# Хь!

Чайн

Making sense? What fun in making sense?©Discord

Количество здравого или не очень смысла в тексте находится в пределах от плюс до минус бесконечности. Это Холлоувилль. Место, которое есть, и которого нет. Местно, которое не показывается. Это не Тартар и никогда не было им. Возможно. Возможно нет. Это место не совсем (не)реально и находится посредине нигде, и именно поэтому, в отличии от Понивилля, не является обычно центром активности.

Что здесь есть?

Старые знакомые с ООС от 10 до 99,9%.

«Злодеи» и антагонисты.(не все)

Здравый смысл каждый шестой вторник каждого первого месяца(в силу отсутствия календарей проверить затруднительно)

Чего здесь нет?

М6. Ещё здесь нет М-5 и МР-5.

Нет великих добрых светлых героев.

Большого(5000+ слов) количества текста.

Здравого смысла.

… Прочитали? Хорошо.

Холлоувилль это Холлоувилль, и повествование начинается с того, как в этом странном городке появляется новый обитатель. Что будет дальше? А это мы узнаем по ходу событий. Здесь и правда нет героев, а текст не слишком поэтичен, художественен и вменяем. Качество скачет, но оно и не обязано быть постоянным для данного произведения о месте не слишком вменяемом.

Вы никогда не задумывались, куда уходят антагонисты после своего якобы уничтожения/поражения? Это очень странный взгляд на этот вопрос. Глав может быть больше чем одна, а может больше и не быть, всё зависит… от чего? Этого мне никогда не говорили.

## День 1: Madness! Madness everywheeeeee!

Хь!

Автор: just_wolf aka Chayn

День 1: Madness! Madness everywheeeeee!

Сознание неохотно возвращалось к нему, тупая боль притаилась в виске, ныла в зубах, пела свою песнь меж стенок черепа, не давая провалиться вновь в блаженство бессознательного. С трудом, мало-помалу, словно проявляющиеся фотографии, возвращались воспоминания. Смутное, размытое пятно. Тысяча лет… возвращение изо льдов, и атака на Империю, на Империю, которая должна была принадлежать ЕМУ… атака, которая потерпела фиаско. Не хватило мелочи тогда, тысячу лет назад, каких-то дней, или может даже часов, чтобы напитать Сердце тем, что угодно ему, и… и… что? Что он планировал делать дальше? Пустота… и боль. Обида. Ярость. Грусть…

Из потока воспоминаний его вырвал чей-то негромкий кашель. Точнее, громкий. Ну, или, может статься, не слишком тихий. И ещё один. Кажется, кто бы ни кашлял, делал он это намеренно, и явно не в первый раз, тщетно пытаясь привлечь к себе внимание, и теряя от этого терпение.

Наконец, он нашёл в себе силы открыть глаза, и невольно вздрогнул, всего лишь от удивления, ибо было чему удивляться. Пред ним стояла дева, возвышающаяся на добрую голову, даже когда он нашёл в себе силы подняться, и, пошатнувшись, едва не упал. Её шерсть была черна, в то время как грива и странного вида пластина на спине оказалась причудливого цвета, напоминающего морскую волну в пасмурный день, когда не видно ни единого луча солнца. Копыта были странны. Казалось, что неведомый творец, уже когда фигура сего существа подходила к завершению, обнаружил, что у него не хватает материала, и спешно изъял какие-то «лишние» куски из передних и задних конечностей, не нарушая, но дополняя общую эстетику незнакомки. Она, а это была именно она, тем временем, внимательно разглядывала его. В подобном молчании прошла минута, другая, прежде чем у незнакомки наконец-то иссякло терпение:

-Ну, ты говорить умеешь или как?

-Умею… — в горле было сухо, словно в пустыне. – Умею.

-Прекрасно. – Кивнула собеседница. – Как насчёт имени? Можешь назвать его?

-С…

-С?

-Сомбра.

-Ну, я бы тебя так не назвала, но раз это твоё имя, значит это твоё имя. Меня зовут Кризалис, добро пожаловать в Холлоувилль.

Разговор, начатый в местности, лишенной каких бы то ни было характерных признаков, продолжался в ней же, но в движении, не иначе как обоим действующим лицам, или хотя бы одному из них, не терпелось сменить декорации.

-Что такое Холлоувилль? Спрашивал Сомбра. — Где он… находится?

-В середине ничто. Ну, или в середине ничего, как тебе больше нравится. – Последовал ответ. – Это не фигура речи, это правда.

-Что… но… как?

-Не малейшей идеи. – Откликнулась Кризалис со вздохом. – Но прибавим шагу, мы почти пришли.

-Пришли…

Он не завершил вопроса. Если сказанное Кризалис было правдой, то они были в нигде, и в нигде же пришли. Однако, если так, то двигались ли они или это был просто мираж? Шедшая впереди, зеленоглазая обернулась, и понятливо улыбнулась, ни сказав ни слова.

Едва заметная тропа петляла меж высоких камней и мёртвых, распростёрших свои лапы-ветви во все стороны, деревьев. Редкие порывы ветра проносили палую сухую листву, но ни единого живого растения не нарушало уныние пейзажа. Небо было затянуто тучами, чёрными, низкими, мрачным… злобными.

-Даже не думай. – Не оборачиваясь, заметила Кризалис. – Мы уже пытались изменить здесь погоду, бесполезняк, она не управляется. Слышал когда-нибудь про Вечнодикий лес?

-Читал. – Уклончиво ответил он. – Здесь то же самое? Неконтролируемый погодный феномен, не поддающийся даже пегасам?

-Ты всегда такой умный?

-Нет, — мрачно ответил он, — иногда я сплю.

-…Знаешь, а ты не так туп, как показался поначалу. – С иронией во взоре произнесла Кризалис. — Я, если честно, почему-то ожидала, что ты будешь рычать, обещать мстить, и нести прочую околесицу, прямо как я, когда… забудь. Кстати.

-М?

-Мантия дебильная.

Мысленно поморщившись и решив внешне никоим образом не выдавать своего смущения, Сомбра продолжал осматриваться вокруг. Ни единого живого существа не было видно, ни единого живого растения. Тропа была бы еле заметной, если бы не редкие камни, с выбитыми на них символами, стоявшими тут и там.

-Кто их сделал?

-Мы.

-Кто эти «мы»?

-Увидишь. Пришли.

Они остановились на холме, где пара пожухлых пучков травы тщетно пыталась изобразить наличие флоры в этом странном месте, а с каменистого холма открывался вид на самого что ни на есть мирного вида деревушку, какую можно было встретить в Эквестрии. Аккуратные одно- и двухэтажные домики, крытые соломенной крышей, а местами даже и черепицей, чистые фасады… самым главным, однако же, было то, что на улицах не слишком большого поселения были пони. Земные, пегасы, единороги, не слишком много, но были, и занимались какими-то своими повседневными делами.

-Кризалис, ты видишь то же, что и я?

-Да… — Спокойно ответила та. – Не думай, что здесь обитают пони.

-Но кто тогда?

-Мы.

-Мы?

-Да, мы. Рой. Те, кому, как и мне, не повезло.

-Я… не понимаю

-Сейчас поймёшь. Эй, ты! – Неожиданно резко рявкнула она, обращаясь к серебристому пегасу. – Ко мне, живо!

Единорог с нарастающим, но тщательно скрываемым недоумением, наблюдал, как приблизившийся пегас молча склонился пред Кризалис, и лишь затем позволил смиренно вопросить:

-Чего желает королева?

-Истинный облик. – Буркнула Кризалис, поморщившись. – Поживей, неохота стоять здесь весь день.

-Слушаюсь.

Это произошло меньше чем за мгновение. Пегас вспыхнул зелёным пламенем, которое опало тут же, и явило пред очи Сомбры существо, несомненно, имеющего схожесть с Кризалис, правда, сделанного, будто бы более топорно. Шёрстки не было, но был панцирь, и были крылья, и рог, и фасеточные глаза, без зрачков. Но, что интереснее, были и клыки, и это сочетание совершенно не желало укладываться у короля в голове. Особенно на фоне того, что точно такие же клыки были и у него самого…

-Нет. – Проговорила его спутница, делая ленивую отмашку существу. – Ты не один из Роя. Я знаю всех своих спящих агентов, но, согласись, ошарашивает, верно?

-Да… подменыши? Кажется, я читал о вас… когда-то.

-Мой Рой. Рой Кризалис. Королевой Кризалис звали меня, пока я не оказалась здесь.

-Я был королём… но что теперь? Почему звали?

-Потому что здесь титулы не имеют значения. Идём, король… ты всё увидишь сам. Пригнись!

Он не успел, и что-то промелькнуло, едва коснувшись, но сила удара была такова, что его отнесло на добрый десяток метров, лишь каким-то чудом не впечатав в булыжник с неясным символом. Что-то синее и частично светящееся взмыло в небеса, и затихал крик «Я УЖАС, ЛЕТЯЩИЙ НА КРЫЛЬЯХ НОЧИ!». Проследив взглядом за направлением нежданного гостя, Сомбра хотел было поморщиться, но обнаружил, что тело его ничуть не болит, и даже жажда куда-то пропала за время пути. Обнаружившаяся почему-то напротив Кризалис мрачно хмыкнула, видя замешательство на его лице:

-Наконец-то ты понял. Здесь нет голода и жажды, и… ты думаешь, что дышишь воздухом? Это ложь. Здесь нет в этом нужды. Здесь нет нужды ни в чём… и именно этим Холлоувилль опасен.

-Что за существо сбило меня?

-Найтмер Мун, одна из нашего клуба, клуба злодеев. Вступай, всё равно делать тебе нечего.

-И чем вы занимаетесь?

-Играем в карты по пятницам, общаемся, и стараемся найти, чем бы заняться… а, и конечно действуем один-другому на нервы.

-Ты хотела сказать «друг…»

-НЕТ! – Огрызнулась Королева.- Я сказала именно то, что хотела сказать! Здесь каждый сам по себе и вынужден уживаться с прочими! Ничего… ты поймёшь. Поймёшь…

Конец пути наступил. Это стало ясно из двухэтажного неприметного здания, над дверью которого висела деревянная табличка с нацарапанной кем-то когда надписью. Не обращая внимания ни на кого, Кризалис зашла внутрь и затащила Сомбру следом.

-Эй, Ди,у нас новенький!

-Привет, Криззи, соскучилась по мне? – С усмешкой откликнулся стоящий за стойкой бар… пони? На пони существо не походило ни разу. Козлиная бородка, разного размера глаза, различные части тел, сшитые или сращенные воедино невесть как и неизвестно когда. Драконикус! – Впрочем, о чём это я? Ты всё ещё злишься на последнюю партию в покер.

-Ты ЖУЛЬНИЧАЛ! У тебя было ЧЕТЫРЕ туза!

-Что я могу сказать? Мне везёт! Что есть удача как не хаос…

-ЧЕТЫРЕ ЧЕРВОВЫХ ТУЗА!

-…упс? Ты относишься к этому слишком серьёзно. Улыбнись, Криззи! – Краткая вспышка, и драконикус, за миг до того протиравший за стойкой стаканы, оказывается позади Кризалис и растягивает той губы в клыкастой ухмылке. – Тебе так идёт эта улыбка!

