# На вершине

Nogood

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/lnq9-1432521896-154597-full]

Что значит быть Селестией? Что значит быть «на вершине»?

Селестия знает.

А вскоре узнает и Твайлайт.

## Селестия

Скажу прямо: сколько бы моя сестра ни дразнила меня подобными домыслами, в шахматы со вселенной я не играю. Мои маленькие пони — не мои фигуры и никогда ими не были. Если для судьбы мы и впрямь всего лишь пешки, то я едва ли чем отличаюсь от моих подданных — то есть вовсе не являюсь игроком.

К тому же шахматы, на мой взгляд, — это весьма скучная игра, а мне в жизни и без того хватает скуки, чтоб ещё и предаваться ей добровольно. Если я решаю посадить семена, деревья приносят интересные и красочные плоды.

А потому, имея это в виду, обратите внимание вот на что: группа земных пони получает благословение принцессы солнца и отправляется на пограничье, чтобы основать процветающий фермерский город. Посаженные ими яблочные и персиковые сады приносят богатые урожаи, и солнце улыбается им. Город нарекают «Понивилль».

Также вот на что: на границе города Понивилля раскинулся таинственный магический лес, называемый Вечнодиким, который существует испокон веков. Дикая и непредсказуемая природа этого места доставляет немало проблем горожанам, но они не сдаются, и вскоре странности, обусловленные его близостью, становятся частью их повседневной жизни.

Ещё: пять очень интересных, очень красочных пони оседают в очень интересном, очень красочном городе Понивилле, куда в какой-то момент прибывает ученица принцессы солнца. Вскоре после этого они совместными усилиями побеждают могучего врага в самом сердце Вечнодикого леса.

И, наконец, представьте себе: в покоях принцессы солнца стоит шкаф, чьи ячейки заполнены отчётами о дружбе, каждый из которых по-своему необычен и увлекателен.

Зачем мне играть в такую скучную игру, как шахматы, когда судьба разыгрывает комбинации гораздо более интересные, чем я могу себе представить?

Под звуки весело потрескивающего в камине огня я сидела в этих самых покоях, расположившись на громадной подушке. Передо мной парило письмо, и я хихикала, в который раз читая о повседневных понивилльских приключениях. За окном царил глубокий мрак зимней ночи, где-то вдалеке слышался вой ветра и стук дождя.

Вздохнув, я допила остатки вина из бокала. Едва ли что могло сравниться с этими тёмными зимними ночами. Я свернула и вновь запечатала отчёт, после чего сунула его обратно в ячейку шкафа. Налив себе ещё вина, я оглядела остальные свитки, размышляя, какой бы прочитать следующим.

Только я развернула ещё одно сказание о дружбе и самопознании и устроилась поудобнее, как дверь распахнулась, и в комнату, словно напуганная мышка, юркнул фиолетовый аликорн. Я подняла взгляд от письма и стала смотреть, как она медленно приближается ко мне с тоскливым выражением лица.

— Принцесса! — проговорила Твайлайт Спаркл. — Мне очень-очень-очень хочется у вас кое-что спросить!

А потом из её рта полился торопливый поток слов, который я ни разобрать не могла, ни вообще понять. Я осознала, что просто пялюсь на неё с бессмысленным недоумением. Что-то случилось. Понять же, что именно, я пока не могла, но знала, что всё совсем не так, как кажется на первый взгляд.

Когда я наконец перестала витать в облаках, она по-прежнему говорила. Я решила, что пора уже и честь знать, и, положив копыто ей на губы, сказала:

— Твайлайт.

Её ушки опустились, глаза распахнулись, а рот звучно захлопнулся. Удивительно, на что способны несколько лет наставничества.

— Твайлайт Спаркл, — повторила я чуть мягче, — почему бы тебе не присесть и не рассказать мне, что тебя гложет? — Она глянула на меня и густо покраснела. Я раскрыла крыло в безмолвном приглашении, которое она приняла с заметной благодарностью.

Я ощутила, что она часто дышит и ей явно холодно.

— Ты что, пролетела весь путь сюда? — Мы сидели наверху самой высокой башни Кантерлота, и сейчас была середина зимы. Я предположила, что могу ошибаться.

Твайлайт чуточку удивлённо охнула, будто сама только что это осознала.

— Ну, да. Да, я пролетела весь путь сюда от Понивилля и, если подумать, очень замёрзла. Хе-хе, странность какая, не находите? Ну и ну, какая же эта подушка мягкая. И тёплая. Как ваши крылья. Я опять тараторю? Так и есть.

Я сдержала улыбку, слушая её милый лепет, и спросила:

— Ты хотела спросить у меня что-то важное?

Твайлайт глянула на меня, застенчивая улыбка на её губах медленно растаяла. Она посерьёзнела, стала более задумчивой. И впрямь что-то важное.

— Принцесса, — начала она нерешительно, словно боясь продолжать. — Каково это быть... — она неопределённо махнула в мою сторону копытом, — вами?

