# Даск Шайн в поисках счастья

Великий владыка драконов

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/wmyi-1471305500-342670-full]

Даск Шайн отправлен в Понивиль, чтобы изучать дружбу. Но может ли жеребец, не знавший дружбы, познать любовь?

Очередная история про Даска Шайна и его Гарем, но с большим количеством юмора, романтики и приключений.

П.С: В этой истории присутствуют сделанные мной изображения. Это не комикс, но в каждой главе есть один или два скетча, показывающие конкретную сцену из текста. (от автора)

Разрешение на перевод: Имеется

Прошу указывать на возможные ошибки.

Гуглодоки

## Королевский указ №2104

Спайк бежал по одинокому холлу, держа в одной лапе мешок с ценным грузом и стараясь быть как можно более тихим.

Коридоры замка были очень старыми и темными и по ним редко ходили, поэтому молодой дракон вздрагивал каждый раз, ступая по этим старым половицам. Он думал, что любой писк будет слышен по всему замку, оповещая некоторых стражников о его местоположении.

Но это была наименьшая из забот, больше всего его беспокоило... ОН СНОВА ЭТО ПОЧУВСТВОВАЛ! По спине Спайка пробежал холодок.

Маленький дракон ощутил на своей спине чей-то взгляд.

Стиснув зубы и сглотнув, он резко остановился и очень быстро оглянулся, но увидел пустой зал и ничего более. Уже три раза возникало чувство чужого присутствия, но всякий раз, оборачиваясь, дракончик никого не замечал. Это беспокоило его, особенно волновало то, что, как он всегда думал, его шестое чувство лучше, чем у большинства других существ, и, в частности, лучше, чем у любого пони.

Через несколько секунд, убедившись, что за ним никто не следует, Спайк быстро продолжил свой путь, свернул за угол и остановился перед огромными деревянными воротами. Он аккуратно коснулся ручки и с особой осторожностью открыл дверь, потому что знал, что сейчас произойдет, и не хотел повторения катастрофы, случившейся несколько дней назад.

Дракон медленно перешагнул порог и еще медленнее закрыл за собой дверь. Он сразу же был удивлен, увидев, что потенциальная катастрофа усугубилась. Перед ним были книжные колонны, тянущиеся почти до самого потолка и стоящие настолько близко друг к другу, что становилось практически невозможным пройти между ними, не нарушив их шаткого равновесия, заставляя всё в момент рухнуть.

Нет, на сей раз этого не произойдет.

Движениями медленными, словно черепаха, но изящными, подобно самому быстрому Вондерболту, Спайк осторожно двигался среди книжных столбов. Каждое прикосновение заставляло огромные колонны слегка раскачиваться из стороны в сторону. Шаг за шагом, дракон медленно продвигался к центру комнаты.

Через несколько минут, проявив большую ловкость и мастерство, Спайк пришёл в центр комнаты, в котором находился его брат, Даск Шайн. Конечно, то, что они называются братьями, не подразумевает их кровное родство, так как это невозможно, ибо Спайк является драконом, а Даск – жеребцом. Но они оба знают друг друга с детства и чувствуют, что их связь, возможно, даже сильнее, чем у просто детей одной матери.

Даск Шайн или просто Даск, как его называл Спайк, был в беспорядке: его грива слиплась и несла в себе несколько перьев для письма; у него были огромные пандободобные глаза, проведшие без сна почти неделю: и, судя по запаху, можно сказать, что он уже давно не мылся. Пони, как обычно, устремлял свой взгляд в книгу, полностью сосредоточенный на том, что он читал. Даск даже не заметил присутствия Спайка в комнате.

— Кхм! — Спайк кашлянул, пытаясь вывести Даска из транса, в который тот всегда входил, когда читал что-то интересное.

— АХЕМ! — Спайк закашлялся сильнее, когда понял, что брат все еще игнорирует его.

– Что…? А, это ты, Спайк! — наконец сказал Даск, отложив книгу и взглянув на Спайка. — Извини, что не заметил тебя, я читал кое-что очень увлекательное! Знал ли ты, что существует около 20 древних магических предметов, которые просто исчезли в течение всей истории Эквестрии и более о них никто не слышал? Многие стали просто легендами, но записи о них есть во многих учебниках истории, что подтверждает реальность их существования! Ты можешь себе представить обладание такими предметами!? Было бы замечательно! В последнее время я сосредоточил свое внимание на так называемых «Элементах Гармонии» и…

– Аргх! Даск, пожалуйста, прекрати! — Спайк резко прервал его, сильно проводя когтями по щекам. – Я знаю, что тебя восхищает всё, что ты читаешь, но избавь меня от этих рассказов. Я не могу прочитать более двух страниц из твоих книг, не засыпая. Помнишь тот раз, когда ты прочитал о древней астрологии и говорил только об этом в течении двух недель? Было бы проще, если бы ты читал комиксы или что-то подобное, наши разговоры были бы намного интереснее.

– Я не вижу смысла в чтении чего-то настолько непрактичного. Что хорошего в чтении фантастических историй, которых никогда не было? – раздраженно произнёс Даск.

– Ради веселья, не знаю, пробуждения воображения, представления себя героем, сражающимся с чудовищами ради спасения красавицы, попавшей в беду, и тому подобное.

– Пфф! Зачем тебе представлять себя героем, когда они существуют в реальности?! Например, Старсвирл Бородатый или…

УРЧАНИЕ~!

Даск был прерван громкими звуками своего желудка, требующего еды.

– Когда ты в последний раз ел? — обеспокоенно спросил Спайк.

– Не знаю, наверное, когда мы последний раз разговаривали, – сказал Даск, почесывая затылок, отчего перья, воткнутые в его гриву, упали на землю.

– Даск, это было два дня назад, смотри! — сказал Спайк, указывая на точно такой же мешок, как и тот, что у него сейчас. – Вот бутерброды и фрукты, которые я принёс тебе в прошлый раз, ты их даже не тронул!

– Это не могло быть настолько давно... не так ли? – Немного недоверчиво спросил Даск.

– Я знаю тебя, Даск. Читая, ты ни на что не отвлекаешься: не ешь, не спишь, не…

– Но эта книга такая захватывающая и… – прервал Даск Шайн Спайка, показывая ему книгу перед тем, как дракон перебил его.

— Но это ненормально, — сказал Спайк, когтем отдвигая книгу, которую показывал ему Даск. — Ты знаешь, я просто хочу позаботиться о тебе, так что... — Спайк сел напротив брата и открыл сумку с едой, которую принес, — ...сейчас ты поешь, и никаких оправданий.

Даск покорно опустил голову и принялся за еду. Он знал, что Спайк прав и что иногда, в своём желании учиться, ему следует делать перерывы.

Несколько минут они ели молча, прежде чем Спайк снова заговорил.

— Как долго ты здесь прячешься?

— Не знаю, — удрученно ответил Даск. — Думаю, с того момента, как принцесса начала донимать меня всей этой ерундой о том, что мне нужно завести друзей.

Спайк несколько секунд молчал, прежде чем снова заговорить, так как знал, что это деликатный вопрос.

— Знаешь… я не думаю, что дружба — это наказание. Взгляни на нас, мы отличные друзья, заботимся друг о друге и помогаем друг другу.

— Ты больше, чем просто друг, Спайк, ты моя семья, — сказал Даск, улыбаясь и поднимая глаза. — И я не против друзей, просто меня беспокоит, что принцесса хочет заставить меня подружиться, как будто это что-то очень важное. О чём она думает? Что какая-то дружба однажды спасет Эквестрию? Ой, да брось! Гораздо продуктивнее заниматься и учиться, настоящая сила в знаниях, а не в дружбе!

В этот момент голос Даска Шайна значительно повысился, а его лицо показало полную неприязнь, но также быстро изменилось, выражая глубокую печаль.

— ...Кроме того, — продолжил Даск, понизив голос. — Я уже однажды пытался подружиться… это не мое.

Спайк вздохнул и просто смотрел. Разумнее всего было не продолжать эту тему.

— Сменим тему, — внезапно, словно прочитав мысли Спайка, сказал Даск, — За тобой никто не следовал, верно?

— Конечно, нет! — Спайк нервно ответил. — Я был очень осторожен.

— А-а... принцесса всё ещё спрашивает обо мне? — застенчиво спросил Даск Шайн.

— Каждый день, но сегодня в первый раз она не спросила меня о тебе, может быть, она уже бросила искать тебя.

— Может быть… — сказал Даск с некоторым страхом в голосе.

Прошло несколько дней с тех пор, как Даск Шайн спрятался в этой одинокой комнате замка. Виной всему то, что принцесса Селестия сказала ему прекратить учёбу и полностью сосредоточиться на обретении друзей, что явно не понравилось единорогу. Поэтому он нашел это идеальное убежище и перевез все книги, которые смог, чтобы тайно продолжить учебу.

Если бы вы спросили кого-нибудь, вам бы ответили, что это довольно ребяческое поведение и Даск знал это, но, так как он определённо не хотел заводить друзей, единственным способом избежать «наказания» от Селестии было спрятаться от неё.

— Ты думаешь о «наказании», которое тебя ждет, верно? — сказал Спайк, прочитав взволнованное лицо брата.

— Да, что-то в этом роде — вздохнул Даск.

Вы могли бы подумать, что «наказание», назначенное принцессой-регентом Эквестрии, должно быть жестоким. Таким оно и будет, но очень своеобразно

Принцесса, подобно второй матери, воспитывала Даска Шайна, когда тот  был ещё жеребенком. Между ними образовалась связь гораздо большая, нежели просто ученик-учитель, и именно эта близость молодого единорога с Селестией побуждала последнюю часто оставлять свою серьезную и благородную, достойную королевскую роль; и больше быть собой, простой пони, которая любит веселиться. И одной из вещей, которые ей нравится  делать – это разыгрывать маленького Даска, хотя, конечно, она делала это не всегда, а только тогда, когда ученик этого заслуживал, когда его нужно было «наказать».

— Помнишь тот раз, когда ты не хотел есть овощи? – спросил Спайк, улыбаясь.

— Конечно, она заколдовала мои овощи, чтобы они следовали за мной весь день, — улыбнулся Даск при воспоминании. — Ты не представляешь, как мне было стыдно от того, что армия баклажанов и брокколи весь день преследует меня по Кантерлоту, ха-ха! В конце концов, мне пришлось с позором съесть их.

— Но, по крайней мере, ты отомстил, не так ли? — Увидев, что настроение брата поднимается, Спайк улыбнулся. Он знал, что эта была за история, но ему нравится ее слышать.

— Конечно! На следующий день я положил ей на трон подушку-пердушку, — сказал Даск, не в силах сдержать смех, делясь этим воспоминанием со Спайком. — Когда она села, издав специфический звук, весь двор выглядел удивленным, хахаха! Конечно, никто ничего не сказал, и она продолжила, как ни в чем не бывало, но я не мог перестать смеяться весь день… хахаха! Хотя... конечно, потом последовала месть принцессы...

На этот раз настала очередь Спайка сдерживать смех. Даску не нужно было напоминать о «наказании», которое принцесса наложила на него в то время: на следующий день после инцидента с подушкой-пердушкой принцесса издала знаменитый указ №1524.

— У меня даже есть его копия! — сказал Спайк, выдыхая зеленый огонь, превратившийся в свиток, который дракон развернул и прочитал:

"Королевский указ № 1524.

С сего дня XXXX года пони, известного как Даск Шайн, запрещено называть этим именем. Отныне и в течение следующей недели все должны звать этого пони  «Мистер Смарти Пэнтс».

Ознакомиться и распространить по всей Эквестрии.

Подпись: Принцесса Селестия"

— ХАХАХА! — Спайк фыркнул, не в силах сдержать смех. — Всю неделю твои одноклассники, учителя, охранники и даже я называли тебя «мистер Смарти Пэнтс», хахаха!»

— Да! ха-ха! – ответил Даск, когда смех Спайка заразил его. — И самое ужасное, что это был королевский указ, которые нельзя нарушать, они — закон! Представляешь, если бы она не поставила срок действия? Все бы меня так до сих пор называли! Ха-ха-ха! Принцесса Селестия действительно может доставить проблем, когда захочет! Ха-ха! Какое... какое прозвище ты мне назвал в прошлый раз?

— Что? Принцесса Троллестия?

Оба смотрели друг на друга, не в силах сдержать смех.

ХАХАХАХАХАХАХАХА!

— ПРИНЦЕССА ТРОЛЛЕСТИЯ! ХАХАХАХА!! — Даск Шайн громко расхохотался.

— ДА! ОНА НАСТОЯЩИЙ ТРОЛЛЬ! ХА-ХА-ХА! – одновременно с братом рассмеялся Спайк.

ХАХАХАХА!..…ХАХАХА….ха……хе…..хехехе… …. Их хохот понемногу стихал, пока и вовсе не прекратился. Они перестали смеяться не из-за боли, а из-за того, что почувствовали очень знакомое присутствие и что кто-то за ними наблюдает.

— ААА – закричал Спайк, обернувшись и увидев не просто кого-то ещё, а кого-то, над кем они с братом смеялись несколько секунд назад, единственную пони, способную, оставаясь незамеченной, следовать за дракончиком и пройти в комнату, правителя Эквестрии и учителя Даска Шайна, принцессу Селестию.

Реакция единорога была иной: начал потеть и совершенно испуганно смотреть на своего учителя. Он проигнорировал приказ, данный ему принцессой, спрятался и, что еще хуже, насмехался над ней.

Селестия, наблюдая за ними двумя, улыбнулась той самой улыбкой, которую Даск Шайн очень хорошо знал. Ему было известно, что произойдёт дальше.

[Изображение: https://i.imgur.com/hWi8Emb.png]

— Значит… Принцесса Троллестия, да? — тихо произнесла Селестия, пронзительно глядя на пару перед собой.

Маленький дракон и единорог были парализованы. Затем Селестия медленно левитировала ножницы и веревку.

— ААААААА! – Закричали Даск и Спайк, обнимая друг друга и опасаясь того, что может случиться.

* * *

Это был хороший день в Понивилле, солнце Селестии сияло всем своим великолепием над головами пони, и казалось, что в этом маленьком городке он снова будет тихим и спокойным.

Там, на вокзале Понивилля, управляющий по прозвищу «Ол Эборт» посмотрел на часы, как всегда в это время дня. Вероятно, он был самым пунктуальным пони Эквестрии, почему и отвечал за контроль времени отправления и прибытия большинства поездов, курсирующих по Эквестрии.

— ...и через три... две... одну... — говорил сам себе Ол Эборт, глядя на часы, а затем поднимая голову. — И вот он...

Как раз в тот момент, когда Ол Эборт поднял глаза, он увидел, что «Кантерлотский экспресс» появился из-за холма, точно по времени подъезжая к станции Понивилля.

Управляющий убрал часы в карман и ждал, пока поезд остановится.

Состав, сопровождаемый обычным звуком тормозов, без проблем остановился ровно там, где положено. Как только двери открылись, пассажиры стали выходить из поезда: пара туристов и еще несколько пони, которые ездили в Кантерлот по работе или ради удовольствия, теперь вернулись домой. Большинство пассажиров остались сидеть, потому что их пунктом назначения был город или посёлок к юге или западе Эквестрии. Как обычно, очень немногие приезжали, чтобы посетить такое маленькое село, как Понивилль.

Ол Эборт вежливо приветствовал каждого пассажира и ждал, пока кто-нибудь ещё спустится. Так как отправляющихся из Понивиля не наблюдалось, управляющий был готов отдать дать команду на отправление согласно расписанию.

— ВСЕ НА БО… — прерванный машинистом, он не смог законсить свой крик.

— Спец.доставка из Кантерлота, — сказал машинист, вытаскивая огромный мешок на перрон.

Бросив посылку, он запустил механизмы, и, на глазах у недоверчивого Ол Эборта поезд снова двинулся в путь.

— Особая доставка из Кантерлота? Что это может быть? — с тревогой думал управляющий. То, что на станции ежедневно принимались разные доставки из других городов — правда, и все они приходили по определённому распорядку, благодаря чему каждый пони получал принадлежащую ему посылку. Такого честного сотрудника, как Ол Эборт, беспокоило, что машинист не указал ни отправителя мешка, ни его получателя, но ещё сильнее его волновало то, что доставка была произведена вне расписания!

Ол Эборт, подумав, что на мешке может быть бирка с дополнительной информацией, подошёл к нему и начал осматривать. Ничего не обнаружив пони на несколько секунд впал в ступор, обдумывая свой следующий шаг.

Он был действительно строгим и прилежным  в работе сотрудником, а в правилах было сказано, что посылка должна вскрываться только адресатом, но сейчас перед ним была огромный подозрительный мешок без указаний об отправителе или получателе. Воспользовавшись этой лазейкой, управляющий развязал верёвку, чтобы посмотреть содержимое.

[Изображение: https://i.imgur.com/e78MidG.png]

Ол Эборт не мог не удивиться, увидев внутри мешка молодого пурпурного единорога, связанного и с кляпом во рту, а также странное, похожее на маленького дракона существо, так же связанное и с кляпом во рту. Оба пленника посмотрели на управляющего и попытались заговорить, но их слова были заглушены тряпками в их ртах.

Ол Эборт, счастливый и привыкший к своей рутине, несколько секунд недоумевал от того, что увидел, прежде чем прийти в себя и отреагировать.

Пони-проводник шире открыл мешок, чтобы помочь несчастным вылезти из него. Затем он собирался сорвать с них путы, но внезапная мысль пришла ему в голову. Эти личности, как единорог, так и дракон, по какой-то причине прибыли из Кантерлота связанными. Возможно, они были бы какими-то заключёнными? Ворами? Врагами Эквестрии? С этими вопросами, крутившимися в его голове, Ол Эборт принял решение не развязывать прибывших и вызвать стражу.

К сожалению, не успел, потому что, пока Ол Эборт думал, фиолетовый единорог использовал свою магию, чтобы разорвать веревки, и теперь помогал своему чешуйчатому сообщнику сделать то же самое.

— Тьфу — Спайк выплюнул повязку изо рта после того, как Даск ослабил ее. — Я думаю, на этот раз принцесса сильно разозлилась.

— Да, согласен, мы перестарались… — продолжал Даск Шайн, используя свою магию, чтобы ослабить веревки Спайка. — Но, я считаю, что Принцесса Селестия тоже перегнула палку. Смотри, нас связали и отправили спящими в мешке! Не думаю, что это смешная шутка.

— Ну, для нас нет, а для тех, кто нас увидит — может быть.

— Т-ты сказал ПП-Принцесса Селестия...? — прерывистый голос рядом Даском принадлежал Ол Эборту.

— Эм... да, а что? — спросил единорог.

-…Т-тогда… — дрожащим голосом сказал Ол Эборт, медленно отступая назад. — Вы...заключенные принцессы...?

Даск Шайн и Спайк посмотрели друг на друга, а потом рассмеялись.

— Хахаха! Конечно нет! Мы… — Даск не смог продолжать разговор, потому что Ол Эборт убежал, пока подозрительная парочка смеялась, и быстро исчез с вокзала.

— Вау… — сказал Спайк, вставая и почесывая затылок. — Теперь он считает нас преступниками.

— Это ничего, смотри! — сказал Сумрак, передними копытами поворачивая голову Спайка так, чтобы он посмотрел в одну с ним сторону.

Их взглядам открывались покрытые цветами обширные поля, несколько домов по бокам от них, а дпльше были холмы, леса и почая природа.

— Ладно… это определенно не Кантерлот… — медленно сказал Спайк.

— Где мы!? О, Селестия! Что, если принцесса изгнала меня в болота на краю Эквестрии, населённые существами, котолрые живут не по законам пони!? — Даск Шайн начал учащённо дышать, проводя передними копытами по щекам, а его воображение понеслось. — О, великая Эквестрия! Как долго мы спали!? Что, если прошли века и это постапокалиптический Кантерлот?! О, Селестия! Я дома! Все это время… ВЫ, МАНЬЯКИ! ВЫ ВСЁ РАЗРУШИЛИ! К ЧЁРТУ ВАС ВСЕХ! — Даск Шайн трагически закричал, упал на землю и с силой ударил по ней копытами.

— Ну… ну… не драмматизируй — сказал Спайк, пока брат произносил свой нелепый монолог, подошел к скамейке и взял лежавшую на ней газету. — К твоему спокойствию, в газете указан сегодняшний день, и, видимо, за станцией есть деревня, которую ты бы увидел, если бы был внимательнее. Она называется Понивилль.

— Кхм! Итак, Понивилль, да? — сказал Даск Шайн, вставая, краснея и делая вид, что ничего не случилось. — Кажется, я о нем слышал... вроде бы,  это южная деревня, находящаяся в паре часов от Кантерлота, если я не ошибаюсь.

— Да смотреть! — Спайк указал вдаль.

Там Даск мог увидеть далекий силуэт гор и замок Кантерлот, который вырисовывался между ними.

— Здорово! — воскликнул обрадовавшийся Даск, — Тогда, мы можем просто дождаться следующего поезда и закончить это безумное приключение. Сейчас я хочу просто свернуться калачиком у камина в гостиной и закончить книгу, которую читал. "

— Думаю, ты прав...! — Спайка прервала его собственная отрыжка, в которой его знаменитый зеленый огонь сопровождался свитком.

— Письмо от принцессы? — Даск вслух задумался, поднимая свиток.

— От кого же ещё? — раздраженно сказал Спайк. — Она любит использовать меня как свою личную почту, и хуже всего то, что это заставляет мой желудок неожиданно урчать! Я знаю, что добровольно согласился быть средством связи между вами двумя, но иногда она переходит границы. Помню тот раз, когда она послала три свитка одновременно,  а у меня весь день было несварение желудка, тогда...

В этот момент Даск перестал обращать внимание на Спайка, так как знал, что дракон может разглагольствовать весь день. Важнее всего было узнать, чего хочет принцесса, поэтому единорог оставил брата со своим монологом, развернул свиток и прочитал:

«Моему дорогому ученику, Даску Шайну:

Надеюсь, у тебя была хорошая поездка, мне жаль, что пришлось таким путём отправить тебя в Понивилль, но зная, что ты не пойдешь добровольно, я решила, что это будет самый эффективный (и забавный) способ доставить тебя туда. .»

Даск в отчаянии выпустил воздух через нос и продолжил чтение:

«Мы довольно хорошо знакомы и ты знаешь, что каждый раз, когда ты или Спайк делаете что-то неправильное или безответственное, я наказываю вас некоторыми своими шутками. Но это не одна из них, по крайней мере, не совсем. »

Даск нахмурил брови, прочитанное начало его беспокоить.

«Для начала, наказание для Спайка, что окрестил меня «Троллестией». Я знаю, что он привык получать только свитки, так что, думаю, надо немного расшевелить его желудок. Надеюсь, он меня простит, в конце концов, это всего лишь шутка в месть»

Словно по часам, когда Даск прочитал эту часть, Спайк замолчал и закрыл рот когтями, после чего начал делать вид, будто его тошнит и чем больше он это делал, тем больше и больше его щеки распухали, пока, наконец, дракон не выдержал и не выпустил огромную зеленую вспышку, из которой выскочила книжка и упала перед копытами Даска. После этого Спайк пару раз обернулся вокруг своей оси и упал на землю.

Даск не сильно беспокоился о брате, так как знал, что Селестия, хоть и любит плохо пошутить, никогда не причинит им реального вреда или урона. Поэтому он протянул копыто и взял книгу, которую, через его спутника, прислала принцесса.

Книга называлась «КАК ЗАВЕСТИ ДРУЗЕЙ для чайников». Даск сделал раздраженное лицо и продолжил читать письмо от наставника.

«Как ты мог догадаться, эта книга для тебя и она будет очень полезна во время твоего особого «наказания». Хотя, это даже не наказание, а испытание, которое ты должен преодолеть, поэтому, пожалуйста, открой книгу».

Сбитый с толку Даск отложил письмо и открыл книгу, из которой выпал другой свиток. Единорог поднял его и начал читать:

«Королевский указ № 2104.

Начиная с сего дня XXXX года, пони, известный как Даск Шайн и нынешний ученик принцессы Селестии, должен работать над тем, чтобы в следующие пять дней завести хотя бы одного нового друга. Крайний срок – Праздник Летнего Солнца, отмечающийся в Понивиле.

До тех пор вышеупомянутому Даску Шайну запрещено возвращаться в Кантерлот.

Кроме того, если не будет выполнено задание дружбы, указанное выше, Даску Шайну будет запрещено возвращаться в Кантерлот для продолжения обучения.

Ознакомиться и распространить по всей Эквестрии.

Подпись, Принцесса Селестия»

Даск Шайн побледнел, а его мысли опустели от того, что он только что прочитал.

Восстановив самообладание и молясь, чтобы это была просто неудачная шутка со стороны принцессы, он повернул свиток с указом, пытаясь найти продолжение сообщения. Там ничего не было. Затем он проверил подпись, чтобы убедиться, что указ не фальшивый. Он был настоящим. Затем единорог схватил книгу и встряхнул ее, ожидая, что выпадет еще один свиток. Ничего. Наконец, когда Даск подумал, что все потеряно, он вспомнил первый свиток и продолжил чтение:

«Мне жаль, что пришлось прибегнуть к таким крайностям. Я знаю, что ты сейчас напуган, но поверь мне, это для твоего же блага. Дружба важнее, чем ты думаешь, и ей не научиться, если закрыться от остального мира, и я всем своим естеством хочу, чтобы ты это понял.

Я верю, что у тебя получится.

Увидимся через 5 дней.

Атте. твой наставник

Принцесса Селестия»

Единорог потерял дар речи, совершенно ошеломленный. Всё было правдой: королевский указ, Даск Шайн, сосланный сюда, подальше от своих книг, своего учителя, своей семьи и собственного дома в Кантерлоте, вынужденный искать себе друга, и если он не сделает этого в течении пяти дней, то никогда не вернется домой. Единорог был шокирован.

Спайк закашлялся, медленно вставая с земли, а затем взялся за живот и голову. — На этот раз принцесса точно перешла черту. Представь себе, она...

Спайк резко остановился, когда посмотрел на своего брата, который не двигался и смотрел куда-то за горизонт.

— Что случилось? — спросил Спайк, подходя к единорогу.

Не получив ответа, Спайк посмотрел на свитки на земле и прочитал их, только тогда он понял, почему Даск пребывал в шоке.

— Да ладно, Даск, это… не так уж плохо, вот увидишь, — утешил пони маленький дракон. — Было бы неплохо взять перерыв от учебы.

— Но... учеба — это моя жизнь... — слабо ответил Даск.

Спайк несколько секунд молчал, не зная, что сказать. Слова Даска были правдой: молодой единорог большую часть жизни провёл за учёбой, а сейчас, когда ему говорят, что он не может вернуться домой и продолжить учиться, ему должно быть очень тяжело.

— Но... это всего на пять дней! — сказал Спайк, подумав, как подбодрить своего брата. — Вот увидишь, скоро мы вернемся в нашу комнату в Кантерлоте, тебе лишь нужно познакомиться с пони и стать его другом. Это ведь не так сложно, да?

Даск, наконец, тяжело вздохнул и посмотрел на Спайка.

— Думаю, ты прав — Даск слабо улыбнулся своему спутнику.

— Вот это настрой! — ответил Спайк с улыбкой, полной энтузиазма.

С этими словами Спайк взял книгу, а Даск поднял свитки, и они оба направились к живописному маленькому городку под названием Понивилль, не подозревая обо всех приключениях, ожидающих их в этом месте.

— Кстати, мне нравится твоя новая прическа.

— Моя... ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С МОЕЙ ГРИВОЙ!?

## Новый план

— Ну, и куда мы пой... — Спайк замолчал, когда понял, что его спутника нет рядом.- Да ладно, Даск, прекращай ныть о своей гриве и начинай идти.

В нескольких шагах позади Спайка шел Даск Шайн, ошеломленный новостью о своей неожиданной смене имиджа. Он был поглощен своим прибытием в Понивилль и задачей, поставленной Селестией, и не заметил, что принцесса взяла ножницы и подстригла его длинную и растрепанную гриву, прежде чем отослать его из Кантерлота (плюс, помыла его, что действительно было нужно).

— Моя грива...моя длинная грива... — сокрушался Даску, медленно шагая и глядя вниз.

— Почему ты так много ноешь? Ты лишь в этом году начал отращивать гриву, а сделанная Селестией причёска такая же, какую ты носил в юности. — Укорил его Спайк, останавливаясь, чтобы подождать. — Ты выглядишь гораздо лучше: не все жеребцы хорошо смотрятся с длинными волосами. Более того, ты решил отрастить гриву, чтобы произвести впечатление...

— Не произноси её имени! — догнал Даск. — Ты недостоин упоминать её имя.

— Ну-у... как пожелаешь. В любом случае, ты знаешь, что с ней тебе ничего не светит. — Спайк раздраженно вздохнул. Он действительно не понимал, почему Даск боготворил и любил кобылу, с которой у него ничего не могло быть.

Затем Даск надул губы и заплаканными глазами посмотрел на Спайка. Дракон раздраженно провел когтями по лицу. В основном, его брат вел себя как взрослый, но иногда его повеление становилось просто жеребячьим.

— Но что может знать о любви такой маленький дракончик, как я... — театрально сказал Спайк.

— Вот именно! — Сказал Даск Шайн, смотря на Спайка, прежде чем воспрять духом. — Ну, думаю, мне придется смириться и просто подождать, пока моя грива снова вырастет.

Возобновив свой путь по дороге, они оба молчали несколько минут.

— Значит... до Праздника Летнего Солнцестояния осталось всего пять дней? — Небрежно спросил Спайк, нарушая молчание.

— Да, это также будет крайним сроком, по истечении которого я должен убедить принцессу, что могу вернуться в Кантерлот, — спокойно ответил Даск.

Спайк приметил, что единорог ни разу не сказал «завести друзей». Может быть, Даск хочет убедить принцессу только словами? Не выполняя того, о чем она его просила? Это беспокоило Спайка, но он решил оставить этот разговор на потом.

— А почему в Понивилле? — спросил Спайк. — Обычно празднуют в больших городах, вроде Кантерлота или Мэйнхэттена.

— Я задал принцессе тот же вопрос, когда пару дней назад узнал, что празднество состоится здесь. — ответил Даск. — Она сказала, что это особый случай и что хочет отметить этот день возле древнего замка... — Сумрак внезапно замолчал, одновременно говоря и шагая.

— Даск? Что-то не так?

— Вот оно! Древний Замок Двух Сестёр! — Сказал Даск с медленно появляющейся на лице улыбкой.

— Что? — Спросил Спайк, сбитый с толку внезапной переменой в поведении брата.

— Замок Двух Сестёр, старый замок, где принцессы жили до Кантерлота! — Ободряюще сказал Сумрак, взяв за плечи своего спутника-дракона.- Я всегда хотел побывать там! Хоть учеба и мешала мне это сделать, но замок всё равно оставался местом, в котором я хотел побывать, ещё когда был маленьким жеребенком! А теперь это уже не за горами!! Можешь ли ты представить себе историю, хранящуюся в его стенах, огромный главный зал...- В этот момент глаза Даска стали размером с чайные блюдца. — О, Селестия, о, Селестия, о Селестия! БИБЛИОТЕКА!! Только представь себе библиотеку!

Даск несколько секунд молчал, глядя вдаль, пока, наконец, не отпустил Спайка и не повернулся, прежде чем сказать. — Мы должны идти!

Спайк потерял дар речи от шока.

— Н-но... Но мы должны идти в город... и... тебе не кажется, что тебе следует познакомиться с другими пони? — Неловко спросил Спайк, когда, обдумав сказанное Даском, снова смог говорить.

— У нас есть пять дней, из которых четыре можно потратить на изучение замковой библиотеки, — сказал Даск, направляясь на противоположную от города сторону.- Это единственная в жизни возможность, потому как, если я однажды вернусь в Кантерлот, то, скорее всего, никогда вновь не посещу этот город, поэтому надо идти сейчас. Более того, ты сам много раз говорил, что заводить друзей легко. Это займет всего один день.

*Даск умен* подумал Спайк: единорог использует слова дракона против него самого и, что еще хуже, сомнение, растущее внутри, становилось все больше: казалось, что Даск действительно не хочет заводить друзей.

Спайк поднял книгу, которую нёс в когтях с тех пор, как они покинули станцию.

— «КАК ЗАВЕСТИ ДРУЗЕЙ для чайников», хм? — пробормотал себе под нос Спайк, читая название книги. — Похоже, этому дураку нужно что-то получше, чтобы найти друзей…

Затем Спайк начал разрабатывать план, способный заставить Даска поговорить с другими пони. Это будет трудно сделать так, чтобы Даск, будучи очень умным, не догадался, но попытаться стоит.

Спайк схватил книгу и пошел за братом, который ушёл далеко вперёд.

— Даск! — Крикнул Спайк, когда наконец поравнялся с единорогом.

— Ты не торопился, что-то задержало?- спросил Сумрак, остановившись на мгновение, чтобы Спайк мог передохнуть после бега.

— Послушай… — Сказал Спайк, придя в себя — Я… я согласен пойти с тобой в библиотеку.

— Действительно? — на лице Даска появилась улыбка.

— Да… — Неохотно ответил Спайк. — Но рискованно оставлять выполнение такого важного задания на последний день. По крайней мере, тебе нужен… план действий.

-План? — уши Даска навострились. Бинго! Спайк полностью завладел его вниманием, теперь нужно просто забросить приманку.

-Ага! Ты мог бы составить список действий или что-то подобное, чтобы быть уверенным в выполнении поставленной задачи, если встретишь потенциального друга.

Глаза Даска блеснули, когда Спайк произнёс слово «список».

— Да...это может быть хорошей идеей... — сказал Даск, изображая интерес.

— Хорошо! — сказал Спайк, довольный, что брат заглотил наживку. Теперь дракончик готовил ловушку.

Спайк взял один из свитков, присланных Селестией, перевернул его и приготовил перо для письма, которое, на всякий случай, всегда носил с собой.

— Какие шаги нужно предпринять, чтобы завести друга? — Спросил Спайк, держа в когтях перо и глядя на брата.

— Хм...Не знаю... — задумчиво произнес Даск.

— Может... посмотреть в книге, которую прислала тебе принцесса? — Робко предположил Спайк.

— Да, наверное...

— Очень хорошо! — Оживленно сказал Спайк. — Значит, увидев незнакомого пони, ты попробуешь некоторые из написанных в книге советов. — Спайк повторил вслух то, что написал на свитке. — А потом...

— Точно! Мне пришла в голову идея получше! — воскликнул Даск, левитируя с помощью магии свиток и перо, которые были у Спайка.

С этими словами единорог начал писать и, закончив, показал Спайку следующий план:

«Шаги в обретении друга:

Шаг 1: увидев незнакомого пони, ты попробуешь некоторые из написанных в книге советов…

Шаг 2: Изобразить интерес к этому пони и его деятельности.

Шаг 3: Притвориться, что мне нравится его/ее компания.

Шаг 4: Убедите его/её, что я его/её друг.

Шаг 5: Показать его/её Селестии.

Шаг 6: Отбросить ложную дружбу.

Шаг 7: Вернуться в Кантерлот.

Конец.»

Спайк нервно сглотнул. То, что написал Даск, не только разрушило план дракончика по обретению его братом друзей, но и похоронило надежды на это в будущем. Эгоизм единорога был гораздо более серьезной проблемой, чем казалось вначале, и теперь Спайк понимал, почему принцессе пришлось принять такие решительные меры.

— Притвориться? Отказаться от фальшивой дружбы? — дрожащим голосом спросил Спайк. — Ты...ты не хочешь завести настоящего друга?

— Всё равно, «друг» мне нужен только на день, — раздраженно ответил Даск.

Оба долго молчали.

Даск уставился на безутешное лицо Спайка, который действительно хотел, чтобы брат завел друзей, чего единорог не желал, так как это противоречило бы всему, что он сказал себе никогда не делать, однако, казалось, что это повлияло на Спайка неожиданно сильно.

Даск наконец решил, что, ради брата, ему придется сдаться.

— Ладно, ты победил. Должен признать, я был слишком холоден, когда писал о фальшивой дружбе, — сказал Даск, ухмыляясь Спайку. — Обещаю тебе, что, если представится случай, то постараюсь завести настоящую дружбу с некоторыми из здешних пони.

Это подняло настроение Спайка. Надежда еще оставалась.

Дракон плюнул на свою лапу и протянул её единорогу. — Клянёшься? — улыбаясь, спросил Спайк.

Даск сделал тот же жест и пожал лапу дракончика. — Клянусь, — ответил он, тоже улыбаясь.

— Итак... — сказал Спайк с фальшивым умоляющим взглядом, вспомнив, что должен вернуться к своему первоначальному плану. — Как насчет того, чтобы пойти в город и узнать, где находится замок?

Это была ловушка Спайка, прекрасная возможность для Даска поговорить с кем-нибудь, потому как невозможно пойти в город и не найти пони, так что единорогу придется исполнить свою клятву, которую, что ещё лучше, он скрепил с братом слюной, а не записал на бумаге! Такую нельзя нарушить!

