# Сноуфлейк

Morning_Mist

Дети видят окружающий мир совершенно не так, как взрослые. Для них он наполнен теплом, яркими красками, захватывающими открытиями. Но с возрастом дети всё больше понимают, что на самом деле мир — довольно циничное и серое место, где события часто идут не по плану. И как бы ни пыталась Селестия превратить Эквестрию в благодатную страну, где царят дружба и взаимопонимание, за пределами столицы результаты оставались весьма скромными.

Добрая и ранимая Сноуфлейк, младший жеребёнок из семьи Стрей, слишком рано столкнулась со «взрослой» реальностью. А невероятное умение кобылки попадать в неприятности на ровном месте постепенно впутывает её в череду опасных приключений.

В фанфике фигурирует большое количество персонажей, принадлежащих другим людям, которые используются с разрешения их владельцев. Выражаю огромную благодарность всем за данное мне право упомянуть их в своей истории, а также своему соавтору Movmav за оказанную помощь и дельные советы (Арти, даже не знаю что бы без тебя делал).

## Глава 1

10.01.22 Проведено небольшое редактирование главы, исправлены некоторые неточности текста и ошибки. В дальнейшем планируется провести более качественную вычитку.

Харди Стрей с унылым, страдальческим видом лежал перед учебниками в холле второго этажа на крупной бежевой напольной подушке. Длинная чёлка единорога время от времени спадала на глаза. Непослушные волосы тут же возвращалась телекинезом обратно, но это несложное действие напрочь сбивало всю шаткую концентрацию на цифрах.

Жеребёнок готовил домашнее задание. Ему осталось разобраться только с математикой: невероятно унылым и скучным предметом по его мнению.

Харди считал свою учительницу, миссис Флору, вредной пожилой кобылой, которая только и делала, что пытала своего “любимого” ученика каждый урок, давая самые сложные и скучные задания специально для него! А потом с нескрываемым наслаждением, выдавая поучительные речи о важности базовых предметов, рисовала в дневнике плохие оценки.

Ладно бы только их — каждый урок в дневник добавлялись пометки для родителей о неуспеваемости или учинённых на уроке безобразиях. Этих замечаний в дневнике оказывалось иной раз даже больше, чем домашнего задания.

В этот раз, правда, дела обстояли иначе: миссис Флора объявила на прошлой неделе, что класс будет писать контрольную по математике. А на следующем уроке — сочинение на тему, связанную с историей их города, Фейри Флориша.

Разумеется, Харди легкомысленно рассудил, что у него есть в запасе куча времени для подготовки и можно особо не торопиться. Он предавался играм, чтению, мечтам и банальному лентяйству и вспомнил об уроках лишь в самый последний день. Типичная ошибка многих учеников, которые не умеют правильно расходовать время. А ведь мама его предупреждала: нельзя откладывать важные дела до последнего дня и оказалась, как всегда, права.

Харди зарекся впредь так затягивать с подготовкой, но в данный момент это, увы, уже никак не могло помочь. И если математика единорогу отродясь не нравилась и контрольную он всё равно планировал списать, то сочинение завалить было просто недопустимо! А, чтобы написать его, требовалось знать наизусть необходимый материал по истории, изучать который времени не было совершенно.

Харди, отложив учебник математики и, так и не добившись понимания темы, обречённо взглянул на небольшую, но пухленькую книжку в простеньком переплёте, в которой была описана вся история их города с момента учреждения и до настоящего времени.

За неделю можно было конечно осилить, может даже если постараться, дня за три, но за один день...

Даже несмотря на то, что читать он любил и на память никогда не жаловался, сейчас ему хотелось выть от безысходности. Или биться головой об эту самую книгу.

Знания упорно отказывались лезть в голову, а время поджимало.

Он точно не успеет подготовиться, получит двойку и заслуженный нагоняй от родителей. А ещё, как назло, погода выдалась отменная — последние теплые деньки осени хотелось потратить с пользой, а не с этим…

Книга попалась донельзя скучная. Не только для такого пустобокого жеребёнка, как он, но и наверное вообще для любого нормального пони, который не будет тратить свое время на прочтение десяти страниц о традициях празднования Дня яблочного пирога, а затем ещё тридцати об истории крупнейших магазинов, рынков и базаров в городе.

Уперев копытце в щёку Харди грустно пробегал глазами по строчкам текста, перелистывая часто несколько страниц сразу.

“Вот бы принцесса Селестия завтра забыла поднять солнце…” — Харди не заметил, как замечтался, — “Тогда бы уроки отменили, подумав, что случилась какая-нибудь беда... И я бы отправился в Кантерлот выяснять причину…”

Богатое воображение жеребёнка услужливо подсунуло сцену, где он геройски спасает Селестию из высокой башни от пробудившегося древнего зла, и получает заслуженную награду — медаль или даже целый орден...

Но грёзы моментально разбились, едва Харди опустил глаза на книжный разворот, лежавший перед мордочкой и вспомнил о задании.

— Оу… Вот сено... — тихо прошептал светло-жёлтый единорожек, недовольно поджав губы.

Вернувшись к чтению, он с грустным вздохом перелистнул телекинезом очередную страницу учебника, потом в сторону двери, ведшей в библиотеку, вновь грустно вздохнул и вернулся к чтению.

О да... Харди сейчас предпочёл бы пробраться в библиотеку и взять чтиво поинтереснее, а этот хлам запихать куда-подальше, и даже запертая дверь не стала бы помехой. Единорожек давно выучил заклинание открывания простых замков из магической книги, которую папа хранил на верхней полке в шкафу у себя в кабинете, очевидно дожидаясь удобного случая, чтобы подарить ему, когда сочтёт, что сын достаточно повзрослел и готов изучать настоящую магию, а не простые трюки. Харди не раз задавался вопросом почему же отец всё ещё медлит? У него ведь действительно получается колдовать!

Но… Как назло мама решила устроить уборку библиотеки именно в этот день. Прошмыгнуть внутрь и стащить книгу у неё под носом никак не выйдет.

Вздох, и новая порция текста перед глазами.

Конечно, можно было бы завтра понадеяться на помощь настоящих друзей в классе, вот только у Харди их никогда не водилось. Ему довольно тяжело было заводить знакомства с другими пони. В самый ответственный момент робость жеребёнка давала о себе знать, рядом с кобылками он краснел, начинал тихо болтать, так что услышать его становилось сложновато, с жеребчиками наоборот молчал как пень, боясь сморозить какую-нибудь ерунду, и стать общим посмешищем.

Спустя ещё минут двадцать, Харди, фыркнув, захлопнул книгу и отбросил передней ножкой в сторону: терпение жеребёнка лопнуло. Несмотря на то, что он любил узнавать что-то новое, учиться в школе было слишком скучно и неинтересно. Тем более в этой книге не имелось ни одного захватывающего рассказа, хотя бы про то, как принцессы сражались с каким-нибудь злодеем в окрестностях его родного города.

“Может теперь удастся пойти погулять?” — Тем более других уроков им не задали, а попробовать дочитать эту скукотень можно будет и вечером.

Единорожек просунул голову в щель слегка приоткрытой двери в библиотеку:

— Ма-ам, можно я пойду погуляю?! — Харди состроил жалобную мордашку.

— Что-то ты слишком быстро управился! Ты точно ко всем урокам подготовился? — донёсся недоверчивый голос матери, ненадолго оторвавшейся от уборки.

— Э… Да! — соврал Харди.

— Так же, как в прошлый раз, когда ты получил сразу три двойки? Ты же помнишь, что отец говорил тебе насчёт вранья и плохой учёбы?

С отцом шутки были плохи. Нет, он конечно не орал с пеной у рта, подкрепляя свои слова солдатским ремнём (хотя таковых у него было целых 2: от парадного мундира, и от полевой формы, висевшей в рабочем кабинете в дополнение к набору настоящих доспехов), но перспектива просидеть целый месяц без сладкого, карманных денег или возможности гулять после занятий, не слишком прельщала. Причём за ложь папа наказывал даже строже, чем за плохие оценки в школе. А мама наоборот была требовательна к успеваемости, а к мелкому вранью сына относилась снисходительно и даже иногда с юмором.

— “Если не умеешь врать говори только правду" и "все пони должны хорошо учиться"... — жеребёнок недовольно покривил мордочкой. Риск конечно был велик, но если он посидит ещё хоть полчаса за этой книгой, то несомненно умрёт со скуки, потому Харди снова принялся врать:

— Но сейчас-то я правду говорю! Я все уроки уже подготовил, честно-честно! И даже ту книгу прочёл! Вот увидишь, завтра я получу хорошие оценки и за сочинение и за контрольную!

Кобыла вздохнула и безразлично махнула копытом. Вряд ли она поверила его словам, скорее позволила ему пойти немного “проветриться”.

Харди стремглав помчался на улицу, в дверях едва не сбив отца с ног. Песочного цвета полноватый земной пони с кьютимаркой в форме сердца на фоне щита, едва успел увернуться в дверном проёме.

Покачав головой, мистер Стрей проводил сыночка порицающим взглядом. Годы бурной молодости, когда он любил искать приключений на круп и волочиться за смазливыми кобылками, давно прошли. Продиус отчасти даже завидовал сейчас молодому жеребенку, ведь всё это у него будет ещё впереди.

* * *

Продиус степенно поднялся по лестнице. Тренированное тело играло развитой мускулатурой, в каждом движении жеребца чувствовались уверенность и немалая сила, а ухоженным волнистым красно-коричневой гриве и хвосту могли позавидовать даже некоторые кобылки. Остановившись у входа в библиотеку, глава семейства украдкой заглянул в приоткрытую дверь.

Раньше для Арнхильд Грасс процесс уборки пыли здесь не представлял большой сложности: тёмно-малахитовая пегаска ловко порхала от одного шкафа к другому, смахивая пыль ёршиком и орудуя тряпочкой. Но в последнее время летать становилось всё тяжелее, потому Грасс почти перестала пользоваться крыльями и Продиусу пришлось спускать с чердака стремянку, чтобы его жена могла и дальше удовлетворять свою потребность в идеально чистой домашней библиотеке.

— Уф. — кобыла, с уже заметно округлившимися бочками, в очередной раз передвинула лестницу, тяжело вздохнув, и смахнула копытцем пот со лба.

Продиус на секунду залюбовался крупом пегаски с выделявшейся кьюти в виде буквы “пси”, пока наконец не решился деликатно постучать копытом в дверь. Обернувшаяся Грасс увидела довольную улыбающуюся морду мужа и с ответной улыбкой двинулась ему навстречу.

— Надеюсь не помешаю? — земнопони уже не прятался за дверью, цокая в сторону жены по паркету читальной комнаты. — Как тут поживает моя особая поняша?

— Сегодня ты что-то раньше обычного, Продя. Что-то случилось? Или снова свалил всю работу на заместителей?

— Как ты могла такое подумать, Архи, да ещё про собственного мужа?! — шутливо обиделся Продиус и нежно обнял любимую супругу, потеревшись носом о её шейку.

— Как же, станется с тебя... Совсем обленился, даже ополченцев перестал гонять на учениях... — Грасс ответила на объятия, кокетливо урча.

— Просто в последнее время скучно и спокойно, ничего не происходит, ни в стране, ни в городе. Поэтому я хочу побыть подольше со своей особой пони, пока есть возможность. — Продиус тихонько сказал на ушко пегаски, после легонько прикусив мочку.

— Ммм, Продя, ну что ты делаешь? — хихикая, промурлыкала Грасс. — Ты должен держать себя в копытах...

— Я уже пол-года в них себя держу... А вот потискать любимую жену — совсем другое дело. — Продиус ответил в своей обычной манере, после разорвав объятия. — Устала?

— Просто с ног валюсь. — призналась кобылка.

— Кажется я знаю, что может пополнить твои силы. — подняв глаза к потолку земнопони расплылся в улыбке, задумчиво потерев копытом подбородок.

— И что же? — Грасс приподняла бровь.

— На улице такая отменная погода… Она идеально подходит для моего фирменного овощного барбекю! — жеребец хитро подмигнул пегаске, — А ещё к столу добавим тот самый тортик, который стоит в холодильнике. Он ведь ещё там?

— Конечно же, как ты мог подумать, что я его съела в одиночку?! — притворно возмутилась малахитовая пегаска, вздёрнув носик.

— С тебя станется. — Продиус хихикнул, нажав копытом на нос кобылки. — Ты ведь обожаешь тортики не меньше нашего Харди!

— Чьхи! — звонко разнеслось по комнате. — Между прочим, на коврике перед дверью написано — “вытирайте ноги”! — поправляя уложенную в причёску фиолетовую гриву, буркнула Грасс, и улучив момент вдруг контратаковала мужа, хлопнув тому по носу пышным ершиком. Хихикнув над фыркающим и тёршим кончик морды Продиусом, кобылка продолжила: — Идёт. Ты так давно не готовил своё барбекю, что я уже почти успела по нему соскучиться.

* * *

Ласковое осеннее солнце, лёгкий ветерок, опадающая с сухим шелестом листва, потрескивающие в уличном гриле угольки — всё это, под аккомпанемент щебетавших птичек, создавало уютную атмосферу в саду семейства Стрей.

Грасс и Продиус расположились в гексагональной деревянной беседке с несколькими ажурными резными стенами. Клумбы вокруг пестрели хризантемами, бархатцами, цинниями, кое-где алыми пятнами высились георгины. Грасс очень любила цветы, ещё от мамы переняв секреты ухода за ними.

Пони за столом лакомились не только овощным барбекю. Продиус в дополнение решил приготовить простенький фруктово-ягодный шашлык. Распакованный круглый торт с морковным кремом и горсть сладких спелых яблок в старинной глубокой вазе были сегодня на десерт. Муж с женой пили фруктовый сок и говорили кто о чем...

— Знаешь, Продя, я давно хотела поговорить с тобой на одну тему, но всё как-то откладывала, — держа деревянный одноразовый шампур с нанизанными на него чуть подпаленными кусочками яблок и клубники, сказала, вздохнув, пегаска.

— Это касается Харди? Наш сынок опять где-то набедокурил? — Сразу же нахмурился жеребец, ожидавший, почему-то, самого худшего.

— Нет-нет, что ты, — поспешила успокоить его жена. — Последнее время он ведёт себя вполне нормально. Дело не в этом... Я хотела поговорить с ним о будущем появлении ещё одного жеребёнка в семье.

Продиус глубоко вздохнул.

— Вообще-то эту беседу надо было провести ещё раньше… — продолжала тем временем Грасс. — …Но ещё, слава Селестии, не поздно. Не будем же мы его ставить прямо перед фактом, что нас вдруг стало… больше, верно?

— А почему бы и не поставить? — недоуменно спросил Продиус, — Думаешь, он плохо отнесется к пополнению?

— Иногда дети воспринимают такое в штыки… Я думаю, нам надо заранее узнать как он отреагирует... В конце-концов Харди уже далеко не маленький ребёнок, он начинает посматривать на мой растущий живот и скоро точно спросит: “Почему это мама так поправилась?” Не отвечать же ему в самом деле, что мамочке живот ветром надуло!

— Да, ты права, Архи. — Согласился глава семейства с доводами жены, на пару секунд сосредоточившись. — Давай тогда завтра и поговорим с ним. Сразу после школы. Пойдём, например, в кондитерскую “Кэнди Бласт” и там всё обсудим. Так, даже если его эта новость не обрадует, то куча сладостей точно поднимет ему настроение и мы сможем всё серьезно обсудить.

— Хорошая идея. Тогда мы так и поступим, — с облегчением выдохнула пегаска и вгрызлась в шашлык. Губы пони растянулась в довольной улыбке, едва она проглотила свой первый кусок. — Ты всегда умел запекать овощи, но сегодня похоже превзошёл сам себя, ммм...

* * *

Харди тем временем с серьёзным видом рысил по широкой мощеной камнем дорожке, шедшей от их поместья на окраине города, в сторону центра. В осенних фруктовых садах урожай уже почти был собран, там оставались только самые поздние сорта яблок и груш. Их сбор должен был начаться не раньше чем через месяц.

Участки огораживали живые заросли из ежевики с невысокими штакетниками или высокие изгороди с кованными решётками, у семей побогаче. Соседние поместья находились довольно далеко друг от друга, и почти сплошь окружались садами. Традиции растениеводства бережно передавались из поколения в поколение на протяжении целой тысячи лет. Жители Фейри Флориша ежегодно устраивали ярмарки, где хвалились своими достижениями на этом поприще, да и приносимый дополнительный доход местным пони тоже всегда был хорошим подспорьем.

Деревья вокруг изредка роняли на дорожку пожелтевшие листочки, шелестели кронами от прохладного ветерка со стороны гор. Со встречными соседями, занятыми своими делами, Харди стеснялся здороваться, да и к тому же он сейчас был больше погружен в своих мир фантазий.

Сегодня он снова играл роль шпиона и должен выполнить очередное важное задание для спасения Эквестрии.

* * *

Время в школе тянулось нескончаемо долго. Да ещё эти контрольная с сочинением. Впрочем, в итоге всё оказалось не так уж плохо: Харди стоически вытерпел их и даже неплохо справился с данными заданиями. Во всяком случае, так ему казалось. Но как же тяжело было дождаться окончания занятий! Ведь сегодня родители ждали его в кондитерской “Кэнди Бласт”, что находилась рядом с главной городской площадью. Как ему с утра объяснили — для какого-то важного разговора. Там продавались самые потрясающе вкусные тортики во всём городе.

“Наверняка мама с папой закажут один, а может сразу два!” — думал он, сидя на последнем уроке и пристально смотря на часы…

После учёбы Харди сразу же понесся в кондитерскую, тем более короткую дорогу от школы до туда он знал отлично. Подхватив свой школьный рюкзак телекинезом, он первым выскочил из класса, едва учительница разрешила всем встать из-за столов.

Шумная толпа учеников в коридоре, широкая двустворчатая дверь нараспашку, главная лестница с массивными перилами...

Харди преодолел все эти препятствия на одном дыхании.

Затем он свернул налево, проскакал прямо по газону мимо цветочных клумб, под неодобрительное ворчание садовника, пролез прямо через аккуратно остриженные кусты самшита, служившие тут живой изгородью.

И вот перед жеребёнком раскинулся небольшой парк с аллеей знаменитых ланесиевых деревьев, шедшей параллельно улице.

Харди торопливо цокал по тротуару, как вдруг его привлекла возня и сдавленные всхлипы доносящиеся слева от дорожки по которой он шёл, а также несколько мальчишеских голосов. Пожелав узнать в чём дело, он решил подойти поближе.

Едва свисающие ветви деревьев перестали мешать обзору, единорог увидел, что источником шума являются трое ровесников земнопони, окруживших четвёртого, свернувшегося на земле калачиком. Первые секунды Харди показалось, что с тем что-то случилось и эти трое просто пытаются ему помочь, однако сделав ещё несколько шагов по направлению к жеребятам, он понял, что никакой помощью тут не пахнет, троица земных пони увлечённо принялась топтать бедолагу передними ногами.

Жертва не выказывала никаких попыток сопротивления, щупленький жеребёнок, по виду не старше первоклашки, лишь сильнее сжался в комок, тихонько поскуливая, и позволяя вдавливать себя в землю.

— Эй, прекратите сейчас же! — Харди не мешкая ни секунды бросился на выручку, заставив своим неожиданным появлением отвлечься хулиганов от своей садистской забавы. — Как вам не стыдно обижать слабых?!

— Ты ещё кто такой? — Подал голос один из троицы земнопони, явно недовольных, что их игру прервали. — Тоже как этот получить хочешь?

— Не важно, я не позволю вам никого обижать! Проваливайте, пока сами не получили!

Харди неторопливым шагом приближался к группе жеребят, возомнивших себя местными заправилами, на ходу оценивая возможных противников. Парочка не уступали в росте, будучи чуточку покрупнее него, а один, полноватый — на целую голову ниже. Морды наглые и уверенные.

Харди мысленно приготовился к худшему варианту.

— И что ты сделаешь, если мы не хотим? — Самый разговорчивый и наглый из компании демонстративно вернул одну ногу на бок истязаемой жертвы, наступив посильнее. В ответ раздался жалобный писк. По-видимому этот был в компании малолетних извергов за главного.

— Вот что... — Харди больше не стал тратить время на бесполезный трёп, сорвавшись с места.

Преодолев несколько шагов единорог отпихнул лидера хулиганов, заставив того отступить с криком:

— Чего встали? Врежьте ему!

Короткая стычка, звук нескольких ударов, удаляющийся топот дюжины копыт. Маленький щуплый жеребёнок поднял голову, едва всё стихло. Осмотрелся заплаканными глазами. Кроме подходившего единорога с песочной шёрсткой никого больше рядом не было.

— Ты как в порядке? Нигде не болит? — Харди осторожно тронул плечо спасённого. — Встать сможешь?

— Агась. — Маленький земнопони вытер ножкой слёзы, шмыгнув носом. Затем медленно поднялся и продолжил тихим, безэмоциональным голосом. — Спасибо тебе преогромное за спасение, эти нехорошие пони мне уже несколько недель покоя не давали, а драться я не умею...

— Я не люблю когда слабых обижают. Если снова будут приставать, только скажи. Меня Харди зовут, а тебя? — Спросил единорог, как его учили говорить при знакомстве.

— Сонгфул Арпеджио, — назвался спасённый, после чего поискав что-то глазами, поспешил к сдвоенному пню старого дерева неподалёку.

Харди поспешил следом:

— Почему они к тебе пристали?

— Требовали завтра отдать деньги для школьного завтрака, как плату за проход по их парку. — Арпеджио поднял с земли свой школьный рюкзак, который сюда, видимо, зашвырнули хулиганы. Отряхнул, убедился, что внутри всё на месте. — А я отказался.

— Понятно. И они решили тебя проучить... — Харди всё понял. — Может тебе ещё чем-то помочь? Я хоть и тороплюсь, но могу помочь дойти до дома, если надо.

— Не нужно. Я сам... Спасибо ещё раз. — Маленький земнопони явно не был настроен на общение с кем-либо. Он лишь помахал Харди на прощание и спешно помчался через парк одному ему известной дорогой.

Харди постоял немного, смотря вслед, а затем вернулся на тротуар. Внутри единорога плескалось тепло, он был собой доволен. Те трое только корчили из себя крутых, а на деле драться совсем не умели, тем более папа научил его парочке приёмов, потому одолеть этих хулиганов не составило труда. Харди даже ни единой царапины не получил. Единственное, что его чуточку разочаровало, это не слишком эмоциональная реакция спасённого. Немного другого он ожидал от маленького избитого жеребенка, честно признаться. Ему словно и не привыкать к такому…

Впрочем, развивать эту мысль Харди не стал.

Пешеходная дорожка вела через весь парк, что было не совсем по пути Харди. Зато тропиночка рядом, едва заметная, вившаяся между вековыми дубами и каштанами, вела к старому вишнёвому саду, принадлежавшему одному вредному старому земнопони.

Впрочем, возможно, мистер Крамбл был и не таким сварливым, просто терпеть не мог, когда Харди пролезал через дыры в его ветхом дощатом заборе и срезал таким образом свой путь к центру. Ну или потому, что единорог как-то пару раз пробирался после уроков в его сад и объедал там ягоды, несмотря даже на то, что на их собственном участке росли те же вишни и смородина. Но… У соседа и трава зеленее, и ягоды слаще — всегда так.

В этот раз пронесло, старика на участке не было. Обычно встреча с ним сулила бесполезной нравоучительной лекцией на которую совсем не хотелось тратить времени.

Неуклюже перепрыгнув ограду, он оказался на середине "Сиреневой улицы", сэкономив на срезке в общей сложности минут пять.

Улица, как обычно, в это время дня была полна прохожих пони, которые спешили по своим делам или просто праздно прогуливались и болтали.

По дороге изредка проносились такси-возницы, разномастные кареты, повозки и телеги. Встречные почти не обращали никакого внимания на перешедшего в галоп Харди, который ловко уворачивался от прохожих, лавируя между ними почти не сбавляя хода.

Спустя ещё милю в том же темпе, Харди добежал до центрального квартала Фейри Флориша. Раньше его окружали крепостные стены, но когда надобность в них отпала, те были разобраны, и теперь на их месте находился Лунный бульвар, самая широкая улица в городе, будто подковой огибавшая левобережную часть Центра.

"Было бы здорово хоть разок взглянуть на него с высоты пегасьего полёта"... — мимоходом подумал жеребёнок, цокая копытцами по мощёной дороге.

Сам бульвар, с многочисленными фонтанами, лавочками и деревьями, совершенно сейчас не интересовал единорога. Харди пробежался по узкому переулку между двумя многоэтажными домами, где мог спокойно протиснуться разве-что жеребёнок, и сразу оказался на "Гвоздичном спуске", который славился своими цветочными магазинчиками, ухоженными клумбами и ежегодно проводимым осенним цветочным фестивалем.

Харди махом добежал до перекрёстка, затем повернул направо, к парку "Двух сестёр", затем вновь свернул направо… И наконец оказался на главной городской площади.

Центр Фэйри Флориша поделённый на историческую и деловую половины несколько напоминал Кантерлот. Нет, разумеется, не архитектурой, а скорее каким-то столичным шиком, лоском, зажиточностью.

Исторический центр города был наводнён разномастными бутиками, магазинами, ресторанчиками, спа салонами, парикмахерскими и кондитерскими, но вокруг площади их находилось едва ли не больше, нежели простых жилых домов. А уж про многочисленные сувенирные лавочки и говорить не стоило. Но всё это очень гармонично вписывались в городскую архитектуру.

Рядом с главной площадью высилась городская ратуша выполненная в стиле ампир. По соседству располагался небольшой скромный замок: бывшая летняя резиденция принцессы Луны, внутри которой хозяйка не появлялась уже добрую тысячу лет. Ныне здесь располагался краеведческий музей, и лишь памятная табличка в самом неприметном месте на фасаде напоминала об историческом назначении здания. Впрочем, обитатели Флориша, и без этого прекрасно знали и помнили подлинную историю принцессы Луны, не превращая в миф или легенду её изгнание, как это давно сделали жители других городов.

Селестия изредка прибывала сюда, поучаствовать в торжествах по поводу “Праздника цветения ланесии”. Должно быть слишком сильно переживала и чувствовала свою вину за сестру, потому не хотела ворошить воспоминания. Тут было слишком многое посвящено Луне.

Несмотря на то, что городскому совету настоятельно рекомендовали сменить некоторые названия улиц и достопримечательностей, дабы не упоминать опального аликорна, местные власти пропустили многие рекомендации мимо ушей.

Жители Флориша вообще отличались крайним своенравием и даже бунтарством, предпочитая жить по своим порядкам и правилам, часто напоминая, что они являются приграничной территорией, вошли в состав Эквестрии по своей воле, и если им будут слишком часто указывать из столицы, они могут спокойно этот самый состав покинуть. Впрочем, дальше пустого сотрясения воздуха дело так никогда и не шло, все стороны прекрасно понимали выгоду от союзных отношений.

Сбавив ход Харди пытался отдышаться, пересекая площадь в направлении яркой рекламной вывески с названием любимой кондитерской. Папа с мамой, уже занявшие столик под открытым небом, махали ему, заметив своего сына издалека.

Они ели шоколадные маффины с изюмом и готовились резать его любимый вишнёвый торт!

Жеребёнок бросился со всех ног предвкушая вкусняшку и спустя несколько мгновений уже сидел за столиком облизываясь, поставив на него передние копытца.

Когда половина сладостей, ловким движением копыт, пропала со стола, а вопросы об учёбе и отношениях с жеребятами в школе закончились, Грасс, собравшись мыслями, решила наконец озвучить истинную причину сегодняшней встречи.

— Харди, сынок, — кобылка говорила медленно, стараясь обдумать каждое слово. — Мы с папой давно хотели спросить: ты хотел бы, чтобы у тебя был братик или сестренка?

Единорожек с перемазанной кремом мордочкой, отвлёкся от поедания очередного кусочка торта, удерживаемого телекинезом, и взглянул в беспокойные глаза мамы.

— Конечно! Вдвоём же веселее! — Ответ явно обрадовал Грасс и Продия — У многих в классе есть братья и сёстры. Это здорово. — Харди принялся перечислять преимущества наличия второго жеребёнка в семье. — Мы бы могли играть вместе, ходить на праздники, участвовать в соревнованиях!..

Жеребёнок даже не заметил как его бурная фантазия снова чересчур разыгралась и он начал слишком сильно размахивать своей недоеденной порцией торта, постепенно распаляясь, пока наконец не потерял концентрацию. С Харди порой случалась подобная неприятность, особенно в сочетании с эмоциональным возбуждением, всё же он ещё был мал и далеко не так хорошо владел телекинезом, как хотелось.

— Ай! — Только и успел сказать Харди, провожая взглядом упущенное лакомство.

Выскользнув из магической хватки единорога, кусок описал короткую дугу и попал аккурат в мордочку так некстати проходившей мимо официантки, доставлявшей очередной заказ на столик по соседству.

Ослепшая от крема и распадающейся основы кобылка-земнопони не замедлила оступиться, с громким взвизгом отправляя себя в полёт. Как нетрудно понять, закончилось это весьма плачевным образом как для неё, так и для ожидавших заказа посетителей.

Грохот тела, подноса, бьющийся посуды, падающих стульев и стола, слились в причудливую какофонию.

Харди, прижимая ушки, с ужасом в широко распахнутых глазах теперь взирал на плод своего труда — развалившуюся на полу официантку, на которой теперь, помимо кусочка торта, красовался букет цветов из вазы в промокшей гриве и россыпь пирожных-корзиночек.

Компанию на полу земнопони составляли опрокинувшийся на бок столик и завалившийся на спину прямо в стуле солидный пегас в дорогом костюме, дрыгавший всеми четырьмя ногами в тщетных попытках подняться и побагровевший от возмущения. Вокруг них, беспрестанно охая, нарезала круги аристократичного вида единорожка в атласном небесном платьице с высокой уложенной причёской, поблёскивая не только самоцветами в серёжках и ожерелье, но и стопкой пончиков с глазурью на роге. Кобылка явно боялась испачкать туфельки и длинный подол в растекающихся лужицах горячего шоколада, щедро приправленных осколками посуды.

— Оййй... П-п-прростите, пожалуйста! Я нечаянно… — Хриплый голос Харди разорвал воцарившуюся тишину. Единорогу сейчас хотелось провалиться под землю со стыда под осуждающим взглядом десятков пар глаз.

Грасс и Продиус мигом вскочили, бросившись с тысячей извинений устранять возникшую оказию.

— Да ничего страшного, — официантка, поднявшись при помощи Грасс, махнула копытом. — У нас тут случались вещи и похуже, никто же серьёзно не пострадал. Дети часто норовят у нас устроить кавардак, особенно во время праздников.

— Всё же нам ужасно неловко из-за этого происшествия, — отряхивая сиреневую кобылку с сожалением сказала Грасс. — Ещё раз прошу прощения, передайте хозяйке, что мы обязательно останемся и поможем с уборкой.

— Это возмутительно! — Пострадавший пегас, возвращаемый Продием в вертикальное положение вместе со стулом, гневно потрясал передними ногами и брызгал слюной. — Таких сумасшедших невоспитанных детей надо держать подальше от других пони! Вы только посмотрите, что ваш сыночек натворил?! Не умеете воспитывать детей надлежащим образом, нечего их заводить!

— Потише, уважаемый! — Продиус резким движением тряхнул стул с седоком в самом конце. — Мы уже кучу раз успели извиниться. Успокойтесь, пожалуйста, я заплачу за испорченный заказ и моральный ущерб, если угодно, однако не намерен выслушивать оскорбления в адрес моего сына.

— Чтоо? — Вскочивший пегас растопырил крылья, уткнувшись лоб в лоб с Продием. — Вы смеете мне ещё угрожать, когда ваш неотёсанный отпрыск специально начал кидаться едой?

— Это была просто случайность, — настоял Продиус. — Не говорите ерунды, мой сын никогда не станет бросаться едой из прихоти.

— Ну конеечно, я так и поверил папаше, пытающемуся выгородить своего дорогого сыночка! Впрочем, ничего другого от невоспитанных деревенщин я и не ожидал. Сразу видно, что яблоко от яблони недалеко ускакало!

Вспыливший пегас похоже всерьёз решил пободаться, подавшись головой вперёд. Несмотря на меньшие габариты и рост, он даже заставил земнопони отступить на шаг, благодаря напору.

Следом в спор влезла его спутница, высокомерно принявшись раздавать советы некультурным провинциалам в плане правильного воспитания детей и поведения в обществе. Благородная дама щебетала донельзя противным писклявым голосом, задрав мордочку и буравя Продия уничижающим взглядом. Земнопони грешным делом подумал, что эта сладкая парочка родственники, прям два сапога пара. При этом Продиус в долгу не остался, не замедлив отпустить несколько шпилек относительно невоспитанности некоторых высокородных снобов, которые сами хуже любых деревенщин.

В их сторону обеспокоенно смотрели уже все посетители и даже некоторые пони проходившие по улице. Одна из официанток поспешила известить хозяйку о возникшей ситуации.

Продиус выглядел спокойным, будучи уверен в своей правоте, однако царившая атмосфера, поведение его оппонента и интуиция, подсказывали Грасс, что дело может окончиться взаимным копытоприкладством.

— Простите, давайте не будем нагнетать ситуацию, — Арнхильд деликатно включилась в спор. — Продя, отойди, пожалуйста, я всё улажу.

Несмотря на то, что Грасс была эмоциональной пони, она зачастую держала себя в узде, оставаясь спокойной и доброжелательной. Пегаске не составило труда даже не повысив ни разу голоса поставить напыщенных аристократов на место, после чего те поспешно удалились, отказавшись даже от бесплатного обеда, предложенного хозяйкой в качестве извинений, и денег Продия за испорченный заказ.

После того как вздорная парочка скрылась из виду, а семья Стрей уселась обратно за столик, разговор неспешно продолжился.

— Я правда не хотел, — у Харди после случившегося явно пропал аппетит вместе с настроением, тарелка с большим куском торта отправилась на середину стола. — Неделя домашнего ареста, да?

— Ну что ты сынок, это точно лишнее. Просто поможем тут немного с уборкой после того как доедим, и ничего более, — Грасс, подсев ближе к сыну, говорила как можно ласковее, поглаживая Харди по голове. — Не переживай, это всё просто досадная случайность, ты ведь сам знаешь.

— Угу. — промычал жеребёнок, уткнувшись маме в грудь.

— В общем, так получилось, Харди, что скоро у тебя действительно появится братик или сестрёнка. — Арнхильд сама даже не поняла, как сумела так перескочить с темы, когда собиралась сказать совершенно другое. Но теперь уже поздно было затыкать рот копытом, потому кобылка не нашла ничего лучше как изобразить улыбку.

Харди вздрогнул, посмотрев на маму округлившимися глазами, от неожиданности открыл ротик, а затем заорал на всю улицу “Ура!”, умудрившись перевернуть и этот стол своим тельцем.

Убирать посуду и мыть пол пришлось в этот день долго.

## Глава 2

Зима в тот год выдалась невероятно лютой и снежной. Уже целый месяц дули сильные ветра с севера, принося с собой тучи неподвластные погодной службе города. Весь Фейри Флориш буквально утопал в сугробах и расчистить их практически не представлялось возможным, несмотря на то, что местные жители охотно вызвались помочь дворникам и работали не покладая копыт.

Снег шёл практически не переставая, а переметы от ветра быстро помножали всю работу на 0. В итоге на окраинах от поместий вообще торчали буквально одни крыши и каминные трубы, да и свет давали с перебоями. Кроме того стояли крепкие морозы: явление в этих местах невероятно редкое. Даже местные водопады на горных реках замёрзли, как и водосброс местной ГЭС.

Как на зло доставить Грасс в роддом в подобных условиях оказалось просто невозможно, посему еле добравшимся в поместье врачам пришлось принимать роды прямо на дому.

Вроде всё прошло благополучно. У Харди в тот вечер родилась сестрёнка — белоснежная пегаска с небесно-голубой гривой. Она была поздним, а потому очень долгожданным ребёнком.

Родители решили назвать её Сноуфлейк…

Однако радость прибавления в семье быстро прошла. Врачи серьёзно беспокоились за жизнь малышки: слишком уж слабой и худенькой она родилась. В любой момент жизнь Сноуфлейк могла растаять… А переправлять новорождённую с мамой в больницу — значит подвергать опасности жизни уже обоих. Пожелав Продию крепиться, врачи виновато покинули усадьбу, сделав всё, что было пока в их силах, и пообещав ежедневно навещать.

* * *

Уже почти неделю новорождённая Сноуфлейк зависала между жизнью и смертью. Её сердечко еле билось. Пегаска почти не просыпалась и очень мало ела. Врачи лишь разводили копытами.

Харди всё это время не отходил от сестры ни на шаг. Он почти не спал последние шесть дней. Единорог часто держал свою сестру за ножку, гладил по гриве, иногда держал на своих копытах и пел колыбельную, укачивая её. Он даже тайком учил заклинания лечения, что нашёл в той самой отцовской книге, которую читал время от времени, пробираясь в кабинет Продиуса. Харди так сильно хотел помочь сестрёнке, что не замечал усталости и наотрез отказывался уходить. Несколько раз в день накладывал на Сноуфлейк самое простенькое заклинание регенерации, годное разве-что для заживления царапин, пока только на него хватало магических сил жеребёнка.

Но Харди просто не мог сидеть и смотреть сложа копыта, как медленно угасает сестра, укоряя себя в том, что вместо магии целительства раньше больше смотрел боевые заклинания или читал приключенческие книги.

Под утро седьмого дня Харди даже не заметил, как уснул на кровати рядом с сестрой, провалившись в глубокий сон...

Зимняя ночь. Лютый мороз. Обжигающий ветер, от которого слезились глаза, щипало щёки и нос. Харди торчал один посреди снежной бури. Рядом ни души. Даже если нет, снежная пелена всё равно мешала что-либо рассмотреть. Стоять было невыносимо, холод пробирал до костей.

“Где я? Как я сюда попал? Что это за место?" — в голове Харди вертелись вопросы мешая друг другу.

"Нужно куда-то идти, где-то укрыться от непогоды! Нужно найти хоть какое-нибудь убежище, чтобы не замёрзнуть... Но куда идти? Ничего же не видно!"

Изо всех сил Харди пытался заставить свой рог светиться, дабы хоть самую малость разогнать темень и попытаться посветить себе под ноги, но ничего не получалось. Харди показалось, что он целую вечность стоит тут и мучает свой рог в попытке выдавить хоть искру магического света:

"Да что же такое? Ну давай же!.." — единорог ругал себя, тщетно пытаясь сотворить совсем несложное заклинание света, которое у него всегда легко получалось, ведь имелся большой опыт ночных проникновений в библиотеку и чтения под одеялом.

Свечение появилось, наконец, однако маленькое и слабое, но и его хватило чтобы хоть немного осмотреться. Погода будто сжалилась в этот момент над жеребёнком, ветер почти ослаб.

Харди увидел, что вокруг начали кружить снежинки совсем странной формы в виде павлиньего пера, а на том месте где обычно располагался "глаз" находилось маленькое сердечко. Света было мало, но единорогу во что бы то ни стало захотелось рассмотреть их получше.

Харди напрягся изо всех сил. Рог, отозвавшись жжением и болью, засиял так сильно, что вокруг казалось, стало заметно теплее и все снежинки, витавшие вокруг в причудливом танце, начали таять, испаряясь в воздухе. Лишь одна из них никак не хотела исчезать. Медленно снижаясь она кружилась вокруг него, как будто изучая.

Жеребёнок выставил ножку навстречу снежинке, желая поймать, и та, немного покрутившись вокруг мордочки единорога, упала на копытце.

Странная снежинка даже не думала таять. Наоборот, она начала увеличиваться в размере, расти, превращаясь во что-то отдалённо знакомое.

Спустя несколько секунд причудливый кристалл льда обратился в его маленькую сестру-пегаску, призрачную, хрупкую и еле живую, которая продолжала всё увеличиваться в размере. Харди подставил второе копытце. Ему показалось, что прошло несколько минут, прежде чем эта метаморфоза закончилась.

Метель напомнила о себе, взметнув белые вихри до небес. Харди испугался, что без тёплого укрытия сестрёнка замерзнет и умрёт, но как ему быть? Он бы мог попробовать тащить кобылку телекинезом непродолжительное время, что было удобно, но идти без света в кромешной темноте? Он мог бы положить её на спину и освещая путь попытаться найти дом, но даже не знал в какую сторону идти и где вообще находится? Вариант бросить Сноуфлейк и спасаться самому Харди даже не рассматривал.

Всё же после недолгих раздумий единорог решил побродить по округе. Надежда, что дом находился где-то рядом не покидала.

Харди разместил сестру на спине поудобнее и зашагал в неизвестность, сокрытую белой пеленой.

Спустя некоторое время безрезультатных скитаний и борьбы со стихией он обессилено повалился на колени, провалившись в глубокий сугроб.

Неужели это конец? Неужели никто не спасёт? В такой мороз без теплых вещей они быстро замёрзнут до смерти. Харди вспомнил истории прочитанные из книг и рассказы взрослых, о пропавших в горах альпинистах или лыжниках, окоченевшие тела которых иногда находили спустя годы. Стало горько на душе от такой несправедливости. Захотелось расплакаться, но Харди сдержался. Нельзя распускать нюни как маленький жеребёнок! Если он хочет спасти Сноуфлейк нужно что-то придумать!

Единорог попытался вспомнить советы отца и курсов скаута по выживанию, решив зарыться в снег. После чего поднёс сестру ближе к груди, обнял, поцеловал её в лоб, свернулся калачиком и закрыв глаза, сказал:

— "Я буду согревать тебя сколько смогу сестрёнка, пока нас не засыпет снегом. Пусть лучше я замёрзну сам, но я тебя никогда не брошу в беде и никому не позволю тебе навредить..."

В ту же секунду снегопад и ветер резко прекратились, словно нажали выключатель. Воцарилась давящая тишина. Харди даже показалось, что он услышал чей-то шёпот совсем рядом, переходящий в ехидный смешок. Жеребёнок открыл глаза и высунул голову из своего укрытия.

Непроглядная темнота будто обступала его со всех сторон. Ни луны. Ни звёздного неба. Ни огней города поблизости. Магический свет образовал лишь крошечный круг, который постепенно сжимался.

— Кто здесь? — Харди крикнул с надеждой во тьму.

В ответ единорог услышал лишь тихий глумливый смех.

— Я не знаю, где мой дом, нам нужна помощь, пожалуйста помогите!

Тьма подобралась уже почти вплотную. Жеребёнок вновь напряг все свои силы до боли в роге, заставив магический свет вспыхнуть сильнее и темнота как будто отпрянула испугавшись. Единорог снова услышал шёпот, теперь гораздо более громкий, требовательный и лившийся казалось со всех сторон. Не выпуская сестру из копыт Харди лишь сильнее прижал малышку к себе.

— Кто вы?! Покажитесь! Не бойтесь, я не причиню вам зла! Нам правда очень нужна помощь!

В ответ снова раздался смех. Из мрака на единорога посмотрели два ярко горящих хищных светящихся глаза с узким кошачьим зрачком и жёлтой радужкой.

— Я вижу ты сбился с дороги малыш? — на пятно света вышла прямоходящая фигура словно сотканная из чёрного дыма. Рваные, нечёткие контуры худого тела, поверхность которого беспрестанно курилась. Карикатурная мультяшная пасть с пробивающимся наружу светом будто тлевших в камине углей. — Хочешь вернуться домой, так ведь?

— Да, но я не знаю где он, и я не могу оставить сестру, иначе она замёрзнет, — осторожно ответил жеребёнок. Незнакомец пугал до жути, Харди почувствовал прилив жара, растекающийся внутри тела, напрягся.

— Твой дом находится совсем рядом. — фигура указала направление лапой с вытянутым пальцем. В открывшимся сквозь расступившийся мрак окне, виднелась родная усадьба, освещённая декоративными фонарями, — Я пропущу тебя туда в обмен на маленькую услугу…

Харди медленно поднялся, с вопросом глядя на странное создание.

— Жизнь твоей сестры, глупый единорожек. Отдай мне её и я отведу тебя домой. — Харди мог поклясться, что существо облизнулось, посмотрев на прижатую к груди малышку.

Подобное предложение возмутило жеребёнка до глубины души.

— Н-нет! Ни за что! Уходи! Уходи прочь! — Харди даже притопнул свободной ногой для пущего эффекта. — Мне не нужна твоя помощь! Й-йй… если попробуешь навредить Сноуфлейк я,.. я тебя ударю!

— Глупый маленький единорожек захотел помериться силами? — дух оскалился с чувством явного превосходства.

Харди быстро осмотрелся по сторонам и понял, что окружён похожими сущностями, напоминавшими силуэты пони, которые приближались с явно недобрыми намерениями. Но эти духи похоже боялись его света и не могли подойти вплотную.

Жеребёнок напрягся, заставив рог светить так ярко как никогда в жизни, а сам вновь уложив сестру на спину и покрепче прижав телекинезом, рванул в сторону родной усадьбы, так как ни разу в жизни ещё не бегал.

Облако тьмы преследовало по пятам. Харди, утопая чуть не по грудь в глубоком рыхлом снегу, всё же сумел добежать до дома раньше погони. Отсутствие сада и забора ничуть сейчас не смущало. Спотыкаясь о ступени, жеребёнок, тяжело дыша, взбежал на крыльцо, принялся тарабанить в дверь, звать папу с мамой и умолять чтобы они быстрее открыли.

Тщетно. Хотя в окнах горел тусклый свет никто так и не вышел.

Харди обернулся. Шесть фигур неспешным шагом приближались к нему широкой дугой. Рог жеребёнка уже еле мерцал от усталости, поэтому Харди схватил стоявший на пороге горшок с ледяным кактусом и разбив им большое оконное стекло, запрыгнул внутрь, придерживая сестру телекинезом.

К несчастью родителей дома обнаружить не удалось. Быстро побегав по комнатам в их поисках, жеребёнок убедился, что помощи ждать неоткуда и, повинуясь непонятному инстинкту, побежал в свою спальню, где спрятал Сноуфлейк в шкафу для одежды.

— Не бойся, они тебя не заберут, я не позволю... — сказал единорожек погладив спящую сестрёнку по гриве.

Захлопнув дверцы Харди упал в изнеможении. Жадно хватая ртом воздух он тщетно пытался отдышаться, но ничего не выходило. Его трясло. Несколько полученных порезов теперь неприятно саднили. Катившиеся бусины пота россыпью покрывали шёрстку.

"Нужно забаррикадировать дверь" — мелькнуло в голове жеребёнка.

Так всегда делали герои в прочитанных им книгах. Преодолевая дрожь во всём теле, единорог с трудом поднялся. Захлопнул настежь раскрытую дверь спальни, подпёр ручку стулом. Затем хотел подтолкнуть ещё тумбочку, но оставшихся детских сил явно не хватало, чтоб её сдвинуть, а дверь уже трещала и содрогалась под ударами.

Удар. Ещё удар. Сердце Харди бешено колотилось, уходя в пятки, при виде двери покрывающейся сетью трещин. Наконец, спустя ещё пару гулких толчков, преграда с треском разлетелась на щепки вместе с хлипкой подпоркой и внутрь комнаты ворвались трое духов. Тот самый высокий и пара дымных земнопони. Ничего кроме искр из рога Харди сотворить больше не мог, поэтому фыркнув, нагнул угрожающе голову, устремив рог на врагов и топнул копытом. Так просто он не сдастся.

— Ты всё ещё упрямишься глупый жеребёнок?.. — в голосе вожака теней проступили нотки раздражения. — Взять его.

Харди бросился вперёд, опередив приспешников высокого, и попытался в прыжке ударить передними копытами предводителя духов, но пролетел сквозь него. Невыносимый холод обжёг жеребёнка, казалось даже шёрстка покрылась инеем.

— Брысь малявка! — единорог почувствовал, что его схватили телекинезом, а в следующее мгновение он уже летит к кровати, больно ударившись боком об её спинку.

Поскуливая сквозь стиснутые зубы и смаргивая слёзы, Харди увидел, как духи медленно приближаются к шкафу с сестрой, щерясь гаденькими ухмылками.

Не теряя ни секунды на раздумья, жеребёнок, вскрикнув, подскочил, и самоотверженно рванулся из последних сил, снова преградив путь сущностям:

— Я не дам вам забрать Сноуфлейк, уходите прочь!! — захрипел Харди не известно как сумевший с колдовать тусклый свет, выдавливая из себя последние капли магии, чем остановил врагов. — Оставьте нас в покое!!

— За своё упрямство ты будешь страдать, маленький глупый единорожек. — назидательно произнёс высокий дух.

Из пола ударил язык ледяных шипов, поднявший Харди в воздух. Боль от впившихся сосулек пронзила разум. Жеребёнок, сипло взвизгнув, повалился, с хрустом ломая под собой сосульки. Из его глаз полились слёзы. Харди почувствовал, что с трудом может дышать.

Бессильно лёжа на полу в растекавшейся под собой тёмной луже он взглянул на закрытые дверцы шкафа, затем на ухмылявшихся сущностей, проглотил ком в горле и дрожащим голосом сказал:

— Если вам обязательно нужна чья-то жизнь,.. в-возьмите мою, т-ттолько... не трогайте сестру,.. п-пожалуйста…

— Как скажешь, маленький глупый единорожек... — высокая фигура облизнулась, и в ту же секунду из неё ударили струи тьмы похожие на щупальца, которые впились в тело жеребёнка, опутали ноги и шею…

Харди почувствовал холод, который сковал всё тело, захотел закричать, но не смог выдавить из себя даже писк. Вокруг потемнело. Он почувствовал как проваливается куда-то вниз, услышал далёкий плач, который постепенно усиливался.

Плакал новорождённый жеребёнок...

Ощущение полёта.

Касание.

От испуга Харди подскочил, обливаясь холодным потом. Продрав глаза, с удивлением обнаружил себя в обнимку с полом, да ещё запутавшимся в одеяле.

— Это был всего лишь ночной кошмар… — облегчённо выдохнул Харди.

Однако детский надрывный плач никуда не делся. И доносился он с кровати…

Харди привстал на задние ножки и медленно высунул голову из-за края постели. Первое, что он увидел, это два больших серых глазика, которые смотрели на него с любопытством. Сноуфлейк перестала плакать, как только увидела показавшуюся мордочку Харди. Оба жеребёнка некоторое время молча смотрели друг на друга подобным образом, глаза в глаза.

— Какая же она милашка. — Харди растаял, не в силах поверить своему счастью. Глаза защипало, мордочку озарила улыбка. Кажется сестрёнка поправилась? Благодаря ему? Может это вовсе был не сон, ведь ощущения казались совсем настоящими? Ответов на эти вопросы не было, да и не до того сейчас.

Харди было потянулся обнять сестру, но быстро одёрнул себя, побоявшись всё испортить и навредить Сноуфлейк.

Радость тишины меж тем продлилась недолго. Пегаска, зажмурившись, завопила на всю комнату так, что у Харди заложило уши, заставив единорожий носик сморщиться, а вокруг уже бегали, суетились и громко говорили родители, прискакавшие на шум. Но Харди ничего этого не замечал, продолжая смотреть на свою долгожданную сестру. Внутри разливалась приятная теплота, а голову озарила мысль. Кажется сегодня он что-то понял. Быть может защищать и оберегать других, пусть даже ценой собственной жизни и есть его призвание?

Едва жеребёнок об этом подумал, теплота перешла в настоящий жар, устремившийся наружу. Харди ощутил, что его тело вдруг стало невесомым, будто пёрышко, начало отрываться от пола и при этом лучится белым светом, постепенно окутывающим его словно кокон. При этом страха не было ни капли, наоборот, нахлынуло растущее чувство радости, переходящего в эйфорию. Харди закрыл глаза, полностью отдавшись этому доселе неизвестному состоянию.

Всё разом прекратилось так же быстро, как и началось. Харди обнаружил себя стоящим на полу, ноги подкашивались от внезапно накатившей слабости, которая почти сразу прошла. Кожу на фланках слегка покалывало. Он не сразу заметил, что в комнате внезапно стало тихо. Посмотрел в сторону родителей. Грасс и Продий глядели на сына широко распахнутыми глазами, застыв на месте, даже Сноуфлейк прекратила плакать, повернув головку в сторону брата.

Харди интуитивно осмотрел себя, опасаясь приключившейся скверной метаморфозы, и на бедре увидел её. Свою метку. Свою такую долгожданную, желанную кьюти-марку. Рапира скрещенная с пером. Примерно так он себе её и представлял.

От удивления и восторга жеребёнок приоткрыл ротик, снова посмотрел на родителей:

— Я получил свою кьюти-марку! Ура!

Харди подпрыгнул и начал носиться по комнате, возбуждённо тараторя и стараясь показать метку маме с папой получше, вдруг не рассмотрят? Гордо говоря какой он теперь совсем взрослый, и сожалея, что не может пока показать кьюти всей родне и классу в школе. Затем снова перешёл на галоп, крича от радости, нарезая круги вокруг обалдевших родителей, у которых никак не получалось его утихомирить. Харди даже на кровати умудрился попрыгать, совершенно потеряв над собой контроль. Помог лишь сеанс дружных семейных обнимашек, после которого единорожек наконец смог услышать насколько Грасс и Продиус счастливы и им гордятся.

Договорившись устроить по случаю получения метки вечеринку, они отправили Харди на первый этаж, и смогли наконец плотнее заняться Сноуфлейк, малышку требовалось осмотреть и покормить.

Прибывшие в этот день врачи обнадёжили, заявив, что Сноуфлейк пошла на поправку, а вечер прошёл в тёплом семейном кругу, где Грасс и Продий вспоминали, как получили свои кьюти-марки и просто забавные случаи из детства.

## Глава 3

Шли годы. Сноуфлейк росла. Она много болела, была слабой физически. Летать не могла вовсе. И хотя крылья были нормальные для пони её возраста, всё равно напрочь отказывались держать кобылку в воздухе. У пегасов редко, но случались такие проблемы. Специалисты советовали набраться терпения, говорили всё пройдет само-собой со временем.

Грасс хотела было отправить дочку для обучения лётному мастерству в лётную школу Клаудсдейла, где ставили на крыло даже казалось бы самых безнадёжных пегасов, но осмотрев робкую и слабую претендентку там лишь указали на дверь, попросив прийти позже, как окрепнет. На следующий год всё повторилось. И в последующий вердикт остался неизменен. Своими же силами научить дочь летать у Грасс пока не получалось, поэтому о полётах Сноуфлейк приходилось пока только мечтать.

Харди всё это время охотно помогал родителям в воспитании сестры. Жеребёнок в душе чувствовал какую-то важную ответственность за Сноуфлейк, всячески стараясь её оберегать. Кажется он нянчился с ней даже больше самой Грасс. Порой многое прощал, потакал маленьким капризам. Родители же старались не баловать дочку сверх меры, приучая с детства к труду и самостоятельности. Сноуфлейк часто просили помочь с уборкой в доме или саду, приготовлении пищи, сборе урожая, редко, но всё же отправляли за покупками в магазин, пекарню или на рынок.

Сноуфлейк почти не уделяла времени прогулкам на улице, и к моменту когда пошла в школу совсем не имела друзей.

В школе пегаску почему-то сразу невзлюбили. Она была слишком застенчивой и замкнутой, намного больше своего брата, с трудом шла на контакт. Порой странно говорила, вызывая дружный смех одноклассников. Скупо проявляла свои чувства даже к членам семьи. Из-за высокого роста Сноуфлейк выглядела совсем худенькой. Сверстники по злее дразнились, говоря, что она вообще не похожа на нормальную пони, соревновались в присваивании обидных прозвищ, дёргали за хвост или гриву. Пегасы умевшие уже летать, вешали её седельные сумочки с учебниками на ветки деревьев, зная, что без посторонней помощи Сноуфлейк ни за что те не снять, и потом дружно потешались над тем как она неуклюже лазила с ветки на ветку, пытаясь снять их.

День за днём пегаска молча терпела обиды и это лишь раззадоривало хулиганов. Они становились всё наглее и учёба в школе превратилась в жестокое испытание. Порой кобылка мечтала стать вовсе невидимкой, лишь бы это хоть немного помогло. Только рядом с Харди Сноуфлейк чувствовала себя в безопасности, на время становилась обычной маленькой кобылкой. Она ощущала большую привязанность и доверие, от чего хотелось иногда подурачиться, поиграть и только старший брат мог заставить её улыбаться или засмеяться, отчего на щёчках пегаски на мгновение проступал милый и здоровый румянец.

Так почти безрадостно минула пара лет.

Сноуфлейк немного подросла за это время, перешла в третий класс. Несмотря на то, что она всё время прилежно училась, большого удовольствия похвалы учителей и нахождение в школе не приносили. Пусть открытые нападки одноклассников почти прекратились, благодаря заступничеству Харди, дружить с ней никто не хотел и кобылка чувствовала себя одиноко.

Сноуфлейк мечтала перевестись в Центральную школу Флориша, где углублённо изучали искусства, а ученики наверняка были не такими злыми, тем более там она смогла бы находиться ближе к брату, теперь обучающемуся волшебству в военной академии и бывшему дома в лучшем случае раз в неделю.

Но Сноуфлейк боялась заговорить с родителями на эту тему. Тогда пришлось бы объяснять почему ей не нравится учиться в Восточной школе.

Пегасы Клаудсдейла запаздывали в этом году с началом зимних снегопадов. На улице царила навевающая тоску осенняя погода с листопадами и вечными дождями. Очередной будний день обещал быть самым заурядным.

По пути в школу парочка пегасов сорванцов сбросили на Сноуфлейк целую копну осенних опавших листьев, когда та проходила через парк, после чего с заливистым смехом немного покружили над ней, призывая попробовать догнать их.

Сноуфлейк сделала вид, что ничего не заметила, неспешно бредя дальше. Дин со своим приятелем Клаудом частенько её донимали, так что проще было их игнорировать, как считала пегаска, те очень быстро теряли интерес и отставали, если она так делала.

Отряхнувшись, Сноуфлейк продолжила свой путь, исследуя взглядом тротуарную дорожку, усеянную тонким ковром опавшей разноцветной листвы. Кобылка всегда ходила с опущенной головой, разве только иногда отрывая взор от земли, чтобы выбрать дорогу или перейти улицу. Так, незаметно для себя, незаметная пегаска добралась до школы.

Восточная школа Фейри Флориша была известна в первую очередь своими спортивными достижениями. Местные жеребята с успехом участвовали во многих командных играх и индивидуальных соревнованиях, благодаря чему кабинет местного физрука пестрил всевозможными наградными лентами, а полка для кубков ломилась под тяжестью памятных трофеев. Хрупкая Сноуфлейк явно не способна была сколь-нибудь приумножить славу самой спортивной школы города, да и не сильно хотела. Нет, ей конечно тоже нравились игры, соревнования, но пегаска предпочитала наблюдать за ними со стороны, в качестве зрителя.

Первого урока сегодня не должно было быть, а вторым как раз стояла физкультура, но перед началом занятий классный руководитель, миссис Хэппи Чолк, попросила класс собраться в их кабинете немного пораньше по очень важной причине. Скорее всего для какого-нибудь важного объявления, подумалось Сноуфлейк.

Кобылка послушно заняла свою самую последнюю парту, ей так было более комфортно и позволяло меньше попадаться на глаза одноклассникам. Едва остальные ученики расселись по своим местам, как в комнату, в сопровождении учительницы, вошла малинового цвета единорожка с золотисто жёлтыми гривой и хвостом, навьюченная пухлыми седельными сумками. Подойдя к доске, она повернулась мордочкой к классу и принялась с любопытством осматривать учеников ярко-синими глазами.

— Класс, внимание. — Хэппи Чолк строгим взором пробежалась по жеребятам. Удостоверившись, что её все слушают, продолжила. — Это Иви Ивнинг, она недавно переехала сюда с родителями из Кантерлота и теперь будет учиться вместе с вами. Иви, поздоровайся с классом и расскажи немного о себе...

— Эмм… Привет всем, я Иви. Папа получил приглашение поработать у вас в городе, поэтому мы всей семьёй переехали сюда. У меня много братьев и сестёр. Надеюсь тут во Флорише будет здорово.

Единорожка оказалась не слишком многословной, а может просто не хотела всех задерживать, ведь надо было ещё успеть дойти до раздевалок и переодеться в спортивную форму.

Погода к моменту начала урока окончательно испортилась. Набежавшие тучи разразились настоящим ливнем, потому жеребят отправили заниматься в спортзал.

Пока физрук, вызванный директором по какой-то необходимости, отлучился, ученики остались предоставлены сами себе.

Дин, мигом скорчив самую наиглупейшую рожу какую только мог, принялся дразнить Бриошь, пухлощёкую толстую пегаску в круглых очках, которую родители видимо настолько сильно любили, что кормили как на убой, совершенно не заботясь тем фактом, что скоро их любимая дочурка будет не в состоянии даже взлететь. Само-собой кобылка натужно рванулась следом, попытавшись догнать сорванца, только силы ожидаемо оказались не равны и быстро выдохнувшаяся летунья вынуждена была опуститься на пол, взмокнув и тяжело дыша. Дин удовлетворённо принялся носиться по всему залу, громогласно вещая какой он крутой летун и смеша кобылок своими кривляниями под потолком в попытках это продемонстрировать.

Клауд тем временем вился вокруг новенькой ученицы, сетуя на судьбу единорогов и земнопони, которые прикованы к земле и вынуждены лишь уныло наблюдать за полётами пегасов.

— Это должно быть так отстойно, — говорил жеребёнок с чувством некоторого превосходства. — Всю жизнь ходить только ногами и лишь мечтать посмотреть на Эквестрию с высоты парящих облаков. Да пегасы вообще самая крутая раса во всём мире! А всякие жалкие единороги только и могут, что смотреть как мы летаем и завидовать…

— А спорим, я тебе сейчас докажу, что единороги тоже умеют летать не хуже пегасов? — неожиданно Иви подала голос, устремив на висевшего в воздухе Клауда нахмуренную мордочку.

— И что же ты сделаешь? С крыши школы спрыгнешь? — ехидно оскалился Клауд. — Ото всех наземных пони я видел только такие полёты, они называются падения. Учти это не считается за полёт, так что лучше тебе придумать что-то получше.

- Ну, если не придумаю, тебе же лучше. Так спорим? — Иви похоже не привыкла отступать, вытянув ножку в сторону пегаса.

— Спрашиваешь... Конечно спорим! — Клауд самонадеянно ударил своим копытом о копытце единорожки.

— Тогда, если проиграешь, ты извинишься перед всеми земнопони и единорогами в классе, а ещё скажешь, что вёл себя как дурак.

— Ладно. А если проспоришь ты, тогда должна будешь меня поцеловать.

Одноклассники захихикали или изобразили отвращение при упоминании поцелуев. Но Иви лишь согласно кивнула:

— Хорошо. Будь по твоему. А теперь все отойдите и не мешайте. И если кто-то меня собьёт, спор отменяется.

Единорожка вышла на середину спортзала, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Закрыла глаза. Сосредоточилась. На кончике её рога замерцала сначала еле заметная ярко-синяя искра магии, которая с каждой секундой разрасталась, окутывая его сиянием. И чем ярче становился свет, тем Иви напрягалась сильнее, стараясь удержать концентрацию.

Кобылка вспотела.

По лбу уже катились крупные капли пота. Стиснув зубы она дрожала всем телом, похоже вкладывая все свои силы в творимое заклинание. Казалось ещё немного и Иви не выдержав напряжения сорвётся, но в этот самый момент спортзал озарила яркая вспышка, заставившая всех зажмурится.

— Ну вот, готово… — Иви, пытаясь отдышаться, прервала повисшую тишину. Кобылка стояла посреди зала слегка помахивая появившимися за спиной волшебными крыльями бабочки, прозрачными и с яркой радужной каймой по краям. Они были просто огромные и невероятно красивые.

Все жеребята в классе обомлели от удивления, смотря широко распахнутыми глазами. Самонадеянная ухмылочка Клауда меж тем медленно сползла с его мордочки. Дин опустившись рядом с Иви тронул ножкой одно из крыльев.

— Осторожнее, они очень нежные. — единорожка одёрнула крылышко и хихикнула, глянув на Клауда. — Похоже сейчас кому-то придётся о-очень долго извиняться.

— Не буду я извиняться. Вот ещё! — нахохлился пегас-сорванец, демонстративно задрав нос.

— Ты же обещал! — Иви сделав несколько шагов в его сторону топнула ножкой.

— Ничего я не обещал. — Клауд высунул в ответ язык. — Ты ещё не летала. Может быть, ты только умеешь наколдовать себе крылья, а летать как пегас всё равно не умеешь.

— Не умею, говоришь? — Иви сделала несколько взмахов крылышками, оторвавшись от пола. — Скажи лучше, что просто проспорил и теперь не хочешь держать слово.

Клауд надулся ещё сильнее и отвернулся, демонстрируя всем видом, что не собирается ни перед кем извиняться. Но Иви уже махнула на него хвостом, поднявшись довольно высоко она принявшись ловко порхать по залу. Единорожка и не рассчитывала, что дерзкий пегас раскается, поменяет свою точку зрения, но ей ужасно хотелось проучить его и поставить в неловкое положение, что прекрасно удалось. Остальное — уже его проблемы.

Но жеребята уже, должно быть, забыли предмет спора, с восторгом принявшись бегать по спортзалу, преследуя спустившуюся к полу Иви. Пегасы кружились рядом, даже пытались устроить с ней воздушные салки. Дин и Клауд тоже не утерпели, быстро присоединившись к нахлынувшему веселью. Спортзал мигом наполнился задорным смехом и детскими визгами. И лишь только Сноуфлейк выбивалась из общего фона.

Пегаска сидела в сторонке на скамеечке и с грустью смотрела на остальных, время от времени бросая печальный взгляд голубых глаз на сложенные крылья за спиной. Как ей хотелось сейчас тоже туда, кто бы знал! Но видимо её судьба была сидеть вечно прикованной к земле. Сноуфлейк тяжко вздохнула, опустив голову, на её глазах даже выступили слёзы.

Иви, пребывая в порыве всеобщего веселья и слушая восторженные возгласы какая она крутая, пролетая мимо, обратила внимание на одиноко сидевшую у стенки пегаску. Отделившись от толпы кобылка быстро подлетела к грустившей пони.

— А почему ты не летаешь вместе со всеми? — мягко опустившись перед Сноуфлейк, спросила Иви. — Что-то случилось? Ты заболела?

Сноуфлейк внутренне напряглась. Сердечко кобылки забилось чаще. Обычно к ней не подходили с хорошими намерениями. Точнее её обычно и вовсе не замечали, а когда замечали — жди беды — приходило время насмешек и издевательств. Пегаска мысленно приготовилась к худшему.

— Я… Эм… — поставленный вопрос однако озадачил кобылку. Что же ответить? Очень не хотелось признаваться новенькой в истинной причине, ведь тогда и Иви наверняка начнёт над ней смеяться.

В сущности сослаться на болезнь казалось неплохой идеей, в конце концов она и правда почти постоянно болела, да и выглядела соответственно. Сноуфлейк решилась, робко подав голос:

— Д-да… заболела… Очень тяжело...

Иви было хотела сказать пару ласковых слов и ободряюще обнять пегаску, но в разговор так некстати вмешался Дин.

— И всё ты врёшь “вялокрылка”! Ты просто не умеешь! — выкрикнул пегас из-за спины единорожки.

— Да, она не умеет летать! — тут же Клауд включился, что, впрочем, было неудивительно, всюду, куда встревал Дин, следом лез Клауд, и наоборот. — А был бы у тебя нормальный папа пегас этого никогда не случилось!

— Сноуфлейк — дефективная пегаска! Она никогда не сможет летать! — снова подал голос Дин.

— Папа говорил, что в древние времена таких сбрасывали с облаков, чтобы не кормить лишний рот! — добавил Клауд.

— Прекратите! — добрая душа Иви не выдержала — Как вы так можете? Пони должны быть добрыми, а вам обоим должно быть стыдно за такие слова! — единорожка показала на готовую расплакаться Сноуфлейк.

— Да брось ты эту блаженную, Иви, давай лучше ещё полетаем! С тобой весело! — выкрикнул Дин, принявшись нарезать круги над головами столпившихся одноклассников с интересом наблюдавших, что же будет делать новенькая дальше?

— Всё равно так не бывает, — отмахнулась единорожка чтоб её не доставали. — Все пегасы просто обязаны летать. Это же так просто. Вот. Смотри, даже я уже умею, хотя вообще единорог. — Иви замахала крыльями, сделав несколько оборотов вокруг Сноуфлейк, затем несколько раз довольно грациозно перевернулась в воздухе, демонстрируя как ей казалось магические крылья во всей красе.

Как это было жестоко, подумалось Сноуфлейк в этот момент. Теперь даже не приспособленные для полётов пони над ней издевались, да ещё так тонко и перед всем классом.

Глаза пегаски и без того бывшие на мокром месте прорвались рекой слёз.

— Почему вы так со мной себя ведёте?! Что я вам сделала?! — вскочив со скамейки Сноуфлейк глотая слёзы бросилась прочь в сторону небольшой комнатки, соединяющей два спортивных зала между собой.

- Постой! Я же… — Иви крикнула вслед уносившейся ревущей кобылке.

— Оставьте меня все в покое! — не оборачиваясь бросила Сноуфлейк, ускорив бег.

Вслед ей полетели едкие насмешки и обзывательства, сопровождающиеся смехом особо злых одноклассников.

Едва очутившись в комнатке-переходе, среди хранившегося там разнообразного спортинвентаря, Сноуфлейк забилась в тёмный уголок, рухнув на гору наложенных там матов, уткнулась в передние ножки и принялась плакать, прерывисто хныкая и хлюпая носом.

Спустя немного времени Сноуфлейк услышала как легонько цокая по полу копытцами к ней кто-то подошёл. Затем почувствовала как её осторожно коснулись, нежно погладив по спине и крыльям.

— Прости, я совсем не хотела тебя обидеть. — в рыдания и всхлипы вклинился мягкий голос Иви. — Я не со зла, правда, просто не подумала, что ты можешь так среагировать.

Маты мягко прогнулись под весом второй пони. Похоже единорожка решила остаться здесь дольше, чем просто ради извинений. Сноуфлейк повернула заплаканную мордочку, смахивая ручейки слёз. Посмотрела на Иви, сидевшую рядом с виноватым видом и опущенными ушками.

— Ты… ты правда не хотела? — на памяти Сноуфлейк не было такого случая, когда другие жеребята просили у неё прощения просто так, самостоятельно, не под нажимом взрослых.

— Конечно! Я никогда в жизни никого не обижала специально, сама таких пони терпеть не могу. — ответила Иви, протянув ножку пегаске. — Мир?

— Ага… — после робкого брохуфа Сноуфлейк шмыгнула носом, начав успокаиваться. Иви легонько обняла пегаску, чтобы ускорить процесс.

Повисшую неловкую тишину прервал голос Дина.

— Развели тут понячьи нежности.... Бее… — высунув язык пегас скривил мордочку будто только-что отведал самый кислый-прекислый фрукт в мире.

— А теперь поцелуйтесь и мы объявим вас лучшими подругами! — задорный голос со стороны прохода в спортзал принадлежал конечно же Клауду.

— На свадьбу пригласите? — ехидно профыркал Дин, шумно приземлившись рядом с кобылками.

Иви, увидев, что губки Сноуфлейк задрожали, а глаза снова предательски наполнились влагой, не вытерпела. Единорожка гневно зыркнула на пегаса, принявшегося вдобавок ещё и дразниться языком.

— Ну всё… — прошипела еле слышно Иви. Этот неугомонный дурак её окончательно достал. И как раз на этот случай пони знала одно, хоть и несколько сложное, но зато действенное заклинание, которое непременно отучит его от этой скверной привычки.

Рог Иви окутался полем магии, кобылка поднапряглась и отправила в Дина магический луч. Повисло секундное молчание, пока пегас соображал, что произошло? Повернув мордочку к другу Дин увидел сжавшиеся у того от испуга зрачки. Клауд даже прикрыл рот копытцем. Скосив глаза к носу Дин помотал головой и с ужасом узрел свой обвисший, вывалившийся изо рта, распухший до неприличия язык, безвольно мотавшийся и упорно не желавший реагировать на приказы хозяина влезать обратно.

Пегас было хотел что-то сказать, но у него выходило лишь нечленораздельное протяжное мычание. Дин, запаниковав, в ужасе принялся бегать по спортзалу, мотая головой, воя белугой и брызгая слюнями, пока остальные пони из класса ухахатывались, чуть не катаясь по полу.

— Вот. Так-то лучше. — Иви с гордостью смотрела на проделанную работу, стоя в проходе рядом со Сноуфлейк, которая приложив копытце к ротику робко хихикала. — Теперь будет думать, прежде чем говорить всякие глупости. — кобылка, поморщившись, потёрла свой рожик. — Мх… правда рог теперь начал болеть ещё сильнее, два сложных заклинания за раз для меня слишком, но оно того стоило.

Тут в спортзале наконец объявился физрук — низкорослый кряжистый земнопони атлетичного вида. Дин, хныча, бросился к нему, мыча и активно жестикулируя. Мистер Стил Паунд сразу посетовал, что пока он двигал мебель в кабинете директора, малышня устроила балаган. Не став особо углубляться в подробности, учитель отправил Дина с Иви прямиком к директору. Похоже Иви, едва появившуюся в школе ждал разбор полётов и вызов родителей в первый же учебный день.

Остаток урока прошёл без происшествий. Впрочем, Сноуфлейк провела его сидя на скамейке, сославшись на плохое самочувствие, пока остальные жеребята весело играли. Пегаска чувствовала себя скверно, ведь это же из-за неё новенькую будет ждать распеканция дома за плохое поведение.

Незаметно наступило время обеда и ученики дружно потянулись в столовую. Получив поднос со своей порцией Сноуфлейк уселась за самый крайний стол у стены, подальше от своих одноклассников, зато поближе к окну. Сейчас как раз распогодилось и можно было полюбоваться поздними цветами на клумбе школьного сада. Пегаску это всегда успокаивало и отвлекало от дурных мыслей. Кобылка задумчиво глядя в окно, медленно пережёвывала свою порцию обеда, не обращая внимания на остальных.

— Не против если я сяду? — голос Иви, поставившей свой поднос рядом, вывел Сноуфлейк из её транса.

Повертев головой, пегаска осмотрела столовую. Убедившись, что свободных мест вокруг в общем-то хватало, не на шутку растерялась на несколько мгновений. Настолько ситуация была непривычной. Совладав с собой, Сноуфлейк всё же робко кивнула.

Иви тут же села напротив.

— Тебе сильно влетело? — неожиданно для себя Сноуфлейк первой начала разговор.

— Нет. Директор у вас добрый. Отправил этого глупого пегаса к врачу. Сказал, как обычно, что так делать нельзя и обещал сообщить родителям о моей выходке. Ничего страшного в общем. Мама с папой поймут почему я так поступила.

— А где ты так хорошо научилась колдовать?

— Я много тренировалась. Когда мы переехали жить из Филлидельфии в Кантерлот я хотела поступить в “Школу для одарённых единорогов”. Представляешь, там занятия иногда проводит сама принцесса Селестия! Я долго готовилась, но на вступительном экзамене видимо перенервничала и провалилась. Ничего. Я продолжу тренировки и ещё раз попробую.

— Уверена у тебя всё получится. — Сноуфлейк натянуто улыбнулась.

— Спасибо. — Иви ответила лёгкой искренней улыбкой. — На самом деле я не так хорошо владею магией как кажется. Обычно у меня хорошо получаются только заклинания защиты, декорирования и трансмутации. Я даже свою кьюти-марку за это получила. — единорожка показала на свою метку — синий щит с двумя завитками щитодержателями. — Потом расскажу как… Ну и ещё мелкие проказы вроде почесухи или распухшего языка. — Иви хихикнула, припомнив недавно получившего по заслугам глупого пегаса.

— Да, здорово ты Дина сегодня заколдовала. — согласилась Сноуфлейк, тихонько засмеявшись. — Знаешь… За меня раньше никто не заступался, кроме брата. Спасибо тебе.

— Так должен поступать любой хороший пони. — Иви нисколько не сомневалась в правильности своих убеждений.

Единорожка невероятно быстро справлялась со своей порцией, и пока Сноуфлейк ковырялась, уже прикончила обед, отставив поднос в сторону и потягивая сок из стакана. Иви продолжала говорить о магии, дожидаясь пока пегаска доест.

Остаток учебного дня прошёл просто прекрасно. Сноуфлейк с Иви болтали на каждой перемене.

* * *

Иногда Харди провожал Сноуфлейк по пути из школы домой, дабы скрасить её одиночество, поговорить о делах и учёбе, проследить чтобы с любимой сестрой ничего не случилось и её никто не обижал. Расспрашивал о проблемах.

Так случилось и сегодня. Едва Сноуфлейк покинула школьный двор, как тут же услышала оклик своего брата. Харди прекрасно знал, что она не смотрит особо по сторонам, и наверняка бы не заметила его, проходя мимо.

Единорог легонько обнял подскакавшую сестрёнку, подхватил телекинезом её сумки, уложил их себе на спину, и повёл кобылку домой.

— Ты сегодня выглядишь намного счастливее чем обычно. — Харди заметил чуть приподнятое настроение сестры. — Получила много хороших оценок?

— Нет. — жавшаяся ближе к брату пегаска мягко улыбнулась. — Я сегодня познакомилась с Иви, новой ученицей в классе. Она единорог и недавно переехала сюда с родителями. Она уже очень хорошо разбирается в магии и даже умеет делать крылья, представляешь?

— Неужели в твоём возрасте она уже знакома с таким сложным заклинанием? — Харди скосил недоверчивый взгляд на сестру.

— Да, она очень умная и талантливая, все учителя её очень хвалили сегодня. Ну, кроме директора. — Сноуфлейк неожиданно для себя принялась оживлённо тараторить, пересказывая события учебного дня. — А ещё она за меня заступилась перед Клаудом с Дином, мы целый день проболтали... — Харди внимательно слушал не перебивая, пока сестра наконец, выговорившись, не добавила в конце. — Я хочу с ней дружить.

— Замечательно! Это же просто здорово, что у тебя теперь наконец-то появится подруга! — воскликнул Харди, внимательно выслушав сестру. — Может у неё есть ещё друзья и Иви сможет познакомить тебя с ними тоже?..

Сноуфлейк слегка задумалась:

— У неё не много друзей, да и те остались все в Филлидельфии или Кантерлоте. Ещё Иви говорит, что любит изучать другие языки и придумывать разные технические штуки, которые потом часто рисует.

— Хм. Довольно необычные увлечения для маленькой пони у твоей новой подружки, — отметил Харди, решив сократить путь до дома напрямую через парк. — И она не считает тебя странной, скучной или нудной, как остальные?

— Нет, она сказала, что я очень интересная.

— Вот, видишь, умная девочка говорит, что ты интересная, а не странная. Значит так и есть на самом деле. — Харди ласково пригладил гриву сестры.

— Вообще-то она похоже уже понравилась всем мальчикам в классе, а на меня они внимания не обращают, только обзываются... — надулась Сноуфлейк. — Я тоже хочу всем нравиться.

— Всему своё время сестрёнка, подрастёшь ещё немного и мальчишки переменят своё отношение, вот увидишь, а если снова будут обзываться, дай самому вредному копытом в лоб. Вот так. — Харди подскочил к дереву и лягнул его задними ногами. На землю упали несколько ещё не облетевших сухих листочков, а через секунду единорог уже красовался с целой копной листьев в гриве…

Сноуфлейк тихонько засмеялась, наблюдая как дурачится братик, безуспешно пытаясь вытряхнуть листья из причёски, мотая головой и ероша гриву копытом, пока наконец не воспользовался магией, превратившей застрявшие листья в бабочек.

Затем Харди подошёл и крепко обнял сестру.

Всю оставшуюся дорогу Харди просто беззаботно болтал и развлекал Сноуфлейк простенькими магическими фокусами, а потом не отказался и отобедать в кругу семьи.

Грасс за столом не замедлила поохать, мол сыночек совсем похудел и видно кормят в академии плохо, постоянно порываясь положить в тарелку единорогу добавки. Харди же упорно сопротивлялся, отмахиваясь и возражая, что скорее даже поправился, а если его будут кормить так на убой, то совсем располнеет как папа.

Продиус отпустил несколько шуточек по этому поводу в свойственной себе манере, но всё равно подпортил сыну настроение, заявив, что по-прежнему считает — военная служба не годится для Харди. Пусть в академии и очень хорошая кафедра волшебства, ему лучше направить свою энергию на освоение мирной профессии, на что Харди категорично заявил, что хочет стать боевым магом и защищать других пони, а закончив академию попытается попасть в ЗЕП или гвардию, нравится отцу это или нет. Продиус ограничился лишь коротким скептическим высказыванием, усомнившись в успехе и, поймав на себе неодобрительный взгляд супруги, смолк совсем.

Сноуфлейк молча наблюдала за происходящим. Пегаска редко принимала участие в семейных застольных разговорах, особенно если её не спрашивали, тем более не решалась начинать первой. Если бы Харди не подтолкнул её локтем после повисшей за столом паузы, как бы невзначай припомнив, что у сестрёнки появилась наконец подруга в школе, и не попросил её рассказать об этом, Сноуфлейк так бы и жевала молча.

Кобылке ничего не оставалось, как робко повторить родителям то, что она рассказала брату. И вот уже напряжённая атмосфера на кухне нормализовалась, Грасс и Продий переключили всё внимание на любимую дочку, принялись засыпать её вопросами об Иви и учёбе. Харди же, сославшись на то, что ему пора возвращаться в академию, чмокнул Грасс в щёчку и, поблагодарив за вкусный обед, покинул дом, оставив сестричку одну отдуваться, помогая убирать со стола и мыть посуду. Но разве подобная мелочь могла омрачить Сноуфлейк такой день?

## Глава 4

Найтмер Найт сперва не пользовался во Фейри Флорише популярностью. Местные жители, прекрасно знавшие, кому обязаны основанием города, предпочитали  устраивать день памяти ночной принцессы.

Но время шло. Поколения менялись...

В конце концов, принцесса Луна, как и во всей Эквестрии, стала более известна как Найтмер Мун, а серьезный, скорбный день памяти превратился в крупный детский праздник.

В этом году традицию ночных гуляний никто нарушать не планировал.

Пегасы согнали низкие грозовые тучи над Флоришем, из-за чего небо беспристанно расчерчивали всполохи молний, гремел гром, нагоняя на мелких впечатлительных жеребят страха. Вкупе с жутковатыми украшениями домов в виде летучих мышей и фонарей из тыкв, пугались порой и не самые впечатлительные...

Сноуфлейк и Харди медленно продвигались к главной площади. В этот год компанию им должна была составить Иви, с которой они условились встретиться у музея Луны. Они сошлись на том, что вместе им будет веселее выпрашивать сладости.

Сноуфлейк нарядилась принцессой, Харди же выбрал роль лихого утонувшего капитана пиратов: глаз прикрытый повязкой, треуголка, старый продранный камзол, обнаруженный в подвале академии, после пары завершающих штрихов подошедший как нельзя лучше, поношенные сапоги и немного грима на видимые участки тела, придавшего шёрстке синюшный оттенок. Даже бутафорскую саблю с портупеей не забыл!

Центральная площадь пестрела от разномастных костюмов эквестрийской нечисти и просто легендарных созданий. Тут же разместились многочисленные аттракционы для желающих показать свою удаль, посоревноваться или просто подурачиться.

Иви с нетерпением ожидала в условленном месте рядом с одной из двух статуй фестралов стражников, несших возле ворот музея бессрочную службу. Гранитные изваяния с растопыренными крыльями были выполнены с великой тщательностью, казалось, стоит постучать в ворота как каменные фигуры оживут, сойдут с постаментов и затребуют пропуск. Единорожка, заметив подходивших Сноуфлейк и Харди, приветственно помахала ножкой.

Вид Иви заставил пегаску с братом остановиться, открыв рот: такое впечатление оказал на них самодельный костюм Найтмер Мун. Накопытнички из старых консервных банок, покрытые серебряной краской, чтобы походили на настоящие, вороные поножи с нагрудником, накладные крылья, кьютимарки, тиара... Пусть даже вблизи и было видно, что всё это вырезано из картона, покрыто фольгой или покрашено, а драгоценные камушки простые стекляшки, Иви явно постаралась на славу.

Даже глаза были под стать образу — лазурные, со змеиным зрачком.

Округлившиеся глаза Сноуфлейк заблестели.

— Ух ты! Какой у тебя костюм!

— Отлично выглядишь! — Харди одобрительно закивал и даже присвистнул.

Единорожка опустила взгляд, явно засмущавшись.

— Ох… Спасибо… Я очень старалась.

— Ты всё это сама сделала? — спросил её Харди, продолжая удивляться тому, как единорожке удалось так тщательно проработать все декоративные элементы, — Ты собралась участвовать в конкурсе костюмов.

Иви вдруг начала притопывать на месте, и смотреть куда-то в сторону.

— Ох, точно! Скорее, идем, мне ведь нужно отметиться!

Конечно же Иви участвовала в этом конкурсе. Она страстно хотела получить главный приз конкурса — поездку в Рэйнбоу Фоллс, и несмотря на всю свою пунктуальность и то, что она с самого утра репетировала свой выход, заждавшись подругу с братом совершенно обо всем позабыла.

Сцену, совмещённую с гримёркой и раздевалкой оперативно соорудили прямо посреди главной площади из фанеры и деревянного бруса. К сожалению Сноуфлейк и Харди туда не пустили, вход был открыт лишь участникам и волонтёрам. Пегаска,  пожелав подруге удачи, присоединилась к постепенно собиравшимся зрителям.

Толпа пони вокруг довольно быстро ширилась. Харди усадил сестру себе на спину, чтобы ей было лучше видно происходящее на сцене, где фестралка в элегантном платье и единорог напяливший на себя плащ макинтош нараспашку и тёмные очки, пустились в лёгкий танец под грянувшую музыку.

Впрочем, длился он в исполнении этой парочки очень недолго, походя скорее на импровизацию, нежели на отрепетированное действо.

— Доброй ночи всепони! — фестралка взяла слово первой. — Сегодня на этой сцене в качестве ведущих выступаю я, Минси Мун и, конечно же, Джереми “Лауд” Литлхорн.

Единорог, учтиво поклонившись, подхватил инициативу и телекинезом поднес микрофон к себе:

— От имени правительства Эквестрии, бессменного организатора этого прекрасного мероприятия, мы благодарим вас за то, что решили к нам присоединиться. Как вы знаете в прошлом году наш Фейри Флориш победил в ежегодном конкурсе на лучший костюм к Найтмер Найт, и получил право в этот раз провести его у себя.

— Но! Перед тем, как мы начнем, позвольте представить вам наших почётных судей! — Минси Мун торжественно встала на задние копыта и указала передним в сторону трёх сидевших на стульях пони, разместившихся ближе всего к сцене.

Зрители ответили на призыв дружным топотом передних ног.

— Профессор Гелиос Спрайт Спектрус, ректор Университета Практического Волшебства и Техномагии, почётный член Ассоциации Чародеев Эквестрии. — Со стула поднялся сухопарый единорог с проседью в гриве, одетый в строгий чёрный костюм с однотонным галстуком, раскланялся, после чего быстро вернулся на место.

— Наша уважаемая мэр Фэйри Флориша — миссис Фелиция Шейд, — продолжила фестралка,  заговорщическим шепотом добавив. — Говорят, она с детства любила развлекаться переодеваясь в разные костюмчики.

Теперь привстала рыжегривая кобыла, мордочку которой украшала россыпь  веснушек, в костюме дьяволицы с мигающими рожками.

— И, конечно же, Джинни Тинни, небезызвестная любительница устраивать вечеринки, почтившая наш город своим присутствием. — вмешался Литлхорн, представив последнего представителя судейской коллегии. Светлая кобылка-пегас со сине-красно-зелёно-жёлтой гривой, аналогичным волнистым хвостом и кончиками перьев подпрыгнула со стула, в полете развернувшись в сторону зала и помахала зрителям копытцами. Фестралка шуточно насупилась и посмотрела на единорога, но затем вновь заулыбалась как прежде.

— Ну что же, а теперь, давайте подбодрим наших участников громкими апплодисментами! Мы начинаем! — ведущие вновь встали в позу, словно только что закончили танцевать, и тут же разбежались в разные стороны сцены, открывая дорогу для участников.

— Итак, мы приглашаем на сцену нашего первого участника! Дейзи Пин из Фэйри Флориша, в костюме “Повелительницы муравьёв” из серии комиксов “Дружная пятёрка”! — Торжественно объявил Литлхорн, и повернул голову на свою соведущую.

Собравшаяся публика зааплодировала вновь.

Иви, тем временем, проводила время в раздевалке среди других участников. Прихорашиваться она не стала. Единственное, что пришлось сделать — закрепить на боку бумажку со своим порядковым номером “17”.

На конкурс в этом году собралось немало пони, в том числе из разных концов Эквестрии. Некоторые прибыли буквально с другого конца страны. И у каждого в глазах буквально горел огонь от нетерпения и волнения. Впрочем, духа ръяного соперничества не ощущалось, напротив, царила дружелюбная атмосфера: собравшиеся пони шутили, смеялись, делились опытом, старались помогать друг-другу, особенно, если требовалось облачиться в чересчур сложный костюм или что-то подправить. Иви как раз закончила со множеством застёжек на спине платья одного такого. Земнопони, что иронично, прибывшая из Лас-Пегасуса, затратила бы на них целую вечность.

Поблагодарив юную единорожку, кобылка вышла из-за ширмы, усевшись перед зеркалом. Ей ещё предстояло сделать макияж, чтобы образ тёмной королевы, который она выбрала, выглядел законченным.

Тут было столько интересных и хороших костюмов, что Иви даже начала сомневаться в том, что ей вообще удастся занять какое-либо призовое место.

Конкурсанты постепенно заканчивали своё перевоплощение… В раздевалку периодически заглядывал пони, то ли из волонтёров, то ли из организаторов, и называл номера пони, которых ждали на сцене, чтобы уж точно никто не прозевал свою очередь.

Дабы несколько унять волнение, Иви решила пройтись по закулисью. Ей легче было сосредоточиться и унять волнение именно на ходу. Жаль только, что наладить общение ни с кем толком не выходило. Среди всех присутствующих, единорожка оказалась самой младшей. Те, с кем ей удалось пообщаться явно не сходились с ней интересами, а некоторые конкурсанты вовсе оказались совершенно не разговорчивыми, как вон та загадочная особа, прибывшая уже одетой в костюм и сидевшая всё время в полутьме. Она никому ещё и слова не сказала.

— В этом году така-а-я конкуренция… Победить будет нереально. — Проходя мимо небольшой группки у выхода, Иви обратила внимание на кобылу-пегаса в обтягивающем латексном костюме и маске скрывающей глаза. Седельные сумки на её боках были набиты какой-то машинерией, по крайней мере, сверху.

— Ага. Не то слово. Вряд ли смогу даже в первую десятку войти, — закивала земнопони в скромном, простеньком костюме Дэринг Ду с накладными крыльями.

— Да камон, вы серьезно что ли? — Фыркнул угольно чёрный пегас с синей гривой зачёсанной назад, который напялил на себя продранный костюм испачканный “кровью”, повставлял в крылья ржавые клинки, да нарисовал шрам через всю морду. Видимо, это был такой костюм зомби. — Какая победа, какая десятка? Тут половина припрерлась по фану. Приз это ваще не главное, главное — время здорово провести.

— Ну это тебе — не главное, ты живешь на соседней улице, а я с другого конца Эквестрии, — Не согласилась с ним первая пони, поправляя складки на костюме — Путешествовать, знаешь ли, не самое дешёвое удовольствие.

— Номер “7”, на сцену, номер “8” готовится, — бесцеремонно вмешался в разговор пони, объявляющий номера, вынырнув из приоткрытой двери, между ними и также быстро исчезнувший. Сетовавшая на конкуренцию пегаска потянулась следом за ним, гремя сумками.

— Никогда не понимал таких пони, — вздохнул жеребец и вдруг обратил внимание на Иви, остановившуюся послушать.

— Ты тоже записалась, чтобы путешествие выиграть?

— Я солгу если скажу, что мне не хочется получить главный приз, но вы правы — главное это участие и положительные эмоции. — На секунду растерявшись от неожиданности Иви дала ответ.

— Ну, хоть кто-то меня понимает. — Пегас протянул копыто. — Дарк Байт. У тебя шикарный костюм, ты его сама делала?

— Иви Ивнинг. — единорожка вежливо стукнула в протянутое копыто своим и закивала. — Ага. Сама. Уйму времени затратила. А вы случайно не знаете, что это за пони жмётся там, в углу? И почему ни с кем не общается?

Пони отрицательно мотнул головой:

— Не-а. Впервые её вижу.

— О! Когда записывали участников, я слышала, как она назвалась — Энигма, — припомнила пони, косплеящая Дэринг Ду. — Прибыла откуда-то из маленького поселения рядом с этими ужасными Проклятыми болотами. Странная она и стремная.

— А мне она кажется просто одинокой... — не согласилась Иви с такой оценкой.

Поблагодарив собеседников и пожелав им удачи, Иви направилась в сторону необычной единорожки. Природное любопытство прямо-таки толкало познакомиться с ней.

— Здравствуйте. — Сказала кобылка, едва оказалась рядом. Затем, немного поколебавшись, добавила. — Вас ведь Энигма зовут, да?

— Привет, малышка. — Ровным тоном ответила загадочная пони, немного наклонившись вперёд. На пару мгновений её мордочка с шёрсткой густого тёмно-фиолетового, почти чёрного цвета, оказалась освещена лампами. Тонкий длинный витой рог, украшенный у основания колечком со шлифованным рубиновым самоцветом и змеиный зрачок лавандовых глаз невольно привлекли к себе внимание.

— Да, ты права. Но откуда ты меня знаешь? Мы раньше встречались?

— Нет. Просто вон та пони слышала, как вы представились на записи участников. Я Иви. — единорожка указала в сторону косплеерши, хохотавшей над очередной удачной шуткой Дарка. Не зная с чего начать беседу, кобылка недолго думая выбрала самый банальный вариант. — У вас хороший костюм. Вы долго его делали?

— Очень долго. В основном из-за сложности добычи некоторых важных составляющих. — Энигма легонько усмехнулась, тряхнув забраной в хвост вороной гривой. — Никогда бы не подумала, что мой самый обычный повседневный костюм будут так хвалить...

— Эмм. Повседневный?  — Иви смутилась. Кто будет носить повседневный костюм в Найтмер Найт? — А почему вы сидите тут?

— У сцены слишком шумно. Ухарь любит темноту и тишину. Совсем как я. — ответила Энигма не особо секретничая.

— Ухарь?

— Да. Мой маленький друг и помощник. — Энигма приоткрыла седельную сумку на боку. Из под откинутой крышки показалась голова лесного сыча, совсем небольшой совы. Ухарь лениво приподнял голову, взглянул на Иви и снова спрятался внутрь, не желая покидать насиженное место.

— Ого, у вас питомец сова?! — Иви оживилась, она впервые видела, чтобы кто-то приручил такую птицу. — Тогда это многое объясняет, у них очень чуткий слух. А вы правда живёте возле Проклятых болот?

Энигма кивнула.

— Правда. Последние несколько лет я живу там, хотя родилась совсем в другом месте.

— А вы тоже линзы для глаз использовали, чтобы их сделать… Такими?

— Нет. Они у меня с рождения такие. Достались от мамы. Она была фестралом, работала рейнджером, присматривала за лесом и пони, которые его посещали, любила гулять ночами. А папа был единорог, совсем как ты, он работал геологом, любил пещеры, приключения и тоже гулять по ночам. Я была немного старше тебя, когда их потеряла, — голос Энигмы даже не дрогнул, — и меня воспитал совсем другой пони. Кто знает, может, не обернись всё так, я и никогда бы не нашла своё призвание.

— И какое оно? — полюбопытствовала Иви, пропустив печальный факт мимо ушей. — Делать потрясные костюмы для выступлений?

— Нет, Иви. Разве я похожа на костюмера? — в голосе Энигмы впервые прозвучали нотки удивления.

— Нууу… Не очень? — единорожка засомневалась.

— Я охотник за тёмными магами и опасными животными. Мое призвание защищать от них других пони. — Энигма потянулась, покидая насиженную напольную подушку, продемонстрировала свою кьюти-марку — луч света, пронзающий чёрную тучу, которая распадалась на несколько рваных фрагментов.

— Огоо… — Иви приоткрыла ротик от удивления. — Я ещё никогда не встречала настоящих охотников на злодеев! Наверное вы бы могли много рассказать об этом?

— На злодеев охотятся стражники с детективами, — Энигма поправила юную собеседницу. — Хотя суть ты верно уловила.

— А у вас большая семья? У меня, например, куча братьев и сестёр.

— Нет. Я была единственным жеребёнком в семье, — на мордочке Энигмы проступило явное напряжение, а речь стала более холодной. — Извини, я не люблю разговоров о своей семье, так уж вышло. Давай не будем об этом.

Холодная отповедь Иви ничуть не расстроила, кобылка опустив голову, легонько поковыряла копытцем пол, думая над следующим вопросом.

— Вам приходилось убивать каких-то монстров?

Единорожка знала, что эта тема не особо приветствовалась в их обществе, но ей впервые попалась пони с такой редкой профессией, а значит следовало расспросить её как можно больше. В конце концов, что плохого в расспросах?

Энигма легонько вскинула, а затем нахмурила брови, искоса глянув на юную, не в меру любопытную поняшу:

— Ты слишком любознательная для своего возраста, тебе не кажется?

Тем не менее она была рада сменить тему, слишком хорошо знала чем такие разговоры заканчиваются. Энигме совсем не хотелось ворошить болезненные воспоминания о родных, к тому же история её жизни мало подходила по  мнению кобылы для жеребячьих ушей, особенно на ночь глядя.

— Ага. Мне постоянно это говорят. — Иви даже не стала возражать. — Ну та-ак...

— А ты свою очередь не пропустишь? Я видела как за дверь только что вышел пони с номером 16. — Энигма и в этот раз избежала ответа, воспользовавшись удобной ситуацией. Истреблением монстров её талант явно не ограничивался.

— Ой! — Иви вздрогнула, тут же забыв, что её вопрос пропустили мимо ушей. — Сколько же мы тут стоим? Неужели так долго?

— Судя по всему, да. Пойдём. Будет очень неловко, если ты опоздаешь или заставишь себя слишком долго ждать.

Аргумент для Иви был настолько весомый, что кобылка помчалась в сторону двери немедля, забыв обо всём на свете. Энигма хмыкнув, степенно зашагала следом.

На сцене надрывались ведущие, когда появлялся очередной претендент на награду, колонки вторили им ритмичными басами, публика одобрительно топотала, иногда посвистывая.

Каждый участник прохаживался от силы пару минут, не больше, дабы не затягивать конкурс, но этого вполне хватало, чтобы продемонстрировать костюм, пройтись туда-сюда, показать коротенькую сценку или свой образ, после чего присоединиться к ожидавшей группе.

— ...Участница под номером 17 — Иви Ивнинг, также представляет Фейри Флориш, — донёсся со стороны сцены голос Литлхорна, — Поприветствуем её апплодисментами!

Единорожка, уже вставшая за кулисами, вздрогнула от пробежавшего по спине холодка по спине и сглотнула подступивший к горлу ком.

— Так, чей же это костюм? Ого, костюм Найтмер Мун! Неожиданно! — добавила соведущая.

Повисла неловкая тишина…

Иви никак не удавалось заставить себя прошагать на сцену, она продолжала стоять за кулисами и тяжело дышать, прежде чем ведущий продолжил:

— Похоже у нашей Найтмер Мун лёгкая боязнь сцены, — неловко протянул Литтлхорн, разорвав неудобную тишину, — Минси, у тебя есть конфетка? Я слышал она их очень любит. Будем выманивать.

— Джереми, сделай скидку на возраст…

— Не волнуйся Иви, — тихо подошедшая Энигма встала рядом с единорожкой, положив ножку ей на плечо. — Я вот вовсе никогда на сцене не была, и то так не переживаю. Ты справишься, у тебя отличный костюм. Просто иди и покажи всем на что способна. Давай. — Тёмно-фиолетовая пони легонько подтолкнула жеребёнка.

— Ладно, хорошо… Я... Пошла... — несколько раз глубоко вдохнув, Иви шагнула на сцену.

Зрители приветствовали единорожку дружным топотом. Будто этого было мало, Минси решила завести толпу сильнее:

— Громче, все пони! Громче! Поддержим нашу самую юную участницу!

Поднявшийся шум на секунду даже заглушил игравшую музыку, заставив Иви сбиться с шага, от волнения кобылка запуталась в ногах, едва не врезавшись в ведущую, но она быстро вернула самообладание, состроив серьезную мордочку и продолжила свой высокомерный моцион, стараясь продемонстрировать образ и костюм во всей красе.

Поначалу, Иви посматривала в сторону судей, пристально следивших за её выступлением, думая как бы не грохнуться, но потом вдруг забыла о такой мелочи, принявшись гарцевать по сцене, строить грозные мордашки и даже запугивать зрителей. А завершила она свое короткое выступление дождем искрящихся звёздочек, придавших костюму особый блеск.

Судьи уткнулись в свои бумажки, зал ликовал и выкрикивал слова поддержки, а Иви грациозно покинула подмостки, присоединившись к прочим выступившим пони.

Гостья за номером 18 ничего особого не продемонстрировала, хотя, по видимости, очень старалась, и вот наступил черёд выступать новой знакомой Иви. Литлхорн подводя черту как раз пригласил её на сцену:

— Время неумолимо движется к полуночи и наш конкурс подходит к концу. Осталась всего одна участница, сгорающая от нетерпения вырваться к нам на сцену. Встречайте, загадочная кобылка приехавшая прямиком из Свомпвиля, дабы похитить сердца досточтимых судей, Энигма, со своим костюмом «Охотницы на нежить».

Энигма вышла на сцену едва заиграла эпичная музыка, будто специально подобранная для такого случая, а дальше…

Это было потрясающе. Своеобразно, но потрясающе. Хотя и мало похоже на привычное косплей дефиле. Короткий акробатический танец с парой учебных клинков несомненно надолго должен был запомниться зрителям, пусть и казался простеньким. Все движения пони выглядели отточенными и выверенными. Она уверенно двигалась по сцене, балансируя на задних ногах, почти не используя телекинез для удержания коротких мечей, лишь изредка, с целью выполнения какого-нибудь трюка, доступного лишь единорогам.

Ухарь также не сидел без дела, а активно помогал хозяйке, участвуя в представлении, хотя и чувствовал себя плохо из-за громкой музыки. Даже жаль, пары минут было явно маловато, чтобы в полной мере насладиться выступлением Энигмы.

Публика провожала кобылу громовым топотом.

— Ну, как я эмм,.. продефилировала? — Немного запыхавшаяся Энигма присоединилась к ожидавшей её Иви.

— Шикарно! Я и не думала, что ты так умеешь! — Иви смотрела с восторгом на новую знакомую. — Научишь меня также?

— Научу... — Энигма не стала возражать. — Только это займёт очень много времени, за один день не получится, а переезжать сюда я пока не планирую. Но для начала пары простых движений будет достаточно.

— Похоже, наш конкурс подошёл к концу. Осталось только дождаться подсчета баллов всех участников и огласить имя победителя, по мнению нашего судейского жюри. Это займет совсем немного времени, поэтому мы приглашаем всех участников снова выйти на сцену, — Минси подвела черту под выступлением. Участники начали неспешно стягиваться на сцену, и, согласно указаниям закулисных пони, выстраиваться по возрастанию номеров.

— Как думаешь, кто сегодня победит? Мне, например, понравилась та малышка в образе Найтмер. В ней чувствуется вся атмосфера праздника. — ведущая повернула голову в сторону Иви и подмигнула ей.

Маленькая кобылка отвела взгляд и смущенно хихикнула.

— А мне была больше по душе пони в костюме Дэринг Ду. Мне всегда нравился этот персонаж, дома полное собрание на полке стоит, — Пожал плечами Литтлхорн, расходясь с Минси в разные стороны. — Увы, наши мнения ни коим образом не могут повлиять на конечный итог, сейчас всё в копытах судей.

Над площадью разнеслась музыка вперемешку с топотом сотен пони, ожидавших результатов. У Сноуфлейк заложило уши, она не любила громкого шума.

Участников выстроили на сцене полукругом. Одни пытались сдержать волнение, другие наоборот беззаботно дурачились, кто-то просто стоял с напряжённой мордочкой. Долгую минуту судьи подсчитывали набранные баллы и совещались между собой. Ведущие в это время занимали зрителей, чтобы те не заскучали. Наконец миссис Шейд подала знак, показывая, что результаты готовы.

— Госпожа мэр, окажите нам честь огласить итоги конкурса, — Литлхорн спустился к судьям, деликатно поднеся микрофон сизой кобылке.

— Всенепременно. Победителем конкурса, с результатом 29 баллов, становится Энигма, город Свомпвиль! — Мэр не стала затягивать и устраивать драматичных пауз, предпочтя сохранить время и нервы окружающим, чем немного разочаровала ведущего, привыкшего устраивать шоу на ровном месте.

Сноуфлейк видела, как Иви расстроилась. Она прекрасно знала как много подруга трудилась и насколько мечтала увидеть Рэйнбоу Фоллс, а вместо этого получила лишь небольшую памятную статуэтку за 4 место.

Впрочем, единорожка не умела долго грустить, быстро совладала с собой, и вот уже крепко обнимала Энигму, пожимала той ножку, поздравляя с победой.

После окончания финальной части конкурса и раздачи памятных подарков, большинство участников удалились в раздевалку, кто за вещами, а кто и переодеться. Иви в составе меньшей группы покинула подмостки прямо так, перекинувшись по пути парой словечек с таинственной знакомой. Иви помахала едва заметив спешащую к ней Сноуфлейк верхом на брате.

— Ты как Иви? Сильно расстроилась? — пегаска спрыгнула со спины Харди, обняла подругу.

— Есть немного. Остановиться всего в паре шагов от победы это, конечно, обидно, -  Иви вздохнула, сморщив носик, затем тряхнула головой, легонько улыбнулась. — Но… Ладно, ничего страшного... Главное, что я поучаствовала, получила море новых впечатлений и опыт. В следующий раз я обязательно выиграю.

— Это и есть твои друзья, с которыми так порывалась меня познакомить? — подошедшая следом Энигма оценивающе осмотрела компанию.

— Ага. — Иви блеснула улыбкой, показывая ножкой попеременно. — Это Сноуфлейк, а это её старший брат Харди.

— Энигма, очень рада знакомству, — загадочная пони вежливо наклонила голову.

— Взаимно. — Харди растерялся, пряча взгляд. Такое случалось всякий раз как дело касалось общения с кобылками. Особенно красивыми. — П-поздравляю с победой. В-вы были неотразимы. — Сумел лишь выдавить жеребец. Благо Иви пришла на помощь на волне эмоций.

— Сноу, правда же она крутая?! — бойкая единорожка принялась трясти подругу. — Видела, какие штуки она вытворяла на сцене? Энигма обещала меня научить делать также!

Пегаска быстро закивала, соглашаясь со всеми пунктами.

— Прошу прощения Иви, мне очень хочется поговорить с твоими друзьями ещё, но к сожалению я ужасно тороплюсь, — Энигма сделала виноватую мордочку. — Пора идти. Нужно успеть закончить парочку дел. До встречи и хорошего праздника. Надеюсь скоро снова увидимся.

Подмигнув, Энигма обняла Иви, после чего спешно удалилась, быстро растворившись в толпе.

— И всё равно я считаю, что твой костюм был лучшим, — уверенно, на сколько могла, сказала Сноуфлейк, едва они остались втроём. — Правда Харди?

— Да, абсолютно. Странно, что твой костюм оценили ниже призовой тройки, — Харди едва успел поддержать сестру, как за их спинами раздался интеллигентный жеребцовый голос с толикой строгости, заставивший обратить на себя внимание:

— В этом вовсе нет ничего удивительного, юноша.

Зрители к тому моменту уже дружно расходились, хотя ведущие пытались их удержать, вещая что-то про концерт местных музыкантов-любителей, и они вовсе не заметили, как рядом оказался статный пожилой единорог.

— О, я вас помню, вы сидели среди судей! — Иви сразу узнала в нем одного из тех, для кого она сегодня выступала.

— Профессор Спрайт Спектрус? — Харди при виде высокого единорога слегка смутился, даже поклонившись. Разговаривать с таким важным пони в городе для него было честью и большой удачей, ведь тот слыл личностью занятой и немногословной. — Добрый вечер.

— Харди Стрей, — безошибочно угадал жеребец. — Всё ещё тратите свое драгоценное время на тренировки в военной академии?

— Да, — коротко ответил Харди. — Вы же знаете, я упорный.

— Юноша, с вашим потенциалом вам надлежит обучаться высшей магии, в этом я с вашим отцом полностью солидарен, — произнёс обладатель седеющей гривы ровным тоном. — Так что, если вам надоест наконец строить из себя солдафона, милости просим к нам. В университете всегда найдётся для вас вакантное место.

Закончив свою речь профессор перевёл взгляд на выглядывающую из-за спины брата Сноуфлейк:

— Здравствуй малышка.

— З-здравствуйте, — пискнула та, снова спрятавшись за Харди. Взгляд этого пони пегаске отчего-то сразу не понравился.

— Решил составить своей сестре компанию на празднике? — вновь перевел жеребец взгляд с маленькой кобылки на её брата.

— Да, я ей обещал. — Харди был рад, что разговор перетёк в другое русло. Ему меньше всего сейчас хотелось, чтобы знакомые отца подобно самому Продиусу, заводили раздражающую шарманку относительно лучшего будущего и лезли с советами чему лучше посвятить себя.

— Похвально. Не всякий старший брат станет ходить с маленькой сестрой, вместо того, чтобы тусить отдельно где-нибудь с более взрослыми друзьями. Это многое о тебе говорит, — уважительно высказался Спектрус и наконец обратил внимание на Иви, которая уже вконец изнемогла от желания задать давно витавший в воздухе вопрос. — Вы очень воспитанная юная пони, раз не перебиваете старших, хотя я прекрасно вижу, сгораете от любопытства.

— Да, вы сказали, что нет ничего удивительного в не очень высокой оценке моего образа, — Иви слегка полыхнула румяными щёчками. — Почему?

— Нарядиться на празднике в нашем городе в костюм Найтмер Мун было смелым решением, учитывая историю его появления. Пусть к минувшим 1000 лет назад событиям в других местах и стали относиться как к сказке, здесь некоторым пони это может не понравится. И к сожалению для тебя, Иви, именно такие оказались в жюри. Увы, это суровая действительность жизни, юная леди. Как бы цинично это не звучало. На мой взгляд ты безусловно заслуживала победы, видно, что свой образ делала с душой, и раз уж организаторы не удосужились сделать приз зрительских симпатий, пожалуй, я исправлю эту досадную несправедливость.

Жеребец выудил из кармана пиджака блеснувший в свете фонарей кулон на изящной серебряной цепочке:

— Амулет из лунного камня, — пояснил профессор. — Такие ещё можно встретить у местных ювелиров и антикваров. Раньше, отправляясь в странствия, каждый житель Фейри Флориша надевал такой, чтобы помнить свой дом, да и узнать земляков при встрече становилось проще. Потом традиция канула в лету и делать их перестали, так что теперь это редкая антикварная вещь. Береги её Иви.

Единорог одел амулет на шею Иви. Тот как нельзя лучше пришёлся к костюму, добавив парочку штрихов к образу лунной кобылы.

— Спасибо мистер Спектрус, я… Очень тронута таким подарком. — Иви подняв дар телекинезом, рассматривала чёрно-фиолетовый камушек в форме огранённой капли, втиснутой в оправу напоминавшую паутину. Щёчки кобылки залились румянцем. — Вам не жалко расставаться с такой вещью?

— Немного жаль, но это пустяки. — Голос профессора был равнодушен. — Это самое малое, что я могу сделать, дабы принести извинения от лица всех судей за допущенную несправедливость.

— Если имела место какая-то предвзятость по моему нам следует обратиться к организаторам с требованием пересмотра результатов, — Харди, кажется, возмутился больше пострадавшей Иви.

— И испортить другим пони праздник скандалом? — Спрайт Спектрус поднял бровь. — При всём уважении юноша, даже если вы подадите жалобу, а результаты аннулируют, никто не даст гарантии, что новые судьи в жюри присудят победу подруге вашей сестры.

— Тем не менее подать жалобу мы имеем право, а там пусть организаторы разбираются что это за судейство такое. Пошли.

— Не надо. — Иви остановила уже было дёрнувшегося с места Харди, поймав за камзол. — Пусть поездка останется у Энигмы, она хотела отдать её маленькой кобылке вместо которой выступала. Уверена та тоже хочет побывать в Рэйнбоу Фоллс не меньше меня и может это поможет ей выздороветь побыстрее. Не надо Харди.

— Что ж. Если так, тогда ладно. Но в следующий раз подобное мы не спустим, правильно сестрёнка?

— Агась. — закивала Сноуфлейк.

— Хорошего праздника, профессор. Всего доброго. — Харди раскланялся вежливо с почтенным единорогом и потянул кобылок за собой.

То что произошло ему категорически не понравилось.

— Благодарю. И вам отлично провести время. — Услышала троица пони за своими спинами. — А я подожду, пока пегасы очистят небо. Хочу понаблюдать за полнолунием...

## Глава 5

После конкурса, Сноуфлейк уже не терпелось приступить к сбору конфет. Ещё накануне они с Харди наметили такой маршрут, чтобы обойти самых щедрых жителей в округе, затем вернуться на площадь, поучаствовать в развлечениях, посмотреть обещанный грандиозный салют, а потом, по дороге домой, добить мешки сладостями доверху.

Раньше Харди старался по пути всячески развлекать сестрёнку, рассказывал истории, даже шутливо пугал, но в этот раз был хмур и серьёзен, много смотрел по сторонам, разглядывал проходящих мимо пони, всматривался в толпу, часто отклонялся от намеченного маршрута, да и конфеты просил скорее машинально, занятый своими мыслями. Если бы не компания Иви, Сноуфлейк сегодня умерла бы со скуки.

— Харди, да что с тобой сегодня такое? — Сноуфлейк надув губки стукнула брата мешочком по спине, когда тот в очередной раз сбился с дороги. Они собрали гораздо меньше сладостей чем рассчитывали, всего 2-3 жалких горстки, а пора было уже возвращаться на площадь.

— Прости сестрёнка. — Харди вздрогнул, виновато посмотрев на пегаску, недовольно бурившую его серыми глазками. — Просто… Настроение у меня плохое. Задумчивое… — Брат пегаски посмотрел на часы и вдруг спохватился.

— Слушай... Уже много времени, пора бы собираться в обратный путь, срежем вот по этой улице.

Сноуфлейк с недовольным видом плелась рядышком. Ждать этот день целый год, а в итоге проводить его совсем не так как хотелось — обидно. Иви же наоборот активно крутила головой, раньше она никогда не заходила в этот район города и теперь старалась рассмотреть внимательнее.

— А что это за дом? — внимание любопытной единорожки привлёк большой обветшалый особняк, окружённый запущенным садом. В своём виде он разительно отличался от украшенных домов, попадавшихся ранее, но вместе с тем идеально вписывался в атмосферу мрачного праздника. — Это какой-то аттракцион? — Иви припомнила Мэйнхеттенский дом с привидениями открывавшийся там каждую Найтмер Найт.

— А ты разве не знаешь? — посмотрела на подругу Сноуфлейк. И вдруг просияла. Теперь можно развести брата на историю, а как известно где одна, там непременно будет и вторая. — Ну конечно, ты же совсем недавно переехала. Харди, расскажи Иви историю заброшенного особняка!

Харди был недоволен, что его постоянно сбивают с важных мыслей, но разве  можно было отказать любимой сестрёнке? Продолжая размеренный шаг единорог вздохнул:

— Хорошо. Только останавливаться не будем. Иначе опоздаем.

— Ла-а-адно. — Сноуфлейк не стала возражать, до центра Флориша идти какое-то время, и оно явно больше чем займёт эта страшилка, главное разболтать брата.

— Лет 100 назад, — начал свой рассказ Харди. — В этом доме жил известный в городе волшебник Протеус Старрей с семьёй. Преподавал в нашей академии, зачаровывал вещи, устраивал представления на праздники, исследовал магию. Жена умница-красавица, дочка с талантом к магии, росла на смену, обещая стать великой волшебницей...

И всё у него шло хорошо в жизни пока не задумал Старрей провернуть один сложный эксперимент. Чтобы не мешать домочадцам и оградить от шума, перенёс свою лабораторию в подвал особняка, где оборудовал потайную комнату, чтобы любопытная дочка не мешалась под ногами и случайно ничего не натворила.

Долгие месяцы Старрей задерживался в лаборатории допоздна, работая как одержимый над решением задачи и наконец был близок к успеху, но для завершения эксперимента требовался очень дорогой крайне редкий реактив, которого в городе и окрестностях не оказалось. Сжигаемый жаждой знаний единорог сел на первый же поезд до Кантерлота, умчавшись в столицу за нужным ингредиентом.

Потратив 5 дней на дорогу в оба конца и поиски, волшебник вернулся во Флориш.

Увы, едва он переступил порог дома, как его сразила страшная новость. Старрей был так увлечён своими мыслями, что забыл закрыть лабораторию, когда уходил. Любимая дочь, в которой души не чаял, в тот день, играя, спустилась в подвал, пока её мама готовила ужин. Маленькая единорожка не удержалась конечно же от искушения, влезла в папину лабораторию, начала играть с оборудованием и реактивами, приготовленными для эксперимента. Итогом баловства стал взрыв, буквально испаривший тело юной кобылки, а поваленные шкафы и последовавший пожар уничтожил подчистую лабораторию. Жена Старрея почуяв неладное и не обнаружив дочери, бросилась в подвал, где отравилась ядовитыми парами, потеряла сознание и задохнулась раньше, чем прибыла помощь.

Убитый горем волшебник неделю ходил мрачнее тучи. Потом истратил остатки денег на новую лабораторию и закрывшись в доме почти перестал выходить на улицу, общаться с соседями. В академии взял отпуск за свой счёт. Из редких встреч с коллегами, удалось узнать, что он вознамерился вернуть погибших жену и дочь.

— И ему удалось? — осторожно перебила с любопытством слушавшая Иви.

— Никто не знает. — Харди пожал плечами. — Старрей пропал, оставив после себя лишь дневник, последние записи которого больше походили на каракули сумасшедшего учёного. Говорят, что он ступил на тёмную сторону магии и та поглотила его тело без остатка, а призрак бродит по дому в Найтмер Найт и ищет неосторожных маленьких кобылок, чтобы утащить с собой! — единорог шутливо подвыл в конце, заграбастал сестру с подругой и потискал. — Так что бойтесь заходить в особняк, если жизнь дорога.

