# Единая Эквестрия

Acco

Тысячу лет в Эквестрии царил мир. Но всему свойственно заканчиваться, и с возвращением Найтмер Мун королевство погружается в хаос войны и смерти. Только Элементы Гармонии способны спасти Эквестрию, но их Носительницы выбрали разные стороны...

Единая Эквестрия (англ. United Equestria) — королевство, воссоединенное после войны Солнечной Империи и Лунной Республики под предводительством двух принцесс. Идея противостояния сестёр-аликорнов не нова, но именно она подтолкнула меня к написанию этой истории. Впрочем, повествование также подкреплено некоторыми фан-теориями и собственными догадками.

В MLP один из самых важных элементов — это атмосфера дружбомагии. Я попыталась описать войну между пони (и не только пони), сохраняя дух сериала, но удалось это ли нет — решать не мне. Несмотря на альтернативное развитие событий, основные переломные моменты сериала своё отражение в истории найдут, хоть и искажённое.

История будет состоять из 4 частей (сезонов); для удобства выношу в название каждой главы и её собственный номер, и номер части, к которой она принадлежит, чтобы облегчить поиск, так как глав (читай — серий) планируется много.

Надеюсь, мой взгляд на борьбу Луны и Селестии, а также их последователей окажется интересным. Если вы найдёте ошибку/опечатку — сообщите, пожалуйста, буду очень благодарна)

https://ficbook.net/readfic/3746464

## 1х01 Ожидания — реальность

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 1: Ожидания — реальность

"Найтмер Мун — это древний миф. Властная пони, которая мечтала править Эквестрией. Была поражена силами гармонии и заточена на Луне. Легенда гласит, что в самый длинный день тысячного года своего заточения она освободится при помощи звёзд, и тогда в мире настанет вечная ночь".

Если в жизни Твайлайт и доверяла кому-то, так это принцессе Селестии и книгам. И хоть её вера подверглась тяжкому испытанию...

* * *

— Это большая честь для меня — представить вам нашу правительницу, ту самую пони, что дарит нам солнце и луну, добрую и мудрую вестницу гармонии... — торжественно начала мадам Мэр, — ...принцессу Селестию!

Из-за портьер появилась белоснежная аликорница, осветив зал своей лучезарной улыбкой, и жители Понивилля склонились перед ней. Правительница, защитница, светоч — Селестия была богиней, хоть и не соглашалась с этим. Твайлайт невольно залюбовалась величественной красотой наставницы.

— Спасибо вам, мои маленькие пони, — чуть ли не пропела принцесса, — вы проделали отличную работу, подготовив Понивилль к празднику. Примите же в качестве моей благодарности рассвет нового дня!

Пони бодро затопали в предвкушении волшебного зрелища; даже Твайлайт, не раз видевшая это чудо, застыла, не сводя глаз с аликорницы, возвращаясь мыслями на много лет назад, ещё в своё жеребячество, когда она впервые увидела принцессу, поднимающую солнце.

Её рог так и не вспыхнул золотым пламенем; Селестия нахмурила брови и плотно сомкнула губы в непонятном выражении. Твайлайт резко обернулась, чтобы тут же зажмуриться от невероятно громкого голоса.

— Эта ночь закончится лишь тогда, когда Мы сочтем это необходимым!

Спайк без сознания свалился со спины Твайлайт и едва был спасен от столкновения с полом пурпурным облаком магии. Мордочки пони исказили ужас и растерянность.

Двери ратуши распахнулись, и в их проеме вспышка молнии озарила чёрный силуэт ещё одной аликорницы. Её сине-фиолетовая грива, словно сотканная из ночного неба, ворвалась внутрь, погружая всё во мрак. Раздались крики.

— Чшшш, не бойтесь, подданные, — всё так же громоподобно произнесла тень и распахнула ядовито-зеленые глаза с узким драконьим зрачком, — Мы не причиним вам вреда. Давно же Мы не видели вас, любители Солнца...

Не было сомнений. Произошло то, во что никто не верил, то, о чём Твайлайт предупреждала. Она вернулась. Младшая сестра Селестии, когда-то принцесса Луна... Найтмер Мун. Старшая аликорница хранила молчание, не выдавая ни радости от встречи с сестрой, ни печали от столкновения с давним врагом.

— Ну же, кто скажет Наше имя? Или вы забыли о Нас? — обведя взглядом зал и не найдя желающих, вестница Вечной Ночи скривилась. — Церемония возвращения Нам Наших сил — контроля над луной. Разве не это событие вы собрались праздновать?

— Ежегодный праздник Летнего Солнцестояния, — осторожно подсказала Мэр, — день победы над зловещей Лунной Пони.

Чёрная аликорница свирепо посмотрела на принцессу солнца.

— Ты настроила их против Нас. "Лунная Пони"? Что за несуразица? Смелее, пони — разве это Наше имя? — она прошла вперёд, в центр холла; все расступались перед ней, боясь оказаться к пони из легенд и кошмаров ближе остальных. Твайлайт топнула, приковывая к себе всеобщее внимание.

— Павшая принцесса Луна. Найтмер Мун. Ты пришла, чтобы погрузить мир в Вечную Ночь.

Найтмер Мун улыбнулась, глядя на единорожку то ли с удивлением, то ли со снисходительным презрением.

— Глупо полагать, что за тысячу лет заточения на луне, которой Мы когда-то управляли и которая стала Нам темницей, Мы не изменили Наших взглядов. Но Мы понимаем, что ты сильно привязалась к Нашей сестре, и прощаем тебя...

— Сестре?! — грозную речь аликорницы прервала кудрявая розовая пони, устроившая в библиотеке погром в честь приезда Твайлайт ("Пинки... Пай?"), — воссоединение сестёр?! Это же повод для... — другая пони, Эпплджек, благоразумно заткнула готовую закричать от восторга подругу копытцем. Безмолвно пронаблюдав это неожиданное вмешательство, Луна продолжила:

— Отбирать у вас солнце было ошибкой, и Мы пришли к вам с миром. Однако сказанное вашей градоначальницей несколько убавило Наш дружеский пыл. Добрая и мудрая? Вестница Гармонии? Будь вам известна вся правда, вы бы изменили своё мнение о вашей "богине".

— Принцесса Селестия есть, была и будет! — прорычала радужногривая пегаска, кажется, Рэйнбоу Дэш — ответственная за погоду в Понивилле. Твайлайт поразилась, как столь несобранная и самолюбивая особа может быть столь инициативной и смелой перед лицом смертельной опасности. — Мы счастливы под её правлением, что ещё нужно? Хочешь занять её место? Ничего не выйдет!

Найтмер Мун расхохоталась, и за открытыми дверями завыл ветер.

— Вовсе нет. Напомним же вам: задолго до нас, задолго до аликорнов, Эквестрией правили вы сами. Совет шести пони, по двое представителей от каждой расы. Мы хотим вернуть вам то, что было отобрано нами — право самим распоряжаться своей судьбой.

— Они ещё не готовы, Луна, — наконец заговорила принцесса Селестия, оставаясь неподвижной, — это слишком рискованно.

В толпе послышались самые разные возгласы — от одобрительных до недовольных.

— Мы уже боялись, что ты потеряла дар речи, — ухмыльнулась Найтмер Мун, — что ж, в защиту этих пони Мы можем сказать одно — тысяча лет лет под твоим гнётом не могла пройти бесполезно. Мы уверены, что они способны на это.

— Гнётом?! — не смогла сдержать возмущения Твайлайт, её фиолетовые глаза сверкнули в полутьме. — Если бы не Элементы Гармонии...

— Спасибо, Твайлайт Спаркл, этого достаточно, — резко оборвала ученицу Селестия, подняв копыто, но её тон тут же смягчился. — Так нам не переубедить её.

— Мы не собираемся отступать, — ночная принцесса раскрыла вороные крылья, — Мы добьемся своего или погибнем.

— И что же Вы предлагаете нам, Ваше... Ночнейшество? — дрожащим голосом спросила белоснежная единорожка, владелица бутика "Карусель". Аликорница взмыла под самый потолок.

— Бороться за свою свободу. История не постоянна, но циклична; наша эра, эра правления аликорнов, подошла к своему завершению, и Мы здесь, чтобы помочь вам, пони Эквестрии, вновь взять ответственность и власть в свои копыта.

Рэрити. Да, так звали единорожку. Почему Твайлайт почувствовала, что это имя важно, тем более в такой момент? Она понравилась Спайку, но разве были какие-то более весомые причины выделять эту пони из массы остальных?

— Но кому тогда поднимать солнце и луну? — озадачилась Эпплджек, нервно поправляя шляпу.

— Мы с сестрой продолжим править солнцем и луной, ничем не отвлекаемые от нашего первостепенного долга. Всё остальное будет за вами. Что касаемо аристократии... Что ж, с ними вам тоже предстоит разобраться. Последуйте Нашему пути, и вас ждёт равенство, справедливость и свобода!

— В тебе говорит Тьма, Луна. Ты прямо сейчас разжигаешь... войну, — белой аликорнице с трудом далось произнести последнее слово. — На подобные изменения должны уйти годы, а то и века. Наш первостепенный долг — защищать народ пони, в том числе и от самих себя.

— Твоим иллюзиям на идеальное государство суждено остаться иллюзиями, если не попытаться претворить их в жизнь! — воскликнула Найтмер Мун, скаля блеснувшие в полумраке клыки и нависая над старшей сестрой, — Все боялись Ночи тогда, все боятся и сейчас, но чем темнее Ночь, тем светлее новый День! Позволь нашим подданным самим творить их судьбу!

Селестия поднялась в воздух, вровень с соправительницей, всем своим видом источая решительность.

— Я не нарушу своих клятв.

— Ты всегда была сентиментальна до тошноты, — Найтмер Мун фыркнула. — Все твои победы — это Наши победы, это Мы выполняли всю грязную работу, пока ты была королевой.

Королевой? Что?

— У меня были ошибки, о которых я жалею сейчас, — призналась Селестия, не отводя от сестры глаз. Та в ответ ехидно хихикнула.

— Что ж, пони, Мы ничего не требуем. Это не наш с сестрой выбор, только ваш. И если вы сами решитесь на это, — Найтмер обернулась ко всем невольным зрителям семейного воссоединения, — Мы всегда найдём вас. Думайте о Нас перед сном... если вообще сможете спать после этого рассвета.

Принцесса ночи растаяла сине-фиолетовым облаком и исчезла через окно, разбив его. Селестия остановила град осколков, а тем временем луна сама ушла за горизонт, освобождая путь солнцу. Найтмер Мун вернула контроль над своим светилом.

* * *

...Твайлайт продолжала верить. Принцесса Селестия не смогла или не захотела объяснить ей всё, на то было её королевское право. В конце концов, она простая единорожка — даже то, что Селестия уделила ей хотя бы пару минут наедине, было даром.

А теперь времени на разговоры не было.

Твайлайт не подозревала, что помимо всевозможных вспомогательных механизмов, машин, аппаратов и устройств в Эквестрии существовало такое количество оружия. По крайней мере это было странно для королевства, в котором тысячу лет царил мир. Поначалу оно выглядело глупо в копытцах пони: пушки, бомбы, мины, луки и стрелы, мечи и копья; даже смертельные заклинания... Но на войне нашлось применение всему.

Это началось на Гранд Галлопинг Гала, когда ровно в полночь фейерверки вспыхнули не над Кантерлотом, а прямо во дворце, унеся жизни дюжины пони и сделав калеками ещё десятерых. Самый лучший вечер стал для кого-то последним. Найтмер Мун всего за два месяца нашла сторонников и организовала нападение, и, что более отвратительно, сама явилась посмотреть на плоды своих стараний. Шокированная чудовищным поступком сестры и её последователей, раненая, не убитая взрывом только благодаря её бессмертию, принцесса Селестия была попросту бессильна перед противницей в тот миг. Но зато остальные пони нашли, чем ответить.

"Солнечная Империя". Так они назвали Эквестрию, бросая Найтмер Мун вызов. Селестия не приняла это название, как и титул императрицы, и Твайлайт была согласна с ней. Что-то было не так с этим "имперцы", "имперский город", "имперская гвардия"... Слишком воинственно и слишком непривычно звучало всё это.

Но нынешняя Эквестрия на самом деле сильно отличалась от прежней. В сердцах пони появилась (или проснулась?) жестокость. Гражданских пони ожесточал страх, военных — всё увиденное и сотворённое на фронте. Солдаты, отправленные в столицу из-за ранений, были молчаливы и очень вспыльчивы, стоило ненароком их задеть, порой — даже агрессивны. Словно они почти перестали различать врагов и друзей... Конечно, это случалось лишь с некоторыми, но и их хватало, чтобы мирные пони перестали доверять и верить в импер... в армию Селестии.

Раньше не замечавшая чужих улыбок Твайлайт скучала по тем славным временам, когда пони не ходили с угрюмыми мордочками, когда улицы не были пусты, когда вместо злых перепалок слышался смех жеребят... В Эквестрии царили уныние, разрушение и смерть. Если руководимые Найтмер Мун повстанцы во всех противников их взглядов видели врагов и дышали мечтой победить, то пони Селестии просто хотели спокойной жизни и находили убийство самым ужасным деянием. Зачем верить, когда одни пони вдруг возненавидели других, зачем улыбаться, если где-то там за какую-то идею убивали, убивают и будут убивать? Разве победа принесёт радость, если на копытах чужая кровь, а на душе — несметное количество грехов? Твайлайт не знала ответа, но... сдаться? Предаться горю, запереться в комнате и плакать? Иногда ей хотелось только этого, но она понимала, что это не принесёт пользы. Только действуя можно что-то изменить.

Год минул с возвращения принцессы Луны. Несмотря на происходящее, Селестия всеми силами поднимала дух своих подданных и собиралась устроить праздник Летнего Солнцестояния в Мэйнхэттене, но последние события вынудили принцессу объявить траур. Республиканцы — так называли себя приспешники Найтмер Мун — атаковали Погодную Фабрику, в результате чего два её корпуса вышли из строя и почти весь облачный город был уничтожен разбушевавшейся погодой.

Год с того дня, когда Эквестрия лишилась покоя...

"Ты так и не завела друзей, Твай", заметил однажды Спайк.

Твайлайт тряхнула головой. Опять это наваждение... В память болезненно врезались имена тех пони, с которыми она успела познакомиться тогда, в Понивилле — Пинки Пай, Эпплджек, Рэйнбоу Дэш, Рэрити, Флаттершай. Где они сейчас, что с ними? На чьей они стороне? Спаркл однажды просила брата узнать, нет ли в списках пленных или среди воинов Империи этих пони, но Шайнинг Армор лишь нашёл упоминание о некой новой пегаске в отряде Вондерболтов, более подробная информация была засекречена. По слухам, у неё радужная грива, но кто мог быть уверен, что это та самая Рэйнбоу? И что она до сих пор жива?

Почему же было важно это знать? Тысячи умерли и тысячи умрут, а её беспокоили пятеро пони, которых она видела раз в жизни... Нельзя отвлекаться. Ей нужно было искать Элементы Гармонии — особое задание, порученное Селестией. Исследования старинных записей и воспоминаний принцессы привели к старому дворцу в глубине Вечнодикого леса, и всё было бы прекрасно, если бы этот замок не являлся штабом повстанцев и главным пристанищем Найтмер Мун.

Селестия предлагала послать туда спецотряд, но Твайлайт попросила предоставить это дело только ей самой. Принцесса всё-таки не удержалась, отправляя разведчиков, которые в течение нескольких месяцев тщательно изучали окрестности замка, и Твайлайт признавала огромную пользу этих вылазок — благодаря сведениям, добытым в них, план был проработан единорожкой до мельчайших подробностей, а вероятности каких-либо чрезвычайных ситуаций были просчитаны. И всё же... попытаться пройти через Вечнодикий лес, полный опасностей, проникнуть в охраняемый самой Найтмер Мун и её стражниками замок незамеченной и забрать Элементы... звучало если не безумно, то наивно.

Однако Твайлайт не за красивые глаза считалась лучшей в школе. На её стороне была магия и способность учиться всему очень быстро. Селестия хоть и не одобрила идею, но дала согласие, а родные...

— Милая, ты уже несколько часов не отрываешься от чтения, — в комнату вошла светло-серебристая единорожка с бело-сиреневой гривой, и Спаркл с поспешностью скрыла среди бумаг последние отчёты королевской стражи, скрытно заимствованные у брата.

— Ма-а-ам, ты же знаешь, как это важно... — серьёзно ответила она, глядя в глаза матери и запихивая кипу листов в какую-то папку. Твайлайт Вельвет обняла дочь.

— Ты не сможешь продолжить поиски этих... Элементов, не опробовав мой вишневый пирог. Ты не гостила у нас несколько месяцев, — она горько вздохнула.

За это время Твай успела усовершенствовать как минимум с десяток целебных и защитных заклинаний и даже создать своё собственное. В лаборатории успехи были не менее впечатляющими для юной исследовательницы, но, выходя оттуда по окончании опытов, она несколько часов привыкала к солнечному свету и открытому пространству.

— Ооох, мама, — Твайлайт-младшая виновато опустила ушки и обняла мать в ответ, — прости. Наверное, я действительно слишком увлеклась. С документами и книгами на сегодня всё.

— Так-то лучше, — старшая единорожка отступила назад и улыбнулась. — Ты же знаешь, я в готовке не мастерица, однако на этот раз пирог получился изумительный.

— Я уже сгораю от нетерпения, — с жеребячьим восторгом рассмеялась Спаркл, но на душе у неё было мрачно. В конце концов, это может оказаться её последним вечером в кругу семьи.

* * *

— Её Величество просит ученицу Твайлайт Спаркл немедленно прибыть во дворец, — ответил крылатый страж королевской гвардии озадаченному поздним визитом Найт Лайту.

— На ночь глядя? Что могло такого случиться, о чем не доложили бы и мне, Садден Винд? — спросил Шайнинг Армор через плечо отца. Серый пегас пожал плечами.

— Не знаю, капитан. Мне было велено передать только это и ничего больше.

— Нельзя заставлять принцессу ждать... Спасибо вам, — Твайлайт обняла родителей, улыбаясь как можно более правдоподобно, — долг зовёт, — сказала она, взглянув на брата. Шайнинг покачал головой.

— Мне передать Спайку, или..?

— Принцесса специально прислала гонца, чтобы не тревожить его письмами, — отмахнулась единорожка, — после вчерашнего ему нужен отдых.

За год дракончик заметно подрос, что непременно стало для него поводом искать приключения опаснее уборки в библиотеке. Пожар в Школе одарённых единорогов, источником которого стала неконтролируемая магия проходившего вступительный тест жеребенка (Твайлайт поразилась параллелям с её собственной судьбой), был кошмарен, но безвреден для огнестойкого дракона, который и рванул внутрь за оказавшимися в ловушке учениками. Спайку удалось вывести их всех целыми и невредимыми, но его самого сильно ударило рухнувшей статуей Селестии. Он обошёлся сломанным ребром.

Твайлайт не хотела покидать его в подобном состоянии, но лучше уж сейчас. Будучи здоровым, Спайк ни за что не остался бы дома, а подвергать своего помощника номер один такому риску Спаркл не хотела.

— Удачи, — сказал Найт Лайт, ткнув носом в макушку дочери, — возвращайся поскорее.

"О, как мне жаль"...

* * *

Операция пошла не по плану буквально с первых секунд.

