# В погоне за (воздушным) замком

DevilishHeat

За несколько часов до своего переезда в Седловскую Аравию, Рэрити беседует с Твайлайт.

О страхе, о гордости и о том, что будет дальше.

[Изображение: https://i.imgur.com/B8vRdiA.png?1]

Google docs где можно потыкать на найденные ошибки.

Разрешение на перевод есть.

## Разговоры

Думаю, стоит пересказать комментарий автора перед фанфиком. Там она рассказывает, что написала большую часть фика около двух лет назад, спустя две недели после переезда из родной страны в Лос-Анджелес со стремлением попасть в киноиндустрию. Закончила же она его за две недели до визита домой, повидаться с родными и друзьями, провожавшими её с пожеланиями всего наилучшего, что вызывало у неё противоречивые чувства.

Лёгкое дуновение ветра проносилось меж деревьев, унося опавшие листья в объятья зимы. Каждый шаг казался всё трудней, каждый вздох – всё протяжнее, и каждая минута – короче предыдущих.

Покидать Понивиль было горестно, как ей казалось.

Но остаться было бы ещё тяжелее.

Время ползло час за часом, пока две пони застыли на перепутье судьбы. Их взоры были устремлены ввысь, на ночное небо и звёзды, сияющие в объятьях луны.

Одной предстоял переезд в Седловскую Аравию, навстречу новым горизонтам; другая оставалась позади, где не встретит ничего нового. И вот они сидят, наслаждаясь последними совместными часами, и занимаются тем, что у них всегда получалось лучше всего.

Болтают обо всём и в то же время ни о чём.

— Всё получилось, как ты и надеялась?

Слова сами сорвались с языка. Она взъерошила крылья и продолжила смотреть на знакомые ей, как никому другому, созвездия. Иногда, когда опускался мрак и наступала тишина, ей хотелось бы быть Принцессой звёзд.

— Нет, — после протяжного вздоха ответила сидящая рядом единорожка.

Хоть вина и травила душу, Твайлайт не понурила взгляд. «Прости» — хотелось сказать ей, но не хватало духу. Она чувствовала себя ужасно из-за подобных размышлений, но, раз уж не складывалось, как надеялась Рэрити, то, может, и уезжать ей вовсе не стоит?

— Нет, — повторила единорожка, когда Твайлайт повернулась к ней. — Я даже нахожу это уместным. В жизни столько всего не совпадает с нашими ожиданиями. Разве не так? — она улыбнулась и приподняла бровь. — Сразу приходит на ум кое-какой праздник Летнего солнцестояния.

— Разве тебе не страшно?

— Уверена, завтра будет ещё как страшно, — ответила Рэрити. Она плавно вдохнула и выдохнула. — Когда окажусь одна-одинёшенька в пустом доме, в незнакомом городе. Как знать, вполне возможно, я буду рыдать на своём диване, заливая тоску умопомрачительными объёмами сидра, что дала мне Эпплджек. Но сейчас? Сейчас я спокойна.

Твайлайт перевела взгляд обратно на небосвод.

— Я была бы в ужасе.

— Ты была бы по уши в хлопотах, проверяя чемоданы и списки дел, дорогуша.

— И это тоже.

— Я нахожу любопытным, как ты за меня волнуешься. Однажды ты и сама переехала в совершенно незнакомое место.

— То было совсем по-другому. Я не думала, что останусь здесь насовсем. Считала, что постоянно буду наведываться домой, и пусть это и было не так, я ничего не оставляла позади.

В небе, одна за другой, мерцали звёзды – яркие огоньки, которые однажды погаснут, а может быть и уже. Свечение вдали было лишь энергией чего-то давным-давно канувшего в небытие.

В Понивиле сияло шесть звёзд, и было больно смотреть, как шестёрка становилась пятёркой. Сколь долго до того, как от пяти останется четыре, затем три, две, и в конце останется лишь она одна?

— Я подумывала остаться, — призналась Рэрити. — Думала отменить всё в последнюю ночь.

— Что? — ахнула Твайлайт, и сама удивилась такой реакции. Разве не это она хотела услышать всю ночь? — Почему? Ты не можешь!