Чувство цепенящего ужаса вернулось, я скрыла гримасу за маской спокойствия. Каким-то образом я понимала, о чём она спрашивает, и мне это не нравилось. Разумеется, я бы могла на какое-то время уклониться от этой беседы — лучше всего, на столетие-другое, когда тема её будет уже не важна.

— Каково быть принцессой? — отозвалась я слишком уж громко. — Тебе не стоит об этом беспокоиться, Твайлайт Спаркл. Я бы не короновала тебя, если б сомневалась, что ты способна справиться с ответственностью такого положения.

Твайлайт выглядела так, будто не знает, как отреагировать: улыбнуться или же нахмуриться.

— Спасибо, принцесса, но я, вообще-то... не это имела в виду.

Нет. Конечно же, нет. И с моей стороны было глупо намекать на иное, независимо от моих личных чувств по этому поводу.

— Я спрашивала: каково это быть настолько... — она замешкалась, и за эту короткую заминку я услышала множество возможных слов, от которых у меня внутри всё замерло, — выше всех?

Я задумалась над вопросом. Да, он был довольно-таки тактичным и лучше, чем какой-либо другой, который она могла задать, однако даже в таком случае я понятия не имела, как на него ответить. Уверена, реши я проявить жёсткость, всё закончилось бы с удовлетворительным результатом.

Тем не менее, как постоянно напоминает мне моя дорогая сестрица, я кобыла, которая принимает всё слишком близко к сердцу. А тем более это проявляется, когда дело доходит до пони, которых я называю роднёй как лицом к лицу, так и мысленно.

— Выше всех? — повторила я. — Правильно ли я понимаю, что ты намекаешь, будто я не пони? Будто я нечто большее?

Твайлайт поёрзала: вопрос был каверзный, и она это понимала.

— Нет! — пискнула она. — Просто... ну, вы же Селестия. Вас попросту невозможно игнорировать. Понимаете? Это немножко... — я практически слышала бег её мыслей, — умопомрачительно?.. Иногда.

Я фыркнула про себя. Мне ли было не знать об этом крохотном аспекте моего существования: он настолько глубоко проник в умы простых пони, что ни одна встреча не оставалась неомрачённой им. Никак не выдав своих мыслей, я степенно кивнула (прямо эталон прекрасной маленькой принцессы) и улыбнулась, когда она заметно расслабилась.

— Твоя правда. Но возможно ли, что это лишь особенность моего внешнего вида? Я прекрасно понимаю, что выгляжу не так... неприметно, как обычные пони.

Твайлайт выразительно покачала головой.

— Нет, тут дело не в этом. Просто если б это было так, тогда я была бы, как вы! — нервно усмехнулась она. У меня ёкнуло сердце. Даже, честно говоря, забавно, насколько близка она оказалась. — Это больше похоже на... ух, до чего ж сложно описать...

— Дай-ка догадаюсь, — не успев остановить себя, прервала её я, — ты смотришь на меня и не видишь пони. Тебе кажется, что я попросту не могу существовать в нашем далеко не идеальном мире. Ты смотришь на меня и представляешь рушащуюся гору, или приливную волну, разбивающуюся о сушу, или солнце и луну, встречающиеся в небе. Во мне ты видишь нечто настолько безмерно ошеломительное, что тебе сложно это осознать. Тебе становится трудно думать, трудно сосредоточиться. Ты чувствуешь, что недостойна даже находиться в одной комнате с подобным. Ты лишь знаешь, что это просто... за пределами твоего понимания.

Повисла напряжённая тишина. Твайлайт широкими глазами глядела на меня, а я безучастно смотрела на неё. Ненавидела ли я себя за то, что настолько прямо вывалила всё это на неё? Стоило ли мне держать язык за зубами? Наверное. Тем не менее, если подумать, оно, возможно, было и к лучшему.

Возможно.

— Я всё верно изложила? — тихо спросила я. Твайлайт не ответила, а только продолжала глазеть на меня. Мысли в её голове наверняка зашли в тупик.

— А вы... — в конце концов проговорила она. — Вы чувствуете то же самое по отношению к кому-то? — В её прелестных сиреневых глазах виднелось искреннее сострадание, что было весьма иронично, учитывая сложившуюся ситуацию.

— Не исключено, — ответила я. — Я ведь живу уже очень долго.

Твайлайт всё равно выглядела грустной, как будто признание того, что я ощущаю себя незначительной в присутствии некоего существа, было этакой трагедией. Возможно ли, что я вела себя с ней слишком отчуждённо? Вполне вероятно, хотя и неизбежно.

— А касательно твоего изначального вопроса, — сказала я. — Я никогда не стремилась стать чем-то подобным. На самом деле я всегда считала себя пони — вот и всё. И видела себя лидером, который работает вместе со всеми, а не стоит превыше. — Ну, не совсем правда. Бывали в моей юности времена, когда эта философия была несколько искажена.

Я чуть сильнее прижала её крылом.

— Но тем не менее, пони, судя по всему, никогда не смогут отделить настоящую меня от созданного ими идеального образа. Я превратилась, так скажем, в символ — в нечто такое, чего невозможно достичь, — вздохнула я.

