# Принцесса Северных земель

A_L_E_X

Гарри жил в отдалённом северном поселении, пока по роковому стечению обстоятельств не был вынужден отправиться царство вечного холода за той, кого он так любил. Он должен исправить то, что посчитал непростительной ошибкой всей своей жизни.

## Принцесса Северных земель

Завывание ветра слышалось постоянно, каждую ночь в ветхом домике, напоминая об беспощадных морозах отдалённого северного региона, в котором уже несколько лет жило и развивалось небольшое поселение пони, известных как северный народ. Оно находилось за пределами Эквестрии и совсем на другом континенте, созданное как маленькая колония пони, добывающих редкие магические кристаллы, порошок из которых способен исцелять практически любые болезни. Переработанный порошок отправлялся в Эквестрию, и частично отдавался драконам как плата за проход, ибо путь в Эквестрию лежал через их земли.

Поселенцы жили в небольших деревянных домах, порой умышленно обнесённых сугробами для более лучшей защиты от частого ветра, способного пробрать до самых костей даже самого пухленького добытчика. В одном из таких домиков жила семья, стараясь перебороть холода, постоянно поддерживая в очаге огонь, благо всего в десяти километрах от поселения был невероятно густой лес и обилие сухостоя. Пони работали в поселении вахтовым методом, отрабатывая год и возвращаясь в Эквестрию, но многие решили остаться в нём навсегда, желая отстроить его до более комфортной жизни, ибо кристаллы были крайне важны для медицины Эквестрии, а заманить новых северян на вахту было не просто. Семья этого домика была из тех, кто решили остаться навсегда и активно занималась благоустройством поселения, утеплением домов и пошивом тёплой одежды, ибо она была самой ходовой валютой на севере, а обычные деньги не имели своей ценности.

Северный народ не знал болезней благодаря добытым кристаллам, но в силу суровых условий жизни, строил собственный уклад, порядок, благодаря которому и выживал. Например, ходило множество мифов и легенд о снежных землях. В них не водились птицы, не водились звери, даже в лесу было трудно встретить какую зверюшку. Большая снежная пустыня, именуемая как Северные земли, шла на сотни километров, и это лишь догадки, ибо ещё никому не удавалось её перейти или перелететь до конца. Местные в шутку называли пустыню владениями принцессы Северных снегов, которая никому не позволяла долго бродить по своим землям. Никто уже и не помнит, кто придумал эту сказку, но она помогала северянам выживать, ибо принцесса Северных снегов была суровой, но не злой, ни доброй, а скорее… странной, ибо никто не понимал, чего она на самом деле хочет. Согласно мифам, кои любили рассказывать северяне друг другу и украшая свои истории невероятными небылицами, принцесса щедро одаривала искателей кристаллами, причём тех, кто знал меру и не скупился на жадность. Но, если те заходили в её пустынные земли слишком далеко, то она забирала своих нерадивых путников в глубь своего королевства, и больше их никто никогда не видел. Считалось, что принцесса не любила жадность и давала лишь столько кристаллов, сколько могли унести путники, а жадных она наказывала.

Несмотря на страшную историю, были и те, кто не верил в мифы, объясняя картину иначе: добытчики заходили слишком далеко в снежные земли, набирали слишком много кристаллов, от чего уставали и не находили в себе сил вернуться обратно, навсегда оставаясь погребёнными в снегах. А те, кто чудом возвращался из самых дельных земель, зачастую были с таким сильным обморожением, что теряли конечности и бредили об неким аликорне, принцессе. Кристаллы бедолагам уже не помогали: новые ноги и уши они не отращивали. Кому в какую историю верить – решал каждый сам для себя, но споры сторон никогда не утихали. В любом случае, миф или нет, но он спасал множество жизней, помогая добытчикам своевременно одуматься, развернуться и пойти домой не оборачиваясь, чтобы случайно не увидеть ледяной взор снежной принцессы.