Чтобы для родителей, брата и Спайка её долгое отсутствие не было подозрительным, Твайлайт должна была телепортироваться из покоев Селестии. Кроме семьи об единорожке некому было переживать, а уж мать, отец и Шайнинг Армор, который впервые за последние полгода дошёл-таки до дома и сейчас пребывал в отпуске, не сразу поняли бы, что за её исчезновением вовсе не очередные исследования во дворце или библиотеке. Разве что Спайк мог покопаться в её бумагах и сложить два и два, но за это время она уже могла бы и вернуться... Чисто теоретически. Так что план, ну, начало плана было неплохим.

Однако телепортировалась Твайлайт почему-то не на окраину Понивилля, а прямиком в городскую библиотеку; единорожке огромной силой воли далось не запаниковать в тот же миг. Благо, библиотеки всегда оказывали на неё умиротворяющее действие.

Драгоценные фолианты и свитки упаковались в пыль, лампочка перегорела, да и вообще помещение выглядело заброшенным. Твайлайт зажгла рог и решила осмотреться на предмет чего-нибудь полезного. Кто-то убрался после праздника, но каких-либо следов жизнедеятельности не наблюдалось. "У них что, так и нет библиотекаря?.."

Единорожка выглянула из окна. Понивилль мирно спал, озаряемый лунным светом. Как можно тише закрыв за собой дверь, Спаркл пешим ходом направилась к Вечнодикому лесу, рассудив, что ещё одно заклинание телепортации отнимет больше сил, чем прогулка. А Понивилль не был таким, каким она его запомнила... Дорожки скрылись за слоями оранжево-желтой хрустящей листвы, ветер шелестел военными брошюрами, не нашедшими своих читателей и брошенными на траву догнивать свой век; и за клумбами уже давно никто не ухаживал. Некоторые двери и окна были заколочены, у всех были закрыты ставни, даже в магазинах, кроме "Сахарного Уголка". С его витрин на неё смотрели самые аппетитные кексы на свете, но Твайлайт вовремя напомнила себе, что полчаса назад наелась вишнёвого пирога. Да и всё равно кондитерская не работала в такую рань... В крыше мэрии Спаркл с трепетом узрела огромную дыру.

Именно в Понивилле произошло первое столкновение. На следующий день после Кантерлотского бала здесь вспыхнули беспорядки: часть горожан, вооруженных чем попало — палками, вилами, граблями, — окружила ратушу и хотели сместить с поста мадам Мэр, по их словам "лояльную Угнетательнице". Когда двери ратуши закрылись перед ними, они решили поджечь всё здание; на подмогу пришлось отправить стражников из Кантерлота. Нарушителей порядка поймали, а затем началась война, и гарнизон остался в Понивилле. Военные здесь в основном занимались транспортировкой изделий на фронт, поскольку Найтмер Мун больше и не пыталась захватить этот городок. Близкое расположение к Вечнодикому лесу, вид на Кантерлот — но павшая принцесса направляла свои силы больше на юг, подальше от столицы.

Справляясь с вынужденным бездельем, гвардейцы особо усердно патрулировали ночные улицы Понивилля, а Твайлайт не хотелось быть увиденной — можно наткнуться на кого-нибудь знакомого... или незнакомого, и единорог даже не знала, что хуже. Из угла в угол, из тени в тень, она всё-таки добралась до окраин и хотела уже было свернуть к лесу, но вдруг в небе над деревьями показалось несколько крылатых точек. Твайлайт нацепила на себя заклинание невидимости, надеясь, что бэтпони пролетят мимо и не придется держать заклинание долго — на это ушло бы много сил, которые ещё нужны были ей впереди.

Бэтпони, самые верные воины Найтмер Мун и самые загадочные — никто не знает, откуда они взялись, и никто не хотел узнавать. Если днём они и шага не могли шагнуть без специальных очков, то ночью они становились непобедимы и смертоносны. К счастью, они не собирались лететь в город, а упорхнули куда-то на юго-восток.

Там, судя по карте, были руины — её цель.

* * *

Вечнодикий, или как его ещё называют, Вечносвободный ("У Найтмер Мун есть чувство юмора, однако") лес — место, которое пугает не только малышей, но и взрослых пони. Особенно весело было слушать, как о нём отзывались придворные кобылы и джентлкольты на одном из приёмов принцессы: "Ах, говорят, там живёт огромный древний дракон, который питается только пони", "Василиски и мантикоры — это ещё цветочки", "Оттуда ещё никто не возвращался"... С таким серьёзным видом, будто сами верят, что это правда. В какой-то степени Твайлайт разделяла желание республиканцев спихнуть этих глупых напыщенных аристократов с их теплого местечка. Не такие пони должны окружать Селестию, нет.

Ничего и никого из детских страшилок единорожка ещё не повстречала. Она не сомневалась, что здесь бродят республиканцы, но пока что ей везло. Немного привыкнув, Твайлайт рассудила, что в лесу не так уж и жутко, некоторые полянки и вовсе очень красивы. Ярко-голубые цветы, устилавшие ковром землю, своей колоритностью привносили в мрачность лесной растительности хоть что-то веселое.

Всё было прекрасно, то есть соответствовало плану. Однако Твайлайт не покидал страх, что её миссия закончится полным провалом.

Высунувшиеся из болотной жижи головы решили этому посодействовать. "Да что б у меня рог отвалился, это что, гидра?!"

Дальняя родственница драконов извергла из всех своих пастей ядовитый газ, но Твайлайт вовремя опустила на себя защитный купол. Однако гидра посчитала единорожку достойной внимания жертвой, поэтому начала выбираться из воды целиком.

— И как она уместилась в таком маленьком болотце? — буркнула Спаркл под нос, рванув прочь от здоровенной покрытой золотой чешуёй рептилии с четырьмя головами и двумя лапами. Быстро передвигаться такое существо не могло, но исполинский размер компенсировал его медлительность. Одна из голов щелкнула зубами прямо у Твайлайт за спиной.

...и, конечно же, на их пути должен был оказаться обрыв. Едва успев затормозить, маг развернулась, готовая принять бой, и в какой-то момент заметила сходство с приключениями Дэринг Ду в одной из ранних книг. "Что бы делала такая смелая пони, как Дэринг Ду?"

Гидра тоже остановилась и зависла над добычей, раззевая свои пасти.

— С чего бы мне бояться тебя, если я не боюсь Найтмер Мун? — громко спросила дрожащая Твайлайт, мысленно подготавливаясь к телепортации. Преследовательница изумленно посмотрела на единорожку, неподвижно зависнув на пару мгновений; этого вполне хватило для перемещения.

Твайлайт помахала гидре на прощание с другой стороны ущелья и облегчённо вздохнула. Если бы от всех можно было так убежать...

* * *

Патруль прошёл в каком-то хвосте от лазутчицы; за тихим, будоражащим кровь гулом незримой магической стены, вызванным прохождением сквозь неё стражниками, никто и не понял, что в купол кто-то проник. Заклинание невидимости работало идеально (к счастью, волшебный купол не блокировал магию), требовалось только быть быстрой, тихой и ни в кого не врезаться. Старый королевский замок, то есть его руины, были полны пони, а по всему периметру стояла стража, к тому же часто проходили патрульные — и все были бэтпони, острые на слух. Твайлайт быстро забежала в закрывающиеся двери замка. С этого момента ей предстояло принимать решения на ходу — пегасам-разведчикам Селестии не удалось проникнуть внутрь, и на копытах у единорожки были только старые чертежи замка.

Первый же зал оказался временным пристанищем для новоприбывших пони, избравших путь Найтмер Мун. Видимо, их ещё никуда не распределили, и они ждали своей вербовки. Большинство спало прямо на каменном полу, положив под голову вещи, хотя справа Твайлайт увидела ряд палаток. "Для детей", поняла она, когда в одну из них провели целую группу молчаливых, едва плетущихся друг за другом жеребят. "Все остальные уже спят, почему же?.."

— Такие малыши, а уже видели то, от чего содрогаются взрослые, — вздохнула стражница-бэтпони с необычной для её расы белой шерсткой и янтарными глазами.

— Сироты? — шёпотом спросил её напарник, абсолютно чёрный бэтпони, кивнув на палатку, в которой исчезли малыши.

— Да. В Эпплузе без родителей маленьким пони делать нечего. Здесь они хотя бы вместе переживают горе. Среди них есть и имперские, но... Я не могла их оставить в том Тартаре, Голден Эйдж. Я не отнимала детей у родителей, я взяла только тех, у кого не осталось семьи.

Бэтпони цокнул и отвёл взгляд.

— Голден Лайн, если они вычудят что-нибудь — вина будет на тебе.

— Я знаю, брат. Но мы не убийцы, а освободители. Разве подобный жест не будет оценён как проявление самых лучших побуждений?

— Что ж, согласен. Тебе нужно поспать, выглядишь ты с дороги... Неважно.

— Сейчас, ночью? — Голден Лайн подняла бровь. — Нет уж. А... Эмеральд Хэйз? Ей-то присуще спать при луне.

— Если бы. На крыше сегодня Фрозен Стоун дежурит, вот она его и развлекает.

— Стоун там? — у стражницы не получилось скрыть румянец, выступивший на щеках. — Я... Я полетела, увидимся!

И белая бэтпони умчалась на всех парах, чуть не врезавшись в наблюдавшую за разговором Твайлайт. Единорожку тронуло милосердие Голден Лайн. "По всей Эквестрии развешаны плакаты, порочащие бэтпони как расу... Мне нужно будет поговорить об этом с принцессой".

Попасть в тронный зал оказалось несложно — он как-то и не охранялся совсем, даже двери были распахнуты. "Ни в одной книге не найти ловушки более очевидной", подумала Твайлайт, но отступать нельзя. Позади — Эквестрия.

Два трона для двух принцесс... Но только над одним висел гобелен. Он изображал принцессу Луну, её реальную, а не в облике Найтмер Мун. Чёрная аликорница сидела под ним, предаваясь глубоким думам, и бирюзовое свечение медленно кружило рядом с ней пять каменных шаров. Элементы Гармонии.

— Прости меня, сестра, — прошептала принцесса, глядя в никуда. Её глаза больше не напоминали змеиные, они были как у пони! Настоящие глаза Луны! — Я... не могу... Если бы... Нет, я не хочу, нет! Она... Сильнее...

— Ваша Лучезарность, мы обнаружили... — с ходу докладывал влетавший в зал стражник и тут же замолк. — У Вас посетитель?

Твайлайт ошарашенно осмотрела себя. Заклинание рассеялось! Всё пропало! Аликорница поднялась; её глаза вновь приобрели неестественную форму, в которых разоблаченная единорожка узнала Найтмер Мун. Та прищурилась, изучая взглядом Спаркл, и вдруг расхохоталась. Твайлайт, не давая ещё одному приступу паники завладеть сознанием, воспользовалась этой заминкой и попыталась телепортироваться, но её рог даже не зажегся. Подождите-ка, рог...

— Ну и рассмешила ты Нас, маленькая пони. Лайт Фрайт, подай-ка Нам её набор начинающего шпиона; Мы крайне заинтригованы.

Твайлайт не в силах была сопротивляться: она с ужасом ощупывала свой рог, утративший твердость и бесполезным отростком свисавший с её лба.

## 1х02 Переосмысление

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 2: Переосмысление

— Так-так, Элементы Гармонии, значит, ищем? — риторически поинтересовалась Найтмер Мун, приняв у бэт-стражника седельную сумку неудачливой расхитительницы руин. — Пусть даже твою кьютимарку скрывает нелепый костюм шпионки, мы помним тебя, Твайлайт Спаркл. Жаль, что такой потенциал пропадает... Сестра даже не подготовила тебя толком. Неудивительно, что её недолюбливают ученики.

— У принцессы... есть другие ученики?

Принцесса Селестия иногда давала уроки в Школе для одаренных единорогов, однако Твайлайт никогда не слышала и даже не задумывалась, что кроме неё у Селестии были другие ученики. Конечно же, они должны были быть, с чего эта новость такая... задевающая? Тем более сейчас?

— Разумеется. А уж ты расчитывала на свою уникальность? Внимание правительницы — великий дар, но тратить его на одну пони? Даже тебе покажется это странным, верно?

— В-верно, — кивнула Спаркл, чуть ли не плача от разом навалившихся эмоций. Если у принцессы несколько учеников, велик шанс, что после такого провала Селестия и видеть её не захочет... Если она ещё сможет выбраться из плена, конечно же. А вдруг принцесса не только разочаруется, но и разгневается? Отправит её в темницу? Прямиком из плена в тюрьму. И Эквестрию спасёт кто-то другой; кто-то, кто не предсказывал возвращения Найтмер Мун и не видел, как всё началось... А что, если Эквестрия не будет спасена вообще, и война будет вечной?..

— Надо же, в какое отчаяние тебя это погрузило, — аликорн бросила бумаги и подошла к единорожке. — Давай же убедимся, что ты печалишься не зря.

Пять шаров, пять закованных в камень Элементов попросту растворились во вспышке. Всё было кончено.

— Судя по твоим заметкам, ты долго работала над планом. И Мы должны признать, что проникнуть сюда было трудной задачей, с коей ты всё же справилась. Так что Нашей сестре хотя бы за это стоило наградить тебя... Посмертно.

Твайлайт застыла под взглядом Найтмер Мун, не в силах ничего сказать; по спине прошла дрожь. Твайлайт не боялась умереть, когда была дома, под всезащищающим крылом Селестии, но теперь страх сковал её ледяными тисками. "Освободительница" перенесла к себе посох с серповидным лезвием и задержала его в воздухе своей магией, ожидая последних слов пленницы. Смерть с косой, для неё лично и для всего рода пони...

— Ваша Лучезарность!

В зал вбежала жёлтая единорожка с красно-золотой гривой; её кьютимарку скрывал чёрный плащ членов Совета. О Совете Шести, восстановленном Найтмер Мун, Империя узнала от освобождённых пленных Эпплузы.

— В чём дело, Сансет Шиммер? — аликорница с разочарованием опустила косу.

— В подземелье не прекращается конфетопад, я испробовала все доступные мне заклинания и...

— Конфетопад? — яростно загрохотала Найтмер Мун. — Ты шутишь? Почему никто не доложил Нам?!

— Я послала Лайт Фрайта оповестить Вас, — оправдывалась Сансет, — я думала, что Вы просто не желаете тратить время на...

— Почему ты молчал? — Найтмер Мун, обращая свой гнев на незадачливого бэтпони, зашипела совсем как змея. Или дракон. Или гидра?.. — Ты считаешь это пустяком?

Лайт Фрайт нервно сглотнул.

— Ваша Лучезарность, я хотел, но эта лазутчица...

— Ты привела компанию? — тут же аликорница переключилась вновь на Твайлайт. — Хотя нет, в твоём плане фигурируешь только ты. Экое самопожертвование... Ведите Нас. Заодно разместим нашу гостью в темнице. Считай это твоим вторым рождением, Твайлайт Спаркл.

Единорожка ощутила, как онемение мурашками сошло на нет, и стук сердца начал замедляться.

* * *

Падающие с потолка конфеты в мрачном сыром подземелье. Ну кому такая бредовая идея могла прийти в голову? Конфеты с забавным стуком ударялись о статуи единорогов, двумя рядами выстроившиеся вдоль стен коридора. При одном виде сего безобразия Найтмер Мун злобно оскалилась. Твайлайт не поняла её реакции — конечно, сотворение дождя из конфет было лишено логики и здравого смысла, но Луна словно увидела перед собой Селестию. "У неё аллергия на сладкое?.."

Найтмер Мун окутала потолок бирюзовым свечением магии и попыталась остановить это недоразумение, но дождь будто стал только сильнее. Магия, не подвластная аликорну. Второй (или даже третий) когнитивный диссонанс за какие-то пятнадцать минут. Крах всех представлений об устройстве мира. Спаркл была готова взорваться, но за неё это сделала Найтмер.

— ОБЫСКАТЬ ЗАМОК! НЕМЕДЛЕННО!!!

В тот же миг Сансет Шиммер и Лайт Фрайт испарились с её глаз. Аликорница была готова рвать и метать, но в подземелье было нечего швырять в стену. Кроме Твайлайт.

— Ваша Лучезарность, у меня есть идея, — быстро проговорила она, прежде чем стать "крайней", — если это не исковерканная погодная магия, а перемещение огромного количества сладостей... Принцесса Селестия говорила, что я делаю поразительные успехи в телепортации...

— Ты смеешь сравнивать себя с Нами?

— Вовсе нет, Вы управляете Луной и, по Вашему желанию, погодой, и обладаете множеством других, второстепенных способностей... а я всего лишь ученица Вашей сестры, но я действительно много знаю о телепортации. Это мой конёк.

Немного остывшая Найтмер Мун заинтересованно хмыкнула.

— Что ж, возможно. Однако ты не учла одного — твой рог зачарован магией, над которой у Нас нет контроля. Да и если бы Мы могли расколдовать его, Мы бы не захотели — он забавный.

Твайлайт раздосадованно топнула. Мало того, что великой Найтмер Мун не под силу справиться с волшебством неизвестного шутника, так ещё она и не может избавить единорожку от такого унижения, как этот глупый, обвисший рог... Вся миссия — идеальный материал для юмористического рассказа. "Ох, мама..."

— Наивная, думаешь, с прежней силой удалось бы сбежать? Никто и ничто не телепортируется из замка, потому что Мы наложили возвращающие чары. А теперь отправляйся в камеру и подумай о Республике ещё раз. Мы надеемся, ты осознаешь всю ошибочность твоих взглядов, — аликорн левитировала рог закованного в броню каменного пони и повернула его. Кусок стены за статуей задрожал и сдвинулся.

— А вот и ещё одна с Ядовитой Шуткой, — ухмыльнулся шуршащий оберткой леденца лимонно-желтый единорог в легком доспехе воина Магического корпуса, когда стена вернулась на место и самозапечаталась заклинанием Луны. Здесь было отвратительно душно, грязно и темно — спасибо магу, что он хоть как-то освещал помещение своим рогом. Твайлайт развернулась к сокамерникам, и её внимание тут же привлекли салатовая единорожка и бежевая земная пони... сросшиеся вместе?!

— Привет, Твайлайт, — поднялась на свои передние копыта единорожка с заспанными глазами, — давно не виделись.

Кьютимарки смешались там, где соединялись тела двух пони, но Спаркл смогла различить лиру и три конфеты. Твайлайт поперхнулась воздухом:

— Л-лира Хартстрингс?!.. Как... Как это случилось?!

— Синий цветок в Вечносвободном лесу, — ответила другая половина Лиры, земнопони с сине-розовой гривой, — Ядовитая Шутка не щадит никого, кто попадает в её заросли.

Две пони окинули друг друга взглядом, и Лира, хмыкнув, отвернулась.

— Лира и Бон-Бон были друзьями не разлей вода, вот их и соединило в одно целое, — прояснил единорог, — только с запозданием. Они ни разу не говорили с тех пор, как оказались здесь, наша музыкант и слышать ничего не желает.

— Я всего-то защищала нас, — проворчала земнопони, — пару лет назад принцесса Селестия дала мне задание заключить соглашение с северными медвежуками, но кто же знал, что они настроены на агрессивные переговоры? С тех пор они ищут меня. Нужно было залечь на дно, я взяла другое имя и поселилась в Понивилле, где мы и познакомились. Но как я могла рассказать о своей деятельности, даже самой близкой подруге? Когда я решила, что с прошлым покончено, Эквестрии снова нужна была моя помощь, и какие-то три дня моего отсутствия сломали нашу дружбу...