— Нет, — просто ответил Даск, после чего отвернулся от брата и пошёл в противоположную от города сторону.

Спайк снова замер.

-Н-но ты же не знаешь, где находится замок, давай пойдем в город и спросим дорогу! -заговорил Спайк, следуя за братом. Он знал, что, когда Даску приходит в голову какая-нибудь идея, его становится очень трудно отговорить, но с такими аргументами единорогу придётся смириться и пойти в город, чтобы расспросить местных.

— В этом нет нужды, — сказал Даск Шайн. — Я знаю, что замок находится недалеко от центра Вечнозеленого леса, к юго-западу от этого города! А если мы обойдём город вокруг, то не встретим ни одного местного пони!

На лице Даска появилась зловещая ухмылка.

[Изображение: https://i.imgur.com/ZbF64NI.png]

— Я знаю, что ты замышляешь, но не волнуйся, как и обещал, я поговорю с пони, но только когда встречусь с ними, а это, вероятно, произойдет после того, как я проведу четыре дня, наслаждаясь библиотекой старого замка. Аха-ха-ха, — Даск злобно рассмеялся, видя, как разрушаются планы Спайка.

Действительно, в плане Спайка была дыра: Даск был связан обещанием вступить в разговор с пони, если найдет его, как планировал Спайк, но если единорог не найдет пони в течении четырёх дней, клятва не будет нарушена.

*Он попал в мою ловушку нарочно, зная всё с самого начала.* Спайк смирился с этой мыслью и, громко вздохнув и улыбнувшись, последовал за братом, понимая, что никогда не сможет перехитрить его.

## Первая неловкая встреча

Что ж, вот и новая глава. Прошу указывать на ошибки и недочёты. Также, знатоки местного текстового редактора, объясните пожалуйста, как убрать код пробела, появляющийся при копировании текста из Word-а?

— Ты заблудился, не так ли? — спросил Спайк, увидев, что Даск лихорадочно озирается по сторонам. — Я же говорил, что нам нужно узнать дорогу!

— Я не заблудился! — раздраженно ответил Даск. — Просто... выбранный короткий путь меня немного запутал .

Даск обошёл город, направляясь в нужную сторону, на юго-запад, но, замечая дом, он каждый раз делал небольшой крюк, чтобы избежать его, из-за чего путники слегка отклонились от своего маршрута.

— Видишь? А вот и лес! — счастливо произнёс Даск, указывая на проглядывающуюся впереди опушку леса. - Я же сказал, что мне не нужно спрашивать дорогу.

Оба они сошли с дороги и направились в сторону светлого леса.

— Это и есть печально известный, тёмный Вечнозелёный лес? — Спросил Спайк, оглядываясь по сторонам.

Этот лес был далеко не таким мрачным: солнечный свет легко проходил между ветвями безмятежных деревьев, заливая собой большие участки; повсюду было слышно приятное пение птиц, бабочки порхали с одной стороны на другую, и, если внимательно присмотреться, можно заметить прячущихся от путников пушистых кроликов.

Это был далеко не темный лес.

— Что ж... может быть, кантерлотские пони преувеличивали, когда говорили об этом. — неуверенно ответил Даск, сомневающийся, что это действительно был Вечнозелёный лес.

— Думаю, лучше всего будет... — Даск не договорил и насторожился, услышав что-то вдалеке.

Единорог посмотрел на Спайка и жестом поманил его за собой, после чего они оба медленно и молча пошли туда, откуда доносился звук. Подойдя ближе к источнику шума, путники услышали мелодичный голос, напевающий красивую мелодию.

Два брата спрятались за кустом и, чтобы увидеть обладателя голоса, раздвинули ветки копытами и когтями.

Спиной к ним стояла красивая желтая пегаска с длинной, светло-розовой гривой и хвостом, глазами цвета калипсо, и образующими её кьютимарку тремя розовыми бабочками на боку. Всё это дополнялось красивым голосом.

Одно мгновение Даск просто смотрел на неё, после чего быстро закрыл дыру, которую открыл в кустах, и повернулся лицом в другую сторону.

После нескольких секунд взгляда в никуда, единорог посмотрел вниз, на Спайка, и увидел, что тот, уставившись на брата, широко улыбается.

Даск не ожидал встретить пони в лесу, и, вообще, не хотел встречать кого-либо. Теперь ему придется сдержать обещание, данное Спайку, о чём дракон знал и от чего не мог сдержать свою триумфальную улыбку.

Кобыла всё ещё пела, не заметив прячущихся за кустом Даска и Спайка, которые, не желая прерывать пение и/или пугать незнакомку, продолжали прятаться и беззвучно, с помощью жестов и взглядов, общались между собой.

— Давай убираться отсюда. — жестами объяснил брату единорог, то и дело отводя взгляд в сторону.

— Конечно, нет! — скрестив в жесте отрицания на груди лапы, ответил Спайк, после чего указал когтем на сердце Даска, что значило «ты обещал».

Даск закрыл лицо копытами в знак разочарования.

— Хорошо, но что мне делать? — через несколько секунд жестами спросил Даск.

— Иди и поговори с ней, — безмолвно ответил Спайк, после чего поднял с земли маленькую ветку и приложил её к голове так, чтобы один конец был около уха, а другой — возле рта. Дракон несколько раз показал на прутик, надеясь, что Даск поймёт его намёк.

И действительно, Даск понял, чего хотел Спайк. Единорог поднес свой рог к ветке, и она замерцала, а на конце, который был рядом со ртом Спайка, образовался маленький ярко-фиолетовый магический шар.

Это было изобретённое Даском несколько месяцев назад заклинание, которое заставляет маленькие объекты работать как гарнитура, благодаря чему единорог, после активации зачарования, мог общаться с обладателем устройства. Принцесса Селестия, посчитав такую магию довольно полезной, похвалила своего ученика за его разработку, но он был иного мнения из-за имеющихся у заклинания ограничений: общаться могли только две персоны, при этом находясь на расстоянии не более пятнадцати тел, иначе чары переставали работать. Поэтому Даск использовал его всего несколько раз, чтобы поиграть со Спайком.

Спайк поднес блестящий конец ко рту и прошептал.

— Иди к этой кобыле и поговори с ней, а я буду наблюдать и давать советы из книги.

Шепот Спайка был почти неразличим, но Даск отчётливо слышал всё, что его брат проговорил в магическую гарнитуру. Это был надежный способ вести неспешный разговор, слышимый только братьями.

Даск повернулся в ту сторону, где стояла кобыла. Молодой единорог действительно не хотел этого делать, но обещание есть обещание, поэтому, сделав глубокий вдох и выдох, чтобы успокоиться, он вышел из-за куста, за которым прятался.

Желтая пегаска радостно пела, собрав вокруг себя группу небольших птиц, которые вторили её мелодии, пока вдруг, испугавшись чего-то, не разлетелись кто куда.

— Что случилось? — спросила кобыла, увидев, что ее птицы улетели.

— Э-э-э... прошу прощения... — раздался голос позади нее, заставив ее подпрыгнуть.

Даск приблизился к жёлтой пони, потрясённый тем, что нечаянно напугал её.

Единорог замер, как и пегаска, которая будто окаменела, спрятавшись за собственной гривой и со страхом глядя на Даска. Казалось, что в любой момент кобыла закричит и убежит отсюда.

Даск осмотрел себя и свои копыта в поисках чего-то неуместного, что могло напугать кобылку перед ним.

«Должно быть, всему виной моя грива» подумал Даск, убеждая себя, что эта новая причёска ему не к лицу.

— Прошу, не бойся, — снова заговорила единорог, нарушая тишину. — Я просто... хотел спросить, здесь ли... Вечнозелёный лес... — Даск придумал только что, поняв, что у него нет плана, как завести разговор.

Ответа не последовало. Даск не был уверен, но ему показалось, что кобыла начало слабо дрожать при упоминании «Вечнозелёного».

— Спайк~ Это не работает~ — нараспев сказал Даск, не переставая улыбаться, зная, что Спайк отчётливо слышал его шёпот через магические наушники.

— Подожди секунду! — Даск услышал в своей голове голос говорящего через наушник дракончика. — Дай мне заглянуть в книгу. Посмотрим... глава первая... при встрече с другом теплое приветствие — хороший способ начать разговор... — прочитал Спайк.

— Это не сработало, нужно что-то ещё — прошептал Даск, все еще улыбаясь наблюдавшей за ним жёлтой кобыле.

— Давай посмотрим... спроси её имя! — оживился Спайк.

— Э-э... простите, к-как вас зовут? - Даск заговорил с пегаской, стараясь не выглядеть смущенным, и сделал маленький шаг к ней.

— ... Флаттершай... — тихо прошептала в ответ она, отступая на шаг.

«Проклятье, это не работает!» подумал Даск Шайн, начиная терять терпение от того, что, очевидно, он столкнулся с самой застенчивым пони Эквестрии.

— Простите, я не расслышал вашего имени, не могли бы вы повторить? — спросил Даск, набравшись терпения и сделав еще пару шагов, чтобы приблизиться к кобыле и лучше слышать, если она снова прошепчет свое имя.

Пегаска открыла рот, чтобы ответить, но не успела, потому что рядом раздался громкий рев. Пони перестали оторвали взгляды друг от друга и посмотрели в сторону, чтобы узнать, откуда доносится шум.

— РОАР! — видневшийся невдалеке медведь снова зарычал и начал приближаться к ним.

Пока зверь шёл к ним, Даск трясся и мысленно ругался «Почему сейчас на нас решид напасть дикий медведь?! Будь проклята моя удача! Затем он быстро обдумал план своих действий:

«Я никогда не выиграю гонку против медведя; если побегу, он меня съест. Не думаю, что смогу обездвижить его своей магией; слишком рискованно. Можно было бы телепортироваться, но далеко переместить меня, кобылу и Спайка не получится, следовательно, магия будет потрачена впустую. Можно спастись самому! Но я не могу бросить эту кобылу! Черт! Что мне делать?!» Даск лихорадочно думал, не в силах найти подходящего решения.

— БЕГИ, ДАСК, БЕГИ! — прокричал Спайк в наушник, увидев приближающегося пони медведя.

— Если она испугалась, увидев меня, то теперь, когда на нас напал медведь, она должна быть в шоке. Я не могу сказать ей бежать, пока буду отвлекать зверя на себя. Я не знаю, что делать, но знаю, что не могу бросить ее на произвол судьбы! — Разум Даска наконец пришел к самоубийственному выводу, в то время как медведь, бегущий к ним, становился все ближе.

— О! Это же Гарр... — кобыла впервые заговорила слышным голосом, но единорог прервал её.

— Не бойся! — громко воскликнул Даск, выставляя копыто вперед, чтобы защитить желтого пегаса. — Я защищу тебя, — твердо сказал он, глядя в лицо своей неминуемой гибели.

[Изображение: https://i.imgur.com/LfpPMuO.png]

Пегас уставился на Даска. «Этот незнакомец рискует своей жизнью, пытаясь защитить меня?» задумалась она, выглядывая из за единорога. Такого поступка для неё никто не совершал, не говоря уже о жеребце. Сердце кобылы забилось быстрее, но не когда она посмотрела на приближающегося к ним «опасного» медведя, а, скорее, когда она взглянула на храброго пурпурного единорога перед собой.

— Я не могу смотреть! — крикнул Спайк через наушники, в то время как Даск видел перед глазами всю свою жизнь (очень скучную жизнь, поскольку почти вся она была посвящена учёбе).

Медведь был близко, Даск стоял неподвижно, стараясь не показывать кобыле, которую пытался защитить, свой ужас. Единорог закрыл глаза и приготовился к тому, что его ждет, отдав свою жизнь на волю судьбы. Но он не был готов к тому, что произошло дальше.

Как только медведь встал перед пони, он схватил Даска и желтую пегаску и крепко обнял их, раскачиваясь из стороны в сторону.

Даск Шайн не верил, что его обнимает медведь, который, как казалось несколько секунд назад, собирался сожрать его.

Встряхнув их, медведь перестал обниматься и аккуратно поставил пони на землю.

— Так ты скучал по мне, Гарри? — мягко спросила пегаска, поглаживая медведя по голове.

— Роар! — ласково, будто щенок, прорычал медведь.

На этот раз дара речи лишился Даск, ошеломлённый тем, что робкая кобыла гладит свирепого медведя .

Жёлтой пегаске понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить о присутствии Даска. Она инстинктивно решила приласкать медведя, но забыла, что находится перед пурпурным единорогом. Осознав это, она покраснела, перестала гладить огромного зверя и вернулась в свою робкую позу.

Воцарилось неловкое молчание: медведь дремал от полученной ласки, смущенная кобыла смотрела вниз, а бедный Даск все еще неподвижно стоял с широко открытым ртом, потрясенный быстрым переходом от смертельного ужаса к сильнейшему удивлению

— Мне... мне очень жаль, что Гарри напугал тебя, но он хороший медведь, — тихо сказала пегаска, собрав все свое мужество, чтобы извиниться. — Он никогда ни на кого не нападает, мистер...

Пегас подождал, пока единорог закончит фразу. В то же время, Даску потребовалось несколько секунд, чтобы выйти из ступора и понять, что он выглядит глупо, а его собеседница ждёт ответа.

— Э-э... Даск, Даск Шайн. — наконец, закончил фразу единорог.

Снова воцарилось долгое молчание.

— И... тебя зовут?.. — снова начал разговор Даск, осознав, что все еще не знает имени кобылы. Кроме того, это был естественный ход разговора после того, как кто-то спросил твоё имя.

— О! Меня зовут Флаттершай. — пегаска ответила так, словно ждала, пока её спросят.

По какой-то причине кобыла заговорила громко, и, что самое главное, казалось, она больше не боится Даска. «Возможно, это потому, что она чувствует себя виноватой из-за медведя» подумал Даск. Но, независимо от причины, это была возможность поговорить с пони и выполнить данное Спайку обещание.

— Э-э... Мисс Флаттершай, я... я пони из Кантерлота, и по некоторым причинам, которые я предпочту не упоминать, я оказался недалеко отсюда, в Понивилле, а потом направился в находящийся неподалёку замок, но боюсь, что заблудился. Не могли бы вы мне помочь, ведь, судя по всему, вы здесь живёте? — будто диктуя письмо, чрезмерно вежливо спросил Даск.

— Роар... — Даска прервало низкое рычание медведя, ткнувшегося мордой в гриву Флаттершай.

— Думаю, я смогу вам помочь, подождите минуту. — сказала пегаска, поворачиваясь к медведю.

В это же время, за кустом, заткнув ужи и зажмурив глаза, лежал Спайк: увидев, что к Даску идёт медведь, а брат не убегает, он бросился на землю и, чтобы не слышать, как пожирают его любимого брата, заткнул уши. Молодой дракон уже некоторое время пребывал в таком состоянии, боясь посмотреть, что происходит, но, наконец, собравшись с духом, он открыл глаза и поднялся. Теперь от того, что осталось от Даска и той кобылы, Спайка отделял только куст, за которым он прятался. Сглотнув, дракончик медленно раздвинул ветви, чтобы посмотреть, что произошло.

Спайк не поверил своим глазам: Даск был там в полной безопасности и, с широко открытым ртом, смотрел на то, что больше всего удивляло — жёлтая пегаска повалила свирепого зверя на землю и, прыгнув на него, начала бить его по шее и спине.

«Это... ЭТО ДИКАЯ КОБЫЛА!» Подумал Спайк, когда увидел, что ранее казавшаяся стеснительной пони обратилась смелым бойцом, безжалостно «атакующим» огромного медведя.

«Я и не знал, что провинциальные пони такие дикие!» подумал дракончик, медленно закрывая смотровое отверстие в кустарнике и снова прячась, в то же время, по его спине прошла мелкая дрожь. «Возможно, заставлять Даска поговорить с этой пони не было такой уж хорошей идеей».

Через несколько минут Флаттершай прекратила «атаковать» медведя.

— Это... это было потрясающе! — удивленно сказал Даск, увидев, как кобыла справилась с огромным медведем. — Кто бы мог подумать, что ты умеешь драться. Это поразительно.

— В этом... нет ничего особенного... — застенчиво ответила Флаттершай, краснея тем больше, чем больше похвалы получала. — Просто, раз в месяц Гарри нужен массаж и, чтобы он смог почувствовать его сквозь свою толстую шкуру, мне нужно сильно массировать. Это только выглядит жестоко.

Они несколько секунд смотрели друг на друга, прежде чем Флаттершай смущённо отвернулась.

— Точно! Я ведь ещё не представил вам своего друга. — взволнованно сказал Даск, глядя в сторону куста. — Спайк, выходи!

— Друг? — робко спросила Флаттершай.

— Да, он дракон и мой единственный лучший друг, хотя, скорее, он мне как брат, — сказал Даск, направляясь к кусту.

Услышав слово «дракон», Флаттершай задрожала от страха.

— Д-дра-дракон? — Пробормотала Флаттершай, съежившись и отступая — ... Не думаю, что это хорошая идея.

— Не волнуйся, он очень дружелюбный и общительный, он тебе понравится. Почему бы тебе... — Даск замолчал, когда понял, что Спайка больше нет за кустом.

— Спайк, где ты? — тихо спросил Даск, зная, что дракончик отлично слышит его через магическую гарнитуру.

— Я спрятался с в другом месте, не хочу встречаться с этой пони! — Даск услышал голос брата в собственной голове.

— Почему нет? — спросила Даск.

— Ты видел, что она сделала с медведем? Я думал, что она робкая и слабая! Честно говоря, она меня пугает... и вообще, это ТВОЯ работа — стать ее другом, а не моя! Не хочу, чтобы она вырубила меня, как того медведя. — испуганно ответил Спайк.

— Ты не правильно понял. Она просто... — Даск попытался объяснить ситуацию, но его прервал тихий голос.

— Э-э... простите, мистер Даск, с кем вы разговариваете? — невинно спросила Флаттершай, поняв, что Даск разговаривает сам с собой.

— А?! Я разговариваю со Спайком, и только я могу его слышать, — сказал Даск, не придавая значения сказанному.

— Только ты? — растерянно спросила Флаттершай.

— Да, мысленно. — ответил Даск.

— О-о-о... — тихо произнесла Флаттершай, вставая.

Теперь Флаттершай думала, что понимает происходящее, нужно просто сопоставить все факты: Даск сказал, что Спайк его единственный друг и что слышать его и говорить с ним может только он, а также, что Спайк — дракон, друг-дракон! Какой абсурд!! Ни один огромный и страшный дракон не мог быть настолько маленьким, чтобы спрятаться за небольшим кустом. Объяснение могло быть только одно: Спайк-дракон является воображаемым другом мистера Даска!

Флаттершай подошла к Даску и поприветствовала воздух.

— Приятно познакомиться, Спайк! — Сказала Флаттершай, обращаясь к пустоте перед собой, а затем благочестиво посмотрела на Даска. — Говорите, этот дракон — ваш единственный друг?

— Э-э-э... Да... — ответил Даск, недоумевая, почему Флаттершай здоровается ни с чем.

— О-о-о...! Как я погляжу, вы с мистером Даском всегда вместе, как братья… — Флаттершай продолжала говорить с воздухом, полагая, что разговаривает с воображаемым другом единорога. — Мне повезло, что ты дружелюбный дракон, драконы обычно пугают меня.

— С кем говорит эта пони? Кроме того, что она дикая, она еще и сумасшедшая? — Даск услышал в голове голос Спайка.

Даск медленно могнул, когда осознал происходящее: Флаттершай подумала, что Спайк был воображаемым! Это плохо, ведь теперь пони, с которой он пытался подружиться, подумает, что он сумасшедший. Единорог хотел объясниться, но вспомнил, что пегаска упоминала о своём страхе перед драконами. «Если сейчас заставить Спайка выйти из укрытия, то Флаттершай поймёт, что он настоящий дракон и, возможно, застынет в ужасе или, что ещё хуже, убежит. Знакомить их друг с другм прямо сейчас — точно не очень хорошая идея, к тому же, Спайк тоже её боится. Какая морока!» Подумал Даск, решив, что пока лучше всего подыграть Флаттершай, которая, казалось, либо не думала о нём, как о безумце, либо не показывала этого, проявляя некоторое благородство, что также может быть полезным, если он захочет убедить эту кобылу стать его другом.

Медведь Гарии, начал обнюхивать гриву Даска,тем самым вырва его из своих мыслей.

— Славный медведь... Славный медведь... — сбивчиво начал говорить Даск, отступая назад.

— Пожалуйста, не бойся, — сказала Флаттершай, подходя к нему. — Гарри никогда не причинит тебе вреда, он просто нюхает, чтобы запомнить тебя, возможно, потому что ты ему нравишься.

Даск позволил медведю обнюхать его, после чего Гарри улыбнулся и тихо ушел.

— Видишь? Он большой, но очень добрый и заботливый. — весело сказала Флаттершай.

Они улыбнулись друг другу. В воздухе определенно не чувствовалось напряжения, и Флаттершай, и Даск выглядели гораздо более расслабленными и естественными в своих речах и действиях.

— Думаю, пора уходить. — вдруг сказала Флаттершай. — Мне ещё многих животных в лесу нужно навестить.

— Было приятно с вами познакомиться, мистер Даск. — Флаттершай улыбнулась. — О! И с тобой тоже, Спайк! — сказала она, обращаясь к пустоте.

Кобыла зашагала прочь, оставив Даска слегка покрасневшим и со странным новым чувством.

"У нее действительно красивая улыбка..." Подумал единорог.

Когда пегаска отошла на некоторое расстояние, Даск пришёл в себя и заговорил со Спайком.

— Спайк! Что мне делать?! Что мне ей сказать? Как мне убедить ее стать моим другом, прежде чем она уйдет?!

— Что ты...? — ответил Спайк через магическую гарнитуру. — Ты хочешь... ты хочешь подружиться с ней? Это просто фантастика! Это...! Эм... ты уверен, что не хочешь поискать другого пони? Просто эта кобыла меня немного пугает...

— Ну... Дело не в том, что я горю желанием заводить друзей... Я просто хочу выполнить обещание, которое дал тебе. — смущенно ответил Даск.

Спайк был удивлен: он прекрасно знал Даска у мог заметить, лгал его брат или же что-то скрывал. Правда ли, что Даск начал раскрываться и подумывать о том, чтобы завести настоящих друзей? Если его догадка верна, это было здорово! Наконец-то этому затворнику захотелось подружиться с кем-то!

Хоть желтая кобыла и вправду пугала Спайка, для него намного важнее было, чтобы Даск снова поверил в дружбу, нежели в собственные страхи, и если его брат хочет подружиться с пони-что-бьёт-медведей, он поможет. Поэтому, быстро взяв книгу "КАК ЗАВЕСТИ ДРУЗЕЙ для чайников", дракон стал искать новую подсказку.

— Ладно, ладно, слушай... узнай, чем она увлекается. Это должно помочь. — посоветовал Спайк.

— Эм... Ф-Флаттершай! — Крикнул Даск, догоняя кобылу.

— Да? — Невинно спросила Флаттершай.

— Я... я хотел побольше узнать о ваших интересах. — нервно ответил Даск.

Флаттершай на мгновение растерялась; это был очень неожиданный вопрос, учитывая, что несколько секунд назад они попрощались, но пегаска решила не задумываться и ответить, потому что, будучи честной с собой, Флаттершай отчего-то была рада, что Даск еще не ушел и захотел продолжить разговор с ней.

— Мне нравится ухаживать за животными, — тихо сказала Флаттершай, слегка покраснев.

— Это великолепно! — оживленно воскликнул Даск. — Вы заботитесь о животных и поэтому у вас такая кьютимарка, верно? Полагаю, что наши таланты абсолютно разные, ведь мне нравится учиться, отчего я почти всегда нахожусь в библиотеке.

— Значит... вы никогда не общались с животными? — с некоторым сожалением спросила Флаттершай.

— Ну... я читал несколько книг, а также видел животных в саду замка, к которым, однако, никогда близко не подходил.

Несколько секунд Флаттершай смотрела вниз, потом закрыла глаза и закусила губу. Похоже, она спорила сама с собой о том, делать что-то или нет. Наконец она робко взглянула на Сумерки и заговорила:

— В-вы хотели бы посмотреть со мной на животных?

Даск уставился на Флаттершай. Пегаска, казавшаяся такой хрупкой и невинной,  застенчиво смотрела на него своими большими глазами, ожидая ответа. Даск снова ощутил странное чувство внутри себя.

— Конечно! Я с удовольствием составлю вам компанию! — не задумываясь ответил Даск.

И Спайк, и Даск были поражены ответом единорога. Неужели Даск действительно согласился ухаживать за животными в лесу с незнакомой пони? Спайк стоял с открытым ртом, в то время как Даск пытался осознать, почему он ответил так быстро, не думая, без стратегии, он просто ЧУВСТВОВАЛ, что это было правильно.

— Правда?! Я рада это слышать! Пойдём! — Флаттершай ответила яркой улыбкой.

Пегаска очень боялась, что ей откажут. Но, как говорила подруга, с которой она всегда ходила в спа: «иногда нужно набраться смелости и высказаться открыто, и тогда, возможно, ты получишь свою награду».

Флаттершай пошла впереди и Даск быстро последовал за ней, разделяя улыбку, которую подарила ему кобыла и не понимая, почему он испытывает чувство счастья. Держась чуть поодаль, перебегая от куста к кусту, за ними следовал Спайк, всё ещё не веря, что его брат общается с другой пони по собственному желанию.

-----|||||-----

День быстро клонился к вечеру, пока Флаттершай водила Даска (и Спайка) по разным секторам леса.

Даск сопровождал ее, когда они посещали уток и лебедей, плавающих в маленьком озере, затем они посмотрели кроличьи норы, дубы, по которым счастливо шныряли белки, жилища бобров и енотов, норы, где спали змеи и ящерицы, и различные домики, заботливо расположенные на деревьях и служащие пристанищем для всего разнообразия красочных птиц этого места.

Пока время текло своим чередом, удивление Даска росло всё сильнее.

Одной из причин его удивления стала естественная красота этого места. Не было ни магазинов, ни домов, ни каких-либо других зданий, только природа, которую можно назвать истинной Эквестрией: прекрасные пейзажи, по которым, купаясь в лучах солнца, закатных ветрах и летней жаре, совершенно свободно бегают разные животные... Прекрасные виды, которые Даск никогда не предполагал увидеть в живую, которые никогда бы и не увидел, если бы не выбрался из своей комнаты-библиотеки в Кантерлоте.

Другой и, возможно, наиболее значимой, причиной его удивления стала встреча с Флаттершай. Да, в начале их прогулки они почти не разговаривали, главным образом потому, что непривыкший импровизировать Даск не знал, о чем говорить, но постепенно атмосфера становилось более приятной. Казалось, что каждое лесное животное любит Флаттершай, без опаски подходя к ней и позволяя ласкать себя, а пегаска отвечает им взаимностью. Доброта, излучаемая этой кобылой выходила за рамки природного таланта, отражённого в её кьютимарке, и  даже Даск должен был признать, что ему становилось все комфортнее находиться рядом с пегаской.

Флаттершай, будучи окружённой животными, по-видимому, чувствовала себя спокойнее, отчего разговор двух пони постепенно становился более свободным. Таким образом Даск узнал, что на самом деле пришёл не в тёмный лес, а в небольшую чащу, которая находится перед входом в Вечнозелёный; что пегаска привыкла жить на окраине города, выходя только за покупками или на встречу с друзьями; что будучи пегасом, Флаттершай не очень хорошо летает, отчего кобылкой покинула Клаудсдейл и посвятила себя уходу за живущими здесь животными.

Солнце уже начало садиться, но двое пони всё ещё разговаривали о животных, которых опекает Флаттершай.

— Значит, ты знаешь всех живущих здесь животных? — спросил Даск.

— Ну, не всех, но многих. Кроме того, я всегда прихожу увидеть новых детей, когда они рождаются. — спокойно ответила Флаттершай.

— К счастью, здесь водятся только мелкие полевые животные, и самый страшный из них — медведь, которого мы встречали ранее. — сказал Даск, слегка рассмеявшись.

— О нет, Гарри совсем не страшный. Но... — Флаттершай на мгновение задумалась. — Наверное, Энджел... да, он немного пугающий.

Услышав это, Даск замер, и холодный пот побежал у него по спине.

— Э... Энджел страшнее Гарри? — нервно спросил Даск.

— Да, определенно, когда ему не нравится еда или когда он в плохом настроении, он действительно ужасен. В таких случаях мне даже страшно приближаться к нему. — ответила Флаттершай со слегка обеспокоенной улыбкой, как будто что-то вспомнила.

Даск не могла избежать паники из-за этого животного, которого боялась даже Флаттершай!? Она! Пегаска, что способна одним своим голосом успокоить огромного медведя! Даск мог только представить, насколько ужасна эта тварь...

Тем временем Спайк провел весь день, гоняясь за двумя пони, при этом держась на достаточном расстоянии от Флаттершай, чтобы пегаска его не обнаружила, из-за чего, к сожалению, магическая гарнитура перестала работать должным образом. Кроме того, он не хотел прерывать этот уникальный момент обретения Даском друзей.

Внезапно, куст перед Спайком зашевелился, заставив насторожиться. Ожидая нападения чего-то ужасного, Спайк взял лежащую рядом ветку и встал в стойку и приготовился.

Дракон не мог скрыть своего недоумения, когда из кустов вместо страшного зверя появился просто прелестный маленький белый кролик.

— О~о это просто милый кролик~ — сказал Спайк, будто разговаривая с ребёнком. — Иди сюда, малыш.

Спайк медленно приблизил лапу к кролику. Зверёк взглянул на неё и с выражением гнева снова посмотрел на дракончика, удивив его. Бедный Спайк не понимал, во что ввязался.

Флаттершай и Даск собирались продолжать прогулку, но их прервал доносившийся из кустов громкий крик, вырваший единорога из мыслей о неком ужасном существе. Не говоря ни слова, испуганные пони начали медленно подходить к кусту.

Подойдя ближе, они замерли, увидев бегущего к ним маленького дракона, атакуемого белым кроликом.

— А-А-А! СНИМИ ЕГО! УБЕРИ ЕГО! — кричал Даску Спайк, пытаясь когтями избавиться от быстрого кролика.

Даск Шайн рассмеялся бы, если бы всё не выглядело так, будто кролик действительно доставляет дракончику проблем. Он уже собирался действовать, но его Флаттершай его опередила.

— Энджел, прекрати! — твердо сказала она.

Кролик немедленно остановился, все еще сжимая лапами ухо Спайка и готовясь укусить его зубами. Затем он сделал пару прыжков и встал перед Флаттершай.

— Это и есть Энджел? — недоверчиво спросил Даск. — Но это всего лишь кролик!

— Ужасный кролик... — добавил измученный Спайк, лежа на земле и страдая от полученных укусов.

— Почему ты напал на него?! — спросила Флаттершай у кролика. После нескольких непонятных для единорога и дракона писков, пегаска продолжила. — Ладно, может, он и разбудил тебя, но это не повод нападать на него.

Наконец кролик скрестил лапы, раздраженно посмотрел в другую сторону и снова пискнул.

— Энджел говорит, что ему очень жаль. — наконец сказала Флаттершай, которая, очевидно, прекрасно поняла, что сказал кролик. — Мне тоже очень жаль... э-э... ты... кто ты такой?

Встреча, которой Даск пытался избежать, произошла сама собой и самым худшим из возможных способов. Зная, что другого выхода нет, он решил познакомить их.

— Спайк, это Флаттершай. Флаттершай, это Спайк.

Глаза Флаттершай медленно открылись.

— Детеныш дракона... — тихо сказала Флаттершай.

Даск боялся, что Флаттершай испугается и убежит, но был готов остановить её и объяснить ситуацию. Однако пегас, вместо того чтобы бежать прочь, быстро приблизилась к дракону

— ТЫ НАСТОЯЩИЙ ДЕТЁНЫШ ДРАКОНА! Я никогда раньше их не видел! И ТЫ ГОВОРИШЬ! О~о... ты такой милый, ты... — Флаттершай придвинулась гораздо ближе к Спайку, чтобы погладить его, но как только она собралась прикоснуться к дракону, тот, к удивлению пегаски, отпрянул.

— Что... что случилось? — удивленно спросила Флаттершай. Для нее, любимой всеми лесными созданиями, страх Спайка перед ней был очень мучительным.

— Успокойтесь, вы оба, — перебил её Даск, понимая, что если он этого не сделает, то все может обернуться катастрофой. — Все это недоразумение. Позвольте объяснить...

Даск всё подробно разъяснил: и об испытываемом Спайком страхом перед Флаттершай, и о ложном нападении медведя и массаже, который пегаска сделала Гарри, и о том, что Спайк не был воображаемым, а просто прятался в кустах и следил за ними.

Спайк заметно успокоился, когда понял, что Флаттершай не опасна, но у Даска был один вопрос.

— Почему ты не боишься, когда видишь Спайка? — Спросил Даск.

— Ну... он очаровательный маленький дракон, а не огромный и ужасающий взрослый дракон, они очень разные. — просто ответила Флаттершай — Кроме того, я впервые вижу детёныша дракона.

Объяснение Даска было настолько подробным, что затянулось допоздна, и поэтому Даск, как настоящий джентлькольт, предложил проводить Флаттершай  до дома(Селестия обучила единорога этикету и манерам поведения джентлькольтов. Уроки, которые Даск никогда не ценил, но всегда выполнял).

Пока они шли, Флаттершай расспрашивала Спайка о его жизни, вкусах и привычках. У дракончика не было проблем с ответом, на самом деле ему нравилось это внимание, которое фокусировалось на нем, а не на его брате Даске, как почти всегда случалось. И он наслаждался бы этим еще больше, если бы не маленький кролик, сидящий на голове Флаттершай и смотрящий на Спайка. Дракон пытался игнорировать Энджела, но понимал, что они оба думают об одном и том же: «Сегодня ты обрёл смертельного врага».

Поначалу Даск был рад, что Спайк общается с этой дружелюбной кобылой: в конце концов, у дракончика тоже не было друзей. Но через несколько минут единорог начал чувствовать себя подавленным и огорчённым по причине, которую все пони могли безошибочно определить. Все, кроме Даска Шайна, всегда анализирующего с помощью логики и математики, который не мог определить чужие чувства, не говоря уже о собственных. Однако, в конце концов он смог прийти к выводу, что это, возможно, была... ревность? Но ревность к чему? Мозг Даска не мог понять, а сердце не хотело признавать, что испытываемая ревность появилась от желания проводить наедине с Флаттершай больше времени.

Наконец, после короткой прогулки, все трое добрались до дома Флаттершай: маленького двухэтажного здания, прекрасно замаскированного в лесу своей крышей из листьев; в стенах имелось несколько окон, а сверху торчала небольшая труба; рядом с ним и вокруг него, а также возле ручья было множество вольеров.

— Это мой дом, — смущенно сказала Флаттершай.

— Что ж... тогда, миссия выполнена. - неловко сказал Даск, не имея желания прощаться. - Думаю, пора уходить... пойдем, Спайк.

Даск на мгновение застыл в нерешительности, не зная как лучше попрощаться: обнять, поцеловать копыто, как джентлькольт, или просто попрощаться... наконец, он решил лишь слегка поклониться, после чего повернулся и зашагал прочь.

— Ладно... но куда мы пойдём? — спросил Спайк, все еще стоя рядом с Флаттершай.

Спайк задел жизненно важную точку, Даск не знал, куда идти.

— Н-ну... разумеется, мы продолжим путь к старому замку. — ответил Даск, стараясь не показывать, что не знает, куда идти. — Эм... Флаттершай, вы не могли бы показать нам дорогу в Вечнозеленый лес?

— А-а... д-да, могу, но... — застенчиво начала говорить пегаска. — Я бы не советовала идти в этот действительно страшный лес, полный ужасных и диких существ.

От ответа Флаттершай у Спайка и Даска по коже пробежал холодок, а дракончика так и вовсе начало трясти.

— Тогда мы ни за что не пойдем туда! - сказал Спайк, испуганно глядя на Даска. — Даже Флаттершай боится идти, а она способна успокоить животных. Не думай, что я пойду с тобой туда!

На этот раз Даск должен был уступить: он не мог уйти, оставив Спайка позади. К тому же, как бы ему не хотелось это отрицать, единорог боялся рисковать и идти в опасный лес, особенно ночью. В итоге, мысль о посещении старого замка была пока отброшена.

— Ладно, ты прав. — наконец сказал Даск. — Думаю, нам придется поехать в город. Флаттершай, вы не знаете, есть ли в городе гостиница?

— Да, есть одна на въезде в город. — ласково ответила Флаттершай.

— Что ж, пошли. — Даск снова повернулся и пошел. — Спайк, сколько у нас денег? Ссможем ли мы заплатить за номер люкс на пять дней?

— Эм... Даск, у нас нет денег. — ответил Спайк, не двигаясь с места.

Даска снова ткнули лицом в то, что он должен был понять с самого начала... у них не было денег! Как он мог быть таким беспечным?! Тем более, почему принцесса отправила их в другой город без единой монеты!