Жеребята захихикали, пытаясь вырваться.

— Значит в этом особняке правда водится привидение? — Иви, неугомонная в своём любопытстве, извернулась, высвободившись из объятий Харди, пока Сноуфлейк затихла, нежно прижимаясь к брату.

— Никто не знает, потому, что ещё никто оттуда не возвращался. — Харди сделал серьёзный вид.

— Хмм. Поняяятно. — Иви потёрла копытцем подбородок, задумчиво подняв глаза к небу. — Ладно. Аттракционы не ждут, а я хочу перепробовать сегодня абсолютно всё!.. Пошли скорее. — кобылка резво подпрыгнув продолжила путь к главной площади.

— Харди, расскажи ещё что-нибудь! — требовательно настояла Сноуфлейк. — Ты обещал рассказывать истории пока не дойдём до площади.

— Я? — единорог вскинул брови.

— Конечно! — пегаска сделала невинную мордашку. — Правда Иви?

— Ага. — хихикнула подруга, от нетерпения вырывавшаяся то и дело вперёд. — Так и было. Честно-честно.

— Ну хорошо, ваша взяла, хитрюги. — поняв, что теперь отвертеться не получится, Харди, вздохнул, прикинув список из арсенала подходящих историй. — Однажды принцесса Селестия, прибыв на праздник цветения ланесии, поспорила с местными кондитерами, что съест торт любых размеров какой они только могут себе вообразить…

Спустя ещё 3-4 подобных истории Сноуфлейк с подругой и подохрипшим братом вернулись в центр города. Жеребята да и немало взрослых пони, самозабвенно резвились на прихотливо расставленных тут аттракционах.

Сноуфлейк хотела было начать с чего-нибудь простенького, вроде соревнования по отлову яблок, но Иви сразу потащила пегаску на полосу препятствий в виде лабиринта, возведённую аккурат посредине главной площади. Харди же вежливо отказался от участия, мотивируя тем, что полос препятствий ему и в академии хватает с избытком. Поэтому единорог проследовал к стенду для стрельбы тыквами по мишеням.

Провозившись над испытаниями лабиринта и таки осилив его попытки с десятой, Сноуфлейк с Иви подкрепили силы сахарной ватой и орехами в меду, после чего отправились ловить яблоки как хотела пегаска. Харди на сей раз отказываться не стал, даже немножко посмешил кобылок пусканием пузырей из носа в процессе.

Первый раунд соревнования выиграла за явным преимуществом Иви, Харди же слегка поддался сестре, дабы та заняла почётное второе место. Не успели они толком начать второй, как всё веселье было испорчено спикировавшим в кадку с водой жеребёнком-пегасом, пытавшимся продемонстрировать свой высший пилотаж над их головами и разумеется окатившим водой с головы до ног. Никто конечно не пострадал, но промокшие насквозь костюмы пришлось сушить Харди, благо заклинание для него было несложным.

А вот дальше Харди как-то потерял интерес к времяпровождению с сестрой, сделавшись вновь скучным и серьёзным. Потом и вовсе пропал, пока Сноуфлейк с Иви пытались сбить как можно больше плюшевых тарантулов из игрушечных арбалетов. Вначале подружки не придали этому особого значения, в конце концов Харди был не приклеенный и мог отойти ненадолго по своим делам. Сноуфлейк вместе с Иви половили твиттермитов, покатались, попрыгали на огромном батуте, но единорог так и не появился. Недовольно ворча Сноуфлейк потащила Иви на поиски брата.

— Ну где же Харди?! — возмущению крутившей головой Сноуфлейк не было предела. Они уже обошли всю площадь, но так и не нашли брата.

— Может ему сегодня просто нездоровилось? — предположила Иви. — И он ушёл домой?

— Но Харди точно сказал в таком случае. — возразила пегаска. Ну не мог старший братик бросить её одну. Просто не мог, это не укладывалось в голове. — Давай ещё вон там поищем? — кобылка ткнула ножкой в сторону переулка между парой сувенирных лавочек, завешенных сеткой имитирующей паутину.

Но там обнаружилась лишь группа жеребят, которые соревновались в поедании конфет. Присоединяться к ним не было ни малейшего желания, так что Сноуфлейк с Иви равнодушно прошли мимо и остановились на следующем перекрестке.

За спиной шумела праздничная площадь. В воздухе висела гнетущая атмосфера полупустой улицы, по которой неспешно проходила лишь пара ряженых в неброские костюмы пони. Дополняли картину стоявшие на противоположной стороне дороги грифон в тёмном плаще с накинутым капюшоном и пони в мантии, расшитой замысловатым узором. Сокрытые от посторонних глаз головы придавали в воображении жеребят этим личностям загадочности, хотя костюмы трудно было назвать оригинальными.

Кобылки даже услышали обрывки разговора, пока подходили ближе:

— Встречаемся там же, где обычно, чтобы успеть к полуночи. — говорил кивающему грифону пони в мантии. — Праздник в этом году хуже, чем в предыдущем, угощений достанется меньше. Вы плохо старались со своей компанией.

— Это был форс-мажор. Мне хватит и оставшегося. — грубоватый с хрипотцой голос пернатого резал ухо. — Главное специи не забыть как в прошлый раз.

— Простите сэр. — пони с грифоном обернулись на тихенький голосок Сноуфлейк.

— Доброй ночи малышки. — вежливо ответствовал жеребец в мантии. Разряд молнии мельком осветил часть его морды белым. — Вы заблудились?

— Нет. Что вы. Мы просто ищем её брата. — Иви перехватила инициативу у мнущейся подруги. — Вы случайно не видели тут проходившего единорога в костюме утопшего пирата?

— Ммм. Нет. Не припомню такого. — на секунду подняв голову к небу жеребец постукал копытом по подбородку. — А у тебя отличный костюм. Сама делала?

— Ага. Кучу времени убила... Участвовала в конкурсе сегодня. В общем, если увидите брата моей подруги, передайте ему, что сестра его ищет.

— Всенепременно передам, малышки. Богатого урожая. — ухмыльнувшись пони кивнул на едва-едва наполненные мешки с конфетами.

Распрощавшись с загадочными типами Сноуфлейк с Иви ещё раз обошли всю округу, но Харди как сквозь землю провалился.

— Ну вот... Похоже Харди и правда нас  покинул. — надув губки пегаска шла опустив голову. Такого от брата она никак не ожидала. — Наверное ему было очень скучно в нашей компании.

— Я видела его долго болтавшим с одной хорошенькой кобылкой пока мы стреляли в пауков. — припомнила Иви. — Может быть, у твоего брата появилась особая пони?

— Видимо так. — вздохнула Сноуфлейк. — Тогда понятно куда Харди пропал. — внутри пегаски на секунду вспыхнула ревность, она привыкла, что брат всегда выбирал её откладывая даже самые важные дела и встречи. — Ну и ладно. Будем сами по себе ходить. Чем теперь займёмся? — кобылка оглядела свирепствующую, пищащую толпу жеребят и дурачившихся взрослых пони, окружавшую их.

— У меня появилась отличная идея. — Иви сузила глаза, хищно оскалившись. — Пошли. По пути расскажу…

* * *

— Нет! Ни за что! Иви, ты с ума сошла! — Сноуфлейк яростно упиралась ножками в мостовую, толкаемая сзади подругой. — Как тебе вообще пришла в голову идея залезть в заброшенный особняк?!

— Сразу же после истории твоего брата! — Несмотря на сопротивление пегаски, единорожка успешно подталкивала ту в нужном направлении, не давая телекинезом улизнуть, каждый раз хватая за хвост.

— Но ты же слышала, там водится привидение! — Сноуфлейк сейчас как никогда жалела, что не умеет летать. От одной мысли о встрече с призраком, её ноги подкашивались, а грива становилась дыбом. — А если оно нас схватит?!

— Не говори глупостей Сноуфлейк. — кряхтя от усилий прошипела Иви сквозь стиснутые зубы. — Привидения никому навредить не могут. Так в книжках написано.

— А вдруг этот может? — пегаска не сдавалась, встав как вкопанная. — Харди же говорил никто оттуда не возвращался!

— Если никто не возвращался, кто же тогда рассказал про призрака? — Иви была умна и сразу сообразила, что в этой истории что-то не так.

Сноуфлейк задумалась… Глубоко задумалась…

— Вот видишь? Это просто страшилка, чтобы пугать маленьких жеребят, заставляя держаться подальше от старого дома. А теперь представь как к нам начнут относиться другие пони в школе, если мы скажем куда сегодня лазили? Да ещё и без взрослых!

— Нууу, наверное лучше? — неуверенно протянула Сноуфлейк. — Станут дружелюбнее?

— Конечно! — Иви снова упёрлась ногами в круп подруги, принявшись толкать дальше. — Даже Дин с Клаудом зауважают и поймут, что ты не слабая тихоня, а самый настоящий отважный пегас, не хуже них! Так что пошли-и-и, пока Харди занят своей особой пони, мы как раз успеем до его прихода.

Изменить отношение к себе в классе с пренебрежительного на уважительное было донельзя заманчиво для Сноуфлейк. Возможно тогда у неё может появится гораздо больше друзей, она станет как все, станет объектом всеобщего внимания, а не насмешек.

Ещё немного поколебавшись пегаска сдалась под напором неугомонной подруги...

Запущенный сад скрипел сухими ветвями под налетавшими порывами холодного ветра с гор, заставляя предательски дрожать колени Сноуфлейк, которой уже почти расхотелось принимать участие в этой авантюре.

— А может не пойдём? — опустив голову и потирая одну переднюю ножку о другую пегаска сделала вялую попытку переубедить подругу.

— Испугалась? — прищурилась Иви. — В самый последний момент?

— Н-нет. — Сноуфлейк постаралась выглядеть как можно увереннее. — Просто, вдруг там всё же правда водится привидение?

— Вот поэтому мы и должны проверить, правда это или нет. — единорожка ни секунды не колеблясь протиснулась в полуоткрытую створку ржавых ворот. — Пошли, маленькая трусиха.

— И вовсе я не трусиха! — Сноуфлейк надулась. — Я просто осторожная. Тем более Харди нас уже наверняка ищет.

— Твой братец сейчас занят более важными делами, например ухаживаниями за своей кобылкой, если не забыла. Он был так увлечён, что даже не заметил, как нас покинул.

Иви, освещая себе путь под ногами, направилась к зданию по мощёной дорожке, буйно заросшей сухой травой.

— Можешь вернуться на площадь и поискать его ещё, если тебе так уж страшно… Или подождать здесь. — бросила единорожка через плечо. — Я сама всё тут осмотрю.

Сноуфлейк чувствовала себя всё более неуверенно на пустой улице, по мере того как Иви уходила всё дальше, пока наконец вовсе не скрылась за буйными зарослями давно не стриженных кустов и изгибом дорожки.

Оставшись одна, пегаска беспокойно заозиралась по сторонам, будто опасаясь нападения неведомого чудовища. Под платьицем проступила испарина, намочив шёрстку. Мысли вихрем кружившиеся в голове маленькой кобылки боролись друг с другом. Оставить единственную подругу и сбежать? Или получить дома трёпку, но пойти за Иви?

Внезапная вспышка молнии, сотрясшая землю громовым раскатом помогла быстрее решить возникшую дилемму. Сноуфлейк, испуганно взвизгнув, сама не заметила, как оказалась за оградой, бросившись вслед за единорожкой. Оказалось та ушла совсем недалеко, осматривая ствол поваленного векового дерева, трухлявой стеной перегородившим дорогу.

— Иви, подожди! — Сноуфлейк подобно ракете догнала подругу, устроив незапланированные обнимашки со страху. — Я подумала… Нам всё же лучше держаться вместе.

Пегаска выдавила глупую улыбку, пытаясь унять дрожь и тиская Иви.

— Сноу, ты меня сейчас… Задушишь… — пуча глаза сдавленно засипела единорожка.

— Ой… Извини! — Сноуфлейк выпустила подругу из объятий, отстранившись и зардевшись мордочкой.

Иви фыркнула, вздохнула, и вновь зажгла свет на роге.

— Ладно, идем…

Вместе кобылки пошли дальше. Они обогнули большой фонтан со статуей морской пони. Кремовый мрамор, из которого искусно была сделана фигура, давно  потемнел от времени в отсутствии ухода. На дне чаши чернела затхлая вода, налитая дождями.

Иви, сунувшая туда любопытный носик, с фырком поморщилась.

Дальнейший путь к особняку был лишён препятствий или интересностей, пролетев незаметно.

Вблизи заброшенный дом выглядел весьма убого. Теперь он пугал не только неизвестностью, а ещё и отчасти угрожал обрушением…

Каменная кладка была покрыта трещинами, заполненными рыхлым мхом. Входная дверь оказалась выломана “с потрохами” и лежала прямо в проходе. Единственной преградой на пути внутрь были плети дикого винограда и плюща, кое-где вившиеся до самой крыши.

Понятное дело, всё, что было покрашено, давно облупилось. Единственное, что привлекло внимание кобылок — неплохое состояние дерева на открытой веранде, без трещин и гнили. Это может указывать на то, что здесь действительно жил опытный маг, который наложил чары на это дерево, и они ещё даже действовали…

— Ну, — выдохнув, Иви взошла по парадной лестнице и наступила на дверь. — Давай поищем этого призрака...

Сопровождаемые скрипом старых половиц, жеребята прошли внутрь. Бухнувшая за их спинами молния вдруг осветила гостиную.

— Иип!

Сноуфлейк напрыгнула со страху на Иви, отчего у той потухла искра на кончике рога.

— Сноуфлейк! — раздражённо шикнула единорожка.

— Извини. — пегаска отстранилась, виновато взглянув на подругу, снова зажигающую свет на роге. — Мне просто не по себе от этого места.

— Так и знала, что ты — маленькая трусишка! — Ехидно сказала Иви, изображая курицу. — Кооо-ко-ко, кто у нас тут маленький цыплёнок?

— Уж точно не я. — отвернулась Сноуфлейк задирая носик.

— А кто сегодня… — единорожка прищурившись начала медленно подкрадываться к подруге. — Целых два раза меня чуть не задушил обнимашками со страха?

Иви, хихикнув, схватила пегаску.

— Я страшная Найтмер Мун, сейчас я съем тебя, мухахаха!

— Неужели тебе совсем не страшно? — Сноуфлейк слегка улыбнулась оказавшись снова в объятиях подруги. Так было не настолько страшно.

— На самом деле, я боюсь не меньше тебя. — Призналась Иви на ушко пегаске. — Просто когда мне страшно, я стараюсь думать о чём нибудь, наоборот, хорошем, весёлом, захватывающем, или просто разговаривать. Попробуй, это помогает.

— Л-ладно. — Сноуфлейк немного удивилась, едва подруга разорвала объятия. — Я попробую.

Легко сказать: “Думай о чём-нибудь хорошем...”

В жизни Сноуфлейк толком не происходило ничего такого запоминающегося. Но чтобы не разочаровать подругу пегаска решила притвориться, что её совет помог, понадеявшись, что любознательной единорожке быстро надоест бродить по этому унылому и… Страшному месту.

Лучик света выхватывал из темноты комнат грязный пыльный пол с многочисленными следами взрослых пони и подростков, куски отвалившейся со стен и потолка штукатурки, давно выцветшие, частично изъеденные грибком, обои, чёрную плесень по углам, обшарпанные двери, разбитые, или затянутые паутиной грязные окна.

Иногда в помещениях попадались оставленные предметы мебели: стулья, тумбочки, шкафы, и даже целая большая кровать с порванным балдахином, накрытая пожелтевшими матрасом и простыней. Все подушки были безжалостно выпотрошены.

Скрипящие половицы и эхом рокотавший гром отнюдь не добавляли Сноуфлейк желания бродить здесь.

Кобылки уже исходили все три этажа дома, но пока никаких признаков  призрака так и нашли. Всюду одно и то же: пыль, грязь, брошенная мебель, порванные книги. Они даже несколько бутылок из-под крепкого сидра на подоконнике обнаружили. На чердак залезть, увы, не получилось, но Иви не отчаялась, ведь был не обследован целый подвал. А как известно, именно там скрывалось самое интересное, если судить по рассказу Харди.

Подвал кобылок не разочаровал. Он был именно такой, каким они себе его представляли: тёмный, мрачный, сырой! Со свисающей бахромой паутины по углам и под сводом.

В общем, всё, что под стать приличному заброшенному подвалу полагается. К сожалению он оказался не так уж и велик, как хотелось юным исследовательницам, точнее лишь одной из них.

Посетив самую дальнюю и обширную комнату, Иви и Сноуфлейк обнаружили в ней... Идеально наведёный порядок. Здесь не было даже намёка на пыль, паутину или грязь. Стены украшали сложные рисунки и письмена, в центре на полу находилась нарисованная октограмма с расставленными свечами, а у самой дальней стены расположился пюпитр с тщательно вырезанным изображением Найтмер Мун, компанию ему составлял пустой продолговатый стол. Чёрная, как смоль, морилка, поблёскивающий на свету свежий лак... Эти вещи явно не принадлежали прежнему владельцу — всё это было совершенно новым. По углам комнаты висели магические светильники на крючьях, похожие формой на обычные светлячковые. Кристаллы в них сейчас еле рдели голубоватой искрой, ожидая когда будут активированы магией.

— Эм… Иви… — Сноуфлейк почувствовала как мелкая пакостная дрожь, и без того преследовавшая её, начала усиливаться, даже крылышки зашевелились. — Ч… Что это за место?

— Не знаю... Моих знаний о магии не хватает, чтобы... — единорожка присмотрелась к напольным художествам. — Определить что это...  Могу лишь сказать, что тут готовится какой-то магический ритуал. Я о таких только самую малость читала… Знаешь, давай лучше уйдём отсюда побыстрее и расскажем кому-нибудь из взрослых об этом месте.

Иви как-то очень быстро растеряла свой боевой исследовательский задор и спешно зашагала к выходу, а Сноуфлейк и вовсе не горела желанием оставаться в доме, так что молча последовала вслед за подругой.

Кобылки уже преодолели половину пути к двери, как вдруг до их ушей долетел неожиданный звук. Кто-то стучал по камню. Сноуфлейк даже остановилась, навострив ушки. Им это явно не почудилось.

— Иви, подожди. — Пегаска окликнула подругу, и очень внимательно прислушалась к общему гулу помещения, которому прежде внимания не придавала. — Слышишь? Как будто кто-то плачет.

Единорожка прислушалась, и тоже, кажется, услышала что-то лишнее, не свойственное заброшенному подвалу.

— Может тут правда есть призрак, а ритуал подготовлен чтобы его вызвать? — Предположила Иви, вернувшись и встав рядом.

— Тогда мы бы смогли его услышать только после ритуала. Разве нет?

— Хм… Верно… — кивнула Иви, и продолжила слушать,

— Вот. Опять! Слышишь? Ты слышала? — Засуетилась Сноуфлейк и пошла на звук. Она и сама была большой плаксой, потому не могла ошибиться.

Действительно где-то за стеной тихонечко хныкал жеребёнок, периодически стуча по камню, и, видимо, умоляя его выпустить.

И как бы не вопило желание побыстрее смотаться отсюда, но бросить кого-то в беде подружки не могли.

— Эй! Ты меня слышишь? — Произнесла Сноуфлейк почти шепотом и робко постучала копытцем по кладке, из-за которой шел звук.

— Коне-е-ечно Сноу... Тебя непременно услышали, — Иви закатила глаза. — Отойди. Дай я попробую.

Единорожка опёрлась на стену, передними копытцами, приготовившись врезать ими по стене что есть духу, и уже набрала в лёгкие побольше воздуха, чтоб гаркнуть как следует, как вдруг камень на который она надавила мягко утонул под ногой.

Стена дрогнула, шваркнула и медленно отодвинулась в сторону, открывая широкий проход внутрь потайной комнаты.

Похоже Иви случайно повезло обнаружить скрытую кнопку от потайной лаборатории... Кобылки шагнули одна за другой в образовавшуюся комнату.

Свет выдаваемый рогом Иви разогнал мрак в небольшой комнатушке. На сводчатом потолке и стенах явно виднелась копоть, пол устилали почерневшие, местами оплавившиеся осколки стекла, фарфора, полуистлевшие гвозди, кучки головешек. Посреди всего этого унылого пепелища на продранном матрасе лежал, уткнувшись мордочкой в ножки, связанный жеребёнок с толстым мерцающим самоцветами кольцом на роге. Рядышком на белоснежной тарелке покоились несколько сэндвичей не первой свежести в компании своего недоеденного собрата и пустая бутылка из под минеральной воды.

— Это вы? — Судя по голосу и сложению жеребёнок оказался кобылкой не на много старше Сноуфлейк. Пленница сразу перестала хныкать, подняв голову, едва услышала шум и посторонние шаги. — Пожалуйста, отпустите! Зачем вы меня здесь держите?!

— Селестия всемогущая! Быстрее Иви, нужно ей помочь! — Сноуфлейк кинулась к связанной бедняжке, позабыв свою обычную осторожность с робостью.

Пока Сноуфлейк пыталась распутать верёвки её подруга пыталась подсветить, для чего подошла совсем близко. В свете рога предстала мордочка молоденькой единорожки: заплаканные покрасневшие глаза, взлохмоченная, сиреневая грива, влажные от слёз щёчки.

— Ай… Потуши искру… Слишком ярко…  — пленница, зажмурившись, отвернулась.

— Кто ты? Как ты сюда попала? — Убавив силу света до уровня слабенького ночника, Иви тут же засыпала единорожку вопросами.

— Я Санни Блейз, — назвалась кобылка, продолжая жмуриться, словно и этот свет для неё был слишком мощным. — Я вечером гуляла в “Северном парке” как обычно, кормила белок и вдруг… Услышала хлопки крыльев сзади. Меня тут же повалили на землю, накинули мешок на голову... Я, конечно, пыталась сопротивляться, но этот грифон был слишком сильный…

— Грифон? У тебя же был мешок на голове, как ты?.. — Иви вскинула брови.

— Когтистые лапищи сложно спутать с копытами, — фыркнула Санни, не особо довольная, прерванным рассказом.

— Ам… Не подумала. Прости, что перебила.

— Эх… Да ладно… Сколько же я тут пролежала? — Задумалась пленница, внимательнее вглядевшись в мордочку Иви, всё ещё украшенную шлемом ночной кобылицы, — Ох… Только не говорите, что сегодня уже Найтмер Найт…

— Да… Праздник почти закончился. Мне жаль. — Иви отвела взгляд.

— Выходит, я тут уже третий день лежу… — Санни вдруг тихонько взвыла, воздев глаза к потолку. — Ужасно… Ещё и любимый праздник пропустила… А я ведь столько времени провозилась с костюмом...

— Сноуфлейк, долго ещё будешь копаться? — Решила вдруг подогнать свою подругу Иви, спинкой чуя, что чем дольше они здесь находятся, тем хуже… Пегаска не ответила, зубами и копытами деря сложный узел.

Персиковой масти жеребёнок тем временем продолжила:

— Уфф… Хорошо что вы пришли, а не эти страшные пони в плащах… Я уже чуть с ума не сошла от мыслей, что они собираются со мной делать... Ещё и есть жутко хочется.

— Так вот ведь сэндвичи… — недоуменно кивнула в сторону тарелки Иви.

— Они с брокколи! Терпеть не могу брокколи! Да дотянуться до них у меня всего раз получилось…

— А как же рог? Ты разучилась телекинезом пользоваться? — Глаза Иви округлились от удивления.

— Вряд ли… Скорее эта штука мешает. — Санни хмуро скосила глаза на свой рог. — Кстати… Ты можешь её снять, пожалуйста? От неё голова немного болит…

Магическое облачко окутало кольцо, которое Иви ошибочно сперва приняла за простое украшение, и через пару секунд оно повисло в воздухе рядом с ней. Пленница облегчённо вздохнула.

— Не получается!.. — Разочарованно отозвалась тянувшая узел зубами пегаска, выплюнув забившиеся в рот фрагменты веревки. — Тьфу!.. Не могу их распутать… Никогда таких сложных узлов не видела…

— Почему бы вам её просто не разрезать? — Взглянула на пол пленница, где валялась целая куча острых осколков.

Пожав плечами, Иви подобрала с пола подходящий осколок стекла и принялась усердно пилить верёвку. На счастье кобылок, та оказалась старой и уже порядком пользованной, быстро сдавшись под напором юной исследовательницы.

— До сих пор не верится, что кто-то меня здесь нашел… Как вас зовут хоть? Тебя, кажется, Сноуфлейк, а тебя?

Иви уже, было, хотела ответить Санни, но слова вдруг застряли у неё в горле, когда она услышала топот нескольких копыт у себя за спиной.

— Так-так-так… — Голос, прозвучавший со стороны единственного выхода, заставил кобылок вздрогнуть и обернуться. В проходе высилась фигура жилистого худощавого пегаса, облачённого в черную рясу, прячущего голову под капюшоном. — Вот так удача, вместо одной кобылки у нас их теперь целых три. Госпожа будет довольна. Лови их!

Пегас, расправив крылья, начал медленно приближаться к жеребятам. Следом в комнату вошёл ещё один пони, разгоняя мглу магическим светом рога. Из под слегка откинутого клобука с прорезью, недобро поблёскивали глаза в купе со зловещей улыбкой.

— Иииип! — визг жеребят заставил жеребцов скривить морды и на секунду приостановиться. — Бежим!

Кобылки хотели было выскочить из потайной комнаты, но путь отхода оказался надёжно перекрыт. Пони в рясах быстро отошли от аккустического шока, готовясь ухватить любую беглянку оказавшуюся рядом, постепенно оттесняя кобылок в угол.

— Что будем делать, Иви? — пятясь на подгибающихся от страха ножках, Сноуфлейк бросила взгляд на подругу.

— Я думаю, Сноу, думаю… — Иви упёрлась крупом в сырую холодную стену, вздрогнув. Окутавшее её с подругой телекинетическое поле, оторвавшее от пола, несмотря на активное брыкание, потянуло в сторону пугавшего единорога, улыбка которого приобрела совсем уж гаденькое выражение.

Высокий пегас, подобравшийся тем временем к последней кобылке, подогнул колени, чтобы одним молниеносным рывком схватить Санни, рожик которой всё это время наливался магической энергией. Страх за свою жизнь и желание попасть домой придали поняше сил. Ещё секунда и ширящийся горящий мячик, разбрасывающий вокруг искры, взорвался ослепительной вспышкой.

— Вот вам! — вскрикнула расхрабрившаяся единорожка, когда ничего не видящий пегас влепился мордой в стену, где мгновение назад стоял жеребёнок. — И ты получи! — Блейз пнула единорога по колену передней ноги.

— Агх! Мои глаза! — потерявший концентрацию единорог заслонился ногой, а получив пинок по колену и вовсе взвился на дыбы, выпустив из телекинетической хватки Иви и Сноуфлейк.

— Хватай верёвку! — скомандовала Иви шлёпнувшейся рядом подруге. Пегаска не долго думая цапнула за край валявшийся рядом кусок верёвки, Иви ухватилась за другой конец. — Фперёф!

Дезориентированный единорог рухнул как подкошенный, распластавшись на полу и подняв облачко пыли.

— Это я в Мэйнхеттоне в одном фильме подсмотрела, — не без гордости заявила Иви, выплюнув верёвку и ломанувшись к выходу.

— А это за то, что притащил мне сэндвичи с брокколи! — Санни впечатала тарелочку с бутербродами в морду поверженного единорога, пытавшегося подняться, после чего опустевшая посуда опустилась тому на голову с треском брызнув дюжиной осколков.

— Ах ты!.. Маленькая дрянь! Мой рог! — возопил жеребец изогнувшись от боли на полу.

Коридор до выхода из подвала кобылки преодолели на одном дыхании. Иви, бежавшая первой, пинком распахнула слегка приоткрытую дверь, с хрустом хлопнувшая по стене.

Вломившись на первый этаж, кобылка практически сразу затормозила и встала как вкопанная. Набегавшие сзади Санни со Сноуфлейк подобный манёвр не оценили, прилетев той в спину, от чего вся процессия кубарем выкатилась на середину большой комнаты.

Дюжина пони, выстроившись полукругом перед жеребцом в красно-бордовой вышитой золотом мантии, внимали произносимой им речи, пока та не была прервана внезапным появлением жеребят. Перебитый оратор обернулся, пристально посмотрев на кобылок, переплетённых в куче. От такого взгляда у Сноуфлейк забегали мурашки по телу размером с параспрайта.

— Как хорошо, малышки, что вы заглянули к нам на огонёк. — Жеребец расплылся в хищной ухмылке. — Найтмер Мун будет втройне довольна.

Бухнувший за окнами раскат молнии осветил помещение за его спиной. Из под капюшона кроваво-красным полыхнули зрачки, нагнав на кобылок жути.

— Ааааа!!! — Сноуфлейк, Иви и Санни не сговариваясь заорали так, что кажется стены дома задрожали, а пытавшиеся их окружить пони едва устояли на ногах.

Подпрыгнув до потолка кобылки рванули прочь.

— Наверх, девочки! — Иви выбрала единственный возможный маршрут, остальные пути бегства были отрезаны.

— Не дайте им сбежать! — за спинами подружек раздался вскрик обладателя богатой мантии.

Жеребята только сильнее припустили.

Сноуфлейк никогда ещё не было так страшно... А ещё ей никогда не приходилось так быстро бегать. Сердечко пегаски готово было выпрыгнуть из груди, полетев быстрее хозяйки. По телу начала разливаться предательская слабость, ноги готовы были заплестись на ровном месте. Сзади приближался хаотичный перестук копыт, шумное дыхание вперемешку с подбадривающими криками.

Сейчас ещё чуть-чуть, её настигнут и это будет конец...

— Быстрее Сноу, не отставай, осталось совсем чуть-чуть! — Иви, будучи самой проворной и быстрой, даже сумела оторваться от подружек и погони, первой достигнув спасительной второй лестницы. К несчастью, снизу, грохоча копытами, уже поднимались несколько пони. Преследователи, похоже, прекрасно ориентировались в особняке и заранее разделились, чтобы окружить жеребят.

Последний известный путь спасения так же оказался перекрыт. В сердцах единорожка схватила телекинезом стоявший у стены тугой мешочек и попыталась бросить в набегавшую снизу погоню, в надежде хоть немного задержать и выиграть время. Истлевшая ткань лопнула, выпростав из себя уйму мелкого хлама: склянки, пузырьки от духов и лекарств, сломанные детские игрушки, крупные бусины, потускневшую бижутерию и прочий мусор, полетевший по инерции вниз. Спустя несколько секунд Иви могла с удовлетворением слышать, как изрыгая проклятия и крики, с лестницы скатываются кучка пони, гремя скарбом в седельных сумках, пока сама кобылка взбегала этажом выше в компании Санни и взмокшей дрожащей Сноуфлейк.

Однако пыл преследователей не утихал, а перехитрить их никак не удавалось. В конце концов измученных и выбившихся из сил жеребят загнали в большую спальню в одной из башенок особняка, ту самую с уцелевшей кроватью и балдахином.

— Мы в ловушке! — Пискнула дрожащая как осиновый лист Сноуфлейк, едва не падая от усталости и напряжения.

— Здесь высоко, но можно попробовать спрыгнуть. — Открыв небольшое окошко, Санни выглянула на улицу.

— Ты с ума сошла? Мы разобьёмся! — Сноуфлейк пришла в ужас от подобной идеи, хотя куда уже больше?

— Странно слышать подобную глупость от пегаса, — глаза Санни округлились больше обычного. — Ты же нас спустишь.

— Дело в том, что я...

Сноуфлейк не успела договорить, её перебил голос Иви, возившейся с балдахином и позвавшей Санни помочь.

Появившийся в дверях жеребец, похоже руководивший сборищем этих странных пони, обнаружил, что жеребятам некуда бежать. Единорожки стоят посреди бывшей спальни, освещая тусклым светом рогов небольшое пространство вокруг себя, позади трясётся худышка пегаска, сжавшаяся в комочек. Идеальные кандидатки для ритуала. Сзади в коридоре толпились его братья и сёстры, ожидая приказа.

— Послушайте, девочки, — потерев переносицу жеребец обратился к кобылкам. — Давайте не будем всё усложнять, мы просто немного с вами поиграем и отпустим домой.

Едва заметное движение головой, заставившее ближайших пони сделать внутрь комнаты несколько шагов следом за ним. Сверху в этот момент упал удерживаемый телекинезом кобылок у потолка балдахин. Запутавшись жеребец оказался на  полу придавленный свитой, заорав застывшим в дверях собратьям:

— Чего стоите?! Схватить их!

Но Санни уже схватила подружек в охапку и выпихнула в окно, несмотря на активные протесты и писк Сноуфлейк: “Я не умею летать!”, на что последовал убийственный в своей логичности ответ единорожки: “Значит пришло самое время учиться!”

Прыгнувшие за ними вдогонку пони явно не учли, что окошко не расчитано было на двух взрослых, да так и застряли в нём, нелепо повиснув.

Жеребята непременно бы покалечились, но на счастье попали в цепкие объятия плетущихся лоз, образовавших под окном подобие гамака, замедлившего падение, а кусты внизу смягчили приземление. Так что Сноуфлейк с подружками повезло отделаться лишь несколькими царапинами, ссадинами, ушибами, да дырками в костюмах.

— Ох, никогда в жизни не встречала пегасов, летающих хуже земнопони, — треща ветками Санни выбралась из кустов.

— Ммм… Теперь  встречала, — робко пискнула Сноуфлейк. Уподобившись мешку во время падения, пегаска даже крыльями взмахнуть от испуга не сумела, и теперь ожидала от новой знакомой насмешек, пусть даже время и место были вовсе не подходящие.

— Что ж, бывает. Ещё научишься ведь. Я вот и кьюти-марку даже ещё не  получила. — Санни похоже была совсем не настроена смеяться, вместо этого, взявшись помогать её подруге. — Как думаешь, эти странные пони теперь от нас отстанут?

— Я так не думаю. — Иви наконец при помощи Санни со Сноуфлейк выпутавшаяся из лозы и кустарника, указала ножкой в сторону нескольких источников света, быстро движущихся в их сторону. — Бежим!

Здраво рассудив, что бегать от погони с горящим от света рогом заведомо глупая затея, всё равно, что повесить маяк с надписью “я здесь”, кобылки пробирались в полной темноте, ползком и короткими перебежками, пользуясь малым ростом и удручающе заросшим садом.

Странные пони очень быстро наводнили сад, разбившись на группы. Кажется в их полку прибыло. Единороги пользовались освещающим заклинанием. Прочие, у кого рога от рождения не было, лишь лампами, или и вовсе какими-то свечками. В небе рыскали пегасы, тоже преимущественно с фонарями, и фестралы, выискивая беглянок с воздуха.

Несколько раз кобылок чуть не заметили, пока те пробирались к воротам. Однако выход к большому разочарованию охранялся несколькими пони, внимательно следящими за округой.

— И что мы теперь будем делать? — Посмотрела на Иви спасённая единорожка.

— Ммм-может спрячемся и дождёмся утра? — Предложила мелко дрожащая, измождённая Сноуфлейк, пожалуй сегодня она набегалась на месяц вперёд.

— Плохая идея, Сноу. Они нас рано или поздно найдут. — Иви мотнула головой. — Перелезем через забор. Обойдём его по периметру и найдём самое удобное и безопасное место.

Идея была неплохой, учитывая, что забор, как и большая часть особняка уже местами развалился, а кое-где на него попадали деревья, по которым можно подняться.

К сожалению, Госпожа Удача, хоть и сопутствовала жеребятам этой ночью, но всё же имела дурной нрав: когда троица обходила в очередной раз крупную группу искавших их пони, заглядывающих буквально под каждый камень, Сноуфлейк, перебегая открытое место дорожки вслед за Иви, зацепилась ногой за выступающий древесный корень, поднявший тротуарную плитку, после чего, с жалобным писком распласталась на кучке сухого сваленного хвороста, подняв невообразимый треск.

На секунду воцарилась томительная тишина. Поклонники Найтмер Мун, повернувшись всей толпой разглядывали трепетавшую перед ними пегаску. Сноуфлейк сглотнула ком в горле в ожидании неизбежного, разглядывая в ответ страшных пони. Она решительно не могла пошевелить даже мельчайшим мускулом, впав в ступор.

— Ага! Вот они, держите! — Толпа пони ринулась в сторону жеребят, едва возглас смолк над садом.

— Растяпа, под ноги смотреть надо! — Санни потащила Сноуфлейк прочь, едва оказавшись рядом, чем вывела пегаску из пакостного паралича.

— Я случайно… Простите… — Виноватый писк Сноуфлейк был едва ли громче шелеста листьев.

— Некогда извиняться, быстрее, они догоняют!

Фестралка в черном плаще, хищно сверкнув глазами, спикировала на пути жеребят, намереваясь схватить Санни и Сноуфлейк.

Иви, не долго, думая метнула той в морду свой мешочек с конфетами. Сладости, конечно, было немного жаль, но оно того стоило: импровизированный снаряд заставил напавшую пони потерять управление, воткнувшись в трухлявый ствол рядом стоящего дерева. Тот от удара не замедлил завалиться, увлекая ещё несколько деревьев с собой, обрушив всю эту массу под жалобный треск ломаемых сучьев на головы преследователей.

Пока “найтмеропоклонники”, ругая на чём свет стоит глупую выходку фестралки и неугомонных жеребят, выбирались из завала, кобылки получили достаточно времени, чтобы добраться до очередного участка забора.

Высокая замшелая кладка из рассыпающегося кирпича, ощетинившаяся сверху рядом ржавых шипов, преградила путь. Это было одним из самых неудачных мест для перелезания, но времени бежать в обход в поисках лазейки уже не было.

— Вставайте друг на друга. — Иви быстро раздала обязанности кобылкам. — Сноуфлейк, тебе придётся быть снизу. Я затащу Санни наверх, а потом мы с ней вместе телекинезом поднимем тебя.

Идея пегаске, конечно же, не понравилась: она и так еле держалась на ногах, но выбирать, тем более спорить, времени не было. Послушно встав в основании живой лестницы, Сноуфлейк лишь недовольно сопела, когда не неё взгромоздилась копытами Санни, а затем к той присоединилась Иви.

Сноуфлейк стиснула зубы, обливаясь потом, стараясь удержать предательски разъезжающиеся ноги вместе, наблюдая как найтмеропоклонники, несутся в их сторону как на марафоне, обгоняя друг друга, прекрасно видя, что кобылки пытаются сделать.

Иви, встав сперва на плечи, а потом и вовсе на голову Санни, всё равно не дотягивалась до края ограды. Лишь в прыжке кобылке удалось зацепиться копытами за верхушку забора. Помогая себе задними ногами Иви подтянулась, оказавшись наверху. Обмотав хвост вокруг ближайшей пики, единорожка быстро свесилась вниз головой, протянув передние ножки Санни.

— Прыгай, я тебя поймаю и затащу.

Собрав все свои силы она оттолкнулась от спины Сноуфлейк, повалив пегаску на землю, взмыла вверх, будто зависнув в воздухе. Поймав подставленные копыта своей спасительницы Санни буквально вцепилась всей мощью телекинеза в её тельце, чтобы наверняка не упасть.

Иви, меж тем, похоже переоценила свои силы. Конечно, она не раз проделывала подобный трюк с младшими братьями и сёстрами, но Санни была намного взрослее и гораздо тяжелее. Иви показалось, будто её хвост сейчас вот-вот оторвётся, похоронив тем самым их последнюю надежду на спасение.

— Быстрее, они близко! — Полный ужаса и отчаяния крик Сноуфлейк придал кобылке сил и терпения.

Единорожка взглянула в полные надежды глаза Санни, выдавив сквозь сжатые челюсти:

— Держись. — Её рожик засветился, окутывая жеребёнка магическим полем. Иви начала быстро раскачивать себя и висящую на себе Санни силой телекинеза. Блейз почти моментально сообразила, что задумала единорожка, вцепившись в ту сильнее и принявшись помогать, дабы ускорить процесс.

Как только живой маятник набрал достаточный ход, Санни взмыла до кромки кладки, и схватившись за край, быстро подтянулась наверх...

Тем временем, вжавшись спиной в забор и выбивая коленками барабанную дробь, ждала помощи Сноуфлейк.

Её глаза следили за особо ретивым земнопони, который обогнал остальных товарищей на пару десятков шагов, и через несколько мгновений уже бы её схватил… И тут вдруг кобылка почувствовала, что стремительно взмывает в воздух. Открыв глаза Сноуфлейк поняла: её окутывает двухцветное магическое поле, толкающее вверх. Естественно, что Иви и Санни не могли её там бросить.

Хотя пегаска была лёгкой, порядком уставшие жеребята, взмокнув от пота, тужились, будто затаскивали в гору вагонетку, гружёную углем.

— Да помоги же нам хоть немного крыльями! — Зашипела не выдержав Санни, раньше никогда не таскавшая таких тяжестей.

— Н-нне могу… — Сноуфлейк, боявшаяся даже вздохнуть лишний раз, ничего не могла с собой поделать, вися беспомощной куклой. От волнения маленькие крылышки просто отказывались подчиняться хозяйке.

Когда до спасительного верха забора оставалось совсем чуть-чуть, земнопони в балахоне одним прыжком преодолел разделявшее его и Сноуфлейк расстояние, вцепился зубами в край её платьица и рванул жеребёнка вниз. Иви и Санни будто наковальней по голове получили, едва не свалившись со своих мест, но каким-то чудом сумели сохранить концентрацию.

— Иииии!! Помогите!! — Запищала Сноуфлейк, начав судорожно барахтаться в воздухе, будто это хоть как то могло помочь движению.

— Крыльями! Да махай же наконец крыльями! — Истошно заорала Санни, всеми силами стараясь удержать пегаску.

— Держись Сноу, мы тебя не бросим! — Иви, отклонившись всем телом назад, упёрлась копытцами в кладку, и чтобы хоть как-то облегчить ношу, схватила Сноуфлейк за копыто. Быстро среагировав, Санни ухватила её за второе.

Единорожки усиленно думали, чем помочь нерадивой пегаске, но в голову упорно ничего не лезло.

Минула всего пара секунд, а они уже сыпали искрами во все стороны. Кобылкам казалось, что их рожки раскалились — ещё бы, земнопони, наверное, весил, как они трое вместе взятые!

Жеребец почти торжествуя, готовился сдёрнуть беглянок одним рывком, намереваясь единолично присвоить себе их поимку.

Шшшурх!

Звук рвущейся ткани пролетел над заброшенным садом. Иви, Санни и Сноуфлейк перелетели через забор, как попало упав с другой стороны, а земнопони с куском платья во рту остался на той стороне, упав на спину, пуча глаза в попытке сообразить что только что произошло.

## Глава 6

— Помогите! Кто-нибудь, помогите! — Троица жеребят, несмотря на боль и грязь, продиралась сквозь заросший пустырь с криками и визгом, улепётывая от заброшенного особняка. Им постоянно казалось, что погоня дышит в спину, и если только остановиться хоть на миг, их поймают и утащат обратно в тот мрачный подвал. Хуже всего, что в этот день на носящихся с воплями по городу жеребят никто толком не обращал внимания. Уж испокон веков так повелось: дети в Найтмер Найт сами себя пугали, а после спасались от этого самого непойми чего. Взрослые пони воспринимали это как часть игры и развлечения, поскольку и сами такими были.

Парочка земнопони, примостившись на тюках сена в проулке, приспособив под стол пустую бочку, потягивавших из кружек сидр и гоготавших над очередной удачной шуткой, даже ухом не повели, когда вдали от них со скоростью урагана пролетели перепуганные кобылки, не разбирая дороги.

Сноуфлейк с подругами понимала: нужно быстрее добраться до главной площади, там много пони и преследователи наверняка не решатся их там ловить. К тому же там наверняка будет Харди, а может и кто-то из родителей.

Ещё одна улица с редкими гуляками, да и то парочкой ряженых жеребят спешащих для подношения сладостей и кушавших яблоки в карамели, хвалясь друг-другу особо редкими конфетами в пухленьких мешочках. И как назло никого из знакомых.

Промелькнувшая над головами в свете луны тень, быстро ознаменовалась новой порцией визгов с последующим галопом в сторону очередного переулка, ведшего, казалось в сторону центральной площади. Редко выходившая из дома Сноуфлейк в проводники решительно не годилась, Иви, пока плохо знавшая город, тем более, а Санни попросту растерялась, поэтому не удивительно, что жеребята, скакавшие дружной толпой куда глаза глядят, заблудились.

Сквер с декоративными резными лавочками и фонтаном оказался тупиком. Справа и слева высились стены пятиэтажных домов, а позади, за высоченным стальным забором с острыми пиками наверху, был крутой овраг, весь в булыжниках. Украшенные гирляндами балконы пусты, окна безжизненно чернеют. Ни единого пони вокруг. Задрав мордочки к небу кобылки с ужасом поняли, что бежать теперь некуда...

* * *

Когда Продиус, в помощь городской страже, мобилизовывал из ополчения добровольцев для поисков пропавшей Санни Блейз, Харди тоже изъявил желание помочь — это же была отличная возможность проявить себя, доказать, что он тоже чего-то стоит, ведь Продиус до сих пор считает его маленьким неумехой, и никогда не позволяет помогать страже в серьёзных делах.

Однако Продиус энтузиазма сына не разделял, мотивируя отказ достаточным количеством задействованных пони и обязанностью Харди присмотреть за сестрой, с которой тот обещал пойти на Найтмер Найт.

Но у Харди имелись иные мысли на этот счёт, что одно дело другому не станет помехой и он обязательно всё успеет, если правильно распределит время. Не став перечить отцу, единорог, улучшив момент, стащил со стола в кабинете Продия один из листов с ориентировкой на пропавшего жеребёнка, и отправился готовиться к празднику.

* * *

Ходьба по городу вместе со Сноуфлейк и Иви, конечно же, ничего не дала. Рассчитывать, что пропавшая единорожка будет бродить среди толпы, как будто потеряла память, вместо того чтобы как можно скорее вернуться домой, было действительно глупо. Да ещё Сноуфлейк беспрестанно дулась, выглядела обиженной и недовольной.

Харди старался заворачивать туда, где ещё не ходили группы ополченцев, переодетых в разноцветные костюмы, дабы соответствовать праздничному антуражу и не вызывать лишних вопросов у граждан, но единорог многих из этих пони знал ещё с детства, и этот маскарад точно был не способен сбить его с толку.

Увы, всё в пустую. Санни Блейз будто сквозь землю провалилась.

Тогда Харди решил сбегать в Северный парк. Теплилась робкая надежда, что сыщики там могли что-то пропустить. Но для начала потребовалось отвлечь сестру, чтобы не путалась под ногами и не мешала вопросами.

Улизнув от Сноуфлейк, увлёкшейся аттракционами, Харди рванул к месту, где Санни Блейз видели последний раз, предварительно коротко переговорив с её старшей сестрой, дабы уточнить мелкие детали, однако к разочарованию ничего нового узнать так и не удалось.

По расчётам  Харди, времени должно было хватить, чтобы добраться до парка, всё осмотреть, успеть вернуться за Сноуфлейк, отвести сестру с подругой домой, а затем вновь продолжить поиски, благо праздник для подростков и взрослых пони продолжался чуть ли не до утра.

Несмотря на очевидность предположения, что парк обследовали первейшим делом уже вдоль и поперёк, Харди не терял надежду. Пусть пропавшей кобылке попросту негде там было потеряться или провалиться, а опасных хищников и монстров в округе уже как лет 100 минимум не водилось, жеребец упорно искал любые возможные следы. Быть может в суматохе их попросту проглядели?

По меньшей мере полагать подобным образом было наивно, в чём Харди убедился на личном опыте. Прошлявшись битый час среди тёмных аллей и потаённых дорожек, единорог чуть глаза себе не сломал, всматриваясь в землю при свете рога, но так и не обнаружил ни малейшей зацепки.

Признав, что идея поиграть в детектива оказалась от начала и до конца бредовой, а искать надо в другом месте, Харди был вынужден вернуться обратно на главную площадь.

Несколько раз обойдя все аттракционы и палатки Харди понял — Сноуфлейк с Иви пропали. Кобылок действительно нигде не было. Уйти домой сестра не могла, во всяком случае без полного мешка сладостей и традиционного подношения Найтмер Мун, тем более в этом году обещали большой красочный салют, который она так хотела посмотреть, а до этих событий было ещё слишком рано. Иви тоже сорванкой не числилась, хотя и была бойкой поняшей, к тому же подругу точно не бросила.

Ввиду последних событий в голову Харди начали закрадываться самые скверные мысли. Их похитили! Сноуфлейк такая доверчивая и наивная, а Иви не в меру  любопытная. Много ли надо, чтобы заболтать двух жеребят, втереться в доверие, а потом увести неизвестно куда? Судя по тому, что жеребец читал, порой достаточно пары минут.

Харди окатила запоздалая волна ужаса, впившись в сердце ледяными когтями.

“Что же делать?!”

Харди метался по центру города как полоумный, в поисках своей сестры и её подруги, ругая себя за проявленную беспечность и за то, что вообще решил ввязаться в розыск пропавшей накануне кобылки. Рыская взглядом, надеялся вот-вот увидеть знакомую фигуру, однако ничего кроме промокшего от пота костюма с потёкшим гримом не добился.

Уж лучше бы Сноуфлейк просто обиделась и вернулась домой. Скандал, заслуженный нагоняй, пусть даже отказ родителей общаться, всё лучше чем пропажа без следа. Но если Сноуфлейк правда пропала… Если навсегда пропала… Родители не простят. Никогда не простят… Его определённо выгонят из дома. Выгонят из дома и лишат наследства. Даже вероятнее не просто выгонят и оставят без наследства, а ещё и проклянут. Даже ещё хуже — выгонят, лишат, проклянут и вообще никогда больше не захотят видеть!

Харди тщетно пытался себя успокоить. Не сгущать краски. Думать, что всё не так плохо. Надежда внутри таяла с каждой секундой.

Харди прибавил ходу. Пакостное предчувствие никуда деваться не хотело, совсем как тогда, на замёрзшем озере, когда сестра чуть не провалилась под лёд. Тогда он успел прибежать, лёд под ногами Сноуфлейк уже трещал и раскалывался, но благодаря телекинезу сестру удалось быстро утащить с опасного места. Обойдётся ли всё на этот раз? Успеет ли он сейчас?

Одолеваемый раздумьями Харди даже не заметил, как влетел в неожиданно вывернувшую  из-за угла пони, едва не сбив кобылу с ног.

— Охх, простите, пожалуйста! — Единорог бросился извиняться на автомате, едва отошёл от удара, даже не успев толком разглядеть кто перед ним. — Я просто задумался… Вы не ушиблись?

— Нет, всё в порядке, не стоит беспокоиться. Я и не такое переживала в жизни. — Пони в ответ отмахнулась и было хотела уже продолжить намеченный путь, как вдруг её глаза расширились. — Харди?

— А? Мисс Энигма? — жеребец удивился внезапной встрече не меньше.

— Почему ты один и в таком виде? Где Иви и твоя сестра Сноуфлейк? — Со стороны единорожки последовал логичный вопрос.

— Я… Я не знаю. Они обе пропали. — Харди понурил голову. Его голос звучал тихо и обречённо. — Я оставил их здесь, веселящихся на аттракционах, хотя обещал родителям присматривать за ними, а сам пошёл заниматься своими делами. И больше не видел.

— А ты уверен, что везде посмотрел?

— Уверен. — Глаза единорога наполнились слезами. — Мисс Энигма, прошу вас, помогите мне найти Сноуфлейк и Иви, пожалуйста! Я боюсь, что их похитили, как и кобылку накануне…

Харди с надеждой взглянул на Энигму. Он говорил что-то ещё, про последнюю надежду, про то, что очень любит сестру и боится гнева родителей, потому не обратился к страже, на что был в лице Энигмы обруган невероятным дураком. После чего загадочная пони потребовала подобрать сопли и потащила его к первому ближайшему посту с дежурным нарядом стражников, где всё быстро и кратко изложила.

— Вот теперь, когда у нас гораздо больше шансов, я тебе помогу в поисках сестры, — едва Харди с Энигмой распрощались со стражей, сообщила единорожка. — Для начала осмотрим ближайшие улицы. Будем двигаться быстро, возможно у нас мало времени. Не отставай.

Харди понимающе закивал и бросился следом за сорвавшейся с места в галоп Энигмой.

Сколько уже прошло времени Харди точно сказать не мог. Казалось по ощущениям, что целая вечность.

Эта странноватая кобыла оказалась очень быстрой, жеребец еле за ней поспевал. За всё время совместных поисков она не проронила больше нескольких слов, но вместе с этим создавалось впечатление, что она хорошо знает, что делает.

Внезапно до ушей единорога долетел крик Сноуфлейк. Это была именно она, никакого сомнения, Харди никогда бы не спутал голос сестры с чьим-то ещё, даже в толпе. Сноуфлейк звала на помощь и это не почудилось.

Единорог встрепенулся, навострил слух. Крик повторился, теперь будучи намного сильнее, приправленный визгом отчаяния. Сноуфлейк бы так не смогла при всём желании, голос принадлежал её подруге Иви.

— Энигма, ты слышала? — Запыхавшийся Харди окликнул вырвавшуюся вперёд единорожку.

— Да, — коротко ответила Энигма, даже не обернувшись. — Они недалеко. Ты лучше знаешь город, сможешь определить место?

Харди недолго думая, рванул в примерном направлении, едва определил откуда шёл звук. Сноуфлейк была где-то совсем рядом, буквально за углом. Великие сестры, только бы успеть!  Единорога бросило в жар от одной мысли, что маленькой сестрёнке сейчас угрожает опасность.

* * *

Трое жеребят жались спинами друг к другу, сбившись в одну дрожащую и пищащую кучу, окружённые полудюжиной крылатых пони. Теперь преследователи уже не скрывали головы за плотными капюшонами, в которых было неудобно быстро летать, явив кобылкам свои морды. Тёмные как ночь шерсть и гривы одного фасона, холодный взгляд, полный охотничьего азарта и фанатизма, прохватывающий не хуже ледяного ветра, гадкий торжествующий оскал.

Двое фестралов и четыре пегаса медленно наступали со всех сторон, сжимая кольцо, карауля каждое движение жертв, дабы одним рывком перекрыть путь рискнувшему вырваться жеребёнку. Сноуфлейк с грустью и слезами в глазах смотрела на тающее расстояние между ней и найтмеропоклонниками.

Это был конец.

Она больше никогда не увидит маму с папой и старшего братика. Сил стоять не осталось. Пегаска уткнулась мордочкой в ножки, стараясь не разрыдаться окончательно. Сноуфлейк отчаянно хотелось сейчас проснуться.

— Спасибо, что хотели мне помочь девочки, — упавшим голосом сказала Санни, опуская ушки. — Простите. Надеюсь, когда приносят в жертву это не больно.

— Но как же так?! Этого не может быть! — Иви не хотелось верить, что этот праздник для неё станет последним в жизни. Единорожка надрывно заорала: — Да помогите же кто-нибудь!! По...

Прилетевшее прямо в рот яблоко в карамели заставило Иви поперхнуться и смолкнуть, глупо надув щёчки и скосив глаза к носу.

— Разве тебя никто не учил, что с набитым ртом разговаривать неприлично? — Укоризненно сказала самоуверенная пегаска, ловко подбрасывая в крыле второе яблоко. — Не стоит позорить госпожу ночи неподобающим поведением. Пора заканчивать эту глупую беготню. Думали от нас можно так просто сбежать?

— До церемонии ещё 5 минут, — подал голос фестрал рядом, — мы как раз успеем, если поторопимся.

Пегаска кивнула, ловко отправив подброшенное яблоко в открытую седельную сумку, хлопнула крыльями и напряглась подобно натянутой струне, готовая по команде напасть.

— Будет последнее желание жеребятки? — Игриво спросила она, оскалившись.

— Хочу чтобы Харди был здесь, — тихо сказала Сноуфлейк не поднимая головы.

Топот копыт со стороны единственного выхода из сквера, заставил всех замереть и обернуться. Взмыленный Харди галопом нёсся прямо в толпу окружившую жеребят. Рядом двигалась Энигма, на ходу выхватывая свои тренировочные мечи. Если бы Иви не кричала так недавно, они точно их не нашли.

— Сноуфлейк! Я иду! — Крик единорога огласил округу. — Отойдите от неё, мерзавцы!

Найтмеропоклонники отчего-то быстро стушевались, несмотря на значительное численное превосходство, покрутили головами и взмыли в небо, быстро затерявшись в ночи.

Сноуфлейк перестала хныкать, сделав парочку шагов навстречу подбегавшему брату. Радость встречи однако быстро была омрачена вихрем, наряженным в бутафорские шлем и латы, который снёс Харди, не успела она и глазом моргнуть. Второй пегас, судя по настоящим доспехам бывший реальным стражником, спикировал на Энигму, но оказался куда менее удачлив. Кобыла ушла с линии атаки лёгким движением, успев развернуться, врезала нападавшему плоской стороной мечей по шлему и спине, чего, впрочем, хватило, дабы спустить героя на бренную землю, после чего возмущённо возопила:

— Какого сена вы творите?!

В ту же секунду рядом с жеребятами, взметнув пыль крыльями, упали с неба ещё пара пегасов: жеребец, напяливший супер-геройский костюм с плащом, и кобыла, выглядевшая не хуже амазонки.

— Не бойтесь дети, помощь уже здесь! — Сушёный супергерой гордо выпятил грудь колесом, на что его спутница молчаливо уткнулась лбом в подставленное копыто.

— Лежи не дёргайся, мерзавец, попался наконец. — Крепко сбитый атлетичный пегас навалился на Харди всем весом, отточенным движением врезав тому по рогу. Харди, чувствовавший себя будто его только-что поезд сбил, усиленно пытался вдохнуть, беззвучно открывая рот, и будучи не в состоянии выдавить из себя даже пары слов или пошевелиться. Серый жеребец, обряженный в военную бутафорию, тем временем не унимался. — Не стойте столбами, сообщницу ловите, пока колдовать не начала!

Его прервал резкий вскрик Сноуфлейк:

— Стойте, что вы делаете с моим братом? Отпустите его сейчас же!

Пегаска даже подскакала, чтобы оттолкнуть грубияна, бесцеремонно втаптывающего Харди в клумбу с газоном.

— Что? Он твой брат? — Серый пегас, хлопнув округлившимися глазами, посмотрел на маленькую нахохлившуюся кобылку. — Мы думали это один из похитителей.

— Похитители изволили только-что улететь отсюда и вы никак этому не помешали. — Подошедшая Энигма вмешалась в разговор, убирая в ножны оружие.

Иви тоже хотела бы вставить пару слов, но яблочко, которым её угостила одна из нападавших, оказалось до мерзкого кислым, а толстый слой карамели больше всего походил на старую ириску, от которой во рту всё намертво слиплось. Поэтому единорожка лишь глупо жестикулировала и активно мотала головой, стоя на месте.

— За ними погнались несколько наших ребят, далеко не улетят. — Самоуверенно махнул серый пегас. Помявшись, он слез с Харди, виновато отводя глаза. — Мы подумали вы двое тоже с ними заодно, поэтому и налетели. Единороги-то куда опасней. Телепортируются невесть куда и поминай как звали. — Глухо откашливающийся Харди, с трудом принявший вертикальное положение, получил ободряющий тычок в плечо. — Да ты не обижайся, нам-то откуда было знать? Ты хоть бы предупредил как что ли.

— Предупредишь тут, как же. — единорог, скривив морду, зашипел и был тут же обнят сестрой.

— Прости, что убежала не предупредив. — Сноуфлейк виновато уткнулась в грудь брата. — В следующий раз мы обязательно скажем куда пошли.

— И ты прости, Сноуфлейк, за то, что бросил одних на площади. Я правда должен был оставаться с вами, ведь ты ждала этого дня так долго. — Харди гладил пегаску по голове, прижав сильнее, методично начав засыпать вопросами: — Где же ты была сестрёнка? Я за тебя так переволновался, чуть не пол города оббежал. Кто это были? Где вы нашли пропавшую Санни Блейз?

— Да, очень интересные вопросы сынок, и мне было бы очень интересно узнать, что здесь, Дискорд вас всех раздери, происходит?! — Строгий голос появившегося в свете магической вспышки Продиуса заставил всех обернуться. Земнопони прибыл в компании единорога, любезно подбросившего его в нужное место.

— Папа? Я… — Харди хотел было объясниться, но Продий бесцеремонно прервал отпрыска:

— Вместо того, чтобы как велено присматривать за сестрой, шлялся по городу в поисках пропавшей кобылки. Будь это иначе, мы бы тут сейчас не стояли. Но с тобой мы поговорим потом дома. А от вас, юные леди, — земнопони перевёл взгляд на жеребят, — я жду подробный ответ на прозвучавшие вопросы.

Иви, наконец сумевшая разлепить челюсти, выпалила:

— Мы ходили в старый заброшенный особняк. Хотели проверить легенду про Старрея!

— Меня там держали в подвале и хотели принести в жертву Найтмер Мун!.. — подключилась Санни, последовав за спасительницей.

— Да, нас всех хотели. Мы там нашли в подвале подготавливаемый ритуал.

— Те пони, что за нами гнались, это найтмеропоклонники, они должно быть ещё в заброшенном особняке находятся, их гораздо больше шести!

— Если бы не вы, нас снова поймали.

— Хорошо, достаточно. — Продий прервал поток слов перекрикивающих друг-друга кобылок. — То, что вы рассказали очень серьёзно. Возможно не повернись дело таким образом всё закончилось и вовсе плачевно — Санни наверняка посчитали пропавшей без вести или жертвой хищника. Полагаю после всего пережитого ни о каком празднике и сборе конфет речи быть не может.

Действительно, на жеребят было жалко смотреть: грязные, в ссадинах, царапинах, еле стоящие на ногах, костюмы изодраны, гривы с хвостами всклокочены, залипшие паутиной, с застрявшими веточками и листьями в волосах.

— Единственное, что мне сейчас хочется, это принять ванну и спать. — Иви зевнула.

— Не думаю, что смогу сегодня уснуть. — Сноуфлейк, по-прежнему обнимавшая брата, поёжилась.

— А мне нужно поскорее попасть домой, мама с папой и сестрой уже наверное с ума сошли от волнения и места себе не находят. — Санни с надеждой посмотрела на Продиуса.

Земнопони кивнул, быстро дав распоряжения:

— Квик Нип, телепортируешься в казармы городской стражи, сообщишь капитану, что Санни Блейз найдена и пусть он немедленно отправит отряд проверить заброшенный дом Старрея, кажется у нас тут сектанты, повёрнутые на Найтмер Мун завелись. Скажи я прибуду чуть позже.

Жеребец-единорог стоявший рядом, кивнул и испарился, ослепив окружающих короткой магической вспышкой.

— Вы трое. — Продий ткнул ногой в сторону торчащих столбами ополченцев пегасов. — Проводите Санни Блейз домой. Если по пути хоть волос с её гривы упадёт, я вам не завидую.

Санни помахала на прощание своим спасительницам, направив копыта к выходу из сквера, сопровождаемая троицей ополченцев, с ходу взявшимся что-то между собой обсуждать и спорить. Продиус обратился напоследок к  загадочной спутнице Харди:

— Энигма, какая неожиданная встреча. Сколько лет не виделись?

— Давненько, Продиус. — На мордочке единорожки не промелькнуло и тени эмоций.

— А я думал врут пони, что в город прибыла, да ещё в конкурсе поучаствовать собралась. Помню тебя ещё совсем молодой кобылкой, таскавшейся хвостиком за мастером Фраем. Как он сейчас?

— Его съела шипастая виверна, в горах недалеко от Филидельфии, когда спасал меня. Я допустила ошибку, не расчитав, что тварей может быть больше чем одна и опрометчиво бросилась в бой. Виверн оказалось трое. — Голос Энигмы полнился холодным безразличием. — С тех пор я работаю одна.

— Прости. Мне жаль, — выдохнул Продиус. — Хороший жеребец был.

— Ничего. Я с ними давно поквиталась.

Харди даже стало не по себе. Она так спокойно обо всём этом говорит…

— Понятно. Слушай, Энигма, если тебя не затруднит, отведёшь Иви и Сноуфлейк с Харди по домам? У меня к сожалению дел не в проворот. — Дождавшись утвердительного кивка кобылы земнопони продолжил. — Дети, скажите маме, я сомневаюсь, что прибуду раньше утра. Ясно?

— Погуляли называется, — раздосадованная испорченным праздником Иви, брела к дому с кислой миной. Даже зрелище шикарного праздничного салюта не прибавило радости. — Кажется это была худшая из Найтмер найт в моей жизни.

— И моей тоже, — согласилась тащившаяся рядом с подругой Сноуфлейк, поёжившись от воспоминаний. — Повеселились мало, конфет не собрали, костюмы испортили, не говоря уже про погоню…

— Зато вы сегодня спасли жизнь Санни Блейз. Это гораздо важнее, чем все конфеты и веселье мира, — подал голос угрюмо шагавший позади них Харди. Жеребец был конечно рад, что всё обошлось, сегодня он чуть не потерял сестру из-за своей жажды доказать самостоятельность, но выдавить из себя хоть капельку позитива не выходило. Подвёл Сноуфлейк, да ещё грозил разговор с отцом, который наверняка заведёт свою старую песню о бестолковости сына. И всё же приободрить сестру было нужно. — К тому же это уж точно не последняя ваша Найтмер Найт в жизни. Обещаю, на следующий год мы обязательно соберём огромный мешок сладостей и поучаствуем во всех мыслимых развлечениях, которые только будут.

Утешение, конечно, было так себе, но Сноуфлейк доверяла брату. Выдавив лёгкую улыбку кобылка кивнула.

Сопровождавшая их Энигма была меж тем не словоохотлива и донельзя серьёзна, предпочитая смотреть по сторонам, а не болтать с детишками. Топала следом, подозрительно присматриваясь к попадавшимся прохожим. Иви была только рада такой компании. Новая знакомая вовсе не казалась пугающей или отталкивающей, наоборот было в этой загадочной пони что-то притягательное, рядом с ней чувствовал себя в безопасности. Иви пыталась несколько раз с ней заговаривать, чтобы лучше познакомить с остальными, но ничего толком из этого не вышло, Энигма отделывалась несколькими дежурными фразами, не более.  Остаток пути вообще преодолели молча, после того как Иви передали в копыта родителей.

* * *

После расспроса жеребят следователем, относительно подробностей дела о похищении Санни Блейз, было организовано расследование, которое, впрочем, очень быстро зашло в тупик. Наказали разве-что парочку стражников, халатно отнёсшихся к своим обязанностям при осмотре особняка Старрея накануне. Никого из сектантов найтмеропоклонников так и не поймали. Пегасы ополченцы, преследовавшие пытавшихся поймать кобылок полудюжину пони, клятвенно заверяли, что те разлетелись в разные стороны и как сквозь землю провалились. Нагрянувшие в дом Старрея три отряда стражи, не обнаружили ровным счётом никаких толковых улик: натоптанные следы, несколько волос, да спешно уничтоженные магией надписи в подвале, по которым уже невозможно было ничего разобрать.

Следом во всех местных газетах на первых полосах вышли статьи о подвиге двух юных кобылок: Иви Ивнинг и Сноуфлейк Стрей, в одиночку нашедших и защитивших похищенную Санни Блейз, дочь не примечательного местного пиротехника, от толпы ужасных кровожадных культистов, желавших принести ту в жертву Лунной Кобылице. Событие обсмаковали со всех сторон, приправив как водится, изрядной порцией вымышленных подробностей, при этом не забыв бросить камень в огород из копыт вон плохо работающей местной стражи, годной только пончики в закусочных трескать, да котят с деревьев снимать, у которой похищают жеребят под самым носом, а по городу носятся чуть ли не толпы сектантов, готовящихся совершать кровавые ритуалы. Капитану репутацию и нервы это немало попортило.

После означеных статей отношение к Сноуфлейк в школе действительно сменилось с пренебрежительного, на вполне себе нормальное, хотя её всё равно продолжали считать немножечко странной, а Иви, так и вовсе на короткое время стала местной знаменитостью. Единорожке даже пришлось отбиваться от слишком назойливого внимания других жеребят. Правда ажиотаж вокруг дела быстро спал, за отсутствием продолжения, а спустя пару месяцев о нём и вовсе большинство забыли, так что все участники происшествия смогли вздохнуть спокойно.

Сноуфлейк и Иви смогли подружиться с Санни Блейз. И хотя та жила далековато, а училась вовсе в другой школе, старалась чаще встречаться с ними и оказалась интересной и доброй кобылкой, любящей делать спецэффекты и ухаживать за животными, и уж наверняка можно было сказать, что следующую Найтмер Найт жеребята точно проведут вместе.

## Глава 7

Сноуфлейк проснулась очень рано: солнце едва всплывало над горизонтом. Из окна детской комнаты на втором этаже открывался замечательный вид на утренний лес с южной стороны поместья.

Кобылка встала с кровати, подошла к окну и распахнула пошире шторы. Её настроение вдруг стремительно взлетело вверх: она увидела неспешно летящие с неба маленькие белые хлопья падавшие за окном. Наконец-то выпал первый снег!

Подскакав к комоду, Сноуфлейк выдвинула нижнюю секцию, и немного повозившись с плотно уложенными вещами, вытащила плоскую белую подарочную коробку, перевязанную розовым бантиком. Внутри находились белая вязаная шапочка, шарфик и маленькая накидка, сделанные заботливыми копытами бабушки по маминой линии.

Эти вещи ей подарили ещё на прошлый день рождения, но повод их надеть появился только теперь.

Кобылке сейчас очень хотелось погулять с братом по лесу, посмотреть на первый снег, и поговорить по душам, вспоминая самые приятные моменты из жизни… Но Харди ещё вчера упоминал за ужином, что утром уйдёт по делам, поэтому Сноуфлейк решила прогуляться в гордом одиночестве: она к такому времяпровождению уже привыкла.

Радости кобылки не было предела: наконец-то ощущается, что наступила зима! Несмотря на то, что она постоянно мерзла даже от легкого холода, зима была её любимым временем года. Особенно Сноуфлейк нравилось то, что на фоне снега она не так заметна. Да и день рождения всё ближе!

Лес этим утром был удивительным.

Пегаска с восхищением наблюдала за кружившимися вокруг снежинками, успевшими за ночь покрыть пышными белыми подушками каждую веточку, каждый кустик. Сноу шла по дорожке, запорошенной, пока ещё, рыхлыми снежными хлопьями, и на тропинке оставались следы копыт, постепенно присыпаемые снегом.

Наконец пони вышла на поляну с небольшим прудом. На берегу возле тропинки лежал старый, толстый, давно высохший ствол дерева, отлично заменяющий собой лавочку. К нему Сноуфлейк и направлялась.

Смахнув хвостиком нападавший на ствол снег и присев на прохладную кору, Сноуфлейк смотрела на опускающиеся на водную гладь снежинки, сразу же тающие, едва коснувшись поверхности. Пруд ещё не успел покрыться корочкой льда и вода в нём казалась почти чёрной.

Пегаска с грустью думала о том, что её брат всё реже появляется дома, занятый учёбой в академии. А когда он женится, то, наверное, и вовсе забудет про свою сестрёнку. Сноуфлейк вздохнула.

Несмотря на то, что у пегаски появились целых две подруги, пони, ближе Харди, во всей Эквестрии было не найти.

Спокойная водная гладь напомнила ей, как летом в этом пруду плавали прекрасные лебеди. Сноуфлейк очень нравились эти величавые создания. Но в это время года пруд всегда пустовал: птицы улетали на юг.

Кобылка вспомнила, как пару лет назад Харди читал ей здесь сказку про гадкого утёнка...

Около спокойного озера, давно облюбованного лебедями, сидели двое. Маленькая пегасочка лет десяти и её верный брат — единорог лет семнадцати.

— Я не хочу идти в школу! — Жалобно хныкала Сноуфлейк с выступившими на глазах слезами.

— Сноуфлейк, всем через это приходится пройти. Всем пони нужно учиться! — стойко возражал Харди, хотя в глубине души ему и хотелось оставить Сноу дома по первой её просьбе..

— Харди… У меня нет друзей… Меня там никто не любит... — кобылка опустила голову.

— Сестрёнка, — единорог погладил Сноуфлейк по гриве, — Не нужно говорить так… Категорично... Неужели у тебя вообще нет друзей?

— Ну-у... Я общаюсь там с некоторыми пони, но что бы ни делала меня обижают, смеются надо мной... Говорят что я ненормальная, уродина, трусиха. А ещё у меня до сих пор нет кьютимарки и только я во всей школе не умею летать! — кобылка звучно хлюпнула носом, и вдруг заглянула брату в глаза, — Почему я родилась такой?

По щёчкам пегаски скатилось несколько слезинок. Сноуфлейк могла свободно говорить о своих переживаниях только с братом.

— Ты не уродина. — единорог возразил с уверенным видом, и вновь погладил пони по голове. — На самом деле, ты очень красивая пегасочка. Просто иногда так бывает, что красота по началу находится внутри и не все её замечают... — Харди слегка улыбнулся. — Хочешь я тебе расскажу сказку про "Гадкого утёнка"?

— Хочу.

Харди обнял любимую младшую сестрёнку и начал рассказ…

Сноуфлейк очень любила его, за то, что всегда умел успокоить её чувствительную душу и отвлечь от дурных мыслей. И за то, что не давал чувствовать себя одинокой..

Рядом со Сноуфлейк вдруг раздался шорох и треск веточек.

Пегаска испугалась, вернувшись из мира грёз, и тотчас спряталась за бревном, но убегать не стала: любопытство оказалось сильнее страха. Хищников в лесу не водилось, так кто же это мог быть? Несколько секунд спустя из заснеженных зарослей, с ещё не опавшими сухими коричнево-жёлтыми листочками, показался красный клюв и белая голова с длинной шеей… Похоже, что это был всего лишь лебедь.

Птица не заметила пони. С веточек ему на голову упало несколько листьев покрытых инеем и копна снега. Лебедь потряс головой и взглянул по сторонам. Немного помешкав, он вышел из убежища, волоча правое крыло по земле и направился к воде…

У берега лебедь остановился, поднял голову и с грустью посмотрел в небо.

“Бедняжка...” — Сноуфлейк очень захотелось подойти к нему, погладить и помочь. Пегаска покинула своё укрытие и быстро поскакала к покалеченному лебедю, однако тот, услышав глухой стук копыт, перепугался, зашипел, прыгнул в воду и поплыл к противоположному берегу, изо всех сил размахивая здоровым крылом.

Сноуфлейк остановилась и замерла, решив больше не пугать несчастную птицу, которой и так досталось. Пегаска вернулась на своё прежнее место и стала за ним наблюдать.

Лебедь напомнил кобылке её саму из раннего детства: такой же худой, жалкий, больной, чахнущий без возможности летать... Что с ним случилось? Как давно находится тут один?

Сноуфлейк задумалась: последний раз она здесь была в середине осени, так что наверняка прошло уже немало времени. Наверняка он сильно скучает по семье и друзьям-сородичам… А если ему не помочь, он вряд ли переживет зиму.

Размышляя над этим, пегаска вдруг осознала насколько же любит свою семью и как ей становится приятно от мысли, что у неё есть друзья.

Не будь Сноуфлейк такой застенчивой, родные и друзья непременно бы знали как она ими дорожит.

Кобылка долго не уходила, продолжая следить за каждым движением больного лебедя и не заметила как быстро прошло время, но заметила небольшую перемену в себе, точнее захотела такой перемены...

Когда, судя по положению солнца, уже был почти полдень, с тропинки послышался приглушённый топот пары копыт. Юная кобылка обернулась, хотя и так знала, кто сюда пришел.

Конечно это был Харди. Кто ещё кроме любимого братика способен был сломя голову первым бросится на её поиски.

— Ну и как это называется, юная леди? — прохрипел запыхавшийся Харди, подходя ближе. — Фух… Всю округу обыскал, хорошо, что ещё следы не замело совсем...

— Ох… Прости, я совсем забыла о времени... — виноватым тоном произнесла Сноуфлейк.

Взяв короткую паузу, дабы восстановить дыхание, Харди продолжил:

— Замечталась о чём-то своем, как обычно?

— Нет, смотри... — Сноуфлейк указала ножкой в сторону пруда.

— Ого, лебедь... — Харди заметил птицу, державшуюся на середине водоёма. — Что он, интересно? тут делает, почему не улетел?

У него крыло сломано. — ответила пегаска, приподняв свои. — Я хотела подойти, чтобы помочь ему, а он убежал...

Не удивительно, эти птицы очень осторожны. Он ведь погибнет тут. Нужно сообщить, чтобы ему оказали помощь.

Давай заберём его себе? Я буду за ним ухаживать! — Сноуфлейк похоже удивилась своей просьбе не меньше брата. — Я так давно хотела себе питомца!

— Ты серьёзно?.. — Харди не поверил своим ушам и наклонил голову.

— Я сама смогу оказать ему помощь и он поправится! — Сноуфлейк настояла твёрже, чем обычно.

— Ну… Необычный выходит питомец… -  Харди вздохнул. — Только сначала тебе надо придумать как наладить с ним контакт.

Харди слегка озадачила нехарактерная для Сноуфлейк настойчивость и уверенность, но даже без них единорог не в силах был отказать любимой сестрёнке.

— Значит, да? — Сноуфлейк затаила дыхание.

— Да. Только сама будешь объяснять всё маме с папой. — Харди не стал возражать, несмотря на предстоящий серьёзный разговор с Грасс, которая просила не поддаваться больше капризам сестры и не тащить домой первых подвернувшихся бездомных питомцев. Ничего, он придумает, что скажет и поможет убедить родителей в необходимости приютить раненого лебедя.

Харди уже привык, что, наверно любая другая кобылка скакала бы сейчас от радости повиснув на шее брата, но Сноуфлейк обычно реагировала сдержанно, лишь улыбалась, а на щёчках появлялся милый румянец. Харди нравилось, когда сестра оживала таким образом. Так было и сейчас, но к такому повороту событий жеребец готов не был. Сестра робко потянулась и обняла его. Первой. Ещё больше залившись румянцем. Это было для Харди полной неожиданностью.

Раньше Сноуфлейк первая никогда не шла на тесный контакт, но сейчас эмоции били ключом и пони не смогла сдержаться.

Чтобы не спугнуть этот прекрасный порыв, Харди крепко обнял сестру в ответ.

— Ты самый лучший братик на свете! — робко выдавила Сноуфлейк, потёршись мордочкой о плечо Харди.

Жеребец подвис на пару мгновений, вздохнул, и почувствовал, как что его сердце буквально тает.

— Ты замёрзла? — чуть дрогнувшим голосом спросил он.

— Немного...

— Ну вот, значит теперь точно марш домой. Греться и обедать. Ты и не завтракала сегодня, наверное, маленькая мечтательница? — Харди хихикнул и слегка взъерошил телекинезом гриву сестрёнки, быстро смахнув скупую мужскую слезу в сторону, чтобы Сноуфлейк этого не заметила. Он не любил выставлять свои эмоции на показ, почти, как и сестра. Харди хотел чтобы она видела его только сильным.

Сноуфлейк вдруг погрустнела и посмотрела в глаза брату. Быстро отстранившись от Харди пегаска бросила свой взгляд на лебедя. Тот по-прежнему испуганно наблюдал за странной парочкой с середины водоёма.

— А как же он?

— Боюсь, пока мы ничем ему не сможем помочь. Он слишком напуган...

Харди ещё раз крепко обнял сестру, чтобы приободрить, и повёл домой:

— Думаю нужно сперва дать ему привыкнуть к твоему присутствию: попробовать прикормить. Не нужно его ловить с погоней, тогда он уж точно никогда не подойдет ближе.

— Хм… То есть, если я буду каждый день приносить ему еду, я смогу с ним подружиться? — уточнила пегаска.

— Да, Сноуфлейк, я это и имел в виду. — согласился жеребчик, с задумчивым видом следуя рядом с сестрой. — Я не слишком разбираюсь в животных, на самом деле… Надо с кем-то это обсудить…

— Я попрошу Санни помочь, она хорошо ладит с животными.

Сноуфлейк подумала, что умения её новой подруги придутся очень кстати.

— Может нам заранее построить ему домик, чтобы не мёрз на улице?

— Нет, он будет жить со мной в комнате. Я уже даже имя ему придумала. Я буду звать его Фрост.

Харди не стал спорить. Хотя теперь родителей убедить станет гораздо сложнее...

Санни сразу откликнулась на просьбу Сноуфлейк о помощи и в тот же день после школы они вместе с Иви наведались к озеру.

Раненый лебедь, гревшийся на солнышке у дерева-лавочки, тут же поспешил броситься наутёк, едва заметил жеребят. Успокоился Фрост только лишь когда выплыл на середину озера, откуда опасливо посматривал на Сноуфлейк и подружек, изогнув шею и изредка переплывая туда-сюда.

— Бедненький. — Санни с сочувствием взглянула на лебедя. — Похоже, твой будущий питомец изголодался и ослаб… И с крылом что-то... Чтобы его поймать пришлось бы воспользоваться помощью взрослых пегасов или магией. Я бы так и поступила, если бы речь шла о простом оказании помощи… Но раз ты хочешь его приручить и подружиться с ним, идея прикормить — правильная. Уверена, изголодавшийся лебедь непременно отблагодарит тебя. Правда, придётся подождать несколько дней, зато мы успеем подготовить план, как деликатнее твоего Фроста изловить.

— Эх… Ладно. Ты у нас специалист по животным, тебе виднее. — Иви не стала спорить, — Хотя я бы просто взяла лодку и…

— Я доверяю Санни. Она плохого не станет советовать. — перебила её Сноуфлейк, -  А теперь давайте попробуем покормить Фроста.

Пегаска решительно достала из седельной сумочки небольшую булочку с изюмом.

— Харди тоже согласился, что надо так сделать. Вот. Мама недавно испекла специально для нас, но Фросту они сейчас будут нужнее.

— Ты что?! — Санни округлила глаза. — Сейчас же убери! Таким птицам хлеб давать нельзя! Разве ты не знала?

— Нет. — Сноуфлейк грустно перевела взгляд с Санни на булочку, потом на лебедя, в конце уставившись в землю. — Я видела просто как другие пони так кормят.

— Так поступают только глупые пони, которые плохо учились в школе. — Санни насупилась. — Используй корм для птиц. Специальный.

— У меня такого нет. — Сноуфлейк погрустнела. Ей очень хотелось помочь попавшей в беду птице, но всё оказалось сложнее, чем на первый взгляд.

— Не расстраивайся Сноуфлейк. — Санни постаралась приободрить подругу. — Его же можно легко купить, и это не дорого. Идем, я покажу дорогу.

— А вдруг Фрост уже столько голодает, что ему станет совсем плохо пока мы будем ходить за кормом? — Сноуфлейк не хотелось просто так уходить. Пегаска с надеждой посмотрела на подругу. — Может всё же покормим пока так? От одного разочка ведь ничего страшного не случится.

— Нет. — Санни была не преклонна, добавив металла в голосе. — Не надо так на меня смотреть. Нет, я сказала. Мы будем делать как положено. Если так уж не терпится покормить своего будущего питомца… У тебя есть дома овсянка и свежие овощи?

На счастье голодного лебедя дома у Сноуфлейк оказались большие запасы овсянки, которую помогла сварить мама, пока жеребята дружно резали мелкими кубиками морковь, свёклу, шинковали пучок салата (Грасс любила на зиму растить зелень на подоконнике). Сложив угощение в 2 глубокие тарелки, Сноуфлейк с подругами вернулась к озеру.

Фрост, что-то пытавшийся клевать на берегу, снова предпочёл спастись бегством, благо вода находилась совсем рядом.

Оставив еду возле поваленного дерева, пегаска, повинуясь советам Санни, отправилась в её сопровождении в зоомагазин за едой для птиц. Всю дорогу персиковая единорожка продолжала напутствовать подругу, как приручить будущего питомца.

Сноуфлейк слушала очень внимательно, стараясь не пропустить ни слова, редко смотрела по сторонам, не отвлекалась.

Зоомагазин находился почти в центре города. Небольшой, приземистый домик, стоявший особняком в конце улицы, упиравшейся в реку.

Здание было старинное, но ухоженное. Черепичная крыша поросла декоративным мхом, а перед витриной красовалась пара шикарных клумб. Внутри никаких клеток с домашними питомцами не обнаружилось, всё небольшое пространство было отведено под разнообразные игрушки, средства для ухода, корма и прочую сопутствующую мелочь. Пожилая земнопони с глубокими морщинами и совсем седой гривой, на вопрос Иви почему в зоомагазине нет собственно самих животных, ответила, что за животными нужен тщательный уход, а ей самой помощь в уходе уже не повредит... В общем, всё сразу стало на свои места.

Услышав, что жеребятам нужен корм для водных птиц, земнопони предложила вначале взять немного на пробу, вдруг питомцу он придётся не по вкусу. Сноуфлейк согласилась, тем более остатков её карманных денег после школы не хватило бы даже на самый маленький мешочек с недельным рационом. Получив крошечный пакетик корма, кобылки поблагодарили пожилую хозяйку и помчались обратно к озеру, на обратном пути перекусив булочками, которыми Грасс снабдила Сноуфлейк.

Вернувшись к озеру жеребята обнаружили оставленные тарелки пустыми. Фрост склевал всё подчистую. Это обрадовало Сноуфлейк, вселив уверенность, что у неё всё получится.

Сам лебедь уже устроился на ночлег в своём укрытии, поскольку его нигде не было видно. Пегаску сей факт ничуть не расстроил, ведь теперь она будет наведываться сюда по несколько раз в день, проверить своего питомца. Оставив лебедю еды на утро, Сноуфлейк с подружками отправились по домам.

Купленный в магазине пакетик корма удалось растянуть дня на 3, тем более Санни посоветовала не перекармливать Фроста первое время. Сноуфлейк с волнением ждала наступления выходных, когда они решили действовать, претворив в жизнь свой план по поимке лебедя, который обсуждали эти несколько дней.

Все сошлись на том, что сделать это при помощи магии наиболее верный и деликатный способ, главное не дать Фросту удрать в воду с берега. Впрочем, Харди заверил, что силы его телекинеза непременно хватит схватить и удержать Фроста, когда тот подойдёт к кормушке, а дальше уже дело техники.  Но на всякий случай Сноуфлейк с братом отыскали в сарае моток брезента, чтобы в случае неудачи преградить им путь лебедю.

Накануне пегаска спала плохо. Ворочалась. Попытки уверить себя в том, что всё будет в порядке, успеха не приносили. Под утро незаметно для себя кобылка провалилась в сон, где за ней вокруг озера почему-то гонялись Харди и подружки, хотевшие закутать её в брезент, а после того как им это удалось, начали кормить перьями, запихнув в рот огромный комок, несмотря на отчаянное сопротивление.

Проснувшаяся Сноуфлейк с удивлением обнаружила себя плотно закутавшийся в одеяло и грызущей край собственной подушки. Выплюнув постельную принадлежность, пегаска возблагодарила Селестию за то, что её никто не видел за таким, как ей казалось, постыдным занятием и поспешила в ванную. Конечно Сноу хотелось поваляться подольше, но скоро должны были прийти Иви и Санни, а заставлять подружек ждать вовсе не хотелось. И Фроста тоже. Чем скорее они со всем этим покончат, тем лучше.

Родители пока не знали о планах Сноуфлейк завести лебедя, ни она, ни Харди ничего не говорили об этом, только расписали в общих чертах, что подкармливают попавшую в беду раненую птицу и хотят помочь, удостоившись похвалы.

Вот и сейчас, потчуя любимых детей завтраком, Грасс не переставала восхищаться какие они у неё молодцы. Продиус возможно тоже выдал бы парочку сухих похвал, но уже как пару дней находился на манёврах со своими ополченцами. Земнопони любил держать своих подопечных, как он выражался — “в тонусе”.

Поблагодарив маму за вкусных завтрак, Сноуфлейк с Харди стали дожидаться Иви и Санни, коротая время в беседке. Старший брат развлекал пегаску новыми фокусами со снегом, вылепливая из него разные фигурки, а затем превращая их в ледяные или разукрашивая при помощи магии.

Наконец пара единорожек прибыла.

— Простите, что заставили так долго ждать, — пунктуальная Иви недовольно поморщила носик. — Если бы кое-кто не была такой копушей, мы бы пришли намного раньше.

— Если бы кое-кто не боялась опозданий, нам не пришлось бежать от самого моста через ручей, рискуя переломать ноги. Я ведь предупредила, что зайду в зоомагазин и куплю Сноуфлейк мешочек с кормом. — Санни недовольно водрузила тот самый мешок на столик и пригладила растрёпанную гриву.

— Да ладно вам девочки. Зато я смогла подольше побыть с Харди. — Сноуфлейк махнула ножкой и прижалась к боку брата. — Было здорово. Смотрите какая прелесть!..

Пегаска схватила в копытца одну из снежных фигурок и поднесла к мордочкам подруг пестревшую всеми цветами радуги поделку.

— Действительно прелесть... — загорелись глаза Иви.

— Нуу, — протянула Санни, которую вообще было непросто удивить. — Красиво.

— Я такого ещё не видела. Научишь? — любознательная единорожка никогда не упускала возможности улучшить свои художественные навыки или обучиться новому заклинанию.

— Да без проблем, — Харди нравилась тяга к знаниям умной и немного дерзкой подружки сестры. — Но только на следующих выходных.

— Идёт.

— Вы всё приготовили? — Санни не была настроена на пустую болтовню, особенно, когда впереди ждало важное дело.

— Да. — Сноуфлейк продемонстрировала седельную сумочку, набитую бинтами и обструганными дощечками для шины. — Ещё вчера вечером собрала нужное.

— Я схожу в сарай за брезентом и догоню вас, можете уже идти, чтобы не терять время, — встав со скамейки Харди направился к сараю.

— Хорошо, только корма возьмём. — Сноуфлейк кивнула, подтянув к себе мешок, доставленный Санни.

Быстро раскрыв упаковку, пегаска отсыпала немного еды для Фроста и кобылки начали путь к озеру. Ночью прошёл приличный снегопад, жеребята пробирались, утопая в сугробах. При таких завалах в лесу особо не разбегаешься, это могло создать серьёзные проблемы при поимке лебедя. Оставалось уповать на то что их план сработает безупречно.

Харди догнал кобылок когда те ещё не преодолели и трети пути. Быстро оценив ситуацию, единорог взял на себя роль ведущего, прокладывая дорогу сестре и остальным своими следами, помимо этого таща на себе тент и мешок сена. Несмотря на это Сноуфлейк с подругами всё равно добралась до озера порядком измотанными, а ведь ещё ничего не было готово.

Место кормления пришлось расчистить от снега, как и небольшую часть берега, иначе даже подойти нормально не представлялось возможным, не то что бежать. Следов лебедя нигде видно не было. Очевидно Фрост не желал покидать насиженного тёплого укрытия в кустах. Тем лучше. Нагонять беспокойство на птицу раньше времени хотелось меньше всего.

Размотав брезент, пони уложили его на землю, расположив между берегом и местом кормёжки, присыпали снегом для незаметности. Рядом Иви и Санни легли на принесённые из дома пледы, уложив их на подстилку из хвороста и сена, закутавшись потеплее, после чего были замаскированы снегом. Харди притаился в кустах неподалёку от берега, приказав ждать его команды.

Теперь в дело вступала Сноуфлейк. Она как обычно насыпала корм в тарелку, затем постаралась как можно громче позвать лебедя:

— Фрост! Фрост иди сюда! Я тебе покушать принесла! Те-га, те-га, те-га!

Дождавшись пока птица высунется из своего укрытия, Сноуфлейк сделала вид, что уходит, это служило сигналом для Харди быть наготове. Отойдя быстрыми прыжками на небольшое расстояние, пегаска свернула с тропинки и сделав крюк, вернулась к озеру, чтобы посмотреть, чем их идея закончится. И как раз вовремя.

Фрост, удостоверившись, что горизонт чист, валкой походкой приблизился к месту кормления. Осмотревшись, лебедь не заметил притаившихся рядом единорогов и поспешил приступить к трапезе, но едва ли успел сделать пару клевков, как оказался окутан лимонно-жёлтой магической аурой Харди, попытавшегося схватить птицу, приподнять и обездвижить телекинезом. Но не тут-то было! Фрост, пусть и ослабевший от долгой бескормицы, воспарив и переворачиваясь в воздухе, начал активно сопротивляться, выкручиваясь и хлопая здоровым крылом.

Харди напрягся. Удержать лебедя, рвущегося к воде, оказалось слишком сложно. Фрост даже с одним крылом чувствовал себя в полёте превосходно, постепенно отвоёвывая себе фут за футом на пути к воде. Чем больше он отдалялся от Харди, тем больше слабело магическое поле. Опасаясь, что лебедь вырвется, единорог крикнул:

— Не удержу! План Б! Давайте!

Иви и Санни, уже успевшие слегка замёрзнуть, выскочили из своих укрытий, потянув телекинезом за приготовленные заранее концы брезента, растянув материал стеной перед носом лебедя. Это сработало, заставив испуганную птицу шарахнуться в сторону с намеченного маршрута и дало Харди время перемахнуть массивный сугроб, выскочив из кустов, и подбежать близко.

— Заворачивайте, заворачивайте! На меня гоните! Вот так… — Харди не забывал раздавать команды своим помощницам, постепенно приближаясь к попавшему в ловушку лебедю, который бился в испуге и не знал куда бежать. К тому же удерживавшее его поле стало гораздо сильнее.

Подобравшись на расстояние прыжка Харди бросился на Фроста, хватая копытами. Лебедь в ужасе рванулся, уткнувшись в растянутый брезент, жалобно крича, клюясь и щипаясь.

Сноуфлейк топорща крылышки и переминаясь с ноги на ногу старалась держаться подальше, наблюдая издалека, но когда брат навалился на Фроста, пытаясь прижать голову больно щипающейся птицы, не выдержала:

— Осторожнее! Ему же может быть больно!

— Не боись сестрёнка, мы осторожно! — успокоил сестру Харди. — Да что же ты такой кусачий, пернатый клюв? Иви, Санни, бросайте свою тряпку, лучше держать помогите! Сноуфлейк, тащи свою сумку с бинтами, не стой столбом!

Пегаска, чуть не спотыкаясь, бросилась к месту, где кипела борьба. Фрост не оставлял попыток вырваться, отчаянно сопротивляясь.

— Санни, сможешь осторожно расправить больное крыло Фроста? Я попробую наложить шину. — выудив из сумки сестры бинты с дощечками сказал Харди.

— Попробую. — кивнула персиковая единорожка.

— Иви, подержи ему голову, и второе крыло, мне нужно сконцентрироваться.

Малиновая кобылка понятливо закивала, не проронив ни слова, просто прижав к земле голову лебедя, и магией зафиксировав здоровое крыло. Получалось с трудом и плоховато, но Иви терпела.

Харди приложил пару лангет с обеих сторон повреждённого крыла, аккуратно перемотал бинтами, иммобилизовал, примотав к телу птицы, стянул потуже. Сноуфлейк всё время процедуры нервно вышагивала рядом, вздыхала, охала, просила быть осторожнее, на что брат неизменно просил успокоиться и не отвлекать.

Наконец, завязав последний узел, фиксирующий бинт, жеребец приказал ассистенткам разбегаться подальше, всерьёз опасаясь, что хрипевший Фрост может и напасть на жеребят. Сам же, получив ещё парочку чувствительных щипков, выпустил лебедя из объятий и поспешил ретироваться, схватив сестру в охапку.

Почувствовав свободу, Фрост с шипением и криком встал в угрожающую позу, расправив здоровое крыло и взъерошив перья.

Поняв, что пони обратились в бегство лебедь сам поспешил отступить в воду озера и погрёб что есть сил к другому берегу.

— Ну-с, коллеги. — состроив важную морду, Харди обвёл взглядом выстроившихся рядом жеребят, как только они удалились от озера подальше. — Операция прошла успешно, всем ордена и благодарственные письма.

— Надеюсь Фрост теперь быстро пойдёт на поправку. — голос Сноуфлейк звучал с надеждой.

— Не волнуйся Сноу, мы всё сделали правильно. Теперь Фрост обязательно поправится, — Иви всегда отличалась оптимистичным взглядом на мир.

— Да, было бы гораздо хуже, оставь мы его так, — закивала Санни радуясь, что сумела помочь. — Но тебе придётся подождать пару месяцев пока крыло совсем срастётся и Фрост к тебе привыкнет настолько, что можно будет взять его домой.

— Ничего, главное, что ему станет легче и он выздоровеет, — пегаска легонько улыбнулась краешками губ. -  Правда ведь, Харди?

— Несомненно сестрёнка. Мы всё сделали правильно и как надо, — ответил Харди, затем прищурив глаза задорно добавил: — А спорим малявки, я обгоню вас по пути обратно?

— Это ты кого малявками назвал? — Иви возмутилась.

— Нуу, даже не зна-а-аю, — единорог наигранно воздел очи, — Ты видишь здесь других малявок, которые мне в прыжке по колено?

— Ах, так?! — Иви притопнула ногой, блеснув задорным огоньком в глазах. — Девочки, держите его! Сейчас мы ему покажем кто у нас тут малявка!

Но Харди разумеется не стал дослушивать, сорвавшись с места и хихикая пустился наутёк, крикнув напоследок:

— Кто последний, тот гнилое яблоко!

## Глава 8

Потянулись долгие зимние дни. Сноуфлейк ходила кормить Фроста трижды в сутки: с утра перед школой, днём по возвращении, и вечером до темноты, не обращая внимания на холод или плохую погоду. Она старалась в точности следовать инструкциям Санни, без самодеятельности и форсирования событий. Все свои карманные деньги ей приходилось тратить на еду для питомца.

Лебедь охотно принимал её угощение, не оставляя даже крошки. Довольно скоро стало понятно, что обычные тарелки для Фроста подходят плохо: так и норовят перевернуться, корм из них просыпается на землю. Поэтому Харди помог сделать деревянную кормушку в виде корыта, а также небольшой навес с крышей и дощатым настилом, чтобы место кормления в будущем не засыпало снегом. Разместили их там же около бревна-лавочки. Почему-то Фросту нравилось кушать именно в этом месте.

Конечно, первое время лебедь побаивался пегаску, уплывая на середину озера или даже перебираясь на противоположный берег, но, как и обещала Санни, спустя несколько недель, он начал привыкать, подпускать ближе к себе и реагировать на зов приносившей корм Сноуфлейк. А вскоре уже позволил сидеть с собой рядом, хотя в копыта пока не давался, и ожидал кобылку на берегу, встречая пегаску приветственным криком.

Лебедь больше не выглядел голодным и больным, его оперение заметно улучшилось, хотя бедняга всё равно казался грустным. Отсутствие сородичей и невозможность летать никуда не делись.

Конечно Сноуфлейк переживала. Фрост по-прежнему ходил с перемотанным крылом и не мог им двигать. Перелом — штука серьёзная, кобылка прекрасно это понимала, но всё равно сожалела, что лебедь не может поправиться быстрее, терпя неудобства. Зато будущий питомец уже совсем не боялся её нахождения рядом.

Зима тянулась очень уж медленно.

Сноуфлейк продолжала навещать Фроста, старалась находиться рядом подольше. Иногда пегаску сопровождали Харди, или Иви с Санни Флейк, которым тоже судьба лебедя была небезразлична.

Пока вода в озере не замёрзла пони могли любоваться величаво плавающей птицей, но после Дня Согревающего очага начались снегопады с метелями, затрещали морозы, лёд быстро сковал поверхность озера толстой коркой и лебедь стал редко покидать своё убежище.

Сноуфлейк согласилась с доводами брата, что ночевать в холод под открытым небом для Фроста не особо полезно, поэтому Харди оперативно смастерил лебедю домик из досок, пусть слегка кривоватый и без художественных изысков, зато утеплённый. Набив его сеном для комфорта, пони разместили его в кустах, где Фрост скрывался от непогоды. Умная птица быстро смекнула, что внутри гораздо лучше, нежели снаружи, и облюбовала новое жильё.

Когда снега наваливало слишком много, Сноуфлейк ходила и расчищала лопаткой небольшой участок на берегу от домика Фроста, до кормушки, чтобы тому было удобнее ходить. Периодически меняла подстилку для лебедя, старалась окружить будущего питомца заботой.

Спустя ещё месяц Фрост уже полностью доверял Сноуфлейк, совершенно не боялся кобылку, позволял себя гладить и обнимать. Иногда он запрыгивал на бревно-лавочку возле кормушки, усаживался рядом с пегаской и слушал как та рассказывала какие-нибудь истории, или наблюдал как рисовала. Иногда они просто сидели любуясь закатом.

Наконец подошёл срок снимать шину с крыла Фроста.

Иви и Санни, разумеется, вызвались помочь, а вот Харди к сожалению был слишком занят на ближайшую неделю и составить компанию не смог.

Прихватив запас еды и ножницы, кобылки взяли курс на озеро, шумно переговариваясь и обсуждая последние новости. Прекрасное солнечное утро выходного дня располагало к хорошему настроению. Подтаявший снег на протоптанной дорожке упруго хрустел под копытами.

Фрост уже ожидал пегаску у своей кормушки, деловито прохаживаясь, а едва завидев, громко поприветствовал, захлопав свободным крылом.

Отсыпав корма Фросту, который лебедь с радостью принялся поглощать, Сноуфлейк присела рядом, отвлекая птицу разговором и поглаживаниями, пока Санни телекинезом поднесла извлечённые из сумки ножницы к бинтам, порядком уже потрёпанным, и аккуратно срезала их, стараясь не пугать лебедя.

Фрост отреагировал на процедуру вполне спокойно: за пару месяцев он уже привык к обществу пони, но едва повязка была убрана и лебедь почувствовал, что крыло свободно и его больше ничего не сковывает, похоже неслабо удивился, даже от любимого лакомства отвлёкся. Тихонько гогоча, Фрост осмотрел крыло, расправил, сложил обратно. Осмотрел окружающих его жеребят.

— Всё в порядке Фрост, теперь ты скоро сможешь снова летать, — сказала Сноуфлейк, погладив питомца по голове. — Твоё крыло зажило.

Фрост мотнул головой, хлопнул крыльями и снова вернулся к еде.

— Как думаете? — К Сноуфлейк тем временем вернулась обеспокоенность. — Фрост ведь сможет вернуться в небо? Вдруг мы что-то напутали и сделали неверно?

— Не переживай, всё будет хорошо. Раз Фрост может шевелить и махать крылом, значит всё с ним в порядке, как только оно окрепнет, он обязательно полетит, — первой высказалась Санни.

— Согласна. Не волнуйся Сноу, — Иви хлопнула пегаску по спинке. — Санни дело говорит. Вот увидишь, не пройдёт и недели, как твой питомец порадует тебя своим полётом.

Сноуфлейк посмотрела на занятого кормёжкой лебедя с лёгкой улыбкой:

— Фрост только-только поправился. Я не хочу рисковать его здоровьем, поэтому завтра же заберу его домой. Там ему точно будет намного уютнее и безопаснее.

— А твои родители не будут против? — Засомневалась в затее Иви. — Ты уже говорила с ними по этому поводу?

— Мы с Харди уже давно придумали план, чтобы папа с мамой не отказали. — ответила Сноуфлейк, хотя от уверенности, что так и будет, она бы сейчас не отказалась.

Сноуфлейк вернулась домой далеко после обеда. На расспросы Грасс почему она припозднилась, кобылка рассказала про снятие повязки у лебедя, и, что потом заигралась с подружками, хотя о планах забрать наконец  Фроста к себе, умолчала. Лучше было дождаться Харди.

От усталости и переживаний есть почти не хотелось. Пегаска чутка поклевала поданный мамой обед, заработав от Арнхильд укоризненное покачивание головой, да отправившись в свою комнату почти моментально уснула, едва коснулась головой подушки.

Вечером, отужинав, Сноуфлейк рисовала до самой ночи.

Грасс, зашедшая поутру разбудить дочурку, обнаружила своё чадо мирно посапывающим на кровати в окружении кучи листов с рисунками. Подобрав один из упавших на пол, Арнхильд оценила старания Сноуфлейк, отметив растущий художественный навык жеребёнка. У малахитовой пегаски даже промелькнула в голове идея записать дочку в художественную школу.

Положив лист, с изображением банальной детской картины с дружной семьёй, смотрящей за летящим лебедем, обратно на кровать,  Грасс легонько потыкала копытцем Сноуфлейк, сообщив, что пора вставать и та уже проспала завтрак.

Выпросив у мамы самую большую корзину для пикников, Сноуфлейк сразу же отправилась к озеру, даже толком не притронувшись к еде. Это всё могло подождать, а Фрост — нет, тем более Харди должен был скоро прийти.

Лебедь встретил пегаску радостным вскриком и растопыриванием крыльев. Порция корма была слопана только в путь, Фрост, кажется, даже не наелся толком. Дальше последовал уже привычный для обоих сеанс обнимашек.

— Фрост. — наконец решилась сказать Сноуфлейк. — Не знаю, правда ли ты понимаешь всё, что я говорю. В общем... Знаю, возможно ты привязался уже к этому месту, и даже считаешь своим домом. Да, тут красиво, но холодно, одиноко и не то чтобы уютно. Если согласишься жить у меня дома, мне было бы легче о тебе заботиться, защищать, пока ты совсем не поправишься.

Лебедь внимательно слушал кобылку, тихонько подавая голос, будто раздумывал. Сноуфлейк слегка напряглась:

— В общем… Идти за мной по снегу тебе будет неудобно, поэтому я принесла эту корзинку.

Пегаска приоткрыла стоявшую рядом корзину, посмотрев на Фроста:

— Если ты согласен жить у меня дома, просто залезай в неё и я тебя донесу.

Пока лебедь раздумывал, Сноуфлейк продолжала:

— Я пойму, если ты захочешь остаться, и всё равно буду носить тебе корм, пока не настанет весна и другие лебеди не вернутся.

Сноуфлейк заволновалась. Сейчас наступил тот момент к которому она шла на протяжении этой пары месяцев, момент проверки насколько сильно Фрост к ней привязался, пока за ним ухаживала. Либо сейчас она обретёт такого долгожданного питомца, либо придётся ещё некоторое время ждать, а то и вовсе распрощаться с мечтой о домашнем лебеде.

Фрост постоял, постоял, подумал, повертел головой, будто прикидывая варианты, и наконец громко гаркнув, запрыгнул в корзину, устроившись так, чтобы голова торчала наружу.

— Ура! — Сноуфлейк тихо пискнула от радости, подпрыгнув на месте. -  Я нисколько не сомневалась, что мы теперь друзья.

Сноуфлейк взялась за ручку корзины и тут же охнула. Лебедь оказался довольно тяжёлым. Как-то раньше она об этом даже не задумывалась. На силу взгромоздив импровизированную плетёную переноску на спину, Сноуфлейк потихоньку поплелась обратно домой, пыхтя и вздыхая под тяжестью ноши. Конечно кобылка могла позвать взрослых на подмогу, но ей непременно хотелось самой принести питомца домой, да и оставлять Фроста одного посреди леса, пусть и небольшого, ей не хотелось.

Обратная дорога казалось, длилась целую вечность. Когда пегаска наконец появилась из леса на дрожащих подгибающихся ножках, то встретила Харди, решившего пойти посмотреть почему сестра задерживается? Старший брат немедля поспешил на помощь, подхватив корзину телекинезом.

— Ох, ты ж, да она прямо пудовая! — у Харди округлились глаза. — Сестрёнка, как ты дотащила такую тяжесть одна?

Хрупкая пегаска лишь пожала плечами:

— Не знаю. Я никогда не думала, что Фрост может столько весить. А потом просто не хотелось возвращаться за помощью.

— Хех. А ты у меня, оказывается, сильная. — Харди потрепал копытом гриву Сноуфлейк. — Готова к финальной части нашего плана?

— Ага.

— Отлично. Пошли. А ты, пернатый, сделай самый печальный вид, который только можешь.

Фрост лишь нахохлился, недовольно закряхтев.

Сноуфлейк с братом едва ли успели пройти много по направлению к дому, Грасс встретила их в саду, окликнув с воздуха:

— Дети, я вас обыскалась, где вы ходите?

Разметав свежевыпавший снежок, Арнхильд приземлилась, пробежав по инерции ещё немного, прежде чем остановилась.

— Нуу, теперь я поняла, зачем тебе понадобилась моя большая корзина для пикников... — Грасс внимательно осмотрела величественную птицу. — Значит вот ты какой, лебедь Фрост? Красавец! Я надеюсь он уже совсем здоров?

— Да, мам. С Фростом всё в порядке. — Сноуфлейк мотнула головой, подготавливая себя к важной части разговора.

— Значит принесла его показать?

— Нет. Не совсем. — Сноуфлейк набрала побольше воздуха, перед тем как сказать… — Можно Фрост останется жить с нами?

— О-о-о, нет-нет-нет, и ещё раз нет. Даже не думай об этом Сноуфлейк… — Грасс, как и ожидалось, восприняла идею без энтузиазма.

Кобылка состроила умильную мордочку, затараторив:

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

— Лебеди вольные птицы и должны жить на свободе. — Она не первый год работала с детьми и такие трюки с ней не проходили. — Харди, я же просила не давать сестре приносить домой диких животных.

— Ма, тут ситуация особая, по другому было нельзя. — Харди, придерживаясь плана, начал исполнять свою роль.

— Да. Мы сняли повязку с крыла, но Фрост всё равно не может летать. Боюсь наша помощь подоспела слишком поздно и теперь он уже никогда не полетит, а значит просто не выживет в природе сам. — Сноуфлейк выдала заранее придуманную идею, надеясь, что она сработает. В конце-концов мама была доброй пони, не прогонит же она бедную птицу обрекая на верную смерть?

— Ты уверена в том, что Фрост не сможет больше летать? Может лучше отнести его к ветеринару? Или в специальный питомник? Может, ему ещё можно помочь? — Грасс предложила возможные варианты.

— Санни хорошо разбирается в животных. Она сказала, из-за того что крыло было долго сломано, Фросту уже больше ничем не поможешь. — Сноуфлейк не унималась, Харди говорил, что когда они начнут “давить”, нельзя давать маме опомниться.  — За время пока я ухаживала  за Фростом, он очень привязался ко мне. Вдруг в питомнике ему не понравится? Вдруг он откажется принимать пищу от других пони кроме меня?

— Хорошо, но почему тогда не оставить Фроста просто на озере, где он будет чувствовать себя на воле, и ты сможешь также ухаживать за ним как раньше? — доводы дочки были вполне обоснованы, но Грасс так просто никогда не сдавалась.

— Я боюсь, что какие-нибудь плохие жеребята могут найти наше озеро в лесу и сделать с Фростом что-нибудь ужасное, — тут уже было видно, что Сноуфлейк ни капельки не сомневается в собственных словах. Она и правда об этом беспокоилась, а потому выглядела особенно убедительно.

Грасс вздохнула, подняв глаза к небу. Пегаска хорошо знала свою дочку, и так складно говорить та могла лишь подготовившись заранее.

Конечно Арнхильд заметила, что некоторое время назад Сноуфлейк стала чуточку напористее и увереннее, но такое можно было ожидать скорее от пони вроде Иви. Значит сговорилась с Харди, не иначе.

— Хорошо. — Грасс приняла решение. — Фрост может остаться у нас жить.

— Да! Фрост, ты слышал? Больше тебе не придётся мёрзнуть в тесном домике по ночам. — Сноуфлейк подпрыгнув, ударила в копытца.

— Но если он будет вести себя плохо, то отправится жить обратно на озеро, — добавив строгости в голосе продолжила Грасс. Конечно на деле пегаска не стала бы так поступать, но подстраховаться на всякий случай не мешало.

Из корзины донёсся гарк лебедя, согнувшего и разогнувшего шею. Видимо это значило нечто вроде “договорились”.

— Вот и славно. А теперь, дети, прошу к столу, всё остынет ведь. — Арнхильд вспорхнула, полетев в сторону дома.

— Я же говорил, что всё получится, сестрёнка. — Харди легонько подтолкнул носом Сноуфлейк в шейку.

— Ага. Спасибо, Харди. Без твоей помощи и поддержки я бы не знала, что говорить. — Сноуфлейк потёрлась об щёку старшего брата...

— Наперегонки в столовую? — подмигнул единорог.

— Давай. — пегаска не возражала.

— Победителю достаётся самый большой кусок торта за столом. — Коварно хихикая Харди сорвался с места, оставив Сноуфлейк далеко позади.

— Эй! Так не честно! Ты даже не скомандовал “марш”! — Возмутившись, кобылка бросилась следом.

— Ничего не знаю, теперь тортик будет моим! — убегая позлорадствовал Харди.

* * *

Таким образом мечта Сноуфлейк завести питомца лебедя исполнилась. Правда идея совместного жилья Фроста с ней в комнате снова была принята Грасс в штыки, но Харди и тут удалось убедить маму, что это лишь до весны, пока не потеплеет, а там лебедь переберётся в домик на улице. Сноуфлейк, конечно, несколько расстроилась, но всё же согласилась на условия поставленные мамой. Арнхильд также предупредила, что следить и убирать за своим питомцем Сноуфлейк будет тоже сама. К этому маленькая кобылка, впрочем, и так была готова.

Продиус отнёсся к новости о неожиданном семейном пополнении в присущей себе манере — “Чем бы дитя не тешилось, лишь бы по жеребчикам не гуляло”.

Теперь Сноуфлейк таскала Фроста с собой на прогулки постоянно, чтобы дать ему возможность полетать не раскрывая обман перед родителями, несмотря даже на тяжесть питомца. Для этого она переоборудовала при помощи мамы корзинку в более удобную переноску со сменной подстилкой и мягким полом, украсила её снежинками, самоцветами и сердечками дабы придать презентабельный вид.

Увы, в школу с Фростом не пускали, приходилось терпеть до возвращения домой, только лишь однажды, на устроенный день домашнего питомца Сноуфлейк смогла похвастать перед остальными одноклассниками прирученным домашним лебедем. Пегаска постаралась представить своего питомца во всей красе и рассказала его историю.

Попытки научить Фроста каким-нибудь трюкам эффекта не возымели. Он был для этого слишком своенравен, любил свободу, но и проблем при этом в доме не создавал. Родители быстро привыкли к новому обитателю поместья, а там и подружились. Фрост долгое время находившийся в одиночестве, охотно шёл на контакт, порой вёл себя забавно, иногда даже смешно, а если видел посторонних пони обязательно предупреждал. Особенно Фрост не любил чужих пегасов. В особенности жеребят. Однажды даже напал на почтальона, обратив того в бегство. Мог ранним утром перебудить всех домочадцев.

Сноуфлейк старалась по мере сил ухаживать за лебедем и не позволяла устраивать кавардак. Часто баловала вкусняшками, а иногда и едой прямо со стола, выделив для питомца полноценное место рядом с собой за обеденным столом, чему родители уже не возражали. Благодаря стараниям хозяйки Фрост стал холёным и упитанным, а сама Сноуфлейк немного окрепла, таская корзину с питомцем, и уже не выглядела такой уж худенькой и слабой как раньше.

Пегаска теперь не чувствовала себя одиноко, даже если родители были заняты, а брата или подруг не было рядом.

Остаток зимы пролетел незаметно. Отгремел праздник встречи весны. Забот прибавилось, учёбы тоже. Родители напомнили о своих условиях и лебедю пришлось переселиться в домик на улице, как только достаточно потеплело. Впрочем, новое жилище, было всяко комфортнее, нежели корзина для пикника, куда Фрост уже и помещался с трудом.

Единственное, что вызывало опасение, так это психологическое состояние Фроста. Лебедь всё чаще выглядел подавленным, особенно когда смотрел с грустью в небо, видя пролетающих птиц.

Конечно, он как и раньше встречал Сноуфлейк, возвращавшуюся со школы. Не отказывался от вкусного корма или игры. Неизменно сопровождал хозяйку во время прогулок и всегда возвращался, когда его тайно выпускали полетать (а летать он мог, как любой нормальный лебедь). Но кобылка не могла не заметить, что питомца что-то постоянно тяготит.

Наконец наступили долгожданные выходные, когда можно было немного отдохнуть от учёбы. Сноуфлейк вознамерилась провести их в привычной для себя манере: за рисованием, прогулками на природе и играми с подружками.

После завтрака пегаска устроилась на лестнице ведшей из дома на задний двор, прихватив в комнате любимый набор карандашей с альбомом. Фрост сидел рядышком, с интересом наблюдая как Сноуфлейк выводит вензеля и завитушки на белоснежном листе. Обычно кобылка так делала, когда пыталась собраться с мыслями и успокоиться.

Севшая на перила мелкая пташка, привлечённая остатками корма в кормушке лебедя, тут же упорхнула, едва Сноуфлейк подняла голову, обратив на неё внимание.

— Фрост, — Сноуфлейк наконец решилась заговорить. — Ты сильно скучаешь по своим?

Лебедь склонил голову, переступая с ноги на ногу, тихо подал голос.

— Понятно. — Пегаска вздохнула, погладила питомца. — Я к тебе очень привязалась и люблю. А ещё хочу, чтобы тебе было хорошо.

Сноуфлейк легонько улыбнулась, посмотрела в небо. Там пролетала очередная стая возвращавшихся перелётных птиц.

— Фрост, посиди смирно. Хочу тебя нарисовать.

Лебедь гаркнул, помотав головой, но остался сидеть на месте. Питомец терпеливо позировал, пока Сноу тщательно выводила и раскрашивала свой очередной рисунок.

— Снова своего лебедя рисуешь, дочка? — Продиус, вышедший пройтись по саду, обнаружил Сноуфлейк за любимым занятием.

— Ага. — Пегаска показала папе свой рисунок. — Правда красиво?

— Да… Очень. Вырастешь — станешь известной художницей, — произнес жеребец, строгим оценивающим взглядом осматривая картинку. — А я думал, ты уже на озеро с утра пораньше убежала.

— Нет. Я хотела завтра сходить. Харди уже проснулся?

— Агась. С мамой на кухне чаи гоняет.

— Тогда передай, что жду его здесь.

Сноуфлейк хотелось поговорить с братом наедине, поэтому она продолжила сидеть и рисовать.

— Доброе утро сестрёнка! Папа сказал ты меня ждёшь? — Харди появился через несколько минут, Сноуфлейк как раз заканчивала рисунок питомца. Единорог потёрся носом о щёчку кобылки, едва спустился к ней. — Хотела спросить что-то?

— Доброе утро. — Пегаска зарделась, но быстро вернула серьёзный вид. — Не совсем. Я хотела поговорить, чтобы мама с папой не слышали. Это касается Фроста…

* * *

Сноуфлейк стояла на берегу озера, держа корзинку с Фростом. Пегаска смотрела как у противоположного берега плавает небольшая группа лебедей, прилетевших сюда пару дней назад, и сердце пони сжималось от волнения. Здесь она впервые познакомилась с Фростом.

Рядом находился Харди, морально поддерживая сестру. Иви и Санни также пришли, едва узнали о планах подруги выпустить своего лебедя на волю, хотя ещё не до конца верили, что Сноу решится на такой шаг.