Сочувствие в Твайлайт перемежалось с любопытством. Она догадалась, что говорит с представительницей самого таинственного отдела Королевской Службы Безопасности, пони которого и предоставляли ей необходимую информацию о Вечнодиком лесе и Королевском замке.

— Погоди... Агент "Затмения"? — единорожка печально улыбнулась, — мне пришлось однажды работать с твоими коллегами...

Пони "Затмения" являлись лучшими из лучших, им Селестия доверяла самую важную и секретную работу. Даже Шайнинг Армор мечтал попасть в этот отдел, но в решающий момент его избрали капитаном стражи.

— Да? Ну, в таком случае мы уже друзья, — похоже, эта пони рассмеялась впервые за долгое время, судя по тому, как встрепенулась всё ещё демонстративно отворачивающаяся от подруги Лира, — агент Свити Дропс, в миру известна как Бон-Бон — может, слышала обо мне?

Имя казалось Спаркл знакомым. Может быть, брат что-то упоминал в своих рассказах?..

— Не ты ли освободила заложников в Эпплузе?

— Ага, — Бон-Бон гордо приосанилась, однако всю картинку испортила конфета, невовремя застрявшая в грязной спутанной гриве. Под тихий смешок единорога земнопони освободила сладость и кинула её в веселящегося жеребца, с точностью стрелка угодив в его рог. — Ни один не пострадал при побеге. Зато республиканцам я задала жару... А потом Лира задала жару мне самой, — янтарноглазая единорожка фыркнула в ответ, — и в лес убежала, глупенький ты жеребёнок... Но я всегда, всегда буду твоим другом, Лира, я ведь побежала следом, — обращалась Свити Дропс конкретно к своей второй половине, — надеюсь, ты меня простишь, когда-нибудь.

Хартстрингс было трудно удерживать сердитое выражение на мордочке, но она всё же промолчала. Невольно ставшая инициатором столь трогательного откровения, Твайлайт положила копытце на плечо одноклассницы.

— Лира, тебе стоит прислушаться, — тихо, но убедительно заговорила она, — кому, как не мне, понятно, что сейчас чувствует Бон-Бон. Я сама обманула семью, чтобы попасть сюда, потому что так было необходимо. От этого они не перестали быть для меня самыми близкими. Мне очень стыдно, но я верю, что они поймут меня, как Свити верит, что её поймешь ты. На то и нужна истинная дружба, нет?

Что-то дрогнуло в Лире. Она поймала взгляд Твайлайт и ухватилась за него, с полминуты отыскивая в нём ответы на терзавшие её вопросы.

— Конечно же, ты права, — слабо улыбнулась она спустя после задумчивого молчания, не обиженно, а виновато посмотрев на Бон-Бон, — я зациклилась на том, что она врала мне, и не придала значения причине её лжи. Прости меня, Бон-Бон, я поступила как эгоистка, не подумала, каково тебе, а мы ведь лучшие друзья! И всё, что с нами было, было по-настоящему, правда?

— Ну конечно! — земная пони и единорожка счастливо рассмеялись и обнялись в знак окончательного мира. Из тёмного угла выскочила белоснежная желтогривая пегаска в изодранной форме Вондерболтов, на которую Спаркл не успела обратить внимания, и с радостными восклицаниями схватила подруг в охапку.

— Удивительно, им стоило всего-то несколько слов сказать, — подал голос ещё один пегас, пони темно-серого окраса с голубой лохматой гривой и хвостом и тремя белыми звёздами на бедре. Он лежал на смятой форме работника Погодной Фабрики.

— Если бы все разногласия разрешались так же, — вздохнула Твайлайт. Высвободившаяся из хватки Вондерболта Свити Дропс, часто дыша, спросила:

— А как ты... попала сюда, Твайлайт...?

— ...Спаркл, — закончила за неё фиолетовая единорожка. — Я проникла в замок за Элементами Гармонии, но я не знала об Ядовитой Шутке...

— Элементы Гармонии? — единорог с фиолетово-синей гривой, до того умилявшийся над сценой воссоединения, заинтересованно склонил голову набок. — А что это такое?

"Милостивая Селестия, вот почему стоило учиться". Испытывая лёгкое чувство стыда за своих товарищей по несчастью, волшебница попыталась дать как можно более краткое и простое объяснение:

— Давным-давно принцессы открыли Элементы Гармонии, шесть древних артефактов, олицетворяющих Честность, Щедрость, Доброту, Смех, Верность и... ещё что-то одно, в книге это не было указано. Их объединенная сила возвращает Гармонию в Эквестрию. С их помощью Селестия изгнала Найтмер Мун на луну. Но они были утеряны вскоре после этого, а без них нам никак не одолеть тьму, что живёт в принцессе. И я... — Твайлайт запнулась, возвращаясь мыслями к своему фиаско, — ...провалила задание и ко всему прочему раскрыла план. Найтмер Мун могла переместить Элементы куда угодно. Я подвела всех.

Это была не просто неудача. Это был провал. Ей раньше никогда не приходилось проваливать задания, но на сей раз её знаний оказалось недостаточно. "Брат наверняка бы справился"...

— Не может быть, чтобы всё было потеряно, — поддержал новую знакомую темно-серый пегас, — Ах да, я Твайлайт Скай, — представился он, протягивая копыто.

— Спасибо. Почти тёзка, — Спаркл натянула улыбку и, с непривычки, с заметной неловкостью обменялась с ним копытопожатием, а затем посмотрела на светло-желтого жеребца с блекло-синей гривой. — А ты...

— Комет Тэйл, — его кьютимарка, синяя звезда со световым следом, блеснула в полутьме, не прикрытая доспехом.

— Сюрприз, — прощебетала златогривая пегаска, — видела тебя пару раз при дворе, Твайлайт Спаркл. Добро пожаловать в клуб ненавистников Ядовитой Шутки!

Единорожка непонимающе качнула головой. У летуньи не было никаких отклонений от нормы — крылья на месте, копытца на месте...

— Я не вижу у тебя никаких странностей...

— А их и не должно быть видно. Странности происходят неожиданно, всякий раз — новые. Меня поймали из-за того, что мои крылья ни с того ни с сего перевернулись и понесли меня назад. А недавно я чихнула конфетти — безумие, правда?

"Нет. Хватит. Этого просто не может быть".

— Именно! Это безумие! — наконец Твайлайт дала волю своему возмущению, тщательно скрываемому в течение всего разговора. — Мало того, что эта "магия" оказывает на каждого разный эффект, так ещё и не известно, когда это случается! Магия работает иначе, она точна и предсказуема, в ней свои правила и законы! Волшебные цветы — это сказки! Проклятья — это выдумки!

— Вечносвободный лес свободен от всяких законов, в том числе от законов магии, — успокаивающим тоном произнесла Лира, — о чём можно говорить, если там погода сама по себе?

Спаркл раздраженно дернула хвостом:

— Если даже Найтмер Мун не может снять это... кхм... "проклятье", так уж и быть... Как же тогда избавиться от него?

— В лесу есть ведьма, — ответила Бон-Бон, — если она живет там, значит, знает рецепт лекарства... Ну или она очень осторожна. Или живет с действием яда. Как бы там ни было, нам всё равно никогда не выбраться отсюда.

Такой вариант не устраивал волшебницу.

— Нет. Мы обязательно выберемся. Я обязательно придумаю, как вытащить нас всех.

— Утро вечера мудренее, — зевнул Комет Тэйл, гася рог, — нужно как следует отдохнуть до рассвета. Я в первый день прямо на работе заснул...

На работе?..

* * *

У Найтмер Мун использовался каждый ресурс, в том числе пленники и их труд. Через несколько часов стена пошатнулась и открыла проход наружу; как оказалось, каждая вторая статуя в коридоре скрывала за собой потайную ловушку-камеру. Заключённых построили в две шеренги — мраморные изваяния пони в неярком голубом сиянии факелов казались живыми и здорово вливались в общий ряд — и начали распределять на команды по способностям под личным руководством самой Найтмер Мун, которая стойко держалась в попытке не обращать внимания на конфетный дождь.

Сюрприз и Лира со Свити Дропс были определены на реконструкцию разрушенных частей замка, Твайлайт Скай — в местный госпиталь, и Комет Тэйл сразу отошел в группу на починку доспехов и оружия. Спаркл на пару мгновений захотелось лягнуть так называемую "Освободительницу" — как можно было заставлять работать соединённых телами пони? "В ней совсем нет жалости!", думала Твайлайт, но сдерживала эмоции, ведь Найтмер Мун оставалась принцессой. Сохранять спокойствие стало в разы труднее, когда аликорн огласила свой приговор и для новой пленницы: библиотека.

Полный разбросанных книг и обрушившихся полок читальный зал нуждался в уборке именно тогда, когда у Твайлайт не было возможности колдовать. Библиотека была воистину королевской — как по размерам, так и по остаткам богатого убранства (чего только стоили не утратившие яркости шедевральные пейзажи безымянных художников в золотых и серебряных рамах). А книги, книги... С обложками из красного дерева, с инкрустрациями кристаллов, или с самыми простыми и на первый взгляд ничем не примечтельными обложками, они наверняка таили в себе знания, о которых Твайлайт и мечтать не могла!

Утреннее солнце скользнуло в библиотеку через витраж самым первым лучом, и сердце единорожки подпрыгнуло в груди, словно перед ней сейчас появилась сама Селестия. Но радость тут же померкла: принцесса никогда больше не будет к ней милосердна. И солнце светит вовсе не для неё. И эти книги... Без волшебства изучить их будет трудно, впрочем, смысл чему-то учиться, если Селестия наверняка откажется от ученицы-неумехи?

— Мы хотим, чтобы ты всё здесь рассортировала. Когда-то Мы любили бывать здесь, — достаточно тихо сказала Найтмер Мун, что Твайлайт сочла кратковременным порывом её истинной натуры, — особенно ночью, когда все пони спали, а Мы бодрствовали и бродили по их снам. Спокойное и безмятежное место для принцессы Луны, где в свободное время она могла встретиться со своими друзьями.

Аликорница повернулась к единорожке, и на какой-то миг её глаза опять стали нормальными, как вчера ночью; вместо злой самоуверенности в её взоре плескалась печаль.

— Единственными друзьями. Книгами.

Несмотря на то, что зрачки принцессы опять сузились, а радужка расширилась, возвращая Найтмер Мун, Твайлайт смотрела на неё иначе. Слова Луны затронули что-то в ней, что-то глубоко зарытое внутри и пока самой Твайлайт не ясное. Это было... сожаление? Понимание?

По этой самой, ещё не окончательно осознанной причине единорожка с энергичной тщательностью принялась смахивать пыль со стеллажей и книг, собирать мусор и раскладывать тома и свитки по категориям и секциям, забыв, что никогда раньше не делала ничего подобного без магии и своего верного помощника.

* * *

— Взрывы не задели Радужную фабрику, но Шэдоуболты решили не останавливаться на Осадочной и вломились к нам, — рассказывал Твайлайт Скай, когда для Спаркл наступал закат уже третьего дня в заточении, — мы были безоружны. Кто-то пытался сопротивляться, но куда обычным рабочим до элитной эскадрильи! Вот так я сюда и попал. Погоды больше нет...

Трагедия Клаудсдейла не оставила ни одного пони равнодушным. Серия взрывов на Осадочной фабрике повлекла за собой отказ механизмов в Облачном корпусе. Выйдя из-под контроля, фабрика начала производить всё сразу — и дождь, и снег, и молнии; страшная буря, последовавшая за этим, разнесла Клаудсдейл до основания, а Шэдоуболты попросту доделывали то, что не завершила погода: добивали недобитых. Лишь чудом Радужная фабрика, оказавшаяся почти в эпицентре шторма, осталась относительно целой, ныне облачным храмом памяти паря на месте города пегасов.

Многие пони даже не успели понять, что произошло; а те, кто успел покинуть летучий город заранее или смог выжить, нашли приют у сородичей в Лас-Пегасе. В момент атаки фабрики шла и наземная битва, в результате которой имперцы одержали самую горькую победу, бессильно наблюдая, как чуть в стороне от их позиций на землю огромными клубами облаков валятся руины Клаудсдейла. Победа в столкновении земнопони и единорогов не была целью Найтмер Мун, оно стало отвлекающим от главного действия манёвром. Освободительнице необходимо поддерживать в сердцах врагов страх, и у неё это прекрасно получалось.

— Обидно, что на Радужной фабрике оборудование-то целое, а работать некому, — досадовал Твайлайт Скай. — Все в основном стремятся в Осадочную или Облачную фабрики, а теперь куда этих энтузиастов? Производству радуги нужно долго учиться, в химии разбираться и в магии.

— Магии? — Спаркл моргнула в недоумении, тряхнув подергивающимся, словно желе, рогом. Рассказчик ухмыльнулся:

— Магия доступна всем пони, — поучительно заметил Скай, — единороги часто приписывают всю магию себе, но даже если у вас спектр познаний в этом куда шире, это не значит, что у пегасов и земных пони нет и капельки волшебства. Мы ходим по облакам и творим погоду. А разве есть пони, сильнее и выносливее земных? Бон-Бон как раз для примера, — агент покраснела от неожиданного комплимента, — и никто лучше земной пони не справится с выращиванием растений. Это тоже своего рода магия.

— Наверное, ты прав, — согласилась Твайлайт, — но до знакомства с Ядовитой Шуткой я бы нашла множество аргументов против.

"В последнее время жизнь часто меняет мои представления об Эквестрии..."

Только она хотела расспросить о внутреннем устройстве всего Погодного Комплекса, как перед её глазами всё вспыхнуло зеленым, а затем свиток пергамента ударил прямо ей в нос.

— Во имя Селестии! — воскликнула Бон-Бон, — что это ещё такое?

Зелёное пламя. Письмо. Спаркл растроганно улыбнулась.

— Магия доступна и другим существам, — ответила она, с волнением раскрывая свиток. Процесс усложняло то, что единорожка не привыкла выполнять столь простое действие копытами: да, работа в библиотеке чему-то научила её, но пока что опыта было недостаточно. Видя её молчаливую агонию на десятой попытке развернуть послание, не обделённая магией Лира сделала это сама и даже для удобства зафиксировала его на удобной высоте, чем заслужила признательный взгляд одноклассницы.

Моя верная ученица, я всё знаю. Элементы Гармонии утеряны, но надежду терять не стоит; есть кое-что важнее самих Элементов. Я расскажу тебе об этом после твоего освобождения. Будь готова к неожиданностям. Постарайся продолжить познание дружбы.

Твоя гордая и благодарная за всё наставница, принцесса Селестия

P.S. Я не отправляю пони в темницу за неудачу. И, кроме тебя, у меня была всего одна ученица — Сансет Шиммер. Ещё до возвращения моей сестры она прервала обучение, найдя мои взгляды слишком... мирными. У меня не было умысла скрывать это от тебя; я не могла подумать, что подобное тебя беспокоит.

P.P.S. Нам предстоит ОЧЕНЬ серьёзный разговор, Твайлайт.

Спаркл, честно говоря, и не знала, какую эмоцию изобразить. За последние три дня она очень соскучилась по дому. Ей было невероятно тепло от успокаивающих слов принцессы и претендующего быть грозным предупреждения Спайка. Те бумаги... Он нашёл и понял, всё-таки, однако она сама виновата — сама приучила его всё систематизировать, сама просила наводить порядок в её вещах. Но... Сансет Шиммер. Серьёзно? Та самая пони из Совета? Какое горе для наставницы...

— Так странно. Меня не покидала всё это время мысль, что Эквестрия обречена, но одно письмо от принцессы вернуло мне оптимизм, — Твайлайт взяла письмо и свернула его (тоже нелегкий процесс, но на этот раз она справилась самостоятельно).

Куча конфет у дальней стены тюремной камеры зашевелилась, и оттуда высунулась голова Сюрприз.

— Луч солнца во мраке. Прямо как эти чудные конфеты!

— Это не совсем подходящее сравнение, — хмыкнул Комет Тэйл. Сюрприз насупилась.

— Вообще-то, я соглашусь, — вступилась за пегаску Твайлайт, — Найтмер Мун очень не понравилась эта шалость, но за три дня ей не удалось найти кого-нибудь, кто прекратил бы дождь. Очевидно, Селестия выше подобных шуток, поэтому здесь замешан кто-то третий, могущественнее аликорна, тот, кто хотел позлить Найтмер. Враг нашего врага — наш друг! Нужно только найти его.

* * *

На пятый день пребывания в плену Твайлайт справилась с уборкой в библиотеке, и следующим утром Найтмер Мун определила единорожку в лечебницу. В отличие от Ская, который успел привыкнуть к здешней атмосфере, Спаркл стало не по себе. Нет, она не падала в обоморок при виде крови, спасибо многочисленным неудачным опытам, но в первые минуты ей тяжело давалось оставаться сосредоточенной, а увиденное навсегда отпечаталось в памяти. До этого дня война оставалась в стороне от Твайлайт — ученица не участвовала в сражениях и не видела их последствий; лишь скорбные отчёты гонцов давали ей представление о том, что происходит в Эквестрии.

Переломы. Сотрясения. Глубокие раны, кровь из которых не перестаёт идти. Отравления. Инфекции. Глухота от постоянных взрывов, слепота от вспышек и осколков, нервные расстройства. Разве подобные горести не случались с пони раньше? Случались, но виной тому были несчастные случаи, а теперь пони намеренно калечили и убивали друг друга ради принципов, навязанных одержимой Тьмой принцессой.

Селестия сказала, что Луна была права: после образования Эквестрии страной долгое время правили те самые шесть пони — утратившая королевский статус Платина, её помощница Кловер Премудрая, сбавивший пыл Харрикейн и нашедший в себе храбрость Пэнси, веселушка Паддингхед и ответственная Смарт Куки. Но после были избраны другие пони, и среди них нашлись те, кто не одобрял единства трёх рас. Конфликт между пегасами, единорогами и земнопони получил своё продолжение, но уже не виндиго питались их ненавистью, а сам дух Хаоса держал власть в те тёмные времена. Это длилось до тех пор, пока две сестры-аликорна не нашли Элементы Гармонии.

Больше принцесса ни о чём не поведала, но и этого было достаточно. Противостояние Республики и Империи не было первой войной в истории пони, но если война не меняется, то меняется всё ей присущее. И если раньше пони знали только меч, копье и молот, то теперь выбор способов убийства был широк, и...

— Сомневаюсь, что сейчас ты думаешь обо мне и о том, как мне помочь, дорогуша.

Твайлайт шарахнулась в сторону и подняла мутный взгляд на раненого светло-серого единорога. Глубокая дыра в ноге, похоже, совсем не доставляла ему неудобств, хоть он и утверждал об обратном.

— П-простите, — процедила пленница, выплывая из внутреннего мира в реальный и возвращаясь к перебинтовке. Краем глаза она заметила его ехидную ухмылку.

— Я понимаю твоё негодование. Из королевского дворца, из чистоты и роскоши — в самую грязь лазарета, в качестве слуги, — с наигранным сочувствием вздохнул он.

— Откуда тебе известно, кто я?

— Это написано на твоей славной мордашке, Твайлайт Спаркл. Если ты жила при дворе — ты должна знать, что слухи распространяются со скоростью Филисекунды.

— Я не из высшего общества, — Твайлайт фыркнула, резко затянув бинт, — меня не интересуют все эти придворные интрижки и сплетни.

— Хм, правда? Неудивительно, что у тебя нет друзей.

— У меня есть друзья.

— Например? Твой брат? Дракон-недоросток на побегушках? Ты всерьёз считаешь себя его другом?