— Конечно не могу, — улыбнулась единорожка. — Ты ведь не забыла до абсурда экстравагантную прощальную вечеринку по этому случаю два дня назад? Не уехать после такого было бы верхом дурного тона, — она остановилась, и весь мир вместе с ней, пока не продолжила. — Полагаю, мне всё же страшно.

Твайлайт всегда шокировало, когда Рэрити выказывала уязвимость, показывала, что уверенность, излучаемая ей, иногда оказывалась лишь маской.

— И напрасно, — настаивала Твайлайт. Пусть сказанное и было правдой, но говорить это было больно. — Твои достижения будут изумительны. У принцессы Селестии там много связей, и она обещала помочь. Если кто-то на это и способен, то это ты, Рэрити. Мы безмерно гордимся тобой.

— Полагаю, ты права, — наигранно вздохнув, ответила единорожка. Тут же усмехнулась и подмигнула подруге. — Разве я, Рэрити, не экстраординарна?

Твайлайт шутливо закатила глаза.

— Ага, конечно, — сказала она, почувствовав, как на сердце полегчало, но лишь пока лицо подруги слегка ни помрачнело.

— Но что если я не смогу? Что если у меня ничего не получится? Вдруг я просто строю воздушный замок?

— Ты всегда можешь вернуться, — предложила Твайлайт, на что получила крайне неожиданный ответ.

— А знаешь, думаю, теперь я понимаю Эпплджек.

— В смысле?

— Почему сбежать в Додж Джанкшен казалось лучше, чем возвращаться домой после поражения на том родео, — она колебалась, несомненно понимая, как прозвучат её слова, но продолжила. — После года приготовлений, когда все вокруг только и говорили, как мной гордятся… И всё это только чтобы вернуться в Понивиль, потому что в Седловской Аравии ничего не вышло? Одни мысли об этом приводят в ужас.

— Это неправильно, — возражала Твайлайт как ради блага самой Рэрити, так и ради защиты своего города и образа жизни. — Нет ничего плохого в том, чтобы вернуться.

Единорожка едва заметно улыбнулась.

— Ах, но ведь ты так говоришь только потому, что не хочешь, чтобы я уезжала.

— Вовсе нет, — сердито запротестовала Твайлайт. — И с твоей стороны несправедливо так говорить, ведь знаешь, что это не так.

Между ними пробежал холодок, но вот Рэрити примирительно улыбнулась, и он растаял без следа.

— Но ведь это пусть и чуть-чуть, но правда? — дерзко спросила она.

— Совсем чуть-чуть, — призналась Твайлайт, пускай они обе и понимали, что это было мягко сказано. — Но я серьёзно. Возвращаться – это нормально. Но тебе и не придётся, ведь ты добьёшься успеха в Седловской Аравии ничуть не меньшего, чем в Эквестрии.

— Вот на это я очень надеюсь.

— Так и будет. И несмотря ни на что, я горжусь тобой.

— Спасибо, дорогуша. И я горжусь.

Твайлайт, конечно же, была искренна, как и четыре-пять лет спустя, когда единорожка вернулась домой, пытаясь позабыть обо всех неудачах и упрятав мечты в долгий ящик.

Пять звёзд добровольно принялись распаковывать столько багажа, что и сосчитать было трудно, позволяя шестой – сияющей уже вовсе не так ярко, но всё же сияющей – отрешённо лежать на диване.

— Ты солгала мне, Твайлайт, — заявила она в слезах, улыбаясь аликорну, левитирущей по комнате украшения. — Ты говорила, у меня всё получится.

— Так и вышло, если подумать, — ответила Твайлайт. — Это не провал. Ты просто… сделала всё по-другому.

— Сделала по-другому, — сухо посмеиваясь, начала Рэрити. — Это ужасно тяжело – делать всё по-другому.

— Да, тяжело, — сказала Твайлайт и повторила сказанное давным-давно. — Но несмотря ни на что, я горжусь тобой.

— Спасибо, дорогуша, — искренне ответила Рэрити. — Однажды, я тоже буду гордиться.