Даск медленно повернул голову и со страхом посмотрел на Спайка, не зная, что сказать: они застряли в Понивиле, не имея денег даже на то, чтобы оплатить одну ночь в простой комнате из чего следовало, что им придётся спать на улице. Дракон сразу понял, о чём думает его брат, и с таким же страхом уставился на него. Казалось, прошла целая вечность.

— Если тебе негде спать... — мелодичный голос Флаттершай мягко нарушил тишину. - Ты можешь переночевать у меня...

Флаттершай бросила мимолетный взгляд на единорога и тут же поправилась:

— Я имею в виду, в моем доме, а не со мной! — быстро произнесла Флаттершай, полностью покраснев.

Мозг Даска медленно переваривал приглашение Флаттершай, поэтому Спайк заговорил первым.

— Правда? Это было бы здорово! — весело сказал Спайк, принимая спасительное приглашение пегаски.

Флаттершай улыбнулась Спайку, и они оба направились в дом. Между тем Даск все еще был немного смущен: такую доброту мало кто ценил в больших городах, подобных Кантерлоту, где ночью было даже опасно ходить по некоторым кварталам. Это заставило Даска спросить себя: «Смог бы я сделать что-то подобное для другого пони? Может быть… это и есть дружба?»

Наконец все трое вошли в дом Флаттершай; дом, не менее деревенский, чем он выглядел снаружи, но всё равно очень уютный.

— Правда в том, что у меня только одна кровать. Ты можешь пользоваться ею, а я посплю на диване. — Флаттершай с улыбкой указала на лестницу.

— Ни за что! — воскликнул Даск. — Очень мило с твоей стороны было пустить нас к себе, но мы не займём твою кровать. Нам и на диване будет удобно, верно, Спайк?

— Э-э... Да, точно. — медленно ответил Спайк. Он знал, что Даск прав, но после проведённого в мешке пути ему хотелось отдохнуть на удобной кровати.

После этого Флаттершай дала им одеяла, чтобы они не замерзли, пожелала спокойной ночи и вместе с Энджелом поднялась наверх.

— Спокойной ночи, Флаттершай! — Весело сказал Спайк, пока пегас поднимался по лестнице.

— Спокойной ночи, и... еще раз спасибо, что позволила нам остаться здесь... — смущенно сказал Даск.

Флаттершай слегка покраснела, улыбнулась и пошла вверх по лестнице.

Оказавшись на втором этаже, Флаттершай подошла к кровати и медленно легла между простынями. Тем временем Энджел, спрыгнувший со спины пегаски по достижению второго этажа, сделал пару прыжков и добралась до края кровати.

Маленький белый кролик что-то пропищал.

— Да, Энджел? Что-то не так? — спросила Флаттершай, уже собиравшаяся заснуть.

Кролик несколько раз пискнул, активно размахивая лапами.

— Да, теперь, когда ты упомянул об этом, я думаю, что может быть опасно позволять пони, которого я не знаю, спать в гостиной... но... он кажется надежным.

Писк в ответ.

— Откуда я знаю? Ну... — прежде чем продолжить, Флаттершай улыбнулась. — Когда Гарри подошел ко мне, чтобы обнять, мистер Даск подумал, что он дикий медведь, и попытался защитил меня.

Энджел растеряно пискнул.

— Да, хе-хе! Мистер Даск не знал, что мне ничего не угрожает, но когда он попытался меня защитить... — Флаттершай удобнее устроилась между простынями с улыбкой на лице и румянцем на щеках. — ...это было очень мило.

[Изображение: https://i.imgur.com/TBs7kG9.png]

После этого Флаттершай закрыла глаза и начала вспоминать случившееся, хотя и не совсем так, как это было на самом деле. В ее фантазиях она была одета в платье принцессы, Даск носил сверкающие доспехи, а вместо Гарри к ней приближался огромный дракон.

— Не волнуйся, я защищу тебя! — при этом воспоминании сердце Флаттершай подпрыгнуло от радости.

Внезапно Флаттершай открыла глаза и покраснела.

— О чем я только думаю?! — растерянно спросила Флаттершай, закрывая лицо простыней и поворачиваясь на кровати.

Энджел, слетевший с кровати, когда пегаска начала ворочаться, был ещё более растерян, чем раньше. За свою короткую жизнь он никогда не видел, чтобы Флаттершай так себя вела.

В это же время, Даск и Спайк устраивались на диване: каждый на своём краю.

— Милая Селестия! Кажется, я никогда не встречал такой доброй пони, как Флаттершай. — Спросила Даск, прикрываясь одеялом. — Она хорошо ладит не только с животными, но и с чужаками вроде нас.

— Да, она действительно добросердечная пони. — согласился Спайк. — Но мы же не были абсолютно незнакомы, в смысле, ты говорил с ней весь день.

Внезапно Спайку в голову пришел важный факт.

— Итак... как думаешь? — спросил Спайк, лукаво взглянув на брата. — Флаттершай будет хорошим другом?

На вопрос Спайка Даск несколько секунд молчал, уставившись в потолок. Все, что произошло в тот день, промелькнуло у него в голове, каждое мгновение, проведенное с Флаттершай. На его лице появилась легкая улыбка.

— Да... может быть... — Даск оборвал фразу: тень неприятного воспоминания промелькнула в его голове при слове «друг», омрачая счастливый день, проведённый с Флаттершай. Его лицо изменилось: на нем появилась смесь страха и гнева.

— Не знаю. — наконец раздраженно ответил Даск, закрывая глаза, чтобы закончить разговор со Спайком, и пытаясь уснуть.

## Бесплатный завтрак

Прожив такой насыщенный день, как вчера, Спайк заснул как убитый, едва добравшись до подушки, несмотря на то, что спал на простом диване вместо своей удобной кровати в Кантерлоте. Однако его пробуждение было совсем другой историей.

Открыв глаза в то утро, Спайк увидел перед собой морду с чёрным губчатым носом, длинными усами и чёрными глазами. Это была морда озорного кролика по имени Энджел, который смотрел на него, находясь в нескольких сантиметрах от морды дракона, и, заметив, что тот проснулся, быстро спрятал что-то за спиной.

— А-а-а! — завопил Спайк, увидев Энджела очень близко.

Спящий рядом со Спайком Даск Шайн проснулся, услышав внезапный крик брата.

— Что случилось? — спросил Даск, с усилием открывая глаза и широко зевая.

— Это... этот кролик был передо мной! — Испуганно сказал Спайк, указывая когтем на Энджела, который просто сидел на месте, зловеще улыбаясь. — Клянусь, он что-то замышляет против меня.

Даск протер глаза и внимательно посмотрел на Спайка. Теперь, окончательно проснувшись, он заметил неладное: по какой-то причине на лице дракончика появились нарисованные чёрной краской очки вокруг глаз, усы и борода.

Даск некоторое время смотрел на Спайка, затем перевел взгляд на Энджела. За маленьким зайчиком он увидел кисточку с черной тушью, которую тот напрасно пытался спрятать.

— Просто посмотри на себя в зеркало. — сказал Даск, не желая вмешиваться в битву этих маленьких гигантов.

Даск, встав с дивана, начал разминать ноги, в то же время Спайк пошёл в ванную.

— Но что..? Чертов кролик!! Я отомщу! — услышал Даск доносившееся из ванной ворчание Спайка.

Тем временем мозг Даска постепенно подключался к реальности. Единорогу всё ещё было трудно поверить, что он ночевал не в замке и, что более важно, вдалеке от наставницы.

Даск осмотрелся. Гостиная дома была хорошо освещена, из чего следовало, что сейчас, вероятно, позднее утро. Единорог проверил это, посмотрев на висевшие на стене часы с кукушкой, и был удивлён тем, что так долго спал, хотя никто не мог винить его за это после вчерашнего.

— Д-давно я так не спал, — размышлял вслух Даск.

— Да, я подумал также. На самом деле, это хорошее место, несмотря на то, что оно такое... сельское. — сказал Спайк, выходя из ванной и подходя к брату.

Даск уставился на него со странным выражением лица.

— Что? — спросил Спайк, зная, на что на самом деле смотрит Даск.

Дракон смыл краску с глаз и подбородка, но по какой-то причине оставил нарисованные усы.

— Как тебе мой новый имидж? — сказал Спайк с когтем на подбородке и соблазнительным взглядом. — По-моему, усы мне идут: они придают мне более зрелый вид.

— Скорее, нелепый вид, — ответил Даск с легкой улыбкой.

— Да что ты знаешь о моде? Может быть, усы — это магнит для девушек! — сказал Спайк, гордо выпятив грудь.

— А ТЫ хочешь привлечь кобылу? — спросил Даск, приблизив свое лицо к Спайку.

— К-конечно, нет! — с отвращением ответил Спайк. — Я видел, как жеребцы дуреют, когда видят красивую кобылу, которая их привлекает, и если однажды я влюблюсь, ты можешь дать мне хорошего пинка под зад!

— Я тебе обещаю. — Даск рассмеялся, а Спайк пошёл в ванную, чтобы смыть усы.

«Жеребцы дуреют, когда видят красивую кобылу, которая их привлекает? Что он имел в виду?» Даск задумался. Как вдруг входная дверь дома открылась, и вошла Флаттершай, а за ней несколько кроликов и белок.

— О, вы проснулись! Доброе утро! — воскликнула Флаттершай с улыбкой, увидев, что единорог встал.

Для Даска время остановилось, когда он увидел купающуюся в солнечном свете молодую жёлтую пегаску, входящую в дом с танцующими вокруг неё милыми маленькими животными и с невинной улыбкой смотрящую на него своими прекрасными аквамариновыми глазами.

Для Флаттершай прошло несколько секунд, в течение которых Даск с глупым выражением лица смотрел на неё.

Вернувшись к реальности, Даск понял, что выглядит как дурак, и был рад отсутствию поблизости Спайка, который мог бы это увидеть.

— Д-доброе утро, Флаттершай! — сказал Даск, краснея и думая: "Что, черт возьми, со мной произошло?", не понимая, почему он так уставился на Флаттершай.

— Доброе утро, Флаттершай! — Сказал Спайк, выходя из ванной с абсолютно чистым лицом.

На этот раз Даск оценил своевременное появление Спайка, который вышел как раз перед тем, как случившемуся найдётся объяснение. Кроме того, в сознании единорога появился растущий страх: эти новые чувства, которые он испытывал, заставляли его ощущать себя хорошо, но в то же время заставляли вести себя как идиот. Была ли это дружба? Или, может быть, дело было в чем-то ещё? Другом чувстве…? Это не имело значения, потому что это чувство, чем бы оно ни являлось, заставляло его вести себя как дурак, а если и было что-то, чего Даск не хотел терять, так это остроту своего ума. Поэтому, чтобы сохранить её, единорог решил, что ему нужно быстро избавиться от этих чувств.

— Надеюсь, вы хорошо спали. — снова заговорила Флаттершай. — Я проснулась рано, чтобы накормить животных завтраком, и не стала будить вас, потому что вы выглядели очень уставшими. — с этими словами Флаттершай погладила пару кроликов. — Я уже позавтракала, но, если хотите, могу приготовить что-нибудь для вас.

— Было бы заме... — начал было Спайк, но его прервал Даск, быстро закрыв дракону рот.

— Большое спасибо, но нам пора, — быстро сказала Даск.

Затем единорог схватил Спайка и повёл к двери. Стоя на пороге, он повернулся и поклонился Флаттершай.

— Мне очень жаль, что мы не можем остаться. Спасибо вам за всё, Флаттершай! — роботизированно сказал Даск, глядя вниз.

Даск действительно не хотел уходить, но его мозг говорил ему, что он ДОЛЖЕН сделать это, если не хочет "заразиться" этим странным чувством.

Флаттершай и Спайк посмотрели сначала на Даска, а затем друг на друга: никто из них не понимал причин такого поведения единорога, но было очевидно, что он решил уйти, поэтому никто из них ничего не сказал.

— Что ж... до свидания, наверное. — заговорил Спайк, сожалея о принятом братом решении и о том, что не может остаться на завтрак.

— Да, до встречи. — Флаттершай заставила себя улыбнуться: ей было грустно из-за внезапного ухода гостей.

Когда Флаттершай сказала "до встречи", что-то взорвалось в сердце Даска, что-то, немного облегчившее давление, которое он испытывал, убегая от дружбы. Это правда, он должен уйти, но может быть...

— Фла... Флаттершай, вы... вы думаете, мы еще увидимся? Вы поедете в город в ближайшие четыре дня? — спросил Даск, глядя на нее и всей своей сущностью желая вновь увидеться с этой кобылой.

— Да, я пойду на Праздник Летнего Солнца. — робко ответила Флаттершай, слегка покраснев под взглядом Даска.

— Это замечательно! Тогда мы скоро снова увидимся! — весело сказал Даск.

— Я буду ждать с нетерпением! — Флаттершай улыбнулась, не понимая, почему она так счастлива от мысли, что через несколько дней снова увидит этого жеребца.

Спайк кашлянул, что обратить на себя внимание двух улыбающихся пони.

— Кхм! Так что... мы всё-таки остаёмся или уходим? — спросил Спайк, чувствуя себя третьим лишним.

— Да, да, идём, — Даск обернулась и посмотрела на Флаттершай. — До скорой встречи и еще раз большое вам спасибо за все!

— До свидания! — сказал Спайк, шагая рядом с Даском и прощаясь с Флаттершай.

— До свидания, Спайк! До свидания, мистер Даск! — сказала Флаттершай, махая на прощание рукой с порога своего дома.

Внезапно Даск остановился и повернулся к Флаттершай.

— Эм... Еще кое-что... — сказал Даск, краснея. — зовите меня «Даск»: «Мистер» добавлять не обязательно.

Флаттершай несколько секунд моргала, потом нежно улыбнулась.

— Конечно! — покраснев, сказала Флаттершай. — Прощай, Даск!

Услышав это, Даск развернулся и с улыбкой на лице медленно зашагал дальше.

Спайк уставился на брата, вспоминая все отношения между Даском и Флаттершай, но решил не настаивать на упоминании слова «дружба» так, как сделал это прошлой ночью: будет лучше, если единорог сам всё поймёт.

— Так... почему ты не захотел остаться на завтрак? — спросил Спайк, пока они продолжали двигаться в сторону главной дороги.

— Что ж... я подумал, что это будет злоупотреблением её добротой, — сказал Даск, прежде чем немного покраснеть. — Кроме того... она заставила меня почувствовать себя немного... странно. — Последнюю фразу Даск произнес гораздо мягче.

— Она помогла тебе, ты помогал ей, также ты испытываешь странное чувство, которое не понимаешь, что это может быть…? — лукаво спросил Спайк, пытаясь дать Даску понять, о чем он думает.

Даск просто посмотрел на него. Он не был настолько глуп, чтобы не понять, к чему клонит Спайк.

— Ты думаешь, что это дружба, так? — спросил Даск, глядя на Спайка.

Дружба. Каждый раз, когда Даск произносил это слово, его сердце болело из-за нанесённой в прошлом раны, но проведённое с Флаттершай время побудило его вновь открыться для этой возможности.

— Она сказала, что мы увидимся снова через четыре дня. Надеюсь, она сдержит своё слово и, возможно, когда это произойдёт… я буду готов стать ее другом… — с усилием произнёс Даск.

Глаза Спайка сияли от радости: наконец-то это сработало и его брат начал медленно открываться для дружбы! С другой стороны, хоть сейчас взгляд Даска и был направлен на дорогу, его разум блуждал в далёких воспоминаниях.

— Да... настоящий друг никогда тебя не бросит, — прошептал Даск.

Таким образом, Даск и Спайк шли в тишине. Дракончик молчал и не мешал брату размышлять о дружбе, но с течением времени в нём развивалась всё более и более раздражающая потребность, о которой он старался не думать.

УРЧАНИЕ~!

Желудок Спайка вновь заурчал, его тело требовало еды! Так было уже несколько раз с того момента, как они покинули дом Флаттершай, но последнее урчание дракон воспринял как знак, что пора открыть рот и высказать свои мысли.

— Ты сказал, что не хочешь злоупотреблять добротой Флаттершай, но нам определенно нужно было что-нибудь поесть перед уходом! — расстроенно пробормотал Спайк, у которого во время голода всегда падало настроение.

Даск на мгновение остановился: правда заключалась в том, что весь путь он провёл в раздумьях, но теперь, когда кто-то напомнил ему, он начал осознавать собственный голод.

— Ну... в городе мы можем найти что-нибудь, чтобы ... — сказал Даск и замолчал, поняв, что забыл важную деталь.

— Ты ведь не забыл, так? У нас нет денег. — сказал Спайк, скрестив лапы на груди.

Сперва на лице Даска отразилось огорчение: он сожалел, что снова упустил этот факт из виду. Единорогу обычно не приходилось задумываться о том, что ему есть или где спать — под присмотром принцессы в Кантерлоте он вообще ни в чём не нуждался. Затем Даск задумался над тем, что им делать дальше, но был окликнут Спайком.

— К счастью для тебя, я думал о решении наших проблем. — Оживленно сказал Спайк, указывая на брата. — Давай! Нам нужно идти по тому же пути, по которому пришли! — дракон закончил тем, что сошёл с главной дороги и поманил Даска за собой.

Даску ничего не оставалось, как следовать за своим чешуйчатым спутником, куда бы тот его ни вел.

-----|||||-----

— Здесь! Это, конечно, не заменит мою обычную миску хлопьев с бриллиантами и рубинами, но поесть сойдёт, — сказал Спайк, когда они наконец достигли места назначения.

— О чем ты говоришь?.. — Даск замолчал, увидев, куда указывает Спайк: Слева, у подножия холма, виднелся огромный яблоневый сад.

— Как ты узнал, что здесь растут яблони? — Спросил Даск.

— Я видел их издалека, когда мы вчера обходили город. Пойдём! — ответил Спайк, указывая на сад у холма.

Они оба начали спускаться с холма, пока не достигли границы сада, однако Даск остановился, увидев небольшой деревянный забор, отделявший сад от всего остального, и небольшую вывеску с названием места.

— Упс! — Сказал Даск, глядя поверх забора, а затем на вывеску.

— Что? — Спросил Спайк.

— Ты не заметил вывеску? Смотри! "Сладкое Яблочко", — прочёл Даск вывеску, указывая на нее. — Это, должно быть, частная территория, мы не должны входить туда без разрешения.

Спайк не дрогнул от слов брата, его взгляд был прикован к яблоням, полным огромных красных яблок. Его желудок снова заурчал, сладкие яблоки завладели всеми чувствами дракончика и затуманили его разум, выводя потребность утолить голод на первое место.

Без какой-либо осторожности, Спайк перелез через забор и побежал к яблоням.

— Спайк! Стой! — шепотом крикнул Даск, хотя дракончику уже не было никакого дела: он уже карабкался на ближайшую яблоню.

Даск проверил, не заметил ли их кто-нибудь, прежде чем перепрыгнуть через забор и пойти за маленьким драконом. Спайк уже спустился с дерева, держа в когтях несколько яблок.

— Спайк, мы должны уйти! — медленно произнес Даск, оглядываясь по сторонам.

— Я знаю, но если мы съедим всего по одному... — не договорил Спайк, будучи не в силах устоять перед соблазном надкусить сочное яблоко.

— Милая Селестия! — внезапно воскликнул Спайк, откусив кусочек. — Это... это лучшее яблоко, которое я когда-либо ел!

Сказав это, Спайк быстро проглотил первое яблоко и начал есть другое, растекаясь в улыбке после каждого укуса. Даск думал остановить его, но потом решил, что не стоит, раз дракон уже надкусил яблоки, к тому же, видя наслаждение брата, единорог сам всё больше хотел сделать то же самое.

— Ну...не думаю, что будет плохо, если я возьму всего одно... — сказал себе Даск, магией сорвав яблоко с дерева.

Надкусив яблоко, Даск отреагировал так же, как и Спайк: он почувствовал не только утоление голода, но и величайшее наслаждение от вкуса лучшего в его жизни яблока!

Даск с остервенением набросился на яблоко, наполняя благодарный, но требующий большего желудок, после чего, съев одно, срывал новое одно за другим, Спайк делал то же самое. Они постепенно ободрали дерево, к которому подошли, и перешли к следующей яблоне, повторяя тот же процесс и наполняя свои желудки сочными плодами из сада под названием "Сладкое яблочко".

На это ушло много времени: они уже добрались до своей третьей яблони, когда, наконец, сбросили темп и постепенно остановились, наевшись досыта. Братья сели, прислонившись спиной к стволу дерева, и смотрели на горизонт, широко улыбаясь.

Спайк рыгнул. — Яблоки были такими вкусными...

— Да, это был превосходный завтрак... хороша жизнь в деревне. — Даск улыбнулся при мысли о том, что фермеры живут так хорошо: едят любые фрукты, какие захотят, после чего беззаботно отдыхают в тени деревьев.

После долгого вздоха, который они оба испустили одновременно, слово снова взял Даск.

— Итак, что мы будем делать, чтобы заплатить за яблоки? Не забывай, что это, очевидно, частный сад, — сказал Даск, глядя на Спайка.

— Не знаю, у нас все равно нет денег, — пожал плечами Спайк. — Мы можем притвориться, что не видели вывески, и сказать, что приняли их за дикие яблони. Хотя... мы можем просто молча уйти. В смысле, это же всего несколько  яблок.

Даск посмотрел в сторону, на две пустые и окруженные большим количеством огрызков, яблони. Он должен поговорить со своим братом о том, что подходит под понятие «несколько».

— То есть, по сути, у нас есть только два варианта: украсть или солгать, я правильно понимаю? — спросила Даск, снова глядя на Спайка.

Спайк посмотрел на Даска, оба посмотрели друг на друга, опустили головы, глядя в пол, и подумали одно и то же: «Как низко мы пали?!» Всех удобств замка, где с ними обращались как с принцами, больше не было...

— Вздох... Думаю, нам придется придумать убедительную историю. — вздохнул Даск, глядя в небо. — Если пони-фермеры похожи на тех, про которых я читал, то нам нужно быть осторожными.

— Когда это ты читал про фермеров? — спросил заинтригованный Спайк.

— Ну... Однажды я взял книгу, в которой рассказывалось, как жеребец заблудился дождливой ночью в далеком месте, добрался до фермы и нашел убежище в сарае. В ту ночь он сделал много такого, что разозлило местного фермера, который потом гонялся за ним с вилами, чтобы линчевать.

— Ты читал художественную литературу?! Это что-то новенькое. — воскликнул Спайк, удивленный тем, что Даск прочитал непрограммную книгу. — Но... из-за чего фермер так разозлился на этого пони?

Даск не мог не покраснеть при этом воспоминании. Дело в том, что пару лет назад он злился на принцессу Селестию за то, что она относилась к нему, как к жеребёнку и, по закону Эквестрии, он действительно не мог считаться взрослым, однако единорог не был жеребёнком — он был молодым жеребцом. Итак, в тот раз он решил доказать, что такой же зрелый, как взрослые, и пробрался в публичную библиотеку Кантерлота, а именно, в запретную секцию, отмеченную красной табличкой с надписью «ТОЛЬКО ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ». Там Даск тайком взял первую попавшуюся книгу и убежал. Она называлась «Сексуальные Фантазии на ферме «Секси-кобылка»... каково же было удивление Даска, когда, прочитав её, он понял, что книга не являлась трактатом по продвинутой магии, экономике или политике, а представляла собой вымышленную историю, в которой жеребец приехал на ферму и встретил молодую и красивую фермершу, с которой потом занимался сексом во всевозможных позах и с когда-либо существовавшими любовными фетишами. Всё в тайне от отца кобылы. Само собой разумеется, что юный Даск не был морально готов к такому, но, несмотря на непонимание, для чего эта книга нужна в библиотеке, он прочитал её полностью и до сих пор хранит одну копию под кроватью.

— Я... я не помню, почему фермер рассердился... — сказала полностью покрасневший Даск, возвращаясь в реальность.

Спайк на мгновение смутился, прежде чем заговорить снова.

— Если пони-фермеры злятся из-за любой мелочи, то нам лучше сбежать.

— Возможно, ты прав... — согласился Даск.

Они оба встали, что на полный желудок было не лёгкой задачей, и начали стряхивать прилипшую землю, как вдруг громкий крик парализовал их.

-ЭЙ! — невдалеке послышался серьезный и глубокий крик.

Единорог и дракон замерли и медленно повернули головы, чтобы посмотреть, кто это был.

[Изображение: https://i.imgur.com/zVzccOR.png]

Недалеко виднелся большой красный жеребец с коричневой гривой и хомутом на шее. Даже на расстоянии было видно, что он крупнее и сильнее Даска. Жеребец посмотрел на них пронизывающим взглядом, потом с ужасом взглянул на яблочные огрызки, валявшиеся под яблонями, после чего, снова повернулся к братьям, теперь уже с яростью на лице.

— Воры. — закричал он. — ВОРЫ!

Сначала Даск и Спайк не расслышали его, но когда он с сердитым видом побежал, крича: «Воры!», братья поняли, что попали в неприятности.

— Быстрее, Спайк! Нам нужно беж... — Даск не закончил фразу, увидев, что Спайк уже убегает.

Даск сразу же рванул за братом. Однако это не очень помогало, потому что его желудок был очень тяжелым, а кроме того, красный жеребец был невероятно быстр, несмотря на свои размеры.

Даск оглянулся и увидел, что преследователь уже очень близко и что его непременно поймают. Тогда он решил разыграть свой главный козырь, который не смог использовать в прошлый раз, спасаясь от медведя Флаттершай. Когда красный пони почти догнал его, Даск использовал свою магию и телепортировался на некоторое расстояние назад, оставив преследователя в шоке осматриваться по сторонам.

Даск не мог сдержать улыбки, продолжая бежать между яблонями и снова глядя на рыжего пони.

— Извини, но телепортация — одно из моих сильнейших заклинаний, сегодня ты меня не поймаешь. — крикнул Даск, видя, что красный жеребец разворачивается, чтобы снова пуститься в погоню.

— БЕРЕГИСЬ! — крикнул женский голос.

На бегу Даск посмотрел назад и в сторону, чтобы увидеть оранжево-жёлтую фигуру вдалеке. Была ли это кобыла? Единорог не смог определить, потому что, как только он оглянулся, свет погас, а голову пронзила сильная боль.

Даск медленно, с трудом открыл глаза и определил, что на всём скаку врезался в дерево.

«Дурак... я должен был... смотреть вперёд...» подумал Даск, прежде чем закрыть глаза и потерять сознание.

## С привкусом яблок

Даск проснулся, его мысли были спутаны, а голова болела настолько сильно, что даже глаза открыть было трудно. Единорог приложил копыто к голове и посмотрел перед собой, своим затуманенным от боли зрением он смог увидеть чью-то фигуру.

— Мам… мама, это ты? — медленно спросил Даск, пытаясь открыть глаза, чтобы лучше сфокусироваться.

— Тсс… ну, ну, не напрягайся. — ответил нежный голос кобылы, которая осторожно откинула голову единорога назад, возвращая того в лежачее положение. — Ты проспал почти час.

— Мне… мне приснился ужасный кошмар… — Даск продолжал говорить, вспоминая всё произошедшее. — Мне приснилось, что принцесса изгнала меня из Кантерлота и… я был в ужасном городе… за мной гнались медведь и дикие пони…

— Ну, это был просто кошмар, теперь ты в безопасности, здесь, в “Сладком Яблочке”. — весело ответил голос.

— “СЛАДКОЕ ЯБЛОЧКО”?! — громко повторил Даск, полностью открывая глаза и внезапно вставая.

Даск не был в его комнате в Кантерлоте, как он думал — он лежал на земле фруктового сада в тени дерева, с одеялом на нем и подушкой под головой, и разговаривала с ним не его мать, а молодая кобыла с оранжевой шерстью и светлой гривой, перевязанной красной лентой на конце, с прекрасными изумрудно-зелеными глазами и несколькими веснушками на щеках, в красивой стетстонской шляпе, которая идеально сидела на её голове.

— Совершенно верно! — кобыла ответила улыбкой. — Меня звать Эпплджек, а это ферма моей семьи.

Даск некоторое время смотрел на нее, потом схватился за голову и начал все вспоминать, но пока его мысли и воспоминания возвращались, чтобы осесть в голове, единственное слово, пришедшее на ум при упоминании “фермы”, непроизвольно сорвалось с его языка.

– Секси-кобылка?.. — тихо произнёс Даск.

Услышав это, кобыла широко раскрыла глаза и покраснела. В то же время, вернувшийся к Даску здравый смысл заставил его мозг быстро привести в порядок мысли и осознать то, что только что было сказано.

Даск тоже покраснел и начал быстро махать передними лапами.

– Н-нет… Нет! Я говорил не про тебя, в смысле, ты симпатичная, но… — Даск снова сболтнул лишнего, отчего кобыла покраснела ещё сильнее. – Нет! Просто… просто я всё ешё в замешательстве после удара… я просто вспомнил название фермы, о которой прочитал в эротическом романе и…

Поняв, о каких глупостях говорит, Даск сразу же замолчал и в смущении закрыл копытами лицо, глядя вниз и желая провалиться под землю от стыда за то, что признался кобыле в чтении эротического романа. Фермерша тоже покраснела и была вынуждена отвернуться, чтобы не встречаться взглядом с единорогом.

В течение некоторого времени кобыла понемногу успокоилась, взглянула на Даска и решила сделать вид, что ничего не слышала.

— Итак… как твоя голова? — спросила она.

— Всё… нормально, но всё ещё немного больно. — смущенно ответил Даск, радуясь, что кобыла сменила тему разговора.

– Я рада. Ты довольно сильно ударился. — кобыла улыбнулась. — И сбил все яблоки с дерева! Наверное, ты придумал новый способ сбора урожая для семейства Эппл, ха-ха.

– Семья Эппл? — спросил Даск и тут же вспомнил, что сказала ему кобыла, когда он проснулся. — Ты... ты сказал, что тебя зовут Эппл… Эппл…

– Эпплджек! Очень приятно! — весело сказала кобыла, подходя и протягивая ему копыто.

– Мне тоже очень приятно с вами познакомиться. — сказал Даск, отвечая на приветствие. — Меня зовут ...

— Даск Шайн, твой партнёр уже сказал нам, — перебила его Эпплджек, которая в то же время отвела взгляд в сторону.

Даск проследил за взглядом Эпплджек и увидел, что неподалеку стоит Спайк, с удовольствием поедающий что-то похожее на пирог, в то время как его внимательно слушают маленькая желтая кобылка и старая кобыла со светло-зеленой кожей.

Когда Спайк понял, что за ними наблюдают, он посмотрел на Даска и отдал честь, затем направился к нему, сопровождаемый двумя кобылами.

– Даск! Рад, что ты очнулся! Я очень волновался и уже подумывал обратиться в больницу. — сказал Спайк, когда подошёл. Даск не поверил, потому что всего несколько секунд назад видел, как брат беззаботно ест пирог. — Если бы не опека Эпплджек, Грэнни Смит и Эппл Блум...

Даск посмотрел на старого пони и кобылку, и не было никаких сомнений, что первой должна быть Грэнни Смит, а кобылкой — Эппл Блум.

— Хорошо, что ты проснулся, сынок. Я даже представить не могу, как сильно нужно было удариться, чтобы упасть в обморок. — ласково сказала Грэнни Смит. — И это после всех пережитых трагедий…

— Э-э… да, это был сильный удар… — сказал Даск, не уверенный в том, что Грэнни Смит имела в виду, говоря о “трагедиях, которые они пережили”. — А насчет вчерашнего, ну… в большей степени это был хаотичный, нежели трагичный день, но беспокоится не о чём.

– Но не только вчера, вы не ели несколько дней! И все это время за вами гналась целая армия минотавров! — произнесла маленькая кобылка, с жалостью глядя на Даска и Спайка. — Вы бродили по великой пустыне, столкнулись с ужасным чудовищем, после чего противостояли эскадре разъярённых грифонов! Это так благородно, что вы не называете это трагедией!

— Мы... что? — спросил Даск, не понимая, о чем говорит кобылка.

— Да, это было ужасно, ужасно! — сказал Спайк, притворяясь, что плачет, и приблизился, чтобы обнять Даска и прошептать ему на ухо. — Подыграй мне.

После того, как Спайк отстранился, слово взяла Эпплджек.

— Да… значит, ребята, вы прошли через много трудностей, так? — спросила Эпплджек, приподняв бровь и глядя единорогу прямо в глаза.

Даск был загипнотизирован глазами кобылы: казалось, она смотрела ему прямо в душу, анализировала его вплоть до кончика хвоста, словно имела рентгеновское зрение. Единорог не знал, как поступить, он не хотел разоблачать ложь брата, понимая, что Спайк делает это ради него, вероятно, скрывая их происхождение, ибо признание того, что жеребец и дракон, с которыми в Кантерлоте обращались, как с принцами, воровали яблоки у скромной семьи было бы позором. И всё же, взгляд Эпплджек был настолько проницательным… что врать под ним становилось чем-то немыслимым. В конце концов Даск сделал выбор труса.

— Хммм... — Даск просто молчал, глядя в сторону, решив не лгать и не говорить правду.

Спайк удивился тому, что брат не поддержал его, но в мгновение придумал кое-что получше.

— Только взгляните на моего бедного брата! Ему больно даже вспоминать обо всем, что нам пришлось пережить! — театрально сказал Спайк и снова подошел, чтобы обнять Даска.

Перед этим жестом и Грэнни Смит, и Эппл Блум заплакали и тоже присоединились к объятиям, приговаривая: “бедный малыш, бедный…” Только Эпплджек осталась на месте, уставившись на Даска, который просто пытался сделать бесстрастное лицо.

— Если… *шмыг* — Дракон вытер фальшивые слезы. — Если бы мы могли съесть побольше яблочного пирога! *шмыг*

— Конечно, дорогой. — сказала Грэнни Смит, сжимая щеки Спайка. — Пойдем в дом и ты сможешь съесть все, что захочешь.

Затем Грэнни Смит и Эппл Блум направились к дому, за ними последовал Спайк, который, когда кроме Даска его никто не видел, в знак успеха поднял большой палец вверх и улыбнулся. Единорог просто закрыл лицо копытом и сказал себе: "Ты заходишь слишком далеко, Спайк..."

Когда Даск коснулся лица, чтобы скрыть смущение от действий Спайка, он нечаянно коснулся лба в том месте, которым ударился.

– Ай-ай-ай! — тихо сказал Даск.

— Ты в порядке? Дай-ка взглянуть. — спросила Эпплджек, которая, как и Даск, осталась на месте.

Эпплджек подошла и посмотрела на лоб единорога.

– Всего лишь шишка. Ничё страшного, жить будешь. — сказала Эпплджек, осмотрев Даска.

— Надеюсь… — сказал Даск, который несколько нервничал из-за того, что кобыла была так близко. — Так… это твоя семья…

— Да, это Грэнни Смит и моя младшая сестра, малышка Эппл Блум, — гордо сказала Эпплджек, глядя, как они уходят вместе со Спайком. — И Биг Макинтош, конечно.

– Биг Макинтош — Спросил Даск.

– Да, мой старший брат. — Эпплджек указала в другую сторону.

Вдалеке Даск увидел крупного рыжего жеребца, который гнался за ним до того, как он врезался в дерево. Большой жеребец смотрел на него издалека с суровым выражением лица, складывая несколько бревён.

– Обычно он очень добрый и покладистый. — Эпплджек продолжала говорить, немного смущенная. — Но он не любит незваных гостей и тем более пони, которые едят наши яблоки без спроса… думаю, лучше тебе держаться от него подальше, хотя бы сегодня.

Даск оглянулся на рыжего жеребца, который снова посмотрел на него, на этот раз взяв небольшое полено и одними копытами стерев его в порошок. От такой демонстрации единорога прошиб холодный пот и понимание, что он точно последует совету Эпплджек.

— Хорошо! Пора возвращаться к работе. — внезапно сказала Эпплджек, повернулась и направилась к яблоням.

Даск смотрел ей вслед. Теперь, помимо всех проблем, которые у него уже были, он не мог выбросить из головы, что Спайк врал семье Эпплджек, чтобы спасти их. Ложь была необходима,но от этого легче не становилось. В конце концов Даск решил, что все еще может попытаться поступить правильно, не говоря правды.

— Подожди, Эпплджек! — крикнул Даск и побежал, пока не добрался до кобылы. — Как… как мы можем заплатить вам за яблоки, которые съели?

— Не волнуйся, яблоки не кончились от того, что вы съели несколько, — ответила Эпплджек и ухмыльнулась. — Кроме того, после ВСЕХ ПЕРЕЖИТЫХ ТРАГЕДИЙ… думаю, вы можете считать это нашим подарком за вашу беспримерную храбрость.

Последняя фраза Эпплджек уколом пронзила сердце Даска. Единорог хотел сказать правду, но не мог.

— Да... но я все равно хотел бы заплатить за них, — серьезно сказал Даск. — Если понадобится, я буду работать.

Прежде чем Эпплджек успела что-то сказать, Даск поднял копыто к её груди и пристально посмотрел на кобылу перед собой. — Пожалуйста.

