# Сладости бывают разные

Alex Heil

Во всей Эквестрии знают о пристрастии принцессы Луны к сладостям. Очень редко можно увидеть, когда она не посасывает или не жуёт какую-нибудь конфету вне своих покоев. Но однажды очередная доставка леденцов пошла наперекосяк, и Луне пришлось искать другую конфетку.

## Сладости бывают разные

— Что-что мне надо сделать?

Многие жеребцы и кобылы обожали «Кондитерскую Бон Бон». Полки здесь до самого потолка были плотно уставлены банками конфет, а воздух казался густым от ароматов сахара и карамели. Куда ни посмотри — всюду изобилие сластей. Всё можно было найти в магазинчике, и неважно, хотелось ли покупателю чего-нибудь сладкого или тягучего, или настолько кислого, чтобы глаза собирались в кучку.

Однако немногие знали, что скрывается под красочным фасадом магазинчика с его разноцветьем конфет и приторной радостью. А скрывалась там горькая истина в морде вечно недовольной хозяйки, скупой на зарплату и премии. Никто не знал об этой изнанке лучше одного-единственного работника кондитерской, бедняги по имени Феликс.

Бон Бон нахмурилась так, как не хмурилась при покупателях, зато частенько — в служебных комнатах магазинчика.

— Я сказала, что ты должен доставить заказ в Кантерлот.

— А какого чёрта мне тащиться в Кантерлот? — раздосадовано спросил Феликс, одновременно разминая пальцами комок тёплого сахара.

— Потому что это особенный заказ, и я не могу доверить его этой треклятой почтальонше... особенно после того, что случилось на прошлой неделе!

Плюхнув сахарный ком на стол с подогревом, парень стянул перчатки и повернулся к кобыле.

— Но до Кантерлота пятнадцать часов ехать на поезде!

— Я возмещу тебе расходы, — отмахнулась Бон Бон.

— И чем же, шлепками по заднице? Ах ты маленькая пушистая рабовладелица, — фыркнул Феликс.

Морщина ещё глубже пролегла по лбу Бон Бон. Вмиг шагнув ближе, она пихнула копытом его в живот — Феликс хихикнул, но всё-таки посерьёзнел и отодвинул копыто.

— Послушай, это особенный заказ, и мне нужен понибудь, кто сегодня же доставит коробку мятных леденцов.

— Тогда почему ты сама не доставишь?

— Потому что я не хочу тащиться в такую даль.

— А какого чёрта ты решила, что мне захочется?! — всплеснул руками Феликс.

— Потому что в столице в это время года красиво, а ещё ты получишь сверхурочные, — терпеливо объяснила Бон Бон.

Нарочно изобразив задумчивое лицо, Феликс выдал:

— Согласен на два с половиной оклада.

— Нет! — резко, не терпящим возражений голосом отказала Бон Бон.

— Тогда согласен на пол-оклада, — прищурился Феликс, — но ты наконец-то прибавишь мне два битса в час, которые ещё несколько месяцев назад обещала.

Бон Бон шарахнулась от него так, словно он влепил ей пощёчину.

— Жеребчик, ты совсем рехнулся?! Это ж куда дороже двойного оклада выйдет!

— Либо так, либо ищи кого-нибудь другого, — Феликс скрестил руки перед грудью.

С минуту работник и хозяйка схлестнулись в жуткой кровавой схватке, буравя друг друга глазами. В какой-то миг стало казаться, что ещё чуть-чуть, и из ушей Бон Бон засвистит пар.

К счастью для магазинчика и домов поблизости, Бон Бон первой всхрапнула и отвела взгляд.

— Ох уж эти ляганые, жадные до денег жеребчики... ладно! Дам тебе один оклад сверху и прибавлю битс в час.

— Два битса, — немедленно поправил её Феликс.

Бон Бон скорчила такую мину, словно в рот ей попал кислейший леденец.

— Ладно, ладно, два битса, — вскинув копыта, проворчала она. — Забирай тогда и этот ляганый магазин, всё забирай...

— Просто принеси коробку, ворчливая любительница кобылок, — ухмыльнулся Феликс, с трудом сдержав порыв не потереть ладони друг о дружку.

Изобразив непристойный жест копытом, Бон Бон скрылась из кухни и мгновением позже вернулась с коробкой.

— Держи, но лягать как аккуратно.

Забрав коробку изо рта Бон Бон, Феликс осмотрел её. К его удивлению, это оказалась не обычная коричневая коробочка для доставок. Она была плотнее и твёрже, да ещё упакована в дорогую красную бумагу и перевязана золотой ленточкой.

— Нарядненько... а для кого заказ-то? — спросил он, сунув коробку в подмышку.

— Для принцессы Луны.

Тотчас Феликс перехватил коробку и крайне бережно поставил на один из столов, на котором обычно остывали готовые конфеты.