В домике жила семья пони Сноут: мама, папа, брат и сестра. Если брат застал ещё Эквестрию в раннем детстве и, то мало что о ней помнил, то Элиза, его сестра, родилась уже в поселении и не видела ничего, кроме снега. Карлин Сноут, их мама, занималась пошивом одежды, для этого была пристроена новая комната-мастерская. Берк, глава семейства, был отличным плотником и помогал строительстве и утеплении домов, а уже в свободное время ходил на добычу кристаллов, кои приходилось искать в снежной пустыне, благо их верхушки торчали из земли, но до них приходилось откапывать снег практически наугад. С каждым годом пони приходилось ходить за кристаллами всё дальше, а для этого требовалось более качественная одежда, ибо опасность работы постоянно росла.

Домик был бревенчатый и внутри относительно тёплый, но приходилось ходить в шерстяных носках – пол был довольно холодный из-за земли, что под ним промёрзла. Главная комната всегда освещалась неугасающим очагом, а в других стояли лампы с удивительными и прочными кристаллами, которые не удавалось переработать. Они не были целебными, но постоянно испускали мягкий холодный свет, иногда с отливом того или иного цвета. Найти такой кристалл было большой редкостью несмотря на то, что его свет был виден аж из-под снежной пелены пустыни.

— Обед готов, — сказала Карлин, ставя на стол котелок с горячим супом.

— Уже бегу! – обрадовался Гарри, с удивлением наблюдая то, как вечно ленивая сестра шустро его обошла и уселась в самом тёплом месте за столом, радостно и хитро поглядывая на него зелёными глазами.

С продовольствием в поселении проблем не было. Раз в месяц приходили новые работники на вахту, конвой, который приносил множество провизии и инструментов. Да и лес, не смотря на суровость климата, давал обилие урожая, но непохожего на привычные овощи и фрукты Эквестрии. Была белоснежная капуста, но по вкусу немного сладкая. Дикая морковь, но её длина могла быть и более двух метров. В лесу были тысячи шишек и семян, которые были вполне вкусными и питательными, чего нельзя было сказать об эквестрийских. Лес удивительным образом кормил поселение, и в свою очередь тоже оброс легендами. Но уже не какой-нибудь лесной принцессой, а в силу обилия хвойных колючих деревьев, в нём якобы жил лорд-лесовик с колючей бородой и тремя ногами, которого, естественно, никто никогда не видел. Но в лесу никто не погибал и не пропадал, поэтому лорду-лесовеку не посчастливилось обрасти таким же вниманием историй, как принцессе Северных снегов.

Семейный ужин был довольно вкусным и сытным, а ещё приятно согревал изнутри. Если Гарри предпочитал после еды полежать, почитывая книги, то Элиза любила играть в свои куклы сидя на толстом тёплом коврике перед очагом. Иногда, к ней приходила подруга, но её не пускали родители, если была метель или её предзнаменования. Подруга Элизы была намного старше и уже не особо интересовалась куклами, почему стала играть с неё всё реже. Не желая играть одной, Элиза часто обращалась к брату, но тот всегда возмущался, брезгуя заниматься «девчачьими» делами.

— Может, поиграешь? – снова тихо просила Элиза. – Совсем немного.

Гарри не слышал то, как она подошла, ибо его разум был увлечён книгой об приключениях, как ни странно, в пустыне, но не в снежной, а в жаркой. Он никогда не ощущал жары и слышал о ней лишь по рассказам.

— Хорошо, но поиграем в мою игру, — ответил брат.

— В какую? – удивилась сестра.

— Я ломаю куклы, а ты чинишь, — улыбнулся он.

— Не надо, — с обидой произнесла Элиза и вернулась к одиночным играм.

В её игровом арсенале было несколько деревянных кукол в виде принцесс Эквестрии, единорогов и нескольких пони. А также деревянный разборный домик с маленькой мебелью. Гарри любил сестру, но когда он был сыт, то просил лишь одного – не беспокоить, пока он читает книгу, пребывая в мыслях тех персонажей, которые в ней были. Отвлечение от истории его не то, что злило, а расстраивало, ведь среди снегов было не так много увлечений, которые могли бы так красочно оживлять фантазию.

