# Луна, Цветок и Дверь

Alkarasu

"...экзамен закончится, когда ты откроешь эту дверь."

Принцесса Луна ищет себе собственного ученика, но её экзамен для кандидатов наткнулся на неприятную маленькую проблемку: из дюжин единорогов, пришедших на экзамен, ни один не смог его сдать. Все до единого кандидаты завалили испытание за несколько секунд.

Но в чём же смысл экзамена? И как кто-то может его пройти?

Молодая земнопони по имени Монинг Глори скоро это узнает.

## «…экзамен закончится, когда ты откроешь эту дверь»

– …экзамен закончится, когда ты откроешь эту дверь.

Принцесса Луна вздохнула, когда дверь распахнулась прежде, чем она успела закончить последнее слово. Она взглянула на проделавшего это молодого жеребца с плохо скрываемым раздражением. Жеребец был единорогом коричневой масти, с чёрной гривой, и, с этим трудно было спорить, безумно мил. Он поднял на неё глаза с выражением, содержащим столько же радости и энтузиазма, как у щенка, в первый раз в жизни принёсшего брошенную палку… и, пожалуй, с примерно тем же уровнем интеллекта.

Конечно, она была к нему несправедлива. Он всего лишь исполнил то, что по его мнению было её желанием. Каждый жеребчик и кобылка, вошедшие в эту комнату, сделали то же самое, разница была только в скорости открывания двери. Собственно, именно в этом и заключалась проблема…

Стоит признать, что именно этот жеребчик рванул дверь так сильно и быстро, что чуть не сорвал её с петель, на голой магической мощи и детском энтузиазме. У него определённо было большое будущее в сестринской академии для одарённых единорогов, но Луне он совершенно не подходил.

Глядя на стражника, стоящего в противоположном углу комнаты, принцесса сказала:

– Заберите этого молодца, и выдайте ему рекомендацию в школу моей сестры. К сожалению, ему не удалось пройти моё испытание, но, возможно, у него есть перспективы в других местах. И запускайте следующего.

Стражник кивнул и сопроводил жеребёнка наружу, прилагая все силы, чтобы заглушить его крики о «В чём я ошибся?» пока они не вышли из комнаты. Это было уже очень знакомое зрелище. Каждый вошедший в комнату единорог плясал совершенно одинаково. Сначала они входили, потом Принцесса Луна рассказывала им в чём заключается испытание, они открывали дверь и, услышав, что они провалили экзамен, все до единого впадали в шок. Разве они не сделали именно то, что принцесса от них просила? И ведь причина была совершенно очевидна. Все они сделали то, что она по их представлениям сказала, но ни один так и не смог понять, что же она имела в виду.

А ведь она даже позаботилась о том, чтобы замаскировать молоденькую служанку под экзаменуемую, и пустить её в комнату первой. Она как можно громче открыла дверь, чтобы все ожидающие это услышали, и была выпровожена, демонстрируя разочарование. Казалось бы, этого должно было хватить чтобы включить тревожные звоночки в головах молодёжи и намекнуть им, что тест сложнее, чем кажется на первый взгляд. Вместо этого, каждый участник повторил одну и ту же ошибку.

Может, тест оказался слишком простым? Или сложным? Луна подумала, что, если за сегодня никому так и не удастся сдать экзамен, ей придётся внести поправки на возраст экзаменуемых. В конце концов, это были совсем молодые пони, привыкшие слушаться старших…

Должен же быть какой-то способ попроще найти себе ученика.

Ученица Селестии, ныне принцесса, Твайлайт Спаркл, прекрасно справлялась со своими обязанностями, и Луна полагала, что её старшая сестра обзаведётся новым учеником вскоре после того, как Твайлайт обзавелась крыльями. Тем не менее, принцесса Солнца отложила поиск нового протеже.

Разговор у них на эту тему вышел простой и короткий…

– Луна, теперь, когда Твайлайт окончательно вжилась в свою новую роль принцессы, я с радостью возьму себе нового ученика, — сказала Селестия, весело улыбаясь. – Но я учу их уже тысячу лет, с переменным успехом, и теперь мне хочется посмотреть, что из этого получится у тебя. Пожалуй, я могу многому научиться, наблюдая за тем, как ты общаешься со своим учеником. Так что я подожду, пока ты найдёшь ученика себе, и потом уже начну искать своего.