— Для принцессы Луны? Какого хрена ей заказывать конфеты в этой дыре?!

И снова Бон Бон пихнула парня копытом в живот, выбив из него смешок, — за что тут же получила шлепок по ноге.

— Может, прекратишь? — с нажимом спросил, слегка порозовев.

— Принцесса Луна заказывает здесь конфеты, потому что я делаю лучшие мятные леденцы в этой части Эквестрии, — сказала Бон Бон. — Она получает их от меня с тех пор, как вернулась с луны, и она будет, лягать, их получать, пока я не уйду на пенсию!

— Так это и есть те самые мятные леденцы, к которым ты меня не подпускаешь? — спросил Феликс, косясь на коробку так, словно она взорвётся в любой момент.

— Да, — кивнула Бон Бон. — Они сделаны в точном соответствии со вкусами её высочества, вплоть до того, как туго натянута упаковочная бумага.

— Даже не знал об этом.

— Потому что я не говорила тебе, — Бон Бон подхватила коробку и сунула её обратно в руки Феликсу. — Так, скоро вернётся Лира с твоим билетом. Как только получишь его, сразу иди домой, пакуй всё, что нужно и отправляйся на поезд.

— И будь чертовски аккуратен с коробкой, — добавил Феликс.

— И будь лягать как аккуратен с коробкой. Потому что иначе, клянусь Селестией, я урежу тебе зарплату!

— Если ты урежешь мне зарплату, мне вообще придется доплачивать тебе, жадная ты ослица.

Прозвенел колокольчик над входной дверью торгового зала.

— Бонни, я принесла билет!

— Мы здесь, Лира! — позвала Бон Бон, протиснувшись мимо Феликса.

Не успела она дойти до двери, как Лира ворвалась на кухню.

— Приветик, Бонни, приветик, Феликс! — с привычной улыбкой прощебетала кобылка, подбежав к Бон Бон, чтобы потереться носами.

— Милая, ты купила билет? — ласково спросил Бон Бон

— Ага! Вот он! — подтвердила Лира, явив билет из ниоткуда и показав подружке. — Билет на восемь часов до Кантерлота, в одну сторону.

Феликс поморщился.

— Да ладно тебе, деточка, отдам битсы за обратный билет, когда вернёшься, — сказала Бон Бон до того, как он открыл рот; ткнувшись мордочкой в щеку Лиры ещё разок, она забрала и передала ему прямоугольник из плотной бумаги. — Теперь иди и собирайся. И прихвати коробку. Ты же не хочешь проделать весь путь и обнаружить, что нахер забыл её.

— Может я и идиот, но не настолько, — аккуратно взяв коробку, Феликс пошёл к двери. — Вернусь, когда получится. До встречи.

— Повеселись в Кантерлоте, Феликс, — хихикнула Лира. — И неси коробку аккуратно! Я всё утро потратила, чтобы прилично упаковать её.

В мгновение ока Феликс замер и озабоченно посмотрел на Лиру, которая как ни в чём не бывало улыбнулась ему, сверкнув золотыми глазами.

— Подожди... ты упаковывала коробку? — спросил он.

— Ага! — закивала Лира. — Выбрала получше, повязала бантик и всё такое.

Феликс попятился на шаг, в задумчивости кусая губы.

— Ты ведь не слопала леденцы? — спросил он осторожно.

— Феликс... — нахмурилась Бон Бон.

— Послушай, если мне надо доставить посылку принцессе, то она должна быть идеальной, так? — Феликс перевел взгляд с Лиры на Бон Бон, неопределённо поведя рукой. — Прости уж, если я... ну ты понимаешь.

— Уверена, Лира прекрасно справилась с работой, — сказала Бон Бон.

— Ты уверена?

— Да, уверена.

— Точно? Потому что, если с заказом будет что не так, меня запихнут в тюрьму.

— Принцесса Луна не сделает этого, особенно с жеребцом. К тому же, полагаю, Лира в состоянии просто уложить леденцы в коробку

— Мы ведь говорим о той Лире, которая, если не присматривать, даже тосты сжигает?

— Эй! — оскорбилась Лира, притопнув копытом. — Это всего разок случилось!

— Всё хорошо, милая. Я уверена, что ты положила в коробку нужные леденцы, а Феликс, — улыбнулась подружке Бон Бон, — он тоже уверен, просто шутит. Правильно, Феликс?

Феликс втянул воздух сквозь сжатые зубы. Улыбка Бон Бон, не сводящей с него взгляд, стала откровенно натянутой. Смутно предчувствуя весьма недобрые намерения в свой адрес, парень вздохнул.

— Да, просто шучу, — сказал он.