Эпплджек, слегка покраснев, отвела взгляд и поправила шляпу.

— Ну… если ты настаиваешь… идём, — ответила она и направилась к яблоням.

— Сегодня мы собираем дополнительные яблоки, так как отвечаем за еду для Праздника Летнего Солнца. — объяснила Эпплджек, как только они оказались перед первой яблоней. — Что тебе нужно сделать, так это ударить задними ногами по центру дерева, чтобы яблоки упали в ведра.

Даск подумал, что все это довольно примитивно и архаично, но решил ничего не говорить и просто следовать инструкциям. Поэтому он подошел к дереву и занял позицию для удара.

— А теперь бей изо всех сил! — скомандовала Эпплджек.

Даск подобрал момент, поднял задние копыта и со всей силы ударил по дереву, надеясь при этом не сломать его, однако, к собственному разочарованию, обнаружил, что с дерева упало всего три или четыре яблока.

— Похоже, яблоки на дереве слишком крепкие. — вслух подумал он.

– Дело не в этом, ты просто ударил неправильно и недостаточно сильно. — сказала Эпплджек, подходя к яблоне. — Смотри.

Как только Эпплджек оказалась в нужном положении, она с необычайной силой ударила в центр дерева, заставив десятки яблок упасть точно в ведра,не оставив на ветках ни одного.

— Вот видишь? — скрестив копыта и улыбаясь, спросила Эпплджек

Даск был впечатлен. Хоть и было известно о силовом превосходстве земных пони над единорогами, ему не верилось, что кобыла почти его возраста может бить так мощно. Да, техника и угол удара Эпплджек имели отличия от того же у Даска, что определенно должно было быть важным фактором, однако решающим моментом оставалась сила её задних конечностей.

Даск Шайн был заинтригован этим откровением, пристально осматривая заднюю часть Эпплджек в области состоящей из трёх красных яблок кьютимарки. Это был ее талант, ставший ещё одним важным фактором одним важным фактором, но кроме всего, ее задние конечности демонстрировали хорошую мускулатуру — плод работы по сбору урожая на ферме — при этом сохраняя женственную форму и элегантные изгибы обоих бёдер, между которыми лежал её красивый белый хвост, скрывающий запретное.

– Кхм! — кашлянула Эпплджек, возвращая единорога к реальности.

Даск оглянулся и увидел, что Эпплджек покраснела. Сначала он не понял почему, но потом осознал, что всё это время, как извращённый дурак, пялился на круп кобылы! От стыда единорог покраснел и начал поспешно извиняться.

– Мне… мне очень жаль! Я… я просто хотел узнать, откуда у тебя силы для таких сильных ударов!

— Ага... конечно... — сказала Эпплджек, все еще краснея. — Я думаю... лучше двигаться дальше… — яблочная пони направилась к следующему дереву, а Даск снова поднял копыто к лицу, чтобы скрыть смущение от того, что произошло. В конце концов он решил, что лучше двигаться дальше и, как в первом разговоре с Эпплджек, сделать вид, будто ничего не было.

Прежде чем последовать за Эпплджек, Даск взглянул на Биг Макинтоша, который теперь смотрел на него убийственным взглядом, отчего единорога пробрала дрожь.

– Селестия, на что ты меня покинула… — трагически сказал Даск самому себе, представляя, как его наставница смеялась бы, увидев его в такой ситуации.

-----|||||-----

День шёл, Эпплджек, удовлетворившись техникой Даска, решила оставить его выполнять работу самостоятельно, без её постоянного присмотра, что стало облегчением для единорога, который понимал отстранённость фермерши. Также, он перестал испытывать на себе холодный взгляд Биг Макинтоша.

Эпплджек показала единорогу его ряд, а сама пошла к другим деревьям. Так началась работа Даска по сбиванию яблок в уплату тех, которые они со Спайком съели без разрешения.

Это оказалось довольно сложно для бедного единорога, никогда не выполнявшего физически тяжёлой работы, к тому же, в отличие от Эпплджек, сбивавшей все яблоки одним ударом, Даску приходилось бить по два, а иногда и по три раза, чтобы собрать всё, отчего он всё больше расстраивался и сожалел о своём решении предложить помощь. Только его чувство правильности поступка мешало ему присоединиться к Спайку и пойти в дом семьи Эппл отдохнуть и поесть.

Закончив с шестым деревом, Даск решил немного отдохнуть, потому что проступивший пот уже застилал глаза, а задние конечности очень устали. Сев под деревом, он посмотрел на ряд Эпплджек. Невероятно, она собрала в два раза больше него! Даск не мог не почувствовать себя уязвлённым, поскольку проигрывал кобыле.

“Это нечестно, она… у нее больше опыта в этом…” задумался Даск, пытаясь оправдать случившееся. “Кроме того… она земная пони! Известно, что земные пони имеют большую связь с землей и растениями…”

Стоило Даску об этом подумать, как ему в голову пришла блестящая мысль.

– И правда! Она земная пони и использует свой природный талант для сбора урожая. — сказал себе единорог, глядя настоящее перед ним дерево. — Я единорог, следовательно, мой природный талант — магия, а не грубая сила!

Сосредоточившись на каждом видимом яблоке, Даск активировал свой рог и так же, как когда ел без спроса, телекинезом сорвал каждый плод в своём поле зрения, и осторожно положил их в вёдра.

— Вот как это делает единорог! — твёрдо сказал себе Даск.

Таким образом единорог начал собирать яблоки куда быстрее, даже быстрее Эпплджек, а лучше всего было то, что ему не нужно было прилагать никаких физических усилий, только умственные.

Двадцатая яблоня была последней и Даск обернулся на ряд оставшихся без плодов деревьев, гордо ухмыляясь тому, что смог победить Эпплджек в её же игре. Единорог решил отдохнуть, пока фермерша не закончит свою работу.

Чем больше Даск смотрел на Эпплджек, тем больше он удивлялся тому, как земные пони умудряются жить без магии единорогов. “Должно быть трудно — прожить всю жизнь, занимаясь настолько тяжёлым физическим трудом…” Именно после этой мысли ухмылка Даска исчезла, и он встал, чтобы пойти к Эпплджек. “Несправедливо, что я, единорог, смеюсь над кобылой, которая усердно трудится, несмотря на свои ограничения”.

Даск подумал, что правильнее всего было бы помочь ей, потому что, какой бы сильной ни была Эпплджек, невозможно было не устать после стольких яблонь. Однако единорог не мог не удивиться, увидев, что, хоть Эпплджек вспотела и выглядела очень измученной, она продолжала улыбаться во время работы и, казалось… наслаждалась ей…

— И последнее! — радостно воскликнула Эпплджек, ударив крайнюю яблоню и вытерев пот со лба.

— Ты... Ты не устала? — недоверчиво спросил Даск.

— Конечно устала, разве не видно? — Эпплджек улыбнулась.

– Тогда почему ты так счастлива? — растерянно спросил Даск. — Я имею в виду, что всю жизнь тебе приходится выполнять эту изнурительную работу, постоянно напрягая своё тело до предела. Как при этом ты можешь быть счастлива?

Эпплджек в замешательстве уставилась на него, но в конце концов закрыла глаза и слегка улыбнулась.

— Конечно, это изнурительная работа, но это не значит, что она мне не нравится, — сказала Эпплджек, подходя к яблоне, которую только что пинала. — Эта яблоня — Томми 44...

— У яблони есть имя?! — удивленно спросил Даск.

— Конечно! — Ответила Эпплджек, протягивая копыто к яблоне. — Оно из пятого поколения "Томми". Я сажала их, наблюдала, как они растут и цветут, и нет ничего, что наполняло бы меня большим счастьем, чем сбор и посадка урожая, которой я вырастила. Это великий цикл.

— Чувствовать землю под копытами... — продолжила Эпплджек, наклоняясь, чтобы взять немного земли. — Как всё в ней объединяется, давая жизнь... всё это долгий, утомительный процесс, это правда, но...

Затем Эпплджек повернулась и посмотрела на Даска.

— Но это не проблема, потому что я люблю то, что делаю! — закончила Эпплджек, широко улыбаясь.

Услышав слова Эпплджек, Даск не мог не вспомнить Флаттершай с её животными или себя, когда Спайк не понимал увлечения брата учёбой. Он понял: фермерша работала не потому, что была земной пони и была вынуждена так жить, а потому, что ей нравилось это делать так же сильно или, возможно, сильнее, чем единорогу нравилось изучать магию. Даск почувствовал себя дураком, вспомнив, как ощущал превосходство перед любовью Эпплджек.

— Ух ты! Не могу поверить, что ты закончил! — воскликнула она, вырывая единорога из мыслей и глядя на его ряд деревьев.

— Что? .. а, да,я закончил! — быстро ответила Даск, следуя за Эпплджек к своему фронту работы.

Даск оказался в трудном положении: теперь он не хотел признаваться, что был быстрее только из-за имеющего преимущества в виде магии, но также не хотел врать конкретно этой кобыле, которой, когда он на неё смотрел, лгать было невозможно. В конце концов единорог решил, что скажет правду, но не кичась тем, что справился быстрее Эпплджек.

– Я... Я закончил почти в то же время, что и ты... — робко сказал Даск. — Но это всё благодаря твоим наставлениям! Кроме того, я использовал магию и поэтому был немного быстрее...

Даск изо всех сил старался не оскорбить гордость Эпплджек, подбирая правильные слова, но Эпплджек не ответила и не двинулась с места, просто глядя на яблоню.

– Это неправильно. — наконец сказала она.

– Ч-что? Что ты имеешь в виду? — спросила Даск, удивленный словами Эпплджек.

— Я говорю, что ты плохо собрал урожай. На дереве еще осталось несколько яблок, и, скорее всего, на остальных так же. — сказала Эпплджек, глядя на ряд Даска.

Даск не мог поверить своим ушам. Эпплджек не принимала его работу, хотя он сделал это лучше и быстрее, чем она! Теперь уязвлялась гордость Даска, а не Эпплджек.

— Как ты можешь так говорить, посмотри! — немного раздраженно сказал Даск, указывая на яблоню. — Здесь не осталось яблок! Почему ты утверждаешь, что есть плоды, которые я пропустил!?

– Не знаю, но они есть. — Эпплджек пожала плечами. — Если бы ты делал, как я тебе объясняла, и не использовал магию, возможно, ты сделал бы всё правильно.

Это была та самая соломинка, которая сломала спину пони. Почему Эпплджек не может признать, что его метод сбора урожая с помощью магии лучше, чем ее метод?

— Вот увидишь! — Сердито сказал Даск. — Я докажу тебе, что собрал все яблоки!

Единорог подпрыгнул, схватился за ветку и начал карабкаться по дереву. Очевидно, это было очень сложно для любого пони из-за их копыт, но для Даска в особенности, потому что он никогда никуда не лазил в своей жизни, но с помощью своей магии смог взобраться на вершину дерева, оказавшись на которой, крепко ухватился задними ногами за толстую ветку, а передними принялся искать яблоки, которые мог пропустить в первый раз.

Через несколько минут Даск с облегчением подметил, что яблок нет. Однако, к его несчастью, когда он уже собирался прекратить поиски и сказать Эпплджек, что она ошиблась, его копыто наконец наткнулось на плод, хорошо спрятанный среди листвы и, разумеется, не видимый снизу. Даск легонько стукнулся головой о ветку, вздохнул и улыбнулся.

— Как я мог быть таким глупым? Она делает это годами, очевидно, она знает, о чем говорит. Я должен был поверить ее словам..." — подумал Даск, снимая яблоко с дерева.

— И?.. Я права или нет? — спросила снизу Эпплджек с торжествующими нотками в голосе.

— Да, ты была права... — покорно ответил Даск.

– Ха! Я же говорила. — игриво сказала Эпплджек.

Даск, признав своё поражение, взял яблоко и медленно попятился, чтобы приготовиться к спуску. Однако, нижняя ветка сломалась, как только он на неё наступил, отчего единорог потерял равновесие и, не успев за что-то ухватиться, начал падать лицом вниз. Прежде чем поднять глаза, Эпплджек услышала шорох ветки и крик Даска и увидела большую тень на земле.

— А-а-а! — закричал Даск, падая и видя фермершу прямо под собой.

Из-за скорости падения Эпплджек не успела среагировать и оставалась на месте, пока Даск не упал прямо на неё, однако удар оказался не таким сильным, как они оба думали. Земную пони перевернуло на спину лицом вверх. Даск успел вытянуть ноги и приземлился на них, однако это не спасло его голову от инерции, отчего она столкнулась с головой кобылы. Губы фермерши и единорога встретились, и между ними произошёл неожиданный глубокий поцелуй.

[Изображение: https://i.imgur.com/MvNNXR7.png]

Ни Эпплджек, ни Даск не двигались, стоя, как статуи в том положении, в котором они находятся: один над другой с соединёнными губами и покрасневшими лицами. Через несколько секунд, когда разум единорога собрался в кучу, книжный червь медленно разорвал поцелуй, откинув голову назад. Под ним лежала Эпплджек: раскрасневшаяся и смотрящая на него своими большими зелёными глазами, и впервые с тех пор, как Даск увидел ее, казалось, что фермерша потеряла всю свою уверенность и теперь не знала, как реагировать. Единорог находился в таком же состоянии, не зная, что делать или говорить.

– Я... я... — Даск запинался, пытаясь выдавить из себя хоть слово, но не смог, потому что его отвлек странный шум.

Даск повернул голову, чтобы узнать, что это за звук, и кровь застыла в его жилах, когда он увидел разъяренного рыжего жеребца, бегущего к нему, словно злой бык: в глазах его было видно гневное безумство, а из ноздрей исходил пар. Биг Макинтош видел, как Даск упал на его любимую младшую сестру и поцеловал её. Это было выше всего, что мог вытерпеть такой старший брат, как он

Даск не стал долго раздумывать и побежал, понимая, что говорить с Биг Макинтошем, когда он в таком настроении, бесполезно.

— А-а-а! ЭТО БЫЛ НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ! НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ!! — закричал Даск Шайн, пытаясь убежать от Биг Мака.

Эпплджек, в свою очередь, всё ещё оставалась на месте: ей понадобилось больше времени, чтобы среагировать. Фермерша, всё ещё пребывая в недоумении от происходящего, медленно встала и потерянным взглядом уставилась на горизонт, подняла копыто и коснулась губ.

— Мой… мой первый… — медленно произнесла Эпплджек, но не успела закончить фразу, потому что несколько криков вернули ее к реальности.

Повернув голову, она увидела Биг Макинтоша, кругами бегающего за Даском вокруг дерева.

— Эй! Ребята, остановитесь! — крикнула Эпплджек, подбегая к ним.

-----|||||-----

Остаток дня прошёл очень быстро.

После того как Эпплджек объяснила брату, что все было недоразумением и что поцелуй был несчастным случаем, Биг Мак решил прекратить преследование Даска, однако он не хотел, чтобы единорог продолжал работать рядом с его сестрой, поэтому взял его вспахивать землю.

Последние часы дня Даск тянул плуг вместе с Биг Маком. Сначала между ними царило молчание, однако, несмотря на гнев, рыжий жеребец был готов научить единорога правильно пахать и поправлял его всякий раз, когда это было нужно, тем самым показывая фиолетовому жеребцу, что на самом деле не является безумным или злым, скорее, слишком заботливым по отношению к сестре.

Солнце начало закатываться за горизонт, и Эппл Блум со Спайком прибыли с соком и яблочными закусками, чтобы отметить окончание рабочего дня. Потом они все болтали, направляясь в дом, Даску даже удалось вызвать мимолётную улыбку у Биг Мака, рассказав услышанный от кантерлотского стража анекдот, хотя жеребец быстро вернулся к своему стоическому виду, не желая признавать, что смеялся на чем-то, что сказал единорог. Все было хорошо, пока они не подошли к дому...

– А-а-а… Я очень устал… просто хочу спать. — тяжело вздохнул Даск.

– Да, я тоже, — сказал Спайк, заработав от единорога гневный взгляд, потому что, в отличие от своего работавшего весь день брата, дракон только и делал, что ел яблочные пироги.

– Грэнни Смит сказала, что ты можешь переночевать в доме. — сказала Эппл Блум, ухмыляясь Даску.

Затем она прошла через дверь, за ней последовали Спайк и Эпплджек, но как только Даск собирался войти, огромное копыто Биг Мака преградило ему путь.

– Ты будешь спать в амбаре. — сказал он, сурово глядя на единорога.

— О чем ты говоришь, Биг Мак?! — спросила Эпплджек с другой стороны двери.

– Негоже незнакомым жеребцу и кобыле спать в одном доме. — ответил Биг Мак, слегка краснея и отворачиваясь. — Он может проникнуть в твою комнату ночью.

Теперь настала очередь Эпплджек краснеть.

— Этого не случится! — заявила кобыла, однако Биг Мак не сдвинулся с места.

– Всё ... всё в порядке, я без проблем посплю в амбаре. — сказал Даск, не желая становиться центром нового конфликта.

После слов Даска Биг Мак опустил копыто и впервые посмотрел единорогу в глаза без выражения ненависти. Раздражённая Эпплджек вышла из дома и сказала брату, что покажет, где амбар. Рыжий жеребец подумал возмутиться, но вид сестры заставил его пожалеть об этом и промолчать. Обычно они оба были тихими, но когда злились, Биг Маку всегда казалось, что Эпплджек намного страшнее него, к тому же он уже позаботился о том, чтобы Даск не спал рядом с ней, и отступление сейчас ничему не повредит.

Итак, Даск последовал за Эпплджек в стоящий рядом с домом амбар, который оказался менее страшным, чем ожидал единорог, и на самом деле выглядел довольно уютным: высокий потолок и стены окрашены в красный цвет, а пол выстлан соломой. Фермерша собрала из тюков сена импровизированную кровать и нашла подушку на которой можно было спать.

— Это не пятизвездочный отель, но сойдёт, — сказала Эпплджек.

— Не волнуйся, это больше, чем мы заслуживаем. Большое спасибо, что позволили мне и Спайку переночевать у вас на ферме.

— Ничего, после всего, через что ты прошёл, это самое меньшее, что я могу сделать. — сказала Эпплджек, подумав, как, должно быть, Даск устал после дня тяжёлого физического труда, к которому не привык.

Однако, услышав слова Эпплджек, Даск подумал о лжи Спайка, которая всё ещё была занозой в его сердце, но теперь, в отличии от всего дня, единорог решил рассказать всю правду, каковы бы ни были последствия.

— Эпплджек, я… — робко начала Даск. — Я должен признаться тебе… то, что сказал Спайк, было ложью, мы… мы не пережили ни одной из тех трагедий, о которых он говорил…

— Я знаю. — просто сказала Эпплджек.

— Что?! Как? — удивленно спросил Даск.

— Что ж... я всегда знаю, когда пони или, в нашем случае, дракон врут. — Эпплджек пожала плечами. — Кроме того, история Спайка была немного неправдоподобной, думаю, только Грэнни Смит и Эппл Блум могли в нее поверить.

— Так почему же ты ничего не сказала? — Спросил Даск.

— Потому что я надеялась, что ТЫ скажешь. — Эпплджек посмотрела на Даска и коснулась копытом его груди. — Что ты чувствуешь теперь, когда сознался?

— Я... я чувствую себя хорошо. — робко ответил Даск.

— А если бы я заставила тебя признаться во лжи, тебе стало бы хуже. — сказала Эпплджек, поворачиваясь, чтобы выйти из сарая,но продолжая смотреть на Даска. — Я была уверена в тебе и поэтому ждала, пока ты надумаешь сам всё рассказать.

Затем Эпплджек медленно вышла из сарая, а Даск оставался на месте.

— Спасибо. — улыбаясь, медленно произнёс он.

Расслабление Даска стало сигналом для его уставших после рабочего мышц начать бить тревогу: они резко напряглись, отчего всё тело болело. Единорог устроился на тюках сена, положив голову на подушку и чувствуя, что в любой момент уснёт, но перед этим он коснулся своих губ одним из передних копыт

— На вкус, как сладкие яблоки… — последнее, что прошептал Даск, прежде чем заснуть с улыбкой на лице.

-----|||||-----

Через почти два часа из дома семьи Эппл выскользнула тень и направилась к амбару. Освещаемая лунным светом Эпплджек осторожно вошла.

— Даск, ты не спишь? — прошептала она.

Ответом на её вопрос стал тихий храп единорога.

Эпплджек посмотрела на мирно спящего жеребца, после чего схватила зубами одеяло, которое несла на спине, натянула его на Даска и подоткнула передними лапами, чтобы как следует укрыть единорога.

Фермерша знала, что в амбаре не слишком холодно, но всё равно беспокоилась о Даске. Эпплджек не могла уснуть и просто лежала, думая об этом, в конце концов решив принести одеяло.

По какой-то причине Эпплджек, поправив одеяло и правильно укрыв им Даска, вместо того чтобы уйти, просто смотрела единорога, думая о том, как мило он выглядел, тихо похрапывая своим ртом… своими… губами…

Мало-помалу взгляд Эпплджек сфокусировался на губах Даска… тех самых, что случайно поцеловали её сегодня днём. Вспоминая об этом, она не могла не покраснеть щеками.

“Мимолетный поцелуй, случайный поцелуй, неожиданный поцелуй, поцелуй…” Быстро пролетали мысли Эпплджек, пока она неосознанно приближала свои губы к губам Даска.

– Сестрёнка? — спросил голос.

[Изображение: https://i.imgur.com/Lf2KmLd.png]

Эпплджек быстро выпрямилась, услышав нежный голос позади себя. Это была Эппл Блум, стоящая прямо у входа в амбар.

— Ш-ш-ш! — тихо сказала Эпплджек сестре.

После чего осторожно вышла из сарая и закрыла за собой дверь.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она сестру, все еще немного нервничая.

— Ну… я видел, как ты уходила, и захотела узнать, куда. — невинно ответила кобылка.

— Я… я пришла, чтобы принести ему одеяло, но он уже спал, так что я просто укрыла его, — быстро сказала Эпплджек.

Эппл Блум была сбита с толку поведением сестры: такая нервозность была чем-то из ряда вон. Затем она перевела взгляд на амбар, и на нее снизошло откровение. Кобылка оглянулась на Эпплджек с озорной улыбкой.

— Я вижу, ты сильно печёшься о мистере Даске Шайне… — сказала Эппл Блум, озорно глядя на сестру. — Возможно, он интересует тебя в более… романтическом смысле?

Эпплджек сморщила нос и отвернулась.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. — сказала Эпплджек, не спуская с лица своего бесстрастного выражения, и, не глядя на Эппл Блум, направилась к дому. -  Уже… уже поздно, пошли спать.

Эппл Блум стояла и смотрела сестре вслед.

— Хм, сестрёнка… ты хороша почти во всем… — прошептала себе под нос Эппл Блум. — Но ты ужасная лгунья…

С этими словами Эппл Блум пошла вслед за сестрой к дому.

* * *

Послесловие от переводчика:

Дорогие читатели

Я рад представить вам пятую главу этого замечательного произведения, завершающую арку знакомства с Эпплджек. Однако, хочу попросить прощения за месячное отсутствие без каких-либо видимых движений (хотя незаконченный документ две недели висел на гуглодоках). Причины задержки предпочту не рассказывать, так как теперь значения они не имеют. В любом случае, жду ваших отзывов и комментариев. Всего наилучшего.

С большим сожалением

владыка драконов

## Разыскивается

ТУК-ТУК!

Даск Шайн проснулся от стука в дверь. Широко зевнув, он медленно открыл глаза и потянулся.

— Хм? — пробормотал он, не в силах нормально говорить из-за сонливости и усталости.

Дверь сарая начала открываться, и лучи утреннего солнца ударили прямо в лицо единорога. Он прищурился и попытался разглядеть, кто открыл дверь, но яркий солнечный свет помешал ему это сделать.

— Доброе утро, надеюсь, ты хорошо выспался. — донёсся голос кобылы

Открыв дверь сарая, Эпплджек прислонилась к косяку и посмотрела на щурящегося Даска, как будто ожидая ответа.

— Э... да! Я спал очень хорошо, спасибо! — наконец ответил Даск, поняв, чего ждёт Эпплджек .

— Рада это слышать! — улыбнулась фермерша. — Я боялась, ты не выспишься, потому что спишь в амбаре.

— Не волнуйся, здесь гораздо удобнее, чем кажется, — сказал Даск, улыбаясь в ответ. — Кроме того, я вчера так устал, что спал, как убитый.

— Хорошо! — Воскликнула Эпплджек, поворачиваясь и уходя от двери сарая. — Грэнни Смит готовит завтрак, я подожду снаружи, чтобы мы могли пойти вместе.

— Гм... конечно, я скоро выйду. — ответил Даск.

Как только Эпплджек скрылась из виду, Даск быстро вернулся, положил голову на подушку и посмотрел в потолок. Затем, от невероятного откровения, на его губах появилась улыбка. ОН СПАЛ В АМБАРЕ! Никогда в жизни он не мог себе представить, что когда-нибудь будет спать в амбаре, это была такая абсурдная идея. Если бы кто-нибудь сказал ему неделю назад, что он будет лежать на куче соломы в маленьком деревянном амбаре, он, вероятно, назвал бы того сумасшедшим. И хотя для фермерских пони это не имело большого значения, для городского пони вроде Даска, любящего запираться со своими книгами, это был великий и безумный, но в то же время забавный подвиг.

Даск продолжал лежать некоторое время, размышляя обо всем этом, пока его нутро не потребовало еды.

— Что ж, пора вставать, — пробормотал Даск, снова поднимаясь.

И тут он заметил нечто странное.

— Хм? — единорог в замешательстве остановился, глядя на себя сверху вниз. -У меня было одеяло, когда я ложился спать?

Он попытался вспомнить, было ли у него одеяло, но потом решил не задумываться и просто двигаться дальше, ответ был очевиден; в конце концов, кто бы стал беспокоиться о нем настолько, чтобы дать ему одеяло посреди ночи, пока он спит?

Даск встал, размял мышцы и пошёл туда, где его ждала Эпплджек. Кобыла улыбнулась ему, и они вместе направились к дому семьи Эппл.

— Эпплджек... — сказал Даск, опустив голову и подумав о чем-то, что его беспокоило. — Я не хочу навязываться к вам на завтрак, мы со Спайком уже доставили достаточно проблем, нам лучше уйти.

Эпплджек некоторое время смотрела на него, прежде чем хлопнуть единорога по спине.

— О чём ты, это не проблема. — рассмеялась фермерша. — Кроме того, было бы невежливо, если бы ты не остался на завтрак, ведь вы со Спайком — наши гости!

Даск ответил застенчивой улыбкой, удивляясь поведением Эпплджек. Он не мог не задуматься, насколько Флаттершай и Эпплджек с семьёй были добры... может быть, проявлять доброту к незнакомцам не было чем-то странным и это ОН ошибался, думая, что дружелюбие и сочувствие между пони были чем-то чудным. “Возможно... мне следовало принять приглашение Флаттершай на завтрак. Это было бы правильным поступком, а не злоупотреблением её добротой... но если бы я это сделал, то не познакомился бы с Эпплджек…” Такая мысль промелькнула в голове Даска и начала вызывать у него головокружение, из-за чего он быстро отбросил её, оставив прошлое в прошлом, и, хвала Селестии, отвертевшись от выбора между двумя кобылами, надеясь, что ему никогда не придётся его делать.

Даск и Эпплджек наконец подошли ко входу в дом, а именно к двери в кухню и столовую. Как только фермерша открыла дверь, Даск сразу заметил что-то неладное: в воздухе повисла слегка напряженная атмосфера. Все сидели за столом, за исключением варившей овёс Грэнни Смит, по лицу которой было видно, что она слегка раздражена. Спайк сидел, печально глядя вниз, Эпплблум бросала на дракончика злые взгляды, а Биг Мак, в свою очередь, остро посмотрел на Даска.

— Э-э... что-то не так? — шёпотом спросил Даск.

— О, Эпплблум и бабуля обнаружили, что Спайк лжет. — ответила Эпплджек, не придавая этому особого значения.

— Да, когда он сказал, что победил армию минотавров в одиночку, у меня возникли сомнения, — раздраженно поддакнула Эпплблум.

— Тебе не нужно было лгать нам, мы бы встретили тебя и накормили, независимо от того, герои вы или нет. — сказала Грэнни Смит, подавая овёс Эпплблум и Спайку.

Пока Эпплблум и Бабуля Смит разговаривали, щеки Спайка все больше и больше краснели от смущения, но он ничего не сказал в свое оправдание, очевидно, смирившись с тем, что это должно быть его наказанием за ложь.

— Значит, армия минотавров? Похоже, ты немного преувеличил, — сказал Даск, посмеиваясь над позором брата.

Спайк только прикрыл лицо, чтобы скрыть свое смущение.

— Но ты ведь тоже солгал, верно? — Вдруг спросил Биг Мак, всё ещё глядя на Даска.

Это замечание ударило единорога, словно камень, и он покраснел, не зная, как ответить.

— Это неправда. — вмешалась Грэнни Смит, подходя к Даску. — Эпплджек вчера сказала мне, что, в конце концов, ты во всём признался, как настоящий джентлькольт, не так ли? — спросила она, улыбаясь и щипая единорога за щеки.

— Хм! По крайней мере, он не лжец. Наверное, — сказал Биг Мак немного расстроенно.

— Верно, по-настоящему честный и благородный джентлькольт для нашей милой малышки Эпплджек, — никому конкретно сказала Грэнни Смит, присаживаясь за стол.

Упомянутые пони покраснели, но сделали вид, что не расслышали пожилую кобылу, и тоже пошли садиться. Вспомнив про этикет и манеры, Даск поспешил отодвинуть для Эпплджек стул. Фермерша повернула голову, собираясь сказать, что в этом нет необходимости, но слова не выходили, её щёки покраснели, и она лишь поблагодарила за жест.

Все это происходило под бдительным оком Биг Макинтоша, что Даск сразу же заметил. Он знал, что никакое сближение с Эпплджек не скроется от взгляда её чрезмерно заботливого старшего брата, поэтому, решив, что садиться рядом с ней будет неправильно, единорог занял место около красного жеребца.

— Это нормально? — робко спросил Даск, садясь рядом с Биг Маком.

Биг Мак уставился на него, слегка удивленный: очевидно, этот молодой единорог обладал манерами и знал, как не принимать неуместных решений, таких как сесть рядом с кобылой из его семьи без его согласия.

— Да. — сказал Биг Мак, одобрительно фыркнув. — Но тебе еще предстоит пройти долгий путь, если ты хочешь, чтобы я разрешил тебе быть с моей сестрой.

— Но ты на правильном пути, юноша, хихи... — засмеялась Грэнни Смит, которая внимательно слушала.

— Наверное, вы правы, хе-хе... — нервно усмехнулся Даск, а Грэнни, Эпплблум, Спайк и даже Биг Мак за столом дружно расхохотались.

Определенно, теперь атмосфера была гораздо более расслабленной и веселой, лучшей атмосферой для завтрака. Даску нравилось это чувство — веселиться всей семьей, чего он сам так давно не делал. Кроме того, единорог не мог не согласиться с Биг Маком: он должен показать, что является джентлькольтом и заслуживающим доверия хорошим пони, если хочет подружиться с Эпплджек.

Единственной, кто не разделял общего веселья, была Эпплджек, которая закрыла лицо копытами, . Очевидно, она была единственной, кто полностью понимал ситуацию, чего не сделал даже Даск. Когда Биг Мак и Грэнни говорили о "согласии быть с ней", они имели в виду не простое общение или что-то в этом роде, а нечто более глубокое! Эпплджек поняла, что бедный Даск не разгадал смысл сказанного её бабушкой и братом, она хотела объяснить ему, но атмосфера за столом была такой веселой, что фермерша решила промолчать и рассказать единорогу о его ошибке в другой раз, когда они будут наедине.

Так что завтрак прошел в приятной атмосфере, в которой Эпплблум даже смогла немного умерить свой гнев в отношении Спайка, частично простив его.

— Хорошо! Пора приниматься за работу! — сказала Эпплджек, покончив с едой. — Уже поздно, а у нас много дел.

— Ага! — подтвердил Биг Мак, вставая из-за стола.

Все вышли из дома вслед за Эпплджек и Биг Маком. Именно тогда Даск и Спайк решили попрощаться и продолжить свой путь, единорог понимал, что его “помощь” в работе будет лишь замедлять фермеров, как это было вчера.

— Большое вам спасибо за все. — сказал Даск Шайн с поклоном, встав перед всеми рядом со Спайком. — Спасибо за угощение и гостеприимство.

— И... простите, что солгал вам... — добавил Спайк, все еще пристыженный.

— Не волнуйся, уже много воды утекло, и я был рада тебя видеть. — улыбнулась Грэнни Смит.

— Кстати, это тебе. — Эпплджек протянула Даску маленький мешочек с чем-то внутри.

— Что это ?.. — Даск с удивлением открыла мешок и увидела, что внутри было несколько битов.

— Это за вчерашнюю работу, ты заслужил. Теперь тебе больше не придётся спать в амбаре, верно, Биг Мак? — ответила Эпплджек, улыбаясь и глядя на брата.

— Ага! — Ответил Биг Мак.

— Но… вчера я работал, чтобы отплатить за яблоки, которые мы съели, — растерянно сказал Даск.

— Не-а! Эти на нас. — Эпплджек ответила широкой улыбкой.

Даск посмотрел на всю семью Эппл, они улыбались ему. Счастливый и благодарный, что встретил таких любящих пони, единорог с огромной радостью в сердце ответил собственной улыбкой.

— Спасибо, — наконец сказал Даск с легким поклоном, так как не знал, как еще их поблагодарить. — Надеюсь скоро снова увидеть вас всех.

“Я хочу увидеть ее снова. Я хочу увидеть ее снова.” Настойчивая фраза всплыла в подсознании Даска. Мысль была недостаточно сильна, чтобы выйти на первый план, но она заставила единорога спросить ещё кое о чём, прежде чем уйти.

— Эпплджек... ты идешь на Праздник Летнего Солнца? — робко спросил Даск.

— Конечно! На самом деле, мы отвечаем за еду! — гордо ответила Эпплджек.

— Это здорово! Тогда увидимся там, Эпплджек. — Даск улыбнулся Эпплджек. — Я... я имею в виду, все вы! Увидимся там. — быстро исправился единорог, глядя на семью Эппл, полностью покраснев.

Грэнни Смит лишь рассмеялась, ткнув Биг Мака локтем в бок, а тот, слегка нахмурившись, отвернулся. Маленькая Эпплблум озорно переводила взгляд с Даска на старшую сестру и обратно.

После этого Даск и Спайк наконец попрощались со всеми и отправились прочь из "Сладкого яблочка".

— Итак, каков наш план? — спросил Спайк, когда они отошли от фермы.

— Думаю, время наконец пришло, и у нас нет другого выбора, кроме как отправиться в Понивилль. — ответил Даск без особого энтузиазма.

— По-видимому, необходимость ехать в город и встречаться с другими пони тебя больше не беспокоит, — сказал Спайк, понимая, что его брат был гораздо более расслаблен по сравнению с тем, когда они прибыли из Кантерлота.

— Что ж... я уже убегал от медведя и разъяренного фермера, а на тебя напал кролик и ты стал навязчивым лжецом. — единорог задумался. — Полагаю, худшее уже позади, я имею в виду, что может пойти не так в деревне?

— Ха-ха... Наверное, ты прав. — прокомментировал Спайк, улыбаясь. .

-----|||||-----

— Наконец-то мы здесь! — взволнованно спросил Спайк, перейдя мост и увидев, что они наконец пришли в деревню Понивилль.

В нескольких шагах позади него стоял Даск, который, входя в живописную деревню, не испытывал такого же энтузиазма, как его драконий младший брат.

— Так что же дальше? — спросил Спайк, глядя на брата.

— Я не уверен… может, пойдём в гостиницу и снимем комнату. — ответил Даск, пытаясь найти гостиницу.

— Или ты можешь сдержать свое обещание и поговорить с местными пони, — сказал Спайк, озорно глядя на единорога.

— Прошу прощения? — раздраженно спросил Даск. — Я уже поговорил с Флаттершай, а также с Эпплджек и ее семьей! Ты все еще собираешься докучать мне разговорами с другими пони?!

— Ну... разговор равен возможному другу, а с этим у тебя больше шансов закончить задание принцессы, — сказал Спайк с застенчивой улыбкой.

Даску это не нравилось, Спайк не мог заставлятьть его говорить с каждым пони, которого они встретят в течение следующих трех дней перед Праздником Летнего Солнца. Единорог нахмурился и приготовился к жаркому спору с драконом, но тот заметил, что его брат вот-вот взорвется, поэтому он отреагировал быстрее.

— Подожди! Подожди! — быстро сказал Спайк, размахивая когтями перед лицом. — ЕЩЁ ОДИН! Поговори ещё с одним пони и всё, конец обещанию.

Даск долго смотрел на него, пока его гнев не утих.

— Точно? — спросил он.