Такое предложение Луну удивило, но она, тем не менее, с радостью набросилась на представившийся шанс. Эквестрия набита молодыми и горячими пони, которые с охотой ухватятся за возможность чему-нибудь научиться у принцессы, у любой принцессы. Тем не менее, поразмыслив немного, младшая принцесса пришла к выводу, что ей, в отличии от сестры, совершенно не нужен верный ученик.

Встряхнув головой чтобы оторваться от воспоминаний, Луна осмотрела «экзаменационную комнату», проверяя, что всё на месте и закрывая «экзаменационную» дверь. Простые серые каменные стены, пол из полированного мрамора, без ковра, освещена одной лампочкой из светящегося камня на потолке. Ничего, что бы могло отвлечь внимание, и единственное, за что мог бы зацепиться глаз – дверь за её спиной. На прошлой неделе это был склад старой мебели. По одному её слову комнату очистили, вымыли и подготовили, а мебель перенесли в другую кладовку. Задача непростая, но выполнена безукоризненно и без вопросов.

Как много принцесса может сделать одним словом… и немало из этого может оказаться весьма ужасным.

– Ваше Высочество, осталась только одна, — сообщил стражник, заглядывая в комнату. – И она…

В этом месте он сделал паузу, не зная, как лучше построить следующую фразу.

Стражник, Капитан Тандерклап, был увешанным орденами ветераном нескольких войн, и одним из немногих гвардейцев, кто во время вторжения ченжлингов покрыл себя чем-то хотя-бы напоминающим славу. Он собрал своих товарищей и повёл их в атаку чтобы отбить дворец в момент, когда большая часть гвардии была парализована неожиданностью нападения и не знала, что и предпринять. Это был жеребец не склонный к промедлению или страдающий от недостатка уверенности в себе.

– Что «и она…», капитан? – спросила Луна, подняв бровь.

Стражник сглотнул, и выдавил:

– Она земная пони, Ваше Высочество.

Земная пони? Это было совершенно неожиданно. Луна попыталась вспомнить листовку, которую она приказала распространить по Кантерлоту и развесить по городам и деревням Эквестрии. Листовки, рассказывающие о том, что Луна ищет себе ученика, можно было теперь найти где угодно. Даже Клаудсдейл получил несколько дюжин, несмотря на то, что единорогов в летучем городе пегасов почти не было.

Естественно, это было сделано в основном для соблюдения политкорректности. Ради неё же в листовке было написано, что попытаться может любой. Причём «любой» не в форме «любой пони». В мире было предостаточно существ способных к использованию магии, которые ничем не напоминали пони, и Луна совершенно не собиралась разворачивать кандидата только потому, что кандидат оказался не пони.

Но земная пони… Необычное развитие событий. Возможно, интересное…

– Впустите её, капитан, — кивнула Луна.

Тандерклап быстро втянул голову назад в коридор, и через мгновение вошёл в комнату в сопровождении маленькой земной кобылки. Пока капитан занимал своё место возле выхода, Луна внимательно изучала экзаменуемую. Стоит признать, экзаменуемая оказалась очень милой маленькой пони, пусть даже и несколько худой. Это само по себе было необычно – за редким исключением, большинство жеребчиков и кобылок были либо в идеальной форме для своего возраста, или были немного толще, но почти никогда – худее.

Шерсть у вновь прибывшей была розовая, грива пурпурная, а глаза – ярко-голубые. Она выглядела немножко испачканной, но тем не менее, определённо горящей желанием попробовать. Испачканность тоже обратила на себя внимание Луны, все остальные экзаменуемые были чисто выскоблены, до такой степени, что принцесса не удивилась бы, если бы они блестели и переливались. То, что эта не потрудилась почиститься, было любопытным исключением. Почему её родители её хотя бы не помыли перед тем как вести во дворец?

После окончания экзамена Луна планировала задать несколько вопросов.

Но всё по порядку.

– И как же тебя зовут, юная леди? – поинтересовалась Луна с улыбкой.

– Монинг Глори, Ваше Высочество, – последовал немедленный ответ.

