# Проблема с родословной

Xilihard

Возвращение Луны было отмечено грандиозным празднеством. Впрочем, торжества улеглись, а до восстановления работы ночного ведомства оставалось ещё несколько месяцев, поэтому Луне не остаётся ничего иного, кроме как маяться от безделья.

По крайней мере, так считает Селестия.

Когда же она обнаруживает, что Луна тайком забралась в Министерство Записей, то интересуется зачем сестрёнка вообще туда полезла?

Оригинальная история — The Trouble with Genealogy

Автор — Arroz

Перевод группы anon2anon

## Иногда это действительно проблема...

Селестия проснулась; ночной воздух был пронизан колючим холодом.

«Просто ещё одна ночь», — подумала она. Высоко в небе месяц плыл привычным маршрутом на запад… Беглый взгляд на часы показал, что полночь ещё не наступила.

Селестия легко поднялась, от её сонливости не осталось и следа.

«Наверное, стоит что-нибудь съесть, может, тогда мне удастся снова заснуть», — пронеслось в её голове. Выглянув из-за двери, Селестия увидела, что залы были практически пусты. Видимо, большинство стражников патрулировали замок.

«Может, стоит проведать Луну?» — подумала она. Всё-таки уже была середина «смены Луны», как говорили некоторые. Прошло немало времени с тех пор, как они в последний раз беседовали в столь поздний час. Может, ей удастся уговорить Луну оставить ненадолго свой пост, чтобы побеседовать за полуночным перекусом.

Спокойная прогулка в крыло замка, где живёт сестра — именно то, в чём она сейчас нуждалась. Но и с перекусом затягивать не стоило. Ладно, это подождёт, пока она не навестит свою сестру.

— Луна, ты здесь?

Скрипнула дверь, и Селестия заглянула внутрь. В комнате стояла тишина, и не было ни следа присутствия синего аликорна.

«Возможно, она осматривается?»

Давным-давно Кантерлот был маленькой сторожевой крепостью, единственная польза от которой заключалась в превосходном обзоре с наблюдательных площадок.

Должно быть, она всё ещё скучала по старому замку. Накладывалось и то, что город в Вечнодиком лесу был заброшен спустя пару сотен лет после изгнания Луны. Вряд ли ей приходило в голову, что столицей мог стать некогда малонаселённый форпост.

— Всё так же любишь исследовать, а, Луна?

И Селестия исчезла во вспышке света.

«Где же она?» — риторический вопрос. Сейчас Селестия стояла в тронном зале. Она уже проверила сокровищницу, обсерваторию и дворцовую библиотеку. Но ей так и не удалось найти и следа своей сестры.

Прошел час. Хотя Селестия и чувствовала небольшой голод, она отложила поиски еды, больше переживая о том, куда делась её сестра.

* * *

Луна прокралась через весь замок, и, хоть её грызло чувство вины за причинённое сестре беспокойство, другого выбора попросту не было. Дверь была открыта, так что у неё появился шанс всё разузнать без постороннего вмешательства.

«Министерство записей». Луна отметила, что попасть в него незамеченной было довольно трудно. Не то что бы ей не помог высокий ранг, просто она отлично знала: что бы ни делала она или её сестра — это привлечёт неизбежное внимание и станет целью интереса всех окружающих.

И, хоть ей очень хотелось во всём разобраться как можно быстрее, она бы предпочла сделать это без лишней огласки.

— Луна, это ты?

Эх, весь план коту под хвост. Повернувшись, Луна оказалась с Селестией лицом к лицу. Нервно хихикнув, она спросила:

— Это ты, сестра. Почему ты не спишь в столь поздний час?

Под глазами стоящей напротив Селестии чётко виднелись мешки. Кажется, она засиделась допоздна и проголодалась, поэтому было понятно, что ни о каком сне не может идти и речи, пока эта проблема не будет решена.

— Вообще-то, тебя ищу. Я хотела перекусить и заодно, если получится, побеседовать с тобой. Но оказалось, что тебя не было в комнате.