Лира прищурилась сильнее. Несколько секунд она пристально разглядывала его, громко похмыкивая, затем на её лице вновь появилась улыбка.

— Хорошо, но прекращай с этими навозными шуточками. А то в следующий раз ты вовсе ранишь мои чувства!

Феликс постарался ухмыльнуться:

— Ага... прекращу, — он обеспокоенно глянул на коробку в руках и двинулся к выходу. — Боже, умоляю, пусть Лира не накосячила...

* * *

— Изложите вашу просьбу.

Две стражницы охраняли вход в Кантерлотский замок. Обе кобылы были закалёнными в боях ветеранами, крепкими и заметно крупнее обычных кобыл. Столкнись хотя бы с одной из них на узкой дорожке, особенно в темноте, любой пони бросился бы наутёк. Но для уставшего после долгой поездки и мечтающего завалиться в кровать Феликса они выглядели такими же маленькими и милыми лошадками, как и все остальные.

— Я принёс посылку, — он показал кобылам коробку в руках. — Для принцессы Луны от кондитерской Бон Бон.

Стражницы обменялись взглядами. Их рога засветились, и пока одна забрала коробку, другая просканировала Феликса в поисках оружия. Парень поёжился, но решил не спорить. Когда кобылы удостоверились, что у него нет с собой ничего опасного, посылка вернулась ему в руки

— Хорошо, следуйте за мной, — сказала одна из стражниц. — Принцесса пожелала, чтобы леденцы были доставлены лично ей.

— Хорошо, это меня устраивает, — кивнул Феликс.

Без лишних слов стражница повела его в замок. Пускай ночь скрывала большую часть величия замка, он всё равно был великолепен. Шары магического света освещали коридоры, окутывая обстановку почти потусторонним сиянием. Густой запах лаванды витал в воздухе. И хотя никто не попадался на пути Феликсу, тут и там до его ушей доносились приглушенные разговоры.

Долгие минуты они шли по бесконечному лабиринту коридоров. Чем глубже заходили, тем тише и зловещее становился замок. Парень не был уверен, что тени не двигались сами по себе, и если бы стражница сказала, что так оно и есть, он бы поверил безоговорочно.

Феликс встряхнулся: с каждым новым шагом усталость всё сильнее наваливалась на него. Ему оставалось надеяться, что принцесса окажется любезна и предоставит комнату на ночь, в противном случае он свалится до того, как доберётся до вокзала.

— Как делишки? — спросил Феликс стражницу.

— Ночь спокойная, — ответила кобыла. — Попыток вторжений не было.

— А что, обычно пони пытаются пробраться после того, как стемнеет?

— Желающих полюбоваться на тюремные камеры изнутри нет.

Вздрогнув, Феликс покрепче сжал коробку.

— Да... Могу представить, забавного в этом мало...

Кобыла ничего не ответила: они как раз повернули за угол и оказались перед массивными створками. Стражница остановилась, что сделал и Феликс.

— Сейчас мы встретимся с Её Высочеством, — сказала она, поправляя шлем на голове и старательно выпрямляясь. — Будьте любезны привести себя в порядок.

Феликс быстренько осмотрел себя: одёрнул рубашку, пальцами пригладил волосы и удостоверился, что коробочка с леденцами пребывает в первозданном виде. Закончив, он показал большой палец стражнице.

Конец её рога засветился, и двери медленно распахнулись, явив другую пару стражниц с копьями наготове.

— Изложите вашу просьбу, — сказала одна из них.

— Доставка для Её Высочества, — ответила привёдшая Феликса кобыла. — Леденцы, которые она заказала.

Облегчение промелькнуло по мордашкам стражниц. Одна даже тихонько выдохнула, а другая расслабила плечи и пробормотала:

— Ну лягать нако-... — осекшись, она быстро откашлялась и снова встала по стойке смирно; напарница последовала её примеру. — Пожалуйста, проходите. Её Высочество ожидает вас.

Провожатая Феликса молча указала ему на тронный зал. Кивнув, Феликс протиснулся мимо неё, мимоходом похлопав по голове в благодарность за помощь, чем заслужил сначала изумлённый, а затем и раздосадованный взгляд. Две дежурившие стражницы разошлись, пропуская его дальше.

В самом конце гигантской комнаты стоял здоровенный трон, такой же величественный, как и всё остальное в Кантерлоте, настоящее произведение искусства из обсидиана и золота. На самом его верху, на сиденье, лежала пухлая, уютно выглядящая подушка, на которой восседала не кто иная как принцесса Луна.

За всю жизнь в Эквестрии Феликс лишь однажды мельком видел принцессу Селестию, а с младшей сестрой Солнечной правительницы не встречался вовсе.