Зачастую, Гарри засыпал за чтением книги и просыпался утром, заботливо укрытый одеялом то ли мамой, то ли папой. Он никогда этого не знал, но был рад просыпаться в тепле, ибо очаг к утру затухал и в дом бесшумно пробирался холод, морозя всё, что не было укрыто в тепле.

На следующий день папа ушёл работать, а мама занималась работой на дому, всё как обычно. Метели не было слышно, зато слышались голоса соседей, что означало хорошую погоду за стенами дома. Гарри приподнялся и посмотрел в окно, но оно было так сильно заметено, что не было видно ровным счётом ничего.

— Уже проснулся? – послышался голос мамы, проходящей мимо. – Иди с сестрой погуляй, погода великолепная. Метели не будет до вечера. Заодно крыльцо почисть. Завтрак почти готов… специально для тебя, его хоть не проспи, соня.

Гарри потянулся, неохотно встал с кровати и умывшись, сел завтракать. Сестра, как обычно, была уже за столом и ловко уплетала рагу из лесных овощей. Завтраки в поселении были не менее сытные, чем тот же ужин, а всё для укрепления иммунитета, как говорила мама. Гарри действительно был не прочь погулять, тем более метель была почти неделю чуть ли не целыми днями, что практически парализовало всё поселение. Лишь в последние дни снежные бури пошли на спад приходя всё реже и реже, а значит добытчики кристаллов вновь могли уходить более далеко в снежные земли в своих поисках.

Надев зимний комбинезон, шарф и шапку, Гарри помог одеться Элизе, а после вышел с ней на улицу. Как же он был рад вновь видеть чистое солнечное небо, вынуждающее его жмуриться больше, чем от снежных облаков, что лежали под ногами. Сестра свою радость скрывала не так старательно, поэтому уже бегала, прыгая из сугроба в сугроб. Поселенцы активно убирали лопатами снег с дорог, откапывали свои дома. Кто-то тянул за собой сани с дровами, а кто-то уже успел сходить за кристаллами, таща за собой свой улов.

— Я тоже хочу добывать кристаллы, — сказала Элиза, подходя к брату. – Они такие красивые. А может, смогу найти огонёк для новой лампы! – обрадовалась она, прыгая в сугроб, что был совсем рядом.

— Ты ещё маленькая, — посмеялся брат.

— Ты тоже, раз тебя не пускают, — подколола Элиза, на что Гарри нахмурился.

Подросток ничего не ответил и достал из хозяйственной пристройки лопату, которую удобно надел на шею так, чтобы её ручки упирались ему в шею. Таким образом он с комфортом чистил придомовую территорию, пока его сестра играла в сугробах, копала в поисках кристаллов, разбрасывая снег во все стороны, тем самым мешая Гарри. В конце концов его терпение лопнуло, и он подошёл к сестре.

— Может, поищешь свои кристаллы в другом месте? – недовольно произнёс он. – Не видишь, я убираюсь?

— А вот и найду! – упрямилась она.

— Дурёха, они есть только в Северных землях, а не тут, — вредничал брат, желая поставить сестру на место.

— Если я найду много кристаллов, то ты поиграешь со мной в куклы? – хитро спросила она.

— Найди хотя бы один, — посмеялся он. – А теперь кыш отсюда, мешаешь.

Элиза показала ему язык и пошла копать на соседний двор на радость его жильцам, которые, видимо, с утра всё почистили и ушли работать, предвкушая будущие сугробы за авторством Элизы. Гарри убирался больше часа, недавняя метель принесла много снега. Он чистил крыльцо, подходы к окнам, к хозяйственным постройкам. А когда начал вычищать тропу, ведущую к основной дороге, то заметил, что Элизы в соседнем дворе не было. Насторожившись, он отложил лопату в сторону и вышел на соседский двор. Были следы её раскопок, но понять то, куда она пошла, ему не удавалось.

— Элиза! – крикнул он, но никто не отзывался.