-Фефи фофе… тьфу. – Едва не отгрызя барконикусу(а как ещё назвать драконикуса-барпони?) когти на двух лапах, глава подменышей всё же высвободилась из неловкого положения, и фыркнула, чуть успокаиваясь. – Хочешь кого-нибудь доканывать? Доканывай его.

-С удовольствием! А, юноша!

-…мне больше тысячи лет. – Выдавил из себя Сомбра. – Я уже не юноша.

-Мне больше полутора. – Отмахнулся драконикус. — Так вот, юноша, ты новенький, а это значит, что тебе придётся пройти ритуал… примкнуть, так сказать, к нашему обществу…

-Зажми уши, если тебе дорог твой разум. – Мрачно посветовала Кризалис, устраиваясь за стойкой. – Это… влияет. Хотя, даже и заткнёшь, то не поможет.

-Что влияет?

-Услышишь.

Краткая вспышка, сопровождаемая клопком копыт незримых зрителей, и таинственный Ди оказывается на самой стойке, но уже в ином обличье. Белая мятая рубашка, покрытая рыбной чешуёй, пурпурный пиджак, зелёный галстук, и, почему-то, напомаженные губы вместе с зелёной гривой.

-И раз, и два, и три, и пятьсот…

Из ниоткуда зазвучала музыка. Не было инструментов и не было исполнителей, а воздух потемнел, оставляя драконикуса в луче света, в то время как он, взмахнув тростью и, сняв с головы цилиндр, начал петь:

Повсюду хаос, боль и страх,

Весь мир купается в слезах,

А в новостях разруха, голод и война.

Но я готов вам дать совет,

Как убежать от этих бед.

Сомнений нет — моя концепция верна...

Слети с кату-ууу-ушек -

Изящно как аэроплан,

Слети с кату-ууу-ушек -

Пустив слюну, станцуй кан-кан!

Дальше было что-то ещё, но Сомбра не слушал, не мог, не хотел. Мир вокруг закрутился волчком, картины смешивались причудливый калейдоскоп. Менялись цвета, менялись измерения и расстояния. Здесь не было ничего постоянного, всё было шатко и зыбко, и реальность казалась неотличимой от сна, от фантасмагорического кошмара, главным героем в котором и действующим лицом в котором был он сам, кошмар. Кошмар пел о себе и мире и мере и тире, а песня обретала плоть и пурпурно-малиновые строки становились раскалёнными кексиками и плавленым сыром, облеплявшим разум, подобно плесени на том же сыре, а плесень галопировала и распевала свою, шипящую песнь о том, как прекрасна жизнь на гниении и свободе…

Щёлк. Кто-то выключил свет.

Щёлк. Лестница.

Щёлк. Дверь. Постер. Великая И…

Щёлк.

Щёлк.

Щёлк. Щёлк. Что-то мягкое вокруг.

Щёлк.

Шёлк.

Шёлк. Сознание исчезает, мир исчезает, и он, Сомбра, проваливается в нормальный, спокойный сон без сновидений.

Королева подменышей вновь вошла через дверь под угасающее сияние своего странного рога, и, устроившись на любимой табуретке у стойки, устроила мордочку на деревянной поверхности. Помолчав с минуту, она устало обратилась к драконикусу, как всегда дежурившему за стойкой.

-Ты жесток.

-Ничуть.

-Я ничего не успела объяснить.

-Не хотела, скорее. Он поймёт.

-Возможно.

-Поймёт, особенно теперь. Привыкнет.

-Как Муни?

-Возможно. Стакан крекеров?

-Нет.

-Кастаньеты?

-…не уверена, что всё должно быть именно так.

-Знаю. Но это даст ему какую-то опору.

-Знаю… не легче. Завтра… я попробую объяснить.

-Вишнёвую ложку?

-Ложки нет… и это он должен понять тоже. Нужно было выиграть эту партию.

-Увы, моя дорогая. Так, хочешь чего-нибудь?

Подняв голову от стойки, Кризалис окинула драконикуса странным взором, и со вздохом кивнула:

-Твоего шоколадного молока. Самого лучшего.

Дискорд молча улыбнулся и исполнил заказ, и все обитатели Холлоувиля могли слышать громкий рёв, донёсшийся со стороны единственного в Холлоувилле паба:

-НЕ НА МЕНЯ, А В СТАКАН, ТЫ КОПЫТОДЕЛИЕ ХАОСА ДЛЯ НАЧИНАЮЩИХ, В СТАКАН! ДИСКОРД, ВЕРНИСЬ, Я УБЬЮ ТЕБЯ, СЛЫШИШЬ?!!

P.S. В эпизоде использован кусок переведённой песни Джокера из комикса The Killing Joke, выпущенного в марте 1988 года. Перевод за авторством Wanker.

## День 2: MaKING sense?

Хь!

Автор: just_wolf aka Chayn

День 2: MaKING sense?

Молния расколола небо напополам, и грохот глухо, но слышен был здесь и сейчас. Темно, тепло. В такие дни не нужно никуда выходить, потому как мокро, сыро, холодно, зябко, противно, скучно, скользко, мерзко, и ваще. Но это в условиях обычных, так что же говорить о местах, не столь приближённых к логике? Да ничего, в общем-то…

Сомбра зевнул и сонно потянулся, слышал за окном перестук капель. Дождь… он не слышал его больше тысячи лет, может даже ещё больше, Кристальная Империя не слишком-то славилась ими, хотя лето или его подобие там всё же были… а затем пришёл он, великий и ужасный, и всё там поломал. Славные были времена… от приятных и сладких воспоминаний его отвлёк тихий скрип. В помещении кто-то был, и сейчас бывшего правителя КИ не слишком-то(впрочем, как и всегда) это устраивало. Будь ты хоть король хоть император, но есть общемировые законы, как то – нельзя просто так взять и выглядеть с утра хорошо, и Сомбра для этих законов исключением не служил. Хвала кому-нибудь, что хоть грива была не слишком-то магичной и потому не развевалась постоянно подобно знамени на ветру, но… и того хватало, и именно поэтому и грива и хвост держались обычно достаточно короткими, чтобы возни с ними было поменьше. А то вычёсываться ещё…не до конца осознавая, что же именно он делает, тем более не понимая, почему, единорог проговорил, нежась под одеялом:

-Мам… это ты?

В ответ, против странного ожидания, раздался тихий смешок, совершенно на голос матери непохожий, а затем такой же голос:

-Даже и не знаю, хотела бы я себе такого сына или изгнала бы при рождении…

И тут он вспомнил всё.

-Крризались!

-Ну, для начала всё-таки Кризалис. – Спокойно откликнулась королева. – А во-вторых доброе утро… сыночек.

Взглянув на клыкастый оскал Её Величества(или Высочества? С утра было как-то совершенно параллельно) единорог, дёрнувшийся было, лишь махнул устало копытом да завалился обратно, то ли спать, то ли просто пялиться в потолок. И результат его не слишком-то порадовал… точнее, не порадовал вовсе.

Нет, с кроватью всё было в порядке, но в остальном… Начать следует с того, что потолок был голубым. Аки небо. Последующее рассматривание показало, что на потолке и было нарисовано небо, судя по косым и странной формы белым пятнам, долженствующим напоминать облака. Нервно подёргивая правым веком, он огляделся по сторонам. На прикроватной тумбочке был мишка, Урса Минор, плюшевый, одна сто-какая-то от натурального размера, однако же, с полным набором клыков, выпиравших изо рта. Подивившись фантазии куклодела, он, с внутренним содроганием, перевёл взгляд на одеяло. Одеяло было розовым, с красными сердечками. Это стало последней каплей для сонного разума.

Издав звук, напоминавший одновременно пожарную сирену и истошный ор кота, которому прищемили хвост дверью, единорог, едва ли не вздыбив шерсть, вспрыгнул на шарообразное навершие одной из ножек кровати, поскользнулся, и, с несдержанными матюгами, упал обратно на кровать, для полноты картины запутавшись в простыню.

-Один-ноль в сторону комнаты. – Лениво заметила Кризалис, наблюдавшая за физическими и душевными метаниями короля. – А Муни думала, что тебе понравится.

Сил ругаться уже не было.

-Му… кто? – Спросил он, вывернув голову так, чтобы всё же наблюдать королеву. – Эта та, которая…

-Которая тебя сбила, да. Наш милый ужас, летящий на крыльях ночи. Эта комната результат её дизайнерской работы. Нравится?

-Честно? – Узрев на стене рисунок в виде розового саблезубого зайца, заглатывающего дерево, он вздохнул, и признался. – Не очень.

-Только Муни не говори, расстроится. А если расстроится Муни, обидится Ди, а если обидится Ди, я выйду из себя, и тогда не поздоровится уже тебе.

-Понял я… тогда… что делать?

-Откуда я знаю? Соври что-нибудь. Врать, надеюсь, умеешь? Нет? Придётся учиться.

-Муни это её… полное… имя?

Кризалис продолжала покачиваться в расположившемся неподалёку кресле-качалке и, с широким зевком, ответила, потирая глаза:

-Нет, полностью её зовут Найтмер Мун, была низвергнута Элементами Гармонии, дважды, второй раз привёл её сюда… может и первый, в общем, тоже… как знать?

-Холлоувилль… так, это не сон?

-Нет… — Совершенно по-королевски фыркнув, Королева повторила, с явным удовольствием. — Сынок.

-Прекрати уже, а?

-Конечно… сынок.

-Спасибо, МАМА. Что теперь?

-Если захочешь, завтрак и прогулка, если нет, что угодно. Здесь никто не будет заставлять тебя делать что-то, так что… ты свободен, как… как птица в клетке.

-Утешила. Завтрак и прогулка, да? Звучит неплохо… пожалуй, я согласен.

-Вот и ладушки.

От местной недогостиницы до местного же паба идти было минуту, от силы. Внутри Сомбра застал странную картину – вчерашний бардраконикус с уютом расположился за барной стойкой, напротив него устроился отчего-то пурпурный клыкастый, словно рисунок Муни, осьминог, а меж ними было поделённое на восьмиугольники поле, на котором разворачивалась битва, если не эпохи, то часа точно. И битва неслабая…

-Перемещаю отряд с пати кэнноном, и огонь по воротам. – Фыркнул Ди. – Недооолго осталось, а?

-Возможно. – Кивнул осьминог. – Мм… ты кидай, кидай…

-Иииии… Шестёрки!

-Мм… ворота снесены, остаётся лишь гарнизон… — Заметил осьминог, отчего-то хитро улыбаясь. – Мой ход?

-Да!

-Открываю карту. Четверть выбранного отряда врага оказывается вашими диверсантами. Выбираю отряд с ПК. Атакую ПК. – Игральные кости застучали по столу. — Успешно. Урон…

-…ээ… фью, она цела.

-А-а-а! – Погрозил ему осьминог щупальцем. — Согласно Кодексу Хаоса «При получении повреждений владелец ПК должен сделать бросок и произвести эффект согласно таблице.». Ну?

-Ф! Фигня! – Фыркнул драконикус. – Ииии… ЕДИНИЦЫ! ЧТО?!! Я же эти дайсы специально свинцовыми черни… ээ… кхм.

-Единицы… — глазки осьминога разгорелись. — При трёх единицах ПК взрывается и наносит свой урон все близлежащим отрядам. Попадание автоматическое. Я выиграл, Ди.