Корзина опустилась на землю, примяв мягкую весеннюю траву, выпуская наружу лебедя пассажира.

— Фрост, — начала говорить Сноуфлейк, проглотив комок в горле. — За то время, что ты живёшь у меня, я сильно к тебе привязалась. Ты стал для меня другом, даже больше — членом семьи. Я очень дорожу своими друзьями и семьёй, а ещё хочу, чтобы они были счастливы. До того как мы встретились, у тебя тоже была семья и друзья среди других лебедей. Я вижу, что ты по ним скучаешь, а ещё скучаешь по небу, и именно поэтому, хочу, чтобы ты вернулся к вольной жизни.

Харди с подругами молчали, давая Сноуфлейк возможность высказаться. Фрост внимательно слушал, тихонько гогоча время от времени, словно поддакивая.

— Ну же, иди к своим, видишь, они тебя ждут. — Пегаска отошла от питомца на пару шагов.

Умная птица заколебалась, смотря то на Сноуфлейк, то на плавающих поодаль других лебедей. Фрост подал голос, валкой походкой приблизившись к кобылке. Сноу снова попробовала разорвать дистанцию, но лебедь пошёл следом.

— Да иди же к своим, дурачок. — Сноуфлейк не вытерпев обняла Фроста. Прикрыла глаза. — Так будет лучше. Я хочу, чтобы ты жил на свободе. Чтобы мог свободно летать, без всех этих тайн...

Лебедь обнял кобылку крыльями и обвил шею вокруг её шейки, после чего они некоторое время простояли таким образом.

— Я буду по тебе скучать Фрост... — грустно сказала Сноуфлейк, шмыгнув носом. — Надеюсь ты тоже будешь. Береги себя. И больше не попадай в беду, ломая крылья. Я постараюсь тебя навещать здесь, когда смогу.

Сноу разорвала объятия, отстранилась. Лебедь, похоже, всё понял, направившись к воде. Перед тем как прыгнуть в озеро, Фрост посмотрел на спасших его пони, гаркнул что есть духу, прощаясь, а затем, хлопнув расправленными крыльями, поплыл к своим.

Сноуфлейк молча наблюдала как Фрост встретился с другими лебедями, убедилась, что того приняли гладко и не стали с ним конфликтовать. Затем вернулась к Харди, ни слова не говоря, уткнулась брату в грудь.

— Ты правильно поступила сестрёнка. — Харди погладил Сноу по голове.

— Я знаю. — Пегаска взглянула на единорога. В уголках её глаз блестели слезинки. — Но мне всё равно так грустно расставаться. И всё же… Так надо… Ему так будет лучше...

Сноуфлейк обернулась, вновь взглянув на Фроста, плавающего среди сородичей:

— Я бы никогда не стала лишать кого-то способности летать намеренно, потому что… Сама знаю, каково это: быть всегда прикованной к земле… И не иметь возможности полететь в жизни. Если бы Фрост остался у меня, то нам пришлось дальше врать родителям, что он не умеет летать, и он бы не смог увидеться с другими лебедями...

— Молодец Сноуфлейк. Я горжусь тем, что у меня выросла такая умная сестрёнка. — Харди крепко обнял пегаску. — Пойдём, не будем мешать Фросту. Уверен, он волнуется сейчас не меньше чем ты.

— Ага, — кобылка кивнула в ответ.

Едва Сноуфлейк с Харди и подругами собрались удалиться, как за спиной поднялся лебединый крик и хлопот крыльев. Обернувшись, пони увидели как стая, в которую влился Фрост, взяла разбег и взлетела. Лебеди сделали круг над лесом, и вдруг один из них отделился от строя, пролетев над группой пони. Это был Фрост, Сноуфлейк безошибочно узнала своего лебедя.

Величавые птицы ещё некоторое время покружили, после чего отправились куда-то на запад. Сноу наблюдала за ними подняв голову, потом прикрыла глаза, простояв с минуту... Иви и Санни было решившие подбодрить подругу, были остановлены строгим взглядом Харди.

Смахнув слезинку, Сноуфлейк сама подошла к остальным.

— Пошли. Мама обещала испечь тортик к обеду, — как ни в чём не бывало сказала пегаска.

— Вишнёвый? — Харди уточнил с надеждой.

— Агась. — Сноуфлейк прищурилась.

— Тогда поторопимся, не то нам ничего не достанется! — воскликнула Иви, косясь на единорога.

— Ну что ты, я обязательно вам оставлю кусочек. — возмутился Харди. — Один. Маленький. На всех.

— Только попробуй, я тебя в жабу превращу! — Пригрозила Иви, сверкнув очами.

— Рожек ещё не вырос, чтоб заколдовать великого меня. — жеребец показал язык.

Сноуфлейк тихонько хихикала, наблюдая за шутливой перепалкой Харди с Иви, длившейся всю дорогу до дома. Настроение кобылки заметно улучшилось, а уж вкуснейший тортик и вовсе позволил победить нахлынувший приступ грусти. Остаток дня Сноу провела в компании Иви и Санни.

* * *

Фрост не забыл доброту и заботу Сноуфлейк. Даже обзаведясь парой, он иногда прилетал в гости. А Сноуфлейк приходила на озеро, где Фрост выбрал место для гнездования, угостить лебедя вкусняшками, попрощаться осенью перед отлётом или поприветствовать весной. Их дружба продлилась долгие годы...

## Глава 9

Ежегодная “Весеняя ярмарка” в Фейри Флорише была большим событием для всей округи. Множество пони и не только стекались в город, чтобы закупиться редкими товарами у местных или заезжих торговцев. Чего тут только не было: от редких сортов марочного овса и вольтяблочного джема, до привозных седларавийских тканей и диковинных зебринских эликсиров от облысения. Продавцы по-проворней нахваливали свои товары, зазывая прохожих к прилавкам, а те, что понаглее так и вовсе норовили наброситься, суя прямо в морду.

Грасс хоть и слыла по большей части домоседкой, но такое событие пропустить не могла. На ярмарке всегда находилась возможность купить что-нибудь для дома, подчас редкое или оригинальное. Особенно малахитовую пегаску интересовали предметы декора: вазы, картины, редкие цветы, занавески, мелкие безделушки, всё что способно украсить её уютное гнёздышко. Грасс имела чувство прекрасного, которое старалась привить и дочери. Прохожие никогда не видели её возвращающейся с пустыми сумками.

Даже обычный вечерний променад Грасс с Продиусом вызывал завистливые взгляды одиноких жеребцов  или заставлял умиляться. А уж когда она одевала платья, впору было вешать табличку — посторонним копытами трогать запрещено. И сегодня был как раз такой день. Если бы Грасс хотела, то могла крутить жеребцами как заблагорассудится, для умной и красивой кобылы это ничего не стоило, к счастью Арнхильд была намного выше всего этого, ей были противны такие уловки.

Продиус, которому ярмарка тоже была не безразлична, охотно сопровождал супругу. Обычно он покупал тут привозные сорта сидра, вина, заморские сладости и что-нибудь из полюбившейся выпечки, как водится специально изготавливаемой под событие.

Отделавшись наконец от назойливой продавщицы-земнопони, желавшей втюхать ей втридорога флакончик каких-то особых абиссинских духов, шибавших в нос так, что волосы гривы дыбом вставали, Грасс обратила внимание на молодого единорога в потёртом костюме, разместившим обособленно свой переносной прилавок рядом с видавшим лучшие времена ветхим домиком на колёсах. Издали она приняла его за чудаковатого торговца диковинным антиквариатом, но подойдя ближе поняла, что продавал он кухонную утварь и странные механизмы, о назначении которых было можно только догадываться.

При виде потенциального покупателя серый жеребец оживился.

— Эй, красавица! Самонагревающаяся сковородка не нужна? Порадуешь мужа отменными блинчиками и оладушками, они на ней никогда не пригорают, пожизненная гарантия зачарования. — хрипловатый, немного задорный голос торговца не походил на присущий жуликоватым пройдохам или удачливым бизнеспони.

Грасс скосила глаза на массивную грубоштампованную сковородину, воспарившую перед самым её носом в магическом поле. Желания сходу купить сей чудо-товар как-то не возникало. Вместо этого малахитовая пегаска решила присмотреться к самому единорогу.

Худой. Усталый. Осунувшийся. Явно прибыл издалека. Не слишком опрятный. Судя по заношенному костюму — беден. Очки со множеством линз в мощной оправе небрежно закинуты на лоб. Покрасневший взгляд и мешки под глазами выдавали бессонные ночи.

— Видимо нет. — сковородка под разочарованный вздох торговца гулко вернулась на прилавок. — Может тогда паровую тестомеску? — жеребец похоже не оставлял попыток продать хоть что-нибудь из своего арсенала диковинных штук. — Или как насчёт машинки для срезания кожуры с плодов?

— Простите, мне ничего такого не надо. — Арнхильд выдавила виноватую улыбку, видя как искра надежды в глазах нежданного собеседника медленно угасла.

Не закупись Грасс уже всем необходимым, она, скорее всего, отправилась бы смотреть другие товары, но теперь спешить было некуда: дома чистота и порядок, дочка убежала вместе с подружками играть. Оглянувшись на мужа, пегаска обнаружила Продия, перехватившего знакомого пекаря и увлечённо опустошавшего его тележку с пирогами и булочками.

Вздохнув, Арнхильд обратилась к странному торговцу:

— А можно узнать кто вы такой? Я каждый год бываю на этой ярмарке, но вас ни разу тут прежде не встречала. Прибыли издалека, да?

— Можно и так сказать. — за неимением очереди страждущих потратиться покупателей, жеребец со вздохом ответил. — Гир Дил. Изобретатель, инженер, конструктор, испытатель. Раньше я жил в Ванхувере, да, это довольно далеко отсюда, эксперементировал в своей лаборатории над созданием машин, работающих на энергии магических кристаллов или единорогов. К несчастью один из моих опытов закончился полнейшим провалом с катастрофическими последствиями. Пострадала не только моя лаборатория с домом, но и несколько соседей. Хорошо ещё обошлось без жертв и увечий. В общем из города меня дипломатично выгнали, а все сбережения пошли на компенсацию потерпевшим. Теперь, оставшись без средств к существованию я вынужден кочевать из города в город, пытаясь заработать на пропитание продажей своих изобретений и отыскать место дабы суметь продолжить свои исследования без опасности спровоцировать массовые разрушения.

— Судя по виду, вы пока не преуспели ни в том ни в другом, — пока Продий увлечённо торговался с крахобором пекарем, Грасс решила задать ещё парочку вопросов. — Но если вы продаёте свои изобретения наверняка должны иметь какие-то патенты приносящие доход, разве нет?

— Абсолютно никаких, мэм, — единорог демонстративно вздёрнул нос. — Конечно же ко мне заявлялись иногда разнокалиберные дельцы, предлагавшие выправить патенты на мои уникальные устройства и заработать на этом. И всегда получали отказ. Я учёный, а не торгаш, и хочу, чтобы мои изобретения были доступны всем пони, а не только кучке богачей с набитыми кошельками.

Дил смачно прокашлялся.

— Болеете? — сочувственно спросила Грасс.

— О нет-нет, что вы, — отмахнулся Гир, — кхм-кхм… Должно быть в горле от запаха свежей выпечки запершело. Знаете, так есть хочется, что переночевать негде.

Изобретатель сглотнул, бросив печальный взгляд на удалявшуюся тележку булочника, манившую яблочными пирогами с румяной хрустящей корочкой.

— О чём толкуете? — закупившийся Продиус подошёл к прилавку Дила, придерживая одной ногой бумажный пакет с выпечкой. Навьюченные седельные сумки позвякивали полными бутылками в компании мелких безделушек.

— Познакомься Продя, это Гир Дил — известный странствующий изобретатель. Ему негде остановиться на ночлег в незнакомом городе, поэтому я пригласила его отобедать с нами сегодня и рассказать немного о своих занятных устройствах. — Грасс представила жеребца мужу, с хитрецой глянув на остолбеневшего учёного.

— Изобретатель говоришь? — хмыкнул в ответ земнопони. — Больше похож на сбежавшего из психушки слегка буйнопомешанного.

— Простите моего мужа, — ткнула хрюкнувшего Продия пегаска. — Его солдатский юмор бывает иногда не к месту.

— Не стоит беспокоиться, с чувством юмора у меня всё в порядке. — Гир сделал вид, что не обратил внимания.

Даже если это и было не так, отказываться от бесплатного ужина изголодавшемуся изобретателю вовсе не хотелось. Те последние несколько монет, которые грустно позвякивали в кармане, гарантировали в лучшем случае скромный ужин без завтрашнего обеда, или сегодняшний сон на пустой желудок без риска голодного обморока завтра. Да и торговля сегодня совсем не шла, хотя когда оно было по другому?

— Эм… Мэм... Не поможете собрать мои пожитки?

Отказывать Грасс не стала. Когда все вещи перекочевали обратно в вагончик, а прилавок был сложен и закреплён сзади дома на колёсах, пегаска поглядела на мужа похлопав ресничками:

— Продя, милый, наш будущий гость едва на ногах держится от голода и усталости, поможешь ему везти повозку?

— Ну что вы, не стоит. — Дил замялся.- Столько любезностей за раз это чересчур.

— Ничего, он у меня сильный земнопони, в молодости и не такие нагрузки выдерживал, ему полезно слегка размяться. Правда ведь?

Продиус немного поворчал для солидности, но в хомут влез.

Следующие пол-часа он вынужден был слушать заинтересованное щебетание супруги, выслушивающей возбуждённую лекцию конструктора о преимуществах его посудомоечных машин перед конкурентами и уникальный зачарованный турбовеник для смахивания пыли.

Надежда на то, что чудик умолкнет за обедом — не оправдалась. Пока Грасс порхала, метая на стол всё новые блюда и закуски, гость восхищался их поместьем и начал даже прикидывать проект по его модернизации своими механизмами. И к вящему неудовольствию Продиуса, “худосочный хлыщ” сумел заинтересовать его супругу.

Дальше больше. К его несмолкаемой болтовне о машинах, прибавились восхищения хозяйкой и её вкуснейшей готовкой, при этом гостю это никак не мешало есть за троих и пить в два горла, да при этом ещё просить добавки, говоря, что надо было отъесться за месяцы скитания впроголодь. Даже Продий, уж на что большой любитель покушать, не мог сейчас за ним угнаться, вдрызг проиграв негласное соревнование кто больше съест.

Наконец, вдоволь наговорившись и набив брюхо так плотно, что оно стало явно выпирать, Гир отвалился от стола.

— Огромнейшее вам спасибо, миссис Стрей. Никогда ещё так вкусно не ел. Ну, теперь я пожалуй пойду вздремну, если не возражаете, последние две бессонные ночи и переход через горы окончательно меня вымотали.

— Вам показать гостевую спальню? — убирая посуду спросила Арнхильд.

— Нет-нет, не утруждайтесь. Я лучше в своём домике. Мне так привычней. — Дил вежливо отказался. Покидая столовую, единорог хорошенько прокашлялся в дверях, встряхнулся, а затем выпорхнул на улицу.

— Ну и чем вызван такой жест благотворительности, Архи? — когда они остались наедине, Продиус вознамерился серьёзно поговорить с Грасс.

— Сейчас узнаешь. Только помоги мне убрать со стола. — фиолетово-гривая пегаска хитро подмигнула мужу.

* * *

Сноуфлейк вернулась домой под вечер в компании Иви. Санни было с ними сильно не по пути, поэтому персиковая единорожка попрощалась заранее. Они её никогда не провожали, лишь иногда заходили в гости.

Внимание жеребят сразу же привлёк появившейся во дворе поместья передвижной домик, в каких обычно ютились путешественники или бродячие артисты. Подгоняемые любопытством кобылки подошли ближе, чтобы его лучше рассмотреть.

Облупившаяся жёлтая краска на стенах, местами прогнившие доски, рассохшиеся колёса с резными спицами, оторванная ставня, болтающаяся на одной петле, покатая крыша, бывшая некогда красного цвета, наспех заколоченная досками вместо отсутствующей деревянной черепицы. Разве там мог кто-то жить?

Из распахнутого второго оконца, вместе со сквозняком и выцветшими розовыми занавесками, вырвался заливистый кашель. Спустя несколько секунд, заскулив ржавыми петлями двери,  появился и сам хозяин. Единорог, шмыгнув носом, начал спускаться по приставным порожкам, телекинезом таща за собой мусорное ведро, набитое скомканными бумажными листами до такой степени, что оно, казалось, вот-вот взорвётся. Сноуфлейк хотела поздороваться, но её опередила более резвая подруга.

— Здравствуйте! А вы кто? — Иви сразу подскочила к серому единорогу, а робкое приветствие Сноуфлейк, оставшейся на месте, осталось едва слышно.

— Оу. Здравствуйте детишки! — неизвестный жеребец повернулся к кобылкам и с улыбкой представился: — Я Гир Дил. Бродячий изобретатель. Приехал поторговать немножко на вашей ярмарке.

— Ух ты! Вы правда изобретатель? Я тоже люблю придумывать разные интересные штуки! — глаза малиновой единорожки загорелись. — Я Иви Ивнинг, а это моя лучшая подруга — Сноуфлейк Стрей. А вы здесь надолго? А можно зайти в гости?

— Я тут только переночую и всё. — Дил даже смутился от такой любознательности и энергии. — У меня редко бывают гости, да и не прибрано… Но если хочешь…

— Спасибо! — Иви пулей влетела внутрь вагончика, даже не дав хозяину закончить.

— Постой, я же.. — Гир заскочил следом под бумажный фонтан, вырвавшейся из брошенного на газон мусорного ведра.

Сноуфлейк, немножко смущаясь, вошла последней.

— А это что такое? А это? Ох, а вот это, что за штуковина? — любопытный носик Иви тыкался куда только мог достать.

Гир Дил едва поспевал уследить за этим малиновым метеором с рожиком, даже не успевая вставить пары слов объяснений. Сноуфлейк никогда раньше не видела подругу такой возбуждённой. Пегаске не были интересны многочисленные механизмы, которыми были забиты все полки и шкафчики, она просто тихонько стояла возле дверей, осматривая внутреннее убранство.

Хозяин жилища был редкостным неряхой и барахольщиком. Полки и сундуки ломились от всяческой машинерии. Габаритные машины размещались во второй, крошечной комнатке, отведённой под подсобку. Пол украшал ворох смятых бумажек, видимо одного мусорного ведра ему было мало, а сваленные в кучу  многочисленные чертежи лежали где только вздумается, уменьшая и без того недостаточное пространство.

С вешалки у входа сиротливо свисал чёрный потрёпанный походный плащ. Судя по множественным прорехам и заплаткам, вторая половина гардероба изобретателя имела богатую историю. По соседству с вешалкой покоилась сложенная раскладушка. Под потолком висел магический светильник. В единственной во всём доме вазе свил гнездо паук. Пожалуй, самым ухоженным местом тут был только шкаф с книгами.

— Девочки, можете смотреть тут что угодно, только уговор — копытами ничего не трогать. — уставший от погони за прыткой единорожкой и объяснений, что это за вещь и как она работает, Гир Дил вернулся к своему рабочему месту под слегка разочарованный взгляд Иви. Правда, в покое его оставили ненадолго.

— Вау! Что это? — из-за спины Гира выплыла заинтересованная мордашка Иви. — Похоже на крылья пегаса.

Кобылка потыкала ножкой в пришпандореный на чертёжной доске лист.

— Это механические крылья. — ответил Дил с нескрываемой гордостью. — Мечта всей жизни, с самой юности, увы, пока несбыточная. С их помощью любой пони сможет летать не хуже пегаса, а может даже быстрее. Не я один о них мечтаю, это довольно распространенная идея, в которой применяется множество схожих схем… Но всё упирается в наличие достаточно мощного и ёмкого источника питания. Простые магические кристаллы сделают конструкцию громоздкой и совершенно неподъёмной. Я пытался найти решение, много экспериментировал в поисках способа увеличить ёмкость магических кристаллов, пока в итоге не взорвал свой дом. Но может это даже и к лучшему. Путешествуя по миру, пусть и без ломаного бита в кармане, я уже встретил множество других учёных и конструкторов, с которыми обменялся знаниями,  получив пищу для размышлений... В общем, пока подобное удовольствие полётов сможет быть доступно только единорогам, магических сил которых в лучшем случае хватит на несколько часов полета. Но чтобы сделать подобный опытный образец нужно несколько десятков специалистов и целая куча денег. Даже боюсь считать сколько…

— У единорогов и так есть несколько заклинаний разной сложности, чтобы создать магические крылья, — добавила Иви, не отрывая глаз от замысловатой конструкции. Они буквально пылали искрами

— Да, я только хотел про это сказать… Так что, чую моё творение так и останется на бумаге. Я сам-то еле концы с концами свожу, где уж тут откладывать деньги…

Гир вздохнул, грустно поводив копытом по чертежу, и глухо прокашлялся. Иви бы, наверное, так и стояла за его спиной, приоткрыв ротик, но тут в окне показалась голова Грасс:

— Мистер Дил, ужин готов. Так-что мойте копытца и налетайте, пока не остыло. Вас, девочки, это тоже касается.

С чувством выполненного долга, кобылка упорхнула обратно домой.

— Ну что ж, не будем заставлять вашу маму ждать, уж больно она у вас серьёзная пони. — подмигнув жеребятам, изобретатель направил копыта к выходу.

— Мы со Сноуфлейк не сёстры. Я живу в другой семье, у меня ведь фамилия другая, помните? — Иви поцокала следом.

— Ах да, действительно, вылетело из головы, прости малышка, — стукнул себя по лбу Гир. — Иногда, когда я увлечен работой, моя рассеянность бьёт все рекорды.

Сноуфлейк, сделав вид, что пропускает изобретателя с подругой, задержалась у чертежа. Она даже расправила своё крылышко и сравнила. Конструкция была очень похожа всем, даже формой перьев. Сноуфлейк сложила крыло, грустно вздохнув. Как же ей ужасно хотелось летать, кто бы знал… Но оторваться от земли так и не получалось.

Мама даже пыталась как-то устраивать прыжки с облаков, в надежде, что Сноуфлейк освоится, но крылья пегаски почему-то упорно отказывались держать её в воздухе, как бы сильно она не старалась ими махать. Дело раз за разом оканчивалось бесконтрольным падением.

Полёты у неё были в крови, а ветер бьющий в мордочку и развивающий гриву очень нравился. Полёт ассоциировался со свободой, самостоятельностью, со взрослением, когда нет никаких преград и можно лететь куда вздумается. Но… Ничего так и не получалось. Сноуфлейк не боялась высоты, она всё же была пегасом. Она боялась упасть с неё и погибнуть.

После сотен падений, хрупкая пегаска не была теперь уверена в своих негодных крыльях. От этих мыслей, стоя на краю облака Сноуфлейк больше не отваживалась на шаг в пустоту. Да, её всегда ловили до этого. Мама находилась рядом, в окружении подруг пегасов, страховавших на всякий случай. Она уверяла, что всегда подхватит любимую дочку, как обычно, если что-то пойдёт не так. Её подбадривали, что, мол, все через это проходили, что нет ничего страшного… Но это помогало слабо. Сноуфлейк теперь со слезами на глазах раз за разом просто вцеплялась намертво в край облака и силы её худеньких ножек хватало выжать оттуда воду. Отрывать кобылку приходилось при помощи пары-тройки взрослых пегасов.

“А что если Я так никогда и не полечу?” упрямая мысль снова всплыла в голове Сноуфлейк.

Голос вернувшейся за подругой Иви вырвал из плена раздумий:

— Сноу, ну тебя долго ещё ждать? Мне уже скоро домой бежать надо будет!

Пегаска встрепенулась:

— Эм. Да, уже иду.

Бросив последний взгляд на чертёж, Сноуфлейк быстро выбежала из вагончика.

Ужин проходил в схожей с обедом манере. Дил уплетал еду с тарелок, будто последний день жил, перекидываясь шуточками с Продием, который решил опробовать свежезакупленную партию сидра. Грасс деликатно и аристократично ела молча. Иви, быстро смолотив свою порцию, попрощалась, отправившись домой. Сноуфлейк ничего почти не ела.

— Ну что ж, большое спасибо за гостеприимство, миссис и мистер Стрей. Не знаю что бы я без вас делал. Пусть денег не заработал, зато наелся до отвала. Теперь на несколько дней мне хватит. Завтра с утра я собираюсь продолжить свой путь, поеду, пожалуй, в Балтимэйр. Надеюсь успею к празднованию дня города. У вас в округе очень удобно — ярмарки в соседних городах идут одна за другой. — Гир душевно с толикой грусти поблагодарил хозяев. — Надеюсь в следующем году снова увидимся, когда я буду тут проездом.

Единорог, окончив свою речь, неистово закашлялся. Потом схватил телекинезом салфетку и прикрыв ей рот и нос, отвернулся.

— Знаете мистер Дил, — вкрадчиво начала Грасс, — мне категорически не нравится ваш кашель. Вы точно заболели. И я просто не имею права позволить больному пони покинуть свой дом в таком состоянии.

— Возможно я и правда простудился... — Нехотя признал изобретатель. — На перевале промок до нитки под ледяным ветром, а плащ у меня одно название. Но это ерунда. К утру уже буду свеженький как огурчик. Не стоит беспокоится. — Новая порция кашля и соплей была явно не согласна со своим хозяином. Но Гир продолжил бравировать, — Перенесу на ногах, что там какая-то кхе-кхе!.. простуда, кхе!.. Кучу раз так делал. Некогда мне болеть вовсе. Если не выйти завтра утром в дорогу, то я точно опоздаю в Балтимэр, путь ведь не близкий. Если я не заработаю там денег, на что же я буду жить?

Грасс дождалась пока изобретатель снова прокашляется и высморкается, продолжив говорить:

— Об этом я как раз и хотела поговорить с вами мистер Дил. Мы с мужем посоветовались и решили приобрести несколько ваших проектных машин для кухни и дома, поэтому острой нужды в деньгах у вас пока не будет. — Грасс обернулась к кухонному шкафчику, и достав из него небольшой мешочек с золотыми монетами, с тихим звоном положила на стол перед единорогом, — Можете спокойно оставаться у нас и поправляться. Я знаю одного доктора, которая живёт совсем недалеко отсюда, она вас живенько поставит на ноги за пару дней.

Гир растерянно хлопнул пару раз глазами, соображая не померещилось ли ему? Судя по мордам хозяев вовсе нет, да и на шутку явно не походило. Серый единорог растерялся:

— Я… Я даже не знаю как вас благодарить! Я столько денег уже несколько лет не видел! Большое, огромное спасибо, вы самые щедрые пони которые мне попадались в жизни!

— Да бросьте мистер Дил, мы же ничего такого не сделали. — Грасс махнула ножкой. — Ведь все пони славятся своей взаимовыручкой… Сноуфлейк. — малахитовая пегаска вдруг строго взглянула на разбаловавшуюся со столовыми приборами дочку. — Не играй за столом с едой. Это неприлично, ты же знаешь.

Сноуфлейк послушно кивнула и тотчас убежала в свою комнату, так и оставив недоеденную порцию на тарелке.

— Можете быть уверены. — Гир Дил приложил копыто к сердцу. — Вы ни на секунду не пожалеете, что помогли мне. Как только поправлюсь, сразу возьмусь за работу над нужными вам машинами! Они не только облегчат вам жизнь и сэкономят кучу времени, но и будут настоящим произведением инженерного искусства! Ещё раз большое спасибо... Ох… Пойду что ли отдыхать тогда… Забыл, что это такое, с тех самых пор, как потерял дом и меня выставили из родного города... Кхэ! Кхэ!.. — жеребец громко чихнул дважды, так что чуть не подпрыгнула посуда на столе. — Что-то мне и правда нездоровится... — подцепив ещё одну салфетку, Дил вытер нос, прибавив скомканную бумагу к уже образованной горке.

— Конечно-конечно... Сейчас для вас самое главное — постельный режим. — Грасс больше не имела права задерживать заметно расклеившегося за столом единорога. — Идите отдыхайте, мистер Дил. Завтра с утра я залечу к доктору, пусть вас осмотрит.

Кивнув мужу, чтобы тот проводил гостя до его домика, пегаска с чувством выполненного долга принялась за уборку на кухне.

В сущности план Грасс был прост как 1 бит — дать измученному голодному бедолаге возможность отдохнуть, набраться сил, поправиться, без риска отбросить копыта в глуши, где-нибудь в дороге. Даже если изобретения этого странствующего конструктора и окажутся бесполезным хламом, у её семьи достаточно денег для того, чтобы помочь этому несомненно хорошему и доброму пони, попавшему в затруднительное положение и вселить надежду, что его труды и увлечение не бесполезны.

Услышав краем уха рассказ про механические крылья, Арнхильд лишь уверилась, что Гир Дил вовсе не тот пони, что тратит время и силы на бесполезные проекты. В таком случае она с мужем поможет изобретателю прорекламировать его изделия и повысить репутацию, что должно в свою очередь привлечь хоть немного покупателей, вытащив учёного из нищеты. А дальше уже всё будет зависеть от него самого…

* * *

Гир Дил болел тяжело — его простуда переросла в пневмонию. И кто знает, не уговори его Грасс остаться, чем мог в таком случае закончиться его переход в Балтимэр, и не стал бы он последним? Сноуфлейк и Иви охотно помогали ухаживать за больным жеребцом, а знакомый Арнхильд доктор Свит Пиллз, действительно творила чудеса и меньше чем через две недели серый единорог уже бегал закупаться материалами недостающими для сборки обещанных машин.

Продиус выделил изобретателю небольшой участок поместья, где бы тот мог поставить своё скромное жилище на приколе, никому при этом не мешая. Глухое, отдалённое место, неподалёку от леса, подошло как нельзя лучше. Гир ценил уединение. Впрочем, это никак не мешало Иви наведываться к изобретателю каждый день. Малиновая кобылка, в отличии от подруги, быстро нашла общий язык с другом по увлечению. Единорожка иногда засиживалась у Дила даже до позднего вечера, пытаясь помогать или что-нибудь мастерить по чертежам.

По мнению самого Дила из неё вполне мог выйти толк, при должном упорстве и постоянном совершенствовании навыков. В общем изобретатель с Иви отлично поладили и подружились.

Грасс уже после первых испытаний кухонной техники производства их нового знакомого была в восторге. Всё, что Гир обещал, работало так как надо. Очень скоро весь дом наполнился, может несколько странными на вид, но весьма надёжными и функциональными машинами. Пожалуй их главным и самым большим недостатком была работа на заряжаемых магических кристаллах, которые требовалось периодически заправлять новой порцией энергии и совсем не каждый единорог был способен это делать.

Далёкие от изучения волшебства обыватели не годились, а вот сам Дил в совершенстве овладел этим делом. Харди такая работа также оказалась по плечу, благо в академии хорошо учили...

Но что делать какой-нибудь семье земнопони, живущей уединённо или в маленьких городках, где отсутствовали хорошие волшебники?

Да и сами кристаллы требовалось подготавливать и огранять особым образом, дабы раскрыть потенциал, опять же не все камни годились, да и они сами по себе стоили немало — полудрагоценные всё таки. Иногда на машину требовались не один-два, а целая пригоршня.

Так что, как бы ни хотелось Гир Дилу обеспечить своими изобретениями всю Эквестрию, а себестоимость сложной техники всё равно влетала в приличную сумму, даже безо всяких там патентов. Это не самонагревающиеся сковородки клепать, тут присутствовала та же проблема, что и с крыльями: без ёмких кристаллов, способных черпать магию из пространства, ну или хотя бы служить без подзарядки несколько лет, о доступности для простых пони оставалось только мечтать.

Дил иногда упоминал в разговоре с Иви некую Кристальную Империю, говоря, что там умели производить несомненно лучшие камни-конденсаторы магической энергии, которые и поныне можно ещё встретить в артефактах древности. Тамошние маги использовали создаваемые искусственно кристаллы с нужными свойствами. Дил, подвернись такая возможность, с удовольствием бы порылся в тамошних библиотеках, побеседовал с ювелирами, волшебниками, охотно перенял опыт. Однако Империя пропала этак 1000 лет назад, бесследно растворившись в воздухе, заодно прихватив всех местных жителей, знания и технологии. Редкие исследователи-энтузиасты, пытавшиеся рыться на месте оставшейся ледяной пустыни, ничего толкового не находили, кроме испорченных чёрной магией накопителей, да низкокачественных поделок подмастерьев. Встречались и мошенники, предлагавшие за баснословные деньги якобы чудом уцелевшие и откопанные камни, в лучшем случае бывшие средненькими по качеству самоцветами.

Конечно всегда можно было расковырять легендарные артефакты ради использовавшихся там камней, только такая гениальная мысль могла прийти в голову лишь полностью безмозглому пони, поскольку подобные вещи сами стоили сумасшедших денег, да и сомнительно, что хозяева позволили бы разломать легендарную вещь ради сомнительной научной выгоды, даже при условии её покупки за полную стоимость. Толку-то от самих накопителей, если по камням не узнать технологии производства, максимум скопировать огранку, которая эффективности обычным камням не прибавит.

Ходили слухи, что у принцессы Селестии имелся подлинный кристалл из Империи — подарок принцессы Аморе, но по тем же причинам смысла изучать его не было. Да и мыслимо ли просить саму правительницу Эквестрии передать её подарок неизвестному бродяге для исследований?

Вот такую ситуацию раз за разом обрисовывал Иви чудаковатый изобретатель, а юная ассистентка неизменно расстраивалась. Быть так близко к решению проблемы и одновременно так далеко. Но Гир верил и надеялся, что его поиски по миру таки увенчаются успехом и мечта пони-учёного осуществиться.

Сноуфлейк энтузиазма подруги вокруг поселившегося у неё дома изобретателя не разделяла. Пегаску мало интересовали чертежи, механика, машины и прочая подобная белиберда.

Ничего общего с высокими искусствами.

Сноуфлейк лишь иногда захаживала к мистеру Дилу за компанию с Иви, но ей быстро наскучивало подобное времяпровождение и пегаска под благовидным предлогом смывалась играть и отдыхать. Жаль только, что подруга неизменно оставалась в доме скучного учёного. Сноуфлейк даже одно время начала ревновать Иви к её новому другу с которым единорожка начала проводить намного больше времени, чем с ней. Но Грасс, вовремя заметив, что что-то тяготит дочку, быстренько объяснила Сноуфлейк, что ничего плохого и страшного вовсе не происходит, необходимо уделять время каждому из друзей.

Сноуфлейк согласилась, но чувствовать себя менее одиноко от этого не стала. Хорошо хоть Харди и Санни не давали ей совсем уж “покрыться пылью”.

Закончив с оснащением дома кухонной утварью и бытовыми приборами Гир Дил взялся за модернизацию остальной части поместья, несмотря на то, что благодаря намёкам Грасс на отлично зарекомендовавшую себя домашнюю технику своим соседям, был вполне загружен работой. И первым делом принялся мастерить какую-то хитрую систему полива для плодового сада, возмутившись видом Грасс, занимавшейся перетаскиванием шланга от одного дерева к другому, на что уходила уйма времени.

Спустя несколько дней упорного труда, беготни по саду с измерительной рулеткой, обследования окрестностей и привычных бессонных ночей, чертежная часть проекта успешно завершилась, тут же будучи представлена хозяевам поместья.

Грасс и Продиус идею оценили, пообещав получить нужные разрешения и закупить материалы. С первым проблем не возникло. Продиус умел быть обходительным с чиновниками, да и был не последним пони в городе, в течении пары дней утреся формальности без лишней волокиты и бюрократии. С материалами обстояло несколько сложнее: стальные листы, трубы нужного диаметра и длины с партией шлангов, изготовили на заказ, благо во Флорише имелось предостаточно мастеров этого дела. Но пришлось подождать ещё пару недель. Следовательно начинать монтаж пришлось уже по цветущему саду.

Хорошо, что с рабочей силой проблем не возникло. Ещё на этапе презентации стало понятно, что своими силами собрать такую штуку не получится, требуются профессионалы. Пришлось Продиусу опять лезть в карман за тугим кошельком, но оно того стоило, сами бы они провозились, наверное до осени.

Очень скоро рядом с поместьем выросла водонапорная башня, от которой протянулся водопровод к находившемуся на окраине небольшого леска озеру, необходимых емкости и напора в обычном городском явно было недостаточно. Насосы Дил изготовил сам, никому не доверяя, и сам же установил.

От башни в сад тянулся разборный водовод из лёгких труб, от которого расходились уже гибкие шланги с капельными эмиттерами, опутавшие сетью все междурядья. Всё это было уже можно легко по мере необходимости собрать или разобрать силами самой семьи, а на зиму  или при сборе урожая и вовсе убрать в сарай.

В итоге, когда работа над садовой поливалкой завершилась, деревья уже давно отцвели, завязали плоды, а Грасс так и продолжала таскать шланг по саду, или пригонять немного дождевых облаков, когда подворачивалась такая возможность. Надобность в серьёзном поливе уже не стояла, но и проект Гир Дила расчитывался с упором на будущее с эксплуатацией в течении десятков лет.

Торжественное открытие и первый пуск ознаменовался маленьким праздником в узком семейном кругу и большим, ароматным клубничным пирогом в благодарность изобретателю от Грасс, в придачу к денежному вознаграждению.

Гир Дил и Продиус ещё помнится тогда крепко выпили вечером, горланили песни в беседке, покуда не заснули в обнимку уже за полночь. Наутро выпивох разбудила Грасс.

На ехидные шуточки Арнхильд, что, мол, она всегда подозревала, что муж тайно увлекается жеребцами, земнопони с не меньшим воодушевлением отшутился, что ничего против крепкой жеребцовой дружбы не имеет, чем немало смутил изобретателя.

Однако уже за завтраком Гир Дил в свою очередь, с присущим ему пылом и энтузиазмом,  озвучил идею нового, невероятно полезного изобретения — машины для сбора урожая в саду. И уже сегодня вечером немедленно возьмётся за работу над чертежом. Грасс и Продиус лишь вежливо похихикали, озабоченно переглянувшись.

Спасённый от голодной смерти инженер начал  из-за трудоголизма превращаться в проблему.

Сноуфлейк, прогуливающаяся по саду в поисках укромного места где можно было порисовать, проходя мимо колёсной хибары инженера, застала изобретателя на улице, простаивающего за чертёжной доской поставленной в тени раскидистой яблони и кушающего булочку с задумчивым видом. Рядышком разместился невысокий столик со стоявшими на нём блюдом, заполненным сдобными булочками, стаканами в компании графина, наполненного соком, а также натянутый между деревьями гамак. Пегаска всегда думала, что мистер Дил обычно сидит безвылазно в своём доме, зарывшись по уши в свои пыльные книги или машины, лишь изредко появляясь на завтраки, обеды и ужины, или установить какую-то новую штуковину на кухне. Это было настолько неожиданно, что Сноуфлейк забыла куда шла, и решила полюбопытствовать, что сподвигло учёного разместиться под открытым небом, и над чем он так увлечённо работает не замечая ничего вокруг.

— Кхм-кхм. Здравствуйте мистер Дил. — Сноуфлейк попыталась привлечь к себе внимание единорога, по прежнему пребывающего в глубокой задумчивости.

— А?! — Гир чуть не подпрыгнул, выйдя из своего состояния. Обернулся и выдохнул с облегчением. — Сноуфлейк, это ты... Подкралась незаметно, как кредитор... Здравствуй. Ты ко мне?

Дил помнил, что юная пегаска не отличалась большой любовью к изобретательству и обычно к нему не захаживала без особой необходимости или компании подруги.

— Я просто проходила мимо, — робко начала Сноуфлейк, — и мне стало интересно, что вы тут делаете в саду? Просто вы редко выходите на улицу.

— Разумеется нет. — фыркнул в ответ Гир. — Я не так уж и редко появляюсь на свежем воздухе, просто мы редко видимся.

— Просто я думала, что вам удобнее заниматься чертежами внутри своего дома…

— Удобнее, но сейчас я занят разработкой плодосборочной машины для вашего сада, чтобы твои родители больше не таскалась со всеми этими корзинами и стремянками из одного конца участка в другой. А для этого мне просто необходимо находится непосредственно снаружи. Хочешь грейпфрутового сока?

Гир уже было потянулся к графину телекинезом, но Сноуфлейк мотнула головой:

— Нет, спасибо мистер Дил, я его не очень люблю.

— Может тогда булочку? Твоя мама потрясающе умеет их печь, а уж с моей новой духовкой вкус стал такой, что язык проглотить можно!

Блюдо с печёностями воспарило, зависнув перед носом жеребёнка.

— Спасибо, мне правда ничего не хочется. — Сноуфлейк всё так же помотала головой, отодвинув угощение ножкой.

— Ну, не хочешь, как хочешь. — Гир с улыбкой пожал плечами. — Я ещё, знаешь, всё никак не спрошу... Сноуфлейк, почему я никогда не видел тебя летающей? Тебе, наверное, крылья не позволяют взлететь? — Любопытство единорога взяло верх и он взяв крыло кобылки телекинезом, внимательно на него взглянул.

Сноуфлейк резко возмутилась, но быстро стушевалась, уставившись в землю:

— Простите, я не люблю, когда чужие пони меня трогают, особенно за крылья. — Пегаска отступила на пару шагов, попробовав освободить крылышко. — Да, вы правы. Мои крылья испорченные, поэтому я никогда ещё не летала в жизни... Извините, я хотела погулять возле пруда и вернуться до ужина. До свидания. — Сноуфлейк буквально выдавила из себя последние слова, чувствуя как глаза начинает щипать и бросилась прочь.

Гир Дил остался стоять в раздумьях, смотря вслед убегавшей пегаске, медленно пережёвывая сдобную булку. Кажется, он как обычно сказал что-то не то. Или сделал.  Собственно, ему доводилось слышать про жеребят-пегасов, у которых возникали иногда большие проблемы с полётами, и если тут как раз такой случай…

“Неудобно получилось. Очень неудобно.”

Вздохнув, Гир вернулся к своему чертежу, всё же с машиной надо было поторапливаться, тем более клиенты из разряда соседей ждать свои заказы долго не станут.

Вечером, после ужина, к нему наведался Харди. Решил, как обычно, навестить семью, когда представилась такая возможность. Заметив, что сестра чем-то расстроена, он не замедлил переговорить с ней наедине, а выведав причину, немедля отправился серьёзно переговорить с обидчиком Сноуфлейк.

Изобретатель уже давно убрал чертёжные принадлежности, к тому времени наслаждаясь отдыхом в своём гамаке.

— Мистер Дил, извините, что приходится вас отрывать от отдыха, но нам нужно серьёзно поговорить. — Харди не стал тянуть, сходу обозначив цель визита. — Это касается Сноуфлейк.

Изобретатель даже не посмотрел в сторону гостя, уставившись в одну точку:

— Я, кажется, догадываюсь, о чём будет этот разговор. Сегодня днём задел деликатную тему, общаясь с твоей сестрой и только потом сообразил, что слишком грубо высказался по поводу её крыльев... У Сноуфлейк правда проблемы с полётами?

— Вы очень проницательны. — Харди нахмурился, буравя взглядом жеребца. — Да. Правда. И Сноуфлейк всё больше беспокоит, что собственные крылья, совершенно не держат в воздухе.

— Ага, значит так и есть. — Гир поморщился. — Пойми Харди, я вовсе не хотел никого обижать и обязательно извинюсь.

— Не стоит. И воздержитесь в дальнейшем говорить о полётах, — требовательно произнёс Харди. — Сестру очень расстраивает эта тема. С каждым годом успокаивать Сноуфлейк становится всё труднее. Я… боюсь, что она однажды просто не выдержит.

— Не дурак, понимаю, — закивал Гир, наконец посмотрев в сторону Харди. Молодой единорог смотрел на изобретателя без ненависти, но весьма холодно. — У меня, знаешь, интересная задумка появилась. Как не просто словами попросить прощения, но и делом искупить ошибку. Возможно это не только порадует твою сестру, но и подарит возможность почувствовать тот самый полёт. Причём не только ей. В одиночку я не уверен, что сумею замысел провернуть, но может получится у нас его осуществить вдвоём?

— Какая задумка и чем я могу помочь? — Харди отнёсся с долей здравого скепсиса к словам всё же малознакомого инженера-учёного, но за возможность порадовать или хотя бы отвлечь сестру от мрачных мыслей стоило ухватиться.

— А вот смотри. — Гир покинул гамак, и подойдя к столику рядом, выудил телекинезом лист бумаги из стопки и карандаш. Вооружившись необходимым, он оперся о стол, подпустив Харди с другой стороны рядом с собой, и принялся рисовать примитивную схему своего нового изобретения, по мере необходимости давая молодому единорогу пояснения.

## Глава 10

Обычно родители давали Сноуфлейк по выходным поспать подольше и этот день не стал исключением. И раз уж идти в школу было не нужно, предстоял целый день, который она планировала уделить рисованию.

Любуясь утренним пейзажем, пегаска понежилась у окна в солнечных лучах, после чего спустилась на первый этаж. Прошла в столовую, ожидая увидеть там оставленный мамой завтрак на столе. Сами родители к тому времени уже уходили заниматься домашним хозяйством. Но сегодня к своему удивлению кобылка увидела хозяйничавшего на кухне Харди, деловито обжаривавшего на сковородке тосты с яйцом внутри.

— Привет сестрёнка. Проголодалась? — единорог полуобернулся к вошедшей Сноуфлейк, снял сковороду с конфорки и переложил яичницу в корзинках на тарелку, отправив её в полёт к столу, сам занявшись заваркой чая.

— Привет Харди. — пегаска робко улыбнулась, она всегда была рада видеть старшего братика. — Пока ещё не очень.

— Налетай пока не остыло, — Харди подмигнул сестре, поставив рядом с тарелкой курившуюся паром кружку чая, добавив для вкуса молока.

— А ты не будешь со мной завтракать? — Сноуфлейк, усевшись за стол,  посмотрела на брата.

— Я уже. Ты слишком долго сегодня спала, соня. Я уж было думал подниматься к тебе, чтобы будить. Просто попью с тобой чайку, а потом хочу кое-что показать интересное. — Харди уселся напротив, поставив свою кружку рядом. Единорог не любил пить напитки горячими, всегда давал остыть.

— Интересное? — Сноуфлейк потыкала завтрак вилкой и снова посмотрела на брата.

— Ага. Думаю тебе должно понравиться. Но пока не доешь всё до крошки я не сдвинусь с этого места. — Харди пригубил свой напиток, скрестив передние ноги на уровне груди, поджав губы уставился на Сноуфлейк, прищурился.

— Ла-адно. — когда Харди так делал, пегаска уже знала, что бессмысленно спорить, тем более она уже успела проголодаться, потому не стала возражать, быстро разделавшись с завтраком.

— Ну-с, вижу ты серьёзно настроена сестрёнка, — Харди удовлетворённо кивнул, едва тарелка с кружкой Сноуфлейк  опустели. Затем легонько улыбнулся. — Уговор, есть уговор. Идём в сад, обещанная интересность тебя давно заждалась.

— Давно заждалась? Меня? — Сноуфлейк трудно было поверить, но кобылка не стала спорить, молча последовав за братом.

Пока они шли по саду Харди не проронил ни слова. Да и свойственной весёлости и задора при общении с ней Сноуфлейк тоже не заметила. Когда брат подвёл её к забору за которым обычно располагалась водонапорная башня и насосы, Сноуфлейк  увидела странную картину.  Участок рядом с конструкцией был утыкан деревянными столбами разной высоты, вкопанными в землю на равном расстоянии. Каждый столб имел перекладину сверху, между которыми протянулись несколько тросов. Сноуфлейк быстро сообразила, что видит перед собой канатную дорогу, хотя и попроще той, что была на том горнолыжном курорте, куда они ездили несколько лет назад.

Тросы тянулись от самой водонапорной башни, спускаясь под довольно крутым углом, уходя вдоль забора до самого соседского участка. На площадке где расположилась ёмкость с водой, теперь ставшей намного шире, столпились Грасс, Продиус и Гир Дил.  Все кроме изобретателя с любопытством и лёгким волнением осматривали двухместную открытую гондолу, ожидающую своих пассажиров.

— Что они там делают? — Сноуфлейк, задрала голову вверх.

— Ждут пилотов-испытателей конечно. — хмыкнул в ответ Харди.

— П-пилотов испытателей? — переспросила пегаска. — Но ведь ты сказал за завтраком, что все ждут меня?

— Агаа. — кивнул Харди. — Это и есть обещанная интересность. Это всё сделано для тебя сестрёнка.

Единорог крепко обнял Сноуфлейк, поцеловал в щёчку.

— О, а вот и наш главный испытатель пожаловал, — радостно помахал сверху Гир Дил.

— Сноуфлейк, поднимайся к нам! — Грасс и Продиус также помахали с высоты, зазывая дочку наверх.

— Смелее, сестрёнка. — Харди подтолкнул пегаску к лифту, специально созданному дабы облегчить подъем пони не имеющим крыльев.

Сноуфлейк, почувствовав как колени начинают предательски дрожать, шагнула на платформу в сопровождении старшего брата. Лифт быстро поднялся на вершину башни и вот уже кобылка осматривала гондолу в компании родных.

— Что всё это значит? — пегаска обвела всех взглядом, чувствуя как начинает волноваться сильнее. — Я же вчера тут гуляла и ничего не было.

— Зачем говорить зря? Лучше запрыгивай и прокатись сестрёнка!  — произнёс Харди, приглашая Сноуфлейк кабинку. — Потом всё расскажу.

Однако пегаска колебалась, переводя взгляд с гондолы на родителей и обратно.

— Мистер Дил, а это точно не опасно? — Грасс, догадываясь в чём дело, воспользовалась заминкой.

— Абсолютно, миссис Стрей, — изобретатель всем своим видом постарался показать, что это так, — не извольте волноваться, я бы никогда не стал рисковать здоровьем жеребят, не будучи полностью уверен в их безопасности. Вчера ночью мы вместе с Харди уже провели испытание, я ведь уже говорил. Можете прокатиться вместо Сноуфлейк, чтобы убедиться, если хотите.

— Хочу. — Грасс кивнула. Проходя мимо дочери легонько погладила крылом, успокаивая.

Едва Арнхильд оказалась на месте пассажира, Гир Дил телекинезом пристегнул ремни и подошёл к рычагу для запуска механизма. Сноуфлейк с волнением наблюдала за происходящим. Канатная дорога, появившаяся за одну ночь, не внушала ей доверия, но спокойное и довольное лицо брата сбивало с толку.

— Не волнуйся, с мамой ничего не случиться, слово даю. — успокоил брат пегаску, снова обняв и крепко прижав к себе.

— Ох… Надеюсь, ты прав... — всё ещё опасаясь, произнесла Сноуфлейк.

Изобретатель переглянулся с Харди и получив одобрительный кивок нажал рычаг:

— Ну, держись, пернатая!

Механизм загудел, кабинка понеслась вниз, постепенно набирая скорость. Из Грасс вырвался задорный крик восторга.

— Остановите, она же сейчас упадёт! — взвизгнула Сноуфлейк, вывернувшись из объятий брата. Кобылка подбежала к краю платформы, схватившись за голову.

— Сестрёнка, успокойся! Ты же видишь, маме нравится, — Харди вновь оказался возле пегаски — Ничего не случится, мы кучу раз всё проверили и перепроверили.

Единорог конечно знал, что Сноуфлейк не отличается большой храбростью, но надеялся, что всё пройдёт немного проще.

— Это опасно! Вдруг трос оборвётся?!

— Эх, дочка, — Продиус вставший по другую сторону от Сноуфлейк разочарованно вздохнул, — Смелость мамы ты, увы, не унаследовала... Мистер Дил мастер своего дела, если он утверждает, что уверен в надёжности своих изобретений, значит так и есть. Это же точно такая же канатная дорога на которой мы в горах ездили, разве ты забыла?

— Ммм… Помню… Было здорово...

Вот видишь! Тебе нравилось, и тут тоже самое. Даже лучше. И я ни за что не поверю, что кобылка, которая не побоялась в Найтмер Найт побывать в заброшенном особняке, испугалась какого-то детского аттракциончика.

Меж тем, гондола с Грасс на борту, пролетев весь путь, плавно остановилась внизу, а её прежнее место заняла вторая, поднявшаяся оттуда. Арнхильд со взлохмаченной гривой и улыбкой, вспорхнула на крыльях на уровень площадки.

Взглянув на Сноуфлейк, которая всё ещё стояла у края платформы, снедаемая сомнениями, она гаркнула, что есть силы:

— Это было потрясающе! Аж детство вспомнила. -  поделилась Грасс впечатлениями, наспех поправляя гриву. — Ощущение и правда будто летишь! Вы безусловно гений, мистер Дил!

Пегаска никогда ещё не видела свою маму такой... Возбуждённой. Наверное это и правда захватывающе и весело... Хоть и выглядит столь опасно...

— Понравилось, говоришь? — хитро заулыбался изобретатель, готовясь снова по команде нажать рычаг. — Значит не зря мы старались.

— Ну же, Сноуфлейк, решайся. — Харди попытался подбодрить сестру, подталкивая к кабине.

— Да иду я, иду, успокойся... — ответила Сноуфлейк, безуспешно упираясь, — если это и правда похоже на полёт, то… Может и стоит попробовать...

Кое-как смотивировав себя и собравшись с духом, Сноуфлейк влезла в гондолу и устроилась на сидении. Харди занял своё место рядом с ней. Едва Харди защёлкнул замки ремней, Сноуфлейк напряглась, чувствуя как её сердечко забилось гораздо быстрее.

— Готовы? — до ушей маленькой пегаски долетел вопрос изобретателя, ожидавшего разрешения на запуск.

Сноуфлейк, зажмурившись, кивнула.

Механизм вновь загудел, кобылка почувствовала как кабинка дрогнула, приходя в движение, и под визг пегаски понеслась вниз, постепенно разгоняясь.

У Сноуфлейк моментально захватило дух. Ветер упруго хлестал по мордочке, выбивая слезы из глаз и взъерошивая гриву. Кобылка чувствовала, будто парит сейчас над землёй... Будто стала невесомой!

Было трудно дышать и ещё труднее прекратить визжать. Рядышком восторженно орал Харди, едва не приплясывая на сиденьи.

Кабинка летела вниз, продолжая свой спуск, и пегаска начала понимать, что несмотря на сердце поднимавшиеся от волнения к самому горлу и готовое вот-вот выскочить, ей начинает нравится это чувство лёгкости внутри, этот бьющий прямо в мордочку ветер, нещадно треплющий гриву, эта скорость, захватывающая дух… Всё это было именно так, как она себе это представляла в своих мечтах!

И когда кабинка со Сноуфлейк и её братом наконец достигла конца трассы и остановилась, кобылка вдруг поняла, что ей безумно хочется ещё.

— Харди, у тебя голова закружится, прекрати! — засмеялась от восторга Сноуфлейк, при виде мотающего головой единорога.

— Не вылезайте! Мы с папой следующие! — задорный крик Грасс, взлетевшей над площадкой и махающей ножкой, дабы привлечь внимание, огласил округу.

Родители быстро заняли места во второй гондоле и ринулись вниз, совсем не стесняясь кричать как маленькие жеребята.

Подъём на такой внушительной скорости ощущался немного иначе. Сноуфлейк всем телом ощутила как её вжимает в кресло, и в мыслях пробудились воспоминания о падении с облаков. Это было очень похоже на катание в экстремальных аттракционах в Клаудсдейле или Лас-Пегасусе, и это вовсе не доставляло дискомфорт, даже наоборот, закрой глаза и будто стрелой несешься ввысь...

Когда подъём завершился и гондола вновь заняла своё место, готовая по нажатию рычага опять сорваться вниз, унося пассажиров, Сноуфлейк отстегнулась и выскочила на площадку. Кобылка была в восторге. Маленькие крылышки топорщились, внутри всё трепетало. Она бросилась на шею Харди и крепко его обняла.

— Мама была права, это потрясающе! — пискнула пегаска. — Спасибо тебе братик...

— Прежде всего благодари мистера Дила. Если бы не он, всего этого бы не было. — Харди кивнул в сторону пони-инженера.

— Вижу, наш подарок всё же понравился твоей сестре. — Гир Дил удовлетворённо созерцал сцену. — Не скромничай, Харди. Без тебя я бы точно не справился. Тем более, поставить без твоей магии всю эту конструкцию за одну ночь мне было бы просто не под силу. Ну, что, может ещё разок запустить, а?

— Да! — Сноуфлейк даже подпрыгнула на месте.

Харди вновь усадил рядом сестру и скомандовал изобретателю:

— Поехали!

* * *

Сноуфлейк с Харди катались до самого вечера пока не устали. Кобылка давно так не смеялась и радовалась. Еле дотерпела до следующего дня, чтобы пригласить подружек и вместе покататься.

Гир Дил, довольный видом Сноуфлейк и её друзей, вопящих от впечатлений, вновь теперь мог вернуться к проекту плодосборочной машины.

Продий после обеда наведался в дальнюю часть сада, где обосновался Гир Дил, обнаружив изобретателя отдыхающим в своём гамаке, почитывавшим очередную книжицу из их немаленькой семейной библиотеки.

Если при первой встрече единорог показался ему прожектором и неумелым мошенником, то после более обстоятельного знакомства с демонстрацией способностей, оказался нормальным жеребцом и талантливым мастером своего дела.

Однако проекты мистера Дила становились всё более амбициозными, а оплачивать их, всё затруднительнее. Сбережений в семейном бюджете ещё оставалось вполне достаточно, но если так будет продолжаться дальше, они рискуют сами пойти по миру.

Но Продий не был бы собой, если бы не придумал план как исправить ситуацию, чтобы никто не остался в накладе. Поэтому на скором совете с женой было решено направить созидательную энергию гостя в другое русло, благо веселящаяся с подругами дочка подала им идею.

— Как насчёт пропустить со мной пару стаканчиков холодненького сидра? — хозяин поместья постучал копытом по прихваченной с собой бутылке темно-зелёного стекла, обращая на себя внимание зачитавшегося единорога.

— Не откажусь. В такую жару промочить горло чем-нибудь прохладным хорошая идея... Мои запасы морса как раз подошли к концу. — Гир отложил пухлую потёртую книженцию, ловко вынырнув из гамака.

Устроились они тут же, рядом, под кроной раскидистой яблони, позаимствовав стаканы со столика. Продиус сноровисто откупорил бутыль, наполнил оба стакана до краёв пенным напитком, после чего привалился спиной к стволу дерева, принявшись смаковать каждый глоток. Всё же на “Яблочных акрах” в Понивилле умели делать отменный сидр, стоило отдать этой бутылке должное...

— Давненько я не видел Сноуфлейк такой счастливой. Обычно дочка не участвует в активных играх, предпочитая что-то поспокойнее. — Земнопони сразу же решил взять инициативу в беседе, иначе изобретатель снова наверняка начнёт неустанно болтать с лёгкой толикой безумия в глазах про свой текущий проект плодосборочного агрегата. — А тут её будто подменили. У вас определённо талант в создании аттракционов, мистер Дил. Не хотели бы оказать услугу нашему городу? Разумеется не безвозмездно.

— Я… Не очень понимаю к чему вы клоните, мистер Стрей... Но я заинтригован. О какой услуге речь? — Гир никогда не упускал случая продемонстрировать свой талант или помочь, если дело касалось его способностей, а уж если это сулило вознаграждение, способное приблизить осуществление его мечты, то и подавно.

— Фейри Флориш — старый город с богатой историей. У нас есть множество достопримечательностей: улица полная бутиков, крупные университеты, парки и даже военная академия. У нас каждый год проходит немало ярмарок и прочих праздников, но совершенно нет парка развлечений. Смекаете, Гир? В таком большом городе нет столь важной вещи! Поэтому Совет, впечатлённый вашими изобретениями, просил передать вам через меня просьбу заняться этим проектом в кратчайшие сроки.

Продиус умел стать дипломатичным, когда требовалось. Естественно, чтобы эта самая просьба от означенного Городского Совета случилась, пришлось пустить в ход всё своё красноречие, благо друзья там у земнопони имелись. В прочем, и без особенного давления представители Совета обрадовались, едва услышали о таком видном специалисте, обосновавшемся в городе. Конечно же, совет всегда был за то, чтобы привлечь в город туристов — они шли отдельной, и отнюдь не последней, строкой доходов в бюджет.

Продиус рассчитывал, что работа полностью займет единорога и направит его энергию в нужное русло. Или хотя бы отвлечет от проекта плодосборочной машины, создание которой, вероятно, ни за что бы не окупилось, учитывая размеры их сада.

Гир Дил на несколько секунд застыл с глотком сидра во рту, выпучив глаза с ужавшимися в точку зрачками, после чего подпрыгнул как ужаленный, чуть не подавившись.

Откашлявшись, единорог выдавил из себя, ещё не совсем веря в свою удачу:

— Мистер Стрей, это огромнейшая честь для меня! Я немедленно готов приступить к работе! Конечно потребуется некоторое время для подготовки предварительных проектов… Мы можем сегодня встретится с этими пони?

— Полагаю, если они сказали “в кратчайшие сроки”, значит да. — Продиус пожал плечами.

— Отлично, отлично! Не люблю откладывать важные дела на потом! — Гир Дил быстрым глотком осушив стакан, пулей метнулся к своему домику, попросив Продиуса маленько обождать.

Наскоро собравшись, изобретатель вернулся к ожидавшему земнопони, который только подивился прыти единорога, и двое жеребцов направились прямиком в ратушу не теряя даром времени.

Совет встретил Дила как родного, а уж при поддержке Продиуса общий язык был найден быстро. Отложив все свои дела чиновники целый час беседовали с инженером, вкратце объяснив, что желают получить в итоге и отвечая на уточняющие вопросы Гир Дила.

Закончив с деталями, единорог попросил показать ему место, которое было отведено под постройку парка развлечений, дабы оценить масштаб будущих работ и лучше понять, что можно использовать при подготовке предварительного проекта, а получив провожатого не замедлил попрощаться с Продием, заверив того, что сам теперь со всем разберётся, и нет нужды в его сопровождении, потому не смеет больше отвлекать того от дел.

Продиус не стал возражать, в конце-концов Дил действительно не был маленьким жеребёнком, чтобы таскаться с ним повсюду, и отправился домой.

Гир Дил меж тем внимательно осмотрел и обследовал площадку, выделенную под предстоящее строительство, соизмерил возможности и запросы Совета, после чего дал окончательное согласие взяться за столь амбициозное дело, попросив дать неделю времени чтобы подготовить предварительные проекты. Просьба разумеется была удовлетворена — они собирались предложить ученому как минимум месяц на разработку.

Неделя пролетела быстрее, чем Дил рассчитывал. Всё это время он практически безвылазно сидел у себя в доме, прерываясь только на сон и приём пищи, перебирая варианты, штудируя имеющиеся книги и просиживая за эскизами будущего парка развлечений. И таки успел в строго выделенный срок, чем немало обрадовал, представителей Городского Совета.

На презентации проекта Продиус применил все свои таланты убеждения, разливался соловьём, не смолкая ни на секунду, льстил, нахваливал, обещал, что при должном подходе вложенные средства окупятся очень быстро, и вообще, представленные проекты сущее золото и настоящее произведение инженерного искусства. В общем, он делал всё от него зависящее, дабы идея увенчалась успехом.

Гир Дил же вёл себя более чем скромно и сдержанно. Отвечал лаконично и по существу, только когда обращались к нему, уточнял. Исполнял свою роль в точности, не мешая своему спутнику и старался не обращать внимание на пристальные взгляды собравшихся чиновников.

В итоге когда Продий в конец выдохся, набив мозоль на языке, а Гиру нечего уже было добавить, почтенные пони из Совета поблагодарили за впечатляющую презентацию, осчастливив изобретателя после короткого совещания, что один из проектов им понравился и Гир Дил сможет приступать к его воплощению, разумеется после того как они обсудят рамки бюджета, который способна выделить городская казна.

Как и следовало ожидать, пони из мэрии оказались довольно прижимистыми и тратить лишние деньги напрочь отказывались, так-что пришлось с боем отстаивать особо важные статьи расходов. Где-то следовало урезать аппетиты, поменять материалы на менее дорогие, а то и вовсе отказаться от некоторых задумок, но в общем и целом Гир Дил с заказчиками достигли взаимопонимания и в этом вопросе, спустя пару недель.

Утряся последние формальности, Дил с Продиусом отправились отметить удачно завершившиеся переговоры, да так крепко отметили, что приплелись домой лишь под вечер, зато в невероятно приподнятом настроении.

План сработал как нельзя лучше. Гир Дил напрочь забыл про конструирование плодосборочного агрегата, решив всецело заняться подготовкой проектно-сметной документации для будущего парка развлечений.

На следующий день единорог прибыл на завтрак с лёгким опозданием, чему семейство Стрей не придало по началу никакого значения: изобретатель имел порой такое обыкновение — задерживаться, увлекшись какой-нибудь мыслью и теряя счёт времени.

Грасс уже приноровилась к особенностям своего гостя, заранее оставляя готовую посуду с едой, дабы не вставать из-за стола, отрываясь от процесса.

— Я сегодня уезжаю в Лас-Пегасус. — Едва Гир Дил занял своё место, как огорошил всех присутствующих. — Я уже собрал всё необходимое в дорогу, осталось лишь взять немного провизии и попрощаться.

— Это… Очень… Неожиданная новость, — растерявшаяся Грасс выдавила из себя, едва отошла от потрясения. Ведь ещё вчера ничего не предвещало такого скорого отъезда. Судя по серьёзному взгляду Гир не шутил, однако в чём причина? — А почему именно в Лас-Пегасус?

— Всё очень просто, миссис Стрей, — единорог не замедлил с ответом. — Как вам известно этот город — одна большая развлекательная площадка и всевозможные парки с аттракционами являются его неотъемлемой составляющей. В одиночку я вряд ли справлюсь с заданием от Городского Совета без должного опыта, или затрачу огромное количество времени. Поэтому я принял решение отправиться туда, чтобы найти себе помощников, посмотреть на готовые решения, и, по возможности, перенять опыт создания таких объектов. Поскольку путь не близкий, а сроки поджимают, нужно отправляться уже сейчас. Разумеется, я не покидаю вас насовсем, мне же ещё работу закончить надо, максимум на полгода или год, после чего обязательно вернусь.

— Вот как... — Грасс всё же стало немного грустно, изобретатель за время, проведенное с ними практически стал ещё одним членом семьи. — Может быть вам что-нибудь нужно в дорогу? Поедете поездом?

— Нет-нет, не утруждайтесь, у меня уже почти всё есть. С деньгами проблем нет, новая одежда сидит как влитая, повозка обслужена и отремонтирована. Я только позаимствую немного припасов на всякий случай, как уже говорил. И нет, отправляюсь я на своих четырёх, мне так привычнее, да и соскучился я по дальним переходам, путешествиям... Хочется снова ощутить дорогу под ногами, вдохнуть воздух бескрайней Эквестрии, устроиться на ночлег в каком-нибудь живописном месте. К тому же я надеялся поискать подходящих специалистов по пути, в других городах, быть может, мне повезёт. А, и ещё заскочу на обратном пути в Ванхувер, соскучился по родным местам за время скитаний, в самом деле не прогонят же меня, если к старым друзьям приехал.

— Вижу, вы уже и маршрут заранее запланировали, — Грасс слегка улыбнулась. Всё же любил Гир Дил тараторить без возможности хоть как-то ввернуть слово собеседнику, пока мысль не закончит. — Жаль, что вы нас покидаете столь надолго… Но… Я понимаю, это серьезное дело... Продя, поможешь нашему другу дотащить нужные припасы из кладовки?

— Да не вопрос, донесу хоть целый воз. — Продиус воспринял новость о скором отъезде изобретателя довольно сдержанно. По крайней мере в этом году урожай придётся собирать по старинке, без риска быть закатаным в ящик самодельным техномагическим агрегатом, который мог обойтись дороже самого урожая.

— Вот и славно, я ничуть в вас не сомневался,  — ударил в копыта Гир, подняв телекинезом ложку. — А теперь воздадим же наконец должное вашему замечательному приготовленному завтраку! Даже не знаю, как я буду без него обходится во время путешествия? Может взять вас с собой? Будете скрашивать досуг одинокого жеребца холодными вечерами, мм?

— Ох, дальнее путешествие, это так романтично, — мечтательно закатила глаза малахитовая пегаска. Хорошо, что они уже давно привыкли к такой манере общения своего гостя. Арнхильд наигранно надула губки. — Но боюсь мой муж не отпустит меня в одиночку: обязательно погонит следом целую роту солдат, с приказом оберегать и никого не подпускать ближе ста шагов. Правда Продя?

— Ста двадцати. — земнопони повертел свою вилку на перевёрнутом копыте, многозначительно поглядев на сидевшего напротив Дила.

— Вы так смотрите всякий раз перед тем как метнуть вилку кому-нибудь в глаз? — единорог нервно похихикал, даже делая скидку на шутливую атмосферу выражение морды Продиуса заставляло подобраться.

— Зачем же в глаз? Шумно будет, соседи перепугаются, лучше в горло, так надёжнее, хотя скатерть новую будет, конечно, жалко...

— Ох, извините, думаю муж встал сегодня не с той ноги... Опять… — Грасс погладила Продия крылом. Хотя ей теперь приходилось гораздо реже краснеть за супруга нежели в молодости, иногда старые привычки таки прорывались и благоверный отчебучивал что-нибудь этакое. Весёлая непринуждённая атмосфера в любом случае испарилась. — Попробуйте сено в кляре, ручаюсь такого вы нигде в Эквестрии больше не попробуете.

Разумеется, Гир вовсе не думал обижаться, это был такой пустяк, что не стоил даже того яйца, что заканчивал выедать сейчас изобретатель.

По прошествии завтрака Дил облачился в походную одежду, после чего на пару с Продиусом перетащил в свой, порядком отреставрированный и похорошевший домик несколько мешков с крупами и мукой, ящик консервов, запас воды, при этом ведя себя как ни в чём не бывало, то и дело перешучиваясь.

Земнопони даже выделил учёному парочку бутылок сидра из своих личных запасов, чтобы Гир откупорил их при каком-нибудь важном случае.

Провожать единорога-изобретателя пришло всё семейство Стрей, за исключением Харди — он был на учебе.

— Берегите себя мистер Дил, — Грасс обняла единорога. — Будем очень ждать вашего возвращения.

— Не волнуйтесь миссис Стрей, я вернусь так быстро, что глазом моргнуть не успеете. — Заверил её Гир, стукнув одновременно в протянутое Продием увесистое копыто, — Ладно, может быть не так быстро, но всё равно достаточно быстро.

— Если по дороге нападёт какой-нибудь голодный монстрила, примени тот приёмчик, который я тебе показывал: работает безотказно, проверено. — напомнил земнопонь.

— Непременно! Телепортацию я достаточно освоил, да и бомбами с перцовым газом запасся. — заверил учёный, переведя своё внимание на робко стоявшую немного поодаль маленькую пегаску, — Сноуфлейк, подойди поближе, я хочу тебе кое-что передать.

Она послушно подошла, после чего Гир Дил выудил запечатанный конверт из кармана и протянул кобылке.

— Передай это письмо от меня своей подруге Иви. Хотелось бы, конечно попрощаться лично, как следует, но время правда не ждёт, да и волнуюсь я как бы эта маленькая непоседа не увязалась за мной следом. Пусть не скучает, я буду ей как можно чаще писать. Справишься?

— Ага. — кивнула пегаска. — До свидания мистер Дил.

— До свидания вам всем! — Гир впрягся в повозку,  помахав на прощание. — И не катайся слишком много на канатной дороге! — полуобернувшись добавил жеребец.

— До свидания мистер Дил, удачной дороги. — семейство Стрей помахало в ответ.

— Спасибо! Не скучайте! — Изобретатель потянул дом на колёсах по направлению к открытым воротам, напевая под нос какую-то странную песню.

Вся семья Стрей последовала за ним. Пони ещё некоторое время молча смотрели вслед удаляющемуся домику, пока тот окончательно не скрылся из вида.

— Не переживай Архи, он не маленький жеребёнок: не пропадёт. — Продиус приобнял Грасс.

— Да, ты прав, но всё равно слишком уж быстро он собрался, — пегаска накрыла мужа крылом. — Это было так… Спонтанно...

— Мам, я пойду к Иви, отнесу письмо от мистера Дила, — прижимая конверт крылышком сказала Сноуфлейк.

— Конечно. — Грасс кивнула, и Сноуфлейк потрусила бодрой рысцой по тротуару, в душе надеясь, что подруга не сильно расстроится, узнав, что её друг-изобретатель так спешно уехал.

Грасс и Продий ещё немножко постояли так, обнявшись, и вернулись домой. День обещал быть жарким, поэтому им стоило закончить свои дела до полудня.

## Глава 11

— Отлично, Иви! Заклинание "малого магического щита", которое я показывал в прошлый раз, ты освоила хорошо, — сказал Харди улыбающейся подруге Сноуфлейк, после того как испробовал означенный щит на прочность. — Теперь, если в тебя кто-нибудь бросит парочку снежков или даже камней, ты не пострадаешь. Над временем постановки, правда, придётся поработать, но у тебя уже неплохо получается! В будущем определённо можешь стать хорошим магом!

— Нуу... Я подумаю... — Иви нравились защитные заклинания. Все отмечали у неё к ним талант, хотя маленькая единорожка пока ещё не совсем определилась что же ей самой нравится больше — занятие магией, искусствами или всё же инженерией? Ей всё никак не удавалось выбрать что-то одно.

— Не сомневаюсь, что Иви в будущем станет отличной волшебницей, — похлопала копытцами Сноулейк. Она искренне радовалась успехам подруги и любила наблюдать за тем, как брат пытается преподавать ей магию. Особенно весело было смотреть за обсуждением теоретической части, перемежающейся мелкими спорами и перепалками.

— И как все мы прекрасно знаем, — нудным учительским тоном продолжил Харди, прохаживаясь по садовой лужайке, — любая хорошая волшебница должна иметь в арсенале не только защитные, но и атакующие заклинания.

Иви со Сноуфлейк переглянулись. Кажется Харди в очередной раз что-то задумал.

— Простейшим из таковых, но оттого не менее эффективным, является луч магической энергии. Вот, смотрите.

Единорог остановился, развернулся к набитому сеном поникену, ожидавшему своей участи неподалёку. Спустя пару мгновений его рог окутал разбрасывающий молнии с искрами яркий шарик, из которого вырвался тонкий поток концентрированной энергии, ударивший точно в грудь куклы, оставив после себя дымящую опалину на мешковине и пробив дыру насквозь.

— Можно просто быстро обстреливать противника, — ещё пара лучей, покороче, пронзили поникен. — А можно сконцентрироваться, затратить чуть больше сил, чтобы увеличить продолжительность луча, и резануть им как мечом.

Поднапрягшись, Харди выдал беспрерывный поток света, который от пары сноровистых движений головы полоснул крест-накрест несчастную мишень, в ту же секунду развалившуюся в нелепую копну.

— Это особенно эффективно, если противник быстро двигается.

— Ух ты! Какой ты сильный! — Сноуфлейк глубоко впечатлила такая наглядная демонстрация, и она приоткрыла рот от изумления, когда мишень развалилась пополам.

— Круть! Я тоже так хочу! — Иви, подпрыгнувшая рядом, была солидарна с подругой.

— Да брось, сестрёнка, — подошедший Харди отмахнулся. Он никогда не был в числе лучших студентов, потому природная скромность не давала поводов задирать нос. — В этом нет вообще ничего сверхъестественного. Так любой взрослый единорог может. Поэтому магический луч и любят использовать для самообороны. Причинить им сколь-нибудь серьёзный вред для пони почти невозможно, если ты не какой-нибудь аликорн или великий маг. Этот прием хорош тем, что он выглядит зрелищно и  отбивает желание нападать на тебя начисто.

Поймав на себе жадный, горящий взгляд единорожки, жеребец хмыкнул:

— Вижу, Иви, энтузиазма тебе как всегда не занимать... Сейчас объясню принцип построения: слушай внимательно.

Ничего сложного в заклинании и правда не было, главное — концентрировать силу и быть полностью сосредоточенным на цели. Имелись у него и свои недостатки, например, возможность отражения от зеркальных поверхностей. Впрочем, достоинств всё равно было намного больше.

Иви тут же ударилась в попытки применить новые знания на практике и всего через полчаса упорных тренировок уже могла потревожить наспех собранный Харди поникен слабым лучиком, правда с дистанции всего в пару метров. Тем не менее, брат Сноуфлейк не скупился на похвалы. Иви всё схватывала на лету, а для уровня жеребёнка её умения были просто невероятными. В схожем возрасте Харди ей и в подмётки не годился.

— На сегодня хватит, Иви, ты и так отлично сегодня поработала. — Харди протянул малиновой кобылке стакан холодного лимонада с соломинкой, сняв его магией с подноса. Второй стакан, единорог вручил Сноуфлейк, а последний оставил для себя.

— Но я ещё хочу потренироваться! — возразила Иви, с благодарностью принимая в копытца слегка запотевший стакан. Она сразу припала к трубочке: пить хотелось не на шутку.

— Не стоит... — Лениво потянув свою порцию лимонада, ответил Харди. — Тренироваться нужно не долго, а часто. И время тренировок увеличивать постепенно. Ты же не хочешь чтобы рог разболелся как в тот раз?

— Не-а. -  Иви припомнила. — Я тогда целый день даже ложку телекинезом удержать не могла. Знаешь как есть было неудобно?

— Знаю, знаю, — Харди легонько усмехнулся. Жеребец и сам знал не понаслышке каково это. — Поэтому сегодня больше никакой сложной магии.

— Харди, а ты останешься поиграть с нами сегодня? — Сноуфлейк посмотрела на брата с надеждой, покручивая свой стакан в копытцах.

— Извини, сестрёнка, — единорог виновато вздохнул. — Я сегодня обещал помочь папе отвезти урожай на завод соков, а вечером у меня встреча с другом. Так что сегодня не получится.

— Оуу... — Сноуфлейк тут же поникла ушками. — Значит, в другой раз?

— Ага. В другой раз — обязательно! — Харди обнял пегаску и чмокнул в лобик. — Не расстраивайся, ладно?

— Угу. — Кобылка прикрыла глаза. — Тебе уже пора, да?

— Да, пора. Папа меня уже заждался.

Сноуфлейк с грустью смотрела вслед уходящему брату. “Другой раз”, наверняка, будет уже не на этой неделе. Конечно, Харди стал взрослее, учёбы и обязанностей у него заметно прибавилось, но пегаска всё же хотела проводить с ним больше времени.

— Кончай грустить Сноу, — подкравшаяся сзади Иви затискала подругу, тем самым заставив тихонько хихикнуть. — Может быть завтра поиграете. Никуда твой ненаглядный братик не денется.

— Да, я знаю... — выдохнула Сноуфлейк. — Ладно. Чем сегодня займёмся?

— Вообще, я хотела воспользоваться вашей библиотекой. Харди посоветовал взять там одну книгу для тренировки магической выносливости. — Приложив копытце к подбородку, Иви прикинула планы. — А потом, наверное, просто погуляем?

— Точно. Устроим пикник на природе! — Сноуфлейк улыбнулась и в предвкушении закатила глаза.

— Отличная идея Сноу! Пошли скорее за книгой и в путь. Тогда нам нужно будет ещё собрать что-нибудь из еды.

— Ага, и плед с корзинкой найти.

Две кобылки бегом направились в библиотеку семейства Стрей, толкаясь и хихикая. Иви довольно легко перенесла отъезд Гир Дила, которому она иногда писала, обещая во время летних каникул не забрасывать их уроки. Изобретатель, правда, пока отвечал редко: путешествовать пешим ходом дело не быстрое, хоть он и старался прокладывать маршрут в каждый попутный город сообщая заранее, чтобы Иви могла отправить в местное отделение почты письма до востребования, пока он не доберётся до Лас-Пегасуса.

Предупредив Грасс заранее, о намерении Иви позаимствовать на время книгу домой, юные пони не смогли отвертеться от просьбы Арнхильд заодно слегка прибраться в комнате, поскольку сама мама Сноуфлейк была сейчас слишком занята репетиторством, готовкой и уходом за садом.

Грасс недавно решила вернуться к преподаванию музыки, чтобы не терять навыки, и заодно пополнить опустевший стараниями Гир Дила семейный бюджет. Вот и сейчас малахитовая пегаска спешно собиралась к очередному своему ученику, буквально на ходу раздавая ценные указания. Она предупредила, что вернется поздно вечером, и напомнила, что в холодильнике уже стоят готовые обед и ужин.

— Никогда бы не подумала, что буду заниматься уборкой, чтобы взять почитать книгу, — недовольно бурчала Иви, усердно сражаясь зачарованной метёлочкой с залежами пыли на верхних полках шкафа. — Мы так на пикник и не сходим!

— До вечера ещё далеко, тем более мы почти закончили уже.  — Сноуфлейк, которая мыла тем временем пол шваброй, было не привыкать помогать маме.

— Это ты почти закончила, Сноу, а мне ещё несколько шкафов осталось, — хмуро ответила Иви, покосившись на подругу. Даже учитывая наличие телекинеза, сильно облегчающего труд, единорожке это дело уже порядком наскучило. — Как домоешь под тем шкафом, помоги мне, ладно?

— Ладно, — кротко согласилась пегаска. В конце-концов она тоже была заинтересована поскорее завершить мамино задание.

Однако спокойствие продолжалось недолго. Едва Сноуфлейк принялась помогать подруге как та устроила фехтование пипидастрами. Кобылки мигом забыли про уборку, втянувшись в шуточной сражение, начали бегать по комнате, визжать, обмениваясь ударами, маневрировать на ещё не просохшем полу, чтобы обхитрить соперницу. В итоге настолько разбаловались, что Иви на полном ходу влетела в книжный стеллаж, который не замедлил вывалить почти всё своё содержимое, засыпав кобылку. Хорошо что он сам следом не опрокинулся.

— Иви, ты в порядке?! — Взволнованная Сноуфлейк мигом подскакала к придавленной книжной горкой подруге.

— Ох, кажется мы немного увлеклись, — из кучи донёсся приглушённый хриплый голос Иви. — И теперь уборки стало ещё больше.

Единорожка растолкала книги в стороны и присела на пол. У неё на мордочке задержалась книга, раскрытая на развороте, которая больно шлёпнула её по носу, навернувшись с самой верхней полки. Иви уже было хотела сбросить её в остальную кучу, но текст и картинка на странице привлекли внимание юной пони, заставив задержать перед глазами.

— Сноу, смотри, что я нашла! — Иви восторженно подпрыгнула, разметав книги в стороны и ткнула разворот в мордочку подруги, а в глазах поняши заплясали огоньки, не предвещавшие ничего хорошего.

— Что это за книга такая? — Сноуфлейк бегло пробежалась по тексту на странице, сдвинула ножкой книгу вниз, уставившись на Иви.

— Написано: "Записки путешественника об удивительных и загадочных местах Эквестрии”. — Иви прочла название на чёрной обложке. — Давай почитаем немного! Вдруг найдём что-нибудь интересное про Фейри Флориш?

— Хорошо. Но только пять минуток, а потом вернёмся к уборке. — Сноуфлейк знала, что если Иви перешла в подобное состояние, то спорить с ней бесполезно.

Иви с довольным видом водрузила находку на читальный столик, принявшись рассматривать её подробнее. Труд за авторством некоего Фикл Вектора выглядел не примечательно: дешёвая обложка с тисненым названием, второсортная сероватая бумага и черно белые иллюстрации больше походившие на наброски.  Книга была не такой уж старой: судя по дате издания, ей было всего двадцать лет. И раз она сохранилась почти в первозданном виде, значит особой популярностью в семье не пользовалась, и была куплена либо просто “для галочки”, либо её кто-то подарил.

Быстро прошерстив оглавление, Иви отыскала среди множества городов, в которых бывал малоизвестный вояжёр, родной Фейри Флориш. Открыв нужную страницу единорожка принялась читать.

Автор книги не то чтобы блистал писательским талантом, хотя по всей видимости очень старался. Роща ланесиевых деревьев высаженных принцессой Луной, старая крепость, “Гора Семи ветров”, перевал “Игольное ушко”, многочисленные шахты, представляющие из себя сущий лабиринт… Всё это сопровождалось сопутствующим потоком мыслей и впечатлений от посещения путешественником этих мест.

Некоторые и правда показались Иви интересными, но больше всего любопытство пони привлекло одно из них. Кобылка не замедлила ткнуть в страницу ножкой, привлекая внимание подруги.

Сноуфлейк вчиталась.

В нескольких милях к северо-западу от Фейри Флориша раскинулся так называемый — "Мёртвый лес", таинственное и жуткое место, по преданиям местных жителей населённое призраками и духами. Родители иногда пугают этим местом своих детей, рассказывая на ночь страшилки, которые, впрочем, не так уж далеки от истины.

Мёртвый лес, согласно реальным городским архивам, появился около Флориша через несколько лет после падения принцессы Луны и превращения её в Найтмер Мун, с последующим изгнанием.

В последующие после этого события годы все деревья и растительность в радиусе нескольких миль постепенно погибли по неизвестным причинам. Воздействие мощного проклятия считается наиболее вероятной из предложенных теорий.

Согласно докладам ночной стражи, караульные несколько раз фиксировали тусклое зеленоватое свечение исходящее из самого центра лесной чащи. Учёные маги предполагают, что это может быть концентрированный выброс тёмной энергии, обусловленный воздействием проклятия, однако подтвердить данную гипотезу пока никому так и не удалось по сей день, ввиду того, что никаких магических следов на границе обнаружить не представляется возможным, а само событие происходит спонтанно и редко.

Мёртвый лес продолжает расширяться по сей день, примерно на ярд в одну из сторон света, тем самым постепенно приближаясь к городу. Проблему не удаётся решить ни с помощью обычных методов, ни с помощью магии. Энтузиасты лишь сходятся во мнении, что негативная энергия места с каждым годом возрастает и это способствует гибели растений. Однако наперебой уверяют, что бесконечно расширение протекать не может и рано или поздно остановится само-собой, задолго до границ города, а то и вовсе рост леса резко обратится вспять.

Животные и птицы предпочитают обходить этот лес стороной, и даже насекомые водятся лишь на самой его окраине. Исключением являются только гигантские светящиеся пауки, которые известны только из показаний очевидцев. Многие ученые не верят в их существование в месте с такой мощной магической энергетикой.

По неподтверждённым слухам, в самом центре Мёртвого леса находится "Таинственный пруд". Именно пруд, а не озеро, согласно слов немногих исследователей, сумевших углубиться так далеко, водоём является искусственным сооружением идеально круглой формы, довольно большим, с холодной и, по ощущениям, вязкой водой. Также рядом с ним находится плохо сохранившаяся каменная усадьба с башней в которой нет ничего ценного или примечательного.

Увидеть с воздуха и, следовательно, достоверно подтвердить факт наличия озера не представляется возможным, так-как большую часть года над самым центром леса постоянно стоит густой непроглядный туман, нередко распространяющийся и на остальную часть Мёртвого леса. Зимой же в том месте бушуют мощные метели неподвластные пегасьей магии управления погодой.

Снимков из чащи леса нет, предположительно, по причине того что высокая влажность воздуха в этом месте приводит к порче почти любых фотопленок и аппаратуры.

Далее, Фикл Вектор в свойственной себе манере описывал собственные впечатления от посещения означенного Мёртвого леса, перемежая их зарисовками. Пони даже устроил ночёвку на окраине, за время которой ничего сверхъестественного с ним не произошло, после чего путешественник сделал выводы о безопасности сего места, на основании личного опыта и отсутствия пропавших экспедиций за прежние годы.

— Ты когда-нибудь слышала про этот самый Мёртвый лес? — Иви потыкала в одну из картинок, посмотрев на подругу.

— Не-а... Родители мне никогда не рассказывали про это место... — пегаска отрицательно мотнула головой, и вновь всмотрелась в корявые зарисовки.

— Давай сходим туда и посмотрим, правда ли всё так как описано? — Иви была весьма предсказуема в своих стремлениях унять природное любопытство. Сноуфлейк уже успела пожалеть, что согласилась посмотреть эту книгу, а не настояла на продолжении уборки.

— Мы же на пикник собирались! — Возмутилась пегаска, резко подняв голову, и глянув Иви в глаза. — Тем более, вдруг там опасно? Забыла, что было в тот раз, на Найтмер Найт?

На самом деле, уже и Сноуфлейк подзабыла события той ночи, но и от тех воспоминаний, что сохранились в памяти, бросало в дрожь.

— Но тут же написано: “абсолютно не опасно”, — напирала Иви, тыкая ножкой в одну из строчек, — Тем более мы не станем заходить туда, посидим на его границе, посмотрим издалека и пойдём домой. Мы же всё равно на природу идти собрались, вот и совместим.

— Туда идти слишком далеко, — Сноуфлейк пустила в ход последний аргумент. До леса и правда путь был не близкий.

— Да брось, Сноу, — протянула Иви, воздев мордочку к потолку. — Ты же обещала перестать быть рохлей! Я всегда думала, что все пегасы без исключения страшные авантюристы и непоседы! Пока не познакомилась с тобой...

— Просто я никудышный пегас... — Сноуфлейк опустила взгляд в пол и отошла подальше к шкафу.

— Так, прекращай занижать свою самооценку. Не то обижусь! — Иви наморщила носик, отведя взгляд. — Прости. Я знаю, что мои слова прозвучали неприятно. Но разве тебе никогда не хотелось приключений?! Побывать там, где ещё ни разу не была в жизни?! Увидеть то, чего не видела и узнать, то, чего не знала?!

— Ну… Может и хотелось.... — тихо произнесла Сноуфлейк, не поднимая взгляд.

— Ну вот! И мне хочется! Интересно же этот лес своими глазами увидеть, а не только по описанию и этим каракулям судить! Быстренько сходим туда и обратно, съедим вкусненького на природе, да вернёмся ещё до вечера: вот и всё!

— Ла-а-адно... Если в сам лес заходить не будем, тогда я согласна. — Сноуфлейк сдалась, поддавшись доводам подруги. — Только вот, что с этим делать будем?

Пегаска указала в сторону горки разбросанных книг. Вместо уборки, они тут устроили ещё больший беспорядок, от чего мама в восторг не придёт, а выставляя книги по алфавиту, жанрам и автору, они рискуют провозиться тут слишком долго.

— Не беда! Сейчас всё устроим, — заверила Иви, придав себе бравый вид. — Давно хотела попробовать тот способ уборки из магического журнала.

Единорожка подошла к книжному завалу, зажигая рог. Закрыла глаза. Сконцентрировалась.

Спустя несколько секунд группа книжек воспарила над полом, окутанная магическим полем, после чего направилась на полку, выстроившись там в ряд. За ней последовала вторая, затем третья партия, и вот уже весь шкаф был забит аккуратными рядами томов. Не везде по порядку, правда, и уж точно не по алфавиту, но на первый взгляд всё выглядело вполне солидно.

— Ну вот, готово. — Иви самодовольно осматривала плоды своего труда. — Как тебе, Сноу?

— Потрясно! — Сноуфлейк похлопала копытцами и потискала подружку. — Иви, это просто высший класс!

— Ой, да ладно тебе… Сама, видишь, натворила, сама и исправляю. Эх, не зазнаться бы. — Иви хихикнула в конце. — А теперь, бежим, нам ещё вещи для пикника собирать.

— Агась!

Обе кобылки резво побежали в чулан, где взяли корзину для продуктов, а после на кухню, заполнив её запасом еды. Сноуфлейк принесла из комнаты свой походный плед, который кобылки свернули совместными усилиями в плотный рулон.

Когда приготовления были окончены, пегаска оставила записку для родителей, предупредив, что они с Иви направились на пикник в лес, после чего юные кобылки отправились в путь.

Выбравшись за город, они некоторое время двигались по Западному торговому тракту, проходившему через Флориш и соединявшему Мэйнхеттен с Ванхувером. До создания по стране сети железных дорог он являлся важной связующей нитью, обеспечивающей товаропоток в северной части Эквестрии. Ныне, утратив прежнее значение, практически не использовался. В основном Сноуфлейк с Иви попадались по пути группы туристов, решивших посетить город.

Преодолев нужное расстояние, Иви и Сноу свернули на север, руководствуясь наспех срисованой картой из книги. Старая дорога ведущая к заброшенным рудникам шла в нужном им направлении. Сейчас её разве что лесорубы использовали для доставки брёвен на лесопилку.

Спустя ещё некоторое время Сноуфлейк с Иви углубились в лес. На счастье пони, тропинка, которой они решили воспользоваться, вела в нужном им направлении, что подтверждал прихваченный с собой компас, с которым Иви постоянно сверялась.

Подружки обогнули невысокий скалистый хребет, перебрались по хлипкому, наспех сколоченному мостику, через маленькую речушку и вышли на большую поляну, с крохотным озерцом в центре, со всех сторон окружённую лесом. Судя по карте за ней и располагался тот самый Мёртвый лес, ради которого они проделали весь этот путь.

Следы от многочисленных костров указывали на то, что местные жители не чурались отдыхать неподалёку от злополучного места и даже устраивали ночёвки, что лишний раз убедило Иви в абсолютной безопасности затеи.

Устроившись в тени деревьев, кобылки расстелили плед, разложили припасы и теперь наслаждались долгожданной передышкой. День был в самом разгаре, до вечера ещё оставалась куча времени, поэтому пони не торопились. Под щебетание птичек подружки любовались безоблачным небом, откинувшись на спину.

— Ладно, пора бы посмотреть наконец на этот самый Мёртвый лес и собираться домой. — Иви привстав, потянулась. — Как раз успеем.

— Ага. Только остатки еды уберём сперва. — Сноуфлейк не возражала. Чем скорее Иви удовлетворит своё любопытство, тем быстрее они вернуться домой и больше не вспомнят об этом лесе. Хотя эта полянка довольно милая, можно сюда вернуться с братом как-нибудь.

В два счёта вернув в корзину остатки провизии, кобылки решили пока не тащить с её собой, рассчитывая захватить на обратном пути. Иви, правда, прихватила свои седельные сумочки,  после чего они двинули в нужную сторону.

Сначала лес благоухал, Сноуфлейк и Иви пришлось даже продираться сквозь густые заросли. Затем огибать небольшое болотце, сильно поросшее рогозом. Однако по мере того, как кобылки уходили дальше от поляны, картина начала постепенно меняться. Всё чаще стали попадаться молодые, вполне ещё здоровые и зелёные, но искривлённые, закрученные будто по спирали деревья, изуродованные наростами, во множестве своём двоящиеся или троящиеся отходящими от корней стволами. Многие росли под наклоном. Некоторые стояли на вытащенных из земли корнях, как будто пытались сбежать из гиблого места.

Чем ближе пони подходили к центру злополучного леса, тем больше становилось подобных растений, кроны коих были усыпаны уже желтеющими листьями и отмирающими ветвями. Под копытами грустно шуршала сухая трава.

Сноуфлейк с Иви даже не заметили как пересекли невидимую черту за которой не осталось ничего живого. Вокруг, насколько хватало взгляда, остались видны лишь уродливые, корявые деревья, высохшие до трухи.

— Хм... А ведь не врал этот путешественник Вектор, всё так и есть, как он описал. — Иви придирчиво осматривала простирающуюся перед ней картину. — Что скажешь Сноу?

— Тут очень страшно... Пойдём обратно, у меня уже мурашки по коже бегают. — Сноуфлейк ощущала беспокойство, озираясь по сторонам. Пегаску не покидало ощущение, что за ней кто-то пристально наблюдает. — И вообще, ты обещала сюда не заходить, только у окраины постоять.

— Да тут даже непонятно где эта самая окраина находится. — Иви постучала копытцем по безжизненному стволу, согнутому в три погибели. — Может мы даже не дошли ещё.

— Так спроси у кого-нибудь, если не веришь, что перед тобой тот самый Мёртвый лес. — Сноуфлейк обвела ножкой пространство вокруг себя. В душе она надеялась, что подруга оценит иронию и повернёт назад.

— Очень остроумно, — фыркнула в ответ Иви и повернулась к подруге. — Ты видишь тут других пони?

Сноуфлейк резко переменилась в лице, но не смогла выдавить из себя ни слова, лишь застыла, приоткрыв рот и уставилась в одну точку, показывая копытцем за спину единорожки.

— Эммм, Сноу? -  протянула Иви, озадаченная реакцией пегаски.

— Т-т-там… — Сноуфлейк потыкала дрожащей ножкой в том же направлении.

— А? Что там? — Обернувшись, Иви обмерла.

Недалеко от того места, где стояли кобылки, шёл жеребец, навьюченный парой седельных сумок.

Неприметный единорог, с шёрсткой пастельно розового оттенка и кудрявой гривой, пересекал лес наискосок, не обращая внимания на обомлевших неподалёку жеребят. Пони двигался в полнейшей тишине, не спеша, уверенно, будто отлично знал дорогу в этом мрачном месте.

Иви отойдя от первоначального потрясения, не долго думая бросилась следом, окликнув путника:

— Эй! Мистер! Подождите!

— Иви, стой! — Пискнула Сноуфлейк, хватая подругу за хвост и повалив на землю. — Ты с ума сошла?

— Ауч, Сноу, пусти, больно же! Ты чего? — Возмутилась Иви, зыркнув на пегаску. — Ты же сама предложила дорогу спросить.

— Тише ты, — шикнула Сноуфлейк, прикрывая копытцем ротик подруги. — Тебе разве не говорили, что незнакомые пони могут оказаться плохими?

-  Да брось, он совсем не похож на того, кто кушает жеребят на ужин. — Вытянув шею  Иви посмотрела вслед медленно удаляющемуся жеребцу.

— Тогда, что он тут делает? — Сноуфлейк задала логичный вопрос, не отрывая взгляд от неизвестного пони.

— Изучает лес, к примеру? — Предположила Иви. — Зачем гадать, если самим спросить можно?

Загадочный пони тем временем резко остановился, начал крутить головой, будто искал кого-то. Сердце Сноуфлейк затрепыхалось в груди, едва жеребец повернулся смотря в их сторону. Наверняка он их заметил!

— Это всё из-за тебя, — Сноу ткнула локтем лежащую рядом единорожку. — Он сюда идёт, бежим!

Пегаска подскочила и уже готова была дать дёру, видя как незнакомец направился в их сторону с серьёзным видом, но розовый жеребец, сделав несколько шагов, вдруг медленно растворился в воздухе, исчезнув.

— Это что, какая-то магия? — Сноуфлейк с недоумением взглянула на Иви.

— Да ты что Сноу? Книжек не читала? Это был самый обычный призрак, нам просто повезло его увидеть. — Иви поднялась на ноги, отряхнулась от мусора и смело зашагала к месту где они только что видели привидение. — Вектор и тут не соврал.

— Иви, ты куда? — Сноуфлейк пошла следом. — Нам возвращаться давно пора, хватит на сегодня исследований.

— Да не бойся, Сноу, мы только одним глазком глянем, а потом сразу домой. — Иви отмахнулась. Взгляд единорожки преисполнился азартом.

— Ты точно так же говорила, когда мы шли сюда, — недовольно буркнула Сноуфлейк. Ей вовсе не хотелось идти дальше, но отойти от подруги было ещё страшнее, потому пришлось тащиться следом.

Место, где испарился жеребец, ничем примечательным не выделялось: голая сухая земля с остатками истлевших листьев. Пройдя чуть дальше, кобылки наткнулись на остатки широкой мощёной дорожки, проложенной в незапамятные времена. Булыжники большей частью ушли в землю, но некоторые вывернулись под напором травы и корней, местами торчали бордюрные камни и тёсаные столбики для крепления деревянных опор фонарей. Несомненно, когда-то это было дорогой. Ведущей из ниоткуда в никуда.

— Оч-чень интересно. — Иви, будто принюхиваясь, осматривала находку, ковыряя землю ножкой и делая карандашом записи в блокнот. — Видимо этот жеребец чей-то неупокоенный дух. Но в книге не было ничего сказано про погибших или пропавших в этом месте пони.

— Иви, эм… — Сноуфлейк похлопала единорожку, нервно озираясь.

— Погоди, Сноу, не мешай! — Иви отмахнулась. — Ты меня с мысли сбиваешь. Хмм. — кобылка задрала мордочку к небу. — Эх, жалко архивы старые посмотреть нас не  пустят, но мистер Вектор ещё упоминал старую усадьбу, которая должна находится в центре леса, быть может…

— Иви, — Сноуфлейк нервно переступая с ноги на ногу настойчиво пыталась обратить на себя внимание.

— Да что такое Сноу? — Иви недовольно воззрилась на подругу, прервав размышления.

— Туман! Туман надвигается! -  Сноуфлейк, взвизгнув, затормошила единорожку, её обуял непонятный приступ паники. — Говорила тебе, надо было раньше уходить!

Иви осмотрелась. И правда, пока она увлеклась соображениями, из глубины Мёртвого леса начал стеной наползать густой непроглядный туман, подобравшись достаточно близко.

— Какая же ты трусишка, Сноу... — Иви усмехнулась и отлепила от себя пегаску. -  Испугалась такой ерунды: того гляди грива с хвостом дыбом встанут! Ладно, так и быть, идем. И правда пора возвращаться. Всё равно мы в этом тумане ничего интересного не разглядим. Но хоть взрослым расскажем, что тут видели.

Жеребята повернули обратно. Иви расчитывала быстренько покинуть лес, пока округу не заволокло туманом и добраться до поляны с оставленными вещами, однако легкомысленность единорожки быстро сошла на нет, едва стало понятно, что хмарь двигается намного быстрее. Не прошло и минуты, как пони оказались окутаны такой непроглядной мглой, что с трудом могли видеть друг-друга. Сноуфлейк еле сдерживалась, чтобы не потерять присутствия духа, в основном благодаря присутствию рядом подруги, да и Иви стало как-то не по себе.

Дабы не потеряться, Иви предложила сцепиться хвостами, к тому же так было поспокойнее, после чего попробовала воспользоваться своим компасом. К разочарованию кобылок, в прибор будто дух хаоса вселился, стрелка вертелась куда угодно, только не в нужном направлении.

Куда идти стало абсолютно непонятно.

Иви посмотрела на Сноуфлейк, выдавив глупую улыбочку. Кажется благодаря её неуёмному любопытству они снова вляпались.

## Глава 12

Грасс возвращалась домой поздним вечером в компании своего мужа Продиуса. Настроение у кобылы было приподнятым — её воспитанники, которым она давала уроки музыки, очень старались, а некоторые — подавали большие надежды!

Продий вёз свою особенную пони в телеге, рассказывая как прошёл день. Ему пришлось задержаться, сдавая собранные яблоки, поскольку у завода выстроилась огромная очередь — не только у них был отменный урожай в этом году.

Несмотря на усталость, земнопони был рад возможности немного поухаживать за супругой, а кошель, набитый монетами, приятно тяготил карман.

Отсутствие света в окнах дома несколько озадачило вернувшихся пони и они сразу насторожились: Сноуфлейк побаивалась темноты, особенно когда была одна и спать предпочитала включая ночник. А сейчас даже фонари на улице не работали.

— Сноуфлейк, мы дома! — Едва ступив за порог Грасс оповестила о своём прибытии. Возможно, дочка просто вымоталась за игрой с Иви и заснула ещё засветло?

Малахитовая пегаска поднялась на второй этаж, попутно зажигая свет в гостинной и коридорах. Затем она заглянула в комнату дочери, однако её внутри не оказалось.

Озадаченная Грасс начала проверять остальные комнаты, памятуя, что если дочка устраивается рисовать, то может задремать в любом другом месте. Действительно волноваться она начала, когда, осмотрев весь второй этаж, не обнаружила и следа пребывания Сноуфлейк.

Успокоив себя тем, что дочка уже, вероятнее всего, просто ждет её внизу, Грасс вернулась на первый этаж. Но там был лишь Продиус. Он хозяйничал на кухне, накрывая стол и разогревая ужин.

— А где Сноуфлейк? Она не будет ужинать? — земнопони, расставляя тарелки, обратил внимание на Арнхильд, вернувшуюся в одиночестве.

— Её нет наверху... Я думала она уже тут с тобой, — на мордочке Грасс вновь проскочила тень беспокойства.

— Как нет? — Продиус округлил глаза. — Ты везде посмотрела?

— Как раз хотела первый этаж осмотреть. Может быть, она уснула здесь в одной из комнат...

— Так. Я с тобой. -  Продий оставил сервировку и направился следом за пегаской.

Разделившись, пони быстро проверили все комнаты первого этажа, но Сноуфлейк так и не нашли. Сказать, что они не на шутку перепугалась — не сказать ничего. Надежда на то, что это был глупый розыгрыш дочери быстро растаяла, едва Грасс облетела всё поместье, проверив места, где она могла спрятаться. Да и вообще, для Сноу подобное поведение было нехарактерно.

Харди, вернувшийся домой немногим позже в компании Алистера, застал родителей на пороге особняка. Харди давно хотел познакомить его со своей сестрой, о которой он столько рассказывал, и вот выдалась возможность.

Алистер нашел время зайти к нему в гости, даже несмотря на то, что их семьи на дух не переносили друг друга.

— Мам, что-то случилось? — Харди обеспокоенно обвёл взглядом родителей, пока друг остался дожидаться за воротами. Грасс держала в трясущихся копытах листок исписанный крупным детским почерком. На Продие лица не было, он листал какую-то книгу.

— Я нашёл эту записку на столе в библиотеке. А рядом была вот эта книга. — Земнопони кивнул на листок в копытах жены, а затем, продемонстрировал то, что читал сам: “Заметки” Фикла Вектора. — Сноуфлейк ещё не вернулась домой, а значит что-то наверняка случилось. Я сейчас буду собирать ополченцев, стражу и добровольцев, чтобы организовать поиски, а ты пока присмотри за мамой, ей сейчас нужно прийти в себя и успокоиться.

Харди понятливо кивнул, отвёл Грасс в дом, усадил на диван, практически насильно напоил чаем с мятой, и, проверив, что отец уже ушел, взял записку Сноуфлейк, чтобы ещё раз вчитаться в несколько коротких строчек и прикинуть район для поисковой операции.

Лёгкий стук в окно прервал раздумья жеребца...

* * *

Сноуфлейк с Иви брели в тумане, с трудом разбирая куда ступить. Едва кобылок окутало мглой, их обуял внезапный приступ неукротимой паники, заставляющий постоянно двигаться вперёд, сопротивляться которому не было никаких сил. Стоило хоть на минуту-другую задержаться на одном месте, страх обрушивался с удвоенной силой, буквально сводя их с ума.

Сноуфлейк почти прижималась к боку подруги, следуя рядом, время от времени проверяя, насколько крепко держатся их связанные вместе хвостики. Всё же это было хорошей идеей, иначе они давно бы разделились — пегаска с трудом удерживала себя от желания сорваться в галоп и нестись куда глаза глядят, лишь бы это помогло быстрее покинуть злополучное место.

Пожалуй, будь у Сноу возможность улететь, она бы давно ею воспользовалась… В дополнение к страху, за подобные мысли её терзал жгучий стыд.

Сколько уже прошло времени с момента как они потерялись определить не представлялось возможным. По ощущениям — минула целая вечность. Сноуфлейк начало казаться, что они просто ходят кругами. Единственное, что сейчас успокаивало юную пони, это оставленная дома записка — это было второй хорошей идеей за сегодня. Родители уже наверняка её нашли и отправились на поиски.

Кобылкам часто попадались на пути нагромождения сухих сломанных веток и поваленных деревьев. Нередко приходилось лезть через настоящие завалы, будто нарочно устроенные неведомой силой, дабы преградить путь к свободе. Компас по прежнему жил своей жизнью. Его стрелка крутилась по кругу как бешеная, ни на секунду не останавливаясь, сколько ни смотри.

Как назло, стемнело раньше, чем они рассчитывали, а проклятый лес всё никак не кончался. Даже сильно поредевший к ночи туман не прибавил жеребятам радости: ни чистого неба, ни звёзд, ни луны рассмотреть не удавалось, хотя очень старались. Теперь единственным источником света в округе была магическая искорка, горевшая на кончике рога Иви. Она старательно высматривала остатки брусчатки под копытами, надеясь, что дорожка выведет их хоть куда-нибудь.

Старая тропа, на которую им случайно повезло наткнуться в ночи, являлась сейчас единственным ориентиром, позволяющим не заплутать окончательно. По крайней мере, она позволяла им двигаться в одном направлении. Иви, стараясь не терять присутствия духа, убеждала Сноу, что если есть дорога, значит она обязательно куда-то их выведет, главное не упустить её из вида.

Идти и правда стало легче, но чем дальше подруги продвигались, тем сильнее росло чувство тревоги Сноуфлейк. Воображение кобылки услужливо подсовывало картины одна хуже другой:

“Что же будет, если я останусь тут совсем одна?” — От этих мыслей Сноу беспрестанно крутила головой во все стороны... И она была готова поклясться, что несколько раз видела горевшие жёлтым светом глаза, пристально следившие за ними из-за корявых стволов и слышала неразборчивый шёпот у себя за спиной.

Налетающий ледяной ветерок заунывно посвистывал, путаясь в голых кронах... Деревья протестовали вторжению в их вековой покой страшным скрипом и треском ломких веток, иногда посыпая головы проходящих мимо кобылок мелким мусором.

Всё указывало на то, что они забредали только глубже в этот жуткий лес, однако Иви упорно двигалась вперёд по тропе не меняя направления. Ей постоянно казалось, что вот-вот, ещё совсем немного и найденная дорога выведет их чуть ли не к поляне с вещами. Всё же единорожка порой была слишком самоуверенной...

Сноуфлейк, в очередной раз осматривая окрестности, внезапно заметила вдалеке справа от них яркий шар света, и дернув Иви, замерла на месте.

— Что такое Сноу? — Единорожка нехотя повернула голову: это был уже третий или четвёртый раз, когда подруга так делала.

— С-с-смотри, что это? — показала в сторону шара Сноуфлейк. — Может это фонарик?

На секунду в душе пегаски затеплилась надежда, что там родители, которые её ищут… Она уже было дёрнулась идти навстречу, но Иви вовремя осадила её потянув за хвостик:

— Это совсем не похоже на фонарик...

Светящийся шар, вопреки всякой логике, не освещал пространство вокруг себя. Наоборот, казалось возле него темнота сгущалась только сильнее, ещё больше выделяя его на фоне леса. Шар то стремительно рвался куда-то, потом замирал на месте, некоторое время отрывисто выписывал в воздухе бесформенные фигуры, делал резкий бросок в сторону, останавливался… И так по кругу.

— Иви, что это такое? — внутри Сноуфлейк похолодело от испуга. Она ведь только что чуть не бросилась туда и если бы не подруга…

— Трудно сказать наверняка… Это немного похоже на шаровую молнию, но это определенно не она. Это что-то… Магическое? — предположила Иви, наблюдая загадочное явление. — Может, какой-то не упокоенный дух?

Меж тем шар изменился в цвете, начал переливаться подобно радуге и спустя мгновение, рассыпался на кучу мелких, словно пылинки, светящихся точек. Вокруг стало чуть светлее…

— Вот это да! В книге Вектора ничего подобного не упоминалось... — Борясь с непроизвольной дрожью в копытцах, Иви достала блокнот и принялась быстро чиркать в нем что-то. — Я должна немедленно всё записать!

Воцарилась тишина, прерываемая лишь звуками царапания грифелем карандаша блокнотика и редкими подозрительными шорохами в стороне от дороги. Долго стоять на одном месте не было сил, и кобылки вскоре молча продолжили свой путь, благо остатки брусчатки проступали под ногами всё более явственно.

Сноуфлейк предположила, что здесь лес погиб раньше, чем там, где они были. Однако, развей она эту мысль дальше, то поняла бы: это говорит лишь о том, что они совершенно точно идут всё глубже в лес, а не из него…

Кобылки уже окончательно выбились из сил, пробираясь сквозь безжизненные заросли, как вдруг лес расступился и мостовая вывела их на довольно обширную полянку, почти свободную от мёртвых деревьев.

Страх, постоянно толкавший их вперёд, разом испарился.

В слабом лунном свете, всё же пробившемся сквозь скрывавшую небо туманную пелену, перед кобылками предстала переливающаяся бликами поверхность большого пруда, запертого в гранитные берега. Всё пространство вокруг изобиловало дорожками из потемневшей под бременем веков плитки, каким-то чудом здесь сохранившейся в неплохом состоянии.

Очевидно раньше между тропками зеленели пышные газоны, но их постигла та же участь, что и прочие растения тут. Извивающаяся змейкой широкая мостовая вела к небольшому холму поодаль, на котором возвышалась одинокая башня. У её подножия виднелись руины каменного двухэтажного дома. Создавалось впечатление, что время почти не властно над этим местом.

Иви потушила рог. Света вокруг стало достаточно, чтобы нормально видеть. Тем более, что даже такое простое заклинание её уже порядком измотало.

— Значит… Вместо окраины Мёртвого леса мы пришли в его самый центр, — констатировала Иви, зацокав копытцами в направлении пруда. Её настроение, подпорченное было давящей атмосферой по пути сюда, вновь поднялось, — Подумать только, правды в книге мистера Вектора оказалось гораздо больше, чем я думала! Как же жаль, что нам нечем это всё запечатлеть! Да мы бы, вернувшись домой, настоящими героями стали!

Вспомнив про блокнот, Иви вновь выхватила его и начала возбуждённо записывать. Или даже зарисовывать.

— Так или иначе… Нам надо возвращаться… И  желательно живыми... -  Пролепетала Сноуфлейк, машинально следуя за подругой. Сейчас ей хотелось вовсе не очередной порции славы, а просто оказаться дома. Пегаска вымоталась настолько, что даже чувство страха слегка притупилось. А ведь с утра всё так хорошо начиналось...

“В следующий раз, если Иви посетит очередная гениальная идея что-нибудь исследовать, пусть идёт одна!”

— Да не боись, Сноу! Вернёмся, куда мы денемся. — Неунывающая Иви преисполнилась уверенности, стоя на берегу. — Фикл Вектор же писал, что тут безопасно. Наоборот, хорошо, что мы сюда вышли, теперь мы точно знаем, чтобы покинуть лес, нужно просто идти в обратном направлении. Делов-то!

— Хватит! — Сноуфлейк резко остановилась, топнула ножкой, рядом с которой что-то жалобно звякнуло, вырвав свой хвост из общего узла. Пегаска сама удивилась внезапному приступу гнева, но сейчас она просто уже не могла терпеть. — Хватит умничать, Иви, и говорить так, будто ты знаешь этот лес как свои 4 копыта! Мы потерялись! И именно из-за тебя, Мисс Всезнайка! Почему нельзя было дождаться момента получше? Чтобы взять с собой Харди или кого-то из взрослых на всякий случай?! Ты ведь с самого начала не собиралась устраивать пикник на окраине: ты хотела затащить нас в самую чащу, чтобы рассмотреть всё получше, убедиться, сравнить! Почему ты никогда не слушаешь, когда я пытаюсь уберечь нас от ненужного риска?! Как же меня это достало!

Сноуфлейк зарычав, схватила валявшийся под копытом треугольный фрагмент плитки и со всей силы запустила в пруд. Обломок, блеснув полированными гранями, глухо чавкнул, исчезнув в густой, отливающей серебром воде.

Иви ошарашенно смотрела на вспылившую подругу, поджав ножку и опустив ушки. Она впервые видела Сноу такой… Резкой.

Сноуфлейк застыла после броска, выгнув спину и глубоко дыша.

Вдруг в её глазах блеснули слёзы, она обмякла, плюхнулась на землю и опустила голову.

— Прости, не знаю что на меня нашло… Наверное, это всё лес виноват...

Иви, помявшись, подошла к подруге и обняла её:

— Не нужно извиняться, ты права... Не стоило нестись сюда сломя голову и тащить тебя следом… В следующий раз я прислушаюсь к твоим словам… Правда…

Сноуфлейк взаимно обняла Иви, подтверждая, что конфликт исчерпан, но их объятия бесцеремонно прервал чужой голос, прозвучавший со стороны пруда:

— Кто посмел нарушить мой покой?!

Кобылки аж подпрыгнули от испуга, как по команде устремив взор в сторону источника звука.

Над искрящей серебром вязкой водой, недалеко от места где они стояли, сверкнула тусклая вспышка, явив жеребятам уже знакомую фигуру розового единорога.

Пони был бледен, слегка прозрачен и легонько светился изнутри. Он сделал несколько шагов по направлению к ним, видимо, даже не касаясь поверхности пруда.

— П-п-п-привидение!!! — Сноуфлейк при виде парившей над водой фигуры надрывно пискнула, почувствовав как шёрстка и грива становятся дыбом.

Пегаска тут же спряталась за Иви, которой и самой стало не по себе. Однако в отличие от подруги, она почти не подала виду.

— Как посмели вы прийти сюда?! — Жеребец говорил холодно, раздражённо, вперив взгляд в двух юных кобылок.

— Ээ… Здравствуйте, — Иви неуверенно попыталась наладить контакт. Хоть это и был её первый опыт общения с призраком, и она до конца не была уверена слышит ли он её речь вообще, всё же стоило попробовать. Голос единорожки дрожал от внутреннего напряжения. — Мы вовсе не хотели вас тревожить, мы просто случайно заблудились в лесу и вышли сюда.

— Вам нельзя здесь находиться! Убирайтесь! — Жеребец приближался, не обратив на слова Иви внимания.

— Иви, б-бежим! — За спиной единорожка услышала писк стучавшей зубами Сноуфлейк, которая подергивала её за хвост.

— Спокойно, Сноу, сперва попробуем договориться... — Иви и самой не очень нравилась идея продолжать разговор, но она уходить не торопилась, — Призраки безвредны, помнишь? Они только могут пугать.

Единорожка вновь обратилась к идущему к ним духу:

— Знаете, нам очень жаль, что мы вас так… Потревожили… Мы сейчас уйдём... А где мы? И кто вы?

— Я не помню ничего о прошлой жизни! В это место могут приходить только особые пони. Всем другим сюда хода нет. — Ответ был намного короче, нежели Иви хотелось. — Прочь отсюда, или пожалеете!

— Конечно-конечно! А вы случайно не подскажете…?

Иви хотела было спросить про обратную дорогу у призрачного собеседника, но едва почувствовав продолжение разговора, дух жеребца скривил морду будто его замучила жуткая головная боль и угрожающе зарычал.

— Убирайтесь! — старческий голос призрака вдруг стал совершенно другим: неестественным, потусторонним. Тротуарная плитка под ногами жеребят вздыбилась узким расходящимся языком, поднятая в воздух могучим ударом телекинеза. Сноуфлейк с Иви разлетелись в стороны подобно кеглям.

— Ауу… Гхх... Иви? — Сноуфлейк покрытая грязью и ссадинами с трудом поднялась на ноги, ища глазами подругу.

— Охх… — Единорожка выглядела не лучше. Шипя, она встала на копыта. — Я… кажется в порядке…

— Это называется “Безвредны”?! — вскрикнула пегаска, наспех осмотрев себя на предмет серьезных ранений. К счастью обошлось.

Единорожка фыркнула.

— Ну, этот вредный оказался! Кто ж знал?!