— Я была…

— Послушай, если ты хотела попасть в Министерство Записей, то просто сказала бы мне об этом.

— Сестра, дверь была открыта, и я просто решила заглянуть.

Министерству записей, несмотря на важность этого места, недоставало качественной организации архива. Создавалось впечатление, что туда свалили все бюрократические записи, с которыми не удалось разобраться.

— С этим нужно разобраться.

— Согласна.

Сёстры шагали через Зал, отмечая плачевное состояние некоторых древних стеллажей. Даже не смотря на то, что магия поддерживала состояние архива, в глаза бросалась неразбериха, по крайней мере в записях вековой давности.

— Вот мы и на месте. Родословные, — Селестия подошла к большой двери, и та с мягким гулом отворилась.

Комната перед ними, казалось, простиралась в бесконечность — настоящий шедевр инженерного мастерства и магии. В связи с растущим населением было решено, что все записи будут вестись с помощью магии автоматически. Однако, в системе был небольшой изъян: для постоянно растущего числа записей о рождении и родословных была выделена маленькая комната.

Подпространство, которое было организовано в комнате, удивляло даже Принцесс. Селестия пыталась понять, как она устроена, но никто, даже лучшие архимаги наших дней, не смог повторить конструкцию этой комнаты. Даже её верная ученица не была близка к разгадке того, как это работает.

— Я перенесла все старые записи сюда после того как старый город был заброшен.

— Мудрое решение, — ответила Луна, вспомнив плачевное состояние их старого замка.

— Так что же ты всё-таки ищешь, Луна?

Двери закрывали множество комнат, каждая из которых была набита папками, однако нужную — с кьютимаркой Луны — найти было несложно.

Селестия остановила взгляд на комнате. Помещение было заполнено свитками, некоторые из которых выглядели совсем новыми. Вероятно, свежие записи. Она мысленно отметила, что в будущем стоит навести здесь порядок и всё рассортировать.

— Уверена, большинство из них даже не отсюда... — прошептала Селестия, глядя на полку, хаотично забитую свитками.

— Что ж, будет лучше, если мы начнём пересматривать их, — буркнула Луна, подойдя к ближайшей горе свитков, которая, казалось, возвышалась до самого потолка.

Селестия нахмурилась:

— Не похоже, что ты собираешься отвечать мне.

Луна продолжала разгребать кучу свитков.

— Ты когда-нибудь замечала, сколько всего наши подданные приписывают солнцу?

— Уверена, это нормально, Луна, но я надеялась, что ты отве…

— Я чудесно провела время в библиотеке. Там есть целая секция, посвящённая вещам, которые, предположительно, были изобретены тобой.

— Это всё здорово, но, как я ска…

— Давай посмотрим: они говорят, что ты изобрела Солнечные Очки, чтобы другие могли восхищаться красотой Солнца без риска ослепнуть, — сказала Луна, продолжая копаться в свитках.

— Я уверена, ты ищ…

— И, по-видимому, ты изобрела Солнечные Часы, потому что устала объявлять всем время дня. И в более широком смысле это означает, что ты изобрела систему отсчёта времени, — произнесла Луна невозмутимым тоном.

— Они просто…

— Несмотря на тот факт, что было вполне очевидно, который час даже в те старые времена, — продолжила Луна.

— Очень интересная тема для обсуждения. Увере…

— А ещё все эти народные сказки. Ты знаешь, что подсолнухи проросли из твоего молочного зуба, который закопали в землю? — Луна повернулась к своей сестре, подняв брови в наигранном любопытстве.

— Ну, это уж совсем глупость.

— А ты никогда не пыталась исправить эти недоразумения?

— Луна, мы правим Княжеством, которое по ошибке назвали Королевством.

— Верно.

— Хватит уже. Что ты там ищешь? И вообще, что на тебя нашло?

Луна присела, левитируя найденный свиток. Он был скреплен одной из её старых печатей: полумесяц, окружённый звёздами.