Гарри обошёл весь дом, но сестры видно не было. Тогда он вернулся к основной дороге, осмотрелся, но и там никого не было. Гарри осторожно заглянул в окна собственного дома, но кроме мамы никого внутри не видел. Опять вернувшись на дорогу, он снова позвал сестру, однако та не отзывалась. Решив, что она ушла к подруге, которую давно не видела, Гарри тут же побежал на другой конец поселения. Постучавшись в дверь, он застал отца её подруги.

— Здаров, малец, ты к Лайле? – спросил он, называя имя своей дочери.

— Здрасте, нет, а моя сестра не у вас? – спросил подросток.

— Нет, Лайла сейчас маме помогает с готовкой, Элиза сегодня не приходила. Что-то стряслось? – насторожился он.

Гарри испугался, что отец Лайлы всё расскажет его родителям и тогда его накажут за то, что он плохо приглядывал за сестрой.

— Нет, всё хорошо, извините, — натянуто улыбнувшись, Гарри шустро покинул крыльцо дома.

Он снова вернулся к дому, обошёл свой и соседский, но сестры не было. Начиная нервничать не на шутку, Гарри начал обследовать все улочки поселения, периодически спрашивая прохожих, но те ничем не могли помочь. Гарри не знал то, сколько времени он метался, но панический страх то ли за сестру, то ли из-за вероятного сурового наказания придавал ему очень много сил.

Недалеко от главного клуба поселения Гарри встретил заместителя председателя поселения, который сказал, что видел Элизу и даже пообщался с ней немного. Она сказала, что пошла добывать кристаллы в снежную даль. На другой стороне улице был их отец, который весело общался с лесорубом, и заместитель подумал, что она была с ним. Больше он её не видел.

Ещё больше ужасаясь, Гарри побежал в сторону выхода из деревни, к дороге, ведущую в Северные снега, которую Элиза любила называть снежной далью. Ему навстречу попадались добытчики, которые подтверждали, что видели маленькую кобылку. В поселении было не так много жеребят, но никто никогда не уходил за его пределы, особенно на них действовали страшилки про принцессу Северных снегов.

Чем дальше Гарри шёл по тропе, тем меньше добытчиков попадалось, а тропа становилась уже. Было много развилок в разные стороны и нужное направление он узнавал от свидетелей, которые видели его сестру. Больше всего Гарри удивляло то, что никто не додумался остановить её и вернуть в поселение. Она всем говорила, что шла с папой, просто немного отстала или в стиле «мой папа вон там, сзади идёт». Элиза всегда была хитрой и умела добиваться своего.

Поселение осталось далеко позади в виде небольшой точки, над которой виднелась аура дыма, что шёл из тёплых труб домов. На улице был мороз, благодаря чему снег был довольно жёстким. Только так Гарри удалось выйти на её следы: она просто не проваливалась, оставляя лишь неглубокие маленькие ямки, но они далеко уходили от троп и чужих следов. Благо погода была прекрасная и безветренная, что не мешало Гарри вести поиски.

Он постоянно вглядывался в горизонт, но кроме бесконечных снегов ничего не видел. Сам он весил не очень много и проваливался в снег редко, что позволяло ему двигаться относительно быстро, но Элизы всё не было. Поселение осталось так далеко позади, что его попусту не было видно. Гарри хоть и двигался много, но постепенно начинал замерзать. Он думал даже вернуться, позвать на помощь, но боялся, что если начнётся метель, то следы сестры пропадут навсегда, как и она сама, чего он никак допустить не мог. А ближе к вечеру ясность неба начала пропадать, отступая перед небесной пеленой плотных зимних облаков. Ветер начинал давать о себе знать лёгкими безобидными порывами, раздувая вокруг снежок, едва заметно падающий сверху.

Элиза всегда была упрямая, слишком бесстрашная. Она не боялась холода, огня и даже темноты – ещё не успела научиться. Но в то же время была нежной натурой, ранимой. Гарри понимал, что она обиделась на его слова, желая доказать, что способна тоже добывать кристаллы, о чём мечтала уже давно. Но он не думал, что она поступит так глупо: отправится в снежную пустыню одна. Гарри уже представлял то, как находит её, ругает, но мысли быстро сменились тем, чтобы просто её найти и отвести домой.