— Конечно, ты выполнил свою часть и у тебя уже есть два возможных друга, это хорошо, но лучше иметь троих. Кроме того... я поступаю так только для того, чтобы помочь тебе. — Спайк слегка улыбнулся брату.

— А-а!.. Ладно, — сказал Даск с тяжелым вздохом смирения. — Тогда... с кем мне поговорить?

Тут же Спайк вытянул шею и начал оглядываться в поисках кого-нибудь, любого пони.

— Там! — наконец сказал Спайк, указывая на группу из трех кобыл, которые стояли недалеко от чего-то похожего на цветочный стенд.

Даск посмотрел на них с некоторой неуверенностью, ему не хотелось повторять рутинный разговор с незнакомцами, но зная, что после всего этого Спайк больше не будет его беспокоить, он просто вздохнул и направился к кобылам.

У цветочного киоска две кобылы стояли спиной к Даску и разговаривали друг с другом, у одной из них была кремовый мех и грива цвета красного вина и розы, у другой был розовый покров и украшенная лилией жёлтая грива. Третья имела нежно-розовую шёрстку и лимонно-зеленую гриву, она повернула голову в ту сторону, откуда шёл Даск, но смотрела вниз, собирая ртом букет. Кроме всего прочего, кьютимарками троицы были цветы. Единорог вздохнул, чтобы расслабиться, и подошел к последней кобыле.

“Все в порядке, это будет мой последний разговор, чтобы завести "друзей", и на этот раз я не испорчу его сразу, как это было с Флаттершай и Эпплджек!” Подумал Даск, шагая рядом со Спайком к розовой кобыле.

— Эм... привет! -сказал он, стоя перед кобылой.

Кобыла, все еще держа цветок во рту, подняла голову и увидела Даска рядом со Спайком, её глаза начали медленно открываться, как и рот, из которого выпал цветок.

— А-А-А! — Кобыла секунду кричала, поднимая копыто к голове, потом развернулась и упала в обморок.

Оба брата были в замешательстве. Никто из них не ожидал такой реакции и не понимал, почему это произошло! Любая надежда на нормальную беседу и произвести хорошее первое впечатление была разрушена в ту же секунду, как Даск открыл рот, чтобы сказать "привет".

Единорог быстро вышел из оцепенения и был готов помочь кобыле, но не смог подойти ближе, потому что две другие кобылы, которые тоже были в цветочном киоске, услышав крик, бросились на помощь своей подруге.

— Что случилось?! — спросила кобыла кремового цвета, подходя к подруге.

— Дейзи! Ты в порядке? — спросила кобыла со светлой гривой, касаясь копытом щеки упавшей в обморок кобылы.

— Я... я просто сказал "привет"... — робко сказал Даск, пытаясь оправдаться, чтобы они не подумали, будто он сделал что-то не так.

Затем две кобылы, которые, бросившись на помощь своему другу, даже не заметили их, несколько секунд смотрели на них.

— А-а-а! — хором вскрикнули они, поднимая копыта к голове, кружась вокруг собственной и падая в обморок, как их подруга.

Даск и Спайк застыли на месте с пустыми лицами. Вокруг них царила пронзительная тишина, нарушаемая лишь ветром и отскакивающим позади героев перекати-поле...

— КАКОГО ЧЁРТА СЕЙЧАС ПРОИЗОШЛО? — наконец закричал Даск, явно встревоженный тем, что не понимал причин происходящего.

Для него было достаточно плохо, что план завести нормальный разговор провалился с одной кобылой, но то, что он провалился с тремя и почти одновременно, было не просто странно, это была статистическая аномалия! Нечто, чего Даск не мог понять, а если и было что-то, что действительно беспокоило молодого единорога, так это когда он был не в состоянии что-то понять.

В то же время Спайк, который в таких случаях реагирует гораздо лучше брата, воспринял всё более спокойно. Он огляделся и подошёл к дереву, на котором висела листовка, привлёкшая его внимание.

— Почему они упали в обморок, когда увидели меня? Со мной что-то не так? Неужели я обречен никогда не вести нормального разговора ни с одной кобылой?! — вслух рассуждал Даск, явно преувеличивая ситуацию.

— Успокойся уже! — раздраженно сказал Спайк. — Кажется, я нашел причину, по которой они все упали в обморок.

Спайк неохотно протянул брату листовку, которую снял с дерева, тот взял её и медленно рассмотрел. Чем дольше Даск рассматривал её, тем больше становились его глаза.

[Изображение: https://i.imgur.com/6WFnJq4.png]

Это была не просто листовка, это был плакат “Разыскивается”! На нём был изображён лавандовый единорог с темно-синей гривой, через которую проходили розовая и фиолетовая полоски! Кроме того, лицо на плакате демонстрировало клыкастую улыбку и шрам под глазом, что придавало ему более злобный вид. На портрете имелись черты, которыми Даск не обладал, но основные были теми же. Изображенный пони, о котором шла речь, выглядел как Даск Шайн.

— Ч-Ч-ч... что это?.. — дрожащим голосом спросил единорог.

— Я знал! — весело крикнул Спайк, выводя брата из оцепенения. — Я знал, что должен быть один со мной!

Даск поднял глаза и увидел, что дракончик держит ещё один плакат "Разыскивается".

— Смотри, смотри! Ты не единственный плохой парень. — улыбнулся Спайк, показывая брату плакат, похожий на предыдущий, но вместо портрета единорога, на нем красовался дракон.

— Ты рад, что объявлен в розыск? — спросил Даск Спайка, немного раздраженный.

— Конечно! Это как плакаты со старого запада, а то и лучше! Такие постеры были в комиксах, которые я читаю, знаешь, те, в которых некий пони хочет стать королём пиратов. Он называется... — весело отвечал Спайк, но был прерван Даском.

— ХВАТИТ! — раздраженно крикнул единорог. — Ты что, не понимаешь? Это значит, что по какой-то причине закон хочет нас! Мы можем попасть в тюрьму! (прим. пер. оставил ошибку авто-перевода, потому что звучит забавно)

— Но... мы ведь не сделали ничего плохого, верно? — пожав плечами, ответил Спайк.

— Хм... насколько мне известно, нет... н-но мы должны выяснить, почему нас вдруг записали в преступники!

Как только Даск закончил говорить, он насторожился и навострил уши, услышав слабый слабый звук.

— Ты это слышишь? — спросил Даск у Спайка.

— Ага... — дракончик прищурился и приложил лапу к уху, чтобы лучше слышать. — Это... похоже на жужжание.

Спайк очень точно описал звук, который услышал Даск, звук, который, казалось, становился все громче.

“НннииаауУУУ!”

Даск повернулся, поняв, что звук доносится из-за спины. Пока он поворачивался, что-то упало с неба, сбило его с ног и прижало к земле.

— Попался! — сказал кобыла, которая сбила его и теперь лежала на нем, не давая ему встать.

Даск с некоторым усилием открыл глаза и выплюнул что-то похожее на волосы, закрывающее ему обзор.

“Это чья-то грива?”  Неуверенно подумал Даск, ни разу не видевший такой гривы, гривы всех цветов радуги.

Даск не мог пошевелиться: он лежал спиной на земле, а сверху на нем сидела кобыла. Любая мать с ребёнком была бы шокирована, увидев эту ситуацию, полагая, что это сцена, не подходящая для жеребят. Но это было не так: на этот раз кобыла сидела на Даске, чтобы обездвижить его и предотвратить побег.

— Хе-хе! Я ищу тебя уже два дня! Я уже думал сдаться, но наконец-то нашел тебя! — сказала кобыла скрипучим голосом.

Сказав это, она подняла голову, полностью убрав волосы с лица Даска, который наконец смог рассмотреть нападавшего. Это действительно была кобыла, точнее, пегаска. У нее была голубая шёрстка и фиолетово-красные глаза, но самой поразительной чертой была её грива всех цветов радуги.

Кобыла подняла голову, но телом и ногами продолжала удерживать Даска на земле. Они смотрели друг на друга несколько секунд, пока пегаска наконец не моргнула.

— Ты плохой парень, не так ли? — Спросила она.

— Ага! Это должен быть ты! — сама ответила кобыла, не дав Даску даже открыть рот. — У тебя такой же цвет шерсти и гривы, как на плакате, но… я думала, ты будешь выглядеть страшнее... как на плакате. Но, на самом деле ты довольно милый, чем-то даже похож на девушку. — закончила она, улыбаясь.

Её слова обрушились на Даска, как ведро ледяной воды. “Женственный? ОНА НАЗВАЛА МЕНЯ ЖЕНСТВЕННЫМ!” Подумал всё ещё шокированный единорог. Большую часть своего детства он боролся с тем, что называл “своими менее мужскими чертами”, имея в виду, что мало у кого из жеребцов был лавандовый мех, а также розовые и сиреневые пучки в гриве. Даже собственная кьютимарка была не совсем в его вкусе: Даск всегда считал, что было бы круче иметь меч или что-то более мужское, дополняющее звезды на боку. Поэтому, будучи жеребёнком, он очень хотел вырасти и стать таким же мужественным, как другие жеребцы в его семье, что с течением произошло лишь частично, потому как, по мере взросления, его мужские черты развивались всё больше, аналогично другим жеребятам его возраста, однако в его лице всё ещё прослеживался оттенок детства, который часто путали с женскими чертами, что Даск ненавидел всей всей душой. Но на этот раз он испытывал не ненависть, нет, ситуация была другой. Кобыла, соприкоснувшаяся с ним кожа к коже и назвавшая его в лицо "женоподобным", была достаточной причиной, чтобы любой жеребец почувствовал себя неловко, но для Даска это было почти как если бы в первую брачную ночь его невеста смеялась над его "маленьким Даском" (если вы понимаете, о чём я ¬¬). Это ударило по его мужской гордости! Нечто такое, что заставило единорога медленно погрузиться в пучину стыда.

— Эй, отпусти моего брата! — крикнул Спайк, подбегая к Даску и кобыле.

— О! А ты, должно быть, его приспешник. — сказала она, искоса глядя на Спайка. — И кто ты есть? Его любимая игуана или что-то в этом роде?

Спайк мгновенно замер, а на его лице появилась жилка ярости.

— Я... я... игуана!? КОГО ТЫ НАЗВАЛА ИГУАНОЙ? Я — дракон! — яростно ответил он.

— Дракон? Пффф! Да, конечно… — фыркнула кобыла.

Гнев Спайка рос, с каждым словом этой кобылы дракончик чувствовал себя все более и более раздраженным. Теперь он был уверен, что они с Даском могли бы подружиться с пони разных характеров, такими как Флаттершай или Эпплджек, но они никогда не смогут подружиться с такой кобылой, как эта.

— Хорошо! Пора отдать игуану и милую маленькую девочку в руки правосудия. — сказала пегаска, оглядываясь на Даска.

Это было последней каплей! Все время, пока Спайк и кобыла спорили, Даск оставался неподвижным, погруженным в свои мысли и смущение, но когда она назвала его "милой маленькой девочкой", его гнев наконец обрёл выход.

Даск раздраженно посмотрел на пегаску, затем телепортировался, чтобы освободиться и появиться неподалёку. Этот поступок удивил кобылу, которая, увидев лишь вспышку, упала на землю и потеряла из виду своего пленника.

— Кого ты назвала "милой маленькой девочкой"? — раздраженно спросил Даск. Кобыла посмотрела сторону и увидела, что единорог телепортировался в место рядом с ней. — Меня зовут Даск Шайн, и я взрослый жеребец!

Даск был взбешен, решив дать отпор, очевидно, не физически, а словами, точно так же, как она причинила ему боль, поэтому он отбросил свою вежливость и ударил по, как он знал, больному месту.

— Кстати... — продолжал Даск с лицом, полным гордости. — Жаль, что я не могу сказать то же самое о тебе. Никто и никогда не сможет тебя так назвать! С твоим грубым отношением и тем, как ты говоришь, просто чудо, что другие не приняли тебя за жеребца! — сердито сказал он.

После этих слов кобыла слабо опустила голову, не давая ни Даску, ни Спайку увидеть ее лицо.

“О нет! Кажется, я зашел слишком далеко, я довел ее до слез! Глупо! Как я мог забыть, что, в конце концов, она все еще хрупкая и невинная кобыла.” Подумал Даск, возвращая себе статус джентльмена после того, увидев реакцию пегаски.

Единорог слышал какие-то тихие звуки, издаваемые кобылой, которая, как он предположил, плакала. Он шагнул вперед и подошел к кобыле, чтобы утешить ее и попросить прощения.

— БВАХАХАХА! — пегаска громко рассмеялась, подняв голову и показывая, что издаваемые ею звуки были не слезами, а сдерживаемым хохотом.

Даск оставался неподвижным, не зная, как реагировать.

— Что это было? Ты называешь это оскорблением? Ха-ха-ха. — смеялась она. -  Это не мешает мне быть самой собой. На самом деле, я ненавижу всю эту чушь о женственности и о том, что другие должны обращаться со мной как с леди, так что ты абсолютно прав. Я ударю любого, если он посмеет назвать меня милой, ха-ха-ха.

Её реакция застала Даска врасплох, который начал медленно краснеть, поняв, что его план обернулся против него и что теперь кобыла издевается над ним еще больше. Единорог решил, что будет лучше уйти от раздражающей пегаски, пока она смеётся.

— Тск! Пойдём, Спайк. — раздраженно сказал он, повернувшись к Спайку, после чего они оба продолжили свой путь.

Однако, не сделав и двух шагов, Даск снова наткнулся на ту же пегаску, которая появилась перед ним из ниоткуда с серьезным лицом. Единорог отшатнулся от удивления и с недоумением посмотрел на морду кобылу. В мгновение ока она появилась перед ним, если бы не было так очевидно, что у нее нет рога и она не может использовать магию, он бы поклялся, что она телепортировалась, единственным объяснением было то, что пегаска двигался с невероятной скоростью.

— Куда это ты собрался? — спросила она, паря в нескольких дюймах над землёй, скрестив передние ноги и смотря на двух друзей. — Не думайте, что, рассмешив меня, вы сможете сбежать, вы все еще мои пленники!

— Пленники? Почему? Что мы сделали? — спросил Спайк, который подошел к Даску и снял слова прямо с его уст.

— Если б я знала, ты нарушил закон, а не я. — пожала плечами пегаска. — Я знаю только, что Ол Эборт распечатал несколько плакатов с опасными заключенными, прибывшими из Кантерлота и сбежавшими два дня назад в Понивилль.

“ Ол Эборт? Кто такой “Ол Эборт”, почему он прислал плакаты с их лицами и зачем ищет их?..” Ход мыслей Даска был нарушен внезапным подозрением.

— Подожди... Этот “Ол Эборт” работает на вокзале? — спросил единорог.

— Э-э... да, а почему ты спрашиваешь? — вопросительно ответила кобыла.

— Теперь я понял! Должно быть, это тот самый пони, который нашел нас связанными в мешке, когда нас отправили в Понивилль! — сказал Даск, глядя на Спайка, после чего перевёл взгляд на пегаску. — Послушай, это все большое недоразумение.

Кобыла несколько секунд смотрела на него, прищурившись. Её работа состояла в том, чтобы доставить их мэру, но также ей было любопытно узнать больше об этом единороге и его драконе, хотелось знать, почему они были на плакатах "Разыскиваются", что, по её мнению, было очень круто, поэтому она решила их выслушать, в конце концов, им не сбежать, пока она наблюдает за ними.

— Хорошо, я тебя выслушаю, — наконец сказала кобыла. — Но предупреждаю, не пытайся меня отвлечь и сбежать, теперь у тебя нет выхода, видишь это? — спросила она, показывая свою кьютимарку. Даск внимательно рассмотрел её, это было облако с красно-жёлто-синей молнией. — Не зря у меня кьютимарка в виде молнии. Меня зовут Рэйнбоу Дэш, и я самая быстрая пони в Эквестрии! Так что не пытайся ничего сделать! — гордо закончила она.

Даск, к которому уже вернулась его обычная галантность, решил тоже представиться.

— Очень приятно, мисс Рэйнбоу Дэш, меня зовут... — он был прерван пегаской, которая сильно прижала копыто к его губам, заставляя замолчать.

— Больше не называй меня “мисс”, это раздражает. — сердито сказала Рэйнбоу Дэш.

“Серьезно? Я просто пытаюсь быть джентлькольтом. Насколько ты можешь быть неженственной?!” Подумал единорог, убирая копыто ото рта и неохотно продолжая представляться, так как того требовали его манеры.

— Меня ЗОВУТ Даск Шайн. — продолжил он, пытаясь скрыть своё негодование. — А он мой спутник,Спайк.

— Да, да, неважно, а теперь скажи мне, почему тебя ищут. — сказала кобыла, махнув копытом и глядя в сторону, не обращая внимания на Даска.

“Она действительно раздражает.” Подумал единорог, прежде чем сделать глубокий вдох, чтобы расслабиться, и начал рассказывать свою историю.

Несмотря на стыд, Даск говорил правду, но говорить правду не означало рассказывать все мелочи, такие как тот факт, что у него не было друзей и он был вынуждена завести их в этом городе. Единорог рассказал свою историю: как он жил в Кантерлоте, изучая магию, как он разозлил свою любящую шутить наставницу, которая в наказание отправила его в мешке в Понивилль, и как Ол Эборт нашёл их и сбежал, прежде чем они смогли объяснить ему, в чём дело.

— ХА-ХА-ХА! Значит, твой учитель отправил тебя связанным и с кляпом во рту в Понивилль? Ха-ха-ха! — Рассмеялась Рэйнбоу, представив себе ситуацию. — Такой розыгрыш мне нравится, думаю, я могла бы поладить с этой твоей наставницей, хе-хе.

— Тогда, я думаю, у вас с принцессой одинаково извращенное чувство юмора, — неохотно сказал Спайк, все еще злясь на пегаску.

— Принцесса? Какое отношение ко всему этому имеет принцесса? — спросила Рэйнбоу Дэш.

Даск злобно посмотрел на Спайка, который тут же понял, что облажался. На протяжении всей истории единорог намеренно не говорил, кто его наставница, так как знал, что это принесет еще больше неприятностей, однако в этот момент у него не было выбора, кроме как прояснить этот момент.

— Мой учитель... это принцесса Селестия,- робко сказал Даск.

Рэйнбоу Дэш секунду смотрела на него, потом расстроенно отвернулась.

— А я-то думала, ты говоришь правду... — раздраженно сказала Рэйнбоу Дэш. — Я имею в виду, я мог бы поверить в то, что твоя наставница в шутку послала тебя сюда в мешке, связанного и с кляпом во рту, но неужели ты думаешь, что я поверю, что принцесса Селестия сделает что-то подобное?.. Как ты думаешь, насколько я глупа?

Даск Шайн знал, что так будет, такое случалось и раньше. Когда он говорил, что является личным учеником принцессы Селестии, кто-то задавал вопросы, кто-то просто принимал сказанное на веру, но когда он говорил, что она подшучивала над ним и насколько они были близки, никто ему не поверил, поскольку все пони Эквестрии возводят Селестию на пьедестал, как великодушную, безмятежную, могущественную фигуру, яркий свет, который направлял их всех. Никто не верил, что за этой была настоящая принцесса, желающая, чтобы с ней обращались, как с обычной пони, любящая тортики и пошутить время от времени.

— Это... правда... — покорно сказал Даск, зная, что теперь у него нет выбора, кроме как сдаться Рэйнбоу Дэш.

— Подожди! У меня есть доказательство! — внезапно сказал Спайк, привлекая внимание обоих пони.

— Что ты собираешься делать? — Шепотом спросила Даск у Спайка. — Ты ведь не собираешься показать ей письмо с королевским указом?

Спайк замер, потому что именно это он и собирался показать Рэйнбоу Дэш.

— Даже не думай об этом! — быстро сказал Даск. — Я не хочу, чтобы другие знали, что я изгнан из Кантерлота и отчаянно ищу друзей здесь, в Понивилле.

— Итак, где твои доказательства? — спросила Рэйнбоу Дэш, теряя терпение.

— У меня есть идея! Я только что вспомнил, что у меня есть фотография в хранилище! Так-то лучше! — громко сказал Спайк, радуясь своей идее.

Рэйнбоу Дэш не поняла, что Спайк имел в виду под "сундуком", но Даск понял. Сундук является небольшим ящиком, спроектированным для того, чтобы Спайк мог хранить в нём вещи и по своему желанию брать их из него с помощью своего магического огня, который обычно служил только для обмена письмами между Селестией и её учеником, но благодаря этому ящику Спайк доставать предметы, никем не отправленные, такие как свиток с королевским указом о смене имени Даска. Недостатком был очень маленький размер хранилища, позволяющий класть в него лишь мелкие предметы, такие как свитки, письма и фотографии.

С отрыжкой Спайк выпустил струю зеленого огня, и на свет появилась маленькая фотография.

— Вот, смотри! — сказал Спайк, протягивая фотографию Рэйнбоу Дэш.

На фотографии была принцесса Селестия, улыбающаяся вместе с юным Даском и маленьким Спайком.

— Видишь? Как мы могли бы сфотографироваться с принцессой, если бы не знали её? — спросил Спайк. — Обычно она не любит позировать для фотографий, если только это не официально.

— Хм… не знаю... может быть, это Понишоп. — сказала кобыла, осматривая его, проверяя, обман ли это.

— Это не подделка! — раздраженно сказал Спайк.

Рэйнбоу Дэш опустила фотографию и посмотрела Спайку и Даску в глаза. Если бы только ее верный друг был здесь, она бы знала, лгут они или нет. В конце концов пегаска решила последовать своим инстинктам, которые почти никогда ее не подводили.

— Ладно, я тебе верю, — наконец сказала Рэйнбоу Дэш с тяжелым вздохом.

— Правда?! — взволнованно спросил Даск, он не хотел провести ночь в тюрьме из-за недоразумения.

— Ага... кроме того, вы не похожи на преступников. Я встречал жеребят с куда более плохим поведением, чем вы двое... — насмешливо сказала Рэйнбоу Дэш.

И Спайк, и Даск были раздражены этим замечанием, но решили ничего не говорить, так как их едва не объявили преступниками.

— Ах да, кто тут кричал, как девчонка, прежде чем я появился? Хм, держу пари, это был ты, Красавчик. — спросил пегаска, указывая на Даска.

— РАЗУМЕЕТСЯ, ЭТО БЫЛ НЕ Я! Это те трое упали в обморок! — закричал единорог, не задумываясь, прежде чем понял, что облажался.

Рэйнбоу Дэш посмотрела туда, куда указывал Даск, и увидела трех кобыл, которые упали в обморок, как только увидели его. “Теперь все потеряно!” Подумал Даск. Рэйнбоу Дэш не поверила бы, что они упали в обморок без его помощи.

— О! Значит, это были те трое? — небрежно спросила Рэйнбоу Дэш. — Они всегда поднимают шум на пустом месте.

Мышцы Даска, которые были напряжены, пока Рэйнбоу Дэш смотрела на упавших в обморок кобыл, медленно расслабились, когда он понял, что, очевидно, эти кобылы с кьютимарками в виде цветов на самом деле имели привычку падать в обморок.

— Эй. — с любопытством снова заговорила Рэйнбоу, привлекая внимание Даска. — Значит, принцесса любит розыгрыши?

— Ммм... да... но только иногда, — с сомнением сказал Даск. Он не хотел, чтобы Рэйнбоу Дэш думала, будто принцесса без ума от розыгрышей, а также опускал тот факт, что большую часть времени она подшучивала над ним в качестве наказания.

Несколько секунд Рэйнбоу Дэш смотрела в никуда, на ее губах появилась зловещая улыбка.

Теперь Даск был уверен, что эта кобыла сумасшедшая, но что еще более важно, он был уверен, что никогда не сможет подружиться с такой пони, как Рэйнбоу Дэш.

* * *

Послесловие от переводчика

Дорогие читатели

Сегодня наступила 77-ая годовщина победы советского народа в Великой Отечественной Войне. В семьдесят седьмой раз мы отмечаем день огромной радости и такой же огромной скорби по тем, кто отдал жизнь ради общего будущего. От всей души хочу поздравить вас с этим праздником и пожелать, чтобы мы никогда больше не увидели тех ужасов, которые принесли с собой эти проклятые четыре года, и чтобы над всеми нами светило яркое солнце.

С праздником, товарищи!

С Днём Победы!

Владыка драконов

## Высокоскоростной розыгрыш

— Скажи мне, Даск, не хочешь разыграть какого-нибудь пони? — спросила Рэйнбоу Дэш, зловеще улыбаясь.

— А? — ответил Даск, застигнутый врасплох таким вопросом. “Разыграть? О чем только думает эта кобыла?” Подумал он, стоя под настойчивым взглядом пегаски, и решил ответить разумно. — Я... не думаю, что это хорошая идея...

— Хм! Я знала, что ты откажешься. — сказала Рэйнбоу Дэш, отворачиваясь с притворным негодованием. — В конце концов, ты просто маленький примерный мальчик... готова поспорить, ты , словно жеребёнок, всегда следуешь всему, что скажет тебе твоя наставница.

Слова Рэйнбоу Дэш задели Даска за больное. В любом другом случае единорог понял бы, что им пытаются манипулировать, но после того, как Рэйнбоу Дэш назвала его “женоподобным”, “милой маленькой девочкой” и “жеребёнком”, он всерьёз захотел доказать, что он мужественный и может быть плохишом, если захочет.

— Что у тебя на уме? — холодно спросил Даск. “Эта кобыла не унизит меня.”

“Бинго!” Подумала Рэйнбоу Дэш, продолжая зловеще улыбаться единорогу.

— Все просто, — сказал она, возбуждённо поворачиваясь к Даску и Спайку. — Только я знаю, что вы двое не преступники, какими вас считают, пэтому мы обманем ищущих вас пони, разыграв нападение на меня и напугав их до чёртиков!

После оживленных слов Рэйнбоу Дэш наступила глубокая тишина.

— Это... это ужасная идея! — раздраженно сказал Спайк, выслушав пегаску. — Мы не хотим рассердить охрану или вызвать панику!

— Это замечательная идея, и не беспокойся о стражниках, потому что их здесь нет, — с энтузиазмом пояснила Рэйнбоу Дэш. — Понивилль — тихий городок, не нуждающийся ни в охране, ни в полиции, но мэр попросила погодный патруль присмотреть за городом и предупредить всех пони, если мы увидим неприятности. Так что, напугав одного или двух пегасов из этого патруля, особого шума мы не поднимем. К тому же, будет забавно наблюдать за ними в панике!

Даск и Спайк посмотрели друг на друга, было очевидно, что они оба считают это плохой идеей: если они в ближайшее время не прояснят это недоразумение, ситуация может ухудшиться.

— В чём дело? Ты жеребец или цыплёнок? — спросила Рэйнбоу Дэш, улыбаясь единорогу.

— Ты явно пытаешься нас спровоцировать, — твердо сказал Спайк. — Но мы же не поведёмся на это, верно, Даск?

— Я в деле! — резко ответил Даск с огнём в глазах. — Я докажу тебе, что не жеребёнок!

Спайк в отчаянии скривил лицо: он не мог поверить, что его умный и хитрый брат так легко поддался на её игры.

— Хорошо! Я схожу за жертвами. — взволнованно сказала Рэйнбоу Дэш. — Когда я вернусь, вы прикинетесь ворами и нападете на меня.

Затем она расправила крылья и, словно радужная вспышка, улетела в центр города, оставив Даска и Спайка совершенно одних.

Дракончик подождал несколько секунд, чтобы убедиться, что Рэйнбоу Дэш достаточно далеко, и снова заговорил:

— Думаю, нам лучше уйти, пока есть возможность, — прошептал он брату. — Если мы будем делать то, что она скажет, у нас будут ещё большие неприятности.

— Ни за что! Я докажу ей, что она ошибается! — решительно сказал единорог. — Я заставлю эту пегаску взять слова назад!

Спайк подумывал о том, чтобы возразить брату и продолжить путь, но Даск, очевидно, был полон решимости доказать Рэйнбоу Дэш, что он не жеребёнок и не женоподобен. По взгляду единорога, дракончик понял, что у того уже есть мысль.

— Какой у тебя план? — с любопытством спросил Спайк.

— Ей нужен плохой мальчик, так? — ответил Даск, медленно расплываясь в зловещей ухмылке. — Она его получит...

Рэйнбоу Дэш достигла центра города и летала над ним в поисках какого-нибудь знакомого патрульного пони.

— Вот и они! — сказала она себе, увидев пролетающую мимо пару пегасок, перемещающих облака с одного места на другое. У одной из них была голубовато-сиреневый мех и взлохмаченная серебристо-белая грива, у другой бледно-аквамариновая шёрстка и аккуратно подстриженные светлые волосы.

— Эй! Клаудчейзер! Хелия! — крикнула Рэйнбоу Дэш.

— Привет, Дэш! Что происходит? — ответила кобыла с взлохмаченной гривой, которой была Клаудчейзер.

— Я… видела того жеребца, которого мы ищем! — в притворном страхе воскликнула Рэйнбоу.

— Жеребец, которого мы ищем? Ты о чём? — спросила белокурая пегаска Хелия.

Рэйнбоу Дэш на секунду растерялась: она ожидала лучшей реакции — страха или хотя бы интереса. Однако этого не произошло, к её разочарованию, так как в отличие от голубой пегаски, которая приняла близко к сердцу эти поиски и выслеживание злодеев, другие члены погодного патруля прекратили поиски в первый же день, восприняв “преступника”, как преувеличение со стороны мэра, так как в Понивилле никогда не нарушали закон.

— Преступники! Те, что на плакатах "Разыскивается"!! — настаивала Рэйнбоу Дэш, несколько раздражённая тем, что её коллеги так быстро забыли.

— О да! Я помню!.. Что с ними? — безразлично спросила Хелия.

— Я видела их! Они на въезде в город! Полетели! Ну же! — быстро ответила Рэйнбоу, пытаясь убедить своих товарищей.

Однако обе кобылы продолжали парить на месте, смотря друг на друга.

— Нехорошо бросать работу наполовину, — сказала Хелия напарнику.

— Ага... хотя... было бы забавно посмотреть на этого жеребца, которого мэр заставила нас искать, и понять, почему он напугал Ол Эборта. — посмеиваясь, согласилась Клаудчейзер.

— Хм... да, может быть весело... ладно, пошли! — с улыбкой сказала Хелия.

— Э-э… окей… за мной, — протянула Рэйнбоу Дэш, улетая обратно к Даску.

Первоначальный энтузиазм пропал, когда она поняла, что её цели совсем не испугались, хуже того, они были взволнованы и улыбались. План Рэйнбоу состоял в том, чтобы морально подготовить цели и сделать их боязливыми, но это не сработало. Было ясно, что при такой веселой атмосфере, безобидный Даск и его говорящая игуана Спайк не смогут никого напугать. Рейнбоу знала, что шутка потерпит фиаско, как только они доберутся до единорога...

Когда троица добрались до въезда в город, место было пустынным, без каких-либо признаков преступников.

— Где ты их видела? — спросила Клаудчейзер, приземлившись рядом с товарищами и осмотревшись вокруг.

— Хм... они должны быть где-то здесь... — ответила Рэйнбоу Дэш, не зная, что делать. Она не была уверена, спрятались ли Даск и Спайк или просто убежали, в любом случае, пегаска чувствовала себя подавленной: если они сбежали, это значит, что они обманули её, если же спрятались, то было лишь вопросом времени, когда братья выскочат, пытаясь напугать их, а Клаудчейзер и Хелия посмеются над Рэйнбоу, ведь она поверила, что настолько простой трюк испугает их.

— Может, они убежали, хе-хе, — хихикнула Хелия.

— Да, или, возможно, они даже не настоящие, — продолжила Клаудчейзер, глядя на Рэйнбоу Дэш с улыбкой. — Ты просто хотела напугать нас, Рэйнбоу?

У Рэйнбоу Дэш было безучастное выражение лица: её поймали, и теперь лучше всего было признать, что всё это была просто неудавшаяся шутка.

ФШУ-У-УХ!

Только Рэйнбоу Дэш собиралась открыть рот и заговорить, как из ниоткуда появилось огромное зелёное пламя и окружило трёх кобыл, которые слегка подпрыгнули от неожиданности и тут же с испугом обнаружили, что окружены.

— Ч-что происходит? — испуганно спросила Хелия.

— Я... я не знаю, — ответила Рэйнбоу Дэш, оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, откуда взялся огонь. “Это сделали те двое?” Задумалась она.

Без каких-либо причин небо потемнело, будто его накрыла гигантская тень, за чем последовали звуки, похожие на рычание животных.

— Голоден... я голоден… — донёсся издалека низкий шёпот.

Три кобылы были парализованы звуками и этим голосом.

— Крови... я хочу твоей крови… — снова послышался голос, который, казалось, становился всё ближе и ближе.

Клаудчейзер и Хелия в страхе отступили назад, продолжая смотреть туда, откуда доносилась речь. Перед ними Рэйнбоу Дэш стояла неподвижно, полностью сосредоточившись и глядя в одну точку, но пламя мешало ей разглядеть что-либо.

“Это точно Даск?” Рэйнбоу Дэш начала сомневаться, было ли все это частью шутки или они действительно должны бежать прямо сейчас.

— Еда... я чувствую запах еды... — голос стал ещё громче, теперь его источник был прямо перед кобылами, скрытый за языками пламени.

Хелия и Клаудчейзер обнялись, дрожа от страха. Рэйнбоу Дэш тяжело сглотнула, понимая, что такой простой пони, как Даск, не мог сделать что-то настолько пугающее.

— НУ ЖЕ! ЖИВО УБИРАЙТЕСЬ ОТСЮДА! — крикнула Рэйнбоу Дэш, повернувшись к своим спутникам.

Однако вместо того, чтобы сделать приказанное, обе кобылы остались на месте, парализованные страхом, с ужасом глядя за спину радужногривой пегаске. Рэйнбоу Дэш медленно повернула голову, чтобы понять причину. Прямо к ней, рассекая пламя, словно демон из преисподней, шагало огромное существо, выглядящее, как абсолютно чёрный жеребец, как живая тень темного пламени. Теперь они могли разглядеть на нём только три вещи: уродливый шрам на щеке, свирепые клыки и яростные белые глаза, которые сверкали в темноте, пугая ещё больше.

У Рэйнбоу Дэш кровь застыла в жилах, это происходило на самом деле! Не может быть, чтобы этот демон был Даск!

— Ты будешь первой... — сказал пони-демон, указывая копытом на Рэйнбоу Дэш.

В тот же миг неведомая сила схватила её тело и против воли потащила к пони-демону, оставив лицом к лицу с ним. Не зная, что делать, Рэйнбоу Дэш смогла только крепко зажмуриться, она должна была признать, ей было страшно.

— Эй! — прошептал голос рядом с ней. Рэйнбоу Дэш медленно открыла один глаз. Она все еще стояла лицом к лицу с пони-демоном, но теперь, оказавшись так близко, смогла лучше разглядеть чудовище. Пони-демон был ниже ростом, чем казался, на самом деле он был лишь немного выше самой пегаски; вблизи она могла видеть, что его шерсть была не совсем черной, а скорее темно-лиловой, будто затенённой. Кроме того, несмотря на яркость, Рэйнбоу Дэш могла сказать, что глаза определённо имеют фиолетовый окрас. В конце концов, если ему удалить клыки и шрам, а его тело осветить естественным светом, то пони-демон окажется кем-то, кого она знала — ОН ОКАЖЕТСЯ ДАСКОМ!

— Ну... кто теперь цыплёнок? — прошептал Даск с озорной улыбкой.

— Д-Даск? — неуверенно спросила Рэйнбоу Дэш, всё ещё не веря своим глазам.

Она уставилась на него, её губы продолжала сотрясать дрожь. Рэйнбоу Дэш не могла поверить, что её одурачил этот неуклюжий жеребец! Кроме того... в образе плохиша он выглядел великолепно. Кобыла не могла не покраснеть, подумав: “Этот парень на самом деле круче, чем я думала.”

Наконец Рэйнбоу Дэш достаточно оправилась, чтобы заговорить, но была остановлена Даском.

— Подыграй мне, — прошептал он, оставив пегаску в замешательстве.

Рэйнбоу Дэш потребовалась всего секунда, чтобы понять, что розыгрыш продолжается и что Хелия и Клаудчейзер все еще в ужасе смотрят, как "пони-демон" держит её в своих копытах.

— Я ГОЛОДЕН!.. — закричал Даск низким голосом, взяв Рэйнбоу Дэш под копыта, быстро наклонив её и укусив за шею, сохраняя визуальный контакт с двумя испуганными кобылами.

[Изображение: https://i.imgur.com/AzA48Ar.png]

Укус застал Рэйнбоу Дэш врасплох. Её шея, очевидно, была в безопасности: Даск на самом деле не кусал её, но пегаска чувствовала мягкие губы единорога на своей шее, отчего у неё возникало странное новое чувство, которое было... приятным!?

— А-А-А! — Рэйнбоу Дэш притворилась, что кричит от боли, когда её укусили, что было бы отличным представлением, если бы она не покраснела как помидор

— КЬЯАА! — закричали в унисон Хелия и Клаудчейзер, расправляя крылья и улетая в слезах.