Принцесса ночи оказалась высокой кобылой, вдвое против оставшихся позади стражниц. Выглядела она стройной и подтянутой, и даже в тусклом свете Феликс видел крепкие мускулы под её темно-синей шкурой. Как и у Селестии, грива принцессы Луны развевалась на неосязаемом ветру, сияя крошечными созвездиями точь-в-точь как настоящие звёзды на небе. Лениво сидя на троне, она безмолвно наблюдала, как парень приближается к ней. С её морды не сходило величественно-царственное выражение, глаза смотрели твёрдо и холодно.

Быстро Феликс приблизился к подножию трона, на мгновение глянул по сторонам в надежде получить подсказку, как приветствовать монаршую особу. Когда его взгляд упал на стражниц, те подали знак опуститься на колени.

— Эм-м... добрый вечер, Ваше Высочество, — поступил он, как было велено. — Я из кондитерской Бон Бон. Доставил вам заказ.

Взгляд Луны опустился с его лица на коробку в руках. Тут же она выпрямилась, а её большие тёмно-синие крылья с шорохом опустились по бокам. И хотя принцесса по-прежнему выглядела всемогущей правительницей, выражение её морды слегка переменилось: Феликсу показалось, что она разволновалась.

— Чудесно, — сказала она, вставая с трона. — Я уже опасалась, что доставка не придёт.

Сойдя с подушки, Луна ступила на каменные ступеньки трона; стук копыт эхом разносился по тихой зале, пока она спускалась.

Поклонившись, Феликс протянул коробку Луне, едва она подошла.

— Моя начальница не доверилась почте в этот раз и прислала меня. Пришлось ехать на поезде, поэтому я задержался. Простите.

Принцесса Луна ничего не ответила. Подняв взгляд, он увидел аликорна в каком-то футе от себя. По-птичьи склонив голову набок, Луна внимательно разглядывала его.

— Ты очень высокий жеребец, — сказала она.

— Все пони говорят мне об этом, Ваше Высочество, — не сдержал улыбки Феликс.

Луна улыбнулась в ответ. Кончик её рога засиял, и магией она приняла коробку из его рук.

— Ты оказал мне большую услугу, молодой жеребец, — сказала она. — Я прикажу слугам подготовить тебе комнату на ночь. Также я позабочусь, чтобы ты получил достойное вознаграждение за проделанный сюда путь.

— Большое спасибо, Ваше Высочество, — поклонился Феликс, пряча ухмылку.

Улыбаясь, Луна принялась разворачивать коробку.

— Нет нужды благодарить меня. Давай-ка посмотрим...

Отработанным движением она развязала ленточку и стянула обёрточную бумагу. С предвкушением облизнувшись, она сняла крышку и взглянула на содержимое коробки.

Медленно улыбка исчезла с её морды, пока не пропала вовсе — взамен принцесса Луна хмуро свела брови.

— Что это? — очень спокойно спросила она.

Все до единого мускулы в теле Феликса напряглись. Широко раскрытыми глазами он уставился на принцессу, которая смурнела с каждой секундой.

— Ваши конфеты... так ведь? — пролепетал он.

Его слова только сильнее разозлили принцессу. Гримаса исказила её морду, а губы вздёрнулись в оскале; крылья наполовину взметнулись вверх, придав ей куда более грозный облик.

— Я заказывала сорок восемь леденцов, — прорычала она, сунув коробку в лицо человеку. — А взамен получила сорок восемь палочек чёрной лакрицы!

В другой стороне комнаты стражницы быстро попятились на несколько шагов. Вновь поклонившийся Феликс отчаянно захотел последовать их примеру, одновременно на все лады костеря мятно-зелёную единорожку.

— Мне не очень-то по вкусу лакрица, — продолжила Луна, обратно закрывая коробочку. — Слишком тягучая и горькая. А сладкие и освежающие леденцы идеально подходят, чтобы посасывать их весь день.

— Простите, Ваше Высочество, — пробормотал Феликс. — Если вы позволите мне вернуться обратно в Понивиль, то я во всём разберусь и...

— Стража, оставьте нас, — приказала Луна, не сводя глаз с человека.

Феликс дёрнулся, когда стражницы поспешно покинули тронный зал — только двери захлопнулись за ними. Он постарался выглядеть как можно более маленьким и невзрачным. Тем временем Луна вдохнула поглубже, пытаясь успокоиться.

— Молодой жеребец, я весьма разочарована в твоих способностях курьера, — сказала она. — Тебе хотя бы следовало проверить содержимое коробки и убедиться, тот ли заказ доставляешь.

— Я... вы правы, Ваше Высочество.

— Леденцы эти нужны мне не только затем, чтобы перекусить. Я обнаружила, что успокаиваюсь, посасывая что-либо вечером, — продолжила Луна. — Из-за твоей ошибки я буду куда раздражительнее и беспокойнее, чем обычно, и не смогу как должно управлять государством.