Темнело быстро, да и ветер усиливался. Идти было сложнее из-за неровности местности, да и усталость в ногах требовала отдыха. Гарри понимал, что останавливаться нельзя, слишком сильный был холод и даже короткий перерыв мог бы закончиться трагедией. Его безмерно удивляло то, насколько упорной была Элиза, ведь он всё продолжал следовать по её следам, мысленно надеясь, что это были всё же её следы, а не дикого животного. Хотя, насколько он знал, в снежной пустыни никто не водился.

Мелкие снежинки сменились на большие падающие хлопья, постепенно заметая следы как Элизы, так и его собственные. Гарри переживал что вот-вот собьётся со следа, да и с собой не было ни фонаря, ни специально тёплой одежды. Если ему было откровенно холодно, то ему было страшно представить то, насколько замёрзла Элиза.

Он не знал точно сколько времени прошло, который был час, но темнело всё быстрее и быстрее. Снег хоть и был белый, но терял все свои очертания в надвигающей тьме и нарастающем снегопаде. Гарри слишком долго жил в поселении и знал, что приближалась метель. Однако, он просто не мог вернуться без сестры домой. Просто не мог.

— Элиза! – кричал он во всё горло, начиная сбиваться со следов, которых уже практически и не осталось.

Порывы ветра усиливались, острой болью ударяя в нос и в глаза.

— Элиза! – вновь прокричал он, идя фактически наугад.

— Гарри? Гарри! – послышался отдалённый тонкий голос.

Жеребцу было трудно уловить верное направление, но продолжая перекриваться, он старался идти на звук. Ветер стремительно усиливался и видимость становилась всё меньше с каждой секундой. Завывания словно уносили крики сестры, от чего они раздавались со всех сторон. Ещё шаг, и ещё, как вдруг он увидел небольшую заметённую возвышенность. Подойдя ближе Гарри узнал свою сестру, покрытую тонким слоем снега. На ней не было шапки, видимо сдуло, поэтому Гарри отдал ей свою.

— Как себя чувствуешь? – громко спросил он, ощущая невероятное облегчение.

— Очень… холодно! – проговорила Элиза стуча зубами. – Я хочу домой…

Гарри взял зубами кончик её шарфа и повёл в обратную сторону, но пройдя всего несколько метров он удивился тому, что от его следов уже ничего не осталось. Видимость была практически нулевая, холод сводил с ума каждую его мышцу, а ветер так и норовил сбить его с ног. Останавливаться было нельзя, но Элиза выглядела очень ослабленной и едва могла за ним идти. Гарри злился на неё, и на её бестолковость, но переживал куда больше и постоянно тянул её шарф так, чтобы она двигалась, стараясь при этом не задушить.

— Я не могу, я устала! – пискнула сестра.

— Помнишь, что говорил папа? Если холодно, то двигайся! – крикнул брат, из последних сил продолжая движение.

Ещё некоторое время Элизе удавалось за ним идти, пока она не подогнула ножки и не легла.

— Я не могу, — произнесла она.

Гарри пытался её тянуть, но сестра уже не шла. Понимая, что её уже не сдвинуть, Гарри начал копать рядом снежную яму, при этом складывая снег по её краям. Затем силой затащил в неё сестру. Укрытие было так себе, но от ветра оно защищало, что нельзя было сказать об снегопаде. Гарри лёг с ней рядом и прижался всем телом желая передать ей своё тепло.

— Не спи! – крикнул он, видя то, что она закрыла глаза.

Элиза тут же на него посмотрела.

— Прости, — виновато произнесла она. – Прости, что ушла и не сказала. Я просто хотела найти кристаллы, победить, что бы ты поиграл со мной. Но, ты всегда побеждаешь…

— Тебя никто не ругает, просто не спи, мы почти пришли, — говорил дрожащий брат. – Я поиграю с тобой, обещаю.