Как только они скрылись из виду, Даск перестал "кусать" Рэйнбоу Дэш, то, что осталось от зеленого пламени, погасло, а тень, покрывавшая всё вокруг вместе с телом Даска, и его фальшивые черты лица, исчезли, вернув единорогу его обычную внешность.

— Ха-ха-ха! — громко рассмеялся Спайк, выходя за деревом. — Это было весело! Ты видел, как они бежали?

— Да, неплохо, правда? — Даск улыбнулся напарнику.

Тем временем Рэйнбоу Дэш всё ещё недоумевала, видя, как её спутники в ужасе разбежались.

— Это... ЭТО БЫЛО ПОТРЯСАЮЩЕ! — крикнула она, широко раскрытыми глазами глядя на Даска. — Как ты всё это сделал? Огонь и тени повсюду! Даже этот шрам и клыки!

— Ну, пламя было создано Спайком. Будь огонь настоящим, было бы слишком опасно, но этот — магический, его можно использовать, ничего не сжигая и ты бы поняла это, если бы прикоснулась к нему. Вот как я прошел через него, — ответил Даск с улыбкой; он любил всё объяснять. — Остальное было просто продвинутой магией иллюзий. Не самая сильная моя сторона, но я всё ещё могу немного использовать её, и она работает, пока цели не слишком близко.

— Это было здорово! Кто бы знал, что ты действительно страшный дракон! — сказала Рэйнбоу Дэш, игриво ударив Спайка и одарив его легкой гордой улыбкой, после чего повернулась к Даску и, с широкой улыбкой на лице, закончила. — Никогда бы не подумала, что ты способен на такое!

“Она очень милая, когда улыбается.” Чуть не выпалил единорог. Он вспомнил, как сказал, что она совсем не милая, и это заставило его задуматься.

— Так... тебе тоже было страшно? — злорадно спросил пегаску Спайк.

— О-о чём ты говоришь? Я с самого начала знал, что это вы! — солгав, Рэйнбоу Дэш слегка покраснела. — Хотя... последнее застало меня врасплох. — она коснулась своей шеи и отвернулась, покраснев ещё больше.

Даск не мог этого видеть, но Спайк готов был поклясться, что на мгновение Рэйнбоу улыбнулась, коснувшись места “укуса”.

— В любом случае... — быстро сказала она, поворачиваясь к Даску с озорной улыбкой. — Для цыплёнка это было нормально.

— Ну, ваши жертвы оставляют желать лучшего, МИСС Рэйнбоу Дэш, — ответил он с такой же озорной улыбкой.

Они оба смотрели друг на друга несколько секунд, пока не перестали сдерживаться и не расхохотались.

— Хорошо! За нашей следующей жертвой! — произнесла Рэйнбоу, расправив крылья и полетев низко и медленно, позволяя Спайку и Даску следовать за ней. — Не спрашивайте, просто идите за мной.

Спайк уже забыл свою обиду на пегаску и первым последовал за ней. Даск остался позади, задумавшись об изменении ситуации с Рэйнбоу Дэш: казалось, что они стали друзьями, даже если он не собирался этого делать, в отличии от Флаттершай и Эпплджек… или он создал те узы, не задумываясь о задаче Принцессы? Всё, что произошло между ним и этими тремя кобылами… неужели он всё это делал лишь из-за обязательства выполнить поставленное ему условие? Теперь единорог не был уверен. В конце концов, Даск решил оставить эти мысли на потом, а пока просто последовать за Рэйнбоу Дэш и посмотреть, кто станет следующей жертвой.

-----|||||-----

— Ты в этом уверена? — неуверенно спросил Даск.

— Да, он был тем, кто все это начал, поэтому мы напугаем его, а потом объясним, что все это была просто шутка и что вы не преступники, — прошептала Рэйнбоу Дэш.

Троица пряталась за кустом, наблюдая за своей следующей жертвой, Ол Эбортом.

— Мы делаем то же самое, что и раньше? — спросила Даск у Рэйнбоу.

— Да, но чуть позже. Сначала я притворюсь, что прохожу мимо, а потом ты нападёшь на меня, — взволнованно ответила пегаска.

— Так... на этот раз не кусать? — спросил единорог, не желая рассердить свою новую подругу.

— НЕТ! — быстро ответила Рэйнбоу Дэш, её щёки слегка покраснели. — Я... я... то есть нет... это добавляет реализма, я думаю, мы должны оставить эту часть как есть, просто... будь нежным... — последнюю фразу она произнесла очень тихо, глядя в сторону.

Даск не мог не покраснеть, во второй раз экстравертная пегаска казалась такой нежной и хрупкой.

В конце концов, единорог поднялся и посмотрел на брата.

— По моему сигналу, — сказал Даск, активируя свой рог.

Ол Эборт возвращался на вокзал, откуда он ушёл перекусить перед тем, как в Понивиль прибудет последний дневной поезд. Невинный железнодорожник совершенно беззаботно шагал по дороге, когда внезапная тень закрыла небо, а зелёное пламя преградило ему путь. Со всех сторон начали доноситься странные звуки. Бедный Ол Эборт испуганно наблюдал за медленным приближением Даска, а Спайк и Рэйнбоу Дэш в это время сдерживали смех за кустом.

— Голоден... я голоден… — низким голосом заговорил Даск, подходя к Ол Эборту.

От ужаса проводник чуть не уронил свои очки: настолько расширились его глаза.

— Крови... я хочу твоей... — единорог не смог закончить свою фразу, будучи прерван донёсшимся издалека криком.

— ВОТ ОН! ВЗЯТЬ ЕГО! — раздался голос с небес.

Даск застыл на месте, когда увидел, что почти дюжина пегасов несётся на него. Замешательство заклинателя сразу же разрушило иллюзию, вернув всё в норму. Пегасы, как жеребцы, так и кобылы, обрушились на единорога, пытаясь обездвижить его.

— Ч-что...? — растерянно спросил Даск, как только смог говорить.

— Мы поймали тебя, проклятый каннибал! — сказал пегас с тёмно-серой шёрсткой и коротким ирокезом серовато-голубого цвета, свирепо глядя на единорога под собой.

— Да! Это он съел бедняжку Рэйнбоу Дэш! — со слезами на глазах воскликнула стоящая позади пегаска. Даск смог немного приподнять голову и увидел, что это одна из тех кобыл, которых он пугал раньше.

— Это... это беглец, заключённый из Кантерлота! — сказал Ол Эборт, сначала удивлённый всем происходящим, но потом, сумев рассмотреть единорога получше, он узнал его.

— Подождите! Всё это недоразумение! — закричал Даск, пытаясь освободиться.

Со своей стороны, Рэйнбоу Дэш и Спайк наблюдали за происходящим, они перестали смеяться, когда Даска схватили.

— Давай, Спайк, нам нужно всё прояснить! — быстро сказала Рэйнбоу Дэш.

Но дракончик, вместо того, чтобы встать, рыскал по земле в поисках чего-то. На его лице отражался испуг.

— Рэйнбоу... я потерял фотографию... не знаю, где я её оставил! — дрожащим голосом сказал он.

Это проблема: фотография была ключом к доказательству того, что единорог и дракон не заключённые и что Даск ученик принцессы. Без неё Рэйнбоу Дэш будет очень трудно доказать невиновность нового друга, но, по крайней мере, она может спасти его от суда за каннибализм.

— Жди здесь, Спайк! — приказала пегаска, выходя из кустов навстречу остальным.

— ЭЙ, оставьте его в покое! — крикнула она, подлетая к группе, удерживающей Даска.

Все пегасы были удивлены, увидев её радужную гриву.

— РЭЙНБОУ ДЭШ! ТЫ ЖИВА! — воскликнула Хелия, бросаясь обнимать Рэйнбоу Дэш.

— Да! Конечно. — отмахнулась Рэйнбоу, после чего указала на Даска. — Серьёзно, это был просто розыгрыш, а он помогал мне его провести!

Пегасы по-разному смотрели друг на друга: кто-то был смущён, кто-то раздражён, а кто-то даже улыбался, Хелия расплакалась, а другая жертва, Клаудчейзер, сердито посмотрела на Рэйнбоу Дэш.

— Это была очень плохая шутка! — раздражённо сказала она.

— Да... возможно, она немного вышла из под контроля... — с сожалением ответила Рэйнбоу Дэш, а потом искоса посмотрела на Даска и добавила. — Простите, это была моя идея. Пожалуйста, простите меня.

Когда атмосфера стала немного более спокойной, некоторые пони перестали удерживать единорога, но не все. Тишину прервал проводник поезда.

— Подождите секунду! — крикнул Ол Эборт, не понимая, что вообще происходит. — Ничего не знаю о розыгрышах, но точно знаю, что ОН опасный беглец. — закончил он, указывая на Даска.

— Так и есть! Его лицо изображено на плакатах “разыскивается”! — добавил какой-то пегас.

— Это... это просто недоразумение, — быстро сказал Даск, уже чувствуя головокружение от такого большого внимания. — Я изучаю магию в Кантерлоте, мой учитель послал меня сюда по ошибке, у меня даже есть доказательство того, что...

Он замолчал, так как, пока все смотрели на него, Рэйнбоу Дэш жестом попросила его не упоминать про “доказательство”.

— Доказательства? Какие доказательства? — спросил Ол Эборт, пристально глядя на единорога.

Разум которого быстро строил теории о том, что произошло. Должна быть причина, по которой Спайк не вышел, чтобы доказать их невиновность. Даже Рэйнбоу могла бы принести фотографию, если у дракончика возникли какие-то трудности. “Должно быть, есть проблема, о которой я не знаю.” Подумал Даск и решил промолчать.

— Ну? Значит, у вас нет доказательств, что вы студент из Кантерлота? — снова спросил Ол Эборт, в ответ получив лишь молчание. — Если вам больше нечего сказать, мы отведем вас к мэру!

Закончив, Ол Эборт направился к ратуше, за ним шёл пегас, удерживающий пленника, а Рэйнбоу Дэш в это время пыталась убедить своих товарищей, что Даск не является плохим парнем. Увидев происходящее, Спайк выглянул из-за куста, готовый выйти и помочь своему брату, однако тот, будучи единственным, кто это заметил, покачал головой, говоря не двигаться. Дракончику оставалось лишь смотреть, как Даска уводят, словно преступника.

Добравшись до ратуши, все вошли внутрь, где их с удивлением встретила кобыла с кремовой шкурой и серой гривой, в воротничке и зеленом галстуке. Ол Эборт подошёл к ней и под её пристальным взглядом объяснил ситуацию, отчего глаза мэра расширились.

— Я Мэйр, мэр Понивилля. — наконец сказала она. — Ол Эборт, надёжный коллега и друг, сообщил мне несколько дней назад, что вы прибыли из Кантерлота, как заключённый. Это правда?

Даск, которого только что отпустили, встал и тщательно обдумал своё следующее высказывание, так как понимал, что все присутствующие в данный момент осуждают его.

— Добрый вечер, госпожа мэр, — единорог почтительно поклонился. — Это правда, что меня послали сюда связанным в мешке, но не потому, что я был опасен или преступник. Просто мой учитель плохо надо мной пошутил. По приезду я хотел объясниться, но служащий вокзала убежал прежде, чем что-либо было сказано. Кроме того, первые два дня после прибытия я провел на окраине города и только сегодня узнал, что все пони ищут меня, как беглеца.

— И у вас есть доказательства, подтверждающие ваши слова? — спросила мэр.

— Нет... — робко ответил Даск. — Но и у вас нет доказательств, что я преступник, не так ли? Очевидно, что все действовали из страха.

Мэр была немного удивлена таким ответом. Она посмотрела на Ол Эборта, который избегал зрительного контакта, после чего перевела взгляд на Даска. По её мнению, единорог совсем не походил на преступника, однако нельзя судить книгу по обложке. Доказательств его вины и правда не было, но такое прибытие заставило всех пони насторожиться.

— Ну... — после долгого раздумья сказала мэр. — Я пошлю гонца в Кантерлот, чтобы подтвердить твой статус местного ученика, но пока он не вернётся, ты должен ждать в… тюрьме, хорошо?

Даск чуть не расхохотался, когда мэр закончила говорить. Она серьёзно спрашивала его согласия? Он заключённый! Его не должны спрашивать, согласен он с приговором или нет. К тому же, мэр говорила так, будто впервые произносит слово "тюрьма". Этот город действительно настолько мирный? В конце концов Даск решил подыграть и согласился.

— Хорошо, — ответил он с очередным поклоном.

— ПОДОЖДИТЕ-КА! — крикнула Рэйнбоу Дэш из-за спины, внимательно выслушав вердикт мэра. — Я хочу, чтобы меня тоже заперли.

Все в изумлении уставились на неё.

— О чем ты говоришь?! — хором спросили Даск и мэр.

— Это из-за меня у него неприятности, по моей просьбе он участвовал в этих розыгрышах, поэтому я хочу подождать с ним, пока его невиновность не будет доказана, — серьёзно сказала Рэйнбоу Дэш.

— Я... я не думаю, что это необходимо. К тому же, не должно пройти много времени... — начала мэр, прежде чем пегаска прервала её.

— Я настаиваю!

Мэр стояла, уставившись на Рэйнбоу Дэш. Как хороший правитель, она знала всех горожан, в том числе и радужногривую пегаску, которая, как ей было известно, будет упрямо стоять на своём. Поэтому Мэйр решила не перечить ей.

— Ладно, как хочешь, — вздохнула она, опуская голову. — Подождите здесь, я схожу за ключами.

Пока мэр отходила, Ол Эборт внимательно следил за Даском, а пришедшие пегасы прощались с Рэйнбоу Дэш. Единорог не мог перестать смотреть на подругу, которая почему-то не хотела оставлять его.

— Эээх! — смиренно вздохнула Рэйнбоу Дэш, подходя к Даску. — Некоторые из моих товарищей по команде очень разозлились из-за этой шутки, и теперь мне придется работать сверхурочно, чтобы загладить свою вину.

— Эм, Рэйнбоу Дэш... — робко позвал единорог. — Почему ты винишь себя в том, что случилось? Можешь спокойно уйти, это неправильно, что ты проводишь ночь в тюрьме из-за меня.

Рэйнбоу Дэш секунду смотрела на него, а потом ударила его копытом по голове.

— Повторяю, это я настояла на том, чтобы ты дурачился вместо того, чтобы разбираться в ситуации. К тому же, не думаю, что провести ночь в тюрьме так уж плохо, ведь тогда я стану по-настоящему плохой девочкой. — с улыбкой сказала Рэйнбоу Дэш, подмигнув Даску. — Мы начали это вместе и закончим вместе, я никогда не брошу своего дру...

Голос мэра прервал Рэйнбоу Дэш.

— Вот он! — воскликнула мэр, хватая зубами брелок с ржавым ключом. — Уже много лет в тюрьме никого не было, поэтому ключ затерялся.

По её возвращении, Ол Эборт попрощался и покинул ратушу, искоса взглянув на Даска. После ухода проводника, градоправительница попросила заключённых следовать за ней, пегаска с улыбкой подчинилась, а единорог — с растерянным видом поковылял следом, желая знать, чем заканчивалась фраза Рэйнбоу Дэш.

В конце концов, троица пришла в небольшую комнату, представляющую из себя помещение с железными прутьями и единственными кроватью и выходящим наружу зарешеченным окном. С некоторым усилием мэр открыла ржавую дверь камеры.

— Я не уверен, пользовались ли этой камерой когда-либо, — сказал она, открывая дверь. — Но даже так, есть постоянный приказ содержать её в чистоте, чтобы заключенные не жаловались.

— Секундочку! — сказала Рэйнбоу Дэш, заглядывая в камеру. — Камера всего одна?

— Э-э... да, она никогда не использовалась, так что было бы расточительно иметь две. — ответил мэр. — Какие-то проблемы?

Рэйнбоу Дэш снова бросила мимолетный взгляд в камеру, особенно на кровать.

— Н-нет, никаких проблем, ха-ха-ха... — нервно рассмеялась она.

Как только Даск и Рэйнбоу зашли внутрь, мэр заперла камеру. Единорог стоял неподвижно, оглядываясь, а пегаска сделала несколько шагов и расправила крылья.

— Места немного, но, по крайней мере, нам не придется долго ждать, — прокомментировала она. — Если гонец летит так же быстро, как я, то он вернётся через пару часов.

Затем на неё внезапно снизошло откровение, от которого она задрожала.

— Эм... миссис мэр? — обратилась Рэйнбоу Дэш к уходящему мэру. — Кого вы послали в Кантерлот?

Мэр уставился на нее так, словно ответ был очевиден.

— Ну, Дёрпи, почтальоншу, — ответила она и пошел дальше, а Рэйнбоу Дэш пошатнулась в шоке.

— НЕЕЕТ! Только не она! — крикнула пегаска, драматически проводя копытами по лицу.

Она тут же запрыгнула на кровать, вытянув ноги и уткнувшись лицом в подушку.

— Беру свои слова обратно, — едва слышно сказала Рэйнбоу Дэш в подушку. — Располагайся, мы проведём здесь много времени.

— О чем ты говоришь? — спросил Даск, не понимающий причин такого поведения пегаски.

— Дёрпи — самый бестолковый пегас из когда-либо живших в Понивилле. — ответила Рэйнбоу Дэш, вставая. — Наверно, она уже летит в Лас-Пегас.

— Но Лас-Пегас в противоположном направлении, — возразил единорог.

— Вот именно, — сказала Рэйнбоу Дэш, вспоминая, как попросила Дерпи доставить письмо в Клаудсдейл, а через неделю из Мэйнхэттена пришла телеграмма, в которой её посыльная говорила, что потерялась.

Теперь Даск понял, почему его сокамерница вела себя так драматично: если сказанное — правда, то у них не было никакой надежды покинуть эту камеру в ближайшее время.

— Псс! — донеслось снаружи, заставив Даска и Рэйнбоу насторожиться.

Единорог подошёл к окну и выглянул наружу. Из кустов (что, очевидно, стало привычкой), находящихся прямо под окном камеры, вышел Спайк.

— Значит, они тебя заперли? — спросил он.

— А ты как думаешь?! — рявкнул Даск. Спайк задал глупый вопрос, так как положение его брата было очевидным.

— И на сколько? — спросил дракончик, казавшийся не особо расстроенным из-за заточения Даска.

— Я не знаю, но надолго. Возможно, даже на несколько дней. — просто ответил единорог.

— Ну-у... а что мешает тебе сбежать? — растерянно спросил Спайк.

Даск ответил не сразу, понимая, к чему вёл юный дрейк: процедура содержания была настолько же небрежной, как и арест, доказательством чего было отсутствие магического ингибитора на роге. Жеребец  в любой момент мог телепортироваться из камеры, если бы захотел. И, на самом деле, такая мысль приходила ему в голову, но всё изменилось, когда Рэйнбоу Дэш добровольно решила стать его сокамерницей. Телепортировать их обоих на свободу само по себе не было проблемой, но такой побег мог бы подорвать репутацию пегаски в Понивилле, в отличие от Даска, которому нужно было лишь выполнить требование принцессы и вернуться в Кантерлот.

— Думаю, будет лучше остаться здесь. — наконец ответил единорог, оглядываясь на сокамерницу, которая всё это время внимательно слушала разговор. — Я не хочу создавать ещё больше проблем.

Спайк растерянно посмотрел на него, потом тяжело вздохнул и почесал в затылке.

— Если ты так считаешь... а что мне делать? — спросил он, решив просто довериться брату.

— Будет лучше, если ты возьмешь имеющиеся у нас деньги и отправишься на ночь в гостиницу, — задумчиво произнес Даск. — Хотя всё ещё существует проблема наличия твоего лица на плакатах розыска, пони могут испугаться тебя или арестовать, как меня.

— Это не проблема, — сказала Рэйнбоу Дэш из-за спины единорога, всё ещё прислушиваясь к разговору. — Хозяина не волнует твоя личность, пока ты платишь, а единственным, кто воспринял плакаты “разыскивается” всерьёз, по-видимому, была я. — закончила она, слегка смутившись.

— Что ж... значит, я так и сделаю... — через некоторое время пробормотал Спайк, всё ещё ощущая неловкость от того, что оставляет Даска в камере .

— Да, так лучше, держись подальше от неприятностей, завтра увидимся. — ответил единорог.

Он протянул копыто через решетку, а Спайк в ответ ударил по нему кулаком, после чего огляделся и пошёл к въезду в город, в то же время солнце медленно заходило за горизонт, завершая день и уступая место ночи.

— Значит, малец ушёл? — спросила Рэйнбоу улыбаясь тому, насколько близки были дракон и единорог.

— Да. Ему, наверное, тяжело оставлять меня здесь. Он верный друг, — ответила Даск с любящей улыбкой. Говоря “верный”, он не мог не подумать про Дэш и её жест в отношении него. — Если бы я попросил, Спайк провел бы ночь в кустах, но лучше всего ему спать в удобной постели. В конце концов, он ещё маленький.

— Кстати, о сне... — неожиданно добавил Даск. — Как мы будем спать?

— Э-э? — Рэйнбоу Дэш долго смотрела на него широко раскрытыми глазами. Она не открывала рта, но тысячи мыслей и идей, которых раньше никогда не было и которые на были бы озвучены и за миллиард лет, проносились в её голове. Наконец она с трудом сглотнула и заговорила:

— Т-ты можешь занять кровать, а я лягу на полу. — сказала Рэйнбоу Дэш с легкой дрожью в голосе, стараясь не смотреть в глаза Даску. — Ты же не хочешь, чтобы мы спали вместе? ХАХАХА! Хе-хе!.. — закончила она с фальшивым смехом.

— Н-нет! Ни на что подобное я не намекал, — быстро ответил единорог, покраснев щеками. — Но если кто и должен спать на полу, так это я! В конце концов, я жеребец, а ты — леди.

Последняя фраза заставила Рэйнбоу заговорить по-другому.

— Не обращайся со мной, как с попавшей в беду девицей! — сердито крикнула она, подойдя к Даску и с силой ткнув в него копытом. — ТЫ будешь спать на кровати, а я — на полу. Разговор окончен!

После чего она развернулась и легла на пол лицом к противоположной от кровати стене.

Даск вновь оказался в смятении: он просто хотел быть галантным в отношении пегаски, почему она так реагирует? В конце концов, единорог в ярости от непонимания поведения этой пони лёг на кровать, желая поскорее заснуть, чтобы следующим утром встать пораньше.

Прошло много времени с тех пор, как Даск и Рэйнбоу замолчали, единорог оставался неподвижным, пытаясь заснуть, а пегаска всё ещё лежала на полу спиной к соседу, раздражение которого рассеивалось по мере того, как он прокручивал в уме всё хорошее, что произошло за день. Однако, не смотря на старания жеребца вспоминать исключительно положительные моменты, мысли постоянно возвращались к одному и тому же — к его встрече с Дэш, когда он в ярости кричал о том, что она совсем не милая. Даск всё ещё не мог простить себе подобное высказывание в отношении кобылы: принцесса Селестия никогда бы не одобрила такое поведение.

Внезапный шум вырвал единорога из задумчивости. Он медленно открыл один глаз, чтобы узнать, что происходит. На полу перед ним Рэйнбоу Дэш расправила крылья, пытаясь устроиться поудобнее. Сменив позу, она затихла, но через несколько секунд снова начала ворочаться, повторяя такую процедуру по всему полу.

“Какого сена? На полу настолько не удобно? А ведь это она первой вызвалась там спать.” Подумал Даск, наблюдая за беспокойными движениями пегаски.

Он некоторое время просто наблюдал, пока его не осенила идея. “Земному пони или даже единорогу не составило бы особого труда спать на полу! Но она же пегас! Она привыкла спать в мягких облаках!”

Даск сел и хотел снова предложить кровать, но зная, что это только вызовет новый спор с Рэйнбоу Дэш, он посмотрел в окно, пытаясь придумать другое решение, которое появилось как раз в тот момент, когда его взгляд устремился в небо.

В то же время Рэйнбоу Дэш проклинала необходимость спать на неудобном полу: сколько ни ворочалась, она никак не могла найти положение, в котором ей было бы комфортно. Пегаска вспоминала о своём доме и постели из мягких облаков, которая сегодня ночью будет пуста.

— Эй! Рэйнбоу Дэш! — прошептал Даск.

— Чего тебе? — раздраженно спросила она, разворачиваясь к единорогу.

От увиденного у Рэйнбоу Дэш отвисла челюсть, а глаза расширились: небольшое облако, занимающее почти половину камеры, удерживалось перед ней магией Даска, из-за чего оно имело сиреневый оттенок.

— Г-г-где ты его взял? — ошеломлённо спросила пегаска.

— Оно плыло неподалеку. — с лёгкой улыбкой ответил Даск, указывая на окно. — Так что я позаимствовал его, надеюсь, метеорологический патруль простит меня, ведь это для удобство сна их товарища. С ним будет лучше?

— Лучше? Конечно! — ответила Рэйнбоу Дэш, широко улыбаясь. — Ты даже не представляешь, как неудобно спать на полу!

Она забралась в облако и принялась колотить по нему копытами, чтобы уплотнить и закрепить на полу. Даск был очень счастлив увидеть улыбку на лице пегаски, что напомнило ему об его ошибочном суждении касательно её миловидности. “Я был настоящим дураком.” Подумал он. “ДА, Рэйнбоу Дэш определённо милая.”

— Возьми это, — сказал Даск, передавая одеяло только что устроившейся на облаке кобыле. — Ночью облака должны быть холодными, оно поможет.

На секунду Рэйнбоу Дэш была ошеломлена, но не одеялом, а тем, что Даск понял её неудобство и помог, хотя его никто не просил.

— Спасибо... — робко поблагодарила она, беря одеяло, её сердце почему-то забилось быстрее.

На секунду для Рэйнбоу Дэш всё было радужно, но внезапная мысль вывела её из этого транса.

— Подожди-ка! — раздраженно воскликнула пегаска. — Ты опять ведешь себя со мной как джентлькольт?!

Даск был шокирован: всё работало так хорошо, почему она должна была прийти к этому заключению и в итоге снова разозлиться? Почему эта кобыла против благородства?

— Ну? Почему ты помог мне? — спрашивала она, распаляясь ещё больше из-за молчания единорога. — Потому, что я кобыла? Потому, что, по-твоему, я беспомощна? Потому, что ты считаешь жеребцов сильнее кобыл? Почему?!

Даск не знал, что ответить. С каждым "Почему", сказанным Рэйнбоу Дэш, он все больше терялся в сомнениях и на секунду даже подумал спросить: "Потому что мы друзья?" “Но ведь это неправда, не так ли?” Единорог немедленно отбросил эту мысль. “Как бы там ни было, сейчас это не важно.”

— ПОЧЕМУ?! — сердито спросила Рэйнбоу Дэш.

Даск, всё ещё сомневаясь, решил говорить, не задумываясь, сосредоточившись на единственном воспоминании, которое его беспокоило и действия из которого он хотел исправить.

— ПОТОМУ ЧТО ТЫ МИЛАЯ! — выпалил он, даже сам удивился.

Рэйнбоу Дэш тут же замолчала в полной растерянности: она ожидала любого ответа, но “милая” среди них не было!

Они оба застыли на месте, не моргая: Рэйнбоу Дэш с выражением полного недоумения на лице и Даск, настолько же растерянный, но также полностью покрасневший от стыда за то, что он сейчас сказал. Через несколько секунд, которые казались вечностью, пегаска быстро развернулась, хлестнув единорога хвостом.

— Дурак! — сказала Рэйнбоу, хватая одеяло и ложась на облако, снова поворачиваясь спиной к Даску.

Который лишь разочарованно опустил голову: он не мог поверить, что назвал её “милой”, особенно, после того как она предупредила, что ударит любого, кто скажет подобное. Даск решил молча лечь в постель, теперь, хотя бы, не испытывая угрызений совести за неподобающее поведение при леди, однако эта леди сейчас на него злится.

Под конец ночи он всё-таки уснул, однако Рэйнбоу Дэш всё ещё бодрствовала, продолжая укрываться одеялом и смотреть в стену. Даск не мог видеть её лица, так как пегаска очень быстро улеглась, снова повернувшись к нему спиной. Зачем? Чтобы он не увидел, как она краснеет.

[Изображение: https://i.imgur.com/l5m7eZt.png]

Рэйнбоу Дэш не могла заснуть: в жизни её называли классной, быстрой, дружелюбной, спортивной, крутой и тому подобное, но “милой” — никогда, из-за чего она думала, что ударит любого (жеребца особенно), кто посмеет так сделать. Но недавно жеребец назвал её милой, и вместо того, чтобы ударить его, она лишь краснела, её сердце билось всё громче и громче, а разум наполнялся образами улыбающегося ей Даска.

— Глупый Даск. — прошептала Рэйнбоу Дэш, натягивая одеяло на раскрасневшееся лицо.

Так закончилась первая ночь, которую Даск провёл с радужногривой Рэйнбоу Дэш. Пегаской, которая не любит, когда с ней обращаются, как с леди, но всё ещё обладающая сердцем леди.

* * *

Небольшое послесловие от "переводчика"

начался период сессии, который, к сожалению, мне очень сложно даётся. Из-за этого главы выходят беспорядочно и очень долго, простите. Не могу сказать точно, когда выйдет следующая, но постараюсь опубликовать её до своего отбытия на вахту, где выход в сеть станет роскошью.

В связи со всем вышеописанным, прошу набраться терпения. Перевод я бросать не собираюсь, но до конца лета он замедлится (будто до этого он был особо быстрым).

## Экскурсия по Понивиллю

Лучи утреннего солнца проникли сквозь решётку окна камеры, ударив Рэйнбоу Дэш прямо в лицо. Кобыла медленно открыла глаза, широко зевнула и потянулась.

— Хм... я прекрасно выспалась! С пушистым облаком ничто не сравнится! — весело воскликнула Рэйнбоу Дэш, после чего повернулась в сторону кровати своего сокамерника. — Эй, Даск! Как спалось?

— М-м-м... — раздражённо пробормотал он, подскочив и уставившись на Рэйнбоу Дэш.

От недосыпа у бедняги покраснели глаза и тёмные круги образовались под ними.

— Воу! Что случилось? Плохо спал? — невинно спросила пегаска, чем заставила Даска отвернуться в ещё большем раздражении.

— Что-то в этом роде... — ответил он, избегая правды.

Первые несколько минут прошлой ночи единорог действительно мирно спал, однако позже его разбудил непонятный щум. Открыв глаза, Даску понадобилось всего несколько секунд, чтобы определить источник, которым оказалась его громко храпящая сокамерница. Однажды начавшись, ночной концерт не прекращался, чем не позволял бедному жеребцу вновь погрузиться в мир грёз. Вот так Даск провёл ночь без сна, пока, за несколько секунд до восхода солнца, Рэйнбоу Дэш наконец не перестала храпеть, а когда он всё-таки задремал, пегаска очнулась и вновь вернула его в мир живых. Единорог уже подумывал: “Не упрекнуть ли её за храп?” Но, учитывая непостоянство характера сокамерницы, решил не поднимать эту тему, избегая возможного спора.

— Ладно! Пора навести порядок. — смирившись с тем, что больше не сможет заснуть, снова заговорил Даск и встал с кровати.

Рэйнбоу Дэш внимательно наблюдала, как легко единорог, используя свою магию, аккуратно заправил постель, после чего, сосредоточившись на облаке в комнате, левитировал его сквозь решётку обратно в небо так, будто бы его и не забирали.

— Будет лучше, если никто не узнает, что мы использовали облако в качестве кровати без разрешения. — сказал Даск, глядя на Рэйнбоу Дэш.

— Ты очень хорошо владеешь магией... — сказала пегаска, подходя к окну и наблюдая, как левитируемое облако улетает в небо. — Хи-хи! Но не достаточно хорошо, — быстро добавила она, продолжая смотреть на улицу.

Даск не понял, что имелось в виду, поэтому подошёл к окну, чтобы посмотреть, в чём дело. Вскоре, причина хихиканья Рэйнбоу Дэш стала ясна: едва единорог отпустил облако, оно начало медленно падать на землю вместо того, чтобы оставаться в небе.

— Почему оно падает? — вслух поинтересовался Даск.

— Потому что слишком плотное. Помнишь, вчера мне пришлось заставить его опуститься на пол. — решительно ответила Рэйнбоу Дэш. — Не волнуйся, кто-нибудь из погодного патруля заметит, подумает, что это облако тумана, и пустит его в оборот.

Даск не отводил взгляд от облака, но внимательно слушал Рэйнбоу. Сказанное ею было настолько простым, настолько фундаментальным, что он даже не задумывался об этом, но теперь, когда на это указали, это показалось ему удивительным. Каким бы сильным единорогом он ни был, погода и облака реагируют на пегасов, точно так же, как земля и растения реагируют на земных пони. Другими словами, посевы и климат взаимодействуют с магией, но не с той, которую использует Даск: этому учили всех пони ещё в жеребячестве, но в Кантерлоте, где преобладают единороги, он выбросил это из головы, сосредоточившись на изучении и освоении новых заклинаний. Теперь же молодой жеребец на живом примере увидел и то, и другое. Это заставило Даска задуматься: “Сколько магии, о которой я ничего не знаю и которую не могу использовать, воспринимается мной, как должное? Волшебства, доступного другим и которого я не смогу постичь, будучи один?..”

Рэйнбоу Дэш восприняла молчание Даска, как обиду на её слова о том, что он не смог заставить облако висеть в небе.

— Эй, Даск! — смущенно позвала Рэйнбоу Дэш, вырывая единорога из мыслей. — Не то чтобы я принижала твои способности… мне кажется, всё, что ты можешь сделать с помощью магии — действительно здорово!

— Что? О, нет, не волнуйся, я думал о другом. — объяснил Даск, чтобы пегаска не волновалась. — Проехали... сколько мы еще здесь пробудем?

— Кто знает... — пожав плечами, ответила Рэйнбоу Дэш и села на кровать. — Мало того, что я была вынуждена смотреть на твоё лицо всю ночь, так теперь ещё и весь день.

— Что значит “всю ночь”? Ты спала. — спросил Даск, с любопытством глядя на Рэйнбоу Дэш.

Которая покраснела и отвернулась.

— Э-э... это просто такое выражение... — неловко ответила пегаска, не говоря, что всю ночь ей снился Даск и то, как он назвал её милой.

— Слава Селестии, никто не видит снов. — тихо сказала себе Рэйнбоу Дэш, закрыв лицо копытами.

С восходом солнца между ними воцарилась тишина, к которой Даск уже привык, так как обычно учился молча, в отличие от пегаски, решившей поговорить хоть о чём-то.

— Кстати, Даск, сколько дней ты в Понивилле? — невзначай спросила она.

— Так... не считая сегодня, уже три дня, первые два из которых я провёл на окраине города, — спокойно ответил единорог.

— Хм... странно, что у тебя до сих пор не было приветственной вечеринки... — задумчиво произнесла Рэйнбоу Дэш.

— О чём ты говоришь? — растерянно спросил Даск.

Но Рэйнбоу не ответила, потому что в этот момент открылась дверь и кто-то вошёл, заставив обоих пленников насторожиться. К камере приблизилась Мэр, а за ней светлогривая пегаска серого цвета с кьютимаркой в виде нескольких пузырей, однако самой выделяющейся её чертой были глаза, смотрящие в разные стороны.

— Дёрпи! — радостно закричала Рэйнбоу Дэш, подходя к решётке.

— Привет, Рэйнбоу Дэш! — весело ответила серая пегаска.

— Как ты не заблудилась?! — спросила заключённая, удивившись тому, что Дёрпи вернулась в Понивилль с опозданием всего на день.

— Ну... — смущенно начала Дёрпи, избегая взгляда Рэйнбоу Дэш (что было трудно с такими глазами как у серой пегаски) — На самом деле, не знаю как, но сперва я прибыла в Клаудсдейл вместо Кантерлота, затем по ошибке попала в город под названием “Эпплуза” и, наконец, летела всю ночь, чтобы добраться до Кантерлота… но обратно добралась, не заблудившись, хе-хе! — Закончила она с гордостью.

Оба заключённых пытались выглядеть раздраженными, пока слушали рассказ, но не смогли, услышав, как, несмотря ни на что, Дёрпи старалась изо всех сил и даже летела всю ночь, чтобы помочь им. Рэйнбоу Дэш стала больше симпатизировать неуклюжей пегаске, которая никогда не сдавалась и всегда была готова помочь.

— В Кантерлоте, как только я упомянула Даска Шайна во время разговора со стражником, меня отвели к принцессе. — продолжала Дёрпи, с любопытством глядя на единорога. — Принцесса встретила меня лично! Я рассказал ей о том, как тебя посадили в тюрьму и как я заблудилась... после чего она сама подтвердила, что ты не преступник.

Закончив, Дёрпи протянула мэру записку, которая взяла её и прочла вслух:

— Настоящим подтверждаю, что единорог, известный как Даск Шайн, не преступник и является уважаемым учеником магии в Кантерлоте.

