — воскликнула единорожка, бросаясь к ней.

— Нет! — закричала принцесса, потребовалось невероятное усилие воли, чтобы не возвести барьер перед Рэрити. Когда единорожка тут же замерла, прижала ушки к голове и поджала хвост, Твайлайт охватило чувство вины и сожаления. — Прости. Просто, просто не надо, пожалуйста.

Рэрити осела на пол, безмолвно подчиняясь. А что ещё она могла сделать?

Раздались три негромких стука.

— Девочки? — раздался мягкий голос Флаттершай. — Могу я войти?

Единорожка повернулась к принцессе, ища подтверждения, но та лишь отвела взгляд.

— Мне всё равно, — пробормотала Твайлайт, заставляя себя подняться, и сглотнула ком в горле, когда услышала глубокий вдох Рэрити.

— Заходи, Флаттершай, — пригласила она, так же поднимаясь.

"Печальное, должно быть, зрелище", — подумала принцесса, когда пегаска зашла в комнату и обнаружила двух притихших кобыл, с глазами, красными от слёз.

Но если так Флаттершай и подумала, то виду не подала. Лишь посмотрела на единорожку и ласково улыбнулась.

— Рэрити, думаю, тебе стоит прилечь, — посоветовала она, и когда взгляд единорожки метнулся к аликорну, добавила: — Я обо всём позабочусь.

"Ты хотела сказать, позаботишься обо мне", — с горечью подумала Твайлайт.

Но Рэрити не сдвинулась.

— Но... Твайлайт, — единорожка повернулась к принцессе, обеспокоенная, несмотря на все сказанные слова. — Что... что ты будешь делать?

И отыскав в себе ещё немного храбрости, чтобы спросить, добавила:

— Ты всё ещё хочешь спать в моей комнате?

— Нет, — ответила принцесса, не из желания насолить Рэрити, нет, не совсем, просто... — Извини, я не устала. Мне надо проветриться.

— Проветриться? — встревоженно спросила единорожка. — Но Твайлайт, сейчас, должно быть, три ночи!

— Всё хорошо, — ответила она, направляясь к двери. — Вернусь чуть позже.

— Но Твайлайт! — запротестовала Рэрити. — Ты не в том состоянии, чтобы выходить в такой час! Пожалуйста, будь благоразумна.

— Я благоразумна, — заверила принцесса, уязвлённая таким отношением, и ускорила шаг, чтобы успеть уйти, пока она не потеряла терпение.

— Тва... — раздражённый стон прервал единорожку, и она повернулась к пегаске. — Флаттершай, прошу, сходи с ней, хорошо?

— Я сказала, что я в порядке! — вспылила Твайлайт, со всей силы впечатав копыто в пол, говоря себе, что именно боль от удара причина слёз, вновь проступивших в глазах. — Мне не... мне не нужна нянька! И я не собираюсь... не собираюсь...

Принцесса подавилась словами, разрываясь между расстройством и негодованием.

— Не собираюсь заточить себя вновь!

— Принцесса... — заговорила Флаттершай, чтобы тут же оказаться перебитой Рэрити.

— Это не то, что я имела в виду! — также топнув копытом, закричала она. — Конечно, я не думаю, что ты сделаешь что-то подобное, солнца ради, я просто за тебя волнуюсь!

И всё же, как только она договорила, то тут же попятилась, слегка вздрогнув.

— Я... Ты права. Ты и без меня знаешь, что делать. Я пошла спать.

И единорожка, не сказав больше ни слова, вышла из комнаты.

Хотя Твайлайт и хотела высказаться, она придержала язык, пока Рэрити не вышла, и вместо этого закрыла глаза и сделала глубокий вдох, а вдали тем временем хлопнула дверь.

Когда она открыла глаза, то обнаружила, что пегаска всё ещё тут, со всё такой же тёплой улыбкой.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я с тобой побыла?

— Уверена, Флаттершай, но спасибо.

Пегаска склонила голову.

— Конечно, — она улыбнулась. — Но, быть может, я проведаю тебя чуть позже?

Принцесса нашла в себе силы улыбнуться.

— Хорошо.

После этого она пошла на выход и почти пересекла порог, как вдруг остановилась. Она повернулась к Флаттершай, чтобы что-то сказать, но та её опередила.

— Не волнуйся, я о ней позабочусь.

Твайлайт кивнула.

— Спасибо.

Так она вышла из комнаты в коридор, после чего спустилась по лестнице, стараясь подавить мрачные мысли, для чего внимательно разглядывала всё, что было перед ней: игрушки, разбросанные по полу, рисунки на стенах, платья и костюмы то тут, то там. Всё что могло отвлечь её.

Только когда она оказалась снаружи, только когда открыла двери при помощи магии, только тогда тяжесть всего произошедшего обрушилась на неё, с той же силой, как морозный ночной воздух обжигал лёгкие при резком вдохе.

Первым, о ком она подумала, был Спайк.

Больше, чем Луну, больше, чем Селестию, даже если предположить, что она ответит на письмо, больше всего ей хотелось увидеть Спайка.

Единственный другой дом, который у неё остался теперь, когда Рэрити...

Очередной глоток воздуха, попытка сморгнуть слёзы и избавиться от эмоций, от которых так мало прока.

Она продолжила путь, хотя, если так сказать, то это будет серьезным допущением. Копыта сами несли её, пока разум оцепенело следовал за ними. Она шла по улицам городка, который так и не стал домом, едва обращая внимания на припозднившихся пони, что по-прежнему были на ногах в столь поздний час, механически отвечала на их улыбки, стараясь лишний раз не думать, чтобы не надумать лишнего.

— Да ладно! Фигня вопрос!

Когда Твайлайт добралась до окраины долины, где расположился Спайк, голос Рэйнбоу Дэш заставил принцессу замереть. Она спряталась за дерево и выглянула, обнаружив дракона, свернувшегося калачиком, и пегаску у него на спине, общающихся и беззаботно смеющихся, как будто сейчас не глубокая ночь.

И Твайлайт отступила, не зная, что теперь делать.

Она надеялась на Спайка, но без Рэйнбоу Дэш.

Она надеялась вернуться домой, но не в будущий, не в текущий.

Она надеялась на прошлый. Внезапно, почти до тошноты, Твайлайт Спаркл затосковала по дому, которого больше не было.

Порыв прохладного воздуха вновь впился в неё, заставив шёрстку встать дыбом, и она ненавидела это чувство. Ненавидела холод, саму возможность его ощущать, ненавидела своё сердце, что теперь билось, ненавидела свои лёгкие, что теперь качали кислород, ненавидела своё тело, которое чувствовало.

Она отошла от дерева и направилась обратно в город, голоса Спайка и Рэйнбоу постепенно затихли, пока Твайлайт не осталась наедине с перестуком собственных копыт, биением сердца и звуком дыхания.

Она бродила по городу в мысленном ступоре, без цели, шла мимо пустых прилавков, мимо ям для подрыва бомбочек кошмара и, наконец, мимо декораций к "Ночи поисков", которые только предстояло разобрать, пока не увидела…

Лабиринт.

И дело было совсем не в том, что ей снова хотелось оказаться в заточении, просто вид знакомых книг и шкафов вокруг смутно напоминал о месте, что хоть и было тюрьмой, в то же время было и домом.

Она пробиралась через лабиринт, пока не вошла в свою маленькую комнатку и не огляделась по сторонам.

Тут были чернильницы в виде сов, которые жеребята слепили из глины, свитки, прикреплённые к стенам, разрисованные всевозможными каракулями, стопки книг, огарки прогоревших свечей, лишь у пары ещё едва теплилось пламя на фитиле. Все эти маленькие детали, навевающие уют и напоминающие о доме.

И всё же ничто не могло вызвать такую тоску, как случайное открытие того, что не она одна, по-видимому, тосковала по дому.

Из-под стола, семейство сов, забившись в своё новое гнездо из обрывков бумаги и палочек, смотрело на свою хозяйку.

— Привет, — шмыгнула носом Твайлайт, ложась рядом и вытягивая мордочку к гнезду. — Найдётся для меня местечко?

И местечко нашлось, более того, семейство покинуло гнездо и перебралось в более удобное, Темис и Элара уютно устроились по бокам аликорна, а совята прижались к груди в районе сердца. Один из малышей устроился рядом с мягко светящимся ожерельем и любопытственно на него ухнул, на что принцесса закрыла глаза и покачала головой.

Она знала, что этой ночью оно не засияет.

Шло время. Минуты? Часы? Твайлайт не знала. Она просто позволила времени течь как чернилам с её пера, позволив себе ненадолго погрузиться в пародию на прошлое. Ей не хотелось остаться в заточении ещё на тысячу лет, нет, никогда, но... но ведь пара часов не повредит?

— Привет, — некоторое время спустя раздался нежный, знакомый голос. — Я не помешаю?

Принцесса подняла голову и повернулась на звук. Флаттершай пришла сдержать своё обещание и стояла у входа, с перемётной сумкой на боку.

— О, — Твайлайт выпрямилась. — Ты пришла.

Сама того не ожидая, принцесса услышала, как удивление в её голосе сменилось... не разочарованием, нет, скорее...

— Тебя прислала Рэрити?

Пегаска хихикнула.

— Нет.

Твайлайт фыркнула и опустила голову обратно.

— Да ладно.

— Она пыталась уговорить меня сходить, — уточнила Флаттершай, осторожно заходя внутрь, — но пришла я по собственному желанию.

Когда принцесса ничего больше не добавила, пегаска прошла чуть дальше и огляделась.

— Ты сегодня будешь здесь спать?

— Не знаю. Хотелось бы. А что? Мне обязательно возвращаться?

Флаттершай задумчиво хмыкнула.

— О нет, ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Не навсегда, надеюсь, но одной ночи, мне кажется, будет вполне достаточно, — она сняла с себя перемётную сумку и открыла её. — Я уточнила, потому что принесла тебе подушку и одеяло.

— О...

И вот так Твайлайт безучастно наблюдала, как пегаска расстилает одеяло, и принцессе пришлось заставить себя сначала встать, а потом лечь на него. Оно было на удивление тёплым, таким невероятно тёплым, насколько и удобным, как и маленькая подушечка, которую Флаттершай подложила ей под голову.

Закончив, пегаска повернулась к аликорну и с ласковой улыбкой произнесла:

— Ну вот и всё!

Сердце принцессы защемило.

— Ты всё ещё хочешь побыть одна? — спросила Флаттершай. — Или ты бы хотела, чтобы я осталась?

И едва слышно принцесса ответила:

— Останься, пожалуйста.

Вскоре после этих слов была подложена вторая подушка, второе одеяло укрыло их обеих, и принцесса Твайлайт Спаркл уютнее устроилось возле своей подруги, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на ощущении, как пегаска расчёсывает ей гриву.

Прямо как могла бы расчёсывать Рэрити.

О звёзды.

— Она меня ненавидит?

— Принцесса, она очень тебя любит. И ссора этого не изменит.

— Но это была не просто ссора, — пробормотала Твайлайт, крепче прижимаясь к Флаттершай. — Это... ужасно. Это было ужасно! Словно... Я даже не могу описать, как плохо это было!

— Это был шаг вперёд, — предложила пегаска.

— Шаг вперёд?! Да это скорее... скорее пятьдесят шагов назад! — запротестовала принцесса, и снова приливной волной её окатило раздражение. — Я же стала лучше... Правда думала, что стала лучше, а теперь оказалось, что нет, и...

Она замолкла, едва отметив краем сознания, что Флаттершай снова начала расчёсывать ей гриву.

— Я не понимаю. Я же вышла из своей библиотеки. Почему я не изменилась?

— Ты стараешься изо всех сил, — строго отчитала её пегаска. — Тысячелетние привычки не убрать за пару месяцев.

— И как же мне теперь всё исправить? Можно ли вообще это исправить?

— Рэрити спросила меня о том же, — внезапно произнесла Флаттершай.

— Что?

— Она спросила меня, как ей всё это исправить.

— Она...

— Да, и ещё спросила, не думаю ли я, что ты её ненавидишь, — пегаска ненадолго замолкла. — Потом спросила, не стоит ли ей отправиться в добровольное изгнание в Седельную Аравию и стать там... как же она сказала... тру-до-го-ли-чкой, слишком занятой ведением бизнеса, чтобы обращать внимание на рану в сердце.

— Рана в сердце.

Флаттершай нахмурилась.

— Ох. Извини. Я неправильно вспомнила. Если быть точнее, она сказала "зияющую рану в опустошённом, изодранном сердце".

— Зияющая рана в опустошённом изодранном сердце. Поняла.

И, несмотря на всё это, Твайлайт не смогла сдержать смешка, привязанность к единорожке хлынула вместе с огромным истощением.

Ей всё-таки придётся это исправить. Это, и всё что может вскрыться позже, всё что ещё не известно. Слова Кейденс вновь эхом прозвучали в её голове. Она должна взять на себя ответственность. За то, что натворила, и то, что ещё может волей-неволей сделать.

В конце концов, если Рэрити когда-то билась за неё, меньшее, что может сделать Твайлайт, — это поступить так же.

Но только с завтрашнего дня.

Завтра она разберётся с Рэрити, с Даском, с Луной и со всем остальным.

Но этой ночью?

Этой ночью она просто хочет немного поспать.

## — Глава 18 — Звёзды помогут ей сбежать

[Изображение: https://i.imgur.com/gxtHvVx.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/pnVU0zu.png]

Казалось, с момента ссоры прошли уже месяцы.

Месяцы с тех пор как была снята вуаль с пародии на отношения Твайлайт и Рэрити. Но всё это казалось таким далёким, таким размытым.

Быть может, из-за недосыпа.

Твайлайт узнала, что недосып оказывает интересный эффект: чем дольше ты обходишься без сна, тем сильнее пространство и время сливаются воедино, в беспорядочную смесь обрывков воспоминаний, которые обретают смысл только когда ты специально на них не сосредотачиваешься.

Прямо как сны.

В бессонные ночи, последовавшие после той ужасной ссоры с возлюбленной, принцесса больше не пыталась понять, что было сном, а что реальностью, потому что, по правде говоря, и то и другое ощущалось абсолютно одинаково.

Как кошмар.

* * *

— Принцесса.

Твайлайт замерла прямо перед кристальными дверьми "Страны грёз", её взгляд остановился на десятке размытых жеребят, бегающих внутри. Были ли они размыты из-за дверей, или всего четыре часа сна дали о себе знать? Трудно сказать, да и не особо это важно.

Рэрити всё ещё расстроена? Флаттершай сказала, что единорожка, прямо как Твайлайт, выразила желание чтобы всё стало "хорошо", но...

А будет ли так? Возможно ли вообще, что всё наладится после такого?

Эта мысль не давала Твайлайт уснуть всю ночь, и она знала, что так будет продолжаться ещё долго.

— Принцесса, — повторила пегаска. Твайлайт посмотрела на неё и с трудом проглотила ком в горле, не сумев выдавить из себя ни слова. Флаттершай просто с улыбкой слегка склонила голову набок и успокаивающе положила копыто ей на плечо. — Ты не одна. Я здесь, с тобой.

“А Рэрити?” — хотелось спросить принцессе, но она не стала.

— Спасибо, — вместо этого произнесла она.

Кивнув, пегаска шагнула вперёд и открыла двери, подвергнув принцессу сенсорной перегрузке от криков ликующих жеребят. Громко, очень громко, так громко, что ей не осталось ничего, кроме как натянуть на лицо улыбку и продолжать двигаться по инерции.

* * *

Твайлайт приходилось беспокоиться о бесконечном множестве вещей. Столь многое, казалось, было готово рассыпаться прямо на глазах, и тяжело было по началу не зацикливаться на Рэрити. Была ли единорожка расстроена — принцесса не знала. Они не особо много разговаривали, когда она и Флаттершай вернулись.

На самом деле — они вообще не разговаривали.

В этот день было не особо до разговоров, из-за всех этих бегающих жеребят, из-за вечеринки-сюрприза, из-за гнетущего знания, что где-то в Холлоу Шейдс Даску Стару сейчас говорят, что всё, за что они борются, не более чем обман.

С таким количеством проблем, нависших над головой, трудно было выкроить даже пару минут на отдых, не говоря уже о том, чтобы найти время обсудить неразрешённые личные вопросы.

Единственное, что сейчас имело значение — это то, как пройдёт день рождения Даска. Это было всё, к чему готовилась Рэрити последние два года. И это имело значение. Огромное значение.

Луна, конечно же, думала так же, учитывая, что когда Твайлайт увидела её этой ночью, ночная принцесса говорила только об этом.

Стоя рядом с высоким аликорном перед озером, в котором отражались мириады звёзд, Твайлайт Спаркл изучала своё отражение. Она стояла здесь уже несколько часов, отправившись в царство грёз сразу после того, как жеребята ушли, просто чтобы убедиться, что Луна не проведёт время до момента, когда всё решится, в одиночестве.

И время пришло.

— На сегодня всё готово? — спросила принцесса ночи.

— На сегодня? А, — Твайлайт, не отрывая взгляда от своего отражения, изобразила улыбку. — Вечеринка-сюрприз. Да, всё готово. Начало в полдень.

Если, конечно, Даск придёт. И она надеялась, что он придёт. Потому что, если он не придёт, это будет очень плохо.

— Как себя чувствуешь? Всё хорошо? Ну, не в том смысле что ты выглядишь как-то не так. Просто интересуюсь. Я... — Твайлайт замолкла. — Всё будет хорошо.

Принцесса кивнула.

— Так и будет. Мы встретимся вновь, этой ночью, и ты посвятишь меня в детали прошедшей вечеринки и сообщишь об успехе сего мероприятия, — после этих слов Луна сочувственно улыбнулась. — После этого уроков по снохождению больше не будет. Тебе нужен отдых, я правильно полагаю, что ты почти не спала?

Твайлайт улыбнулась.

— Я не устала, и у меня есть план.

— Изволю предположить, что питие кофе целой рекой не самым положительным образом скажется на твоём здоровье.

Улыбка младшей принцессы потухла.

— А я и не говорила, что это хороший план, — под пристальным взглядом Луны она уступила. — Если всё сработает, то у меня будет достаточно времени на сон. А пока я справлюсь.