— Те кто нарушил запрет, должны быть наказаны! — Привидение розового единорога зверело всё сильнее, беспорядочно метаясь над прудом и нанося удары телекинезом в пространство, уничтожая всё вокруг себя. Попадать под град из комьев земли вперемешку с камнями Сноуфлейк с подругой вовсе не хотелось, потому они спешно отступили ближе к лесу, часто переглядываясь, словно ожидая друг от друга какого-то простого решения возникшей смертельно опасной проблемы.

Будто этого было мало, вокруг пруда поднялся ледяной ветер, вода забурлила и на берег, издавая сдавленные, сипящие звуки, начали вылезать странные существа, похожие на густую желеобразную слизь чёрного цвета, струящуюся по их телам, образуя потёки.

Кобылки не сговариваясь бросились наутёк обратной дорогой, слыша как за спиной надрывно завывает привидение, сыпя ругательства, угрозы и проклятия в адрес жеребят.

— Не отставай, Сноу! — крикнула Иви, зажигая свет на роге, дабы подруга могла хоть немного разбирать дорогу и не потеряла её из вида.

— Они гонятся за нами?! — Сноуфлейк пристроилась в хвост единорожке, стараясь не уступать в скорости, хотя и было очевидно -  бег в таком темпе измотает их очень быстро.

— Не знаю! Не останавливайся! — Иви сейчас не была настроена болтать, концентрируясь на старой мостовой, единственной спасительной соломинке, способной вывести их из леса. — Надеюсь… Не гонятся!..

Увы, единорожка ошибалась. Едва только жеребята немного отбежали от злополучного пруда, как дорогу им преградил материализовавшийся в воздухе призрачный жеребец с полыхающими зелёным огнём глазами.

Рыча не хуже дикого зверя, злой дух взвился на дыбы, осыпав кобылок градом кинетических ударов, оставляющих после себя крупные вмятины в грунте как от удара огромного копыта. И пусть ни один из них не достиг цели, это заставило пони свернуть с намеченного маршрута.

Иви, заложив широкую дугу, попыталась обогнуть возникшее препятствие, чтобы вновь вернуться на спасительную брусчатку, однако неугомонный призрак ловко телепортировался, перекрывая пути отхода и всякий раз обстреливал мечущихся жеребят магией, бросался камнями, ветками, метал вывернутые древесные пни и даже целые трухлявые брёвна. Он медлил, задавая объектам траекторию так долго, что пони успевали уворачиваться от всего этого мусора. Пока.

Юные пони быстро поняли, что призрак намеренно пытается их задержать, изматывает, постепенно сужая зону для манёвра и заставляет бегать кругами. Очевидно, теперь он хотел чтобы они ушли не из его леса, а из жизни.

— Да отстань ты уже! — закипев от злости воскликнула Иви, когда перед ней в очередной раз возник замучивший их призрак. В сердцах, кобылка схватила обломок палки и швырнула в опостылевшую бледно-розовую фигуру.

Как и следовало ожидать, снаряд прошёл сквозь тело жеребца не встретив по пути ни малейшего сопротивления. Зато брошенный в ответ увесистый булыжник ощутимо врезал единорожке по боку, заставив с криком припасть на передние ножки. Рожик Иви потух от потери концентрации.

Щурясь от выступивших слёз, Иви попыталась подняться, держась за ушибленное место копытцем, но делала это непозволительно медленно. Несколько отставшая Сноуфлейк увидела, как возле подруги начинает трещать остов дерева, готовый вот-вот обломиться и упасть прямо на неё. В этот момент у маленькой пони словно появилось второе дыхание и она ускорила бег.

— Иви, берегись! — истошно вскрикнула пегаска и всем телом бросилась вперёд. Вцепившись на скорости в Иви, она увлекла её за собой, и вместе с ней кубарем прокатилась несколько метров. Не прошло и секунды, как на место где только что стояла Иви с громким треском повалилось иссохшее дерево.

— Что?.. Ох!..  — по спине единорожки пробежал холодок, едва она успела опомниться после такого резкого падения. Увидев что произошло, в голове у неё вырисовалась страшная сцена, как она лежит придавленная деревом, оставшись в таком положении один на один со злобным приведением.

Меж тем древесный ствол, по воле призрака, пришёл в движение, и, уподобившись тарану, ринулся на жеребят, взрывая перед собой землю.

Они еле успели прыгнуть в разные стороны от ожившего бревна, которое, в свою очередь, пролетев мимо, с треском врезалось в здоровенный валун и разлетелось в щепки.

Пышущий яростью дух, страшно рыкнув, схватил телекинезом эту образовавшуюся кучу разнокалиберных обломков, и запустил в едва опомнившихся после предыдущей атаки кобылок.

Взмыленные жеребята дали дёру, стараясь не попасть под град древесных фрагментов, но их всё равно зацепило, оставив кучу мелких царапинок и ссадин на и без того “помятом” теле.

Хуже всего было то, что Иви больше не удавалось поддерживать заклинание света: сказывалась потеря концентрации от боли по всему телу и общая усталость. Ей требовался хотя бы небольшой отдых, но дух постоянно был где-то рядом, и учитывая его серьезный настрой — любая остановка могла быть последней. Дорога осталась где-то в стороне — чтобы видеть призрака пореже, приходилось нестись куда глаза глядят, при этом стараясь, на всякий случай, маневрировать.

Спустя несколько минут маленькие пони выскочили на небольшую просеку, залитую тусклым лунным светом. Маловероятно, что призрак отстал, но, по крайней мере, он немного успокоился и пока ничем в них больше не швырялся.

Иви вбежала на просеку первой, опережая Сноуфлейк на десяток скачков. Выдохшаяся пегаска обливалась потом и уже не могла поспевать за подругой. Единорожка как раз обернулась, чтобы подогнать еле плетущуюся пегаску, но вдруг  ощутила, как твёрдая почва буквально ушла у неё из под ног и она куда-то плюхнулась.

Сноуфлейк видела, как Иви провалилась во что-что жидкое, чуть не нырнув под землю с головой, и резко остановилась, опасаясь той же участи. Осторожность присущая пегаске говорила, что сперва нужно посмотреть на напасть издалека, оценить ситуацию. Однако крик барахтающейся подруги наоборот толкал активно действовать...

Иви в первые мгновения подумала, что провалилась в какое-то болото: по ощущениям она себе это так представляла, хотя и проскочило сомнение: откуда оно могло тут взяться?

Единорожка попыталась выбраться самостоятельно и схватилась за край лужи, но черная жижа, больше походившая на густой кисель вдруг ожила, вздыбилась с бульканием, словно закипая, зашипела и потянулась к свободным от жижи конечностям пони образовавшимися грязе-слизевыми отростками.

— Иип!.. Сноу! Помоги! Я… Не могу выбраться! -  Иви забилась в истерике, пытаясь выбраться из ловушки в которую угодила, завопив так, что будь у поймавшего её монстра уши, тот бы наверняка оглох.

— Держись! Я сейчас! — Крик подруги вывел Сноуфлейк из ступора нерешительности, заставив даже подпрыгнуть от неожиданности.

Тварь, схватившая её подругу, походила на тех, что выбрались из пруда недавно. Неужели они их тоже преследовали?

Сломя голову, она бросилась к первому ближайшему дереву, отломила от него низко висящую сухую корявую ветку и ринулась к “тонущей” в монстре Иви.

— Быстрее! Оно пыт… Мгхм! — изо всех оставшихся сил брыкающаяся единорожка почувствовала, что жижа заволокла ей нижнюю половину мордочки, и с ужасом поняла, что больше не может дышать.

— Я уже тут! — Сноуфлейк подбежала к краю лужи, из которой и изливалась отвратительная субстанция. Стараясь сама в неё не ступить, она протянула Иви палку. — Хватайся!

— Мммм!! — Иви попыталась схватить ветку телекинезом — жижа уже удерживала всё её тело и ноги достаточно прочно. Шевелиться удавалось с большим трудом, и это ни капли не помогало. Кобылка чувствовала как лёгкие начинает будто сдавливать изнутри, а в глазах темнеет, и с ужасом наблюдала, как над ней вырастает грязевой бугор готовый её вот-вот поглотить.

Сноуфлейк скользила по земле копытцами, стараясь не отпускать тонущую подругу, но сил маленькой пони было явно недостаточно, одна из задних ножек пегаски уже погрузились в живую трясину и её саму начало слегка засасывать внутрь. Но бросить Иви и убежать Сноу никак не могла.

Но… Облачко телекинеза вокруг палки вдруг исчезло, и Сноуфлейк вместе с ней, отшатнулась на несколько шагов назад. Иви внезапно прекратила шевелиться. На поверхности торчала лишь половина мордочки, увенчанной рогом на лбу, медленно погружаясь в трясину. Сноуфлейк присела на землю. Из её глаз покатились слёзы. “Неужели Иви?..” — мелькнуло в сознании пегаски: “Нет… Не может быть! Это не может так кончиться!”

-  Не сдавайся, Иви! Я сейчас тебя вытащу! А ну, пусти её, тварь!

Сноуфлейк вскочила и в отчаянии замолотила палкой, хлюпая по живой грязи, пытаясь хоть как-то повлиять на монстра. Конечно, это никак не помогало: она только вновь увязла, сейчас уже обеими задними ногами и к ней самой теперь тянулись сочащиеся влагой щупальца.

Густая слизь обволакивающая Иви была прохладной и шевелилась вокруг. Кобылке вдруг вспомнилось, как она отдыхала в саду вместе с подругой и её братом, и она словно оказалась там...

Зима... Прохладный ветерок слегка колышет гриву…

— А эти фигурки выглядят вполне ничего, правда Сноу? — Единорожка самодовольно продемонстрировала Сноуфлейк кривенькие ледяные подобия стоявшего на пеньке перед ней образца ядовито-зелёного цвета.

Подруга в ответ лишь захихикала, прикрыв ротик копытцем. Харди оценил придирчивым взглядом творение Иви:

— Ты всё ещё хочешь стать волшебницей-декоратором? Никуда не годится.

Он оказался довольно строгим учителем. Иви чуть приуныла.

— Ну ладно… Может быть и правда вышло так себе…

— Это, бесспорно, прогресс, но хвастаться успехами пока рано. Чтобы стать хорошим магом в любой сфере, нужно постоянно тренироваться и улучшать свои навыки. Запомни это...

— … Опять сорвалось! — после очередной неудачной попытки сотворить заклинание иллюзии, Иви капризно топнула ножкой и насупила мордочку. — Харди, почему у меня ничего не выходит?! Я же всё правильно делаю!

Маленькая кобылка обернулась, жалобно посмотрев на своего наставника. Полянка в парке, куда её привёл Харди для занятий магией, ничем особенным не выделялась, тем не менее, брат Сноуфлейк упорно вел её сюда для занятий.

Харди легонько улыбнулся и погладил единорожку по голове:

— Ты просто слишком торопишься. Пытаешься действовать интуитивно, как с магией декорирования, потому теряешь концентрацию. Любая новая магия, выходящая за рамки твоего таланта, требует иного подхода и точного соблюдения всех правил, пока не доведешь исполнение до совершенства. Успокойся. Прикрой глаза и ровно дыши. Постарайся контролировать свои эмоции: хороший волшебник должен быть спокоен даже в самой стрессовой ситуации...

— ...Нет-нет и ещё раз нет! — грифель карандаша Харди уткнулся в одну из строчек на листе, исписанном колдовскими символами. — Ты уже пятый раз ошибаешься в одном и том же месте!

— Ну так ведь здесь!.. — Иви хотела что-то возразить, но тут же смолкла. Карандаш наставника обвёл ошибку.

— Магия — очень точная наука Иви. Ты должна держать в памяти все формулы построений и в точности им следовать. Моментально находить их в памяти и рассказывать, даже если среди ночи разбудят. Магия не терпит вольностей. Если где-то закралась ошибка, то либо ничего не получится, либо результат выйдет совсем не тот. А ты сама знаешь — запасного рога у единорогов нет...

Малый магический щит, который пыталась сотворить Иви, рассыпался в самый последний момент. Уже который раз. Единорожка подавила нахлынувший было приступ гнева. Заклинание с виду было таким простым и коротким, но применять его в деле оказалось очень тяжело.

Маленькая пони вздохнула, подхватила лист пергамента и пробежалась ещё раз по строчкам с рунами, силясь понять в чём её ошибка.

— Ничего не понимаю. — голос кобылки звучал раздражённо. — Почему оно не работает?

— А ты точно используешь нужное количество энергии для подпитки щита? — прозвучал за спиной голос Харди.

— Не знаю... А как понять, что достаточно?

— Вспомни, как ты делаешь волшебные крылья. Ты в этот момент выкладываешься на полную. Попробуй сейчас так же. Вот увидишь, всё сразу получится. Главное верь в себя и не сдавайся.

— Правильно, Иви, — подошедшая Сноуфлейк обняла подругу. — Не сдавайся и у тебя всё получится!..

Старайся. Контролируй эмоции. Будь точной и внимательной. Не сдавайся. Слова сменяя друг друга вихрем крутились в голове Иви. Она слышала, как Сноуфлейк кричала ей: “Не сдавайся!”, где-то далеко, будто на границе сознания. И правда, сейчас нельзя было опускать копыта. Надо бороться. Ей ещё рано покидать этот мир.

- И как все мы прекрасно знаем, — нудным учительским тоном продолжил Харди, прохаживаясь по садовой лужайке, — Любая хорошая волшебница должна иметь в арсенале не только защитные, но и атакующие заклинания. Простейшим из таковых, но оттого не менее эффективным, является луч магической энергии…

Иви собрала остаток сил, сосредоточилась, и вдруг почувствовала, словно всё её тело начинает источать свет… В этот момент она поняла, что сейчас сможет это сделать.

Рожик кобылки окутало поле магии, после чего с него сорвался яркий луч, впившийся в аморфное тело живой трясины. Послышалось шипение, сменившееся булькающим рёвом.

Подобный аперитив монстру явно пришёлся не по душе. Вязкая масса пришла в движение, подобралась, вздыбилась, ослабив хватку своих объятий. Иви не прекращала атаковать монстра изо всех сил, а Сноу, увидев показавшуюся из трясины ножку подруги, потащила её на себя, пытаясь вырвать из щупалец этой склизкой мерзости.

Пришла в себя пегаска через несколько секунд, когда обнаружила себя барахтающейся на спине рядом с заливающейся кашлем Иви. Пони судорожно хватала ртом воздух, не в силах вновь надышаться. Грязевой монстр надрывно стенал в своей луже, однако его грязевые отростки вновь медленно начинали тянуться к кобылкам.

Недолго думая, Сноуфлейк взвалила обессиленную Иви на спину и припустила глубже в лес, сама поражаясь своим из ниоткуда взявшимся силам.

Она уже поняла, что останавливаться на одном месте здесь было равно самоубийству. Тем более, что вдалеке среди деревьев вновь замелькал светящийся силуэт призрака, не предвещавший своим присутствием ничего хорошего.

“Кажется, эта ночь никогда не закончится…”

## Глава 13

Алистер, уставший ожидать друга за воротами, перелетел ограду, едва мистер Стрей на всём скаку покинул поместье, даже не заметив стоявшего рядом студента.

Покружив вокруг дома семейства Стрей, и так и не поняв, в чем же дело, и куда все разбежались, дюжий пегас начал осматривать комнаты через окна. На первом этаже он заметил сгорбленный силуэт взрослой пегаски, и поспешил скрыться из виду, пока его не заметили, а вот на втором в первом же попавшемся окне он обнаружил Харди, внимательно читающего какую-то бумажку. Поза единорога была настолько напряженной, а взгляд растерянный, словно тот получил билет на сложном экзамене, и при том не то, что не готовился: даже ни разу за все годы не был на парах.

Алистер завис возле окна и тихонько постучал в стекло. Харди оторвался от разглядывания клочка бумаги и повернул голову на шум.

— Харди, может, объяснишь наконец, что происходит? — спросил Алистер прямо через окно, — Это как-то связано с моим приходом или что?

Пегас понимал, что скорее всего случилось иное, но мысль, что это он всех переполошил не давала ему покоя.

Харди молча подошел к окну, и распахнул телекинезом, впуская друга внутрь:

— С тобой это никак не связанно… Моя сестра сегодня пропала вместе с подругой. — Харди с хмурым видом вернулся к столу. — Я отправляюсь на их поиски.

Харди понимал, что сестру начнут искать в лучшем случае рано утром, когда организуют народ и всё распланируют.

“Но вдруг ей уже сейчас нужна срочная помощь?”

— Ясно, значит, я с тобой, -  решительно заявил пегас. Алистер не был мастером проникновения в дома через окна, да и вообще рассчитывал сюда попасть как все нормальные пони — через дверь. Но от “приглашения” Харди отказываться не стал, неуклюже приземлившись на пол. — Какова зона поиска?

— Мёртвый лес. Знаешь, где это?

— Конечно знаю, летал туда несколько раз.

— В общем, сам погляди…  — Харди передал Алистеру записку, чтобы и тот ознакомился с “масштабом катастрофы”, а сам вытряхнул из своей седельной сумки учебники прямо на пол, и принялся быстро что-то искать в своем комоде. — Они должны были вернуться ещё несколько часов назад.

— Да уж… — только и выдавил из себя Алистер, покачав головой.

— Ты не обязан мне с этим помогать, если что, — добавил единорог, закидывая какие-то свертки и пузырьки в сумку, — Это очень глупая и не распланированная авантюра. Просто… Я не могу сидеть сложа копыта и ждать утра. Понимаешь?

— Даже не думай меня отговаривать, — отмахнулся Алистер, — Вдвоем эта “авантюра” имеет вдвое больше шансов на успех. Поэтому я иду с тобой, и точка.

Второй пони для незамедлительной вылазки в чащу леса был очень кстати, так что больше попыток отговорить друга Харди не предпринимал.

Наскоро собрав все вещи, которые единорог посчитал нужными, друзья покинули особняк через окно, дабы не разбудить едва задремавшую где-то на первом этаже Грасс.

Харди очень опасался того, что мама воспримет его затею без энтузиазма и потребует дождаться отца, или того хуже: заставит отправиться с ним и с поисковым отрядом, потому на всякий случай подсыпал в её питьё немного снотворного.

“Если бы они не углублялись в лес, то давно бы вернулись. На окраине слишком много ориентиров, не заблудишься,” — думал единорог, покидая поместье, — “Значит, они всё же зашли слишком далеко… Наверное, Иви вполне могла из любопытства затащить туда Сноу, чтобы проверить заметки Вектора по поводу этого места...”

Харди хотел бы ошибаться, но слишком уж всё складывалось однозначно и очевидно в этом вопросе.

Благо, что хоть дорогу к месту он знал хорошо, да и была она всего одна.

Уже через полчаса, может чуть больше, Харди и Алистер подбежали к окраине «Мёртвого леса», и остановились с видом на него, чтобы перевести дух после длительного забега.

— Эх, били копыта почти час, а по воздуху отсюда до твоего дома минут пять, если лететь напрямую... — пыхтя сетовал Алистер. Они бежали так быстро насколько могли и позволяла местность, но передвигаться по земле для обладателя крыльев было слишком непривычно и медленно. — Впервые жалею, что мой друг не пегас. В следующий раз наколдуй себе какие-нибудь крылья что ли...

— Могу наколдовать пару крыльев на твоём языке хоть сейчас, чтобы придать дополнительное ускорение твоим словам и они начали поспевать за мыслями, — фыркнул в ответ Харди.

— А копытом в рог? — Алистер прищурил глаз.

— А рогом в…? — оскалился было Харди, но тут же посерьёзнел, — Ладно… Просто раньше надо было предлагать. Даже если бы я вспомнил, как это делается, всё равно не стал тратить магические силы: они мне ещё понадобятся. Магия поиска, которой я воспользуюсь, невероятно энергозатратна. Уже через несколько минут рискуешь без сознания грохнуться... Поэтому я прихватил с собой это.

Харди достал телекинезом из своей сумки фиал наполненный слабо светящейся тёмно-синей жидкостью.

— И что это за гадость? — Алистер был не силён во всяких колдовских штучках, и подозрительно относился к любым напиткам неестественного цвета.

— Зелье магической силы. Позволяет волшебнику быстро восполнить запас энергии и ускорить её дальнейшее восстановление, — заученным текстом ответил Харди. — Не такая уж, кстати, и гадость, если привыкнуть. Хочешь глотнуть?

— Нет уж, спасибо, ещё чего доброго рог на лбу вырастет и принцессой стану…

Жеребцы прошлись по ближайшим тропинкам, и без особых трудов обнаружили на соседней приграничной полянке оставленную Сноуфлейк корзинку для пикника и плед.

— Харди, ты уверен, что нам стоит сразу туда идти? — Алистер не был трусом, но вид клубившейся будто живой стены тумана, не выходившей за строго очерченную линию, не предвещал ничего хорошего, — Может,.. стоит ещё раз получше окрестности изучить? Вдруг, твоя сестра с подругой в яму просто провалилась, или они в болоте увязли…

— Ты сам-то в это веришь? — угрюмо спросил брат Сноуфлейк, не отрываясь смотря в затянутую туманом зловещую чащу.

— Ну сам подумай… Кому в голову придет туда лезть в здравом уме?

— Ты просто Иви не знаешь, подругу моей сестры… Они точно там. — Харди преисполнился твёрдости, наполняя рог магической силой и отбрасывая лишние мысли, мешавшие концентрации.

Заклинание «узы дружбы» было своего рода уникальным. Харди решил его выучить на всякий случай сразу после событий Найтмер Найт. Оно позволяло найти местоположение интересующего тебя пони, но лишь примерное, на небольшом расстоянии, и только хорошо знакомого, например члена семьи или близкого друга, потому для розыска, скажем, преступников, оно абсолютно не годилось.

К тому же каждый раз после его применения маг чувствовал себя опустошённым, и во время своих тренировок Харди ощутил это в полной мере.

Построение заняло приличное время. Единорог взмок от пота, скрипел зубами от натуги, пригибался к земле. А итогом стал лишь сорвавшийся с рога тонкий оранжево-жёлтый лучик, будто сотканный из нежнейших чешуек крыльев бабочек, который исчез витой лентой в стене тумана, стоявшей на границе мёртвого леса.

* * *

Иви и Сноуфлейк сидели в обнимку, привалившись спиной к узловатому, безжизненному стволу дерева. Со всех сторон пони обступал зловещий, густеющий на глазах туман.

Обе кобылки выглядели измученно. После того, как им удалось вырваться из цепких объятий грязевого монстра, Сноу пришлось долгое время тащить подругу на себе: Иви, в состоянии аффекта отдавшая все силы на последнюю атаку, была просто не в состоянии держаться на ногах, пока немного не оправилась.

— Сноу… Я посплю… Пару минуточек... Покараулишь?.. — кое-как ворочая языком спросила Иви, и не дожидаясь ответа подруги уронила голову на её плечо.

— Нельзя, Иви — спать слишком опасно. — Ответила Сноуфлейк, копытом возвращая голову подруги в вертикальное положение.. У неё и самой уже слипались глаза, но пегаске было слишком страшно, чтобы сейчас спать. — Ты что, хочешь уснуть снаружи, а проснуться уже внутри какого-нибудь монстра?

— Если там будет мягко… И тепло… То я не против...  — Иви выдохнула и легонько усмехнулась одними губами, — Всё бы сейчас отдала за кроватку...

Выудив из сумки компас, Иви без особой надежды посмотрела на его показания. Стрелка продолжала жить своей жизнью, крутясь не хуже заправской балерины, только что не прыгала, чем наводила мысли разбить дурацкий прибор или зашвырнуть куда подальше.

— Ничего… Как только наступит утро… Отыщем ту дорогу и выберемся отсюда. — Иви вернула компас на место, дабы не искушать себя.

— Как думаешь, наши родители сильно расстроятся, если мы станем призраками? — Сноуфлейк будто не услышала слов подруги, подняв печальный взгляд к небу.

— Не хочу становится привидением, — буркнула в ответ Иви, — И не стану. Нужно только продержаться до утра…

— Ага... — Сноу уже слабо верилось, что они самостоятельно смогут выбраться отсюда. За всё время, что они убегали, им так и не удалось уйти из центра леса. Куда бы они ни пошли, они неизменно возвращались к развалинам усадьбы.

К сожалению, даже неимоверная усталость уже не могла заглушить голод, который на протяжении нескольких часов мучил кобылок. Вся провизия осталась на уютной полянке в корзине, дожидаться возвращения хозяйки. Сноу уже кучу раз успела обозвать себя нехорошими словами за то, что не прихватила с собой на всякий случай хотя бы парочку бутербродов.

Утробный вой, который, казалось, прозвучал сразу со всех сторон, прервал краткий отдых жеребят.

Оторваться от преследующих монстров надолго, к сожалению, не вышло. Кобылки, покачиваясь и поддерживая друг дружку, поднялись на ноги и двинули в том направлении, в котором они, как им казалось, ещё не ходили.

* * *

Харди и Алистер двигались к центру мёртвого леса медленно и осторожно. Шли строго друг за другом, от дерева к дереву, чтобы не заплутать в тумане. По просьбе Харди, Алистер по пути оставлял топориком зарубки на стволах, чтобы было легче вернуться обратно.

Несколько предпринятых попыток докричаться до потерявшихся жеребят успеха не принесли: окружавший туман будто бы поглощал любые звуки, пытавшиеся сквозь него пробиться.

Ещё лет двадцать назад, мёртвый лес был всего-навсего странноватым местом, пусть и несколько пугающим, но тихим и относительно безопасным.

Горожанам не досаждал, агрессивных поползновений не проявлял, опасные существа оттуда не лезли, потому и местные жители не особо обращали на него внимание. Сюда даже экскурсии туристические водили, правда, стараясь не углубляться. Да и учёные, пытавшиеся докопаться до истинного происхождения аномалии, хоть и редко, но захаживали до самого центра без последствий.

Однако спустя ещё несколько лет ситуация внезапно кардинально изменилась: лес отбросил миролюбивый настрой.

Туманы стали появляться почти каждый день, а по округе поползли слухи о пони, которые блуждали по лесу несколько суток, не в силах найти обратный путь, и тех, кто после неосторожного путешествия вовсе выходил из леса с помутившимся рассудком.

А после исчезновения в лесу небольшой исследовательской группы в полном составе, посещать лес и вовсе запретили. Хотя по старой привычке некоторые местные всё ещё гуляли у окраины, а молодёжь испытывала свою удаль ночёвками рядом.

Магический свет Харди с трудом пробивался через ночную мглу.

Мерно постукивающий топорик за спиной, давал понять, что с другом позади всё в полном порядке. Без этого шума тут стояла бы гробовая тишина, лишь изредко прерываемая свистом ветра в сухих кронах.

Единорог всё не мог понять: это чувство крайнего беспокойства в груди каким-то образом создает лес всякому сюда входящему, или же он всё отчетливее чувствует, что у сестры неприятности?

— Кстати, никогда бы не подумал, что ты осмелишься нарушить одно из главных требований моего отца, — наконец сказал Харди повернув голову и криво усмехнувшись с прищуром. Единорогу уже надоело брести под затянувшееся неловкое молчание, к тому же требовалось отвлечься от лезущих в голову мыслей.  — Интересно было бы сейчас посмотреть на  его морду.

— А? Какое из требований?  — не преминул уточнить Алистер, будто выйдя из транса.

— Не переступать порог моего дома, — напомнил Харди.

- Ах это. — Пегас поднял глаза к небу, в надежде увидеть там просвет. Да где там... — Ну, чисто технически, порог я так и не переступил… Хотя, уверен, круп твоего папаши всё равно разорвало бы на тысячу кусочков, узнай он, что я лазал к вам в окно.

Алистер хотел, чтобы это прозвучало как шутка, но любые слова изо рта жеребца сейчас больше походили на недовольное бурчание. Настроение было не подходящим, из-за невозможности долететь к нужному месту.

Опытным путём пегас выяснил, что потоки ветра над лесом настолько сильны, что крылья начинают хрустеть, а завихрения раз за разом выбрасывают вверх, не давая возможности приземлиться на ноги. Лететь же невысоко над землёй не имело смысла: туман стоял настолько плотный, что в нём решительно ничего невозможно было разобрать.

Перспектива закончить поиски, воткнувшись головой в трухлявое дерево, пегаса не прельщала, потому он вынужден был продолжать путь пешком.

— Тебе уже говорили, что шутить у тебя не выходит? — Харди не замедлил подцепить недовольного спутника.

— Пфф… Как будто ты у нас записной остряк, — хмыкнул в ответ Алистер, чувствуя как гнетущая атмосфера постепенно улетучивается.

Жеребцы, не прерывая свой путь, продолжили отпускать ехидные комментарии в сторону друг друга, чтобы как-то разрядить обстановку. Харди даже припомнил их первые деньки в академии.

Так уж вышло, что Харди и Алистер поступили туда одновременно и их определили в одну группу. Представители враждующих семей поначалу сторонились друг друга, да и взаимной симпатией тоже не воспылали, скорее даже наоборот.

Дух соперничества, постоянные подколки, споры на ровном месте, недоверие, разные взгляды на жизнь, разные интересы, всё это мало способствовало дружбе. Но во время полевых сборов Алистера и Харди удачно свёл вместе жребий, обязав работать в одной паре. Желание получить хорошие оценки подтолкнуло к коммуникации, а там выяснилось, что несмотря на всю поверхностную непохожесть, они не такие уж и разные. Наладив общение, Харди и Алистер сперва неплохо сработались, а через некоторое время — подружились.

* * *

Утро в мёртвом лесу вступало в свои права неохотно. Солнечные лучи с трудом пробивались через висевшую над головой серую хмарь. От пруда тянуло холодом и сыростью, однако, на удивление, у земли тумана в центре леса не было, в отличии от всей остальной его части.

Сноуфлейк с Иви сидели возле полуобвалившейся стены старого дома и пытались согреться, обнимая друг друга.

Измученные, грязные и мокрые жеребята дрожали, пугливо озираясь по сторонам. Грязевые монстры и злой призрак гоняли их всю ночь до самого утра, пока не добились возвращения сюда, после чего исчезли также внезапно, как появились.

Оказалось, что вокруг круглого пруда разбросано довольно много разных построек, помимо дома с башней: по всей видимости, различные хозяйственные здания и домики для прислуги.

Если бы густой лес вокруг не погиб из-за мистической силы, то наверняка быстро захватил всю окружающую территорию вокруг пруда и это место давно уже кануло в лету, растворившись без следа.

Сноуфлейк, уткнувшись мордочкой в шёрстку подруги, вдруг тихонько заплакала. Если до этого она старалась сдерживаться, то теперь сил на это не осталось: сказывалось пережитое.

Пегаска не могла поверить, что весь происходящий кошмар вокруг творится наяву.

Иви начала гладить подругу по голове, стараясь ободрить и успокить, таким образом, хотя сама она чувствовала себя неважно.

В душу единорожки начало закрадываться подозрение, что им суждено тут остаться и погибуть, но ей помогал извечный оптимизм. Во всяком случае, сдаваться кобылка не собиралась, да и Сноу в обиду давать тоже.

Внезапное бурчание заставило Сноуфлейк поднять голову, ища глазами опасность.

— Что, снова монстры?! — Дрожащим голосом спросила кобылка, слабо дернувшись, в попытке вскочить на копыта.

— Не, это мой… Живот... — Иви, взявшись копытцем за урчащий животик, скривила мордочку. — Как же есть-то охота!

— А мне так плохо, что… уже даже голода не чувствую.... — Пегаска выдохнула и села посвободнее. Тихонько чихнула.

— Если продолжим здесь так сидеть… То точно скоро заболеем, — посетовала Иви, — Эх, надо выучить наизусть то заклинание, для розжига костра… Сейчас оно бы пришлось очень кстати...

Иви с недовольным видом потёрла основание рожика, и добавила:

— Хотя нет… Вряд ли… У меня сейчас рог болеть начинает даже от простых мыслей о магии...

Прошлой ночью в момент смертельной опасности Иви вспомнила всё, чему учил её Харди и эти знания очень пригодились. Кобылка мысленно благодарила своего молодого наставника за то, что тот научил её магическому лучу, хотя до сих пор удивлялась откуда в ней взялось столько сил...

— Как думаешь, нас уже ищут? — неожиданно разорвала едва повисшую тишину Сноуфлейк в полудрёме. Иви была тёплая, мягкая, совсем как подушка. Мозг и тело пони упрямо требовали сна, и глаза закрывались сами, не смотря на все усилия смотреть прямо.

— Конечно ищут... Наши родители весь город на уши поднимут. — Единорожка ни секунды не сомневалась, затем помрачнев, добавила. -  Вот только плохо, что они не знают, где точно нас искать.

— Я же оставила записку, перед тем как уходили… Харди нас найдёт. — Для Сноуфлейк осознание этого было настоящим лучиком надежды.

— Ох… Чтобы Харди было кого находить, мы должны не помереть тут с голоду... Пошли, пройдемся... — Кобылка бесцеремонно сбросила подругу.

— А? Куда? — Сноуфлейк воззрилась на Иви сонными глазами.

— Попробуем найти что-нибудь съестное. В книге Фикл Вектора написано, что сюда заходили экспедиции… Думаю, они оставляли тут какие-нибудь припасы. — Иви, преисполнившись уверенности, потянула Сноу в сторону развалин усадьбы.

— Но мы же не знаем, сколько времени прошло с последней экспедиции. Всё, что они с собой могли брать уже наверняка испортилось. — Сноуфлейк нехотя потащилась следом. Ей вовсе не хотелось идти в эти развалины, однако отпускать туда подругу одну хотелось ещё меньше.

— Они могли взять консервы, те хранятся очень долго... Раз уж этот призрак нас так старательно сюда загонял, давай посмотрим, что тут есть. Другого случая нам уже не подвернётся, — ответила Иви, машинально переставляя гудевшие ноги.

“Даже если ничего съестного найти не удастся, это поможет скоротать время и не заснуть” — подумала единорожка.

Остатки усадьбы встретили кобылок мрачными длинными тенями, сыростью и запустением. От дома, возведённого в незапамятные времена, теперь осталось одно название: крыша и перекрытия этажей почти отсутствовали. Несущие стены, с небольшими арочными окнами, во многих местах просто вывалились наружу, а грубо отесанные камни, из которых те были сложены, разлетелись по округе, и кое-где уже глубоко ушли в землю.

Кобылки осторожно поднялись на холм по ведшей туда тропке, обошли вокруг здания. Когда стало понятно, что никто пока не спешит выпрыгивать с рыком из засады, то заглянули в один из проломов.

Как и следовало ожидать, взору предстала печальная картина полной разрухи. Слабая искра света на роге, которую через боль смогла наколдовать Иви, разорвала полумрак, позволяя рассмотреть всё подробнее. Судя по остаткам кладки, на первом этаже когда-то находился десяток различных комнат, однако внутренние перегородки помещений превратились в каменное крошево, что разметало в стороны, отбросив неизвестной силой к внешним стенам. В центре дома, в полу, выложенном из крупной гальки, зияла большая дыра, уходившая вниз ровными, будто слегка оплавленными краями.

Как показал практический эксперимент, по бросанию туда камушков, дыра была очень глубокая.

Конечно, Иви любопытно было узнать что же находится там, под землёй, но… Как-нибудь при других обстоятельствах. Пока же кобылке оставалось лишь тщательно конспектировать увиденное в своём блокноте.

Осторожно ступая, Сноуфлейк с подругой внимательно осмотрели каждый уцелевший уголок заброшенного дома, наткнувшись на полуразвалившиеся каменные ступени лестницы, ведущей вниз. Значит, под ними точно находился подвал или погреб.

Одно было ясно наверняка — в усадьбе что-то взорвалось. Это “что-то” и  превратило дом в руины, которые было проще бросить, нежели отстраивать заново.

А может и отстраивать усадьбу заново было уже некому.

— Иви, как думаешь, что здесь произошло на самом деле? — Устав от молчания, Сноуфлейк метнула подруге напрашивающийся вопрос.

— Сложно сказать... — увлечённо маравшая грифелем листок за листком отозвалась Иви. — Для этого стоило бы почитать архивы тех экспедиций, что ходили сюда раньше. Наверняка у них было и оборудование и знания, чтобы узнать причину наверняка. Но я ставлю на неудавшийся магический эксперимент какого-нибудь злого волшебника.

— Ты читаешь слишком много приключенческой литературы... — пегаска махнула копытцем. — Почему сразу злой волшебник?

— Может и не злой, а обычный, я почём знаю? Но это абсолютно точно было сделано сильным заклинанием. Не бывает таких бомб направленного действия, а вот заклинание очень часто представляет из себя луч, — Настаивала Иви на своём, — Наверняка какой-нибудь плохой пони хотел наслать на город страшное проклятье, но промахнулся и ударил по самому себе. И вот поэтому тут этот жуткий дискордов лес, который нас не выпускает!

На секунду потеряв контроль, Иви со злости пнула ногой древнюю кладку. Стена, покрытая отложениями солей и какими-то подтеками, отозвалась глухим стуком.

— Ладно. — фыркнула, успокаиваясь, единорожка. — Пошли отсюда... Всё равно ничего интересного тут больше нет, не говоря уже о съестном. Давай ещё башню осмотрим, что ли... Между прочим, её наличие говорит в пользу моей версии. Раньше волшебники обожали строить себе такие вот дома с башнями.

Сноуфлейк было лень спорить, хотя кобылка и считала догадки Иви слишком фантастическими.

Башня, располагавшаяся у развалин, была классическая: круглая, сложенная из каменных блоков разных размеров, тщательно подогнанных друг к другу, с небольшим узким входом, окнами-бойницами, комнаткой внизу и винтовой лестницей.

Верхняя часть башни развалилась, разметав фрагменты вокруг себя. Некоторые куски слегка перегораживали проход, но пролезть внутрь всё равно не составляло труда. Однако кобылки не рискнули лезть в пасть серого унылого строения, лишь постояли в дверях, посмотрели, не обнаружив ничего важного и направились вниз с холма, держа курс на разрушенный маленький домик неподалёку.

Иви привычно шла первой. Обогнув остатки вывалившейся каменной стены, за которой виднелись ступени, уходившие в проход, ведший под землю, она решила пройти между двух высоких древесных стволов, с виду, будто обгоревших… Но вдруг ощутила лёгкое пружинящее сопротивление и несколько сильных уколов холода.

Сноуфлейк увидела как в воздухе, прямо там где находилась подруга, начал проявляться узор самой настоящей паутины, до этого абсолютно невидимый.

Ловчая сеть с крупными ячейками быстро покрывалась толстой коркой наледи, расползавшейся по нитям в стороны от места где её коснулась Иви, постепенно явив свой огромный размер.

— Что… Что происходит?! — маленькая единорожка попавшая в исполинские тенета выглядела не больше мухи. Спустя мгновение к Иви пришло осознание, что она будто примёрзла к густой слизи покрывавшей эти нити. — Сноу, я кажется прилипла!

Иви сделала несколько самостоятельных попыток оторваться, но обжигающий холодом клей удерживал прочно, кобылка лишь только больше запуталась и нелепо повисла.

— Погоди, сейчас я что-нибудь придумаю! — Сонливость и голод сразу отошли на второй план. Сноуфлейк опрометью бросилась к попавшейся единорожке, пытаясь разглядеть в паутине какое-то слабое звено. В сознании пегаски мелькнула мысль: "Каким огромным должен быть паук, который сплел эту паутину? И… Лес ведь необитаем?"

Обе кобылки, стиснув зубы и надрывно пища сделали несколько попыток  порвать магическую паутину. Бесполезно.

— Сноу, тяни сильнее! Она холодная, как сосулька! — Вскрикнула Иви.

Несмотря на малиновый цвет шёрстки на мордочке единорожки проступил явный румянец от перенапряжения.

— Я пытаюсь! — взвизгнула Сноуфлейк, вовсю упираясь ножками. — Она слишком крепкая… И скользкая!

При очередной попытке вытянуть Иви из заточения, она вдруг выскользнула из хватки Сноуфлейк и чуть отпружинив, снова вернулась в прежнее положение беспомощной пленницы. И, как будто этого было мало, над головами пони раздалось противное скрипучее пищание.

— Что… Что там такое, Сноу? — испуганно спросила Иви, мгновенно додумав наиболее страшное, но логичное объяснение, что же может быть там, сверху...

Простой подъем головы давался кобылке очень тяжело — она боялась первой узнать что её предположение окажется верным.

А вот Сноуфлейк нашла источник звука моментально. Она задрала мордочку вверх, побелела от ужаса и возопила, подпрыгнув на месте:

— П-п-п-паук!

В этот момент, уже и Иви подняла голову, и в голос завопила вместе с подругой.

Арахнид, размером со взрослого пони, кажущийся слегка прозрачным, неторопливо спускался сверху, перебирая лапками и подёргивая свою ловчую сеть.

Издавая противный, режущий ухо писк, паук медленно, будто полусонный, приближался, постоянно шевеля педипальпами и будто слегка светясь изнутри желтым светом.

Сердце Сноуфлейк пустилось в галоп. Естественно, первой мыслью, посетившей голову пегаски было “Бежать, и как можно дальше!”, но… Её тут же осадила вторая: “Иви в беде! Нельзя её просто так бросить!”

Переборов сковывающий страх, Сноуфлейк кинулась к подруге, принявшись с удвоенной энергией тянуть единорожку на себя.

— Сноу, сделай же что-нибудь! Он приближается! — Иви судорожно забилась в паутине, наблюдая ползущего к ней паука. Она попыталась сотворить какую-нибудь магию, однако рожик лишь сыпал мелкими искрами, отдавая сильной болью в голову.

Кобылку начал захлёстывать приступ паники. Стоило лишь на мгновение ослабить бдительность и она снова попалась в ловушку монстров.

— Да почему мне сегодня так не везёт?! — панически задергалась она, ещё сильнее увязая в холодной паутине, — Нет, я не хочу! Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Сноуфлейк, чуть не плача от бессилия, дёргала Иви изо всех сил, но это совершенно никак не помогало...

Отчаявшись она начала кидаться в почти добравшегося до Иви паука камнями, которые валялись рядом в изобилии, в надежде хоть как-то его отогнать… Но арахнид не обращал на назойливую пегаску никакого внимания.

Уже второй раз за эту ночь в голову кобылок закралась страшная мысль о том, что это — конец...

## Глава 14

Когда светящийся паук оказался рядом с Иви, кобылка дико завизжала от ужаса, а Сноуфлейк оцепенела. Она просто ничем не могла помочь своей самой близкой подруге. Сноу расплакалась, предвидя её ужасный конец, задрожала, припала к земле и закрыла глаза ножками, будучи не в силах смотреть на это.

Мизгирь, удостоверившись, что добыча прочно увязла в его сети, перевернулся брюшком вниз и  начал набрасывать на Иви паутину, ловко вертя единорожку парой незанятых ног, пытаясь завернуть маленькую кобылку в кокон. Единорожка вопила во всё горло, тщетно изгибалась и дёргалась, не оставляя попыток вырваться, но только сильнее запутывалась.  Каждое прикосновение паутины к телу обжигало сотней холодных игл, постепенно сковывая ледяным панцирем.

— Поберегись! — громогласный крик откуда-то из чащи стал для жеребят полной и, вместе с тем, приятной неожиданностью.

Сноуфлейк вскочила, обернулась и увидела летящего к ним невысоко над землёй светлого голубогривого пегаса, тащившего её брата под животом, словно мешок с картошкой. Жеребец с трудом лавировал между деревьями, но скорость не сбавлял.

Едва они подлетели ближе, Харди выстрелил в паука заранее приготовленным  магическим лучом, чтобы отогнать от Иви, но тот неожиданно отразился от хитина светящегося панциря обратно в сторону жеребцов.

— Осторожнее! Ты в меня чуть не попал! — Пегас не замедлил возмутиться, когда луч мелькнул рядом с его крылом.

— А этот гад не так прост! — чертыхнулся Харди, на ходу меняя план. — Сбрасывай меня! Сейчас я ему задам, а ты — отвлекай внимание!

Алистер без лишних вопросов тут же замедлился и разомкнул объятия, чтобы Харди мог спрыгнуть на землю, после чего пегас ухватился за первую попавшуюся крупную ветку, в одно движение отломил её от мертвого дерева и ринулся на паука. Алистер начал наносить ему произвольные удары и тычки, периодически отпуская едкие комментарии по поводу нерасторопности хищника.

В отличие от маленьких кобылок, игнорировать верткого пегаса паук никак не мог — угрожающе шипел, махал лапами, безуспешно пытаясь достать Алистера и кусал деревяшку, пока забыв о своей добыче.

— Харди, быстрее! -  подгоняла Сноуфлейк едва подскакавшего брата, который теперь “выплясывал” от волнения прямо перед паутиной, не зная, с какой стороны подступиться, чтобы вырвать подругу сестры из этой жуткой сети.

— Сестрёнка, отойди, тут опасно! — спохватился Харди, отведя маленькую пегаску на пару шагов назад, после чего вернулся к паутине, — Не шевелись, Иви! Сейчас я тебя отсюда достану!

Сноуфлейк послушно наблюдала за спасательной операцией на расстоянии, периодически переводя внимание с Харди на бившегося с пауком незнакомого жеребца. Пегас бесстрашно кидался с разных сторон на врага раз за разом, не давая опомниться.

Харди, не теряя времени, воспользовался заклинанием “пламенный конус”, которое тут же позволило спалить паучью сеть вокруг Иви, и тем самым извлечь единорожку. Телекинезом перетащив кобылку к Сноу, Харди поспешил на помощь другу. В первую очередь, он спалил огнём всю паутину до которой мог достать, а затем начал точечно бить “конусами” по ногам паука.

Арахнид, растеряв все точки опоры, грохнулся на землю, а почуяв, что запахло жареным спешно ретировался к невзрачным развалинам у башни, шаркая опаленными лапами и неуклюже переваливаясь.

— Прям как на учениях, а? — Алистер, гордый собой, спустился с небес на землю, выбросив дрын, и, не скрывая довольной улыбки, протянул другу копыто, — Как мы его отделали?!

— Ага! — Единорог ответил на брохуф, — Будет теперь что рассказать кобылкам в академии…

— Ха-арди! — Сноуфлейк, захныкав, кинулась к брату с распростертыми объятиями. — Я знала, что ты придешь! Знала!

— Всё хорошо сестрёнка, успокойся... — единорогу стоило больших усилий отлепить от себя младшую сестру, — Всё уже позади…  Идем, скорее, домой...

За время, пока Харди шел с Алистером по жуткому лесу, жеребец несколько раз проигрывал в мыслях, как он будет отчитывать Сноуфлейк с Иви за их безмерную глупость, помноженную на любопытство… Но стоило сестрёнке обнять его… Единорог понял, что уже не может на неё злиться.

— Так, значит, это и есть твоя сестра? — Алистер с любопытством смотрел на Сноуфлейк. — Она выглядит намного старше, чем на твоих фотографиях.

— Естественно. Они же давно были сделаны, разве я не говорил? Надо будет не забыть сделать немного новых, чтобы не вводить никого в заблуждение. — усмехнулся Харди.

— Кхем! Я дико извиняюсь, конечно,  — Иви деловито кашлянула, напоминая о своём присутствии. Всё это время она боролась с источавшими холод обрывками паутины на своих задних ножках, и уже порядком устала. — Но кто-нибудь мне поможет избавиться от этой паутины?! Она к моей шёрстке намертво примёрзла!

— Ах, прошу прощения, юная леди, за столь досадную оплошность, — Алистер учтиво поклонился, — Харди, не соизволите ли оказать мне помощь?

— Алистер, не строй из себя высокого аристократа: тебе это не идёт. — Харди поморщился, направившись к ожидавшей Иви.

— А может в этом и состоит мой хитрый план, по выведению одного отдельно взятого единорога из себя? — усмехнулся Алистер, на что Харди фыркнул в ответ:

— Ага. Не дождёшься.

Потихоньку, обстановка становилась всё более спокойной. Разведя быстренько костёр, Харди усадил Иви поближе к огню, предположив, что волшебный клей через некоторое время оттает сам собой. Путь домой мог и подождать — и храбрым студентам и заблудившимся в лесу кобылкам требовался добротный отдых и, как минимум, перекус, чтобы восполнить силы.

Иви проглотила свои бутерброды в мгновенье ока. И даже Сноуфлейк, обычно занимавшаяся за столом одним лишь ковырянием еды, в этот раз не отстала от подруги. Между делом кобылки наперебой начали рассказывать, что с ними приключилось за время блуждания. Но вот, бутерброды были доедены, фляга с водой опустошена, силы мало-мальски восполнены, все события прошлого дня досконально пересказаны, и разговор продолжался уже на обыденные темы:

— Так, значит, вы Алистер, верно? — После некоторых колебаний, Сноуфлейк наконец обратилась к серьёзному пегасу, геройски защитившему её подругу. — Вы с Харди недавно, наверное, дружите? Он раньше никогда о вас не рассказывал…

— Да, всё верно… Не так уж давно. Я — Алистер Дестриэ, потомок древнего рода пранцузских рыцарей. — Алистер гордо расправил крылья и приосанился.

— Ты так перед однокурсницами крылышками будешь щеголять, герой-спасатель, — съехидничал Харди, фыркнув в копыто.

— Ой, Харди, только не начинай... — сразу взмолился Алистер, тут же осел и ссутулился, взявшись за голову, а единорог довольно заулыбался.

— Точно! Я вспомнила где вас видела! — Иви внезапно оживилась. — Про вас статья ведь в газете недавно выходила, про спасение маленькой кобылки, упавшей с моста в реку с фотоаппаратом на шее, который её тут же на дно потащил!

Алистер протяжно застонал. Хоть пегас и любил приукрасить и указать на достижения своего рода в целом, о своих успехах и поступках он слышать ничего не хотел.

— Да, я, кажется, тоже про это читала… — задумчиво проговорила Сноуфлейк, — Вас, ещё потом долго искали, кажется больше недели, чтобы награду вручить, да?

— По-моему не меньше двух точно… — начала вспоминать Иви...

— Дискордов сын, ну вот кто тебя за язык тянул, Харди?! — тихонько возмутился Алистер, стыдливо отмахиваясь и старательно пряча взгляд. — Достали уже все с этим геройством! Прохода не дают, хоть уезжай из этого проклятого города!

— Ой, да ладно… Я тоже с таким сталкивалась. — Иви была в этом солидарна со своим спасителем. — Ничего, спустя пару месяцев все всё забудут, проверено.

Ещё немного посидев, пони решили наконец покинуть негостеприимный мёртвый лес. Может быть, при других обстоятельствах юные исследовательницы и упросили студентов остаться здесь подольше, чтобы всё осмотреть, но за эти пару дней злоключений им хватило с избытком. Потому Иви и, особенно, Сноуфлейк были рады поскорее убраться отсюда, даже несмотря на явно предстоящую трепку от родителей.

Харди и Алистер решили нести уставших жеребят на себе. Иви показала остатки дороги по которой они сюда пришли, и порекомендовала двигаться по ней, чтобы проще было не заблудиться, и, к удовольствию юной пони, взрослые решили прислушаться к этому совету. Благо и туман практически рассеялся, так что обратный путь обещал быть не таким и сложным.

Сноуфлейк, вытянувшись во всю длину на спине брата, уцепилась  передними ножками за его шею, да так незаметно для себя и задремала. Рядом с братом и его другом пегаска чувствовала себя в полной безопасности.

Однако спокойный сон длился недолго. Сноуфлейк приснился кошмар, где все её друзья горели, объятые пламенем вместе с ней, корчась от боли под душераздирающие крики.

Кобылка распахнула глаза и в ужасе подскочила на спине Харди, чуть не свалившись... Она уже, было, слегка расслабилась, осознав, что это просто жуткий сон, но вдруг поняла, что кто-то всё же кричит, и доносятся голоса откуда-то справа от места где они шли.

Харди с Алистером остановились, обеспокоенно переглядываясь. Голоса на фоне суматошных воплей и кобыльего визга показались довольно знакомыми. Сноуфлейк встрепенулась — там были папа с мамой!

* * *

Группа из нескольких пони сгрудилась в дрожащую кучу, окружённая призраками, грязевыми монстрами и светящимися пауками.

Добровольцы, вызвавшиеся помочь в поиске жеребят, конечно, слышали, что мёртвый лес — опасное место, но не думали, что настолько. Сейчас их единственной защитой была горстка смельчаков, державшая оборону в ожидании подмоги.

— Сержант Лансер, не подпускайте эту нечисть к гражданским! — Продиус, сноровисто орудуя увесистым боевым молотом, разгонял собравшуюся вокруг свору мелких паучков, не забывая раздавать приказы.

— Понял! — Облаченный в нагрудник бежевый земнопони безуспешно пытался поразить своей пикой омерзительный комок ожившей болотной жижи. Наконечник оружия с чавканьем проходил насквозь, не причиняя врагу сколь-нибудь видимого урона. Военные не ожидали увидеть здесь настолько специфичную нежить.

— Светлая Селестия, да что же это за твари?! — Пегаска из ополчения, лишившаяся своего копья после очередной атаки, испуганно пятилась от аналогичного монстра, тянущего к ней свои “щупальца”.

— Их называют “грязевиками”! Но они обычно живут на болотах!.. — выкрикнула в ответ молодая единорожка цвета лайма в легкой броне, вертясь во все стороны и быстро атакуя нападавших магическими лучами, на которые живая жижа реагировала вполне ощутимо, — Используйте магию, обычным оружием их не взять!

— Как будто тут магов много! — выкрикнули с задних рядов напуганной толпы, в которой кучковались преимущественно земные пони, ещё вчера тяжелее батона и ложки ничего в копытах не державшие.

— За подкреплением кого-нибудь отправили?! — Продий, ухнув, тычком молота  опрокинул на спину прыгнувшего на него огромного паука, после чего прикончил его мощным ударом сверху.

— Телепортация тут не работает! Я послал Ферми, она тут самая быстрая, но пока солдаты прибудут, от нас уже ничего не останется! — мрачно отозвался бурый пегас в военной форме, нашпиговав из многозарядного арбалета подобравшегося близко грязевика. Болты со взрывными наконечниками тут же превратили монстра в растёкшуюся зловонную лужу.

Продиус беззвучно выругался. Большинство военных пегасов из города были заняты облётом территории в поисках Сноуфлейк с подругой, а тут ещё недавно в окрестностях объявилась группа разбойников, которая раздела догола группу богатых туристов из Ванхувера, и на их поиски выделили целых три отряда... Следовательно, оперативной подмоги ждать не приходилось.

Идея прочесать лес, выстроившись цепочкой, казалась хорошей, пока они не наткнулись на местных “обитателей”. Те будто специально ожидали вторгшихся сюда пони, и с ходу повели себя агрессивно.

Гражданские, как водится, сразу забегали, запаниковали и стоило больших усилий снова собрать их всех вместе: благо Грасс оказалась умничкой, преуспев на этом поприще. Да и сейчас пегаска не сидела сложа крылья, а отвлекала парочку зловредных призраков акробатическими полётами.

Однако ситуация была дрянь.

Они бы уже были мертвы, если б не вошедшие в состав группы волонтёры-стражники и ополченцы. Но из-за малого количества те только и могли, что оттягивать неизбежное.

Ещё и Харди со своим другом недоделанным-рыцарем без спроса отправились искать Сноуфлейк, и, очевидно, тоже где-то здесь заблудились, или того хуже — вляпались в неприятности.

Хелицеры паука, наскочившего сзади, оцарапали броню бравого жеребца. Продий взбрыкнул, отшвыривая от себя прыткого супостата, и вновь принялся разгонять противно шипящую паучью компанию серией размашистых ударов.

— Смотри, Харди! Там папа и мама!.. На них напали чудовища! — Сноуфлейк показала в сторону кипевшей схватки, едва их с братом взору предстала картина боя.

— А вон там ещё куча пони! — Иви указала в другую сторону на сгрудившуюся кучу  волонтёров.

— Видимо, это из тех кого на ваши поиски отправили... Юные исследовательницы с шилом в крупе. — тихонько выругался Харди, прикидывая опасность и сложность проходящего там боя.

— Так, чего встали-то? Бежим, надо помочь! — Алистер, притопывая на месте, уже рвался в бой.

— А Сноу с Иви куда? Их же сожрут там в два счета! — Харди тоже чувствовал, что должен принять бой, но прямо сейчас у него на спине сидела сестра.

— Хорошо. Тогда оставайся здесь с ними, а я пойду. — Пегас ссадил со спины Иви и распахнул крылья.

— Ну уж нет, дружище, от меня как от мага там будет больше пользы, — возразил Харди. — Ты оставайся, а я пойду.

— Тогда у меня есть идея получше — идём вместе. Просто сперва пробьёмся к тем взрослым в куче, оставим кобылок с ними, и пойдем уже спокойно биться!

— А вот это, кстати, дельно! Иви, Сноу, влезайте на спину к Алистеру! И ещё возьмите мои сумки. Мне понадобится мобильность.

Продиус медленно пятился назад под непрерывными атаками своры бешеных светящихся паучков.

Несмотря на то, что зачарованные болты из арбалета Купера уменьшили их число, легче ничуть не стало. Пришедший на смену маленьким “грязевичкам” огромный “грязевище” скорее даже осложнил положение командира ополчения.

Несмотря на кажущуюся медлительность, эти грязевые амёбы умели делать резкие выпады, норовя ударить не хуже кувалды. От такого Продий как раз только-что увернулся перекатом. Земнопони тяжело дышал: его силы таяли с каждой секундой.

Внезапно до ушей жеребца долетел крик:

— Держись, пап, мы идём!

Продиус сперва не поверил собственным ушам, подумав, что ему просто померещилось, но ударивший в грязевика луч магии заставил тварь с жалобным ворчанием отступить, дав возможность обернуться в сторону крика.

К нему действительно на всех парах несся Харди. Чуть поодаль, в стороне, тяжело ступая бежал его друг Алистер, неся Сноуфлейк и Иви на спине, для верности поджимая жеребят с двух сторон крыльями.

— Харди, какого сена ты здесь делаешь?! -  Вместо радостного приветствия услышал единорог, едва добрался к отцу и вступил в бой.

— Сестру спасаю! — коротко ответил Харди, на ходу завершая концентрировать энергию в роге. -  Ну, и твой неблагодарный круп заодно.

— Погеройствовать захотелось? — земнопони прихлопнул очередного паучка.

— Скорее бескорыстно помочь. — сорвавшийся с рога Харди “пламенный конус” быстро разогнал назойливых арахнидов, обращая их в бегство. Несколько дымящихся тушек остались лежать на земле, постепенно угасая.

Развивая успех, жеребец направил конус огня на подобравшегося близко грязевика. Склизкая жижа забурлила, протестуя против подобного обращения, и попыталась отступить, но быстро иссохла под напором магического пламени, превратившись в подобие статуи с потрескавшимися серовато-коричневыми стенками. Продиус развалил нелепое изваяние одним ударом, и тут же отпрыгнул, кривя морду и морща нос: внутри оказалась густая тёмно-зелёная масса, хлынувшая наружу, от запаха которой желудок выворачивало наизнанку.

— Епоньский городовой, что за мерзость?! — буркнул Продий, отдав, впрочем, должное мастерству сына.

Однако отдыхать было рано. У других бойцов дела обстояли не лучшим образом. Приказав Харди не лезть на рожон и держаться за ним, земнопони поспешил на выручку остальной группе.

Вымотавшаяся Грасс отступила к волонтёрам, едва услышала зов Сноуфлейк и тут же набросилась на любимую дочку с объятиями.

— Мадам, я поражаюсь вашей смелости! — быстро поклонился кобылке Алистер, сгружая на землю ещё и Иви, а затем ринулся, очертя голову, в самую гущу событий.

— Мам, а я и не знала, что ты так летать умеешь, — робея под поцелуями Грасс сказала Сноуфлейк. Юной пони было неприятно, что из-за неё с Иви кто-то попал в беду. Ну, и ещё, отчасти, что с ней так сюсюкаются на виду у доброго десятка пони.

— А ты думаешь твой папа обратил бы внимание на заурядную кобылку? — Арнхильд усмехнулась в ответ, не обращая внимания на катившийся градом пот. Всё же она была уже не молода для подобных выкрутасов. — Где же ты была милая? Мы за тебя так волновались.

— Простите, миссис Стрей, это я во всём виновата, — Иви нашла в себе смелость взять ответственность за произошедшее на себя. — Сноу всё время меня предупреждала, но я не слушала и вела себя самоуверенно. Не наказывайте её пожалуйста.

Однако ответить Грасс не дали. Кто-то из толпы заорал: «берегись!», а в следующий миг почва под ногами пони взметнулась, будто от взрыва, разметав всех в разные стороны и вывернув несколько деревьев с корнем.

Когда Сноуфлейк пришла в себя, то обнаружила себя отброшенной на десяток ярдов от мамы. Кобылку слегка присыпало землёй. Рядом валялся иссохший ствол ясеня, переломанный пополам. Вокруг раздавалось многоголосое оханье вперемешку со стонами.

Кто-то бранился нехорошими словами, а некоторые пони и вовсе буквально выдумывали новые ругательства на ходу, видимо посчитав,  что обычных слов в данной ситуации явно недостаточно.

На месте, где они стояли, теперь красовалась широкая полоса рыхлого грунта, протянувшаяся до оврага неподалёку. Мама и Иви оказались на противоположной стороне полосы, а рядом невысоко над землёй парил виновник произошедшего — призрак розового жеребца с горевшим огнем взглядом и перекошенной от улыбки маньяка мордой.

— Прочь от жеребят, дискордово отродье! — Грасс тут же подскочила, растопырила крылья, и, пригнувшись к земле, прикрыла собой Иви.

Буйный дух ответил дурацким смешком и безумным рыком, полностью проигнорировав возможность решить вопрос мирно. Он уже хотел было сверкнуть своим призрачным рогом, обрушив на Грасс очередную атаку, но тут на передний план выскочила Иви.

— Как ты меня достал! — Ударив копытцем землю единорожка опередила привидение, запустив в него свой луч энергии. Сегодня это заклинание у Иви получалось особенно хорошо.

— Гррр! — Морду духа исказила болезненная гримаса. На пару мгновений он отвлёкся на наглую малявку и Грасс этого времени как раз хватило, чтобы схватить Иви и пулей метнуться к дочери, избежав удара кинетической кувалды, вмявшего землю в месте где они стояли секунду назад.

— Мам! Я им займусь, бегите! — Харди развернул над собой защитный купол, предварительно выстрелив в призрака золотистым лучом из рога, — Пап! Простое оружие не поможет! Сосредоточься на пауках, я справлюсь!

Продиус ничего не ответил, лишь кивнул, поскакав на выручку двум ополченцам, застигнутым врасплох тремя крупными пауками и парой десятков помельче. Меньше всего ему сейчас хотелось препираться с сыном, хоть он и посягнул на право командовать.

Грасс же, подхватив Снойфлейк, попыталась перенести жеребят в более безопасное место, но её полёт прервал вдруг возникший на пути шарик света чуть больше мячика для хуфбола. За ним прилетел ещё один и ещё.

Когда их количество увеличилось до пяти, Арнхильд поняла — дело плохо.

Сноуфлейк сразу увидела схожесть этих шариков с тем,  что они с Иви видели ночью в лесу. И раз уж они появились здесь подобно остальным местным обитателям, это не предвещало ничего хорошего.

Чутьё не обмануло маленькую пегаску. Рой шариков беспрестанно круживший вокруг них вдруг изменил цвет на светло-синий и впился в тело Грасс разрядами тока.

Арнхильд с визгом повалилась на землю и жестко приземлилась, успев лишь прикрыть детей. Пусть Грасс и была пегасом, и соответственно, не особенно восприимчива к ударам молний, боль от разрядов была неожиданно слишком сильной.

— Мама! — Взвизгнула Сноуфлейк.

— Ах… — Грасс со стоном поднялась на подгибающихся ногах. В местах попаданий её шёрстка курилась дымком. Возможно, будь малахитовая пегаска со свежими силами, без груза в виде двух жеребят на спине и лет на десять помоложе, она смогла бы увернуться даже от столь непредсказуемых штуковин. Арнхильд быстро сгрузила детей с себя, и закрыла собой от следующего удара, давая возможность убежать подальше.

Однако новая порция разрядов ударила уже в бирюзовый магический щит.

— Даже не думай геройствовать! — крикнула вовремя подоспевшая стражница-единорожа с лаймовой шёрсткой, — «Проклятые светляки»! В таком количестве они весьма опасны! Держитесь от них подальше, если ещё встретитесь.

Щит пони снова потревожил град разрядов, которые, впрочем, не оказали никакого эффекта. Волшебница сверкнула рогом, разом развоплотив всех летающих шарообразных поганцев.

— Спасибо.., — только и нашла, что сказать Арнхильд, поспешив убраться подальше, подталкивая мордочкой жеребят.

Добежав до вновь собравшейся толпы трясущихся от страха добровольцев, малахитовая пегаска обессиленно повалилась на землю.

Иви со Сноуфлейк издалека с тревогой наблюдали за отчаянным сопротивлением, где ситуация складывалась не в их пользу.

— А этот гад — сильный! — Защитный купол Харди всё больше покрывался серией трещин от постоянных атак призрачного жеребца, но сам единорог, похоже, не мог нанести ему никакого ощутимого урона, как ни старался.

— Да что же это такое? Спасите! — пони в латах, лишившийся, после могучего удара грязевика, своего каплевидного щита, пропустил выпад, и, попав в радостные объятия монстра, укатился с ним в ближайший овраг.

— Прочь, прочь мерзкие твари! — бордовый единорог, оставшись без прикрытия товарища, запаниковал, выпустив магический луч в надежде пробить брешь в окружившией его толпе пауков. Результат был предсказуем — луч отразился от множества паучьих панцией, метнулся вверх и срубил толстый сук, упавший прямо на голову горе волшебнику, моментально вырубив жеребца. Арахниды тут же взяли бесчувственное тело в оборот, и начали заматывать в паутину.

Мимо Продиуса пронеслась оглашая округу визгом целая толпа кобыл, унося ноги от грязевика, который преследовал их с довольным бульканием. В другую сторону, подвывая не хуже жеребёнка, проскакал удирая от проклятого светлячка аквамариновый единорог, пытаясь прикрыться от хлестающих в круп молний томиком книги: “Магия для чайников”.

На суку дерева покачивалась тряпичной куклой пегаска-копейщица, явно оказавшаяся там не по своей воле и уже не горевшая желанием сражаться.

— Вы что разом забыли всё чему я вас учил?! — гневно возопил Продий. — Держать строй! Чего носитесь как стадо баранов?!

— Так болты кончились! — Купер отшвырнул ставший бесполезным арбалет, и схватился за нож, но в этот момент его ноги опутала струя магической паутины, сковав льдом в единый кусок и стреножив завизжавшего от страха жеребца.

Поле боя огласило противное победоносное шипение огромной светящейся паучихи с горевшими на теле замысловатыми узорами принявшей угрожающую позу. Перед ней висели в воздухе три голубых сферы соединённые вместе энергетическими линиями.

— Я ей займусь, не подходите! — лаймовая стражница-единорожка, укрыв себя магическим фронтальным щитом бегом направилась к паучихе, отвлекая внимание на себя.

— Какого Дискорда группа быстрого реагирования летит к нам так долго?! — сержант Лансер отбиваясь обломанным древком  пики прижался спиной к Продию. — Ну что, капитан Стрей, совсем как тогда в долине белых скал?

— Не напоминай, — мрачно отозвался Продиус, припомнив события молодости. Потери тогда были, конечно, впечатляющие.

Сноуфлейк, прижимая к груди сумки Харди, которые брат ей вручил перед тем как поспешить отцу на подмогу,  больше не могла стоять спокойно. Они же все погибнут защищая  их!

— Иви, надо помочь. Все эти пони в беде из-за нас... — Сноу робко обратилась к подруге, даже не ожидая, в принципе ответа.

— Да я бы с радостью, но как? — у малиновой единорожки рог с копытами чесались отомстить всем этим тварям гонявшим их всю ночь по лесу, но не было ни сил, ни знаний, чтобы сделать это.

— В сумке у брата много всяких пузырьков и штуковин лежит, может какие-то из них помогут? — Сноуфлейк поставила сумки Харди на землю, раскрыла. Две кобылки разом запустили носики внутрь.

— А твой Харди запасливый. — Иви извлекла на свет пару склянок. Первая была доверху заполнена янтарной, слегка маслянистой жидкостью, а вторая — фиал, почти пуста, на донце плескалось лишь чуть-чуть темно-синей жидкости. — Это же экстракт “солнечного корня”! — воскликнула единорожка, повертев перед глазами пузатый флакон. — Читала, что его для изгнания призраков применяют!.. Один, два, пять… Да тут их целая куча! А вот это, синее, похоже на зелье магической силы... Всегда хотела его попробовать! Тут правда почти ничего не осталось… Но, насколько я знаю, его и нужно всего несколько капель — думаю, мне хватит! Ну всё, сейчас я с кем-то поквитаюсь! — Единорожка расплылась в хищной улыбке.

Иви откупорила фиал и вытянула из него последние капли.

— Тьфу! Бее... Гадость какая… — выдавила Иви, вывалив язычок изо рта и поморщившись. — Ничего противнее в жизни не пила!

— Харди говорил, что зелья вообще редко бывают вкусными... А что насчет магических сил? Чувствуешь что-нибудь? — полюбопытствовала Сноуфлейк.

— Неа. — Мотнула головой единорожка. — Вообще ничего… Наверное, мало слишком…

Вдруг кобылку на секунду окутало светло-голубое сияние, волной пробежавшее по всему телу от кончиков копыт до макушки, всколыхнув гриву и хвост.

— Иви, всё хорошо? — маленькая пегаска отскочила от подруги, когда увидела, что с ней что-то происходит, но тут же успокоилась — внешне единорожка никак не поменялась.

— Воу! Да… Знаешь… Странное чувство такое... Будто горы могу свернуть!

Иви тут же загарцевала на месте:

— Ну всё чудища, сейчас вы получите по полной! — единорожка схватила телекинезом сумки Харди, и накинула их на себя. — И первым делом займусь тем розовым! За мной, Сноу!

— Иви, постой! Одним нам не справиться! — Сноуфлейк попыталась остановить рванувшую с места в карьер перевозбудившуюся подругу, да куда там. Впрочем решение пришло быстро.

— Послушайте! — пегаска подбежала к дрожащей от страха толпе добровольцев, выглядывающих из-за деревьев и засохших кустов, либо просто лежащих на земле прикрыв ногами голову. — Мы должны помочь солдатам! Им без нас не справиться: они же все погибнут!

— Малышка ты с ума сошла? Там же куча монстров! — Ответили Сноуфлейк из толпы. — Страшно!

— Мне тоже очень страшно, но можно же перебороть страх и попробовать!

— Но что мы можем? Мы не воины и оружия у нас нет, — на передний план вышел полноватый низенький земнопони средних лет, с довольно забавным голосом. — Вот я, например, повар — вообще драться не умею. Д-давайте-ка лучше помощи дождемся организованно, а?

— Некогда ждать, как вы не понимаете?! — Топнула для выразительности Сноуфлейк. — Если не хотите помогать я сама пойду, а вы можете тут и дальше сидеть!

Пегаска развернулась и побежала следом за Иви. Ей было невероятно страшно, но возможно это был единственный шанс заставить толпу действовать. К тому же подругу пегаска тоже бросить не могла.

— Сноуфлейк ты куда? Подожди меня! — Грасс, превозмогая боль и усталость бросилась следом. Она прекрасно понимала, что на бой ей сил не хватит, но оценила изобретательность дочери, и решила ей подыграть.

— Что же получается? За нас сражаются кобылы с жеребятами, а мы тут в кустах сидим? — на этот раз на передний план вышел крепко сложенный молодой земной пони, работавший у местного кузнеца подмастерьем, и демонстративно отломил от ближайшего дерева увесистую ветвь. — А ну-ка пони, покажем этим монстрам кто здесь хозяин!

— Он прав! — полный повар, не смог остаться в стороне. Он тут же нахлобучил на голову котелок вместо шлема, вооружился половником и, размахивая своим грозным оружием, кинулся в бой первым, огласив округу бравым криком:

— Вперёд! За Родину! За Селестию!

Все гражданские последовали геройскому примеру, вооружившись чем попало, и, сотрясая воздух беспорядочным боевым кличем, бросились на нечисть мёртвого леса всей толпой. А как известно, толпа пони, вдохновленная дружбомагией, представляла собой страшную силу.

Правда, на этот раз дело было не столько в силе дружбы. Просто прятаться за спинами жеребят и замученных кобыл даже распоследнему трусу было стыдно.

Харди с Алистером никогда ещё не доводилось исполнять такой лихой брейк-данс в паре, но истерично ржавший злой дух, махавший бревном, этому невероятно способствовал. Взмыленные жеребцы едва успевали уворачиваться не имея даже возможности оказать сопротивление.

Внезапно на землю рядом с призраком шлепнулась склянка, затем ещё одна и ещё. Из пузырьков ударил золотистый яркий луч света стремясь к небу.

Привидение розового единорога оказавшееся в пучке света парализовало, начало истлевать, будто сгорая, огласив округу воем боли.

— Ага! Понравился мой подарочек, гадина?! — Иви под действием зелья совсем расхрабрилась. — Будешь знать как нас со Сноу обижать!

Харди, получив такую нужную передышку, улучшил момент и атаковал призрака магическим лучом, окончательно превращая опостылевшего фантома в пыль.

— Ох… Спасибо Иви, — единорог, смахивая лившийся пот, поблагодарил маленькую кобылку. — Всё же я переоценил свои силы… Думал, не пригодятся эти зелья... А где ты научилась так метать снаряды?

— Ха! Мне нет равных в классе по метанию снежков! — гордо ответила Иви. На самом деле она не знала, что это сработает. Просто ей ужасно хотелось кинуть в призрака средством против призраков.

— Уф… Невероятная ты пони... — Харди посмотрел на единорожку с толикой зависти. Если она сейчас такая, то какой же станет когда вырастет? — Ладно, дай-ка нам с Алистером по паре этих бутылочек… Пора сократить поголовье буйных духов в этом лесу.

— Агась. — Иви отделила несколько флаконов из общего облака и отдала жеребцам. Затем кинула один в копыта подбежавшей Сноуфлейк. — Держи, Сноу. Погнали с призраками разбираться!

Грасс тоже получила несколько склянок экстракта за компанию. И понеслось.

Иви носилась маленькой рогатой ракетой по полю боя, разбрасывая зелья. Алистер усадил Сноуфлейк на спину и они вместе с Грасс бомбили привидений с воздуха. Харди в свою очередь добивал ослабленных врагов магией.

Когда привидений не осталось, прочие пони осмелели, стали действовать решительнее. В основном обычные горожане отвлекали врагов на себя, только теперь бегали не бестолково, а с умыслом. Те, что посмелее, дрались чем придётся, нападая группой на нечисть послабее.

Рядом с Продием с неба рухнул ствол дерева, прихлопывая не успевших разбежаться паучков. Это группа земнопони постаралась, вспомнив старинную забаву — зашвырни что-нибудь подальше. Второе бревно разметало в брызги подступающего к Лансеру грязевика. Не прикончило, конечно, но монстр выбыл на время из боя, давая немного перевести дух и сгруппироваться с остальными.

Мимо земнопони пробежал тот самый единорог с томиком магии для чайников. Только теперь он гнался за крошечным паучком, лупцуя того своей книгой. Видимо хоть на что-то она да сгодилась.

Через несколько минут из города наконец прибыл отряд солдат-пегасов, обративший в бегство остатки нечисти магическими болтами и гранатами всех существующих видов. Это была победа.

— Вижу, потерявшиеся жеребята нашлись сами, без нашей помощи. — сержант Лансер подошёл к дружно обнимающейся семье Стрей. — Целы, маленькие возмутительницы спокойствия?

— Ага! — Иви как всегда опередила Сноуфлейк с ответом. — С нами столько всего случилось за прошлую ночь! Я должна всё-всё немедля рассказать!

— Иви, ты чего такая возбуждённая? Будто 2 дня по лесу вовсе не скиталась, хотя Сноуфлейк с ног едва не валится. — Грасс обратила внимание на скакавшую вокруг кобылку.

— Я зелье выпила. Магической силы. Чтобы помочь. — единорожка подпрыгнула на месте. — Вы видели как мы со Сноу и остальными с привидениями лихо справились?!

Иви принялась крутиться на месте изображая и показывая как протекала расправа, сдабривая демонстрацию неостановимым потоком бравурных пояснений и не обращая внимание на происходящее вокруг.

— Это кто же додумался дать такое зелье жеребёнку? — Волшебница с лаймовой шёрсткой строго оглядела присутствующих.

— Она сама взяла. В сумке Харди. — сказала Сноуфлейк не выпуская маму из объятий. — Там много всяких бутылочек было…

— Харди, где ты всё это взял? — теперь настал черёд Продия сверлить сына  строгим взглядом. — Ты что, воруешь зелья из лаборатории академии?

— Я вовсе не ворую! Просто… Позаимствовал на всякий случай. — не слишком убедительно возразил Харди. -  И оказался прав, пригодились ведь! Я обязательно восполню им все убытки, когда сносно научусь алхимии.

— Поговорим об этом дома, молодой джентелькольт. — Продий приложил к виску холодный накопытник, — Дети, вы меня точно таким макаром когда-нибудь в гроб загоните...

Обратный путь из мёртвого леса занял немного времени. Оставленные ориентиры в виде лоскутов яркой ткани и ленточек обвязанные вокруг деревьев не давали сбиться с пути. Да и противный туман к утру рассеялся, так что с навигацией проблем не возникало даже на сложных участках.

Пони шли организованной группой. Усталые, грязные, побитые, некоторых даже пришлось тащить на себе другим, но вместе с тем, все без исключения были счастливы и довольны. Они восприняли произошедшее как большое приключение, которое ещё долго можно будет обсуждать, слегка преувеличивая свои заслуги.

Выбравшись из леса все вздохнули с облегчением.

Сноуфлейк даже не думала, что настолько соскучится по зелени и солнцу. Настроение пегаски мгновенно улучшилось: они с Иви всё же выбрались из этой передряги, вся семья Стрей вместе, а из тех, кто пошел их спасать никто не пострадал серьёзно. Даже арбалетчик Купер, ноги которого оперативно разморозили.

Поскольку операция по поиску была окончена, всех её участников распустили по домам, предварительно душевно поблагодарив, и пообещав выписать памятные письма. Иви при этом ещё горячо извинялась за то что втравила всех в эту историю. Нескольких пони оперативно отправили в больницу, многие ушли по домам отсыпаться, а несколько пегасов полетели, чтобы оповестить другие группы добровольцев, что жеребята найдены.

Сноуфлейк снова ехала верхом на Харди, держа в копытцах свою корзинку для пикников. Рядышком, восседая на широкой спине Продия, ехала Грасс.

Иви прыгала рядом, пока будучи не в состоянии успокоиться.

Алистер, получив искреннюю, особую благодарность от Продиуса, всё же улетел домой, сославшись на беспокойство родных и то, что ему уже надоело ходить пешком и пора бы размять крылья. Хотя скорее пегасу всё же было неудобно находиться в такой компании.

Продию, пытавшемуся анализировать происходившее в лесу, поведение монстров казалось очень странным.

Они не походили на кучу безмозглых тварей. Наоборот выглядели слишком организованно. Да ещё эти призраки-стражи… Все они — пропавшие без вести исследователи, которые ходили в экспедиции от местного института магии. Кто-то ведь их призвал, подобная нежить сама по себе не появляется… Хотя, может, на них так проклятие подействовало?

Дальнейшие попытки Продиуса убедить мэрию и Совет спалить мёртвый лес с прилегающей территорией к дискордовой матери, успеха не возымели. Против подобной идеи выступили совместным фронтом учёные, лесорубы, защитники природы, да и сами члены городского совета, опасаясь, что пожар может выйти из под контроля и добраться до города.

Остаток лета Иви и Сноуфлейк провели спокойно и без происшествий, в компании Санни Блейз, которая была очень рада, что её подруги остались целы и невредимы.

Кобылки развлекались, играли, порой устраивали лёгкие шалости и ходили вместе на пикники, но теперь уже всегда сообщая родителям куда отправились, и держались на расстоянии пушечного выстрела от проклятого леса, да и вообще зареклись ходить теперь в одиночку в загадочные и опасные места без взрослых.

## Глава 15

После событий в “Мёртвом лесу” минуло несколько лет, и многие пони вновь благополучно забыли о его существовании, и возможной опасности, которую он несет.

За этот период в Фейри Флорише и его окрестностях не происходило никаких серьёзных происшествий, впрочем как и по всей Эквестрии. На внешних границах царило спокойствие, и торговля с соседями шла полным ходом без особенных ограничений.

Правда далеко, на другом континенте, объединившееся недавно Королевство грифонов развязало очередную войну с Пранцией. Причиной конфликта вновь стали спорные территории в долине реки Зенцель. Грифоны считали эти земли исторически своими, несправедливо отобранными после очередной неудачной экспансии, потому подобное развитие событий было предсказуемо.

Эквестрия заняла нейтральную позицию в этом споре, поскольку открытое вступление в войну слишком плохо бы сказалось на экономике, торговых связях и настроении в обществе, однако это не мешало оказывать Пранции тайную поддержку.

Не удивительно, что многие пони ощущали, словно вокруг сейчас покой и благополучие, хвалиля за этот период стабильности и безопасности Селестию.

Гир Дил вернулся через год, как и обещал, в хорошем расположении духа, с новыми идеями, чертежами, большим новым домом на колёсах и несколькими помощниками, которые согласились пособить в амбициозном проекте возведения парка аттракционов. Изобретатель сходу взял дело в свои копыта и буквально жил на стройплощадке, почти ни на что не отвлекаясь. Впрочем, Иви это нисколечко не мешало частенько наведываться к своему другу, чтобы продемонстрировать свои новые познания и узнать ещё что-нибудь интересное.

Харди вполне успешно продолжал учиться в военной академии, чему Продиус уже не возражал. Алистер по прежнему был его единственным хорошим другом, да единорог и сам не особо стремился заводить новых, ограничиваясь знакомствами.

Сноуфлейк, Иви и Санни более старались не попадать в неприятности, хотя на их активности это никак не сказывалось. Каждый день они гуляли, частенько устраивали пикники, при случае участвовали в праздниках, даже разок побывали в скаутском лагере.

Сноу всё свободное время старалась проводить с подругами. И хоть пегаска так и не научилась летать за прошедшее время, это ей не слишком мешало. Она почти примирилась с тем, что, похоже, навсегда останется прикованной к земле, а ещё много наблюдала за земнопони. По понятным причинам им вообще было не суждено подняться в воздух или наколдовать что-либо, но эти пони не чувствовали себя ущемленными, а просто занимались тем, к чему лежала их душа и были счастливы…

Казалось, всё окончательно наладилось. Но… Очередной учебный год, едва начавшись, подвёл черту под тихой и размеренной жизнью Сноуфлейк. Местным чиновникам от образования вдруг взбрело в голову перепрофилировать школу с физкультурным уклоном, где она с Иви училась, в настоящую спортивную академию. Из программы планировалось выкинуть все “необязательные” элементы и всю начальную школу, а также учредить команды по нескольким видам спорта и множество секций, куда в добровольно-принудительном порядке стали вписывать всех учеников...

Нетрудно догадаться, что подобные перемены пегаске, совершенно не представляющей себя среди выдающихся атлетов, пришлись совсем не по душе, и она не долго думая, попросила родителей перевести её в другую школу — обычную. Иви с её увлечениями вся эта спортивная тематика также была чуждой, к тому же упрощение программы и расставание со Сноу для неё были неприемлемы.

Выбор обеих пал на школу, где училась их общая подруга — Санни Блейз, которую очень обрадовала перспектива совместной учёбы: теперь они смогут гораздо чаще видеться и проводить вместе ещё больше времени! Тем более в её классе как раз ещё оставалась парочка вакантных мест, о чём кобыка радостно сообщила на очередной встрече, когда они втроём ходили по магазинам.

* * *

Близящийся первый день в новой школе вызвал у Сноуфлейк приступ нервозности и волнения.

В прежней школе к ней давно стали относиться нормально, былые времена насмешек и издевательств забылись как страшный сон. Теперь же призраки прошлого грозили вновь вернуться, если что-то пойдёт не так. И это очень давило на пегаску, поэтому в ночь перед учебой она не могла уснуть.

Сноуфлейк задумчиво брела по улице, погрузившись во внутренние раздумья, не обращая особо внимания на происходившее вокруг. Иви, бодро цокавшая рядом, задорно щебетала про какие-то свои очередные успехи на ниве магической инженерии, ведя беседу что называется и за себя и за подругу. Путь в новую школу теперь занимал гораздо больше времени, что любознательной единорожке было только на копыто, позволяя дольше говорить о любимых увлечениях.

— Сноу, ты что, спишь на ходу?! — толчок в бок и дёрнувшая гриву хватка телекинеза выхватили Сноуфлейк из объятий скверных дум, заставив вернуться к реальности.

— А? Что такое Иви? — Пегаска обнаружила, что машинально ступила передними ногами на пешеходный переход, а по улице как обычно сновал поток транспорта.

— Как что?! Ты чуть под колёса не попала! — Иви возмущённо указала в сторону удаляющейся тяжёлой повозки, гружёной большими бочками. — Небось опять всю ночь эти глупые романы про любовь читала? На светофоры хоть смотреть не забывай!

Иви подняла ножку, показав на горевший красным силуэт пони.

— П.. Прости… Я просто не выспалась…

— И чего в этих любовных романах вообще такого интересного? Они же все абсолютно одинаковые, написанные как под копирку. Понимаю, что науки тебя не слишком увлекают, но тем не менее…

В последнее время Иви постоянно начинала заводиться на ровном месте и без особенного на то повода.

До самой школы Иви рассуждала о “достойной” литературе, и том, почему все любовные романы давно пора сжечь, как антигосударственную ересь, отравляющую мозги молодого поколения. Не успокоило заводную единорожку даже искреннее признание Сноуфлейк в том, что она к любовным романам не прикасалась всё лето.

Здание учебного заведения располагалось уединённо, в окружении аккуратно стриженных газонов, цветочных клумб и редких, раскидистых, коренастых деревьев, прихотливо расставленных по лужайкам. Своим видом, размерами и архитектурой здание внушало уважение не хуже какого-нибудь университета.

Пестрая толпа пони медленно текла по выложенной плиткой широкой дорожке по направлению к главному входу, поднималась по невысокой округлой лестнице и исчезала за распахнутыми резными дверями. Некоторых младшеклассников, как водится, сопровождал кто-то из родителей, так что взрослых здесь было немногим меньше, чем детей.

Сердце Сноуфлейк забилось чаще. Она тронула плечо Иви и остановилась, наконец решившись спросить:

— Иви. Как думаешь, нас хорошо там примут?

— Ой, Сноу, ну что ты как маленькая? — Единорожка беспечно махнула ножкой. — Не боись. Всё будет нормально. Главное держись меня, веди себя естественно и не влезай в конфликты, пока не узнаешь всех получше. Да и Санни, уверена, в обиду нас не даст. Кстати где она? Договорились же у входа встретиться… — Иви всмотрелась внимательнее в толпу пони и облегченно выдохнула. — А, вон она. На верхней ступеньке уже ждёт. Пошли быстрее, до занятий всего десять минут.

Единорожка помахала Санни, привлекая её внимание, и потянула Сноуфлейк за собой.

"Конечно, ей легко говорить," — подумала Сноуфлейк, послушно следуя за подругой. Из-за тяги её семьи к переездам и вечного оптимизма, Иви достаточно легко переносила смену обстановки.

Санни сбежала вниз по ступенькам, едва заметила друзей:

— Я вас обеих уже заждалась. Где вы так долго ходите? — сказала персиковая кобылка, обнимая поочерёдно Иви и Сноу. — Я же ещё школу хотела показать.

— Мы просто не знали сколько точно путь займёт времени, только и всего, — ответила Иви, поднимаясь по ступеням. — Теперь сможем прийти пораньше, если нужно. Осмотр подождёт, сперва бы со своим классом разобраться...

— Не переживайте девочки, класс у нас хороший, — сказала Санни с воодушевлением, затем слегка понизила голос, наморщив носик. — Ну, если не считать парочку, другую доставучих пони. Я уже всех предупредила, что у нас будут новенькие, так что просто не переживайте.

— Эта школа кажется такой большой, — тихонько произнесла Сноуфлейк, будто опасаясь, что её услышат.

Пегаска на несколько секунд остановилась на лестнице, осматривая монументальное трёхэтажное здание с массивной кладкой, карнизами и рустовкой углов и цоколя. Над главным входом располагался барельеф, изображающий трёх жеребят, олицетворяющих единство трёх рас пони, спасшее Эквестрию от нашествия Виндиго. По сравнению с их прежней, приземистой двухэтажной постройкой из красного кирпича, оно не шло ни в какое сравнение.

Высокие потолки, внутренняя отделка и широкие коридоры усиливали впечатление, что перед тобой настоящий храм науки и знаний. Экскурсия, запланированная Санни, теперь казалась хорошей идеей и Сноуфлейк уже сожалела, что они не сумели прийти пораньше.

“Иви права, осмотреть всё тут ещё будет предостаточно времени, сейчас главное сконцентрироваться и правильно подать себя перед новым классом.”

Сноуфлейк, замешкавшись на пороге кабинета, сделала несколько вдохов и выдохов, как её когда-то учила Иви, дабы унять волнение, и шагнула в приоткрытую дверь вслед за подругами.

Первым уроком сегодня был “эквестрийский язык”. Едва оказавшись внутри класса Сноу начала вертеть головой, осматриваясь. Кабинет ничем примечательным не выделялся, кроме общей атмосферы строгости и педантичной аккуратности. Справа висела пока идеально чистая доска, слева расположились одиночные парты за которыми уже расселись ученики, переговариваясь между собой. У ближней стены шкафы с ровными рядами книг и учебных материалов, цветов почти нет…

— Ай!.. — Сноуфлейк до того засмотрелась по сторонам, что забыла смотреть вперёд, врезавшись во что-то мягкое. К своему ужасу пегаска обнаружила, что возникшее на пути препятствие оказалось чопорного вида дымчатой кобылой в очках с квадратной оправой.

— Ох, осторожнее мисс, где ваши манеры? — Взгляд холодных синих глаз отвлёкся от Иви и Санни, едва успевших поздороваться с учительницей. Кобыла отступила на шаг, ловким движением поправив одежду, укладку и очки.

— П-простите, я случайно, — легонько заикаясь извинилась Сноуфлейк, разволновавшись ещё больше.

— Случайно засмотрелись по сторонам? — земнопони подняла бровь. Сноуфлейк почувствовала себя так, будто её рассматривают под рентгеном. — Вы же одна из новеньких переведшихся учениц, так ведь?

— Угу. — Пегаска кивнула, вспыхнув румянцем на щёчках и попыталась спрятаться за своей свисающей голубой гривой, пряча взгляд. Иви стоявшая рядом удрученно сделала фейсхуф: теперь на них пялился весь класс.

— Прекрасно. Надеюсь на моих уроках вы не будете так же вертеть головой из праздного любопытства, — в голосе земнопони скользили требовательные нотки. —   Меня зовут миссис Стрикт Роуз. Опозданий на свои уроки я категорически не потерплю, прошу запомнить. В классе не сорить, не шуметь, копытами без разрешения ничего не трогать. Ясно?

— Да мэм. — Сноуфлейк робко кивнула.

— Отлично. Надеюсь так и будет, — учительница удовлетворённо кивнула. — Теперь можете представиться классу и занять любое свободное место.

Иви, привычно, коротко представилась и заняла последнюю свободную парту в понравившемся центральном ряду. Санни тут же заняла место по соседству. Сноуфлейк же начала за здравие, но быстро стушевалась, под взглядом незнакомых пони, и сбежала к подругам, пробубнив остаток речи так, что едва ли даже пони на первых рядах сумели разобрать хоть слово. Лишь бы поскорее избавиться от назойливых любопытных взглядов...

Отодвинув стул, пегаска решила по привычке повесить свои седельные сумки с учебниками на спинку, но не рассчитала силу и опрокинула его. В старой школе мебель была тяжёлой, деревянной, а тут оказалась фанерной с алюминиевым каркасом. В царившей тишине грохот был подобен раскату грома в летнюю ночь.

Миссис Роуз, повернувшаяся к доске и уже было начавшая обозначать тему урока, грозно воззрилась из под очков, в поисках возмутителя спокойствия. Одноклассники тоже не замедлили повернуть головы в сторону шума. Сноуфлейк, сгорая со стыда, не оставалось ничего, кроме как замереть рядом с партой, в надежде, что её отчитают быстро и не очень жестоко.

— Мисс Стрей! — голос учительницы налился металлом. — Чем вы там заняты?! Обустройством гнезда?

Класс тихонько захихикал.

Сноуфлейк что-то неразборчиво пискнула в ответ, покрывшись испариной, быстро вернула стул в вертикальное положение и наконец заняла своё место. Иви снова уткнулась в подставленное копыто. Второй раз за такое короткое время. Это уже серьёзно.

— Класс тихо! — преподаватель постучала копытом по полу и повернулась обратно к доске, едко заметив, — В следующий раз, мисс Стрей, когда решите объясниться за свой проступок, предоставляйте извинения в письменном виде, ибо нам совершенно не слышно, что вы пытаетесь сказать.

Хихикания стихли и повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь звуком шеркания доски мелом.

— Сноу, ты какого сена творишь? — Иви нагнувшись ближе недовольно зашипела.

— Прости, я просто волнуюсь. — ответила Сноуфлейк, виновато улыбаясь.

— Ты привлекаешь слишком много ненужного внимания, — недовольно процедила кобылка малиновой масти.

— Что там за шум на задних рядах? — миссис Роуз раздражённо дёрнула ухом, полуобернувшись. Иви и Сноу разом смолкли, уткнувшись в свои учебники.

Несмотря на не слишком удачное начало, остальная часть урока прошла спокойно и без происшествий.

Во время короткой перемены Иви и Санни слегка взбодрили Сноуфлейк, уняв волнение перед следующим уроком, коим была математика.

Элеонора Хуффингтон, которая вела этот предмет, была полной противоположностью своей предыдущей коллеги. Низкорослая, слегка пухленькая единорожка цвета сгущённого молока, со средней длинны вьющейся алебастровой гривой и укороченным хвостом, отчего тот напоминал небольшой пучок свежей сахарной ваты. Она беспрестанно болтала, смеялась, приводила забавные примеры во время объяснений, рассказывала истории из жизни и даже использовала специфический юмор математиков, совершенно не смущаясь, что её вряд ли многие понимают.

Благодаря этому на её уроке находиться было весело, хотя процесс получения знаний, скорее всего, сильно страдал. Пожалуй, будь у Сноу в прежней школе такая же учительница, математика возможно стала ей нравиться чуть больше. Хотя она бы её совершенно не понимала.

Отсидев положенное время без приключений, Сноуфлейк с подругами перешла в кабинет физики, находившийся буквально напротив.

Хозяйничала там мисс Амелия Бейли, как успела рассказать Санни Блейз, самая любимая учительница всей школы. Со слов персиковой единорожки, молодая кобылка преподавала всего четвёртый год, но это ей не помешало практически сразу завоевать расположение большей части своих учеников. Профессионал своего дела, чуткий и внимательный педагог, всегда старавшаяся найти к каждому индивидуальный подход. Она никогда не повышала голос, не придиралась по пустякам, всегда готова была морально поддержать, выслушать, помочь, причем не только советом.

Помимо своей работы она активно участвовала в школьной жизни, а ещё вела кружок юных изобретателей. Едва Иви услышала, что инженерия — вообще давняя страсть мисс Бейли, у неё тут же загорелись глаза и кобылка решила познакомиться с ней поближе как можно скорее. Может, даже в кружок её записаться, ведь в прежней школе все секции были в лучшем случае спортивные, а в худшем — унылые.

Сноуфлейк энтузиазма подруги не разделяла. Ей что, было мало Гир Дила? Но пегаска благоразумно предпочла промолчать.

В последнее время Иви всё чаще становилась раздражительной, если разговор касался её увлечений, даже если они забирали львиную долю её свободного времени.

Мисс Бейли с виду была ничем не примечательной молодой кобылой-пегасом. Бледно-мятная шёрстка, прямые грива с хвостом мягкого, блекло-рыжего цвета с несколькими еле выделяющимися прядями схожих оттенков. Строгие блузка с юбкой. Из аксессуаров лишь простенькие часы на левой ножке.

Едва войдя в класс Иви в компании Сноуфлейк и Санни почти синхронно поздоровались.

— Здравствуйте мои дорогие. — приятным мягким голосом ответила учительница. — Значит вы те самые Иви Ивнинг и Сноуфлейк Стрей, что перевелись из Восточной школы, о которых нас предупреждали?

— Агась. — кивнула Иви. — Так и есть.

— Очень рада, что такие хорошенькие кобылки отныне будут учиться в этом классе. Я — Амелия Бейли. Надеюсь благодаря мне вы станете чуточку больше любить и понимать такую чудесную науку как физика. -  Преподаватель тепло улыбнулась, слегка прикрыв изумрудные глазки.

Не став затягивать знакомство, Сноуфлейк с Иви заняли свои парты, в конце-концов время перемены было не резиновое, а получше узнать всех учителей за целый учебный год они ещё успеют. Гораздо важнее сейчас было наладить взаимоотношения с классом.

Однако едва начался урок все мысли моментально оказались прикованы к мисс Бейли, настолько ловко у неё получалось заинтересовать всех присутствующих. При том начала учительница с расспросов где, кто и как летом отдохнул, и насколько хорошо и интересно, постепенно плавно перейдя к ведению урока. С большим пылом и энтузиазмом Амелия принималась за объяснение новой темы, вовлекая в дискуссию своих учеников, так что время урока пролетело незаметно, а хотелось ещё.

— Если кому-то что-то было непонятно, подходите после уроков и я с удовольствием всё ещё раз подробно объясню, — напомнила мисс Бейли после выдачи домашнего задания. — Увидимся послезавтра, на следующем уроке. Берегите себя.

После обеда, Сноуфлейк с подругами наведалась на уроки географии с химией, прошедшими в атмосфере “не уснуть бы со скуки” и “тот реактив в пробирке рванул слишком сильно, но было так здорово”. Их, как и многих других преподавателей у них в параллели, со слов Санни, можно было не запоминать.

По какой-то причине, уже много лет учителя по естественным наукам никак не могли прижиться в этой школе по разным причинам. Толковых учителей школа не могла найти уже лет семь — то ли ставка была слишком малой, то ли просто не везло, но учителя бежали из школы, проработав, в лучшем случае, полгода. Раньше в списке “провисших” по кадрам предметов была и физика, но, благо, с тех пор как на школьников снизошла мисс Бейли, этот предмет, и всё направление вцелом стало более успешным.

На этом первый день учёбы в новой школе закончился. Иви и Сноу попрощались с Санни, отправившись по домам, делясь по дороге впечатлениями.

Первая неделя учёбы минула быстро. Сноуфлейк за всё время никак не смогла прийти в школу вовремя, постоянно опаздывая, чем привлекала к своей персоне ненужное внимание одноклассников, которого сама же старалась избежать, и негативное отношение многих учителей. Особенно негодовала пунктуальная мисс Роуз и Иви, разумеется, которой быстро надоело это безобразие, вот только вразумительные беседы помогали ненадолго.

Самостоятельные попытки Сноуфлейк наладить знакомство с кем-то из класса заканчивались бесцельной болтовнёй. Жеребчики не проявляли к ней особенного интереса, а с кобылками её увлечения практически не пересекались. Хотя Сноу казалось, что причина нежелания с ней сближаться кроется вовсе не в этом.

У Иви тоже всё обстояло не гладко. Учителя отзывались о единорожке хорошо, даже порой ставили в пример за сообразительность и усердие, однако это лишь вызвало зависть среди некоторых одноклассниц. Те же, кто не видел в ней особой угрозы своему авторитету, начали выстраиваться в очередь с просьбами списать или помочь, а жеребчики — в отдельную очередь, с предложениями дружить.

Сказать, что Иви выбешивали и первые, и вторые, а третьи, в особенности — ничего не сказать.

Санни как могла поддерживала обеих подруг, понимая, что на новом месте сначала всегда тяжело. Тем более, что они были уже, считай, не так здесь и одиноки. А всем остальным нужно попросту к ним привыкнуть.

Для Сноуфлейк отдушиной по прежнему было рисование. Едва прознав, что в школе есть соответствующая секция, кобылка поспешила записаться туда, в надежде познакомиться там с кем-нибудь. К сожалению, популярностью эта секция не пользовалась, да и те пятеро пони, которые ходили туда помимо неё, были либо ещё в начальной школе, либо уже готовились к выпуску. Но хотя бы профессиональное общение между учениками там присутствовало, что Сноуфлейк посчитала для себя огромным успехом.

Иви, в свою очередь, как и обещала, записалась к мисс Бейли в кружок юных техников, а ещё в школьную библиотеку. Благодаря успехам в секции и хорошей успеваемости, популярность кобылки начала расти. Правда, опять же почему-то исключительно среди жеребчиков.

Первые неприятности начались спустя месяц, правда они не выходили за рамки мелких пакостей. Иви, и помогавшие ей Санни и Сноуфлейк, как раз успешно сдали общий проект, взятый в качестве задания, и получили за это пятёрки. В тот же день на дверцах их личных шкафчиков появились кривые глупые рисунки мелками с не менее глупыми подписями. Кобылки посчитали, что это скорее всего были просто получившие плохие оценки конкуренты, однако эти пакости продолжили повторяться время от времени, казалось, без какого-либо повода, причем творили их, судя по стилю подписей и почерку, совершенно разные пони. Кроме этого, и того, что кобылки частенько стали слышать, как у них за спинами начинают шептаться, никаких угроз своей безопасности и авторитету они не ощущали.

Иви сейчас совсем другое волновало. К ней стали слишком часто подходить жеребчики, желающие подружиться, уже даже не со своего, а с параллельных классов.

Большая часть из них выглядела не искренне. Наверняка, они просто желали примазаться, чтобы учиться было полегче. Они говорили неуклюжие комплименты, совали подарочки, потому отшивались незамедлительно и без проблем.

Представители же меньшей части набрались наглости предлагать попробовать стать парочкой. Таких малиновая единорожка сразу кидала в “чёрный список” и всячески игнорировала любые нападки.

Иви интересовала только учёба, но некоторые глупые пони очевидно это плохо понимали.

— Аргх!.. Да что с этими кольтами такое?! — сидя на подоконнике после обеда в столовой Иви в очередной раз гневно жаловалась подругам. Её уже откровенно раздражала сложившаяся ситуация, а всяческая предлагаемая романтика не интересовала ни капельки, от слова совсем. — Представляете, вчера эти двое дураков Блок и Рун из-за меня чуть не подрались. Снова. Хотя до этого я обоим доходчиво объясняла, что не хочу ни с кем из них дружить, тем более встречаться. Что на них всех нашло?

— Не знаю, может это как-то связано с попыткой самоутвердиться? — Сноуфлейк сидевшая рядом погладила копытце малиновой единорожки, тихо добавив, — На меня наоборот никто снова не обращает внимания, прямо как раньше… Может, зря мы сюда перевелись?

— Не зря, -  возразила Санни Блейз, хрустя шоколадными драже из общей большой упаковки. — Вы бы в прежней школе сейчас не в столовой сидели, а пытались хуфболистами стать, знаете как там сейчас всех муштруют? Всё у вас здесь будет нормально. Это просто временные трудности. Через месяц, максимум два, всё утрясётся, вот увидите.

— Хотелось бы верить. — мрачно, без присущего обычно энтузиазма, ответила Иви, потрепав цепочку на шее.

— Ты его вообще в последнее время снимаешь? — обронила Сноуфлейк.

— А? — Иви предсказуемо не поняла о чём речь.

— Амулет из лунного камня. — Пегаска уточнила.

— Ааа… Неа. — Иви мотнула головой, перестав теребить цепочку. — Красивая же вещица. Не понимаю чего раньше его не носила?

— Оу, это же тот самый? С той Найтмер Найт? — оживилась Санни. Кобылка была рада сменить порядком уже заезженную тему на какую угодно другую.

— Агась. — Иви поднесла телекинезом камушек поближе к глазам нагнувшейся Санни. — То ещё тогда было приключение…

Кобылки и сами не заметили, как стали вспоминать все обстоятельства побега из заброшенного особняка. Это было одно из тех приключений, воспоминания о которых спустя время, становились менее мрачными и более захватывающими.

Однако спокойно понастольгировать им не позволил неожиданно появившийся рядом с Санни кольт.

— Аммм, привет? Можно подсесть? — едва в беседу вмешался чужой голос, подружки одновременно взглянули на нарушителя спокойствия.

У их подоконника со слегка растерянным видом переминался с ноги на ногу коричневый единорог, держа телекинезом небольшую книгу, утыканную закладками.

Сноуфлейк он был смутно знаком: это был кто-то из одноклассников, но его имя упрямо ускользало из памяти.

— Конечно, Браун, садись, места ещё навалом. — Санни, не долго думая, хлопнула по свободному месту рядом. Она его знала немногим лучше Сноу, хотя он учился с ней с первого класса.

Это был один из тех жеребчиков, о котором нельзя было с уверенностью сказать, к какой компании он относится, потому что он сносно общался со всеми, но ни с кем не дружил, даже с кобылками. Да и у них не было повода на него вешаться — Браун обладал вполне заурядной внешностью: темно-коричневые коротко подстриженные грива с хвостом, голубые глаза и светло-коричневая шкурка, с несколькими белыми пятнами: на груди и на носочках, так что в любой одежде он выглядел так, словно пододел футболку.

В чем-то он был похож на Иви — учился чуть хуже, конечно, но так же много лет он интересовался магией и даже что-то практиковал.

— Правда? О, спасибо. — коричневый жеребчик легонько выдохнул, и спешно занял вакантное место рядом с персиковой пони.

— Слушай сюда, Браун, — выставив перед собой ножку с ходу выпалила Иви. — Если я сейчас услышу от тебя хоть слово в духе “давай дружить” или “давай сходим куда-нибудь вместе”, я превращу твой хвост в кактус. Уяснил?

— А-а-ага? — обескураженный таким поворотом жеребчик нервно хихикнул и его лицо застыло со слегка недоуменным выражением.

— Иви, ну ты что? Нельзя же так! — Сноуфлейк возмутилась. — Правда ведь, Санни?

— Да, — закивала в ответ та, — Может рядом просто мест других свободных нет?

— Ага. — Иви с кислой миной бросила взгляд на полупустой коридор с кучей свободных окон. — Конечно.

— Не обращай внимания, у Иви последнее время просто дурное настроение. — Санни махнула ножкой. — Ты хотел что-то спросить, или мы заняли твоё любимое место?

— Я иногда сижу здесь, да, но дело не в этом, — Браун перехватил на себе взгляд Иви, и тут же отвел глаза пониже, в район шеи единорожки, — Я случайно подслушал ваш разговор… Что это за амулет из лунного камня, о котором вы говорили? В нём есть какая-то защитная магия?

— Да нет. Обычная безделушка, — Иви ответила немного успокоившись. В общем-то Браун был одним из немногих мальчишек в классе кто к ней не набивался в друзья и в целом никак не отсвечивал, поэтому у неё просто не было поводов на него злиться. — Получила его в подарок несколько лет назад, когда участвовала в конкурсе на Найтмер Найт.

Кобылка бегло рассказала историю создания этих оберегов и появления такого у себя. Браун слушал внимательно, ни разу не перебив, поглощая в процессе конфетки, заботливо протянутые Санни.

— Интересная история, — едва Иви умолкла, сказал Браун, покачав головой, — Я просто подумал, раз ты говорила, что увлекаешься магией, то у этого амулета есть какое-то практическое свойство. Неожиданно узнать, что он просто для красоты.

— Вообще, подобные штуки носить в школу опасно, — Иви беспечно фыркнула, чуть приосанившись, — Твои часы тоже вряд ли магической силой обладают, и я почему-то не сомневаюсь, что ты их носишь для красоты.

Кольт положил книгу рядом, улыбнулся и пожал плечами.

— Справедливо.

Сноуфлейк невольно покосилась на эти часы. Хоть она в подобном и не разбиралась, они выглядели очень дешево, и совершенно потеряли всякий пристойный вид: облезли и исцарапались. Вряд ли такое носят для красоты.

Браун хотел было ещё что-то добавить, но тут вдруг среагировала Иви:

— Кстати, знакомая книга. Это же… — единорожка присмотрелась внимательнее. — “Юный техник. Пособие для начинающих”! Я такую в детстве читала. Очень полезная штука. Ты тоже таким увлекаешься?

— Ну, пока не знаю, но решил попробовать в нашу школьную секцию записаться. Дядя Сильвер говорит, что пони с инженерным образованием всегда нужны, а за техномагией будущее. Поэтому нужно выбирать профессию заранее и с умом. Потому что я пока не определился, куда поступить. — ответил Браун, покачав книгу в копытах. — Твои родители тоже так считают?

— Нее, они говорят выбирать надо дело, которое нравится, к которому есть призвание. — Иви помотала головой.

— У твоих родителей тоже неплохая позиция.

Взгляд Брауна на мгновение погрустнел, но Иви, скорее всего, не обратила на это внимание.

— Кстати, если решишь всерьёз заняться техномагией, я могу посоветовать несколько хороших книг.

— Спасибо, мне бы сперва с этой разобраться. — жеребчик попытался выдавить из себя улыбку, но вышло как-то коряво.

Они поболтали ещё немного, после чего отправились на урок. Больше Сноуфлейк с подругами в этот день с ним не пересекались, хотя Иви показалось несколько раз, что она ловила на себе мимолётные, неоднозначные взгляды Брауна откуда-то из толпы.

* * *

С Брауном кобылки стали пересекаться всё чаще, в основном, во время перерывов в школе: после учебы он никогда не подходил к ним, лишь иногда издалека наблюдал, как они собираются и уходят.

Впрочем, от такой “дружбы” были определенные плюсы — отдельные кобылки класса перестали шептаться у друзей за спинами, а шкафчики перестали разрисовывать вовсе, хотя насколько Санни было известно, Браун даже не вникал в их мелкие проблемы с юными вандалами. Видимо, каким-то образом, его нейтралитет распространился и на троих кобылок, как только он начал с ними общаться.

Санни оказалась права — Браун с Иви были здорово похожи, правда, дальше повседневных разговоров дело у них всё никак не заходило. Жеребчик не делал малиновой кобылке никаких явных намеков на более близкие отношения, поэтому ей, наверное, даже и не приходило в голову, что он пытается сблизиться.

Хотя персиковая единорожка и не ощущала от этого кольта какой-либо опасности или подлости, она попыталась разузнать о нем побольше через своих знакомых, но ничего, кроме того, что в последнее время он зачастил к мисс Бейли, и того, что интерес к техномагии у него в прошлом году был примерно как у Сноуфлейк: нулевой, ей узнать не удалось. Словно за все годы, что он здесь учится, он не сделал ни одного значимого поступка или оплошности, которая всем бы запомнилась…

Не удивительно, что он стал часто наведываться к Амелии Бейли. Насколько могла судить Санни, он действительно хотел подружиться с Иви, и был достаточно терпелив, чтобы не навязываться к ней сразу. И мало того, что ключ к её сердцу  наверняка был припрятан где-то в мире изобретений и техномагии, так ещё и мисс Бейли была одной из тех пони, которым доверяли, и к которым ученики ходили по вопросам отношений едва ли не табунами.

А что насчет неприметности… Примерно то же самое сама Санни могла сказать про нескольких своих одноклассников — неброские в глаза, не самые выдающиеся в учебе, но и не глупые. И всё равно, единорожка чувствовала, что есть какой-то подвох. Браун всё же в школьной иерархии стоял выше этих невзрачных жеребчиков на голову. Казалось, что Браун старательно что-то скрывает, и многие уже либо об этом забыли, либо поддерживают эту тайну...

Так или иначе, информации о нем было недостаточно, чтобы как-либо поднять его в глазах Иви или наоборот — дать ей понять, что общаться с ним нельзя. Поэтому Санни решила просто… Посмотреть, что из всего этого получится.

## Глава 16

Сноуфлейк неуверенной походкой шла по пустынному школьному коридору. Сегодня она опять опоздала на занятия, пополнив свою коллекцию штрафных талонов.

Несмотря на то, что пегаска постоянно обещала Иви приходить в срок, соблюдать установленное время у неё получалось плоховато. Путь от дома до школы стал в несколько раз больше, чем раньше, и когда Сноу сюда переводилась, она как-то не подумала, что это может стать проблемой.

Хотя, быть может не читай она каждую ночь тот роман, из-за которого в очередной раз проспала сегодня будильник… Но он был таким интересным… Оторваться было просто невозможно. Учиться становилось всё тяжелее, родители становились всё более хмурыми, глядя в дневник дочери… В этих книгах о приключениях и любви Сноуфлейк находила свою отдушину от повседневной рутины, где её только и делали, что упрекали.

По иронии судьбы, первый урок сегодня был литературой, традиционно проводимый тем же учителем, что вел эквестрийский язык. А это значит…

Пегаска остановилась перед дверью в класс, нервно сглотнув — миссис Роуз снова будет не в восторге.

Сноуфлейк вздохнула. Деваться было всё равно некуда. За пропуск урока могут заставить нести записку от родителей, а так… Нужно лишь потерпеть минуту ворчаний этой вредной пони и сделать ещё более виноватый вид.

Выдохнув, кобылка робко постучала в дверь копытцем и опустив голову с прижатыми ушками вошла в класс.

— Здравствуйте миссис Роуз, можно войти? — Начала говорить Сноу, едва вошла. — Простите за опоздание, у меня… Будильник с-сломался.

— Здравствуйте мисс Стрей. — Объясняющая тему урока учительница колюче уставилась на пегаску из-под очков, слегка наклонив голову, недовольная, что её прервали. Земнопони захлопнула удерживаемую на развороте книгу и цокая копытцами направилась прямиком к сжавшейся Сноуфлейк. — Поломка будильника это безусловно веская причина для опоздания. Должно быть вы слишком сильно били его копытцем, когда просыпались после бессонных ночей.

Класс подал голос и по нему прокатилась волна смешков. Миссис Роуз даже не обернулась на них, как обычно. Её вниманием целиком и полностью завладела Сноуфлейк. Внутри учительницы кипело негодование, и её голос становился всё более язвительным и ироничным.

— Я думаю, вашим одноклассникам стоит подарить вам новый, очень громкий и надёжный будильник. За всё время моей преподавательской деятельности, вы первый пегас, который умудряется систематически опаздывать на уроки, имея в наличии крылья.

— Вы же знаете, я не умею… — пролепетала Сноуфлейк пряча взгляд за гривой.

— Это не оправдание, — строго оборвала её Стрикт Роуз. — Сегодня после уроков вам надлежит явиться в мой кабинет. Если вы и впредь продолжите опаздывать, придётся об этом доложить директору. Теперь, передайте штрафной талон и можете занять своё место, мисс Стрей.

Сноуфлейк послушно закивала, протянула талончик и опустив глаза в пол направилась к своей парте, где тихонько поздоровалась с подругами.

Санни понимающе склонила голову набок, и добродушно поприветствовала пегаску как обычно, а вот Иви, отгородившаяся учебником от класса словно щитом, была крайне недовольна опозданием подруги. Кобылка буквально пыхтела от ярости, выжимая из себя приветственные слова.

Урок прошёл в напряжённой атмосфере. Сноуфлейк казалось, что каждый норовит обернуться и осуждающе посмотреть в её сторону. Вдобавок пришлось отвечать у доски, где Сноу пребывала в полной уверенности, что миссис Роуз к ней придирается, хотя она и неплохо справилась с заданием. А по возвращении к своей парте, пони обнаружила на верхней крышке тетрадный листок с корявой карикатурой, где пони с растопыренной гривой и хвостом, предусмотрительно подписанная как «Стрей», колотит двумя копытами по будильнику, размером в половину своего собственного роста. Радости Сноуфлейк рисунок анонимного художника точно не прибавил.

По прошествии ещё пары уроков и изнурительного теста по истории, который, впрочем, Сноуфлейк написала, как ей показалось, весьма неплохо, наступило время обеда и большой перемены.

Троица неразлучных подруг выбралась на школьный двор освежить голову и немного подышать прохладным осенним воздухом, пока ещё не ударили настоящие холода. Несмотря на то, что на улице уже стоял ноябрь, пока было не так уж и холодно, и очень многие ученики до сих пор ходили без теплых курток, ограничиваясь различными шарфиками и иногда кофтами.

Обычно Иви, Сноу и Санни любили сидеть на лавочке под раскидистым коренастым клёном неподалёку от детской площадки, болтая о том о сём, вдали от всеобщей суеты. Но сегодня общение почему-то совершенно не клеилось. Иви сидела хмурая и напряженная, а Сноуфлейк — подавленная. Обе кобылки молчали. Лишь Санни выбивалась из общей картины весело рассказывая, как собирается немного поработать в приюте для животных во время осенних каникул. Но и её задора не хватило надолго.

— Эй? Ну чего вы сегодня такие грустные? — Санни не замедлила возмутиться затянувшейся паузе в разговоре.

— Это всё из-за Сноу, — вместо былого азарта, голос Иви полнился мрачными нотками. — Она не единожды за это время уже опоздала в школу, хотя каждый раз обещала, что этот последний. А потом будет ныть: Иви помоги, меня обижают. Договорились же: не выделяться пока.

— Да ладно тебе, Иви. Ты просто до одури пунктуальная и как всегда всё преувеличиваешь. Это не так уж и серьёзно. В школу постоянно кто-то опаздывает, если ты не заметила. — Санни беспечно махнула ножкой. Кобылка искренне не понимала, зачем так себя накручивать?

— Это очень серьёзно и безответственно. И показывает наплевательское отношение к дисциплине и тем, кто вынужден ждать. — парировала Иви.

— Но я же не специально опаздываю. Просто так получается. К тому же я живу дальше всех! — наконец подала голос Сноуфлейк, с грустью заглянув в глаза к Иви, пытаясь высмотреть там понимание.

— Я это уже тысячу раз слышала! — повысила напор Иви, притопнув копытом. — Если живёшь далеко — выходи пораньше. И проблем со временем не будет. И ради Селестии, прекращай уже на ночь читать!

— Кто бы говорил. Сама только и делаешь, что в книгах сидишь по уши! — вырвалось у Сноуфлейк.

— Это другое! — Возразила Иви. — Мои книги полезные, они пополняют мои знания, не смей их ровнять со своими бесполезными сопливыми романами.

— Из-за твоих «полезных книг» мы уже забыли, когда проводили весь день вместе! — Сноуфлейк, на удивление, и не думала отступать. — Ты постоянно либо что-то изучаешь, либо торчишь в библиотеке или на стройке мистера Дила. Моя мама говорит, что никакой проблемы в этом нет, но я последнее время чувствую себя довольно одиноко. Понимаешь?