— Я... — гневно начала Твайлайт и так и замерла, не зная, что сказать. "Я... Разве я ему не друг?.." Ей хотелось накричать на единорога, по какому праву он смеет так говорить о Спайке, но в то же время в его словах была ещё какая-то острая истина, которую Твайлайт не хотела принимать и потому усердно боролась с ней, сохраняя молчание.

Насмешник как ни в чём не бывало осмотрел повязку, поднялся с койки и похлопал единорожку по плечу, хитро щурясь.

— Бедная, бедная Твайли. Как жаль, что ты уже ничего не изменишь, ведь тебе не выбраться отсюда самой, — голубое облачко магии подняло со стула чёрную мантию Совета и скрыло под ней его кьютимарку в виде торнадо, — и тебе придётся привыкнуть к нашему новому миру. Возможно, однажды ты даже последуешь за нами.

— Никогда, — зло бросила ему вслед Твайлайт, — я верну Гармонию в этот мир, чего бы мне это ни стоило!

Врачи, медсёстры и их пациенты обернулись на её крик; в палате на мгновение повисла тишина, а затем послышались тихие смешки.

— Ещё одна...

— Без Республики гармонии не будет!

— Слава Освободительнице! Долой Угнетательницу!

И только такие же пленные, как Твайлайт, молчали, думая о чём-то своём. С издевкой во взгляде посмотрев на неё через плечо, пони Совета Шести покинул госпиталь. "Продолжить познание дружбы"...

Спаркл оглянулась. Твайлайт Скай, слышавший весь разговор, покачал головой и продолжил готовить зелье для контуженной пони. Соломенная грива, апельсиновая шерстка, превратившаяся в решето шляпа... "Как же я не заметила её раньше?"

— Что с ней случилось? — Спаркл подбежала к соседней койке, около которой вертелся пегас, — откуда её привезли?

— С каменной фермы, — ответил Скай, откладывая в сторону маленькую бутылочку с зеленоватой жидкостью; он весь взмок от напряжения. — До чего дошли, уже самому приходится делать лекарство... Она уже несколько дней так лежит, с пробитым затылком. Чем только не лечили! Сегодня-завтра придёт в себя. Вы знакомы?

Из соседней палаты раздался визг и топот, и через секунду голубое пламя факелов в коридоре стало красным; оранжевая земнопони простонала в полузабытьи, не на шутку испугав Твайлайт.

— Д-да, мы виделись пару раз... До войны.

— Можешь посидеть с ней до конца смены. Дашь ей это лекарство, если она очнется, — пегас показал ей на бутылочку с зельем, — а я на срочный вызов. Не знаю, что такого случилось на каменной ферме, но когда умирают пони, привезённые оттуда, все на ушах...

Твайлайт Скай помчался в соседнюю палату, закрыв за собой дверь, но за стеной всё равно был слышен шум.

— Каменные копыта!!! Они пробивают нашу броню, будто её нет!.. Во имя Освободительницы!..

— П-пинки... Пай... — просипела земнопони сквозь сон, — камни... Эпплблум... скажите ему... пусть заботится...

— Чшш, Эпплджек, — Спаркл поправила ей одеяло, — всё будет хорошо. Всё...будет... хорошо...

А в голове только и вертелись слова Ская: "Когда умирают пони"...

* * *

— Погодите, а что с дождём?.. — голос белой пегаски пронзил умиротворенную тишину, царящую в камере уставших, но довольных хоть каким-то отдыхом заключённых.

— Сутки прошли, а его всё нет, — грустно пробормотал в ответ Комет Тэйл, — жаль, я думал, что сегодня с потолка посыпятся тортики...

Первые три дня леденцово-конфетного дождя прошли более-менее спокойно, хотя, пока пленные находились на работах, кто-то тщательно вычищал их запасы. На четвертый день пошёл редкий дождь из кексов, а на пятый прямо в упаковках на головы пони сыпались пирожные, правда, теперь кондитерские осадки были случайными и кратковременными — по одному кусочку на одну голову, всё по-честному.

— Такая продолжительная и сильная магия требует много энергии, — с умным видом заявила свернувшаяся калачиком Твайлайт, не раскрывая век, — даже Селестии нужна была бы передышка.

— А это правда, что Селестия любит тортики? — единорог поправил шлем под головой, отвернулся от стены и тяжело вздохнул, — Если так, то надеяться мне не на что.

Спаркл с сонной задумчивостью помедлила, прежде чем ответить:

— Скорее да, чем нет. Но она делает всё во благо Эквестрии. Ей не до тортиков.

— Во благо Эквестрии... Так говорила и Рэйнбоу, — безрадостно заметила Сюрприз. Сон как копытцем сняло — Твайлайт распахнула глаза и повернулась к Вондерболту.

— Рэйнбоу Дэш?..

Сюрприз поднялась на ноги и откашлялась, не зная, с чего начать.

— Ты знала её? Мы... служили в одном крыле. При сражении в Заливе Подковы она сломала крыло, но вместо того, чтобы лежать на больничном, Дэш помогала единственным доступным ей на тот момент способом — она вселяла надежду в остальных. Многие начали терять веру в Селестию и её правоту, но Рэйнбоу творила чудеса, ей удавалось воодушевлять нас. Клаудсдейл ею и жил в последнее время, от жеребят не было проходу... Она как раз вела экскурсионную группу по Фабрике, когда Шэдоуболты атаковали. Несмотря на увечье Рэйнбоу вывела многих, пока главный котел не взорвался. Я не знаю, что с ней, я отключилась, но... На таком близком расстоянии... Она вряд ли... О, Клаудсдейл... Наш дом... — зажмурившись, крылатая воительница не сказала больше ни слова. Лира и Бон-Бон обняли её с двух сторон, Твайлайт Скай обхватил их всех крыльями, а Комет Тэйл, подсев поближе, зажёг в центре камеры своеобразный костерок. Спаркл присоединилась к объятиям.

Холод и сырость покинули их, но не только из-за пламени, иного рода тепло единило отчаявшихся, побеждённых пони. Твайлайт ощутила, как нечто подобное произошло где-то ещё, словно некая магия разогнала мрак ночи не только для их шестёрки, а для всех пони Эквестрии, не важно, республиканцев или имперцев. Война отступила на один миг, чтобы они встретились с её последствиями — болью, горем, потерей... Но они не были одиноки, они были вместе, чтобы поддержать друг друга. Может быть, это и есть та искра из пророчества?..

## 1х03 Мотивы

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 3: Мотивы

Госпиталь располагался прямо над темницами, на первом этаже замка, и в палаты для больных и раненых были превращены настоящие жилые комнаты, достаточно просторные, чтобы туда можно было впихнуть несколько коек и шкафчики со всем необходимым. В то время как госпиталь занимал лишь одно крыло здания, уцелевшее за тысячу лет от разрушения подземелье, по заявлениям бэтпони, тянулось на многие километры и занимало площадь во много раз превышавшую верхнюю, видимую с поверхности часть дворца. А это значило, что тюремных камер могло быть куда больше. И заключённых в них пони — тоже.

Несмотря на относительную близость, путь от тюремного коридора к больничному был долог — пленников выводили в импровизированную прямо во дворе замка полевую столовую, прежде чем заставлять их работать. Найтмер объясняла:

"— Точно так же, как вы трудились для Кантерлота, вы будете трудиться здесь, но во имя свободы. Во имя лучшего будущего. Во имя окружающих вас пони. Вы всё ещё в оковах Селестии, а Мы не можем освободить вас, если вы сами того не захотите. С другой стороны, Мы не можем попросту отпустить вас, поэтому... Живите и трудитесь здесь в целости и сохранности, вдали от моей царственной сестры постигая Нашу идею, которую Селестия так стремится растоптать, чтобы сохранить власть над вами".

Найтмер Мун творила ужасные вещи, но кто говорил в тот миг её устами — Тьма или же принцесса Луна? Вдруг и светлая сторона Луны пропиталась обидой на сестру, находя отражение в бесконечной печали, а не в восстании и терроре, в отличие от Найтмер? Твайлайт желала получить ответы на все вопросы не менее, чем боялась их...

— Мисс, скажите как единорог, а можно ли летать с помощью магии? — спросил кто-то тонким голосом. Обернувшись, Твайлайт увидела двух маленьких жеребят — белую единорожку и рыжую пегаску.

— В смысле? — растерялась силой вырванная из размышлений Спаркл, переглянувшись с Комет Тэйлом и Скаем, сидевших за тем же столом, — летать? Ну да, для единорога, старательно изучавшего телекинез, это проще простого. Он просто левитирует себя.

— Ух ты! И каждый может этому научиться? — продолжала расспрашивать единорожка. Комет Тэйл аж забыл про свой скудный завтрак из морковного супа, а более практичный Твайлайт Скай в перерывах между ложками поглядывал на жеребят с не меньшим интересом.

— Разумеется, но нужно быть терпеливым.

— А может маг наколдовать крылья? — теперь и пегаска вступила в разговор. Твайлайт удивилась такому любопытству и отвечала им обеим, чувствуя себя старым опытным магом, передававшим тайное знание юным ученикам:

— Да, но не навсегда. Есть несколько подобных заклинаний, и самое простое из них требует немалых усилий, не говоря уже о самых длительных и надёжных.

— А если бы не Ваш рог, Вы смогли бы...

— Свити Белль!!!

К их столу молнией подбежала белая фиолетовогривая единорожка в тёмно-синем костюме, где на каждом боку на месте кьютимарки красовалась стилизованная метка принцессы Луны, эмблема Республики.

— Вот тебе пример — летает без крыльев и без волшебства, — сострил Комет Тэйл, и они вместе со Скаем хихикнули совсем не по-джентлькольтски. Твайлайт не разделила их веселья — перед ней стояла Рэрити.

— Свити Белль, мы пропустим приём Её Лучезарности!

— Почему Скуталу не может пойти с нами? В прошлый раз всё было неплохо, но с ней...

— Сестренка, милая, — Рэрити наклонилась к Свити Белль, — я не против, чтобы твоя подруга пошла с нами, но таковы правила. Она пегас, да и пока она не заслужит доверие Её Лучезарности...

— Уж лучше я гнилых яблок наемся, чем попаду в милость Найтмер Мун! — выдала Скуталу, и с других столов послышалось пару одобрительных воскликов.

Рэрити состроила брезгливую гримасу.

— Если мой друг не может идти, то и я не пойду! — упрямо топнула Свити Белль, — и тебе не уговорить меня!

С этими словами юная единорожка схватила пегаску и утащила её обратно в замок, не успела старшая сестра и глазом моргнуть.

— Что за настырность!.. Её Лучезарность может не одобрить это, — рассуждала сама с собой голубоглазая пони, — а... а если нас заподозрят в предательстве? Эта пегаска уже оказывает на Свити Белль негативное влияние... Да упасут нас звёзды!

— Рэрити? — окликнула её Твайлайт, наконец удостоившись её внимания.

— Мы уже виделись раньше... — Рэрити недовольно оглядела Спаркл с головы до кончика хвоста, и Твайлайт поняла по одному только взгляду красавицы стилиста, что, должно быть, выглядит просто ужасно, — ...точно, Праздник Летнего Солнцестояния! Ты приезжала к нам с инспекцией.

— Верно, — кивнула Твайлайт, — я бы хотела спросить...

Ни с того ни с сего белая единорожка отпрянула назад с неподдельным ужасом в глазах:

— Твой рог! Во имя Луны, что с ним?!

— Ядовитая Шутка, — фыркнула Спаркл, в глубине души понимая, что не все могут знать об этом цветке и его эффекте, но раздражаясь из-за необходимости постоянно объяснять это каждому встречному. Лишнее упоминание об утратившем форму роге возвращало единорожку к мыслям о её позоре. Слава Селестии, Рэрити не пришлось объяснять всё в деталях:

— Ах, вот как она действует... Я слышала, у нас многие страдают от этой пакости, — вздохнула она, — Её Лучезарность даже специально выделила группу медпони для нахождения лекарства, но пока всё безуспешно...

— Почему вы называете её так? Её Лучезарность? — прервала Твайлайт. Этот вопрос сразил Рэрити наповал; белоснежная пони захлопала ресницами.

— Что значит "почему"? Она несёт нам свет свободы, вот почему! Да, после того, как мы победим, она откажется от своего статуса, но в наших сердцах она всегда будет принцессой, подарившей нам самостоятельность! Принцессой, подарившей нам Республику! — Рэрити устремила полный надежд и радости взгляд в небо, — И как бы мы ни любили солнце, луна — символ нашей надежды!

"Абсурд". После столь пламенной речи у Твайлайт сложилось впечатление, что её знакомая находится под каким-то заклинанием.

— Ну... хорошо, — для вида согласилась Спаркл, — а как же ты ступила на этот правильный путь?

— Дорогая, я могла бы столько тебе рассказать, но, боюсь, я непростительно опаздываю! — забеспокоилась Рэрити, вспомнив о приёме, — какой кошмар, уже рассвет!

Белоснежная единорожка наспех распустила и вновь собрала в пучок свою лоснящуюся гриву, поправила костюм, заглянув в зеркальце из маленького нагрудного кармашка, и ускакала внутрь замка.

— Упаси Селестия попасть на приём к Найтмер Мун, — буркнул Комет и оставил тарелку. Твайлайт посмотрела на горизонт. Действительно, солнце почти полностью показалось из-за леса, освещая тёмно-синее небо розово-золотой зарёй.

"Мне казалось, летом светает раньше..?"

* * *

— Да ладно, Тва'лайт? — оранжевая пони протерла глаза, — эт ты? Не чаяла встретить тебя здесь!

— Ты помнишь меня? — не то что бы это стало неожиданностью для Твайлайт, учитывая её первый и последний визит на ферму Эпплов, где Эпплджек без единой запинки назвала и описала каждого члена семьи, но...

— А то! Я всех помню, сахарок! Мою голову сколько ни бей, а всего не выбьешь, — Эпплджек рассмеялась, — хорошо встретить знакомую пони в наше-то время. Пленница, да? Даж если ты на стороне Империи, не думай, что я тебе враг — я кормила тебя со своего стола, ты как "своя". К тому ж ты пони умная, сама скоро поймешь, что к чему.

Очнулась фермерша ещё до того, как Спаркл добралась до лечебницы, и уже была в состоянии самостоятельно сидеть. Её голова всё ещё была перебинтована, но других ран, кроме царапин, Твайлайт не увидела и мысленно поблагодарила за это Селестию.

— У меня нет иных врагов, кроме Тьмы, — произнесла единорожка то ли в ответ, то ли просто так.

— Вот как? Хорошо ты думаешь, Твай, по-доброму, но... Пойми меня прально — таких убивают быстрее. Хотя ты сильный маг и... — зеленоглазая посмотрела на её лоб и не сумела сдержать улыбки, — ага, вот оно чего. Что ты делала в Вечнодиком лесу?

— Добиралась сюда, — ответила недоволшебница, доставая из тумбочки нужную бутылочку и, едва удержав её в копытах, налила лекарство в кружку.

— Зачем?

— Чтобы найти Элементы Гармонии, — не было смысла таить это от Эпплджек, если Найтмер Мун успела избавиться от них.

— А это чего такое?

— С помощью шести артефактов, Элементов Гармонии, принцессы заточили Дискорда, духа Хаоса, в камень. А потом Селестия использовала их, чтобы отправить Найтмер Мун на луну.

— Ничё себе, — Эпплджек почесала макушку, — получается, принцесса Селестия хочет повторить то, что сделала тысячу лет назад?

— Нет, — покачала головой Твайлайт, протягивая кружку оранжевой земнопони, — она не хочет отсылать сестру на ещё тысячу лет. Она хочет вернуть её прежнюю, изменить её.

Эпплджек, отпив лекарство, скривилась.

— Чет как-то не радужно звучит, сахарок. Пони сами должны решать, какими им быть, тем более такие, как Освободительница. Мы сражаемся и за это тоже.

— Тебя вовсе не волнует, что она начала войну? Что пони убивают друг друга после многовекового мира из-за неё?

— Твай, она просто пришла и предложила другую, лучшую жизнь. Равенство в правах, обеспеченность, порядок — что ж тут плохого? Если б у нас это было, мы б и не пошли за ней, верно?

— Разве Селестия не предлагала всё это?

— А разве мы против Селестии выступаем? Нет. Мы против пони, которые её окружают. Почему мы должны пахать без продыху, чтоб обеспечить себя и родных, а им стоит только родиться в нужной семье — и для них все дороги открыты, и беспокоиться не о чем? Да и простые пони, прикрываясь милостью Селестии, творят беспредел!

Единорожка опешила. "А... Как?.."

— О чём ты?

— Ты думаешь, я сразу ферму-то и бросила? Я ж в рядах Республики недавно совсем. В конце весны опять прикатили имперцы за урожаем, а его и нету, ничего не растёт, что было в погребе, то и осталось. А то, что они осенью с нас содрали в два раза больше положенного и половину на стороне продали, я уже знала; показала им бумаги и указ Селестии о налоге, так и так, мол, я ещё полгода назад всё сдала и ничего они с меня требовать не должны. А они таааак взбрыкнули..! Начали с меня биты трясти, ну я и прописала все свои претензии к ним копытом на лбу их главной. Ой, не знаю, че б там со мной сделали, если б вовремя БигМак не помог. Кое-как их прогнали с фермы, а потом... Потом они вернулись. С разрешением на арест. Пришлось бежать от самоуправцев в Эпплузу, где нас кузен приютил.

Твайлайт не знала, чего в ней было больше — гнева или огорчения.

— Ты знаешь имена тех имперских пони? Их кьютимарки?.. — прошептала она с едва сдерживаемым негодованием, — или тех, кому они продали твои яблоки?

— Нет, сахарок... Но если попадешь в Понивилль, найди Пинки Пай — она всегда в курсе событий, она-то и открыла мне глаза. Пинки работает в Сахарном Уголке. Ох... каменная ферма... знает ли она...

Эпплджек погрустнела и сняла шляпу, приложив её к груди. "История о каменной ферме приобретает всё новые и новые подробности", подумала Спаркл и терпеливо уставилась на собеседницу, собиравшуюся с силами.

— Там ведь родня Пинки была. Родители и сёстры. Не то что бы я хотела им зла, просто приказ исполняла... Хотели ж решить всё миром, но они отказались от переговоров, и... Ой, Твай, кошмар... Мы неделю осаждали их дом, а потом командир приказал заложить взрывчатку, а она и бабахнула прям перед нами. Меня нехило приложило... Знаешь, они герои. Вот самые что ни на есть. Им предлагали сдаться каждый день, но они умерли, как герои умерли! Отрезанные от всех, без магии, без оружия, кроме камней... Нам нужны камни, очень нужны, но цена их... До этого дня мы сражались честно.

Твайлайт видела в глазах Эпплджек непролитые слёзы, и ей самой очень захотелось разрыдаться, свернуться клубочком и...

— Взрыв во дворце — это честно? Уничтожение целого города — это честно? Война не бывает честной. Никто не имеет права отбирать у другого жизнь, — жёстко отрезала единорожка и отошла к соседней кровати, на которую укладывали едва живого разведчика имперской армии, — и не важно, насколько всё плохо вокруг, убийство — это последнее, что сделала бы честная пони.

Эпплджек промолчала.