Метель не прекращалась, становилось всё холоднее, а Элиза всё время норовила поспать. Гарри приходилось от неё отходить дабы убирать из укрытия снег, но он всё равно пребывал быстрее. Элиза практически не отвечала и выглядела вялой, что Гарри приводило в ужас. Он старался её растирать и тормошить, при этом сам не забывая двигаться, хотя сил не осталось уже совсем.

Внезапно, метель начала стремительно утихать, пока вовсе не прекратилась. Нулевая видимость сменилась звёздным небом, которое отлично просматривалось из ямки. Ветер больше не пробирал до костей, хотя холод всё ещё сохранялся. Наступила такая тишина, что в ушах появился тихий писк. Даже Элиза немного взбодрилась, но выглядела она очень и очень плохо.

— Это наш шанс, Элиза, пошли, скорее, — встрепенулся Гарри, пытаясь поднять её на ноги.

— Я не могу… дай чуточку отдохнуть, — едва слышимо произнесла она.

Гарри снова пытался её поднять, как ощутил на себе некий взгляд, от которого у него пробежали мурашки. Он понимал, что в метель никто их не пойдёт искать, да и звука чужих шагов не было слышно. Но ощущение того, что кто-то на тебя смотрит… ему такое было очень знакомо. Обернувшись, он, к своему удивлению, никого не увидел. Тогда Гарри выбрался из укрытия и встал как вкопанный: всего в нескольких от него метрах стоял белоснежный аликорн со снежной блестящей гривой. Глаза её сами по себе были тоже белые, но зрачки ярко светились, но не освящали ничего вокруг, да и не слепили.

— Принцесса Серверных снегов? – спросил он дрожащим голосом первое, что пришло ему на ум.

Гостья ничего не ответила, а лишь пошла в его сторону. Гарри испугался, попятился назад и по неосторожности упал в яму рядом с сестрой, которая всё ещё была в сознании. Затем, он увидел то, как алкиорн встал на краю ямки и остановился, но смотрел он не на Гарри, а на Элизу.

— Прошу, не забирай её, она ни в чём не виновата, — ужаснулся Гарри, вспоминая истории об принцессе.

Но неизвестная особа пристально смотрела на Элизу всё так же храня полное молчание, не издавая ни звука, словно мираж посреди ночи.

— Забери меня, но оставь её, — испуганно он настаивал.

Затем, аликорн посмотрел на Гарри, и хоть гостья ничего не говорила, её взгляд словно передавал лишь одну мысль, чувство, вызывающее у Гарри чувство вины. Метель снова начала усиливаться, и ночное небо заволокло облаками так, словно звёзд и не было. Аликорн продолжал стоять на месте, не взирая на ветер и сильный снегопад, гоняемый стаей ветров. Гарри ощутил то, как тяжелеют его веки, холод отступил, а ноги стали совсем ватными. Он посмотрел на свою сестру, её глаза были закрыты. Гарри хотел растормошить её, но сам не мог пошевелиться. Всё, что ему оставалось, так смотреть то на загадочного аликорна, едва заметного в снегопаде, то на сестру, неподвижно лежащую рядом. Гарри пытался прокричать имя сестры, но с его губ сорвался лишь шёпот, а после наступила темнота. Ничего. И этот миг одновременно длился как вечность, так и секунду, словно находился вне времени. Было просто ничего, но затем появился свет: Гарри медленно открыл глаза, но была ночь, лишь луна ярко светила, сопровождая за собой звёзды по всему небосводу. Он всё так же лежал в яме, но её совсем не замело. Однако, не снег его волновал, а то, что сестры рядом не было, а лежала лишь его шапка, которую он отдавал ей для согревания.

Гарри с трудом поднялся на ноги, осмотрелся и убедился в том, что Элизы действительно не было. Тогда он выглянул из своего укрытия думая, что она пришла в себя и просто куда-то ускакала, но никаких следов рядом не было совершенно. Решив, что её замело, Гарри начал судорожно копать рядом с шапкой, но в снегу Элизы не было, лишь только из шапки выпал удивительный светящийся кристалл, кои использовали в лампах почти каждого дома поселения. Кристалл отдавал ярким зеленоватым свечением, но холодным как весь окружающий снег.