— Всё сработает, — повторила принцесса ночи, и Твайлайт задумалась, верит ли хоть одна их них в это по-настоящему.

* * *

У Твайлайт была книга идиом и поговорок.

Эту книгу она время от времени перечитывала, изо всех сил стараясь запомнить различные выражения, чтобы потом испытать чистую радость, когда изученное приходилось к слову.

В этот раз, однако, всё было по-другому. Когда в "Стране Грёз" зажёгся свет, из своих укрытий с поздравительными криками выпрыгнули взрослые и жеребята, вот только именинника не обнаружилось, лишь его сестра.

Принцесса как раз вспомнила подходящую поговорку, когда Пинки обратилась к расстроенной кобылке.

— Р-Рай! Рай, где твой брат?

Беда...

— П-простите, он... он не захотел идти...

...не приходит одна.

* * *

— Может, он просто получил очень много подарков?

Где-то внутри пекарни прозвучал голос Рэйнбоу Дэш. На самом деле она сидела всего через два места от Твайлайт, но в то же время казалось, что так далеко. Принцесса помешала кофе в чашке, и получившийся водоворот полностью отражал мысли в её голове. Был ли это побочный эффект более тридцати часов без сна? В последний раз она столько не спала больше тысячи лет назад.

— А я скажу, что ему просто надо привести мысли в порядок, — произнесла Эпплджек, голос которой также слышался откуда-то издалека. — Но вот завтра он вернётся, помяните моё слово.

“А если нет?” — задавалась вопросом Твайлайт, пока миллионы подгоняемых потоком кофеина и тревоги мыслей обрушились на неё разом. Если он не вернётся, то что тогда? Может, пора строить новый план?

— Ни у кого из детей уровень хаоса не поднялся, — произнёс профессор, ну или что-то такое, потому что принцесса не особо вслушивалась.

— Я уверена, что его дверь будет там! — воскликнула Пинки, чей голос звучал в голове принцессы приглушённым эхом. — Вот увидите!

— Твайлайт.

Голос Рэрити отчётливо пробивался сквозь завесу, дурманящую разум принцессы, единственный звук, что возобладал над всеми прочими. Она немедленно подняла взгляд, обнаружила, что единорожка смотрит прямо на неё, и в ответ Твайлайт сосредоточила всё своё внимание на ней. Разве могла она поступить иначе?

В конце концов, они впервые заговорили после разлада, и принцесса по ней скучала.

Скажет ли ей Рэрити, что тоже скучает?

— Ты и сегодня будешь заниматься снохождением? — вместо этого спросила единорожка, и, о, следовало ожидать. Теперь принцесса чувствовала себя глупо за то, что посмела надеяться. Неважно. Совсем неважно.

— Твайлайт.

И снова голос Рэрити, ясный, пронзительный.

Принцесса резко вернулась к реальности, ещё раз внимательно вперившись взглядом в единорожку.

— Извини, что?

Рэрити поджала губы, явно сдерживая глубокий вдох.

— Ты и сегодня будешь заниматься снохождением? — медленно повторила вопрос единорожка, и Твайлайт, возможно бы, и обиделась, если бы не чувствовала такую усталость.

— Да, — ответила принцесса, и беседа вокруг продолжилась, а сама она погрузилась обратно в мрачный водоворот мыслей.

Неважно.

* * *

Безумие не приходит из ничего. У него всегда есть какой-то источник, какое-то событие, иногда не одно, но в будущем, оглядываясь назад, всегда можно ткнуть копытом и сказать: "Вот. Вот отсюда всё и началось".

У Твайлайт Спаркл ростки безумия проросли в тот день, когда она обманула Дискорда, но целиком и полностью впала она в него лишь когда узнала, что Кейденс тоже стала духом.

Ну а у принцессы Луны, ну...

— Привет? — воскликнула Твайлайт, оказавшись в царстве грёз, чувствуя ненормальный, почти маниакальный прилив сил. Всё будет хорошо! И если себе это часто повторять, то именно так оно и будет, никаких причин для беспокойства.

О звёзды, как же ей хотелось спать.

Она пошла дальше, пока наконец не увидела принцессу вдалеке.

— Луна!

Та стояла перед дверью, и когда Твайлайт подтрусила к ней, по дороге оглядывая двери вокруг, то её сердце упало при виде, а точнее, при отсутствии вида двери с кьютимаркой Даска.

— Привет! — как ни в чём не бывало произнесла младшая принцесса. — Извини, я немного опо...

— Его двери нет.

— Ну да... — ответила Твайлайт, потому что Луна, очевидно, не ошибалась. — Но это ничего и не значит. Разве двери Пинки не понадобилась неделя, чтобы появиться, когда ей сказали, что ты не настоящая? Уверена, что и его вскоре появится.

Погружённая в свои мысли принцесса ночи ничего не ответила, но какие бы мысли её ни преследовали, в конце концов она заговорила:

— Идём, — произнесла она, поднимаясь и направляясь к мигающей двери. — Требуется продолжить твоё обучение.

— Обучение? — встревоженно переспросила Твайлайт.

— Да. И начнём мы с Лемон Дроп.

— Н-но Луна! — младшая принцесса ускорилась, чтобы оказаться перед Луной, пытаясь успокоить свой голос и нацепить на губы нервную улыбку. — Я эм-м... Ты же говорила, что сегодня мы отдохнём? Я просто очень...

— Ты — сноходец, Твайлайт, — ответила принцесса, неожиданная резкость в голосе заставила младшего аликорна вздрогнуть. — Если у тебя не хватает сил справиться с недостатком сна, значит, ты не способна выполнить свой долг.

— Я... Но...

Она прижала копыто ко лбу. Как же тяжело было думать, а когда тяжело думать, то легко можно наделать...

— Хорошо, — с надеждой, даже с мольбой, Твайлайт улыбнулась. — Потренируемся, но только пару часов?

* * *

Принцесса Луна отпустила её только в семь утра, и не раньше, чем Твайлайт поборола кошмары, все до единого. К тому времени смысла ложиться спать уже не было.

Ведь "Страна Грёз" откроется всего лишь через час, и Твайлайт хотелось быть там, чтобы увидеть Даска. Если он придёт. Если. Может быть.

Да и как бы всё равно, ведь с ней всё в порядке! Прекрасна и умна, как и всегда, ведь только самую мудрую голову могут посещать такие мысли, которые ну просто не давали ей покоя!

Есть ли у воды вкус?

Эти и многие другие умные мысли проносились в голове, пока она смотрела на душевую лейку, едва замечая, как вода льётся ей на лицо. Душ, пожалуй, изобретение совершенно потрясающее. В нём есть вода. Вода, она как бы вещь в себе, не похожая ни на что. Но это не так. А что, если бы у воды был вкус? А вот ведь его нет! Может, если моргать не так медленно, то он появится?

Значит, если закрыть глаза, то вкус появится. Умная мысль.

Перейдя от мыслей к делу, она закрыла глаза и опытным путём обнаружила, что пол в душевой на вкус как мыло, когда мигом уснула и ударилась о него лицом.

— Принцесса?! — донёсся голос Инкредентии из-за двери. — Всё хорошо?! Что это было?!

— Я в порядке! — отозвалась Твайлайт, чувствуя себя невероятно смущённой, она заставила себя подняться, теперь уже окончательно проснувшись, с кровью, текущей из носа и пульсирующей головной болью. — Я просто... просто поскользнула...

— Прикорнула?! — ахнула чейнджлинг, невольно уличая принцессу во лжи.

— Нет! Поскользнулась! Поскользнулась! — быстро поправила Твайлайт.

— Ой! Извини, просто вода шумит, послышалось как... Секунду! Что? Нет, она сказала, что поскользнулась! — ответила кому-то Инки, после чего недолго выждала и снова обратилась к принцессе. — Так ты точно там не уснула?!

— Нет! — соврала Твайлайт. — А теперь дайте мне спокойно помыться!

* * *

— Ты её не видела?

Вопрос Твайлайт повис в воздухе, пока она грела копыта о первую кружку кофе за день, не сводя глаз с земной пони, протирающей стойку.

— Нет, — ответила Пинки с едва заметной запинкой в голосе. Она удвоила усилия по уборке и лучезарно улыбнулась. — Но это не страшно! Уж наверняка у неё какая-то супер-важная на это причина!

— А когда она в последний раз с тобой говорила? — как можно спокойнее спросила Рэрити.

— Эм-м... — Пинки призадумалась и поджала губы. — В ночь перед днём рождения Даска. Но, как я и сказала, всё с ней хорошо!

Земнопони продолжила оттирать и без того безупречно чистую стойку.

— Она просто занята обучением Твайлайт! У неё же не может быть причин не говорить со мной, верно?!

Когда Пинки повернулась к кобылам, Рэрити и Твайлайт немедленно ответили:

— Конечно.

— Вообще никаких!

Успокоившись, земнопони кивнула.

— Во-от! Пойду вздремну через пару часиков, а там она, думаю, со мной и заговорит!

— Эй! — раздался голос Инкредентии из вестибюля. — Мне кто-нибудь поможет с открытием?

— Бегу! — отозвалась Пинки, убирая тряпку и направляясь на выход мимо двух кобыл, оставляя их наедине.

Принцесса не смотрела на единорожку, вместо этого внимательно разглядывая свой кофе, после чего одним глотком его допила и подошла к стойке, левитируя к себе кофейник.

— Твайлайт.

Принцесса замерла при звуке голоса Рэрити и, обернувшись, обнаружила, что единорожка смотрит на неё, прикусив губу и опустив ушки.

Когда Твайлайт ничего не сказала, Рэрити продолжила.

— Ты почти не спала последние два дня, — осторожно произнесла она.

Прошёл ещё миг, и принцесса поняла, что каких бы слов она ни ждала от единорожки, это явно были не те. Не те, но признаться честно, она слишком устала, чтобы хоть как-то об этом беспокоиться.

— Я знаю, — ответила Твайлайт с лёгким раздражением в голосе, желая, чтобы её просто оставили одну.

И, на удивление, так и случилось.

— Хорошо, — произнесла Рэрити, поднялась и ушла, а принцесса налила себе вторую кружку кофе из многих.

* * *

Этим утром Даск Стар всё же пришёл, держа мишку в копытах, но не прижимая к себе. Он держался позади своей сестры, пропуская толпу жеребят внутрь.

— Привет, Даск! — тут же поздоровалась Пинки, разделяя всеобщее облегчение взрослых. — Нам тебя вчера не хватало! Как прошёл день рождения?!

— Нормально... — пробормотал жеребчик, его взгляд метнулся к Твайлайт, и его зрачки сузились.

— Даск! — воскликнула принцесса, шагнув к нему, потому что его реакция определённо ничего не значила. — С днём рождения!

— Спасибо... — осторожно ответил он, вцепившись в медвежонка, не подозревая и не замечая, как профессор Эйв, стоя рядом с ним, активировал прибор для измерения. Жеребчик указал на забинтованную мордочку аликорна. — Что случилось?

— Ой, да просто ударилась! — рассмеялась Твайлайт или попыталась рассмеяться. — Упала в душе! Глупышка какая, а? А ведь принцесса!

Даск снова нахмурился.

— Дорогуша, — заговорила Рэрити, шагнув вперёд, — мы приготовили для тебя торт. Может, зайдём внутрь, поедим, а ты пока расскажешь, как прошёл твой день рождения?

— Мне сказали, что теперь я должен помогать с проведением "Ночи Поисков", — внезапно произнёс жеребчик. — Потому что я уже большой, и этим занимаются все пони, когда вырастают.

— Ну... ну да! — воскликнула единорожка. — А они сказали что-нибудь ещё?

Когда Даск ничего не ответил и вместо этого уставился в пол, она продолжила:

— Дорогой, давай поедим твой торт, и ты нам пока расскажешь...

— Я не хочу торт, — резко перебил он. — Я хочу поиграть с друзьями.

Рэрити лучезарно улыбнулась.

— К-конечно! Развлекайся.

Бросив последний взгляд на аликорна, он умчался вверх по лестнице. Как только он скрылся из виду, все головы повернулись к профессору.

Он прочистил горло.

— Это... Как бы сказать...

— Ну что? Что там? — взволнованно спросила Твайлайт. — Изменились показания?

Эйв не ответил.

— Да говори ты уже, — прошипела единорожка. — Просто назови цифры.

— Ну хорошо. Его уровень сейчас на пяти.

Принцесса почувствовала, как внутри у неё все сжалось.

— Выросло на три пункта?

— На три пункта? — едва слышно прошептала Рэрити.

— Может, это ошибка? — спросила следом Твайлайт.

— Нет, — ответил профессор. — И меня возмущает сама идея, что я могу ошибиться в чём-то, настолько важном.

Принцесса нахмурилась и открыла рот, чтобы возразить, но остановилась, когда единорожка напряжённым шёпотом заговорила первой.

— Проверь ещё раз.

Эйв непонимающе на неё уставился.

— Что?

— Проверь ещё раз, — повторила Рэрити, прижав ушки к голове. И когда она открыла глаза, то Твайлайт увидела в её глазах слёзы. — Пожалуйста, профессор. Это, должно быть, какая-то ошибка.

— Х-хорошо, — ответил он, явно сбитый с толку. — Думаю, что... что могла быть некая погрешность. Я проведу измерения ещё раз, ну, чтобы наверняка.

С этими словами он ушёл, оставив принцессу и единорожку наедине, после чего Рэрити молча направилась к лестнице, а Твайлайт всё не могла угомонить боль в сердце.

— Рэрити, постой.

Когда единорожка обернулась, вытирая глаза, принцесса постаралась искренне её поддержать.

— Ничего страшного не случилось. Мы знали, что магия хаоса даст отпор, и убедились, что у Даска есть способ себя защитить, — Твайлайт улыбнулась. — Держись.

— Хорошо, — ответила Рэрити, хотя улыбкой на улыбку и не ответила. — Спасибо, Твайлайт.

Единорожка поколебалась, но заговорила снова:

— Я буду в своей мастерской, если кому-то понадоблюсь.

И, не сказав больше ни слова, она ушла. Принцесса сделала глубокий вдох и направилась к шебутным жеребятам, надеясь, что сказанных слов будет достаточно, чтобы поддержать возлюбленную.

* * *

— Я не голодный, — отвечал Даск, когда его приглашали поесть.

— Я не хочу, — говорил он, когда его звали поиграть.

— Я не устал, — ворчал жеребчик, когда все готовились ко сну.

— Принцесса Твайлайт? — позвал Даск, когда все пони уснули, а он нет. Вцепившись в мишку, он подошёл к аликорну. Твайлайт заметила, что он старается не встречаться с ней взглядом.

— Да? — спросила она, безуспешно стараясь скрыть надежду в голосе.

Жеребчик посмотрел на аликорна и указал на повязку.

— Твоему носу уже лучше? — спросил он, и Твайлайт не сдержала ласковой улыбки.

— Лучше, спасибо, что спросил, — ответила принцесса, и её фраза невольно обратилась зевком, который жеребчик непроизвольно повторил.

— Уверен, что не устал? — поддразнила Твайлайт, и когда Даск помотал головой, она решила не давить. — А я, пожалуй, вздремну. Почти не спала прошлой ночью.

— Ох, — нахмурился жеребчик, и не успела принцесса задать вопрос, как его взгляд перестал блуждать по телу аликорна, и яркая улыбка появилась на его лице. — Да, тебе точно надо поспать! Я принесу одеяло! Жди здесь, хорошо?

— Хорошо! — негромко отозвалась она, чувствуя, как надежда вновь просыпается. У Даска начинает получаться сопротивляться проклятию?

Он вернулся через несколько минут, волоча за собой одеяло.

— Закрой глаза, а я подоткну его, — произнёс Даск, и волна нежности охватила принцессу, когда он накинул на неё одеяло и ласково погладил крылья. — Тс-с-с... Тс-с-с...

Он гладил её крылья, гладил и гладил, и эти успокаивающие движения обернулись довольно зловещими, когда она приоткрыла глаз и обнаружила, что жеребчик сосредоточенно хмурится, глядя на то место, где её крылья соединялись со спиной, а его поглаживания оказались не столько лаской, сколько внимательным ощупыванием.

— Ой, а знаешь, что? — выпалила она, немедленно поднимаясь и невольно пугая его. — Вообще, не очень-то я и устала! Вообще не устала!

— Нет? — спросил Даск, и беспокойство Твайлайт лишь утроилось, когда она заметила, что он не отрывает взгляда от её крыльев. — Ну хорошо...

— Я просто вспомнила, что Пинки Пай попросила меня кое с чем помочь! Присмотришь за детьми пока меня не будет?

— Хорошо, — повторил он, и когда принцесса развернулась, чтобы быстро удалиться, на каждом шагу она чувствовала пристальный взгляд на своей спине.

* * *

— Сахарок, ты уверена, что она от такого копыта не отбросит?

Забившись в угол театра принцессы Кейденс, Твайлайт пристально смотрела, как Рэйнбоу Дэш намешивает целую банку энергетика вместе с огромной кружкой крепкого кофе, нетерпеливо отбивая копытом по полу.

— Расла-а-а-абься, Джеки, — протянула пегаска, отправляя пустую банку в сумку и доставая оттуда вторую полную. — Умерла разок и ничего, жива, как видишь.

— Стазис. Я была в стазисе, — произнесла принцесса, переводя взгляд с шипящей смеси на жеребят, а особенно Даска, который быстро отвёл глаза. Твайлайт успела заметить, что он опять пялился, и стиснула зубы, когда её крылья непроизвольно дёрнулись.

— Принцесса? Принце...

— Ну что?! — вспылила Твайлайт, о чём тут же пожалело, когда подруги удивлённо на неё посмотрели. — Извини. Прости, я не хотела. Просто...

Она перевела взгляд на Даска, и тот опять быстро отвернулся!

— Видели?! Он опять это делает!

— Делает что? — спросила Дэш, оборачиваясь на жеребчика.

— Пялится! — настойчиво прошептала принцесса. — Он весь день пялится на мои крылья! Я думаю, ему кажется, что они не настоящие!

Пегаска пристальнее присмотрелась к Даску.

— Правда? Ну разля...

— Рэйнбоу! — ахнула Эпплджек. — Здесь жеребята, вообще-то!