Печать с гулом сломалась, и всплеск магии разошёлся по всей комнате, повалив большую часть свитков на пол и подняв гигантское облако вековой пыли.

Свиток лежал раскрытым. На пергаменте красовалось знакомое имя. Селестия распахнула глаза. Окутанный золотистым сиянием свиток выскользнул из захвата Луны.

— Тия! Отдай! — крикнула Луна.

— Это свидетельство о рождении, — констатировала Селестия.

— Да, и я не вижу, как…

— Одного из самых широко известных в узких кругах пони, которого нам когда-либо доводилось знать.

— Я в курсе, Тия, теперь, не могла бы ты…

— Что, скажи мне на милость, могло заставить тебя отправиться на поиски свидетельства о рождении бывшего капитана твоей Ночной Гвардии?

— Эм-м, это...

— Ты лучше всех знаешь, сколько кобылок он затащил в постель.

— Это уже ни в какие ворота, Селестия.

— Это и есть причина, по которой ты искала его свидетельство о рождении? Он и тебя оприходовал?

— ЧТО?!! Это… Я не… Я бы никогда… СЕСТРА, КАК ТЫ МОГЛА ТАКОЕ ПОДУМАТЬ?

Селестия оставалась невозмутимой, несмотря на погром, устроенный Луной. Она мысленно поблагодарила древнего архимага за конструкцию, которую он создал. По крайней мере, потолок не рухнул им на головы.

— Так если он не очаровал тебя, как он это делал с остальными, тогда к чему все эти хлопоты?

Луна вздохнула, запечатывая свиток обратно и засовывая его под крыло.

— Он мой сын.

* * *

— Хочешь поговорить об этом? — спросила Селестия. Наконец-то она добралась до дворцовой кухни, а быстрый поиск привёл её к нескольким булочкам, которые она заказывала днём ранее.

— Тут не о чем говорить. Я сделала свой выбор, и вскоре родился Ивнинг Стар.

Селестия кивнула и сделала глоток чая, поглядывая на свою сестру, которая с тех пор, как они пришли на кухню, не отрывала глаз от свидетельства о рождении.

— Как ты вообще умудрилась скрывать это целый год? Клянусь, у меня были шпионы везде, особенно во время войны.

— Помнишь тот год, когда я уезжала на мирные переговоры? — пробормотала Луна, глядя в ближайшее окно.

Ах да, переговоры. Она подозревала, что условия перемирия недостаточно выгодны, и посчитала, что отправить Луну будет подходящей демонстрацией силы. Зная, что монахи сами предоставили свой монастырь в качестве нейтральной территории, Селестия не видела причин для более агрессивных действий.

— Конечно, если мне не изменяет память, я отправила лучших стражников, и вместе с ними нескольких шпионов, которые должны были мне всё доложить, — Селестия мысленно перенеслась в то время. Она была уверена, что послала лучших из тех, кого можно было послать.

— Правда? Кажется, монахи ничего не заметили.

— Их работа и заключалась в том, чтобы остаться незамеченными, что, тем не менее, не объясняет, почему они не смогли разглядеть твою беременность.

— Жрицы храма кое-что понимали в том, как прятать сбежавших дочерей.

— Понятно…

Тишина снова повисла в воздухе: никто из них не знал, как продолжить. Селестия лишь уставилась на свой чай, который уже остыл, но простое согревающее заклинание вновь сделало чай и всю комнату приятными и тёплыми.

— Почему ты скрывала его от меня?

Луна стояла молча, на её лице читалась глубокая задумчивость. Её уловки и трюки принесли свои плоды. Ивнинг Стар никогда не вызывал подозрений и большую часть времени держался тише воды, ниже травы, за что она была ему благодарна.

— Я не хотела, чтобы судьба твоего ребёнка повторилась с ним.