-ГЛУПАЯ ИГРА! Рргх… в следующий раз сыграем во что-нибудь ещё.

-Конечно, а я уже пойду. До встречи.

-Ди… — осторожно осведомился Сомбра, посматривая на закрывшуюся дверь. – Кто это был?

-Да так, знакомый, не обращай внимания. С чем пожаловал?

-Ну… поесть, наверное.

-А, да, посмотри там, на столе. Хлопья что ли были… и шоколадное молоко… кажется.

-КОНЧИЛОСЬ! – Прогремело откуда-то со стороны. — ОНО КОНЧИЛОСЬ, НО НОЧЬ БУДЕТ ДЛИТЬСЯ ВЕЧНО!

-Доброе утро, Муни. – Поздоровалась Кризалис, устраиваясь за столом. – Как спалось?

-Сонно… — Протирая копытом глаз, откликнулась тёмно-синяя аликорна с гривой, напоминающей ночное небо. – А ты?

-Сколько раз тебе говорить? Не делай так, а то соринка попадёт в глаз, будешь плакать…

Слушая разговоры меж Кризалис и Муни, Сомбра тщетно старался вытрясти себя из состояния лёгкого шока. Нет, можно было конечно догадываться, что она умеет говорить нормально, но… утро с Кризалис, осьминоги, пати кэнноны… всё это было как-то… слегка перебором, даже для утра. ОСОБЕННО для утра. Впрочем, рассудил повелитель Кристальной Империи, взяв себе хлопьев и свежесотворённого молока и устраиваясь напротив королевы, к этому придётся привыкать, так или иначе.

-Кстати, Кризалис, — вопросил он после первой пригоршни хлопьев, -а что это было вчера, ну, с песнями-плясками и всем прочим? Что за ансамбль народного творчества в одном лице?

-На этот вопрос… — Улыбнулась королева. –Нам ответит Ди.

-Та-да-да-дааааа… — Что-то рвануло и в воздухе повис белый туман, в котором, не сразу, конечно, но стал виден драконикус в белом лабораторном халате, а меж двух его передних лап искрилась и переливалась пурпурным цветом молния. – Хочешь, я покажу тебе что-то странное и таинственное?

-Нет.

-Ты скучен! Ай! – Молния, которой Ди перестал уделять достаточное внимание, выскользнула из его лап, и, словно какая-то детская игрушка, попрыгала прочь. Драконикус понёсся следом. – Ну а вообще… — голос его продолжал звучать так, словно Ди никуда и не делся. Обернувшись, Сомбра обнаружил, что рот драконикуса остался висеть в воздухе и вещать, что определённо было не самым странным событием за сегодняшний день. – Это инициация. В круг, клуб, и тангенс шара.

-Подробнее можно?

-В Холлоувилле тяжело жить и не сходить с ума, поэтому, для того, чтобы облегчить привыкание к этому месту, мы сводим каждого прибывшего с ума искусственно. Так сказать… правим перспективу.

-И… что?

-И всё. – Драконикус вернулся с молнией, свёрнутой в замкнутую ленту, и, вернув рот на место, продолжил. – Как бы остальное ты заметишь и сам, если не сиреневая лапша в четверг.

-Лаадно… — Решив пока что больше не спрашивать НИЧЕГО, единорог продолжил завтрак. – Спасибо, всё такое…

Спокойно позавтракать, конечно же, ему было не суждено. Откуда-то сбоку раздался шёпот.

-Псст. – Убедившись, что его не слишком замечают, шёпот повторился. – Псст-псст! Штаб вызывает Бру! Штаб вызывает Бру!

-Меня зовут… — Начал было единорог, и, махнув мысленно копытом, решил подыграть. – Бру на связи.

-Штаб запрашивает итоги обустройства Бру.

Попытавшийся осознать, что в данном случае подразумевает Муни, единорог поднял взгляд от миски с хлопьями и взглянул на Кризалис. Королева, откинув прядь гривы с мордочки, с лёгкой улыбкой пояснила:

-Она спрашивает, понравилась ли тебе комната.

Сомбра нервно сглотнул. Вот он, настал момент, когда нужно было что-нибудь соврать. Врать Сомбра не любил. Не то чтобы этого не приходилось делать время от времени, однако же, личных предпочтений короля без королевства это не изменяло.

«Попал» — судорожно подумал он.

-Бру… докладывает. Бру устроился… хорошо.

Сбоку раздался писк и шуршание, после чего всё стихло. Поверивший было в то, что гроза прошла стороной, не задев, что самое главное, его, единорог с явным удовольствием засунул в рот ещё ложку хлопьев, обильно политых шоколадных молоком, и тут пришло ЭТО. ЭТО оказалось ощущение, которое испытывает сплющиваемая тяжёлым промышленным прессом консервная банка. Такой промышленный пресс цвета вечной ночи с детским характером и очень размытым осознанием собственной силы. Каким-то чудом удержать содержимое желудка удалось… а содержимое рта – нет. В воздух взметнулся фонтан из недожёванных хлопьев и шоколадного молока, и когда Сомбра всё же смог открыть глаза, прямо напротив него была мрачная морда Кризалис, вся в бело-коричневом цвете.

-Хочешь добрый и бесплатный совет? – Спросил Ди из-за стойки и ответил, не дожидаясь. – Беги, Сомбра, беги.

И он побежал, оставив за собой паб, уже шатавшийся из стороны в сторону от пронзительного крика:

-СОМБРРРАААААА!!!

-Все пони в этом городе психи! – Вздохнув, он добавил. — Были бы здесь ещё пони…

Он остановился отдышаться, словно забыл или не успел ещё усвоить, что в Холлоувилле в этом не было необходимости. Возможно, что сам он помнил, но тело забыло… не так важно. Сейчас Сомбра, нервно оглядевшись, убедился, что никто его не преследует, и потому он находится в относительной или полной безопасности.

Остановился он у озера, большого, с гладкой водной поверхностью, которую усеивали опавшие кленовые листья, хотя деревьев в округе не наблюдалось. Впрочем, это была такая мелочь. Единорог наблюдал за листьями, играющими меж собой в догонялки, и размышлял… о многом. Что-то привлекло его внимание, пусть и не сразу, но… сначала он даже не понял что именно, пока не взглянул в отражение осмысленным взором. Отражение взглянуло в ответ и усмехнулось.

-Клёво. – Сказал он то ли сам себе, то ли отражению. – Что дальше, а? Конец света?

-Крристаллы! – Прорычало отражение, скалясь в безумной ухмылке. – Ррррабы! Рррыба!

-…причём здесь рыба?

-Рррыба! Рррыба!

Медленно сморгнув пару раз, единорог отступил назад, наблюдая за отражением, которое, конечно, исчезло. Вместе с ним исчез и его искажённый голос. Постояв с пару минут, единорог вновь заглянул в озеро, на сей раз с большей опаской и тем же результатом.

-Рррабы! Имперрия! Мирр!

-Мир? – Ошалело удивился Сомбра. Последнее как-то… не вписывалось. Впрочем… была одна догадка. – Инжир?

-Инжиииррр! – Повторило отражение. – Рррыба!

-Ага. Ясно. Знаешь… я, пожалуй, пойду.

И он пошёл. Это казалось самым разумные решением – в итоге всё лучше, чем беседовать со своим собственным отражением, которое произносило только слова с буквой «р». Может, Дискорд ошибся? Может отражение сошло с ума вместо него, Сомбры?

Как оказалось, от рычащего существа в зеркале было избавиться не так просто, потому как оно было в любом отражающем предмете, мимо которого проходил единорог. Услышав что-то рычаще-раскатистое раз так в тридцатый, Сомбра не выдержал и пошёл к тому, кто мог разобррраться в творрящемся беспоррядке.. или сделать его ещё хуже. То есть, как всегда, все дороги вели к Дискорду.

-Дискорд… я сошёл с ума.

-Поздравляю! Признание первый шаг… к чему-то там. На путь выздоровления мы можем только встать!.. постоять, и уступить место иным, более достойным лицам. Так, что привело?

-ПРРИВЕЛО!

-О, Сомбра, да ты научился чревовещанию! Я тоже так умею, классный трюк! Шик для вечеринок!

-…это не я.

-Прости, не расслышал.

-Это не я, это моё отражение.

-Отрражение!

-Как я и го… сказал. – Выразительно повращав глазами Сомбра изменил последнее слово. – Кажется ты что-то напутал, когда… ини… допустил меня в клуб.

-А. Ага. – Дискорд исчез с яркой вспышкой, чтобы появиться прямо перед вымотанным единорогом. – Ясно. Ну, у тебя есть рычащее отражение. Поздравляю, теперь ты никогда не будешь одинок!

-Ди! Мне НЕ нужно от… мне не нужно это в смеси с эхом, хо… ладно? Можно это как-то… и… об… изменить?

-Конечно можно! Нужно только зеркало и твоя помощь.

-Какого р…

-РРРР!

В наступившей тишине звук стука копытом о лоб был слышен на удивление чётко.

-…какого вида? – Спросил Сомбра. – И… как бы… как долго это займёт?

-Ща-ща. – Заверил Дискорд с хитрой ухмылкой. – А тебе что-то не нравится?

-Да, один пункт.

-? – Знак вопроса, отчего-то чёрно-зелёный, повис в воздухе над головой драконикуса. – И какой же?

-ВСЁ. – Мрачно ответил Сомбра. – Что бы тебе не было нужно, п… начинай.

-Заметьте, не я это предложил!

По непонятной причине отражение не реагировало на чужие реплики. Драконикус, насвистывая какую-то песенку, принялся размышлять, в то время как единорог потратил выдавшееся время, чтобы осмотреться по сторонам. Паб был пуст. Ни единого клиента, кроме него, не наблюдалось.

-Где все?

-То там, то тут, то супчик жрут, а может врут. – Задумчиво ответил Дискорд. – ЗНАЮ! Знаю-знаю-знаю! Где же оно…. Вот!

Щёлчок пальцев, и прямо перед единорогом возникло старое бронзовое зеркало, которое его почему-то не отражало, зато на стекле, точнее, металле, был текст. Единорог, пусть раздражённый и вымотанный, любопытства был унять не в силах. По мере чтения текста он краснел, всё ощутимей и ощутимей, пока из ушей его едва ли не повалил пар.

-Упс! – Спохватился драконикус, заметив реакцию. – Это ж моя читалка, а я её искал! Извини, ошибся, бывает… артефакты такие артефакты…

-Ди… что это было? – Даже после исчезновения читалки Сомбра с ошалелым видом сидел на полу, пытаясь осмыслить происходящее. – Ч.Т.О?

-Эээ… что именно?

-Ну… эр тридцать четыре, эр шестьдесят три Дискорда и… — Поняв свою ошибку, он спешно зажал копытами рот, но было поздно.

-ЭР ЧЕТЫРЕ, ЭР ТРИ, ДИСКОРДА!

-Чтоб тебя… эм… так, что?

-Эээ…

-И, главное, КТО такое мог написать?

-Поверь… — с тяжким отеческим вздохом Дискорд возложил лапу на плечо единорога, и произнёс. – Ты не хочешь этого знать.

-Я… у тебя… одолжу… потом… да?

-Ну конечно! А теперь к делу!