* * *

Имперский разведчик-пегас с тяжёлой, но не смертельной травмой спины оказался Садден Виндом. Что делал королевский стражник в логове врага? Это оставалось загадкой, потому как на вопросы он не отвечал и вообще вел себя странно — шарахался от медсестёр, испуганно смотрел на пони в форме с символом Республики, и не переставал бормотать что-то про Вечносвободный лес, полосы и зелья.

Софт Харт, главный врач, подозревала, что сознание у него помутилось из-за сотрясения; она заканчивала обследование, когда факелы в коридоре вспыхнули красным. Эпплджек была в стабильном состоянии, поэтому Твайлайт поспешила на помощь в другую палату, но в дверях в неё буквально бросили светло-оранжевого пегаса. "Что за странные отметины... Кровь?! Пресвятая Селестия!"

Вся его шерстка была исцарапана и испачкана кровью; синяя грива частично стала красной. Твайлайт с трудом поборола дрожь и стремившийся прочь из сердца крик.

— Слабак. Я думала, он продержится дольше, — фыркнула вошедшая следом Сансет Шиммер и бросила рядом доспехи королевской стражи. — Подлечите его и сообщите, как поправится. Второго тоже направьте ко мне.

Пони Совета Шести удалилась. Софт Харт рассматривала нового пациента, а Твайлайт не могла отвести взгляда от своих копыт. На них, на её теле и гриве была кровь, чужая кровь. Не она сделала это с жеребцом и не она велела это сделать, но ощущение было мерзкое, словно часть ответственности за зверскую жестокость к пленнику перебросили на неё.

Он был её сверстником, максимум на год старше. Рядовой стражник, судя по звезде. Что Сансет Шиммер было от него нужно? Знал ли он что-то архиважное, или единорожке просто нравилось проводить пытки? До этой минуты Твайлайт даже не подозревала, до какого убожества опустились некоторые пони. А... наверняка имперцы тоже пытают пленных, и среди них наверняка есть любители... Нет, не время думать об этом.

— Прошу прощения, — просипел пегас, когда его разместили на койке, — когда я делал вид, что без сознания, я не думал, что меня так пихнут в другую пони.

— Ничего страшного, — ответила через плечо Спаркл, замачивая повязки в целебном растворе, — тебе сильно досталось.

Она повернулась и встретилась с ним взглядом; у него были красивые, сияющие синие глаза, и вообще он был симпатичен... Но тут уголок его рта дернулся, словно пегас захотел над чем-то посмеяться и тут же вспомнил о приличиях, и это смазало всю поэтичность и неловкость момента. Проклятый рог.

— Действие цветка из Вечнодикого леса, — недовольно буркнула Спаркл, вытирая кровь с его шерсти.

— Извини, я... от неожиданности, — оправдывался стражник, — а это не больно?

— Ни грамма, — единорожка сполоснула тряпку в чаше, и вода в ней тут же стала розовой. — Странно слышать такие вопросы от пони, которого недавно чуть не превратили в крылатую зебру.

— Сансет Шиммер — мой друг с детства и даже больше, — начал пегас свой рассказ, — мы расстались незадолго до того, как она покинула Кантерлот. Она... изменилась. У неё появились странные мысли, странные планы на будущее, в которых она не учитывала меня, и в которых я сам не захотел бы фигурировать — она мечтала о власти и могуществе, о познании всей магии и обретении крыльев. Стать принцессой! Я пытался образумить её, но ей было всё равно. Сейчас я осознаю, что никогда не любил Сансет настолько сильно, чтобы провести с ней всю жизнь, но мне жаль, что она дошла до откровенной низости. Это больнее любых пыток. К подобному я был не готов, — он тяжело вздохнул и опустил голову. Ему было больно, и Твайлайт хотела бы разделить его боль, разделить боль всех пони, что потеряли близких за этот год.

— Я сожалею. Правда.

— Спасибо. Но всё-таки щиплет тоже сильно, — слабо улыбнулся синеглазый, поежившись от прикосновения к особо глубокой царапине, — как же ты справляешься в госпитале без магии? Как ты сюда попала?

— Трудновато, но вроде получается, — Твайлайт оттерла кровь с гривы и наконец приступила к перебинтовке. — А попала я сюда ради Элементов Гармонии.

— Я проспал все лекции по истории, кроме первой, и там что-то было про Элементы Гармонии. Так принцесса Селестия победила Найтмер Мун в прошлый раз?

"Он. Знает. Об. Элементах".

— Ой, я что-то не то ляпнул? — озадаченно спросил пегас, видя, как вытянулась мордочка единорожки.

— Хоть кто-то о них слышал! — её восклицание было встречено шиканьем со всех сторон. Твайлайт смущенно прижала ушки к голове и заговорила тише:

— Нет-нет, всё верно, просто до этого дня мне казалось, что о них знаем только мы с принцессой. Ну, а как ты здесь оказался?

— Вчера утром Садден Винд рассказал мне, что случайно услышал разговор, из которого стало известно, что у капитана пропала сестра...

"Многообещающее начало". Спаркл нахмурилась:

— Он подслушивал? — стражнику оставалось только кивнуть.

— Не думай о нём плохо, — он посмотрел на спящего брата по оружию, — это особенности службы во дворце.

"Вот и неправда!"

— ...так вот, и ещё он узнал, что вероятнее всего она в Вечнодиком лесу. Добраться до руин, найти сестру Шайнинга Армора и вернуть домой — да за такое нас сразу бы возвели в сержанты! В итоге мы попали в копытца моей обезумевшей бывшей, — на этом моменте он и вовсе зашептал, чтобы не привлекать к данному факту лишнего внимания, — а раны мне залечивает сама Твайлайт Спаркл. Первый блин комом, но если мы выберемся отсюда, то будем осторожнее в следующий раз...

— ...когда решите добиться славы спасением какой-нибудь другой пони? — язвительно поинтересовалась Твайлайт, поначалу даже растроганная, но после слов о повышении в ранге едва не пылающая праведной яростью. — Я готовилась к этой операции чуть ли не год, а вы без подготовки, без плана... О чём вы думали? Я не понимаю, как вы вообще закончили Академию?

Королевские стражники должны оберегать принцессу и Кантерлот, а не искать пропавших пони!

— Спаркл, у тебя талант с каждым пациентом ругаться? — вмешалась Софт Харт, выдергивая из копыт единорожки смятую в ком марлю, пропитанную целебной мазью, — я и так дала тебе имперца, для разнообразия, а ты кричишь на всю палату и переводишь наши бинты. Слава Луне, тебя не отправили на починку снаряжения, — бледно-розовая пони с белой гривой и голубыми глазами оттолкнула её и сама взялась за лечение стражника. — Сходи лучше на кухню, спроси, когда доставят яблоки — морковка уже поперёк горла у всех стоит.

Напоследок метнув на пристыженного пегаса строгий взгляд, Твайлайт избавилась от халата медсестры и ускакала прочь.

* * *

— Похоже, тебе так и не могут найти места? — послышался голос позади, с противоположного конца коридора. Твайлайт медленно обернулась, отдавая себя во власть Найтмер Мун, подошедшей к ней. Освободительница настигла пленницу как раз на финишной прямой на кухню.

— Методы Ваших подданных...

— Они не Наши подданные, — рявкнула Луна, и единорожка вздрогнула под её змеиным взором.

— П-простите, Ваша Лучезарность. Некоторые Ваши последователи пугают меня.

Принцесса двинулась вперёд, кивком головы веля Спаркл шагать рядом.

— Лишь некоторые? — поинтересовалась она будничным тоном.

— В остальных я вижу обычных пони, пусть и с другим мнением...

— И что же Нам делать с теми, кто пугает даже таких отчаянных смельчаков, как ты?

Твайлайт открыла рот, чтобы ответить, и не нашла слов. "Я всего лишь пленная пони, более того, ученица Селестии — зачем..? Чего она добивается?"

— Вы спрашиваете у меня совета?

— Нам интересно услышать твои предложения.

— Если Вы действительно желаете Эквестрии только добра, то, в первую очередь, нельзя допускать таких пони в Совет.

— Хм, ты считаешь? Сансет Шиммер — возможно, но у нас на неё особые планы. Ты встречалась с Старлайт Глиммер? Вы похожи. У вас обеих нет жажды власти, хотя силой вы обладаете немалой.

Похвала от Найтмер Мун вызывала подозрения, и ко всему прочему в голове зазвенел ещё один тревожный звоночек. Старлайт Глиммер?

— Подождите, она единорог из Совета Шести? — спросила она, озадачившись. — А разве в Совете не по две пони из каждой расы?

— Без этого не было бы нашего равенства. Но что это меняет?

— В госпитале я видела единорога в мантии Совета. Ему насквозь пробило ногу, но если ничего не случилось за эти несколько дней, он уже должен был поправиться...

Найтмер Мун недоверчиво нахмурилась:

— Скорее всего, ты ошиблась. На это обратили бы внимание остальные пони и доложили бы Нам. Возвращайся к работе, — на такой прохладной ноте закончив разговор, аликорница остановила единорожку крылом как раз у кухни и продолжила свой путь.

На кухне царил упорядоченный хаос — близилось время ужина, и пони-повара беспрестанно перемещались от стола к столу с неожиданной скоростью и мастерским знанием расположения каждого нужного ингредиента. Сквозь весь создаваемый готовкой шум Твайлайт услышала крики из кладовой и поспешила туда.

— Опять без яблок?! Серьёзно? Мы не можем есть одну морковь! — возмущалась Мэйн Корс, шоколадная земная пони с гривой и хвостом фисташкового цвета, — Голден Харвест, неужели нет шансов?

— Никаких, — печально ответила другая пони, — мало того, что в этом году урожай невелик, его полностью уничтожают летучие мыши. Ферма Эпплов — единственное место, куда они ещё не наведывались, но теперь она всецело принадлежит империи. Вся надежда на Черри Джубили и её вишни.

— Так, а ты чего подслушиваешь? — сердито фыркнула Корс, заметив наблюдающую за ними Спаркл, — если тебя прислала Софт Харт, можешь передать, что яблок не светит.

— А что насчёт сена, ягод? Королевские сады? — спросила Твайлайт почти что обессиленно, и получила равный по степени безнадёжности ответ:

— Под "королевскими садами" ты подразумевала те заросшие сорняком неплодородные территории за замком? Там ничего толком не растет. А Эпплуза молчит уже две недели. Четыре дня назад в Додж Джанкшн отправился наш посланец; при самом удачном раскладе Черри Джубили сейчас в Эпплузе, выясняет, что случилось. Будем верить, что всё в порядке и она заодно со своей вишней привезет сено от Эпплов, но это молчание...

Им оставалось только молчание.

* * *

Тьма. Именно тьма первой приходила на ум при мысли о Найтмер Мун, но Твайлайт не задумывалась, почему. Из-за причинённого падшей принцессой зла всей Эквестрии, из-за войны и ужаса, что она посеяла в каждом доме? Или просто потому, что Луна жила по-настоящему лишь ночью? Было в этом слове что-то мистическое, чужое; да и сама Найтмер Мун была мало похожа на пони — перепончатые крылья, змеиные зрачки, клыки... Аликорн-бэтпони. Ни в одной книге не говорится о бэтпони до того, как Луна восстала против сестры, да и после о них мало что было известно. Как они появились? Где же недостающий элемент истории? Знает ли ответ принцесса Селестия? И расскажет ли она?..

Твайлайт закинула голову. Небо окунулось в черноватую синеву, и звёзды засияли в полную силу; только самый краешек, тонкая полоса горизонта ещё горела красным.

— Как же прекрасна Эквестрия, если забыть, что в ней творится, — вздыхал Комет Тэйл между ложками их скромного ужина — всё того же морковного супа. — Спасибо Найтмер, что не отбирает у нас солнце.

— Она сделала это чисто из политических соображений. Она ведь чёрная, Найтмер. С ночным небом она бы сливалась, а кто б стал слушать пони, которую и не разглядишь толком? — шутка Сюрприз не удалась до конца — очарованная сумеречным небом Твайлайт и задумчивая Свити Дропс, в отличие от остальных, даже не улыбнулись.

— Всё-таки это странно — разве по легенде она не мечтала править Эквестрией единолично, погрузив всё в вечную ночь? Теперь, по её словам, она просто хочет подарить всем нам "свободу"... Из крайности в крайность. И это ещё не учитывая её противоречивые методы... — подозрительно хмыкнула Бон-Бон. Спаркл ещё раз обвела взглядом созвездия.

— Ну конечно... Найтмер Мун ведь всё это время провела на луне, — озаренно прошептала она, — там что-то произошло. Должно было произойти.

— Разумеется. К ней пришло Понимание, — подтвердила подошедшая к ним белоснежная единорожка, — она прожила тысячу лет в абсолютном одиночестве. Этого времени хватило на осознание её грехов и ошибок. Её Лучезарность также поняла, в чём ошибается её сестра и хочет поделиться с ней Пониманием, как делится с нами.

— Понимание? Делится? Она учит вас? — спросила Твайлайт, задрожав от дуновения холодного ветра.

Рэрити одарила всех присутствующих сниходительной улыбкой, а затем с особым покровительством посмотрела на Твайлайт.

— Её Лучезарность желает видеть тебя на следующем уроке. Это такая честь! Но тебе ни в коем случае нельзя появляться перед лучшими пони Республики в таком виде!

"Что? Урок? У Найтмер Мун? Что?!"

Единорожка застыла; мысли её блуждали в голове, но Твайлайт не могла ни за одну уцепиться. Её застали врасплох. "Я ученица принцессы Селестии. Я не смею... Зачем Найтмер Мун пони, поддерживающая "Угнетательницу"? Неужели я как-то показала, что сомневаюсь, что могу быть на её стороне? Никогда, никогда! Но что мне делать теперь? Мне выпал шанс заполучить доверие Найтмер Мун? Или её Понимание — магия, которая изменит меня и заставит принять заветы Республики?"

— Она никуда не пойдёт.

Твайлайт непонимающе уставилась на Комет Тэйла, загородившего её от Рэрити. Бронзовая броня воина Магического корпуса, изрядно потрепанная, но не утратившая былой внушительности, шла ему сейчас как никогда прежде. Испуганно сморгнув, посланница Её Лучезарности сделала шаг назад.

— Я не знаю, что вы там делаете, но я больше не намерен терять друзей. Когда Найтмер вызывает кого-то на совет, собрание, или как оно у вас там называется, — неважно, пони больше не возвращаются. Единороги не возвращаются.

"Единороги? Почему именно единороги?"

— О чём ты? Они живы и здравствуют под крылом нашей Освободительницы, постигнув истину! — возразила Рэрити, хмуря брови и, несмотря на всю ухоженность и красоту, выглядя не менее угрожающе.

— Они забывают прошлое, — пояснила Лира, прикрыв глаза. — Я видела Мун Дэнсер среди республиканцев; когда я окликнула её, она оглянулась, но не узнала меня. Хотя, может быть, это из-за дня рождения...

Твайлайт вспомнила, что чуть больше года назад отказалась от приглашения на вечеринку в честь дня рождения одноклассницы, кажется, именно Мун Дэнсер... Но ей нужно было отправиться в Понивилль для приготовления церемонии Летнего Солнцестояния, конечно же, задание Селестии было важнее.

— Глупости. Я же не забыла свою сестру? Я даже помню Твайлайт, хотя мы виделись лишь однажды! Мун Дэнсер обрела Понимание и теперь делает всё ради нашей победы, — выражение мордочки Рэрити вновь сменилось на приветливо-наставническое, — никто не заставлял и не принуждал её. Я с ней не знакома, но уверена, что это так. У тебя есть шанс встретиться с ней и расспросить обо всём лично.

— Твайлайт, не надо. Не доверяй им, — боязливо протянула копытце Лира. Бон-Бон выглядела растерянно, и, кажется, Твайлайт знала, почему — в силу своей специальности Свити Дропс догадывалась, какие возможности открылись перед избранной единорожкой, но в то же время опасалась, как бы не вышло только хуже. Сюрпрайз и Твайлайт Скай держались позиции Комет Тэйла, но не так уверенно, как сам боевой маг.

— Они ведь не могут заставить тебя! Это будет нарушением твоего права на свободу выбора, за которую они ратуют, — сказал единорог с падающей звездой на крупе, — а мы не можем потерять ещё одну хорошую пони.

"Почему они так беспокоятся обо мне?.."

— Это воля принцессы Луны, не Найтмер Мун. Как я верна её сестре, так я верна ей самой, — Твайлайт поднялась и решительно обошла живую стену пони, отделяющую её от Рэрити, — я ценю вашу заботу и благодарю за помощь, но Освободительница ждёт от меня чего-то... и я дам ей это. Доверьтесь мне.

Белоснежная единорожка просияла улыбкой, в то время как Лира и в особенности Комет Тэйл сделались мрачнее тучи.

— Я приду за тобой за час до рассвета, — прощебетала Рэрити, — мы приведём тебя в порядок. Мне кажется, у меня есть платье, идеально тебе подходящее — одно из первых, вдохновленных принцессой Луной. Наконец оно дождалось своего часа!

Спаркл застенчиво затеребила оборванный край своей чёрной формы.

— Д-да, спасибо, но я...

— Никаких "но". Принцесса не зря попросила меня уладить этот вопрос — я ведь главная швея Её Лучезарности! До скорой встречи!

Зазвенел колокол, возвещавший конец ужина и начало ночной смены. Два пони-повара увезли котёл с супом, ещё одна пони с тележкой принимала грязную посуду. Бэтпони начали сгонять пленников в группу, чтобы отвести обратно в камеры, и весь путь Твайлайт не могла отделаться от ощущения, что она только что подписала себе смертельный приговор. Такого же мнения был Комет Тэйл.

— Зачем? — сердито прошипел он, когда каменная стена с грохотом опустилась и запечаталась магией Найтмер Мун. — Может, ты не потеряешь память, но ты забудешь чувства, которые испытывала прежде! Твоё прошлое станет для тебя чужим!

"Я не могу продолжать отказываться от приглашений". Словно не обратив внимания на синегривого, Твайлайт обратилась к Лире:

— Что случилось на дне рождения Мун Дэнсер?

Хартстрингс отвела взгляд, и Бон-Бон, кое-как извернувшись, поддерживающе погладила её по плечу.

— Когда ты не пришла, она очень огорчилась. После Мун Дэнсер словно подменили — она почти ни с кем не разговаривала, не ходила на вечеринки и всё время проводила в библиотеке. Может, и не было никакой темной магии Найтмер, может, Мун Дэнсер забыла просто так, потому что не захотела помнить нас.

"Неужели только из-за меня? Почему?" Твайлайт и Мун Дэнсер были единственными ученицами в группе, которые всегда были сосредоточены на обучении и только. Почему же Мун Дэнсер приняла её отказ так близко к сердцу? Они ведь никогда не были близкими подругами.

— Мне жаль, что так получилось. Принцесса не настаивала на срочной поездке, но я предпочла отправиться в Понивилль раньше, чтобы всё успеть. Наверное, не стоило. Когда мы встретимся... Простит ли она меня?

— Если она ещё способна на прощение, — буркнул Комет Тэйл, оскорблённый игнорированием. Твайлайт собрала всю решимость и мягкость, что были в ней.

"...не намерен терять друзей".

— Ты считаешь меня другом?

Вопрос был предназначен только одному, но остолбенели все. Единорожка тревожно оглядела каждого из присутствующих.

— Мы все считаем тебя другом, Твай, — Сюрприз была первой, кто смог выйти из ступора, — разве это не очевидно?

— Очевидно что? Мы знакомы едва больше недели... — говорила фиолетовая единорожка, — ...может, я в дружбе ничего не смыслю, но...так быстро?