— Девочки, не ссорьтесь. — Санни обняла обоих подруг и притянула к себе. — Вы обе по своему правы. Сноу. Иви права, что тебе нужно раньше выходить из дома, да и читать до поздней ночи нельзя, не удивительно, что ты с трудом просыпаешься, а потом весь день ходишь сонной. Но и ты должна понять Сноуфлейк, Иви. В жизни ведь есть куча вещей помимо учёбы. Сноу по тебе скучает, разве ты не понимаешь?

— Это как вы не понимаете?! — Иви вывернулась из объятий Санни и спрыгнула с лавочки. — Получать новые знания невероятно интересно! Я хочу довести свой талант до абсолютного совершенства. Стать великой и известной волшебницей, чтобы обо мне узнал весь мир! — Единорожка обвела ножкой всё вокруг, с надеждой посмотрев на подруг. — Неужели у вас нет мечты всей жизни? Нет желания достичь чего то особенного? А вы своими глупостями и легкомысленным отношением этому мешаете.

— Мм… мешаем? — Сноуфлейк не поверила своим ушам, и её словно током ударило.

— Да. — Иви опустила голову и пошла в сторону детской площадки, бросив мимолётный печальный взгляд. — Думаю, сейчас мне надо побыть немного одной. Увидимся на уроке.

— Иви, постой! — пегаска хотела было последовать за подругой, но Санни задержала её, и покачала головой:

— Не спеши, пусть успокоится и всё обдумает. Мне кажется, тут проблема намного глубже, чем показалось с первого взгляда.

Иви даже не заметила как попала на детскую площадку и уселась на одну из качелей. Машинально слегка покачиваясь, кобылка с головой ушла в мысли, смотря перед собой в одну точку и не обращая внимания на носящихся вокруг жеребят.

Собственно, а что она только что наговорила? И почему повела себя так? Что-то словно аккумулировало в ней злость. Она как могла пыталась успокоиться, но по ощущениям, от этого становилось только хуже.

В голову лезли неприятные мысли, что подруги тянут её на дно, и нужно максимально от них дистанцироваться, если они не разделяют её тягу к учебе.

Единорожка, задумавшись, упустила момент когда к ней подошли.

— Надо же, смотрите-ка кто это занял наше место? Сама мисс всезнайка-зазнайка! — Незнакомый, полный презрения, голос выкинул единорожку из раздумий. Иви полу обернулась и увидела рядом с собой трёх кобылок. Та, что была в белоснежных носочках показалась ей смутно знакомой. Кажется она училась с ней в одном классе? Точно! Это же была Глория Чарминг — негласная королева школы среди старших классов, первая красавица и любительница быть в центре внимания. Её семья владела сетью швейных магазинов в городе и мебельной фабрикой, продукция которой была известна далеко за пределами Флориша.

Родители, похоже, слишком баловали дочку — Глория была высокомерной, привыкшей вести себя чуть ли не как принцесса и получать всё, что пожелает. Однако, несмотря на далеко не лучший нрав и не слишком скромный образ, эта пони была умна и образована, входила в число лучших учениц школы. Вокруг неё всегда вертелась группа кобылок подпевал, как это нередко бывает, а жеребчики посмелее пытались оказывать знаки внимания.

Иви всегда чувствовала подсознательную неприязнь к подобным особам, потому никогда с Глорией не общалась, даже ни разу не заговаривала с ней.

— Я не знала, что это ваше место. Сейчас уйду, — осторожно ответила Иви. Что ей вообще тут нужно? — Разве это не площадка для младшеклассников?

— Для них. Обычно после обеда я с подружками прихожу сюда поговорить. Заодно присматриваю за младшим братом, — ответила Глория несколько холодноватым, но спокойным тоном, от которого большинство жеребят на площадке махом поутихли и кое-кто даже поспешил убраться восвояси, подальше от кобылок постарше. Для Иви это был плохой знак — маленькие жеребята всегда ощущали опасность нутром.

— Ладно. Тогда посижу в другом месте и не буду вам мешать. — Иви в общем-то было всё равно где находиться. Она тотчас спрыгнула на землю и собиралась уже уходить, но Глория неожиданно её окликнула:

— Подожди-ка дорогуша!.. Я уже давно хотела с тобой поговорить по душам. Глупо будет упускать подобный случай.

Земнопони пшеничного окраса грациозно потянулась, поправила ухоженную гриву сливочного цвета с бледно-золотистыми локонами и выделяющейся ярко-алой прядью, подошла вплотную. Взгляды пони встретились.

— И о чём ты хотела поговорить? — Пристально смотря в глаза собеседнице, спросила Иви.

Ответный взгляд был вызывающим и озлобленным. Настолько, что и сама единорожка начинала без особенной на то причины «закипать» вновь.

Глория ткнула в грудь единорожки копытцем и тихо произнесла:

— Не думай, что я ничего не замечаю, выскочка. Я тебя насквозь вижу. Даже не пытайся занять моё место. Поняла?

— Ты о чём вообще? — Иви нахмурилась.

— Только не надо из себя провинциальную дурочку строить, — копытце земнопони надавило сильнее. — Заявилась из ниоткуда вначале учебного года, вся такая умная, талантливая, общительная. К учителям подмазалась, жеребчики наперебой гулять зовут. Думаешь можно меня вот так легко задвинуть на второй план?

— Ты что, сдурела? Больно же! — Единорожка сбила ногу собеседницы с груди. — И никого я не… — Иви хотела было объяснить, что это вовсе не так, и вообще, что эта дура себе напридумывала? Но Глория даже слышать ничего не хотела. Она принялась кружить вокруг Иви, придирчиво оглядывая, говоря уже откровенно издевательским тоном, под хихиканье подружек:

— Не понимаю, чего они в тебе нашли? Фигура заурядная, грива вечно не ухожена, копыта забыли когда последний раз хуфикюр видели… А эти сумки для учебников ты в комиссионном магазине брала?

— Иви, ты в порядке? Чего этим пони от тебя надо? — Первой подоспевшая Сноуфлейк с ходу вмешалась в разговор, встав рядом с Иви.

— Да, Глория, мне тоже интересно, что здесь происходит? — Санни заняв место возле Сноу окинула неприятную троицу недобрым взглядом. Кобылки сразу решили подойти, едва заметили, что ситуация начинает выходить за рамки обычного общения.

— Мы просто разговариваем, только и всего, — обронила земнопони в ответ, затем обратилась к своим подругам. — Девочки, объясните моим одноклассницам, что такое конфиденциальный разговор.

Две пегаски близняшки, расправив крылья, двинулись дружным строем на Сноуфлейк и Санни, бесцеремонно и даже грубо оттеснив тех подальше от Иви, не обращая внимания на законное возмущение.

— Ну ладно ещё эти дуболомы без извилин в мозгах, но что в тебе наш Браун приметил? Ума ни приложу. Ему уже пол школы глазки строит, а он ноль внимания! А на тебя… Жалкую голодранку…

Это стало последней каплей, переполнившей чашу терпения Иви. Конечно её семья жила довольно бедно: им приходилось экономить на некоторых вещах, но прежде никто и никогда не тыкал её в этот факт, тем более, желая оскорбить.

— Послушай ты, напыщенная курица, никто не смеет разговаривать со мной в таком тоне! — Иви топнула ножкой, слегка нагнув голову. Рог кобылки окутало магическим полем. — Знаешь, что я делаю с пони, которые меня бесят?

Даже если у этой выходки будут последствия, Иви не хотела отступать, желание проучить скверную, избалованную пони захлестнуло её разум. За несколько лет единорожка весьма поднаторела в колдовстве, и ей хватило всего нескольких мгновений, чтобы сотворить несложную магию.

После короткой вспышки над площадкой повисло напряжённое молчание. Глория смолкла, соображая, что произошло и вопросительно переводила взгляд с одной своей подруги на другую, но сёстры пегаски молчали, словно воды в рот набрали, лишь опасливо глазели. Оставшиеся на жеребячьей площадке несколько младшеклассников, самые смелые, или не самые наблюдательные, в этот момент всё же тоже поспешили убраться подальше.

— Иви, тебе не кажется, что это уже слишком? — Сноуфлейк, выглянула из-за живой баррикады. Несмотря на «подвисание» близняшек, приказ Глории был всё ещё в силе, и при попытке подойти поближе, пегаску оттолкнули снова.

— А мне нравится, — ответила Иви не оборачиваясь. — Как раз отражает её истинную натуру.

Глория, выхватив из сумочки зеркальце, начала спешно себя осматривать, желая узнать, что же с ней случилось. Едва узрев у себя на голове вместо волос огромное птичье гнездо, модница вспыхнула от гнева.

— М-моя грива! Я столько времени потратила на укладку! Да как ты посмела выставить меня на посмешище, оборванка?!

— Сама виновата. Так бывает со всеми, кто задирает меня или моих друзей. Понятно? Скажи спасибо вообще в курицу не превратила, — самодовольно ответила Иви.

Полагая, что за сим конфликт исчерпан, кобылка собралась уходить, однако оппонентка так явно не считала. С истеричным визгом: «Ты!», Глория набросилась на Иви, вцепившись в гриву единорожки, повалила и начала избивать, насев сверху.

— Иви! — Едва увидев, что на подругу напали, Сноу рванулась помочь, но пегаска стеной стоявшая перед ней снова её оттолкнула, заставив упасть. — Да пусти ты!

В Сноуфлейк неожиданно для неё самой вспыхнула неудержимая ярость. Иви была для неё той единственной пони из беспросветного детства, которая приняла её такой, какая есть и защищала от нападок других, всегда помогала и поддерживала в трудную минуту. Была настоящим лучиком надежды и позитива. Они столько прошли вместе, столько пережили. Просто сдаться и спокойно смотреть как подругу колотят было настоящим преступлением.

Сноу, вскочив, извернулась, резким движением лягнула в бок грубо мешавшую пегаску, отправив ту в песочницу и бросилась на помощь Иви. Достигнув цели в пару скачков, кобылка словно вихрь с криком налетела на Глорию, отбросила от подруги и покатилась с ней по земле. Оседлав земнопони и прижав к земле она принялась месить её копытами, словно силясь выбить всю спесь и дурь из этой чванливой особы.

Так продолжалось несколько секунд, пока вторая пегаска близняшка не напала на Сноу сзади, пытаясь оттащить от Глории. Иви, в свою очередь, не успев опомниться, уже сама бросилась защищать Сноуфлейк, вернувшись в драку.

— Девочки, прекратите, успокойтесь! — Санни причитая, попыталась разнять схлеснувшихся кобылок, но беготня вокруг и уговоры не возымели никакого эффекта.

Первая близняшка, выбравшись к тому времени из песочницы, ударила копытом, взревев не хуже минотавра, гневно фыркнула, выпуская перед собой облачко пыли и ринулась к месту кипевшей схватки. Она сшибла Санни, буквально затолкав в общую кучу.

— Ну всё! С меня хватит! — Персиковая единорожка, потеряв контроль, вспыхнула гневом и присоединилась к общему побоищу.

Браун задумчиво шёл в сторону детской площадки в поисках Иви. Пока большая перемена не закончилась, он планировал немного пообщаться с ней и её подругами, но задержался немного в столовой, решив помочь давним знакомым, отбывавшим там дежурство, и потерял кобылку из вида.

Впрочем, единорог помнил, где находится место, где Иви обычно проводит свободное от учёбы время в школе, и сразу направился туда, прикидывая по дороге тему будущего разговора.

Ему казалось, что всё идет, как и должно быть. Постепенно, Иви стала ему больше доверять и рассказывать о своих магических достижениях уже безо всякой подводки. Сноуфлейк, её подруга, так же более-менее терпела его общество. Лишь Санни всё ещё относилась к нему настороженно, но так и ей было чего припомнить ему, как однокласснику.

Ещё на подходе к детской площадке он услышал нехарактерные для того места визг и крики, вперемешку с возбуждённым гомоном собирающейся вокруг толпы учеников постарше. До его ушей долетела фраза: «Ого, там дерутся!», не прибавившая однако ясности.

Конечно в их школе такое иногда случалось. Жеребчик было подумал, что дети из младших классов, как водится что-то не поделили между собой и перекидывание песком как-то переросло в нелепое подергивание копытами в сторону друг друга. Однако каково же было его удивление, когда, протиснувшись сквозь всё прибывающую толпу разновозрастных пони, он узрел виновников всеобщего переполоха. Точнее виновниц.

В переплетении тел Браун безошибочно узнал своих одноклассниц: Иви, Сноуфлейк, Санни и Глорию Чарминг, а также двух пегасок из параллельного класса. Они самозабвенно мутузили друг-друга кто как мог, катаясь по песку, выкрикивая, время от времени что-то бессвязное.

И совершенно непонятно было, кто на кого напал и почему все просто смотрят и никто не пытается их разнять?

Санни Блейз как раз эффектно оказалась сверху всей кучи, остервенело охаживая по спине одну из сестёр пегасок собственными сумками для учебников, используя их как своеобразный кистень.

«Там же Иви, надо вмешаться!» — мелькнуло в сознании Брауна, но светлая мысль быстро увязла в другой: «А смогу ли я удержаться и никому при этом не навредить?»

Брауну не суждено было примирить мысли в своей голове. Не прошло и десяти секунд, как над полем брани прогремел властный кобылий голос, усиленный при помощи магии:

— Немедленно прекратить драку!

Толпа зевак, узрев директора школы в окружении нескольких учителей, со всех ног бегущих в сторону жеребячьей площадки, почтенно расступилась. Агатовая изящная единорожка средних лет примчалась, едва услышала, что какие-то старшеклассницы устроили свару на детской площадке.

Не теряя времени, кобыла обездвижила и растащила в стороны учениц посредством магии, хотя Сноуфлейк напоследок ещё успела пару раз двинуть копытом Глории по мордочке, в кровь разбив нос обидчице подруги.

Оказавшись во власти магического пузыря, не дающего возможности пошевелить даже малейшим мускулом, возмутительницы спокойствия наконец пришли в себя.

И только в таком, полностью подчиненном виде, глядя на толпу зевак, ошарашенных млашдеклассников и хмурых учителей, во главе с директрисой, начали наконец осознавать, насколько тяжелыми могут быть последствия.

* * *

Кабинет директора, Лилии Лауфул, отнюдь не был каким-то страшным местом, где провинившихся учеников пороли розгами или орали так, что можно было оглохнуть. Однако, в любом случае, желающих оказаться здесь за какие-то провинности не наблюдалось.

Сноуфлейк с подругами и их оппонентки выглядели неважно: взъерошенные гривы и хвосты, испачканная в песке и пыли шёрстка. Лёгкие синяки и ссадины дополняли плачевную картину. Сильнее всех пострадала, как ни странно, Глория. У неё под носом до сих пор был смазанный кровоподтек, да и с добротно сплетенным гнездом на голове она никак не могла расправиться. В отличие от нормальных причесок, столь необычная укладка растрепываться не спешила совершенно.

Кобылки стояли разделившись на две группы, подальше друг от друга, насколько это вообще было возможно в стесненном помещении. Все дружно глядели в пол, и вели себя, насколько возможно, тихо.

Все прекрасно понимали — массовая драка это серьёзно и устным предупреждением отделаться не получиться. Отговорка, что они просто поспорили и случайно подрались выглядела донельзя нелепо, но другой с ходу придумать не успели.

Миссис Лауфул, выслушав версии обеих сторон, мерила кабинет шагами, расхаживая туда-сюда и поучая набедокуривших учениц нравоучительной лекцией о правильном поведении в школе и недопустимости применения магии одних учащихся по отношению к другим.

Сноуфлейк и все остальные дружно кивали, продолжая смиренно стоять, в ожидании когда же директриса выговорится и озвучит свой страшный вердикт.

Закончив, наконец, свою проповедь миссис Лауфул уселась за стол, ещё раз окинув строгим взором провинившихся кобылок:

— Вы уже взрослые пони и, должно быть, прекрасно понимаете, что просто так этот случай мы оставить без внимания не можем. Я никогда не была в числе тех, кто предпочитает строгую всеобъемлющую дисциплину, как обстоит в некоторых учебных заведениях, и тем не менее вы все будете наказаны. На первый раз мы ограничимся лишь обязательными работами по облагораживанию школьной территории в свободное от учёбы время, а также вызовом родителей. Но в следующий раз с вами будет разговаривать уже представитель полиции. Всё понятно?

— Да мэм, — не дружным хором ответили провинившиеся ученицы.

— Миссис Лауфул — деликатно подала голос Амелия Бейли, присутствовавшая всё время тут же в кабинете в качестве негласной моральной поддержки. Она была в числе учителей прибывших к детской площадке вместе с директором. — Всё же не слишком ли строго для первого раза? Я прекрасно знаю всех этих девочек, ни одна из них не числится среди забияк и хулиганок. Дети и подростки нередко менее сдержанные и более импульсивные, когда дело касается спора, вы же знаете. Думаю достаточно будет просто ограничиться вызовом родителей в школу.

— А я думаю вы слишком добры к современной молодёжи, мисс Бейли. — Стрикт Роуз, стоявшая возле группы возглавляемой Глорией, высказала своё недовольство. — Подобными поблажками вы только продемонстрируете свою мягкосердечность и сами не заметите как ученики сядут вам на шею, не желая придерживаться принятых правил поведения. Далеко за примером ходить не надо.

Копыто дымчатой кобылы указало на Сноуфлейк.

— Мисс Стрей систематически опаздывает на мои уроки. Чудовищная недисциплинированность на лицо! Последнее опоздание было не далее как сегодня! Дальше обещаний, что это в последний раз, дело так и не сдвинулось.

— Это правда мисс Стрей? У вас действительно накопилось много опозданий? — Сноуфлейк почувствовала на себе пристальный взгляд директрисы. Отпираться в сущности не имело смысла — штрафные талоны для того и были введены, дабы отслеживать подобные нарушения. Пегаска тихо ответила, не поднимая взгляд:

— Да. Я просто живу довольно далеко и поэтому…

— Довольно, мисс Стрей, довольно. — бесцемонно перебила Сноу миссис Роуз, — Эту песню я слышу от вас постоянно, не утомляйте ею ещё и нашего директора.

Повисло гробовое молчание. Директриса взяла со стола журнал учета опоздавших, который каждый день на входе заполнял дежурный класс, и открыв его, быстро пробежалась глазами по строкам.

— Опозданий пока недостаточно для письменного замечания, но за эти два месяца вы практически на него заработали. — директриса шумно захлопнула старую учетную книгу, и бережно вернула её на прежнее место, — В таком случае, во время беседы с вашими родителями, мисс Стрей, они будут поставлены в известность и об этом факте.

Сноу в ответ лишь промолчала. Собственно она и не знала, что можно сказать при таком раскладе. Придётся принять неизбежное и иметь, возможно, не очень приятный разговор с родителями. Агатовая единорожка тем временем продолжила:

— Что касаемо ваших обязательных работ, то так и быть, вместо первоначальной недели они составят лишь два дня. В пятницу и субботу на этой неделе после уроков. Отметитесь у дежурных второй смены. Если никому более нечего сказать, все могут быть свободны. И больше никаких драк и издевательского колдовства. Всем ясно?

Желания остаться в кабинете директора ни у кого не возникло, за исключением Амелии Бейли, поэтому присутствующие пони прошествовали к выходу.

Стрикт Роуз сопроводила кобылок до их классов, не забыв напомнить Сноуфлейк про необходимость явиться к ней после занятий. Глория же многозначительно пыхтела и сопела, бросая косые взгляды, не предвещавшие ничего хорошего, на Иви и её друзей.

После окончания уроков все ученики, у которых не было дополнительных занятий и наказаний, как водится, поспешили домой. Никому не хотелось здесь задерживаться, за очень редким исключением. Сноуфлейк исключением не была: ей хотелось бежать отсюда сломя голову… Однако не явиться к миссис Роуз для отбытия причитающегося наказания было никак нельзя. Не хватало, чтобы это привело к каким-то ещё более тяжелым последствиям. Пегаска лишь решила проводить подруг до границы территории школы.

— Как вам моя скорость колдовства, а? — Иви, не обращая внимания на снующих вокруг их компании других пони, самодовольно задрала нос, хихикнув. — Всего несколько секунд и трансформация готова. Пожалуй, это мой рекорд!

— Я бы не стала хвалиться подобным, — Сноуфлейк, шедшая чуть позади, не разделила мнения единорожки.

— И я тоже. — проворчала Санни, поддерживая голубогривую пегаску. — Нашла чем хвастать. Ты видела чтобы я когда-нибудь пользовалась магией чтобы кого-то унизить?

— Я не хотела её унизить, я хотела проучить, это две совершенно разные вещи! — Отсутствие поддержки со стороны подруг довольно озадачило Иви, — Вы чего?

— Того, — огрызнулась в ответ Санни. — Ты чем думала? Крупом? Мы уже не дети, чтобы на подобные выходки закрывали глаза и отпускали, просто поругав. По твоей милости у нас всех теперь большие проблемы. И я имею ввиду не только то, что на отработку придется выбросить два дня из жизни.

— Да, Иви, почему нельзя было просто уйти или решить всё словами? Обязательно колдовать направо и налево едва кто-то к тебе пристаёт? Наверняка, если бы ты не превратила волосы Глории в гнездо, драки не случилось. — Сноуфлейк проявляла солидарность с мнением Санни, что Иви явно разозлило.

— Что? Выходит, я теперь во всём виновата? — Малиновая единорожка вспылила, похлеще, чем когда вопрос во дворе зашел об учебе, — То есть я должна была спокойно стоять, когда надо мной издеваются, и уговаривать эту возомнившую себя хозяйкой школы дуру? Да как вам вообще в голову такое могло прийти?! Хотите чтобы я посмешищем стала?!

Сноуфлейк хотела было возразить, что это совсем не так, но Иви уже так разошлась, что напрочь отказалась слушать, что ей говорят, наорала на подруг и махнув хвостом, убежала, даже не попрощавшись, лишь бросив напоследок, сквозь проступившие слёзы, что больше со Сноу и Санни не разговаривает.

Сноуфлейк и Санни Блейз несколько секунд простояли обескураженные, не в силах проронить и слова, смотря вслед удаляющейся единорожке. Обычно Иви была оплотом спокойствия и понимания, это, пожалуй, была первая серьезная ссора на их памяти.

Первой из ступора вышла Санни, которая по своему обыкновению махнув на всё ножкой, успокоила Сноу, что скорее всего период в жизни Иви такой, не стоит обращать внимания на такие выходки близких пони, пройдёт день, два, и всё вернётся в прежнее русло.

Неуклюже попрощавшись, Сноуфлейк вернулась в почти опустевшее здание школы в весьма мрачном настроении — впервые за долгое время они покинули школу порознь, да при том при столь скверных обстоятельствах.

Как оказалось, строгая пони уже с нетерпением ожидала проштрафившуюся ученицу. Более того, не её одну.

Помимо Сноуфлейк в класс прибыла ещё парочка самоуверенных кобылок бравого вида: пегаска и земнопони. Они сразу заняли две первых парты ближе к окну. Хулиганки выглядели так спокойно, будто им приходилось тут бывать достаточно часто. Пегаска решила последовать их примеру, тихонько примостившись за ними на третьей.

Осмотрелась.

Кабинет почти ничем не отличался от своего утреннего состояния, единственное, что привлекло внимание — три переносные школьные доски у стены вместо одной. Они были аккуратно выстроены в линию и чисто вымыты. Сноуфлейк начала гадать: для чего это?

Стрикт Роуз не стала долго тянуть, заявив, что уйти все трое нарушителей дисциплины смогут только после того, как испишут обе стороны своих досок предложением «я не буду больше опаздывать», а чтобы не возникло желания жульничать, назначила минимальное количество предложений в сто штук.

Делать нечего. Вздохнув, Сноу выбрала приглянувшуюся доску, что была ближе к учительскому столу, и начала старательно выводить мелом буквы, стараясь меньше смотреть по сторонам. Стрикт Роуз тем временем читала какую-то книгу в твёрдом переплёте, периодически лениво бросая взгляды из-под очков на прогресс своих подопечных.

По прошествии получаса, учительница покинула кабинет по каким-то неотложным делам, оставив Сноуфлейк наедине со своими мыслями и теми двумя кобылками, вид которых пегаске совершенно не нравился.

Это были именно те пони, о которых говорили «оторви и выброси». После встречи с такими, можно было недосчитаться мелочи в карманах, а при особенно плохом раскладе, обзавестись парой синяков.

Обе кобылки совершенно игнорировали школьную форму. Светло-серая пегаска с огненно-рыжей гривой носила черную кепку, которую не удосужилась снять даже в помещении, и такую же черную худи, с анархистским знаком на груди. Её компаньонша, зеленая земнопони с соломенного цвета гривой, одевалась чуть менее вызывающе, но всё равно не по форме: белая футболка, поверх которой был накинут джинсовый жилет, даже в теории не способный застегнуться на клепки, и позолоченная цепочка.

Кажется, одеваться так было довольно модно, правда, среди жеребчиков. Для Сноуфлейк, привыкшей к платьям и классической школьной форме, видеть подобный наряд на кобылках было весьма неожиданно. Наверняка она когда то даже видела их в школе издалека раз или два, и тогда у неё даже не промелькнуло в голове, что, это, оказывается, кобылки.

«Да, наверняка они постоянно дерутся на улице и отбирают деньги у малышей в темных подворотнях», — мельком подумала Сноуфлейк, закатив глаза, — «Светлая Селестия, никогда бы не подумала, что меня заставят отбывать наказание с какими-то хулиганками».

Она боялась отводить взгляд куда-то в сторону, и просто делала вид, что вся поглощена этой бессмысленной работой. Но со временем тишину, изначально нарушаемую лишь скрипом мела по доске, начали прерывать смешки и шушуканье. Это ещё больше заставило пегаску нервничать, поскольку эта парочка обсуждала именно её.

Шёрстка Сноуфлейк немедля намокла от пота, ведь она совершенно не знала, чего можно ожидать от компании по соседству. Однако прошлый опыт говорил, что ничего хорошего. Пегаска морально приготовилась защищаться в случае необходимости, стараясь при этом всё так же сохранять маску безразличия покуда её не трогают.

«Может, обойдется?»

К сожалению судьба, которая и без того нередко норовила подкинуть проблем робкой кобылке и в этот раз распорядилась по своему. Сноуфлейк до того разнервничалась, что выронила случайно мел из копыта. Белый кусочек с громовым, как ей показалось, стуком, несколько раз задорно подпрыгнул и укатился под ноги стоявшей рядом компании, замерев у заднего левого копыта стоявшей ближе пегаски.

На секунду повисла гнетущая тишина. Сноуфлейк не представляла, как ей подойти, да и надо ли вообще? «Может проще взять другой кусок?» — Сноу растерянно уставилась под ноги соседки, подумывая вот-вот прислушаться к осторожничающей интуиции, в конце концов, что там того кусочка? Пусть даже наверняка у миссис Роуз они все были наперечёт.

Пегаска в худи, к копытцу которой и прикатился цилиндрический кусочек мела, отвлеклась, дописала на своей доске ещё пару закорючек, быстрым взглядом оценила ситуацию, подобрала этот мелок и протянула Сноуфлейк со словами:

— Первый раз здесь?

— С-спасибо… — выдавила Сноу, ещё больше растерявшись, осторожно принимая утерянный мелок из её копыт. — Да…

— Это заметно, — бойкая пони с мальчишеским голосом придирчивым взглядом окинула доску Сноуфлейк. — Красиво пишешь. Только долго… Охрененно долго провозишься. Когда была мелкой, тоже совершала эту ошибку.

Сноуфлейк взглянула на доску соседки. Строчки с кривоватыми буквами прыгали и плясали вразнобой, хотя разобрать, что написано можно. Никакой изысканности и художественного вкуса, однако объём текста был раза в три больше чем у неё. Да и у её подруги не меньше, хотя земнопони и вовсе чиркала как курица лапой. Выходит, эта парочка закончит отбывать наказание намного раньше и убежит домой, в то время как Сноу всё ещё будет возиться несколько часов.

— Меня Зиппер звать, — огненно-рыжая пегаска протянула копыто. Сноуфлейк осторожно ответила на брохуф:

— Сноуфлейк.

— А я Ламбер, — подала голос земнопони в жилете. — Четко ты отделала эту заносчивую сучку Чарминг, давненько ей никто так морду не разукрашивал.

— Агась, теперь её никакая косметика не спасёт, — крутая пегаска оскалилась. — Я думала, тебя после такого сразу исключат, но, видимо, образ скромняшки и пай-девочки имеет свои плюсы, а?

— Так то оно так, только я тебе теперь не завидую, подруга. — Ламбер не дала Сноуфлейк и рта раскрыть. — Глория Чарминг, помимо того что стерва, так ещё и мстительная. Она тебе этого не спустит. Какая бы ты крутая не была — в одиночку тебе с ней не справиться. Есть кому спину прикрыть?

Сноу на секунду замешкалась с ответом: «Они считают меня… Крутой? Равной себе?»

— Ну… Иви и Санни, мои одноклассницы, они…

— Это та головастая рогатка, которой выдали титул школьной зазнайки? — самоуверенная земнопони будто не поверила ушам. — И эта защитница попавших в беду котиков? Пфф… Не смеши мои подковы. Глория их самих сожрёт, не подавится.

— Да. — Зиппер подошла почти вплотную. — Мы имеем в виду кого-то стоящего. Кого-то вроде нас.

— Агась. Мы уже давно ищем кого-то третьего в нашу банду, но все кандидаты оказались недостаточно крутыми. А вот ты нам вполне подходишь. — Ламбер также сделала несколько шагов по направлению к Сноуфлейк. — Хочешь потусить с нами вместе?

— Соглашайся, — пегаска-анархистка попыталась подтолкнуть Сноуфлейк к правильному выбору. — Будет весело. Отвечаю.

— Я… — Сноу напряглась не зная, что сказать. Эти пони выглядели серьёзно и отказывать им наверняка было опасно, возможно, даже слишком опасно. Однако, с другой стороны, если согласиться, то где гарантия, что её не втянут в неприятности?.. И затягивать с ответом идея не менее плохая, потому кобылка решила выбрать наиболее нейтральный вариант.

— Я подумаю…

Сноуфлейк хотела добавить ещё что-нибудь, придать, так сказать, своим словам больше веса, но в кабинет внезапно вошла миссис Роуз, которая немедля прервала разговор, упрекнув хулиганок, что те и минуты не могут спокойно простоять, чтобы не начать кого-то задирать.

Но пацанки лишь развели копытами, ответив, что просто мирно разговаривали, ожидая учительницу, дабы доложить о выполненном задании и отправиться наконец домой.

Стрикт Роуз разумеется не поверила на слово прожжённым возмутительницам школьного спокойствия, пересчитав каждое предложение на обоих досках, и лишь убедившись, что ей не врут, позволила покинуть свой класс.

— Как надумаешь, приходи после уроков на школьный стадион, мы там часто зависаем. — шепнула напоследок Зиппер, проходя мимо.

Сноуфлейк до темноты проторчала в компании доски, мелка, бессмысленного задания и вредной миссис Роуз, постоянно её отвлекавшей, заставившей, вдобавок, после отбытия основного наказания ещё и писать работу над ошибками по одной из крупных проверочных работ, которую Сноу завалила, под угрозой того, что иначе ей придется ещё и завтра остаться после уроков.

Когда пегаска наконец вышла из школы, и охранник закрыл за ней дверь на ключ, она устало присела на лестницу. Поежившись от ледяного ветра и холода, исходящего от каменных ступенек, Сноуфлейк взглянула на появившуюся на вечернем небе полную луну, и с какой-то гнетущей тоской подумала:

«Давненько не было настолько плохих дней...»

## Глава 17

Остаток учебной недели прошёл на удивление спокойно: Глория Чарминг пока никак не пыталась отомстить Сноуфлейк за побои, а уборка школьной территории оказалась не такой уж тяжёлой, скорее нудной.

Грасс и Продиус немало удивились, когда их вызвали в школу, да ещё по поводу драки, но выслушав миссис Лауфул пообещали принять меры.

Сноу ждал дома не самый приятный разговор: от родителей она получила заслуженный нагоняй за опоздания, зато за драку ей ничего не было. Продиус наоборот похвалил дочку за то, что она смогла постоять за себя и друзей, хотя и предупредил, чтобы та по возможности избегала копытоприкладства в дальнейшем.

Зиппер и Ламбер пока тоже никак себя не проявляли. Сноуфлейк их даже не видела больше ни разу. Перспектива находиться в одной компании с хулиганками пегаску не особо прельщала, тем не менее, раз уж она обещала с ними, возможно, встретиться, следовало наметить какой-нибудь день посвободнее, чтобы сдержать слово и не нажить ещё больше врагов в школе.

Одной ссоры с Иви ей было совершенно достаточно.

Малиновая единорожка оказалась крайне принципиальной, и с тех пор, как поссорилась с подругами, действительно оборвала с ними общение. Сидя в классе или проходя мимо, она отводила от них взгляд или смотрела, как бы, сквозь них. На переменах она и вовсе куда-то пропадала, возвращаясь в аудиторию к самому звонку.

При этом кобылка выглядела хмурой и раздраженной: она совершенно не походила на себя прежнюю. Сноуфлейк и Санни полагали, что ей крепко влетело от родителей из-за всей этой истории с дракой, а ситуация с конфликтом в их отношениях наверняка серьёзно всё усугубила. Все попытки помириться с ней заканчивались провалом.

Очередной школьный день полный учебной рутины минул без особенных происшествий. Близился конец осени, а следовательно, не за горами были и каникулы. Сноуфлейк и Санни всё ещё не могли привыкнуть, что их дружное трио с Иви распалось… Но жизнь продолжалась, а надежда на то, что всё ещё наладится, плескалась через край.

— …И кстати, через неделю состоится «Осенний забег», — сообщила, бодро спрыгивая по ступенькам, Санни Блейз. Последствия вызова родителей в школу и разлад с Иви никоим образом не повлияли на её настроение. — Может, сходим туда вместе? Что скажешь? Это наверняка будет весело!

— Через неделю? Уже? — переспросила неспешно спускающаяся Сноуфлейк. — Эм… Даже не знаю. Никогда раньше не участвовала в нем.

— Я тоже. Даже не помню чтобы его у нас раньше проводили. Между прочим, ещё один повод сходить! — Санни развернулась, начав идти спиной вперёд. Удивительно, но при этом она умудрялась ни на кого не налетать. — Ну ты как? Пойдёшь?

— Хорошо, если ты настаиваешь. Хотя без Иви веселья будет в разы меньше, — печально вздохнув ответила Сноуфлейк.

— Даа, согласна,. — на мгновенье в глазах Санни мелькнула грусть. — Видимо Иви обиделась гораздо сильнее, чем мы думали. Но если ей гораздо приятнее проводить время с научными книгами и магическими формулами, вместо друзей, пусть так. Надеюсь она скоро поймёт, что с нами было куда интереснее. А пока, как бы там ни было, надо успеть подать заявку на участие и разузнать подробнее о правилах и месте проведения.

«Осенний забег» являлся старой традицией земнопони, уходящей истоками к древней легенде, немного позабытой в последнее время и возрождённой благодаря инициативе Селестии, ради укрепления единства эквестрийцев. Поверье гласило, что без этого пробега листья с деревьев ни за что не упадут, что, разумеется, было полной чушью. Пони могли собраться табуном хоть со всей Эквестрии, однако и в этом случае вызывало большие сомнения, что от их топота копыт ветки хоть сколь-нибудь облетят. Но земнопони той эпохи, очевидно, было приятно думать, что они могут таким образом повлиять на природные процессы.

По прошествии веков, уже после объединения трёх рас, традиция трансформировалась в любительский вид марафона, одновременно став ещё одним поводом для праздника и массовых гуляний, особенно в сельской местности. Горожан привлекало иное — периодическое участие в забеге известных личностей: артистов, атлетов, учёных, политиков, и разумеется, призы и слава для самых выносливых.

* * *

— А здесь собралось довольно много пони, — сказала Санни Блейз, разглядывая пестревшую всеми цветами радуги шумную толпу участников и зрителей. — Я думала народу придёт поменьше. Похоже, на старте будет жуткая толкучка… Смотри не потеряйся, Сноу.

— Я постараюсь не отставать, не волнуйся, — заверила подругу Сноуфлейк, осматривая табун пони, заполонивший улицу. Только одних бегущих тут насчитывалось, наверное, не меньше тысячи. Внешне кобылка старалась держаться спокойно и уверенно, однако в душе она страшно переживала, ведь раньше ни разу не принимала участие в чём-то подобном. Да и в своих силах как бегуна была не уверена.

— Главное помни о чём договаривались, — ещё раз решила напомнить Санни. — Бежим медленно, держимся вместе, внимательно следим за указателями.

— Да помню я, помню. Говорю же, не волнуйся. — Сноу отмахнулась, хотя было большим вопросом, кто из них волнуется сильнее.

Желающих поглазеть на старт забега набралось тоже немало — они облепили обе стороны широкой дороги. Пегасы, облюбовали крыши домов, откуда открывался хороший вид, а отдельные пони могли лицезреть старт прямо из своих окон и с балконов. Некоторые неравнодушные пони развернули плакаты с именами знакомых участников, дабы выразить поддержку, другие махали простыми цветастыми флажками, а особо патриотичные товарищи притащили флаги Эквестрии или с гербом города.

Неподалёку играл живой оркестр, а мелкие торговцы спешно носились сквозь толпу с закусками и безделушками, или же лениво простаивали за прилавками своих павильонов, преимущественно, с сувенирной продукцией, где можно было купить, например, кружку с логотипом любимой хуфбольной команды, или же футболку с отдельным известным спортспони.

Всё это было приправлено беспрерывной болтовнёй ведущих, доносящейся из колонок и громкоговорителей, наблюдающих за пробегом с борта дирижабля, парящего невысоко над кварталом.

Сноуфлейк и Санни насилу дождались, когда подготовительная часть завершится, а местные чиновники и представители бомонда наконец-то выговорятся. Не иначе как все эти господа решили выслужиться перед короной, рапортуя потом о своём важном вкладе в укреплении традиций и работе с общественностью.

Наконец, когда терпение кобылок почти подошло к концу, объявили общий сбор участников. Ещё раз всех пересчитали и отметили, проверили выданные номера, прилепленные на одежду, а кто не утруждался её ношением — прямо на бок.

Толпу разделили, построили перед стартовой линией, так, чтобы не возникало толкотни, а задние ряды не напирали на передние.

Более возрастных участников расположили ближе к старту, давая некоторую фору перед теми кто помоложе; совсем юным, к которым относились Сноу и Санни, досталось место в конце колонны.

Зажатая со всех сторон незнакомыми пони, Сноуфлейк занервничала сильнее, умудрившись вспотеть ещё до начала забега, от чего кобылке начало казаться, что все вокруг на неё пялятся. Глянув в сторону, она встретилась взглядом с находившейся рядом Санни Блейз. Персиковая единорожка, в отличии от подруги, никакого дискомфорта не испытывала. Она пребывала в бодром расположении духа, всем видом показывая, что намерена выложиться сегодня на полную. Санни подмигнула Сноу, показав ножкой вперёд и вверх.

Сноуфлейк, посмотрев в указанном направлении, заметила воспарившую к небу молодую пегаску в модном пышном платьице, державшую в копытах большой красный флаг. Поднявшись на достаточную высоту, пони усердно начала им махать, знаменуя начало забега. Комментаторы дублируя её, в свою очередь скомандовали: «На старт! Внимание! Марш!», чтобы дальние ряды участвующих точно не пропустили момент.

Масса пони перед Сноуфлейк неспешно двинулась вперёд и кобылка, повинуясь общему порыву сделала свои первые шаги, стараясь не отставать и не мешать идущим следом.

К сожалению из-за слишком большого количества бегунов старт растянулся на несколько минут, прежде чем Сноуфлейк с подругой сумели наконец пересечь линию и включиться в гонку. Да, пусть обе пони не рассчитывали занять высокие, а уж тем более призовые места, для обеих просто добраться до финиша было сродни достижению, но было всё-таки чуточку обидно, что из-за этого некоторые участники получили преимущество.

Очень скоро Санни и Сноу поняли, что не зря решили экономить силы, быстро очутившись в самом хвосте колонны. Подобранный ими неспешный темп бега позволял любоваться местными видами и не уставать так уж быстро.

В этом году «Осенний забег» было решено устроить в северном направлении. Дистанция начиналась от сквера Филантропов, шла вниз по Кленовой улице, уводившей на северо-восток, затем пролегала по облагороженным дорожкам обширного парка имени графа де Поньё, выводя участников сперва на Розмариновую, а затем улицу Старателей, которая выводила за город, где после забега по пересечённой местности горных лесов, надлежало держаться притока реки Скалистой и двигаясь вниз по течению, вернуться обратно в город, на точку старта.

На словах звучало легче-лёгкого, на деле же…

Пробежка по центру города действительно пролетела совершенно незаметно, заняв не более полчаса, но вот когда началась пересеченная местность, время начало тянуться бесконечно.

Небольшой дождик, начавший накрапывать сразу же после того как Сноуфлейк и Санни покинули пределы Флориша, как назло, постепенно усилился, дорогу развезло, а пробежавшие до них участники превратили грязь в настоящее жидкое месиво.

Вначале это даже казалось весело. Кобылки хихикали и смеялись, преодолевая небольшие пригорки с косогорами. Разъезжающиеся ноги и падения в грязь лишь прибавляли задора и вызывали очередной приступ хохота над собой и теми, кто решил пойти на забег в одежде.

В самом деле, они ведь никуда особо не торопились, поэтому бег замедлившийся до черепашьей скорости не вызывал беспокойства, а попадавшиеся по пути сошедшие с дистанции участники гарантировали, что они уже, по крайней мере, придут не последними, надо лишь только добраться до финиша.

Однако вскоре юным пони стало не до веселья. К дождю прибавились порывы холодного ветра со стороны гор. Некоторые были настолько сильны, что кобылки даже не могли устоять на ногах.

— Да какого сена?! — Воскликнула Санни Блейз, в очередной раз нырнувшая в месиво из грязи, скопившееся на дне небольшой впадины, раскинувшейся на пути.

— Осторожно! — Съехавшая, будто на лыжах, следом Сноуфлейк, врезалась в возникшее препятствие в виде собственной подруги, заставив единорожку повторно окунуться. — Извини, Санни, я не хотела.

— Да ты тут не причём, — нервно ответила персиковая кобылка, безуспешно пытаясь утереться копытцем и стоять так, чтобы ноги не разъехались в стороны. — Это всё эти лентяи пегасы из погодной команды! Не могли, видите ли, организовать хорошую солнечную погоду как положено! Хорошо ещё грозу с ураганом не устроили!

— Думаю они тут совершенно ни при чём, — Сноуфлейк возразила. — У одноклассницы в прошлой школе папа как раз работал в погодной команде и рассказывал, когда его пригласили, что соседство со снежными пустошами Якистана, где погодой невозможно управлять, нередко подкидывает такие неприятные сюрпризы, особенно поздней осенью и зимой. А ветер сейчас как раз дует оттуда.

— Ха, не ожидала от такой приземлённой пегаски как ты такого знания дела… Буду знать, — Санни усмехнулась. — С другой стороны, теперь совершенно непонятно кого винить в непогоде.

Кобылки помогли друг другу выбраться из заполненной грязью ямы и отправились дальше, уже скорее делая вид, что бегут. Дальше дорога пошла по каменистым осыпям, переплетённым узловатыми корнями росших на склонах деревьев, от каждого порыва ветра обильно сыпавших пожелтевшими листьями, и начало казаться, что самый трудный участок трассы остался позади…

Но не тут-то было.

Спустя всего десяток минут дорогу преградил крутой, затяжной подъём, от одного вида которого Санни и Сноуфлейк стало не по себе. Стекающие струйки воды по размокшему суглинку, превратившемуся в кашу от пробежавших ранее пони не предвещали ничего хорошего.

— Гр-а-рх! Да они что?! Издеваются? — Санни Блейз, остановившись перед подъёмом, жалобно воздела передние ноги к небу. — Как мы туда влезем? А я то думала, почему нам по пути попалась такая огромная толпа пони, идущих обратно?

— А может… нам всё же не сюда? — Сноуфлейк с вялой надеждой оценила непреодолимое на первый взгляд препятствие.

— Да конечно. — Санни недовольно потыкала в табличку приколоченную на ближайшем дереве к подъёму. — Указатель для кого повесили?

— Эмм… — Пегаска взгрустнула. Наверняка кто-нибудь из пегасов сжульничал и попросту перелетел склон не особо напрягаясь, хотя это и было нарушением правил. В их же случае такой подход не годился. — Тогда может вернёмся? Мы и так довольно много пробежали…

— Ещё чего! — Санни похоже не собиралась отступать, твёрдо вознамерившись сегодня добраться до финиша. — Пошли! Сейчас мы покажем этому склону, что мы не какие-нибудь кисельные барышни!

Однако сам означенный склон, похоже придерживался совершенно иного мнения.

Барахтанье в грязи не приносило абсолютно никакого результата.

Иной раз казалось, ещё чуть-чуть, совсем капелька усилий, и они почти выберутся на место поровнее, а оттуда до вершины копытом подать… Но ноги предательски соскальзывали в самый ответственный момент, и обе кобылки скатывались на животе или крупе обратно к самому подножию, где плюхались в натёкшую к тому времени лужу, поднимая в воздух веер брызг.

— Хааа… — съехавшая в очередной раз со склона Санни, обессиленно булькала в грязи, лёжа рядом со Сноуфлейк. — Как-то это и правда… Слишком сложно…

— И не говори. — Сноу перевернулась на спину, удручённо разглядывая слипшиеся от грязи гриву с хвостом. — Наверное, не стоило нам с тобой ввязываться во всё это дело…

— Точно! Вот мы дуры… — Санни Блейз внезапно хлопнула себя по лбу, и воспряв духом, подскочила на ноги. — Зачем в гору лезть, когда можно просто обойти?

— Ааа… Разве так можно? — Сноуфлейк повернула голову, посмотрев на подругу удивлёнными глазами.

— Наверное, нет, но другого выхода я не вижу. — Санни начала осматривать местность, уже прикидывая возможность обхода. Заметив нестихающее беспокойство подруги, кобылка поспешила её успокоить. — Да не боись Сноу, мы всё равно последние, никто нас не увидит. Да и если увидят, то вряд ли накажут. Тут ведь и правда пройти теперь невозможно. Пусть сами попробуют!

— Ладно. Обойдём. — согласилась с доводами Сноуфлейк. — Главное, чтобы это было безопасно.

— Да что тут может случиться? — отмахнулась Санни. — Наверняка перед забегом здесь всё проверили вдоль и поперёк… Пошли. Не будем зря терять время.

Вернувшись немного назад, кобылки хорошенько осмотрелись и нашли подходящее место, где можно было бы обойти злополучный подъём. Довольно ровный участок местности, с прихотливо разбросанными замшелыми валунами и пробивающейся гребнями на поверхность скальной породой, свободный от травы и кустарника. А благодаря осыпям, устланным щебнем, передвигаться здесь было гораздо удобнее, нежели по раскисшей земле.

Недолго думая, Санни и Сноуфлейк прошмыгнули под красно-белой полосатой ленточкой, обозначающей границы трассы, и двинули в ту сторону, попутно удивившись, что организаторы забега не выбрали именно эту дорогу, заставив их лезть вверх по гадким косогорам.

Прошло пять минут.

Десять.

Никто из сервиспони не гнался следом, чтобы остановить сбившихся с дороги случайно, или намеренно, участниц. С неба не спешил упасть пегас-волонтёр, преграждая путь, с целью вернуть кобылок обратно. Даже единорог из когорты бдительных судей не торопился появиться в магической вспышке телепортации, сообщая, что Санни и Сноуфлейк дисквалифицированы.

Наоборот: погода немного улучшилась — противный дождик прекратился, а сквозь массивные тучи пробилось несколько солнечных лучиков, внушая оптимизм.

— Вот видишь, Сноу. Я же говорила, что не случится ничего страшного, — подтверждая правильность своих предположений, поспешила сказать Санни.

Сноуфлейк ничего не ответила. Она снова задумалась над тем, что ей по-прежнему не хватает решительности и уверенности в себе, даже несмотря на некоторые успехи в укреплении этих черт характера.

Выбранная дорога постепенно шла под уклон, пролегая в нужном им направлении. Единственное, что огорчало, так это отсутствие хорошего пейзажа или вида на город. Вокруг высились лишь вековые буки, редкие сосны, да почти отвесные скальные кручи.

Если бы не налетающие со свистом порывы пронизывающего холодом ветра, тихое похрустывание мелкого щебеня под ногами и негромкая болтовня Санни, стояла бы и вовсе умиротворяющая тишина, навевающая мысли о привале у жаркого костра и отдыхе в тёплой и сухой палатке, под мерно потрескивающий в пламени хворост…

— Хмм, а это что такое? — Внезапный голос Санни выхватил пегаску из мира грёз, но Сноу всё равно прошла по инерции несколько шагов и врезалась во внезапно остановившуюся перед ней подругу.

— Ой! Осторожнее! — Санни Блейз ожидаемо возмутилась. — Сноу, тебе раньше не говорили, что ты слишком часто в облаках летаешь?

— Извини. — Сноуфлейк отступила на шаг назад. — Иногда говорят. Мы с Харди в этом похожи.

Санни, видимо, приняла извинения, и продолжила молча рассматривать что-то.

Пегаска выглянула из-за спины единорожки, ища глазами причину остановки.

— Почему ты так резко встала?

— Вот почему. — Санни отошла в сторону и показала ножкой на металлическую прямоугольную табличку, прикрученную болтами ко вкопанной в землю железной опоре метрах в пяти от них.

— Это… Какой-то знак? — Неуверенно сказала Сноуфлейк.

Если покосившаяся конструкция и предупреждала о чём-то, то очень и очень давно. На изъеденной ржавчиной табличке, потемневшей под бременем лет, ничего невозможно было рассмотреть, кроме остатков ещё не облупившейся и выцветшей желтой краски.

Та же незавидная участь постигла и опору, даже в большей степени, поскольку её никто не красил гораздо дольше.

— Это предупреждение какое-то, или просто табличка с названием места? — Санни прикинула варианты. — Может тут рядом есть какая-нибудь достопримечательность?

— Не знаю. Я, честно сказать, никогда не бывала в наших горах раньше. — стыдливо озвучила достижение Сноуфлейк. — Только раз ездила с родителями на горнолыжный курорт.

— Не только ты одна, — оказывается Санни тоже не слишком тянуло к горным походам. — Ладно. Хвост с ним. Всё равно ничего понять не можем. Пошли дальше. Думаю, уже совсем немного и мы вернёмся на трассу. Наверняка этот знак как раз и использовали раньше во время забегов в качестве ориентира.

Сноуфлейк не стала возражать. Возвращаться обратно не очень хотелось. Да и версия Санни про ориентир для забега её вполне устраивала, показавшись правдоподобной.

Обойдя конструкцию с разных сторон, кобылки двинулись дальше.

Как и следовало ожидать ничего страшного с ними после этого не случилось, что ещё больше заставило уверовать — решение обойти тот непроходимый подъём было верным.

— Кстати, Сноу, не хочешь со мной на каникулах поухаживать в приюте за больными животными? — Санни не терпела долгих пауз в беседе, продолжив свою прерванную болтовню. — Ты ведь отлично справилась тогда со своим лебедем Фростом.

— Не знаю. — Сноуфлейк как обычно колебалась, раздумывая. — Можно попробовать. Правда, я слышала как папа с мамой обсуждали варианты по поводу отдыха где-нибудь на юге, поэтому не могу ничего обещать.

— Эх, понятно. Путешествия — это интересно! Я бы тоже с радостью куда-нибудь съездила. С родителями или без… Неважно. Главное чтобы было захватывающе, приключенчески, знаешь? Чтобы потом было о чём рассказать. Эх, жалко, что у родителей нет сейчас лишних денег, чтобы хоть куда-нибудь съездить…

Санни Блейз недовольно поджала губы в конце сказанного и отвела взгляд. Было видно, что ей не очень приятно осознавать этот факт.

Сноуфлейк внезапно стало грустно. Пегаске показалось несправедливым, что семья её подруги не могут позволить себе то же, что и её собственная. Сноу решила утешить Санни, раз сейчас та никак не может этого исправить. Кобылка приблизилась к единорожке, попыталась на ходу обнять…

Внезапно земля под её ногами задрожала и резко просела. Ещё миг и Сноу, на пару с Санни уже летит куда-то вниз…

Секундное ощущение невесомости.

Сдавленный визг.

Удар.

Темнота.

## Глава 18

Сноуфлейк пришла в себя, силясь понять: что же с ней произошло и почему кругом так темно?

Тело пронзила вспышка боли, едва она попробовала пошевелиться, чтобы привстать с бугристого, холодного, местами сырого глинистого пола.

— Ах… Ух!.. — У Сноу перехватило дыхание. Пони сдавленно зашипела, прокашлялась, осторожно вставая на ноги. Она никогда в своей жизни себе ничего не ломала, и, кажется, в этот раз тоже обошлось. Но как же всё болело!

Каждое движение давалось сродни пытке. Больше всего болела задняя правая нога. В отличие от остальных, Сноуфлейк на неё было особенно неприятно опираться: её кобылка ушибла гораздо сильнее прочих.

Санни! Ты где?! — Пегаска немедля позвала подругу, ища единорожку взглядом. В момент падения они пытались ухватиться друг за друга, но всё произошло слишком стремительно.

В ответ прозвучало неразборчивое ворчание вперемешку с болезненным сопением и ругательствами, в нескольких ярдах от Сноуфлейк, очевидно означающее нечто вроде: «я здесь». Пегаске ничего не оставалось, кроме как заковылять в ту сторону, одновременно пытаясь осмотреться.

Благодаря слабому свету, просачивающемуся в тоннель из неровного отверстия в потолке, удалось различить: деревянную крепь, выщербленные стены, шишковатый пол с двумя продольными канавками посередине, сейчас заполненными лениво стекающей водой. Выработка тянулась в обе стороны под небольшим уклоном, теряясь в непроглядной мгле и разветвляясь рядом на несколько проходов.

Похоже, это был явно не первый обвал грунта в данном месте — одно из ответвлений на перекрестке оказалось почти наглухо завалено. Наверное, слишком подвижная порода постепенно осыпалась в течении многих лет, вымываясь дождями, пока не обрушилась окончательно, однако на поверхности местность выглядела предательски нормально, завлекая неосторожного путника в ловушку.

Санни лежала, поджав под себя ноги, и неуклюже пытаясь как-то встать, при этом не завалившись на бок. Для неё приземление оказалось тоже далеко не самым приятным — единорожка при падении не устояла на копытах и прокатилась несколько ярдов по инерции.

— Ты как? — Первым делом осведомилась Сноуфлейк. Припадая на заднюю правую, пегаска подошла к подруге поближе. — Ничего не болит?

— Неа… Ух! Всё болит… — Послышалось в ответ кряхтение Санни. Кое-как поднявшись, кобылка убедилась, что может крепко держаться на всех четырех ногах, после чего тоже осмотрелась. — Какого сена произошло?! Где это мы?

— Наверное, это один из тех старых рудников о которых нам рассказывали на уроках истории… Помнишь? — Сноу сказала первое, что пришло на ум, однако в этот раз, первое впечатление, кажется не было ошибочным. Это место действительно будто сошло со страницы учебника.

— Просто блеск, — сказала Санни упавшим голосом. — И как нам отсюда выбраться?

— Не знаю… Может, мы сможем тут обратно подняться? — Сноуфлейк вернулась к дыре через которую они сюда попали и задрала голову.

Оказалось, провалились они на совсем небольшую глубину: всего-то футов десять. С одной стороны, им повезло — падение с такой высоты было не слишком травмоопасным. С другой, если бы тоннель залегал глубже, то, возможно, они сюда вовсе не провалились, или успели отскочить, почувствовав проседание грунта. Но случилось всё так, как случилось, теперь уже ничего не поделаешь.

Наверху тем временем разразилась настоящая гроза с бурей: в провал беспрестанно срывался настоящий поток дождевых капель, завывал ветер, гремел гром, гулким эхом отражаясь от стен заброшенной штольни.

Увы, надежда подняться на поверхность в этом месте быстро растаяла, когда стало понятно, что допрыгнуть до края провала невозможно — слишком высоко, а цепляться, чтобы вскарабкаться, просто не за что.

Конечно, умей Сноуфлейк летать, выбраться наружу тогда бы не составило труда. Даже, если бы она не смогла вытащить Санни вместе с собой, то могла просто слетать за помощью в город, а не так, как сейчас, бестолково стоять у провала, задрав голову.

— И что теперь? — Спросила Санни, когда у неё закончились предложения, касательно подъема на поверхность в этом месте. Кобылку очень разочаровало, что она не смогла даже сдвинуть ни одно из внушительных бревен от развалившейся крепи. А жаль. Идея приставить такое к стенке под дырой в потолке, чтобы взобраться повыше и вылезти ей казалась вполне неплохой.

— Похоже, нам нужно найти отсюда другой выход… — Сноуфлейк тяжело вздохнула, посмотрев на заднюю правую ногу. Та продолжала ныть где-то в районе коленного сустава, при попытке опереться на неё полностью — Все шахты ведут на поверхность, верно ведь? Может, выход совсем недалеко? Мы же неглубоко находимся. — Сноу озвучила последний вариант из оставшихся, хоть он ей самой совершенно не нравился. Просто выбор сейчас был не велик.

— Ты серьёзно? — Санни не поверила собственным ушам, начав нервно озираться. — Я конечно всё понимаю, но бродить по старым заброшенным рудникам опасно. А что если здесь завелись какие-нибудь монстры? Или на нас ещё, чего доброго, потолок рухнет?

— А что ты предлагаешь? Просто сидеть тут и ждать? — Голос Сноуфлейк, стал чуть решительнее, и она сделала шажок вперед. — Идем.

— Нет, сидеть на месте это тоже не вариант, просто… — Санни хотела ещё что-то сказать в свою защиту, но у неё и правда иссякли идеи. Шумно выдохнув единорожка прекратила возражения. — Ладно. Идем. Только… Куда?

Выбор был, невелик — либо уходить глубже, либо идти по одному из до сих пор не заваленных тоннелей на перекрестке.

Сноуфлейк замерла на мгновение, после чего указала ножкой в сторону перекрестка:

— Туда. Мне кажется, здесь небольшой уклон вверх… — Пегаска, слегка прихрамывая, зашагала в выбранном направлении. — И зажги свет, пожалуйста.

Санни, чуточку поморщившись, заставила вспыхнуть на кончике своего рога яркую искру света, разогнав темноту. Такая магия выходила у неё лучше чем у Харди или даже самой Иви, по мнению Сноуфлейк, а освещение получалось ярче и интенсивнее.

Обе пони, собравшись с духом, шагнули в неизвестность.

В местах горных выработок провалы грунта бывали не редкостью. А уж Фейри Флориш, славившийся долгое время своими шахтами, просто обязывал жителей помнить про эту особенность.

Очевидно, что тот знак встретившийся наверху как раз и предупреждал о приближении к одному из таких мест и угрозе провалов. Сноуфлейк теперь недоумевала, как у неё совершенно вылетели эти знания из головы?

Наверняка из-за того, что она поддалась беспечному настроению вместе с Санни и забыла об осторожности. В результате закономерный итог не заставил себя долго ждать.

Шаги гулким эхом отражались от покрытых бурыми и жёлтыми потёками стен. Магический свет Санни играл бликами на местами влажной поверхности, выхватывая заросшие густым махровым налётом белой плесени рамы крепи, валяющиеся у стенок брёвна и обломки досок, ржавые фрагменты каких-то конструкций, осыпи глины и породы, порой засыпавшие собой часть тоннеля.

Подрагивая от страха и холода, Сноу и Санни осторожно двигались вперёд, стараясь не задеть ветхие конструкции, дабы не вызвать очередной обвал. Сноуфлейк не обращала внимания на попадающиеся по пути многочисленные проходы, уходящие в сторону, выбирая только прямое направление: так они, по крайней мере, имели меньше шансов заблудиться.

Штольня уводила всё дальше и дальше, планомерно поднимаясь под небольшим углом. Это придавало уверенности, что они движутся в верном направлении, ведь с логической точки зрения путь на поверхность и должен идти вверх, но они всё шли и шли, а никаких признаков наличия впереди выхода так и не появилось, только ушибленные ноги начинали болеть сильнее.

Хуже было только то, что свет выдаваемый рогом Санни начал тускнеть с каждой минутой. В отличии от Иви, она никогда не славилась магической выносливостью, потому даже такое несложное заклинание быстро её вымотало.

Санни, конечно, старалась поддерживать приемлемый уровень освещения, понимая, что бродить в кромешной темноте по заброшенному руднику последнее дело, но чувствовала, что надолго её сил всё равно не хватит, о чём поспешила предупредить подругу.

Сноуфлейк подобные новости совершенно не прибавили радости: идти без света в таких условиях будет просто невозможно. Не только потому, что в темноте можно запросто сбиться с намеченного пути, но и удариться головой обо что-то свисающее, или запнуться обо что-то упавшее.

Уже несколько раз им попадались по пути тупиковые расширения, уходившие немного в сторону и заканчивающиеся обрывающимися под крутым углом вниз ходами непонятного назначения, расположенными на уровне пола. И пусть некоторые из них перекрывали трухлявые деревянные люки, или наспех сколоченные из неоструганных досок щиты, конструкции не внушали абсолютно никакого доверия, ещё хуже было бы наступить в подобную яму, не прикрытую вообще ничем. А таких кобылкам встречалось не меньше.

Конечно, можно было просто переждать, немного посидеть во мраке, зато дать Санни возможность отдохнуть, но такой вариант обеих кобылок тоже не устраивал.

Заброшенный рудник, казалось, жил своей собственной жизнью: где-то постоянно что-то поскрипывало, потрескивало, из темноты проходов эхом доносились малопонятные звуки, из некоторых будто веяло могильным холодом. И хотя никакой видимой опасности кобылки здесь не наблюдали: вообще, маловероятно, что на такой бесплодной заброшенной земле могли поселиться хоть какие-то монстры, это пугало не на шутку. Сильнее, конечно, опасалась Сноуфлейк. Она так и жалась к пятну света, создаваемому постепенно угасающим огоньком на кончике рога Санни, в то время как сама единорожка выглядела с каждой прошедшей минутой всё более измученной и грустной.

«Простые животные ни за что бы в таких условиях не выжили… Что если здесь водятся какие-нибудь кровожадные, выносливые и очень запасливые твари, которые спят десятилетиями, ожидая, когда в их логово кто-нибудь забредет?» — всё время думала и думала Сноуфлейк, накручивая себя. Её воображение рисовало жутковатую, сгорбленную фигуру, с бледной чешуйчатой кожей, шипастым хвостом, когтистыми лапами и широченной пастью с частоколом острых треугольных зубов.

Она ожидала увидеть подобное существо за каждым поворотом, но раз за разом ответвления оказывались пусты. Тем не менее это пегаску нисколько не успокаивало, лишь заставляя ожидать тварей по пути дальше.

На подходе к очередному перекрестку, позади подружек послышался подозрительный вой и тихий грохот, которые заставили Сноу вздрогнуть и замереть. Кобылка обернулась, отчаянно всматриваясь в темноту за спиной, одновременно прикидывая, смогут ли они в случае внезапной опасности убежать? По всему выходило, что в таких условиях это будет просто невозможно.

— Ты чего, Сноу? — Волнение подруги тут же передалось шедшей рядом Санни. Кобылка нервно дёрнула ушком и тоже оглянулась.

— Нет-нет, ничего. — Сноуфлейк поспешила сделать вид, что просто осматривается. Почему то ей казалось, что сейчас как никогда важно поддерживать спокойствие. Пегаска отдаленно ощущала ответственность, которая на неё резко навалилась. Санни всегда казалась такой беспечной и несерьёзной, что в качестве лидера, который мог бы вывести их из страшных тоннелей, представлялась ещё меньше.

Вой утих, и больше ничего не грохотало. Похоже, это далеко позади них произошел очередной обвал.

— Точно? — Персиковая единорожка недоверчиво покосилась на подругу.

— Агась… — Не хватало ещё, чтобы Санни поддалась панике из-за такой ерунды. Сноуфлейк пришлось выдать первое, что пришло в голову. — Просто я раньше никогда не бывала в таких местах… Соображаю что к чему.

— Хм. Меня тоже в рудники никогда не тянуло, и не думаю, что после сегодняшнего я захочу в подобное место ещё хоть раз спуститься. — ответила Санни совершенно безрадостно, но вполне спокойно. — Как думаешь, долго нам ещё идти? У меня уже голова раскалывается…

— Да, мне кажется, мы вот-вот выберемся…

Глубоко вдохнув и выдохнув, Сноуфлейк пересилила себя и убедила двигаться дальше. Размеренно, шаг за шагом, в прямом направлении.

Параллельно с тем, как Санни теряла беспечный настрой, и всё чаще подносила копытце к голове, чтобы унять холодом пульсирующую вокруг рога боль, Сноуфлейк теряла связь с реальностью, двигаясь скорее по инерции и практически игнорируя боль в ушибленной ноге.

Свет становился всё тусклее, вместе с тем и поле зрение Сноу стало сужаться. Она теперь не могла так уверенно сказать, что в тех ответвлениях по правое и левое копыто никто не сидит — освещение дотуда просто не доставало, и от этого становилось ещё страшнее. Хоть пегаска и пыталась следовать давнему совету Иви — думать о чём-нибудь хорошем, сейчас это не работало.

Сноу с горечью признавала, насколько Иви сейчас не хватает рядом. Её знания и колдовские умения сейчас бы очень пригодились. Наверняка умная единорожка быстро придумала, как им отсюда выбраться. Наколдовала бы лестницу, или быть может крылья, как тогда, в детстве. Может, правда не стоило с ней так разговаривать? Обвинять её в том, что произошла та драка? Может они с Санни были неправы?

Или же есть ещё какие-то причины, по которым Иви с ними перестала общаться, а тот разговор после драки стал самой последней каплей? В последнее время она так сильно зацикливалась на учебе, и без подруг учиться ей стало только комфортнее. У неё появилось больше времени — теперь не нужно было никого провожать, отпала потребность прожигать свои выходные на пикниках. Может быть, она просто изменилась со временем, а они, лучшие подруги, этого не заметили?

На глазах Сноуфлейк было зародились слезинки, но желание плакать отпало, когда впереди показался изгиб тоннеля, а позади что-то в очередной раз громыхнуло. Слезы пришлось отставить, и пегаска ускорила шаг.

За очередным поворотом, словно так не было десяток раз до этого, никаких притаившихся чудовищ не обнаружилось, лишь очередная развилка, расходящаяся в стороны на манер буквы V, а также не широкая ниша, выдолбленная в стене и закрытая проржавевшей сеткой. Защитная конструкция вся была покрыта жёлтыми натёками напоминающими сосульки, от чего приняла весьма необычный вид.

При других обстоятельствах, Сноуфлейк бы сказала, что это выглядит весьма красиво и ярко для такого мрачного и серого места, как шахта.

При ближайшем рассмотрении стало понятно, что ниша представляла собой обычный шурф, начинающийся где-то на поверхности и уходивший отвесно в глубину рудника. Судя по всему, из-за этих шурфов, выполняющих роль вентиляции, по тоннелям и разносились пугающие шумы и подвывания: оттуда веяло влажным свежим воздухом с поверхности.

— Вот видишь, Санни, я же говорила, что до выхода осталось совсем чуть-чуть. — Сноуфлейк указала на правый проход, плавно забиравший вправо и вверх. — Ещё минут пять, десять и мы уже будем наверху дышать свежим воздухом.

— Тогда чего же мы ждём? Пошли скорее! У меня уже скоро рог отвалится. — Санни обогнала Сноуфлейк, направившись в правое ответвление. Персиковой единорожке явно надоело выступать в роли персонального светильника.

* * *

Разочарование.

Разочарование и безысходность.

Именно такое определение лучше всего подходило под сложившуюся ситуацию. Сноуфлейк и Санни стояли около каменной стены, наглухо перегораживающей проход. Где-то там, прямо за ней находился спасительный выход на поверхность.

Кладка хоть и выглядела старой, но менее прочной время её не сделало. Даже при помощи лома с киркой с ней пришлось бы возиться целую вечность. Такую только динамитом взрывать. Однако надежда на то, что он тут случайно отыщется была ещё меньше, чем явление непорочного аликорна, способного, как в детской сказке, исполнить их немое желание и мгновенно перенести на поверхность.

— Да чтоб тебя! — со злобой взвыла Санни, долбанув копытом по стене. — Почему? Почему всё это происходит именно с нами?! Кому вообще пришло в голову замуровать единственный вход?

— С чего ты взяла, что он единственный, Санни? Обычно в рудниках есть множество выходов… — попыталась как-то приободрить кобылку Сноуфлейк, хоть она и сама была, откровенно говоря, не в восторге от того, что они из множества возможных выходов наткнулись именно на этот, наглухо перекрытый.

— Для нас — единственный! — категорично ответила Санни, плюхнулась на круп и со вздохом погасила искру на кончике рога. — Не хочу больше никуда идти…

Сноуфлейк панически проморгалась и оглянулась, силясь разобрать хоть что-то. Тьма была густой, непроглядной, всё такой же угрожающей, но теперь не было и того маленького светлого островка относительной безопасности, который могла предложить магия единорожки.

— М-может не стоило гасить свет прямо здесь и сейчас? Сперва… — пегаска попыталась вразумить подругу, но та продолжала сокрушаться, словно ничего не слышала.

— Как меня вообще угораздило завести нас в эти горы?! — От злости и отчаяния, Санни начала притопывать копытом.

— Да уж, — вздохнула Сноуфлейк, припав спиной к прохладной кладке. Ей не хотелось садиться: отсутствие света лишь подталкивало кобылку двигаться, причём куда угодно, лишь бы туда, где мог находится выход, — Тебе стоило меня послушать. Мы бы уже три раза в город могли вернуться… Но ты упорно вела нас вперёд, на поводу своей беспечности. В следующий раз, если на пути попадётся подозрительный знак мы туда не пойдём.

— Если этот следующий раз вообще будет… — Санни хлюпнула носом, — Мы обречены…

— Хэй, сидеть тут и ждать этого плохая идея! Нас начнут в лучшем случае искать под утро… — в этот момент Сноуфлейк вспомнила о том, что предупредила родителей, сказав им, что заночует у Санни, если сильно устанет после «Осеннего забега». Так что… Возможно, вариант с началом поисков под утро выглядел слишком оптимистично, и заметят их пропажу ещё позднее.

— Это твои. Мои вообще меня не хватятся, — продолжала плаксивым голосом единорожка, — Мама в больнице, папа в командировку уехал, а моя старшая сестра вообще сейчас учится в другом городе и не собирается домой!

У Сноуфлейк подступил ком к горлу.

Чтобы найти их здесь, нужно ещё как-то догадаться, что они сошли с дистанции и направились в обход по необозначенному маршруту, тщательно позаботившись о том, чтобы никто не увидел, как они пытаются «срезать» путь. Дождь уничтожит всякие следы того, что рядом с горой вообще кто-то ходил.

— Я устала. И замёрзла. И есть хочу! — Санни ничуть не помогала в этой ситуации, скорее, отнимала у пегаски и без того слабую надежду выбраться из рудника в скорейшем времени.

— И все эти проблемы ты не решишь, если останешься здесь сидеть! — предприняла попытку вразумить подругу и мотивировать себя Сноуфлейк. Она с уверенностью посмотрела в темноту — Раз уж нас никто здесь никогда не найдет, значит мы должны сами выбраться отсюда. Ты слишком быстро сдаешься, Санни. Мы ведь прошли только по одному маршруту, самому прямому.

Собственные слова показались Сноу избыточно самоуверенными, для кобылки, которая едва-едва выбросила из головы мысли о страшных монстрах. Даже Санни на несколько секунд замолчала, очевидно, раздумывая, после чего на кончике её рога вновь вспыхнула искорка. Совсем слабенькая, её едва хватало, чтобы осветить её собственную мордочку.

— Л-ладно… Может ты и права… — тихо произнесла единорожка, поднимаясь снова на ноги. Сноу выдохнула с облегчением. Хотя темнота её уже не пугала так, как прежде, со светом ходить ей было всё же комфортнее.

— Конечно права: не помирать же нам тут! Давай хотя бы сходим до ближайшей развилки. Помнишь? Где ещё этот воздуховод выдолблен был. — быстро предложила пегаска, отлипая от стены.

— Самое главное — не заблудиться здесь… Да? — сказала Санни, усталым взглядом окинув стены. — Тогда, наверное, надо оставлять какие-то пометки по пути?

Идея показалась Сноу дельной. Когда они вернулись к развилке, пегаска нацарапала на стене подобранной с пола заржавевшей скобой простецкие символы, которые позволяли понять, в какую сторону тупик, а в какую можно ещё попробовать сходить. Только после этого кобылки углубились во второе ответвление.

Выходом в этом ответвлении даже и не пахло. Возможно, это был какой-то склад или иное техническое помещение, поскольку проход вел в просторную комнату со множеством тупиковых проходов. Те были уставлены старыми стеллажами с какими-то ветхими тряпками или усыпаны обломками деревянных коробок и ящиков. В одном даже обнаружился перевёрнутый набок кузов вагонетки.

— Санни, сколько тебе нужно будет времени, чтобы отдохнуть немного? — спросила Сноуфлейк, видя, каких усилий стоит единорожке поддерживать даже настолько слабый свет, — Просто мне кажется, что мы так далеко не уйдем.

— Я не хочу в темноте сидеть! — сразу запротестовала Санни, — Мы скорее тут околеем, чем я отдохну хоть немного!

На мордочку кобылки вернулось то выражение отчаяния, которое только-только удалось «сбить» Сноуфлейк.

— А ты сможешь зажечь какую-нибудь деревяшку? — Сноу не отчаялась. — Может, мы здесь костер разведем, рядом с воздуховодом?

— Деревяшку вряд ли… Может, если растопку какую-нибудь… — Санни принялась размышлять, отвлекаясь от скверных мыслей.

— Труха может сгодиться?!

— Да она наверняка вся отсырела.

— Всё равно пошли посмотрим.

Санни со Сноу вернулись к одному из тупиков, где было особенно много разломанных коробок. Судя по всему, в какой-то момент их действительно хотели использовать как топливо для костра — они определенно точно не сгнили от времени, а были порублены топором.

— Да, тут есть щепки! — сказала Сноу, тут же обнаружив значительное количество растопки на дне одного из ящиков.

— Кажется, костер отменяется… — тихо произнесла Санни. Пегаска удивилась, и обернулась на подругу, которая рассматривала что-то рядом с ящиком неподалеку.

Прежде чем Сноуфлейк поняла в чем дело, единорожка продемонстрировала ей потемневшую от времени латунную масленку. Судя по довольному «бульк», внутри неё даже что-то было.

— А почему отменяется-то? — недоуменно покосилась на подругу Сноу. Что бы там ни было — масло или какой-нибудь керосин, его, наверное, ещё легче будет зажечь, чем щепки.

— Мы сделаем факелы! — на мордочке Санни появилось присущее ей беззаботное выражение, хоть и смазанное сильной магической усталостью, — Тогда и в темноте сидеть не придется, и согреемся!

— А ты умеешь? — прежде чем Сноуфлейк получила ответ на свой вопрос, Санни схватила одну из достаточно подходящих палочек, и со своей спасительной искоркой на кончике рога унеслась куда-то в другое ответвление.

От живости подруги и сама Сноуфлейк вдруг почувствовала себя не такой обреченной. Страх темноты уже не так захватывал её сознание, так что она довольно спокойно последовала за огоньком.

Набрав истлевших тряпок, когда-то бывших одеждой местных шахтеров, довольная Санни вернулась к центру комнаты, где начала увлечённо рвать их на крупные лоскуты и обвязывать вокруг палки. Внутри масленки и правда оказалось какое-то масло, со слов Санни, отлично подходящее в качестве пропитки. Иначе, по её мнению, быть не могло.

Возможно, конструкция была неидеальной, тем более что и тряпки и древесина были не слишком-то сухими. Факел выглядел несуразно и страшненько, но единорожка получившимся результатом была вполне довольна. После того, как тряпки набрали в себя немного масла, она собрала все свои оставшиеся магические силы, и «осыпала» факел сотворёнными искрами.

Огонь загорелся не так быстро, как обоим пони хотелось, но после десятка попыток зажечь масло, факел вдруг вспыхнул и комната осветилась теплым слегка подрагивающим светом. Какой бы ни была могущественной магия единорогов, простой факел светил сейчас лучше всяких там волшебных искорок.

Изначально Санни хотела сделать два факела — один для Сноу, другой: для себя самой. Но достаточно быстро обнаружилось, что Сноуфлейк на двух ногах идет, хромая, ещё хуже, чем на трех, а во рту факел держать неудобно. Так что один кобылки оставили про запас, взяв с собой ещё несколько тряпок, которые пропитали в остатках масла, на случай, если факелы начнут гаснуть, и нужно будет их чем-то подпитать.

Обзаведясь новым источником света и теплом, кобылки наконец почувствовали некоторое облегчение, но их основная проблема осталась всё той же: выхода из рудника не было. Они неспешно двигались в обратном направлении, исследуя каждое ответвление тоннеля, но им всё никак не везло — тупики и обвалы встречались повсюду. Если где-то там и находился выход, узнать это им было не суждено.

Первый факел стал гаснуть достаточно скоро. Видимо, Санни всё же что-то сделала не так, поскольку тряпки прогорели и начали лишь тлеть. Прежде чем огонь погас, кобылки успели поджечь запасной факел. Их настрой вновь начал падать, а темнота казалось надавила сильнее.

— Сноу, что это там? — в какой-то момент услышала от подруги пегаска, когда они исследовали очередной проход. Тут не было никакого намека на свежий ветерок или тем более лестницу наверх: вряд ли Санни увидела выход.

Не дожидаясь, когда Сноуфлейк поймет о чем идет речь, Санни перехватила поудобнее факел магией и поднесла к одному из обвалов. В осыпи породы что-то слабо поблескивало в свете, создаваемом пламенем.

— Мне кажется, это самородок! — воскликнула единорожка, осторожно пытаясь выдрать находку из спрессованной глины копытом, однако она оказалась больше, чем пони ожидала.

— А мне кажется, это не то, что мы сейчас ищем. — недовольно фыркнула Сноуфлейк.

— Да, но… Это же золото! — воскликнула Санни так громко, что её голос эхом пролетел по всей шахте. Мерцающий золотистым блеском кусок породы как раз поддался её усилиям и на свет вывернулся целый валун размером с голову жеребёнка.

Санни. Мы его всё равно не утащим — он слишком большой, — Сноуфлейк попыталась вразумить подругу у которой разом загорелись глаза при виде огромного самородка. — Санни?..

Персиковая единорожка не обращала на пегаску ни малейшего внимания, занятая созерцанием своей находки. Сноуфлейк даже начала сожалеть, что к её подруге вернулся прежний позитивный настрой. Одного брошенного взгляда на этот кусок породы ей хватило, чтобы понять — далеко они его не утащат. Даже будь он вполовину меньше, Сноу всё равно не согласилась бы находясь в такой сложной ситуации взять его с собой.

Сноу, я хочу его забрать… — Будто издеваясь озвучила именно эту мысль её подруга. — Помоги мне закинуть его на спину!

Сноуфлейк не сдвинулась с места, пристально покосившись сперва на Санни, потом на «золотой» булыжник:

— Санни, это глупо.

Сноуфлейк сейчас просто не знала, что ещё можно сказать, дабы отговорить единорожку от пришедшей той в голову сумасбродной идеи. Санни, похоже, настолько была поглощена ею, что наотрез отказывалась слушать любые возражения, проявив невиданное доселе упрямство:

Глупо будет бросить целый самородок здесь! Я его утащу, не сомневайся! — Кобылка начала заводиться. Её глаза сияли подобно жемчужинам от того, какой гениальной она видела свою затею.

Поняв, что спорить с подругой сейчас бесполезно, Сноуфлейк обнадёжила себя мыслью, что та быстро устанет и всё равно бросит свою находку через некоторое время. Смирившись с грозящими неудобствами, пегаска послушно приподняла самородок, весивший наверное не меньше фунтов двадцати, и кое-как водрузила тот на спину Санни.

Единорожка крякнула, но виду, что ей тяжело не подала. Придерживая неожиданно свалившееся на неё богатство телекинезом, Санни продолжила свой путь.

* * *

Второй факел также начал догорать, быстрее, чем подруги того ожидали. Возможно, масло в масленке оказалось некачественным, что неудивительно, либо же дело было в чрезвычайно высокой влажности.

Какое-то время Сноу и Санни ещё могли поддерживать освещение заранее припасенными промасленными тряпками, но их хватит на ещё меньшее количество времени, чем целого факела. Следовательно выход нужно было искать как можно скорее, иначе кобылки вновь погрязнут во тьме, теперь уже безвозвратно.

К сожалению, им слишком многое при этом мешало, даже несмотря на то, что из темноты на кобылок так никто и не напал.

Ноги Сноуфлейк болели всё сильнее, кобылке даже начало казаться, что теперь она начала хромать на ещё одно копыто, а Санни добровольно взвалила на себя совершенно неподъемный груз, продолжая упрямо тащить свой самородок на закорках. Она пыхтела, пригибалась к земле, поддерживала его магией, тратя свои последние силы, и всё равно не соглашалась бросить. Уговоры не помогали.

Сноуфлейк чувствовала, как начинает стремительно сдавать свою лидерскую позицию. В отличие от Санни, которая необычайно оживилась после того, как чуть не «сломалась» у замурованного выхода, надежда выбраться отсюда живыми у Сноуфлейк начала стремительно затухать.

— Здесь столько заваленных туннелей! Невероятно просто! Мне кажется, мы бы ещё выходов пять нашли, если б эта дискордова шахта была целой! — Сноу захотелось притопнуть с досады, но пегаска вовремя удержалась, подумав, что если сейчас это сделает, то, вероятно, просто рухнет, не удержавшись на двух здоровых ногах.

— Ой, да тут ещё проходов этих, — беззаботно отозвалась Санни. Теперь, когда свою магию она могла расходовать более экономно, ничто не могло испортить её боевой настрой. — Выберемся, не сомневайся.

Сноуфлейк промолчала. Она чувствовала, как страх неизвестности и темноты стремительно затухает и вместо него в её душе начинает расти неудержимая злоба на то, что ей неподвластна собственная судьба. Что она делает всё от себя зависящее, чтобы выбраться из этой проклятой штольни, но может так оказаться, что в этом нет никакого смысла.

Может ведь и правда отсюда нет никакого доступного им выхода. Если раньше пегаска не могла и не хотела об этом думать, то сейчас эта мысль казалась ей вполне себе реальной.

Сноу совершенно ничего не ожидала от очередного ответвления по правой стороне. Обычно они оканчивались тупиком через минуту-другую после входа туда. Всё-таки рудник был ветхий, в нём постоянно обрушалась порода — кобылки во время своих подземных скитаний сами это неоднократно слышали. Тем более, что большинство правых проходов почему-то забирали вверх, там грунты были совсем рыхлые, из-за чего всё осыпалось с огромной скоростью.

Однако в этот раз тоннель не закончился тупиком спустя минуту. И через две. И даже через три. А по прошествии ещё парочки, кобылки вдруг почувствовали слабое дуновение ветерка. Может быть, это вновь просто вентиляционный шурф? Но хотелось верить, что там может наконец находиться долгожданный выход.

И первое, что они увидели там, где ожидали узреть выход — очередной провал грунта. Он выглядел почти точно так же, как тот, в который попали Сноуфлейк и Санни, однако располагался на меньшей высоте, а так же удачно совпал с крупным обвалом тоннеля, завалившим путь дальше.

По скромным прикидкам пегаски, тут уже можно было попытать удачу и попытаться взобраться наверх. Тем более, что погода снаружи более-менее наладилась. Дождь кончился, земля чуточку подсохла.

«Сколько же мы тут проторчали?» — устало подумала Сноу, созерцая ночное небо, усыпанное звёздами и тусклый лунный свет, падающий сверху.

Конечно этот вариант был далек от идеала, но пегаска почувствовала, что лучшего уже навряд ли представиться. В запасе оставалась лишь одна единственная тряпочка, смоченная маслом, способная поддержать пламя факела в лучшем случае ещё минут десять. Этого точно не хватит чтобы вернуться и искать другой путь, поэтому чем рисковать, лучше будет, если они всё же попробуют выбраться здесь.

Не в силах больше ждать и прогнозировать, Сноуфлейк рванула вперед к обвалу, вскарабкалась на гору земли и попыталась уцепиться хоть за что-нибудь. Пони чувствовала, что ей не хватит сил и возможностей, но она уже так устала от пропитанных сыростью катакомб, что должна была хотя бы попытаться выбраться вот так, резко, с наскока.

— Есть! — Сноу почувствовала, что вдруг уцепилась за какой-то корень и беспомощно захлопала крыльями, пытаясь подтянуться. Ей на лоб начала сыпаться земля, и пегаска спрыгнула, опасаясь, что очередной обвал сейчас похоронит их последний шанс выбраться наверх. — Санни, если ты меня подсадишь, я, может быть, смогу подтянуться и выбраться наверх! — ликующе заявила Сноуфлейк, продолжая зачарованно глядеть в небо. Оно так манило её каждый день, а после нескольких часов заточения под землёй в руднике, жажда взмыть ввысь лишь усилилась. В десять, даже нет, в сотню раз усилилась.

— А как мы самородок вытащим? — тут же озаботилась единорожка, оглянувшись на свой ценный груз.

— Санни, ты издеваешься?! Как ты себе представляешь его подъем туда? Я же тебе сразу сказала, что глупо будет тащить его с собой! Он ведь только мешает! — Сноуфлейк не выдержав, вспылила, гневно воззрившись на свою спутницу.

— А я тебе сразу сказала, что не могу его бросить! — Санни упёрлась рогом, продолжая гнуть свою линию. — Это же золото! Сейчас все проблемы решаются при помощи денег! Представь себе, если я его дотащу, как хорошо заживёт моя семья?! Ты ведь видела, где и как мы сейчас живем?!

Сноуфлейк неоднократно гостила у Санни, а после того, как их компанию покинула Иви, стала захаживать к единственной подруге ещё чаще. Семья Санни действительно жила очень небогато. У них была маленькая квартирка на втором этаже старого двухэтажного дома, которая вечно выглядела так, словно там постоянно идет ремонт. Единорожка даже рассказывала, что её сестра не осталась учиться здесь только потому, что устала жить в этом старом доме с вечно протекающей крышей.

Но для Сноу сейчас важнее всего была свобода. В её голове крутились мысли одна хуже другой: их апофеозом стала идея оставить тут Санни с этим её куском золота и сбегать за помощью.

«Не будет ли это слишком подло?» — Сноуфлейк поразмыслив, пришла к выводу, что, возможно, они в равной степени хотят на свободу, просто Санни хочет всего и сразу: и на свободу попасть, и богатство получить. Но может ли она её в этом винить? — «Наверняка, живи мы так же плохо, как и семья Блейз, то ещё бы и подрались за этот дурацкий самородок?»

Всё ещё не до конца уверенная в том, что поступает верно, пегаска внимательно покосилась на свою подругу. Взгляд единорожки поник. Она словно читала мысли своей подруги: чувствовала, что та испытывает свою привязанность на прочность.

«А смогла бы Санни её бросить так же, в одиночестве, в этой старой штольне после всего произошедшего?» — Подумала Сноуфлейк. Даже при условии, что она пообещает привести помощь? Нет, определенно нет, это же Санни. Она бы скорее разворотила весь обвал и рухнула туда во второй раз…

— Ах! Ладно, дискорд с ним с твоим самородком! — Сноуфлейк махнула копытом. — Я… Попытаюсь его поднять, но тебе нужно будет меня подтолкнуть наверх.

Санни сразу же оживилась и встала наготове, озвучив свой очередной гениальный замысел:

— Тогда я подсажу тебя, передам самородок, ты его выкинешь, а дальше мы уже сами следом вылезем!

Сноуфлейк думала примерно в том же направлении. Вновь вскарабкалась на глинистый уклон, не сумев ухватиться: плюхнулась на землю, дополнительно обретя пару ссадин на передних ногах, почти сразу повторила попытку, увы, с аналогичным результатом… Лишь на третий раз ей удалось вновь найти тот самый корень, который выдержал её вес прежде.

— Подсаживай! — Сноу истошно пискнула Санни, чувствуя, что сейчас вновь грохнется. Но единорожка подоспела вовремя, и тут же сунула в копытца Сноуфлейк свою драгоценность, не дав насладиться небом, ставшим немножко ближе.

Непонятно, как Санни вообще умудрялась его нести на спине — самородок был острый и тяжелый. Поднимать его в копытах было отдельной пыткой для хрупкой пегаски. Лишь мысли о том, как это может помочь её подруге, подбадривали Сноу.

Камень царапал острыми гранями ушибленные, израненные передние ножки Сноуфлейк, но пегаска терпела, ради подруги. Прикусив губу, Сноу перехватила золотую глыбу поудобнее, напряглась подобно пружине… Когда самородок оказался у неё прямо перед носом, кобылка ухнула, распрямляясь и одним рывком закинула его на поверхность.

— Есть! Получилось! — Вскрик радости и облегчения эхом отразился от стен штольни. Сноу уперлась копытцами, готовая оттолкнуться в любой момент, скомандовала подруге. — Поднимай меня! Выше! Ещё чуточку!

Сноуфлейк, буксуя всеми копытами, и на время забыв про боль в задней ноге принялась потихоньку при помощи Санни выбираться наверх. Пегаска буквально в цеплялась во влажную землю, перемешанную со щебнем и крупными камнями, в порыве жажды снова оказаться под небом. Спустя минуту натужного барахтанья Сноу наконец оказалась на твердой земле. Санни же забралась следом вообще практически без участия подруги. Без камня и травмированной задней ноги это оказалось довольно просто — Сноу лишь в самом конце затащила её на поверхность вовремя увидев, как единорожка начала соскальзывать обратно вниз.

После того как обе кобылки оказались снаружи, они не сговариваясь с облегчением привалились спиной к стволу ближайшей сосны, да так и замерли, наслаждаясь прохладным свежим воздухом. Забег, несколько часов скитания по руднику и вся последующая суматоха окончательно вымотали двух пони.

Сноуфлейк больше не хотелось наслаждаться красотой ночной природы и звёздного неба: только выпить горячего чая, упасть в кровать, зарывшись в тёплое одеяло и спать до утра…

* * *

Добраться обратно в город, отметиться у организаторов забега для прекращения их поисков, а потом до дома Санни Блейз, чтобы хоть немного отдохнуть после всего произошедшего, оказалось меньшей из проблем. Как впоследствии оказалось, они отделались не так и легко, как им казалось в руднике.

Санни сорвала и исцарапала себе спину. На ней почти не видно было синяков — она получила лишь парочку, когда провалилась в штольню. Сноуфлейк, в свою очередь, потянула несколько мышц на ногах и обрела добрый десяток синяков и ссадин по всему телу. Когда пегаска наутро заявилась домой, сказать, что её родители были в ужасе от вида своей дочери — ничего не сказать.

После выяснения всех подробностей, Продиус лично потребовал, чтобы все предупреждающие знаки в районе расположения старых шахт и рудников, где есть угроза обвалов грунта, а первым делом в месте где едва не погибла его дочь, были заменены на новые или по крайней мере приведены в должный информативный вид. И земнопони не слез с местных чиновников, пока не убедился, что его настоятельная просьба не удовлетворена.

А вот Санни никто не сказал и слова за её «боевые ранения», поскольку кобылка была сейчас предоставлена сама себе. Пони очень гордилась собой за те титанические усилия, которые сделала для всей семьи. Вид огромного куска золота, что она терпеливо тащила на себе через штольню и всю дорогу до Флориша, грел душу и вселял в неё надежду, что времена бедности теперь позади и они наконец заживут как нормальные пони. Правда, распирало от гордости единорожку лишь до утра следующего дня, когда она решила показать найденный самородок одному из специалистов по минералам.

Оказалось, блестящая глыба, которую пони с таким упорством и энтузиазмом волокла из рудника, не содержала в себе ни единой унции золота. Это был всего лишь пирит, так называемое, «золото дураков». Никакой особенной ценности этот минерал не представлял. Санни ещё несколько дней отказывалась верить в подобную несправедливость, и даже заподозрила оценщиков в обмане, мол хитрые пони желают обвести её вокруг копыта, чтобы потом забрать выкинутый самородок себе. Так продолжалось до самого приезда отца кобылки из командировки, который развеял её последние сомнения. Всё-таки правду говорят: не всё то золото, что блестит.

Санни, конечно, ужасно расстроилась, но не прошло и недели, как она уже вспоминала произошедшее с присущей себе беспечностью и здравой самоиронией. А там и осенние каникулы наступили, поглотив Санни и Сноуфлейк новыми заботами.

## Глава 19

После невольной экскурсии голубогривой пегаски в заброшенные шахты, её родители решили отложить запланированную поездку на море до лучших времен. После боданий Продиуса с администрацией и походов Грасс по врачам вместе со Сноуфлейк, у них просто не осталось времени, да и желания на отдых.

Осенние каникулы, тем не менее пролетели для Сноуфлейк очень быстро и весело. Несмотря на не самое лучшее самочувствие, она согласилась помочь Санни в приюте для животных, и даже не заметила как минула целая неделя жизни: настолько было много забот. Зато помощь братьям меньшим помогла немного успокоиться и восстановить душевное равновесие, после пережитого.

Оставалось только гадать: надолго ли?

Возвращение к школьным будням не сулило ничего хорошего. Иви по прежнему игнорировала их маленькую компанию. Миссис Роуз относилась предвзято. Угроза со стороны мстительной Глории Чарминг никуда не делась. А в классе в целом, кажется, Сноу стали воспринимать ещё прохладнее чем раньше, даже несмотря на недавнее приключение, которое, казалось бы, должно было добавить ей немного популярности. Напротив, стали стремительно распространяться какие-то непристойные, гнусные истории относительно Санни, Сноу, да и Иви в том числе, хотя единорожка уже довольно давно не контактировала со своими подругами.

Как будто этого было мало, на вещевом шкафчике Сноуфлейк и Санни снова стали почти каждый день появляться рисунки вкупе с надписями оскорбительного или издевательского характера, анонимные угрозы, насмешки. Попытки самостоятельно вычислить вандалов успехом не увенчались, а расспросы возможных свидетелей не помогали, поскольку никто ничего не видел. Или делал вид, что не видел, дабы не нажить себе проблем.

Ко всему прочему, кобылок не покидало чувство, что за ними в школе постоянно кто-то следит, куда бы они не пошли. В повседневной школьной толпе в коридорах, в столовой, на улице… Казалось, что в столпотворениях постоянно мелькают одни и те же пони, и среди них всегда есть либо сама Глория Чарминг, либо кто-то из её приближенных.

* * *

Очередное утро в школе начиналось серо и буднично. Впрочем, последние несколько месяцев редко было по-другому. Сноуфлейк, оставив свою куртку в раздевалке, направилась к своему вещевому шкафчику, гадая: придётся отмывать его дверцу сегодня или нет?

Санни Блейз, явившаяся пораньше, уже забирала свой комплект тетрадей и учебник для предстоящего урока. Завидев подругу, кобылка помахала ей, привлекая внимание:

— О, Сноу! Смотри, кажется, сегодня обошлось, а?

— Привет, Санни. — Пегаска внимательно осмотрела дверцу своего локера и убедилась в отсутствии на нем каких-либо «художеств». — Может, им наконец надоело портить школьное имущество?

— Хех, может быть и так. — Санни пожала плечами, мельком глянув на настенные часы, расположенные над рядом шкафчиков. — Ой, Сноу, давай в темпе! Некогда болтать! Мы же на урок сейчас опоздаем! Ты хочешь, чтобы миссис Роуз снова тебя весь урок упрекала?

— Но ведь… Ладно, сейчас. — Пегаска спешно набрала код от замка, залезла внутрь шкафчика, положила туда сумку со сложенными сапожками и, захватив учебник эквестрийского с тетрадками, поспешила в кабинет миссис Роуз в компании единственной близкой подруги.

Школьные коридоры по своему обыкновению были заполнены целыми толпами учащихся, спешащих на первый по расписанию урок. Большая часть не обращала на двух спокойно идущих кобылок никакого внимания, Сноуфлейк в пол уха слушала обыденную болтовню Санни, на сей раз что-то говорившую про вкуснейшие пирожные, что продавались в кондитерской неподалёку от её дома и которые Сноу просто обязана была попробовать.

Сильный удар в бок был неожиданным, резким и болезненным. Сноуфлейк даже охнула и замерла. Пегаска сперва подумала, что какой-то торопыга случайно налетел на неё в толпе, что порой случалось, особенно когда до начала занятий оставалась пара минут, и принялась искать взглядом виновника столкновения. Но у пони вокруг были максимально непричастные мордочки, никто даже не думал бросаться с извинениями.

— Ты чего, Сноу? — встревожилась Санни, сразу прекратив свой увлечённый монолог и остановившись рядом.

— Кто-то врезался в меня и убежал даже не извинившись! — возмущённая Сноуфлейк потёрла ушибленное место. — Разве так можно?

— Нельзя, конечно, — согласилась единорожка. — Ты видела кто это был?

— Не-а. — Сноу мотнула головой. — Может это кто-то из друзей Глории?

— Да ну, — отмахнулась Санни. — Одно дело шкафчики разрисовывать и совсем другое — умышленное копытоприкладство. Скорее это был кто-то незнакомый. Мало ли в школе грубиянов?

— Возможно. — Сноуфлейк не стала спорить, но решила всё-таки усилить бдительность, памятуя слова Зиппер и Ламбер про мстительность своей заносчивой одноклассницы. — Ладно. Пошли дальше, не то правда опоздаем.

Урок эквестрийского прошёл без особенных происшествий. Сноуфлейк тихонечко выполняла своё задание, изредка поглядывая по сторонам. Большая часть пони в классе вела себя спокойно: никто не хотел разозлить строгую миссис Роуз, которая, не иначе, каждое утро вставала не с той ноги.

Даже Глория не позволяла себе лишнего, хотя в любых других условиях обычно во всю щебетала с соседями или обменивалась записками с какими-то очень смешными, по мнению получателей, сообщениями.

Иви, сбежавшая на другой конец класса от Сноу и Санни, старательно делала вид, что их не замечает, и вообще полностью погружена в учебный процесс. Сноуфлейк в очередной раз предприняла тщетную попытку привлечь внимание малиновой единорожки и вновь с огорчением признала факт, что бывшая подруга всё ещё очень сердится из-за того случая. А может быть и не только из-за него.

Получив очередную порцию домашнего задания, Сноуфлейк и Санни, покинули кабинет и направились по привычному маршруту обратно к своим вещевым шкафчикам, чтобы сменить комплект учебников и тетрадей на тот, что им потребуется на уроке биологии.

Как только Сноуфлейк открыла дверцу своего локера, прозвучал негромкий хлопок, ударивший в её мордочку фонтаном конфетти, и одновременно с этим на пегаску вывалилось едва державшееся на краешке верхней полки ведёрко из-под попкорна, доверху заполненное виноградным соком.

Ароматная тёмная жидкость не замедлила облить оторопевшую кобылку с головы до ног и расплескать остатки по полу. Не хватало только дурацкого возгласа — «Сюрприз!» для полного счастья.

Находившиеся рядом пони дружно засмеялись. Они восприняли случившееся как чей-то розыгрыш, вот только самой Сноуфлейк было абсолютно не до смеха. Пегаска растерянно осматривала испачканную школьную форму и учиненный злым шутником беспорядок, прикидывая сколько времени потратит на уборку этого безобразия и отстираются ли пятна с одежды?

— Вы что, сдурели? Чего ржёте?! — Санни немедля оказалась возле Сноуфлейк, бросившись на окружившую её толпу учеников. — Это вовсе не смешно!

Тирада возмущённой единорожки не оказала должного воздействия на одноклассников и просто проходивших мимо учеников, останавливающихся поглазеть, как ни пыталась Санни их пристыдить. Видя, что подруга только зря тратит время, Сноуфлейк попросила её прекратить распинаться посреди коридора, захлопнула дверцу и направилась в сторону туалета, стараясь не обращать внимание на сыплющиеся со всех сторон насмешки.

— Сноу, ты куда? Скоро урок ведь! — Санни бросилась следом за пегаской.

— Я… Я просто попробую застирать одежду, чтобы пятна не въелись, — поджав губы бросила хмурая Сноуфлейк. — И швабру нужно взять… Чтобы убрать это всё…

— Но ведь ты не виновата! Пол должен отмывать тот, кто это всё устроил! — негодовала Санни, — На худой конец, школьный персонал!

— Вот только того, кто это всё подстроил мы ни за что не сможем найти. Как всегда. — Безрадостный ответ Сноу заставил Санни Блейз замолчать. — Оставим этот бардак как есть: нас же в нём и обвинят. Просто… Передай миссис Мэриголдс, что я немного задержусь.

— Но мы этого так не оставим, Сноу. Это уже слишком! Обратимся к миссис Лауфул сразу после урока. — твёрдо сказала персиковая единорожка, и только у самых дверей туалета повернула в обратном направлении.

Сноуфлейк не собиралась возражать. Наверняка это было дело копыт тех же самых пони, что разрисовывали им дверцы. Однако эта выходка уже перешла все мыслимые границы — хулиганы посмели влезть в хранилище личных вещей: за такое из школы можно запросто вылететь! Подобное Сноу никак не могла стерпеть и обращение к директрисе представлялось ей хорошей идеей.

Под мерное журчание воды из крана, Сноуфлейк размышляла как быть дальше, промывая свою рубашку под струей. Текущее положение дел представлялось пегаске хуже не придумаешь. Даже, если получится отвадить местных вандалов от покушений на шкафчики с помощью миссис Лайфул, это лишь вершина айсберга их школьных проблем. Интуиция подсказывала кобылке, что едва они начнут поднимать шумиху, отношение класса к ней и Санни ухудшится ещё больше.

Мерный цокот копыт по кафелю возвестил, что кто-то решил посетить туалет кроме самой Сноу. Пегаска сразу отвлеклась от стирки, поспешив предусмотрительно обернуться. Проявлять бдительность при нынешнем положении было не лишним.

Вошедшей была Глория Чарминг собственной персоной. Напыщенная земнопони проследовала мимо, не проронив ни слова. Встав у соседней раковины, она пустила воду и принялась мыть свои копытца.

— И куда только смотрят уборщицы? — обронила Глория, будто общаясь с собственным отражением в зеркале — Какой-то неряшливый грязнуля залил весь пол соком возле наших шкафчиков. Я все копытца в нём испачкала!

— Под ноги смотреть надо, — буркнула ей озлобленная Сноуфлейк и бросив свою рубашку в раковину, повернулась к земнопони. — Это ты всё устроила? Признавайся!

— Устроила что? — Глория нахально улыбнулась и взглянула на кобылку в ответ. По её наглой морде было прекрасно видно, что эта особа прекрасно знает, о чем речь, но не собирается ни в чем признаваться.

— Это ты залезла в мой локер и подсунула туда хлопушку с ведёрком сока! — воскликнула Сноу, даже удивившись бесстыдству собеседницы.

— Да как ты смеешь?! — театрально вскинулась Глория. — Я никогда не лазила по чужим шкафчикам и не собираюсь!

— Я тебе не верю. — Сноуфлейк с неприязнью посмотрела на земнопони и отвернулась обратно к зеркалу.

— Пфф, я как-нибудь переживу твоё недоверие. — Глория лишь отмахнулась, фыркнув от смеха. — На несколько секунд повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь журчанием воды. — Знаешь, советую тебе начать подумывать о переводе в другую школу. Специально для таких неудачниц как ты. Глядишь, сумеешь там выбиться в пони. А здесь тебе не место, поняла?

— Я сама выберу где мне учиться. Ясно? Не думай, что я тебя боюсь, Глория! — Несмотря на все попытки говорить уверенно, Сноу чувствовала, что у неё это выходит не слишком убедительно. Земнопони тоже почуяла, что Сноу готова дать слабину, и с хрустом перекрыла вентиль своего крана одним движением.

Пегаска вздрогнула, окончательно потеряв уверенность в себе, когда в неё впился дерзкий и вместе с тем неприязненный и холодный взгляд собеседницы.

Глория хлопнула себя по боку хвостом, подошла к пегаске вплотную и приблизила мордочку к ушку Сноуфлейк:

— Если ты не боишься… Почему тогда так напряглась?

Елейный шёпот заставил сердце Сноуфлейк сжаться. Кобылка мелко задрожала. Она не глядя вытащила из-под струи свою рубашку, скомкала, в попытке отжать и прижала к себе, только бы унять эту вышибающую пот нахлынувшую волну жара. По груди потекли струйки ледяной воды с глухим стуком стекая на кафельный пол.

— Если в течении месяца ты не заберешь документы из этой школы, — назидательно продолжила Глория, отстранившись от пегаски, — сок в шкафчике покажется тебе невинной шуткой первоклассников.

Земнопони легонько ткнула Сноуфлейк в грудь ножкой, от чего та вновь вздрогнула.

— И только попробуй пожаловаться директрисе, — напоследок добавила Глория, направившись к выходу. Почти у самой двери она полу обернулась, вдруг изменившись в лице и наигранно улыбнулась, — Удачи на уроках сегодня.

В дверях она едва не столкнулась с Санни Блейз, которая, едва заметив, что Глория направилась вслед за Сноуфлейк, почуяла неладное и решила на всякий случай подстраховать подругу.

— Ты как, Сноу? — спросила Санни, уворачиваясь от пёршей как танк Глории, ещё прежде чем перескочила через порог, — Чего ей было надо от тебя?

— Она пыталась убедить меня покинуть школу по-хорошему… Иначе будет хуже… — отжимая лишнюю воду из рубахи, ответила Сноуфлейк, смотря перед собой пустым взглядом. — Это точно она лазила в мой шкафчик. Наверняка и рисунки с надписями её копыт дело.

— Значит после урока точно идём к миссис Лауфул. Она зашла слишком далеко. — Санни возмущённо притопнула. — Совсем совесть потеряла! Не понимаю, что с Глорией случилось? Раньше она такой не была!

— Мне кажется, ты просто с ней как следует не общалась. Такими за один день не становятся. — Сноу выдохнула и расправила свою рубашку. Как ни странно, след от сока остался еле заметный. Если постирать её ещё раз дома с хорошим средством, от пятен не останется и следа. — Ладно… Идем. Не хватало ещё, чтобы миссис Мэриголдс нам прогул влепила.

После урока биологии Санни, как и обещала, потащила Сноуфлейк в кабинет миссис Лауфул. Сноу теперь не очень была уверена в необходимости привлекать школьную администрацию, но отступать уже было поздно.

— У тебя есть какие-нибудь веские доказательства, кроме слов, подтверждающие, что мисс Чарминг каким-то образом удалось получить доступ к твоему шкафчику? — Пристально смотря на Сноуфлейк сказала миссис Лауфул, после короткого разговора, во время которого кобылки обрисовали ситуацию и изложили директрисе суть претензий к однокласснице.

— Нет, но… — Пегаска замялась, опустив глаза. Они как маленькие жеребята поддались эмоциям и совершенно забыли про необходимость подтверждения своих обвинений.

— Мы правду говорим! — Санни выступила вперёд, видя замешательство подруги. — Не мы же сами себе подсунули это ведерко с соком и хлопушку!

— Это я прекрасно понимаю. Но и вы поймите, в нашей школе больше тысячи учащихся. Залезть в ваш шкафчик мог кто угодно. — Вздохнув, миссис Лауфул продолжила. — Я проверю информацию о том, что кому-то стали известны коды от замков шкафчиков. А ещё я распоряжусь, чтобы вам обеим выдали новые пароли и сегодня же поговорю с мисс Чарминг.

Удовлетворённые ответом, Сноуфлейк и Санни поблагодарили директрису и, попрощавшись, покинули её кабинет, уверенные, что школьная администрация во всём разберётся, и навсегда отобьет у Глории охоту пакостить, заставив решать разногласия как цивилизованные пони — посредством открытого диалога.

Минул урок геометрии — как всегда сложный и нудный, большая перемена, за ней — история, один из тех предметов, где всем учащимся казалось, что они знают необходимый минимум, но раз за разом на тестах оказывалось, что они не знают совершенно ничего. Лишь к последним двум урокам можно было вздохнуть поспокойнее: дальше обществознание.

Этот предмет вела миссис Грей: будто бы хронически уставшая, пегаска средних лет со шкуркой и гривой с хвостом разных оттенков пепельного цвета. Всю свою молодость она отдала службе в правоохранительных органах, как она сама говорила, половину жизни она провела в патруле, а вторую — на должности штатного психолога. Лишь после ухода в запас её потянуло работать с детьми.

В отличие от мисс Бейли, она не была и близко такой отзывчивой и доброжелательной, не участвовала школьных мероприятиях, даже кружка ни одного не вела. И тем не менее, на её уроках многие проводили время с удовольствием.

Те, кто мог её услышать, ценили умение учительницы подавать одинаково интересно самые различные темы, подкрепляя всё личным опытом службы в гвардии. Если бы не регулярные тесты, ученики любили бы её ещё больше.

А некоторые за глаза называли её Королевой хулиганов: довольно быстро она вычисляла в новых классах злостных прогульщиков и тех, кто не хотел получать знания добровольно и… Просто понижала к ним планку требования. Она позволяла заниматься им чем угодно, до тех пор, пока те не станут мешать своим более ответственным одноклассникам. Как она сама говорила: она не замолчит, пока в классе остается хотя бы парочка пони, которые её слушают.

К концу второго урока вся доска была исписана нелепыми, практически детскими закорючками. Миссис Грэй совершенно не умела рисовать, но очень любила иллюстрировать, как умеет, свои слова.

В этот раз на доске помимо небрежно нацарапанных таблиц и стрелочек, на боковой доске был нарисован пятиногий бесхвостый пони с огромным кошельком на овальной спине, которого ещё когда-то тыкал корявый кинжал. Но оружие учительница уже стерла, так что теперь рисунку ничего не угрожало.

— До звонка остается несколько минут, — серая пегаска приподняла очки и покосилась на настенные часы, — Если точнее — целых восемь. Ух, быстро мы сегодня управились! Жаль, тест написать уже не успеем, так что проведем его на следующей неделе в начале первого урока. Так. Всем всё понятно?

Обычно после этого вопроса следовала длинная пауза, и в конце концов учительница разрешала всем начинать собирать свои вещи и без спешки покидать класс. Но в этот раз что-то пошло не по плану:

— Не совсем, — один из жеребчиков поднял копыто, и на него обернулась добрая половина класса, — Я всё равно путаюсь: какая разница между кражей, грабежом и хищением? К чему последнее понятие вообще относится?

Кобыла вновь опустила очки себе на нос. Этот жеребчик уже задавал похожий вопрос на прошлом уроке, когда определения было всего два. Видимо добавление третьего элемента внесло путаницу, вновь поставив его в тупик.

— Понимаю, Хейвен, почему ты путаешься. Все эти понятия обобщает то, что во всех случаях речь идет о завладении чужим имуществом. Но есть нюанс… Так, мне понадобится парочка добровольцев. Желающие есть?

Когда миссис Грей говорила, что ей нужны добровольцы, это значило, что она хочет поставить какую-то сценку с участием двух-трёх пони, для наглядности. Это было довольно весело и непредсказуемо. На фоне ежедневной рутины, отдельные активные ученики предпочитали участвовать в выступлении, тем более что за особую экспрессию, миссис Грей могла даже поставить хорошую оценку.

Обычно уже к концу вопроса в классе был лес поднятых ножек, но в этот день вероятно все слишком устали, и инициативу проявил лишь Браун. На уроках миссис Грей он поистине отдыхал душой, и иногда даже оставался после уроков, чтобы с ней поболтать в неформальной обстановке. Неудивительно, что в этот раз именно он оказался единственным добровольцем.

— Джекет, да? Хорошо. Значит второго выбирать мне… — учительница вытянула голову и её взгляд скользнул по задним рядам, — мисс… Стрей!

Сноуфлейк оторвалась от тетради, в которой она пыталась нарисовать огнедышащего дракона на высокой башне и удивленно подняла голову:

— Я?

— А кто же, если не вы. — хмыкнула учительница, — То, что вы неплохо пишете тесты, не означает, что вы можете так просто отсиживаться в тени других учеников. Продемонстрируйте классу свой актёрский талант.

Миссис Грей с неохотой покинула свой стул и прохромала к доске, где её уже ожидал Браун.

Тут стояла несколько иная атмосфера, чем во всем другом классе. Ученикам обычно было тяжело и волнительно здесь находиться, а вот учительница чувствовала себя спокойно и вольготно, настолько, что часто срывалась с официального тона, начиная называть учеников по имени.

— Итак. Начнем с того, — обратилась учительница ко всему классу, когда к доске подошла Сноу, — Что хищение объединяет понятия кража и грабеж. У кого не записано — пометьте себе.

Кобыла тронула Брауна за плечо:

— Вот, например, представим, что Браун — это подлый злоумышленник, карманный вор.

По аудитории прокатился беззлобный смешок. По мнению всего класса, такой спокойный жеребчик мало тянул на преступника. В то же время миссис Грей продолжила:

— А Сноуфлейк — это жертва ограбления, которая оказалась не в том месте, не в то время.

Тут уже в классе никто не издал ни звука.

— Так вот, — учительница взглянула на своих подопытных «артистов», — Мисс Стрей зазевалась на оживленной улице, и не почувствовала, как её сумка вдруг стала легче. Всё потому, что карманник магией выкрал у неё кошелек.

Сноуфлейк и правда не на шутку растерялась перед толпой одноклассников. Она много раз видела эти сценки издалека, но ещё ни разу миссис Грей не предлагала ей в них поучаствовать. Браун же, наоборот, действовал уверенно, и за неимением сумочки у Сноу, быстро вытащил из кармана её кофты кофр с ключами от дома, после чего продемонстрировал классу.

Пегаска заметила пропажу маленького самодельного чехольчика из кармана не сразу, только когда по классу прокатился очередной смешок. Кофр с ключами повис в воздухе, удерживаемый магическим полем Брауна между ним и Сноуфлейк. Миссис Грей в свою очередь продолжила объяснять:

— Кража — это самое частое слово, плотно укоренившееся у многих в голове. Не всегда оно употребляется в верном значении. Это только тайное хищение чужого имущества. Как в данном случае: видите, наша жертва даже не сразу заметила, что лишилась чего-то ценного.

— Отдай! — тихо пискнула Сноу, делая выпад к связке своих ключей. Будь на месте Брауна какой-нибудь другой её одноклассник-единорог, он бы наверняка отдёрнул ключи в сторону в последний момент, чтобы выставить кобылку неуклюжей. Но сейчас пегаска просто без сопротивления выхватила ключи из телекинетического поля и чуть насупившись, вернулась на прежнее место у доски. Браун лишь пожал плечами.

— С грабежом всё будет выглядеть уже совсем иначе. Браун теперь у нас будет не простым карманником, а настоящим разбойником, — с этими словами, миссис Грей дала ему в копыто алюминиевую указку, — Сделай лицо пострашнее, ты же теперь бандит!

Браун скосил глаза к переносице и наморщил нос. Класс захохотал. Единорог вернул своему лицу прежнее выражение, придав лишь чуть более хмурый вид. Учительница тем временем продолжала миниатюру:

— А Сноуфлейк теперь не просто оказалась не в том месте. Теперь это темная, мрачная подворотня, по которой навстречу ей двигается подозрительного вида жеребец. Расстояние между ними постепенно сокращается, и вот, когда Сноуфлейк и Браун проходят рядом друг с другом, он вдруг выхватывает нож, и приставляет его к горлу Сноуфлейк.

Такое Браун изображать не стал, а просто вытянул указку так, чтобы она оказалась возле самой шеи Сноу.

— Брауна интересует, как и прежде, кошелек в сумочке Сноуфлейк. Но преступление совершается в открытую, в данном случае — даже с угрозой жертве. Вот это открытое хищение — грабеж. В таком случае, мисс Стрей стоит добровольно передать злоумышленнику то, что он требует.

Браун послушно вытянул одно из копыт вперед.

Однако Сноуфлейк вновь впала в ступор, уставившись на длинную блестящую указку. При должной фантазии та и правда походила с такого ракурса на настоящую шпагу, а Браун действующий слишком уверенно, создавал в мозгу Сноуфлейк некоторый диссонанс. Естественно, она пропустила слова учительницы мимо ушей.

Немая сцена слишком уж затянулась, и класс начал оживать:

— Чет она не торопится ему ничего отдавать! — хихикнул жеребчик с дальней парты.

— Миссис Грей. А если она не отдаст кошелёк? — прозвучал голос кобылки-одноклассницы с другой стороны.

— Ну, а вы как думаете? — подал голос Браун, и осторожно ткнул Сноуфлейк указкой в шею. Это резко вывело кобылку из транса.

Сноуфлейк, шумно захватив ртом воздух, отпрыгнула назад от неожиданности.

Миссис Грей кивнула:

— Да, примерно так преступник и поступит. Именно поэтому не стоит в таких однозначных ситуациях пытаться противостоять грабителю.

В этот момент шумно протрещал звонок. Миссис Грей недовольно поморщилась, словно ей пришлось закрыть любимую книгу на самом интересном месте. А может её просто раздражал звук звонка.

— Его в любом случае скоро поймает патруль, а вашу жизнь уже никто не вернет… — Перекрикивая доносившееся из коридора дребезжание добавила учительница. — Если больше вопросов нет: всем спасибо, все свободны!

Вопросы неожиданно появились. Сценка определенно раззадорила усталых учеников, и кучка пони особенно впечатленных уроком, радостно поцокала к учительскому столу. Прочие быстро похватали свои вещи и немедленно направились к выходу.

Лишь Браун и Сноуфлейк остались стоять у доски, посматривая друг на друга. Мимо них прошмыгнула Иви, стараясь не встретиться взглядом.

— Эм… Браун, слушай: как она сейчас? — Сноуфлейк робко обратилась к жеребчику, провожая малиновую единорожку взглядом. Пегаска переживала за состояние бывшей подруги, а Браун был одним из немногих пони, с кем Иви общалась, и к кому не страшно было подойти самой пегаске.

— Вы так и не помирились, да? — Браун ответил скорее риторическим вопросом, вернув указку на место и направившись к своей парте, чтобы забрать вещи.

— Ага. — Сноу грустно вздохнула, двинувшись следом. — Даже не разговариваем в последнее время. Она делает вид, что не замечает нас с Санни.

— Она вроде бы в норме. Хотя… Мы сейчас общаемся не так много, как хотелось бы, — смахнув учебники с тетрадями в свою сумку, и закинув её на спину, Браун подошел в парте Сноу, чтобы и у пегаски было время на сборы. — Иви в последнее время совсем засела за книги: видел пару раз, как она до самого закрытия засиживалась в школьной библиотеке вместе со своими новыми подругами из старших классов. Они там… Совсем заумную магию изучают, даже как-то стрёмно к ним соваться… Но если ты хочешь, чтобы я ей что-то передал…

— Нет, спасибо, не нужно, — Сноуфлейк замотала головой. — Мне просто хотелось узнать как Иви себя чувствует.