— Никакие мои оправдания не извиняют меня, принцесса, — сказал Феликс, истово желая, чтобы Лира очутилась здесь, и он смог бы вышвырнуть её в окно. — И всё-таки я сожалею за ошибку с заказом, и готов сделать что угодно, чтобы исправить её. Только скажите.

Что-то промелькнуло на морде Луны, что ему не особенно понравилось.

— Что угодно? — спросила она, слегка склонив голову.

— Что угодно, — подтвердил Феликс.

На секунды повисла тишина, пока человек ожидал ответа принцессы. Если повезёт, ему просто устроят небольшую головомойку, а затем отпустят за леденцами. Если не повезет, то ночь он проведёт в подземельях.

— Мне кажется, что ты ещё не представился, жеребец, — наконец Луна нарушила тишину. — Исправь это упущение, будь любезен.

— Меня зовут Феликс, Выше Высочество, — представился парень и подал было руку, но тут же опомнился и убрал её.

— Феликс, Феликс... — проговорила Луна себе под нос. — Странное имя. Но и ты странный жеребец.

Она отвернулась — взгляд Феликса немедленно скользнул вдоль её спины; это уже входило у него в привычку при виде любой отворачивающейся кобылы. С удовольствием он отметил, что сзади у принцессы тоже всё оказалось в меру крупным и подтянутым, под стать телу. Конечно, никакого сравнения с сестрой — по крайней мере, по воспоминаниям Феликса — но всё равно круп у Луны был миленький. Возможно, он полюбовался бы на её зад подольше, поджидая, когда звёздный хвост метнётся в сторону, но тут она оглянулась. Кое-как ему удалось отвести взгляд, одновременно состроив невинный вид.

— Мне кажется, я знаю подходящее наказание для тебя, мой подданный, — сказала принцесса ночи, направляясь в сторону дверей неподалёку от трона.

Опять кончик её рога засиял, и створки распахнулись.

— Идём. Мне хотелось бы начать как можно раньше.

Нахмурившись, Феликс пробежался взглядом по залу, пока не остановился на гигантском окне. Прикинул в уме, успеет ли добежать и выпрыгнуть наружу до того, как принцесса схватит его.

Если он сумеет выбраться из замка, то, возможно, так или иначе доберётся до Понивиля. Конечно, придётся собрать все пожитки, какие сможет унести, и убраться подальше, но жизнь в бегах всяко лучше того, что задумала принцесса Луна. Вдобавок прежде, чем убежать, он непременно обреет Лиру наголо.

— И куда мне потом? — вздохнув, проворчал он про себя. — В Мексиконию? Та ещё дырень, и вообще, где я достану пончо?

— Не отставай, — позвала его Луна. — Терпеть не могу, когда пони бездельно болтаются.

Вздрогнув, Феликс торопливо посмотрел на неё.

— Конечно, Выше Высочество. Простите.

Ничего не сказав, Луна вышла в коридор. Феликс не кинулся стремглав — не шибко ему хотелось понести наказание — но всё-таки двинулся за ней быстрым шагом. Благодаря длинным ногам, ему удалось достаточно быстро нагнать принцессу.

Неторопливой трусцой Луна повела его по пустынным коридорам. В отличие от предыдущих, здесь не было слышно ничего — только шаги Феликса и цокот накопытников Луны по каменному полу раздавались вокруг. Некоторое время они шли, пока принцесса не остановилась перед узорчатой дверью.

— Мы на месте, — сказала она.

Повинуясь заклинанию, дверь отомкнулась и открылась, пропуская их в тёмную комнату.

— Проходи. Как я уже сказала, мне не терпится начать как можно раньше, — сказала Луна, первой войдя внутрь.

Феликс напрягся, готовый развернуться и задать стрекача. Но не успел он сделать первый шаг, как невидимая сила схватила его за воротник рубашки и затащила внутрь. Стоило ему пересечь порог, как дверь в мгновение ока захлопнулась, оставив парня в кромешной темноте.

Что ничуть не ободрило его, пока он слепо шарил вокруг в поисках чего-либо, за что можно ухватиться.

— Эй, Ваше Высочество? Вы не могли бы...

В другом конце комнаты зажглась свеча. Пока Феликс присматривался к ней, вспыхнул огонёк на ещё одной, на другой; вскоре дюжины свечей осветили комнату. Напоследок по мановению рога Луны в камине загорелся огонь.

— Возле камина есть удобное место, — Луна направилась к большой, застеленной синим покрывалом кровати. — Присаживайся, а я пока подготовлюсь.

Феликсу захотелось что-нибудь сказать, но, услышав щелчок замка, лишь клацнул зубами. Поникнув, он посмотрел на камин. Возле него и впрямь нашлась большая, уютная на вид подушка, похожая на свою товарку в тронном зале.