Оставив кобыл препираться между собой, Твайлайт телепортировалась в мастерскую Рэрити, надеясь оказаться как можно дальше от Даска. К сожалению, телепортация принесла с собой мучительную головную боль.

И несмотря на то, что принцессе хотелось просто лечь и обхватить копытами голову, в спальном закутке обнаружилась свернувшаяся калачиком крайне печальная Пинки Пай.

— Пинки? — спросила Твайлайт, отодвигая собственные страдания в сторону. — Что случилось?

— Принцесса Луна на меня злится? — спросила земнопони, копая копытцем одеяло. — Почему она не хочет меня видеть? Я её чем-то обидела?

— Нет, Пинки, конечно нет.

Земнопони нахмурилась ещё больше, и её взгляд метнулся к аликорну.

— Тогда почему она меня не навещает?! А ты с ней постоянно видишься! А как же я? Это всё потому, что я не могу делать волшебные штуки и помочь с кошмарами?! А?!

— Нет, Пинки, — ответила принцесса, чувствуя, как её головная боль усиливается вместе с голосом земнопони. — Луна просто...

Резкий укол боли прервал её речь, и она отказалась от попыток говорить уверенно и просто прижала копыто к виску.

— Не знаю. Почему бы тебе просто не...

— Может, спросишь её? — перебила Пинки, внезапно оказавшись в личном пространстве аликорна, ведя себя точно так же, как жеребята внизу. — Спроси её, спроси её! Ты же можешь прямо сейчас пойти и спросить? Давай сейчас!

— Пинки, я...

— Тебе нужно освободить лежанку? — продолжала земнопони, настойчиво толкая принцессу к спальному уголку, напрочь игнорируя её протесты. — Хочешь сказку на ночь? Наверняка хочешь! А как насчёт...

— Пинки, я сказала нет! — Твайлайт схватила земнопони магией и оттащила от себя, после чего ударила копытом по полу. — Я не хочу её видеть, не хочу заниматься снохождением, хватит с меня! Я уже устала решать чужие проблемы, когда я не могу решить даже свои собственные!

И какое бы кратковременное облегчение ни принёс крик, оно быстро ушло, когда принцесса увидела, как Пинки съёжилась и прижала ушки к голове.

Слова "извини" уже обрели форму на её губах, но она уже устала произносить их. Устала просить прощения, устала всё делать не так, устала тщетно пытаться стать лучше и, признаться честно, просто устала.

Она осела на круп и просто решила озвучить свои мысли.

— Я устала.

“Я устала”, сказала она Пинки, и, к удивлению принцессы, земнопони протянула ей копыто. На остатках любопытства в усталом теле, она приняла его и позволила провести себя в спальный уголок. Она забралась внутрь, и когда Пинки села рядом, успокаивающе положила копыто ей на спину и начала напевать ту же колыбельную, что пела ей Луна тысячу лет назад, Твайлайт наконец уснула.

* * *

И увидела сон.

Ей снился поезд, поезд, что ехал в никуда, поезд, что просто ехал, оберегая её, пока она сидела у окна и любовалась видом открытого космоса. Сама принцесса, конечно, там никогда не была, но прочитала она достаточно книг, чтобы знать, как там всё должно выглядеть. Бесконечное, тихое пространство, наполненное звёздами, астероидами, и планетами, количество которых превышает годы самых долгоживущих существ.

Конструкты её друзей тоже были здесь, Рэрити лежала рядом, читая журнал, а Пинки, Флаттершай и Эпплджек присоединились к Твайлайт, наблюдающей, как Рэйнбоу и Спайк летают наперегонки сквозь звёзды.

Это было волшебно.

— Твайлайт.

И волшебство быстро закончилось.

— Твайлайт Спаркл, — прогремел голос, и с невольным вскриком младшая принцесса отвернулась от космических просторов, чтобы обнаружить перед собой раздражённую Луну.

Твайлайт потерянно моргнула.

— Луна?

— Принцесса Луна! — взволнованно воскликнуло порождение сна в виде Пинки. — Ты пришла!

Принцесса ночи, однако, не обратила на неё внимания.

— Тебя ждут тренировки, — вместо этого сказала она, и раздражение в её голосе соответствовало резкости действий, когда она топнула копытом, и...

Твайлайт проснулась посреди тёмной спальни Рэрити, с глазами, зудящими от недосыпа.

— Отлично, — прошептала она, когда поняла, что произошло. — Просто превосходно.

Как долго она проспала? Когда её перенесли в спальню?

Принцесса огляделась и, признаться честно, была уязвлена, обнаружив, что единорожки нигде нет, несмотря на то, что часы на стене показывали, что время отхода Рэрити ко сну давно подошло. Ну и ладно. Твайлайт снова свернулась на кровати, закрыла глаза, и боль снова застучала в голове.

Так она лежала там неизвестно сколько, пока по глазам не прошёлся луч света из приоткрытой двери. Внутрь вошла Рэрити, на носу у неё были очки, а с шеи свисала измерительная лента, и с облегчением принцесса поняла, что единорожка просто заработалась.

Твайлайт закрыла глаза и начала внимательно прислушиваться, когда Рэрити подошла ближе, она что-то положила на столик неподалёку и с тихим шорохом поправила пару предметов. После минутного затишья сердце принцессы сжалось в груди, когда единорожка осторожно откинула ей чёлку и погладила по щеке.

После этого Рэрити убрала копыто, а затем взвизгнула, когда магия аликорна удержала конечность на месте.

— Твайлайт? — спросила она, однако, замешательство тут же сменилось беспокойством, когда глаза принцессы открылись и в них показались слёзы. Единорожка тут же придвинулась поближе и положила на неё второе копыто. — Твайлайт? Твайлайт, что случилось?

Принцессу охватил стыд. С чего начали, на том и закончили. Плач. Чувство вины за то, что чувствуешь вину, и все эти знаки, что Рэрити не зря беспокоилась о её психическом здоровье.

— Ничего, — решительно ответила Твайлайт, отпуская копыто единорожки. — Я в порядке.

— Ну хорошо... — после небольшой заминки ответила единорожка, не различив очевидную ложь принцессы, что расстроило Твайлайт гораздо больше, чем она ожидала. Рэрити постояла так мгновение в нерешительности, после чего отступила и неловко склонила голову. — Тогда спокойной ночи.

Единорожка подобрала вещи со стола и побрела прочь.

— П-подожди! — запинаясь, произнесла принцесса, слова вырвались сами по себе, послушавшись не разума, но сердца. — П-принцесса Луна.

Рэрити встала как вкопанная, даже не пытаясь скрыть своё беспокойство.

— Что с ней?

— Луна, — снова повторила Твайлайт, её голос надломился, а слёзы вернулись. — Она хочет, чтобы я опять занималась снохождением.

Принцесса поглубже зарылась в одеяло.

— А я не могу и не хочу.

— Тогда не делай этого, — произнесла единорожка, и Твайлайт ощутила её копыто поверх одеяла. — Ты не обязана. Тебе нужен сон, Твайлайт, настоящий сон.

— Я не могу.

— Не можешь? Что значит, не можешь? Конечно можешь!

— Ты не понимаешь! — воскликнула принцесса, сбрасывая одеяло. — Я физически не могу, она будит меня, стоит мне только заснуть!

Рэрити нахмурилась.

— Что? Нет. Она бы не стала такого делать. Ты уверена? — глаза единорожки расширились, а в голосе зазвучала сталь и гнев, когда принцесса снова спряталась под одеяло. — Так вот почему ты не спишь?! Твайлайт! Она не может так с тобой поступать!

— Ну, может, как видишь! И я не могу помешать ей войти в мои сны и постоянно будить меня, — пожаловалась она. Когда прошло несколько секунд без ответа, принцесса убрала с глаз одеяло и увидела, как единорожка, прищурив глаза, пристально на неё смотрит. — Что? Что такое?

— Она же может входить во сны только жителей Холлоу Шейдс, верно?

— Да, — нахмурившись, ответила Твайлайт. — А что?

— Собирайся, — ответила Рэрити, выходя из комнаты. — Возьми с собой подушку, жду тебя снаружи через десять минут.

— Подушку? Снаружи? Зачем? Рэрити, подожди! Куда мы пойдём?! Рэрити?!

* * *

— Ну как-то так, — объявил Спайк, выходя на небольшую поляну в паре километров от Холлоу Шейдс. Он указал на огни вдалеке. — Мы ближе к Фолл-Харбор, чем к Холлоу Шейдс, и я знаю, что принцесса Луна их сны не посещает.

— Превосходно, дорогуша, спасибо, — произнесла Рэрити с его спины. Твайлайт помогла ей левитировать вниз два чемодана, после чего единорожка спрыгнула. — Здесь-то мы и устроимся.

— Да, согласен, — дракон осмотрелся. — Я принесу дров для костра. Рэрити, встретимся возле перекрёстка.

— Спасибо, Спайк, — ответила принцесса, провожая гиганта взглядом, после чего повернулась к единорожке.

Та как раз достала одеяла из чемодана и расстелила их на земле.

— Я принесла тебе шесть одеял и плед, — произнесла Рэрити, взбивая подушку и укладывая её поверх одеял. — Хватит, чтобы согреться и без костра. Вообще я хотела захватить палатку, но мы так быстро собирались, ну и... Ну и ладно.

Закончив, единорожка отошла и прочистила горло.

— Тебе этого хватит?

— Мне... эм-м, да, спасибо, — ответила Твайлайт, осторожно укладываясь на одеяла, удивившись, какими удобными они оказались.

— Ну вот, — произнесла Рэрити, разворачивая магией плед. — Давай я...

Она замолкла, откашлялась и быстро положила плед обратно на землю.

— Ну, если захочешь, можешь накрыться им.

— Эм-м-м... хорошо, спасибо.

— Да. Ну хорошо. Тут просто достаточно прохладно, и, ну, плед тогда полежит на земле, если понадобится, — единорожка слегка подтолкнула его копытцем к аликорну. — К слову, довольно-таки мягкий.

Прошла неловкая секунда, и Рэрити снова прочистила горло.

— Ну, вот и всё! Пойду к Спайку.

— Хорошо...

— Да, хорошо... Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — ответила Твайлайт, чувствуя, как в горле растёт ком, расстроенная тем, что единорожка уходит, несмотря на сложности в отношениях. — А ты уверена, что не хочешь остаться, пока Спайк не принесёт дрова?

Рэрити замялась.

— Да ладно, дорогая. Тебе надо поспать, а я не хочу навязываться, кудахча над тобой как курица-наседка.

— Хорошо, — тихо ответила принцесса. — Поможешь мне с пледом?

Единорожка заметно повеселела.

— О, конечно! — и не теряя времени она подхватила его с земли и расстелила поверх аликорна. — Знала, что он понадобится.

Рэрити с улыбкой начала подтыкать края пледа под подругу, но веселье быстро улетучилось, когда она увидела слёзы в глазах аликорна.

— Твайлайт...

Она села и, как и раньше, нежно погладила принцессу по щеке.

Твайлайт не удержалась.

— Прости, Рэрити, — тихо, но искренне произнесла она.

— Ох, дорогуша...

Единорожка вздохнула.

— И мне тоже стоит извиниться, — она откинула чёлку принцессы и тихо рассмеялась. — Я такая бестолковая, да?

Твайлайт фыркнула.

— Да и я ничуть не лучше.

— Ах, но это же и не плохо, м? — улыбнулась Рэрити. — Как там в математике? Минус на минус даёт плюс? Так что две бестолковые в сумме дают...

— Одну большую бестолковку, — услужливо перебила принцесса, не в силах удержаться от смеха над выражением лица единорожки.

— Ну не то чтобы совершенно...

— Да просто катастрофическую бестолковку.

Единорожка закатила глаза.

— Ну хорошо, хорошо! У нас тут не сказать, что точная наука! Как бы то ни было, я к тому, что уже довольно поздно, и ты... — она снова поправила одеяло аликорну. — Уже должна спать.

— Подожди, — выпалила Твайлайт, невольно схватив магией Рэрити за передние копыта. Как только она осознала это, то немедленно отпустила, но заставила себя закончить мысль. — А ты можешь остаться? Пожалуйста. Если хочешь. Я пойму, если не захочешь, из-за нашей... ну... ссоры... но...

— Ну-ка, — нежно произнесла единорожка, жестом призывая принцессу к движению. — Подвинься.

Дважды просить Твайлайт не потребовалось, она подчинилась, подвинувшись и позволив Рэрити примоститься рядом. Как только её возлюбленная устроилась, принцесса не удержалась от того, чтобы зарыться мордочкой в её шёрстку, с лёгким головокружением от всего и ничего одновременно, испытав наконец некоторое облегчение оттого, что единорожка прижала её к себе, подоткнув под ними плед.

— Попытайся уснуть, дорогая.

И хотя принцесса правда хотела спать, два вопроса пылали в её разуме, удерживая её в мире неспящих.

Ей надо было знать. Ей надо услышать. Нужен хоть какой-то ответ, чтобы она знала, с чего можно начать.

— С Луной всё будет хорошо? — спросила она, и сразу же нашла в себе силы для второго вопроса. — Будет ли всё хорошо у нас с тобой?

Мгновение тишины, а затем Рэрити осторожно ответила:

— Да.

— Откуда ты знаешь?

— А я и не знаю. Просто надеюсь, что так будет, — созналась единорожка. — В конце концов, мы прошли и через худшее. И если всё пойдет не так как надо, ну что ж...

Она крепче прижала Твайлайт, которая уже клевала носом, но всё же уловила едва заметные нотки неуверенности в голосе Рэрити.

— Значит, и это нам надо будет как-то пережить.

* * *

Именно после этой ночи для Твайлайт всё изменилось, вещи обрели кристальную ясность, когда бессонница, без конца мучившая её, отступила, и что забавно, в эту ночь она едва ли выспалась. Она спала, ну может... четыре, пять часов, а всё остальное время, пока Рэрити не проснулась, размышляла о магии хаоса.

О своей одержимости.

Хотя назвать так то состояние было не совсем правильно. Некорректно.

Легко сказать, "одержимость". Словно какая-то злобная магия овладела её телом, заставив делать ужасные вещи, которые она бы никогда не совершила по собственной воле. Но это неправда. Настоящий ужас той магии, то, что делало её поступки по-настоящему пугающими, это то, что всё это время это были её собственные побуждения.

Магия хаоса озвучила и дала силы мыслям, но только потому, что изначально эти мысли присутствовали. Мысли, страхи, неуверенность, сомнения, благодатная почва для ростков коварной магии хаоса.

Магия испортила их, как дурные примеры — несмышлёных жеребят..

— Давайте поиграем в поиск принцесс! — крикнула кобылка, одна из многих, собравшихся в "Стране Грёз" на следующий день после возвращения Рэрити и Твайлайт.

— Я нашла принцессу Твайлайт! — со смехом воскликнул жеребёнок и приложил к аликорну копыто.

— А я найду принцессу Луну! — заявила Райнстоун, прыгая на месте, после чего повернулась к Даску Стару, что сидел в углу с довольно кислой миной, обнимая своего медвежонка. — Поищешь со мной, братец?

— Нет, — проворчал он. — Это дурацкая игра.

— Ну что ты, глупыш, это весёлая игра, — возразила Инкредентия, поворачиваясь к другим жеребятам. — Если мы продолжим практиковаться, то наверняка рано или поздно найдём настоящую принцессу Луну!

— Нет, не найдём, — резко и с уже знакомой Твайлайт пугающей решительностью в глазах перебил чейнджлинга Даск.

Все взгляды оказались устремлены на него.

— О чём ты? — спросила кобылка, пока взрослые обменивались многозначительными взглядами.

Даск нахмурился.

— Я имел в виду... — жеребчик оборвал себя, на миг задержал взгляд на Твайлайт, стиснул зубы и отвернулся. — Неважно, забудь.

Кобылка склонила голову набок.

— Но...

— Я же сказал, неважно! — вспылил Даск, напугав остальных жеребят и свою младшую сестру.

Секунды на три, а затем один из старших жеребчиков захихикал и ткнул в его направлении копытом.

— Подождите! А я знаю, что с тобой не так! — торжествующе воскликнул он.

— Не так... со мной?! — поперхнулся от возмущения Даск, после чего в гневе вскочил, отбросив мишку в сторону. — Всё со мной так! Заткнись!

Рэрити шагнула вперёд.

— Дети.

— Да, не так! — продолжил жеребчик со всем самодовольством и ликованием знающего, что он прав, жеребёнка; он вынес свой обвинительный вердикт. — Ты под магией хаоса!

От этих слов Даск замер, а жеребчик, видя его реакцию, засмеялся и начал дразниться, что остальные тут же подхватили.

— А Даск под хаосом, Даск под хаосом!

— Н-нет! Нет, не правда! Нет во мне никакой магии! — закричал он в ответ, прижав ушки к голове и со слезами на глазах, его возражения звучали скорее как сдавленные мольбы.

Для Твайлайт это было уже слишком. Слишком знакомо.

— Эй! — воскликнула она, вставая между плачущим жеребёнком и остальными, расправляя крылья, чтобы оградить его от толпы. — Ну хватит вам! Разве вы не видите, что расстраиваете его?

Жеребята замолкли, и принцесса с сочувствием и улыбкой повернулась к Даску.

— Всё хорошо, — нежно произнесла она, припадая на передние копыта. — Ты как?

Даск на мгновение растерялся, неуверенно глядя на неё сверху вниз.

— Принцесса Твайлайт... — слова вырвались испуганным шёпотом, такое знакомое чувство.

К сожалению.

К сожалению, то, что последовало дальше, было ещё более знакомо, выражение лица жеребчика ожесточилось, брови сошлись, а зубы стиснулись, и с рыком Даск оттолкнул аликорна.

— Отвали!

Твайлайт потрясённо отступила назад.

— Но Даск, я пытаюсь помочь...

— Заткнись! Ты врёшь! — в ярости перебил он, прижавшись к стене, пока все пони вокруг в шоке смотрели на происходящее. Жеребчик по очереди посмотрел на всех, на жеребят, сгрудившихся вокруг взрослых, на сестру, охваченную ужасом, и это зрелище, казалось, лишь усилило его гнев. — Ты не пытаешься помочь! Со мной и так всё в порядке! Держись от меня подальше!