— Получше. Прям сильно получше. Она уже не такая подавленная и грустная ходит, как раньше.

Одними из последних, они наконец покинули класс и зашагали по направлению к шкафчикам. Сделав короткую паузу пегаска решилась на ещё один вопрос, который сейчас волновал её даже больше, нежели самочувствие малиновой единорожки:

— Надеюсь Иви никто не обижает? Она тебе ничего такого не рассказывала?

— Не-а. Да и я бы не позволил никогда такому случиться, — твёрдо ответил Браун.

— Я рада, если так, — Сноу легонько улыбнулась. Похоже дела у Иви обстояли получше чем у неё с Санни. Видимо, Глория побаивалась мстить умеющей хорошо колдовать кобылке, да и сама Иви никогда не давала себя в обиду, это Сноуфлейк ещё с младшей школы уяснила.

— Кстати, — подала голос, до этого молча цоковшая позади, Санни Блейз. — Браун, а вы с Иви уже стали… Близкими друзьями?

— Нет, не думаю. Максимум хорошие знакомые пока. Вот если бы была возможность встречаться с ней почаще, — Браун мечтательно взглянул куда-то вдаль школьного коридора. — Но ничего, я терпеливый. К тому же у меня есть идея, которая поможет обратить на меня внимание Иви.

Обрисовывать свою идею единорог не стал, а Санни со Сноуфлейк не решились любопытствовать. Сноу всю оставшуюся дорогу до локеров молчала, вполне удовлетворённая полученной информацией относительно состояния Иви, да и общаться с жеребчиками она стеснялась. Санни же ещё коротко обсудила с Брауном подробности домашнего задания, после чего они разошлись в разные стороны. Сноу с Санни направились в раздевалку, а Браун — в кабинет мисс Бейли.

* * *

Начало следующей учебной недели началось с обильного снегопада, что невероятно обрадовало Сноуфлейк, которой уже надоели бесконечные осенние дожди.

К сожалению, это было единственным радостным моментом произошедшим за последнее время. Обращение к миссис Лауфул не принесло желаемого результата. Доказать, что Глории удалось получить доступ к шкафчику Сноу так и не вышло.

Мстительная кобылка весь урок находилась в классе, а во время перемены помогала вытаскивать своего младшего брата застрявшего в корзине для бакбола.

После вызова к директору заносчивая земнопони вернулась в крайне скверном настроении, готовая рвать и метать.

Рисунки и сквернословие перестали появляться на дверцах шкафчиков и внутрь никто никакой гадости больше не подкладывал. Зато пройти спокойно по коридору стало решительно невозможно без того чтобы не получить несколько чувствительных тычков в толпе или прилепленную жвачку к хвосту.

Да и в целом ходить в одиночку и без должной осмотрительности стало опасно — Глория со своими подружками так и норовила подловить Сноу где-нибудь снаружи на её привычном маршруте домой, чтобы, очевидно, объяснить дальнейшие перспективы отказа от щедрого предложения свалить в другую школу.

Неприятности не ограничивались только Глорией. Проблемы начались с учителями и персоналом школы.

К примеру, на Сноу и Санни ополчилась мисс Мэриголдс, за сломанный редчайший цветок в своём кабинете, распускающийся чуть ли не раз в 20 лет. По её словам, он должен был расцвести аккурат в течении следующих нескольких дней. Объяснения, что они во время дежурства лишь стёрли с доски записи и почти сразу ушли, не подействовали: тут же нашлись свидетели из параллельных классов, утверждающие, что кобылки часто озорничают при выполнении своих обязанностей и нередко лезут к цветам биологички из праздного любопытства.

В кабинете химии Сноуфлейк умудрилась нечаянно вырвать кран из раковины, хотя пегаска могла поклясться, что видела магическое поле, окутавшее его буквально на мгновение. Это происшествие буквально взбесило химичку миссис Поушен, оказавшуюся хорошей знакомой мисс Мэриголдс.

Учительница не пожелала выслушивать оправдания в духе, что он был сломан ещё давно и требовал замены, тем более разбираться, вместо этого безуспешно пытаясь заткнуть хлещущий фонтан воды, и ругаясь на чём свет стоит, что сантехник, наверняка, как обычно вчера пил сидр вместе с кобылами и его днем с огнем не сыскать.

Помимо миссис Поушен, тот день неплохо «запомнился» охраннику и техничкам, которым, за неимением сантехника, и пришлось ликвидировать потоп своими силами.

Проказы не сработали лишь с миссис Грей и, как ни странно, с миссис Роуз. Серой пегаске, после урока у класса Сноу и Санни, кто-то подсыпал кнопок на стул, на которые она чуть не села. Наябедничившим учительница не поверила, и заявила, что скорее уж кто-то из них мог это сделать, чем такая тихоня, против которой они ополчились. А миссис Роуз заявили, что Сноуфлейк и Санни разрисовали доску гадостями, адресованными чрезмерно строгому преподавателю — тут кобылок от похода к директрисе спасла лишь внимательность придирчивой учительницы, которая сразу заявила, что такой почерк совершенно не свойственен для обвиняемых пони.

Впрочем, не было никаких сомнений в том, что их ещё неоднократно попытаются убедить в хулиганистой натуре провинившихся перед Глорией подруг. Оставалось лишь гадать над выбранным способом.

Сноуфлейк почувствовала себя загнанной в угол. Даже Санни заметно приуныла, хотя всем видом старалась показать, что всё в порядке. Им думалось, что если ситуация будет продолжаться в том же духе, они потихоньку начнут сходить с ума. Уже сейчас кобылки опасались к чему-то притрагиваться без спроса или веской причины, и не знали где в стенах школы вообще безопасно находиться, а дальше то как быть? Так продолжаться больше не могло.

Им определённо требовалась помощь со стороны.

Первой мыслью Сноуфлейк было обратиться за помощью к Брауну. Он казался ей неплохим жеребчиком, и одним из тех одноклассников, кто никогда даже не смотрел плохо в их с Санни сторону. Вот только Джекет добивается близкой дружбы с Иви, с которой Сноу и Санни находились в ссоре…

Пегаске было как-то неловко к нему обращаться, да и ей казалось, что велика вероятность отказа.

Негативная репутация, выросшая по отношению к их компании как снежный ком, исключала, по мнению голубогривой кобылки, помощь кого-то из взрослых или учителей. И членов семьи Сноу впутывать не хотелось совершенно, особенно отца или брата, которые наверняка на пару закатили бы в стенах учебного заведения такой скандал, что и вправду пришлось бы переводиться в другую школу от греха подальше.

У Сноуфлейк оставался лишь один, последний вариант…

* * *

Сноуфлейк стояла перед входом на школьный стадион, собираясь с духом. После поистине адской недели, за которую о кобылках узнала вся школа, это было сделать не так уж сложно, поскольку ей казалось, что терять попросту нечего, но… Всё равно было страшно. Это место ей не нравилось даже когда их водил сюда учитель на физкультуру, а сейчас, когда она была представлена самой себе…

Хотя все уроки давно закончились, на стадионе собралось довольно-таки много народа. В основном — совершенно незнакомые старшеклассники. Одни просто разговаривали, другие играли с мячом, несмотря на снег, третьи, словно, что-то репетировали, сидя на скамейках…

Сноуфлейк уже было хотела чуточку расслабиться, развернуться и уйти домой, как вдруг в дальней части стадиона, у самой ограды, она увидела несколько разрозненных компаний пони, вроде как, своего возраста.

Решительность вновь куда-то испарилась. Что, если это снова какие-то друзья Глории, а не те, с кем общаются те две хулиганки, Ламбер и Зиппер?

Санни пегаска ничего о своей затее сообщать не стала, поскольку та наверняка принялась бы её отговаривать. Пришлось дождаться, когда подруга отправится домой, перед тем как прийти сюда, так что помощи и поддержки ждать было неоткуда, а идти в ту сторону казалось особенно опасно.

Вдохнув и шумно выдохнув, Сноуфлейк поправила розовый шарфик, капюшон куртки и вошла на территорию через калитку. Мягкий, слегка подтаявший снег, устилающий дорожки упруго хрустел под ногами. С неба, кружась в затейливом вальсе, падали редкие крупные снежинки. Пегаске показалось это несколько символичным.

В одной из групп Сноу всё же высмотрела кобылок, похожих на Ламбер и Зиппер, одетых несколько не по погоде. Пегаска была почти уверена в том, что это они, но если нет… Ей и думать не хотелось, как она будет выкручиваться в случае чего.

Когда Сноуфлейк подошла чуть ближе, компании постепенно начали поворачиваться в её сторону, чтобы рассмотреть новую гостью на стадионе, и именно в этот момент пегаска с облегчением выдохнула — узнав искомых пони в компании двух жеребчиков и одной броско одетой кобылки.

На мордочках незнакомых Сноуфлейк пони, возникло выражение недоумения — Сноу была на стадионе совершенно чуждо выглядящим элементом, в яркой, почти детской куртке и в розовом шарфике. Однако стоило хулиганкам что-то им шепнуть, те усмехнулись и их лица приняли прежнее выражение.

— Какие пони — и без охраны! — с задорной ухмылкой воскликнула рыжегривая пегаска, отходя на несколько ярдов от своей враз притихшей компании.

Следом за ней потянулась и Ламбер, кивнув в знак приветствия:

— Ха… А мы уж думали, что ты не придешь, Сноу.

Оставленная же ими троица пони, в свою очередь, кажется, предпочла отойти подальше в сторонку, чтобы не мешать разговору.

## Глава 20

Сноуфлейк была крайне не уверена в том, что встречаться после школы со знакомыми хулиганками — хорошая идея. Ей казалось, что всё сказанное ими тогда, в кабинете миссис Роуз могло быть просто шуткой, и что сейчас ей не поздоровится. Однако, когда группа незнакомых пони вдруг отошла в сторонку, а сами Зиппер с Ламбер вышли к Сноу, к ней постепенно начало возвращаться самообладание.

Пегаска откинула капюшон, выпятила грудку, и громко поприветствовала кобылок:

— Х. Хей, привет!

Ламбер отреагировала лишь коротким кивком, а вот Зиппер сразу заулыбалась.

— Всё же надумала с нами встретиться? Хех! Мы уже тебя и не ждали. — Зиппер легонько толкнула подругу локтем.

— Долго же она думала. — Ламбер с прищуром посмотрела на новоприбывшую. От этого взгляда у Сноу вновь забегали по телу мурашки. Земнопони словно видела её насквозь, заранее знала мотивы, но ничего из этого не озвучивала.

— Просто дела были… Важные… — Сноу не стала вдаваться в подробности, боясь растеряться ещё сильнее. — Я… тут просто случайно мимо проходила и решила почему бы не зайти… Нам ведь тогда миссис Роуз так и не дала нормально договорить.

Хулиганки переглянулись.

Взгляд Зиппер был достаточно доброжелательным, а вот Ламбер смотрела на подругу со скепсисом. Так или иначе, кобылки кивнули друг другу, выражения на их мордочках сгладились, после чего они дружно протянули Сноуфлейк копыта для брохуфа.

«Должно быть, они настолько давно друг друга знают, что могут понимать уже без слов, ” — подумалось пегаске. Сноуфлейк поспешно ответила поочерёдно на брохуф своим новым знакомым, после чего Зиппер обошла её сбоку и бодро хлопнула крылом по спине:

— Расслабься, ты же не на экзамене, чтобы так напрягаться.

Несмотря на то, что удар был не сильным, кобылка едва не потеряла равновесие от неожиданности. Тем не менее, это немного помогло и её движения перестали быть совсем уж скованными.

— Идем, познакомим тебя ещё с кем-нибудь… — сказала было Зиппер, но обнаружила, что компания, с которой они только-что стояли, ушла ещё дальше, почти на другой конец стадиона и теперь переговариваясь друг с другом, эти пони бросали мимолетные взгляды в сторону Сноу.

— Какого сена? Чё это с ними? — Рыжегривая пегаска озадаченно взглянула на ведущую себя тихо подругу.

— Кажется, это я их спугнула… — забеспокоилась Сноуфлейк, тоже приготовившись на всякий случай отступать.

— Ай, не парься. Наверное, они сегодня просто не в настроении заводить новые знакомства, — сказала ровным голосом Ламбер и взглядом что-то пояснила рыжегривой подруге.

Та лишь пожала плечами и улыбнулась, выказывая безразличие к сложившейся ситуации:

— Ладно, значит в другой раз. Можешь потом сама к ним подойти — вон тот лаймовый кольт, Дрейзер, у них за главного. Они не сильно острые на язык, и, похоже, сами тебя боятся, хех…

Сноуфлейк посмотрела в сторону сбежавшей компании. Группа из трех пони выглядела не слишком напуганной, хотя они явно чего-то опасались. Может, и не её вовсе, а ещё чего-то?

Пегаска заозиралась по сторонам. Другие компании ими совершенно не интересовались и никакого стресса не испытывали, значит, причина была всё же в ней?

— Может быть… Пойдем отсюда? — спросила у кобылок Сноу и поежилась. Находиться в этом месте ей стало неприятно.

— Ага. — На удивление быстро согласилась Зиппер. — Тут становится слишком скучно, да и стоять на одном месте как-то холодно.

Ламбер может и хотела сказать что-то по этому поводу, но предпочла дать молчаливое согласие, после чего троица пони споро покинула стадион.

Разговор о погоде быстро сошел на нет, и кобылки, к удивлению Сноу, стали обсуждать свои планы на зимние каникулы и День Согревающего очага, которые мало чем отличались от того, что обычно планировали другие пони: посещение ярмарок, прогулки, запуски фейерверков… Сноу даже перестала чувствовать себя такой уж чужой в их компании и всё же рискнула рассказать свою недавнюю историю с попаданием в пещеру.

— Мы тоже как-то раз в такие тоннели лазали. Мозгов-то не было, зато храбрости наоборот полные штаны. — вспомнила Ламбер. После выхода со стадиона она стала не в пример разговорчивей, а её скепсис по поводу Сноуфлейк поутих.

— Только мы вход нормальный нашли, не заваленный. — добавила Зиппер, — Но нам это не сильно помогло. Факел потух быстро, а единорога при нас не было… Заблудились мы короче и выбираться пришлось почти что наощупь.

— Как вы умудрились никуда не провалиться? — удивилась Сноу, вспоминая, как много опасностей было в той шахте.

— Таких дыр, как ты рассказывала, в той шахте не было. — Зиппер взглянула наверх, как бы раздумывая о том, как хорошо, когда над тобой небо, а не потолок шахты, — Да и свернуть там было особо некуда, просто мы тупили по страшному и кругами ходили. Взяли бы с собой побольше спичек или факел запасной, вообще бы за десять минут выбрались.

— И… Вам было не страшно в темноте? — продолжала дивиться Сноуфлейк.

— Было, конечно. — Ламбер вздохнула. — Но мы больше боялись, что помрем там от жажды.

— Кстати, чет мне пить захотелось, — перебила земнопони пегаска-хулиганка, — Ты же помнишь, что торчишь мне две пинты сидра, Лам?

— Не помню. — земнопони нахмурилась, — Ну-к, напомни.

— Мы же спорили, что Сноу не придет на встречу, ну?

— Так ведь ты каждый день говорила, что вот сегодня она точно придет. Если бы я считала, сколько раз твое предсказание не сбылось, ты бы мне уже бочонок должна была, — нахально заметила Ламбер, замедляя шаг.

— Хэй! Чё-то когда я в прошлый раз проставлялась ты так не реагировала! —

наигранно возмутилась Зиппер.

— Да будет тебе сидр, будет… — Ламбер заулыбалась и пихнула подругу в бок. — Успокойся.

— Эм… Слушайте… А куда мы идем? — осмелилась спросить Сноу, когда вдруг поняла, что они в ходе непринужденной беседы забрели в какой-то совершенно незнакомый район, и заметила она резкую перемену ландшафта только сейчас

Ламбер лишь пожала плечами и улыбнулась:

— Да никуда, вроде… Но теперь у меня отличная идея появилась. Не хочешь ко мне зайти?

— Как? У…Уже? — Вырвалось у Сноуфлейк.

Кобылка не на шутку растерялась и в голове вдруг зароились странные мысли. Впервые дома у Санни и Иви она побывала, наверное, только через несколько месяцев после того, как они начинали дружить, и в первый раз это обычно заранее согласовывалось и подвязывалось к определенной дате. Наверное, в том, чтобы зайти в гости почти что в первый день знакомства нет ничего такого, но…

— А твои родители не будут против? — задала Сноуфлейк один из главных волнующих её вопросов.

В ответ Зиппер с Ламбер переглянулись и хихикнули. Пегаска же вновь почувствовала себя как-то неуютно, словно сказала что-то очень глупое.

— Какая же ты милая и правильная… — Зиппер вновь хлопнула Сноуфлейк по спине. На этот раз, правда, это было уже не так внезапно, — Да даже если бы против были, нас бы это нифига не остановило!

Ламбер лишь фыркнула и закатила глаза от такого порыва подруги:

— Сноу, я почти круглый год одна живу. В прошлом году я родаков хоть иногда по вечерам видела, а в этом они даже не приехали из-под своего Хуффингтона ни разу. Только письма пишут, о том, как хорошо там живется строителям и денег высылают, так, чисто на еду и поддержку штанов.

— А… Ого. — Сноуфлейк действительно удивилась. Она с таким ещё не сталкивалась, чтобы кому-то примерно её возраста приходилось жить одной так долго. — Ну, пойдем тогда, наверное?

Сноу очень сильно хотела отказаться и попытаться перенести эти посиделки на выходные, но меньше всего ей сейчас хотелось показывать этим пони, что она не готова проводить с ними время так, как им это нравится делать. Да и её проблемы требовали скорейшего решения — она ничего не могла откладывать.

Сноуфлейк пока не знала с какой стороны продолжать беседу, дабы не наговорить глупостей, потому решила поговорить о простом:

— Ламбер… А ты вообще далеко живёшь?

Пегаска уже совершенно не понимала где находится, но что-то ей подсказывало, что она удаляется от дома всё дальше. И это было плохо. Она ведь не предупредила родителей, что может сегодня задержаться — никто вообще не знал о её сегодняшних планах.

— Да не, тут совсем рядом, — успокоила Ламбер свою новоявленную спутницу. — Особенно если галопом.

— Да какой галоп, тут за две минуты долететь можно! — Зиппер бравурно стукнула себя в грудь. — Кстати, Сноу, я тебя ни разу не видела летающей, ты из тех пони, что высоты боятся что ли?

— А-а… ам, — вопрос разом выбил Сноуфлейк из колеи. Впрочем, чего она ожидала? Рано или поздно ей всё равно бы пришлось отвечать на этот вопрос. Приняв неизбежное, кобылка выдохнула. — Нет, я… Совсем не умею летать. С детства.

Сноу ожидала услышать насмешки или едкие комментарии от своих спутниц после услышанного, но их не последовало. Наоборот, Зиппер сочувственно посмотрела на пегаску, с грустью добавив:

— Ох-х, эт засада… У моей двоюродной сестры такая же проблема: крылья в разные стороны смотрят и в воздухе не держат вообще, — Зиппер оценила крылья Сноу взглядом профессионала. Разве что копытом не потрогала. — Хм. А твои вроде бы нормально выглядят… Может, учили плохо?

— Нет-нет, там… Вообще всё сложно очень. Обследования никаких отклонений не выявили. Я просто не могу держаться в воздухе, как ни стараюсь. Врачи говорили, что должно с возрастом наверняка пройти, но… Пока так и не проходит никак.

— Ну смотри, а то я ведь и правда могу пару уроков дать.

Видимо, желая продемонстрировать свои способности, Зиппер расправила крылья, напряглась подобно пружине и одним мощным хлопком взмыла ввысь, разметав невесомый снежный покров вокруг. Быстро набрав высоту, рыжегривая пони сделала в небе несколько виражей, мёртвых петель и бочек, после чего спикировала, пронесшись на скорости над головами Сноу и Ламбер, обдав кобылок упругой волной воздуха вперемешку с затянутым ею снегом.

— Ну как? Впечатляет? — Довольная собой Зиппер, сделала «круг почёта» и снова вернулась на землю, дерзко улыбаясь. Раскланиваться подобно артистам, правда, не стала.

— Очень. — Закивала Сноуфлейк. Ей о таком пилотаже оставалось только мечтать.

— Не дразни девочку, Зип. — Ламбер легонько пихнула подругу ножкой и обошла,

— Тут вряд ли в обучении дело.

Сноуфлейк решила воспользоваться так удачно подвернувшимся шансом сменить тему. Ей сейчас совершенно не хотелось обсуждать свои физические недостатки. Зато не терпелось выяснить, кто эти две пони, предлагающие свою дружбу.

— А вы, наверное, давно дружите? — продолжила свой методичный расспрос Сноуфлейк.

— Да, с первого класса, — бодро заявила Ламбер, очевидно, даже гордясь этим фактом, — Познакомились в секции по бакболу. Чего мы только не делали, когда были малыми. Как мы в пещеру лазали — это вообще цветочки…

Зиппер охотно предалась ностальгии по тем временам, быстренько поведав несколько весёлых, по мнению хулиганок, случаев из жизни, в основном связанных с разными проказами и выходками. Ламбер лишь изредко дополняла подругу, предпочитая всецело отдавать инициативу ей.

Сноуфлейк настолько увлеклась ролью слушателя, что даже не заметила, как оказалась в ещё более угрюмом незнакомом районе, куда без веской на то причины соваться в одиночку наверняка побоялась.

Кругом высились трёх-четырёх этажные коробки типовых домов, отличающиеся разве что цветом облицовки и количеством «проплешин» в ней. Здания жались почти вплотную друг к другу, а то и вовсе сливались сплошной стеной.

Обшарпанные, неухоженные, мрачные.

Фасады многих украшали безвкусные, простенькие граффити. Самые неприличные из них время от времени закрашивал кто-то неравнодушный, судя по разноцветным пятнам на стенах некоторых домов, но спасало это ненадолго. Надписи и рисунки вновь и вновь появлялись на прежних местах с завидным упорством.

Узкие улочки, где едва могли нормально разъехаться пара повозок, изобиловали мусором. Он был повсюду: в мусорных баках, у стен, заборов. Слежавшиеся, порой порвавшиеся мешки, сваленные в кучу и припорошенные снегом намекали на то, что вывозят отходы отсюда довольно редко.

Сноуфлейк беспрестанно крутила головой, будучи не в силах поверить, что в родном городе вообще есть такие места и тут может кто-то жить. Её новые знакомые, тем не менее, чувствовали себя здесь весьма уверенно, не обращая внимания на окружающий безрадостный пейзаж. Кобылки обменивались шутками, острили, обсуждали какие-то свои дела, пытались расшевелить молчаливую Сноуфлейк.

Наконец, Ламбер выдала долгожданную фразу: «Вот мы и пришли» и направилась в ближайший подъезд очередного невзрачного строения по правую сторону улицы.

Старый кирпичный дом с перекошенной табличкой, на которой едва читались номер и название улицы, встретил Сноуфлейк скрипом слегка подгоревшей снаружи двери и слабым, затхлым запахом залежалого мусора на лестничной площадке. Отопление, вероятно, работало на минимуме возможного: было довольно прохладно, и Сноу даже не почувствовала тепла, от радиатора, когда проходила мимо него. Судя по его виду, он мог застать ещё правление диархов.

Поднявшись на третий этаж, Ламбер остановилась на лестничной площадке. Немного покопавшись в карманах, она извлекла на свет ключ, после чего привычным движением открыла замок, слегка пошевелив и подёргав видавшую виды ветхую дверь своей квартиры. Беззвучно отворившись на хорошо промасленных петлях, та явила взору Сноуфлейк простенькую обстановку полутёмного коридора, заставленного коробками со старыми вещами и не менее старой, обшарпанной деревянной мебелью.

Ламбер галантно, если так можно выразится, пропустила гостей вперёд, после чего вошла сама, щёлкнув выключателем у выхода, дабы зажечь свет и не переломать ноги, зацепившись за что-нибудь из заботливо расставленного тут барахла. Вспыхнувшая под потолком тусклая лампочка в простенькой стеклянной люстре едва ли качественно справлялась с возложенной на неё задачей, но всё лучше чем ничего.

Водрузив верхнюю одежду на пустую рогатую вешалку рядом с комодом для обуви, Сноуфлейк направилась прямиком на кухню, куда её потащила Зиппер. Ламбер пришла немного позже. Всю приличную одежду она заботливо куда-то спрятала и быстро переоделась в заношенную белую футболку с нечитаемым логотипом. Земнопони тут же метнулась к холодильнику, откуда поочередно вытащила две бутылки из темного стекла.

Сноуфлейк с любопытством осмотрела длинногорлую тару, пока Ламбер зарылась в ящик столешницы в поисках открывашки.

На яркой эллиптической этикетке пегаска прочла название: «Гордость Балтимэра» и надпись сидр. Видимо тот самый, который хозяйка квартиры задолжала Зиппер после спора. Там был ещё бравурный слоган в духе «от этого напитка буквально вырастают крылья», и какие-то мелкие цифры, но их Сноу не успела разобрать, поскольку Ламбер быстрым движением придвинула к себе изучаемую бутылку и ловко сорвала с неё крышку.

— Фух. Ну сегодня и денек был: наконец-то хоть присесть можно… — Земнопони плюхнулась на табурет и устало облокотилась о стол.

— Даа, весь день на ногах! — дождавшись, когда Ламбер откупорит и вторую бутылку, светло-серая пегаска тут же забрала её и жадно сделала пару глотков.

— Если ты собираешься накидаться сегодня, я тебя отмазывать не буду, — пригрозив своей бутылкой заметила Ламбер в свою очередь.

— Я свою меру знаю, — фыркнула Зиппер, — Тем более, сегодня мать злая. Это мне так… К разговору подготовиться.

Посидев ещё несколько секунд, подруги вдруг вспомнили о притихшей гостье, которая с интересом молча наблюдала за ними.

— Сноу, а ты сидр будешь? — обратилась к ней Ламбер, кивнув на свою бутылку.

Сноуфлейк как раз думала об этом. Такой сидр она точно ещё никогда не пробовала. Однажды похожую бутылку она видела у отца на столе, но ей тогда не пришло в голову, что он отличается от той яблочной газировки, которую она с радостью после школы распивала с подругами.

— Ам. Конечно. А можно?

— Ха, конечно. Для вас — всё что угодно. — спаясничала Ламбер. Ещё учтивого реверанса не хватало для полной картины. Земнопони сходила к холодильнику, принесла ей точно такую же бутылку, как у себя, открыла, и вновь заняла прежнее место.

— Ну, за новые знакомства! — Зиппер неожиданно произнесла тост и приподняла свою бутылку. Ламбер последовала её примеру и подняла свою. Вопросительно глянула на Сноуфлейк. Та, на секунду замешкавшись, повторила жест новых знакомых, и одновременно с кобылками, сделала добрый глоток из бутылки.

Это был не сидр. Вернее… Этот напиток имел некоторое сходство: тоже сладкий, яблочный, но… Странный. Он непривычно сильно обжигал горло и после него во рту осталось странное кисловатое послевкусие.

Сноуфлейк чуть не подавилась от неожиданности, даже подалась вперёд, едва не закашлявшись, но сдержалась, зажмурилась и проглотила жгучую жидкость…

— Эй, всё нормально? — тронула её за плечо Ламбер. — Плохо пошёл?

— Какой-то… Странный сидр. — Пегаска нахмурилась и снова, на этот раз внимательно, посмотрела на этикетку своей бутылки. Теперь ничего не помешало рассмотреть ей цифры на этикетке: «7,2%»

— Да ну тебя, привереда, нормальный сидр, — Зиппер пожала плечами и сделала глоток из своей бутылки, — И покруче есть, конечно, но тут… Хорошее соотношение цены и качества.

— Погоди, — догадалась Ламбер, — Ты под «сидром» понимаешь эту беспонтовую шипучку, которую жеребятам продают? Пф… Много же ты потеряла, подруга…

В этот момент Сноу поняла, что чего-то не понимает. Она смотрела на этикетку, и в голове у неё всплывали воспоминания о том, как на всех праздниках, начиная от дня рождения папы, до прибытия гостей, вроде Гир Дила, на их столе всегда стояло как минимум две почти одинаковых бутылки сидра. И кобылке всегда наливали только из одной, в то время как родители довольно быстро выпивали другую…

— Хочешь сказать, ты нормального сидра никогда не пила? — Удивилась Зиппер. Её бутылка уже почти опустела. Рыжая хулиганка прикладывалась к ней очень часто, словно торопилась выпить всё содержимое побыстрее, чтобы наконец достать из холодильника добавочную порцию.

В этот момент Сноуфлейк поняла, что нужно укреплять свои позиции. Если уж не врать, то… Ответить легкомысленно.

— Не знаю. Но теперь, наверное, пила, — легонько улыбнувшись ответила кобылка, после чего сделала из бутылки ещё один уверенный глоток. Как ни странно, неприятных ощущений в этот раз было куда меньше. Это придало Сноу уверенности, что она сможет справиться с сегодняшним испытанием, и если всё пройдёт как надо, в скором времени заручиться поддержкой этих крутых пони.

Ламбер глянула на новую в их компании кобылку с нескрываемым азартом:

— Знаешь, я кажется знаю, что ещё ты не пробовала. Сейчас принесу…

— И мне тоже сидра захвати тогда! — Зиппер аж привстала.

— Перебьешься, сегодня будем пить кое-что другое…

Для Сноуфлейк это не прозвучало слишком угрожающе. Она втянулась, чуть расслабилась, и пока Ламбер ходила в комнату за этим «кое-чем другим», опустошила свою бутылку с сидром и с интересом разглядывала кухню.

Она и подумать не могла, что сегодня всё зайдет настолько далеко…

* * *

Последующие события Сноуфлейк помнила с переменным успехом. Откровенных провалов в памяти она не ощущала, но общая картина вечера выходила какой-то на редкость смазанной.

Сперва всё шло хорошо. «Кое-чем другим» оказалось очень вкусное домашнее вино. Напиток немного горчил, но чем больше кобылка его пила, тем больше оно ей нравилось. Зиппер с Ламбер поочерёдно забрасывали её вопросами, расспрашивая о детстве, прошлой школе, друзьях, семье. Со временем пегаска и сама разговорилась, уже не стесняясь задавать аналогичные вопросы в ответ.

Несмотря на тот факт, что Ламбер и Зиппер слыли настоящими возмутительницами школьного спокойствия, они были вовсе не глупыми пони. Пусть в отличницах не ходили, но и записными двоечницами тоже не числились. И если Зиппер в основном могла похвастаться своими спортивными успехами, то Ламбер неплохо разбиралась в точных науках. Она даже подумывала о том, чтобы после окончания школы поехать поступать в какой-нибудь колледж в Ванхуфер.

Нарушения дисциплины у них были тоже совершенно разные.

Зиппер в основном ловили за курение в стенах школы и обвиняли за провокации учеников на драки. «Провокации» повторялись из года в год, хотя уже много лет она не дралась всерьез.

Последний случай был в начале средней школы. Тогда, кроме Ламбер, друзей у неё толком не было, а защита от всяческих подколок была нужна всегда и везде. В отношениями со старшеклассниками простой физической силы часто не хватало — те были выше и сильнее, а потому чувствовали свою полную безнаказанность.

В какой-то момент несколько старшеклассников так достали рыжегривую хулиганку, что она заточила кончики копыт хуфикюрной пилочкой до остроты ножа, и когда обидчики в очередной раз начали говорить ей всякие гадости, бойкая пегаска налетела на одного из них и в кровь расцарапала тому морду.

До сих пор некоторые называли её за этот поступок «Дикой кошкой».

Ламбер же наоборот пользовалась в глазах некоторых учеников, особенно тех кто не слишком любил учиться, доброй славой. Её виртуозное умение малыми силами устроить из любого урока балаган дорогого стоило. На счету земнопони было как минимум три учителя математики, которые уволились из-за одних лишь её шалостей.

Ученикам, которым нравилось учиться, приходилось мириться с этим положением дел — чисто технически, Ламбер выгонять было не за что. А встреча с её отцом-строителем, который, открыто ненавидел школу и её администрацию во всех проявлениях гораздо сильнее дочери, очевидно, больше пугала директрису. Именно этим Ламбер объясняла слухи о своем «злостном хулиганстве».

Сноуфлейк старалась не слишком распространяться о слишком уж трогательных или девчачьих моментах своей биографии, дабы не портить репутацию в глазах столь непохожих на неё саму пони. Она сделала упор на подробностях опасных и не очень приключений с подругами. Эффект на хулиганок это произвело весьма положительный.

В процессе беседы кобылки неспеша потягивали домашнее вино, становясь всё более словоохотливыми и раскрепощёнными.

Сноуфлейк, собиравшаяся вначале из вежливости глотнуть его разочек-другой, сама не заметила как опустошила на пару с кобылками всю бутылку.

Почему-то опьянение кобылка представляла себе совсем иначе. Глядя на взрослых ей казалось, что алкоголь придает какую-то лёгкость, желание смеяться, веселиться, танцевать.

Однако на неё крепкий напиток подействовал иначе: пегаска наоборот чувствовала себя как никогда расслабленной и говорила всё, что было на уме.

Вся усталость куда-то улетучилась. О проблемах сегодняшнего дня даже и думать не хотелось, когда позади было такое прекрасное, цветастое и захватывающее прошлое, к которому хотелось возвращаться снова и снова. Даже страшные воспоминания в затуманенном мозгу кобылки вдруг заиграли новыми красками.

Как раз когда тара окончательно опустела, Зиппер подорвалась и вспомнила, что ей нужно сегодня показаться дома.

— Да я мигом, одно крыло здесь, другое — там! — выкрикнула Зиппер и покинула помещение через балкон.

— Голову береги, она тебе пригодится ещё! — Крикнула вслед удаляющейся подруге Ламбер. Её голос пролетел по пустым улицам бедного квартала и отразился легким эхом от стенок балкона.

— Ох уж эти… Пегасы… — Глядя на резвую Зиппер, Сноуфлейк сама начала постоянно забывать, что родилась пегасом. Просто… Именно так она всегда себе типичных пегасов и представляла.

Вздохнув, Ламбер потянулась и взялась за готовку ужина, в противном случае спать пришлось бы ложиться голодной. Выбор был невелик — уже и овощи в холодильнике залежались, и дискорд дернул завести вчера тесто на булочки, которые следовало по-любому приготовить сегодня.

Водрузив на конфорки потёртую кастрюлю с водой и сковородку с капелькой растительного масла, пони сноровисто очистила несколько больших картофелин и принялась шинковать остальные продукты, предназначенные для рагу, стараясь экономить при этом посуду.

Сноуфлейк стало неуютно от того, что она сидит просто так и она вызвалась помочь, хотя готовить у мамы пегаска так толком и не научилась.

Придирчиво осмотрев невнятно стоявшую на ногах кандидатку в помощницы, Ламбер не доверила Сноу работу с острыми предметами, и пока та не наделала на кухне глупостей, вывела в зал и усадила на тканевый, пахнущий почтенной стариной, диван.

Комната выглядела переполненной всяким хламом однако при внимательном рассмотрении становилось понятно, что ничего лишнего в помещении нет, и к тому же, тут весьма чисто.

За неимением хорошей мебели, Ламбер многие свои вещи аккуратно раскладывала по коробкам. Хотя то, что она носила постоянно: белая рубашка с длинным рукавом, на которую она сменила футболку, и джинсовый жилет висело вешалках, прицепленных на гвоздики в тех местах, где могли бы располагаться какие-то украшения вроде картин или настенных часов.

Но не было и их.

Место в комнате реально было лишь для книг — ими в три ряда был набит старенький шкаф-стенка, и даже на том месте, где должен был располагаться сервант, ровными рядами были выставлены томики в простеньком переплете. Некоторые из книг лежали отдельно — на коробках, рядом с диваном. Видимо, что-то, что Ламбер читала в данный момент.

Она было потянулась посмотреть, что же читает хозяйка квартиры, но мир вдруг поплыл и Сноуфлейк снова окунулась в мысли и воспоминания. Ей почему-то казалось, что она приоткрыла какую-то занавесу тайны бытия. Думать о всем было так просто. Только она никак не могла уловить, о чем же именно она думает. О друзьях, о дружбе… О силе дружбы… О школьных друзьях…

Странные размышления прервала лишь Зиппер, с грохотом вломившаяся обратно на балкон.

Сноуфлейк проморгалась: пегаска как-то слишком быстро вернулась. Как время умудряется лететь так быстро.

На кухне что-то громыхнуло, и Сноу, машинально повернувшись на звук, почувствовала, как начинает сползать с дивана.

— Ой, лягать! С такими друзьями и враги не нужны! — донесся до её ушей недовольный окрик Ламбер, в тот момент, когда из дверей кухни с виноватой улыбкой пулей вылетела Зиппер.

— Извини! — лишь пискнула она, присоединяясь к Сноу на диване.

Кобылка вдруг почувствовала, как её куда-то тянут.

— А? Что такое? — Встрепенулась она, хлопая глазами.

— Ты чуть с дивана не упала. — разобрала она ответ Зиппер. — Хорошо, успела тебя подхватить.

— Я… Заснула?.. — Сноуфлейк, осмотрелась, будто впервые комнату видела. Ей на глаза попался будильник: тот стоял напротив на простеньком журнальном столике. Судя по циферблату, время близилось к одиннадцати вечера… — У вас… Тут время неправильно… Идет…

Зиппер присвистнула и хихикнула:

— Уу… Так и запишем: Сноуфлейк больше не наливать.

Кобылка не придумала ничего лучше, кроме как из последних сил кивнуть.

— Наверное, и не надо было тебя будить. Ты так мило смотрелась. — Зиппер беззлобно потыкала пегаску под рёбра.

Сноуфлейк, хихикая, принялась вяло отбиваться, но Зиппер не собиралась долго продолжать забаву. Довольно быстро ей это наскучило, и она достала из кармана небольшую, серую прямоугольную пачку, откинула её верхнюю крышку, явив заинтересованному взгляду Сноуфлейк пару нестройных рядов сигарет.

Зиппер подцепила зубами одну и вытянула наружу.

— Ты что… Куришь? — несмотря на то, что тему курения они какое-то время назад уже поднимали, в это мгновение картина мира кобылки вновь перевернулась.

— Нет, флин, люфлю фильтр зуфами пофефать. — махнула копытом пегаска.

Сноуфлейк почему-то этот ответ полностью устроил и она откинулась на спинку дивана, упершись взглядом в стену. Простенький рисунок на обоях почему-то начинал расплываться, как она не пыталась фокусировать взгляд, а голова так и норовила завалиться либо вперед, либо назад, и от чего ей приходилось постоянно балансировать.

Неожиданно в её поле зрения попало копытце Зиппер. Она протягивала ей сигарету.

— Я… Не это…

Но бойкая пегаска продолжала протягивать ей сигарету с безучастным видом, как будто это было что-то само собой разумеющееся. Сноу вдруг мельком вспомнила свою стратегию во всем поддерживать этих пони, и спешно забрала сигарету зубами.

Зиппер извлекла из нагрудного кармашка блестящую хромом зажигалку, откинула её крышку, отточенным движением высекла колёсиком искры, после чего поднесла к загоревшемуся огоньку свою сигарету, а затем подпалила кончик той, что держала в зубах Сноуфлейк.

Жадно затянувшись и прикрыв глаза, Зиппер выдохнула через нос.

Пегаска повторила всё в точности, втянула дым, прикрыла глаза… И, внезапно почувствовав сильное головокружение, резко выдохнула через нос.

В горле жутко запершило, в груди появилось какое-то неприятное, обжигающее тепло, и в носу, после выдоха начало печь. На языке Сноуфлейк ощутила одновременно кислый и горький вкусы.

Стремясь прогнать из своих легких эту гадость, она сухо кашлянула.

— Гадость… — коротко прокомментировала она этот опыт, вытащив сигарету изо рта и протянув её обратно Зиппер.

— Это ты ещё потому что по пьяни. — хмыкнула та, всё же забрав едва начатую сигарету и затушив её об столик, — Трезвой бы попробовала: уже бы как я в первый раз пыталась свои легкие выхаркать.

— Так и зачем… Ты куришь эту дрянь? — непонимающе спросила Сноу. У неё ещё покруживалась голова, а противные вкусы на языке никак не пропадали.

— Да хрен его знает. Хочется и всё тут, особенно когда в компании сижу…

— Г…Гадость… — снова повторила Сноу. Её прекрасное окрыленное настроение вдруг испарилось и стало как-то грустно и противно.

Бойкая пегаска хотела спокойно докурить как ни в чем ни бывало, но в дверном проёме неожиданно появилась Ламбер.

— Лягать тебя под хвост! — Земнопони, полыхая праведным гневом, влетела в комнату. — Я сколько раз просила не курить у меня дома?! Балкон же есть!

— Да блин, прости… Просто… Сноу захотела попробовать и из головы вылетело. — Сноуфлейк удивленно глянула на Зиппер. Та быстро растеряла присущее нахальство, поспешно затушив окурок о то же место на столе, что и сигарету Сноу.

— Ещё и о стол затушила, мать твою! — Ламбер даже притопнула от злости, — Я здесь живу вообще-то, забыла?

— И… Извини… — лишь потупила взгляд светло-серая кобылка. Подставив свое копыто под край стола, она смела на него пепел с окурками и понесла на кухню, чтобы выкинуть в мусорное ведро.

— И балкон открой, дышать нечем! — Недовольная Ламбер морща нос и покашливая быстро открыла окно, чтобы проветрить и эту комнату побыстрее, — Бабушка всегда говорила, что у пегасов память куриная и была абсолютно права. Не тебе в обиду, Сноу.

Спустя пару минут в гостиной стало возможно нормально дышать полной грудью. Хотя заметно похолодало. Ламбер, удовлетворённая проветриванием, закрыла окно и строго предупредила подругу, что спустит ту с лестницы, если ещё раз застанет в квартире за курением. Несмотря на то, что говорила земнопони спокойно и без использования цветастых эпитетов, ей почему-то охотно верилось. Затем Ламбер смягчилась, и подвинув Сноу, вместе с Зиппер уселась на диван.

— Ужин будет готов минут через десять. Сейчас всё докипит, дожарится…

— Я… Эм… Ламбер, слушай… — заплетающимся языком с трудом выговорила Сноуфлейк, — Вы… Мне бы помощь… Ну, в школе…

Мысли кобылки совершенно не хотели преобразовываться в складные предложения, но тем не менее Ламбер её поняла:

— Я подумаю, что там можно сделать. Глория много кого может купить, но у нас в школе далеко не всё деньгами измеряется.

Пьяная пегаска встрепенулась и удивленно посмотрела на земнопони. Они сегодня много о чем говорили, но о своих проблемах она абсолютно точно осмелилась заговорить только сейчас.

— Не смотри так, я обо всех твоих проблемах давно знаю. — Ламбер устало зевнула и глянула в окно, — И даже знаю кто их устраивает, пару исполнителей лично видела, да и мне кое-какие деньги предлагали.

Сноуфлейк вновь вздрогнула и чуть не потеряла равновесие даже сидя, из-за чего завалилась на Зиппер.

— Но нас не купишь. Есть в тебе потенциал. И мозги у тебя есть, в отличие Мэйз.

Сегодня пегаска уже слышала это имя… Кажется, это кто-то из давних подруг Ламбер и Зиппер. Вроде у них даже была своя… Банда? Так ведь они это называли?

— Это ведь… Хорошо, да? — непонимающе проговорила пегаска, глядя на хулиганок растерянными глазами.

Те лишь переглянулись и захихикали.

— Ой, как же мы тебя до дома-то потащим… — вдруг в очередной раз зевнула Зиппер.

— Тебя дома-то, кстати, не потеряют, Сноу? — встрепенулась и резко посерьезнела Ламбер.

— Там… Часы… Идут неправильно… — Сноуфлейк повернулась к будильнику и указала на него копытом. Теперь на циферблате уже точно было одиннадцать.

— Они правильно идут. — Сухо заметила земнопони.

Повисла неловкая тишина. Зиппер и Ламбер было просто как-то нечего сказать — они как-то совершенно позабыли, что имеют дело с кобылкой другого полета, которую наверняка потеряют родители.

— Короче… — Ламбер шумно выдохнула, — Сейчас, значит, ужинаем быстро и идем провожать Сноу. А там решим.

За неимением возражений, подруги дружно потащили обмякающее тело на кухню. К ночи кобылка расклеилась окончательно.

* * *

Сноуфлейк неуверенной походкой брела к своему дому. Прохладный воздух неплохо отрезвлял — ещё недавно она едва могла стоять на ногах, а сейчас шагала и даже вполне себе ровно. Сноу старательно держалась тротуара, глядя себе под ноги — возможно именно в этом был секрет её успеха. Ведь каждый раз, когда она пыталась поднять голову, весь мир начинал кружиться и плыть.

На душе было приятно и весело. Несмотря на некоторые нехорошие моменты, Сноу казалось, что она отлично провела время. Ламбер и Зиппер оказались не такими и плохими пони. Своеобразными, непривычно-странными, но неплохими. Пока они её провожали до родной улицы, успели и договориться погулять после школы через пару дней, и встретиться там же на следующей неделе, чтобы начать решать навалившиеся проблемы.

Знакомая калитка кованой ограды с лёгким скрипом пропустила подвыпившую пони во двор родного поместья. Деревья и кусты, густо облепленные снегом, в свете фонарей создавали сказочную атмосферу. У Сноу даже мелькнула мысль в голове зарисовать всё это великолепие. Но как-нибудь завтра. Сейчас ужасно хотелось спать.

Сноуфлейк медленно поднялась по лестнице, опираясь на перила. Остановилась у входа в дом. В особняке свет горел только на первом этаже: мама с папой ещё не спали. Тем лучше.

Значит, всё же наврал этот их будильник, пришла она вовсе не так и поздно. Сноу уже подумывала постучать в дверь, чтобы ей открыли, но заметила, что та не заперта вовсе.

Не долго думая, пегаска толкнула створку и ввалилась в дом. Глаза слипались и кобылка скорее уже машинально переставляла ноги, пачкая мокрыми копытцами чисто вымытый пол. Не обременяя себя раздеванием, и даже не скидывая капюшон, Сноуфлейк принялась искать лестницу на второй этаж, правда слегка заплутала среди комнат и её вынесло в большой зал, откуда доносились приглушённые голоса родителей.

— Чем мы так провинились перед миром?.. Почему наша Сноуфлейк постоянно пропадает и нам приходится её сломя голову искать?.. Почему?! — Грасс, сидя на широком диване, причитала, уткнувшись в подставленное плечо мужа и лила слёзы. — Продя… Ну где она ещё может быть? Я уже, кажется, весь город облетела… Наверняка что-то случилось…

— Санни сказала, что они разошлись сразу после школы. Она последняя, кто её видел. — Продиус, стараясь сохранять хладнокровие, как мог пытался утешить супругу, нежно поглаживая по гриве. — Успокойся. Тебе нужно поспать. Ты слишком устала сегодня. Я сейчас подключу ночную стражу, они дочку вмиг найдут, даже не сомневайся. И, если какой-то озабоченный мерзавец… Сноуфлейк хоть кончиком копыта посмел тронуть, я его…

Жеребец не успел окончить свою гневную фразу. Слова буквально застряли у него в глотке, едва он поднял голову и увидел вошедшую с невозмутимым видом в зал Сноуфлейк. Дочка даже внимания на него с Грасс не обратила, закутавшись в капюшон куртки и пытаясь комнату поскорее покинуть.

— Сноуфлейк! — Продиус громко окликнул прибавившую сегодня несколько седых волос ему в гриву дочурку. — Явилась наконец?!

Та вздрогнула и замерла, медленно повернувшись в сторону родителей.

— Сноуфлейк! — Грасс, едва отойдя от секундного ступора, вихрем набросилась на Сноу, едва не задушив в объятиях. — Милая, с тобой всё в порядке? Что случилось, почему ты так поздно?

— Я… Гуляла… С друзьями… — С трудом подбирая слова ответила пегаска. От подобного ответа Грасс в миг остолбенела.

— Какие ещё к дискорду друзья?! Ты хоть знаешь который сейчас час?! — Топнул в ярости Продиус. Жеребец в отличии от супруги не привык сюсюкаться с провинившимся чадом.

В голове Сноу мелькнула запоздалая мысль — она ведь так никому и не сказала куда пойдёт, и совершенно забыла о времени. Наверное, поэтому Зиппер и Ламбер так спешно её потащили домой… Сосредоточившись, Сноуфлейк невнятно ляпнула, сквозь натянутую улыбку:

— Ну… Поздновато, да…

Настенные часы висящие в зале пробили час ночи.

— Поздновато? — Продиус едва не задохнулся от услышанного, а его брови предательски поползли на затылок от удивления. Главу семьи прорвало. — Ты где шлялась?! Да мы с матерью чуть с ума не сошли! Всех знакомых переполошили! Школу! Все больницы обошли, облетели! А ты с какими-то друзьями не пойми где шастала?!

Земнопони побагровел от напряжения, у него даже вены на шее вздулись. Он ожидал любой реакции от виноватой дочери: слёзы, раскаяние, попытки объясниться… Но такого он не ожидал. Сноуфлейк, не проявляя интерес к беседе и не обращая ни на что внимание, направилась к дивану, едва волоча ноги.

— Сноуфлейк! — Настала очередь Грасс возмущаться. — Мы с тобой разговариваем, вообще-то! Потрудись объяснить, что это за друзья у тебя такие, с которыми ты ходишь до часа ночи?

Кобылка же, продолжая хранить молчание, дотопала до дивана и с ходу нырнула в его мягкие объятия.

— Завтра… Поговорим… Спать… — Долетело до родительских ушей вялое невнятное бормотание Сноуфлейк.

Грасс и Продий переглянулись. У обоих глаза, что блюдца. Такой Сноуфлейк они ещё ни разу не видели.

— Етить меня через кобылу за ногу. — Первым смог выдавить пару слов ошарашенный Продиус. — Архи, это что только что было? Сноуфлейк, как это понимать? Ты как себя ведёшь с родителями?!

Не дождавшись внятного ответа, земнопони попытался растолкать уже начавшую сопеть носом дочку. Но та ни в какую не хотела просыпаться, вяло отбрыкивалась ногами, недовольно ворча и укутываясь в куртку.

Продиус вдруг прекратил свои тщетные попытки добудиться Сноуфлейк, замер и принюхался. Второй раз за последние пять минут его глаза готовы были выпасть из орбит, а брови ринулись покорять новые вершины.

— Мать моя кобыла… — сказал жеребец и плюхнулся на круп. — Да она пьяная!..

— Сноуфлейк, ты что… Пила?! — Ужаснулась Грасс, в свою очередь подскочив к дивану и пытаясь растормошить дочь. Результат был аналогичный — добудиться любимого жеребёнка не вышло. Малахитовая пегаска растерянно посмотрела на мужа. — Продя, что теперь делать-то?

— В покое её оставить. — Продиус совладал с собой и поднялся на ноги, вздохнул. — Что делать, что делать? Ждать, пока проспится. Завтра поговорим. И про друзей, и про всё вот это вот… Пойдём спать, милая.

Продиус, потирая лоб, в задумчивости покинул зал, правда, отправился сперва не в спальню, а в свой кабинет, где достал из сейфа початую бутылку кальвадоса, нацедил немного в стакан и развалившись в кресле, принялся успокаивать расшатанные нервы, одновременно пытаясь понять: что нашло на Сноуфлейк и где она умудрилась напиться?

Грасс, в отличии от благоверного супруга, прибегать к лечению расстроенных от алкоголя нервов… алкоголем не стала.

Вместо этого кобыла притащила подушку и одеяло, заботливо обустроив место сна дочери, и даже оставила на всякий случай пустой тазик рядом с диваном и стакан воды на столике, после чего с чувством выполненного долга, направилась отсыпаться после очередного сумасшедшего дня, успокаивая себя тем, что всё обошлось, со Сноуфлейк всё в порядке, завтра эта история прояснится и окажется просто дурацким недоразумением.

## Глава 21

Проснулась Сноуфлейк лишь после обеда, обнаружив себя на диване, вместо кровати, да ещё и в верхней одежде. Самочувствие было хуже некуда: во рту образовалась настоящая пустыня, казалось, даже язык к нёбу присох. Ещё и этот странный… Противный привкус тошноты во рту…

Осматриваясь по сторонам, Сноуфлейк вдруг заметила рядом на столике стакан воды. Кобылка тут же схватила его и прикончила за пару глотков. Водичка была чуть прохладной, с добавлением лимонного сока. Сразу стало немного легче.

Судя по времени на часах, занятия в школе она бессовестно проспала.

Пока пегаска шла до ванной комнаты, преодолевая пакостную слабость в ногах, её не покидали догадки: почему мама с папой не её разбудили вовремя? Она иногда забывала заводить будильник, но даже в такие дни кто-то из родителей обязательно просыпался и отправлял Сноу в школу, несмотря на все её попытки «отбиться».

Что же случилось сегодня? И связано ли это как-то со вчерашними посиделками дома у Ламбер?

Закончив с неотложными утренними делами и приведя себя в порядок, пони направилась на кухню, откуда слышался шум и звон посуды — там точно находился кто-то из родителей, кого можно было расспросить лично по поводу того, что же случилось вчера. Сноуфлейк даже не помнила, как дошла до дома, а события вчерашнего вечера были весьма расплывчатыми, но в общем довольно веселыми.

Добравшись, наконец, до кухни, Сноу невероятно удивилась — обед готовил Продиус. Хотя её отец был неплохим кулинаром, готовил он крайне редко. Пожалуй, больше пегаску удивило лишь то, что он вообще находился дома в разгар рабочего дня.

— Ой, привет пап, — отойдя от неожиданности, поздоровалась Сноуфлейк, когда подошла к нему. Кобылка взяла чистый стакан, включила кран, набрала немного воды. Всё же, одного стакана ей не хватило чтобы утолить жажду, а пить в ванной из-под крана было как-то неудобно.

— Привет, — хмуро отозвался Продиус, почти не обратив на дочку внимания. — Проснулась наконец?

— Нуу… Да?.. — от тона отца у пегаски неприятно кольнуло в груди. Таким хмурым папа был лишь когда находился сильно не в духе. И что-то Сноу подсказывало, что именно она являлась причиной.

Молча влив в себя ещё один стакан воды, кобылка сполоснула его и вернула на место. Постояла рядом с мойкой немного, ожидая, что папа скажет ещё что-нибудь, но Продий упорно хранил молчание, не обращая на дочь внимание. Видимо собирался с мыслями.

Тогда Сноуфлейк прошлась по кухне, посмотрела на застеленный свежей скатертью стол, и не нашла ничего лучше, кроме как… Сесть за него. Не уходить же с кухни на такой неоднозначной ноте.

— А ты… Решил маме сюрприз приготовить? Она куда-то по делам улетела? — осторожно продолжила разговор Сноуфлейк.

— Она ещё спит. Умоталась, после того, как вчера несколько раз весь город облетела… — Продиус внезапно бросил на дочку косой взгляд, — По твоей милости.

— По моей?

— Да, по твоей, — повторил Продиус. — Как ещё она должна была реагировать, когда ты не вернулась из школы вовремя? Она тебя несколько часов по темноте искала.

Сноу ничего не ответила, лишь потупила взгляд. Ей стало стыдно за то, что она заставила волноваться родителей, поддавшись уговорам Ламбер и Зиппер посидеть с ними. Ничего ведь не мешало попрощаться, не оставаясь на ужин, а потом встретиться снова.

— Сноуфлейк, — продолжал говорить Продиус, не отрываясь от готовки незамысловатого обеда. — Ты уже вполне взрослая пони и можешь гулять до поздна, но при этом хотя бы предупреждай, что задержишься… Мы же договаривались.

— Да, я помню, пап… Просто оно так… Само получилось… — никаких толковых оправданий своему поведению Сноуфлейк найти не смогла.

— Само получилось, — недовольно цыкнул глава семьи, помолчал пару секунд, после чего бросил плиту с готовящимся обедом и подошел к столу,. — Ты не маленький жеребёнок чтобы оправдываться подобным образом. За последствия своих поступков надо уметь отвечать! И раз уж так, может потрудишься рассказать, что у тебя появились за друзья, с которыми ты пьёшь сидр и гуляешь до полуночи?

Сноу затряслась мелкой дрожью, и приоткрыла рот от удивления и растерянности. Она даже не могла себе представить, какой ответ удовлетворит отца, а сказать что-то точно было нужно…

— Мне бы тоже интересно было послушать, — послышался с лестницы звонкий голос Грасс. Несмотря на вчерашнее, настроение малахитовой пегаски было приподнятым. — Доброе утро вам обоим!

Спасение пришло откуда не ждали. Продиус прикрыл глаза, вздохнул, и повернул в сторону жены голову:

— Уже день, дорогая. — жеребец понял, что ответов здесь и сейчас похоже не получит. Едва он настроился на боевой лад, пришла та самая пони, в присутствии которой его характер становился мягче.

— Когда проснулась — тогда и утро. — Грасс хихикнула, подошла к столу и потерлась о щечку мужа.

— Ладно, убедила. — Продиус вздохнул, легонько улыбнулся. — Как спалось?

— Отлично! Хотя без тебя холодновато, — проворковала Арнхильд, в конце сказанного надув губки.

— Я между прочим обед готовлю, — в этот момент Продиус вспомнил, что оставил этот самый обед без внимания, и спешно понесся к плите проверять, ничего ли не подгорело.

Грасс вновь захихикала, а вот жеребец, убедившись, что всё в порядке, вновь повернул голову, покосился на дочь и продолжил:

-…Подумал, что после вчерашнего ты рано никак не встанешь.

Надежда Сноуфлейк, что милая семейная сцена отвлечёт от неё внимание не оправдалась. Её мама вдруг перехватила отцовский взгляд, и в секунду сделала мордочку построже.

— Кстати о вчерашнем… — Грасс заняла место за столом напротив дочери. — Вчера ты себя вела возмутительным образом, Сноуфлейк. Поэтому не надейся отвертеться от объяснений: где и с кем ты вчера пила?

Отпираться, в сущности, не имело смысла. Сноу знала, что родителям не удастся откровенно соврать, потому рассказала, что помнила сама, тем не менее, опустив некоторые подробности, из опасений, что иначе ей могут запретить контактировать с такими нужными сейчас пони. Выходила вполне себе невинная картина: пегаска недавно случайно познакомилась с двумя неординарными кобылками, одна из которых пригласила её к себе домой. Было настолько интересно, что Сноу потеряла чувство времени. Потом они предложили выпить немного сидра, но не сразу поняли, что этот сидр был каким-то не таким, но уже было поздно, а хотелось ещё и ещё… И остановиться не вышло.

По всему выходило, что случившееся — просто небольшое недоразумение и такого, разумеется, больше никогда не повторится.

Когда Грасс и Продий рассказали, во сколько и в каком состоянии Сноуфлейк пришла домой, кобылка искренне удивилась — она правда ничего такого не помнила. Не помнила она и того, что проспала школу не потому, что её не пытались разбудить, а потому, что добудиться не могли.

Хотя родители, кажется, в историю со случайным знакомством поверили, от заслуженного выговора с занесением в личное дело, как выразился Продиус, это пегаску не уберегло. В качестве наказания Сноуфлейк в этот день должна была убрать весь дом вместо мамы, и, естественно, поклясться, что такого больше никогда не повторится.

Но хоть без скандала обошлось.

Только после обеда, когда Сноуфлейк уже в относительном спокойствии удалилась куда-то на второй этаж и затерялась там в лабиринте дверей, родители решили серьезно поговорить наедине.

— Что думаешь, Продя? — После некоторого молчания тихо спросила Арнхильд, посмотрев в глаза мужу.

— Думаю, что наша любимая дочурка нас обманывает, — резюмировал Продиус не став затягивать с ответом. — Как же, не тот сидр они случайно выпили. В таком возрасте его и намеренно раздобыть непросто. Да и не только сидром от неё попахивало…

— Ну не знаю, может, это были какие-то родительские запасы? — Поспешила предположить Грасс.

— Архи, не смеши меня. Ты же взрослая пони, сама прекрасно знаешь, что перепутать алкогольный и безалкогольный сидр невозможно — вкусы слишком разные, спирт однозначно на вкус определяется и к нему привыкнуть надо, — категорично заявил Продиус.

— Ну, допустим… И что теперь? Предлагаешь провожать её до школы и там же на пороге встречать?

— Дорогая, не говори глупостей. Сноуфлейк уже не маленький жеребёнок, чтобы за каждым её шагом следить. Я думаю, сегодняшнего раза хватило как минимум для того, чтобы обозначить: пить-гулять по ночам нехорошо. Вот если это будет так продолжаться, тогда, конечно, придется принимать какие-то меры…

* * *

На следующий день, получив от родителей записку с максимально невинным объяснением, почему она вчера не явилась на занятия, Сноуфлейк отправилась в школу.

Честно сказать, встретили её там гораздо хуже чем кобылка ожидала. Её авторитет среди учителей и так был безнадежно подорван, так вчера её ещё и заклеймили прогульщицей.

Даже уважительная причина, которую на пару придумали папа с мамой, не помогла избежать скандала: о пропусках занятий в школе было принято предупреждать заранее, а уже не после, собственно, их пропуска.

К миссис Лауфул её, конечно, не повели, но настроение было безнадежно испорчено ещё до начала уроков.

— Сноу! — Едва Сноуфлейк покинула класс во время перемены, рядом пристроилась Санни. Сегодня они только лишь успели поздороваться перед началом занятий, прежде чем пегаску увлекли разборки с учителями. — Ты почему вчера не была? И почему позавчера твоя мама прилетала ко мне домой и искала тебя? Мы же со школы уходили одновременно.

— Я задержалась немного. Нужно было кое с кем встретиться. — Серьёзным тоном ответила Сноуфлейк, внимательно смотря по сторонам. При нынешней ситуации проявлять бдительность было не лишним.

— Это с кем это ещё? — Санни немного обогнала подругу, попытавшись посмотреть в лицо. Она отлично знала, что кроме неё в школе со Сноу, считай, никто не общается, а в свете последних событий, новых знакомых заводить было проблематично. — Ты мне про это ничего не рассказывала. Почему ты меня с собой не взяла?

— Зиппер и Ламбер пригласили только меня одну. Я боялась, что ты всё испортишь, или, как минимум, начнешь отговаривать, — отозвалась Сноуфлейк без особого энтузиазма. Кобылка предпочла бы вовсе не отвечать, но, зная насколько Санни любопытная, просто так от персиковой единорожки отделаться было невозможно.

— Что? Ламбер и Зиппер? — единорожка ужаснулась. — Ты хоть знаешь кто они такие? Они же…

— Говорю же, меня пригласили. — перебила подругу Сноу и вздохнула. Выбора в любом случае не было, поэтому пегаска решила рассказать укороченную версию с чего всё началось. — Помнишь, я где-то месяц назад оставалась отбывать наказание за опоздания у миссис Роуз?..

Бегло пройдясь по событиям того дня, Сноуфлейк плавно перешла к состоявшейся встрече, её итогам и дальнейшим перспективам, не забыв добавить, что Ламбер и Зиппер в жизни не такие уж плохие пони, как может казаться Санни.

— Ты пойми, я же ради нас обеих стараюсь, — с не характерным для себя азартом подытоживала Сноуфлейк. — Если мы сумеем заручиться помощью и поддержкой этих пони, Глория от нас наверняка отстанет!

— Сноу, ты с ума сошла! — Яростно прошипела в ответ Санни, главным образом, чтобы проходящие мимо ученики на них не вздумали таращиться. — Когда речь заходит о помощи и поддержке, эти двое последние кандидаты, которые ассоциируются с такими вещами. Ты всего один раз с ними встретилась, а они уже тебя напоили до потери сознания! В итоге ты проспала школу и чуть не поссорилась с родителями. Разве уже этого недостаточно, чтобы понять, что ни к чему хорошему дружба с такими пони не приведёт?

— Ни к чему хорошему не приведёт наше бездействие, — возразила Сноуфлейк. — Заступиться за нас некому и рано или поздно Глория с друзьями меня доконают. Ты не забыла, что Глория хочет выжить меня из этой школы?

— Для решения твоих проблем не обязательно связываться с плохими пони! — Санни была непреклонна. — Неужели в целой школе нет никого поприличнее, чем эта парочка? Хотя кого я пытаюсь переубедить? Тебе же понравилось распивать сидр в компании крутых хулиганистых кобыл! Конечно, куда мне до них?! Я ведь могу только всё испортить… Во всяком случае теперь мне стало понятно, почему в тот день ты так настойчиво пыталась спровадить меня домой.

Санни отвернулась и ускорила шаг, опередив Сноуфлейк и более не говоря ни слова.

— Санни? Санни! — пегаска сделала несколько безуспешных попыток привлечь внимание одноклассницы, но персиковая единорожка перестала обращать на неё внимание, даже после того, как кобылка догнала её и позвала ещё несколько раз. — Санни, да что с тобой?!

Не вытерпев, Сноуфлейк обогнала подругу и преградила путь. Санни не стала переть напролом. Остановилась. Надутая мордочка, сердитый взгляд. Всё это выдавало крайнюю степень недовольства и возмущения единорожки.

— Подожди, Санни. Давай поговорим нормально. — Сноуфлейк попыталась вернуть беседу в мирное русло.

— А раньше нормально поговорить нельзя было? — В голосе Санни сквозило раздражение. — Мне всегда казалось, что подруги должны доверять друг другу, не иметь секретов за спиной, сообща принимать всякие… Важные решения. А ты в одиночку проворачиваешь тут какие-то мутные схемы! Может Иви была права, когда покинула нашу компанию? И настоящей дружбы между нами никогда и не было?

Санни обошла Сноуфлейк и двинула в направлении вещевых шкафчиков. До начала следующего урока оставалось всего пять минут. Сноу несколько секунд простояла в ступоре, смотря вслед удаляющейся подруге и анализируя сказанное. В голове пегаски упорно вертелась мысль: «Как же так? Почему она не понимает, что это я делаю ради нас обеих?»

Сноуфлейк потом попыталась снова завязать разговор, как-то переубедить Санни, но подруга в этот день идти на контакт не желала и ничего не хотела слышать. Они только сильнее разругались на этой почве. Воспоминания о ссоре с Иви и их последствиями по прежнему были слишком болезненны. Такого же исхода в отношении Санни Сноуфлейк допустить просто не имела права. Только не так. Только не сейчас. Когда до решения их проблем оставалось всего ничего. Наверняка потом Санни поймёт почему нельзя было обойтись по другому, а пока следовало придумать план, как снова наладить их отношения.

Ужасный день в школе, казалось, тянулся бесконечно. Будто одной ссоры с Санни было мало, так ещё и мелкие пакости, как назло, посыпались будто из рога изобилия. Пегаска еле дотерпела до конца занятий, после чего с облегчением покинула стены школы. Санни ждать её не стала и ушла пораньше.

Чувствуя себя невероятно одинокой, чего не случалось, наверное, класса со второго, и с каждой минутой всё глубже погружаясь в свои мысли, Сноуфлейк, сама не поняла, как ноги принесли её к школьному стадиону.

Сегодня тут было гораздо больше народа, чем позавчера, даже несмотря на морозный день. В толпе обособленно выделялась неразлучная парочка Ламбер и Зиппер. Задиристая пегаска сейчас что-то горячо втолковывала собравшимся перед ней полукругом пони, всё больше распаляясь.

Желания проходить мимо у Сноуфлейк не возникло и кобылка на удивление уверенным шагом двинулась к скоплению пони. Ей стало интересно узнать что же там происходит… Да и после такого ужасного дня очень хотелось повидаться с новыми подругами, которые уж точно не устроят такую же нервотрепку, какую устроила Санни.

Стадион не слишком-то охотно почистили от снега, которого навалило по колено: пробили лишь пару узких дорожек к трибунам и небольшую площадку рядом. Она и была сейчас вся занята пришедшими сюда пони.

Внушительная компания, толпившаяся возле Зиппер, была слишком занята, чтобы обращать внимание на Сноуфлейк, позволив пегаске подойти незаметно довольно близко. Кобылка навострила ушки. Теперь ей удалось внятно разобрать что же говорила бойкая рыжегривая особа.

— … Да я тебя даже на одном крыле обгоню! — упорствовала Зиппер, наступая на пегаса, на целую голову выше неё самой.

— Ага, мечтай больше! — с усмешкой ответил ей собеседник — довольно подтянутый жеребчик сиреневой масти. Он был старше Зиппер не меньше чем на год, а может даже на два. — Забыла, как я в прошлый раз тебя наказал, выскочка?

— Пфф… Винд, ты бы хоть перед дружками своими не позорился. Эту победу даже не признал никто. Если бы не твои шестёрки, которые вытолкнули меня с трассы у самого финиша, я бы победила! — Зиппер, судя по всему, и не думала униматься. — Так что сегодня мы будем летать три круга без посторонних: только ты и я, усек?

— Пф… — жеребчик махнул копытом, — Только время тратить. Я состарюсь, пока буду ждать тебя на финише.

Однако пегаске было что ему ответить: она прихлопнула крыльями и встала в агрессивную стойку, какую пегасы обычно занимают на старте в соревнованиях летунов:

— Спорим на пять золотых байтов, что я тебя уделаю сегодня в гонке! — это прозвучало не как вопрос, а скорее как предложение, от которого нельзя отказаться. Зиппер вытянула копыто вперед, в знак того, что она предлагает такие условия.

Толпа заинтересованно загудела, а старшеклассник даже на пару секунд опешил.

Не меньше присутствующих удивилась и Сноуфлейк. По меркам взрослых это, конечно, были не такие уж серьёзные деньги, но для жеребенка, особенно младших классов, пять байтов, или сорок бит, вообще казались целым состоянием. На такую сумму можно было шиковать неделю, а то и больше, каждый день после школы наведываясь в приличные кафе и кондитерские, объедаясь там сладостями до отвала, или же накупить целую кучу материалов для рисования и хувмейда на целый год вперёд.

— Да у тебя нет столько! — вернув на морду наглое выражение, выпалил пегас и взглянул на Зиппер снизу вверх. — Или ты решила проиграть мне всё, что у тебя есть?

— Так спорим или нет? — кобылка была непоколебима и всё так же сверлила старшеклассника уверенным взглядом.

— А спорим! — Пегасы уверенно ударили по копытам, — Подготовь мои деньги заранее, выскочка.

Толпа немного отступила, после чего летуны разошлись в разные стороны. Зиппер принялась разминать мышцы и делать растяжку, пока остальные пони занимали места на трибунах.

— Что здесь происходит? Почему тут сегодня столько пони? — спросила после приветствия подошедшая к новым подругам Сноуфлейк.

— Зип вздумала снова соревноваться с Виндбрейкером, за право называться самым быстрым летуном школы. — спокойно ответила Ламбер и протяжно зевнула, — На этот раз, как видишь, даже деньги поставила.

— Ага. — Зиппер пролетев над Сноу и Ламбер, приземлилась рядом на трибуну. — Винд после прошлого раза совсем зазвездился, нужно его спихнуть обратно на дно, где ему и место!

— Но он же старше и наверняка сильнее. Это безумие! — Сноуфлейк попыталась воззвать к разуму, но бойкая пегаска лишь отмахнулась.

— Винд только языком болтать горазд и за кобылками ухлёстывать. Как летун он так себе, это я тебе говорю! — Похоже у Зиппер самоуверенности было не меньше, чем у её оппонента. — Без дружков своих он ничего не может. На первом же круге сдуется!

Видимо, самонадеянность являлась обязательным атрибутом всех сорвиголов, в особенности пегасов.

— Ладно, меня уже ждут, походу, — бодро сказала Зиппер, сделав в воздухе кувырок через голову. — Смотри, Сноу, как я его щас сделаю!

Рыжая сорванка подмигнула Сноуфлейк с хитрецой и полетела в сторону ожидавшего её Виндбрейкера.

Сноу хотела было остановить пегаску, даже собственные крылья инстинктивно расправила и вскочила на ноги, но Зиппер уже парила над местом старта на другом конце стадиона, на лету вновь что-то обговаривая со старшеклассником.

— Ламбер, сделай что-нибудь! — Вскинулась Сноуфлейк, потормошив земнопони. — Ей нужно отказаться от этой затеи! Она ведь тебя послушает!

Ламбер в ответ лишь мотнула головой, положив ножку на плечо Сноуфлейк:

— Когда дело касается полётов и споров Зип никого не слушает. Да ты не бойся! В чём в чём, а в гонках она разбирается лучше, чем любой из здесь собравшихся. Уж поверь мне на слово — в школе Зиппер просто нет равных.

Пегаску, переживающую за свою новую знакомую, это не сильно успокоило. Тем не менее, Сноу ничего не оставалось делать, кроме как сидеть и наблюдать за этой рискованной авантюрой.

Виндбрейкер и Зиппер повисли в воздухе перед построенными в линию вытянутыми мелкими облачками, которыми условно обозначили стартовую линию. Все зрители окончательно заняли свои места к тому времени. Впрочем, Сноуфлейк предпочла держаться подальше от слишком шумных болельщиков и поближе к Ламбер.

Трасса описывала ровный овал над беговой дорожкой стадиона. Наверняка, это состязание продлится не очень долго. Сноу как-то приходилось уже наблюдать за полетами пегасов на скорость, на одном из городских мероприятий. Это выглядело волнительно и впечатляюще.

Наконец у стартовой линии началось какое-то шевеление: одна из пегасок, постоянно крутившаяся возле точки старта, поднялась в воздух и громко объявила:

— Готовность!

Толпа старшеклассников засвистела в ответ, находясь в предвкушении.

— На старт! Внимание!.. Марш!

Сноуфлейк мало что понимала в гонках, но даже непосвященному зрителю было заметно, что Виндбрейкер с первых метров дистанции оторвался на целый корпус от Зиппер, желая сразу показать кто тут чемпион, а это было плохо, вдобавок внутренний радиус давал сиреневому жеребчику небольшое преимущество.

На середине первого круга рыжегривая пегаска отстала ещё на пару ярдов, заставляя стан болельщиков Виндбрейкера оживиться, уверовав, что соперник уже смирился со своим вторым местом.

Спустя всего пол минуты Виндбрейкер и Зиппер уже пронеслись мимо трибуны, завершая свой первый круг, под дружные зрительские крики и топот. Собравшимся явно нравилось бесплатное зрелище.

Сноуфлейк нервно покачивалась на месте. Она чувствовала, как много Зиппер поставила на кон: и немалые деньги и репутацию. Она стеснялась громко кричать или бурно выражать эмоции, хотя внутри кобылки всё трепетало, а сердечко колотилось всё быстрее при виде явно проигрывающей Зиппер.

Впрочем, Ламбер, сидевшая рядом, проявляла завидное хладнокровие, и, казалось, даже безразличие к складывающейся ситуации.

К концу второго круга положение на трассе никак не поменялось. Зиппер по прежнему летела с небольшим отставанием, в несколько ярдов, не увеличивая и не уменьшая разрыв.

— Ну что же ты… — еле слышно сказала Сноуфлейк не отрывая взгляда от гонки. Когда разрыв всё же чуточку вырос, кобылка повернулась, с надеждой посмотрев на Ламбер. — Почему она отстаёт?

— Всё путём подруга. Просто смотри, что будет дальше. — тихо, еле слышно, на фоне гула старшеклассников, проговорила Ламбер.

На третьем круге ситуация на трассе действительно начала стремительно меняться. После выхода из первого поворота Зиппер начала постепенно уменьшать отставание. Виндбрейкер, весь взмокший от пота к тому времени, натужно попытался ускориться, но кроме глупого оскала ничего выдать не сумел: судя по всему сиреневый жеребчик летел уже на пределе своих возможностей.

Не успел пегас оглянуться, как Зиппер уже поравнялась с ним, козырнула, скорчив гордую физиономию и приготовилась сделать рывок, чтобы уйти в отрыв. Раздосадованый тем, что упускает победу, Винд, оскалив морду, качнулся в сторону рыжей нахалки, попытавшись боднуть её головой в бок.

Но Зиппер была начеку. Наверняка она ожидала подобного манёвра от не слишком честного соперника. Пегаска ловко ушла от неуклюжей подлянки резкой сменой высоты, перевалившись через крыло и пропустив жеребчика под собой, после чего одним мощным рывком опередила Виндбрейкера, ещё и потерявшего скорость после отчаянного, необдуманного манёвра.

Несколько старшеклассников раздосадованно махнули копытом и начали собираться, но большая часть зрителей, которые, в общем-то, ни за кого определенного не болели, встретили произошедшее одобрительными окликами.

— Давай Зиппер! Ты сможешь! — вдруг изо всех сил крикнула Сноуфлейк так неожиданно, что даже Ламбер вздрогнула. Для самой кобылки это также стало не меньшей неожиданностью: только что она категорически не хотела этого делать и жутко стеснялась. Но в этот напряженный момент словно что-то щёлкнуло в голове пегаски, Сноу почувствовала, что вольна кричать в этом месте сколько вздумается… Что должна как-то поддержать новую подругу. Кобылка перешла к активной агитации за Зиппер.

Часть пони позади подхватили эту идею, поэтому когда летунья словно вихрь пронеслась над оставшейся частью трассы и пересекла финишную черту, пока Винд только-только выходил из второго поворота, они встретили её радостным свистом, и топотом копыт.

Зиппер взвилась свечой вверх, проделав несколько кульбитов на забаву возбужденной толпы, пока старшеклассник с кислой миной лениво долетал до финиша, обливаясь потом.

Закончив с воздушной акробатикой, Зиппер подлетела к подскочившим с трибун Ламбер и Сноуфлейк.

— Я же говорила, что сделаю его! — Рыжая сорванка приземлилась, выпятив грудь колесом и расправив крылья. Отвесила брохуф Ламбер. — Как я его перед финишем, а? Теперь все вокруг точно будут знать, кто лучший летун в округе!

— Многовато ты ему форы дала в начале. — Шутливым тоном попеняла земнопони. — Вот не можешь ты без выпендрежа.

— Так, а по другому не интересно! — Бравурно ответила рыжегривая пегаска. — Иначе хрен кто против меня летать согласится!

Толпа пони с трибун повалила кто куда: одни хотели поглазеть на Зиппер, другие — на выдохшегося Винда, а третьи резко засобирались по своим делам, раз уж больше гонок на сегодня не предвиделось.

— Хэй, Винд! — Зиппер окликнула не слишком спешившего отдавать её выигрыш пегаса, пока тот не скрылся — Где там мой выигрыш?!

Сиреневый жеребчик, по всей видимости шокированный результатом, молча взял из копыт одного из старшеклассников свою сумку, выудил оттуда небольшой мешочек монет, после чего, взяв ещё один мешочек из копыт уже другого пони из своей компании, нехотя отдал это добро в копыта Зиппер, после чего поспешил удалиться со стадиона прочь.

— Зачем? — Сноуфлейк с непониманием смотрела на Зиппер, которая аккуратно пересчитывала свой выигрыш. Золотых байтов тут, конечно, не было, что вполне ожидаемо, но внутри кошелей присутствовал их эквивалент в виде огромной кучи серебряных и бронзовых, похожих на золотые, битов.

— Что зачем? — Рыжегривая сорванка озадаченно посмотрела в ответ.

— Зачем ты спорила на деньги, что обгонишь того старшеклассника? — Быстро пояснила Сноу. — Это же не стоит того!

— Ты какая-то странная, — покачала головой Зиппер, — Как это не стоит? А откуда мне тогда деньги брать? Не у всех, знаешь ли, есть богатенькие родители, Сноу. Мои, вот, денег карманных мне совсем не дают, а работа у меня сейчас не регулярная, — Признание Зиппер удивило Сноуфлейк. Кобылка настолько привыкла, что папа с мамой выделяют ей определённую сумму раз в пару недель, которую она может потратить как заблагорассудится, что уже воспринимала это как само собой разумеющееся. Да и у прежних подруг какие-никакие, но карманные деньги тоже водились.

— Т-тем более, зачем ты спорила, если у тебя проблемы с деньгами? Вдруг бы проиграла? Это же… Целых пять байтов! — Преодолев секундное смятение выпалила Сноу.

— Пфф… Ты думаешь я стала бы спорить на такую сумму, не будь уверена в победе? — Зиппер усмехнулась. — В честной гонке на короткую дистанцию меня хрен обгонишь. Так что время от времени, как случай подворачивается, я использую такие гонки чтобы немного подзаработать. Мне приятно, что ты обо мне волнуешься, Сноу, но это лишнее. Я видела как Винд летает и как редко тренируется, так что тут и побольше ставить можно было, просто… Спугнуть его побоялась.

— Да, Сноу. — Ламбер впервые легонько улыбнулась за всё время, видя как глаза Сноуфлейк расширились от удивления. — Тут не было интриги с самого начала.

Зиппер тем временем ссыпала все монеты в один невероятно пузатый мешок и ловко подкинула его в копыте.

— Ну вот, теперь можно и отпраздновать немного, — она взглянула на всё ещё не отошедшую от шока Сноуфлейк, — Ты с нами?

— Ой… Нет. Как-то не хочется сегодня. Мне и прошлого раза хватило выше ушей. — Сноуфлейк постаралась подавить нахлынувший приступ раздражения, но в голосе всё равно проскользнул холодок, что не осталось незамеченным Ламбер.

— Даа… Хорошо мы в тот день посидели. Хотя меры ты, конечно, совсем не знаешь. Ты поэтому вчера не была? — догадалась Зиппер, потерев загривок.

— Ага. Поэтому. — Невесело сказала Сноуфлейк. — С родителями поссорилась. И с Санни сегодня тоже.

— Эх,. некрасиво как-то вышло. — Виновато ответила пегаска-хулиганка и тут же добавила примирительным тоном. — На самом деле, я сегодня ничего пить и не планировала. Так, в кафе посидеть, чего-нибудь сладкого навернуть. На эти призовые как раз. Тут пол мешка медяков: как я их до дома-то донесу?

— Правильно Зип! Каждый день только алкоголики пьют. Ну так как смотришь на такое предложение, Сноу? Тебе сейчас не повредит съесть немного сладкого… — земнопони подмигнула, — Я читала — шоколад настроение поднимает, а это прям то, что тебе сейчас нужно.

Сноуфлейк поколебалась немного для приличия, но в итоге согласилась. В конце-концов новые подруги не были причиной разлада в семье и ссоры с Санни. Винить стоило в первую очередь собственную беспечность, неосмотрительность и незнание меры.

Покинув стадион, Ламбер и Зиппер повели Сноуфлейк совсем в другую сторону, нежели в прошлый раз. Гулять в районе где они жили было не слишком приятно, да и приличных мест где можно перекусить там не водилось.

* * *

Блекберри Хилл встретил кобылок небольшими простенькими домиками в один-два этажа и более современными бюджетными многоэтажками. Местные жители нередко попадались с приветливыми улыбками и выглядели дружелюбно. Район хоть и слыл бедным, но обстановка тут была спокойная.

Сноуфлейк с Иви здесь тоже нередко гуляли в детстве и ничего плохого с ними никогда не случалось. Тем более Ярд-парк, где жила пегаска, располагался совсем рядом, так что можно было задержаться подольше без риска опоздать домой к ужину.

Погуляв немного между домов, троица пони посетила недорогое кафе, где кобылки выпили чая с маффинами и разделили на троих плитку шоколада. Зиппер, как и обещала, взялась оплатить расходы подруг, но стоило Сноуфлейк попытаться вежливо отказаться и заплатить за себя самостоятельно, как рыжегривая пегаска тут же нахмурилась, предупредив, что обидится, если Сноу только попробует.

Портить пока ещё хрупкие дружеские отношения Сноуфлейк не хотелось, потому она предпочла убрать деньги, отметив про себя обязательно придумать как потом незаметно вернуть Зиппер потраченные средства.

После посиделок в кафе, кобылки вновь вернулись к, на первый взгляд, бесцельному скитанию по улицам. Однако на самом деле Ламбер и Зиппер водили Сноу по точкам, где любили собираться такие же подростки как они.

— Тебе надо немного примелькаться в нашей компании, — коротко пояснила Ламбер, зачем они это делают, — Для твоей репутации это полезно, кое-какие слухи отпадут.

Пегаска даже уточнять не стала, какие такие слухи вокруг её персоны ходят сейчас. В школе она как-то пропускала всё это мимо ушей — небылицы и правда копились с невероятной скоростью и было совершенно бесполезно пытаться как-то это всё опровергать.

Прибыв на нужное место обе кобылки быстро находили общий язык с тамошними компаниями, представляли Сноуфлейк, после чего, обязанности разделялись: Зиппер старалась провести исчерпывающую экскурсию по каждому месту и рассказать о каждом важном пони. А Ламбер начинала методично расспрашивать местных обитателей о планах и перемещениях отдельных личностей. Иногда фигурировали совершенно неизвестные для Сноу имена, но чаще всего, как ни странно, она улавливала разговоры о Дрейзере, том жеребчике, который при их первой встрече очень странно сбежал на другой конец стадиона.

Когда солнце уже начало явно клониться к закату, Сноуфлейк засобиралась домой. Дабы помочь пегаске немного сократить путь Ламбер и Зиппер проводили её через Кристалл Лейк. Из этого района на восточной окраине Флориша до поместья Стрей было копытом подать.

— Кстати, Сноу, — когда пони уже попрощались, Ламбер спохватилась будто забыла сказать что-то важное. — У тебя планы на завтра есть какие-то?

— На завтра? — Сноуфлейк обернулась, немного сбитая с толку., — Нет, я свободна, вроде бы. А что?

— Да так, выяснилось сегодня кое-чего… Совершенно неожиданно. Можем с завтрашнего дня уже начинать твои проблемы решать. — пожав плечами ответила Ламбер, — Понемногу.

— С… Завтрашнего? — Сноу насторожилась. Она была знакома с этими кобылками всего-ничего, а те уже хотели помочь. Это немного встревожило. — Ну, можно значит завтра, да.

— Так, а чего тянуть? — Вмешалась Зиппер. — Там народец-то кругом хилый, мы им быстро объясним, что делать можно, а чего нельзя. Враз отстанут.

— Х-хорошо. — Сноуфлейк хоть и не очень нравилось, к чему всё это ведет, но возражать она не стала. — А во сколько?

— В полдень начинай собираться.

— Главное оденься как-нибудь попроще и неброско. — весьма кстати заметила Зиппер, — У тебя одежда сильно яркая, типа, имидж портит. Чем меньше ты взглядов будешь на улице ловить, тем лучше.

— Х-хорошо, я что-нибудь придумаю… — Сноуфлейк кивнула и отправилась домой, попутно размышляя над событиями наполовину минувшего дня. Кажется, завтра обещало быть ещё более насыщенным в плане впечатлений, чем сегодня.

## Глава 22

На следующий день, как и обещала, Сноуфлейк отправилась после обеда на прогулку, разумеется не сказав родителям, что собралась решать какие-то свои проблемы. Перед этим пришлось немного покопаться в гардеробе, чтобы подобрать неприметную одежду, как советовали Ламбер и Зиппер: Сноуфлейк не очень любила неброскую темную одежду, отдавая предпочтение светлым оттенкам или тем, что подходили к цвету гривы. Поэтому выбор кобылки пал на старую зимнюю тёмно-серую куртку и синие сапожки, давно вышедшие из моды, а чтобы ушки не мёрзли, Сноу воспользовалась тёплыми наушниками. Накинув капюшон, пегаска отправилась в путь.

Они вчера как-то не обговорили точно место встречи, но Сноу и так знала где, скорее всего, можно найти Ламбер и Зиппер. Те ожидали её около той самой недорогой кафешки, где они вчера сидели. Это было их излюбленное место. Тут можно было тихо сидеть и греться, даже ничего не заказывая, без риска быть выгнанной из заведения, что было несомненным плюсом для кобылок, предпочитающих проводить время на улице.

Настроение обеих пони было бодрым, даже боевым. Тем более они пришли пораньше и уже успели отобедать местным фаст-фудом, и теперь в ожидании Сноуфлейк, уплетали добавочную порцию картошки-фри на лавочке неподалеку.

После короткого приветствия Зиппер поделилась своей порцией со Сноу, а затем, втроем, кобылки двинули в направлении Вудстока. Была там пара точек, где любил околачиваться искомый Дрейзер со своими друзьями. Их стоило проверить в первую очередь.

Когда Фейри Флориш ещё только начинал расширяться, обретя статус города, на месте Вудстока велась массовая вырубка леса, поскольку увеличивающемуся населению и переселенцам требовалось много стройматериалов, для возведения хотя бы мало-мальски сносного жилья. Поэтому изначально район населяли преимущественно лесорубы, столяры, плотники и угольщики, к которым впоследствии добавились разного рода ремесленники и металлурги.

Ныне, здесь жили потомки тех пони, которые не имели возможности переехать в более респектабельные районы города или не желали бросать семейное дело, простые работяги, старики или приезжие, желающие сэкономить на аренде жилья, поскольку снять дом тут стоило сущие биты. Хотя хватало и мутных личностей скрывающихся от проблем с законом или неприятностей иного рода. В общем типичная городская окраина, где обходилось без откровенного криминала в сводках, но хранить бдительность было не лишним.

Побродив по улицам и переулкам, застроенным в произвольном порядке небольшими одноэтажными домиками, компания кобылок вышла почти к самой окраине Вудстока. Отсюда уже отчётливо виднелись высотки строящегося нового квартала и башни подъёмных кранов. Власти и различные дельцы постепенно выкупали дешёвую землю у здешних жителей, закладывая на месте снесённых лачуг новые многоэтажки и коттеджи, однако было весьма сомнительно, что кто-то из проживающих здесь пони сможет в них заселиться.

С холма неподалёку долетал звук кузнечного молота. Из дымохода примостившейся на нём приземистой кузни, крытой потемневшей черепицей, валил густой чёрный дым. Похоже работа там кипела. Но троица пони не планировала туда соваться за ненадобностью. Ламбер указала на старый заброшенный склад в конце улицы, куда и направилась, увлекая за собой остальных подруг.

Спустившись с небольшого пригорка, кобылки подошли ближе.

Кирпичные стены, покрытые множеством трещин не внушали доверия. Двускатная крыша, состоявшая из листов металла, местами разъехалась или обвалилась. В сложных оконных рамах, прикрытых решётками, сильно недоставало стёкол, потому внутри было вряд ли сильно теплее, чем снаружи. Створки проржавевших ворот оказались плотно закрыты, но входная дверь рядом, будучи наполовину приоткрытой, словно приглашала гостей войти.

В стенах склада явно было просто опасно находиться, но судя по узкой дорожке из протоптанных следов, очень много кто такой негласный запрет игнорировал. Изнутри и сейчас доносилось треньканье гитары и обрывки разговора.

Ламбер и Зиппер смело вошли внутрь. Сноуфлейк чуточку поколебавшись, зашла следом, зачем-то попытавшись закрыть за собой дверь. Сделать это не удалось, по причине отсутствия хоть каких-то работающих запоров, да и немного провисшие петли мешали двери встать ровно.

Внутри склада царили уныние, запустение и полумрак. Помещение, разделенное перегородками на несколько частей, изобиловало по углам мусором и старым хламом, вроде сломанных стеллажей или остатков вскрытых ящиков. В воздухе витал запах застарелой пыли и плесени. Потолок украшала бахрома паутины. С ходу оказалось трудно понять, что здесь хранилось раньше, да и не охота было ломать голову.

Пройдя чуть дальше, кобылки обнаружили четверых пони, похоже, хорошо проводивших время и явно не ожидавших гостей.

В углу, образованном несущей стеной и перегородкой, недалеко от единственного целого окна, разместилось оборудованное прибежище. В железной бочке горели картонные коробки, старые книги, разломанные ящики и собранный неподалёку хворост с ветками покрупнее. Дым тут же улетучивался через прорехи в кровле, никак не мешая, хотя над самим импровизированным убежищем крыша была целой и явно переделанной, не напоминая собой решето.

У стен разместилась пара старых рваных диванов, так, чтобы попадать в зону комфортного обогрева. Рядом стоял ободранный офисный стол с несколькими бутылками сидра, некоторые из которых уже были пусты, и какой-то нехитрой закуской. Диваны занимали двое жеребчиков и две кобылки, разбившись на пары. Тот, что держал гитару, разом прекратил наигрывать незамысловатую мелодию, резко хлопнув по струнам, после чего все четверо уставились на незваных гостей.

— Привет, бандиты! — Ламбер решила не затягивать возникшую паузу, разом поприветствовав компанию от лица остальных подруг. Правила приличия никто не отменял.

— Здорова Лам! Давненько ты к нам в гости не заходила, — отозвался лаймовый жеребчик после легкого замешательства, расплывшийся в ехидной ухмылке. — Неужели родители вернулись и выставили тебя на улицу?

— А тебе всё никак не надоест сидеть в этом убогом сарае? — Ламбер пропустила зубоскальство мимо ушей, решив не терять время на пустые разговоры.

— Здесь меня не донимают куча братьев и сестёр. — Дрейзер пожал плечами. — Да и места для моей банды тут достаточно.

— Банды? Пфф… Не смеши мои подковы… — земнопони закатила глаза.

Несмотря на то, что Ламбер явно привлекала к себе больше внимания, все, за исключением Дрейзера, пялились на Сноу, отчего ей было немного не по себе.

Она уже знала всех этих пони: эти две кобылки, пегаска с фестралкой учились классом старше, частенько проводили с Дрейзером время на стадионе, а второй жеребчик, невысокий и довольно хилый единорог, к которому ещё секунду назад облизываясь, льнула мышепонька, и вовсе был её одноклассником, его звали Слэм. Пегаска совершенно не ожидала его здесь увидеть, как, собственно, и он её, судя по слегка испуганному виду.

— … А эту убогую ты зачем сюда притащила? — Сноу, оценивающая обстановку, вдруг уловила в непрекращающемся разговоре что-то, явно сказанное в её адрес. Она растерянно переглянулась с Зиппер, которая стояла рядом, в тени, не говоря ни слова, но та лишь спокойно прикрыла глаза и едва заметно мотнула головой, намекая на то, что им лучше не вмешиваться пока в этот разговор.

— Убого ты своим подельникам платишь, — спокойно парировала тем временем земнопони, делая пару шагов вперед к столу, — Зато сам, смотрю, шикуешь… Гитара новая… Элитный сидр… всё это приличных денег стоит. Интересно, откуда их столько у такого как ты?

Говорливый жеребчик заметно напрягся, несмотря на все попытки поддерживать наглое выражение мордочки:

— Ты на что намекаешь, Лам?

— А сам не догадываешься? Мало того, что продался Глории, так ещё и не доплачиваешь долю своим исполнителям. — С отвращением сказала Ламбер, после чего угрожающе прошипела, сделав ещё шаг ближе. — Они пока и не догадываются, сколько Глория тебе платит.

Дрейзер не выдержал, и вскочил на ноги. Легкий испуг сменился злобой и раздражением:

— Да как ты?!..

— С твоей репутацией кидалы, я другого от тебя и не ожидала, — покачала головой непреклонная Ламбер, — И как у тебя вообще остались в школе хоть какие-то связи?

Прямолинейность земной пони потрясала и сбивала с толку даже самого хулиганистого жеребца. Он уже забыл, что хотел сказать и просто стоял, с шумом яростно вдыхая и выдыхая воздух через нос.

— Чего ты хочешь? — выпалил он, оглянувшись на своих приближенных.

Слэм так и сидел вжавшись в спинку дивана, с напуганным и почти что непричастным видом, а вот обе его кобылки смотрели в сторону Ламбер теперь не менее сурово, чем сам Дрейзер.

Зиппер тронула Сноу за ножку, от чего она вновь обратила на подругу внимание. Взгляд хулиганки стал заметно настороженнее: ей, видимо, тоже было непонятно — идет всё по плану или нет.

На всякий случай кобылки вышли из тени и подошли чуть поближе. Чтобы не выглядеть на фоне бойкой пегаски напуганной, Сноу тоже нахмурилась и слегка приподняла крылья, это придавало пегасам более уверенный и устрашающий вид.

— Ты больше не будешь работать с Глорией. Скажешь, что мы взяли Сноуфлейк под свою защиту. Тогда никто не узнает, что ты снова пытаешься кинуть своих друзей на деньги. — Ламбер тем временем категорично озвучила условия.

Лаймовой масти жеребчик побагровел от злости, а его подруги уже готовы подскочить на защиту чести кавалера. Либо это была какая-то любовь до гроба, либо они и сами прекрасно знали о том, что говорит Ламбер и ничего не имели против махинаций Дрейзера.

— У меня есть предложение получше, — чуть не зарычал Дрейзер, — Мы сейчас надерем вам крупы! Да ещё подзаработаем на этом!

Сказал он это достаточно быстро, но ситуация поменялась гораздо быстрее.

Дрейзер в приступе гнева кинулся на Ламбер, но та, вопреки логике, не стала отступать, а напротив сама ринулась в бой.

Друзья Дрейзера разом повскакивали со своих мест, но в то время как старшеклассницы атаковали Сноу и Зиппер, Слэм наоборот отбежал к дальней стенке, чтобы не впутаться в драку даже случайно. Сноуфлейк мысленно возблагодарила Селестию за то что одноклассник был патологическим трусом, иначе им пришлось бы совсем туго.

Силы распределились довольно равномерно. Тут было где развернуться, поэтому Зиппер тут же взмыла в воздух. Фестралка сразу рванула следом. А вот пегаска предпочла остаться на земле, чтобы разобраться со Сноу.

Это была та самая яркая кобылка, которая так привлекала к себе внимание издалека. Даже непонятно, какой у неё был натуральный цвет гривы — прядки на её голове были покрашены в целых четыре цвета, а хвост коротко подстрижен и окрашен в пятый. Она совершенно не походила на бойца, скорее на какого-то нахохлившегося попугая, оттого Сноуфлейк стало чуть спокойнее.

Две атаки яркой пегаски прошли мимо, а ещё один удар удалось заблокировать копытами: уроки самообороны, которые давал дочке Продиус и отрабатываемые с Харди, не прошли даром. Удачно подгадав момент, на четвертый, особенно неуклюжий удар, Сноу решилась контратаковать, и перехватив копыто соперницы, с силой оттолкнула её в стальную перегородку.

Бросок получился неожиданно мощным — модница взвизгнула, с грохотом ударившись о прутья, и едва удержалась на ногах.

Громыхало что-то и на высоте, под самой крышей — у Зиппер очевидно всё было в полном порядке. По крайней мере, иначе Сноу и думать не могла, учитывая впечатляющее выступление вчера. Она бы ни за что не поверила в то, что её новую подругу может кто-то перелетать.

Единственной, кто испытывал трудности, была Ламбер. Дрейзер оказался не очень ловким, но зато весьма крепким жеребчиком с весьма тяжелым ударом. Земной кобылке пока ничего не удавалось с ним сделать, она вынужденно отступала, терпя град его ударов, будучи не в силах все их заблокировать.

Сноуфлейк и хотелось бы сейчас помочь подруге, знай она как, и если бы на неё саму сейчас не нападали. Старшеклассница не сдавалась, продолжая отчаянно бросаться на пегасочку, постоянно пытаясь её схватить и повалить на пол, а оттолкнуть её так удачно, как в первый раз, не удавалось. Это довольно сильно изматывало — Сноу даже пропустила один удар, который, правда, почти полностью погасила куртка.

Помощь пришла неожиданно. Со свистом над их головами пролетели две сцепившиеся кобылки, но в последний момент Зиппер извернулась и ловко отбросила фестралку, сама свернув в сторону, в то время как её соперница на всей скорости влетела в диван и опрокинулась вместе с ним. Рыжегривая сорванка тут же подлетела к перевёрнутой мебели, чтобы убедиться, что не перестаралась или при необходимости продолжить бой.

Модница на секунду отвлеклась, разорвав дистанцию, и именно в этот момент Сноуфлейк сделала короткий выпад, с силой ударив её в нос. Противница от неожиданности взвизгнула, оступилась и грохнулась на круп. Пару секунд щурясь и растерянно хлопая глазами цветастая пегаска просидела в таком положении, затем утёревшись, бросила взгляд на копытце. Заметив на нём кровь, пони немедленно затряслась и с истеричным рыком:

Ты мне нос сломала, дрянь! — Расправив крылья, бросилась в очередную атаку:

Сноуфлейк будто только этого и ждала. Поднырнув под неуклюжий выпад модницы, кобылка ухватила её за крыло, крутанула и снова толкнула в прутья перегородки. На сей раз большего не потребовалось. Соперница медленно сползла на пол.

— Маховые перья выдрала! — захныкала крашеная пегаска, размазывая кровь по мордочке и прижимая теперь болевшее куцее крыло к телу. — С-с-сука!

Сноу сама чуть не расплакалась при виде валяющихся на полу перьев. Она действовала на рефлексах, даже не заметив в пылу схватки, что сделала. Но её мысли совершенно переменились, когда прямо ей под ноги под звон бьющегося стекла прикатилась бутылка из-под сидра.

Это Дрейзер в горячке боя с Ламбер опрокинул стол и повалил земнопони на землю. Кобылка брыкалась и всячески пыталась вывернуться, но жеребчик словно отлитый из бетона, почти полностью игнорировал её пинки и удары.

Внезапно в копыте Дрейзера зловещим холодом блеснула сталь.

Время для Сноуфлейк будто растянулось в замедленной съёмке. Пегаска замерла, панически пытаясь что-то придумать, чтобы помочь подруге…

Действовать нужно было немедленно, вне зависимости от того, что там блестело и что он с этим собирался делать.

Схватив с пола прикатившуюся под копыта чудом уцелевшую пузатую бутылку из-под сидра, Сноуфлейк за один прыжок сократила дистанцию между дерущимися и с силой огрела ей Дрейзера по голове.

Это оказалось на удивление эффективным ходом: удар получился таким мощным, что Сноу сама удивилась. Впрочем, и далеко не таким зрелищным, как хотелось, ведь бутылка не разбилась. Едва жеребчик грохнулся на землю, пегаска поспешно бросила бутылку обратно на пол.

— Молодец Сноу, круто ты его приложила! — рядом со Сноуфлейк приземлилась довольная Зиппер. Её соперница, тем временем, кряхтя пыталась выбраться из-под дивана.

Вывернувшись из-под стонущего от боли жеребчика Ламбер быстро вскочила на ноги, с силой двинув его в бок.

— Вот зараза! — Ламбер подняла с пола валявшийся рядом складной нож, — Подрезать меня хотел? Паскудник!

На этот раз она добавила Дрейзеру головной боли, заехав тому копытом по лбу:

— Ну что, стоило оно того? Жди «добавки» от своих же друзей, сын собачий!

— Н-нет… Не рассказывай… Им… — простонал жеребец, дрожащими копытами пытаясь прикрыться.

— Ты мои условия помнишь, — прорычала Ламбер, — Отзываешь своих друзей и с Глорией больше не работаешь.

— Л…Ладно…

— К тебе это тоже относится, — кобылка повернулась к единорогу Слэму, который по прежнему жался уголке, так и не рискнув вступить в бой, — Только попробуй нам возразить.

Одноклассник Сноу поспешно закивал, испуганно подняв копыта и посильнее вжался в угол. Наверное, это значило, что он всё понял.

— Всё. Валим отсюда, девочки… — напоследок двинув Дрейзера по рёбрам, сказала Ламбер и повела своих подруг прочь со склада.

* * *

Уладив проблему с Дрейзером Сноуфлейк и её боевые подруги не стали задерживаться в Вудстоке, тут было слишком скучно и довольно опасно. Тем более, что Ламбер выглядела неважно — в драке Дрейзер неплохо её потрепал, но тем не менее, боевой настрой у земнопони не отбил.

— Сдаешь позиции, Лам. — Зиппер, в отличии от подруги не получившая в драке ни единой царапины, шла в приподнятом настроении, — Дрейзер, конечно тот ещё лось, но я не думала, что он тебя почти сразу завалит! И как оно там, находиться под взмокшим жеребчиком?

— Да пошла ты, Зип… — беззлобно процедила в ответ Ламбер. Мордочка кобылки почти не пострадала, но под курткой скрывались несколько весомых синяков. — Просто мне давно не приходилось драться с жеребцами. Сама знаешь, я не очень люблю вопросы силой решать. Да и не ожидала, что этот урод копытами махать начнёт, думала, что мы договоримся.

— Он же с кобылками был… — подала тихий голос Сноуфлейк, — Мне кажется, он при них и не стал бы договариваться…

— Мда… Может ты и права, — кивнула Ламбер, — Спасибо, кстати, за помощь. Хорошо ты ему бутылкой по башке врезала!..

— Ага! Настоящий боец! — Зиппер одобрительно хлопнула крылом Сноуфлейк, — Твое главное оружие, знаешь, невзрачность. Дрейзер до последнего в тебе врага не видел. А драться ещё научишься, хех, я научу.

— Ам… С-спасибо?

— Слушайте, — подала вновь голос Ламбер, замедляя шаг, — Никто же не против, если мы ко мне зайдем? Я хоть ушибы помажу чем-нибудь и вина глотну…

— Да мы ведь тогда опять до вечера засидимся… — предыдущая посиделка никак не выходила из головы белой пегаски, — Может, без вина обойдемся?

— Тебе пока пить никто не предлагает, — улыбнулась Зиппер, — Пойдем, Сноу. Посидим, поиграем во что-нибудь, а там Лам дух переведет и вернемся на улицу.

Сноуфлейк вздохнула и задумалась.

Она всё ещё колебалась. Ламбер и Зиппер ей нравились, но… На самом ли деле они осознают меру? Стоит ли им доверяться на этот раз?

В её голове крутились слова Санни, воспоминания о том вечере после школы, вчерашняя прогулка, сегодняшний бой…

— Уфф… Ладно, идем.

* * *

В течении следующей недели Сноуфлейк каждый день встречалась с Ламбер и Зиппер, гуляла по городу, постепенно вникая в уличную жизнь, а также совместно с хулиганками решала проблемы нападок в школе.

Естественно, это была их не последняя встреча с Дрейзером — жеребчик оказался из мстительных и до какого-то момента пытался чинить подругам проблемы. Однако, как верно отмечала Ламбер, репутация у него была гораздо хуже, чем у неё, да и за деньги кобылка никогда, в отличие от жеребчика, не хулиганила.

В итоге Дрейзер сам на себя навлек внимание товарищей, которые засомневались в его честности, после чего проблемы начались уже у него самого.

Вся эта шумиха играла Сноуфлейк на копыто: некоторые хулиганы сами отказались работать с Глорией, а некоторым было достаточно показаться на глаза в компании Зиппер и Ламбер, чтобы те оставили её и Санни в покое.

Последним шагом стала особая, виртуозная подлянка, которую смогли учинить Зиппер и Ламбер в отношении Глории. Подговорив нескольких идейных хулиганов, они заложили в шкафчики близких друзей и брата богатой кобылки вскрытые упаковки с виноградным соком. Это было своеобразное сообщение: не всё и всех можно купить за деньги.

После этого Глория сама с большой неохотой пошла на мировую, и в присутствии мисс Бейли, окончательно помирилась со Сноуфлейк.

* * *

Даже после того, как с прихвостнями Глории и пакостями от самой земнопони было покончено, Сноуфлейк не стала отдаляться от дружной парочки хулиганок, как рассчитывала изначально. Она наоборот лишь сильнее привязалась к этим пони, которые открыли для неё буквально новый мир и показали другую сторону родного города: заброшенные дома, бедные районы, места сбора хулиганов со всей округи. Кто ещё мог её туда сводить?

Санни Блейз, хоть и продолжала неодобрительно относиться к новым подругам Сноу, вопреки опасению пегаски, не перестала с ней дружить. Да, персиковая единорожка дулась с неделю, собираясь с мыслями, однако просто так выкинуть несколько лет проведённых вместе со Сноуфлейк, в отличие от Иви, она не могла. Совсем не так виделась Санни настоящая дружба. Пусть их общение вне стен школы практически свелось к нулю, в школе они вели себя как ни в чем ни бывало и во всем друг другу помогали. Лишь изредка у них возникали конфликтные ситуации: Санни пыталась словами «вразумить» подругу, сбившуюся, по её мнению, с правильного пути, но пегаска быстро научилась пропускать эти нравоучения мимо ушей.

Едва Ламбер и Зиппер начинали маячить на горизонте, Санни поспешно прощалась, желая хорошо провести время и, ускорив шаг, семенила к выходу.

Сноуфлейк не осуждала Санни за подобное поведение, полагая, что та попросту находится в плену стереотипов и предубеждений относительно выходцев из неблагополучных слоёв общества. Возможно, узнай подруга Ламбер и Зиппер получше, её мнение бы изменилось в лучшую сторону, как это произошло с самой Сноу. Но возможности нормально их познакомить пока никак не представлялось.

* * *

Зима выдалась в этом году на редкость снежная, даже по меркам жителей Фейри Флориша. Окрестности буквально утопали под толстым белым покрывалом, а сам город был весь завален сугробами, иногда размером с небольшой дом. Разумеется, снег чистили, складировали во дворах и подворотнях, пытались вывозить за пределы Флориша, но всё равно его было слишком много.

Этому коллапсу для коммунальных служб в то же время несказанно радовались любители активного зимнего отдыха и жеребята всех мастей. Да и подростки не отставали.

Кругом в городской черте высились снеговики, снежные горки, домики разной величины и целости, а на набережной вообще устроили целую выставку ледяных фигур вокруг самого настоящего снежно-ледового замка.

Сноуфлейк со своими новыми подругами частенько там бывала. Но сейчас она направлялась к совершенно другому сооружению — огромной снежной крепости, расположенной на части пустующей школьной территории.

Огромный форт создавали общими усилиями добровольцев из разных классов больше недели, после чего с упоением и энтузиазмом принялись играть там в командные игры, вроде штурма или захвата флага. Развлечение на удивление пришлось по вкусу как старшеклассникам, так и самым младшим, поэтому крепость пустовала, пожалуй, только по ночам.

Сноуфлейк ни капли не удивилась, когда в очередной из рядовых учебных дней Ламбер и Зиппер встретили её у выхода из школы сразу после занятий и предложили сегодня поучаствовать в штурме. Вряд ли подобное веселье могло обойти стороной этих двух пони.

Кобылка с интересом и волнением разглядывала раскинувшуюся перед ней картину масштабной баталии, устроенной несколькими разрозненными группами учеников Северной школы за право обладания крепостью. На глазах строились и разрушались небольшие заграждения, возводимые детьми. Пони бегали, падали, отовсюду летели снежки, а те, кто постарше иногда кидали в сторону противника целые снежные глыбы, чего, пожалуй, делать не стоило.

Пегаска раньше никогда не участвовала в подобных играх. В принципе, и строительство из снега, и игра в снежки ей нравились, но по отдельности и не в такой спешке. Она хотела постоять ещё минутку, подумать, но времени ей никто давать не собирался: откуда-то издалека Сноу в грудь прилетел шальной снежок.

Зиппер, зачерпнув порцию снега, в мгновение ока сноровисто скатала упругий снежный комок и, взмыв в воздух, ринулась в атаку на ближайший к основной цитадели редут. Ламбер и Сноуфлейк ничего не оставалось кроме как последовать за ней, не оставлять же было подругу один на один с толпой увлечённо мутузивших друг друга снежками учеников.

— Смотри-ка, Сноу! — крикнула Ламбер, обращая внимание кобылки на вершину второстепенного укрепления, — Там старшие наверху!

Действительно, на вершине укрепления мелькали мордочки пони одного возраста, или даже старше них, а вот внизу копошилась младшая детвора, набежавшая, скорее всего, из другой школы. И младшие игроки явно не собирались отступать, а старшие сдавать позиции.

В этот момент откуда-то с высоты до их ушек долетел надрывный крик:

— Звено бомбардировщиков заходит на це-е-ель! — Жеребёнок-пегас молочной масти с трёхцветной гривой разных оттенков бордового в компании трёх своих товарищей спикировал с высоты, неся с собой целую кучу снежков. — Сброс!

Разведя копытца жеребёнок скинул свой груз на головы обороняющихся, те тут же бросились врассыпную, бросая свои позиции. Многие быстро вернулись на свои места, но часть пони всё же решила, что самое время на такой «бомбической» ноте пойти домой, так что места наверху стало в достатке.

— Лам, Сноу! Быстро на защиту! — скомандовала Зиппер, указывая копытом в сторону входа в крепость для тех, кто хотел играть «в обороне». Вооружившись парой снежков, она бросилась в погоню за маленькими пегасами, которые отправились лепить новый сброс.

Земнопони не имела ничего против идеи подруги. Подгоняя Сноу, она побежала ко входу для защитников укрепления.

— Как обстановка? — забежав на единственный этаж, выпалила Ламбер, взглянув на пару отряхивающихся от снега сверстников.

— Мелюзга в край обнаглела! — фыркнул жеребчик-единорог, укрываясь за массивной снежной стенкой от летящих в него снежков и отряхиваясь от единичных попаданий, — Ещё и бомбардировщики эти достали!

— Бомбардировок пока не будет! — между жеребчиком и двумя подругами приземлилась Зиппер. Вид у неё был гордый и довольный, словно она секунду назад выиграла войну, а не закопала в сугроб нескольких младшеклассников.

— Значит обороняем стены! — решительно заявила Ламбер, припадая к невысокому бортику, за которым можно было укрыться от снежков.

Жеребята, устроившие штурм, шумели и громко смеялись, подзадоривали друг-друга, карабкаясь на крутой вал снежной крепости, не превышающий два роста взрослого пони. Они разделились на несколько групп, чтобы отвлечь малочисленные силы защитников. Ламбер и Зиппер бесцеремонно спихивали вторженцев обратно вниз, сбивали некоторых точными ударами снежков. Сноуфлейк действовала мягче и осторожнее, ведь это были ещё дети. Жеребятам же происходящее очень нравилось, что выражалось новыми порциями смеха и попытками добраться до вершины, откуда их снова неизменно сбрасывали кубарем.

Однако, радоваться очередному успешно отражённому набегу Сноуфлейк с командой было не суждено. Младшеклассники существенно превосходили числом, тем более у этого укрепления имелись лишь три нормальных стены, поэтому, несмотря героическую оборону, жеребята вскоре сумели заполонить верхний ярус крепости и перекрыть «цивильный» выход. Маленькие пони оттеснили более хрупкую пегаску к краю и столкнули вниз.

Возможно, будь у Сноу возможность летать, ей бы удалось вырваться из толпы окруживших её жеребят и отступить к своим, а так кобылка скатилась к подножию снежной крепости не хуже мешка, да там и осталась: полежать, посмеяться, немного перевести дух, а заодно дождаться Ламбер и Зиппер. После того как её вывели из боя судьба схватки была предрешена. Не прошло и полминуты, как Ламбер с протяжным вскриком присоединилась к отдыхающей Сноуфлейк. Раскрасневшаяся земнопони отнюдь не выглядела расстроенной, по тембру голоса хохоча не хуже мальчишки. Она помогла подняться Сноуфлейк и с интересом наблюдала за отчаянными попытками Зиппер оказать сопротивление, ехидничая над упрямством подруги в желании остаться на вершине.

Но в итоге и она сползла вниз вместе с куском стены. Вновь появился тот жеребёнок-бомбардировщик и взял Зиппер на таран. Подругам пришлось спешно отбегать на безопасную дистанцию.

— Ладно Зип, хватит с малышнёй возиться. Пошли настоящую крепость брать, — стряхивая с себя остатки налипшего снега, сказала Ламбер подлетевшей подруге и указала в сторону стоящей в центре поляны крепости, обороняемой уже по настоящему крупными силами ровесников, среди которых Сноуфлейк, к своему удивлению, разглядела Иви и Брауна.

— Да мы просто разогревались перед главным штурмом! — крутанулась в воздухе Зиппер. — Теперь я готова сыграть по крупному! Смотрите, как я сейчас в одиночку их всех раскидаю!

Сорванка, не став дожидаться подруг, снова рванулась в атаку.

— Эх, в этом вся Зиппер. — Посетовала более рассудительная Ламбер, двинув следом за пегаской в направлении снежного форта. — Иногда сама ведёт себя будто жеребёнок или сперва делает — потом думает. А потом придумывай план, как её круп в очередной раз выручать.

* * *

Тугой снежок, преодолев приличное расстояние, влепился в мордочку рыжегривой пегаски, заставив перевернуться в воздухе и вновь сменить направление полёта. Иви по прежнему не было равных в классе по силе и точности метания снежков. Причём с детства она лишь улучшила свой навык, теперь безжалостно расстреливая врагов с вершины укрепления снежными снарядами, которое недавно успешно отбила.

— Ухх! — Зиппер потёрла нос, смаргивая выступившие слёзы, в очередной раз отлетая подальше, когда план молниеносного захвата флага провалился. Многообещающе прошипела. — Ну погоди рогатая, доберусь я до тебя…

Ламбер и Сноуфлейк метнулись к складу готовых снежков, быстро вернувшись уже затаренными под завязку. Они обкидали группу кобылок во главе с Иви на вершине укрепления, чем заставили отвлечься их на себя. Им только и было нужно, что отвлечь их внимание от Зиппер.

Защитницы крепости в долгу не остались, с особой жестокостью забросав Сноуфлейк и Ламбер в ответ. Сноу не сильно помогло то, что она пыталась маневрировать, почаще перебегать с места на место, да и Ламбер, которая неплохо умела отбивать летящие в неё снежки копытами, не могла сбить их все.

Однако оно того стоило — не прошло и полминуты, как в крепость на всех парах влетела Зиппер, и махом вытолкнула к подножью пару незнакомых Сноу единорожек. Впрочем, надолго вывести из игры их не вышло — другие кобылки спешно подняли своих союзниц обратно, а за Зиппер увязалась нехилая погоня из скрывающихся за стенами пегасов-защитников.

Подгодав момент, когда силы обороняющихся пони отвлеклись на группу очередных жаждущих занять крепость и летающую кругами Зиппер, Сноу и Ламбер сумели подобраться ближе. Теперь от стен кобылок отделял пологий склон утрамбованной снежной насыпи, высотой в несколько футов, который по мере подъёма становился круче, чтобы затруднить подход.

С противоположной стороны крепости доносились звуки сражения и крики участвующих сторон. В очередной раз Иви вносила существенный вклад в успех шуточного противостояния, постоянно попадая хлёсткими ударами по ушам, носам или крыльям своих противников, одновременно успевая при этом руководить обороной крепости. Малиновая кобылка хищно ухмылялась каждому своему успешному броску, ей определённо нравилось демонстрировать окружающим свои умения.

Слушая смех и визг противоборствующих сторон, Сноуфлейк медленно поднималась к стенам снежной цитадели. Когда до вершины крепости оставалось всего ничего, Сноуфлейк бомбанули целым градом снежков сверху. Пегаска запищала, прикрыв мордочку и прекратила подъём. Весёлая группа кобылок, преимущественно единорожек, ехидно прокричала сверху:

— Проскочить думала?!

В следующую секунду в Сноуфлейк с Ламбер полетели здоровенные куски снега, заставившие скатиться к самому подножию крепостного вала.