Подпись: принцесса Селестия.

— Что ж... это подтверждает твои слова. — добавила Мэр, глядя на Даска. — Можете идти, я сейчас открою дверь.

Мэр взяла ключи от камеры и начала открывать её.

— В этом нет необходимости. — игриво сказал Даск и, используя свою магию, в мгновение ока телепортировал себя и Рэйнбоу Дэш из камеры, оказавшись рядом с мэром, к её большому удивлению.

— Вам нужно улучшить безопасность. — улыбнулся единорог.

— Э-э... да... этот вопрос будет рассмотрен на следующем собрании… — несколько пристыжённо ответила мэр.

— А как ты потом не заблудилась? — спросила Рэйнбоу Дэш у Дёрпи.

— Когда я собиралась вернуться в Понивилль, принцесса велела мне лететь в Филлидельфию. Не знаю, почему она попросила об этом, но я послушалась и по ошибке попала сюда. — наивно ответила Дёрпи.

Даск и Рэйнбоу нервно улыбнулись, осознавая, что бедная пегаска не поняла причины указания принцессой противоположного направления.

— Также принцесса велела передать тебе это, — добавила Дёрпи, протягивая Даску письмо.

Единорог удивился этому, но был рад узнать, что его учитель всё ещё беспокоится о нем. Даск с радостью взял письмо и прочел:

“Дорогой Даск.

Услужливая Дёрпи сказала мне, что ты проведешь ночь с кобылой.

Как твоя наставница, я считаю своим долгом напомнить: используй защиту. (Вспомни наш урок полового воспитания.)

Подпись: принцесса Селестия.

Даск покраснел от смущения, прочитав письмо. Вся радость, наполнившая его ранее, исчезла от осознания, что "принцесса Троллестия" всё ещё насмехается над ним.

— Что она пишет? — спросила Рэйнбоу Дэш, подходя, чтобы взглянуть на письмо.

— Н-НИЧЕГО! СОВСЕМ НИЧЕГО! Ха-ха! — быстро ответил Даск, нервно рассмеявшись и разорвав письмо на тысячу кусочков.

Три присутствующие кобылы были озадачены реакцией единорога, но никто так не решился спросить, в конце концов, всей четвёркой направившись к выходу.

— Ещё раз приношу свои извинения за неудобства, — склонив голову, мэр обратилась к Рэйнбоу Дэш и Даску. — Прости, что несправедливо заперла тебя.

— Не волнуйтесь, это не проблема. — заверил Даск с искренней улыбкой.

— Спасибо. Что ж, пора возвращаться к работе. — сказала мэр, поворачиваясь и направляясь в один из коридоров, к своему кабинету. — Пока ты в городе, не стесняйся обращаться ко мне, если что-то понадобится.

Три пони попрощались с мэром и покинули ратушу.

— Мне тоже пора, ещё много почты нужно доставить. — сказала Дёрпи, медленно поднимаясь в воздух. — Пока!

— Пока, Дерпи! И спасибо тебе! — закричали Даск и Рэйнбоу, махая копытами улетающей пегаске.

Оставшаяся пара посмотрела друг на друга , не зная, что сказать.

— Что ж... думаю, мне пора уходить. — нарушила молчание Рэйнбоу Дэш, почесывая голову и глядя в небо. — Я обещала погодному патрулю, что буду работать дополнительно. Лучше начать прямо сейчас.

Когда Рэйнбоу Дэш приготовилась к взлёту, у Даска возникло чувство, которого не было при расставании с мэром или Дёрпи, но, испытав его с двумя другими кобылами в городе, он знал, что это было нежелание кого-то отпускать...

— Подожди! — быстро сказал единорог. — Получается... я больше тебя не увижу? Я пробуду в Понивилле ещё всего три дня.

Рэйнбоу Дэш несколько секунд смотрела на него.

— Ха-ха-ха, ты будешь скучать по мне? — рассмеялась она, похлопывая Даска копытом. — Любому пегасу понадобятся недели, чтобы сделать дополнительную работу, а мне — всего два дня.

— Значит... мы сможем увидеться на Празднике Летнего Солнца. — добавила Рэйнбоу Дэш, слегка покраснев и отвернувшись, чтобы Даск не увидел ее такой.

— Круто! Обещаешь? — ухмыльнулся единорог, протягивая копыто.

— Обещаю. — улыбнулась пегаска, ответив ударом своего копыта.

“Обещаю.” Прозвучал в голове Даска третий голос, который принадлежал кобыле, давным-давно сказавшей ему те же слова и не сдержавшей их. Это воспоминание заставило единорога вздрогнуть, и улыбка тут же сошла с его лица.

— Увидимся! — крикнула Рэйнбоу Дэш, улетая, как только они стукнули копытами, и не замечая внезапную перемену в выражении лица Даска.

Единорог смотрел, как пегаска улетает, оставляя за собой радужный след. Воспоминание исчезло так же быстро, как и появилось, но горькое чувство, которое оно оставляло в сердце, никуда не делось.

— Обещания… дружба… что… что я делаю? Я обещал не совершать той же ошибки… — вслух посетовал Даск, обеспокоенно глядя в землю, приложив копыто к голове.

— БЕРЕГИСЬ! — крикнул кто-то, прерывая монолог единорога.

Даск тут же поднял голову, но увидел лишь пару колёс, на огромной скорости врезавшихся ему в лицо.

[Изображение: https://i.imgur.com/6AKhvwk.png]

— Ой...! ЧТО ЗА СЕНО ЭТО БЫЛО? — крикнул Даск, потирая больной нос.

— Ох... я не смогла поговорить с Рэйнбоу Дэш... — произнес детский голос виновника в столкновении.

Которым оказалась маленькая оранжевая пегаска с пурпурной гривой в стиле, который, по мнению Даска, придавал ей сходство с Рэйнбоу. Кобылка стояла на чём-то вроде самоката с тележкой, которая, как заключил Даск, и поразила его.

— Эй! Тебе нужно быть осторожнее! — раздраженно сказал единорог, пытаясь привлечь внимание смотрящей в небо кобылки.

— Что? Я сказала : ”Берегись”! Сам виноват, что не сдвинулся с места. — дерзко ответила пегаска.

Раздражение Даска быстро возросло при таком ответе, однако так же быстро оно исчезло, поскольку единорог посчитал неправильным опускаться до спора с маленькой кобылкой, даже если для этого есть причины. К тому же, её легкомысленное и высокомерное отношение только подтвердили мысль, что пегаска похожа на миниатюрную версию Рэйнбоу, и, возможно, так же, как было с Дэш днём ранее, просто начала не с того копыта. Может быть, эта кобылка на самом деле не так плоха, как кажется.

— Как скажешь! — раздраженно воскликнул Даск, желая сменить тему. — В любом случае, почему ты ехала так быстро?

— О! Просто мне сказали, что здесь будет Рэйнбоу Дэш, а я хотел показать ей свой новый самокат. — ответила кобылка, с гордостью демонстрируя свой транспорт.

— А почему ты хотела показать его Рэйнбоу Дэш? Вы родственники или что-то в этом роде? — спросил Даск, желая прояснить свои сомнения, видя, что личности и стили обоих пони были очень похожи.

Услышав это, к удивлению единорога, кобылка тут же печально опустила голову и грустно улыбнулась.

— Нет... дело не в этом... у меня нет... — печально сказала кобылка. — Просто Рэйнбоу Дэш — самая крутая пони в Понивилле, может быть, даже в Эквестрии... я всегда ею восхищалась. — закончила она с лёгким огоньком в глазах.

Даск неловко сглотнул, поняв, что непреднамеренно задел кобылку за живое. Не желая больше углубляться в тему, как ему показалось, отсутствия семьи у пегаски, он решил снова сменить направление разговора, чтобы попытаться поднять малышке настроение.

— Эм... о, смотри! — Даск указал копытом на небо. — Видишь радужную полосу, оставленную Рэйнбоу Дэш?! Если поторопишься, то сможешь добраться до неё, просто лети по этому следу!

Как только Даск сказал то, что должно было мотивировать кобылку, та ещё больше сникла.

— Просто... у моих крыльев проблемы, и я... я не очень хорошо летаю... — печально сказала она, глядя в землю.

Даск внутренне начал проклинать себя за то, что ещё больше угнетал кобылку, вместо того чтобы подбадривать: "Как ты мог сделать всё ещё хуже?!" Мысленно ругал он себя.

Последовало неловкое долгое молчание: подавленная кобылка стояла неподвижно, а Даск искал мысленно искал выход из сложившейся ситуации. Единорог хотел нарушить молчание, но не хотел сказать что-то, что лишь расстроит пегаску. Он не знал никаких тем, которые не были бы больными для малышки, кроме одной...

— З-значит, тебе нравится Рэйнбоу Дэш? — застенчиво спросил единорог. — Знаешь... я знаком с ней и, может быть, смогу уговорить её как-нибудь встретиться с тобой.

Только Даск произнес эти слова, как маленькая пегаска подняла голову и запрыгала от радости, словно ей впрыснули чистый адреналин.

— Правда?! Ты можешь это сделать?! — спросила она с блестящими глазами, оказавшись почти лицом к лицу с единорогом. — Значит, ты друг Рэйнбоу Дэш?

От этого вопроса Даска охватило тревожное чувство. Он... был ли он другом Рэйнбоу Дэш? Даск подумал об этом, но единственный ответ , который пришел на ум , был: “Нет ... Пока нет.”

— Ну... я бы не сказал, что мы друзья, — неловко ответил Даск. — Мы скорее...

Он не знал, как закончить фразу, но в этом и не было необходимости, так как его прервал доносившийся издалека голос.

— Эй! Вот ты где, Даск! — крикнул Спайк, приблизившись к брату. — Как спалось с Рэйнбоу Дэш?

И Даск, и кобылка повернулись, чтобы увидеть Спайка: пегаска с выражением замешательства, а единорог — стыда, из-за заданного дракончиком вопроса.

— Ты спал с Рэйнбоу Дэш? — спросила кобылка. Даск с благоговением наблюдал, как шестеренки вращаются в её голове, приводя к ошибочному выводу.

— ТЫ КОЛЬТФРЕНД РЭЙНБОУ ДЭШ? — удивлённо вскрикнула она, вынудив Даска быстро заткнуть ей рот, потому что возглас привлёк внимание нескольких прохожих.

— Ш-ш-ш! Что подумают пони, если ты будешь так кричать?! — прошептал Даск кобылке, продолжая прикрывать ей рот. — Ты ошибаешься, мы не встречаемся, просто... это сложно. — закончил он, не зная, как простым языком объяснить всё произошедшее накануне.

После этого Даск отпустил кобылку, которая посмотрела на него с сообщнической улыбкой.

— Расла~абься, твоя тайна со мной в безопасности, — сказала она, проводя копытом по сомкнутым губам. — Рэйнбоу Дэш — мой кумир, и если она хочет завести тайного кольтфренда, меня это устраивает.

— Что происходит? — спросил Спайк, наконец дойдя до брата и кобылки.

Даск не мог не сердиться на дракона за его всегда несвоевременные появления. Сейчас из-за него возникло недоразумение, с которым единорог не знал, как справиться: он не хотел разрушить образ кумира кобылки, рассказав о заключении Рэйнбоу, но и никакой убедительной лжи о причинах проведённой вместе ночи придумать не мог.

— Спайк, не упоминай ничего о том, что случилось вчера. — сказал Даск, хмуро глядя на брата и не собираясь говорить о своей ночи в тюрьме перед кобылкой.

— Э-э... ладно... — растерянно ответил дракончик, увидев лицо единорога, затем посмотрел на кобылку, смотрящую на него в ответ. — А ты кем будешь?

— О! Я Скуталу. — наконец представилась кобылка, пристально глядя на Спайка. — А ты кто?

Дракона раздражал этот вопрос: при встрече с Рэйнбоу его назвали “игуаной”, больше он не будет так унижен.

— Ну, очевидно, что я дракон! — раздраженно сказал он, выдувая маленькое пламя через нос. — Меня зовут Спайк. Мы с братом — ученики принцес...

Даск быстро заткнул дракона, чтобы тот не сболтнул лишнего.

— Мы гости из Кантерлота, приехали в Понивилль на Праздник Летнего Солнца. — сказал единорог, не желая раскрывать другим свою истинную цель. — И, кстати, меня зовут Даск Шайн, приятно познакомиться. — закончил он, представившись соответствующим образом, учитывая, что Скуталу тоже это сделала.

— Ваааууу! Значит, у тебя есть приятель-дракон... это круто! — воскликнула пегаска, с изумлением глядя на Спайка, после чего посмотрела на Даска. — Теперь понятно, почему Рэйнбоу Дэш встречается с тобой. Ты, должно быть, тоже крутой!

— Ты правда так думаешь? — в унисон сказали братья, каждый сделал грудь колесом и смотрел на горизонт с задумчивым видом, пытаясь выглядеть круто (то, что их в лицо так назвали, было в новинку). Если у них и было что-то общее, так это слабость перед лестью.

— Подожди-ка, — сказал Спайк, возвращаясь к реальности и глядя на брата. — Она сказала, что ты встречаешься с Рэйнбоу Дэш?

— Э-э-э... да... Я объясню позже. — прошептал Даск.

— Значит, вы оба новички в городе, — снова заговорила Скуталу. — Хм... странно, что у вас не было приветственной вечеринки...

Это привлекло внимание Даска: он уже второй раз слышал о вечеринке. “В этом городе устраивать для незнакомцев приветственные вечеринки — привычное дело?” Подумал он.

— Ну, это не имеет значения. — продолжила Скуталу, прежде чем Даск успел спросить. — Вы, ребята, ещё не знакомы с городом, не так ли?

— Ну... нет, не совсем, — честно ответил Даск.

— Хорошо! Тогда я покажу вам город! — весело сказала Скуталу, забираясь на свой скутер. — Залезай! Что угодно для друзей Рэйнбоу Дэш!

Даск и Спайк посмотрели на Скуталу, её скутер и прикреплённую к нему маленькую тележку.

— Ты хочешь, чтобы мы сели внутрь? — растерянно спросил Спайк, прекрасно понимая, что брат думает так же.

— Ага! Вы будете моими первыми пассажирами! — взволнованно ответила пегаска.

Даску не нравилась эта идея, но нравилось видеть улыбку на лице кобылки, поэтому без раздумий он забрался в маленькую тележку, за ним неохотно последовал Спайк. Они оба устроились, как могли, и дали Скуталу сигнал "поехали".

Кобылка, держась за руль и используя одну из задних ног, чтобы дать импульс, начала медленно тянуть тележку, что совсем не удивило Даска: по его расчетам, его собственный вес плюс вес Спайка были слишком тяжёлыми для маленькой Скуталу. Единорог мысленно искал способ помочь своей магией разогнать тележку, не давая пегаске разочароваться в себе, однако в этом не было необходимости, потому что, пока он думал и не осознавал мир вокруг себя, транспорт набирал скорость, и теперь ехал действительно лихо. Даск в изумлении уставился на кобылку, которая, к его удивлению, начала поразительно быстро махать своими маленькими крылышками, создавая достаточную для движения тягу. Пока Спайк изо всех сил пытался удержаться на месте, единорог не мог не улыбнуться, увидев, что, несмотря на свои ограничения, пегаска нашла ещё один отличный способ быстро двигаться и чувствовать ветер под своими крыльями.

Они замедлились, обогнув ратушу и достигнув того, что казалось центром города, где Даск ещё не был.

— Это главная площадь и фонтан Понивилля, — сказала Скуталу, подражая экскурсоводам.

Площадь казалась оживлённым и довольно весёлым местом, в центре которого стоял фонтан в виде земного пони, весело размахивающего передними ногами. Однако больше всего Даска потрясло то, что около фонтана находились воздушные шары, привязанная к чему-то похожему на кобылу, парящую на них чуть выше земли. Единорог посмотрел на Спайка, надеясь, что тот видит то же самое, но когда снова поднял глаза, с удивлением отметил — ни один другой пони в городе совершенно не обращает внимания на спящую пони, даже Скуталу, которая уже начала хлопать крыльями, чтобы отправиться в следующее место. Даск подумывал расспросить пегаску об этом зрелище, но, вспомнив, что уже испортил несколько бесед лишними словами, решил просто не обращать внимания и поступить согласно старой поговорке: "В чужой дом со своим законом не входят."[1]

Дальше Скуталу показала им другие места в городе: театр, рынок, пекарню под названием "Сахарный уголок", которую с утра не евший Даск хорошо запомнил.

— А это библиотека. — сказала Скуталу, указывая на большое дерево с окнами.

— БИБЛИОТЕКА?! — взволнованно воскликнул Даск, услышав одно из самых красивых известных ему слов.

— Ага... но сейчас она закрыта. Вроде, библиотекарь уехал на работу в Мэйнхэттен пару недель назад, и с тех пор её никто не открывал. — сказала Скуталу, стараясь не забыть выполнить свою роль экскурсовода.

— Городская библиотека закрыта?! — у Даска не было слов. — Этого не может быть! Это возмутительно! Это варварство! Это не-мнннгх!

Спайк заткнул ему рот, зная, что иначе его брат никогда замолчит.

— Пойдем, Скуталу, в следующее место, — смутившись, попросил он растерянную пегаску.

Пока они ехали, Даск не отрывал от библиотеки глаз, наполненных слезами из-за того, что им открылся вид заброшенного храма знаний.

— А это башня с часами. — сказала Скуталу, достигнув вершины небольшого холма.

Место показалось очень красивым: весьма простенькая башня прекрасно вписывалась в общую архитектуру, к тому же отсюда открывался отличный вид на большую часть города.

— Круто конечно, но в Кантерлоте есть башни побольше, — сказал Спайк, которого, как и любого ребенка, больше всего зацепила высота, а также, возможно, какой-то личный комплекс.

— Эй, Скуталу, — позвал Даск, глядя в сторону города. — что это за здание?

Единорог заметил, что между библиотекой и башней стоит большая красная постройка с большим двором и площадкой для жеребят, которую пегаска, очевидно, намеренно избегала.

— О... это! Ну... это так… школа. — робко ответила Скуталу.

Это ошеломило Даска, который отбросил страх снова ударить в грязь лицом и решил спросить о том, что, по его мнению, было очень важным.

— А почему ты не там? Сегодня учебный день. — поинтересовался единорог, пристально глядя на кобылку.

— Ну... я просто не люблю ходить в школу, предпочитаю гулять на свежем воздухе. — ответила Скуталу, раздраженно отводя взгляд. — К тому же мне ещё нужно показать тебе множество мест, таких как спа-салон, боулинг, бутик "Карусель"...

— Это не оправдание! — выругался Даск. — Разве тебе не интересно учиться?! Читать о пони прошлого, изучать гражданское право, математику, естественные науки, философию... ты не можешь не хотеть учиться! Знание — величайшая сила в мире! А школа — дом этих знаний!

Это была великолепная речь, от которой Даск был бы тронут до слёз, если бы ему в детстве кто-нибудь произнёс её! Но Скуталу, казалось, было всё равно, так как она просто зевнула и отвернулась. Единорог был зол: эта кобылка не была настроена на что-то столь жизненно важное, как учёба, но ему в голову пришла блестящая идея, от которой зловещая улыбка расползлась по его лицу.

— Знаешь... — сказал Даск на ухо Скуталу. — Рэйнбоу Дэш не любит пони, которые не относятся к учёбе серьёзно.

Уши Скуталу тут же встали торчком, а глаза расширились.

— Правда? — неуверенно спросила она, оглядываясь на единорога.

— Конечно, как ты думаешь, почему Рэйнбоу Дэш встречается со мной? Это потому, что я очень прилежен. — ответил Даск, подмигивая кобылке.

Скуталу повернулась и долго с сомнением смотрела на школу.

— Хм... ладно, думаю, я мог бы стараться бывать там почаще... — медленно произнесла она.

— Хорошо сказано! Ты должна ходить в школу каждый день, начиная с сегодняшнего дня! — взволнованно сказал Даск, с улыбкой вылезая из тележки.

— Да, конечно! — Скуталу улыбнулась еще более взволнованно, счастливая от того, что кто-то заботится о ней.

Как только Спайк выбрался из повозки, пегаска взмахнула крыльями и попрощалась, направляясь в школу.

— Пока, Даск, пока, Спайк! И, Даск, помни про обещание! — крикнула кобылка, отдаляясь.

— Разумеется! — крикнул в ответ Даск, которому теперь предстояло убедить Рэйнбоу Дэш поговорить со Скуталу.

Спайк повернулся к брату с озорной ухмылкой.

— Так... ты теперь встречаешься с Рэйнбоу Дэш? — спросил он.

— Нет, конечно нет! — быстро ответил Даск. — Но для того, чтобы убедить маленькую кобылку вернуться в школу, полагаю, небольшая ложь не повредит.

— Хм... может, ты и прав, хотя сомневаюсь, что Эпплджек одобрит такое, — задумчиво произнес Спайк, заставив единорога смущённо склонить голову.

— Хе-хе, пожалуй, ты прав... — сказал Даск, признавая верность слов дракончика.

— Что теперь? — спросил Спайк, зная, что теперь, когда они оба свободны от обвинений, а Даск выполнил своё обещание, им осталось только дождаться Праздника Летнего Солнца и снова встретиться с принцессой Селестией.

~УРЧАНИЕ~

— Я умираю с голоду, мне нужно позавтракать, — сказал Даск, держась за живот. — Но сначала нужно решить кое-что гораздо более срочное… — решительно закончил он

* * *

— Значит, ты совсем недавно покинул ратушу, а теперь хочешь вернуться? — спросил Спайк, следуя за братом по городу.

— Верно. За такое я их никогда не прощу, даже если Селестия простит. — раздраженно ответил Даск.

Любой мог бы подумать, что единорог разглагольствует о чрезвычайно деликатном вопросе, но Спайк уже всё узнал, пока они шли к площади: его брат хотел попросить мэра как можно скорее нанять работника, чтобы снова открыть библиотеку. Для всех других пони это была не важная тема, для всех, кроме Даска, который не мог найти большего преступления, чем закрытие библиотеки.

— Даск, я не думаю, что это так уж важно, — сказал Спайк, пытаясь успокоить брата.

— Нет, это важно! — огрызнулся Даск. — Я могу простить мэра за то, что меня заперли, как преступника, но не могу простить, что она держит знания взаперти от тех, кто их ищет.

Завернув за угол, они оказались перед городской площадью — единственным, что отделяло Даска от ратуши.

— Непростительно. — сказал Даск, быстро пересекая площадь. — По крайней мере, предыдущий библиотекарь должен был оставить стажёра или...

Речь единорога оборвалась, когда он увидел, что спящая кобыла всё ещё висит на шариках около фонтана. Раздражение Даска постепенно уступило место любопытству, так как вопросы без ответов всегда сильно беспокоили его.

Единорог осмотрел площадь и ещё раз убедился — никто не обращает внимания на необычное явление, что показалось ему столь же странным, поэтому он подошел к одному из местных жителей, чтобы разузнать об этом.

— Прошу прощения, мисс. — обратился Даск к проходящей мимо сиреневой кобыле.

— Да?

— Видите ту пони, парящую на воздушных шариках? — спросил Даск, указывая на упомянутую пони.

— Ну да, я не слепая. — кобыла ответила так, словно ей задали очевидный вопрос.

— Тогда почему все игнорируют это? — снова спросил Даск, желая поскорее понять, является ли это каким-то уличным шоу или странностью города.

— А, вы об этом! — усмехнулась кобыла. — Просто Пинки есть Пинки, ещё привыкнете.

После этого кобыла продолжила свой путь, оставив Даска в таком же, если не большем замешательстве, чем было вначале. Тогда он повернулся и посмотрел прямо на парящую пони, думая, что остается только один способ во всём разобраться — расспросить странную розовую кобылу.

Даск внимательно осмотрел её, прежде чем предпринять какие-либо действия: розовая кобыла с пышной гривой, которая парит на привязанных к талии нескольких воздушных шарах, по совпадению, её кьютимаркой также были воздушные шары. Непонятность странного зрелища убивала Даска, но он не знал, что делать, так как кобыла продолжала парить на месте с закрытыми глазами, отчего было не ясно, медитирует она, спит, потеряла сознание или, возможно, что-то похуже. В конце концов единорог собрал волю в копыто и коснулся щеки розовой пони.

— Эй! Ты в порядке? — нервно спросил он, изо всех сил желая, чтобы кобыла не оказалась ужасным парящим трупом.

Её глаза медленно открылись, явив всем небесно-голубые радужки.

— Хм?.. — сонно ответила она, слабо оглядываясь по сторонам. — Что происходит?

И Даск, и кобыла несколько секунд стояли и смотрели, пока единорог снова не заговорил:

— Ну... я… я хотел спросить, всё ли с тобой в порядке, — неуверенно сказал он, радуясь, что кобыла проснулась. — То есть, я видел, как ты парила здесь некоторое время, и никто, кажется, не обращал на тебя внимания, так что...

Даск замолчал, услышав тихий храп, и заметил, что кобыла снова заснула.

— Эй, просыпайся! — сказал он несколько раздраженно, сильно топнув копытом, чтобы шум снова разбудил странную пони.

— А? Что? Ах да, мне очень жаль. — сказала усталая розовая пони, просыпаясь от испуга, и снова посмотрела на единорога. — Просто мне нужно найти нового пони, который приехал в город несколько дней назад...

Вдруг она замолчала и посмотрела на свой хвост, который почему-то дрожал, после чего снова посмотрела на Даска, впервые широко открыв глаза.

— Это ты! Ты — новый пони в Понивиле! — сказала она, глядя на единорога и широко улыбаясь. — Ты не представляешь, чего мне стоило найти тебя! Три дня назад моё Пинки-Чувство предупредило меня о новом пони в городе! Но я не была уверена, сигнал был другим. Таким, которого никогда не было! Но моё Пинки-Чувство никогда меня не подводит, значит, должно было произойти что-то ещё! И это меня очень взволновало! Вот почему я так долго тебя искала! — быстро говорила кобыла, паря вокруг Даска.

Который не знал, как ответить: то, что эта спящая кобыла была весьма общительной, застало его врасплох. Даск хотел задать ей несколько вопросов, например, почему она летает, зачем она его искала или, как она узнала о его прибытии тря дня назад, однако сперва он решил поинтересоваться о том, что поможет ему понять запутанную речь розовой пони.

— Подожди... для начала, что такое “Пинки-Чувство”? — в замешательстве спросил единорог останавливая движение кобылы копытом.

— О! Это просто знаки, которые моё тело делает, чтобы предупредить о чём-то грядущем, например, когда мое левое ухо чешется, а грива щетинится — будет дождь, или, когда мой хвост трижды трясется вправо — кто-то новый приедет в город, — объяснила кобыла, будто всё в порядке. — И, очевидно, это называется Пинки-Чувство из-за моего имени, Пинки Пай! Кстати, как тебя зовут?

Из-за того, насколько быстрой и бессвязной была речь кобылы, и неуверенности, смеяться или нет над абсурдностью сказанного, у Даска не было немедленного ответа. Однако, прежде всего и поскольку кобыла представилась, ему следовало сделать то же самое.

— О-очень приятно, меня зовут Даск Шай... — единорог снова замолчал, так как,  подняв голову после приветственного поклона, он увидел, что кобыла снова заснула.

— ГХМ! — кашлянул Даск, чтобы разбудить её.

Пинки Пай снова удивленно открыла глаза.

— Что?.. О, мне очень жаль! Просто я немного... устала... а когда это происходит, я иногда засыпаю. — вяло, но с лёгкой улыбкой объяснила Пинки Пай.

Даск заметил, что она собиралась сказать другое слово вместо "устала", но передумала. Единорог не хотел продолжать разговор, ограничивая вызываемые странной кобылой вопросы, однако, пришлось, потому что молчание затянулось и розовая пони снова начала засыпать.

— Получается... ты искала меня три дня? Разве твоё Пинки-Чувство не предупредило тебя о моём прибытии в Понивилль? — недоверчиво спросил Даск, говоря громко, чтобы кобыла снова не заснула.

— Именно! Хотя, как я уже сказала, моё Пинки-Чувство вело себя странно, когда предупреждало о тебе, с другими пони такого не случалось... — задумчиво произнесла Пинки Пай, продолжая парить возле Даска.

Единорог слегка улыбнулся нелепости сказанного: он слышал и читал, что некоторые пони суверны или верят в амулеты удачи и другие вещи, не имеющие научной или магической ценности, но то, что определенные части тела пони дрожали, предупреждая о случайных событиях, было самой абсурдной вещью, которую Даск когда-либо слышал.

— Ну, может быть, твоё Пинки-Чувство вело себя “странно”, потому что я пришел с драконом. — насмешливо сказал Даск, указывая на своего брата.

— Это дракон? — спросила Пинки Пай, быстро переключив внимание на стоящего рядом с единорогом дракона.

Спайк, до этого момента благодарный, что сумасшедшая кобыла была сосредоточена только на Даске, робко поздоровался.

— Ух ты, дракон! Я давно их не видела! Хотя ты меньше тех, которых я видела. — широко улыбаясь, сказала Пинки. — В любом случае, мистер Дракон, я не могу тебя так называть, поэтому, скажи мне, как тебя зовут?

— Меня... меня зовут Спайк... — смущённо ответил дракон, протягивая коготь для приветствия.

— Очень приятно познакомиться с тобой, малыш! — сказала Пинки Пай, крепко обнимая его.

Объятие было коротким, но достаточным, чтобы Спайк остолбенел, потому что он, как и его брат, не привык обниматься, особенно с незнакомыми пони.

По мнению Даска, поведение этой кобылы было слишком непредсказуемым: он любил порядок и последовательность, но она говорила очень быстро и безумно, засыпала без всякой причины, не уважала личное пространство других и подходила слишком близко. Настойчивая мысль “Даск, пора уходить” не покидала единорога, но сначала он хотел получить ответы на все свои вопросы.

— Так... зачем ты искала меня? — спросил Даск, желая поскорее получить ответы и убраться подальше от этой кобылы.

— Ну, для вашей приветственной вечеринки, для чего же еще? — широко улыбаясь, ответила кобыла.

Даск замолчал, уставившись на неё, пока она говорила что-то бессвязное. "Устроить нам приветственную вечеринку? Зачем? Неужели она искала меня три дня ради вечеринки?" — подумал он, вспомнив, что Рэйнбоу Дэш и Скуталу упоминали о приветственной вечеринке.

— Подожди-ка... в Понивилле для новичков устраивают вечеринки? А ты за них отвечаешь? — недоверчиво спросил Даск.

— Ну конечно! — воскликнула Пинки, засыпая на ходу. — Но это не моя ответственность, мне просто нравится их устраивать.

Даск не мог отделаться от мысли, что чем больше он разговаривает с Пинки Пай, тем больше у него возникает вопросов, которые нужно задать.

— Зачем тебе устраивать вечеринки для пони? Особенно для незнакомых... — растерянно спросил единорог.

Как только был задан вопрос, словно по сигналу, шарики Пинки Пай лопнули, и она наконец упала на землю. Встав, кобыла наклонила голову и глубоко вдохнула.

— Потому что... — начала она и, сделав небольшую паузу, запела, сильно удивив Даска и Спайка.

~ Всегда весело устраивать вечеринки, знакомиться с новыми пони и заводить много друзей.

~ Будь то земно-пони, пегас или единорог ~ на вечеринке, каждый победитель!~

~ Грифон, дракон или дружелюбный монстр ~ чем больше придёт, тем веселее!~

~ Я Пинки Пай, вечериночная кобыла ~ Хочешь улыбнуться, приходи ко мне!~

Пинки Пай продолжала петь и танцевать под озадаченными взглядами Даска и Спайка. На мгновение им захотелось, чтобы земля поглотила их: стоять рядом с сумасшедшей кобылой, которая без стыда и конкретной причины танцует и поёт перед всем городом, было тем, что любой утончённый пони Кантерлота найдёт смущающим, как и братья в данный момент.

Пока Пинки Пай пела и танцевала, а Даск оглядывался, в поисках таких же смущённых пони, как и он, но никого не заметил. Однако, снова повернувшись к кобыле, единорог увидел, что городские пони подпевают и подтанцовывают.

— Что за сено тут происходит? — неловким шёпотом спросил Спайк, который не двигался и был так же озадачен, как Даск.

— Они… они все поют... — неуверенно ответил единорог, пока его разум использовал свою рациональность. — По-моему, это “Песнь Души”...

“Песнь Души”[2] — разновидность архаичной магии, возникающая при сильных внутренних переживаниях заклинателя, при которых его магическая аура начинает вибрировать, настраивая окружающих на свою волну, что побуждает их подпевать, не зная текста, и танцевать в такт, ни разу не практикуясь. Даск читал об этом, но никогда не встречал в таком масштабе: слуги в замке иногда пели во время выполнения поручений или празднования, однако простота, с которой Пинки начала петь, и количество присоединившихся к ней пони удивляли единорога. Такого он никогда не видел на улицах Кантерлота, по крайней мере, не так спонтанно и естественно — каждый житель города пел в совершенной гармонии с чувствами розовой кобылы, чувствами, возникшими из-за разговора о вечеринках, чувствами, с каждым куплетом согревающими сердца братьев всё больше, рассеяв испытываемое ими первоначальное смущение.

* * *

1. В оригинале использовалась фраза "When in Equine, do as the Equites do", являющаяся авторской переделкой выражения "When in Rome, do as the Romans do" (будучи в Риме, поступай, как римлянин). Не сумев адекватно перевести, я взял в качестве аналогии русскую пословицу "в чужой монастырь со своим уставом не входят."

2. "Песнь Души" (Song from the Heart) — термин, придуманный автором для объяснения музыкальных эпизодов в шоу.

## Смех - лучшее лекарство

~ Даск и Спайк новенькие, и это хорошо ~ Пусть познакомятся со всеми пони в этом месте! ~

~ Пойте и танцуйте, прыгайте и смейтесь ~ Ведь Понивилль приветствует вас огромной вечеринкой! ~

Этим куплетом Пинки Пай закончила свою песню, посвященную новоприбывшим дракону и единорогу, все жители разразились аплодисментами, а конфетти и серпантин волшебным образом появились из ниоткуда. У Даска и Спайка осталось горько-сладкое чувство: они не хотели этого признавать, но радость розовой кобылы была заразительной, отчего им хотелось присоединиться.

— Это было здорово! — сказал молодой коричневый жеребец, присоединившийся ко всеобщему хору.

— Да, это было действительно весело! Кстати, когда состоится приветственная вечеринка, Пинки Пай? — спросила белая кобыла, подходя к упомянутой пони, в то время как другие певшие возвращались к своим делам.

— Фух... Она... она будет сегодня днём, я разошлю приглашения, не волнуйся... — сказала очень измученная Пинки Пай, пытаясь отдышаться.

Когда розовая кобыла снова осталась одна, к ней подошёл Даск.

— Это было потрясающе! Я и понятия не имел, что ты настолько любишь вечеринки. — улыбаясь, сказал он.

— Да... фух... мне очень нравится видеть… — через силу говорила Пинки Пай, но не закончила, упав в обморок прямо перед Даском, который рефлекторно поймал её, не дав приземлиться.

— Эй! Пинки Пай, проснись! — сказал он, держа кобылу в своих копытах. — Господи... не могу поверить, что она опять уснула, у нее анемия? Или, может быть...

Он внезапно замолчал и нахмурился.

— Что случилось? — спросил Спайк, подходя к брату.

— У неё… у неё лихорадка! — с беспокойством в голосе ответил Даск, прикладывая копыто ко лбу Пинки.

— И... что нам делать? Отвезти её к врачу? — нервно спросил Спайк.

— Не знаю. Не знаю, есть ли в этом городе больнице или что-то похожее. — взволнованно ответил единорог, бормоча что-то успокаивающее. — Может быть, всё не так серьёзно и лучше просто отнести её домой...

Он осторожно встряхнул Пинки Пай, чтобы она проснулась.

— Пинки Пай, где ты живешь? — тихо спросил Даск, приблизив своё лицо к лицу кобылы, как только она открыла глаза.

— Фух... в... «Сахарном уголке» ... — прошептала она, после чего снова потеряла сознание.

— Она сказала «Сахарный уголок»? Это… — начал Спайк, но был прерван.

— Да, я знаю, это пекарня, которую нам показала Скуталу! — закончил фразу единорог. Он был рад тому, что не завтракал, из-за чего хорошо запомнил местоположение заведения.

Даск заколебался, не зная, как поскорее доставить Пинки Пай к ней домой. Сначала он подумал телепортироваться, но пекарня находилась вне поля его зрения, из-за чего потребовалось бы много энергии, и он не хотел, чтобы розовую пони затошнило, что, как известно, случается с непривычки. Другой мыслью было левитировать Пинки всю дорогу до места назначения, но у сторонних наблюдателей такая ситуация вызвала бы много подозрений. В конце концов Даск выбрал наиболее простой и, так как не любил физические контакты, наиболее неудобный для себя вариант действий.