— Мы знакомы куда дольше. Ты и во мне сомневаешься? — Лира хмыкнула. — Время вовсе не важно. Мы с Бон-Бон подружились за день.

"Если мы друзья, то... в чём выражается эта дружба? В заботе? Мы заботимся о многих, но это не значит, что все они друзья".

— Ты слишком много думаешь, Твайлайт, — теперь Комет Тэйл был уже не рассержен, а озадачен. — Друзья и друзья, почему это тебя беспокоит?

"Потому что это часть моего задания", могла бы ответить Твайлайт. Но она промолчала, предчувствуя, что искренний ответ может кого-то ранить. "Если бы это было не нужно, стала бы принцесса Селестия давать мне такие поручения? Дружба важна для неё, а значит, и для меня тоже. Но я пока что совсем ничего не знаю! Они очень хорошие пони, однако, как я могу сказать, что они мои друзья? И как не обидеть их и не соврать?" Её родители, Шайнинг, Спайк, даже в какой-то степени, если позволено так думать о принцессе, и сама Селестия, — для Твайлайт они были друзьями, потому что никого ближе у неё не было, а в новых друзьях единорожка и не нуждалась...

— Сейчас очень сложно кому-либо верить и заводить друзей, — спас ситуацию Скай, приобняв Твайлайт крылом, — С возвращением Найтмер Мун многое изменилось. Ты можешь сомневаться. Но знай, что мы считаем тебя другом и будем очень рады, если завтра вечером, после визита к Найтмер, ты всё ещё будешь помнить нас, не головой, а сердцем.

"Я забуду, как люблю мою семью?.. Забуду о долге, о принцессе? Забуду доброту и искренность Лиры, Бон-Бон, Комета, Ская и Сюрприз?.. Никакая магия не способна лишить меня этого!"

— Я обязательно буду помнить.

## 1х04 Её Лучезарность

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 4: Её Лучезарность

— Пора, Твайлайт.

Кто-то коснулся её плеча. Единорожка протерла глаза и, зевая, поднялась на ноги. Рэрити уже была готова к грядущему дню и так лучилась энергией, что Твайлайт позавидовала модельеру — ей самой так и не удалось выспаться.

— Что ж, вперёд, навстречу судьбе, — прошептала Спаркл и, аккуратно обходя спящих пони вслед за Рэрити, дошла до выхода, где её окликнул Комет Тэйл.

— Будь внимательнее там... ну, знаешь.

Внимательнее? Похоже, Бон-Бон донесла до него суть, которую сама Твайлайт не могла озвучить. "Только бы моя теория оказалась верна..." Фиолетовая единорожка улыбнулась на прощание и незаметно подмигнула — хорошо, что Рэрити была слишком увлечена мыслями о предстоящей примерке. Каменная стена вновь опустилась. "До встречи... друзья".

В отличие от потайных камер в подземелье, во дворце было чисто, свежо, роскошно и... по-королевски, в целом. Твайлайт даже стало стыдно, что она своим неухоженным видом посмела испортить красоту реставрируемого замка, и единорожка поделилась своими сомнениями с Рэрити.

— Избавить тебя от этого ощущения — моя работа, — улыбнулась голубоглазка, — здесь все мы чувствуем себя уместно, ведь это наш общий дом. Для тебя этот замок тоже может стать домом. "У меня уже есть дом".

И под этим словом Твайлайт подразумевала почему-то не кантерлотскую библиотеку, в которой она проводила почти всё время и в которой принцесса позволила ей ночевать, а дом родителей, в котором всегда пахнет новой бумагой и чернилами, где днём так тихо и где по вечерам всегда идут оживлённые разговоры. Конечно, о новых книгах больше рассказывала мама, а отец делился новостями из завтрашней газеты — главному редактору приходилось знать всё, даже то, что не входило в номер. Брат же в ответ приносил вести из замка. И пусть даже не понимая половины, все они внимательно слушали саму Твайлайт, которая злоупотребляла научными терминами и вообще слишком спешила, говоря о своих открытиях. Наверное, только Спайк улавливал смысл целиком, но остальным было достаточно и того, что они могли разобрать, потому что им было радостно хотя бы просто видеть так редко навещающую родню исследовательницу. "Надеюсь, с ними всё в порядке".

Одновременно кабинет и жилая комната Рэрити, раза в четыре превышавшая размеры того крохотного уголка-темницы, где держались пленники, находилась в другом крыле. Ряд из огоньков свечей на стенах ярко освещал шкафы, что были забиты до отказа всевозможными материалами и приспособлениями, на полках у чертежного стола росли горы аккуратно сложенных бумаг, но, несмотря на ощущение перенасыщенности интерьера, всё здесь было к месту, удобно и с малой долей того беспорядка, который так свойственен гениям своего дела. Как только единорожки вошли, рог Рэрити загорелся голубой магией, и заработали швейные машинки.

Первым делом швея, отчего-то ехидно ухмыляясь, подвела "жертву" к... зеркалу. Твайлайт поначалу не узнала себя. Порванный и пыльный тёмно-серый обтягивающий костюм лазутчицы, грязная, растрепанная до безобразия грива, царапины и порезы. И это всего за неделю? А рог... О ужас, какой позор! Почему она раньше не догадалась чем-нибудь прикрыть это? Это так унизительно... Может, Найтмер Мун понадобился шут? Заметив злое выражение Спаркл, Рэрити тут же утешила её, заверив, что они обязательно найдут способ спрятать сие безобразие.

Через полчаса отмывшаяся и до конца проснувшаяся Твайлайт примеряла прямое темно-синее платье с едва поблескивающими созвездиями серебристых нитей. На месте кьютимарки, как и положено, оказалась стилизованная кьютимарка принцессы Луны — лунный серп.

— Это платье было сшито в единственном экземпляре: я передумала, решив, что оно слишком напоминает платье для королевского вечера. Принцесса не любит напоминания о сестре и её режиме. Но для твоего случая оно как раз годится — ты ведь ученица Селестии, — объясняла Рэрити, — остальные пони одеты по моим эскизам, но их наряды хоть и красивы... это платье я сшила лично, и мне нравится, что оно простое. Ткань делает всю работу за меня.

— Оно чудесно, — ответила Твайлайт, во второй раз не узнавая себя в зеркале. Бархатное платье действительно смотрелось идеально, и единорожка была бы рада, если бы не причины облачения в это платье.

— Чуть не забыла! — вдруг воскликнула Рэрити и принялась колдовать над челкой Твайлайт. Вскоре её умелая магия полностью скрыла обвисший рог за сине-розовыми прядями.

— Будто бы ничего и нет! — ахнула Твайлайт, проверив результат её работы. — Спасибо, — одновременно произнесли они с Рэрити и тут же рассмеялись. Рэрити была милой, заботливой, щедрой... Словно фея, подарившая простой пони шанс попасть на королевский бал — как жаль, что эта сказка приправлена страхом и обманом. "Как горько думать, что мы должны быть врагами... Она такая же пони. И... она не забыла свою семью. Может, в этом Понимании нет ничего ужасного?"

— Солнце уже поднимается. Нужно идти.

* * *

Тронный зал был не таким, каким Твайлайт видела его в прошлый раз. Теперь по центру стоял длинный вырезанный из камня стол, за которым сидело с три десятка пони, все в разных по форме, но схожих по стилю и цветам костюмах. Среди них были и жеребята, которые вели себя на удивление тихо и воспитанно, как подобает детям аристократов. "Что бы они не говорили о Совете Шести, Найтмер Мун остаётся для них принцессой".

Покинув трон, во главе стола сидела сама Найтмер Мун, а рядом с ней, с правой и левой стороны, единороги в чёрных плащах Совета. Сансет Шиммер выглядела слегка растерянно, в то время как пони напротив, бледно-сиреневая единорожка со светло-бирюзовыми прядями в фиолетовой гриве — видимо, Старлайт Глиммер, — с любопытством наблюдала за ней.

Все, кроме младших пони, что-то оживлённо обсуждали, но как только Её Лучезарность заметила двух подоспевших единорожек, в зале воцарилась тишина.

— Добро пожаловать, посвящённая Твайлайт Спаркл, — если постараться, можно было разглядеть в оскале Найтмер Мун улыбку, — мы рады приветствовать тебя в нашем кругу.

Твайлайт хотела поклониться, как это принято в кантерлотском дворце, но сообразила, что находится на собрании республиканцев, и потому только почтительно кивнула, ничего не ответив.

— Рэрити, — белоснежная единорожка вытянулась в струнку, стоило принцессе назвать её имя, — твои костюмы — отрада для глаз, но этот наряд особенно хорош. Подойди к Нам вечером, обсудим твой новый заказ.

Швея приоткрыла рот, едва дыша от свалившегося на неё счастья. Взяв себя в копыта, Рэрити расплылась в смущенной улыбке и склонила голову. Твайлайт особенно остро ощутила неловкость, так как все единороги наверняка после приёма будут обсуждать то, во что она одета, и непременнно заговорят о ней самой. "Лишнее внимание..."

— Конечно, Ваша Лучезарность.

— Присаживайтесь, — аликорница указала взглядом поочередно на два места: подальше от неё и близко к ней настолько, что при желании принцесса могла дотянуться крылом, стул рядом со Старлайт. Рэрити сразу же устремилась к первому, Твайлайт пришлось занять второе. Глиммер опустила глаза на её кьютимарку и, увидев полумесяц, одернула себя — ну разумеется, в этом зале у всех была единая кьютимарка. Похоже, она хотела ещё что-то спросить, но Найтмер Мун кашлянула и выпустила в воздух над столом маленькое световое заклинание, что говорило о начале приёма.

— Наступают тяжёлые времена для нас, воины Республики. Мы одеживаем победы одну за другой, но проигрываем на невидимых фронтах. Всех волнует продовольственный вопрос, так как год выдался неурожайным, а лучшие территории всё ещё принадлежат нашим врагам, и они будут особо отчаянно сражаться за них.

— Позвольте сказать, Ваша Лучезарность, — поднялась жёлтая единорожка с пшенично-золотистой гривой, сплетённой в косу, — Уничтожение Погодной Фабрики сильно поспособствовало этому кризису.

Найтмер скривилась, не ожидав завуалированного упрека в словах пони. Как Твайлайт узнала из разговоров, Найтмер Мун хотела лично участвовать в нападении на Клаудсдейл, это был до деталей её план, но побег из Эпплузы отвлёк на себя всё её внимание. Агент Свити Дропс вывела около пятидесяти пленников, которые отказались давать клятву верности Республике, из городка, в котором было больше сотни республиканцев. Гнев Найтмер Мун даже её верные последователи не могли описать словами. Поэтому план принцессы ночи был исполнен без неё, правда, это ничего не меняет — она виновата в том, что целый город с жившими в нём пони и созданными ими технологиями исчез навсегда.

— Не взрыв унитожил всё, что могло бы быть для вас полезно, а вышедшая из-под контроля погода. В Наши планы не входило полное уничтожение, и, будь Мы там, Мы бы предотвратили бурю. Однако теперь прихвостни Селестии абсолютно точно не смогут восстановить Фабрику, и превосходство отныне за нами, так как погода уже не подчиняется имперским пони, а вы, проведя год в Вечносвободном лесу, куда более приспособлены к суровым условиям. Вспомните сражение в заливе Подковы. Когда льёт дождь, он должен лить на всех, а не только на нас...

— Но не лучше ли было просто захватить Погодную Фабрику, нужен ли был взрыв вообще? Повреждение главного котла не могло хорошо кончиться, — взволнованно спросила та же золотая единорожка, — каждый корпус был бы полезен...

— Не время сейчас это обсуждать. Республике не нужны руины Империи, вы способны всё сделать сами. Есть успехи, Санни Сид?

Единорожка виновато опустила голубые глаза.

— Простите, Ваша Лучезарность, мы ищем способ, но в лесу трудно что-то вырастить, учитывая обилие вредителей. Какими бы успешными ни были чары, они не могут ускорить процесс созревания настолько, чтобы мыши не успели подобраться к растениям.

— Что мешает создать отпугивающее заклинание?..

— Эмм, ну...

— Днём вам помогут единороги, а ночью на стражу садов и огородов встанут бэтпони. Вырубите участок леса для новых посадок. Пробуйте, Санни Сид, замок нуждается в пище! Что с поставками из Эпплузы и Додж Джанкшена?

— От Черри Джубили всё ещё нет вестей, — ответил серый единорог с бордовой гривой, — мы послали гонца в обход леса, поэтому ответ стоит ожидать только завтра.

— Хорошо, Мы можем подождать сутки. Риттен Скрипт, ты также нужен будешь Нам вечером.

Единорог кивнул, ничем не показав любопытство, из чего следовало, что ему прекрасно известна причина грядущей встречи. Что-то в этой недосказанности пугало Спаркл.

— Мун Дэнсер, как обстоит дело с осадочными заклинаниями? — Найтмер Мун посмотрела налево, какая-то пони поднялась, готовясь ответить принцессе. Твайлайт пришлось вытянуться немного вперёд, чтобы увидеть смутно знакомую бордовую челку с сиреневой полосой и чёрные строгие очки.

— Изготовление снега и дождя уже почти полностью освоено нашими магами, идут последние работы над движением воздушных масс, — докладывала пони безэмоциональным голосом. — Наши вентиляторы достаточно мощны, но нужно отладить регулирование силы ветра.

"Погодные заклинания?! Зачем?.."

В полусумраке тронного зала сверкнули клыки улыбнувшейся принцессы.

— Прекрасно. До этого времени никто не совершал столь грандиозных прорывов в магии, пожалуй, разве что кроме Старсвирла Бородатого. Погодная магия надёжна и никуда не исчезнет вместе со взрывом одного завода, чего нельзя сказать про облачные постройки. Клаудсдейл подтвердил Наши опасения. Теперь вы будете работать сообща. Земные пони помогают с механизмами, единороги обеспечивают сохранность и стабильность процесса, и всё это основано на технологиях пегасов. Вот что честно и правильно. Республика испытывает трудности, но, как видите, друзья, шаг за шагом мы ближе к победе, и мы уже демонстрируем Империи правдивость и пользу наших убеждений. Близок час, Кантерлот падёт.

— Да здравствует Республика! — дружно воскликнули единороги, словно это было запланировано. Твайлайт повернула голову к Найтмер Мун и окаменела, когда поймала на себе её оценивающий взгляд.

— Ваша Лучезарность, — отвлекла на себя внимание аликорна Старлайт Глиммер, поднимаясь со стула, — позвольте сказать, разработка Вашего оружия также подошла к концу, и мы готовы к испытаниям.

— Отлично! — Найтмер оживилась, искренне довольная новостью, — Селестия умна, но подобное даже ей в голову не взбредёт. Никто не вспомнит, как нам пришлось начать войну, когда мы закончим её самым гуманным образом в истории Эквестрии... — ей пришлось сощуриться, так как прямо на неё упал солнечный луч, проникнув сквозь неплотно закрытые шторы. — А мы заговорились. Нужно начинать.

— Да здравствует Республика! — зал опять взорвался торжественным кличем, и все пони встали, глядя друг на друга; Твайлайт поспешила за ними. Найтмер Мун распрямила крылья, окидывая змеиным взором собрание.

— Пока цела наша обитель, жива надежда всей Республики, — прогрохотала она и выпустила в потолок столб ядовито-голубого света; от каждого рога к этому потоку потянулись пульсирующие светящиеся нити, подкрепляющие и усиливающие его.

Только Твайлайт оказалась не у дел, лишённая возможности колдовать. С очарованием ученика, наблюдающего мастер-класс учителя, она смотрела на голубую сферу, образующуюся в центре потока. С ослепляющей вспышкой эта сфера вдруг лопнула, и волшебство невидимой стеной прошло сквозь стены, останавливаясь где-то вне замка. Спаркл догадалась, что это был как раз тот самый щит, упомянутый Найтмер Мун ранее. "Она использует других пони для поддержки купола, чтобы не истратить все свои силы".

Когда свет рассеялся, Найтмер Мун выстрелила зелёным лучом в шторы, и те распахнулись, пуская солнце в зал сквозь цветные витражи. Лишь одна сторона оказалась неосвещенной, та, где стоял трон принцессы ночи. Скрывшись в его тени, аликорн кивком головы дала понять, что собрание закончено.

...или его официальная часть.

Абсолютно пустой каменный стол в один миг обратился фуршетом, и тишина сменилась жужжанием голосов. Жеребята, быстро перекусив, повскакивали с мест и принялись играть под носом у Найтмер Мун, которая необычно ласково улыбнулась им.

"Это сон. Это не может быть правдой". Твайлайт посмотрела на свою пустую тарелку, а затем на блюдо с горой яблок, стоящее перед ней.

— Ты в замешательстве, — констатировала Старлайт Глиммер, отвлекаясь от маффинов, — пони настолько устрашены методами нашей предводительницы... Жаль, что вы готовы умереть, только бы не постичь истину, которая очернит вашу солнечную императрицу.

— Принцесса Селестия никогда не действовала исподтишка.

Розовато-сиреневая единорожка догадалась, о чём речь.

— Кантерлотский фейерверк должен был раз и навсегда уничтожить всю правящую верхушку, но мы не успели разместить достаточно зарядов, стража заметила нас. Пришлось поджечь то, что было.

— Мой брат чуть не лишился зрения в ту ночь, — Твайлайт старалась придать своему голосу больше печали, чем гнева, — многих его подчинённых ранило и трое стражников скончались на месте.

— Мне жаль, что они оказались не в то время не в том месте. Но если бы не они, Эквестрией уже бы почти год правил Совет Республики. Никто не планировал воевать так долго. И если даже ты не разделяешь наших взглядов, ты должна хотя бы понимать, что жизнь в Эквестрии при Селестии не прекрасна.

— Пока Найтмер Мун не указала на несовершенность этой жизни, все пони жили мирно и всех всё устраивало.

Старлайт всплеснула копытами, утомлённо вздыхая.

— Если бы я не знала, зачем Её Лучезарность пригласила тебя, то я бы начала сомневаться в разумности её решений. Ты не кажешься похожей на ту, кого можно принять в наш круг.

— И зачем я нужна ей? — спросила Спаркл равнодушным тоном, в глубине души уповая на то, что её новая знакомая не откажет в хоть какой-нибудь информации.

— Рано об этом говорить, это дело Сансет Шиммер. Впрочем, мне приходится оказывать ей посильную помощь, так как наши работы завязаны на одном,.. — Старлайт хитро улыбнулась и указала взглядом в сторону трона; упомянутая апельсиновая пони сейчас обсуждала что-то с принцессой, не прикоснувшись к еде. Судя по всему, Найтмер Мун была недовольна ученицей.

—...на кьютимарках.

* * *

Переняв эстафету от Рэрити, Старлайт Глиммер продолжила экскурсию по замку. На этот раз коридор был знаком Твайлайт — они направлялись к библиотеке.

— Насколько ты знаешь, книги в этом замке исключительно древние, — начала Старлайт, — до нас сохранились лишь некоторые копии, но все оригиналы здесь. Тысячу лет пони даже не пытались попасть сюда, тысячу лет пони игнорировали это море знаний, которое терпеливо ожидало своего мореплавателя, а принцесса Луна любезно подарила нам шанс безопасно добраться до своего замка и пользоваться любой литературой. Основы погодных заклинаний мы нашли в одном из неизвестных нам прежде сборнике Старсвирла Бородатого. По каким-то причинам Селестия не сохранила эти записи и не дала нас доступа к ним.

— Жестоко отбирать у пегасов то, для чего они были рождены.