Луна кивнула и спросила:

– Ну что ж, Монинг Глори, ты пришла пройти испытание и стать моей ученицей?

Глори кивнула и ответила:

– Да, Ваше Высочество.

– Пока мы не начали, могу ли я спросить, почему? – с любопытством поинтересовалась принцесса.

– Хочу выучиться магии, – без колебаний ответила кобылка.

– Что, правда? – в голосе Луны явственно ощущалась нотка недоверия.

Закатив глаза, кобылка ответила:

– Да, правда. Да, я знаю, я земная пони, не единорог. Да, я знаю, что все остальные кандидаты единороги. И да, я знаю, что земные пони не слишком известны за наши способности к магии, – то, как она это всё отбарабанила, намекало на то, что этот ответ ей за сегодня пришлось дать не раз, скорее всего, она давала его с момента, как вошла во дворец.

Откашлявшись, кобылка сказала:

— Но я люблю магию. Я не могу сказать, почему, просто люблю. Я прочитала все книги по теоретической и прикладной магии, хотя таких книг в Клаудсдейле и немного. Там всё про единорожью магию, и для меня оно не слишком полезно. Если я хочу научиться магии, мне нужен учитель, и, если где-нибудь есть кто-то, способный выучить земную пони магии, это будете вы, или ваша сестра… Ваше Высочество.

Земная пони… из Клаудсдейла? Всё страньше и страньше. Земнопони в летающем городе была хорошо если дюжина, ведь они в большинстве случаев предпочитали держать копыта на твёрдой земле…

Поразмыслив секунду, Луна кивнула и сказала:

— Хорошо. Я дам тебе то же самое задание, которое я дала всем предыдущим кандидатам. Если ты его выполнишь, мы обсудим твоё будущее в качестве моего студента. Если нет, что ж, посмотрим, что ещё можно сделать. – Отворачиваться от такой необычной кобылки в любом случае не стоило, и даже если бы она не прошла экзамен, может, ею бы заинтересовалась Селестия. Новизна обучения студента без рога после тысячелетия исключительно рогатых могла заинтересовать старшую принцессу.

Маленькая кобылка кивнула:

— Можем начинать, когда вам будет удобно! – выражение лица Монинг Глори в этот момент было комично-серьёзное. Улыбнувшись, Луна сказала:

— Очень хорошо. Предупреждаю, ни один из кандидатов не смог удовлетворительно пройти это испытание. Ты уверена, что сумеешь победить там, где не справилась дюжина?

— Не знаю, сумею ли, но приложу все силы, — немедленно ответила Монинг Глори. Если ей в голову и приходили мысли о возможной неудаче, она этого ничем не показала.

— Хорошо, — сказала Луна, и добавила более официальным тоном. – Ты видишь дверь за моей спиной?

Кобылка со всей серьёзностью осмотрела дверь. Вид и форма двери были самые обычные. Разве что, дверь определённо знала лучшие времена, и, возможно, петли нуждались в починке. Удовлетворившись осмотром, Глори посмотрела на Луну и ответила:

— Вижу, Ваше Высочество.

Луна важно кивнула и провозгласила:

— Экзамен закончится, когда ты откроешь эту дверь.

Ошеломлённое выражение лица Монинг Глори почти заставило Луну рассмеяться. Через мгновение, кобылка наклонила голову налево и спросила:

— Что, правда?

Луна кивнула и ответила:

— Правда. – «И поздравляю,» подумала принцесса. «Одним этим вопросом ты уже обошла всех остальных кандидатов вместе взятых.»

Маленькая кобылка выдержала паузу, после чего подозрительно прищурилась и спросила:

— Вы не пытаетесь упростить задачу потому, что я земная пони, так ведь?

Луна немедленно помотала головой и сказала:

— Уверяю тебя, это точно такое же задание, которое получили все остальные кандидаты.

— И они все его провалили? – поинтересовалась Монинг Глори, подняв бровь.

— Все до единого, — просто согласилась Луна.

— Так, — сказала Монинг Глори, прежде чем её лицо озарила улыбка. – Экзамен закончен, когда я открою дверь. – Она подумала ещё немножко, и спросила:

— Если я попытаюсь открыть дверь, вы меня попытаетесь остановить?