— Это... это магия хаоса! — ахнула кобылка, вцепившаяся в ногу Рэрити, совершенно не замечая потрясённого лица единорожки. — Она делает его плохим!

— Дети, прошу, — произнесла Твайлайт, когда после заявления кобылки последовал очередной хор вздохов. — Не говорите так...

— Отвалите от меня, все вы! — проревел Даск и, забежав в пекарню, хлопнул дверью.

Потрясённые жеребята переводили взгляд с двери на взрослых и обратно, тишина нарушилась, когда Райнстоун, разрыдавшись, бросилась в ноги к Инкредентии.

— Я не хочу, чтобы Даск был плохим! — навзрыд произнесла она, плач тут же подхватили остальные жеребята.

— Он не плохой! — беспомощно воскликнула чейнджлинг, утешая кобылку. — Он просто... просто...

— Инкредентия.

Не зная, что сказать, Инки повернулась к Рэрити, в выражении лица единорожки не читалось никаких эмоций.

— Сходи за Пинки, а затем позаботься о детях, — бросив быстрый взгляд на принцессу, Рэрити направилась в пекарню, оставив дверь приоткрытой.

Твайлайт немедля последовала за ней. Внутри, прижавшись к стойке, сидел Даск. И пока единорожка шла к нему, она телепортировала к себе устройство для измерения магии хаоса от профессора.

— Даск Стар? — с нежностью в голосе позвала Рэрити. — Дорогу...

— Я не плохой! — перебил жеребчик, не отрываясь от стойки. — Не плохой!

— Никто и не говорил, что ты плохой, Даск, — продолжила единорожка, бросив ещё один быстрый взгляд в сторону аликорна. — Здесь все за тебя волнуются.

— Неправда! — воскликнул он, поднимая голову. — О-они все сказали, что я...

Взгляд жеребчика наткнулся на измерительное устройство, и он немедленно вскочил.

— Зачем ты взяла её?! Этой штукой профессор измерял уровень плохой магии! — глаза Даска наполнились слезами. — Во мне магия хаоса?!

Твайлайт заметила, что счётчик щёлкнул и стрелка поднялась до шести пунктов.

— Дорогуша, — осторожно начала Рэрити. — Пожалуйста, тебе надо успоко...

— Нет никакой магии хаоса! — закричал он, направив свою ярость на двух кобыл. — Вы всё выдумали! Старейшина Муншайн мне всё рассказала!

Единорожка сохраняла спокойствие.

— Что именно она тебе сказала?

— Что... что вы всё врёте, — ответил жеребчик, и теперь в его голосе звучал не только гнев, но и горечь. — Что вы врёте про то, что принцесса Твайлайт аликорн! И... и что принцесса Луна настоящая, и... и...

Даск подавился собственными словами.

— И она сказала мне, что ты попытаешься сказать мне, что всё это неправда!

— Даск, — вмешалась Твайлайт, выбирая слова осторожно, словно обходя ядовитые колючки. — Я и есть аликорн.

— Нет! — огрызнулся он. — У тебя механические крылья! Я проверил!

— Но это не так! — беспомощно и раздражённо воскликнула принцесса. — Они настоящие! Ты думаешь так из-за магии хаоса!

— Твайлайт! — рявкнула Рэрити, отчего перепуганный жеребчик снова прижался к стойке, а стрелка на устройстве замерла на семи. — Ты не помогаешь!

— Ну извини! — воскликнула Твайлайт. — Но это правда! Как нам бороться с проклятием, если ему нельзя даже сказать, что я правда настоящая?!

— Да, ты права, я знаю, но...

— Она не настоящая! — перебил Даск.

В этот миг дверь открылась, и троица повернулась, чтобы увидеть, как входит Пинки, неся с собой крылатого медвежонка, позабытого жеребчиком.

— Всем приветик! — поздоровалась она, закрывая за собой дверь. Она улыбнулась и подняла игрушку повыше. — А смотри, кто по тебе скучал!

Гнев Даска тут же поутих, а его взгляд замер на медвежонке.

— Мистер Дракон сказал мне, что ты очень опечален! — продолжила земнопони, не спеша подходя к жеребёнку. — Прям супер-дупер опечален! И он от этого сам расстроился, потому что не может помочь тебе, как обещал!

Пинки прошла мимо двух кобыл, припала к жеребёнку и протянула ему игрушку.

— Он тебе ещё нужен?

Раздираемый противоречиями, Даск сильнее прижался к стойке. Он поднял взгляд на Рэрити, когда она обратилась к нему.

— Даск. Ты когда-нибудь слышал хоть об одной пони, что может входить в чужие сны? Или, может, даже лично знаешь такую?

— Н-нет. Только принцесса Луна, если бы она была настоящая.

Единорожка проигнорировала комментарий и продолжила.

— А как ты думаешь, почему кроме неё никто не научился входить во сны?

— Потому что только аликорны так могут?

Рэрити кивнула.

— Верно. И этот мишка... ты же видел его только во сне? Видел, как принцесса Луна сделала его специально для тебя, и видел там принцессу Твайлайт, м? И сразу после того, как ты проснулся, Мистер Дракон уже был там, рядом с тобой, уже ждал тебя.

Он кивнул, как раз, когда принцесса подошла поближе, уловив, к чему ведёт единорожка. Вот и он, заключительный результат всей проделанной работы.

— Ну так, а как бы могло такое случиться, если бы я была не настоящей? — спросила Твайлайт, стараясь брать пример с возлюбленной и оставаться такой же спокойной и собранной. — А никак! Это буквально невозможно войти в чьи-то сны, если только ты не аликорн.

Даск молчал, не отрывая взгляда от медвежонка.

— Ну разве в этом нет смысла? — подбодрила его Рэрити.

Взгляд жеребёнка обратился к единорожке.

Затем перешёл к аликорну.

А стрелка прибора переместилась на восемь.

— Нет.

— Нет? — спросили они, широко раскрыв глаза, когда Даск, нахмурившись, посмотрел на Твайлайт.

— Ты прочитала мои мысли.

Воцарилась тишина, пока три кобылы уставились на жеребёнка, который явно сошёл с ума, полагая, что кто-то на такое способен.

— Я что? — выпалила принцесса, совершенно сбитая с толку. — Даск, я... я прочитала твои мысли?

— Да! Как тогда, в парке! Ты читала мысли Рэрити, Роузи, Рэдвуда и мои!

Твайлайт не была уверенна, что случилось первым. Её сердце едва не остановилось, или послышался испуганный вдох Рэрити.

"Я, кажется, ужасно перенапрягла глаза во время работы. К счастью для меня, принцесса Твайлайт оказалась достаточно добра, чтобы направлять меня с помощью заклинания. Видите ли, она посылает мне сведения прямо в голову".

"Правда?!"

"Да, правда. Я действительно могу читать её мысли и делиться своими".

Принцесса замерла, чувствуя слабость в каждой частичке своего тела, едва замечая, как возлюбленная шепчет её имя.

Едва замечая, как шкала прибора поднялась до девяти.

"Как ты это сделала?!"

"Она принцесса Твайлайт! Она всё может, прямо как принцесса Луна!"

"Принцесса Твайлайт, а можешь прочитать мои мысли? О чём я сейчас думаю?!"

— Ага! — продолжил жеребчик, думая, что оказался прав, когда ответом послужило лишь молчание. — Ты читала мои мысли! И ты не можешь войти в мои сны! Так-то!

— Что?! — совершенно растерявшись, спросила Пинки. — Что происходит?! О чём он?!

Земнопони испуганно повернулась к принцессе.

— О чём он?!

— Н... нет. Нет, — прошептала Твайлайт, отчаянно пытаясь отыскать хоть какое-то здравое объяснение, в шоке от того, что их дурацкая, глупая игра... О звёзды. — Нет! Нет, я...

— Что нет?! — топнул копытом Даск.

— Я не могу! — воскликнула она, и каждое слово больно жгло горло. — Я не могу! Не могу читать мысли!

— Нет можешь! Ты знала, что мне нравится Инкредентия! Знала, что Поузи боится пауков!

— Нет, — ответила она, боясь того, что ей предстояло сказать дальше. — Я... я солгала. Я не могу читать мысли, это был... розыгрыш.

Большего магии хаоса не понадобилось, шкала счётчика достигла десяти.

— Солгала... — повторил Даск, и на мгновение стал похож не на жеребёнка, захваченного хаосом, а малыша, который обнаружил обман взрослого, которому доверял.

Принцесса попыталась хоть как-то спасти положение.

— Да. Да, но это не имеет ничего общего со снами! Это было...

— Обманщица! — перебил жеребчик, и в его глазах Твайлайт как будто бы увидела себя, в тот день, когда её поглотила боль, разочарование и гнев. — Лгунья! Точно так же ты врала и про то, что ты принцесса! И про принцессу Луну тоже всё ложь!

В гневе Даск оттолкнул медвежонка и побежал прочь к выходу, открыл дверь из комнаты и обнаружил, что все жеребята всё ещё в холле, смотрят на него широко раскрытыми глазами.

— Братик, что случилось?! — захныкала Райнстоун, отрываясь от Инкредентии. — Почему ты злишься?

— Они всё врали! — в чистой ярости кричал он, пугая друзей. — Принцесса Луна не настоящая! Принцесса Твайлайт вообще не принцесса, и даже не аликорн! У неё механические крылья, она не может читать мысли, она вообще ничего не может! Они всё нам врали! Всё это...

Даск от боли подавился собственными словами.

— Всё это ложь!

— Нет, стой! — ахнула Твайлайт, бросаясь за ним. — Он вр-ммпф!

Принцесса затормозила и обернулась, её рот был зажат знакомой магией. Совершенно сбитая с толку, она посмотрела на Рэрити, и её недоумение лишь усилилось, когда единорожка и Пинки лишь покачали головами.

— Принцесса! — расстроено прошептала земнопони.

Твайлайт беспомощно посмотрела в ответ, её рот всё ещё был зажат магией.

— Как это, не настоящие?! — спросил жеребчик из толпы, там, в холле. — Конечно настоящие!

— Нет, враньё!

— М-м-мпф! — снова в отчаянии попыталась заговорить принцесса, указывая на жеребят, из желания не позволить Даску причинить ещё больше вреда. Когда Рэрити развеяла магию, Твайлайт продолжила, шёпотом. — Но он же врёт!

— И из-за этого мы должны настроить всех против него?! — с чувством зашептала единорожка в ответ, вставая. — Твайлайт, он всего лишь жеребёнок! Если сказать ему, что он не прав, это ничего не даст!

Сжигаемая стыдом, принцесса прижала ушки к голове.

— Да, знаю! Извини, правда, но... но должны же мы сделать хоть что-то!

— Проклятье, Твайлайт, а тебе не кажется, что мы и без того достаточно наворотили?! — резко выпалила Рэрити, жестоко, по отношению не только к принцессе, но и к самой себе. Когда Твайлайт притихла, прижав ушки ещё сильнее, единорожка смягчилось. — Прости... прости. Я просто... Пожалуйста, просто...

Не найдя слов, она прошла мимо аликорна к жеребёнку.

— Даск, — голос единорожки прозвучал вымученным, но всё же сдержанным, и когда жеребчик поднял на неё взгляд, она продолжила. — Ты же помнишь мои слова? Не важно, что мы говорим. Важно то, во что ты веришь, что точно знаешь.

Голос Рэрити надломился.

— Пожалуйста.

Разрываемый противоречиями, Даск просто уставился на неё, но вместо ответа он выбежал из "Страны Грёз", оставив за собой десятки потрясённых жеребят.

Плач Райнстоун заполнил здание.

— При-и-и-и-инцесса Тва-а-а-а-айла-а-айт!

Оттолкнувшись от передних копыт Инкредентии, хныкающая кобылка бросилась к аликорну и прыгнула к ней в объятия, чуть не сбив её с ног, после чего зарыдала.

— Ты правда меня обманула?! — завопила Райнстоун, прижимаясь к аликорну. — Зачем ему говорить такое?! Он что, теперь правда плохой?! Принцесса Луна что, не настоящая?!

Её плач снова наполнил комнату, и вскоре к нему присоединились остальные жеребята, все они бросились к Твайлайт в своём отчаянии, в ужасе от одной только мысли, что всё, во что они верят, может оказаться неправдой.

— Дети, дети! — произнесла принцесса, стараясь как-то убедить их, пока они дёргали её крылья, ноги, попутно заливая слезами. — Конечно же я настоящая! И принцесса Луна, и... и всё остальное!

— Тогда зачем ему так говорить?! — расстроенно спросил жеребчик. — Это из-за плохой магии?!

— Я... Он просто... просто не верит, — ответила Твайлайт в каком-то оцепенении. Даск перешёл от полной веры к полному её отсутствию, и было просто невыносимо думать, что всех присутствующих жеребят можно просто переключить, не сложнее чем щёлкнуть выключателем света. — Не верит в нас.

— Но мы же верим, правда?! — воскликнула Пинки. — Так ведь?!

Раздался хор всхлипывающих, приглушённых согласий.

После некоторых "Да!" и "Угу" Райнстоун решительно закричала, крепко-крепко обняв Твайлайт.

— Мы в тебя верим, принцесса Твайлайт!

— Есть идея! — воскликнула Инкредентия, заметив явное истощение оставшихся взрослых. — Почему бы нам не пойти наверх и не написать письма Даску, чтобы убедить его, что они настоящие?

Ободрившись, жеребята согласно закивали. Они обняли Твайлайт, на всякий случай ещё раз подёргали принцессу за крылья, чтобы убедиться, что они настоящие, а затем поспешили вслед за чейнджлингом. Только когда они ушли, кто-то заговорил.

— Что же нам теперь делать? — растерянно спросила Пинки.

— Не знаю, — понуро ответила Рэрити. Она повернулась к земнопони со слезами на глазах. — Пинки, мне так жаль... мы... мы не знали, что так получится, и...

— Мы не сделали ничего плохого, — немедленно вмешалась принцесса, всё это время она старалась держать язык за зубами, но сейчас она решила, что с неё хватит. Хватит брать вину на себя, хватит позволять делать тоже самое любимым. Хватит, вины и так было слишком много в её жизни.

— Но, Тва...

— Мы не сделали ничего плохого! — повторила Твайлайт, почти даже с мольбой в голосе. — Это не наша вина! Мы не могли знать, чем это кончится. И нас нельзя винить за то, что мы просто хотели немного повеселиться! За один единственный раз, когда наплевали на всё и решили расслабиться!

— Расслабиться?! Наше расслабление просто стёрло все шансы на успех!

— Ничего подобного! Мы знали, что магия хаоса даст отпор! Если не ожерелья, она бы нашла другую лазейку, чтобы испортить нам все планы! Нет тут нашей вины!

— Но чтение мыслей и...

— Не важно! Буквально, не важно! Более того, его заявление само по себе противоречиво! Если я солгала о чтении мыслей, тогда откуда я должна была узнать, как выглядел его медвежонок, кроме как через снохождение?!

— Значит ли это, что мы сможем убедить его нам поверить?! — спросила Пинки с улыбкой, явно наполнившись надеждой.

Единорожка покачала головой, вытирая глаза.

— Нет. Разве ты не слышала? Магия хаоса найдёт способ обратить его против нас, — она горько рассмеялась. — Ну что ж, два года потрачены впустую, да?

— Неправда! — запротестовала Пинки. — Это был и остаётся хороший план! И он ещё может сработать! Один жеребёнок ещё ничего не значит, посмотри на других, они-то верят!

— Прямо как Даск всего три дня назад! — огрызнулась Рэрити, взволнованно расхаживая кругами по комнате. — И даже если мы не повторим тех же ошибок с остальными жеребятами, магия хаоса всегда найдёт путь! Мы просто не можем победить, пока она здесь! И что мы скажем принцессе Луне?!

Она остановилась и каким-то образом стала казаться ещё белее, чем обычно.

— Звёзды небесные, что мы скажем принцессе Луне?

Пинки, глубоко задумавшись, нахмурилась.

— Ну, правду, конечно! Она легко всё это воспримет, правда, принцесса Твайлайт? — увидев смущённое выражение лица аликорна, она как будто слегка подсдулась. — Принцесса Твайлайт?

— Звёзды небесные, — прошептала единорожка, осматриваясь в поисках подушек. — Мне надо прилечь.

— Подождите! — быстро произнесла Твайлайт, пытаясь успокоить как друзей, так и саму себя. — Может, это и хорошо! Помните, о чём я говорила, когда только пришла сюда? Луна, может, сама себя держит в ловушке! Так что эта неудача работает на нас! У неё не останется оправданий! Если она сама себя держит здесь, то это заставит её действовать!

Рэрити недоверчиво уставилась на аликорна.

— Заставит действовать? Твайлайт, ты с ума сошла? Действовать? О чём ты вообще говоришь?! Вспомни, что случилось с тобой, когда я попыталась заставить тебя действовать!

— Рэрити, всё хорошо, я знаю, что принцесса Луна справится! — заявила Пинки, привлекая внимание единорожки. — Я верю в неё, и верю, что она верит в нас! Она бы меня не бросила! Да не только меня, любого из нас! Я поговорю с ней, и всё будет как надо.

— Ох, Пинки, прошу, — расстроенно произнесла Рэрити. — Посмотри, как она тебя избегает! Посмотри, как она каждую ночь загоняет Твайлайт, элементарно не давая ей поспать!

— Тогда я... когда принцесса Твайлайт... скажет ей, то она поймёт, что творит глупости, и мы вместе придумаем, как быть! Просто надо верить, что с ней всё хорошо!

Столкнувшись с молчанием, которое говорило само за себя, земнопони не подав виду продолжила:

— Ну... ну и ладно! Я верила в принцессу Луну всю свою жизнь и верить не перестану, даже если остальные сочтут меня сумасшедшей!

Единорожка наконец смягчилась и сделала глубокий вдох.

— Ну хорошо. Хорошо, если ты так этого хочешь, то мы ей всё расскажем, — она повернулась к аликорну. — Полагаю, у нас нет особого выбора, м?

Твайлайт покачала головой, готовясь к последней ночи.

— Нет. Думаю, что нет.

* * *

Лишь к глубокой ночи Твайлайт нашла в себе достаточно смелости, чтобы поговорить наконец с Луной. Часовая беседа с Рэйнбоу, Эпплджек, Флаттершай и профессором Эйвом показала, что все они поддерживают план, предложенный Пинки.