— Принцесса Луна... а где мы?

— Мы в моих покоях, — ответила Луна, сняв и положив корону на пьедестал возле кровати.

— А зачем...

— Ты здесь не для того, чтобы задавать вопросы, мой дражайший подданный. Ты здесь, чтобы загладить свою вину, — один за другим Луна скинула накопытники. — Присаживайся. Я сейчас подойду.

Состроив гримасу, Феликс послушно подошёл к подушке и плюхнулся на неё. И честно постарался устроиться поудобнее; откинувшись на спину, он смотрел, как рослая синяя кобыла снимала свои регалии, пока не осталась в одной шёрстке.

— Вот, теперь можно приступать, — удовлетворённо сказала Луна, двинувшись к нему.

Выпрямившись, Феликс с беспокойством наблюдал за разлившимся на кончике её рога сиянием. Мысленно уже приготовился к тому, что сейчас на него обрушится некое заклинание, или принцесса телепортирует нечто в комнату... но вместо этого тихо вжикнула «молния» на его штанах.

— Что за... — он растерянно глянул на джинсы, затем на Луну. — Выше Высочество, что вы...

— Тише, — приказала Луна, усевшись прямо перед ним — её морда оказалась опасно близко у его паха. — Ляг. И раздвинь ноги.

Мановением рога штаны Феликса расстегнулись окончательно. Невидимая сила приподняла его ноги и спустила джинсы до колен.

— Эй-эй-эй! — вскрикнул Феликс, выпучив глаза. — Какого чёрта вы творите?!

Небольшая морщинка исказила лоб Луны, когда она увидела его трусы.

— Ради звёзд, зачем ты носишь одежду под одеждой? — пробормотала она, скорее размышляя вслух, нежели спрашивая Феликса. — Что ж, неважно.

Без предупреждения она наклонилась и начала тереться мордой о его медленно вспухающий бугор. Парень с присвистом втянул воздух, чувствуя, как округляются глаза.

— Принцесса?!

Не прекращая тереться кончиком морды о стремительно крепнущий член, Луна глубоко вдохнула. Хмыкнула и стремительно подняла взгляд синих глаз на лицо Феликса. Затем лёгонько, как пёрышком, провела носом от основания до кончика. Всё это время её ноздри продолжали раздуваться, ловя его запах.

Дёрнувшись, Феликс прикусил губу. Ему хотелось оттолкнуть принцессу, вскочить и умчаться прочь из спальни, но каждый раз, когда он открывал рот, она прижималась носом посильнее.

Высунув язык, Луна неторопливо облизала обтянутый тканью бугор.

— Знаешь, я заметила, как ты смотрел на мой круп, — копытом она поудобнее и пошире развела ему ноги, чтобы придвинуться ближе. — Много жеребцов смотрят на меня, думая, что я не замечаю, хотя никогда не признаются. Однако, должна сказать, ещё никто не поступал так прямо перед тем, как я принимала решение о наказании.

Она облизала бугор снова — и снова, и снова, пока трусы спереди не промокли от слюны. Член парня натянул ткань изнутри, прямо-таки напрашиваясь выскочить наружу, но Луна не торопилась.

— Мой подданный, у тебя очень мужественный запах, — сказала она, дразняще накрывая головку губами. — Он... другой, не такой, как у обычных жеребцов. Странный... опьяняющий...

Феликс простонал, когда Луна поддела носом его яйца.

— Я... это...

Он покачнул бёдрами, прижавшись членом к морде Луны — она улыбнулась и любяще поцеловала бугор.

— Что же... о моём наказании?..

Рог Луны засветился.

— Это и есть твоё наказание, дорогой, — объявила она, приспуская его трусы и наблюдая, как дюйм за дюймом оголяется плоть. — Я уже говорила, что успокаиваюсь, когда посасываю что-нибудь, и раз уж ты не удосужился доставить мне леденцы, то я буду сосать нечто совсем другое.

С последним рывком ткани член Феликса буквально выпрыгнул, шлёпнувшись о подбородок Луны — та изогнула брови, когда увидела дрожащий красный ствол.

— Уже влажный, — копытом она прихватила и несколько раз быстро погладила член. — И довольно большой...

Луна слегка отодвинулась, критически осматривая его. Выпятив челюсть, облизнулась, когда ей удалось выдавить из головки тягучую прозрачную каплю.

— Хмм... большой, но не настолько, чтобы я не смогла...

Она уже собралась наклониться, как в последний миг остановилась и посмотрела на лицо парня.

— Но мне надо спросить, есть ли у тебя возлюбленная, — задумчиво протянула она, походя облизывая самый кончик.

Феликс простонал — Луна встряхнулась.

— Думаю, что нет. Когда я закончу, ты даже имени своего не вспомнишь, а уж про возлюбленную тем более. А теперь соберись. Впечатли меня, если сможешь.