— Ни в коем случае, — ответила принцесса луны. – Ни в коем случае.

— Заперта ли дверь магией или ещё как-то иначе? – поинтересовалась Монинг Глори, снова внимательно осматривая дверь.

— Нет, — ответила Луна, незаметно улыбаясь.

Монинг Глори ещё немного поразмыслила, и поинтересовалась:

— А там не затаился какой-нибудь монстр, который попытается меня съесть, если я попытаюсь открыть дверь, или постарается помешать мне открыть её как-то иначе?

— Страж? Нет, — ответила Луна, хихикнув от одной мысли. Монстр-охранник? Для этой двери? Даже мысль об этом была безумна…

Кобылка повернула голову направо и спросила:

— А ЧТО вообще за этой дверью?

— Кладовка со швабрами, — последовал немедленный ответ аликорна. – Если хочешь, я тебе её покажу.

— Я… не думаю, что в этом есть нужда, — сказала Монинг Глори после короткого раздумья. И добавила: — А если вы за меня откроете дверь, я пройду испытание, или нет?

— Ни то, ни другое, — ответила Луна, и добавила: — Экзамен закончится, когда дверь откроешь именно ты. Не я.

Монинг Глори ещё немного подумала, и спросила:

— Но открытая дверь не означает, что я прошла испытание?

— Верно, — ответила Луна, и ещё раз хихикнула. Ни один из других кандидатов не потрудился задуматься, что им сказала принцесса. Они слышали только сами слова, без малейшей попытки обдумать их истинное значение…

— Если я прямо сейчас открою дверь, — начала Глори, — я пройду испытание или нет?

Хороший вопрос.

— Не скажу, что пройдёшь, — признала принцесса, — но ты уже подошла к этому куда ближе, чем любой из предыдущих кандидатов.

— Хорошо, понятно, — кивнула кобылка, и спросила: — А можно я задам стражнику несколько вопросов?

— Разумеется, — ответила Луна, секунду поразмыслив. Никакого вреда от этого не должно было произойти.

Монинг Глори развернулась к Капитану Тандерклапу и спросила:

— Это такое же испытание, как и у всех, кто сюда заходил до меня?

Капитан немедленно кивнул. Сегодня он присутствовал на каждом экзамене, так что он это точно знал.

— Честно? – поинтересовалась кобылка с той невероятной серьёзностью, которую может продемонстрировать только пятилетняя кобылка.

— Чтоб у меня крылья без меня улетели, если вру! – провозгласил капитан с торжественностью, обычно применяемой при клятвах на крови. Это, по всей видимости, её удовлетворило.

— Хорошо, — сказала Монинг Глори, потерев подбородок. – А ты знаешь, как сдать этот экзамен?

— Нет, — признался Тандерклап, — но я могу рассказать тебе, как остальные его завалили, если хочешь.

Кобылка подняла бровь и спросила:

— Как?

— Они открыли дверь, — признался капитан, медленно расплываясь в улыбке. Луна с трудом подавила неподобающий приступ хохота. Как бы ни было смешно происходящее, ей не следовало травмировать психику молодёжи смеясь при ней над кем-то.

— Благодарю за помощь, — сказала Монинг Глори с ноткой сарказма в голосе.

— Рад был помочь, — ответил Тандерклап без малейшего следа иронии.

Развернувшись назад к Принцессе Луне, кобылка задала тот самый вопрос, который Луна надеялась услышать хоть от кого-нибудь…

— И какой смысл в этом испытании?

Луна улыбнулась и ответила:

— После того, как оно закончится, я тебе расскажу, неважно, пройдёшь ты его или нет.

— Честно? – спросила Монинг Глори с чрезвычайно скептическим выражением лица.

— Крест на сердце, полечу, кексом в глаз я получу, — немедленно отозвалась Луна.

* * *

Тем временем, в Понивилле, Пинки Пай внезапно на секунду замерла. Если бы чувства, пронзившие тело розовой пони можно было описать словами, это было бы что-то похожее на великое возмущение в Силе, как будто кто-то очень могучий использовал клятву Пинки Пай, но ещё её не выполнил. Через секунду чувство прошло, и любительница вечеринок продолжила свои занятия, хотя время от времени она бросала взгляд в сторону Кантерлота, как будто говоря кому-то только попробовать отвертеться…

* * *

— Хорошо, — сказала Монинг Глори через мгновение. – Так, есть ли какой-нибудь особенный метод открытия двери, который гарантирует мой успех?