Дело оказалось простым. Нужно было всего лишь встать перед зеркалом, к счастью, уже нормальным, и протянуть копыто отражению, чтобы затем вытащить его на эту сторону. Дальше Дискорд обещал разобраться сам – оптимизма подобные заявления, как водится, не добавляли.

-Готов?

-Нет.

-Тогда вперёд!

Сомбра уставился в своё скалящееся отражение и поморщился. План был плох, идея отвратительна, что уж говорить о тех, кто её реализовывал… но другого выбора у него не было, и если он не хотел терпеть рядом с собой ТАКОЕ семь дней в неделю и двадцать четыре часа в сутки, приходилось идти на крайние меры. Единорог протянул копыто, равно как и отражение с той стороны, и потянул на себя. Зеркало треснуло и разлетелось на части.

-И как мы будем их различать? – Спросила Кризалис, с интересом переводя взгляд с одного единорога на другого. – И можем ли?

-Ррразличать!

-Да запростяк. – Отмахнулся Дискорд. – Сейчас сбацаем одежду.

-Запрростяк!

Щелчок, вспышка магии, и Сомбра обнаружил на себе странного вида… вещь. Куртку, непонятно из чего, чёрного цвета, косого покроя, плотного материала, при этом один рукав доставал почти до пола, второй был оторван где-то в районе колена. Его отражение, по-прежнему скалящееся, оказалось облачено в форму для игры в регби, разве что без шлема. И без того массивный единорог в ней казался просто гигантским. Судя по надписи, шёл он тринадцатым номером.

-Всё равно… — с улыбкой проговорила Кризалис. – Они так похожи. А его мантия мне всё равно не нравилась.

-Ррравно! Нрравилась!

-…это месть, да? – Устало спросил Сомбра, и, не дожидаясь ответа, покачал головой. – Следовало догадаться.

-Ой да ладно! – Фыркнул драконикус. – Тебе нужно всего лишь не вещать слова на букву «р», например «сомбреро»…

-СОМБРРРЕРРРО!

-О, раскатисто вышло…

-РРАСКАТИСТО!

-…убейте меня.

-А я знаю-знаю-знаю! – Запрыгала на месте Муни и захлопала копытами. – Я знаю, как их различить!

-Ррразличить!

-И как же? – Судя по голосу, заинтересована Кризалис была весьма. – Подскажи…

-Это будет СомБРА – показала аликорна на оригинал. – А это СомБРЫ!

-Ррррры! – Активно виляя хвостом прорычал зеркальный двойник, и, накинувшись на аликорну принялся её вылизывать. Судя по звонкому смеху, та ничуть не была против. – Ррры!

-Вот и договорились. – Дискорд довольно потёр лапы. – Вот и славно. Ну, это… я как надумаю чего с твоим отражением, сообщу, ага?

На сей раз зеркальный двойник, занимавшийся вылизыванием аликорны, молчал, и то хлеб. Сомбра кисло взглянул на довольного драконикуса, ещё более кисло на ещё более довольную Кризалис, перевёл взгляд на клубок из Муни и Ры, и обречённо махнул копытом. Что случилось, того уже не изменить, а Тартар в качестве места альтернативного времяпрепровождения стал казаться едва ли не курортом. Впрочем, так он думал сейчас, за свои завтрашние мысли он бы не поручился.

-Знаете что… — наконец заявил Сомбра, отнимая копыто от лица. – Сделайте ему ошейник, так легче будет.

-А это идея! – Подхватил Дискорд. – И как я не додумался?

-…куда я попал…

Кризалис с Дискордом подмигнули друг-другу, и произнесли, абсолютно синхронно:

-В Холлоувилль!

## День 4: Bad unapple

Хь!

Автор: just_wolf aka Chayn

День 4: Bad unapple

Он проснулся. Не то чтобы ему нужно было просыпаться, вернее, не то чтоб ему нужно было засыпать, так как здесь, в Холлоувилле, многие потребности были не такими уж и потребностями, скорее лишь привычками, которых жители придерживались лишь исключительно для того, чтобы не окунуться в безумие с головой. Сомбра, например, предпочитал спать подольше. Не то чтобы здесь был какой-то упорядоченный поток времени, но какая-то смена времени и дня всё же была, но вечной ночи, которую так жаждала Муни, к счастью не наблюдалось.

Его сон оказался нарушен криками и лаем, и если первое, вернее, второе он ещё мог проигнорировать, то первое казалось тем фактором, который игнорировать не удавалось совершенно хотя бы потому, что со вторым или третьим криком стёкла его комнаты вздрогнули и вылетели, отчего-то наружу, собравшись в затейливых стеклянных бабочек, исключительно для того, чтобы потом вернуться на свои законные места. Холоувилль, что с него взять? За окном, оглашая пространство не слишком членораздельными криками Муни выгуливала Ры, разумеется, громко, потому как прогулка конечно же перетекала в очередную игру, вот и сейчас Сомбра мог наблюдать, как Ры носится за летающей тарелкой, которая заворачивала самые странные пируэты и периодически телепортировалась с места на место. Телепортировался и Ры, заливаясь радостным лаем, так что ситуация оставалась патовой. К наличию своего отражения в виде отдельной личности Сомбра привыкал пусть и с трудом. Ну действительно, какого это — видеть самого себя в ошейнике и форме для игры в регби... знать бы ещё что такое регби... при этом отдельно от самого себя? Впрочем, это была не самая худшая часть — хуже было то, что поскольку Ры был отражением, сам Сомбра в зеркале отражаться перестал. Напрочь. От слов «совсем» и «ваще». Дискорд, осознав это, конечно же пообещал всё исправить, но единорог памятуя о прошлом эксперименте предпочёл наотрез отказаться. Не то чтобы это должно было сильно помешать бардраконикусу, но всё же... впрочем, увидев маниакальную улыбку после его, Сомбры, отказа, единорог предпочитал почаще озираться по сторонам и передвигаться короткими перебежками, так... на всякий случай. Осознав, что спокойно поспать ему не дадут, единорог накинул ставшую привычной куртку, которую Ди называл косухой, и вышел прочь. День начинался, и начинался, вроде бы, неплохо...

Несмотря на проведённый мини-тур по Холлоувиллю в исполнении Кризалис и с её же комментариями весьма критичного толка, единорог решил, отчего бы не прогуляться, не осмотреться... тщательно подавляя воспоминания о том, чем закончилась такая прогулка в прошлый раз. Гулять решил он до первой интересности, которая не замедлила проявиться прямо тут же. Тут, то есть там, где находился единорог, была квартира и даже не одна, но другое дело было в том, что не было ни малейшего опознавательного знака касательно владельца пространства за той или иной дверью. Почти не было. На первом этаже оказалась дверь с наклеенным постером, который привлёк своей яркостью внимание единорога. Даты не было, имя было содрано, удавалось лишь понять что единорожка в пурпурном плаще была «Великой и Могучей», в какой области, впрочем, не пояснялось. Осознав, что этой обитательницы он в Холлоувилле не наблюдал, единорог решил обратиться к тому, кто, конечно же, должен был знать здесь всё, то есть к Кризалис.

А Кризалис-то в пабе и не было, был лишь барконикус, играющий сам с собой, кажется, в шахматы. Если можно было считать шахматами кубическую доску, висящую в воздухе, фигуры на которой двигались вроде как сами собой.

-Ди, у меня тут возник вопрос... — Осторожно начал Сомбра. — И даже к тебе.

-Да неужели! — Умилился дух, по каким-то неведомым правилам переставляя лилового ферзя на другую доску. — И что же это? Захотелось чили или жёлтую подводную лодку? А может поесть чили НА жёлтой подводной лодке? Так я могу обеспечить!

-Не-не-не, Дискорд, не-не-не! — Замахал копытами Сомбра, резонно опасаясь худшего. — Всего лишь... спросить.

-Ну так дерзай, дерзай, да не слишком... хмм... — Ди задумчиво потёр подбородок. — ...дерзай.

-Я видел постер на двери, — Осторожно начал Сомбра, — и там была единорож...

-НЕ НАЗЫВАЙ! В смысле, не вспоминай!

-Она что, Та-Кого-Нельзя-Называть?

-Нет, — неожиданно серьёзно откликнулся Дискорд, — Она-Та-Кого-Нельзя-Вспоминать.

-Но почему?

-... пойдём, выйдем, поговорим?

-Эм... ладно?

-Что ж, раз уж ты задался этим вопросом, я тебе даже на него отвечу. — Заявил Ди, покинув паб вместе с Сомброй и облачившись в зелёный костюм с многочисленными знаками вопросов. К костюму, конечно же, прилагалась трость, который драконикус то и дело помахивал из сторону ы в сторону. — И даже наверное честно... Вот, скажи же мне, Сомбра, что же именно ты прочитал там?

-Великая и Могучая... и всё. — Припомнил Сомбра постер. — Это всё, что там было написано.

-Именно, мой дорогой друг, именно! — Зааплодировал Ди, удерживая трость хвостом. — Именно потому, что её нельзя вспоминать! Но, идём же, идём... в том месте, где я дам ответ на все вопросы, что тебя мучают!

-В том числе «что такое регби»?

-Конечно!

Менялась местность вокруг, растительности от этого не становилось больше, по крайней мере поначалу, где-то сбоку промелькнул пруд, кажется тот самый, из которого явился Ры, а так казалось что они кружат по кругу, или даже кружатся … когда краски мира слились в совсем непередаваемую тошнотворную гамму, только тогда ушедший в свои мысли единорог осознал, что его и правда кружит, никто иной, как Дискорд. Конечно, чего же ещё ожидать?

-Ди, прекрати!

-Уже, уже! — Рассмеялся барпоникус, отпуская единорога и театральным жестом показывая местность вокруг. — Оглядись, что ты видишь?

-Что-то.. розовое... и крутящееся. — Честно заявил Сомбра, обхватив голову копытами и сощуриваясь. — ЗАЧЕМ?!

-Так проще понять, что пространство здесь не равно пространству там. — Дискорд указал куда-то в сторону и загадочно улыбнулся. — Итак... внемли же мне, о герой дней минувших! Была одна кобылка, и звали её Т... и была она фокусницей могучей да великой, однако же прибыла она в деревеньку Понивиллем именуемую да встретилась там с единорожкой Твайлайт Спаркл именуемой...

-Той самой Твайлайт? — Ощерился он, вспоминая их встречу. — Не может...

-И быть то может, молодец злой да чёрный. Так оно или иначе, но посрамила Твайлайт нашу Т, да заставила ту Понивилль покинуть, и затаила Т зло в душе великое, удалившись от поней прочих, и попала она в место, Холлоувиллем именуемое. Однако же прошло время неисчислимое, ибо нет времени в мести сим, и получила она письмо особое, и ушла тогда Т и не видели с тех пор её более. Вот так, молодец чёрный да злобный зело, коль желаешь чего ещё узнать, дак вопрошай ты и да будет тебе отвечено.

-Из Холлоувилля можно... уйти?

Это был шок. Вот чего он не ожидал, так это такой вести. С одной стороны было, конечно же, понятно, что раз в это место можно попасть, значит и выбраться из него тоже как-то возможно, но...

-Как? Как отсюда можно выбраться?

-Осмотрись. — Повторил Ди. — Осмотрись же.