Луна отпустила член, позволив ему шлёпнуться на морду. Скосив глаза, мгновение она разглядывала его, после лёгонько поцеловала прямо под головкой.

— Бля... — стиснув зубы, Феликс что есть мочи вцепился в подушку.

Снова он покачнул бёдрами, потёршись членом о морду принцессы и оставив на шёрстке мокрые следы. А Луна, мурлыча в ответ, целовала его всё ниже и ниже, пока не достигла мошонки.

— Здесь ты пахнешь сильнее всего, — она мягко поддела носом яйца. — Возможно, я начну отсюда...

Втянув одно из яиц в рот, Луна начала умывать его языком. Член Феликса так и подскочил, шлёпнувшись о лоб аликорна, прямо под рогом. А принцесса, начисто облизав мошонку с одной стороны, немедленно обратила внимание на другую, с дрожью до кончика хвоста наслаждаясь вкусом.

Тяжело дышащему парню оставалось только смотреть, как Луна работает язычком над его яйцами. Он попытался протянуть руку и погладить стояк, но магическая аура прижала её обратно к подушке.

— Не сейчас, — отодвинувшись, Луна с причмокиванием облизнулась.

Она поцеловала местечко аккурат между мошонкой и основанием члена, провела языком сбоку по твёрдой плоти и закончила сочным мокрым поцелуем на головке.

— Вот твоё наказание, — продолжила говорить, пока человек переводил дыхание. — Будь хорошим жеребцом и сиди ровно.

Опять член Феликса дёрнулся — Луна быстрым движением всосала губами просочившиеся из кончика капли смазки.

— Но не сдерживайся. Мне нравится, когда мои любовники громко стонут.

И вслед за тем принцесса по-настоящему приступила к наказанию. Её губы и язык заскользили по всей длине, целуя и посасывая. Передними копытами она, поддразнивая, гладила бёдра и живот парню, заодно лаская яйца. Ни разу член Феликса не оказывался во влажном рту аликорна, но этого почти и не требовалось. Человек чувствовал, как его сила воли медленно истончается от умения Луны. Даже слишком медленно.

Стоная, он толкнул бёдрами вверх, а синяя кобыла всё неторопливо целовала его член позади головки, да игралась с яийцами.

— Ну же! Просто отсоси уже! — взмолился он. — Хватит играть...

Его стон сорвался на скулёж, когда Луна наклонила голову набок и обхватила губами член за середину. Мурлыкнула, лениво проведя языком по тонкой коже, отчего скулёж Феликса перерос в раздосадованный рык. Заёрзав, он попытался толкнуть бёдрами снова, но понял, что намертво прижат к подушке.

— Боже... чёрт подери, принцесса!

А Луна даже ухом не повела на его проклятия. Её губы всё так же медленно скользили вверх-вниз, поддразнивая и массируя. Чуть ли не через каждый дюйм она останавливалась и вела кончиком языка вдоль выступающих вен, или же опускалась обратно к яйцам, чтобы заново покрыть их плёночкой слюны.

Феликс стонал и извивался, вздрагивал от каждого поцелуя, а когда она облизывала и посасывала, ему вообще хотелось кричать. Ещё никогда в жизни его не мучили подобным образом.

— Проклятье... сволочь...

Он отчаянно хотел, чтобы Луна прекратила дурачиться. Хотел, чтобы она наконец-то взяла в рот. Хотел услышать, как она давится. Хотел увидеть, как её лебединая шейка растягивается, когда она заставляет себя заглатывать всё глубже и глубже.

Луне же было наплевать, что он хотел, и она продолжала делать всё по-своему.

Феликс сдерживался изо всех сил, но Луна не сдавалась. Её умение оказалось ошеломительным, а терпение — сверхъестественным. Запрокинув голову, парень закричал, когда удовольствие наконец-то одержало над ним верх.

Его член сильно дрогнул в последний раз, качнулся к животу и со всего маху шлёпнулся о морду Луны. И первая же струя семени ударила прямо в основание рога принцессы. Тихо простонав, она прижала головку к своей шелковистой щеке, и следующий же всплеск оросил синюю шёрстку на ней. Феликс кончал — дальше и дальше — а Луна направляла его член, куда хотела, удостоверяясь, что ни одна капля спермы не прольётся мимо.

Когда оргазм сошёл на нет, ошеломлённый парень остался лежать, подрагивая. Весь мир для него исчез. Прошли минуты, когда он хотя бы смог открыть глаза — и первым делом увидел Луну с перепачканной в сперме мордой.

— Хммм... ты весьма щедр, мой подданный, — сказала она, длинным языком облизывая себе щёку. — Всегда ли ты кончаешь так обильно?