— Нет, — немедленно отозвалась Принцесса Луна.

— Никаких тайных стуков или паролей? – спросила Глори, снова наклоняя голову набок.

— Нет, — последовал мгновенный ответ аликорна.

Склонив голову на другую сторону, кобылка спросила:

— А если я прямо сейчас открою дверь, я всё равно не пройду испытание?

— Да, — сказала Луна, подумала, и добавила: — Хотя теперь ты намного ближе к его прохождению, чем была раньше.

Монинг Глори села и нахмурилась в раздумьях. Три или четыре минуты она так и сидела, неподвижно, просто размышляя.

Наконец, кобылка выдохнула воздух сквозь губы с характерным «пфпрпфпрпфпрпфпр», раздражённо вскинула копыта и призналась:

— Я не понимаю. Какой вообще смысл в этом испытании? В смысле, вы меня просите сделать что-то, что любая пони легко может проделать. В смысле, даже вы это можете сделать, и куда легче, чем я! Вы меня выше, вам даже не придётся тянуться, чтобы достать до ручки, и напрягаться вам тоже не придётся, даже если вы не будете использовать магию! – Наконец, с явно раздражённым выражением лица, Монинг Глори спросила. – Как мне пройти это испытание?

Улыбнувшись, Луна сказала:

— Спросив, как тебе пройти испытание, а потом открыв дверь, – а в ответ на потрясённое выражение лица кобылки, принцесса добавила: — Кстати, поздравляю. Если ты будешь так любезна и откроешь дверь, мы сможем перейти к обсуждению твоего будущего в роли моей ученицы.

* * *

— Частично это связано с тем, как слова принцессы могут быть… не так поняты, — объяснила Луна за поздним обедом (а в Понивилле Пинки Пай с облегчением выдохнула, радуясь, что ей не придётся заставлять аликорна сдерживать клятву Пинки Пай…). – Был один король, долгие столетия назад. Он хотел добиться большей власти на политической арене, да и в других областях, но на каждом шагу на его пути вставал мудрец, уважаемый и его подданными, и многими жителями других стран. Король и мудрец боролись много лет, но никогда их разногласия не заходили дальше рассерженных споров. И однажды, после очередного серьёзного политического поражения, король в запале сказал: «Неужто никто не избавит меня от этого мятежного мудреца?». Несколько вассалов короля восприняли это как приказ, и…

Луна сделала паузу, тщательно выбирая слова. Всё-таки кобылке было пять лет.

— Я не стану утомлять тебя подробностями, но эти вассалы поступили так, как, по их мнению, приказал им король, и «мятежный мудрец» больше не доставлял проблем королю, по крайней мере – напрямую. Тем не менее, поступив так, эти вассалы доставили королю куда больше неприятностей, чем когда-либо получалось у мудреца. Король потерял много власти и влияния, и дома, и за границей, и в конце концов его многие начали ненавидеть. А всё потому, что его подданные не так поняли то, что он сказал.

— И всё испытание было именно про это, — сказала Монинг Глори, проглатывая кусок бисквита. – Вам нужна была пони, которая потратит время на то, чтобы понять, что вы имели в виду, вместо того, чтобы слепо исполнять то, что вы, по её мнению, сказали.

— Совершенно верно, — улыбнулась Луна. – Я… провела последнюю тысячу лет вдали от дома, и многое изменилось. Технологии, культура, традиции и, что, наверное, даже важнее, язык. Слова значат не то же самое, что до моего изгнания, и фразы теперь строятся по-другому. Мне очень легко сказать что-то, что будет понято неправильно, просто потому, что оно будет похоже на метафору или эвфемизм, обычный в современном обществе, но которого тысячу лет назад не было, или наоборот. Молодые жеребчики и кобылки, проходившие испытание до тебя, очень хотели мне угодить, мгновенно бросались слушаться, и проваливали испытание, потому что думали, что знают, чего я от них хочу. Им даже в голову не пришло подумать, что, когда я сказала, что испытание закончится, когда они откроют дверь, я говорила о том, как они могут провалиться на экзамене, а не пройти его. Ты остановилась, начала задавать вопросы, думала. Именно это мне и нужно в ученице – кто-то, кто остановится, прислушается, спросит, и, превыше всего, задумается. Мне жаль признавать, что в нынешние времена подобных пони куда меньше, чем тысячу лет назад.