Он осмотрелся. Они находились посредине не самых малых размеров кратера, бывшего всё же, кажется, в городской черте. В самой середине имелся почтовый ящик, отчего-то розового цвета. Создавалось ощущение, что он как прилетел с небес, вонзился в землю, да тут и остался. Оставалось ему лишь прорасти...

-ЧТО ЭТО?! — В искреннем омерзении вопросил Сомбра. — Что это и почему оно РОЗОВОЕ?

-Почтовый ящик. — Проговорил Ди, ныне в костюме почтальона. — Однажды в нём может появиться билет с твоим именем, и тогда... тогда ты вернёшься в нормальный мир. Добро пожаловать в нормальный мир, Сомбра, все дела... а до тех пор мы тут все, как скорпионы в банке, как две горошины в одном сосуде, как несмешиваемые жидкости...

-Да понял я, понял! Ох... — Единорог медленно подбрёл к указанному странному объекту, издававшему отчего-то низкое гудение, и вздохнул. Может здесь уже есть и его билетик? — Я, тогда, гляну... угу?

Улыбка пропала с морды драконикуса так, словно бы её и не было.

-НЕ...

Чего «не» Сомбра так и не расслышал. Как только его копыто опустилось на поверхность почтового ящика, гудение достигло просто неприличных масштабов, и с громким «ПИУ!» единорог отправился... куда-то, а куда — он не знал и сам.

...как выяснилось, и не желал знать, потому что в точке приземления было холодно, мокро, и всячески отвратно. Иными словами, это было озеро. То самое. Но, что важнее, так это было то, что он, Сомбра, не умел плавать, а это в данной ситуации могло означать лишь одно — то, что он начал тонуть... ожидаемо, в общем-то.

-Аааргл! Аппфр! Тьфу! Кто-нибудь! Помогите!

Ожидать помощь было глупо, умирать вот так было ещё глупее. В тот момент, когда Сомбра уже приготовился пойти ко дну, над головой раздался голос одного знакомого драконикуса:

-Не любишь воду? Я обожаю...

В доказательство своих слов Дискорд улёгся прямо на воде и принялся за ленивый заплыв туда-сюда. Заплыв конечно же сопровождался костюмом в бело-синюю полоску, крайне классическим, и стаей резиновых утят, которые плыли за драконикусом как за мамой-уткой. Иронии ситуации Сомбра конечно же не разделял.

-Спа... бррл!

-Ты что... — Дискорд поднял Сомбру за ухо так, чтобы над водой торчала лишь его, Сомбры, голова. — плавать не умеешь?

-Нет...

-СЕРЬЁЗНО? — Для подчёркивания драматического эффекта драконикус сотворил очки и нарочито медленно снял их с носа. — НЕТ, ПРАВДА?

-Абсолютно, — подтвердил Сомбра, — так что, ПОЖАЛУЙСТА, отпусти моё ухо, и помогли отсюда выбраться!

-Да ну... — Протянул Ди. — Скучно же. Чего ты боишься? Просто пойдёшь ко дну, пройдёшь по дну и выйдешь на том берегу.

-Я. НЕНАВИЖУ. ВОДУ. — Процедил бывший король, который выглядел сейчас как намокший кот с помойки. — Вытащи меня отсюда, как хочешь, но ВЫТАЩИ!

-Как Я хочу, значит? — Уточнил Дискорд посмеиваясь. — Что ж, да будет... ТАК!

Первое, что осознал Сомбра, так это то, чего отпустили. Второе — что под его крупом резко возник резиновый шар жёлтого цвета, который оказался вовсе даже не шаром, а резиновым утёнком-переростком. А затем Сомбра осознал, что он летит, и не просто летит, а ЛЕТИТ! После пары прыжков на утёнке хрупкое и шаткое равновесие было нарушено и с диким кряканьем утёнок послал единорога по направлению к видневшимся вдали зданиям Холлоувилля, хотя расстояние здесь, как водится, было штукой относительной, и чем дальше, тем более относительной эта штука становилась. Оставшись в гордом одиночестве Дискорд довольно кивнул, отмечая, что Сомбра пошёл низко, а значит к дождю и неплохо было бы запастись зонтом... похлопав утёнка по резиновому боку, драконикус помедлил, достал подзорную трубу, и внимательно присмотрелся, куда же именно привела Сомбру нелёгкая его, Дискорда, лапа судьбы. Сдержанно ойкнув, драконикус спешно перелистал календарь, утёр со лба выступивший пот и продолжил заплыв, поведав напоследок неизвестно кому:

-Почти до следующей главы долетел, прелестно! И, помните, дети, не заплывайте за буйки, особенно если они невидимые!

Утёнок довольно крякнул, и сцена закончилась.

Было такое выражение «из огня, да в полымя», и в Эквестрии оно было, и в Кристальной Империи, и Сомбра его знал, и к текущей ситуации оно не подходило совершенно. Из воды да в воду, именно так мог бы сейчас сказать король, но выражаться ему ныне хотелось исключительно громко и исключительно матом. Пришёл в себя он в чьей-то наполненной ванной, в которую он влетел через окно, разумеется до того закрытое. Вынырнув и-под водной толщи и слегка ошалев от вида горгулий, размещённых по краям ванны, Сомбра огляделся, и крадучись пошёл прочь, вскрыв дверь немудрёным заклинанием. День начался, казалось, лишь недавно, но событий ему, Сомбре, хватило на неделю. Он не желал даже уже знать, чья же это была комната, главное что она по стечению обстоятельств оказалась не так далеко от его, Сомбровской. Единственное на что хватило сил короля, так это доползти, истекая водой и мыльной пеной, стянуть с себя косуху, рухнуть на кровать, и уснуть, в надежде, что в ближайшие лет сто его сон не прервёт никто и ничто.

Как же он ошибался...

ЗюЫю: It's not over yet!

## День 4,5: Family Matters

Хь!

Автор: just_wolf aka Chayn

Утро или нечто на него похожее началось с холодной воды в морду и бьющего по глазам света туда же. Не в воду, конечно же, а в морду. Впрочем, что водой в морду, что мордой в воду, невелика была разница. Сомбра воду не любил. Свет он иногда не любил ещё больше, особенно если тот был яркий. Что уж говорить о том, что со сна и то и другое вместе... определённо не самое лучшее пробуждение... где?

-Проснитесь и сияйте, мистер Сомбра, проснитесь и сияйте!

Голос был незнакомым, и это было не слишком удивительно, ведь здесь... где-то здесь... было много подменышей, ни с одним из которых он не общался, потому как... массовка, что с ней взять? Может и зря, но... увы, такова была, как говорится, се ля ви. Хуже было только то, что верёвки впивались в тело и это было неприятно.

-Кто вы? — Спросил он, стараясь выиграть время. — И какого параспрайта вам надо?

Вам, определённо. Когда его голос затих, единорог смог различить потаённое рычание и расслышать странные сосуще-причмокивающие звуки, об источнике которых он старался не думать. Действительно его похититель был не один, и это удручало.

-Мистер Сомбра... — Продолжал первый голос. — Вы совершили серьёзное преступление, за которое вы должны понести наказание.

Место было незнакомым, да и вообще ничего не было видно из-за света лампы, направленной в лицо. Сомбра повёл было головой, пытаясь применить телекинез, но сияние угасло тут же, словно бы его и не было. «Не круто.» — Мрачно подумал бывший король. — «Определённо не круто».

-О чём вы говорите?

А вы не знаете, мистер Сомбра? — Вопросил первый голос. — Действительно не догадываетесь?

-О чём?

-Мистер Сомбра, расскажите как прошёл ваш вчерашний день, и тогда, наверное, вы осознаете свою вину.

-А... день. — Сомбра поморщился, прикрыл глаза и принялся вспоминать. — Я проснулся от лая Ры за окном, потом увидел на одной из двери постер, и пошёл искать Кризалис, чтобы расспросить её о пони на картине, однако же Кризалис не нашёл, зато нашёл Дискорда. Далее я поговорил с ним, он ответил на мои вопросы, а дальше... дальше... не так важно.

Вспоминать, как его послало в полёт через весь Холлоувилль не очень-то хотелось, хотя, учитывая, что это допрос...

-Вы ошибаетесь, мистер Сомбра. — Голос был явно мужской, по крайней мере так казалось. — Это очень важно. Постарайтесь припомнить всё, что было после того, как вы имели беседу с Дискордом.

-Я коснулся розового почтового ящика... — Осторожно начал Сомбра, потому как в пересказе повествование казалось совершенно нереальным и фантасмагоричным. — И он запустил меня прямо в озеро. Оттуда меня резиновым утёнком Дискорда запустило в некую комнату, в ванную...

-Что вы делали потом, мистер Сомбра, после того, как оказались в... ванной?

-Пошёл в свою комнату, спать, сил больше не было.

-Прекрасно, мистер Сомбра, на этом, думаю, и закончим.

Лампа выключилась, свет полыхнул, больно ударив по глазам, и когда Сомбра пришёл в себя, то оказалось что вокруг даже никакая не пыточная, как могло подуматься ранее, а просто подвал, самый обычный подвал самого обычного дома, минотавр в форме стражника, Муни с леденцом во рту... словом, конечно же, ничего необычного или выда... СТОП!

-Кто вы? — Ошалело спросил единорог, глядя на допрашивавшего верху-вниз. — Почему я вас раньше не видел?

-Это не так важно, мистер Сомбра. — Минотавр развязал верёвки и повёл рукой в сторону двери. — Можете идти... или же... желаете добавить что-нибудь ещё к своим показаниям?

-Да... — Сомбра мрачно хмыкнул, потирая затёкшие конечности. — Горгульи... да и сама ванная, были точь в точь, как та, что была у меня когда-то... дома.

-Это... очень ценное дополнение.

-Я знаю.

Оставалось лишь развернуться, пафосно взмахнув полой плаща и уйти в закат, если бы не одно «но»... впрочем, даже не одно, а целых два — не было плаща, да и заката как-то тоже не наблюдалось. Было и третье «но» — уйти ему не дали. Почувствовав на своей многострадальной конечности мощность сжимающегося промышленного пресса Сомбра поспешно выдернул конечность из крепкой хватки... чего ему тоже сделать не дали. На этой самой конечности повисла, жалобно глядя снизу вверх одна аликорна ночного цвета. В одном переднем копыте был у неё леденец, который она пожёвывала, вторым же она охватывала конечность Сомбры, и отпускать явно не собиралась... услышав невнятное «фывыфывыфы», донёсшееся из её рта, Сомбра соизволил уточнить:

-Что?

Вытащив леденец изо рта Муни моргнула, и взглянула не единорога большими круглыми глазами.

-Прости меня, Бру...

-За что?

-Ну.. — Уставилась в пол Муни. — Я... меня попросили тебя сюда дотащить, и... ну... вот. Прости меня пожалуйста-А-А-А!

Сначала его ослепили, потом раздавили, а сейчас вдобавок ещё и оглушили! День определённо начинался здорово, как не крути, но, что было хуже всего, так это то, что Сомбра совершенно не знал, что же делать с плачущими детьми, опыта не было, да и взяться ему неоткуда было также. Напрягши все доступные и пару недоступных извилин единорог сделал то, что советовал ему инстинкт самосохранения, а именно прижал аликорну к себе и принялся гладить по эфемерной гриве. Ры, находившийся где-то в уголке, довольно заворчал. Слова не находились — ну не умел Сомбра успокаивать, за что сейчас и расплачивался. Впрочем, вопрос был задан, так почему бы не ответить?