Я почувствовала движение под крылом, и не успела опомниться, как две сиреневых ноги обвили мою шею в крепком объятии. Удивившись, я повернула голову вбок и уткнулась носом в приятно пахнущую сине-фиолетовую гриву.

— А там одиноко? — спросила Твайлайт приглушённым из-за моей шерсти голосом. — На вершине?

Я моргнула. Мои губы невольно растянулись в улыбке. Я медленно подняла ногу и мягко обняла её в ответ.

— Нет, — прошептала я. — Уже не одиноко после возвращения моей сестры. — Твайлайт глянула на меня, и я улыбнулась ей. — И всё благодаря некой Твайлайт Спаркл.

Её щёки покраснели, она смущённо засмеялась. Моя улыбка стала ещё шире. Сомневаюсь, что мне когда-либо надоест её милое личико.

— А если вдруг случится, что я окажусь слишком высоко... — Я указала на письма дружбы, лежащие возле меня. — Что ж, несколько уроков дружбы помогут мне спуститься на землю, согласись?

Она снова меня обняла. На долгое-предолгое мгновение весь мир состоял лишь из неё, меня и танцующего в камине огня.

— Так, а ты сейчас разве не должна спать? — поддразнила я, ткнув Твайлайт копытом в бок. Она пискнула. — Как-никак принцессы — занятые кобылы. Не пристало им увиливать от обязанностей перед королевством из-за недосыпа! — с шутливым высокомерием фыркнула я, на что она захихикала.

Твайлайт выглянула в окно. Дождь заливал стекло, заполняя тишину мерным стуком. Она опять повернулась ко мне и робко потёрла копыта друг об друга.

— Эм... Ничего, если я, ну... останусь здесь на ночь? — В ход пошла тяжёлая артиллерия: она жалобно выпятила нижнюю губу, её глаза блеснули крокодиловыми слезами.

Я закатила глаза и ухмыльнулась. Моё поражение было безоговорочным.

— Ну ладно. Но только в этот раз.

Улёгшись на подушку, я распахнула крыло, дав Твайлайт свернуться калачиком у моей груди, затем накрыла её им, как покрывалом. Убедившись, что ей удобно, я потушила светильник магией.

Я закрыла глаза, прислушиваясь к тихому дыханию Твайлайт. Её сердцебиение эхом отдавалось у меня в животе. Довольно хмыкнув, я вспомнила былые времена, когда мы с Луной также прижимались друг к дружке в похожие зимние ночи. Быть может, получится убедить её возобновить эту старую традицию…

— Принцесса? — сонно прошептала Твайлайт. — Как вы думаете... как думаете, я смогу когда-нибудь стать равной вам? Составить вам компанию на вершине?..

Я открыла глаза. Мой разум загудел, когда на границах сознания пробудилось давно позабытое ощущение. От осенившего меня осознания в груди похолодело ещё сильнее. Взглянув на сиреневый комочек под моим крылом, я медленно высвободила чувства.

А потом я увидела.

Невыносимо яркий белый свет, исходящий от Твайлайт, едва не ослепил меня. Нити судьбы, опутывающие пятно невероятной яркости, расходились по всему миру и переплетались с частицами света, которые находились в замке, в Понивилле и во всей Эквестрии. Пять особенно ярких, окрашенных в цвета радуги связей были соединены с пятью далёкими огнями.

Тут же была и соединявшая нас железная цепь. Последний раз, когда я её видела, она была безупречной — только что выкованная самими Мойрами. Сейчас же она рассыпалась; эфир, из которого она была сделана, обращался в прах прямо у меня на глазах — медленно, но неизбежно.

— Принцесса?

Мне вспомнилась дверь. Дверь моих покоев, через которую она прошла, как через любую другую, будто дверь эта вовсе не была древним артефактом, что я лично создала и зачаровала так, чтобы никто, кроме меня или существа, гораздо более могущественного, не мог открыть её без разрешения.

Будто дверь эта была чем-то совершенно незначительным.

— Принцесса, с вами всё в порядке?

Я поглядела на Твайлайт. Она взволнованно смотрела на меня. Огни исчезли, я снова обуздала свои чувства. Но тем не менее я всё равно ощущала его — негромкое гудение на границах моего сознания, которое я до этого момента давным-давно подавила.

— Да, Твайлайт. Со мной всё хорошо. А теперь давай спать, ладно?

Я смотрела, как она закрывает глаза и ложится обратно. Как только она заснула, я наклонила голову и прошептала ей на ухо:

— Ты ведь не понимаешь, Твайлайт Спаркл, да? Не понимаешь, что лишь ты одна сумела научить смирению богиню.

Ответа, разумеется, не последовало. Я его не ждала, да и не желала.

— Когда-нибудь, моя принцесса, я стану больше тебе не нужна. Когда-нибудь ты поймёшь даже сильнее, чем я, каково это — быть мной.

Во сне она выглядела такой спокойной. Я чуть не расплакалась.

— На вершине очень одиноко.

Ветер выл. Окна гремели. Твайлайт Спаркл спала.