— Элиза, — попытался он прокричать, но снова потерял сознание.

Снова темнота и снова «ничего», но в этот раз его разбудил не лунный свет, а свет от очага. Тело приятно грело тепло, которое так недоставало. Гарри оказался дома, но без своей сестры. Позже, родители рассказали ему, что узнали от соседей то, что их детей видели уходящими в Северные снега. Как только утихла метель, сразу была отправлена поисковая экспедиция, состоящая практически из всех жителей. Следов не было никаких, но найти Гарри удалось благодаря яркому свету кристалла, что был рядом с ним в яме. Свет был настолько сильным, что в ночи был виден за несколько километров. Гарри вернули домой, а поиски сестры продолжались до самого утра, пока вновь не пришла метель, вынуждая поисковые отряды вернуться. Не удалось найти ни её следов, ни её саму. Ничего. Гарри твердил, что её забрала принцесса Северных снегов, но ему никто не верил. Он рвался даже в метель отправиться её искать, однако, никто не выпускал его из дома. Родители говорили, что не готовы потерять ещё одного ребёнка…

«Прошло уже пятнадцать лет, мы обустроили дом, добавили ещё пару комнат. Стало просторнее и теплее. Поселение выросло до небольшого городка, даже принцесса Луна нас посещала, давая нам настоящий статус северного города под названием «Северлин». В следующем году начнётся строительство каменных домов, они обещают быть прочными и более утеплёнными.

Мою сестру так и не нашли, ни живой, ни погибшей. Экспедиции отправлялись в течении года ещё восемь раз по личной просьбе моего отца, но никто ничего не нашёл, даже одежды. Я не перестаю себя винить за то, что не углядел за сестрой, ведь это всё, что от меня тогда просили родители. Я прекрасно знал её характер, но позволил гордости взять вверх, просто прогнав её играть в другое место, а ведь она всего-навсего хотела внимания своего любимого брата. Теперь мне жить с этим до конца своих дней и не думаю, что я смогу простить себя за это.

Что касается той ночи… я её помню так, словно она была вчера. Мне говорят, что были видения, галлюцинации от переохлаждения, но я верю, что видел принцессу Серверных снегов и она не такая уж злая, как в страшных сказках. Многие говорили, что я вовсе не находил свою сестру, и она тоже была моей галлюцинацией, ибо так далеко маленькая девочка сама забрести просто не могла. Её не было рядом со мной, когда меня нашли, не было и поблизости. Пусть думают, что хотят, у каждого своя правда. Я не верю, что моя сестра погибла и думаю, она всё ещё жива… хочу думать. Я долго готовился и собираюсь уже в третью самостоятельную экспедицию, я найду Элизу и отниму у принцессы Северных снегов, она ждёт меня и ей очень холодно, я знаю.

Прежде, чем я начал винить себя в произошедшем, я долгое время винил во всём её, принцессу, но начиная взрослеть – понял то, что произошло на самом деле. И нет, я всё ещё не думаю, что она была моей галлюцинацией, всё было слишком реально. Элиза была очень слаба, она умирала и была холодна как снег. Мне не удавалось её поднять, а сам я так устал, что её шарфик выскальзывал из моих зубов. Я не думаю, что в таком состоянии она смогла бы вернуться домой. Это понимала и принцесса, я ощутил её мысли через тот белоснежный взгляд. Она спасла Элизу, забрала в своё снежное царство навеки, а меня наказала тем, что я выжил. Она просто позволила мне жить, и не из жалости вовсе, не из заботы – её сердце так же холодно, как её душа, я чувствовал, когда она смотрела на меня. Наказание. Возможно, она хотела, что бы я рассказал эту историю всем. Чтобы никто не забывал то, как опасно находиться в Северных землях, и как важно быть рядом с теми, кто нам так дорог. А тех, кто пренебрегает этими простыми правилами, забирает принцесса Северных земель, оставляя после них… Какой же красивый этот зеленоватый кристалл, он освещает мою комнату каждую ночь своим нежным и приятным светом, но в то же время… абсолютно холодным»

КОНЕЦ