«И,» добавила она безмолвно, «мне нужен студент, который не будет рефлекторно слушаться каждого моего слова, потому что если я снова превращусь в Лунный Кошмар, я не хочу, чтобы моя ученица последовала за мной в пропасть только потому, что рабски следовала всем моим капризам не задумываясь, правильно ли я поступаю или нет…»

— Так вот, — торжественно провозгласила принцесса с яркой улыбкой на лице, — ты успешно прошла испытание. Не могу обещать, что научу тебя магии, но мне очень хочется попробовать. Если это окажется невозможным, что ж… — она выдержала паузу и сказала, — есть много вещей кроме магии, которым я могу тебя научить. Мне потребуется обсудить вопрос твоего проживания с твоими родителями, потому что заставлять тебя добираться до дворца из Клаудсдейла каждый день было бы слишком затруднительно.

Монинг Глори, жующая яблоко чуть меньше её головы, замерла, громко сглотнула, и сказала:

— Да… насчёт этого…

* * *

Принцесса Луна очень продвинулась в нелёгком деле управления громкостью своего голоса. Честно. Последнее время Королевский Кантерлотский Голос был редок, только в ситуации серьёзной нужды и шока, и даже в этих случаях голос был на многие децибелы тише, чем когда-то. Она очень гордилась своей способностью сдерживать громкость, как и силой воли, позволявшей ей, в большинстве случаев, не позволять себе привычно его использовать во всех случаях жизни.

Что, скорее всего, и стало причиной того, что она не снесла голову Монинг Глори с помощью непредумышленно-боевой версии легендарного торжественного стиля речи.

Тщательно сдерживая свой голос, Луна спросила:

— …так, давай-ка ещё разок. Ты – сирота, выращенная в сиротском приюте Клаудсдейла. Когда ты услышала о том, что я ищу ученицу, ты сбежала из дома, и пешком прошла всю дорогу сюда? За неделю? – всё это сопровождалось взглядом, который мог бы оставлять на стали царапины, если, конечно, сталь бы под ним не испарилась.

Монинг Глори, потерявшая от страха дар речи, только кивнула.

Принцесса Луна на мгновение умолкла, а потом её взгляд заледенел, и она сказала:

— Несмотря на то, что твоя решимость, смелость и решительность заслуживают уважения, я надеюсь, ты не будешь предпринимать подобные неосторожные действия в будущем… так?

Монинг Глори кивнула ещё раз.

— Очень хорошо, — вздохнула Луна, и позвала через плечо. – Капитан Тандерклап!

Капитан вошёл в обеденный зал и отдал честь.

— Как быстро вы сможете организовать почётный караул, способный проводить меня в Клаудсдейл? – спросила принцесса без вступления.

— Меньше часа, ваше высочество, — немедленно ответил Тандерклап.

— Хорошо, — кивнула Луна. – Я хочу, чтобы вы проводили туда меня и эту юную леди. – Заметив взволнованный взгляд Глори, принцесса добавила. – Если я собираюсь стать официальным опекуном этой кобылки, полагаю, надо будет заполнить какие-то бумаги в Клаудсдейлском приюте. Нам потребуется забрать её вещи, и уделить внимание другим пустяковым делам. – с улыбкой, она добавила. – Я полагаю, это можно было бы сделать и по почте, но мне всегда казалось, что личное присутствие помогает обеспечить гладкость. – Капитан коротко кивнул и вышел, чтобы заняться приготовлениями.

Когда Монинг Глори улыбнулась, Луна не смогла сдержаться и не повторить за ней. Назвался груздем, так ведь говорят. Раз принцесса уже решила стать кобылке учительницей, родителем быть не должно быть настолько уж сложнее… ведь так?