— Нет... не всегда, — отозвался Феликс, стараясь отдышаться. — Я не... не помню, чтобы... когда-либо... кончал... вот так...

Стерев сперму с глаза, Луна чуточку улыбнулась, а затем облизала копыто.

— Хорошо. Значит, моё умение так же остро, как прежде.

Вдохнув поглубже, Луна посмотрела на его стремительно слабнущий член. Нахмурилась и перевела взгляд обратно на лицо Феликса, положив копыта ему на колени.

— Полагаю, теперь мне надо испить прямо из источника, — сказала как ни в чем не бывало. — Надеюсь, в твоих чреслах осталось ещё немного семени.

Феликс не успел спросить, о чём она говорила — нырнувшая головой вперёд Луна целиком взяла его член в рот и с силой начала сосать, заставив парня гортанно простонать и стиснуть пальцы ног.

— Принцесса! — напряжённым голосом просипел он, подавшись вперёд. — Дайте мне пару минут. Я...

С причмокиванием Луна отпустила его член — а секундой позже заглотила обратно. Её голова быстро задвигалась вверх-вниз, а язык обернулся вокруг ствола. И она только всхрапнула, когда колени Феликса стиснули её голову с боков. Рог вспыхнул, и магия развела ноги парня обратно, пока она делала всё возможное, чтобы вернуть член к жизни.

В считанные мгновения, к изумлению и смятению Феликса, ей таки удалось заставить его вновь окрепнуть. Толстая плоть уже не давала Луне сжимать челюсти; сосредоточенно нахмурившись, она размашистее задвигала головой, издавая гулкие булькающие звуки.

Сперма и слюни потекли по подбородку и щёчкам Луны, капая на пах Феликса. Её грива и хвост порой взметались, словно их подхватывал невидимый порыв ветра. Однако парень не обращал ни на что внимания: бедный, ещё не пришедший толком в себя после оргазма человек пытался сохранить сознание.

— Давай же... бля! Просто дай мне... господи!

Луна выпустила его член и, открыв рот пошире, принялась шлёпать головкой о высунутый язык; мокрые сочные шлепки громом раздавались в ушах человека. Потом она, постанывая, вытерла член о морду, оставляя широкие и мокрые следы спермы на носу и щеках.

— О боже... — зажмурившись, выдохнул Феликс. — О боже...

Когда головка отскочила от губ, Луна открыла рот и обхватила член. Сразу же начала опускаться вниз; почти не давясь, дюйм за дюймом она проглатывала мужское естество. И когда Феликс открыл глаза, первым делом он увидел Луну, зарывшуюся мордой в его пах — член оказался глубоко в тугом, влажном, невероятно горячем горле.

От столь потрясающего зрелища его дыхание пресеклось. Не меняя позы, Луна посмотрела на парня и подмигнула; лизнув яйца, стремительно подняла голову — и с силой опустила обратно. Булькая и заливаясь слезами, она извивалась и сосала, и облизывала так быстро как могла.

Этот вид, эти звуки, это ощущение морды Луны возле живота всякий раз, когда она брала член ртом до основания — всего этого оказалось слишком. К своему стыду, Феликс ощутил, что буквально мчится к финишу.

— Принцесса... Принцесса! Луна! Боже-я-сейчас-бля!..

Ушки Луны встали торчком. Заглотив член ещё разок-другой, она отодвинулась до того, что лишь головка осталась у неё во рту. Испустив горловой стон, кобыла закружила языком по кончику.

По-девчачьи взвизгнув, Феликс кончил второй раз за ночь. В глазах вспыхнуло, вокруг стало неимоверно жарко. Он чувствовал, как вдыхает полной грудью и протяжно стонет, но ничего не слышал. Он дёргался и взбрыкивал с каждым новым всплеском. Мурлыкающая от восторга Луна быстро проглатывала всё, чем он делился, пока не иссяк до конца. Когда она отодвинулась, стало видно, что её щечки раздулись как у бурундука.

На глазах у Феликса принцесса открыла рот, явив целое озерцо тягучего белого семени, в котором ворочался язык, а после проглотила. Взгляд парня метнулся вниз по её горлу, затем он закрыл глаза и обмяк на подушке.

— Превосходно, — слегка запыхавшись, сказала Луна. — Я не ожидала, что ты продержишься так долго. И ты оказался таким же обильным, как и в первый раз.

Она посмотрела на пребывающего на грани обморока человека, возбужденно помахивая хвостом.

— Да... Ты прекрасно справишься.

Конец её рога засветился, и Феликс понял, что взлетает над полом. Луна нежно потёрлась о его бедро носом, оставив следы слюней и спермы. Феликс даже не попытался понять, куда они сейчас держат путь.

— А теперь давай примем душ и отдохнём. Твоё наказание ещё не закончено.