Луна должна знать, и будь что будет.

— Всё будет хорошо, — пообещала Пинки, обнимая принцессу перед тем, как та погрузилась в транс. — Просто верь!

Просто верь, повторяла себе Твайлайт, закрывая глаза и тут же открывая, оказавшись в царстве грёз, цепляясь за эту мысль, когда увидела, как вдалеке Луна просто сидит и смотрит на мигающие от кошмаров двери.

— Луна! — крикнула она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно радостнее. Или лучше было говорить серьёзно? Не ухудшит ли ситуацию её излишняя жизнерадостность?

— Твайлайт Спаркл, — поприветствовала её тёмная кобылица, и каково же было удивление младшей принцессы, когда Луна поднялась с гордостью в выправке, но и... с раскаянием? — Вчера ты не явилась на тренировку.

— Нет. Я... — Твайлайт протолкнула ком в горле. — Мне надо было поспать. Извини.

Принцесса ночи посмотрела на двери вдалеке.

— Значит, ты уснула за пределами сего города? — в ответ на молчание Твайлайт выражение лица принцессы смягчилось, и она повернулась к младшей кобыле. — Я... Похоже, я сглупила, и не только в отношении тебя.

Она прочистила горло.

— Как бы то ни было, я рада, что ты наконец смогла немного отдохнуть. А сейчас нам следует продолжить твоё обучение.

— Погоди, ты не расстроилась? — спросила Твайлайт, ожидая совершенно другой реакции.

Луна на мгновение притихла, но после заговорила:

— Я предалась размышлениям в твоё отсутствие и измыслила, что ты права. Пинки понадобилась неделя, чтобы вернуться ко мне. А с юным Даском и трёх дней не минуло, нужно лишь набраться веры и подождать.

Твайлайт резко захотелось умереть. Снова.

— О... И правда.

Луна нахмурилась.

— Что-то не так? Твой вид говорит о недовольстве.

— Нет-нет, ничего подобного! — выпалила младшая принцесса, пытаясь сообразить, как, во имя Эквестрии, она должна сказать то, что собиралась сказать. Она снова сглотнула ком в горле. — Я просто хотела с тобой кое о чём поговорить.

— Понимаю... Но твоим мыслям до́лжно подождать.

— Мне-е-е кажется, это не то, что может ждать.

— Если и так, — произнесла Луна и указала копытом куда-то позади Твайлайт, —  то это ждать тоже не будет.

Младшая принцесса обернулась и увидела целую россыпь мигающих дверей, казалось, с момента её появления их стало в разы больше. И вообще, осмотревшись, она поняла, что большая часть дверей грёз была охвачена кошмаром.

Больше, чем она когда-либо видела.

И все с кьютимарками жеребят, что видели вспышку гнева Даска.

— О нет, — в ужасе прошептала Твайлайт. — Нет-нет-нет-нет-нет.

— Странно, — задумчиво произнесла Луна.

— Странно?! — взвизгнула младшая принцесса, после чего прочистила горло и, можно сказать, пропищала. — Почему странно?

Под пристальным взглядом Луны она нервно рассмеялась.

— Ха-ха... Глупый вопрос, да.

— Насколько мне известно, сегодня не должно быть каких-то больших событий, — продолжила Луна, проходя мимо Твайлайт к ближайшей двери. — Единственный раз, когда я видела столь много кошмаров — это "Ночь поисков".

— Луна, подожди, — Твайлайт бросилась нагонять её. — Пожалуйста, нам надо поговорить, это очень важно!

— Разговоры подождут, — строго ответила принцесса. — Что-то не так. Единовременные кошмары обычно имеют общий источник. Найдя его, мы сможем...

Она замолкла и указала на чернейшую дверь вдалеке.

— Там.

— Луна! — крикнула Твайлайт, топнув копытом, когда принцесса ночи телепортировалась к той далёкой двери.

Не имея другого выбора, Твайлайт последовала за ней, чувствуя, как страх усиливается оттого, что дверь, как оказалось, принадлежит Райнстоун.

— Райнстоун? — настороженно пробормотала Луна.

— Принцесса, — снова позвала Твайлайт, бросаясь вперёд и заслоняя собой дверь. — Нам правда надо поговорить, прямо сейчас. Пожалуйста.

Глаза Луны заметались между младшим аликорном и дверью, пока её выражение лица не омрачилось.

— Что-то пошло не так, — заявила она, и когда Твайлайт опустила взгляд и не ответила, рог Луны засиял, и за спиной перепуганной принцессы дверь распахнулась.

— Стой! — выпалила Твайлайт, взвизгнув, когда принцесса просто протолкнулась мимо неё и исчезла за дверью. — Луна, подожди!

Твайлайт последовала за принцессой и, в прямом и переносном смысле, попала в кошмар, столкнувшись лицом к лицу с Райнстоун, прижавшейся к стене "Страны грёз", взгляд её и Луны был обращён на конструкт из сна, принявший форму Даска Стара. Ужасная, тёмная аура окружала жеребёнка, а его глаза горели жёлтым. Он направлялся прямо к сестре.

— Неправда! — со слезами на глазах кричала кобылка. — Принцесса Твайлайт аликорн! И она не врёт!

— Все они врут! — проревел Даск. — Все они подделки!

— Что случилось?

Твайлайт была так отвлечена на жеребят, что не сразу поняла, что принцесса обращается к ней, пока вопрос не прогремел повторно.

— Твайлайт Спаркл! Что произошло?! — затребовала ответа Луна и точь-в-точь как и Райнстоун Твайлайт прижалась к стене. — Отвечай!

— Я... я...

— У неё крылья! — закричала в ответ кобылка, да так громко, что Твайлайт практически не слышала собственных мыслей. Райнстоун отпрянула от стены и ударила копытом по полу. — И рог! Не бывает и того и другого, только если ты не принцесса!

— Они поддельные, смотри!

И перед кобылкой из ниоткуда появилась пара лавандовых крыльев, слегка подрагивающих, будто бы живущих своей собственной жизнью. Твайлайт замутило, ведь её крылья точно так же подрагивали на её собственном теле.

— Я сорвал её с них, они фальшивка, а она лгунья!

— Они... п-поддельные? — спросила Райнстоун, с тем же непониманием в голосе, что и у Даска, когда он подумал, что его предали. Глаза кобылки вновь наполнились слезами, и так же, как и вне сна недавно, она начала рыдать.

— Довольно! — явно потрясённая, воскликнула Луна и двинулась в сторону Райнстоун, озаряя помещение своей магией. — Бедное дитя...

— Принцесса Тва-а-а-а-а-айла-а-а-айт! — внезапно заныла кобылка, в отчаянии зовя на помощь. — Я хочу принцессу Твайлайт! Принцесса Тва-а-а-а-айла-а-а-айт!

Луна замерла.

И вскоре магия на её роге потухла.

Она заговорила:

— Чего же ты ждёшь, принцесса Твайлайт?

Без страха в голосе.

Без какого-либо волнения.

Спокойная, ледяная собранность.

Не осмеливаясь взглянуть на старшего аликорна, Твайлайт бросилась к кобылке и стала для неё видимой, несчастная Райнстоун заплакала от облегчения.

— Принцесса Твайлайт! — ахнула она, когда Твайлайт прижала малышку к себе передними копытами. — Ты же правда принцесса?!

— Правда, — ответила Твайлайт, зажгла рог и развеяла порождение кошмара. Покончив с этим, она повернулась обратно к Райнстоун и улыбнулась. — У тебя просто был кошмар, но больше он тебя не побеспокоит.

— А ты всегда позаботишься о моих снах? — спросила кобылка, потирая глаза.

Принцесса поколебалась.

— Я... Ну...

Прежде чем она успела договорить, голубая магия окутала кобылку, и она тут же уснула, к большому удивлению Твайлайт.

— Чт... — она подняла взгляд, как раз вовремя, чтобы увидеть, как рог Луны затухает. — О. Эм-м. Спасибо.

— Она знает, что произошло? — тут же спросила ночная принцесса. Сдержанно.

Твайлайт нервно сглотнула.

— Да, но... Эй! — она испуганно смотрела, как Райнстоун в облачке магии вылетела из её копыт и взлетела в воздух. — Принцесса Луна?

Магия, окутывающая Райнстоун, мягко запульсировала.

— Луна! — воскликнула младшая принцесса, поднимаясь. — Что ты делаешь?!

Луна не потрудилась ответить, пульсация усилилась, и пейзаж вокруг изменился. Жеребята всех возрастов окружали их, в толпе был и конструкт Райнстоун, и когда двери пекарни распахнулись и появился Даск, Твайлайт поняла, что происходит.

— Луна, хватит! — взмолилась младшая принцесса, а воспоминания тем временем продолжались, Даск кричал всем вокруг, что всё ложь. — Нельзя так делать! Ты насильно заставляешь её показывать тебе свои воспоминания!

— Сие не причиняет ей боли. Это и есть хождение по снам. Мы исследуем чужие воспоминания, чтобы найти причину их страданий, — резко ответила Луна.

— Но ты не ей помогаешь! — запротестовала Твайлайт. — Ты сама говорила мне, что не должно пользоваться чужими снами для собственной выгоды!

Принцесса ночи не снизошла до ответа.

Вместо этого она продолжила наблюдать, и выражение её лица постепенно омрачалось по мере продвижения воспоминания.

Она смотрела, как Даск назвал её не чем иным, как выдумкой.

Смотрела, как жеребята к нему прислушиваются, разрываясь между верой и её отсутствием.

Смотрела, как все бросились к Твайлайт, потому что уж в неё-то они верили.

Увидев достаточно, Луна сверкнула рогом, и сон начал таять. Жеребята исчезли, исчезла и "Страна Грёз", а выражение лица Райнстоун смягчилось, став выражением обычной спящей кобылки.

Аккуратно опустив Райнстоун на пол, принцесса ночи заговорила.

— Твоё обучение завершено.

Твайлайт удивлённо склонила голову набок.

— Что?

— Обучение снохождению завершено, — повторила принцесса, отворачиваясь и направляясь к двери. — Теперь я вижу, что ты в должной мере способна перенять мои обязанности.

— Стоп, что?! Подожди! — Твайлайт бросилась за ней. — Перенять обязанности?! В каком смысле?! Я не хочу, это твои владения!

В гневе Луна повернулась.

— Отныне они твои, Твайлайт Спаркл. Именно для этого я тебя и обучала!

— Мои? — в шоке переспросила младшая принцесса, а потом всё поняла. — Я знала! Знала, что обучение снохождению было ужасной идеей! Всё это время я думала, что ты готовишь себе замену! Но я не согласна! Я уступила только потому, что это было частью плана!

Крылья Луны встрепенулись и раскрылись.

— Плана?! Плана, который полностью провалился?!

— Этого мы не можем знать наверняка! Я же говорила, что...

— Ты говорила, что он сработает! — прогремела Луна, шагая к Твайлайт, когда та начала пятиться. — Ты говорила, что я стану свободна! Говорила, что игрушка поможет им верить в меня! Ты говорила великое множество вещей, Твайлайт Спаркл, множество глупостей, в которые мне хватило невежества поверить! И что я вижу? Провал! И теперь он сообщает всем жеребятам, что я не существую! Не смей говорить мне про то, что ты говорила, ибо твои уста извергали на меня лишь грязную ложь!

— Я никогда не лгала тебе! Я не утверждала, что план обязательно сработает! — запротестовала Твайлайт, стараясь сохранять самообладание, несмотря на то, что каждое слово причиняло боль. — И слова Даска не имеют никакого значения! Ты же сама видела, что жеребята по-прежнему верят в нас!

— Верят в нас? Быть может, в тебя?! — Луна указала на двери. — Сама посмотри!

— О чём ты?! — спросила Твайлайт, поворачиваясь к дверям. — С ними... всё... в порядке...

Двери исчезали.

Почти каждая дверь, которую она видела, медленно переливались, то исчезая из виду, то появляясь.

"Нет. Нет, они же сказали, что верят! Как такое возможно?!"

— Уже началось! — продолжала Луна. — Их связь с царством грёз уже тает!

— Нет! Нет, это невозможно! — младшая принцесса запнулась, пытаясь осмыслить ужасный поворот событий. Это и вправду невозможно! — Они же только что, буквально секунду назад, так не делали! Это началось, как только ты сказала...

Она замолкла.

Такое чувство, будто Луна сама повелела им исчезнуть, и чем дольше Твайлайт думала над этим, тем более вероятным это казалось.

— Луна, пожалуйста! Ты можешь остановить это! — младшая принцесса повернулась к ней, готовясь использовать своё последнее и главное оружие, то, что, как она верила, и было источником всего. — Ты делаешь это! Ты держишь сама себя взаперти!

— Держу себя взаперти?! Только то, что ты сделала это с собой, не значит, что я делаю то же!

— Но это так! — запротестовала Твайлайт. — Именно так он и действует! Настраивает нас против самих себя! Он воспользовался моей виной! И он пользуется твоими сомнениями против тебя!

— Твайлайт, я заточена! В ловушке, в пещере без света, без физического тела! Зачем мне это с собой делать?!

— Я знаю, как это звучит! И думала ровно о том же! Но я бы не говорила сейчас этого, если бы не видела, как это происходит! — младшая принцесса искренне взмолилась. — Пожалуйста, Луна, просто позволь помочь тебе, вместе мы всё исправим. Вместе мы станем лучше!

— Ты?! Позволить помочь?! — в гневе воскликнула принцесса ночи. — Именно из-за тебя я оказалась в ловушке!

Если время могло бы остановиться, то прямо сейчас для Твайлайт оно бы остановилось. А казалось, что именно это и произошло, её дыхание, биение сердца, сама жизнь, всё засияло в кристально чистом свете, даже несмотря на то, что она утратила остатки терпения.

— Из-за меня?! — Твайлайт почувствовала, как расправляются крылья, как забурлила кровь в жилах. — Я хотела поговорить с Дискордом! Хотела перевоспитать его! По-настоящему! Где здесь моя вина?! Её нет, и никогда не было!

Она закричала, и слёзы негодования заполнили её глаза.

— Это ты заставила пойти на обман!

— Неправда!

— Не отрицай! — топнула копытом Твайлайт, отказываясь уступать. — Ты, Кейденс и принцесса Селестия! И я послушала вас, потому что доверяла Селестии, и...

Презрительный смех принцессы перебил её.

— Да! Да, конечно доверяла! Доверяла сестре моей, всё о чём она не попросит, потому что она была идеальна. Ты бы и на солнце бросилась, прикажи она тебе!

— Ты серьёзно?! Я не видела её тысячу лет! — выпалила Твайлайт. — Единственным нашим общением были три строчки с месяц назад! Я даже не знаю, где она!

Луна улыбнулась.

— Ах, теперь мне понятно, почему первым делом ты решила прийти ко мне, — и Твайлайт Спаркл поняла, что, если бы не текущее положение ночной принцессы, та вполне могла бы убить её.

— Ч-что?! Нет, конечно! — слегка попятилась Твайлайт, отчаянно пытаясь помочь той, кто явно не желал никакой помощи. — Я пришла потому что хотела! Не потому что...

Она подавилась собственными словами, упоминание письма Селестии напомнило ей, что да, приехала она в Холлоу Шейдс отчасти потому, что её попросила Селестия.

— Что? Что! — Луна не давала тишине установиться. Она рассмеялась без веселья в голосе. — Неужели Селестия тебя отправила ко мне?

И когда Твайлайт не стала ничего отрицать, Луна даже слегка попятилась, выглядя почти довольной.

— Понимаю, — и она рассмеялась, с горечью, явно без удовольствия. — Ты и правда достойная ученица, Твайлайт Спаркл.

— Нет! Нет! — замотала головой младшая принцесса, потому что она вправду заботилась о Луне! Заботилась о ней, заботилась о словах, которые та всё равно пыталась переврать и исказить. — Я пришла ради тебя! Потому что я в тебя верю! Потому что Селестия в тебя верит! Потому что все мы в тебя верим!

— Верите?! Прямо как когда ты отвергла мою помощь, когда Дискорд потребовал Спайка?! Как Селестия отмахнулась, когда я предложила ей помочь?! Как вся Эквестрия, уже тысячу лет назад, предпочла забыть о моём существовании, предпочитая солнечные дни сестры?! И сие за тысячу лет не изменилось!

— Неправда! Холлоу Шейдс...

— Холлоу Шейдс?! — перебила Луна.

А затем она рассмеялась. Смеялась и смеялась, пока шутка перестала быть смешной, и перешла в нападение словами, ослеплённая своими эмоциями.

— Тысячу лет я заботилась о них! Тысячу лет я присматривала за ними! Помогала победить свои страхи! Вырасти бесстрашными! Помогала даже если знала, что обо мне они всё равно забудут! — кричала она, пока слёзы прочерчивали дорожки по её щекам. — И что я получила?! Они превратили меня в сказку для жеребят, чтобы на ней зарабатывать! Продавать безделицы и игрушки, зарабатывая на моём горе, и я всё равно заботилась о них! И стоило мне один-единственный раз попросить о помощи, как мне было отказано! Отказано! Почему?! Потому что всем плевать! Всем плевать на меня!

— Пинки точно не всё равно! И никогда не было!

— Пинки здесь НЕТ! — взревела Луна, вставая на дыбы и впечатывая передние копыта в пол.

— Потому что ты сама её не пускаешь! — запротестовала Твайлайт. — Точно так же, как сама делаешь себе хуже!

— ДОВОЛЬНО! — прорычала Луна, снова со всей силы взрывая землю ударом копыт.

А затем это случилось.

И только тогда Твайлайт увидела знакомую тёмную ауру хаоса, окружающую принцессу, просачивающуюся в царство грёз, поглощающую волю старшего аликорна.

— Луна, прошу! — ахнула Твайлайт, её гнев тут же был остужен потоком страха перед самым худшим сценарием. Дискорд не мог влиять на царство грёз, но если его магия найдёт нужного носителя... Она бросилась к Луне и схватила её за копыто. — Остановись, пожалуйста! Тебе надо проснуться! Ты питаешь магию хаоса где-то внутри себя!