— Эх, ну и ладно… — Сноуфлейк не слишком расстроилась неудаче. Это ведь была просто игра.

— У них всё довольно грамотно устроено, их так легко не отвлечь… — Ламбер подвела итог сорвавшейся операции и окликнула увлёкшуюся полётами подругу — Зип, тащи свой круп сюда! Хорош летать бестолку!

Как не странно Зиппер не проявила ни малейших возражений, сразу примчавшись. Погоню она, тем более, давно стряхнула, утомив преследователей, и теперь просто нарезала круги от нечего делать.

Поскольку втроём занять снежную крепость не представлялось возможным, Ламбер предложила влиться в компанию пони готовившихся повторить штурм.

Не прошло и пяти минут, как Сноуфлейк уже неслась в группе разновозрастных учеников к воротам крепости в очередной атаке, предвкушая как сейчас удивит бывшую подругу. Ламбер двигалась рядом, не спеша оказаться в первых рядах и стараясь продумать план дальнейших действий. Над головой пронеслась Зиппер с группой других пегасов, напав на окопавшихся в цитадели с воздуха.

Однако единорожки оказались не так просты. Они создали групповой телекинетический заслон в воротах, лишив возможности прорваться в крепость с главного входа. Атака захлебнулась. Из толпы послышались недовольные возгласы: «так нечестно!», но Иви со своей командой магичек и слушать ничего не хотела.

Сноуфлейк карабкалась на стену под градом снежков, пытаясь побыстрее залезть наверх, и раз за разом терпела неудачу. Иви так грамотно управляла небольшими силами обороны, что даже облепившие со всех сторон снежную крепость пони не могли застать её с друзьями в расплох. Единственное, за чем они не уследили — так это за поредевшими рядами пегасов-защитников. .

Всего одна ошибка и вот в следующий миг единорожка с несколькими «подругами по оружию» оказалась придавлена к земле внушительным снежным комом, сброшенным с воздуха и превратившемся от удара в настоящий сугроб.

Хихикающая Зиппер, довольная своей выходкой, тут же получила целую очередь снежков как из пулемёта. Рыжегривая пегаска, не в силах отбиться от всех них, охая поспешила прочь, решив в следующий раз провернуть что-нибудь ещё более дерзкое и масштабное.

— Ну всё, — вынырнувшая из сугроба Иви полыхнула гневом, выпуская пар из ноздрей. — Я за себя не отвечаю!

Кобылка подняла сброшенную на неё массу снега телекинезом и перебросила через край стены. Образовавшаяся мелкая лавина живо смыла вниз нескольких жеребчиков, пытающихся в этом месте влезть наверх. Сноуфлейк лишь чудом не зацепило: подлетевшая Зиппер успела оттащить замешкавшуюся пегаску в сторону.

Штурм продолжался до самого вечера, пока обе стороны не выбились из сил окончательно и не разошлись полюбовно. Отбить крепость у Иви и её команды так и не вышло.

Сноуфлейк не стала расстраиваться по этому поводу — зима обещала быть долгой, крепость общая, так что она с Ламбер и Зиппер успеет ещё не раз отбить снежный форт или успешно защитить его от посягательств. Главное, что у Иви, похоже, всё складывалось хорошо, жаль только, что поговорить за всё время игры они так и не сумели.

Распрощавшись с Ламбер и Зиппер, Сноуфлейк вернулась домой в бодром, приподнятом настроении. Кто бы мог подумать, что школьные проблемы сведут её с такими пони, за существование в её жизни которых она ещё не раз поблагодарит судьбу.

## Глава 23

После того, как проблемы в школе были окончательно разрешены, Сноуфлейк наконец смогла вдохнуть полной грудью. Никто более не отваживался оставлять надписи на двери её вещевого шкафчика, распространять гнусные сплетни и караулить по закоулкам, а отголоски той лжи, что когда-то распространяла Глория, если и долетали порой до чутких ушек пегаски, то звучали хило, вполголоса, в общем, серьезной проблемой не становились. Кобылка, с посыла новых подруг даже не сомневалась, что это скоро забудется.

На состоянии Санни прекращение нападок также сказалось самым наилучшим образом — к пони вернулась былая улыбчивость и жизнерадостность.

Единственное, что омрачало радость Сноуфлейк — Санни по прежнему не нравилось то, чем занимаются друзья Сноу, и она продолжала неустанно повторять, что ничем хорошим такая дружба не закончится. Попытки упросить её хотя бы попробовать провести немного времени с Ламбер и Зиппер всё так же категорично принимались в штыки. Однако Сноуфлейк не оставляла надежду подружить старую подругу с новыми. Грядущий «День Согревающего очага» и неделя каникул представлялись для этого хорошей возможностью.

* * *

Сноуфлейк была не очень рада, что ей пришлось выбирать с кем провести «День Согревающего очага». Раньше подобных метаний пегаска не испытывала, предпочитая в детстве праздновать в тесном семейном кругу, а став чуточку взрослее — вместе с Иви и Санни, поочерёдно наведываясь друг к другу в гости.

Теперь же пони столкнулась с дилеммой: увидеться с родителями и братом, который на время праздников вернулся из академии? Уделить, наконец, время Санни, оставшейся единственной подругой из беззаботного детства? Или же бросить все эти метания и просто, как обычно, встретиться с Ламбер и Зиппер?

Окончательно определиться кобылка так и не смогла, поэтому пришлось спланировать день заранее, чтобы всё успеть. С утра Сноуфлейк обменялась подарками с родителями и прибывшим домой Харди. После обеда метнулась в гости к Санни, поздравила кобылку, вручив весьма понравившуюся единорожке безделушку, а получая ответный подарок, предложила погулять вечером вчетвером с Ламбер и Зиппер. Санни ожидаемо отказалась и принялась уговаривать Сноу пойти с ней только вдвоём. Тем более, что вечером ожидался красочный фестиваль фейерверков в создании которого участвовал её папа.

Предвидя такой вариант, пегаска заранее подготовила, как ей казалось, гениальный план, который она тут же привела в действие. Ей пришлось соврать, что она обещала вечером сначала немного погулять с родителями и братом, но после этого они могут встретиться и продолжить гулять вдвоем. Выбрав время и место встречи — у елки, в центре города, пегаска угостилась предложенным праздничным тортом, попрощалась и поспешила обратно домой.

Всё прошло в точности как она задумала. Теперь нужно было только забрать подарки приготовленные для Ламбер с Зиппер и успеть добежать до кафешки, у которой те её условились ждать.

* * *

Заснеженные улицы вечернего Фейри Флориша, утопающие в свете фонарей и разноцветных гирлянд, щедро развешанных на фасадах домов, придавали городу особый праздничный шарм и уют. На улицах города было полно пони, и все они постепенно стягивались к центральной площади, местами сбиваясь в плотные, шумные табунчики.

Сноуфлейк, похоже, успела как раз вовремя. Ламбер только подходила к месту встречи. Однако отсутствие Зиппер рядом с земнопони, немного озадачило пегаску.

— Здорова, Сноу! — Ламбер первой при встрече проявила инициативу. Не исключено из-за неявки Зиппер. — С Днём Согревающего очага!

Не разбрасываясь красивыми словами, Ламбер вручила в копыта Сноуфлейк небольшую простенькую коробочку, перетянутую пёстрой лентой.

— Привет, Лам. И тебя! — Сноу не стала затягивать с ответом и передала свой подарок: нечто прямоугольное, узкое и легкое, упакованное в украшенный наклейками большой почтовый конверт.

Переглянувшись, подруги принялись вскрывать упаковки.

— Ух ты, какой брелочек! — первой отреагировала Сноуфлейк, рассматривая подвесочку, сделанную из маленькой монеты. Умелый мастер вписал в неё голубую снежинку, а все пробелы заполнил белой глазурью, — Ты сама его сделала?

— Нет, что ты… — Ламбер сразу смутилась, сделав неловкое движение копытцем, — Купила. Но я его как увидела, так сразу подумала, что он идеально тебе подходит.

— Да ладно тебе, Лам, я ведь подарок тебе тоже купила, — Сноуфлейк улыбнулась, и спрятала подарок земнопони в карман своей сумки. Кобылке давно начало казаться, что брелок на её ключах выглядел уже какой-то слишком по-детски и настало самое время его поменять.

— А это что… Картина? — Ламбер немало удивилась, осторожно вынимая из бумажного конверта доставшуюся ей небольшую картину в рамочке, пока Сноу возилась с сумкой.

— У тебя дома почти нет украшений… Так нельзя. Вот увидишь, с картиной в любой комнате сразу станет уютнее.

Ламбер посмотрела на картину ещё раз и улыбнулась.

— Спасиб, Сноу. Раньше мне такого никогда не дарили. Повешу её на самом видном месте. Только ты мне скажи сперва, а что на ней нарисовано? — Она развернула картину, показывая её пегаске. — Никак не могу понять, это какой-то большой город, да?

— Агась, — подтвердила Сноуфлейк. — Это Мейнхеттен. Видишь — небоскрёбы, желтые такси-кареты… Такое вроде бы пока только там есть.

— Скоро такое будет не только там, — Ламбер усмехнулась и заулыбалась в ответ. — Родители недавно отправляли мне фото объекта, на котором сейчас работают. Это будет вот такое же высотное здание, но в Хуффигнтоне. И похожие кареты, говорят, там тоже уже катаются.

Сноуфлейк довольно кивнула. Значит, с картиной она попала в точку. Ей так и думалось, что изображение цветов в вазе такой пони как Ламбер будет дарить глупо. Впрочем, чувство удовлетворения быстро сменилось задумчивостью и пегаска обеспокоенно заозиралась по сторонам.

— Слушай, Лам, а где Зиппер? Она разве не придёт?

Земнопони лишь отмахнулась:

— Да вроде уже должна давно быть тут. Дискорд знает, где её носит. В общем как обычно… — Ламбер пожала плечами, осматривая полупустую улицу. — Ты что, Зиппер не знаешь? Она всегда…

— Разойдись, народ! — Внезапный крик с неба огласил округу, а уже секунду спустя над головами стоявших пони пронеслась Зиппер. Дерзкая пегаска сделала короткий разворот и приземлилась рядом, выбив фонтан снега из-под копыт и осыпав им подруг. — Всем привет! Фух, боялась без меня уйдёте!

— Зип, ты голову что ли дома забыла? Чего творишь, задери тебя вендиго?! — Возмутилась Ламбер, принявшись отряхивать одежду.

— Конечно свое эффектное появление репетирую. — невинно отозвалась рыжегривая сорванка, распахнув крылья.

— Выпендрёжница. — недовольно цыкнула Ламбер и нахмурила мордочку.

— Зануда. — беззлобно парировала Зиппер.

После «обмена любезностями» пегаска, помялась немного на месте и подошла к Сноуфлейк. Не прошло и минуты, а от былой самоуверенности кобылки не осталось и следа.

— В… вот. С Днём… Согревающего очага, Сноу, — сбивчиво выговорила Зиппер, с нехарактерной робостью протягивая цветастый, украшенный ленточками пакет.

— Оу, спасибо большое! — Сноуфлейк с радостью приняла подарок, будучи немного удивлена такой смене поведения. Скорее всего Зиппер просто не привыкла дарить что-либо кому-нибудь.

— А мне подарок опять зажала, а, Зип? — язвительно спросила Ламбер. С нескрываемым ехидством земнопони наблюдала за ужимками подруги со стороны.

— Ай, вот давай без… Этого самого… — растерянно отмахнулась Зиппер, сосредоточившая всё внимание на реакции Сноуфлейк. Та из любопытства как раз заглядывала внутрь пакета, но так толком и не рассмотрев подаренное, не выдержала и протянула Ламбер подаренный секунду назад пакет.

— Лам, подержи секундочку…

Земнопони приняла пакет в копыта, встретившись недоуменным взглядом с Зиппер, а Сноуфлейк тем временем спешно выудила из своей сумочки коробочку предназначавшуюся для рыжегривой хулиганки. Открыв её, пегаска извлекла на свет тёмно-оранжевый вязаный шарфик и подошла к Зиппер вплотную.

— Не представляю, как ты умудряешься ходить зимой в осенней куртке, — повязывая подарок на шею подруги, улыбнулась Сноуфлейк. — Тем более летать в ней. Поэтому вот. Носи на здоровье. Я специально его подобрала к цвету твоей гривы.

Зиппер, едва взявшая себя в копыта, вновь растерялась. Запинаясь, она еле слышно пробубнила слова благодарности, и отступила назад, старательно пытаясь спрятать свой взгляд. Сноуфлейк была готова поклясться, что щёчки бойкой кобылки полыхнули румянцем, хоть это было и не так очевидно из-за цвета шёрстки. Но Зиппер быстро совладала с собой, прокашлялась и взглянула по сторонам.

— Л-ладно… Хватит тут любезности разводить! Так и весь праздник пропустить можно!

— Правильно, Зип! — поддержала подругу Ламбер, легонько толкнув копытом в плечо, отчего та чуть не грохнулась от неожиданности. Земнопони же это ничуть не смутило. — Куда сперва рванём?

— Может, на главную площадь, к ёлке? — уличшив момент, тут же подкинула идею Сноуфлейк. — Сперва пройдемся там, а дальше уже решим чем займёмся.

Ламбер лишь пожала плечами. Обычно ей было всё равно куда и как долго идти.

— Пешком? До центра города? — уныло протянула Зиппер. Пони явно восприняла эту затею без особого энтузиазма.

— Агась, на своих четверых, как все простые пони делают. Или ты так залеталась, что уже ходить разучилась? — Ламбер не могла не подколоть подругу. Тема «приземленности» для некоторых земных пони была довольно острой, поэтому обратная шутка направленная в сторону пегаса им была как бальзам на душу.

— Ладно, ладно, мисс зануда, пошли уже… — недовольно зашипела Зиппер закатив глаза.

Огромная праздничная ель, поставленная на главной площади Фейри Флориша, горела россыпью разноцветных гирлянд, сверкала мишурой и украшениями на веточках.

Чем ближе компания подходила к центру, тем больше встречала группки радостных жеребят разного возраста. Частенько попадались целые семьи, возвращающиеся из гостей или наоборот — спешащие поздравить родственников и друзей с целым ворохом подарков в коробках. Встречались и пони, решившие участвовать в традиционных праздничных гуляниях на свежем воздухе. Они, как правило, сбивались в шумные компании, веселились, участвовали в играх, пускали фейерверки или набивались в кафе, чтобы немного согреться, и продолжить гуляния с новой силой. Кроме отдыхающих, в этот день в центре было полно патрульных, видимо, на тот случай, если празднование у отдельных пони зайдет слишком далеко.

Сноуфлейк шагала молча, погруженная в свои мысли. В пол уха она слушала устроивших очередную перепалку Ламбер и Зиппер, которая плавно перешла в соревнование подколок.

Пегаска давно привыкла к подобному приятельскому ехидству этих двух пони, чего нельзя было сказать про семенившую следом с надутой мордочкой Санни Блейз, которую, как Сноу и планировала, они подобрали у елки. Видимо единорожка ожидала, что хулиганки вот-вот перейдут от слов к делу и всерьез посворачивают друг другу шеи.

Именно поведение единорожки так беспокоило Сноуфлейк. Гениальный план по сближению Санни со своими новыми друзьями работал совсем не так как планировалось.

Даже после участия в нескольких играх и конкурсах, и просмотра приуроченной ко Дню Согревающего очага пьесы, настроение было далеко от праздничного. Санни попросту не вписывалась в компанию. Она много молчала и порой недовольно поглядывала на подругу-пегаску, которая обманом затащила её в новый коллектив. Это не могло не расстраивать. И с этим нужно было что-то сделать.

— Смотрите. — Сноуфлейк наконец прервала своё молчание, указав на кофейню с остеклённой верандой, где едва-едва после большой шумной компании освободились лучшие места. — Давайте там посидим?

Ламбер и Зиппер не стали возражать, они как раз недавно говорили о том, что уже пора бы присесть где-нибудь. Санни же просто было всё равно, что и поспешила озвучить недовольная пони.

Заказав по кружке глинтвейна, кобылки залегли на огромные подушки подогреваемые зачарованным кристаллом. Видя, что разговор никак не хочет завязываться, Сноу решила вновь пойти на хитрость и навести Зиппер на мысль, что Санни не слышала ещё ни одной невероятной истории, которых у пегаски было полным полно. Долго уговаривать хулиганку не пришлось.

Зиппер в очередной раз взялась пересказывать случай из детства, когда за ней погналась группа подростков драконов, случайно залетевших в окрестности Флориша. И о том, как она ловко сумела их не только обогнать, но и в дураках оставить, так что те шатались потерянные по окрестностям до самого вечера. Рыжегривая пегаска размахивала своей кружкой, топорщила крылья и всячески жестикулировала, напуская всё больше крутости.

Сноуфлейк тихонько хихикала в копытце, при виде всё более распаляющейся кобылки, Санни воспринимала рассказ сидя с кислой миной, хоть изредка и улыбаясь от явных преувеличений, а Ламбер, которая, кажется, знала подробности гораздо лучше самой Зиппер, в конце ехидно заметила, что такими темпами на месте пары мелких, едва летающих драконов, после ещё пары пересказов, наверняка окажется целая стая огромных огнедышащих монстров.

— Да ну тебя Лам… Вечно ты всё портишь. — Рыжегривая хулиганка обиженно отмахнулась и нахохлилась при виде разразившихся дружным смехом подруг. Даже Санни не стала исключением. Всё же глинтвейн и тёплая подушка благоприятно сказались на самочувствии единорожки. Кобылка даже чуточку разомлела.

— Знаешь, что тебя всегда подводит? — Сделав добрый глоток горячего напитка, спросила Ламбер, и тут же сама ответила на свой вопрос. — Любовь к позёрству и преувеличению всего и вся.

— Ну, знаешь! В жизни это было ого-го как захватывающе, а вот чтобы рассказать теперь об этом интересно, нужно что-то и от себя добавить! — Тут же возразила Зиппер. — Пара хилых драконов это ведь скука смертная! А вот когда они большие и свирепые!.. Докажи, Сноу?

— Ага, — продолжая пофыркивать от смеха, отозвалась Сноуфлейк. — Знаешь, Зип… Тебе бы книги попробовать писать. Уверена, была бы не хуже чем Йерлинг с её Дэринг Ду!

— Ты думаешь?

— А то!

Зиппер явно была польщена таким сравнением и с важным видом повернулась к земнопони.

— Вот видишь Лам, Сноу меня понимает! Всё потому, что она не такая приземлённая пони как ты! — Кобылка привстала на подушке, распахнув крылья. Но тут же стушевалась, присев обратно. — Эх, жалко я не такая головастая как эта самая Йерлинг, да и читать не особо люблю.

— Да-а… — протянула в ответ Ламбер. — Где уж мне вас, окрылённых пегасов, понять? Все как один на своей волне. А вы вообще два сапога пара! Обе фантазёрки каких свет не видывал. — Земнопони повернула мордочку к сидевшей рядом Санни. — Верно, рогатка?

— У меня между прочим имя есть. Санни. — Огрызнулась персиковая единорожка.

— Извини, всё никак не могу запомнить. Память плохая на имена. С детства. — Наигранно посетовала Ламбер.

— Неудивительно. Если голову использовать только для ношения шапки и разбивания кирпичей. — съязвила Санни.

— Хэ-эй, а она мне уже чуть больше нравится! — Ламбер с ухмылочкой прикончила остатки своей порции в кружке, — Зип, а давай мы её с крыши покатаем? Как Мэйз тогда?

— О-о-о, а это идея! — Зиппер разом оживилась, явно припомнив что-то веселое.

Санни шутку не оценила и всерьез напряглась.

— Только попробуйте, и узнаете, что не все заклинания единорогов одинаково полезны для здоровья. — Для подкрепления своих слов она продемонстрировала магическую искру на кончике рога. Хулиганок, впрочем, это ничуть не напугало.

Ламбер уже было открыла рот, очевидно, чтобы заметить, насколько слабы единороги в копытной драке как раз из-за своего уязвимого рога, но Сноуфлейк поняла, что этот разговор пора заканчивать, пока не случилось ничего, что могло бы испортить вечер окончательно.

— Девочки, не ссорьтесь! — Сноуфлейк вмешалась безо всякого плана, но тут ей на глаза попались часы, на которые она поспешила указать, — Смотрите, как поздно уже, оказывается! Может, пойдём на шоу фейерверков посмотрим? Санни, ты же, кажется, говорила, что сегодня будет что-то особенное?

— О! Точняк! — Глаза Зиппер заблестели. — Давайте салют посмотрим! Я знаю одно место, откуда просто шикарный вид!

— Салют холостыми из пушек на параде дают, бестолочь. — Санни тут же перебила слишком нахальную по её мнению пегаску. Тем более она не терпела, когда дилетанты постоянно путали два этих совершенно разных понятия. — Фейерверк это совсем другое дело.

— Да какая к дискорду разница? — Зиппер отмахнулась, даже забыв вспылить по своему обыкновению, хотя бы для приличия. — Лам, ты идёшь, или хочешь дальше круп греть и этой горячей водичкой баловаться?

— Можно и сходить. Не каждый день эти фейерверки пускают ведь. — Земнопони даже была рада: в кои-то веке вместо банальных посиделок с употреблением сидра, они проведут этот праздник полностью на ногах, опробовав почти всю программу мероприятий.

Допив глинтвейн и ещё чуточку погревшись, кобылки отправились к месту, которое указала Зиппер.

* * *

Каждый житель Флориша знал, что мост «Созвездие» — самый высокий в городе. Он был переброшен через самую широкую часть реки Скалистой, да к тому же являлся самым широким в городе, соединяя с центром два наиболее развитых района города. Мост являлся одновременно достопримечательностью для туристов, смотровой площадкой с хорошим обзором и местом проведения многих мероприятий. Пони-экстремалы в летнее время года даже прыгали с него на тарзанке, а самые отчаянные сорвиголовы ещё и ныряли в реку.

— Ну вот мы и пришли. — Преисполненная гордости сказала Зиппер, выискивая свободное местечко для всех четверых. К сожалению здесь уже собралась настолько внушительная масса пони, что яблоку было упасть негде. Народ занял всё свободное место у перил и рядом с ними, а по середине моста стабильно проходили толпы пони и стоять там было попросту невозможно.

— Тю, я то думала, ты про какое-то действительно особое место говорила, а этот мост каждая собака в городе знает. Смотри, сколько тут таких «особенных» собралось… — Ламбер разыграла разочарование, желая чуточку раззадорить подругу. Она и сама бы привела своих друзей именно сюда. Правда, предусмотрительно сделав это немного пораньше.

— Лучшего места во всем Флорише для просмотра фейерверков всё равно не найти. Так мой папа всегда говорит. — Задрав носик Санни демонстративно процокала мимо земнопони. — Если ещё хотите успеть насладиться зрелищем идите за мной. Если, конечно, в планы твоих подруг, Сноу, не входит потолкаться среди толпы, чтобы стащить пару кошельков.

— Напомни мне, когда всё закончится, не забыть сбросить эту пони с моста, — оскалилась Зиппер, потыкав локтем в бок Ламбер. Пегаске даже нравилась эта конфронтация.

— Думаю, ты будешь занята более важными вещами, — отозвалась земная пони, подмигнув рыжегривой задире. — Оставь рогатку на меня, я с ней разберусь.

Сноуфлейк не придала значения словам Зиппер с Ламбер, они друг друга тоже постоянно грозились с моста скинуть, а через полчаса уже платили друг за друга в кафе. Так что пристроившись сбоку от них, пегаска направилась вслед за Санни, торопливо семенящей в сторону ближайшей опоры, представляющей из себя настоящую каменную башню высотой добрых 50 футов, которая поддерживала один из пролётов арочного моста.

— Ну и зачем мы сюда пришли? — Зиппер сбитая с толку принялась осматриваться, когда они вошли под широкую арку башни, где ничего не было видно.

— А ты не догадываешься? — фыркнув обронила Санни, по видимости ещё больше засомневавшись в умственных способностях рыжегривой пегаски.

До того как город начал пользоваться электричеством, наверху башен зажигали факелы, чтобы тёмными ночами пролетающие пегасы случайно не врезались в опоры, к тому же они задумывались в качестве наблюдательных и оборонительных пунктов на случай войны, для чего были снабжены внутренней лестницей, бойницами и удобной крытой площадкой наверху, для доступа к которым внизу, разумеется, была предусмотрена дверь. К ней Санни и направилась.

— Только не говори, что ты решила двери выломать. — Зиппер не замедлила съязвить в спину единорожке. Кобылка отлично знала, что вход всегда запирается механо-магическим замком, чтобы особо любопытные пони не лазили внутрь, — У нас даже вчетвером ничего не получится.

— Даже не сомневаюсь, что ты стала бы её выламывать. — Санни приложила копыто ко лбу. — На наше счастье, один знакомый моего папы дал ему мастер-ключ от всех здешних дверей, чтобы я во время праздников могла смотреть отсюда как он запускает фейерверки. Даже жалко, что в детстве такой возможности у меня не было.

Кобылка быстро нашарила в своей сумке искомый ключ, поместила в замочную скважину и повернула. Утробный лязг и хруст возвестил о том, что механизм сработал. Дверь с тихим скрипом отворилась наружу, продемонстрировав узкий проход внутрь башни, утопающий в непроглядном мраке.

— А наша рогатка-то, оказывается, не так проста. — Ламбер оценила жест их новой знакомой, мотнув головой в сторону Санни. — Учись Зип, не то так всю жизнь и будешь двери выламывать, вместо того, чтобы их отпирать.

— Да я-то откуда знала, что у неё ключ есть? — развела копытами Зиппер.

— Вы долго ещё так стоять будете? — поторопила Санни еле тянувшихся подружек Сноуфлейк. — До начала всего несколько минут осталось!

— Да-да, уже идём. — протянула Зиппер, отмахиваясь от слов назойливой единорожки. Не будь кобылка подругой Сноу, пегаска уже давно сказала бы ей пару «ласковых» слов.

Сноуфлейк продолжала наблюдать за развитием ситуации храня нейтралитет. Принимать какую-то из сторон ей не хотелось, да и не знала кобылка как действовать, не заставлять же их дружить насильно, в самом деле?

Если бы Санни не использовала магический свет они бы наверняка

переломали ноги на узкой крутой лестнице. Зиппер по этому поводу как обычно поворчала, что могла бы за пару секунд долететь наверх, а не тащиться тут, но развивать тему не стала.

Верхняя площадка башни-опоры ничем примечательным не выделялась, разве что противопегасьими решётками на окнах, чтобы сорвиголовы вроде Зиппер не вздумали сюда лезть. Видимо по этой причине дерзкая летунья и не стала использовать крылья, пойдя с остальными. Наверняка проверяла, и не раз.

— Попрошу занять зрительские места, согласно полученным билетам. — торжественно огласила Санни, подходя к ближайшему окну, обращённому к центру города. Единорожка думала, что Сноуфлейк сразу присоединится к ней, но к её удивлению рядом встала Ламбер.

Сноуфлейк же быстро составила компанию Зиппер. И как раз вовремя. Первые всполохи фейерверков озарили небо над городом. Секунду спустя до ушей долетел характерный грохот взрывов, спугнувший стаи голубей с крыш.

Санни нисколечко не врала, когда говорила, что зрелище будет особенным. Пиротехники постарались на славу.

Над Флоришем раскрывались причудливые пылающие бутоны цветов, звёзды, сотканные мириадами разноцветных искр, колоннады огненных шаров, появлялись сказочные животные и даже целый дракон. Финалом стала коротенькая разыгранная сцена с объединением трёх рас пони, ознаменовавшая конец периода вендиго.

В разгар представления, Зиппер, убедившись, что все заняты созерцанием шоу и в их сторону никто не смотрит, незаметно придвинулась к Сноуфлейк поближе, прижалась и обняла, накрыв крылом.

Сноу вздрогнула. Рыжегривая хулиганка славилась своей любовью к дурацким выходкам и розыгрышам, но на сей раз никакой глупой шутки не последовало и кобылка быстро успокоилась. Под крылом Зиппер было тепло и уютно. Сноуфлейк даже поймала себя на мысли, что ощущала сейчас себя в безопасности, точно так же, как когда находилась рядом с Харди. Это было одновременно приятно и необычно. А ещё Зиппер украдкой бросала на неё косые взгляды, хотя старательно делала вид, что всецело поглощена созерцанием шоу.

Наверняка сорванка замышляла провернуть какой-нибудь мелкий розыгрыш, пользуясь моментом, но никак не решалась. Сноуфлейк и Зиппер так и просидели вдвоём до самого окончания фестиваля, даже не проронив ни слова.

Потом, правда, последовал не самый приятный разговор с Санни Блейз, после которого Сноуфлейк решила окончательно отказаться от идеи их совместного времяпровождения с новыми подругами. Пегаска и без того чувствовала за собой вину, что пыталась сблизить таких разных пони посредством обмана, а этот разговор разрушил её надежды окончательно.

С другой стороны, Зиппер с Ламбер, напротив, сказали, что отлично провели время и ничуть не возражают против таких «общих» посиделок в будущем. Зиппер даже заверила что быстро сделает из единорожки «нормальную пони». Что она подразумевали под нормальной пони Сноуфлейк сказать затруднялась, но предпочла не выяснять это на практике.

## Глава 24

Зимние каникулы в компании Зиппер и Ламбер пролетели будто один миг, под девизом ни дня без приключений. Помимо просиживания в кафешках, гуляния по магазинам и отдыха друг у друга дома, Сноуфлейк сводили на соревнования по сноуборду, конкурс домашней выпечки, в котором участвовала Ламбер, и в несколько старых заброшек, чтобы побороть у пегаски страх перед такими строениями. Давние приключения из детства всё же, давали о себе знать — Сноу старалась держаться подальше от заброшенных домов. А как уверяла Ламбер: со своими страхами нужно бороться. Вот так, с горем пополам, исследовав пару полупустых заброшенных домов, и убедившись в том, что внутри нет ничего страшного, кроме мусора, да аварийных потолков с полом, кобылка заместила страшные воспоминания из детства приятными.

Начался очередной период заурядных школьных будней. Но теперь Сноуфлейк не переживала по поводу дальнейших перспектив, ведь жизнь снова наладилась, можно даже сказать била ключом. Пегаска с нетерпением ждала окончания занятий, чтобы как обычно погулять немного с подругами.

Однако в этот день на выходе из школы её встретила лишь одна Ламбер со строгим, чуточку обеспокоенным видом. Сноуфлейк немало удивилась, ведь эта парочка представлялась ей совершенно неразлучной, как горошины в стручке.

— Зиппер опять сегодня что-то натворила и её оставили после уроков? — После дружеского брохуфа спросила Сноуфлейк.

— Не-а. Зип сегодня вообще в школе не была. — Причина серьезного настроения земнопони сразу стала понятна. — Когда мы были малыми, то бывало прогуливали уроки просто так. Иногда. Но всегда вместе. А последние года как три договорились, что завяжем с этим делом. И без того внимания много привлекаем.

Сноуфлейк охватило беспокойство. Ещё вчера всё было нормально, никаких весомых поводов пропадать сегодня из вида у её подруги не было.

— Думаешь, Зиппер попала в беду?

— Почти уверена. Сама видала какой у нас район, там всякое может случиться. Ну ты же знаешь эту дурынду: вляпается, а потом её круп спасай. — Ответ Ламбер заставил кобылку волноваться ещё больше. — Думала, домой к ней сейчас зайти. Это самое очевидное место, которое сперва стоит проверить. Ты со мной, Сноу?

— Конечно! — Сноуфлейк даже помыслить иначе не смела, сразу пристроившись рядом с земнопони.

Олсбери встретил двух школьниц привычной картиной разрухи, уныния и витающей в воздухе безысходности. Здесь никогда ничего толком не украшали, почти невозможно было услышать беззаботный жеребячий смех или музыку.

На глаза попадались всё те же шныряющие по улицам подозрительные хмыри с бегающим взглядом, граффити на стенах и горы мусора. Изредка тишину разрывали взвизгивания свистка патрульного где-то неподалёку. Создавалось ощущение, что тут вообще ничего не менялось, кроме времён года. А ведь, как уже знала Сноуфлейк, это был ещё не самый худший район в городе. В тот же Рэдклиф, который находился с Олсбери буквально по соседству, даже её бойкие подруги не хотели соваться, оправдываясь тем, что в нём слишком скучно и делать нечего, хотя по выражению их мордочек пегаска могла с уверенностью сказать, что кобылки попросту боятся.

Дом где проживала Зиппер с семьёй находился у северо-западной части района, достаточно далеко от дома Ламбер. Трёхэтажное просевшее в землю здание с узкими окнами и осыпавшимся фасадом, было, кажется, ещё старше чем то, в котором жила Ламбер, зато в подъезде оказалось на порядок меньше граффити и мусора. Видно, жильцы этого дома хоть как-то следили за внутренним убранством, хотя чистым помещение назвать было всё ещё трудно.

Квартира Зиппер находилась на втором этаже за дверью направо. Сноуфлейк раньше никогда у кобылки не гостила, обычно они собирались у Ламбер, да и сама Зиппер никогда не предлагала свою квартиру как место для встреч. Говорила, что это не понравится либо её матери, либо отцу: в любом случае приятного будет мало.

Звонок давно не работал, поэтому Ламбер привычным движением громко потарабанила в дверь. После троекратного стука, послышался приглушённый топот копыт в коридоре.

— Кого там дискорд принёс? — Раздался недовольный слегка хрипловатый голос Зиппер.

— Открывай, Зип, подруг не узнаёшь? — Ламбер крикнула в ответ, слегка возмутившись. — Мы тут задубели пока до тебя добирались, а ты нас за дверью морозишь!

После секундной заминки прозвучал щелчок замка, дверь отворилась, явив гостям заспанную светло-серую пони со здоровой бейсбольной битой на плече. Убедившись, что пожаловали действительно Ламбер и Сноуфлейк, Зиппер спешно запустила подруг внутрь и захлопнула дверь.

Сноуфлейк сразу для себя отметила, что жила Зиппер не многим лучше, чем в подъезде. Хотя окна, на первый взгляд были наглухо закрыты и чем-то проклеены, по полу ощутимо тянуло холодом, а серьезно за ремонт никто не брался настолько давно, что на кухне местами поотваливалась со стены плитка, а в гостиной некоторые полоски обоев отслоились от стены полностью, обнажая шершавую серую штукатурку на стене.

— Ты в бейсбол решила дома поиграть? — Пошутила Ламбер, бросив взгляд на спортинвентарь в копытах Зиппер.

— Агась. Бита есть, пара бошек появилась, теперь и сыграть можно. — В том же ключе отшутилась пегаска, запирая дверь на все предусмотренные три замка.

— Хех. А если серьезно? — Когда Зиппер повернулась, Ламбер уже говорила и смотрела на неё совершенно по-другому. — У тебя проблемы? Из дома не выходила. Школу прогуляла. К гостям с битой выходишь…

— Проблемы? У меня? Пфф… — Зиппер отмахнулась, вяло ворочая языком и проходя в гостевую комнату. — Это так, мера предосторожности, на случай если кто-то придет за долги отца спрашивать, — Мордочка кобылки на секунду скривилась от отвращения. — Сам-то он ведь опять после драки в баре на исправительные работы загремел. А мама на работе пашет как ломовая лошадь и дома почти не бывает. Так что аргумент для подстраховки не помешает.

— Если к тебе домой завалятся какие-нибудь злые коллекторы, которые обычно долги выбивают, или ещё кто похуже, знаешь куда они тебе эту биту засунут? — тон и взгляд Ламбер стали ещё более серьезными.

— Да блин, я вообще… Мх… — Зиппер кинула биту в угол, дотащилась до продавленного кресла и небрежно бухнулась на него, отчего изношенные пружины издали предсмертный стон. — Короче не в этом дело… Просто хреново мне сегодня совсем…

— А-а-а, так ты по болезни школу прогуляла? — почти с облегчением выдохнула земнопони.

Пегаска же запрокинула голову, прикрыв глаза, и тяжко выдохнула:

— Да ладно бы просто по болезни… Со мной такого ещё никогда не было. Голова болит, всё кружится, да и вообще, слабость такая, что крылья не держат… — Кобылка шмыгнула носом, пару раз сухо кашлянула и со вздохом завалилась на бок.

— Да у тебя температура, наверное! — всплеснув копытами оказавшаяся ближе Сноуфлейк быстро присела рядом с подругой. Она спешно приложила тыльную сторону пясти ко лбу нехарактерно вялой пегаски. — Ну-ка…

Предположение Сноу мигом подтвердилось. Лоб Зиппер был горячим, хоть чайник ставь.

— Да ты горишь вся… Тебе бы доктору показаться, это не шутки…

— Это я просто такая горячая кобылка, — отшутилась Зиппер, не желая покидать насиженное место, — Нормально со мной всё. Никаких докторов мне не надо…

— Один мой знакомый единорог-изобретатель тоже так говорил, а потом чуть копыта не откинул. — Сноуфлейк прочистила горло, постаравшись придать голосу твёрдости. — Марш в постель я сказала!

— Ну ладно, ладно… — Зиппер нехотя покинула диван и поплелась в свою комнату, недовольно бурча. — Столько шума из-за такой ерунды…

— А я тебя предупреждала — не ешь ты сосульки в прикуску к ледяному сидру, — Ламбер, решившая сопроводить на всякий случай рыжегривую задиру не замедлила упрекнуть подругу в бестолковости. — Но тебе же вечно выпендриться надо, своим конским здоровьем похвастать. И где оно теперь?

— Да ну и что? Зато теперь в школу целую неделю не ходить можно…

— Сомнительное удовольствие, Зип, не находишь? — вздохнула Сноуфлейк.

Комната Зиппер встретила гостей прикрученной на двери треугольной табличкой, снятой с трансформатора, на которой красовалась молния пронзающая понячий череп и предостерегающая надпись оттуда же: «Опасно для жизни».

Внутри комнаты царил жуткий бардак: вещи и одежда валялись где попало и как попало. Стены украшали плакаты с неизвестными Сноу музыкантами, среди которых ярким пятном выделялась голубая афиша с «Вондерболтами». По крайней мере, в отличие от гостиной, здесь было довольно тепло.

Уложив Зиппер в постель, Сноуфлейк раскрыла шторы и занялась наведением порядка в комнате подруги совместно с Ламбер, несмотря на беспрестанное бурчание заболевшей сорванки, в духе, что это всё пустая трата времени и вообще, она никому не разрешала вести себя тут как дома.

Вскоре вся немногочисленная одежда хозяйки перекочевала в дряхлый шкаф, неиспользуемые тетради и невозвращенные в школу учебники отправились в стол, мебель была наспех вытерта, а полы вымыты. В комнате сразу стало легче дышать, да и уюта прибавилось.

— У тебя градусник дома есть? — озадачила Сноуфлейк рыжегривую задиру, заставив собраться с мыслями и прекратить неостановимый поток нытья.

— Э-эм… — выражение мордочки Зиппер приобрело выражение, будто она впервые слышит о таком предмете. — Наверное? Чес сказать, Сноу, я без понятия, когда им последний раз пользовались…

— Пойду посмотрю в аптечке. — Ламбер, ориентирующаяся в квартире подруги всяко лучше Сноуфлейк, через пару минут вернулась с оральным термометром.

Выяснив, что температура у Зиппер действительно весьма высокая и переносит её кобылка, судя по всему, довольно скверно, Сноуфлейк поняла, что без врача тут точно не обойтись.

— Лам, а у вас в районе вообще какие-нибудь врачи есть? — пегаска решила на всякий случай уточнить.

— Чего? Зачем?! — Зиппер едва не подпрыгнула в кровати и сжалась. Вид у пегаски был такой, будто та готова сейчас удрать через окно. — Я же говорю, не надо врачей, я уже почти здорова!.. Только деньги тратить… Мне уже гораздо лучше!

— Вот доктор осмотрит и скажет здорова ты или нет. Хватит Зип, со здоровьем не шутят. — Категорично отрезала Сноуфлейк. — Ну так как, Лам?

— Ну-у… — постукивая копытцем по подбородку протянула Ламбер, устремив взгляд в потолок. — Слышала я про одного врача, на его повозке написано, что он терапевт. Пойдёт?

— Да. Сможешь привести? Я заплачу сколько надо.

— Приведу, раз ты думаешь, что всё серьезно.

Провожая земнопони до двери Сноуфлейк из любопытства поинтересовалась:

— А что за проблемы у Зиппер с врачами? Чего она так реагирует?

— Да боится она их просто. — Не оборачиваясь сказала Ламбер. — Всю жизнь от белых халатов бегает. Так что советую приготовить верёвку и покрепче её привязать к кровати, пока я хожу. Иначе, чего доброго, потом замучаемся Зип по квартире сачком ловить или с люстры снимать.

Сноуфлейк тихонечко хихикнула. Специфичный юмор Ламбер напоминал ей отцовский: прямолинейный, грубоватый, но тем не менее поднимающий настроение. Пегаска даже представила как подруга сидит вцепившись в люстру и её пытаются оттуда сбить при помощи пары швабр.

— Ладно. Я быстро, — заверила Ламбер, когда Сноу закрывала за ней дверь. — Развлеки её пока чем-нибудь.

Вернувшись в комнату, Сноуфлейк застала Зиппер лежащей в постели на боку и смотревшей в окно за которым медленно танцевали вальс снежинки. Сорванка выглядела сердитой.

— Кхм… Знаешь, я всегда любила зиму. — Сноу подошла к окну, созерцая снежные хлопья, придававшие даже серому невзрачному кварталу слегка волшебный вид, с небольшой высоты это особенно ощущалось. — Раньше мне всегда казалось, что в это время я менее заметна…

Неожиданно для себя Сноуфлейк увлеклась рассказом о своей семье и особенно о брате Харди. Об историях, которые ей рассказывал в детстве и поддержке, которую оказывал.

— Эх, повезло тебе с братом, Сноу, — вздохнула Зиппер, с обречённым видом пялясь в окно.

— А у тебя есть старшие братья или сёстры? — Сноуфлейк вспомнила, что Зиппер прежде не касалась этой темы.

— Не-а. — с кровати донёсся очередной вздох светло-серой летуньи. — Город бы точно не выдержал вторую такую же пони как я. — кобылка горько хмыкнула. — Да и смотри как мы живём. Второго жеребёнка моя семья бы точно не потянула.

Зиппер вовсе не преувеличивала. Хотя Ламбер тоже жила бедно, и вдобавок одна, в отличии от хозяйственной земнопони, рыжегривая пегаска не любила обременять себя домашними хлопотами, а у родителей, видно, не хватало времени и сил на то, чтобы убираться.

— Конечно так было не всегда. — Продолжала откровенничать Зиппер. — Давно, когда я ещё только начала ходить в школу, наша семья жила по местным меркам весьма неплохо. Родителям тогда было не настолько плевать на меня. Мы иногда вместе проводили выходные, даже чуточку путешествовали по соседним городам, где живёт наша дальняя родня. Даже не знаю, как они сейчас?.. А потом однажды к нам домой пришла стража. Как я уже потом узнала, когда выросла, папа оказывал техническую помощь какой-то преступной группе — доставал оружие, возил на своей повозке с мест преступлений. Помню как на него цепляли кандалы. Как грубо выталкивали из квартиры. Я тогда целый день проплакала вместе с мамой… — пегаска шмыгнула, на секунду замолкнув. — На суде отцу дали четыре года. Ты наверное посчитаешь меня ужасной пони, но лучше бы он из тюрьмы больше никогда не вышел. Когда папа отмотал срок, мы с мамой встречали его, думали, что теперь всё позади и жизнь наладится, но он стал будто совершенно другим пони, каким-то нервным и озлобленным. С тех пор так и живёт между баром и тюрьмой, заявляясь домой, чтобы вздремнуть пару часов и снова уйти в запой на несколько недель. Мама сперва пыталась тащить семью в одиночку, потом видимо сдалась и она, стала вместе с отцом прикладываться к крепкому сидру. С тех пор я так и живу сама по себе. И если родителям на меня плевать, то и мне на них тогда тоже.

Кобылки надолго замолчали. Зиппер выговорилась, а Сноуфлейк было попросту нечего ответить. Никакие теплые слова в её голову не приходили, как бы долго она ни смотрела в окно на медленно кружащиеся снежинки.

— Расскажи. — Зиппер вдруг перевела взгляд на Сноуфлейк, и озадачила пегаску непонятной просьбой.

— А? — Сноу оторвалась от созерцания улицы. — Что рассказать?

— Ты говорила, брат тебе истории в детстве рассказывал. — Пояснила Зиппер. — Вот. Расскажешь какую-нибудь?

— Оу… Вот ты о чем… — Немного растерялась Сноуфлейк. — Харди в основном сам их придумывал, у него очень богатая фантазия. Вряд ли вспомню теперь. Но иногда он ещё рассказывал на память те, что прочёл в книгах. Устроит?

— Угу… Всё равно делать нечего. И полетать нельзя. У тебя есть любимая?

— Есть. Про капитана Шторма.

— О! В детстве она тоже моей любимой была. — Зиппер была приятно удивлена. Перевернувшись на спину, кобылка приготовилась слушать, навострив ушки. — Давай, начинай.

Будучи всё ещё слегка удивлена, Сноуфлейк тем не менее прокрутила в памяти выбранную историю, дабы убедиться, что ничего не забыла. Но едва пегаска начала свой рассказ, как её прервал настойчивый стук в дверь. Было успокоившаяся Зиппер заметно напряглась. Но ничего вслед уходившей подруге не сказала.

Упитанный короткорогий единорог в маленьких круглых очках, которого привела с собой Ламбер, представился доктором Церу. Не тратя понапрасну время, жеребец с деловым видом прошествовал в комнату Зиппер, таща телекинезом пухлый докторский саквояж.

— Ну-с, где наша больная? — Оказавшись на месте спросил врач, обозревая комнату. Зиппер поспешно спряталась, натянув одеяло по самые уши.

— Зип, да хорош уже! Чо ты как маленькая? — Ламбер не замедлила возмутиться глупым поведением подруги.

— На что жалуемся, мисс? — усевшись на край кровати больной пегаски, доктор Церу привычным движением извлёк из саквояжа стетоскоп и градусник.

Сноуфлейк с интересом наблюдала за процедурой.

Осматривая выбравшуюся из-под одеяла Зиппер, врач то и дело вздыхал, хмыкал, цокал языком и даже мурчал под нос, слушая ответы кобылок на свои наводящие вопросы. Завершив обследование парой заклинаний, доктор Церу выдал наконец заключение:

— У вашей подруги однозначно «пегасий грипп». — обратился он к Сноуфлейк с Ламбер, — Обычное сезонное заболевание, вам не стоило так волноваться. Ей вполне мог помочь простой постельный режим и теплое питье. Но раз уж я здесь, выпишу вашей подруге жаропонижающее и противовоспалительное.

Быстро черкнув рецепт, врач обратился к Сноуфлейк, протягивая ей бумажный бланк:

— «Пегасьим гриппом» не болеют другие расы пони. Только пегасы. Поэтому советую вам, голубушка, соблюдать меры карантина до тех пор, пока у вашей подруги не пройдут симптомы.

— У меня прививка от «пегасьего гриппа» есть, не беспокойтесь. — Забирая рецепт заверила Сноуфлейк.

— Тем лучше. Если к концу недели её состояние не улучшится, вы знаете где меня найти.

Получив пять серебряных монет за осмотр и рецепт, доктор гордо удалился. Несмотря на вполне добродушный вид, Сноуфлейк чувствовала какой-то подвох. Учитывая специфику района, кобылка никак не могла понять — что тут забыл частный доктор, когда у местных жителей отродясь денег в кармане не водилось?

— Лам, откуда ты достала этого врача? — спросила Сноу, разглядывая написанный корявым почерком рецепт.

— Ой, не спрашивай. Просто видела пару раз его повозку, где было написано, что у него офис в Рэдклифе.

Вопросов стало только больше — тот район ведь ещё опаснее и беднее! Откуда у него там клиенты? Впрочем, когда кобылка взглянула на изможденную Зиппер, желание разгадывать эту загадку у неё отпало.

— Лам, может, сгоняешь в аптеку? — С надеждой попросила Сноу, протягивая подруге листок с рецептом, оставленный врачом, — А я с Зиппер побуду.

— Та без проблем. — Охотно согласилась земная пони, и, получив из кошелька Сноуфлейк остатки карманных денег, спешно покинула квартиру.

В ожидании Ламбер, Сноу успела напоить Зиппер чаем и не дать сорванке совсем заскучать. Когда земнопони вернулась, Сноуфлейк с её помощью убедила Зиппер принять лекарство, после чего кобылки сообща исхитрились приготовить скромный ужин из того, что нашли в холодильнике. Они проторчали дома у пегаски до позднего вечера. Сноу надо было идти домой, да и Ламбер не сочла нужным остаться тут ночевать. Потому, накормив Зиппер, кобылки разошлись по домам, пообещав навестить захворавшую пегаску завтра, сразу после школы.

На следующий день Зиппер совсем расклеилась. Пони изнывала от кашля и насморка, валялась в койке с видом будто находится при смерти и постоянно требовала к себе внимания. При этом охотно трескала принесённые Сноуфлейк в качестве гостинца апельсины, яблоки и малиновое варенье. Пока Сноу отвлекала Зиппер, Ламбер сбегала домой и принесла продуктов для готовки, продуктовые магазины поблизости всё равно отсутствовали, а кушать хворой подруге что-то было нужно. Земнопони быстро сварганила несколько простеньких блюд, которыми пони и поужинали, после чего Сноуфлейк и Ламбер разошлись по домам.

Зато уже на третий день состояние Зиппер заметно улучшилось. Всё же она была крепкой кобылкой, а забота Сноуфлейк будто придавала ей дополнительных сил. Однако, заставить пегаску принимать лекарства или кушать полезные блюда было той ещё задачей. Вот и сейчас Сноу усердно пыталась заставить Зиппер съесть порцию бульона, приготовленного Ламбер на ужин:

— Ну же, Зипер, ты должна поесть, чтобы быстрее поправляться. — говорила Сноуфлейк, в очередной раз безуспешно протягивая юной бунтарке небольшой поднос с миской. — Этот овощной бульон очень полезный и вкусный.

— Вкусный? Бее… — Принюхавшись, выдала Зиппер, наморщив мордочку. Пони даже язык вывалила. — У меня от одного его вида аппетит пропадает. Принеси мне нормальной еды. Сенбургеров хочу! Или кесадилью!

— Привереда. — у Сноуфлейк даже появилось желание одеть миску на голову Зиппер. Подруга и правда вела себя иной раз как большой жеребёнок. Хоть с ложечки корми. У пегаски вдруг проскочила шальная мысль. — Хм. А если я тебя покормлю? Станешь есть?

— Эмм… — на мордочке Зиппер отразилась внутренняя борьба. С одной стороны она определённо не желала есть эту гадость, но с другой… — Буду. — Выдала кобылка спустя пару секунд раздумий.

— Ладно. Договорились. — Сноуфлейк вздохнула, закатив глаза. Собственно, за язык её никто не тянул. Хотя ей не верилось, что Зиппер на это согласилась.

Сев на кровать, пегаска поудобнее разместила поднос на коленях, взяла ложку, зачерпнула бульон:

— Ну, ты сама этого хотела. Так что Зиппер, открывай ротик, и скажи а-а-а…

Сноу ожидала, что рыжегривая сорванка снова заартачится, но как не странно Зиппер вовсе не стала упираться, скорее наоборот, после пары ложек стала выглядеть весьма довольной. Пегаска успела опустошить половину миски прежде чем в комнату привычно и без стука вошла Ламбер.

— Сноу, ну ты ужинать-то собираешься? Там ведь… — бесцеремонно завалившаяся земнопони застыла с растерянным видом, созерцая представшую картину. — Э-э-э, а чё эт здесь происходит?

Зиппер, замершая с ложкой во рту, которую за ручку удерживала Сноуфлейк, едва не подпрыгнула и покраснела до кончиков ушей. Мигом оценив ситуацию, она выхватила миску с подноса и выкрикнув: «Ничего!», в мгновенье ока выхлебала остатки бульона прямо через край. Быстро поблагодарив Сноуфлейк, таращившуюся на Ламбер с глупой улыбкой, сорванка вернула чашку на поднос и отвернувшись к окну, накрылась одеялом с головой.

Ламбер молча развернулась и вышла, сделав вид, что ничего не видела. Сноуфлейк быстрым шагом последовала за ней, стараясь не думать насколько возникшая ситуация выглядела странно или нелепо со стороны.

После ужина Сноуфлейк засобиралась домой и зашла к Зиппер попрощаться. Подруга всё так же лежала укрывшись одеялом с головой. Сноу даже подумала, что та уснула.

— Зип, ты спишь?

— Даже не думала. — донёсся глухой голос из-под одеяла. — Уже уходишь?

— Ага. — Сноуфлейк виновато вздохнула. — Быстро вечереет. А мне ещё до дома дойти нужно.

— Жалко, что ты не можешь остаться.

— Мои родители будут волноваться, ты же знаешь.

— Я бы тоже хотела, чтобы мои чаще переживали. — Зиппер откинула одеяло и села на кровати, опустив голову. — Но им до меня никакого дела. За три дня мама даже не поинтересовалась как я себя чувствую. Наверное не будь вас, я бы сдохла, и хрен бы кто заметил.

— Она ведь у тебя много работает. — Сноуфлейк присела рядом и положила ножку на плечо пегаски. — Сильно устаёт. Приходит поздно, уходит рано. Держись, у тебя в семье всё обязательно наладится.

— Спасибо Сноу. Ты хорошая, добрая… и заботливая, — Зиппер слегка улыбнулась, взяв Сноуфлейк за копытце. — Эм… Ты хорошая пони. Береги себя ладно? У нас на улицах ночью бывает опасно.

— Не волнуйся, Зип, со мной ведь Ламбер, да и ты сама видела, я за себя тоже немного постоять умею.

— Хэй, сладкая парочка, вы расходиться собираетесь сегодня? — заждавшаяся Ламбер постучала по косяку копытом. Сноуфлейк и Зиппер совсем упустили момент, когда земнопони заглянула в комнату.

— Да, уже идём. — спохватилась Зиппер, постаравшись встать побыстрее, чтобы проводить подруг к двери. Пегаска уже вполне сносно себя чувствовала, хотя сил для полёта или долгой ходьбы ещё не доставало.

Сноуфлейк покинула жилище Зиппер, получив на прощание легкий хлопок крылом по спине, отметив, что та в последнее время стала непривычно сентиментальной. Впрочем, она давно приметила, что эта кобылка наедине обычно ведёт себя несколько иначе, чем на публике.

На лестничной площадке слышались крики доносившиеся из соседней квартиры. Пожилая кобыла сетовала какой сын негодный пьяница и глаза б её его не видели. Не желая вникать в подробности жизни незнакомых пони, Сноуфлейк быстро сбежала по лестнице вслед за Ламбер, которая проводила её до границы безопасного района, после чего отправилась домой.

Зиппер быстро шла на поправку. Спустя ещё пару дней кобылка уже крепко стояла на ногах, прыгала и летала по квартире, более не нуждаясь в уходе,

а окончательно выздоровев, тут же потащила подруг в Кресуэлл Хайтс, который находился на другом конце города, чтобы обследовать очередную примеченую заброшку.

В общем, не прошло и недели, как всё вернулось на круги своя.

## Глава 25

«День сердец и копыт» — овеянный ореолом романтики праздник в Эквестрии.

Открытки, подарки, признания в любви. К нему всегда начинали готовиться заблаговременно, чтобы точно успеть порадовать своих особых пони.

Однако было бы ошибкой полагать, что отмечали его только лишь влюбленные. По традиции, в этот день поздравляли вообще всех дорогих сердцу пони. А это значило, что и Сноуфлейк было кого в этот день поздравить.

Закупившись необходимыми материалами и используя недавно подаренный ей Зиппер набор для рисования, она вкопытную изготовила одну большую открытку для родителей из розового картона, и вручила её им прямо с утра. Для Харди пегаска сделала похожую, только из листа пурпурного картона и чуть меньших размеров, а вот Санни досталось маленькое, алое, плюшевое сердечко.

Поправив седельные сумочки на спине, Сноуфлейк, скрывая волнение, теперь спешила на встречу с Ламбер и Зиппер, с которыми хотела погулять в этот день. Кобылки практически всегда встречались в одном и том же месте, так что проложить кратчайший путь туда не составляло труда.

Почти неразлучная парочка сидела в уже ставшей знакомой кафешке и допивала кофе с печеньем. Сноуфлейк была не голодна, да и сладкого не хотела, потому просто поздоровалась уже ставшим таким привычным брохуфом, вежливо отказавшись от предложенного угощения.

Пегаске не терпелось вручить свои подарки подругам.

Едва присев за столик и ничего не заказывая, Сноу раскрыла одну из своих седельных сумочек и поочереди вручила кобылкам свои самодельные открытки в комплекте с парой маленьких фигурок купидонов.

— Хоо, Зип, смотри какая прелесть! — Ламбер, расплываясь в улыбке, потрясла в копыте пони-купидончика. Но Зиппер, уткнувшись в разворот своей открытки, проигнорировала обращение к себе. Её глаза быстро бегали по строчкам.

Пожав плечами и мотнув головой, Ламбер махнула на подругу копытом, поблагодарила Сноу и порывшись в своей сумке, вручила пегаске небольшую традиционную открытку и значок на сумочку, которые та с удовольствием приняла.

Закончив с мелкими любезностями, Сноуфлейк глянула на Зиппер, которая дочитала текст внутри открытки, и теперь просто сидела, смущенно отведя глаза.

— Эмм… Извини Сноу, — поймав на себе заинтересованный взгляд пегаски, тихо сказала Зиппер. — Мой тебе подарок… Как бы это сказать?.. Специфичный. Будет лучше, если я отдам его подальше от чужих глаз. Э-это ничего?

— Нуу, ладно? — Сноуфлейк задумалась, теряясь теперь в догадках, что же такое хочет вручить ей Зиппер, что требовало бы подобного рода секретности. Спохватившись, она поспешила успокоить подругу. — Если считаешь, что так будет лучше, я не против.

Во! Видишь Лам, я же говорила, что она поймёт! — Сорванка ткнула в сторону земной пони, явно прибавив уверенности.

— Ты бы ещё на сидр поспорила. — Ламбер фыркнула, закатив глаза.

Быстро допив кофе, кобылки завернули с собой остатки недоеденного печенья и покинули кафе.

— Так куда сегодня пойдём? — Привычно спросила Сноуфлейк, едва они оказались на улице. У пегаски особо не было идей, поэтому она предполагала, что подруги снова хотели просто походить по улицам или посетить места, где собирались похожие на них пони. Однако Ламбер внезапно спохватилась, театрально хлопнув себя по лбу:

— Я тут вспомнила, что ко мне родители собирались завтра приехать!.. С утра письмо пришло. Вот сено! Дома не прибрано и холодильник пустой… Извините, девочки, я побегу, наверное. Погуляете сегодня без меня, ладно?

— Как-то слишком внезапно они решили нагрянуть. — Зиппер ничуть не растерялась.

— Я сама в шоке! — Согласно закивала Ламбер.

— Оу, тогда может тебе помочь? — предложила Сноуфлейк по доброте душевной.

Не-не-не. — Ламбер мотнула головой и затараторила, поспешно отступая. — Это лишнее! Я сама справлюсь! Ладно, я побежала, потом увидимся. Удачи-и!..

Кобылка, помахав на прощание, спешно удалилась, оставив Сноуфлейк стоять с приоткрытым от удивления ртом. Несколько секунд пони силилась понять причину такого поспешного ухода, больше похожего на бегство. Возможно, Ламбер считала, что от её с Зиппер помощи будет больше проблем, нежели пользы? Или же…

— Может в парк сходим? — голос Зиппер оторвал Сноу от размышлений, заставив вернуться в реальность. — Тут как раз недалеко есть один.

— В… Парк? — такое тихое и спокойное место не слишком ассоциировалось с увлечениями и характером рыжегривой сорванки, хотя Сноу уже постепенно переставала удивляться тому, что без Ламбер подруга сильно менялась.

— Ну-у, да-а… — Зиппер занервничала, начала поглаживать загривок. — Что-то не так?

— Да нет, что ты, — успокоила подругу Сноуфлейк. Наверняка она звала её туда из-за того самого подарка, который стеснялась вручать в кафе. — Идем.

Парк действительно находился неподалёку. Большой, тихий, ухоженный. Слегка припорошенные утренним снегом дорожки и лавочки, попадающиеся редкие прохожие. Идеальное место с точки зрения Зиппер. Однако она всё медлила.

Дерзкая пегаска непринуждённо болтала, казалось в своей обычной манере: безо всяких заумных речей и рассуждений о высоких материях. Кобылка предпочитала жить сегодняшним днём. Круг её интересов был скромен и Сноуфлейк за каких-то пару месяцев, практически целиком их изучила, поэтому была теперь в силах поддержать любой её разговор. Однако сейчас Сноу видела лишь плохо скрываемое волнение идущей рядом светло-серой пони, которое та пыталась замаскировать примитивной словесной эквилибристикой. Наверняка подруга попросту оттягивала момент, дожидаясь подходящего случая или темы.

— Кстати, а ты знаешь историю возникновения Дня Сердец и копыт? — Сноуфлейк решила помочь Зиппер наконец решиться.

— Не-а… — ответ хулиганки ничуть не удивил.

Пегаски переглянулись.

— Не поверишь, но всё началось из-за любовного зелья. — начала свой рассказ Сноуфлейк. — Однажды принц земных пони дал напиток принцессе единорогов, намереваясь заставить ту влюбиться в него… — продолжила пегаска. — Однако он допустил ошибку, и у него получился любовный яд. Они оба выпили это зелье и под его действием стали настолько помешаны друг на друге, что не могли выполнять свои обязанности. В итоге их королевства пришли в упадок, а население пустилось во все тяжкие. В общем, эта история и не про любовь вовсе, а скорее про то, что может твориться в государстве с полнейшим отсутствием управления и при этом повсеместной романтической повесткой.

— Я не поняла, так к чему это привело? — Зиппер с недоумением подняла бровь.

Сноу слегка покраснела. Немного подумав, она решила объяснить это Зиппер так же, как когда-то ей об этом рассказывал Харди:

— К кхм… Демографическому взрыву при общем падении доходов.

— Вау… — нахмурилась Зиппер, — Никогда бы не подумала, что глупость одного пони могла привести к появлению такого милого праздника.

— Не думаю, что это была глупость. Просто любовь способна сподвигнуть на необдуманные поступки, цена которых может оказаться очень велика.

— Да… Наверное ты права, — Зиппер вдруг остановилась, показав на ближайшую лавочку. — Может присядем?

По мордочке Сноуфлейк было видно, что ей не слишком хотелось садиться на снежную шапку, которую намело за утро.

— А,. снег… Это не проблема! — бойко заверила рыжегривая пони. Зиппер подошла к ближайшей лавочке и несколькими быстрыми взмахами крыльев сдула мешающий сугроб с сиденья. — Ну вот, готово!

— Ха, здорово. — Сноуфлейк слегка улыбнулась и осторожно присела на край лавочки, едва заметно дёрнув крыльями. — Хотела бы я тоже так уметь.

Зиппер бухнулась рядом с таким видом, будто вся лавочка разом стала её личной собственностью. Наверняка при других обстоятельствах дерзкая пегаска ещё бы и крылья полностью расправила, занимая всё свободное пространство. Но сегодня был не тот случай. Осмотревшись, Зиппер запустила копытно в карман куртки, достав оттуда небольшую прямоугольную коробочку. Совсем простенькую, хотя и перетянутую белой ленточкой с сердечками. Похоже, она наконец решила, что настал подходящий момент.

Сорвав ленточку Зиппер сняла крышку коробочки и вытряхнула на копыто складной нож и сложенную гармошкой открытку из альбомного листа.

— Вот, держи, Сноу, это для тебя. Извини, я не мастак говорить поздравления… Просто скажу: с Днём сердец и копыт. — сбивчиво сказала Зиппер, протягивая нож в сторону Сноуфлейк.

— О… ого… — только и смогла выговорить пегаска, рассматривая необычный подарок в копытах подруги, пока не решаясь взять. Нож показался ей смутно знакомым, кобылка даже наклонилась поближе, чтобы внимательнее его разглядеть.

— Да, это тот самый, которым Дрейзер хотел Ламбер пырнуть, — подтвердила хулиганка. — Я его на следующий день выменяла у неё. Сперва хотела себе оставить, но потом поняла, что он тебе нужнее будет. Не хочу чтобы с тобой что-нибудь случилось, когда ночью домой возвращаешься. Сама видала какие у нас кони порой по улицам ошиваются. А так мне спокойнее будет. Ты только в школу его не носи. Отберут, потом проблем не оберешься…

Видя, что Сноуфлейк не торопится проявлять интереса к её подарку, Зиппер решила продемонстрировать все его фишки, чтобы подруга точно оценила ножик по достоинству.

— Я ещё заказала у мастера магическую гравировку на лезвии сделать. Смотри.

Зиппер раскрыла лезвие и с гордостью продемонстрировала будто выжженную на боковой стороне клинка надпись Сноуфлейк, рядом с которой чернело небольшое сердечко:

— Я сперва хотела чтобы с обеих сторон надпись была, но этот жадный хмырь с рогом заломил такую цену, что пришлось отказаться. Но даже так он смотрится круто, правда?

Сноуфлейк, слегка подобравшись, смотрела на подарок, который вертела в копытах Зиппер, не зная, что сказать. Она прекрасно знала, что волшебная гравировка весьма дорогое удовольствие, особенно для пони с около нулевым достатком. Пегаску разрывало желание отчитать легкомысленную подругу за непомерные и совершенно ненужные траты, но ей было неудобно в такой момент, да и не хотелось её обидеть.

Сноу отлично помнила как Зиппер остро реагировала даже на отказ угощения за её счёт, а тут наверняка бы и вовсе взбесилась.

— Не нравится, да? — Упавшим голосом произнесла Зиппер. Видимо молчание Сноу настолько затянулось, что сорванка решила, что серьёзно прогадала с подарком. — Ах, так и знала, надо было Ламбер послушать…

— Нет-нет, всё нормально! — Услышав расстройство подруги Сноуфлейк поспешила её успокоить, быстро взяв ножик из копыт светло-серой пегаски. — Это самый необычный и милый подарок ко Дню Сердец и копыт, который мне когда-либо вручали! — Если Сноу чуточку и кривила душой, то только потому-что не считала какое бы то ни было оружие милым в принципе. — Извини, я просто слегка задумалась…

— Уф, а я уж было подумала… — С облегчением выдохнула Зиппер, смахнув крылом виртуальный пот. — О чём?

— Как тебе сказать… Я же копытами особо махать не умею… — Сноу быстро нашла, что сказать, утаив истинную причину раздумий, — Я им скорее сама себя пораню, чем от кого-то смогу защититься.

— А ведь и правда. — Зиппер цокнула языком. — Ничего, я научу. Можем даже потренироваться с Ламбер завтра, если хочешь.

— Может как-нибудь потом… — неуверенно отозвалась Сноуфлейк. Перспектива обращения с потенциально опасными предметами её совсем не прельщала.

— Да, чуть не забыла, открытку ещё посмотри.

Кобылка торопливо сунула сложенный гармошкой лист под нос Сноуфлейк, слегка обескуражив пегаску. Открытка, сделанная Зиппер, раскрывалась подобно вееру, образуя собой небольшое сердечко.

— Нас в детстве на уроках копытоделия такие делать научили. Наконец-то пригодилось… Там ещё стих небольшой… Специально для тебя. — Смущаясь добавила Зиппер.

Действительно. Сноуфлейк приметила несколько слегка неряшливых строчек текста:

Я таю снежинкой в копыте твоём,

Хотя быть с тобою все дни напролёт,

Лучиком солнца к ногам упаду,

Ведь жить без тебя я, теперь, не смогу!

Дороже и ближе Сноуфлейк в мире нет,

Впереди у нас много радостных лет.

Посредственный вирш неожиданно растрогал Сноуфлейк и она отблагодарила Зиппер внезапными объятиями:

— Спасибо Зип, оказывается ты умеешь быть очень милой! Никогда бы не подумала…

Зиппер в ответ не могла проронить ни слова, вспыхнув до кончиков ушей, казалось даже снег рядом начал таять. Хорошо, что спонтанные обнимашки продлились от силы несколько секунд, не то чего доброго ещё бы лавочка под пегаской задымилась. Сноуфлейк лишь похихикала в копытце от вида зардевшейся сорванки.

— Что?! — Силясь унять смущение возмутилась Зиппер, едва Сноу разорвала объятия. — Я просто не привыкла ко всем этим… Девчачьим вещам…

Очередной смешок подруги вывел рыжегривую кобылку из режима неловкости.

— Ах так?! — Зиппер шутливо вскинулась. — Ну щас я тебе покажу как надо мной смеяться!

Зиппер подхватила пискнувшую Сноуфлейк, взмахнула крыльями и перенесла её в ближайший сугроб, где принялась под визги и злорадный смех усиленно валять и мылить снегом. Вволю наигравшись с беспомощной жертвой, и даже вспотев, сорванка выпустила пегаску из своих цепких копыт.

— Знаешь, я кажется придумала, куда бы мы могли сейчас ещё сходить, — сказала с задором Зиппер, помогая Сноуфлейк отряхиваться.

* * *

Каток, заполненный пёстрой толпой пони, впечатлял размерами.

Раньше в центре района Кристалл Лейк находилось озеро, в честь которого он и получил название. Однако оно по неведомым причинам постепенно пересохло ещё в давние времена, оставив после себя идеальное чашеобразное углубление с ровным дном, которое местные фермеры в тёплое время года эксплуатировали для выпаса домашней живности, а в холодное пегасы смекнули использовать в качестве места для зимнего катка.

Главной приятной особенностью здесь было то, что за сам вход денег не брали, а аренда коньков была чисто символической, так что позволить себе покататься могла даже малышня, чуточку сэкономившая на школьном завтраке. Правда сегодня каток был заполнен преимущественно разномастными парочками, решившими подобным образом провести время со своими вторыми половинками или близкими друзьями.

— Ты умеешь на коньках кататься? — спросила Сноуфлейк у поддерживающей её рыжегривой пегаски, когда осторожно ступала на лёд. Для неё действительно было неожиданностью, что Зиппер решит пригласить её в такое место, поэтому пони не задумываясь решила поощрить инициативу подруги, совершенно забыв, что сама никогда в жизни на коньках не стояла. Но не отказываться же было теперь в самом деле?

— Да, немножко умею. — Зиппер подставила свой бок, видя как у Сноу дрожат и подгибаются ноги. Приобняла подругу крылом, не давая той упасть. — Папа научил в детстве. Раньше зимой мы сюда часто ходили. Это сейчас его ничего в жизни не интересует. Я зимой иногда прихожу сюда, когда Ламбер занята, и катаюсь пока не надоест. Одно время пробовала её тоже научить, но Лам на льду стоит хуже любой коровы… У тебя, вон, уже гораздо лучше получается.

Поддерживаемая подругой, Сноуфлейк стала чувствовать себя немного увереннее, хотя и могла двигаться лишь небольшими шажочками и только прямо, будто по рельсам. Постепенно Зиппер отодвигались подальше, ослабляя контроль и давая больше простора робкой пегаске, приучая её перемещаться самостоятельно. Так, спустя полчаса, Сноу уже могла сносно стоять на коньках и осторожно скользить в нужном направлении не падая при каждом наезде на чужой след от коньков.

Едва необходимость в постоянной опеке Сноу исчезла, рыжегривая сорванка попыталась устроить показательное сольное выступление, в духе «смотри как надо!», но быстро потерпела фиаско, распластавшись с разочарованной мордашкой. Всё же летать у Зиппер получалось намного лучше, чем выписывать кренделя на катке. Однако тихонький смех Сноуфлейк кажется заставлял кобылку мигом забывать о неудаче и пытаться повторить даже те фигуры, которые у неё никогда раньше не получались при всём старании.

Вообще падений в тот день было очень много: сказывалось отсутствие должной практики и опыта у обеих пони, особенно у Сноуфлейк, конечно. Но это никак не помешало им получить удовольствие от процесса.

Лишь к концу дня, окончательно, выбившись из сил, пара кобылок покинула каток. Подкрепившись в ближайшей палатке сладеньким чаем с печеньем, Сноуфлейк ещё немного погуляла по улицам в компании Зиппер, после чего вечером отправилась домой отдыхать, договорившись снова встретиться в свободное время. Прошедший день оказался проведён не только с пользой, но и довольно весело. Со временем она всё больше узнавала Зиппер с неожиданной стороны, которую та усиленно скрывала, считая вредной для своего образа и репутации, совершенно не догадываясь, что она наоборот была способна расположить к себе.

## Глава 26

Весна быстро вступала в свои права. Минул праздник встречи весны, и в школе началась последняя учебная четверть. Сады и парки наполнились щебетом птиц и вознёй мелкой живности, на деревьях показались первые нежные листочки, а на полях и лужайках зеленела молодая сочная травка.

Забот с учёбой прибавилось. Несмотря на это, Сноуфлейк продолжала довольно часто встречаться с Ламбер и Зиппер, да при этом всё активнее принимать участие в авантюрах двух кобылок.

Когда они пробрались в школьный спортзал и намазали суперклеем все мячи для игры и приклеили их к потолку — это было безобидно. Когда выстригли косилкой на газоне перед школой неприличное слово — это было забавно. Когда вместо флага школы разместили на флагштоке чёрное полотнище с символом анархии — это было дерзко, но обошлось без последствий. А вот попытка Зиппер выкрасить в розовый цвет мраморный бюст первого директора школы, стоявший в школьном парке на постаменте, закончилась полным провалом. Желание кобылки доказать, что она тут самая крутая пони в округе, как обычно её подвело.

Едва рассвело, Зиппер прилетела в парк, прихватив баллончик краски и разумеется её застукал охранник за этим «вопиющим актом вандализма», как позже окрестила происшествие миссис Лауфул. Впрочем, как обычно, её родителей в школу вызывать не стали, уже имея малоприятный опыт общения с ними, ограничившись работами по устранению последствий учинённого безобразия.

— Поверить не могу, что тебе хватило ума попытаться провернуть всё это дело в одиночку, — негодующе шипела Ламбер, когда три кобылки после уроков оттирали забрызганный краской бюст.

— Откуда я знала, что охраннику вздумается именно в этот момент размять крылья? — Зиппер как всегда пыталась оправдаться в своей обычной манере.

— А надо было знать. Сколько можно тебе объяснять, что так дела не делаются? — Не унималась Ламбер. — Вспомни как мы с флагом действовали. А он вообще перед школой находится. Если бы я со Сноу так же как и в тот раз отвлекла его, ты бы без проблем всё провернула и нам не пришлось бы заниматься этой фигнёй сейчас. Теперь пол дня тут провозимся.

На самом деле Ламбер со Сноуфлейк были вообще не обязаны этим заниматься, к истории с бюстом они имели весьма опосредованное отношение. Понятное дело, что оставить Зиппер наедине с наказанием было равносильно предательству, а за свою помощь кобылки хотели получить самое малое — обещание больше не доводить до такого. Однако настрой у Зиппер был куда более бойкий:

— Хочешь сказать, я не умею быть незаметной? — Зиппер приняла вызывающую позу, сверкнув глазами и вскинув крылья.

Ламбер закатила глаза и фыркнула:

— Я хочу сказать, что ты не умеешь планировать хотя бы на полшага вперёд.

— А спорим, что я залезу в ту заброшку на окраине, куда мы хотели, и не попадусь? — Задетое самолюбие Зиппер требовало доказать, что это вовсе не так и всё она умеет.

— О какой заброшке речь? — Сноуфлейк, до этого наиболее активно работавшая щёткой и тряпочкой, смоченной растворителем, наконец подала голос. — И это не опасно?

— Конечно не опасно, — поспешила отмахнуться Зиппер. — Обычная заброшка, как и остальные, ничего особенного.

— У тебя и в стену на полной скорости врезаться не опасно. — съязвила Ламбер. — И вовсе она не обычная.

— Но там же всё равно заброшка!.. — не унималась Зиппер.

— Так это такая же заброшка вроде тех где мы уже лазили? — продолжала любопытствовать Сноуфлейк. — Или нет?

— Не совсем. — Уклончиво ответила Ламбер. — Я объясню, но позже. Давай сперва с художествами Зип закончим. Ладно?

Сноуфлейк не стала возражать. Тем более, что чем скорее они разделаются с краской на памятнике, тем быстрее смогут заняться какими-нибудь более интересными делами. К несчастью, краска была несколько иного мнения на сложившуюся ситуацию и провозились кобылки весь день. Уставшие и раздосадованные сорвавшимися планами, Ламбер и Зиппер лишь проводили Сноуфлейк до Ярд-Парка, попутно объяснив что такого особенного в той заброшке о которой шла речь.

Оказывается на самой окраине Фейри Флориша находился завод металлической формовки и обработки. Его построили ещё лет сто назад, и с тех пор он постепенно загибался. Оборудование ломалось и устаревало, цеха по одному закрывались, превращаясь в склады для готовой продукции, пока лет 10 назад предприятие не разорилось окончательно, ошарашив новостью о внезапном банкротстве.

Всё имущество на объекте арестовали, а сам завод выставили на аукцион. Вот только до сих пор покупателя на него так и не нашлось, и он теперь так и стоит, на первый взгляд заброшенный, а на самом деле — законсервированный, со всеми станками, продукцией и даже вещами тех пони, кто там работал. Ламбер и Зиппер давненько присматривались к пустующим цехам на окраине Спрингдейла, медленно приходившим в упадок, но так и не решались туда соваться.

— Там, говорят, охраны полно, причем патрули ходят и снаружи и внутри. — пояснила Ламбер, — А попадаться, сама понимаешь, никто не хочет. Тут уж мойкой памятника не отделаешься, придется в пониции нотации слушать, и это ещё повезет, если штраф не наложат.

В том конце города, на другом берегу реки, Сноуфлейк никогда толком не бывала. В детстве её вообще не отпускали дальше центра Флориша, теперь же просто как-то не приходилось. В общем, кобылка тут же загорелась желанием посмотреть что же там за завод такой, хотя бы издалека. Подруги не стали отказывать Сноу в стремлении унять разыгравшееся любопытство и договорились на выходных сводить туда кобылку, гарантируя, что таких «живых» заброшек она ещё ни разу ещё не видела.

* * *

Ржавые ворота из толстых стальных прутьев, изнутри запертые огромным навесным замком, и глухая стена забора из потемневшего бордового кирпича высотой футов десять, преграждали вход на территорию завода через проходную. За стеной высились исполинского размера цеха и прочие строения, которые были видны всю дорогу пока Сноуфлейк в сопровождении своих подруг шла вдоль дороги, ведшей от окраины города в сторону промзоны.

Долго околачиваться возле проходной Ламбер и Зиппер не планировали, привлекать к своей персоне лишнее внимание им совершенно не хотелось, поэтому кобылки почти сразу потащили Сноуфлейк через заросший молодым лесом пустырь вокруг завода, чтобы Сноу могла своими глазами оценить масштабы заброшенного комплекса.

Узкая тропинка, прихотливо петляя, поднималась вверх по пологому склону откуда открывался отличный вид. У Сноу даже захватило дух — цеха предприятия тянулись насколько хватало взгляда.

— Какого же он размера? — Сноуфлейк даже представить не могла, что на окраине родного Флориша стоит такой промышленный гигант.

— Такой крутой пегаске как я, хватит минуты чтобы облететь вокруг. — Как всегда бравурно заявила Зиппер, видимо привыкшая вместо точных расстояний измерять все величины скоростью. — Ну, а если по земле, даж не знаю. Покажем, Лам?

— Покажем.

Дальше пришлось продираться сквозь густые заросли, поскольку дорожка свернула в совершенно ненужную сторону, обходить возникшую на пути свалку и пробираться через какие-то развалины и горы строительного мусора. Наконец, спустя минут пятнадцать или двадцать юные сталкерши вышли к окраине заводского периметра. Дальше за широким каналом водосброса и лесопосадкой с холма виднелись уже фермерские поля и отдельные ранчо скотоводов.

Осторожно спустившись вниз, кобылки направились по узкой кромке, густо поросшей низким кустарником, пролегающей между водосбросом и стеной, по которой можно было выйти на другую сторону комплекса. Но Зиппер и Ламбер не планировали в этот день просто так бродить вокруг завода. Когда они ещё только добирались сюда, кобылки рассказали, что гуляли вокруг раза три или даже четыре, приметив одно место, где без труда можно было попасть на территорию и хотели попробовать там залезть.

— Короче, последнее слово за тобой, Сноу, — Рыжегривая сорванка, посмотрев в небо, дерзко оскалилась, взлетев невысоко над землёй. — Знаешь, погулять вокруг это конечно здорово, но у тебя щас есть шанс сделать свою экскурсию гораздо интереснее! Глупо упускать такую отличную возможность посмотреть, что там внутри?!

— Лам, это точно не опасно? — осторожная Сноуфлейк заколебалась, посмотрев на стоявшую рядом земнопони.

— Да сама видишь, нету никого, чё ты боишься? — Беспечно отмахнулась Зиппер, перебив подругу. — Один раз я даже пролетала над территорией и ни одного пони не встретила.

— Мы просто погуляем там. Может прихватим пару сувениров на память. — ответила Ламбер, недовольно зыркнув на подругу. — Если будем держаться подальше от мест куда лезть не следует, и не забывать о том, что нам говорили про охранников, точно не опасно.

— Давай, Сноу, решайся! — Зиппер в нетерпении начала пританцовывать на месте, с надеждой смотря на Сноуфлейк. — Туда ещё никто из наших не совался. Мы будем первыми! Тогда точно все пони на районе будут считать нас самыми крутыми!

Чего было не отнять у Зиппер, так это извечного энтузиазма и тяги к авантюризму. Сноуфлейк это притягивало. Причём чем дольше они общались, тем сильнее. Видимо сказывалось отсутствие подобных личностных качеств у самой скромной пегаски. Наверняка Зиппер уже долгое время ждала возможности исследовать почти заброшенный завод и расстраивать её, лишая такой возможности, совершенно не хотелось, к тому же, даже предусмотрительная Ламбер считала, что там не так уж опасно.

— Ладно. Давайте сделаем это. Пора, наконец, показать всем, что мы и есть самые крутые пони в школе. — Сноуфлейк постаралась сказать как можно увереннее, тем более Зиппер была ей не безразлична, и пегаска опасалась, что та в противном случае просто отправится на завод одна, как и обещала.

— Да! Давно бы так, Сноу! Короче, я жду вас с той стороны пять минут, после чего иду сама. — Зиппер, сделала разворот в воздухе и перелетела стену. Сноуфлейк и Ламбер пришлось воспользоваться самодельной лестницей.

По ту сторону забора обнаружилась территория завода сильно заросшая молодыми деревьями и кустарником. Хрустящий под копытами полог старой опавшей листвы и сухостоя нарушал царившую вокруг тишину, когда кобылки начали осторожно пробираться к пустующим цехам, ориентируясь на одиноко торчащую вдалеке на фоне чернеющего неба яркую трубу местной котельной.

Низко нависшие грозовые тучи лишь усиливали общую атмосферу уныния. По пути пони попадались остатки каких-то непонятных конструкций, кучи ржавого металлолома, пустующие обветшалые здания, где не осталось ничего интересного, кроме облупившейся краски на окнах, осыпавшейся внутри штукатурки, да остатков старой мебели под толстым слоем пыли, но бродить внутри них быстро наскучило: кроме гуляющего ветра, ничего стоящего там не встретилось. Стараясь не издавать лишнего шума, кобылки решительно взяли курс к намеченной цели — огромных размеров цеху, высотой с многоэтажку, выделяющемся на фоне своих собратьев относительной целостностью.

Спустя некоторое время дорожка, покрытая грязью, сетью трещин, через которые щёткой пёрла молодая трава, и растительным мусором, привела трёх юных сталкерш к интересующему объекту — кирпичному зданию с огромными составными окнами.

— Ну что там, Зип? Видишь что-нибудь интересное? — Ламбер тихо окликнула подругу, подлетевшую к окнам, чтобы заглянуть внутрь.

— Нет. Нихрена не видно, — недовольно отозвалась Зиппер, стёкла покрытые изнутри серым налётом грязи не позволяли разглядеть хоть что-нибудь, сколько не вглядывайся.

— Видишь какое-нибудь место где можно залезть внутрь? — следующим делом поинтересовалась Ламбер.

Зиппер внимательно осмотрелась по сторонам:

— Не-а. Тут ничего такого нет. И окна не открываются. Можно было бы попробовать через крышу, но я вас туда не подниму. Придётся с другой стороны смотреть.

— Ясно. — Удручённо сказала земная пони. — Ладно. Идём дальше.

Побродив вокруг громадного здания кобылки наткнулись на ржавую пожарную лестницу, ведущую на крышу какой-то пристройки рядом, которой и поспешили воспользоваться. Зигзагообразные пролёты быстро вывели Сноуфлейк с подругами на крышу, откуда оказалось очень удобно влезть внутрь цеха, через окно с отсутствующим фрагментом остекления.

— Ни-фи-га себе! — Вырвалось у Зиппер оказавшейся под впечатлением от увиденного.

— Какой же он огромный! — громко пискнула Сноуфлейк, обозревая необъятных размеров производство. Пегаска попыталась разглядеть с высоты подоконника противоположную сторону, но быстро забросила эту идею, стена находилась слишком уж далеко.

— Тише вы, совсем сдурели? — Ламбер не замедлила гневно шикнуть на подруг. — Если нас здесь застукают, по шее дать могут, если забыли. Да, он больше чем все заброшки на которых мы за жизнь побывали вместе взятые, но про осторожность-то забывать не следует. — Быстро оценив обстановку кобылка дала отмашку. — Спускаемся. Только тихо. Никаких механизмов не трогаем, куда не надо не лезем.

— Бла-бла-бла, какая же ты зануда Лам, когда перестраховываешься, — недовольно сказала Зиппер, спрыгивая с подоконника на стальную конструкцию рядом с окном, после чего слетела на пол, подняв крыльями небольшое облачко пыли. — А…Апчхи!

Звонкий чих сорванки эхом пронёсся по пустому цеху, заставив Ламбер вспыхнуть от гнева:

— Курица безмозглая! — Яростно захрипела стиснув зубы земная пони. — Тебе копытами спуститься лень?

— Ай, да не менжуй, сама видишь, тут нет никого, — отмахнулась Зиппер. — Вообще на всей территории, пока мы тут ходили, не встретили ни одного пони.

— А ведь верно, — согласилась Сноуфлейк. Несмотря на присущую Зиппер беспечность, кобылка вынуждена была признать, что рыжегривая сорванка сейчас оказывалась права, они пробыли на территории фабрики уже немалое количество времени и действительно никого не встретили. — Может, тебя просто обманули по поводу охраны?

— Всё равно, — категорично сказала Ламбер. — Больше не шумим. Неприятностей лучше избегать заранее. — Она быстро отыскала место где можно легко слезть вниз и жестом позвала Сноуфлейк.

Едва ноги Сноу коснулись пола, как пегаске показалось будто она попала на завод в стране великанов, настолько кобылка почувствовала себя маленькой по сравнению с установленным оборудованием и масштабами комплекса. Она бродила с подругами по цеху между рядами с огромными токарными или фрезерными станками и гидравлическими штамповочными прессами. Иногда на глаза попадались листогибы и даже гидравлические гильотины для резки металла. У стен и над потолком были протянуты множество труб оканчивающихся вытяжками вентиляции. Всё оборудование, на первый взгляд, было исправно и готово к работе, хоть и запылилось от времени.

Вопреки ожиданиям, внутри здания было относительно чисто в отличии от прежних заброшек куда они забирались. Бетонный пол был устлан небольшим слоем грязи и слежавшейся пыли, на нём валялись бесчисленные обрезки металла различных форм и размеров, даже ещё не тронутые ржавчиной, завитки стружки, которые не удосужились смести в предназначавшиеся для этого вёдра, у некоторых станков как раз стояли такие, забитые доверху после последней смены, да так и оставшиеся. Попадались небольшие стальные листы заготовок, болты, гайки, резиновые шланги или забытый инструмент, какой-то мелкий мусор. Иногда в проходах стояли пустые бочки, видимо из-под смазки и масел, грузовые тележки заваленные каким-то хламом и коробками, можно было наткнуться на перевёрнутые столики, стулья, однажды попался целый склад стремянок, наваленных друг на друга и большая куча мусора, аккуратно сложенная у стены.

Но всё же сильно бросалось в глаза, что без должного ухода цех постепенно ветшал. Краска на металлоконструкциях облупилась, местами прохудилась крыша. Помещения для отдыха, размещённые в разных частях здания, выглядели ещё хуже: облезлые стены, грязь, пыль, паутина, мусор, редкая оставшаяся мебель пребывала в плачевном состоянии, а шкафчики были настежь распахнуты, являя любопытному взору свои пустующие недра.

Заглянув в очередную такую комнатку, в которой благодаря небольшим окошкам не царил полумрак, кобылки обнаружили кучу старых плакатов со знаменитостями прошлого, наклеенных на стены, небольшой чайный столик со стоявшими на нём парой кружек и сахарницей, в которой ещё даже осталось немного сахарного песка. Верстак справа был завален всяким хламом. А на вешалке с противоположной стороны осталась висеть забытая кем то грязная роба.

Зиппер, выбрав парочку наиболее сохранившихся постеров, аккуратно оторвала их со стены, благо те едва держались, свернула в трубочку и сунула к себе в сумку, туда же отправились календарь дежурств, заламинированная карточка с именем ответственного за безопасность на участке и большой гаечный ключ с верстака.

— А зачем вам вообще нужны все эти вещи? — поспешила спросить Сноуфлейк.

— Если мы просто так скажем, что были здесь, нам никто не поверит, а когда покажем эти вещи будут реальные доказательства. — ответила Зиппер, высматривая, что ещё можно прихватить с собой. — Ну и просто сувениры на память будут, мы ж говорили.

— А это не считается воровством?

— Наверное, считается. Но такая фигня уже никому даром не нужна.

— Вы всё? — Ламбер уточнила на всякий случай.

— Агась, можем дальше идти. — Зиппер быстро кивнула и первой покинула комнату.

Рыжегривая пегаска шла бодрым шагом, ей определённо нравилось здесь находиться. Уверенность дерзкой пони передалась и Сноуфлейк, которая тоже перестала переживать и пугаться каждого непонятного шороха или звука, которыми полнился пустующий комплекс. Лишь Ламбер продолжала пребывать в настороженном состоянии, не разделяя легкомыслия подруг. Но на счастье кобылок, никто по прежнему не спешил их беспокоить.

Все комнаты, примыкающие к производственному цеху, где, видимо, хранились более-менее ценные вещи, оказались заперты. Как и главные входные ворота. Сноуфлейк даже пожалела, что с ними сейчас не было Харди или Иви, которые наверняка смогли бы магией вскрыть замки, чтобы заглянуть внутрь.

Юные исследовательницы сумели пройти только на склад готовой продукции с кучей заржавевших стальных стеллажей с абсолютно пустыми полками. Зиппер, окончательно уверовав в свою безопасность, даже полетала под потолком и покачалась на крюке кран-балки. Сноуфлейк от предложения продемонстрировать свою удаль аналогичным способом вежливо отказалась.

Далее шла комната с кучей больших ванн для оксидирования металлов, в которой не обнаружилось ничего интересного. Затем коридор привёл кобылок в пристройку, где обнаружился архив с документацией. Несколько комнаток с мелкими грязными окошками у которых местами не хватало целых стёкол в рамах, были заставлены шкафами и шкафчиками с выдвижными ящиками, доверху набитыми разнокалиберными по толщине папками, журналами учёта и просто кипами бумажных листов, уже пожелтевших от возраста и скверных условий хранения.

В последней из них даже обнаружился целый стол, вокруг которого валялись разбросанные по полу документы, видимо вывалившиеся из общей кучи стопок, громоздившихся на нём. Сноуфлейк взяла из любопытства первую приглянувшуюся пыльную папку, открыла наугад, вчиталась. Отпечатанный на листе текст оказался списком поставленных запасных деталей для паровозов и вагонов для станции в Додж-Сити. На следующей странице оказался аналогичный список поставки готовых изделий для погодной фабрики Клаудсдейла. Ничего интересного, лишь сухая выжимка из цифр. Сноу разочарованно вернула папку на место. Возможно, если было порыться в архиве целенаправленно, то удалось бы отыскать что-нибудь интересное, но они сюда совсем не за этим пришли.

— Эх, скучно здесь, — Зиппер потыкала засохший в вазе гербарий, бывший при жизни букетом полевых цветов. — Давайте ещё куда-нибудь заглянем? Я видела ещё один такой же цех на фабрике, когда облёт делала. Может туда тоже сходим? Или в котельную попробуем влезть?

— Ты как, Сноу, не против ещё походить? — Ламбер на всякий случай обратилась к Сноуфлейк. Убедившись, что пегаска не возражала, хлопнула копытами. — Ладно, только быстро. Скоро уже вечер, а Сноу ещё пешкодралом домой топать.

Троица пони решила не возвращаться обратным путём снова через производственный цех, а поискать другой выход, тем более коридор из пристройки с архивом вёл куда-то дальше, поворачивая под прямым углом.

Первая попавшаяся дверь оказалась заперта. Вторая тоже. Кобылки направились к видневшемуся впереди очередному повороту коридора. Чем дальше пони продвигались, тем отчётливее слышали подозрительное мерное гудение, эхом доносившееся из глубины комплекса, но любопытство толкало юных исследовательниц узнать источник странного шума, вопреки логике заставляя двигаться дальше.

Проход окончился довольно обширным залом, тускло освещённым десятками запылённых люминесцентных ламп, горевшими под потолком. Судя по предостерегающим надписям, здесь рядом находилась электроподстанция, причём вполне себе функционирующая. Это она была источником гула, который кобылки слышали на подходе. Причём шум стоял сильный, так что обычный разговор удавалось различать с трудом.

Наличие работающего оборудования категорически не понравилось Ламбер и она решила пройти этот участок как можно быстрее, подогнав подруг, но Зиппер и Сноуфлейк в отличии от земнопони отнеслись и к этому легкомысленно, принявшись осматривать зал и громко переговариваться, неспешно продвигаясь к выходу. Зиппер как раз решила рассказать Сноуфлейк очередную пошлую шутку, чтобы было не так скучно бродить по унылому и мрачному зданию, как вдруг из-за поворота им навстречу вывернула парочка пони в неброской форме с нашивками, едва различимыми на фоне тусклого освещения.

Двое охранников, пегас и земнопони, видимо, тоже не ожидали увидеть тут посторонних пони и на мгновение замерли от неожиданности. Немая сцена продлилась недолго, один из охранников быстро сориентировался, вспомнив о своих обязанностях.

— Вы что здесь делаете?! — строго окликнул он кобылок.

— Вот сено! Валим! — Вскрикнула Зиппер, переворачивая рядом стоящий шкафчик с хламом, чтобы загромоздить проход.

— А ну стоять!

Сноуфлейк, недолго думая, рванула следом за убегающими подругами уже не слушая, что им кричат вслед.

— Откуда эти двое тут взялись? Я думала на заводе давно уже охраны нет! — крикнула Зиппер, бросив короткий взгляд на Ламбер.

— От верблюда! Я ведь просила тебя по хорошему не шуметь! — Гневно ответила земнопони. — Ходу, ходу!

Сноуфлейк бежала так быстро как только могла, насколько это вообще было возможно в полутёмном коридоре, стараясь не отставать от более резвых подруг. Судя по стуку копыт, сзади её постепенно настигали.

Вот и комнаты с архивами. Ламбер на секунду остановилась, оглянувшись назад, пропустила вперёд Сноуфлейк, подогнав пегаску толчком в загривок. Загрохотали, валясь на пол, очередные шкафчики с документами, находившиеся в коридоре. Сзади послышался поток брани вперемешку с требованиями немедленно остановиться, но разумеется, никто из подруг и не думал их выполнять.

Страх быть пойманной и грозящие последствия толкали Сноуфлейк вперёд сильнее, чем даже дышащая в спину Ламбер, отчасти сохранившая прежнее хладнокровие.

Коридор внезапно закончился совершенно не там, где начался — похоже, что в лабиринте административных помещений кобылки свернули не туда. Они с размаху вылетели на площадку под самой крышей того огромного цеха откуда начинали свой путь, пропустив спуск к складам и цех оксидирования. Прямая диагональная лестница оказалась единственным путем вниз для Ламбер и Сноуфлейк.

— Я их задержу, спускайтесь! — крикнула Зиппер, захлопнув дверь сразу после того, как на площадку практически одновременно забежали Ламбер и Сноуфлейк.

Времени, правда, они выиграли совсем немного. Какой бы бойкой не была светло-серая пегаска, оба охранника, разом навалившись на дверь, толчком едва не скинули кобылку с площадки. Отчаянно ухватившись за перила, чтобы не упасть, Зиппер тут же взмыла в воздух.

К несчастью, один из охранников тоже был пегасом, и как только увидел, где оказался, использовал крылья. Решив не гоняться за Зиппер, он бросился наперерез двум беглянкам, едва спустившимся по лестнице, камнем упав перед ними в попытке преградить путь. Однако охранник не учёл, что места для манёвра всё равно оставалось предостаточно.

«В стороны!» — сзади прозвучала команда Ламбер, которую Сноуфлейк не замедлила выполнить, метнувшись в ближайший проём между стальными громадинами штамповочных прессов, тем самым избежав ловушки. Ламбер, очевидно, свернула в другую сторону.

— Лови этих, я за крылатой! — Вновь взмывая в воздух, бросил пегас подбегающему напарнику, звонко топавшему по металлической лестнице.

Потеряв подруг из вида, Сноуфлейк почувствовала, как подкрадывается паника. Казалось, что топот копыт охранников звучит отовсюду, эхом отражаясь от стен. Кобылка задыхалась, чувствовала как бешено колотится сердце, а по телу будто разливается предательская слабость, вызывая дрожь в ногах. Она не знала куда бежать, петляя между рядами станков и боясь поскользнуться на грязном полу, устланном стальными обрезками. Откуда то сверху слышался заливистый смех Зиппер, вперемешку с бранью пегаса-охранника, ругавшегося похлеще сапожника, не в силах догнать и поймать дерзкую пони.

— Сюда! — Справа раздался оклик Ламбер, выскочившей будто из ниоткуда. Сноуфлейк кинулась в ту сторону. Земная пони, быстро осмотревшись, ткнула копытом в направлении предполагаемого выхода. — В ту сторону!

Обливающийся потом земнопони грохотал сзади не желая отставать с завидным упорством. Из-за него двум нелетающим подругам приходилось отбрасывать варианты покинуть цех один за другим — они либо были недоступны им вовсе, либо требовали слишком много времени.

Мимо пронеслась Зиппер, играя с гонящимся за ней пегасом в салочки между балками и переплетениями стальных уголков, поддерживающих распорками арочную крышу цеха и издевательски обзываясь.

— Да моя бабушка быстрее летает! — Рыжегривая сорванка очевидно решила довести охранника до белого каления своими издёвками, демонстративно остановившись и зависнув в воздухе. — Ну давай, давай, дядя, поймай меня, чего ждёшь?

Пегас ринулся вперёд, но Зиппер в последнюю секунду увернулась от неуклюжей попытки схватить её за рукав толстовки, а охранник, пролетев дальше по инерции, угодил в отверстие воздуховода с отсутствующим в том месте вентилятором, да так там и застрял, принявшись долбить по стене.

Лестница, к спасительному окну через которое они недавно попали внутрь здания, была последним вариантом для Ламбер и Сноуфлейк, хоть и наименее предпочтительным. Кобылки рисковали переломать на крутой лестнице ноги, в то время как охранник бежал по ним резво и привычно.

Всего пара ступенек, и отстающая Сноу почувствовала, как что-то коснулось кончика её хвоста, а затем её заднюю ножку крепко схватили, когда та поднялась, чтобы заскочить на очередную ступеньку.

— Я поймал одну! — ликующе выкрикнул охранник, ещё не догадываясь о том, что стало с его напарником.

Белоснежная пегаска попыталась отбиться от схватившего её ногу жеребца, но лишь оступилась и потеряла равновесие, больно распластавшись на ступеньках.

Не прекращая бесплотные попытки отбиться второй ногой, Сноу приподняла голову, и увидела остановившуюся почти у самого подъема подругу-земнопони: та была напугана не меньше схваченной пегаски.

— Лам!.. Беги… — забыв о конспирации, слёзно простонала Сноуфлейк, почти переставая брыкаться.

— Ага-а, попалась?! — вновь торжествующе взвыл охранник.

— …А вот хрен тебе! — прозвучал словно из ниоткуда голос Зиппер и именно в тот момент, на голову жеребца приземлилось ведро из-под стружки. Его хватка ослабла и он, извергаясь ругательствами, схватился за ушибленное место. Сноуфлейк в эту секунду удалось, наконец извернуться, отбрыкнувшись от охранника. Поспешно переставляя копыта, белая пегаска продолжила лезть вверх.

Ламбер, желая помочь подруге, спустилась обратно к Сноуфлейк. Она помогла ей подняться и пустила бежать вперед себя. Поднявшись, земнопони указала ей на незастекленный оконный проем, а сама дождалась, пока не выскочит Зиппер, и покинула цех последней.

Дальнейший спуск с крыши пристройки занял не более нескольких секунд, после чего кобылки рванули в сторону стены, прикрытой от лишних глаз кустарниками. Надо было покинуть территорию фабрики в ближайшем месте и как можно скорее. Сноу даже не заметила, как очутилась рядом со стеной, бывшей для неё и Ламбер не умеющим летать, неприступным препятствием без лестницы или сторонней помощи.

— Что теперь? — Сноуфлейк, пытаясь отдышаться, вертела головой, судорожно пытаясь найти зацеп на ровной кладке.

— Спокуха, щас помогу!

Пегаска почувствовала как её грудь бесцеремонно обхватили передние ноги Зиппер, а спина — плотно прижавшуюся крылатую подругу. Не успела Сноу открыть рот, как поняла, что уже взлетает в воздух, пусть и медленно.

Зиппер без особых усилий подняла пегаску на верхушку кирпичного забора, оставив там, после чего метнулась к Ламбер. Земная пони оказалась гораздо тяжелее, о чём возвестило натужное кряхтение и большое количество взмахов крыльями со стороны рыжегривой кобылки, но бросать друзей в опасности было не в её правилах. Едва Ламбер уцепилась за край стены, Сноуфлейк бросилась помогать затащить подругу наверх. После чего трое пони, не желая испытывать дальнейшую судьбу, спрыгнули с обратной стороны забора и дали дёру, уходя лесом.

Остановились юные сталкерши лишь отойдя от завода на значительное расстояние, после того как убедились, что погони за ними нет. И сразу же устроили привал, грохнувшись в изнеможении на молодую травку.

— Фух… Чуть не попались. — Пытаясь отдышаться и унять дрожь в ногах сказала Сноуфлейк, смахивая проступивший пот на лбу.

— Но ведь не попались! — Прокашлявшись, Зиппер следующей подала голос. — Просто вау! Это было даже круче, чем я рассчитывала! А круто я всех спасла в конце, да?!

В глазах кобылки плясали озорные огоньки, она едва могла усидеть на месте, будто и не было этого безумного забега через лес.

— Да… Спасибо Зип, я даже не знаю, что бы мы без тебя делали…. — Сноуфлейк не замедлила поблагодарить подругу за помощь крепкими объятиями.

— Та ерунда, Сноу, ты была совсем не тяжёлой, не то что Ламбер. — Отмахнулась Зиппер слегка покраснев.

— Это просто чудо, что нас не поймали. Случайность, блин, статистическая, — недовольно резюмировала Ламбер, которая явно не разделяла радости и всеобщих восторгов. — Были бы вы двое потише и повнимательнее, может, мы бы и вовсе не столкнулись с охраной. Я же предупреждала, что она тут есть!.. Уф… Ладно Зип, у неё в башке вечно ветер гуляет, но ты-то Сноу, чем думала? Я сколько раз просила быть осторожнее?

— Ай, да хорош нудеть Лам, — Зиппер закатила глаза, воздев копыта к небу. — Сноу, кстати, в отношении тебя, очень хорошо себя проявила. Буквально, собой пожертвовала! Вот Мейз бы даже не подумала о том, чтобы такое сказать! Это у нас какое единение уже?! Да мы втроём после такого вообще можем серьёзные дела уже проворачивать!

— С-серьёзные? — осторожно уточнила Сноуфлейк.

— Серьёзные дела и Зиппер — вещи несовместимые, так что не бери в голову. Это Зип всё не дают покоя лавры папаши-гангстера, — строго нахмурившись, сказала Ламбер. — Ещё решишь, что мы банк грабануть решили. Серьёзное дело в её понимании это школьную крышу разобрать, или грозовую тучу притащить к школе, чтобы открытый урок сорвать… Тебе, кстати, к скольки дома надо быть?

— Э… Главное, чтобы не очень поздно… Я ещё уроки не сделала. — Сноуфлейк всегда чувствовала себя неловко в такие моменты. Ей казалось, что по сравнению с подругами, которые были вольны приходить домой когда вздумается и делать только то, что душе угодно, она выглядела слишком по-детски. Тем не менее ни Ламбер, ни Зиппер над этим не посмеивались, напротив, относились с пониманием.

— Ясно, — осмотревшись по сторонам и задрав мордочку к небу сказала Ламбер. — Тогда хватит крупы просиживать, девочки. Уже вечереет и ночью дождь обещали. Никто ведь не хочет промокнуть?

Всё-таки они промокли. Причём до нитки. Погодная команда устроила над городом настоящий ливень с грозой и молниями.

Зиппер, несмотря на возражения, отважилась отдать Сноуфлейк свою ветровку, чтобы пегаска не замёрзла и не простыла.

— А как же ты, Зип? Ты сама разве не замёрзнешь? — нехотя кутаясь в лёгкую куртку с чужого плеча, спросила Сноуфлейк.

— Ерунда, Сноу, со мной всё будет в порядке. Я в детстве вообще любила под дождём летать. Тем более, мне до своего дома — пять минут лететь, а тебе домой целый час идти. Не переживай, завтра в школе вернёшь, — Зиппер как всегда ответила с бравадой в голосе.

— Спасибо, Зип, ты на самом деле очень добрая. — смущаясь сказала Сноуфлейк.

— Пфф, скажешь тоже, — Зиппер махнула крылом, усиленно начав искать другую тему. — Ты меня ещё просто плохо знаешь. А хочешь я тебе кусочек грозового облака притащу? Из него даже молнии могут бить, знаешь? Слышала некоторые пегасы собирают коллекции в специальных зачарованных банках…

Сноуфлейк стоило больших трудов отговорить Зиппер от подобной бредовой идеи, убедив, что это слишком опасно. Ещё не хватало чтобы дерзкую пони ударило молнией, в процессе отрывания кусочка от тучи. Снова угодить на лечение в планы Зиппер тоже не входило, потому пегаска лишь ограничилась своей обычной пустопорожней болтовнёй.

Вернувшись домой и полуправдиво отчитавшись перед родителями по поводу проведенного вечера, пегаска первым делом бережно постирала потёртую ветровку подруги и повесила сушиться. Только после этого помылась сама и села делать уроки.

А следующим утром, собираясь в школу, Сноуфлейк обнаружила несколько дырок на курточке Зиппер, видимо, появившихся после вчерашнего рейда на завод. Пегаска бережно их зашила, после чего во время перемены с гордостью вернула одежду школьной бунтарке, получив на память один из плакатов добытых с фабрики. Он был слишком плох, чтобы вешать его на стену, но в ящике стола Сноуфлейк хранила его на память долгие годы.

## Глава 27

Вот и наступил последний весенний месяц. Несмотря на то, что приключение на заводе окончилось благополучно, их маленькая банда решила пока оставить рейды по заброшкам, дабы на всякий случай не привлекать некоторое время внимание к своим персонам. Кобылки даже никому не рассказывали про то место, где не так давно побывали.

Сноуфлейк большей частью была вынуждена сосредоточиться на учёбе, поскольку экзамены лишь казались событием отдалённым, даже Зиппер, не говоря уж про более серьёзную Ламбер, понимала, что остаться на летнюю переэкзаменовку или того хуже — второй год, сомнительное удовольствие. И хоть матёрая возмутительница школьного спокойствия рассчитывала скорее на то, что ей удастся списать, она всё равно напросилась к Сноу подтянуть знания по некоторым предметам.

Довольно быстро выяснилось, что рыжегривая бунтарка учиться не слишком любила, но Сноуфлейк была терпелива, да и с Зиппер общаться ей нравилось больше, чем с кем-либо другим. Сноуфлейк с недавних пор вообще проводила с Зиппер почти всё свободное время. Ламбер постоянно куда-то отлучалась по важным делам или была занята подготовкой к тем же экзаменам. К тому же к ней действительно приехали на время родители, визит которых в прошлый раз, со слов земной пони, сорвался, и кобылка хотела провести с ними побольше времени, прежде чем те снова свинтят на стройки Хуффингтона.

— Зиппер, может ещё чаю? — Сноуфлейк окликнула рыжегривую пегаску, сидящую несколькими ярдами выше на ветке дерева и болтающую ногами, когда взяв термос, обнаружила, что тот ещё не совсем опустел. Она совершенно не ожидала, что Зип с энтузиазмом согласится отправится с ней на чаепитие на природе, вместо того, чтобы пойти в знакомую кафешку.

— Только, если у тебя ещё остались те маффины! — Зиппер мигом поставила условие, приземлившись на накрахмаленную скатерть укрывающую собой тёплый плед, которые они расстелили в тени дубов и каштанов.

— Да. Ещё один остался…

— Отлично! — Сноу не успела и глазом моргнуть, как Зиппер стащила кексик с её протянутого копыта и схомячила за один укус, начав говорить с набитым ртом. — Твоя мама такие потрясные маффины делает, язык проглотить можно!

— А твоя разве такие никогда не делала? — Удивилась Сноуфлейк, подав подруге чашечку с чаем, чтобы та ненароком не подавилась.

— Она и раньше почти ничего не пекла, а сейчас я даже забыла, когда в последний раз её за готовкой видела. Наверное, не будь Ламбер, я бы уже давно ноги протянула. — Зиппер, наплевав на всяческие этикеты, залпом осушила полную чашку и бесцеремонно утерлась копытом.

Едва Сноуфлейк отвернулась, чтобы вернуть опустевшую посуду обратно в корзину, Зиппер поспешила спросить:

— Кстати, Сноу, ты пауков боишься?

— Ну… Да, немного. А что? — Не оборачиваясь ответила пегаска.

— У тебя за ухом как раз ползёт один, — скучающим тоном сообщила Зиппер.

— Где?! За каким?! — Сноуфлейк мигом подпрыгнула с тихим писком, бросив испуганный взгляд на Зиппер в поисках подмоги и хлопая копытами по ушам в попытке сбить посмевшего забраться на неё поганца. Однако, узрев стоящую рядом сорванку с ехидной мордой, которая лишь давилась смехом и фыркала в копыта, нахмурилась. — Эй, это не смешно! У меня же чуть сердце не выпрыгнуло!..

— Подловила! — Задорно воскликнула Зиппер и бупнула Сноуфлейк, наконец перестав сдерживать смех. — Видела бы ты свою морду…

— Ой, ведёшь себя как жеребёнок. — Пегаска потёрла свой нос и вернулась к сбору остальной посуды и вещей с мусором в корзину, чтобы потом не возиться.

Сноуфлейк немного подулась для приличия, но злиться за подобные жеребячьи выходки на Зиппер вовсе не хотелось.

— Сноу, погнали в лесу немного погуляем? Харе тут за книгами круп просиживать. — Взлетев в воздух Зиппер сделала пару кругов вокруг подруги, едва поняла, что пегаска успокоилась.

— Но у нас ещё две тренировочные задачи не решённые, — возразила Сноуфлейк, потрясая взятой увесистой книгой в твёрдом переплёте с изображёнными на нём математическими формулами.

— Твои задачи с учебниками никуда не убегут, — настояла серокрылая забияка. Кобылка быстрым рывком стащила книгу из копыт Сноуфлейк. — А такой прекрасный день уже скоро закончится. — Зиппер ловко покрутила учебник на кончике копыта, медленно отлетая спиной вперёд. — Чтобы его вернуть, придётся меня догнать…

— Ладно. Давай погуляем. — Сноуфлейк не стала препираться. Она уже успела понять, что Зиппер требуется постоянная смена обстановки и долго находиться на одном месте ей было скучно. Она и так тут прилежно просидела с ней целый час, что тянуло на рекорд. — Только книжку отдай сейчас.

Лес вокруг был самый что ни на есть обычный. Ничем не примечательный, как в таких случаях говорят. Негустой, с прихотливо разбросанными рядами деревьев, редким кустарником и кое-где пробивающейся из подстилки молодой травкой.

Зиппер шла рядом по земле, всё равно среди деревьев было неудобно летать. Да и вообще во время прогулок со своей нелетающей подругой та старалась лишний раз не показывать фигуры высшего пилотажа, понимая, как Сноуфлейк будет грустно и завидно.

Кобылки болтали ни о чём. Крутили головой в поисках чего-нибудь интересного.

Спустя некоторое время они набрели на кленовую плантацию. Судя по следам, здесь ещё недавно заготавливали сок для кленового сиропа, но сейчас, с окончанием сезона, здесь не было ни души.

Зиппер, осматривая стволы, припомнила, что пару лет назад подрабатывала на похожей посадке. Летала с тележкой, гружёной бочонками сока, на кленоварню, сверлила отверстия в стволах для трубочек сокосборников. Заработала за сезон на летнюю обновку, а на остаток угощала Ламбер сидром целый месяц.

Неожиданно внимание Сноуфлейк привлекло беспокойное щебетание и жалобный писк, раздававшиеся неподалёку от места где они проходили. Кобылка немедля обратила внимание подруги, показав в ту сторону копытом:

— Смотри, что это там?

— Похоже, гнездо упало. — Присмотревшись сообщила Зиппер, не высоко взлетев над землёй.

Зиппер молнией метнулась к источнику шума, предсказуемо оказавшись у цели первой. Сноуфлейк подбежала лишь спустя несколько секунд. Под деревом действительно валялось небольшое круглое гнёздышко, сплетённое из веточек, сухой травы и утеплённое на дне пухом. Оно лежало перевернувшись на бок, а возле на земле трепыхались и жалобно пищали несколько ещё голых, слепых и беспомощных птенцов, вокруг которых летали их взрослые родители, оглашая округу беспокойными вскриками.

— Смотри, тут птенчики. — Зиппер взяла на копыта самого активного птенца, отдалившегося от общей кучи собратьев. Взрослые птицы восприняли этот жест без восторга. Подняли полный возмущения крик и принялись проносится над головой пегаски, угрожая напасть.

— Бедняжки, — сочувственно сказала Сноуфлейк, которая не могла остаться равнодушной к такой беде. — Им надо быстрее помочь.

— Верно говоришь. — Зиппер была солидарна с подругой. — Я мигом. Помоги птенцов собрать.

Совместными усилиями две пони быстро усадили всех птенцов обратно в гнездо, после чего Зиппер взлетела в крону дерева и выбрав там приглянувшийся сук с подходящей развилкой, приладила на нём незамысловатый птичий домик, постоянно подвергаясь нападкам взрослых особей. Наконец кобылка с гордым видом спустилась на землю, отряхивая копыта:

— Вот, готово! Больше не свалится.

— Спасибо, Зип! Сама бы я ни за что не справилась, — улыбающаяся Сноуфлейк не замедлила похвалить подругу, вознаградив за старания быстрыми обнимашками.

— Та ладно, Сноу, справилась бы, конечно, просто возится бы пришлось долго, — Зиппер поспешила успокоить нелетающую пегаску, посмотрев наверх. — Эмм… Давай лучше пойдём отсюда, пусть успокоятся. Видала как они на меня напали?

— Ага. — Разом ответила на все вопросы Сноуфлейк, без возражений покинув зону беспокойства птичьей семьи.

Ещё немного погуляв среди деревьев и не встретив больше ничего интересного, пони решили вернуться обратно к вещам.

— Скажи Зип, почему ты такая? — Сноуфлейк решилась нарушить затянувшуюся паузу в разговоре давно интересующим вопросом, который судя по недоумённому взгляду шедшей рядом Зиппер, прозвучал не совсем корректно.

— Какая «такая»?

— Ну… Постоянно стараешься обратить на себя внимание? Пытаешься доказать окружающим, что самая крутая? Дисциплину нарушаешь? В драки лезешь? Ты ведь на самом деле добрая и внимательная пони.

— Мне просто скучно быть паинькой. Вот и всё. — Сорванка пожала плечами. — Мне с самого детства постоянно хотелось выделиться. Каких-нибудь приключений в большой компании хороших, верных друзей.

— Тогда почему ты дружила только Ламбер?

— Не только. — Хорошее настроение разом спало с мордочки светло-серой кобылки. — Я много с кем пробовала. Только друзья в конечном итоге из них оказались так себе. Но ты совсем другое дело, Сноу! Ты дружишь не потому что мы крутые или можем тебя защитить, а потому что просто хочешь быть другом и тебе интересно! Ты какая-то, знаешь, простая, не испорченная жизнью пони. Добрая и заботливая, хотя и довольно наивная. — Зиппер вдруг остановилась, прервав свою речь и легонько покраснела, уставившись в землю. Было видно, как кобылка мучительно собиралась с мыслями, нервно переступая с ноги на ногу и пытаясь подобрать нужные слова. — Я… ещё не встречала в жизни такую пони как ты… Сноу, ты…

Пока Зиппер, запинаясь, пыталась произнести необходимые слова, сверху на паутинке медленно спустился крупный паук, который бесцеремонно шлёпнулся рыжегривой пегаске прямо на нос.

Повисла секундная пауза.

Зиппер скосила глаза на непрошенного гостя, деловито перебирающего щекочущими шёрстку лапками, встретившись взглядом с восемью бусинками глаз.

— Уааа!!! — Пегаска аж подпрыгнула на месте, огласив лес вскриком полным ужаса, резким движением копыта смахнув крестовика в сторону взвизгнувшей Сноуфлейк. — Како-ой огр-р-ро-омный!.. — Тут же содрогнулась кобылка, принявшись вертеться вокруг себя, гарцуя на месте и обмахиваясь крыльями, с дрожью в голосе вопрошая подругу: — Я его сбила, Сноу?! Он точно всё ещё не на мне?!

От былого задора сорванки не осталось и следа.

— Вон, сзади, сзади по спине ползёт! — Воскликнула Сноуфлейк, указывая копытцем в сторону Зиппер, другим прикрыв мордочку в попытке сдержать рвущийся наружу смех.

— Вааа! — Зиппер в панике завертелась волчком, подлетела, обмахиваясь хвостом и пытаясь сбить со спины передней ногой несуществующего паука, жалобно возопив дурным голосом. — Сними его! Сними его с меня!

Однако вместо дружеской помощи Зиппер услышала лишь тихий писк задыхающейся от хохота Сноуфлейк, быстро сообразив, что что-то тут не так.