— Пегасы не останутся без дела, поверь.

Библиотека сверкала чистотой, и Твайлайт сочла это наградой за долгие дни уборки без помощи магии. Похоже, Старлайт Глиммер умела читать мысли, так как в ту же секунду она произнесла следующее:

— Ты хорошо потрудилась, приводя это место в порядок. По правде говоря, мы заходили сюда лишь несколько раз, в поисках нужных книг, не было времени беспокоиться о пыли и мусоре, а кроме нас с Шиммер никто не мог посещать библиотеку, принцесса наложила запрет. Судя по всему, Найтмер Мун доверяет тебе, и я тоже должна, но не стану. Пока что.

"Она просто готовит для меня ловушку побольше, чем клетка и блокировка магии".

— ...поэтому я попрошу тебя не смотреть.

Фиолетовая единорожка удивленно взглянула на пони Совета, которая уже протягивала к ней черную ленту. Заметив этот взгляд, Старлайт подняла бровь: ей казалось странным, что подобные меры могут вызвать удивление.

— Как недавно выяснилось, попасть в наши лаборатории можно также и из читального зала принцесс. Это двойная потайная комната, и в целях безопасности мне лучше не позволять тебе увидеть механизмы, да и сам путь... До конца пути тебе лучше оставаться слепой.

Твайлайт фыркнула, не понимая, зачем Найтмер Мун и единороги так откровенничали при ней, если теперь ей запрещают видеть дорогу к их тайнам. Впрочем, она не сопротивлялась и позволила завязать ей глаза. Раздался звук заклинания, что-то щелкнуло, и камень запел о камень, будто открылась тяжёлая дверь тюремной камеры. Следом послышалось тихое "ах" и бодрый цокот копыт по мраморному полу.

— Как тут уютно! — практически пропела Глиммер откуда-то издалека, — а у них действительно королевский вкус! Вперёд!

Попытавшись сделать шаг, Твайлайт ощутила, что падает, и попыталась найти опору, но не смогла. Тихий звон магической ауры одновременно успокоил и рассердил ученицу Селестии — её не просто вели с закрытыми глазами, её несли по воздуху. Таким образом ей даже не сосчитать шагов, и повороты также останутся незамеченными.

— Умно, — побеждённо хмыкнула единорожка, — но разве ты сможешь удерживать меня так долго?

— У меня хватит сил и на обратный путь, — коротко рассмеялась Старлайт. Снова что-то заскрипело, и пленница, лишённая осязания и зрения, смогла только по звуку понять, что они двинулись куда-то вниз, по лестнице.

— Ты училась в Школе для Одарённых Единорогов?

Шаги затихли. Спаркл слышала лишь тяжёлое, глубокое дыхание, и отдалённую капель. Сверху вновь зашуршал камень, и очередная потайная дверь гулко закрылась, отрезая их от библиотеки. В воздухе запахло сыростью.

— Нет, — ответила после долгого молчания Старлайт, и опять зашагала по ступеням, — мой друг получил кьютимарку, открыв в себе талант к телекинезу, и только после этого он был принят в вашу школу. Я вдохновлялась его примером.

— Наверное, он на курс старше; среди моих одноклассников не было мастеров телекинеза, — рассудила вслух Твайлайт, давно убедив себя, что в левитации предметов она совсем не хороша (хотя истина заключалась как раз в обратном).

— Возможно, — как-то вяло согласилась Старлайт Глиммер и больше не произнесла ни слова. Пытаясь считать её шаги, Спаркл сбивалась десятки раз и в итоге бросила это дело, желая только одного — поскорее почувствовать что-то твёрдое под ногами. Развлекая себя мыслью, что чернота повязки — это космос, а отсутствие опоры — невесомость, которую по убеждениям учёных должны испытывать пони далеко среди звёзд и планет, Твайлайт и не заметила, как её пытка кончилась.

— Пришли, — сказала Старлайт, поставив ведомую на пол и избавив её от повязки. Перед аметистовым взором Спаркл поначалу открылась сияющая стена, в которой с непривычки единорожка не сразу разглядела пустые ячейки. Рядом лежал загадочный посох с двумя зубьями.

— Это не для тебя, для твоих соратников, — махнула копытцем Глиммер, проходя дальше в комнату. Кроме непонятного светящегося шкафа здесь было много книг и бумаг, а также непонятно зачем закутанные в ткань банки. "Как же она может читать и писать с таким тусклым светом?", пришло ни с того ни с сего в голову Твайлайт, когда она посмотрела на еле пламенеющие факелы. И...

— Пора.

"Найтмер Мун только что была наверху, как..."

Не успела Твайлайт и слова сказать, как её сковало новое заклинание, теперь уже сотворенное Освободительницей. Тень от факела вдруг растянулась и поднялась, приобретая форму аликорна. Глаза Найтмер Мун горели двумя неоновыми безднами, а глаза Старлайт излучали свет, подобно лампам. Глиммер взяла посох.

— Ты смотрела, но не видела, слушала, но не слышала. Ты всё ещё верна своей солнечной королеве. Позволь же поделиться с тобой истиной иначе, — прогрохотала Найтмер Мун, и на кончике её рога зажёгся белый огонёк. От него поползла мерцающая нить, которая коснулась лба Твайлайт и обожгла её; внезапно обрушившаяся на пони тяжесть не дала ей ответить.

Шипение магии приглушилось, всё вокруг становилось то чётким, то мутным, глаза хотелось закрыть, но неведомая сила держала их открытыми. Найтмер Мун шевелила губами, но Твайлайт не услышала ни единого звука с её стороны. Только гул... и мелодия, похожая на колыбельную, сначала тихо, а потом всё громче просачивающуюся через тишину.

Сквозь пелену Твайлайт смогла увидеть и понять, что всё больше нитей тянулось к ней, из сумерек выходили тени, качавшиеся в такт мелодии, а Найтмер Мун чёрной птицей возвышалась над ними, и два её кислотно-зеленых глаза пронзали эту тьму.

Чьи-то мысли ворвались в сознание Твайлайт хором шепчущих голосов. "Принцесса Луна права", "Помоги нам", "Селестия только использует тебя", "Республика — это будущее Эквестрии", "Нам нужна война", "Луна освободит нас"... Единорожка закрыла глаза и попыталась противостоять наваждению, но она не могла сказать ни слова, будто она даже забыла звучание своего собственного голоса.

Мелодия растворилась в тумане шёпота, а следом исчез и сам туман. Спаркл медленно опустилась на пол и окончательно отключилась.

* * *

Всё вокруг было ослепительно белым. "Я умерла?"

— Твайлайт Спаркл... — звал её смутно знакомый голос. Парящая посреди сияния единорожка могла шевелиться, но куда бы она ни глядела, источник голоса не показывался.

— Она никому не желает добра, — сказал кто-то совсем близко. — Закончив одну войну, она начнёт другую. Ей не нужно счастье. Ей не нужна Гармония. Ей не нужна Эквестрия. Ей нужны только страдания. Я знаю... Я и есть она.

Тёмно-синий аликорн подплыл к Твайлайт словно из неоткуда. Выражение мордочки хранительницы снов было преисполнено грусти.

— Принцесса Луна... — прошептала Спаркл, сердцем порываясь утешить её, но не зная, как.

— Я не могу говорить долго, Тьма слишком сильна, но я наблюдаю за вами, — несмотря на стоящие в бирюзовых глазах слёзы, принцесса говорила чётко и спокойно, — Всё, что мне под силу — прогонять кошмары, которые Тантабус несёт вам.

— Тант... что?

— Это сейчас не важно. Вечносвободный лес, неподалёку от замка, есть древо... Найди его. Оно поможет отыскать Элементы. Но помни, что Найтмер Мун тоже знает о нём...

Белый мир вдруг задрожал, загудел, и сквозь светящееся пространство прошёл чёрный, как ночь, луч. Силуэт аликорна побледнел, грозя испариться.

— Кошмары... Древо, Твайлайт, Селестия поймёт!..

Где-то высоко над ними послышался грохот, и свет буквально пополз по швам, обнажая чёрные щупальца Тьмы. Поймав принцессу Луну, они утянули её полурастворяющуюся фигуру во мрак, и скоро вокруг не осталось ни единого белого клочка. Бесконечно падая в кромешной темноте, Твайлайт заплакала от своей беспомощности.

Как победить то, что способно проникать в твои сны?

* * *

— Что вы с ней сделали?! Чтоб вам в Тартар провалиться!..

...

— Сколько она лежит здесь? Как давно без сознания?

— Что с ней, Скай?

— Ей могут помочь только медпони, разбирающиеся в магии и её последствиях...

— И почему я учил боевые, а не целебные заклинания!

...

— Дискорда на ваши головы! Пленные ведь лечат ваших раненых! Она лечила ваших раненых! Откройте!

— Не стоит... — пробормотала Твайлайт, наконец сумев открыть глаза. Свити Дропс, устав от долгого крика, прочистила горло, а Сюрприз перестала барабанить копытами по двери, подбежав к очнувшейся пони. Голова трещала, и весь мир будто плыл, но в целом картинка была четкой, да и речь была слышна достаточно ясно.

— Как ты? — спросила Лира, заботливо погладив фиолетовую единорожку по голове, — мы испереживались за тебя.

— Что... Который час?..

— Почти рассвет, — ответил кто-то голосом Твайлайта Ская, и Спаркл повернула голову. Тёмно-серый пегас пошевелил крыльями в знак приветствия. "Почти рассвет?!"

— Я лежу здесь уже...

— Всю ночь, да, — Комет Тэйл тоже появился в поле зрения, — мы не знаем точно, но когда мы вечером вернулись с работ, ты уже была здесь. Что там произошло? Что они сделали?

"Что сделали... Вчера, приём у Найтмер... Ячейки, посох... Заклинание... Древо..."

— О Селестия! — если бы у этой единорожки были крылья, она бы взлетела — настолько резво и внезапно она вскочила на ноги, — они же... Они создали аналог Погодной Фабрики! Они говорили о магии, которая даже нашей принцессе не доступна, о том, что скоро Кантерлот падёт... Так мало и так много информации! Неужели я всё провалила... — Твайлайт заметалась из угла в угол, переполняемая эмоциями, которым она не дала выхода вчера перед приближёнными к Найтмер Мун.

— Для начала, Селестия — хороший признак, — ухмыльнулась Бон-Бон, переглянувшись со Скаем и Лирой. Комет Тэйл остановил не находящую себе места единорожку.

— Твай! Успокойся!

— Кто бы говорил о спокойствии, Комет, — поддела боевого мага Свити, — кто тут рассекал камеру вдоль и поперек всю ночь, не умолкая?

Синегривый единорог стушевался и быстро отвернулся, чтобы скрыть румянец. Твайлайт охнула, вновь чувствуя головокружение и усаживаясь на подол своего платья — всё-таки пока что она была слишком слаба. Кьютимарка под тканью странно жгла, но это было пустяком.

— Вы не спали из-за меня всю ночь?

— Ничего страшного, — улыбнулась Сюрприз, отбрасывая лохматую челку назад, — но тебе лучше рассказать нам всё. Под всем я имею в виду не просто "всё", а "всё-всё-всё" и даже больше.

Твайлайт втянула побольше воздуха, прежде чем начать.

## 1х05 Сопротивление

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 5: Сопротивление

Без сомнения, этот день был особенным. Вчерашний тоже был особенным, но этот был... особенно особенным, как сказала Сюрприз. Все это чувствовали, и никто не мог понять, хорошо это или плохо.

Во-первых, за ними не пришли. Уже как два часа они должны быть на работах, но дверь в камеру так и не открылась.

— Не может быть, чтобы мои часы спешили! Когда они работают, они точны до наносекунды, а когда они не точны, они не работают! — настаивала Бон-Бон, — Каким бы я была агентом, если бы у меня были обыкновенные часы?

— Если бы у тебя были шпионские часы, мы бы уже выбрались отсюда, — улыбнулся Твайлайт Скай, распрямляя безнадёжно мятый халат.

— Это новая модель, которую я ещё не опробовала. Я не могу активировать какие-либо функции, потому что в лучшем случае, может, мы и выберемся отсюда, но в худшем дружно умрём.

— Так испытай это во время завтрака, на улице? — предложил Комет Тэйл.

— Ага, и покажи всем, какая славная штука у тебя есть, чтобы её на месте отобрали? Ну нет!

— Теоретически, если Комет обладает средними познаниями в щитовой магии, можно избежать катастрофы. — Спаркл отвлеклась от старательного отряхивания платья, которое она хотела вернуть Рэрити в более-менее приличном виде.

— Вообще-то у меня арсенал атакующих заклинаний, оборона не по моей части.

— В таком случае ты должен быстро бегать, — хихикнула Сюрприз, не отрывая ухо от стены, пытаясь услышать происходящее снаружи. Комет Тэйл словно не заметил усмешки и гордо кивнул.

— Я получил свою кьютимарку, победив в осеннем забеге...

Во-вторых, ещё через полчаса пришёл стражник-бэтпони, очень уставший из-за дневного бодрствования, и положил подносы с едой. Он не ответил ни на один вопрос, только сказал, что сегодня Республика не нуждается в их "помощи".

— А завтра? — не сдавалась Твайлайт. Бэтпони застыл.

— А будет ли завтра... — он дернул головой и отмахнулся, словно сказал то, что не должен был, — у нас некоторые проблемы, но мы разберёмся.

Сразу после этих слов в коридоре звякнула сталь. Стражник повернулся к выходу и едва успел увернуться от летящего в него дротика. Из-за угла выглядывала земнопони, вся покрытая странными зелёными рисунками, с торчащими из гривы и хвоста листьями и с трубкой в копытах.

Это было "в-третьих".

— Что за... — начал ошарашенный бэтпони, когда в проёме появился ещё один пони и бросил в охранника какую-то склянку с криком "В сторону!". Осколки разбитой склянки никому не навредили, но вырвавшийся из сосуда газ в несколько секунд усыпил мечтавшего об отдыхе бэтпони. Незнакомцы поманили пленников за собой, и компания не раздумывая последовала за спасителями. В коридоре было дымно, но это был не усыпляющий газ. Тела дюжины бэтпони лежали по всему проходу.

— Не смотрите так, мы только оглушили их, — улыбнулась голубая пони с духовой трубкой, — Сопротивление старается никого не убивать.

— Сопротивление? — спросила Свити Дропс, вместе с Лирой ковыляя следом.

— Вам лучше поговорить об этом с нашим вождём. Давайте скорее! — поторопил другой пони. В дыму Твайлайт разглядела ещё несколько воинов, что открывали остальные камеры; пленники выходили оттуда и радостные и растерянные. Твайлайт зажмурилась и вновь распахнула глаза, желая убедиться в реальности происходящего.

— А как же Найтмер Мун? — этот вопрос первым пришёл ей на ум.

— Занята войсками Империи. Пока мы всю ночь осаждали замок, имперцы прознали об этом, и теперь над нами летает с половину всех воздушных сил Селестии. Пегасы прилетели мстить за Клаудсдейл.

Сюрприз встрепенулась, расправляя каждое пёрышко.

— Наконец-то. Сегодня восстановится справедливость!

И даже лохмотья вместо униформы не могли скрыть в желтогривой пегаске истинного Вондерболта. Комет Тэйл размял шею, также готовясь сражаться, но Твайлайт остановила его одним взглядом на Бон-Бон и Лиру.

— Хэй, мы способны передвигаться самостоятельно! — возмутилась Свити Дропс, однако маг не был против помочь боевым подругам, к тому же из присутствующих применять заклинания мог только он, и это накладывало на него своего рода ответственность перед пострадавшими от Ядовитой Шутки единорожками. Синее облачко подняло соединённых подруг под потолок.

— Придётся иногда делать перерыв, но я справлюсь, — заверил Комет. Глядя на барахтающихся в воздухе пони, Спаркл вспомнила себя, абсолютно дезориентированную в пространстве по милости Старлайт Глиммер. Тот потайной ход они ещё отыщут, но сейчас побег был в приоритете.

Компания помчалась наверх, к больничным палатам. Разукрашенные пони Сопротивления шли впереди, обезвреживая стражников. "Неужели сегодня всё кончится? — размышляла Твайлайт, взбегая по ступеням, — не сомневаюсь, что и наземная армия Имп... Селестии подоспеет".

Оказавшись на первом этаже, группа из спасенных и спасителей разделилась — кто-то помчался по коридору дальше, к выходу, другие же задержались, чтобы вывести пленников из госпиталя. Лесные пони торопили уже освобождённых, но Твайлайт Скай остановился.

— Три недели я проработал врачом. Это мой долг.

Тёмно-зелёный земнопони с копьём вздохнул и кивнул ему — спорить было некогда, да и лишняя пара крыльев им бы пригодилась. Спаркл присоединилась к пегасу. Лира взволнованно ойкнула, заметив это и намереваясь остановить мчащихся вперёд Комета Тэйла и Сюрприз, но Твайлайт протестующе потрясла головой. Свити Дропс, успокаивая Лиру, кинула на обоих понимающий взгляд, а затем все они исчезли за поворотом.

Почти все раненые имперцы были выведены или вынесены. Республиканцы не пытались помешать вторгнувшимся в больничное крыло пони, съежившись на койках и испуганно озираясь. Скай ринулся помогать Садден Винду, Спаркл, в толпе ища тех, кому нужна помощь, врезалась в кого-то. Потерявший равновесие светло-оранжевый пегас вскинул голову и посмотрел на неё, и Твайлайт растерялась, утонув в синих глазах.

— Ой, извини, — виновато улыбнулся королевский страж, — нам пора прекращать встречаться таким образом.

"Нет, нет-нет-нет, не смотри на меня так". Вернув самообладание, Твайлайт протянула ему копыто и помогла встать.

— Я понял, что был неправ, и.. — начал было он, но речь раскаявшегося авантюриста не входила в их плотный график.

— Это... — прервала единорожка, запинаясь, — ну.. Не важно. Сейчас. Нам нужно уходить, и как можно скорее.

Пегас согласно кивнул, и Твайлайт нырнула под его крыло, чтобы поддержать. Всё же он был измучен, хотя раны уже начали заживать.

Спешка, оживленность и даже какая-то радостная паника несла Твайлайт вместе с толпой. Полторы недели проведя в замке, вдали от дома, единорожка одновременно с тревогой и весельем думала о возвращении, не зная, что её там ожидает и как она будет объясняться перед родителями, братом и Спайком. Воспоминание о том, что она подвела свою наставницу и не смогла добыть Элементы Гармонии, должно было погрузить Твайлайт в отчаяние, но стоило дверям распахнуться, она погрузилась в совершенно другой мир.

Везде и всюду разгоралось сражение. Объятое дымом небо было полно пегасов, ни на мгновение не задерживающихся на одном месте; их яростные вопли и звон стали оглушали даже тех, кто был внизу. Бегущие пони постоянно проваливались в рытвины и спотыкались об оружие и тела, упавшие свысока, на расплющенный вид которых все старались не смотреть. Единорожка едва успела отшатнуться, когда прямо перед ними неудачно приземлился и пропахал собой землю раненый Шэдоуболт.

— Спасибо, я дальше сам, — оранжевый пегас убрал крыло со спины боевой подруги и устремил взгляд вверх. Твайлайт испуганно наблюдала, как он приседает перед взлётом, чтобы вспорхнуть туда, в самую битву, и выпрыгнула перед ним, останавливая безумца. Остальные пленники обходили их стороной, торопясь добраться до леса.

— Ты ещё слаб!