Селестия замерла. Её собственный ребёнок был весьма спорной темой разговора для обеих сестёр. Маленькая Солара была обещана одному пони из рода принцессы Платины. Хоть Селестии и было противно это признавать, но укрепление союза во времена Объединения было самой важной задачей.

— Да, я одобрила её брак, но сама постановка вопроса… С момента рождения моего сына я видела, что ему уготована та же участь, и мне это было не по нраву.

Селестия продолжала молчать. Атмосфера снова стала неловкой, хотя тишина уже не была такой тяжёлой, как в прошлый раз.

— Он не примкнул к тебе в ту ночь… Ночь, когда ты превратилась…

Луна вздохнула. Возможно, к ней начала возвращаться память о том, что произошло? По крайней мере, Селестии показалось, что воспоминания, в которые погрузилась Луна, были именно об этом.

— Я просила его присоединиться. Раньше он и его солдаты были на моей стороне. Я рассказала ему о своих планах, своих взглядах, обо всём, что дала бы ему, если бы у меня получилось. Он отказался. Его последние слова были, что я не та мать, которая растила его.

Селестия заметила, что стало светлее. Они сидели на кухне намного дольше, чем она рассчитывала.

— Наверное, он был был прав. Сколько бы раз он ни попытался убедить меня, что всё наладится, и что он будет на моей стороне, — я бы не послушала. Я ещё не совсем потеряла рассудок тогда, хоть и не помню, что именно говорила. Видимо он осознал, что до меня не достучаться.

— А потом? — Селестия вопросительно подняла брови.

— Потом я вышла на битву с тобой, и эта история закончилась.

— Луна…

— Я горжусь им за то, что он сделал. Он понял, когда следовать за мной стало неправильно. Вероятно, это даже спасло ему жизнь.

— Он был хорошим солдатом, — сказала Селестия.

— Был, Тия, был.

Солнце уже выглянуло из-за горизонта. Мощным рывком магии Селестия повелела ему взойти, и окружающий ландшафт озарился утренним светом.

— Я всегда поражалась, как ты ещё не сгорела, учитывая всю твою магическую мощь.

Селестия улыбнулась. По крайней мере, она узнала, что думает сестра о тех событиях. Это принесло облегчение им обеим. То, что она до сих пор так и не поспала, было не столь важно. Присутствия Солнца было достаточно, чтобы почувствовать себя бодрее.

— Что случилось с ним после моего изгнания?

Селестия замерла. Дело в том, что Ивнинг Стар был образцовым капитаном Ночной Гвардии, но после изгнания его матери он пустился во все тяжкие.

— Он покинул Ночную Гвардию, которая после этого стала бесполезна. Полагаю, в это время они пытались как-то управиться с твоей страной. В следующие несколько десятилетий его деяния можно было назвать… Думаю, лучше всего подходит слово «скандальными».

— Знаю. Во время войны у него уже была репутация. Создатели знают, сколько я получала посланий от разгневанных и чрезмерно опекающих родителей.

— И песни, Луна, не забывай про песни.

— На самом деле, его отряд впервые спел их при мне, — Луна подавила смешок, погрузившись в воспоминания. — Поначалу я была в бешенстве, но со временем начинаешь привыкать и к таким вещам.

Селестия вздохнула. Эти песни стали для неё проклятием, некоторые даже, к её разочарованию, до сих пор были популярны. Она постоянно слышала их из казарм замка, и часто они сопровождались хриплым смехом и запахом разливаемого пива или медовухи.

— И та песня… Как она начиналась? А, вспомнила. Кажется первые строчки были такие: Тридцать юных дев пришли из Кантерлота, всю ночь у нас кипела жаркая работа… — Луна уже практически пела, но копыто сестры резко заткнуло ей рот.

— Ни слова больше, Луна.

Принцесса Ночи скорчилась от смеха. Её сестру было легко спровоцировать, если знать, что сказать. В её случае — если знать песню сына, которая раздражала Селестию, а ей наоборот, нравилась.

— Я так понимаю, что дурная слава моего сына со временем только росла?

— Именно.