Он осторожно положил Пинки Пай себе на спину. Юный единорог чувствовал тепло тела розовой пони над собой, что заставило его покраснеть от смущения: Даск не мог не признать — ощущение прикосновения мягкой шёрстки вечериночной кобылы было приятным.

«Не думай ни о чём извращённом! Не думай ни о чём извращённом!» Мысленно повторял он про себя, поднимая Пинки Пай.

— Что-то не так? — невинно спросил Спайк, наблюдая, как его брат нервничает.

— С-совсем ничего! Пойдём! — быстро ответил Даск, начиная движение.

Медленным, но уверенным шагом единорог нёс бессознательную Пинки Пай, стараясь не сильно её трясти, Спайк шёл позади, следя за тем, чтобы розовая кобыла не свалилась со спины его брата.

В это время Пинки проснулась.

«Что происходит? Я... Где я?» Подумала она, с некоторым усилием приоткрыв глаза. «Я двигаюсь?»

Сквозь пелену в глазах было трудно что-то различить: лишь очертания чего-то кажущегося дорогой и чего-то, что удерживало её — чего-то лавандового, приятно пахнущего, мягкого и тёплого — чего-то, на чём можно лежать.

«Меня кто-то несёт? Кто это? Я... я должна подняться!» Подумала Пинки Пай, понемногу приходя в себя и шире открывая глаза. «Я должна... должна...» Мысленно повторяла она, но с каждым разом её мысли становились менее убедительными.

«Но...» Подумала Пинки Пай и, расплывшись в нежной улыбке, снова уснула, когда силы окончательно покинули её. «Но... это так приятно...» Закончила свою мысль розовая пони.

Даск и Спайк недолго добирались до «Сахарного уголка», внешний вид которого не оставлял сомнений по поводу назначения здания: перед входом две колонны, похожие на леденцы, крыша выглядит так, будто сделана из слоёв шоколада и безе, даже верхний этаж с чердаком отделаны в виде кекса на большом торте. Несомненно, такой дизайн заставит любого увидевшего захотеть пирожных, что и произошло с лиловым единорогом, на секунду забывшим о причине своего визита в пользу пустого желудка.

Братья подошли к двери пекарни, но, прежде чем они успели постучать, из заведения вышла пара пони: довольно худой жёлтый жеребец с оранжевой гривой, в галстуке-бабочке и маленькой пекарской шляпе, и полноватая бирюзовая кобыла с розовой гривой, на ней был фартук и розовые серьги на ушах; у обоих были торты в качестве кьютимарок.

— О! Мне жаль, но вы не сможете зайти. — сказала кобыла, глядя на единорога с драконом, пока жеребец закрывал дверь. — Нам нужно срочно уехать на встречу, поэтому пекарня на сегодня закрыта.

— Я... я пришёл не за покупками, — возразил Даск, который на самом деле хотел это сделать, но отдал приоритет важному делу. — Я нашел её на городской площади, и, по-видимому, у неё лихорадка.

Он повернулся, чтобы показать кобылу, которую нёс на спине, что вызвало удивление у пары пекарей.

— Пинки Пай! — в ужасе вскрикнула бирюзовая кобыла, подходя и дотрагиваясь до щеки кобылы. — Милый, отнеси её в комнату.

— Да, дорогая, — послушно сказал жёлтый пони, по-видимому, муж пухлой кобылы.

Желтый пони осторожно снял Пинки Пай со спины Даска и положил на свою, после чего снова открыл дверь пекарни и вошёл внутрь.

— Что с ней случилось?! В каком она была состоянии, когда ты нашел её?! — нервно спросила Даска бирюзовая кобыла.

— Ну... мы со Спайком нашли её на городской площади, неподвижно парящую на воздушных шарах, она выглядела уставшей, но всё же смогла спеть песню, после чего упала в обморок. — сказал Даск, надеясь, что рассказ будет воспринят правильно и его не обвинят в чём-нибудь плохом.

— Милая Селестия! Я знала, что так и будет! – воскликнула кобыла, уходя в пекарню. — Я ведь предупреждала Пинки Пай, что выходить на улицу в её состоянии опасно.

Некоторое время Даск стоял, не зная, что делать: развернуться и уйти или подождать здесь. Последняя фраза пробудила в единороге любопытство, поэтому он решил рискнуть и последовать за кобылой в пекарню.

— Что вы имеете в виду, говоря о «её состоянии»? — спросил Даск.

— Несколько дней назад она заболела. Ничего серьезного, но врач рекомендовал ей оставаться в постели. — ответила бирюзовая кобыла, останавливаясь перед какой-то лестницей и глядя вверх. — Пинки Пай очень непоседлива, но была готова следовать указаниям врача, однако на следующий день она встала с постели и вышла прогуляться по улицам, сказав, что её Пинки-Чувство предупредило её о новом пони в городе и что она должна устроить ему вечеринку. Я говорила ей: «больные должны лежать в постели», но она не слушала, продолжая поиски предполагаемого пони, день ото дня усугубляя своё состояние. Дошло до того, что сегодня она едва стояла на ногах. Я умоляла её не уходить, но она отказалась и просто привязала к своему телу несколько воздушных шаров, чтобы иметь возможность парить и не ходить, и снова отправилась искать этого нового пони.

Даск наконец-то смог собрать недостающие кусочки головоломки и понять, почему Пинки Пай неподвижно парила на городской площади: это произошло не из-за усталости, а из-за болезни, и, по-видимому, виновником такого исхода, хоть и не напрямую, был сам единорог, поскольку именно он – тот новый пони, которого искала розовая кобыла.

Послышавшиеся сверху шаги копыт отвлекли Даска от его мыслей. Желтый жеребец спускался по лестнице, стараясь не производить слишком много шума.

— Я уложил её в кровать, надеюсь, она сможет хорошо отдохнуть и больше не выйдет на улицу, иначе её температура снова поднимется. Думаю, сейчас ей нужен только покой. – с беспокойством произнёс он.

— Вы родители Пинки Пай, не так ли? — робко спросил Даск, заметив, как семейная пара печётся о благополучии розовой кобылы.

Обе пони были ошеломлены вопросом, но потом, к удивлению Даска, лишь грустно улыбнулись.

— Нет... она просто живёт и работает здесь, с нами. — ответил жеребец. – Она самая весёлая пони в городе, за что все её любят, и мы, хоть и не являемся её родителями, не исключение.

— Действительно, Пинки для нас, как дочь. Хотя... я надеюсь однажды завести собственного ребёнка... — печально сказала кобыла.

Даск сглотнул и проклял своё умение ненароком затрагивать щекотливые темы. Очевидно, вопрос родительства был деликатным для пары. «Может быть, у них проблемы с зачатием?»

— Дорогая, мы опаздываем на приём к врачу, — сказал жеребец, с любовью глядя на свою жену.

— Я знаю, но... мы не можем оставить Пинки Пай одну. Вдруг она снова попытается уйти? – ответила кобыла.

Даск переживал внутренний конфликт относительно того, что сказать и как поступить в сложившейся ситуации. Две стороны его разума противостояли друг другу: первая, которая обычно всегда побеждала, и вторая, подавляемая в течении многих лет и обретшая силу за последние несколько дней.

Вопреки всем мыслям о том, чтобы уйти и не ввязываться в проблемы, которые его не касались, вопреки любым антиобщественным чувствам, которые он обычно испытывал, и не связанный какими-либо обязательствами или обещаниями, Даск решил.

— Я… я мог бы позаботиться о Пинки Пай, если вы не можете, то есть... если вы не против. — робко сказал Даск, чем шокировал Спайка.

— Правда?! Было бы просто замечательно. – благодарно улыбаясь, ответила кобыла, крепко обняв единорога.

Который застыл на месте, как Спайк при встрече с Пинки Пай, не зная, как реагировать на такие проявления чрезмерной привязанности.

— Кстати, ты ведь не местный, так? – спросил жеребец, осматривая Даска и Спайка. – Не помню, чтобы видел тебя в городе раньше, и я бы точно запомнил маленького дракона.

— Э-э... Да, я Даск, а это Спайк... на самом деле мы новички в городе... и те, кого искала Пинки Пай... — ответил Даск, понимая, что ещё не представился.

В тот же момент он осознал ещё одну деталь: они со Спайком были незнакомцами для семейной пары, из-за чего предложение присмотреть за их домом и больной "почти дочерью" должно было вызвать подозрения и разумный ответ "нет".

— Великолепно. — радостно воскликнул жеребец, чем удивил единорога. — Если вы те, кого искала Пинки Пай, то теперь у неё меньше причин выходить из дома.

Даск лишь нервно усмехнулся, поняв, что эта пара такая же доверчивая, как и все в городе. К такому он не привык.

Даску объяснили, что комната Пинки находится на верхнем этаже и сказали сделать всё возможное для удержания её в постели. В течение беседы единорог всё больше задавался вопросом, почему он вообще предложил помощь. Сострадание конечно было, но также и что-то ещё... именно поэтому, чем дольше длился разговор, тем сильнее становилось ощущение, что он сказал слишком много и что ему следовало просто уйти.

— Кстати, в качестве благодарности, можете съесть несколько пирожных из тех, что на витрине, — внезапно сказал жеребец, открывая дверь, чтобы выйти.

При упоминании еды у Даска заурчало в животе, а любая мысль об уходе из пекарни испарилась, ведь, если ему нужна была хотя бы одна причина остаться, теперь она появилась — ему нужно было поесть!

— Хорошо, мы вернёмся позже, прощай, Даск, прощай, Спайк! – попрощалась пара, выходя из пекарни.

— До свидания, мистер и миссис... – попытался ответить Даск, но не закончил, поняв, что до сих пор не знает имён пары.

— Мистер и миссис Кейк! – закончили они, в спешке убегая на приём к врачу.

— Очень подходит для пекарей. – улыбнулся Даск.

Как только они скрылись из виду, единорог закрыл дверь и направился вглубь пекарни, где стоял его брат с недоверием на лице.

— Почему... почему ты предложил позаботиться о ней? – спросил сбитый с толку Спайк.

— Ты слышал, у них назначена встреча с врачом, которую они, вероятно, не могут позволить себе пропустить. Кроме того... – начал Даск, но прервался, поняв, какова вторая причина того, что он остался. — Думаю, на мне лежит часть вины за то, что Пинки в таком состоянии, ведь она искала меня.

— Но ты не заставлял её, ведь так?! Я также слышал об этом безумии с Пинки-Чувством, ты не виноват. — парировал Спайк, пытаясь понять поведение брата.

— Я знаю, но... мне всё же кажется, что будет правильно поступить так. — ответил Даск, не в силах выбросить из головы улыбающееся лицо Пинки Пай и вид того, как она потом падает в обморок.

Спайк все ещё был удивлен ответами, но не мог не улыбнуться, понимая, что его брат меняется. К счастью, в лучшую сторону.

— Ладно, думаю, ты прав. – как можно более равнодушно резюмировал Спайк, пытаясь сменить тему, чтобы не развивать новые эмоции, зарождающиеся в единороге. — Итак... что будем делать?

Дракончик молча стоял, тщетно ожидая ответа, так как Даск перестал обращать внимание на всё вокруг, сосредоточившись на чём-то другом. Проследив за взглядом брата, Спайк понял, что тот, позволяя маленькой струйке слюны стекать изо рта, смотрит на большую витрину со множеством пирожных.

Прежде чем дракончик что-либо сказал, единорог телепортировался к витрине, положив копыта и лицо на стекло.

— Они сказали, что я могу взять всё, что захочу... – у Даска разбегались глаза при виде множества аппетитных пирожных, представленных на витрине. Не зная, какое выбрать и подчиняясь громко урчащему желудку, единорог взял ближайшее, клубничное со сливками, и съел его так быстро, как только мог.

— Оно превосходно! — радостно воскликнул Даск, смакуя остатки крема на своих копытах. — Сначала яблоки Эпплджек, а теперь эти пирожные, почему еда в этом городе такая вкусная?!

— Ты прав, это тоже очень вкусное. — внезапно сказал Спайк, который тоже подошёл и схватил шоколадный кекс.

— Что? — спросил он, заметив неодобрительный взгляд брата. – То, что я завтракал, не значит, что только ты можешь есть пирожные.

— Хорошо, но я не хочу повторения того, что случилось в саду Эпплджек. – со вздохом ответил Даск, взял ещё один кекс и, чтобы насладиться им подольше, медленно съел его.

Они хотели взять всего несколько пирожных, но в конце концов съели всё, что были на витрине, после чего отдыхали на нескольких стульях в магазине, счастливо улыбаясь.

— Мы съели больше, чем планировали... опять, — сказал Спайк с лёгкой виноватой улыбкой. – Хотя, в подсобке есть ещё.

— Нет, этого было достаточно – испуганно сказал Даск. — Мы итак съели слишком много. Не надо злоупотреблять гостеприимством этих пони.

Спайк хотел было оспорить эту идею, сказав, что мистер Кейк не станет возражать, но решил на этот раз отдать победу брату.

— Итак... повторюсь. — сказал Спайк, меняя тему. — Что дальше? Мы просто останемся здесь на весь день, чтобы убедиться, что Пинки Пай не спустится по лестнице?

— Наверное, да, однако... она должна соблюдать абсолютный покой, а это значит, что даже с постели вставать нельзя. — ответил Даск, почесывая затылок и размышляя, что помогло бы Пинки Пай выздороветь.

— Тогда, может проверим, в постели она ещё или нет? – предложил Спайк.

Даск сглотнул и немного занервничал.

— Думаю… надо бы, — ответил он, запинаясь: теперь ему нужно было проникнуть в комнату кобылы без её согласия. Обычная фантазия молодого жеребца его возраста, однако не та, которую он когда-либо думал реализовывать.

Спайк и Даск, один тихо, а другой – пытаясь скрыть свою нервозность, начали подниматься по лестнице. Мысленно единорог представлял, как должна выглядеть комната молодой кобылы: аккуратная и чистая, с несколькими плюшевыми животными и приятным ароматом духов — идеальная, женственная комната.

Оказавшись перед нужной дверью, Даск медленно, чтобы не разбудить Пинки Пай, открыл её.

ХЛОП!!!

Громкий звук лопнувшего воздушного шарика и внутренняя обстановка в комнате окончательно выбили Даска из колеи: повсюду на полу валялись надутые шарики, серпантин и разноцветные конфетти, в воздухе висел сладкий, но не мягкий, как ожидал единорог, а стойкий запах конфет и пирожных, более сильный, чем в пекарне на нижнем этаже. Однако больше всего лилового жеребца поразило то, что центром всего этого бардака была Пинки Пай, вставшая с кровати и безуспешно пытающаяся надуть воздушный шарик.

— Почему тут такой беспорядок?! И что ты делаешь?! — спросил Даск, несколько расстроенный таким сюрпризом.

— О! Это... это ваша приветственная вечеринка... – ответила едва стоящая на ногах Пинки, через силу улыбаясь.

— Ну, это совсем не похоже на вечеринку, — прокомментировал Спайк, увидев беспорядок в комнате.

— Мне... мне очень жаль, просто... у меня плохо получается надувать эти шарики, но... просто подождите минутку и.… я позову других пони, и мы устроим отличную... приветственную вечеринку... — сказала Пинки Пай между вздохами, пытаясь идти навстречу Даску.

— Прекрати! Это глупо, ты можешь устроить мне вечеринку в другой раз. – решительно выкрикнул Даск, увидев, насколько слабой была кобыла.

— Но... я всегда устраиваю вечеринки... новым пони, с тех пор как я приехала в город... я всегда устраиваю вечеринки для других... — возразила Пинки Пай, пошатываясь подходя к единорогу.

— Почему тебе так нравятся вечеринки? — спросил Даск, вспомнив, что задавал такой же вопрос прежде чем розовая кобыла упала в обморок на городской площади.

— Потому что... мне нравится видеть, как другие улыбаются... — ответила Пинки Пай, снова теряя сознание прямо на копытах единорога.

Даск постоял мгновение, молча держа кобылу: он не мог понять, почему ответ Пинки Пай был так прост. «Ей настолько нравится видеть, как другие улыбаются, что она готова пройти через все трудности устройства вечеринок ради простой улыбки?» По мнению единорога, это было глупо.

Осторожно подняв Пинки Пай, Даск отнёс её на кровать и аккуратно уложил, убедившись, что она спит и укрыта одеялом.

— Эй, Даск! Смотри. – шёпотом, чтобы не разбудить вечериночную пони, позвал Спайк.

— Что там? — спросил Даск, подходя к Спайку, который держал в когтях взятый со стола блокнот.

Единорог магией взял блокнот, чтобы прочитать. Это был календарь, содержащий отметки на имена десятков, если не сотен, пони.

— Кажется, это дни рождения всех пони в городе, по крайней мере, я узнал имена Флаттершай, Эпплджек, Рэйнбоу Дэш, Биг Мака, Мэра, даже того чертового кролика по имени Энджел. — удивлённо сказал Спайк. — И не только дни рождения, но и годовщины, и даты приезда в город. Видишь, как размечены почти все страницы? Эта кобыла празднует и устраивает вечеринки почти каждый день!

Даск тоже был удивлен, еще больше убеждаясь — Пинки, по-видимому, единственная ответственная за организацию вечеринок в Понивилле, что означало большое количество работы по проведению самых разных торжеств.

Просмотрев блокнот, он положил его обратно на стол, где его взгляд привлекла стопка фотографий. Единорог взял несколько из них и, рассмотрев, отметил три закономерности: первая – все фотографии сделаны на вечеринках; вторая — на всех фотографиях Пинки Пай смеётся, танцует или совершает какие-то безумства; третья – лицо пони, который появлялся рядом с розовой кобылой, всегда украшала естественная улыбка. На разных изображениях Даск с удивлением увидел улыбающихся мэра, семью Эппл, пегасов, которые скрутили его накануне, но как бы ни искал, он не мог найти фотографий с Флаттершай, Эпплджек или Рэйнбоу Дэш.

— Ну, она очень любит вечеринки, да? — спросил Спайк с лёгкой насмешливой улыбкой.

— Нет... она очень любит, когда другие улыбаются. – возразил ему Даск после того как на него снизошло озарение: ответ Пинки Пай вовсе не был простым; правда заключалась в том, что вечеринки — лишь половина дела, а то, чего она хотела достичь, к чему стремилась и чего требовала от себя – это заставить других улыбаться, сделать их по-настоящему счастливыми, хотя бы на мгновение, и это не простая задача, а что-то, достойное восхищения.

Даск повернулся и по-новому посмотрел на спящую Пинки Пай: теперь он хотел позаботиться о ней не только потому, что чувствовал косвенную ответственность, но и потому, что она тоже заслуживала улыбаться.

— Что нам теперь делать? – шёпотом снова спросил Спайк. — Не думаю, что она заснула надолго, а когда проснётся, снова попытается устроить вечеринку.

Даск размышлял несколько секунд, пока ему в голову не пришла блестящая идея.

— Я знаю, что мы сделаем! Иди за мной. — прошептал Даск, вместе с братом направляясь к выходу из спальни.

Пинки Пай приснился сон, которого у нее никогда раньше не было: стоя у обрыва, она смотрит вниз, на дно ущелья, а мгновение спустя земля под ней поддалась, и розовая пони сорвалась, однако вместо того, чтобы рухнуть на землю, Пинки упала на удобную и теплую гигантскую подушку, которую она обнимала с большим удовольствием. Но со временем вечериночная кобыла начала понимать, что то, на что упала, было не подушкой, а огромными лавандовыми копытами, которые крепко держали ее и не давали упасть на дно оврага. Она подняла глаза и попыталась разглядеть лицо этого пони, но солнце было прямо над его головой и мешало ей видеть лицо своего спасителя. несмотря на это, она узнала эти копыта — она уже падала в них раньше – лицо незнакомца прояснялась, пока Пинки вспоминала это чувство.

— Даск? — пробормотала Пинки Пай во сне. Она вздрогнула, вспомнив, что так и не устроила вечеринку для лилового единорога. – Я до сих пор не устроила ему приветственную вечеринку! Я... я должна проснуться!

Пинки кричала во сне, пытаясь проснуться и вернуться к реальности.

Она медленно открыла глаза, оправившись от безумного сна, огляделась, вспомнив о своей болезни и поняв, что сейчас находится в постели, сразу приметила – комната полна воздушных шаров, что обычно для её спальни. Пинки начала подыматься, но вдруг осознала – до обморока она пыталась надуть шарики для вечеринки Даска, а тогда в комнате было много полуспущенных и спущенных воздушных шаров.

«Погоди-ка... почему в комнате так много надутых шариков?» Задумалась Пинки, мысленно перебирая события до сна.

— Псс... Эй, она проснулась! – донёсся голос, владельца которого розовая кобыла не могла увидеть из-за шариков.

— Сюрприз!! – вдруг закричали Даск и Спайк, выскакивая из под шариков и разбрасывая конфетти. — Счастливой приветственной вечеринки!

Пинки Пай была очень удивлена внезапным появлением единорога и дракона, однако она не понимала, почему они пытались устроить вечеринку.

— Хм... п-почему ты устраиваешь вечеринку? Я должна это делать. – спросила всё ещё удивленная кобыла.

— Ну... тебе сейчас лучше оставаться в постели и не вставать — нервно ответил Даск. – Ты любишь устраивать вечеринки для других, потому что тебе нравится делать их счастливыми и видеть, как они улыбаются, вот я и подумал: «Может быть, мне попробовать и увидеть, как улыбаешься ты.»

Его слова были правдой, но, помимо сказанного, он также хотел, чтобы Пинки Пай оставалась в постели и отдыхала. В ходе размышлений, единорог пришёл к выводу: если она не может устроить вечеринку, то хорошим сдерживающим фактором станет вечеринка, пришедшая к ней.

— Кроме того... — добавил Даск. – Ты сказала, что устраиваешь вечеринки для других пони с самого приезда в город, так? Это значит, что у тебя самой не было приветственной вечеринки. Поэтому сейчас будет ТВОЯ приветственная вечеринка, а мою устроим в другой день.

Даск выпятил грудь, гордясь своими логическими рассуждениями, и ждал, пока эта сумасшедшая и нелогичная кобыла последует его изысканиям и наконец захочет отдохнуть, не предпринимая попыток встать с постели и устроить ему вечеринку.

Пинки Пай потеряла дар речи, тысячи мыслей проносились в её голове, пока она просто смотрела на Даска: раньше она редко, но устраивала для себя вечеринки – на самом деле, большинство её дней рождения были устроены ею же – и тут появляется жеребец и пытается устроить для неё вечеринку, как она делала для других.

«Так вот, что чувствуют все пони, когда я устраиваю им вечеринки?» Подумала Пинки Пай, чувствуя радость в сердце. «Это то счастье, которое чувствуют они?»

Пинки пристальнее присмотрелась к единорогу, когда последние сказанные им слова дошли до неё. Действительно, никто и никогда не устраивал ей приветственную вечеринку, чего ни она, ни кто-либо другой даже не заметили. Даск удивил её этим жестом, заставив сердце розовой кобылы биться чаще не только от счастья, но и от какого-то нового чувства, оставляющего Пинки Пай бессильной отвести взгляд от нежных глаз жеребца.

— Пинки Пай, ты в порядке? — обеспокоенно сказал Даск, придвигаясь к ней ближе. — Кажется, у тебя все ещё жар: у тебя лицо красное.

— А? — Пинки Пай вышла из задумчивости, не осознавая, что краснела всё это время.

Даск решил, что лучше будет измерить температуру Пинки Пай. Существует очень простой метод, которому он научился у своей матери: здоровому единорогу нужно коснуться своим рогом рога больного; благодаря чувствительности придатка разница температур легко определяется. Однако Пинки Пай земная пони и поэтому Даск решил немного изменить метод.

Кобыла всё ещё пребывала в задумчивости, когда Даск тускло зажёг свой рог и поднёс его очень близко к лицу Пинки Пай, чтобы коснуться её лба. Для лучшей концентрации единорог закрыл глаза, вечериночная пони же наоборот – от удивления широко их раскрыла, сильнее покраснев.

«Это неправильно! Это я должна удивлять пони! Но сейчас удивляют меня!» Мысленно сказала себе Пинки Пай: это был первый раз, когда её застали врасплох.

— Ну, я не эксперт, но могу сказать, что у тебя всё ещё жар, хоть и не сильный. Лучше тебе пока оставаться в постели – резюмировал Даск, отходя от Пинки, когда закончил измерять её температуру.

— Да... доктор сказал, что после одного или двух дней отдыха я буду в порядке. — сказала Пинки Пай, несколько расстроенная уходом единорога.

— Возвращаясь к вечеринке, тут для тебя кое-что есть, — сказал Даск, разворачиваясь и направляясь к Спайку.

Стоило единорогу отойти, Пинки вновь удивилась, посмотрев на свой по непонятной причине дрожащий хвост.

— Два поворота налево и три направо... это... — пробормотала она себе под нос, но не успела договорить, прерванная Даском.

— Это тебе, счастливой приветственной вечеринки! – хором воскликнули братья. Единорог держал нечто неправильной формы, по непонятной причине дымящееся, но похожее на пирог.

Пинки Пай несколько секунд потрясенно смотрела на пирог, потом взяла его и широко улыбнулась им.

— Спасибо вам! – со своей обычной весёлостью поблагодарила она.

Пинки поднесла пирог ко рту и бесцеремонно откусила, о чем тут же пожалела – её глаза в ужасе расширились, а рот перестал жевать.

— Что-то не так? — спросил Спайк, сбитый с толку выражением лица кобылы.

— Н-ничего, это... восхитительно... – с набитым ртом и странной гримасой на лице ответила Пинки. – Вы его испекли?

Даск и Спайк переглянулись и гордо улыбнулись.

— Да, я замесил тесто и испек его, а Спайк приготовил начинку. – ухмыльнулся единорог. – Мы вдвоём съели все пирожные с витрины и, чтобы не брать ещё с кухни, решили приготовить одно сами.

Даск вспоминал, как они со Спайком спустились на кухню, чтобы приготовить пирог, пока Пинки Пай спит. Дракончик сначала отказывался от этой идеи, потому что никто из них никогда не готовил, но единорог переубедил его, сказав, что кулинария похожа на магию, нужно просто следовать инструкциям из книги и тогда пирог получится просто замечательным.

«Нужно просто следовать инструкциям, разве это сложно?» В то время думал Даск.

Но, когда на лице Пинки отразился ужас, его уверенность в том, насколько пирог хорош, пошатнулась. Поэтому, чтобы не было никаких сомнений в этом вопросе, он подошёл, взял кусок пирога и поделился им со Спайком. Стоило им попробовать, как их лица тут же приобрели то же самое выражение, что и у Пинки Пай.

— Что за!? — раздраженно спросил Даск, когда Спайк вытащил леденец изо рта. — Леденцы!? Почему ты использовал леденцы в качестве начинки!? С каких это пор в пирогах есть что-то такое твердое?!

— Ну, в моих всегда есть драгоценные камни, вот я и подумал, что конфеты придадут такую же текстуру. – так же раздражённо ответил Спайк. – И вообще, ты сказал мне использовать что-нибудь сладкое для начинки. Ну, леденцы сладкие.

— Они не могут быть начинкой! Неудивительно, что пирог такой плохой! — крикнул Даск.

— Ах, так? А что насчёт теста? – парировал дракончик. – Вся верхушка подгорела!

— Ну... — смущенно ответил единорог. — У нас было не так много времени, а в кулинарной книге сказано, что блюдо должно готовиться при температуре 200° в течение 30 минут, а это значит – при увеличении температуры вдвое, на приготовление понадобится вдвое меньше времени. Элементарная математика. — с гордостью закончил он.

— Это не так работает! — закричал Спайк.

— Пффф! – раздался шум, который отвлек братьев от их спора.

— Пффф... Ха-ха-ха! Ха-ха-ха! — громко расхохоталась Пинки, не в силах сдержаться, услышав глупый спор братьев.

Даск и Спайк сначала удивлённо посмотрели на неё, потом переглянулись и, не сумев удержаться, присоединились к заразительному веселью розовой кобылы. Втроём они долго смелись над тем, что началось с ужасного пирога, продолжилось ссорой и закончилось превращением в цирк, который понравился им всем.

— Не волнуйся! Хе-хе! Я научу вас готовить, когда встану с этой кровати. – наконец, перестав смеяться, сказала Пинки Пай.

— Было бы здорово! – с энтузиазмом воскликнул Спайк, хоть он и не признавал этого, но ему нравилось готовить.

Пинки Пай попыталась встать, но Даск остановил её.

— Тебе нужно отдыхать, если ты хочешь поправиться — серьёзно сказал он.

— Но я чувствую себя лучше. – по-жеребячьи надувшись, возразила Пинки. — Кроме того, что мы будем делать, если я остаюсь в постели?

— Хм... что интересного мы можем сделать?.. – задумчиво ответил Даск, уставившись в потолок. — Знаю! Может, будем рассказывать истории? Что-то забавное, произошедшее с нами!

— Оооо... — сказала Пинки, возбужденно открывая глаза и с улыбкой устраиваясь в своей постели.

Бинго! Даск достиг своей цели — привлек внимание Пинки Пай и, таким образом, помешал ей встать.

— Да... это было бы весело. — сказал Спайк, с дьявольской ухмылкой глядя на Даска. – Я знаю много историй о моём дорогом брате.

Даск заметил злую усмешку Спайка и нервно сглотнул, жалея, что подал эту идею, так как его жизнь была полна неловких историй.

Спайк многое рассказал из их с Даском юности: о том, как они вдвоём перерыли весь королевский сад, полагая, что где-то в нём спрятано сокровище, или о том, как Даск подорвал свою комнату, испытывая новое заклинание. Каждая история обычно заканчивалась каким-то особым и, в некотором роде, унизительным «наказанием» от наставницы единорога, из-за чего все они имели комичный финал, вызывающий смех Пинки Пай. Сначала жеребец стыдился всего, что рассказывали о нём, однако заразительный смех розовой кобылы быстро менял его настроение, заставляя смеяться вместе с вечериночной пони каждый раз, когда дракончик рассказывал что-то смешное.

— ... И вот так мы в мешке добрались до Понивилля. – закончил Спайк очередную историю, на этот раз повествующую о том, как они попали в Понивилль.

— Первым классом! Ха-ха-ха! — сказала Пинки Пай, плача от смеха.

— Точно, ха-ха-ха! — Спайк тоже засмеялся. — А теперь, давай расскажу обо всём, что произошло здесь, в Понивилле. Это ещё смешнее! Через что мы прошли здесь, в Понивилле, приготовьтесь смеяться еще сильнее! Начну с того, как в первый день мы встретились с кобылой по имени...

— Мы вернулись! – донёсся снизу голос, прерывая рассказ Спайка.

— Должно быть, Кейки вернулись. – прокомментировал Даск, глядя на дверь, после чего посмотрел в окно и удивился. – Уже ночь?! Да, незаметно время пролетело!

— Так бывает, когда весело! — сказала Пинки Пай с улыбкой.

Единорог на мгновение замер, размышляя над этой фразой, которая оказалось очень подходящей: не только Пинки Пай хорошо провела время – неосознанно, Даск и Спайк тоже наслаждались этим днём смеха. Лиловый жеребец мысленно вернулся к моменту, когда он и Рэйнбоу Дэш смеялись, разыграв коллег пегаски, но тогда к веселью добавлялось чувство вины, потому что в конце были слёзы; сейчас всё было по-другому — он тоже смеялся, но не за счет кого-то, а вместе с кем-то, отчего сам смех казался другим и даже Даск мог сказать, что это было лучше.

— Что ж, Кейки вернулись и уже поздно. — сказал Даск, глядя сначала на Спайка, потом на Пинки Пай. — Думаю, нам пора уходить.

Пинки Пай печально опустила голову и приготовилась встать, чтобы попрощаться с Даском и Спайком, однако единорог быстро подошёл и остановил её.

— Пообещай мне, что будешь отдыхать столько, сколько сказал тебе доктор, — серьёзно сказал Даск. – Я не хочу, чтобы ты болела.

Пинки Пай пару раз удивленно моргнула, а затем опустила голову.

— Знаешь... обычно я более жизнерадостная и забавная, поэтому меня немного беспокоит, что ты видел меня такой... — серьезно сказала Пинки Пай, после чего подняла голову и широко улыбнулась. — Так что да, я обещаю! Я отдохну и восстановлю силы перед праздником Летнего Солнца, и тогда ты познакомишься с настоящей и праздничной Пинки Пай!

— Эээ... хорошо! Тогда, увидимся на празднике. – слегка покраснев, с улыбкой ответил Даск.

«Какая красивая улыбка... мне бы очень хотелось увидеть её снова.» Подумал он, не осмеливаясь сказать вслух о своём желании видеть яркую, весёлую улыбку Пинки Пай.

Спайк тоже попрощался с Пинки Пай, после чего они с Даском покинули комнату, провожаемые взглядом розовой кобылы, особенно единорог: у неё было такое чувство, будто она забыла ему что-то сказать.

Как только Пинки Пай подумала о Даске и увидела, как он исчезает за дверью, ее пушистый хвост внезапно завибрировал.

— Снова эта странная вибрация... — сказала себе Пинки Пай, наблюдая за своим хвостом, и тут она вспомнила, что забыла сказать Даску: при встрече, она рассказала ему и Спайку, что её Пинки-Чувство дало ей странный сигнал, единорог предположил причастность присутствия дракона с ним, было очень волнительно увидеть Спайка, но она забыла сказать им, что этот странный знак был не из-за него! В то утро, до того, как она получила странный сигнал своего Пинки-Чувства, её правая задняя нога покраснела и волосы встали дыбом, что означает предстоящую встречу с кем-то чешуйчатым, возможно, драконом, однако сразу после этого сигнала Пинки Пай почувствовала новый – её хвост дважды повернулся влево и трижды вправо, а сердце бешено колотилось. Раньше такого не случалось, но за этот день сигнал возникал несколько раз: когда Пинки нашла Даска, когда он измерял её температуру, и теперь, когда он ушел. Не было никаких сомнений, что этот сигнал относится к единорогу, но почему именно на него её тело реагирует по-другому? Это был вопрос, который начала задавать себе Пинки Пай и на который бессознательно сама себе отвечала, поскольку чем больше она думала о Даске, тем быстрее билось ее сердце и тем счастливее она становилась

Пинки Пай радостно улыбнулась, открыв ящик тумбочки и достав из него самую дорогую для неё фотографию.

— Может быть... он такой же особенный, как и мои друзья. – сказала Пинки, глядя на фотографию, на которой она стояла рядом со своими четырьмя лучшими друзьями: земной пони, двумя пегасами и единорогом. Она прижала фото к груди и мечтательно посмотрела в потолок.

— Или даже больше, может быть, он... особенный для меня, — с широкой улыбкой на лице произнесла она, ложась спать и наслаждаясь этим приятным чувством счастья.

Тем временем Даск шёл вниз по лестнице, не зная о мыслях и чувствах розовой кобылы. Спустившись, братья встретились с радостными Кейками, что, по мнению единорога, означало хорошие новости от доктора, о которых он не хотел спрашивать, чтобы не вмешиваться в личную жизнь семейной пары.

— Похоже, с моей дорогой Пинки Пай всё хорошо. — радостно сказала миссис Кейк, почувствовав облегчение после того, как Даск рассказал им, чем троица занималась весь день.

— Рад был помочь. — гордо произнёс Даск.

— Дорогая, разве мы не оставили на витрине довольно много пирожных? — с сомнением спросил мистер Кейк, почесывая голову и проверяя витрину.

— Ну... нам... пора идти... — нервно сказал Даск, быстро отходя к двери вместе со Спайком; гордость, испытываемая им несколько секунд назад была смыта волной стыда.

Именно так пара из единорога и дракона оказалась на улице после наступления ночи.

— Теперь мы пойдём в гостиницу? — спросил Спайк, просто следуя за своим братом.

— Да, я наконец-то смогу поспать в приличной постели. – устало ответил Даск. — Кстати, у тебя остались деньги, которые нам дала Эпплджек?

— Да, гостиница очень дешевая. — ответил Спайк; как лучший помощник Даска, он был хорош в математике. – У нас достаточно денег, чтобы заплатить за эту и следующую ночь, как раз до Праздника Летнего Солнца.

— Хорошо. — весело сказал единорог. – осталось всего две ночи, затем ночь празднования, и я наконец вернусь в свою тёплую комнату во дворце.

Его сердце сжалось при этих словах, а уверенность в необходимости возвращаться в Кантерлот поколебалась на секунду. Даск не понимал этого, но уверенность в его словах шла вразрез с его собственными чувствами.

Братья продолжали идти, не обращая внимания на наблюдающую из теней тихо смеющуюся фигуру.

— Хи-хи-хи! А вот и ты. – произнесла женским голосом фигура в тени. В лунном свете было видно только бледное копыто, держащее фотографию Даска и Спайка, стоящих рядом с принцессой Селестией — Наконец-то я нашла его, настоящего прекрасного принца.

* * *

Ну что, вот и новая глава. Да-с, возвращение в режим заняло через чур много времени, простите. Недавно поставил себе новое оборудование и пока не скачал необходимый инструментарий, поэтому скетчи временно отсутствуют. Наслаждайтесь.