— Подловила! — Сноу ткнула ножкой в сторону уставившейся на неё с гневным видом подруги. — Видела бы ты свою морду!

— Не смешно! — Огрызнулась в ответ хулиганка, заметно покраснев. — Так и со страху помереть недолго!.. Ладно, ладно. Всё. Я поняла… Больше так не буду делать.

— А я думала, что ты только врачей боишься? — Сноуфлейк смахнула слезинку в уголке глаза.

— Больше врачей в этом мире я боюсь только одной вещи — пауков, — ответила Зиппер подойдя к пегаске и пристально посмотрев той в глаза, так что их носы столкнулись. — Скажешь кому — прибью.

Сноуфлейк сделала шаг назад, глупо оскалив мордочку, больно уж интонация сорванки показалась серьёзной.

— Да шучу я! — захихикала Зиппер, быстрым движением притянув к себе пегаску и начав со злодейской ухмылкой ерошить длинную гриву подруги.

Жалобно пищащей и смеющейся Сноуфлейк удалось вырваться из цепких объятий Зиппер лишь когда бойкая кобылка сама её выпустила.

Они, было, хотели продолжить прогулку, однако инцидент с пауком как-то отбил охоту у Зиппер гулять в лесу, да и Сноу уже не стала возвращать разговор в прежнее русло. Пони быстро вернулись к оставленным вещам, где Сноуфлейк напомнила Зиппер про её обещание ещё немного позаниматься.

Разумеется сорванка восприняла это без особого энтузиазма, но возражать не стала, нарушать данное слово было не в её правилах.

Закончив с оставшимися задачами пони покинули лес. Зиппер как обычно проводила Сноуфлейк до Ярд Парка, попрощалась, привычно отказавшись от приглашения зайти в гости и быстро улетела домой. Сноуфлейк немного помахала копытцем в след удаляющейся подруге после чего бодрым шагом отправилась в сторону дома.

Заперев за собой дверь, кобылка добрела до постели и рухнула на неё не раздеваясь. Перевернулась. Блаженно вытянулась на спине, смотря в потолок и прокручивая в памяти сегодняшний день. Мысли кобылки вновь и вновь возвращались к прогулке по лесу.

— «Интересно, что же хотела мне сказать Зиппер, до того как её напугал паук?» — Изучая взглядом штукатурку Сноуфлейк предалась размышлениям. — «Было ли это что-то важное, касательно их дружбы? Или она просто хотела о чём то попросить? Может хотела поговорить о Ламбер? Эх, теперь навряд ли уже узнаю. Хотя… Ладно. Не буду забивать себе голову. Если это действительно было что-то важное, Зип всё равно выберет подходящий момент и потом скажет, а если нет, я всё равно не многое потеряю.»

Вечер едва начался, спать ещё не хотелось, есть пока тоже, поэтому Сноуфлейк, ещё немного повалявшись на кровати, решила немного порисовать. Ничего конкретного. Просто так, для души.

Рисование всегда помогало ей отвлечься от давящих забот, переживаний или ненужных мыслей.

Распахнув окно Сноуфлейк выглянула на улицу. В комнату ворвался поток свежего вечернего воздуха и находится внутри помещения стало заметно комфортнее. Над садом как раз поднимался диск полной луны, украшенный ликом Лунной кобылицы. Пегаска села на подоконнике, свесила ноги вниз, взяла охапку заметно сточенных цветных карандашей, положила на колени раскрытый альбом и начала бегло набрасывать вечерний пейзаж.

Увлёкшись процессом Сноуфлейк вспомнила, что когда была совсем совсем маленькой, и ещё только готовилась ходить в школу, то иногда задумывалась, почему на небе всегда светила только одна луна. Почему не две, три или сразу десять? И когда она спрашивала об этом у мамы или Харди, те только тихонько хихикали и отшучивались, что кобылку ужасно бесило и заставляло кукситься остаток вечера, ровно до того момента, пока ей не расскажут сказку на ночь. Потом это как-то само собой прошло, или просто кто-то из родителей или брат отнеслись к вопросу со всей серьёзностью и всё объяснили, Сноуфлейк теперь уже не помнила, но став чуть старше она больше о таких вещах не спрашивала. Зато как-то раз насмешила Харди не менее чудным вопросом в духе: «а правда, что луна состоит из сыра и на ней живут особые сырные пони?» Брат ржал так, что потерял равновесие и навернулся с плота прямо в ручей по которому они решили тогда в тайне от родителей сплавиться до самой реки. Хорошо, что течение в ручье было медленнее сонной черепахи, а глубина едва достигала коленей, поэтому влезть обратно на плот брату не составило труда, хотя Харди всё равно вымок с головы до ног. Сплавиться у них тогда так и не получилось в тот раз — плот, который мастерил старший брат, развалился на первом же небольшом пороге, а потом ещё и дождь как назло пошёл, в общем домой они вернулись поздно вечером, все мокрые и грязные. Харди тогда сильно влетело, а сама Сноу в очередной раз простудилась, хотя на дворе и стоял разгар лета.

«Эх. Всё равно тогда было весело.» — Сноуфлейк легонько улыбнулась. — «Можно было играть целый день. Никаких надоедливых уроков и экзаменов. Вот бы туда вернуться сейчас хоть ненадолго. Снова послушать истории Харди, подурачится с ним…»

Сноуфлейк вздохнула. Конечно с Ламбер и Зиппер тоже было по своему весело и интересно, но всё же Сноуфлейк не доставало Харди. Она уже давненько не общалась с братом и скучала по нему. Последний раз они виделись на «День сердец и копыт», после чего Харди окончательно пропал в этой своей академии. Конечно пони понимала, что скоро у брата начнутся выпускные экзамены и ему сейчас вероятно вовсе не до общения с младшей сестрой, но всё-таки пегаске было чуточку обидно из-за этого. Вероятно потому-что первое время Харди удавалось частенько бывать дома, чуть ли не каждые выходные, а последний год только по большим праздникам.

Наверняка Харди тоже по ней сейчас скучал. Разумеется им точно удастся встретиться через некоторое время после выпускного бала в академии, но этого ждать придётся ещё слишком долго. А хотелось уже побыстрее, чуть ли не сейчас.

Раздумья Сноуфлейк прервал стук в дверь и громкий голос матери:

— Сноуфлейк, ты ужинать сегодня собираешься?!

— Да, мам, сейчас, иду! — пегаска слегка встрепенулась от неожиданности. Она снова умудрилась потерять счёт времени и засиделась слишком долго, а ведь всего лишь хотела немножечко скоротать ожидание перед ужином. Скоротала. Часа на три.

Отложив альбом с почти готовым рисунком, Сноуфлейк спрыгнула с подоконника, закрыла окно, потянулась и направилась прямиком на кухню.

Ужинать пришлось в гордом одиночестве и повторно разогретыми блюдами. Зато мама не приставала в очередной раз с вопросами про Зиппер и Ламбер. Пегаска всё-таки уже немного устала разговаривать на эту тему.

Разделавшись с ужином, Сноуфлейк быстро помыла посуду, поставила обратно на полки, после чего вернулась к себе в комнату. Рисовать кобылке больше не хотелось, поэтому она попыталась дочитать отложенный роман, но из головы всё никак не уходили мысли о встрече с Харди.

Вернув книгу на тумбочку, Сноу откинулась на подушку и вернулась к размышлениям. Ждать до конца лета, чтобы встретиться с братом казалось ей невыносимо долго. И раз уж сам Харди не спешил с возвращением домой…

«А почему бы мне самой тогда не навестить его в академии?» — Промелькнула идея в голове Сноуфлейк. Пони даже удивилась, почему она ей не пришла намного раньше?

Чем больше пегаска обдумывала эту мысль, тем больше она ей нравилась. Решив не откладывать затею в долгий ящик, Сноуфлейк надумала отправиться повидать брата прямо завтра, сразу после школы. Уже представляя себе как Харди обрадуется их встрече, кобылка зевнула и перевернулась на бок, подложив копытце под щёку. Всё-таки напряжение перед экзаменами, вся эта дополнительная подготовка, да ещё прогулки на свежем воздухе хорошенько выматывали. Стоило Сноу только прикрыть веки, как она даже не заметила, как быстро провалилась в сон.

На следующий день, как и задумывалось, едва только закончились занятия в школе, Сноуфлейк попрощалась с подругами и сразу двинула в центр города, где и располагались корпуса военной академии. Зиппер было хотела увязаться вместе с ней, но Сноу сумела убедить серокрылую забияку, что это дело личное и она должна сходить в одиночку, а с ней и Ламбер встретится и погуляет уже ближе к вечеру. Зиппер конечно немного расстроилась и побурчала для приличия, но всё же согласилась на предложенные условия.

Военная академия Фейри Флориша была одним из старейших учебных заведений для подготовки офицерского состава в Эквестрии. Несмотря на определённые достижения и отличное качество обучения, большой популярности в стране за всё время она так и не сыскала. Возможно виной тому была репутация самого Флориша или большая любовь здешних пони к опальной принцессе Луне, но в основном здесь обучались выходцы из самого города или ближайших окрестностей, а так же довольно часто поступали фестралы. Конечно в академию охотнее брали пони из семей бывших или служащих военных, но в целом были рады всем, кто был способен набрать проходной балл. В историю учреждения Академии Сноуфлейк никогда не вдавалась, предпочитая расспрашивать Харди о более интересных вещах, вроде приключавшихся с ним и Алистером историй.

«Проспект Гармонии», разделявший деловую и историческую часть центра, вывел Сноуфлейк прямо к учебным корпусам военной академии, обнесённой декоративной оградой. Вход на территорию охраняли самые настоящие гвардейцы, а вовсе не пони из числа старших курсантов, как ей всегда казалось. Пегаска, немного поколебавшись, зацокала в сторону ворот, возле которых торчали два охранника, один из которых в данный момент внимательно изучал пропуск ожидавшего перед полосатым шлагбаумом важного с виду единорога. Судя по хмурой морде последнего, означенный гвардеец оказался уж слишком дотошным, превратив формальную процедуру в настоящее торжество бюрократии.

Наконец, вероятно убедившись, что всё в порядке, гвардеец дал знак своему напарнику, чтобы тот пропустил посетителя на территорию академии. Сноуфлейк попытавшаяся легкомысленно пройти за компанию, пристроившись сзади единорога, едва не уткнулась в опустившийся прямо перед её носом шлагбаум, даже ойкнув от неожиданности.

— А ты куда собралась, красавица? —  окликнул вздрогнувшую кобылку дежурный, подойдя ближе.

— Я хотела повидать своего старшего брата, он тут учится на военного. — Сноуфлейк робко улыбнулась.

— Это дело хорошее. — Гвардеец протянул копыто. — Разрешение на вход, пожалуйста.

— Эмм… Разрешение? — Сноуфлейк в недоумении похлопала глазами.

— Разрешение, — повторил дежурный. — Читать разучилась? Написано же — вход только по пропускам. — Жеребец указал копытом на табличку красовавшуюся рядом с воротами.

— А без разрешения никак нельзя? — С надеждой спросила Сноуфлейк. — Мне же всего лишь брата увидеть. Я по нему очень соскучилась.

— Можно, — кивнул дежурный. — Показывай документы, я выпишу временный пропуск.

— Я их… Дома оставила. — Сноуфлейк прижала ушки, легонько покраснев. Она просто как-то не привыкла к тому, что где-то вообще могут быть нужны какие-то документы для прохода.

— В таком случае, извините мисс, ничем не могу помочь. — Отчеканил гвардеец. —  Освободите проход, пожалуйста.

— Но мне очень нужно попасть в академию, — Сноуфлейк бросила умоляющий взгляд на охранника. — Пожалуйста…

—  Обратись за разрешением на посещение в установленном порядке. — По видимому гвардеец не был настроен на пустую болтовню со школьницами.

— Может тогда просто позовёте моего брата сюда? — Сноу очень не хотелось возвращаться домой ни с чем, тем более на этой неделе другого времени сходить сюда точно не предоставится.

— Не положено. — Строго отчеканил дежурный, придав морде каменное выражение.

— А письмо передать можно? — ухватилась за последний шанс Сноуфлейк.

— Письма учащимся передаются только по почте. — Хмуро отрезал гвардеец, уже явно уставший от назойливой кобылки. — Мисс, если у вас всё, не отвлекайте нас, пожалуйста, от работы.

— Извините. — Сноуфлейк понуро отошла от входа.

«Конские яблоки! И как теперь быть? Кто вообще завёл такие дурацкие порядки? Как будто этому чурбану в золочёной броне было трудно передать маленькую записку? Всё равно торчит у ворот ничего не делая»! — Сноу пнула с досады попавший под копыта камушек. Хорошо ещё, что Зиппер удалось отговорить сюда идти. Сноуфлейк не сомневалась, что без Ламбер её подруга попыталась бы силой прорваться на территорию академии, предложила перелезть ограду или даже вызвалась сгонять передать записку лично. Шанс на успех каждой затеи был слишком мал, а вот проблем огрести выше ушей удалось бы запросто.

Домой Сноуфлейк вернулась в совершенно скверном настроении. Вяло потыкав предложенный мамой обед, она быстро поднялась в свою комнату и завалилась на кровать.

«Увиделась с братом называется. Это ведь просто несправедливо, что её не пустили за ворота! Как будто она какая-то подозрительная личность в самом деле. А так хотелось сюрприз Харди сделать.»

Повалявшись немного, Сноуфлейк вздохнула, посмотрев на часы. Скоро уже вечер, а значит нужно будет топать на встречу с Ламбер и Зиппер, а она ещё уроки толком не сделала. Вздохнув ещё раз Сноу вытряхнула из сумочки тетради с учебниками и принялась за домашнее задание.

## Глава 28

Прошвырнувшись немного по вечерним улицам Флориша и закупившись вкусненьким, Сноуфлейк в компании Зиппер и Ламбер оккупировали одну из скамеек на набережной. Как ни странно сегодня боевые подруги пегаски ограничились простым соком и чипсами, хотя Сноу сейчас не отказалась бы и сидра покрепче глотнуть, быть может это могло помочь поднять настроение.

—  Слыш, Сноу, ты чо-т какая-то грустная, — состояние подруги уже давно привлекло внимание Зиппер. — С утра ты такой не была. Случилось чего?

—  По брату скучаю, — хмуро ответила Сноуфлейк, смотря в одну точку перед собой, даже толком не притронувшись к своему соку и чипсам. — Он в военной академии нашей учится, тут недалеко. Хотела с ним повидаться сегодня, давно уже не общались, а меня туда даже не пустили. Не положено им, видите ли, без пропуска никого впускать. Не иначе правда придётся письмо по почте отправлять, чтобы встретиться. И тогда в лучшем случае придётся ждать следующей недели.

—  Понятно. — Зиппер на секунду задумалась. — Значит вот куда ты ходила после школы? А я говорила возьми меня с собой, щас бы этой маленькой проблемы давно не было! Правда, Лам?

— Зная тебя, Зип, я не сомневаюсь, что маленькой проблемы действительно бы уже не было. Была бы большая. И возможно даже не одна. — Ламбер не разделяла оптимизма рыжегривой задиры. — Так что хорошо, что Сноу была только одна.

— Да ну тя, Лам, — светло-серая пегаска надулась и ткнула земнопони копытом в бок. — Как будто я настолько тупая, что сразу кинулась бы охране морду бить?

— Не исключено, — без тени иронии сказала Ламбер, зыркнув на подругу. — Да ты не расстраивайся, Сноу, — земнопони тут же перевела взгляд на сидевшую на другом конце лавочки белоснежную пегаску. — Я вот тоже иногда по родителям скучаю, но они то далеко, а твой брат совсем рядом. Щас что-нибудь придумаем. Погнали.

— Куда? — Непоняла Сноу.

— С братом встречу организовывать, конечно.

— Прям щас?

— Ну, а чё тянуть, Сноу? — Бойкая Зиппер была только рада любому движению. — Ща быстренько решим твою проблему и завтра твой братан Харди сам к тебе прискачет как миленький!

— Агась, — кивнула Ламбер. — Есть у меня одна мыслишка…

Путь из Ланеси Гроув в Данмор быстрым шагом занял не более часа. На улице к тому времени стоял уже поздний вечер и занятия в академии закончились, хотя до отбоя было ещё рано.

Опустевшие учебные корпуса на территории кампуса, сейчас украшенные подсветкой, подруг Сноуфлейк интересовали мало, как и пост охраняемый гвардейцами у ворот. Кобылки процокали дальше по улице, остановившись на углу и стали осматриваться. За оградой вдалеке прохаживались небольшие группки курсантов, в окнах нескольких ближайших казарм горел свет, со стороны местного стадиона и игровых площадок доносились голоса игроков, а возле будки охраны у ворот выстроилась толпа пони, видимо группа учащихся вернулась с прогулки по городу.

— Ну чо, Сноу, давай сюда свою записку для брата? — Зиппер, невысоко взлетев над землёй, обратилась к белоснежной пегаске, протягивая копыто. — Ща я её за пять секунд доставлю!

— Не беги поперёд паровоза подруга, — Ламбер немедля ухватила сорванку за хвост и сдёрнула на землю. — Совсем сдурела что ли?

— Хэй! Это ты сдурела?! Я сколько раз просила так не делать?! — Вспылила Зиппер, вырвав хвост и двинув в плечо земнопони. — Больно же, блин!

— А я сколько раз просила сперва башкой думать, а потом делать? — Ламбер шлёпнула копытом рыжегривую пегаску по лбу. — Ты её брата в лицо знаешь?

— Нуу… Не-ет… — протянула Зиппер почесав загривок, но тут же собралась и продолжила. — Так я бы спросила у кого! Вон сколько там народу ходит!..

— Давно в пониции в камере не сидела и лекций не слушала? — Ламбер кажется готова была пробить лоб фейсхуфом. — Это закрытая территория, там нельзя находиться посторонним. И если тебя там поймают…

— Вот именно — если? — с вызовом бросила Зиппер, расправив крылья и выпятив грудку. — Сперва пусть попробуют меня догнать!

— Зип, успокойся, я не хочу чтобы у тебя из-за меня были неприятности. — Сноуфлейк встала рядом с рыжегривой сорванкой, положив той переднюю ножку на плечи. — Думаю у Ламбер есть лучший план, как сообщение передать, да? — белоснежная кобылка перевела взгляд на земнопони.

— Разумеется есть. Иначе стала бы я сюда переться? — ответила Ламбер. — А теперь смотрите и учитесь, как делают дела.

Ламбер, заприметив шедшего по направлению к ним одинокого молодого жеребца, уверенным шагом выдвинулась тому навстречу. Судя по форме он был одним из местных курсантов, спешащих вернуться в общежитие до отбоя.

Поравнявшись с жеребцом, Ламбер что-то тихо ему сказала, что конкретно Сноуфлейк не расслышала, но этого оказалось достаточно, чтобы завладеть вниманием молодого кольта. Не теряя времени земнопони принялась о чём-то с ним негромко толковать и, дождавшись утвердительного кивка, вернулась к оставленным подругам.

— Не знала, что тебе жеребчики в форме нравятся, — ехидно заметила Зиппер, едва Ламбер подошла достаточно близко. — Только вы как-то слишком быстро закончили. Я ждала большего.

— Да иди ты, Зип, — процедила в ответ земнопони. — Не твоя, вот и бесишься.

Зиппер в ответ лишь фыркнула, но острить перестала, демонстративно отвернув мордочку.

— Так о чём вы там разговаривали? — В свою очередь полюбопытствовала Сноуфлейк. — Это кто-то из твоих знакомых?

— С чего ты взяла? Я этого коня первый раз вижу, — Ламбер округлила глаза. — Я передать записку твоему брату договорилась. Будет не сложно. Правда я пообещала 5 бит за это дело, тебе же прям щас нужно и быстро?

— Ну, да. Желательно. — протянула Сноуфлейк и уже немного громче спросила: — А он не обманет?

— А мы частями заплатим, — хитро прищурившись, успокоила Ламбер. — Одну половину получит сейчас, а вторую — потом, когда вместе с Харди придёт. А если не придёт, то в следующий раз получит по шее.

— Ладно. Сейчас. — Вздохнула Сноуфлейк. Пони вытащила из седельных сумочек блокнот, карандаш и кошелёк, быстро черкнула несколько слов, пользуясь падающим светом от фонаря, затем вырвала листок, вытряхнула пару монет из кошелька на копыто и протянула Ламбер. — Вот. Надеюсь это сработает.

— Конечно сработает! Не боись, — заверила Ламбер и снова направилась к ожидавшему её в тени у забора жеребцу, постаравшись не обратить внимания на буркнувшую рядом Зиппер: «целых пять бит, да я бы бесплатно могла тоже самое сделать!»

Получив деньги, послание и необходимые инструкции, курсант покивал и быстрым шагом отправился к воротам.

— Ну вот. Готово. — сказала вернувшаяся Ламбер. — Теперь ждём.

Ждать пришлось минут пятнадцать или даже двадцать. Сноуфлейк уже было подумала, что Ламбер дала маху и их обманули, но тут вдалеке показалась знакомая фигура Харди, которого вёл нанятый ими курсант.

— Тебя только за смертью посылать, — упрекнула жеребца Зиппер, которая уже извелась от затянувшегося ожидания, едва тот подошёл достаточно близко. — Чё так долго?

— Побегать пришлось. — спокойно ответил курсант, вплотную подойдя к ограде, очевидно ожидая вторую половину оплаты. — Думаете у нас тут так легко кого-то найти?

— Ладно, не бухти, приятель, претензий у нас к тебе нет, вот, держи, — примирительно сказала Ламбер, вложив в копыто жеребца остаток обещанной суммы. — Пошли, Зип, не будем мешать Сноу. — Земнопони хлопнула светло-серую пегаску в толстовке по спине и потянула за собой, несмотря на недовольное ворчание и протесты.

— Привет, сестрёнка, — мягко сказал Харди, обнимая Сноуфлейк через широкие прутья решётки и потеревшись носом о щёчку кобылки. — Сильно соскучилась?

— Привет, братик, — щёчки белоснежной пегаски слегка порозовели от румянца, как и всегда в таких случаях. — Агась, очень.

— Извини, что давно не навещал, — Харди вздохнул. — Зачёты, экзамены, тренировки. Совсем мало свободного времени.

— Ничего, я понимаю. — Сноуфлейк отступила на шаг, поправив гриву. — У меня тоже скоро экзамены начнутся, готовлюсь вот. Может погуляем немного на следующей неделе, когда тебе будет удобно?

— Прости, сестрёнка, не получится, — Харди виновато опустил взгляд. — Завтра у меня к вечеру зачёт, а после завтра мы отправляемся на военные сборы и учения, где пробудем не меньше месяца. Потом выпускные экзамены и дипломная.

— Оуу… — Сноуфлейк грустно опустила ушки. Явно не такого ответа она ожидала.

— Ладно, не расстраивайся, сестрёнка, — Харди ободряюще потрепал гриву кобылки. — Думаю, можно погулять прямо сейчас. Есть один вариант… Подожди меня вон у того дома через дорогу. Я сейчас вернусь.

Едва Сноуфлейк открыла рот, чтобы уточнить, что имел ввиду Харди, как единорога уже и след простыл. Пегаска осталась стоять в недоумении с широко распахнутыми глазами.

— Ну как, договорились о встрече? — спросила вернувшаяся вместе с Зиппер Ламбер у растерянной подруги.

— Нет. У Харди зачёт и учения. Не скоро теперь увидимся. — Со вздохом посмотрев в сторону казарм, Сноуфлейк отошла от ограды.

— Чё, всё зря было что ли? — возмутилась Зиппер. По мнению бойкой пегаски потратить столько времени в пустую было сущим преступлением.

— Нет, — поспешила возразить Сноуфлейк. — Харди попросил подождать вон там, обещал, что скоро придёт.

— Меее… Опять ждать?! — захныкала Зиппер, воздев очи горе, за подобную несправедливость бытия.

— Раз для Сноу это важно, значит подождём, — твёрдо сказала Ламбер, махнув остальным и направившись в сторону указаного места. — Пошли. Ничего страшного, от простоя перья не вылезут.

— Да я понимаю, просто не люблю ждать, — с недовольной мордочкой проворчала Зиппер, плетясь следом.

Стоя в тени проулка, кобылки смотрели в сторону ворот, ожидая когда там появится Харди.

Прошло ещё минут десять.

Нетерпеливая Зиппер начала по своему обыкновению тихонечко закипать, вопрошая, задрав к небесам голову: «почему так долго?!». Ламбер, которая была намного терпеливее своей подруги, в ответ лишь закатывала глаза, говоря, что прошло совсем мало времени. Сноуфлейк же просто молчала, гадая что же у Харди была за идея и уже начала беспокоиться, что у брата не получилось отпроситься выйти в город.

— А вот и я, — внезапно раздавшийся под цокот копыт знакомый голос Харди, заставил кобылок повернуть голову в совершенно другую сторону. — Заждались?

— Да не то слово! — Выпалила Зиппер с возмущением, за что тут же была наказана тычком локтя под рёбра со стороны Ламбер, заставившим школьную задиру моментально умолкнуть.

— Харди? А как ты?.. — С удивлением смотря на подходящего брата сказала Сноуфлейк.

— Прошёл через ворота, так, что вы меня не заметили? — Закончил фразу за сестру единорог.

— Ага.

— Потому что я и не проходил, — с небольшой усмешкой ответил Харди, взглянув на пегаску.

— Как так? Но ты ведь здесь! — Сноуфлейк удивилась ещё больше.

— Мне никто бы не позволил незадолго до отбоя покинуть территорию академии, да и выходные ждать не вариант, сама знаешь. Поэтому я ушёл сам, без разрешения, — спокойно ответил Харди, глядя на помрачневшую сестру. — Просто телепортировался за периметр, предварительно сняв кое-какие вещи.

Действительно, жеребец был без положенной по правилам формы, в которой щеголял ещё каких-нибудь несколько минут назад. Да и личных вещей при нём тоже не было.

— Ого, а брат у тебя, оказывается, отчаянный! — Зиппер похоже восхитил столь безрассудный поступок единорога, чего нельзя было сказать о предпочитающей благоразумно помалкивать Ламбер. — Уважаю.

— Да мы с Алистером вообще тут главные авантюристы в округе! — Самодовольно фыркнул Харди, картинно подбоченясь.

— Харди, ты с ума сошёл?! Тебя же накажут! — Горячо воскликнула от негодования Сноуфлейк, явно не разделяя легкомыслие брата по поводу нарушения дисциплины.

— Не переживай, сестрёнка, — Харди фыркнул махнув копытом. — Дальше Якистана всё равно не сошлют. Думаешь я первый раз так отлучаюсь? Да почти каждый старшекурсник освоивший телепорт знает про эту лазейку, чтобы за сидром гонять. И Алистер обещал прикрыть, если что.

— Но-о… — Слова Харди не слишком-то успокоили пегаску.

— Сноуфлейк, я не хочу чтобы ты ждала целый месяц, когда можно встретится прямо сейчас, — категорично ответил единорог, всем своим видом показывая, что переубедить его не удасться. Сноуфлейк ничего не оставалось кроме как вздохнуть и согласится с доводами, в конце концов брат был уже не маленьким жеребёнком и прекрасно осознавал последствия своих поступков.

— А твой брат и правда такой как говорила. — Зиппер оценивающе посмотрела на единорога. — Правда, красавчиком его не назвать…

— Значит это и есть те самые новые подруги о которых столько мне рассказывала? — Пропустив мимо ушей реплику Зиппер, Харди предпочёл обратится к сестре.

— Да, — Сноу кивнула, коротко представив подруг. — Это Ламбер, а это — Зиппер.

— Довольно колоритные пони. — Заметил Харди, в свою очередь оценив двух кобылок. — Рад знакомству.

— Какие? Это типа заумное оскорбление такое?! — Зиппер вмиг набычилась и подлетела к единорогу, гневно сверкая глазами.

— Это значит — необычные, — поспешил пояснить Харди, уж больно вид у пегаски был грозный.

— А-а-а… Тогда ла-адно. — Сорванка успокоилась и вернулась назад.

Ламбер уткнулась лбом в подставленное копыто. Иной раз за бестолковое поведение подруги хотелось провалиться сквозь землю, поэтому ухватив Зиппер за ухо, земнопони поспешила потащить её прочь, бросив с глупой улыбкой:

— Ладно, думаю нам уже пора. Не будем вам мешать. Пока, Сноу, приятно было познакомиться с твоим братом. Завтра увидимся!

— Надеюсь они не втягивают тебя в неприятности? — Махая в след двум уходящим пони, сказал Харди. Ламбер, невзирая на яростное шипение и протесты Зиппер, подогнала пегаску хлопком по крупу, одновременно что-то гневно втолковывая.

— Вовсе нет. — Сноуфлейк торопливо заверила брата. — Они хорошие пони, просто немного своеобразные. В основном мы просто безобидно шалим или по заброшкам разным ходим. Я ведь уже рассказывала.

— Да, помню. — Произнёс единорог, весело подмигнув. — Главное маме с папой про эти ваши шалости не говори.

— Не бойся, я же умная кобылка, братик, — улыбнулась Сноуфлейк, хитро прищурив глазки.

— Ага. Вся в маму, — согласился Харди. — Только притворяешься тихоней.

— И вовсе я не притворяюсь, всё ты врёшь. — Пегаска демонстративно надула губки и ткнула брата копытцем. — И вообще, мы разве не погулять собирались?

— Верно. Собирались. — Подтвердил Харди.

— Тогда чего ждём? Погнали? — Сноуфлейк постаралась скопировать дерзкую интоннацию подруг хулиганок, с вызовом глянув на брата.

— Как скажешь, — оскалившись, фыркнул Харди. Сестра выглядела скорее забавно, чем дерзко, но жеребцу было гораздо приятнее видеть её такой, чем зажатой и страдающей от одиночества.

Дёрнув головой в противоположную сторону от академии, Харди повёл Сноуфлейк вдоль по улице, ведущей к сверкающему вдалеке огнями театру. Судя по ярким рекламным афишам и наплыву посетителей, сегодня там ставили какую-то известную пьесу. Посещать подобное культурное мероприятие Сноуфлейк совершенно не хотелось, это бы только помешало общению с братом, которого она так долго ждала, да и Харди просиживать круп в театре тоже не собирался, потому быстро послал к дискордовой бабушке прицепившегося было к ним тощего жеребца в котелке и дешёвом костюме, вздумавшего предлагать дефицитные билеты в первый ряд по совершенно конской цене. Подозрительно бегающий взгляд, вкупе с непрерывной болтовнёй сбивающей с толку, заставляли усомниться в честности сего прилипчивого субъекта.

— Кстати, ты так и не рассказал, почему снял все свои вещи, перед тем как прийти? Хотя обещал, — обратилась к брату Сноуфлейк, когда они уже отошли на достаточное расстояние от шумной толпы перед театром.

— Что-то я такого не припомню, — с сомнением произнёс в ответ Харди, порывшись в памяти.

— Обещал! — Настояла Сноуфлейк, добавив показного возмущения в голосе.

— Эх, ладно, что с тобой поделать? — Сестра ещё с детских лет бессовестно применяла против него это безотказное оружие, от которого не было защиты. Харди уже давно понял, что сопротивление бесполезно и проще сразу сдаться и удовлетворить возникшее любопытство. — Ты видела сегодня хоть одного курсанта пегаса, который бы перелетал забор?

— Нет. — Было ответом Сноуфлейк.

— А телепортирующегося с территории единорога?

— Эмм… Не-ет,. — протянула кобылка, чуя какой-то подвох. — Кроме тебя.

— Верно. — Кивнул Харди. — Всё потому что ограда академии зачарована особым образом. Если её попробует перелезть какой-нибудь пони, об этом моментально станет известно дежурным и охране. Перелететь её тоже нельзя — специальные кристаллы внутри каждой опоры создают постоянный магический поток, фокусирующийся над всей территорией академии подобно пирамиде, когда в него попадает что-то крупнее птицы, дежурные и охрана так же узнают. Наша форма тоже зачарована особым образом и пронумерована, чтобы входила в резонанс с этими чарами, поэтому сразу станет понятно: это кто-то из учащихся нарушает периметр или какой-то посторонний?

— А что же с единорогами? Ты же телепортировался, а не перелезал через забор, — удивилась Сноуфлейк. Всё-таки хорошо, что они с Ламбер не дали Зип самой лететь с запиской, иначе её подруга точно бы попалась. Возможно Ламбер откуда-то знала об этой особенности военной академии Флориша?

— Просто так телепортироваться тоже не выйдет, — продолжил объяснять Харди. — Наша форма реагирует на это заклинание точно так же, как если бы я просто перелезал забор, но только в том случае, если телепортируешься в ней за пределы академии или наоборот: снаружи — внутрь.

— Ага-а, — Сноуфлейк начала догадываться. — Тоесть, если вашу форму снять?..

— Правильно. В этой системе есть лазейка, — подтвердил Харди. — Если форму снять — никто ничего не заметит. Теперь понимаешь, почему в каждой группе так ценятся единороги с факультета прикладной и боевой магии?

— Да. Способностью незаметно покидать академию и возвращаться обратно? — Предположила Сноуфлейк.

— Бинго, сестрёнка! — Харди подмигнул шедшей рядом кобылке. — Всегда знал, что ты у меня сообразительная пони. И разумеется единорогов посылают не только за сидром в ближайший магазин. Такая система безопасности используется разве что в банках и на военных объектах.

— А почему тогда эту лазейку до сих пор не прикрыли? — Изумилась пегаска. Наверняка ушлые студенты были не единственными, кто догадался про этот фатальный изъян безопасности.

— Телепортацию знают далеко не так много единорогов, как может показаться. Это довольно сложная пространственная магия, без которой в быту можно легко обойтись, к тому же в самом заклинании есть множество нюансов, — попытался пояснить Харди. — Нужно хорошо знать и представлять место куда хочешь перенестись, мысленно считать расстояние, учитывать ментальные поля, препятствия, других пони, да и много чего ещё, потратить много дней на тренировки, чтобы научиться телепортироваться дальше своего носа, в общем теперь понимаешь насколько это нелегко? На дальние дистанции способны перенестись только очень одарённые единороги и аликорны, а для большинства расстояние в десять скачков уже подвиг.

— А для тебя? — Полюбопытствовала Сноуфлейк, лукаво стрельнув глазками.

— Уже нет, но я всё ещё не очень хорошо умею телепортироваться. Надеюсь со временем освоюсь лучше. — С улыбкой признался Харди. Притянув сестру к себе телекинезом, жеребец приобнял и потискал её.

Они как раз дошли до небольшой рощицы, которая обступала со всех сторон высокую прямоугольную стеллу расположившуюся в центре перекрёстка улиц. Довольно старый памятник, где были высечены имена почётных граждан города, оставивших свой след в истории. Пегаска тихонько пискнула от неожиданности, но тут же заулыбалась и зарылась мордочкой в гриву брата.

Немного постояв, пони продолжили свой путь, любуясь старой архитектурой, тихонько беседуя и стараясь не обращать внимания на многочисленных прохожих. Конечно, Сноуфлейк хотелось подольше погулять с братом, но Харди нельзя было задерживаться надолго за пределами академии, поэтому они едва обошли вокруг квартала, как единорог начал прощаться.

— Неужели тебе уже пора? — Сноуфлейк огорчилась, поникнув ушками. Пегаска даже не успела заметить как быстро пролетело время.

— Да, сестрёнка, пора, — вздохнул Харди. — Я вообще собирался всего на часок отлучиться, а прошло уже два.

— Эх, да, понимаю. — Сноуфлейк опустила взгляд. Всё же это было весьма эгоистично заставлять брата нарушать дисциплину, но она просто ничего не могла с собой поделать. — Надеюсь тебя не хватятся раньше времени?

— Не волнуйся. Не хватятся. — Успокоил сестру жеребец. — А с дежурным по общаге я уже договорился. Думаешь для кого я сидр купил?

Харди, хитро ухмыляясь, с уверенным видом потряс удерживаемым телекинезом квадратным бумажным пакетом, который до этого прижимал к груди. Это и правда успокоило Сноуфлейк. Раз уж брат уже не в первый раз таким образом покидает академию, значит точно знает, что делает. Со вздохом пегаска прижалась к Харди и крепко обняла:

— Значит через месяц увидимся?

— Ага, — заверил Харди. — Обязательно. Как только появится возможность, сразу навещу.

— Смотри, если обманешь, я прилечу вместе с Зиппер и тебя съем! Понял? — Шутливо пригрозила Сноуфлейк, отлипнув от брата и пристально посмотрев в глаза.

— Понял, понял, — профыркал единорог, взмолившись. — Не ешь меня, большая пегаска.

— То-то же, — гордая собой Сноуфлейк задрала носик. Всё-таки после знакомства с Ламбер и Зиппер озорства в ней чуточку прибавилось, во всяком случае при Харди кобылка не стеснялась такой быть.

Наконец, распрощавшись с братом, Сноуфлейк отправилась домой. Пегаска была невероятно довольна собой: ей не только сегодня удалось всё успеть, но и, благодаря помощи Ламбер и Зиппер, даже пообщаться с Харди, хотя ещё днём казалось, что на ближайший месяц любая возможность потеряна. Единственное, что оставляло неприятное послевкусие в душе кобылки, так это побег Харди за пределы академии, от чего у брата могли возникнуть проблемы и то как он её пожурил за то, что не додумалась за всё это время написать письмо с просьбой встретится, чтобы ему не пришлось вот так по ночам в самоволку ходить. Но раз Харди уверял, что всё будет хорошо, то и ладно, а в следующий раз если она соскучится, отправит письмо, как и положено.

* * *

Харди Стрей пробирался к своей казарме, прикрываясь зарослями высокого кустарника. Тишину вокруг нарушал лишь шелест молодых листочков, стрёкот сверчков, да приглушённый топот его копыт.

Замерев на секунду, Харди навострил уши и осмотрелся, приходилось соблюдать осторожность — встретится с кем-либо в его планы сейчас совсем не входило. Звуки окружающего мира никак не изменились и, убедившись, что горизонт чист, единорог продолжил свой путь.

Конечно, Харди сейчас предпочёл бы перенести себя прямо в казарму, а не шариться в потёмках по кустам, но телепортация по прежнему отнимала у него слишком много сил и требовалось несколько минут, чтобы восстановится, прежде чем снова её применять. При этом преодолеть расстояние больше чем в двадцать ярдов не выходило. Да, этого хватало с избытком, чтобы смыться из академии, но до забора и обратно приходилось топать как все прочие пони — пешочком.

Стараясь держаться подальше от любых источников света, Харди добрался наконец до казармы и нырнул в невысокие заросли туи рядом с углом здания. Переведя дух и удостоверившись, что кругом ни души, единорог покинул своё укрытие, быстрым шагом направившись ко входу. Он уже готовился телепортироваться в коридор, встав рядом со стеной, но его остановил раздавшийся за спиной строгий голос:

— Далеко собрался, парень?

Харди дёрнулся от неожиданности, потеряв концентрацию, и крутнулся на месте, поворачиваясь к источнику звука. Напротив него, тихо рассекая воздух взмахами перепончатых крыльев, завис, слегка покачиваясь, вороной фестрал, уставившись на него бордовыми глазами с кошачьим зрачком. Харди обомлел, беззвучно выругавшись. Он что, из-под земли вырос?

— Ну что застыл как статуя? — Продолжил, невесть откуда взявшийся жеребец в доспехе ночной стражи, приземляясь бесшумно как кошка. — Кобыла-то стоящая была? Хорошо гульнул хоть?

— Не понимаю о чём вы? — Состроив морду кирпичом ответил Харди. — Я просто вышел ненадолго подышать свежим воздухом. Вот и всё.

— Хах. Ага. Как же. Воздухом подышать он вышел… — фестрал ничуть не смутился, очевидно ожидая подобного ответа. — Да мы тебя с напарником приметили ещё когда за забор телепортировался. Дождаться пока вернёшься было лишь делом техники, так что можешь не отпираться. Дежурные офицеры уже в курсе, удирать не советую, только хуже себе сделаешь.

— Вот же сено, — едва шевельнув губами процедил Харди.

— Понимаю, приятного мало, сами когда-то такими были, дело молодое, но нарушать дисциплину всё равно не хорошо, — как не странно фестрал пока ни разу не повысил голоса, скорее говорил даже сочувственно. — Ладно, пошли, тебя там уже заждались, не иначе, — жеребец вздохнул, двинув подбородком в сторону входа в казарму. — Как особую пони-то звать?

— Сноуфлейк. Я с сестрой гулял, — неохотно ответил Харди, направляясь к дверям. Как он умудрился проглядеть засаду?

— Мда-а. Староват я видимо стал, глаза уже не те, не разобрал из далека, — крякнул, оскалив клыкастую морду фестрал, топавший следом. — Первый раз вижу курсанта, который к сестре сбегает, а не к особой пони.

— Мы с ней очень близкие друзья, — бросил через плечо хмурый Харди. Жеребец не горел желанием разговаривать по душам с неизвестным пони.

— Ты поменьше такими выражениями бросайся, — шутливо произнёс ночной пони, продолжая скалиться. — Чего доброго ещё поймут не правильно.

Харди сердито фыркнул не оценив шутки, но предпочёл промолчать. Вероятно ночной страж просто хотел приободрить незадачливого курсанта, памятуя свои собственные годы в академии. Только вот прямолинейный солдатский юмор с пошлинкой, казался единорогу сейчас совершенно лишним.

В коридоре казармы Харди обнаружил родной взвод, выстроившийся в полном составе, перед которым выхаживал капитан Булверк, периодически бросая взгляд на часы. Тут же находился Алистер, назначеный сегодня дежурным. Вид у бравого пегаса был мрачнее тучи.

Всё оказалось даже хуже, чем ожидал Харди. Капитан Булверк был носителем отвратительного характера, обожал отрабатывать командирский голос на подчинённых и гонять курсантов до посинения, будучи инструктором по физподготовке, но хуже всего, пожалуй, была его неудержимая, граничащая с занудством тяга к дотошному следованию уставу академии, от чего порой хотелось выйти прямо в окно.

— Сэр, самовольно покинувший академию курсант вернулся и согласно приказу был задержан! — Едва они подошли ближе, доложил капитану стражник.

Булверк повернулся, вперив тяжёлый взгляд в провинившегося Харди и тихо протяжно хмыкнул, что не предвещало ничего хорошего. Единорог внутренне напрягся, хотя вида не подал.

— Благодарю, сержант-майор, можете возвращаться к выполнению своих обязанностей. — Булверк процокал по направлению к вытянувшемуся в струнку Харди, продолжая сверлить строгим взглядом. —  Джентелькольты, разрешите представить героя сегодняшнего вечера, благодаря которому все мы здесь сегодня собрались! Курсант первого класса — Харди Стрей! Апплодисменты!

Слова вылетавшие из уст капитана сочились нескрываемым сарказмом. Несмотря на внушительные габариты, голос офицера земнопони был несколько выше и тоньше, чем от него можно было ожидать, что давно служило поводом для насмешек курсантов, правда за глаза, понятное дело.

Пони курсанты с кислыми физиономиями вяло начали постукивать передними копытами по полу. Харди поджал губы, скосив взгляд, чтобы не пересекаться со взглядом капитана. Если тот стражник не соврал, то скверное настроение однокашников обуславливалось как минимум полутора часами стояния в коридоре и прослушивания лекции в исполнении капитана Булверка, заместо сна в уютной постели. Пожалуй, получить в бою палашом промеж глаз было и то милосерднее.

— Почему так тихо?! — Возмутился Булверк. — Взвод должен знать своего героя!

Беспорядочный топот ног немного усилился. Спустя несколько секунд капитан удовлетворённо гаркнул:

— Хватит!

В зале коридора воцарилась тишина.

— Согласно уставу академии: курсант обязан быть одет по форме, а покидать казарму после отбоя строжайше запрещено, — капитан принялся зануднствовать в своей обычной манере. — Какие будут оправдания, курсант Стрей?

Харди, корча серьёзную морду, продолжил стоять не проронив ни слова. В самом деле, а что он мог сказать в своё оправдание? «Спасал мир»? Один незадачливый хохмач, который прославился тем, что ужасно любил сбегать из академии вот также при помощи телепорта, однажды рискнул, не трудно догадаться как долго он после этого здесь задержался.

— Что ж, красноречивый ответ, — констатировал Булверк, обходя провинившегося жеребца по кругу и буравя взглядом. — Два наряда обеспечено.

— Простите, сэр, у меня завтра вечером зачёт,. — заикнулся было единорог.

— Значит будет неуд! — Раздражённо рявкнул Булверк. — Раз от скудоумия раньше подумать было нечем! — Глаз, раздувавшего ноздри от гнева земнопони, зацепился за ношу, прижатую к груди единорога. — Что в пакете?

— Сок, — машинально соврал Харди, стараясь чтобы ни один мускул не дрогнул на его каменном лице. — Купил в магазине неподалёку. Знаете, сэр, очень пить хотелось.

— Сок, значит? — Прищурившись просипел с недоверием Булверк, с шумом втягивая носом побольше воздуха в грудь. — Развернуть!

Харди с обречённым тихим вздохом протянул пакет телекинезом и раскрыл. Остановившийся перед единорогом капитан, запустил внутрь копыто и извлёк на свет длинногорлую бутылку из тёмного стекла. Бегло глянув на этикетку, земнопони скрипнул зубами и побагровел.

— А вот это, уже залёт… — многообещающе протянул Булверк, неожиданно тихим голосом, видимо собираясь с силами. Он вырвал пакет резким движением из облачка телекинеза и повернувшись к строю невесёлых курсантов, заорал, гневно потрясая зажатой бутылкой в копыте. — Совсем распустились тут, лоботрясы?! Думаете, если вы уже все из себя прямо такие выпускники, то можно на дисциплину плевать? Расхаживать в ненадлежащем виде? Устраивать дружеские попойки? Шляться посреди ночи по кобылам? — капитан недобро зыркнул в сторону Харди. — И держать преподавателей за дураков?!

Харди слегка прошиб пот. Настолько злым они капитана Булверка ещё не видели. Видимо слухи о том, что его лучше было не будить во время дежурства, имели под собой основание.

Булверк неспешно зашагал мимо стоявших по стойке смирно курсантов, рассматривая пони испепеляющим взглядом.

— Ничего, — многообещающе заверил капитан. — Завтра я выбью из вас всю эту дурь, дуболомы. Будете пахать у меня с вечера и до отбоя, чтобы сил на подобные выкрутасы точно не оставалось.

По строю прокатился едва слышный вздох недовольства, на который Булверк сделал вид, что не обратил внимания, продолжая свою воспитательную беседу. Вновь оказавшись возле Харди, капитан приблизился почти вплотную.

— Завтра, после утреннего построения, явится в кабинет суперинтенданта, — бросил офицер в лицо Харди. — Будем поднимать вопрос о твоём отчислении, курсант Харди Стрей.

— Так точно, сэр, — пуча от усердия глаза, выкрикнул Харди. — Завтра, после утреннего построения, явится в кабинет суперинтенданта!

— Встать в строй! — Удовлетворённый Булверк наконец потерял интерес к провинившемуся курсанту.

Занимая своё место в строю, Харди чувствовал себя неважно. Благодаря сестре устроил своим и самому себе такую подставу, что хотелось завыть в голос от досады. Но хуже всего была угроза отчисления. Как пить дать, Булверк будет напирать на его необходимости, так сказать, для наглядности, в воспитательных целях.

Капитан распинался перед ними ещё минут пять, грозя всяческими карами нерадивым дуболомам, если они посмеют ещё хоть раз нарушить дисциплину до самого выпускного, после чего позволил провинившемуся взводу, наконец, вернуться ко сну.

На следующее утро в кабинете суперинтенданта состоялся не самый приятный разговор. Харди пришлось много чего выслушать, казалось даже уши завяли, но обошлось всё же без отчисления: за всё время обучения единорог не имел серьёзных нарушений дисциплины, да и с успеваемостью у Харди был полный порядок, поэтому жеребец отделался тремя нарядами вне очереди, которые отложили до возвращения с полевых учений, назначили штраф к стипендии на этот месяц, ну и заставили до изнеможения полосу препятствий преодолевать. Булверк, как и обещал, гонял их взвод в хвост и в гриву, так что единорог даже не помнил в тот день как в кровати оказался. Однако с уверенностью можно было сказать, что Харди всё равно легко отделался.

Бригадный генерал Смэшинг Рам был строгим, но хорошим пони, относившимся, можно сказать по-отцовски ко всем проделкам воспитанников академии. Жеребец, за проведением вразумляющей беседы, даже припомнил, что по молодости и сам пользовался телепортацией, чтобы отлучиться из академии, хотя был куда осторожнее и не наглел, пожурив к тому же за столь топорный способ протаскивания сидра в казарму, напомнив, что для этого есть и более изобретательные возможности с использованием волшебства, а проявлять воинскую смекалку умелому единорогу надобно тоже уметь.

Много лет спустя Харди воспринимал всю эту историю как обычное юношеское приключение, но сейчас, выйдя из кабинета суперинтенданта, единорог был зол на Сноуфлейк. Хотелось много чего наговорить сестре, отчитать, даже обругать дурой, потому что стеснялась разговаривать прямо на посту охраны. Впрочем, не прошло и пары часов, как жеребец остыл. Ну не умел он долго сердиться на Сноуфлейк, хоть тресни. Просто вот такая у него была сестра — немного особенная. Что с ней поделаешь? Да и товарищи по взводу вопреки опасениям не стали его сильно донимать и сердиться, хотя шуточек и дружеского ехидства с их стороны на некоторое время прибавилось.

Сноуфлейк, когда узнала, что у брата были проблемы из-за неё, очень сильно расстроилась и долго потом извинялась, всецело понимая, что именно она подтолкнула его к авантюре с самоволкой, и пообещала больше так никогда не делать.

Ну, а Ламбер с Зиппер весьма благосклонно отнеслись к Харди после знакомства, сказав Сноуфлейк, что такому правильному брату можно только позавидовать и изъявили желание даже как-нибудь погулять всем вместе, как станет больше времени. Зиппер, правда, снова не удержалась от ехидства, невзначай намекнув, что Ламбер как раз предпочитает жеребцов постарше, за что сразу же и поплатилась, но это уже было из разряда тех мелочей, на которые Сноу давно перестала обращать внимание. Дальнейшая жизнь вновь виделась безоблачной, а предстоящее лето насыщенным событиями в компании хороших друзей, оставалось только поскорее закончить учёбу и сдать экзамены.

## Глава 29

Обычно Сноуфлейк и Зиппер не ходили пить сидр после школы только вдвоём, без Ламбер это мероприятие они плохо себе представляли. Но сегодня их школьная команда по бакболу выиграла турнир среди юниоров, в финале одолев в упорной борьбе на своём поле соперников из Эпплузы, но при этом на самой последней минуте встречи земнопони получила травму во время розыгрыша за последнее очко, и её, кроме того, что задержали в школе, решили ещё и в медпункт отправить на обследование. В общем, порешив на том, что Ламбер можно сегодня не ждать, Сноу и Зиппер отправились гулять вдвоем.

Немного побродив по городу, они затарились сидром и расположились на лавочке в некоем подобии сквера, устроенного во дворике нескольких многоэтажек, откупорили по бутылочке, и принялись «культурно отдыхать»: как любила выражаться Зиппер. Сноуфлейк была не против. С Зиппер ей было гораздо веселее и спокойнее, чем в компании малознакомых пони.

Зиппер была особенно словоохотлива в этот раз, болтая почти без умолку, да ещё разгорячённая под действием сидра. Разумеется, центральной темой являлись впечатления от игры и победа в турнире. Сноу уже даже сбилась со счету, сколько раз бойкая пегаска возвращалась к одной и той же теме, припоминая одни и те же моменты.

Незаметно на землю опустились сумерки.

— Как думаешь, Ламбер быстро поправится? Ей вроде сильно досталось, когда на неё те пони навалились, — сказала Сноуфлейк, чтобы поддержать беседу. Она присутствовала на трибунах весь матч и видела столкновение своими глазами.

— Та не боись Сноу, Ламбер крепкая пони. На ней всё как на собаке заживает, — отхлебнув из горлышка, Зиппер поспешила успокоить подругу самоуверенным тоном. — Уже завтра будет дома. Я ж её знаю как облупленную!

— Хэй, здорова Зиппер! — Неожиданный оклик рядом заставил пони повернуть голову в сторону подходящего вальяжной походкой серебристого грифона. — Победу отмечаешь?

— Привет Гастли. — Зиппер сразу узнала гостя, нагло прервавшего общение с подругой, не испытав особого энтузиазма. — Ну да, как видишь.

— А чего тогда такие не весёлые? — Грифон не слишком огорчился холодным приёмом. Он был заметно старше, худоват, от чего казался чуть меньше своих обычных сородичей, и всё равно выше кобылок на целую голову. Судя по размашистым движениям, приподнятому настроению и присущей в таких случаях уверенности, он тоже уже где-то успел отпраздновать. — Ааа, понимаю. Без Ламбер-то не айс, на пару отдыхать. Так мы щас это поправим!

Грифон без лишних слов быстро занял пустующее место на лавочке рядом со Сноуфлейк, достал из-под крыла наполовину опустевшую упаковку с небольшими бутылками самого дешевого крепкого сидра и поставил рядом с собой. Взяв оттуда одну, он ловко сорвал крышку клювом, облокотился на спинку и выдохнул, пародируя грубым голосом горных грифонов Сталлионграда:

— Так выпьем за победу! — и немедля присосался к горлышку, заливая в себя сидр жадными глотками.

Сноуфлейк бросила вопросительный взгляд в сторону Зиппер, но сорванка показала глазами, что беспокоиться пока не о чем. Она не проигнорировала прозвучавший тост лишь из вежливости.

— У-ух!.. — Основательно промочивший горло грифон шмыгнул, причмокнул, приглаживая чёлку, затем повернулся в сторону кобылок. — А кто твоя новая молчаливая подружка? Раньше я эту поняшу в вашей компании не видел. Наконец-то нашли замену вместо Мейз?

— Ясен пень, мы с тобой почти год не виделись… — неохотно буркнула Зиппер. Ей явно не слишком хотелось общаться с этим типом, но деваться уже было некуда. — Сноуфлейк, знакомься — это Гастли. Раздолбай, любитель полетать, пожрать, и махнуть сидра на халяву.

— Сноуфлейк, значит? — Гастли растянул клюв в хищной улыбке, не обратив внимание на не очень радушное представление. Всем его вниманием в мгновенье ока завладела голубогривая пегаска. — Весьма рад встрече. Я раньше тебя не видел в нашем районе. Ты не местная?

— Да. Я из Ярд Парка, — стараясь не обращать особого внимания на сидящего рядом птицельва, пышущего перегаром, ответила Сноу.

— Оп-па! Так ты у нас почти аристократка! — Гастли хлопнул по коленям. — Я бы тоже не отказался в Ярд Парк переехать.

— Мечтай больше. — Зиппер поспешила осадить грифона. — Тебя там из твоего колледжа ещё не выперли?

— Я чё по твоему совсем тупой? — Возмутился Гастли. — Нет, конечно! Вот закончу его и свалю отсюда. Может, в Мэйнхеттен! Или Клаудсдейл! Всё лучше чем в наших трущобах куковать!

Несмотря на скептические, а порой и насмешливые комментарии Зиппер, Гастли не унимался, продолжая красочно описывать своё будущее, после того, как вырвется из нищеты Олсбери, и насколько хороша и беззаботна будет его жизнь в том же Мэйнхэттене. Будто его там уже ждали с распростертыми объятиями и мешком золота в придачу.

Грифон оказался на редкость болтливым, особенно когда «догнался» сидром до нужной кондиции. Он даже уговорил кобылок угоститься из его запасов, когда Сноу и Зиппер допили свой сидр и выбросили опустевшие бутылки в урну. Они хотели вначале отказаться, но Зиппер решила, что чем быстрее у назойливого грифона закончится выпивка, тем быстрее он наконец свалит и даст им нормально пообщаться.

Предложенный сидр оказался редкостным пойлом. Такой дряни Сноуфлейк даже у еле сводящих концы с концами Зиппер с Ламбер не пробовала. Как это вообще можно было пить? Кобылка подавила желание выбросить отборную гадость в мусорку и просто попыталась дождаться момента, когда назойливый грифон соблаговолит убраться восвояси.

Но Гастли проваливать так и не торопился. Наоборот, раздухарившись, пустил в ход сальные шуточки и анекдоты неприличного содержания, над которыми смеялся в одиночестве, затем начал осыпать Сноу комплиментами, а потом и вовсе распустил лапы.

— Н-не надо меня так трогать, пожалуйста, — еле слышно попросила пегаска, когда лапа полезшего в очередной раз с объятиями грифона погладила её между крыльев. Сноу попыталась отодвинуться подальше от этого назойливого типа, но уже упиралась в плечо подруги. Раньше к ней никогда не лезли подобным хамским образом, тем более совершенно пьяные незнакомцы, и пони совершенно не знала как в таких случаях реагировать. На помощь пришла Зиппер, которую буквально взбесил неприкрытый флирт пернатого.

— Слыш, ты не охренел часом, дружок?! — Вспыхнула от ярости рыжегривая пони. — Убрал от неё свои лапы, быстро! И вообще, проваливай отсюда, пока я тебе пальцы не переломала!

— А чё такого-то? — Гастли лапы, конечно, убрал, но так удивился, словно не понял сути претензий. — Она же сама на самом деле не против!.. Правда милашка? — Грифон пощекотал пальцем подбородок Сноуфлейк и хищно щелкнул клювом.

— Прекрати! — Пискнула Сноу, гневно отпихивая назойливого грифона.

— Гастли, ты тупой или притворяешься?! Может, тебе мозги битой надо на место вправить?! — Зиппер подскочила с места, топорща крылья. — Мухой свалил нахрен! Я дважды повторять не буду!

Едва место на скамейке освободилось, Сноуфлейк тут же метнулась к её краю, стараясь оказаться подальше от Гастли.

— Да чё вы как жеребята, в самом деле? Как будто я что-то плохое предлагаю… — В голосе грифона скользила досада, от того, что обещавший быть приятным вечер срывался.

— Ты это пониции объяснять будешь, приставала, — язвительно сказала Зиппер, буравя собеседника недобрым взглядом. — Че, думаешь, мне до поста слетать долго?

Похоже, даже затуманеный парами алкоголя мозг грифона соображал, что с поницией шутки плохи, поэтому Гастли последовал совету Зиппер, и, напоследок обругав обеих пегасок дурами, удалился шаткой походкой в неизвестном направлении.

— Вот козёл, — буркнула Зиппер, вернувшись на лавочку и приобнимая крылом Сноуфлейк. Пегаска слегка вздрогнула, но тут же расслабилась. Рядом с Зиппер она чувствовала себя в безопасности. — В следующий раз как будут приставать, сразу бей копытом по морде, чтоб неповадно было. Такие как Гастли и пониции не всегда боятся…

Однако, как Зиппер не старалась, вечер похоже был безнадёжно испорчен.

Общение совершенно не клеилось. Разговор постоянно заходил в тупик, прерываясь долгими неловкими паузами, а этот двор со скамейкой больше не казался таким уж комфортным местом.

— Может… Пойдём по домам? — Когда в небе уже появился полумесяц луны и вспыхнули первые звёзды, решилась сказать Сноуфлейк. Пусть случай с Гастли подпортил сегодняшний день, ей рано было расслабляться и ещё надо было уроки успеть сделать.

— Эм… Да. Пожалуй, — видно было, что Зиппер хотелось посидеть подольше, ведь дома её ничего не ждало, кроме безнадёжного одиночества, но она прекрасно понимала, почему Сноу так резко засобиралась, — Тебя проводить?

— Да нет, зачем? Я ж не маленькая. А ты сама говорила, что у тебя ноги и крылья после игры отваливаются, — ответила Сноу, слегка улыбнувшись. — Лучше отдохни хорошенько сегодня. На следующей неделе уже первые экзамены, мы нескоро так в следующий раз соберемся.

— Л-ладно. — Зиппер и здесь не стала возражать, а когда встала со скамейки, добавила притихшим голосом. — До завтра, Сноу. Будь осторожна.

— До завтра, Зип. Ты тоже. — Сноуфлейк помахала вслед уходящей по какой-то причине пешком подруге и покинула дворик.

«Всё же Зиппер с Ламбер по-своему хорошие пони, даже жаль, что мы не встретились раньше» — посетила её голову теплая мысль.

Сноу не спеша шла по вечерним улицам Олсбери, размышляя о своих подругах. Она уже довольно хорошо тут ориентировалась, к тому же Ламбер с Зиппер показали ей в своё время относительно безопасный, часто патрулируемый поницией маршрут, по которому можно было быстро и без проблем покинуть район.

Несмотря на обилие фонарей на узких улочках, работали из них редкие единицы. Большинство ламп перегорели в незапамятные времена, некоторые просто разбили или украли, а заменить их никому в голову не приходило. До медленно умирающего и рассыпающегося в прах района никому не было абсолютно никакого дела.

«Возможно, если бы в городе всё было немного по-другому, будь Олсбери хотя бы вполовину так же благополучен, как Ярд Парк, то Ламбер и Зиппер не стали бы хулиганками?» — подумала Сноуфлейк, сворачивая налево у полуразвалившегося убогого домишки с провалившейся крышей и наспех заколоченными окнами. — «По крайней мере мои родители не запрещают с ними видеться. Да, они, конечно, не в восторге от того, с кем я общаюсь… Особенно мама. Зато папа, наоборот, отмечает, что я стала смелее и увереннее…»

Оставалось пройти всего две-три улицы и уже начнётся Ланеси Гроув, где было находиться значительно безопаснее. Это чуточку успокоило. В последнее время Сноуфлейк всё чаще казалось, что за ней кто-то следит, когда она возвращается домой с прогулки. Местная шпана уже хорошо запомнила с кем пегаска дружит и не приставала, но кобылка всё равно видя малознакомые компании опускала голову и ускоряла шаг, после чего ещё долго оглядывалась по сторонам. Вот и сейчас Сноу прибавила ходу, отгоняя лезущие в голову мысли.

Мимо через перекрёсток проехала гружёная повозка, закрытая тентом, запряжённая парой рослых хмурых верзил. Было уже слишком поздно для обычных грузоперевозок. Сноуфлейк сделала вид, что никого не заметила, отступив в тень ближайшей стены, дождалась пока подозрительная парочка окончательно скроется из вида и лишь затем продолжила путь.

Дискорд его знает, что находилось в этой телеге, но Зиппер говорила, что в Олсбери есть немало мест, где можно сбыть краденое и лучше держаться от таких перевозчиков подальше. Занятно откуда сама пегаска знала про существование подобных мест, но Сноуфлейк тогда не хотела вдаваться в подробности, а сейчас ей эта информация была ни к чему.

Ещё один поворот. Теперь направо. На этой улице, с ироничным названием — Лайв Стрит, уже кипела какая-то жизнь.

Из приоткрытого окна первого этажа ближайшей пятиэтажки вырывалась продиравшая своей надрывной хрипотой незнакомая песня на редкость отвратного качества. С балкона третьего этажа дома напротив, свесившись головой вниз и потрясая копытом, в тон лившейся мелодии орал дурным голосом небритый понь, требуя «заткнуть свою шарманку» и жалуясь, что после смены на заводе у него башка разрывается. Хотя, возможно, причиной головной боли работяги являлись владельцы квартиры этажом ниже, с балкона которых низвергались клубы густого сизого дыма, стелившегося по улице и имевшие отвратительнейший запах, сравнимый с выгребной ямой, от чего Сноуфлейк инстинктивно дёрнулась зажать нос и немедля закашлялась. Ничего общего с сигаретами, которыми иногда баловалась Зиппер, у запаха не было.

«Не иначе какие-нибудь зебринские травы для изгнания злых духов» — подумала пегаска и поспешила дальше, стараясь не обращать внимания на потоки визгливой ругани.

Чуть поодаль из-за скрипнувшей двери ближайшего подъезда выпорхнули парочка вульгарно размалёванных кобылок с завитыми в локоны гривами и хвостами, облачённые в простенькие платьица. Кокетливо хихикая, пони направились в сторону сверкающей тусклыми огнями вывески единственного на всю округу места культурного досуга — отвратительно грязного бара «Три подковы». Ламбер и Зиппер как-то разочек показывали его днём, когда проходили мимо, предупредив, что ночью от этого места школьницам лучше держаться подальше.

Парочку «вышедших на тропу войны» кобылок, скучающим взглядом проводила выглядывающая в открытое окно пони с обвисшими щеками и приличными мешками под глазами, гриву которой украшала целая гирлянда розовых бигуди. Кобыла потягивала длинный мундштук с тлеющей на конце папиросой и пускала колечки дыма, стряхивая пепел прямо на улицу.

За углом упражнялась в мастерстве группа малолетних вандалов, украшая стену при свете фонарика своим очередным «шедевром». Правда, как водится в таких случаях, от чего-то фантазия уличных художников не простиралась далее изображения причинных мест или неприличных выражений, редко превышающих в объёме три буквы.

Тут же буквально рядом сидел на тротуаре привалившись к стене и распустив слюни странный субъект, изучающий пустым взглядом окружающую действительность и бормоча бессвязную околесицу себе под нос. Ламбер говорила, что так на пони действует «чёрная соль», которую ни в коем случае нельзя пробовать, как бы не предлагали. Её двоюродный брат от такой дряни с катушек слетел и скопытился. Сноуфлейк быстрым шагом обошла неадекватного жеребца по другой стороне улицы.

Пройдя ещё немного дальше, кобылка услышала истошный ор с крыши трёхэтажного дома, который только что имела честь миновать.

— Йа, Бет По-онь!!! — Возвестил на всю округу стоявший на краю карниза жеребец, размахивая рваным плащом. — Уаааа!!!

Возопив дурным голосом, жеребец сиганул с крыши и грохнулся прямиком в огромную кучу мусорных мешков, высившуюся под стенами дома, подобно средневековому кургану, войдя в неё по самые уши. Судя по криво вырезанным из картона накладным крыльям и плащу из старой драной шторы у кого-то в очередной раз случилось обострение белой горячки, на фоне безмерного потребления сидра. Обычно этот кадр радовал соседей своими прыжками не чаще раз в пару недель, но в последнее время что-то зачастил — Сноу видела его на карнизе уже третий раз за эту неделю. Хорошо, что заботливые соседи, дабы бедолага не расшиб ненароком голову, специально поставили под тем местом, куда он обычно падал, все имеющиеся мусорные контейнеры, сбрасывая в них весь производимый мусор. Кажется, он был до сих пор жив только благодаря этому.

Свернув на очередном перекрёстке в нужную сторону, Сноуфлейк чертыхнувшись, остановилась. Дорогу преграждала разношёрстная толпа. Пони в солидных костюмах и шляпах что-то втолковывали разгильдяйски одетой толпе молоденьких жеребчиков. До драки ситуация уже вряд ли могла дойти, судя по тому, насколько напуганными выглядели хулиганы, но держаться всё равно стоило подальше.

Типов в костюмах Ламбер с Зиппер между собой называли «пижончики» и советовали никогда с ними не связываться, да и вообще по возможности держаться подальше, говоря, что это очень серьёзные и опасные пони.

Не желая испытывать судьбу, Сноуфлейк вернулась назад на Лайв Стрит, попеняв на несправедливость бытия и бесполезные крылья. Теперь придётся обходить то место дворами и проулками. Зиппер лишь однажды показывала этот запасной маршрут на всякий случай, но пегаска вроде вполне его запомнила.

* * *

Грязный переулок, образованный несколькими стенами домов, заставленный переполненными мусорными баками и прочим мелким хламом, тускло освещался редкими окнами, да сиянием луны с неба, то и дело скрывающейся за густыми облаками. Кругом — ни единой души, только ветерок грустно посвистывал среди крыш, гоняя бумажки по слегка влажному асфальту.

Сноуфлейк неспеша топала вперёд, ожидая вскоре увидеть обширный внутренний двор справа, где в лучшие времена, со слов Зиппер, работала отличная пиццерия, которая потом от чего-то неожиданно сгорела.

Всё же надо было соглашаться на предложение подруги, предлагавшей проводить. В одиночку бродить по задворкам Олсбери было тем ещё удовольствием.

Тёмный силуэт, отбрасывающий длинную тень, вывернул из-за ближайшего угла совершенно неожиданно. Сноуфлейк внутренне напряглась, замедлив шаг и оглянувшись в тщетной попытке узреть за спиной хоть какого-нибудь прохожего.

Незнакомец, тем временем, двинулся ей навстречу, расправив крылья и преграждая дорогу. По силуэту орлиной головы и телосложению Сноуфлейк поняла, что перед ней грифон.

— Оп-пачки! — Голос незнакомца показался кобылке не таким уж незнакомым. — Меня искала, милашка?

Выглянувшая в просвет между тучами луна, осветила хищно скалящуюся рожу и серебристое оперение.

Сноуфлейк тут же его узнала.

Гастли.

Только его сейчас не хватало для полного счастья.

— Дай пройти! — потребовала нахмурившаяся Сноуфлейк у стоявшего на пути нахала. — Тебя разве не учили, как обходиться с кобылками?

— Конечно учили, — грифон оскалился совсем уж пакостным образом, взяв пегаску за переднюю ножку. — Хочешь докажу? Моё гнёздышко как раз рядом, за пол минуты долетим.

— Я не летаю, — раздражённо сказала Сноуфлейк, выдергивая ножку из цепких, когтистых лап. — Тем более с незнакомыми грифонами. Дай пройти уже!

Кобылка попробовала обойти приставшего грифона, но тот всякий раз успевал преградить путь. После нескольких безуспешных попыток Сноуфлейк отступила на пару шагов назад. Сердечко пони забилось быстрее, а спина ощутимо вспотела. Чего этому неприятному типу вообще от неё надо?

— Так ты, значит, летать не можешь?.. От это непруха. — цокнул языком Гастли, сделав несколько шагов вперёд и мигом сократив разделявшее с пони расстояние. В его голосе не чувствовалось и тени жалости, скорее азарт охотника, которому попалась лёгкая добыча. — Ну, тогда давай прямо здесь.

Сноуфлейк глазом моргнуть не успела, как оказалась в объятиях грифона, который снова позволил себе откровенно начать её лапать.

— Прекрати! Отцепись от меня, урод! — воспылав праведным гневом истошно запищала Сноуфлейк, попытавшись вырваться, но Гастли силой припёр её к стенке и грубо прижал спиной к холодной кирпичной кладке. — Мне домой надо! Да пусти ты, больно! Совсем дурак?!

Барахтаясь в крепких объятиях грифона, Сноуфлейк хлестанула его по морде копытом, как учила накануне Зиппер. Вопреки ожиданиям это вовсе не охладило пыл Гастли, скорее наоборот, раззадорило, заставив удвоить натиск.

— Оу, а ты у нас с характером, — рыкнул Гастли, грязно хихикая. — Мне так даже больше нравится!

Сноуфлейк запаниковала. Она никогда не оказывалась в подобной ситуации, и даже не подозревала, что жеребцы могут вести себя подобным образом. В романах, которые она читала, никогда не описывались наглые приставания. Наоборот, всё описывалось очень романтично: с пылкими чувствами, с милыми, галантными и робкими ухаживаниями, а не такой животной вульгарностью.

Кобылка пыталась бить грифона по лапам и шее, упиралась задними ножками, в надежде отпихнуть от себя… Но силы явно были не равны, а то, что рассказывали папа с братом, в таком положении никак не могло сработать.

Когда грифон, похабно тиская, осмелился запустить лапы под её крылья, густо покрасневшая Сноуфлейк затрепыхалась, засучила передними ножками, оскалившись от напряжения:

— Отстань от меня, урод!

Но видя, что отогнать от себя воспылавшего низменными чувствами грифона не получается, глаза Сноуфлейк наполнились слезами. У неё не было шансов вырваться, а этот урод, похоже, вовсе не думал ограничиваться похабными ласками. Кобылке было больно и противно. Касания грифона к телу казались мерзкими, покусывания и пощипывания шейки — отвратительными.

Сноуфлейк слёзно просила, умоляла отпустить её домой и ничего с ней не делать. Но Гастли не обращал на слова пони никакого внимания, занятый своей игрой с юной пегасочкой. Лишь перепробовав все варианты, убедить грифона отпустить её, Сноу, трепыхнувшись их последних сил, в отчаянии закричала:

— Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Но надрывный голос кобылки резко оборвался, едва поднявшись над безпонной округой. Сноуфлейк почувствовала, как мордочку сжала шершавая грифонья лапа, больно впившись когтями в щёки возле рта.

— Заткнись, дура! — злобно прошипел Гастли, сжав лапу сильнее, так что Сноу взвизгнула. — Ты разве ещё не поняла, что таким как я не отказывают? Хватит корчить из себя недотрогу!

Сноуфлейк зажмурилась и отвернула голову, лишь бы не видеть сейчас эту мерзкую рожу, исходящую слюной, лишь бы поскорее всё закончилось и можно было просто уйти…

Вдруг ушки пони уловили тонкий, певучий свист ветра на кончиках перьев, а затем воздух сотряс яростный кобылий рёв.

Смазанный силуэт пони, больше похожий на вихрь, махом оторвал Гастли от Сноуфлейк, покатившись дальше по инерции и хлестанув пегаску тугой волной воздуха.

Сноуфлейк, будучи ещё не в силах поверить в обретённую внезапно свободу, медленно сползла по стенке, часто дыша и давясь слезами. Повернув голову в сторону вихря, вырвавшего её из грязных лап грифона, кобылка увидела Зиппер, сидящую верхом на Гастли, придавив того своей массой к земле и охаживая грифона по морде копытом со всей силы.

— Отвали! От! Неё! Скотина! — Вколачивая каждое слово орала рыжегривая пони, пыша злобой и навалившись на птицельва. Бросив секундный взгляд через плечо в сторону перепуганной подруги, Зиппер с надрывом крикнула: — Беги, Сноу!

Первые несколько секунд ошеломлённый Гастли даже не пытался закрыться лапами, с исступлением пялясь на то, как копыто пони раз за разом опускается на его морду. Но отойдя от этого непродолжительного шока, грифон рассвирепел.

— А ну слезь с меня, крылатая тварь! — Гастли перехватив свободной лапой готовое снова ударить его копыто, хлёстко врезал пони по мордочке кулаком сбоку, так что у Зиппер зазвенело в ушах. Извернувшись, он отбросил кобылку и вскочил на ноги.

Упустив инициативу Зиппер попыталась взлететь, чтобы получить преимущество в воздухе, но Гастли набросился на пегаску не хуже дикого зверя, перехватив на взлёте.

Зиппер вдруг почувствовала острую боль в левом крыле от впившегося с хрустом возле махового сустава грифоньего клюва. Гастли словно предвидел её действия, поспешив лишить ловкую пегаску её главного оружия — маневренности. С болезненным воплем кобылка попыталась вырваться из клинча, но грифон уже перехватил её лапами и с силой отбросил.

Хорошенько приложившись всем телом о шершавый плесневелый кирпич, потрясённая Зиппер пропустила очередной наскок грифона, выбившего ударом в грудь остатки воздуха из её лёгких. Не давая пони отдышаться, Гастли впечатал голову пегаски щекой в стену, так что у Зиппер искры из глаз посыпались, после чего схватил её рыжую гриву в охапку и отшвырнул кобылку ближе к середине переулка, повалил, насел сверху, спутав хвостом задние ножки, чтобы та не отбрыкивалась, и с садистским наслаждением с силой стукнул по носу.

У Зиппер перед глазами всё расплылось. Пони почувствовала противный холодок в горле и солоноватый привкус во рту.

— Ну что? Нравится тебе? Нравится?! — окончательно потерявший контроль Гастли тыкал разбитый нос пегаски, упиваясь моментом. — Сейчас я покажу тебе, что я делаю с дерзкими, непослушными кобылками, а потом и твоей миленькой подружкой займусь!

Зиппер было всё равно, что этот урод сделает с ней. Она всё переживёт, так же как переживала падения во время гонок, насмешки сверстников и побои. Несмотря на то, что она была довольно крепкой и тренированной пони, сорванка понимала, что не сможет справиться со взрослым грифоном, но она просто не могла позволить этому куску тухлого сена навредить Сноуфлейк. Просто не имела права.

Даже несмотря на почти беспомощное положение, Зиппер стиснув зубы отчаянно выкручивалась, пытаясь уличить момент и вырваться. Сдаваться без боя было не в её духе. Наверняка Сноуфлейк была уже далеко. В безопасности. Это сейчас было важнее всего.

Гастли попытался насесть на извивающуюся под собой пони, чтобы прижать к земле и обездвижить, однако потерял бдительность на мгновенье ослабив хватку хвоста, благодаря чему Зиппер удалось высвободить одну из своих задних ног. Не долго думая сорванка со всей силы двинула копытом между ног грифона, с удовольствием наблюдая, как взвывший Гастли разом от неё отпрянул, скрючившись в нелепой позе, рыча и ругаясь. Пусть места для хорошего замаха было маловато, главное, что этого хватило, чтобы стереть с мерзкой грифоньей хари победное ликование.

Воспользовавшись моментом Зиппер с трудом, но сумела встать на ноги, пытаясь сообразить как лучше всего использовать появившееся теперь преимущество, пока грифон пытался прийти в себя после такого подлого удара, но внезапно в бок Гастли влетел круглый железный мусорный бачок, разбрасывая по пути объедки и прочий мусор, одновременно с тонким, яростным вскриком Сноуфлейк. Белоснежная пони явно не ожидала, что у неё хватит сил докинуть бачок до цели и тем более попасть.

Всё это время кобылка сидела прислонившись спиной к стенке и дрожала, сжавшись в комочек, будучи не способной пошевелить даже кончиком ушка, в ужасе наблюдая за кипевшей неравной схваткой. Но когда ситуация стала критической, страх за жизнь и здоровье подруги перевесил страх перед большим и жутким грифоном.

Не теряя времени попусту, Сноуфлейк лихорадочно пыталась сообразить чем ещё помочь Зиппер. Взгляд пони упал на длинногорлую стеклянную бутылку из-под сидра, выпавшую из бачка. Недолго думая пегаска схватила её, на автомате стукнув о стенку и скалывая дно — так делали бандиты из комикса, который она как-то брала почитать из коллекции брата… Но что-то пошло не так, и вместо грозной «розочки» бутылка попросту разбилась на мелкие осколки. Впрочем, растерянность Сноуфлейк продлилась не долго. Увидев рядом уже готовую бутылку с отколотым дном пони тут же взяла её в копыто.

Гастли совсем рассвирепел с усилием поднявшись на ноги. Он был крепким малым, и таким ударом его было не вырубить.

— Отойди от неё! — С надрывом крикнула Сноуфлейк, заслоняя собой Зиппер, когда грифон повернулся к ним, выбирая на кого из двух кобылок накинуться.

— Знаешь, куда я тебе сейчас эту ляганую бутылку засуну?! — разъярённый грифон кинулся на Сноуфлейк и получил от пони укол «розочкой» в грудь, а сама пегаска в последний момент отскочила в сторону.

— Пошёл вон! — дрожащим голосом повторила задыхающаяся от адреналина кобылка, тряся в копыте импровизированным оружием.

Зиппер, охая и постанывая, очень хотела бы сейчас чем-то помочь Сноу, но перед глазами пони всё предательски расплывалось от чего она еле держалась на ногах.

— Гррр! — Утробный рык грифона схватившегося за неглубокую рану от «розочки», заставил сердце Сноуфлейк пропустить удар. — Ты за это заплатишь, девочка!

Гастли внезапно зачерпнул полную лапу мусора, выпростанного бачком и швырнул в лицо храброй пегаски. Сноу инстинктивно зажмурилась и закрылась, отвернув голову, наугад махнула «розочкой» в попытке отогнать противника, чем грифон немедля воспользовался. Он напрыгнул на кобылку, выбил оружие и повалил её. У Сноуфлейк уже не было никаких сил сопротивляться и Гастли уже победно усмехнулся, предвкушая как сейчас будет страшно мстить этой строптивой поняше, но развитию событий помешала жестяная крышка мусорного бака со свистом опустившаяся ему на голову. И ещё раз. И ещё…

— Сдохни, падаль! — Зиппер не переставала беспорядочно наносить удары пока окончательно не смяла железную крышку о спину и голову птицельва, отправляя того в глубокий нокдаун. Убедившись, что Гастли на время растерял свой боевой настрой, Зиппер выкинула своё импровизированное оружие и помогла подруге подняться. — Пошли быстрее, Сноу, пока эта падла снова не очухалась.

Сноуфлейк бросила последний опасливый взгляд на пребывающего в полусознательном состоянии Гастли, скулящего и корчащегося на земле от боли. Тут точно лучше было не задерживаться.

Не тратя времени на разговоры, кобылки поспешили миновать подворотню и добраться до более-менее безопасной части улицы.

— Ты как, Зип? — Обратилась Сноуфлейк к помятой подруге, едва они остановились передохнуть на широком перекрёстке сходившихся вилкой улиц.

— Нормально… Бывало и хуже. — Сорванка выглядела неважно, но по своему обыкновению пыталась держаться бодрячком, хотя Сноуфлейк и догадывалась, что кобылка обнимала её крылом не только чтобы успокоить, но и просто, чтобы легче было идти. — Хотя, лучше тоже бывало… Да ладно, не парься… Отлежусь дома пару деньков и буду снова как новенькая… Иди, я сама дойду…

Но Сноуфлейк не могла оставить подругу одну в таком состоянии, тем более в Олсбери, не хватало ещё чтобы Зиппер свалилась где-нибудь по дороге без сил. Поэтому не сговариваясь, повела дерзкую пегаску в сторону её квартиры, тем более, что идти было не очень-то и далеко, главное — добраться туда без приключений, на ближайшую неделю их и так уже хватало с избытком.

## Глава 30

Жильё Зиппер встретило пони всё той же удручающей бедностью, а комната возмутительным беспорядком. Но сейчас Сноу это абсолютно не заботило. Первым желанием было встать под душ и торчать под ним целый час, чтобы смыть с себя всю грязь и следы прикосновений: пони испытывала омерзительное чувство будто покрыта ими с головы до ног. Однако первым делом Сноуфлейк отправила в душ Зиппер.

— Раны надо обработать, — сказала Сноу, бегло осмотрев рыжегривую бунтарку, едва та вернулась. — У тебя хоть есть чем?

— Эмм… — мордочка Зиппер скривилась при мысли о медицинской помощи, хоть она и понимала, что теперь без неё не обойтись. — Щас. Я знаю у моего бати тут была припрятана заначка на чёрный день…

Серая пегаска вышла из комнаты и спустя некоторое время вернулась с полупустой пузатой бутылкой, в которой плескалось жёлто-коричневое содержимое и небольшой домашней аптечкой в потертом ланчбоксе.

— Вот. Конечно, невесть что, но сгодится, — с чувством выполненного долга Зиппер вручила находки Сноуфлейк.

— Ладно. Садись. — Смочив ватный тампон сильно отдающей спиртом жидкостью сказала Сноу, тыкнув мордочкой в сторону кровати.

Не обращая внимания на шипения и подергивания сорванки, Сноуфлейк обработала место грифоньего укуса, царапины и ссадины в несколько заходов, после чего заклеила самые большие раны марлей с лейкопластырем и только затем сама отправилась в душ.

Пребывание под струями слегка тёплой воды немного освежило и успокоило пегаску. Отвлекло от дурных мыслей.

Когда Сноуфлейк вернулась в комнату Зиппер, та по прежнему сидела на кровати, пребывая в глубокой задумчивости и смотря перед собой отрешённым взглядом.

— Наверное, тебе уже пора? Да? — подняла глаза на Сноуфлейк рыжегривая пони.

— Вообще-то… Нет. — Немного поколебавшись ответила Сноу. Она осознала, что сейчас просто не сможет после всего пережитого одна дойти до дома. По пути сюда ей за каждым углом мерещился страшный грифон, только и ждущий чтобы напасть. При других обстоятельствах пегаска попросила бы Зиппер её проводить, но подруга пострадала в драке гораздо серьёзнее, и просить о таком сейчас было по меньшей мере преступлением. — Может, я переночую у тебя? Вот только…

— …родители будут волноваться, — закончила за подругу Зиппер.

— Ага. — Сноуфлейк вздохнула.

— С моими проблем не будет. Папа как обычно где-то бухает, мама на дежурстве, — Зиппер ударила копытами. — А ты напиши своим записку. Что у меня на ночь останешься. Я её передам.

— Ты разве знаешь где я живу? — Сноуфлейк удивилась. Зиппер как-то ни разу не проявляла желания погостить у неё, всё время держала дистанцию, словно не хотела попасться кому-то лишнему на глаза.

— Нуу… На самом деле знаю… — Протянула Зиппер. Она призналась, что уже давно следила за пегаской, всякий раз провожая до дома, дабы убедиться, что с подругой ничего не случилось по дороге. Именно благодаря этой привычке ей и удалось прийти на помощь так оперативно, не хуже супергероя. — Я пряталась за крышами и облаками, потому ты меня никогда не замечала. Правда в этот раз полетела не сразу, потеряла тебя из вида и долго не могла найти, поэтому не прилетела сразу как этот озабоченный урод пристал. Прости за это…

— Но-о… Почему ты так делала? — Немного помолчав недоумевала Сноу.

— Просто не хотела чтобы ты думала, будто дружу с тобой только из-за денег. Или ещё чего-то. — честно призналась Зип, — Да и вообще, напрашиваться в гости это не по мне.

— Ладно… А ты точно в таком состоянии сможешь полгорода пролететь? — Сноуфлейк идея Зиппер показалась не самой лучшей, учитывая неважное самочувствие кобылки.

— Да тут пять минут лёта всего туда и обратно. — Зиппер продемонстрировала свои потрепанные крылья. И, видно, ощутив, что видок у неё не такой бойкий как обычно, быстро сложила их обратно — Хотя… Лучше я попрошу одного своего знакомого из курьерской службы сгонять, он тут совсем рядом живёт. И вряд ли мне откажет.

— Ладно. — Сноуфлейк решилась, вздохнула и начала искать листок и карандаш. Вся эта идея с запиской ей была не по душе, но никаких других идей просто не было. — Тогда устроим что-то типа ночёвки. Если ты не против, конечно.

— Оу, я помню мы с Ламбер устраивали такое, когда ещё совсем мелкими были, — Припомнила Зиппер и захихикала. — А вот когда мы выросли, это почему-то перестало ей нравится. Даже не знаю почему?..

Сноуфлейк быстро черкнула записку на клочке какой-то бумажки, выдранной из тетрадки, сообщая родителям, что останется переночевать у подруги, которой внезапно стало плохо во время прогулки, а присмотреть за ней некому. Она просила не волноваться и обещала вернуться завтра сразу же после школы. В таком виде она и вручила записку Зиппер.

Сжав послание в копыте, бойкая пегаска покинула дом прямо через окно, пообещав вернуться как можно быстрее и исчезнув во мраке ночи. Сноуфлейк так и простояла возле открытой створки до её возвращения, созерцая мерцание звёзд в облачном небе на фоне унылых силуэтов крыш.

Зиппер не обманула и действительно вернулась очень быстро:

— Я не стала долго объяснять что да как, назвала район, адрес и попросила твою записку передать.

— Хорошо. Так даже правильнее. Меньше лишних поводов для волнения. — Сноуфлейк отошла от окна и уселась на кровать. — Неужели твой знакомый даже денег не взял?

— Не-а. Он же мне как раз одну доставку был должен, я его как-то подменяла, когда у него проблемы были. — Закрыв окно, Зиппер плюхнулась рядом.

— А дом точно не перепутала?

— Да не боись, Сноу, всё будет пучком. Я хорошо адрес запомнила где ты живёшь. — Зиппер для пущей убедительности повторила адрес. — Постучит, покричит, на крайняк записку под дверь подсунет. В общем, всё будет выглядеть как надо.

Зиппер завалилась на кровать, раскинув передние ножки в стороны, и заговорила мечтательно:

— Эх, а хоромы у тебя и правда здоровские! Я б в таких пожила…

— Ну так залети как-нибудь в гости. — хихикнула Сноу. — Смогу, наконец, показать родителям с кем дружу. Хотя они вряд ли обрадуются.

— Не то слово. Представляю их лица, когда мы с Ламбер завалимся к тебе домой. — Фыркнула Зипер. — Спасибо за предложение. Может, потом как-нибудь… Но вообще я же говорила, что это не по мне…

Разговор, однако, дальше как-то не клеился. Слова не шли. Возникали долгие паузы. Пони сидели на кровати и не знали с чего начать. Мысли упорно возвращались к событиям в переулке.

— Как думаешь?.. Мы там его случайно не-е?.. — Наконец решилась прервать затянувшуюся тишину Сноуфлейк.

— Убили? Гастли? Пфф… Не думаю, — Мрачным голосом ответила Зиппер, стиснув зубы. — А если и да, значит одним уродом в городе станет меньше. Я его реально хотела убить, едва увидела, что собирался с тобой сделать. Никому не позволю с тобой так обращаться. На Гастли вообще по хорошему надо бы заяву накатать, чтоб ему мозги в тюряге вправили…

— Не надо Зип. — Ужас в глазах Сноуфлейк быстро сменился мольбой. — Не надо… Тогда ведь будет расследование, допросы всякие, суд… Всем станет известно о том, что случилось. Родители тогда точно меня со школы встречать начнут, или того хуже — приводить, как в первом классе… И гулять запретят… Или вообще с вами встречаться…

— Эх. Ладно. Ты права, Сноу, — выдохнула Зиппер. — Главное для тебя всё закончилось хорошо. Пусть гуляет. Пока. Но если этот подонок снова попытается что-то выкинуть в таком духе, я его отделаю как Дискорд черепаху.

Новая пауза, которая затянулась даже дольше прежней.

— Знаешь, я ведь даже не поблагодарила тебя за помощь… — спохватилась Сноу. Сперва было некогда, а потом как-то вылетело из головы. — Спасибо большое, что спасла сегодня. Ты… Очень хорошая и смелая пони. Если бы не ты… Даже представить страшно, что бы могло случиться…

Сноуфлейк осторожно обняла подругу крылом, взяв за копытце, от чего рыжегривая пегаска слегка вздрогнула и на секунду зарделась, отведя взгляд, но быстро справившись с собой, Зиппер обняла Сноу в ответ, после чего кобылки просидели таким образом некоторое время.

— Так, — наконец Зиппер это надоело и сорванка хлопнула по коленям. — Если у нас тут ночёвка, это не значит, что мы должны на ней спать. — Пегаска взяла со стола бутылку из которой обрабатывали её раны. — Никогда раньше не пробовала виски. Пора исправлять это страшное упущение.

Зиппер хихикнула, быстрым движением свинтила колпачок крышки и едва Сноуфлейк успела открыть рот, сделала небольшой глоток прямо из горлышка.

— Кхем. — Рыжегривая бунтарка поморщилась, прижав запястье к губам, и шумно втянула носом воздух. — Крепкий, зараза! Вообще на сидр непохоже! На, попробуй.

Сноуфлейк недоверчиво посмотрела на протянутую подругой бутыль. Ей больше ничего сегодня не хотелось пить, но отказываться было неудобно, тем более такого напитка она раньше никогда не видела даже у взрослых. Любопытство вновь победило. Бутылка с золотистой жидкостью перекочевала в копытца Сноу.

«От одного глоточка ведь точно ничего не будет…»

— А твой папа не рассердится? — на всякий спросила Сноуфлейк, сжимая бутылку в копытах и бросив косой взгляд на Зиппер.

— Да он её годами не достает, — отмахнулась сорванка. — Если чуточку отопьём, он даже не заметит.

Сноуфлейк немного успокоилась и сделала неосторожно большой глоток из горлышка, почти сразу отпрянув и закашлявшись. Виски оказался очень крепким напитком, в котором отчетливо ощущался на вкус спирт. Своей крепостью он моментально обжег горло неподготовленной кобылки, однако следом за этим не слишком приятным ощущением, последовало чувство теплоты и проявилось легкое древесное послевкусие, совершенно не свойственное для всего того, что пегаска пробовала прежде.

— Ну как? — сразу поинтересовалась Зиппер с довольной мордочкой, едва подруга отошла от первого впечатления.

— Крепкое очень. Необычный вкус. Вообще ни на что не похоже… — Выдала свою оценку Сноуфлейк. Ей, по правде говоря, не слишком понравилось.

— Ну вот. Можешь теперь гордиться, что виски пробовала. У нас в магазинах его давно не продают, по указу Селестии. Ну, «как бы» не продают. Кому надо, те знают где достать. — Зиппер ещё раз приложилась к бутылке и махнула копытом. — Эх! Крепкий, зараза! Ладно… Что у нас за посиделки такие и без музыки? Щас всё будет!

Кобылка встала с постели и направилась в дальний угол комнаты, сопровождаемая удивленным взглядом Сноу. Зиппер редко говорила о музыке, уверяя, что она вообще равнодушна ко всяким там культурным развлечениям. Но, покопавшись в шкафу, серая пегаска вытащила из горы одежды на свет божий старую, порядком потёртую гитару с облупившимся во многих местах лаком, и, улыбаясь, продемонстрировала её подруге.

— А ты на ней играть-то умеешь? — Пони припомнила, что зимой, когда Зип болела, она видела эту гитару, когда тут прибиралась, но думала, что это попросту очередная ненужная деталь интерьера: в доме было полно старых ненужных вещей, которыми с виду никто уже лет сто не пользовался.

— Конечно! — гордо ответила Зиппер, — Училась некоторое время. А потом как-то забросила… Она раньше дедушкина была. Он у меня музыкантом был. Даже в этой, как её? Коньсерватории учился!

— Консерватории. — Поправила Сноуфлейк.

— Ну, я так и сказала, — не заметила разницы Зиппер, принявшись дёргать и подкручивать струны гитары при помощи колков, в попытке настроить её. — Когда становилось тепло, он часто выходил на улицу и играл просто так, чтобы порадовать других пони. И меня играть научил. Немножко. Когда папу посадили ему единственному до меня было дело, он правда уже совсем старый был, не ходил почти, но помогал чем мог… Помню, как однажды собиралась в школу, а он подозвал меня и попросил сыграть, что хочется. Я торопилась, потому покривлялась пару минут, тренькая какую-то муть, но дедушке наверное понравилось: он так долго смеялся… А потом он сказал, что дарит мне эту гитару на память. И просил не бросать занятия. Я пообещала и смылась дальше собираться. Вот… А когда днём вернулась со школы — он уже умер… — Пегаска на секунду смолкла, задумалась, проглотила ком в горле и фыркнув усмехнулась. — Ну-ка! Щас вспомню! Какую же песню он мне играл?.. Мне она тогда очень нравилась…

Зиппер перебрала несколько раз струны, подняв глаза к потолку и слегка высунув кончик языка на бок. Затем неспешно начала наигрывать незнакомую Сноуфлейк мелодию, робко подпевая ломающимся голосом.

Песня, как полагала пегаска, должна была быть задорной, приключенческой, в ней явно угадывались ритмы южной и юго-западной Эквестрии, окрестностей какой-нибудь Эпплузы, населённой лихими парнями в ковпоньских шляпах, да и слова это подтверждали.

Вот только исполнение очень уж хромало, прямо-таки на все четыре копыта. Но Сноуфлейк всё равно с интересом слушала, тихонько хихикая и прикрывая рот копытцем, сдерживая себя, чтобы не расхохотаться в полную силу. Когда самозабвенно игравшая Зиппер провыла последние строчки и вдарила по струнам, завершая финальный аккорд, пегаска даже похлопала подруге, благодаря за выступление.

— Фух. Совсем разучилась, — смущаясь сказала Зиппер, переводя дух.

— Вовсе нет. У тебя довольно неплохо получалось… Местами… — Сноу захихикала снова.

— Та ты гонишь! — Отмахнулась сорванка. — Я вообще удивляюсь, как дедушка с того света не вернулся, чтобы меня придушить!

— Сыграй ещё что-нибудь, пожалуйста, — тут же попросила Сноуфлейк. — Для меня ещё никто раньше так не играл.

— Это уж то-очно. Наверняка так для тебя и правда ещё никогда не играли, — задорно хохотнула Зиппер, но возражать не стала. — Ладно. Щас ещё что-нибудь исполню.

Кобылка снова сделала глоток из папиной бутылки и начала вспоминать очередную мелодию. На сей раз без слов. Она была простенькой и вышла чуточку лучше. Потом Зиппер сыграла ещё, а потом ещё. Потом вошла во вкус.

Пони прикладывались к виски из заначки, смеялись, Зиппер горланила песни, которые казались Сноуфлейк всё лучше и лучше, по мере того как она сама становилась всё пьянее и пьянее. Пегаски попытались даже спеть что-то дуэтом, после чего ржали минут пять, настолько это вышло ужасно. Но зато благодаря такому времяпровождению они обе напрочь забыли события случившиеся накануне. Они совершенно потеряли счёт времени и даже не заметили момента, когда уснули в обнимку прямо поперёк кровати…

Пробуждение было тяжёлым.

— Ох, голова… — приоткрыла один глаз Зиппер, прислонив к виску копыто. Узрев мирно посапывающую рядом с собой Сноуфлейк, уткнувшуюся мордочкой ей в грудь, пони покраснела и быстро отодвинулась на край кровати. Эта возня разбудила пегаску.

— Что случилось? — Сноуфлейк, продрав глаза, приподняла голову, озираясь по сторонам мутным взглядом.

— Кажется, мы вчера серьезно перебрали… — держась за голову констатировала Зиппер, осматривая поднятую с пола бутылку из-под виски, в которой плескались жалкие остатки на донце. — Походу, папа меня убьет…

— А сколько сейчас времени? — Всё ещё валяющаяся Сноуфлейк, приподнялась на локтях, ища взглядом часы. Она совершенно не выспалась. Да и чувствовала себя почти так же отвратно, как после того раза, когда впервые выпивала дома у Ламбер. Судя по помятому выражению мордочки Зиппер, та чувствовала себя ещё хуже.

— Эмм… — рыжегривая пегаска вяло разгребла гору вещей и книжек на прикроватной тумбочке, достав оттуда небольшой погнутый будильник и сообщила совершенно будничным тоном. — Половина восьмого…

Спустя пару секунд кобылки с ужасом переглянулись… Сноуфлейк будто хлыстом огрели.

— Вот сено!.. — Возопила Зиппер. — Мы же в школу опоздаем!

Пони разом забыли о головной боли и дурном самочувствии, принявшись спешно собираться, разыскивая свои вещи и школьные сумки.

— Дома-ашка-а… — Прохныкала Сноу, уткнувшись в подставленное копыто, едва приоткрыла свою сумку, чтобы проверить всё ли на месте. Пони вспомнила, что и не начинала готовиться к новому учебному дню.

— Ай, ерунда!.. На перемене спишешь, я так всю жизнь делаю. — бросила Зиппер, убегая в ванную, чтобы более менее привести себя в приличный вид. — Быстрей, быстрей собирайся!

Сноуфлейк ограничилась лишь умыванием и причёсыванием растрёпанной гривы, чтобы сэкономить стремительно тающее время.

Путь до школы был труден и безрадостен. Сноуфлейк еле тащилась и Зиппер, привыкшая к другим скоростям постоянно её подгоняла. Пони едва успели чтобы не опоздать к началу занятий.

Правда, это всё равно не спасло Сноу от заслуженного нагоняя за невыполненную домашнюю работу по Эквестрийскому. Хотя миссис Роуз ещё и довольно мягко с ней обошлась. Хорошо, что Санни не имела обыкновения распивать сидр с подругами по вечерам, а прилежно училась, благодаря чему удалось по дружески списать у неё домашку по остальным предметам, сведя к минимуму грозящие проблемы с сегодняшней успеваемостью. Увы, на мучавшее кобылку похмелье это никак не распространялось — Сноуфлейк весь учебный день ходила вялая и заторможенная, получала замечания и периодически ходила к кранам с питьевой водой, пытаясь унять жажду.

Появление мамы у порога школы для пегаски стало большой неожиданностью. Грасс никогда не прилетала по пустякам. И привычки встречать дочку со школы совершенно не имела. А это значило лишь одно — запахло неприятностями. Зиппер, будто в подтверждение этого, моментально попрощалась, отведя взгляд в сторону, словно они и не разговаривали, и поспешила улететь в сторону стадиона, оставляя подругу наедине с матерью.

— Как прошел твой день в школе? — Банальный, на первый взгляд, вопрос после приветствия застал Сноуфлейк врасплох, едва они с мамой покинули территорию гудевшей после конца уроков школы.

— Эмм… Да неплохо… В целом. — Пегаска решила ограничиться столь же банальным ответом, стараясь поменьше отрывать взгляд от тротуара, лишь изредка посматривая в сторону матери.

— Выглядишь уставшей. Наверное, уроки были тяжёлыми? — Грасс говорила своим обыденным тоном, но Сноуфлейк всё равно ожидала какой-то подвох, потому внутренне напряглась. Почему маме вдруг вздумалось вообще прилететь её встречать?

— Да. Просто вымоталась. И немного не выспалась ещё. — Коротко ответила кобылка, старательно изучая тротуарную плитку под ногами. — А ты здесь… Как?

— Я? Да просто пролетала мимо, и дай думаю залечу. В последнее время нам как-то совсем не удаётся погулять вместе. Ну, знаешь: поговорить, посплетничать. — Грасс непринуждённо хихикнула. — Та пони, что выходила с тобой из школы, это и есть та самая подруга, которой вчера нездоровилось?

— Ага. Но сегодня ей уже стало лучше и она смогла прийти в школу. — Сноуфлейк не слишком поверила в то, что мама пролетала мимо школы просто так. Но значит записку родители всё же получили, прочли и-и-и… Похоже план сработал не до конца, иначе сейчас бы её не вели тут как под конвоем.

— А почему ты ни разу не приглашала своих новых подруг к нам в гости? Мы с папой будем рады познакомиться с пони с которыми ты проводишь так много времени. — Грасс мило улыбнулась. Сноуфлейк слегка прошиб пот. С чего это родителям, до этого не проявлявшим особого интереса к Ламбер и Зиппер, приспичило с ними знакомиться? Ещё один плохой знак.

— Они не слишком любят ходить в гости. Не стану же я их силой к себе домой тащить, правда? — Сноу даже ничуть не соврала, говоря это.

— Ну, если они вдруг всё же захотят, мы возражать не будем, — сказала Грасс и быстро сменила тему.

По пути домой Арнхильд рассказывала о своей молодости и времени учёбы в старших классах, семейных планах на лето, успехах своих учеников, новой коллекции платьев, которые завезли в бутик одной знакомой и прочих мелочах.

Сноуфлейк молча слушала в пол уха, изредка откликаясь, чтобы не показаться совсем уж незаинтересованной.

И ведь нельзя было сказать, что Грасс выглядела рассерженной. С виду: самая спокойная пони на свете. Но Сноуфлейк слишком хорошо знала маму. И вот такие её, казалось, непринужденные беседы, обычно не сулили ничего хорошего, особенно когда Арнхильд делала что-то для себя несвойственное.

Опасения Сноуфлейк подтвердились, едва они вошли домой.

Обычно, папа в это время должен был ещё находиться на работе, но сегодня поджидал уже дома, развалившись на гостевом кресле в прихожей в позе «строгого родителя».

— Я уже успел вас заждаться, — с самого порога заявил Продиус: — Ужин, кстати, тоже.

Впрочем, на настроении Грасс странное поведение мужа, никак не сказалось. Пони старательно делала вид, что всё нормально, хотя Сноуфлейк нутром чуяла приближающийся скандал.

— Будем надеяться, что вы оба за это время не успели остыть, — хихикнула Грасс, потершись носом о щёку мужа. — Я голодная, как волк!

— Не беспокойся, я обо всём позаботился, — заверил Продиус. — Поможешь накрыть на стол?

— Конечно! — Грасс бойко направилась к раковине, чтобы помыть копытца и принялась сервировать стол.

Сноуфлейк молча заняла своё место, гадая: когда же начнется? Однако, ужин прохошел в совершенно обычной обстановке. Родители сидели за столом, общались за жизнь, изредка спрашивали у неё о школе. Продиус оживился, стал пытаться шутить по привычке. С виду: обычная семейная идиллия. Единственной, на чьей мордочке отчетливо читалось напряжение, была Сноуфлейк.

Когда ужин окончился, Сноуфлейк собиралась спешно сбежать в свою комнату, раз уж родители сами оттягивали напрашивающийся разговор, но отец перехватил её в последний момент:

— Сноу, задержись на секундочку. Мы с мамой хотели с тобой серьёзно поговорить.

«Кто бы мог подумать, что всё к этому и идёт?» — С сарказмом вздохнула про себя пегаска, направляясь из кухни в зал. Дождавшись, когда родители заняли места на диване, кобылка хмуро взглянула на них:

— Ну и о чём вы хотели поговорить?

— Сноуфлейк, мы понимаем, что друзья для тебя очень важны, — начал Продиус. — А бескорыстно помогать им всегда правильно и достойно уважения. И ты правильно поступила, что отправила того пони с запиской, чтобы мы не волновались зря. Но ты уверена, что не хочешь нам сейчас ничего рассказать?

— Что рассказать? — Сноуфлейк ещё больше нахмурилась.

— О вашей маленькой и дружной банде вместе с Ламбер и Зиппер. — Продиус помрачнел, слегка понизив голос.

— Что? Как? Откуда ты узнал?! То есть, у нас вовсе не… Эм… — Сноуфлейк к своему ужасу поняла, что только что проговорилась как последняя дура и резко смолкла.

— Это для меня уже давно не секрет. Я навёл справки из любопытства, чтобы узнать получше с кем там пропадает целыми днями моя любимая дочка, — Продиус сложил передние копыта вместе и откинулся на спинку дивана. — Ну что же ты замолчала? Больше сказать стало нечего?

— Нет, просто… У нас вовсе никакая не банда. Мы ничем плохим не занимаемся, ну разве что по заброшкам лазаем, — категорично заявила Сноу. — Так это и не запрещено.

— И только? — Продиус поднял бровь.

— Да, и только, — как можно уверенней повторила Сноуфлейк.

Вздохнув, Продиус потянулся к столику рядом с собой и притянул несколько бумажных листов, взяв в копыта.

— Нарушения школьной дисциплины, драки, приводы в поницию, хулиганство, вандализм, мелкие кражи, — земнопони принялся перечислять достижения её подруг, выдёргивая листы из общей кипы и бросая на журнальный столик. — На, полюбуйся! Тоже хочешь сказать ничего плохого?!

Сноуфлейк промолчала. Конечно она знала о большинстве этих достижений своих подруг, и даже участвовала в некоторых, хотя про кражи Ламбер и Зиппер ничего не рассказывали, наверняка это было уже давно в прошлом, или вовсе неправда. Вот только пони надеялась, что родителям об этом не будет известно как можно дольше.

— Сноуфлейк, мы просто беспокоимся за тебя, — подала голос Грасс. — И не хотим чтобы ты попала в неприятности. Чтобы с тобой что-то случилось из-за этих малолетних преступниц. Понимаешь?

— Это вы ничего не понимаете! — Сноуфлейк начала чувствовать, как внутри медленно закипает, хотя и старалась говорить спокойно. — Ламбер и Зиппер никакие не преступницы, они просто поддерживают такую репутацию, чтобы к ним не лезли!

— Это звучит невероятно глупо, — произнёс со скепсисом Продиус. — Ты сама то в такое веришь? Или уже просто подружек покрываешь, потому что сама замаралась?

— Мы ничего никогда не крали! — Сноуфлейк повысила голос.

— Ага. То есть всё остальное ты даже не отрицаешь? — надавил Продиус и треснул копытом по столику. — В глаза смотри!

Сноуфлейк поджала губы, колюче уставившись на отца.

— Молчишь? — Нахмурился земнопони, поиграв желваками. — Молчит,. — Продий, повернувшись к Арнхильд, дёрнул головой в сторону дочери. — Как партизан, едрить её за ногу.

— Это всё ты виноват, — Грасс поспешила упрекнуть мужа. — «Да пусть гуляет», «ничего страшного пока ведь не случилось», «смотри какой уверенной стала»… Доволен? — Грасс смахнув слезинку вновь обратила взор на дочку. — Сноуфлейк, мы разговаривали с учителями и Санни, ты стала часто нарушать дисциплину, замечена в порче школьного имущества, а все эти синяки на тебе… Откуда они взялись? Вы что, дерётесь на улицах с другими бандами или пытаетесь избивать других пони?

— Н-нет! Мы никогда ни с кем не дрались! — Вырвалось у Сноуфлейк. Пегаска даже не заметила, как соврала.

— Тогда откуда они? — Строго повторила Грасс, мысленно приготовившись к худшему.

Сноуфлейк бросило в жар. Не рассказывать же сейчас про нападение Гастли? Это бы означало неминуемый конец её прежней свободной жизни. Следовало срочно придумать что-то правдоподобное и как можно быстрее.

— Просто… Не совсем удачный рейд в заброшку. — Кобылка выбрала, как ей казалось, логичное и достоверное оправдание, постаравшись придать мордочке уверенное выражение. — Мы соревновались кто круче. Я немного переоценила свои силы и полезла куда не следовало. Но ничего страшного, всё обошлось ведь.

— Обошлось?! Ничего страшного?! — Ужаснулась Грасс. — Селестия всемогущая, да ты будто с лестницы скатилась! Это ты называешь обошлось?!

— Ма, да всё же в порядке, правда, — смутилась Сноуфлейк. Кажется идея свалить всё на несчастный случай в заброшке в итоге оказалась не самой лучшей. Только сейчас Сноу поняла, что надо было придумать объяснение заранее, ещё вчера, а не сочинять сейчас прямо на ходу. Она же прекрасно знала, что скрыть все синяки на мордочке, шее и ногах не получится, даже с помощью одежды и косметики. — Подумаешь, пара синяков…

— А если завтра твои подруги устроят соревнование кто круче вниз головой с крыши сиганёт?! — Вновь подал голос Продиус, вставая с дивана. — Или решат школу спалить к дискордовой матери?! Тоже будешь участвовать?!

— Прекрати говорить такие глупости про моих друзей, ты их совсем не знаешь! — Слегка покраснев выкрикнула Сноуфлейк.

— Да твои подружки просто голову тебе задурили, как наивной дурочке, а как придёт время, подставят и спихнут всю вину на тебя! — Потрясая копытом в воздухе воскликнул Продиус. — Ты для них просто шестёрка, расходный материал! Как ты не понимаешь? Ты в курсе, что Мэйз Тандерхуф, последняя пони, которая с ними водилась, сейчас сидит в тюрьме?!

— Это не правда! Она сама виновата! — Во взгляде пегаски полыхнули огоньки, а голос норовил сорваться в истеричный крик. — Ламбер её предупреждала, чтобы никуда не лезла!

— Дура! Кому ты веришь?! — Гневно выкрикнул Продиус, приложив копыто к голове и пуча глаза.

— Сам дурак! — Не выдержала Сноу, в отчаянии ударив ножкой по полу. — Не смей так говорить! Они никогда со мной так не поступят!

— Что-о-о?! — Продиус задохнулся и побагровел от возмущения. Сноуфлейк показалось, что он сейчас взорвётся от гнева, но кобылку уже понесло:

— Что слышал!

— Сноуфлейк, ты как с отцом разговариваешь?! — в гневе вскрикнула Грасс вскакивая с дивана.

— А как я должна разговаривать?! — Огрызнулась Сноуфлейк.

— Молчать! — Продиус рявкнул так, что с потолка посыпалась штукатурка. — С завтрашнего дня чтобы духу твоего не было рядом с этими бандитками!

— Вы не имеете права указывать мне с кем дружить! — рыкнула Сноуфлейк. — Я уже не маленькая кобылка!

— Никаких больше гуляний! — Повторил Продиус.

— А я всё равно буду! — Сноуфлейк так и распирало от желания бунтовать и специально делать всё наперекор. — А если будете лезть в мою личную жизнь, то вообще убегу из дома!

— Сноуфлейк, это что ещё за ультиматумы?! — вскричала от возмущения Грасс.

— Всё, с меня хватит! — окончательно вспылил Продиус, махнув копытом в сторону лестницы наверх. — Марш в свою комнату! Месяц домашнего ареста!

Сноуфлейк бросила на Грасс и Продия ненавистный взгляд:

— Ненавижу вас! — пылая гневом, яростно прошипела пегаска, давясь слезами, и бросилась прочь из комнаты. Мама пыталась её окликнуть, но Сноуфлейк уже ни на что не обращала внимания.

Хлопнув дверью, кобылка выскочила на улицу, утирая и размазывая катившиеся из глаз слёзы. Она даже не заметила, как оказалась за воротами родного поместья и сделала несколько шагов по тротуару, твёрдо вознамерившись отправиться к Зиппер, но внезапно нахлынувший приступ страха, заставил пегаску замереть на месте в нерешительности.

Несмотря на жгучую обиду и ненависть к родителям, в памяти кобылки всплыла недавняя встреча с грифоном Гастли, буквально парализовавшая её.

Неприятные воспоминания заставили Сноуфлейк обернуться в сторону показавшегося сейчас таким безопасным дома и сделать несколько шажков назад. Однако, едва Сноу взялась за калитку, как приступ ярости вновь захлестнул её и мотнув головой, пегаска попыталась пересилить себя, продолжив путь к Зиппер.

И вновь, от дома удалось отойти всего на несколько шагов. Накативший страх нападения грифона просто не давал дальше сдвинуться с места. Задрав заплаканную мордочку к небу, Сноуфлейк издала рык полный разочарования и злости. Как же ей сейчас недоставало пары крепких крыльев, способных держать в воздухе!

* * *

— Почему ты не дал мне её догнать? — Грасс вырвала локоть из крепкой хватки Продиуса, сердито уставившись на мужа.

— Не нужно. Пусть немного остынет, — земнопони потёр шею, пытаясь совладать с плескающейся внутри злостью. — Кажется мы немного перегнули палку…

— Немного? Мы ведь просто поговорить собирались, а ты опять начал из себя солдафона корчить.

— Ну, не удержался, — земнопони виновато развёл копытами, — Но ты ведь сама прекрасно видишь, что эти кобылки не самая лучшая компания для нашей дочери…

— Не удержался он… — Арнхильд передразнила мужа. — А если Сноуфлейк сейчас правда убежит?

— Далеко не убежит, в крайнем случае к друзьям пойдёт, а где они живут мы знаем, перехватим по дороге, — попытался успокоить жену жеребец.

— А если нет? А если она, чего доброго, копыта на себя наложит? Знаешь, какие подростки сейчас… Ранимые? — Грасс пристально посмотрела на мужа и отчаянно прикусила губу.

— Ладно, может стоит проследить за ней, — виновато пробурчал Продиус. — Собирайся, подумаем куда она могла уйти. Может, и помириться сегодня успеем…

* * *

Сноуфлейк сидела в беседке на заднем дворе и смотрела пустым взглядом как рой мотыльков кружит вокруг плафона настольной лампы, бестолково ударяясь о него в безуспешной попытке приблизится к магическому кристаллу внутри защитной колбы.

Пегаска так и не смогла найти в себе силы, чтобы отправиться к Ламбер или Зиппер. Домой, правда, хотелось возвращаться ещё меньше, потому кобылка решила скоротать ночь в беседке, в окружении маминых цветочных клумб, грустно размышляя о том как теперь сложится жизнь, и как дальше общаться с друзьями…

— Сноуфлейк, ты тут? — Голос матери и звук приближающихся шагов вывел Сноуфлейк из раздумий, заставив перевести взгляд на вход в беседку.

Грасс в компании Продиуса застыла в проходе, не решаясь зайти внутрь. Мордочки обоих пони были обеспокоенными и слегка виноватыми.

— Можно войти? — пытаясь сделать робкий шажок спросила Арнхильд смотря на дочку.

— Опять пришли мне что-нибудь запрещать? — буркнула Сноуфлейк, вернувшись к созерцанию вальса мотыльков у лампы.

— Н-нет, вовсе нет, — поспешила успокоить дочку малахитовая пегаска, оставшись стоять на месте. — Наоборот, мы тут с папой посовещались и-и-и… поняли, что были не совсем правы, до конца не разобравшись в ситуации…

— Да, — подал голос Продиус, после тычка со стороны супруги. — Прости Сноуфлейк, я был слишком резок и предубеждён по отношению к тебе и твоим друзьям.

— Как мы уже сказали, мы понимаем, что друзья для тебя очень важны, — добавила Грасс, — и мы на самом деле совсем не против, чтобы ты продолжала общаться с тем с кем хочешь. Просто и ты нас пойми, мы ведь правда переживаем за тебя и твоё будущее и не хотим, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое.

— Ты уже вполне взрослая пони, — продолжил Продиус, — и должна понимать, что такое хорошо, а что такое плохо. У каждого из нас есть свои чувства, свои привязанности, а главное — свои потребности, которые можно удовлетворить различными способами.

Сноуфлейк недоумённо приподняла голову, оторвавшись от своего бесполезного занятия.

— Хочешь дружить с Ламбер и Зиппер — дружи, мы с мамой не будем против, — Продиус тем временем продолжал говорить. — Просто обещай, что если они будут пытаться втянуть тебя во что-то противозаконное, ты сразу же расскажешь нам и прекратишь с ними любое общение. Договорились?

— То есть, — Сноуфлейк подала голос после короткого раздумья. — Я могу и дальше гулять до поздна с Ламбер и Зиппер, дружить с ними и участвовать в их авантюрах?

— Ну, допоздна лучше не стоит… Хотя бы не каждый день… — Продию явно не нравилось, то, что он сейчас говорил, но другого приемлемого выхода из сложившейся ситуации пони не видел. — В общем да, можешь. Но только в самых безобидных. Никакой порчи имущества, копытоприкладства, пьяных выходок и тем более криминала.

Вновь повисла тишина. Сноуфлейк еле слышно вздохнула, сопя в задумчивости носом и покусывая нижнюю губу.

— Ну как, устраивают тебя такие условия? — вновь подал голос Продиус, мельком посмотрев на Грасс.

— Да. Устраивают. — Ещё немного подумав, произнесла Сноуфлейк. Пегаска поднялась и подошла к родителям, опустив ушки. — Тогда… И вы меня простите, за то… Что вела себя грубо с вами. Я просто сильно разозлилась и…

Грасс с лёгкой улыбкой обняла дочку, погладив по гриве:

— Конечно мы тебя прощаем, милая. Мы все сегодня вели себя не очень хорошо и, надеюсь, все вынесем урок из этого инцидента.

После сеанса семейных обнимашек конфликт окончательно был исчерпан и Сноуфлейк с родителями вернулась в дом.

Несмотря на то, что завершилась эта неприятная история относительно благополучно, Сноуфлейк на время всё же пришлось отказаться от ночных прогулок и посиделок с друзьями. И дело было вовсе не в ссоре с родителями — кобылке стало попросту страшно возвращаться в позднее время домой, даже с сопровождением. Этот страх через некоторое время прошёл, но Сноуфлейк с тех пор начала постоянно таскать с собой в сумке тот самый нож, подаренный Зиппер, а при виде любого грифона, сердце пони сразу начинало бешено колотиться.