-Нет, Бру на тебя не злится... — негромко проговорил он. — Совершенно.

-...совсем-совсем? — Переспросила Муни. — То есть... совсем-совсем-совсем?

-Ни капельки.

-УРА!

Хорошая новость — его отпустили. Плохая новость — его тут же сжали в объятьях снова раза в два сильнее предыдущего. Хорошая новость — снова отпустили. Перед самым взором Сомбры ныне была радостная-радостная аликорна со слезами на глазах.

-Бру! С самым что ни на есть серьёзным видом произнесла она. — Ты классный! Держи вкусняшку!

-Но я... фе фюфю...

Сладкое Сомбра не любил, но признаться в этом сейчас значит навлечь на себя кучу неприятностей, может даже и хорошо, что он не успел этого сделать... Радостная Муни сбежала вместе с Ры, минотавр ушёл ещё раньше, и Сомбра уже было подумал, что его оставили в покое, но... радостный, даже слишком радостный для столь раннего утра голос с ехидцей произнёс:

-Это было так мииило!

-Фафифо... — Почему он до сих пор держал этот леденец во рту? Леденец, который совсем недавно лизала Муни.... Судорожно вытянув изо рта сладость и, кажется, покраснев при этом(хвала тёмной шерсти!), Сомбра взглянул на Кризалис и лишь затем робко вопросил. — Конфетку будешь?

-Откажусь. — Качнул головой Кризалис, и добавила. — Сомбра... нам нужно поговорить.

Единственным ответом ей послужил приглушённый стон да стук лба о деревянный пол.

-Куда мы идём?

-Увидишь.

-Решила надо мной поиздеваться? Если да, то мне уже хватило.

-Ну... разве что слегка. Ты против?

-Нет... то есть, да!.. но тебя же это не волнует, верно?

-Совершенно!

-Так я и думал...

Всю дорогу до итоговой точки из точки исходной, которые, по мнению некоторых, были на самом деле одной и той же точкой(или кошкой, зависело от времени недели и суток дня) Сомбра жевал леденец. Конечно же он мог бы его выкинуть, но при малейшей мысли об этом перед глазами вставала взрослая аликорна с детским нравом, и потому единорог предпочитал жевать и по возможности помалкивать, временами посматривая на низкие облака, и, если казалось, что Кризалис не смотрит, на её плот, который круп.

Там, где они остановились в итоге не было ничего, то есть совсем ничего — ни единой лишней травинки или деревца, даже лишнего камушка, и того не было, так что ни присесть, ни даже долбануть было нечем о голову собеседника. Хорошенько оглядевшись Сомбра вытащил изо рта почти что дожёваный леденец и вопросил с подозрением:

-Зачем мы здесь?

-Я хочу показать тебе... кое-что.

-Кое-что?

-Да... нечто.

-Именно здесь?

-Именно здесь...

Королева подменышей огляделась, словно проверяя себя, стукнула копытом о землю, и мир вокруг изменился. Ныне они стояли у самого входа массивного строго замка, простиравшегося вширь и вдаль, а шпили башен его стремились к небесам. Замок был мрачен и мрачен весьма, но, странное дело, при взгляде на него в груди возникало некое чувство, которому Сомбра так и не мог подобрать названия. Должно быть это была...

-Ностальгия. — С удивлением проговаривает он, осознавая и протягивая копыто к строгой серой каменной стене. — Иллюзия?

-Да... из лучших, из местных. Знакомое местечко?

-Мой дом... бывший. Ты не можешь воссоздать вот так просто место, которое не видела... ты была там?

-Была... пошли.

-Но иллюзия...

-Ничего ей не будет. — Недовольно проговорила Кризалис и притопнула копытом. — Живей. Ты же не хочешь чтобы я разозлилась?

Сомбра не хотел. Слишком уж за последние дни было много всего, и потому он первым вошёл внутрь. Залы были знакомы, даже слишком знакомы, и от этого становилось как-то не по себе. Иллюзия была реальна и осязаема, и оставалось лишь диву даваться почему пол не проваливается под копытами. Он шёл и шёл, сам не зная куда, но слышал, как Кризалис следовала за ним, наблюдая с явным интересом, и, кажется, пялясь на его круп. Мысленно фыркнув Сомбра огляделся и прислушался. Что-то привлекло его внимание, но что..? Смех. Отдалённый, он становился всё ближе и ближе, до тех пор, пока из-за поворота не выбежали очень быстро два жеребёнка, единорожек и аликорна, и не скрылись за одной из дверей. Мотнув головой и отгоняя наваждение, если это было одно, Сомбра громыхнул открывшейся дверью и отправился следом. Смех тем временем становился всё ближе. Жеребяческий и звонкий, он отражался от каменных стен и отдавался эхом средь пустых залов, постепенно вновь становясь всё ближе и ближе. Дверь справа оказывается охвачена телекинезом и распахивается, открывая проход в комнату, а затем, оттуда, в ванную. Знакомую ванную комнату, с роскошной ванной, по краям которой располагались статуи горгулий, а в самой ванной веселились жеребята, плеская друг на друга водой с мыльной пеной и звонко хохоча. Один маленький чёрный единорожек с непривычно изогнутым рогом, и одна аликорна молочно-серого цвета с серебрящейся длинной гривой... Сомбра открывает было рот, оборачивается... и замирает. Перед ним стояла та самая аликорна, наблюдая за той же самой картиной, только на этот раз она была взрослой, куда выше него, Сомбры... прежде чем он успевает издать хотя бы звук аликорна вопрошает:

-Ну что, узнал?

-Не может... быть...

-Может-может! — Усмехается та, и вновь оборачивается Кризалис. — Или тебе мозги отшибло за последнюю тысячу лет?

-...сестра? Аши...

-Давно уже не Аши! — Отмахивается та, и, придвинувшись к Сомбре, ухмыляется. — Кризалис, братишка... Кризалис.

-Не думал, что увижу тебя вновь.

-Взаимно. Где ты пропадал?

-Меня заключили во льды на тысячу лет. Селестия...

-Окей, мой возлюбленный брат-отморозок! Что ж, ничего удивительного, ты никогда не отличался умом и сообразительностью!

-Кто бы говорил!

-Да как ТЫ смеешь со мной спорить?!

-СМЕЮ!

-ЗНАЕШЬ ЧТО... — Кризалис запнулась посредине фразы и заговорщицки улыбнулась. — Решим спор старым способом?

Сомбра оскалился и кивнул.

-Идёт.

В сторону Холлоувилля надвигалась буря. Буря, что была куда страшнее местной непостоянной погоды, хотя бы потому, что эта буря имела тысячелетние корни братско-сестринской вражды, и раз вражда эта насчитывала далеко не первый год, то и прекращаться она в скорости не собиралась. Бывшие на улицах подменыши взглянули в сторону приближающегося чёрно-зелёного облака и спешно бросились по домам, подальше от активно перемещающейся зоны боевых действий. Не помогло. После рыка, который мог бы издавать дракон с уязвлённым самолюбием, с домов послетали крыши, а после того, как по Холлоувиллю прокатилась ещё и волна зелёного пламени начали слегка течь стены, достаточно вскоре, впрочем, вернувшись в исходное состояние — город приходил в себя. Наконец, облако странного вида распалось на фигуры Сомбра и Кризалис прямо у городской черты. И он и она тяжело дышали, и, конечно же...

-Я выиграл!

-Нет, я!

-Нет, я!

-Да неужели?

-Сестра!

-Брат!

-Сестра!

-Брат!

-СЕСТРА!!!

-БРАТ!!!

-СЕСТРА… тебе не кажется, что мы звучим как парочка идиотов?

-Кажется. — Кризалис попыталась поправить причёску, но бросила это бессмысленное дело. Показав брату язык она оскалилась. — И всё же выиграла я.

-Мечтай дальше.

Разговор оказался прерван ожидаемо-неожиданно, как, по отсутствующей логике вещей, и должно быть в Холлоувилле. Когда над ними раздался голос Дискорда, Сомбра даже ничуть не удивился... почти, подсознательно ожидая, что произойдёт что-то... этакое.

-Тише, дети, тише! — Дискорд щёлкнул пальцами, сотворяя странного вида фотоаппарат. — Придвиньтесь ближе... ещё ближе... а теперь брат может поцеловать... не то... вот, так, да!

-Почему у меня самые дурные предчувствия? — Шёпотом спросил Сомбра Кризалис. — А, сестра?

-Ощущение постоянного подвоха это адекватная константа при общении с данным реципиентом. — Показала Кризалис язык брату и усмехнулась. — Понимаешь, да?

-Ты что, словарь?

-Пф! От словаря слышу!

-Дети, дети! — Дискорд пощёлкал пальцами, к счастью, без спецэффектов, и, подняв вспышку, улыбнулся. — Фотография на память! Сейчас вылетит птичка!

-Какая ещё...

Вспышка света, и, словно в кошмарном сне, или каком-нибудь фильме, единорог наблюдал расширенными глазами, как в его с Криззи сторону из объектива в замедленной съёмке вылетает массивный пингвин, отчего-то наряженный в костюм цыплёнка и жутко кукарекающий при попытке махать своими крылышками.

Бум! Чавк! Шмяк!

Снимая с себя «птичку» Сомбра лишь мрачно усмехнулся — фотография обещала получиться что надо. Слезать птичка отказывалась совершенно. Ощутив, как внезапно с его груди словно свалился камень(что фигурально что реально), единорог вдохнул, взглянул вверх, и перестал дышать, обозревая открывшуюся картину. Кризалис, стоявшая на задних ногах, подняла пингвина над головой, и над Холлоувиллем вот уже в который раз раздался крик королевы подменышей:

-ДИСКООООООРД!

Под аккомпанемент этого вопля бедный пингвин отправился в обратный полёт, навстречу со своим создателем. Раздался звук взрыва и хруста о камень, и когда рассеялось поднявшееся из ниоткуда облако пыли, оказалось что пингвин всё же впечатался в стену дома, и таки придавил Дискорда, на морде которого было написано выражение крайнего шока. Криззи была явно довольна получившейся картиной. Сомбра, всё ещё лежащий на земле, нашёл в себе силы лишь слабо уточнить:

-Сис... ты, случайно, с Шайнинг Армором не знакома?

-Знакома... — с подозрением протянула Кризалис. — Доводилось... кхм... встречаться. А что?

-Да так... мы с ним как-то поспорили, что он не сможет бросить свою жену. — Нервно улыбаясь ответил Сомбра. — Вот.

-Ты чего-то недоговариваешь, братец. — Проговорила королева, помогая единорогу подняться с земли. — Но что?

-Ну так... он её бросил... в меня. Ну, как ты этого пингвина.

-Если это намёк...

-Кстати его зовут Рональд. — Произнёс Дискорд, вклинившись между близнецами. — Очаровашка, правда? Он будет жить с нами.

Ошалелый пингвин покосился на духа хаоса, покосился на близнецов, и поспешно закивал. Выбора ему, разумеется, не оставили...

-Знаешь что, сис... — Задумчиво проговорил Сомбра, наблюдая за этой картиной. — Предлагаю закончить на сегодня, и продолжить... завтра.