— Нет! — принцесса яростно оттолкнула Твайлайт. — Да будет так! Если мирные сны не задерживаются в их памяти, то уж вечный кошмар они наверняка запомнят!

— НЕТ! — ахнула младшая принцесса, поднимаясь и снова в отчаянии подходя к Луне. — Пожалуйста! Прошу, ты не можешь так поступить! Я знаю, что ты чувствуешь! Сейчас всё кажется таким простым, как будто нет другого выхода, но он есть! Не впускай магию в себя! Луна, пожалуйста!

— НЕТ БОЛЬШЕ ЛУНЫ! — прогремела принцесса, чтобы её услышали во всём царстве грёз, исторгая из себя ослепительный взрыв магии, заставивший Твайлайт отступить.

И когда младшая принцесса наконец проморгалась, то увидела, что её будущее кажется таким же чёрным, как бездонная бездна чёрных глаз Луны.

— Принцесса... пожалуйста... — взмолилась Твайлайт, её голос был едва громче шёпота.

— Принцесса Луна мертва. Забыта, — ответила кобылица с какой-то даже нежностью в голосе. — Но волненья прочь, Твайлайт Спаркл. Если пони Холлоу Шейдс не верят в принцессу Луну...

Тёмная принцесса встала на задние копыта, её рог затрещал, начиная вбирать в себя магию, и с улыбкой она дала обещание:

— То они уж точно поверят в Найтмер Мун.

## — Глава 19 — Град заточённый

Всё произошло очень быстро.

Принцесса Луна или, точнее, Найтмер Мун взвилась на дыбы, смерила Твайлайт взглядом своих чёрных глаз и впечатала передние копыта в пол, выпустив вспышку магии.

— Луна! — тщетно умоляла Твайлайт. — Остановись!

Мольбы её остались безответными, так как магия прошла сквозь неё и выбросила из сна обратно в реальность.

Вздрогнув, аликорн открыла глаза и обнаружила себя в мастерской. В помещении царила тишина, и на миг принцессе подумалось, что, быть может, она просто уснула. Что, может, у неё просто был страшный сон.

Но это был не сон.

Где-то там принцесса Луна только что сошла с ума от боли, горя и магии хаоса.

И тут пришла паника.

— Рэрити?! Рэрити!

Она бросилась к двери, замерев, когда вдалеке прогремел взрыв, за которым последовала ударная волна, сбившая принцессу с ног. Книжные шкафы, столы, тумбочки, всё что не было прибито к полу каталось по комнате туда-сюда, предметы падали и разбивались.

— Твайлайт?!

Когда землетрясение прекратилось, Рэрити ворвалась в комнату, а мгновение спустя за ней вбежали Пинки и Инкредентия.

— Не ушиблась?! — спросила единорожка, бросаясь к принцессе и помогая ей подняться.

— Я в порядке, в порядке, — заверила Твайлайт, точно так же осматривая возлюбленную на предмет возможных ушибов. — А ты?

Прежде чем единорожка смогла ответить, Пинки бросилась к принцессе и схватила её за плечи.

— А что с принцессой Луной? С ней всё хорошо?! Принцесса Твайлайт?! — спрашивала земнопони, тряся аликорна как погремушку. — Принцесса Твайлайт, что с ней? Она... Принцесса Твайлайт...

— Пинки, хватит! — взвизгнула Твайлайт.

Тут же почувствовав вину, розовая пони попятилась.

— Извини...

— Спасибо, со мной тоже всё хорошо, — вклинилась Инки и, наткнувшись на хмурый взгляд Рэрити, прочистила горло. — М-м, так, что это было-то?

Принцессе понадобилось несколько мгновений, чтобы взять себя в копыта и ответить.

— Это Луна, — мрачно произнесла она. — Магия хаоса захватила её, и теперь...

Громкий звук удара прервал принцессу, его эхо, казалось, доносилось отовсюду, но вдруг оно превратилось в отдалённый гул. И тут же тёмно-синяя, почти чёрная магия затопила комнату, окутывая всё и каждого в ней.

— Ч-что происходит? — спросила Рэрити, чуть ли не приклеившись к Твайлайт, все четыре кобылы практически окаменели от страха, в ожидании, когда что-нибудь произойдёт.

— Н-не знаю, — дрожащим голосом ответила принцесса.

— Что нам делать? — спросила Пинки.

— Никому не двигаться! — приказала Твайлайт. — Давайте подождём.

Они ждали и ждали, пока сияние магии не исчезло так же быстро, как и появилось, как будто бы ничего не изменилось, да и отдалённое гудение затихло. Никто не шевелился, пока Пинки наконец не нарушила тишину.

— Что поменялось? — громко прошептала она.

Принцесса нахмурилась.

— Эм-м, вроде ничего?

Она нерешительно помахала копытом в воздухе, и когда ничего не случилось, расслабилась.

— Как минимум двигаться безопасно, — заявила она, после чего направилась к выходу из комнаты, желая посмотреть, изменилось ли что-то в других комнатах "Страны Грёз". — Идём!

— Но Твайлайт! Что случилось?! Почему земля тряслась?! — спросила Рэрити, бросаясь вслед за принцессой.

Пинки и Инкредентия пошли вместе с ними, и земнопони повторила вопрос.

— Так что́ случилось с принцессой Луной?!

— Я же уже говорила! — Твайлайт остановилась в холле и повернулась к кобылам. — Она про всё узнала, и когда я сказала ей, что, по всей видимости, она питает магию хаоса, то... Рэрити, ты была права. Она была не готова, и где бы внутри неё ни пряталась магия хаоса, она вышла наружу, и она... ну... не справилась.

— Что значит "не справилась"? — спросила Инкредентия.

Глаза Пинки расширились.

— Она стала плохой? Как ты когда-то?

Твайлайт глубоко вдохнула.

— Да. Думаю, да.

— Н-но Твайлайт, это значит, что она закроется от всех! — потрясённо воскликнула Рэрити. — Как мы найдём её?! Мы и так уже ищем иголку в стоге сена, имея возможность говорить с ней только во снах, а теперь и этого мы не можем! Да звёзды знают, где она может быть!

Принцесса покачала головой.

— Нет-нет! Разве ты не помнишь? Я пряталась не потому, что так сделала магия хаоса, это был мой собственный выбор. А Луна же наоборот провела всю жизнь, думая, что её не замечают, — она обвела вокруг копытом. — Вот это. То, что сейчас происходит, землетрясение, звук, магия повсюду. Это не то, что делает пони, когда хочет, чтобы её не замечали. Что бы она ни делала, она явно захочет, чтобы мы видели.

Стоило ей договорить, как в дверь забарабанили чьи-то копыта, кобылы обернулись и увидели силуэт Рэйнбоу Дэш, видимый сквозь кристальные двери.

— Быстрее, открывайте! — крикнула она, стукнув в дверь ещё пару раз. — Бегом-бегом!

Рэрити нахмурилась, подходя к двери.

— Рэйнбоу Дэш, прекрати! Разобьёшь же! — отчитала она, открывая дверь магией и взвизгивая, когда пегаска промчалась мимо неё. — Рэйнбоу!

Разноцветная молния направилась прямиком к Твайлайт и потолкала её в сторону выхода.

— Летим! Времени нет!

— Куда? Рэйнбоу, погоди! — запротестовала принцесса, пытаясь остановить пегаску. Не дождавшись ответа, она просто левитировала Дэш в воздух. — Да погоди! Куда ты хочешь пойти?!

— Наружу! — воскликнула пегаска, указывая на дверь. — Спайк застрял по ту сторону барьера, и я не могу пробиться!

— Спайк застрял?! — во внезапном приступе паники переспросили в унисон Рэрити и Твайлайт.

— На той стороне "барьера"? Какого ещё барьера?

Рэйнбоу снова начала толкать принцессу к выходу.

— Ну так наружу выйдите, сами и увидите!

— Ну хорошо, хорошо! — Твайлайт повернулась к подругам. — Останьтесь пока здесь, на случай, если ещё кто придёт.

— Дорогуша, постой! — единорожка схватила принцессу, но почти сразу отпустила. — Пожалуйста, будь осторожна.

Она прижала копыто к ожерелью.

— Если понадоблюсь, то вызови меня.

Твайлайт кивнула.

— Так и сделаю. Обещаю.

Принцесса последовала за Рэйнбоу Дэш и первым делом увидела ничего.

— Что...

Она привыкла, что в лесном городке всегда было достаточно сумрачно, ну, учитывая, что они в лесу, но сейчас было просто невероятно темно. Как будто она вышла из "Страны Грёз" не на улицу, а в какую-то пещеру, вдали светили только огни домов и немногочисленные факелы.

— Принцесса, ну, и чего ждём?!

Осветив рогом себе путь, Твайлайт увидела парящую в нескольких метрах над ней пегаску. Принцесса взлетела за ней и последовала мимо деревьев к кронам. И её лёгкий страх обратился настоящим ужасом при виде огромного, больше похожего на купол барьера, целиком закрывшего Холлоу Шейдс и окружающий городок лес, свет едва просачивался внутрь купола.

— О нет-нет-нет-нет.

Она обогнала Дэш и полетела прямиком к барьеру, в процессе наращивая силу заклинания освещения. Купол затрещал искрами прямо на глазах у принцессы, питаемый магией аликорна и хаоса, создавая барьер, к сожалению, хорошо знакомый Твайлайт.

И точно так же, как делала последнюю тысячу лет, она приложила копыто к барьеру и вздрогнула, когда её оттолкнуло.

Что ж.

Это было плохо. Очень, очень плохо, и даже не потому, что ожили старые воспоминания, нет, а потому что она была в ловушке.

Снова.

— Видишь?! — пегаска подлетела поближе, отвлекая принцессу от дыхательных упражнений для успокоения нервов. — Мы со Спайком зависали у Жеребячьей горы, и вдруг какой-то мерзкий звук и землетрясение! Ну и Спайк такой, типа, "Что это было?!" и я такая, типа, "Слетаю посмотрю!" ну, и я полетела, и вдруг вот...

Она врезала копытом по барьеру.

— Эта ляганая штука появилась из ниоткуда!

— Она не появилась из ниоткуда, — произнесла Твайлайт, наконец взяв себя в копыта на достаточно долгое время, чтобы ещё раз присмотреться к барьеру. — Его вызвала Луна.

Рэйнбоу нахмурилась.

— Принцесса Луна? Чего? Это из-за той истории с жеребёнком? Она реально сошла с ума, стала одержимой, как ты, и решила крупно налажать, чтобы уверенно закрепить свой провал?

Твайлайт тут же зарделась.

— Что-то вроде того.

— Но это и хорошо, правда? Ну, не то, что она сошла с ума, конечно, — уточнила пегаска в ответ на пристальный взгляд принцессы. — Но, типа, ты же уже прошла через это! Избавилась от барьера в библиотеке и знаешь, что делать с этим, верно?!

Твайлайт покачала головой и повернулась обратно к барьеру.

— Нет, Дэш. Я смогла снять свой барьер только потому, что моя магия питала его, этот же питает Луна. Если она не уберёт его сама, то...

Она мрачно посмотрела на Рэйнбоу.

— То мы в ловушке. Все мы.

— В ловушке?! Серьёзно?! — пегаска с кувырка налетела на барьер, пытаясь пробить его. — Нет! Нельзя нас держать тут! Я не останусь здесь на сколько, типа, на два года?! На три?! Принцесса, это не вариант!

— Не вариант, — согласилась Твайлайт, после чего полетела вниз. — За мной. Вернёмся в "Страну Грёз". Не хочу зазря лишний раз волновать Рэрити и остальных.

Несмотря на гнетущую темноту, "Страна Грёз" отчётливо выделялась. Свет сочился из каждого окна, но разгонял тьму не он, а тот, что лился из верхней башни, из витража с изображением принцессы Луны. Казалось немного печальным, что именно этот образ ведёт их домой.

Когда они подлетели поближе, то увидели, как Рэрити и остальные вышли на улицу.

— Твайлайт! — воскликнула единорожка, маша копытом. Когда принцесса с пегаской приземлились, Рэрити бросилась к ним. — Ох, слава звёздам, вы в порядке. Вас так долго не было! Что случилось?

Твайлайт объяснила ситуацию друзьям и ответила на их потрясённые вопросы, что, кстати говоря, было достаточно сложно, учитывая, что сама она многого не знала. Под конец она решила тоже задать вопрос.

— Почему вы все снаружи? Мы не знаем наверняка, безопасно ли это.

По выражению лица единорожки стало понятно, что она озадачена.

— Мы услышали крики и вышли посмотреть, в чём дело. Мы думали, это вы кричите!

Принцесса и пегаска в замешательстве переглянулись.

— Крики?

Пинки кивнула.

— Да! А вы не слышали? Мы ждали вас, девочки, услышали крики и вышли посмотреть! — она вытянула копыто в сторону домов. — Вон там кто-то кричал.

Твайлайт оглянулась в темноту, ощутив волну слабости.

— Я... я ничего не слышала... А ты, Рэйнбоу?

— Неа, тоже ничего.

— Что-то не так, — произнесла Рэрити, усиливая свет своего рога. Она шагнула вперёд и крикнула. — Привет?! Есть тут кто-нибудь?!

— Рэрити! — ахнула принцесса. — Это может быть небезопасно!

— А может, кто-то в опасности! — сурово ответила единорожка. — У нас есть ты, а у них никого.

Когда Твайлайт уступила, Рэрити снова крикнула в темноту:

— Есть тут кто?!

Ответом послужила тишина, но что-то изменилось. Вдалеке появилось мерцающее скопление огней, которое медленно начало к ним приближаться.

Пегаска взлетела, пытаясь увидеть больше.

— Что это?

— Пони, спрячьтесь за меня! — скомандовала принцесса, её рог затрещал от магии, а крылья расправились.

Огоньки продолжали двигаться вперёд, и Твайлайт была готова выпустить заклинание, если потребуется. Огоньки двигались и двигались, пока наконец не начали обретать форму, и тут оказалось, что это не что-то одно большое, а несколько маленьких силуэтов.

Если точнее, то это были маленькие жеребята, сгрудившиеся вокруг трёх единорогов чуть-постарше, чьи рога служили слабым путеводным светом.

— Звёзды мои, это же жеребята! — ахнула единорожка, бросаясь мимо аликорна. — Дети?!

— Какого сена они делают снаружи? — Рэйнбоу осмотрелась, пытаясь найти ещё пони. — Где их родители?

— Мисс Рэрити?!

Как только единорожка отозвалась, воздух заполнили вздохи облегчения, жеребята бросились к взрослым и разразились громкими рыданиями.

— Сандаст, — произнесла кобылка постарше, поворачиваясь к жеребчику-единорогу. — Приведи остальных! Скажи им, принцесса Твайлайт и остальные взрослые в "Стране Грёз" не спят!

— Не спят? А с чего бы нам спать? — спросила пегаска, держа в передних копытах плачущую кобылку. — Кто вообще мог не проснуться, с такого-то землетрясения?

Рэрити полулежала на полу, вокруг неё сгрудились три кобылки.

— Тс-с-с, дорогуши, вы в безопасности.

— Дети, что случилось? — спросила принцесса. — Что вы тут делаете?

— Н-наши родители, — дрожащим голосом ответила кобылка постарше. — И... мой с-старший брат, старшая с-сестра, остальные взрослые...

— У них кошмары! — воскликнул жеребчик, вцепившись в Пинки. — Я пытался разбудить мамочку, но она не просыпалась, а затем она начала рыдать прямо во сне, а снаружи было так темно, и... и...

Голос малыша сорвался, и остались только рыдания, которые слегка притихли, когда земнопони взяла его на копыта.

— Но с вами всё хорошо! — с надеждой воскликнула старшая кобылка. — Вы же поможете им... правда?

И затем тоже разрыдалась, как и все зовя свою маму. Инкредентия бросилась утешать малышку.

Сердце Твайлайт сжалось. Она в растерянности повернулась к Рэрити.

— Что будем делать?

Единорожка глубоко вдохнула, встала и прижала к себе одну из кобылок.

— Полагаю, что будем делать ровно то, о чём я тебе говорила, дорогуша. Переживём и это тоже.

[Изображение: https://i.imgur.com/hxHo8aI.png]

[Изображение: https://i.imgur.com/VMzL054.png]

— Н-н-нет... нет... Помогите! Н-не трогай меня! К-кто-нибудь...

В освещённой комнате спящая Фезер Блейд ворочалась в постели, что-то бормоча и умоляя, испытывая, по всей видимости, ужасные страдания. Собравшись вокруг кровати, Эпплджек и явно смущённая Твайлайт наблюдали, как профессор водит устройством над кобылой, проводя измерения.

Быть может, думала принцесса, ей было бы менее неловко, если бы им не пришлось вламываться в дом к бедной Фезер.

— А вы уверены, что эт хорошая идея?

Твайлайт подняла голову и посмотрела на фермершу, которая в свою очередь хмуро смотрела на Эйва. Он убрал устройство в сумку и поправил очки.

— Я бы не стал так делать, был бы у нас любой другой способ, но ей действительно нужна встряска.

Эпплджек фыркнула.

— Эт, мне кажется, чуть больше, чем встряска.

— Поберегись!

Дверь с грохотом распахнулась, и вошла Рэйнбоу Дэш, балансируя с ведром ледяной воды на спине.

Принцесса подняла ведро левитацией и поместила его прямо над спящей кобылой. Извинившись про себя и поморщившись, она накренила его и...

ПЛЮХ!

Все отскочили в сторону, когда вода окатила кобылу, намочила её, постель, и... и ничего. Она вообще никак не отреагировала, лишь продолжив метаться.

Профессор нахмурился.

— Хм-м.

— Эй, блинский, да просыпайся! — разочарованно воскликнула пегаска, запрыгивая на кровать и буквально поднимая Фезер за передние копыта. Она помотала её из стороны в сторону, как дремлющую марионетку. — Про-сы-пай-ся!

— Н-нет... я больше не буду... пожалуйста...

То же ждало их и в следующем доме, и в следующем, и следующим за ними. С каждой спящей семьёй разочарование команды росло всё сильнее, что было видно по волнению Рэйнбоу Дэш.

— Уф-ф! Да ладно!

Пегаска отпустила свою последнюю не реагирующую "жертву", жеребец чуть было не упал лицом в кровать, если бы Твайлайт не поймала его магией и осторожно не уложила.