— Интересно, как много жере… — поражённая этой мыслью, Луна застыла с широко распахнутыми глазами.

— Что такое, Луна?

— Записи о рождениях, как часто они обновляются?

— С каждым рождением жеребёнка, появляется новый… свиток… — глаза Селестии расширились, а Луна в мгновение ока телепортировалась из кухни, оставив Принцессу Солнца в одиночестве.

* * *

Через несколько часов Селестия нашла сестру в той самой комнате на куче пересортированных свитков. Глаза Луны были открыты столь же широко, как и утром, а её дыхание было чаще, чем когда-либо.

— Луна? Луна-а-а, Лулу? — позвала Селестия. Однако сестра продолжала молчать и тупо смотреть в одну точку, даже когда Селестия помахала копытом перед её лицом.

— У него было много жеребят... — произнесла Луна. Её взгляд был направлен вперёд.

— Да, учитывая его репутацию, можно было предположить…

— Его дети, в основном жеребцы, также разделили его… энтузиазм, когда повзрослели.

— Сколько?

— Сама посмотри, — и с этими словами начали появляться вспышки. Стена позади Луны начала светиться, и на ней начало появляться нечто, похожее на семейное древо. Портрет Ночной Принцессы находился сверху.

— Морфей? Так это был Морфей?! — воскликнула Селестия, указывая копытом на портрет рядом с сестрой. На нём красовался один из её наиболее опытных генералов.

— Селли...

— Ты хоть представляешь, сколько длился спор насчёт вас между мной и Дир Сирами?

— Эм-м, я...

— Спустя все эти столетия, я наконец могу объявить, что именно я была права! — закончила Селестия.

— Как бы мне ни было радостно, что ты не держишь на него зла, я бы хотела, чтобы ты взглянула вниз...

— В следующий раз, когда повстречаю Элкарейну, я приведу её сюда, и тогда она отдаст мне ожерелье, которое обещ... ох...

Древо простиралось вниз, а его ветви продолжали перемножаться, и перемножаться, и перемножаться. Рисунок на стене прокручивался наверх и масштабировался, по мере прорисовки.

— Ск… Сколь…

— Около двух с половиной, — прошептала Луна.

— Сотен? Тысяч?

— Миллионов, — выдавила ошарашенная Луна, практически потеряв дар речи.

— Что…

— Два с половиной миллиона пони, Тия!

Повисла тишина. Селестия неподвижно стояла и пристально смотрела на Луну, пытаясь осознать эти числа. Из задумчивости их вывел звук, с которым в комнате появилось ещё одно свидетельство о рождении.

— Поправка: два с половиной миллиона, и подсчёт продолжается.

— Матерь Эквестрийская…

— Кажется, мне придется принять этот титул…

* * *

* * *

Матерь Эквестрийская!

ТРЕТЬ НАСЕЛЕНИЯ СТРАНЫ ВЕДЁТ СВОЁ ПРОИСХОЖДЕНИЕ ОТ ПРИНЦЕССЫ ЛУНЫ, ТАКЖЕ ПОДТВЕРЖДЕНО, ЧТО ПОТОМКИ ИМЕЮТСЯ И В КОЛОНИЯХ.

— Честно сказать, я смущена и обрадована одновременно, — заявила Принцесса Луна.

Многие были шокированы тем фактом, что 2.6 миллиона населяющих Эквестрию пони (треть от общего количества, или каждый третий) ведут происхождение от Её Высочества Принцессы Луны. Королевское Генеалогическое Бюро подтвердило, что это число неуклонно растёт с каждым годом.

Некоторые мелкие дворянские рода попадают в список в полном составе. Есть сведения, что магические родословные в дальних колониях могут ещё больше увеличить и без того огромный список.

продолжение на стр. 4

Подозрительный фрукт задержан на Ванхуверской таможне.

Горожане устроили побоище в попытках выяснить, чем он пахнет.

"По-моему, пахнет курицей", — считает Зевакин.

* * *