-Идёт!.. — Согласилась королева. — Но выиграла всё равно я.

-Н... — Единорог поднял взгляд на кобылку, которую он и не чаял уже увидеть, и медленно кивнул. Сейчас можно. — Ну ладно. Тогда я требую реванша!

-Я тебя обставлю в любой день недели, братишка... а пока... пошли спать, день и правда был тот ещё.

Направляясь за сестрой, которую он не видел больше тысячи лет, Сомбра пытался и всё не мог отделаться от одной мысли, настойчиво бьющейся в голову, как мотылёк о стекло, и мысль эта была...

«А может быть здесь не так уж и плохо?»

## День V – Wr(ong/ight) Way

Хь!

Автор: just_wolf aka Chayn

Утро. Казалось бы, что может быть спокойней и чудесней? Тишина, лишь колышутся стебельки травы под лёгкими порывами ветра да едва слышно стрекочут кузнечики, напитываясь каплями утренней росы, отблескивающей в пока что ещё не набравших лучах силу солнца...

Так? Да. Для всех. Везде. Кроме...

-ДОБРЫЙ-ДОБРЫЙ-ДОБРЫЙ ДЕНЬ дорогие мои слушатели! — Раздалось над самым ухом. — Я? Вэй Ви, ра-ра-ра-рада приветсвовать вас и поздравить с наступлением нового ночетра или днячера, ну це кому яки нравицэ больши. Но отбросим размышления и сомнения! Ура, трепещите и внемлите, только сегодня и только у нас, свежие новости!

Первым порывом единорога, когда над головой начал звучать весь этот шум и гам была самая естественная из всех доступных для пони реакций — взять и у... дарить, да так, чтобы у источника звука звёздочки посыпались отовсюду откуда только можно, и, желательно, откуда нельзя тоже. Однако же, единственное, чего добился бывший правитель Кристальной Империи, так это того, что неизвестным предмет со смачным «ПДЫЩЬ!» врезался в стену, пробил её насквозь, и вылетел куда-то за пределы дома. Шокировано моргнув пару раз единорог не сразу рискнул оглядеться, чувствуя на своей талии(то есть месте, где он был тоньше всего) определённое давление. Источником сего давления оказались две конечности, принадлежавшие знакомой весьм авладелице — Кризалис, его, как выяснилось, сестрице, которую когда-то звали...

-Не знаю о чём ты думаешь... — Сонно пробормотала королева подменышей. — Но лучше забей, на всякий случай.

-...на что? — С опаской уточнил Сомбра.

-На всё. — Сопроводили кратким зевком ответ. — Всё равно не поможет, а нервов потратишь меньше. Поверье мне, я пыталась.

-Ну ладно... — Осторожно протянул севший на кровати единорог и, пронаблюдав за тем, как сначалаа вернулось в исходное положение радио, а вслед за этим и стена заросла так, словно бы её и не было вовсе, не стены, разумеется, а дыры, он, всё же, рискнул оглядеться.

Чёрное с одной стороны и зелёное с другой одеяло. Тёмные занавеси. Зелёные, сочащийся слизью потолок... не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, где же именно он находится, особенно учитывая что хозяйка комнаты находилась прямо вот совсем рядом.

-Ты дурак, да? — Кризалис, что неудивительно, отличалась по утрам дурным настроением... впрочем, не более чем обычно. — Ну, ладно, на дурака не тянешь, так, полудурок. — Там регулятор громкости есть.

-... единорог, найденный на окраине Холлоувилля, согласно отчётам, пришёл в себя и вполне себе жив, цев, и здорофф, впрочем, – радостно сообщил голос из радио, которое, конечно же, не нуждалось в такой фигне как питание, — для Холлоувиля подобное не новость, так что продолжаем. — Пауза. Ещё пауза. И ещё немного пауза... видимо диктор осознала маленькую проблему, которой, с отвратительным для раннего утра оптимизмом она и не замедлила поделиться. — Кажется, это единственное событие за сегодня... вчера... и позавчера... так что, посчитаем это новостью! А раз новости кончились, то сейчас немного музыки! Итак, сейчас вы услышите песню фшшврр...

С явным удовлетворением во взгляде брат с сестрой переглянулись и тут даже стороннему и незнакомому с ними зрителю было ясно, что в столь ранний час на двоих была одна мысль, не замедлившая проявиться большими, неоновыми буквами:

ЗАВТРАК.

Добавить было нечего.

Завтрак проходил спокойно. Не то чтобы хоть кому-то из Холлоувилля нужно было есть, но привычка была что вторая натура, и потому, даже исподволь? ненавидя друг-друга, что особенно часто случалось по утрам, когда способные, в обычное время, к испытанию иных чувств злодеи были, всё же, на иные чувства неспособны, и несколько менее часто в прочие времена недели на отсутствующих листах сферического календаря в вакууме, группа злодеев собиралась в таверне, пусть и не совсем в одно время, и пыталась поесть. По возможности спокойно. Удавалось это, разумеется, редко. Вот и сейчас Сомбра жевал хлопья, слабо обращая внимание на реальность(и та, в свою очередь, совершенно не обращала внимание на него) и запивая их шоколадным молоком, когда уловил отвратительно бодрый голос Дискорда, доносящийся со стороны, с Вэй Ви, кем бы она не была, он ни в како сравнение не шёл. Дух хаоса, разумеется в жилетке под свой окрас, и с алым галстуком-бабочкой, отчего-то с хитрым взором спросил у королевы:

-Не выспалась?

Сказано это было настолько участливо, что своим ушам Сомбра отказывался верить и даже вознамерился сделать с ними... что-нибудь, сдать по гарантии, например — Дискорд определённо плохо на него влиял. Сам богодух хаоса сложил лапки на груди, и отчего-то этих лапок оказалось четыре пары(для интересующихся — крабьи, рысиные, лягушачьи и два щупальца кальмара, куда при этом делся основной набор было, как и всегда, неведомо), и наконец-таки дождался того момента, когда чёрная и рогатая поднимет голову от своей миски и осведомится:

-Тебе-то что?

-Да так, — Повёл Дискорд правым рядом лап. — Любуюсс...

После фразы, сказанной ТАКИМ тоном не начать подозревать Дискорда мог только на редкость недалёкий поняш, каковым Кризалис, конечно же, не являлась.

-...Диско-о-орд? — Протянула Кризалис, прожёвывая очередную порцию хлопьев. — Что ты имеешь ввиду?

-Да так... — Скопировал дух хаоса сам себя. — Я, говорю, футболка классная.

-Чт...

Сомбра перевёл взгляд на Кризалис и медленно сморгнул, не в силах переварить умственно или как-то ещё картину, представшую перед его глазами. По утрам выглядеть хорошо невозможно, будь ты герой, будь ты бог, будь ты хоть сам дух хаоса или принцесса Селестия, и к нашим героям относилось то же правило. Например, грива Криззи была ныне стянута в пучок, но это ещё смотрелось, хоть как-то, но смотрелось. Другое дело розовая и длинная футболка, или, вернее, ночнушка, с рюшечками и блестючей надписью «Лучшей королеве от благодарных подданных»... это был тот редкий миг, когда Сомбра пожалел о том, что он не пьёт, хотя если последнюю тысячу лет он не пил, потому что не мог, а до того потому что было некогда, то сейчас исключительно потому что нечего. Глядя на замершую Кризалис единорог предпочёл подхватить неиспользованную миску, нацепить ей на голову вместо каски, и, рухнув под стол, как в окоп, ползти прочь от предполагаемого места взрыва. Разумеется, не в одиночестве — к нему тут же присоединилась обитавшая в местном подстолье Муни, которая оказалась предусмотрительнее — вместо каски у неё был дуршлаг с отпиленной ручкой. Где она его взяла был вопрос, конечно, отдельный, но факт оставался фактом — так было. Ры, разумеется, как и полагается верному псу, был рядом. Взвизгнув радостно, зеркальный двойник не слишком большой разговорчивости накинулся на рядового Бру и принялся того вылизывать.

-Ры, фу, фу! — Попытался было отбиться Сомбра, не слишком, впрочем, успешно. — А... БРЫСЬ!

-БРРЫСЬ!

Среагировали одновременно Муни и Ры, и если второй отпрянул в сторону, то первая, наоборот, приблизилась, и осведомилась с видимым подозрением на мордочке.

-Рядовой Бру... — Со всей серьёзностью произнесла Муни. — Откуда вы знаете кодовое слово?

-Э... удача, мэм!

-Для вас сэр.

-Э... так точно, сэр!

-СЭРРР!

-Так-то лучше — с широкой улыбкой заявила Муни, и улеглась на пол рядом с Сомброй. — Рядовой Бру, — и это уже было сказано заговорщицким шёпотом, — от кого вы прячетесь?

-От большогого бабаха, тут моя сис, кажется, того...

-Уууу?

-...точно, ууу...

Завыв было как приведение Муни прижала к земле активно дышавшего Ры, и прижалась к земле сама. Так, они затаились в подстолье, все трое, и ожидали взрыва слов и действий от одной конкретной чёрной бомбы... взрыв, который так и не состоялся. Выползая из-под стола они обнаружили в помещении лишь Дискорда в больших пурпурных очках, отчего-то смотрящегося на часы на одной из своих лап. Тяжело было сказать которой, так как они постоянно менялись местами. Лапы, не часы.

-Аа... где сестрёнка? — Рискнул спросить Сомбра.

-Я за неё.

-Не-не-не, драконикус, не-не-не, — машинально попятился Сомбра от такого предложения. -Ни за что. Это... она ушла?

-Ну да.

-Без ругани?

-Ну да.

-... это же невозможно!

-Это Холловилль, детка! А вообще у неё... особые дни.

-Э...

-Нет.

-И...

-Тоже нет.

-Но даже не дал мне договорить! И, кстати... ты читалку обещал.

-Да я и так знаю о чём ты думаешь. Все вы, кольты, одинаковы. Не дам. Хм... о. Кажется, началось.

-Началось... что?

Впрочем, скоро стало ясно, что именно. Неожиданно Сомбра ощутил, как его тело становится легче и легче, при этом всё круглее и круглее, однако теряя в объёме, в то время как конечности как-то подозрительно полувтягиваются и и, следующее что он ощутил, это необычайно болезненно-прочную лампу на потолке.

-Ой!

Даже голос его изменился, стал намного-намного выше, словно кто-то надышался гелием, и этим кем-то был явно не Дисокрд.

-Что случилось? — Испуганно икнул Сомбра. — Дискорд! Я тебя спрашиваю!

-ДИСКОРРД, СПРРАШИВАЮ! — Вторил ему Ры в нормальной зелёной каске, раскрашенной, отчего-то, во все цвета радуги.

-А, ты не удосужился прочитать надпись на этикетке. — Покивал драконикус. — А я даже честно предупредил, что в сегодняшних хлопьях взрыв вкуса с неожиданными последствиями. Тебе вот, такое досталось.

-Свось! — Пискнул Сомбра, который отчего-то лишился способности нормально произносить слова. — Дись свось!

-Да-да, конечно-конечно... — Покивал драконикус, потирая в предвкушении лапы. — Здесь кое-чего не хватает...