— Рэйнбоу, — с лёгким раздражением произнесла принцесса, — мы уже выяснили, что трясти их бестолку.

— Да всё бестолку!

— Ну, как бы то ни было, здесь мы закончили, — объявил профессор, подбирая блокнот со стола и ставя отметку напротив имени жеребца. — Дальше по списку Тундра Сноу, её муж и их старший сын, они тут, по соседству.

— Мы зазря тратим время! — запротестовала Рэйнбоу. — Мы уже обошли кучу народа, и никто не проснулся! На кой ляд нам обходить весь ляганый город?

— Мисс Дэш, если вы предпочитаете попытать удачи, проверив прочность барьера своей головой, то милости просим.

— Нет! Нет. Извиняюсь, — пегаска разочарованно вздохнула. — Я просто... Ладно, пойдём к следующим.

— Принцесса, идёшь? — поинтересовалась Эпплджек, когда все кроме неё засобирались.

Твайлайт покачала головой.

— Нет, мне надо вернуться в "Страну грёз", я пообещала Рэрити и остальным, что помогу с детьми.

— О, пойдёшь перекинуться парой слов с принцессой Луной? — вклинилась в разговор пегаска, ставя ведро на пол. — Возьмёшь меня с собой?! А то уже копыта чешутся надрать ей круп за такие проделки.

Как бы заманчиво ни звучало предложение заручиться помощью Дэш с целью справиться с... кем бы там Луна ни стала, Твайлайт покачала головой.

— Нет, Рэйнбоу, я уже говорила, надо чтобы вы с Эпплджек бодрствовали, на случай... на случай, если что-то случится. Или... — она сглотнула. — Или если придёт Он.

Профессор Эйв фыркнул.

— С него станется. Это полностью совпадёт с тем, что я о нём узнал: Дух появится в самый последний момент, когда уже всё и так скатилось в Тартар.

— Будем надеяться, что он всё же не явится, — произнесла Твайлайт, забирая вещи и выходя на улицу, пытаясь собраться с мыслями под пологом этой долгой, почти бесконечной ночи.

Выйдя из дома, она слегка углубилась в лес, где не дул ветер, не пели птицы, не пробивались лучи солнца сквозь кроны деревьев. Она осела на круп и сделала один глубокий вдох, за которым последовал второй, третий. Попутно принцесса подводила мысленный список проверенных фактов:

во-первых — город и окрестности окружены непроницаемым чёрным барьером, никто не войдёт, никто не выйдет;

во-вторых — в "Стране грёз" сейчас десятки жеребят в разной степени истерики, которых заставляют бодрствовать;

в-третьих — где-то в царстве грёз, и Твайлайт была на девяносто пять процентов уверена, что права, принцесса Луна отдалась во власть магии хаоса;

и, наконец, в-четвёртых, ну... за исключением взрослых из "Страны грёз", понивилльцев, Рэйнбоу Дэш и профессора Эйва, все остальные в возрасте старше десяти уснули. Все до единого прикованы к постели, мечутся и плачут, снедаемые бесконечным кошмаром.

Где-то в глубине души Твайлайт отметила и пятый пункт, в котором она рассчитала, как долго они смогут выжить внутри барьера без еды и воды, и туда же шестой, о том, как долго взрослые выдержат кошмары без доступа к еде и воде.

О последних двух пунктах она старалась не думать. Они слегка напрягали. И угнетали. В основном напрягали, особенно после того, как она рассказала Рэрити о своих расчётах, и та ответила, что "звёзды небесные, многие знания — многие печали, дорогуша".

Суть в том, что Твайлайт очень-преочень старалась не обращать внимания на эти мысли, ну разве что пошутила, мол, а ведь у трансгрессионного стазиса всё же были некоторые преимущества! Нельзя умереть от голода, когда ты уже мертва. В стазисе. Не важно.

Как жалко, что она не могла временно поместить в стазис весь город.

— Принцесса!

Твайлайт поднялась, наблюдая, как Флаттершай мчится к ней с фонарём, свисающим с шеи.

— Флаттершай! Ты нашла ещё жеребят?

— Нет, — ответила пегаска, присоединяясь к принцессе во тьме. — Они уже все в "Стране грёз".

— А Даск Стар?

Флаттершай вздохнула.

— Ох... Он тоже спит. Но спит он мирно! — быстро добавила пегаска, когда увидела, как омрачилось выражение лица принцессы. — Не похоже, чтобы его беспокоили кошмары.

Твайлайт нахмурилась.

— Хм-м... интересно. Это потому, что он только недавно перестал верить? — она подняла взгляд к небу. Так темно. Она почти боялась задать вопрос, но всё же... — Сколько времени? Скоро уже должно выглянуть солнце, и, может, тут станет хоть немного светлее.

Флаттершай неловко поёрзала, кинув взгляд на карманные часики, свисающее с её седельных сумок.

— Эм-м... Без четверти полдень...

— Ну и ладненько! — жизнерадостно воскликнула принцесса, снова заталкивая поглубже вкрадчивый внутренний голос, который напоминал ей про пятый и шестой факт, касающийся их шансов на выживание под куполом. — Как бы то ни было, я собираюсь в "Страну грёз". Тебе больше ничего не надо было сделать? А то уже, наверное, пора.

Пегаска сглотнула ком в горле.

— П-пора?

— Думаю, что дальше откладывать больше нет смысла, — Твайлайт положила копыто на плечо подруги. — Ты уверена, что действительно хочешь сделать это? Потому что ты не обязана, честно говоря, никто из вас не обязан.

Несмотря на то, что дрожащий голос Флаттершай говорил об обратном, она покачала головой.

— Я... хочу. Все хотим, все мы, — она ласково улыбнулась. — И тебе не придётся делать это в одиночку, даже если можешь.

Принцесса искренне улыбнулась в ответ.

— Спасибо. Я ценю это, правда.

Как и сказала пегаска, "Страна грёз" была переполнена бодрствующими обитателями Холлоу Шейдс младше десяти лет. Учитывая обстоятельства, жеребята восприняли ситуацию настолько хорошо, насколько возможно, то есть не сильно хорошо. Они устали и были напуганы, а любая их попытка уснуть тут же пресекалась суетящимся чейнджлингом.

— Скоро поспишь, — сочувственно произнесла Инкредентия, промакивая глаза кобылки влажным платочком. Она достала из седельной сумки кружку-непроливайку с шоколадным молоком и передала малышке. — Вот, попей.

— Но я спать хочу! — пожаловалась кобылка, едва сдерживая всхлипы.

— Знаю, — Инки осела на круп и глубоко вздохнула, потирая огромные мешки под глазами, которые можно было даже не надеяться скрыть. — Я тоже.

Чейнджлинг заставила себя встать и подозвала жеребёнка постарше.

— Гаст! Пожалуйста, не мог бы ты проводить Иллюминацию умыться холодной водой?

— Я схожу, — перебила Твайлайт, входя в театр с Флаттершай, плетущейся позади. Она левитировала к себе кобылку и обняла её. После чего окинула взглядом помещение и, приметив клюющего носом жеребчика в углу комнаты, обратилась к пегаске. — Флаттершай, ты не могла бы...

— Я займусь! — отозвались двое, и кобылы пронаблюдали, как жеребята постарше побежали растрясти жеребчика, на их спинах были привязаны плюшевые мишки.

Ещё одна вещь, что удерживала "Страну грёз" на плаву.

Группа из чуть больше десяти жеребят, что участвовали в "Ночи поисков", каждый нёс на себе плюшевого мишку как знак того, что они взяли на себя ответственность и всеми силами старались помогать взрослым.

— Принцесса Твайлайт!

Кобыла обернулась и увидела, как к ней спешит Райнстоун с ещё парой жеребят, с мишками на спине, конечно же.

— Привет, пони, — поздоровалась она, продолжая путь в ванную.

— Принцесса Твайлайт, — повторила Райнстоун, ускоряясь, чтобы соответствовать темпу аликорна. — Когда мы пойдём помогать принцессе Луне?!

— Как она?! — спросил жеребчик постарше.

— Справляется... — солгала Твайлайт, открывая дверь ванной, кобылка в её копыте уже вовсю зевала. Принцесса намочила полотенце и потёрла мордочку кобылки. — А вы как, держитесь?

— Мы хотим помочь! — заявил Гаст, присоединившись к небольшой группе.

— Но вы уже помогаете! — воскликнула Твайлайт, опуская кобылку на пол и наблюдая, как та сонно ковыляет обратно. Принцесса повернулась обратно к жеребятам, которые всё ещё в нетерпении окружали её. — Может... Рэрити нужна помощь? Хм... А где вообще она? И Пинки?

— Нет, принцесса! — произнесла Райнстоун. — Мы хотим помочь принцессе Луне!

Другая кобылка вклинилась в разговор.

— Она же помогает нашим родителям, да? И мы, ну... — она кивнула в сторону Райнстоун, Гаста и остальных. — Мы тут поговорили и решили, что надо нам уснуть, чтобы...

— Усну... Нет! — выпалила Твайлайт. — Нет-нет-нет. Никому не спать!

— Но мы обещали помочь принцессе Луне! — топнула копытцем Райнстоун.

— Там наши родители!

Твайлайт прижала ушки.

— Знаю, но... — она припала на передние копыта, пытаясь образумить жеребят. — Дети. То, что сейчас... То, что сейчас происходит, это не обычные кошмары. Они не похожи на те, что бывали у вас. Это по-настоящему плохие сны. Очень плохие. И это не что-то, что можно победить или просто проснуться. Мы даже не знаем, возможно ли проснуться вообще, если уснёшь. А что, если нельзя? Вы окажетесь в ловушке в одиночестве.

— Но мы не одни! — воскликнули жеребята, снимая со спин медвежат. — У нас есть защитники!

Принцесса чуть не рассмеялась. Ах, если бы их игрушки могли спасти от этого безумия!

— Послушайте, давайте попозже поговорим, хорошо? — произнесла она, выходя из ванной и бросая на них последний решительный взгляд. — Но прямо сейчас ничего не делайте. Никто не будет помогать Луне, пока я сама не попробую, хорошо?

Когда никто не ответил Твайлайт, она прищурилась и повторила вопрос.

— Хорошо?

— Как скажешь, принцесса Твайлайт...

— Ну вот и ладно, — она махнула им копытом. — А теперь, пожалуйста, помогите Инкредентии со всем, что она попросит.

Как только жеребята потрусили прочь, Твайлайт отправилась искать Рэрити и Пинки. К счастью, нос привёл её куда надо, а именно в пекарню, где и обнаружились кобылы — единорожка составляла компанию земнопони, пока та готовила просто безумное количество сладостей для жеребят.

— О, Твайлайт! — воскликнула Рэрити, когда принцесса вошла внутрь. — Ты вернулась! С хорошими новостями, надеюсь?

Когда та лишь покачала головой, единорожка вздохнула.

— Эх... — она мельком взглянула на Пинки, которая включила миксер, и повернулась обратно к аликорну. — Ты как, справляешься?

Твайлайт попыталась перекричать звук миксера.

— Устала, но бывало и хуже. Ты как?

— Примерно так же, — Рэрити грустно улыбнулась. — Предпринимаю жалкие попытки не думать о том, что можно было бы предпринять, чтобы всего этого не случилось.

Принцесса нахмурилась.

— Рэрити... — она почти собралась возразить против подтекста в словах возлюбленной, но её внимание привлекла розовая грива. — А Пинки как?

— Справляется, но по-своему. Боюсь, ожидание пока ты вернёшься, чтобы вы могли пойти к принцессе Луне, понемногу сводило её с ума, — сочувственно произнесла единорожка. Она повысила голос и помахала земнопони. — Пинки! Твайлайт пришла!

Земнопони подняла голову, и тут же в её глазах разгорелась искра.

— Принцесса! — ахнула она, выключая миксер. — Ты вернулась! Мы пойдём к принцессе Луне?! Как прошло со взрослыми?!

Увидев выражение лица Твайлайт, она слегка подсдулась.

— Ох... Ну и ладно! Пусть так! Вот войдём во сны, поможем ей, и она выберется! Так ведь?!

— Да, — решительно кивнула принцесса. — Мы с Флаттершай готовы, если ты тоже готова.

— Давно уже! Уже и её кексик заготовила! — произнесла Пинки, подходя к духовке и заглядывая внутрь.

Твайлайт нахмурилась.

— Её кексик? — прошептала она, обращаясь к Рэрити.

— Потом объясню, — прошептала в ответ единорожка, после чего повернулась к земнопони. — Дорогуша, заканчивай тут, а потом приведи Флаттершай, хорошо? Мне надо пойти приготовить комнату.

— Оки-доки-локи!

Принцесса пронаблюдала, как Рэрити потрусила прочь из кухни, и хотя Твайлайт могла бы остаться с Пинки, она решила последовать велению сердца и последовала за возлюбленной в её мастерскую. Комната была расчищена, чтобы освободить как можно больше места для подушек и одеял, что единорожка уже раскладывала на полу.

— Есть идеи, что там будет? — спросила Рэрити, доставая целую россыпь маленьких подушечек.

— Нет. Может быть. Кошмары. Много-много кошмаров, — принцесса нервно сглотнула. — Ты точно уверена, что готова? Если хочешь, можешь остаться здесь, с Инкредентией.

— Справлюсь, — единорожка, взбивая подушку, замерла и уставилась в пол. — А что насчёт Дискорда? Ты говорила, что он не может войти в мир грёз?

— При обычных обстоятельствах нет...

Рэрити подняла взгляд.

— Но? Здесь есть "но", так ведь?

Твайлайт глубоко вдохнула.

— Последнее, что я видела, это как магия хаоса захватила Луну в царстве грёз. Так что да, раньше магия хаоса не могла проникнуть во сны, а сейчас... сейчас я не знаю. Может, через неё теперь сумеет.

Единорожка побледнела.

— Звёзды небесные... А Дискорд?

— Тоже, может быть. Есть вероятность, что да, — призналась принцесса, но тут принялась успокаивать Рэрити, увидев выражение её лица. — Но! Но это не страшно. Даже если он может войти в царство грёз, с тобой всё будет хорошо. Во сне лишь проекция твоего разума. Он не физически, не психологически не сможет тебя ранить.

— А что насчёт тебя? — тут же спросила единорожка, по всей видимости, беспокоясь не о собственном благополучии. — Ты же будешь не спать, а заниматься снохождением. Тебя он сможет ранить?

— Я... не знаю.

— Не знаешь?! — взвизгнула Рэрити, тут же понижая голос и пытаясь успокоиться. — Твайлайт, как это ты не знаешь? Разве принцесса Луна не говорила тебе, или...

— Нет, да и зачем ей? Не думаю, что она вообще серьёзно рассматривала возможность, что нам может кто-то навредить внутри царства грёз.

— Ну а ты сама что думаешь?

— Ну... когда ты занимаешься снохождением, твоё сознание на самом деле входит в царство грёз, не его проекция. Исходя из этого, полагаю, что он может заточить меня внутри моего же сознания, либо целиком и полностью стереть моё сознание, ну, просто как пример.

Единорожка зарылась лицом в копыта.

— О небеса и звёзды, о Денза милосердная...

— Рэрити... — Твайлайт наклонилась к ней и ткнулась носом. — Ничего со мной не случится.

Принцесса ощутила, как единорожка приложила мордочку к изгибу её шеи и жалобно заныла, на что Твайлайт её приобняла.

— Не случится, всё будет хорошо. К тому же, ну что плохого он может мне сделать?

Единорожка немедля отстранилась.

— Твайлайт, ты так говоришь, как будто те сценарии, которые ты мне только что описала, не были плохими.

Принцесса задумчиво хмыкнула.

— Ну, это на самом деле то, что первое пришло на ум. Вот что действительно плохого он мог бы сделать, так это о-ммпф!

Рэрити без промедлений заткнула рот аликорна копытом.

— Нет! Молчи! Не искушай судьбу!

Твайлайт склонила голову.

— М-мпф-эм-м-мпфф!

— Ничего и слышать не хо… Твайлайт! — единорожка взвизгнула от отвращения, отдёргивая копыто, которое принцесса только что лизнула. Она потрясла конечностью, смахивая слюни, и с ужасом обратилась к подруге. — Да ЧТО с тобой не так?!

— Твоё дурное влияние!

— Это к делу отношения не имеет! — Рэрити покачала головой и, подобрав подушку с пола, запустила ею в ближайшее одеяло. — Что плохого может он сделать? Поверить не могу, что ты действительно сказала это, как будто в жизни книг не читала, Принцесса Книжечка.

Твайлайт присела и с умилением наблюдала, как единорожка заканчивает обустраивать комнату. Вслух, конечно, она бы никогда этого не сказала, опасаясь, что судьба действительно вмешается, но чувствовала она всё-таки себя до странного спокойно хотя бы потому, что самое плохое, что мог сделать Дискорд, так это причинить вред Рэрити.

А он не мог, не во снах по крайней мере. Пока единорожка будет спать, её сознанию ничего не угрожает, и бояться принцессе больше нечего, ну, возможно, кроме того, что надо как-то разобраться с Луной. Ну или, если Дискорд решить напасть пока они спят, но это уже совсем другое дело!

Ну вот когда случится, тогда и будем разбираться.

— А знаешь, жеребята хотели помочь Луне, — упомянула принцесса забавное, по её мнению, происшествие, чтобы поддержать разговор. — Хотели все дружно уснуть и во сне помочь ей разбудить их родителей.

— Неудивительно, — произнесла Рэрити, почти закончив с подготовкой комнаты. — А кто вызывался?

— Те, что постарше, с плюшевыми медведями, Райнстоун и её друзья.

— М-м-м, и что ты им сказала?

Принцесса нахмурилась.

— Что им нельзя, — ответила она таким тоном, как будто это было очевидно, хотя в целом очевидным и было.

Единорожка повернулась к аликорну.

— И что они ответили?

— "Как скажешь, принцесса Твайлайт".

— Понятно.

— А что? — спросила принцесса, заметив, как её возлюбленная слегка нахмурилась. — Ты же не думаешь, что они всё равно попытаются, да?

Рэрити на мгновение задумалась, после чего продолжила укладывать подушки.

— Я, конечно, не эксперт по жеребятам, но если управление "Страной грёз" меня чему и научило, так это тому, что жеребята обычно следуют зову сердца, а не советам мудрых взрослых. Правда не думаю, что нам стоит сильно волноваться, просто напомни мне попросить Инкредентию повнимательнее присмотреть за ними, прежде чем мы ляжем.

Твайлайт улыбнулась и решила поддразнить подругу.

— А я вот уверена, что тебя уже спокойно можно считать экспертом по жеребятам.

Внезапно ей в голову пришёл вопрос.

— А кстати, — с неподдельным любопытством спросила принцесса, — ты бы хотела завести жеребят?

Единорожка ненадолго задумалась, не отрывая взгляда от подушки, которую взбивала.

— Было такое, да. Я лелеяла эту мысль пока сама была кобылкой, потом снова, когда... — она повернулась к Твайлайт и слегка улыбнулась. — Когда ходила к тебе в библиотеку, я представляла себе сказочный роман, где я спасаю тебя, и в большой любви мы заводим жеребят, как и положено каждой паре из сказки.

Сердце принцессы воспарило помимо её воли. По правде говоря, до этого она вообще не думала о жеребятах, но, несмотря на это, ей понравилась сама идея о том, что Рэрити размышляла на эту тему, не о жеребятах, а об их совместном будущем. О чём-то таком, чего стоит дождаться.

Вот только...

— Погоди. Было? А больше не хочешь? Что случилось?

Единорожка не ответила. Просто уставилась на Твайлайт, будто размышляя, стоит ли вообще отвечать или нет.

— Рэрити? — напомнила о себе принцесса, и выражение лица единорожки изменилось. Выбор сделан.

Она затрепетала ресницами.

— Ну, как тут планировать будущее, с кем-то, с кем, как ты думаешь, уже при жизни не увидишься? — игриво спросила единорожка, и каждое слово врезалось в принцессу как поезд.

Но это было прекрасно.

Прекрасно вот почему:

— Но теперь-то я здесь, — искренне и с любящей улыбкой ответила Твайлайт.

На долю секунды выражение лица Рэрити изменилось, исчезла дразнящая маска, и на долю секунды в её глазах проступило что-то сломанное, истерзанное. И хотя она быстро прогнала прочь эти эмоции, и хотя улыбка, что вернула единорожка, не несла в себе такой же искренности, а была, скорее, полна уязвимости, этого было достаточно.

— Так и есть, ваше высочество, — тихо произнесла единорожка. — Так и есть.

Их беседу прервал стук в дверь, после которого в комнату заглянула Инкредентия.

— Эм-м, здрасте.

Рэрити жестом пригласила её войти.

— О, Инк! Ты как раз вовремя, Я как раз собиралась... — она замолкла, когда чейнджлинг бросила на неё... не страдальческий взгляд, нет, скорее... обеспокоенный. — Дорогуша, что-то не так?

В этот же миг в комнату заглянула Пинки с таким же выражением лица.

— Приветик! Вы тут заняты?! Нам надо поговорить! Мы можем поговорить! Это важно! — она отвернулась на кого-то в коридоре. — Они сейчас не заняты. Скажи им, что это важно!

Следующей в комнату заглянула Флаттершай и вежливо произнесла:

— Очень важно.

— Да что случилось-то? — повторила вопрос Твайлайт, встревоженно поднимаясь с пола вместе с Рэрити.

Инки прочистила горло.

— Эм-м... Ну...

Дверь распахнулась целиком, и показался четвёртый пони, который, получив нежный ободряющий толчок от пегаски, шагнул вперёд.

— Привет... — произнёс Даск Стар, единственный и неповторимый, хотя и ужасно пристыженный, сжимая своего плюшевого мишку.

— Даск Стар?! — ахнула единорожка, её шок не уступал шоку принцессы.

— Как ты здесь оказался?! — выпалила Твайлайт.

Даск Стар здесь? Как? Что это значит? Неужели Рэйнбоу и остальные смогли разбудить взрослых? Или же...

К сожалению, её неподдельный шок был воспринят жеребчиком совершенно по-своему. Его глаза стремительно наполнились слезами, и он опустил голову.

— П-прости, — всхлипнул Даск. — Я, наверное, пойду...

— Принцесса Твайлайт! — отчитала Флаттершай, хмурясь и качая головой.

— Нет-нет, она не это имела в виду, — выпалила единорожка, прежде чем принцесса успела ответить. — Она просто... Мы просто... Не ожидали тебя увидеть! Мы думали, что...

— Мы думали, что ты уснул, — перебила Твайлайт, её взгляд метнулся к пегаске. — Разве нет?

Флаттершай кивнула.

— Так и было, я сама видела, что он спит!

— Я не спал, — перебил жеребчик, казалось, его стыд утроился, так сильно он прижал ушки. — Я притворялся... притворялся, что сплю, когда землетрясение меня разбудило...

Глаза принцессы расширились.

— Разбудило?

Землетрясение разбудило его? Как и остальных жеребят? Но почему? Как? Он же целиком был захвачен магией хаоса, прямо как все взрослые, и всё же...

И всё же он здесь.

— Но почему ты не пошёл с Райнстоун? — спросила Рэрити.

Даск ещё крепче прижал к себе медвежонка.

— Я... я думал что вы на меня злитесь, потому что я кричал... и... — его глаза снова заслезились, а слова начали прерываться всхлипами. — И теперь всем снятся кошмары, потому что я рас-расстроил принцессу Луну.

Он опустил голову.

— Извините...

— Ох, дорогуша... — единорожка старалась говорить как можно нежнее. — Дорогуша, а ты... Погоди. Погоди-ка, что ты сейчас сказал?

Жеребчик непонимающе уставился на кобылу.

— А?

— Ты сказал, что расстроил принцессу Луну? — осторожно повторила Твайлайт. — Даск.

Она шагнула к жеребчику.

— Даск, ещё вчера ты говорил, что она ненастоящая, это... это значит, что ты всё-таки веришь в нас? — принцесса расправила крылья. — Теперь ты видишь, что они настоящие?

— Нет... — он прищурился и указал копытом на место сочленения крыльев с телом. — Они механические...

Принцесса увяла.

— Ох...

— Но... подождите! — перебила Рэрити. — Тогда как так получилось? Как он смог проснуться? Если он видит механические крылья, то такого просто не может быть! Правильно?

— Не знаю, — призналась Твайлайт. — Пока не вижу тут логики.

Жеребчик нахмурился.

— В каком смысле? У остальных же нет мишек, — как что-то очевидное произнёс он, и когда взрослые просто уставились на Даска, он уточнил. — Я не сплю, потому что принцесса Луна дала мне медвежонка, а взрослым она ничего не давала.

— Притормози, — произнесла Инки, — ты думаешь, что проснулся из-за игрушки?

Жеребчик кивнул.

— И принцесса Луна такого не смогла бы сделать, будь она ненастоящей!

Твайлайт прикусила губу. По логике, смысла в его словах не было совсем, но она не знала, как, а главное, надо ли вообще ему об этом сообщать. Даск Стар лёг спать, думая, что Луна выдумка, так что, продолжая рассуждать логически, он должен был всё ещё спать, как и остальные взрослые. Вера в принцессу не могла его защитить, ну, если только он, собственно, не верил.

— Что такое? — спросил жеребчик, заметив всеобщее молчание. Он сглотнул, не отпуская мишку. — Я что-то не то сказал?

— Нет, я просто... — Твайлайт на миг задумалась и продолжила. — Послушай, Даск, ты же не верил в Луну, когда ложился спать, так? Ведь прошлой ночью ты же думал, что мы врали тебе про легенду, верно?

— Не верил, — сознался он. — Ну, по началу! А потом, когда я дошёл до дома, ну, я был так расстроен, что вы всё наврали, но... но в этом же не было смысла.

— В чём не было смысла, дорогуша? — спросила единорожка.

— Я вспомнил, что раньше у принцессы Твайлайт были настоящие крылья! А теперь нет! Но я же точно помнил, что они настоящие, потому что когда Скриббл Харт скрутила ей перья на прошлой неделе, она вскрикнула, и вот когда мы сделали фотографию на Ночь поисков с принцессой Твайлайт, где её крылья были... — Даск сел и развёл передние копыта в стороны. — Вжух! Ну, большие и всё такое! Так что я пошёл посмотреть на фотографию, и на ней крылья уже механические! Но такого же не может быть, потому что картинка не может измениться!

— Не может! — воскликнула Пинки и повернулась к Флаттершай. — Не может же?

— Ох, м-м, думаю, что нет, не может.

— А я бы так хотел, чтобы принцесса Луна была настоящая, — продолжал жеребчик. — И хотел продолжать веселиться с тобой, с мисс Рэрити и со всеми остальными, ну и с принцессой во снах!

Он поправил мишку и взволнованно заявил:

— И я не хочу всего этого лишиться, и даже если теперь всё это кажется ненастоящим, то я всё равно буду верить, что всё настоящее!

Тишина, заполнившая комнату, была прервана шмыганьем носа.

— Ну, — произнесла единорожка, вытирая глаза, — я думаю, что это просто чудесно, Даск.

Твайлайт улыбнулась, сама расчувствовавшись. Сработало. Каким-то образом, совсем не так, как они себе представляли, но всё-таки сработало. Последние два года Рэрити и остальные не потратили впустую.

Конечно, значения это уже не имело, но... приятно было всё-таки знать...

— Да! — воскликнула Пинки, поднимая вскрикнувшего от неожиданности Даска. — Ты справился! Поборол плохую магию! Показал, где ей самое место!

— И мистер Дракон тоже помогал! — добавил жеребчик, размахивая медвежонком. Он взволнованно посмотрел на аликорна. — А теперь, если мы попросим принцессу Луну дать моим родителям и всем остальным по медвежонку, то они тоже проснутся! Попросишь её?!

Твайлайт нервно сглотнула.

— Попробую, — ответила она, и это не сказать, что было ложью. Безусловно, она могла бы попросить Луну об этом, но вот в состоянии одержимости это было несколько проблематично.

— Ну так давай! — выпалила Пинки, уже не в силах сдерживать своё нетерпение. Она протиснулась мимо жеребёнка и кобыл и плюхнулась на одну из больших подушек. — Я к принцессе Луне!

И без малейшей заминки её храп заполнил комнату.

Твайлайт прочистила горло.

— Ну, так тому и быть, — она обменялась взглядами с Рэрити и Флаттершай. — Пора ложиться.

— О-о да! — воскликнул Даск, разбегаясь и прыгая на подушку в полной готовности заснуть, по крайней мере, пока малинового цвета магия не подхватила его посреди прыжка. — Ой-ёй.

Принцесса левитировала жеребчика перед собой.

— Мне кажется, лучше оставить это на взрослых.

— Да, принцесса Твайлайт... — пробормотал он, и точно как и его сестра надулся и вышел из комнаты.

Когда Флаттершай вошла в комнату, Рэрити обратилась к Инкредентии и указала на Даска и ещё пару жеребят, которые "незаметно" крались вверх по лестнице, стараясь узнать, как идут дела.

— Присмотри за ними, хорошо? А вообще, превратись лучше во что-то с глазами на затылке, — проинструктировала единорожка, улыбнувшись, когда жеребята снаружи неодобрительно сморщили мордочки.

— Да, мэм! — воскликнула Инки, прикладывая копыто к голове, после чего махнула жеребятам спускаться. Прикрывая за собой дверь, она в последний раз посмотрела в комнату. — Удачи!

Как только дверь закрылась, Рэрити и Флаттершай направились к подушкам.

— Ох, небеса, надеюсь, я быстро смогу уснуть, — произнесла пегаска, накрываясь одеялом. — Сна ни в одном глазу...

— Не волнуйся, у меня есть как раз подходящее заклинание, — заверила Твайлайт, приглушая свет магией. — Помни, что как только ты окажешься там, велика вероятность, что у тебя будет кошмар, я постараюсь найти тебя и помочь как можно быстрее, но пока будешь засыпать, держи в голове нашу задачу, так это поможет запомнить её и в царстве грёз.

Принцесса поочерёдно посмотрела на каждую кобылу.

— Всё понятно?

Единорожка никак не отреагировала, вроде и глядя на Твайлайт, но словно потерявшись в собственных мыслях. Пегаска же энергично кивнула и закрыла глаза.

— Помнить о задаче, — повторила себе Флаттершай. — Уснуть, найти спящих, и...

Её глаза резко распахнулись, и она посмотрела на аликорна в поисках подсказки.

— И охранять их, пока я возьму на себя Луну, — напомнила задачу принцесса.

Флаттершай кивнула и снова закрыла глаза.

Когда пегаска сосредоточилась на повторении задачи, Твайлайт повернулась к Рэрити и обнаружила, что единорожка всё ещё сидит на подушке и смотрит прямо на неё.

Принцесса игриво улыбнулась.

— Будешь спать сидя?

— Что? Нет! Нет конечно, — быстро произнесла единорожка, ложась на подушку. — Не говори ерунды.

Твайлайт левитировала одеяло и накрыла им Рэрити. Принцесса подошла поближе, чтобы как следует закутать единорожку, но замерла, когда возлюбленная устремила на неё пристальный взгляд.

— Что такое? — прошептала Твайлайт.

Рэрити слегка поёрзала перед тем как ответить.

— Послушай, я правда не пытаюсь сдувать с тебя пылинки, даю слово, — осторожно произнесла она, — но ты же будешь там осторожна, правда? Если что-то пойдёт не так, ты уйдёшь из сна?

— Для ясности, что ты понимаешь под "что-то пойдёт не так"?

Единорожка нахмурилась.

— Твайлайт.

Принцесса отбросила игривость и посерьёзнела.

— Я буду осторожна, обещаю, — искренне заверила она. — Но и ты должна быть не менее внимательна. Если почувствуешь, что с тебя довольно, или что тебе грозит опасность, я немедленно разбужу тебя. Если смогу, конечно. Хорошо?

Наконец Рэрити расслабилась и драматично вздохнула.

— Ну, полагаю, попробовать можно, — заявила она, пока Твайлайт подтыкала одеяло. Единорожка посмотрела в сторону и тихонько рассмеялась, привлекая внимание аликорна к спящей пегаске. — Так-так, похоже, заклинание не понадобится, м?

Принцесса повернулась, чтобы посмотреть на Флаттершай.

— Тебе стоит последовать её примеру, у нас ещё вся ночь впереди.

— День. Весь день впереди, разве сейчас не половина второго? — Рэрити закрыла глаза. — Как бы то ни было! Спокойной ночи. Или даже, скорее, доброго дня.

Единорожка снова открыла глаза и, прежде, чем Твайлайт успела сказать что-либо, добавила:

— Люблю тебя.

Принцесса нежно улыбнулась.

— Я тоже тебя люблю, — она наклонилась и потёрлась о подругу носом. — Спокойной ночи.

Рэрити закрыла глаза, когда Твайлайт отстранилась, но когда принцесса начала уходить, открыла.

— Ты же будешь осторожна?

— Да, спокойной ночи, Рэрити.

Единорожка закрыла глаза.

— Да, доброго дня, — она снова открыла их, и что бы ни хотела она добавить, замолчала, встретив пристальный взгляд принцессы. Снова закрыла глаза. — Ну ладно! Ладно, давай используй уже своё заклинание, пока мы не провозились здесь всю ночь! День... Полдень? Или ещё рано... хм-м... веч...

Мгновение спустя Рэрити задремала, когда заклинание сна окутало её, после чего исчезло. Тихий стон привлёк внимание аликорна, и она повернулась, чтобы обнаружить, как Пинки ворочается во сне. Выражение лица земнопони быстро напомнило Твайлайт, что она здесь не для того, чтобы приятно вздремнуть после обеда.

"Ну хорошо, — подумала она. — Пора".

Принцесса прошла в центр комнаты и села на привычную подушку. В последний раз оглянулась вокруг, глубоко вдохнула, закрыла глаза и зажгла рог. Мир вокруг словно исчез, после чего Твайлайт ощутила себя в другом месте, сделала ещё один вдох и открыла глаза, чтобы обнаружить...

Холлоу Шейдс.

— Что?

Она поднялась, обнаружив, что находится не в коридоре с дверьми грёз и даже не в "Стране грёз", а внутри, точнее, снаружи тупичка на улице Холлоу Шейдс. На мгновение она задумалась, не перепутала ли она нужное заклинание с телепортацией, если бы не тот факт, что это был не тот городок, в котором она уснула.

Солнечного света не было, но вокруг было светло, а не царила тьма. Светло, но без явного видимого источника света.

"Не понимаю".

Почему она здесь? Это было впервые, когда она на самом деле... телепортировалась в сон напрямую, а не к дверям. Но чей это сон?

Принцесса шагнула вперёд.

— Рэрити?! Флаттершай?! Пинки?!

Нет ответа.

Она двинулась дальше по переулку к выходу и, только выйдя на площадь, поняла, где находится.

Двери грёз.

Сверкающие двери грёз были рассыпаны по всей площади, каждая была сорвана с петель, и через каждую сочилась магия хаоса, покрывая всё царство снов.

"Магия хаоса уже внутри!" — с тревогой подумала Твайлайт.

Это случилось. Её наконец впустили, и аликорн не могла не задуматься, возможно ли, что Дискорд с самого начала всё так и запланировал. Может ли он войти сюда? По идее, не должен, но... но если может...

Ругаясь себе под нос, она бросилась к ближайшей двери и пересекла её, чтобы просто оказаться вновь в Холлоу Шейдс, но теперь открылась его истинная форма: один большой общий кошмар, порождённый безумием принцессы Луны.

Это было за гранью того, с чем могла справиться Твайлайт.

К такому её не готовили.

Но, углубляясь в кошмар, она вспомнила слова Рэрити и приняла решение.

Она просто переживёт и это тоже.

1

Прим. пер. “Обжора” с Пранцузского.

1

Прим. переводчика: (с пранцузского) буквально «Я не знаю что». Определяет некую невыразимую суть искусства, нечто расплывчатое и неопределенное.

2

Прим. переводчика: Здесь обыгрывается дословный перевод имени Твайлайт, а конкретно Лайт — свет.

1

Эта история Норта Риджа переведена и доступна к прочтению https://ponyfiction.org/story/17220/