На этот раз у барконикуса появились усы, такие, чёрные и с завитушками, а также чОрный злодейский плащ, полы которого он тут же принялся подкручивать вместо усов. Богам хаоса, как водится, закон писан не был. Следующее, что почувствовал Сомбра, это как его хвоста что-то касалось, из-за чего он стукнулся о лампу ещё раз, а потом...

-Муни, хочешь шарик?

Вопросил Дискорд добрым-добрым голосом, и Сомбра осознал, КАКОЙ именно шарик предлагают аликорне. Это был конец. Его лопнут от переизбытка давления, и вся его жизнь потеряет... жизнь. Как-то неправильно это звучало. Спешно оглядевшись и загребая лапами воздух он расширенными от ужаса глазами увидел бронзовое зеркало-читалку, оставленную Дискордом на стойке. План в воспалённом сознании родился мгновенно. Извернувшись, Сомбра кусает духа хаоса за лапу, и, загребая воздух всеми доступными конечностями, а также работая хвостом как пропеллером, летит в сторону стойки, с трудом погружается, оттолкнувшись от потолка, до стойки, хватает читалку и бросается бежать. Вслед в унисон донеслись два голоса:

-МОЯ ЧИТАЛКА!

-МОЙ ШАААРИИИИК!

Ры присоединился чуть позже.

-ШАРРИК!

Этого, впрочем, Сомбра уже не слышал.

Он летел, потому что надо было лететь, прочь, как можно дальше, сжимая в копытах приз, который, несмотря на все его усилия, выскальзывал до тех пор, пока, наконец, не скрылся внизу. Лишённый баланса, Сомбра кувыркнулся несколько раз в воздухе, и, оглядевшись, с ужасом осознал, что его уносит куда-то вверх, и что он не мог с этим ничего поделать...

ШМЯК.

Здесь что, небо плотное? Такова была его первая мысль, и мысль эта была ошибочна. Поднявшись с земли, а, точнее, с пола, бывший правитель Кристальной Империи осмотрел себя, и порадовался, что он больше не летает, да и форма прежняя к нему вернулась — чем бы не был этот пресловутый взрыв вкуса, он закончился, и можно было расслабиться. Оглядевшись по сторонам, Сомбра понял, что он ошибался. Он находился в небольшой пекарне или ином подобном магазинчике, который выглядел заброшенным, и заброшенным давно. Заколоченные окна, через которые едва пробивался слабый свет, выцветшие краски... выглянув за окно правитель не знал, как ему реагировать — вокруг был туман... и Холлоувилль. Окажись он где-то в другом месте, то, наверное, единорог задался бы вопросом, что же, собственно, произошло с нерушимым городом? Где его жители? Кто виноват? Что делать? Но это был Холлоувилль, а значит ответ на всякий вопрос был лишним, потому как ответ мог быть куда хуже самого вопроса. Вздохнув, Сомбра сделал было шаг в одну сторону, затем в другую, вперёд и назад, когда осознал, что пусть даже это и был Холлоувилль, но он, Сомбра, совершенно не представлял, где же именно он находится, что, конечно, несколько напрягало. Вознамерившись уже пойти куда-нибудь наобум, например, открыть для начал дверь, единорог вздрогнул, когда за спиной раздался шум — шипело ранее незамеченное им карманное радио, стоявшее на витрине, включившееся само по себе. Подойдя и убедившись, что с радио ничего сделать не удаётся он отправилс было дальше, но шум статики нарастал всё сильнее и сильнее...

-А? — Произнёс Сомбра, не особо соображая, что же именно он говорит, и почему говорит это вслух. — Радио... что происходит с этим радио?

Стекло разбилось, являя существо более всего напоминающее сгусток тумана, принявший форму крылатого змея. Змей раззявил пасть и воздух завибрировал от его крика. Вскинувшийся в злобе и ярости Сомбра уже собрался выместить на этом существе месть за последние дни, но... магия отказалась работать. Вся. Любая. Оставалось лишь одно — бежать. Не соображая почему, зачем и как он подхватил радио за шнурочек и бросился прочь.

Через четверть часа стало ясно, что от этих... монстров, кем бы они не были, ему не скрыться и не спастись — слишком много он полагался на магию, а они, казалось, могли найти его где угодно, даже в шкафу, в котором он прятался, сгорая от стыда. Развязка наступила вскоре. С хрипами в лёгких он выбежал на что-то, кажется, городскую площадь, которую он не видел в Холлоувилле, и за ним летела целая стая, только и ждущая, пока он замедлит шаг ещё хоть чуть-чуть, и ждать этого оставалось недолго. Ожившее и исходившее статикой радио неожиданно проговорило ясным и чётким, новым и знакомым голосом:

-...и мы продолжаем наш эфир. Холлоувилль проводит свой очередной день, в котором, конечно же, ничего не происходит, если на то не будет пожелания наших великих и могучих, а если вы слушаете мой выпуск, то знаете, о ком я говорю, не так ли?

За стеклом того дома, к которому подбегал ныне Сомбра, виднелась импровизированная радиостанция, какое-то оборудование, стульчик, на котором кто-то сидел, и кажется этот кто-то и вёл эфир... рванувшись из остатков сил единорог врезался в закрытую дверь и принялся молотить копытами по деревянной поверхности.

-...а? — Раздалось в радио. — Кажется, мне в дверь стучатся... наверное просто дождь. И кстати о погоде. Сегодня в Холлоувилле...

-ЭТО НЕ ДОЖДЬ!

Он рявкнул, и радио выпало изо рта, разбившись при ударе о камень мостовой. Не обращая более на него внимания он обернулся, тяжело душа, и оскалился:

-Хотите кусочек Сомбры? Ладно! Но так просто я не дамся, слышите меня?! ВЫ МЕНЯ СЛЫШИТЕ?!!

Змеи рванули вместе подобно пегасам, и последнее, чего ожидал приготовившийся к смерти Сомбра, так это того, что дверь позади раскроется, и кто-то сможет его втащить одним копытом, вторым эту самую дверь закрывая. Успевший упасть уже после процесса затаскивания единорог медленно моргнул, стараясь унять бьющееся сердце, и рассмотрел своего спасителя. Подменыш, мордочка которого и тело оказались покрыты светящимися полосами.

-Э...

Только и смог выдавить из себя Сомбра. Его спасителя это, кажется, не смущало.

-Привет. Меня зовут Вэй Ви, а тебя?

-...Сомбра.

-Вот и прекрасно. — Оскалился подменыш. — Сидр будешь?

-Спрашиваешь!

-...мои дорогие радиослушатели, приношу свои искренние извинения за неожиданный для меня самой технический перерыв и обещаю, что скоро будет кое-что интересненькое. А, пока что, послушайте немного хорошей музыки.

Сомбра ошалело сидел с бутылкой сидра в копытах не зная что и сказать. Совсем недавно он занимался непонятно чем, а теперь сидит с бутылкой сидра, хорошего, кстати, сидра, и общается, насколько уж это получалось, с Вэй Ви, диджеем первого и единственного Холлоувилльского Радио. Самым странным, впрочем, оказалось даже не то, что монстры не могли сюда, где бы это «сюда» не находилось, проникнуть, а то, что Вэйви была она. В смысле, кобылка... если самок подменышей можно было так назвать. Кажется, первая, единственная нормальная кобылка здесь, в Холловилле, и от этого становилось как-тоне по себе.

-Как ты вообще здесь очутился?

-...а?

-Я говорю, очутился как? — Повторила свой вопрос Вэй Ви, потрясая другой бутылкой. — Нечасто сюда попадают.

-Да... в небо взлетел... неконтролируемо. Дискорд послал.

-Аа... — Мелок под действием магии порхнул и добавил галочку на школьной доске близ соответствующего имени. — Знакомо. Это бывает.

-А что здесь делаешь ты?

-Эфир веду, неужели не ясно? Кстати об эфире... знаю! Знаю-знаю-знаю! Ты мне должен, так?

-Та-а-а-к. — Осторожно протянул Сомбра. — И?

-Поможешь мне его разнообразить!

-Чем?

-Ну, песен у меня мало, новостей нет... но зато я могу строить с тобой интервью!

-ЧТО?!

-Ну да. А потом можешь спокойно отправиться домой, держать не буду. — Поставив перед Сомброй микрофон Вэй Ви довольно кивнула, и, нацепив наушники, что-то пощёлкала на своей аппаратуре. — Три... два... один... и-и-и-и здравствуйте-здравствуйте-здравствуйте мои дорогие радиослушатели, в эфире снова я, ваша бессменная ведущая и диджей Вэй Ви, и, угадайте, кто у нас в гостях? Новенький, Сомбра, прямо в студии! Пользуясь моментом возьмём у него небольшое интервью. Итак, привет, Сомбра.

Единорог окаменел. Копыто крепче сомкнулось вокруг горлышка бутылки и, неожиданно для себя, он понял, что он не знает что сказать. Нет, ему доводилось злобно хохотать и читать пафосные речи, но это было очень и очень давно, а сейчас.. сейчас он совершенно растерялся и совершенно не знал что сказать.

-К...кристаллы.

-Эм... Океееей. — Вэй Ви взглянула вопросительно и попробовала зайти с другого боку. — И... откуда ты родом?

-И...издалека.

-Не хочешь говорить, не надо! — Вздохнула подменыш. — Баста, сворач...

-Стой. — Сомбра накрыл своим копытом её и отвёл в сторону взгляд. — Попробуем ещё раз, х... хорошо?

-Не вопрос... — Протянула Вэй Ви с явным интересом наблюдая за тем, как единорог ощутимо краснеет. — Это может быть интересненько. Итак... попробуем более свободный стиль... немного о себе?

-Фух... меня зовут Сомбра, бывший повелитель Кристальной Империи, я был закван во льды чуть больше тысячи лет назад силами Селестии и Луны, и был развоплощён силой Кристального Сердца... эм... у меня есть сестра, Аш... Кризалис.

-Кризалис? Как... Кризалис-Кризалис, королева подменышей?

-...да.

-Вау! Да ты мне... дядя... выходишь.

Сомбра поперхнулся сидром, который лишь чудом не оказался выплеснут на микрофон, и принялся судорожно откашливаться, сумев выдавить из себя лишь хриплое:

-П... племянница? Моя... п... лемянница?

-Ааага! — С улыбкой ответила Вэй Ви. — И, скажу тебе по секрету... все подменыши тебе племянники и племянницы. Здорово, верно?

Глузу единорога расширялись до той поры, пока не приобрели размеры, сравнимые с размером суповой тарелкой каждой, и лишь после полностью прочувствованного осознания сего просветления он сумел выдавить:

-...зашибись просто.

...и интервью продолжилось, правда, несколько позже. Смущение, которое деинорог позднее опознал, никуда не делось, просто перестало мешать, хотя и было заметно что время от времени Вэй Ви над ним посмеивается, но по-доброму, что было странно, учитывая мир вокруг.

А потом интервью кончилось, а сидр... сидр остался....

В свою, оборудованную Муни комнату, он вернулся... когда-то, когда было уже темно. Что там в этом сидре было, чего не было, ему было неведомо, но шёл Сомбра по расширяющейся спирали, временами та переходила в иные геометрические узоры, а потом и вовсе кончилась, когда единорог добрёл до своей кровати и рухнул не раздеваясь. На губах его отчего-то застыла мечтательная улыбка...