— Твой брат бы поступил также, — ответил он, и Спаркл прочла в его взгляде искреннее обожание своего командира и благоговение перед ним, — королевский страж должен защищать не только принцессу, но и всю Эквестрию.

"Глупый жеребёнок!", подумала Твайлайт, но отступила перед решительностью раненого. С трудом поднявшись в воздух, пегас сначала неуклюже, а затем всё увереннее и быстрее приближался к сражающимся собратьям, пока какой-то другой пони в фиолетово-чёрном костюме не налетел на него. Только тогда единорожка вспомнила, что не узнала его имени, и ей стало невыносимо совестно. "Может, он и хотел спасти меня лишь для того, чтобы предстать перед Шайнингом в выгодном свете, но..."

— Осторожно!!! — закричал кто-то позади. Твайлайт обернулась и еле успела увидеть, как Шэдоуболт падает прямо на неё, причём падает специально, как хищная птица пикирует к жертве. Всё исчезло для единорожки; были только эти жуткие золотые линзы очков и серебряный блеск лезвия накопытника, как вдруг раздавливающая до искр в глазах сила унесла её в сторону и, прямо как в парке развлечений, потащила её по крутой дуге в небо.

После серии мёртвых метель Твайлайт почти не могла соображать, её крутило и выворачивало наизнанку, но стоило ей разглядеть своего спасителя, а точнее спасительницу, Спаркл забыла о тошноте. Совершенно явно и чётко она видела погибшую в катастрофе Клаудсдейла, всеми оплаканную и похороненную Рэйнбоу Дэш.

* * *

— Это только наша битва, Лайтнинг Даст! — закричала радужногривая пегаска, оглядываясь; ошарашенная Спаркл проследила за её взглядом. Шэдоуболт догнала их и теперь, паря слишком близко, чтобы можно было оторваться от неё, зло ухмылялась сопернице.

— Всего лишь единорожка. Ты всё такая же сентиментальная, Дэши, — произнесла она, особо смакуя ласковое прозвище. Твайлайт ощутила, как напряглась держащая её пегаска.

— Не называй меня так! — вспыхнула Рэйнбоу, — Никогда!

Не дав предводительнице Шэдоуболтов ответить, Рэйнбоу Дэш устремилась вниз. Твайлайт вновь ощутила тошноту, однако уже через несколько секунд они были на земле. Припав к траве, Твайлайт забормотала что-то бессвязное, не понимая, что говорит, но этим как-то выражая свою любовь к безопасной, твёрдой земной поверхности и радость от возвращения с небес. Пегаска позади насмешливо фыркнула, наблюдая эту картину.

— Спасибо, — сказала Спаркл после целого ритуала во славу земли, поднимаясь на ещё подкашивающиеся ноги, — я в вечном долгу.

Рэйнбоу Дэш отмахнулась.

— Уходите, сюда направляется подкрепление! Мы уничтожим логово этих летучих мышепони, точно так же, как они уничтожили наш дом!

Раздался громоподобный грохот, и одна из башен, которую Твайлайт не смогла разглядеть из-за дымовой завесы и пламенного зарева, рухнула в нескольких десятках метров от них, окатив обеих волной пыли.

Решимость в красных глазах Рэйнбоу сверкнула алой искрой. Находясь в каком-то странном состоянии, когда события вокруг происходят нереалистично медленно, лавандовая единорожка смотрела, как Вондерболт раскрывает крылья, отталкивается и взмывает вверх, отсалютовав ей...

Стальной протез заменял героине левое крыло, потерянное при взрыве котлов Погодной Фабрики. Судя по скорости пегаски, он нисколько не стеснял её и не мешал ей в полёте, наверняка была замешана магия...

"Как жаль, что мне не удалось рассмотреть её поближе! Зато как будет рада Сюрприз! О, где же она сейчас?.."

— Твайлайт! Твай! — обернувшись, единорожка увидела со всех ног мчавшуюся к ней испуганную и заплаканную Рэрити.

— Твайлайт! Ты помнишь, моя сестра, Свити Белль? — пролепетала Рэрити сквозь рыдания, задыхаясь от пыли, угара и собственных слёз, — ты не видела её? Она пропала ещё до того, как всё, всё это, взорвалось, я не знаю, я...

— Тише, тише, — Твайлайт успокаивающе приобняла единорожку, и та уткнулась мордочкой в её гриву, содрогаясь от ужаса.

— Свити... Где же...

— Мы обязательно найдём её. Она наверняка уже в лесу!

Приведя Рэрити в чувство, Спаркл потащила её за собой со смертельно опасного открытого пространства в спасительные дебри, отвлекая внимание единорожки от мертвецов, на которых ей и самой было страшно смотреть — времени бояться просто не было. Перебежав мост, Твайлайт оглянулась, и её глазам предстала картина откуда-то из глубин Тартара. Среди темной зелени Вечносвободного леса и мрачновато-голубого, умиротворенного неба полыхал замок, и в смольном облаке над ним иногда мелькали вспышки и чьи-то силуэты. Чёрный дым не пропускал ни единого лучика солнца, сквозь него проходил лишь красный свет пожара, пожара, подобного которому ещё не видела Эквестрия. У Рэрити захватило дух.

— О Луна, что же нам делать?.. — прошептала она испуганно и зажмурилась. — О принцесса, пусть это будет сном...

"Но это не сон. Это кошмар наяву. Это то, чем мы, пони, стали..."

У деревьев их встретила та самая голубая пони с духовой трубкой. Все остальные уже давно были в лесу, но эта кобылка задержалась, увидев их на мосту.

— Это не наша вина, — увидев слёзы Рэрити, сказала она, — мы не разрушаем. Это не наш путь.

— Вы не видели маленькую белую еднорожку с сиренево-розовой гривой? На ней может быть чёрный республиканский костюм, — спросила Твайлайт, опережая долгие объяснения и без этого измученной швеи.

— Да тут столько пони было, как мне вспомнить?

— Пожалуйста... Моя сестра... — Рэрити устремила на воительницу отчаянный взгляд, — она ни в чём не виновата... я не могла потерять и её...

Смягчившись под этим взглядом, земнопони осторожно и ободряюще улыбнулась.

— Мы спасли многих жеребят. Наверняка и твоя сестра найдётся. Мне кажется, я видела похожую пони, в компании рыжей пегаски...

Рэрити радостно воскликнула и бросилась обнимать её, а затем Твайлайт, до удушья тиская обеих. Надежда, в одну секунду наполнившая её исстрадавшуюся за этот час душу, была заразна; Спаркл, упрямо перебиравшая в памяти всё увиденное и всё глубже вязнувшая в пока необъяснимом для неё чувстве, таки не смогла сдержать улыбки.

* * *

— Так кто вы и зачем спасли нас? — спрашивала Твайлайт, следуя за Блю Вэйв в незнакомый ей участок Вечносвободного леса и с удивлением примечая следовавшего за ними прямо по деревьям пони, — что такое Сопротивление?

— Мы устали жить в страхе. Мы устали от войны, от жестокости, от смерти. И вы ведь устали, не так ли? — скорее утверждала, чем спрашивала голубая кобылка, — здесь, в Вечносвободном лесу, мы свободны от наших страхов. Здесь мы не должны убивать.

— Но тогда к чему...

— Мы хотим донести до республиканцев и имперцев, что Эквестрии необходимо оставаться единой и непоколебимой. Вашими междоусобицами могут воспользоваться другие.

— Другие? Кто?

— Чейнджлинги.

Блю Вэйв раздвинула лиановый занавес и кивком предложила единорожкам пройти вперёд. Перед ними открылась целая деревня; несколько десятков палаток рядами покрывали берег лесной реки. Жизнь здесь казалась вполне мирной: жеребята плескались в воде, звонко хохоча, матери варили обед, запах которого возбудил аппетит так и не позавтракавших пони, а жеребцы таскали дрова к высокому костру. Чуть в стороне сидели спасённые пленники королевского замка, ожидая чего-то. Твайлайт успела заметить, что они также были разрисованы зелёной краской.

К новоприбывшим тут же подскочили часовые с копьями наперевес. Они молча окружили Твайлайт и Рэрити, подозрительно рассматривая каждое их движение и взгляд.

— Увы, не можем всем мы доверять. Гостей, чтоб выжить, нужно проверять, — произнёс странный голос, и стражники пропустили в круг очень странную полосатую пони... "Зебра! Самая настоящая зебра!"

Зебра держала чашу со странной зелёной массой, в которой можно было узнать ту самую краску, что покрывала тела воинов племени. Незнакомка мазками художника нанесла на мордочки единорожек свои узоры, и обе на мгновение покрылись сиянием.

— Что... что это? — спросила Рэрити, растерянно осматривая себя.

— Всё хорошо, спокойна будь, мазь эта только показала твою суть, — всё той же странной рифмой ответила зебра, добродушно улыбаясь. Всё, всё было странно и непонятно. Почувствовав недоумение гостей, зебра жестом пригласила их идти за ней; Блю Вэйв поскакала к остальным освобождённым и всей толпой они зашли в самую первую и самую большую палатку.

— Бороться с теми, кто прячет истины личину, и кровопролитья лишь не быть причиной — самое малое, что я могу сказать о Сопротивлении, — произнесла зебра негромко, но все услышали её. — Не будь ваш нрав так пылок и жесток, вам разрешить бы удалось конфликт сестёр. Найтмер, может, и кошмарна, но вся сила её в вас, стооит только Тьму отринуть — вернётся Луна в сей же час.

— Вернётся? — недоверчиво прищурился Садден Винд, опираясь на Твайлайт Ская, с которым Спаркл обменялась улыбками при встрече, — то есть мнение, что Найтмер Мун может быть доброй, не вранье?

— Тысячелетие правила она в тени, и тень однажды стала ею, — вздохнула рассказчица, — в сиянье Солнца гаснут звезды, и поняла принцесса это слишком поздно. Младшую сестру от Тьмы Селестии не удалось спасти, но дружбы магия помочь нам может. Ведь знаешь, Твайлайт, ты о ней?

Фиолетовая единорожка ощутила на себе взгляд красивых и проницательных золотых глаз зебры и практически превратилась в статую. Твайлайт была абсолютно уверена, что не встречалась с зеброй прежде. Кроме того, вероятность, что о ней сообщили, тоже была мала. Чем она особенная? Ученица Селестии? И что?

Все обернулись, чтобы посмотреть на неё, и Спаркл ощутила непреодолимое желание раствориться на месте. Спустя полминуты до единорожки дошло, что от неё ждут ответа, и она тихо кашлянула, собираясь с мыслями.

— Магия дружбы?.. Ну, как сказать, я знаю, что Элементы Гармонии связаны этой магией, но принцесса Селестия не смогла в полной мере осуществить потенциал этой магии, потому что для волшебства такого рода нужно несколько пони, а она противостояла сестре в одиночку, и всё, что смогли Элементы — отправить Найтмер Мун на луну... — протараторила Твайлайт, нервно улыбаясь непривычному вниманию к её персоне, — но это всё бесполезно сейчас, потому что Найтмер Мун перепрятала их и...

"Древо. Найди древо!"

Единорожка осеклась, вспоминая слова Луны перед пробуждением. Все эти лесные пони, пони Сопротивления, искали способ миром окончить войну, они должны знать этот лес, и, конечно же, помогут ей...

— К ним дорогу время нам укажет, однако враг другой всё так же важен, — продолжала зебра, отведя взгляд от Твайлайт, к её облегчению, — меняет облик, легко копируя друзей, и с каждым днём он всё сильней. По одному безвредны чейнджлинги, но королева роя, их сердце, движет полки, полчища на нас. Пока ослеплены вы своей бойней, в тылу всё больше тех, кто губит вас. Ваши любовь, покой, улыбки, радость — их рацион, их пища, сладость. Кантерлот уж полнится сим злом, скоро убедитесь в том.

Шепотки пробежали по толпе, взбудораженные и обеспокоенные.

— А та мазь, что вы наносите на шерстку, помогает вычислить чейнджлингов, так? — заговорил кто-то из скопления пони голосом Бон-Бон, и Твайлайт задрала голову, чтобы увидеть её. Бледно-желтая пони с розово-синей гривой выглядела бодро... и стояла на своих четырёх. Лира была рядом, но отдельно от подруги. "Вот это чудо..."

— Ты успела убедиться, что в ней много сил таится, — ласково улыбнулась вождь Сопротивления, — мазь облик истинный вернёт, любую магию сотрёт.

"Истинный облик... Мой рог!" Твайлайт едва удержалась, чтобы не подпрыгнуть и закричать от радости. Находясь здесь, в доме лесной обитательницы, где царила атмосфера спокойствия, дружелюбия и почитания, Спаркл никак не могла взорваться от счастья, а потому ей только оставалось до самого конца беседы постоянно прощупывать свой нормальный, вернувший форму рог через челку, которая уже давно не напоминала ту славную прическу, которую сотворила для неё Рэрити. К тому же тёмно-синее платье, должно быть, не сочеталось с зелёной краской...

Ощущая себя в относительной безопасности, Твайлайт забыла о сражении, которое до сих пор продолжало греметь над замком двух принцесс, забыла о новой угрозе для Эквестрии, забыла о просьбе Луны и позволила себе подумать о чём-то настолько не важном, как сочетание цвета платья с своеобразным макияжем. Будь здесь Спайк, он бы шарахнулся от неё с диким воплем, причитая: "Кто ты и что ты сделала с Твай?!", но его здесь не было.

* * *

Впрочем, платье всё равно не годилось для прогулок на природе. Сняв его и, насколько это было возможно в диких условиях, поправив и отряхнув его, Твайлайт аккуратно сложила платье около своей лежанки.

Несколькими часами ранее Твайлайт думала, что самая большая палатка принадлежит Зекоре, предводительнице Сопротивления, однако вскоре зебра ушла из лагеря, а палатку обустроили для гостей. Спаркл искала взглядом своих товарищей-сокамерников, но здесь были только Твайлайт Скай, Свити Дропс и Лира Хартстрингс, а о судьбе Комета Тэйла и Сюрприз никто не знал. Весть о том, что Рэйнбоу Дэш жива, безмерно обрадовала всех имперских пони, но для фиолетовой единорожки это было не так важно, её волновало, что случилось с Кометом и Сюрприз, с тем оставшимся для неё безымянным стражником королевской гвардии, с войском Селестии и замком Найтмер Мун. Разведчики вернулись полчаса назад, утверждая, что сражение до сих пор продолжается, хотя солнце уже почти зашло.

— Её нигде нет, Твайлайт. Её здесь нет...

У Твайлайт замерло сердце, когда она увидела обращающуюся к ней Рэрити. Красавица-швея была настолько измотана, что у неё уже не было сил переживать ещё больше; опустошенная и безэмоциональная, она казалась неживой.

— Моя Свити Белль... Я обещала родителям беречь её, как же... Неужели она осталась там? А если нет, то теперь она заблудилась в лесу?.. Твайлайт, ведь имперцы не тронут жеребёнка, правда? Скажи мне, они же не станут..?

Она боялась солдат Солнечной Империи... Твайлайт не могла поверить, что пони Селестии не приютят потерянных жеребят, не поступят так, как Голден Лайн, которая привела осиротевших имперских малышей в замок наравне с республиканскими детьми.

— Нет, нет! — отрицала Спаркл, качая головой, — никогда! С ней всё будет хорошо. Сопротивление рассеяно по всему лесу, их найдут! А если нет, они выйдут прямо в Понивилль, там им помогут...

— Нет! — неожиданно вскричала Рэрити, — только не туда!

— Что?

— В гарнизоне Понивилля большая часть солдат — ужасные, жадные, беспощадные пони! Они считают, что им всё дозволено, раз они защищают город, и дерут с местных всё, что могут унести! С гибелью родителей мне пришлось взять на себя заботу о сестре и уход за ателье, но я бросила его через неделю, мы ушли в лес. В Понивилле было страшно оставаться одним. Кто бы защитил нас?..

Твайлайт долго смотрела на собеседницу неверящим взглядом, но потом она вспомнила историю Эпплджек.

"Им нет смысла врать, если только..."

— А среди республиканцев и приблизительно ничего подобного не случалось, — заверила Рэрити, вытирая слёзы уже насквозь сырым платком, — мы заботимся друг о друге и стараемся не допускать раздоров. Всё честно и всё мирно. Всё замечательно...

"Всё это иллюзии Найтмер Мун. Она попросту контролирует ваши мысли и действия, ей не нужно, чтобы в её рядах был разбой и насилие... Удивительно, что у неё не получилось подчинить и меня".

Подавив клокочущее внутри негодование, Твайлайт подошла к собранной наполовину сумке. Спустя неделю, проведённую в тщетных попытках вытянуть из рога хоть самую малюсенькую искорку, Спаркл боялась, что забыла всё о магии, но у неё с первого раза вышло преобразовать несколько прутьев и огромный лист с неизвестного ей дерева в приличного вида мешок, который, в общем, можно было назвать и сумкой.

— Тебе нужно поспать, Рэрити, — мягко посоветовала Твайлайт, — ты очень устала. Я найду её, будь спокойна.

— Нет. Я не...

— Пожалуйста, Рэрити. В таком состоянии ты точно ей не поможешь. А я изучала этот лес, готовясь к своему заданию. К тому же, магия наконец-то при мне...

Белоснежная единорожка тряхнула выпущенной из пучка гривой, её голубые глаза вспыхнули воскреснувшим блеском из-под устало опускающихся век.

— Ты хочешь пойти одна? Там так опасно! Нет, я обязательно пойду с тобой!

— Но...

— Это моя сестра, и я спасу её. Я в порядке, правда. Я справлюсь, — уверенно заявила Рэрити, — спасибо, что ты не равнодушна...

"Благодарить ещё не за что..?"

— О чём ты?

— Никто не согласится на ночь глядя отправиться на поиски едва знакомой республиканской пони... — дизайнер отвела взгляд. Твайлайт удивлённо сморгнула. Что? Разве можно медлить, когда жеребёнок в беде? Разве можно оставаться в стороне?

Спаркл посмотрела через плечо Рэрити на Твайлайт Ская, который слышал разговор. Он неловко пожал плечами, и в его глазах было очевидно сильное нежелание участвовать в чём-то подобном. Бон-Бон покачала головой в категоричном отказе, Лира с сомнением и недоверием покосилась на фиолетовогривую единорожку. И в этот момент Твайлайт поняла, что какими бы хорошими они ни были, она не могла назвать их своими настоящими друзьями. Кем угодно, — компаньонами, товарищами, приятелями, — но не друзьями.

Её друзья никогда бы не оставили пони в беде. Сделав для себя это открытие, Твайлайт накинула на спину сумку и молча прошла мимо компании имперцев, навсегда оставляя их за собой. Рэрити бодро поскакала следом, излучая всем своим видом искреннюю благодарность и признательность.

"Все начали забывать, что значит быть пони. Придётся мне напомнить им".

## 1х06 Лик зла

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 6: Лик зла

— Каждую ночь патруль прошаривает лес, лучше оставайтесь рядом с нами, — говорила Блю Вэйв пришедшим к ней за советом Твайлайт и Рэрити, — чейнджлинги любят нападать скрытно, в темноте.

— То есть вы поможете нам, так?

— Это не совсем то, что я сказала. Увы, нас не так много, чтобы ради двух республиканских жеребят отправлять целый поисковый отряд бродить по всей Эквестрии, но если они на нашей территории, мы их обязательно найдём.

— Спасибо вам, — поблагодарила Рэрити, потирая опухшие, покрасневшие глаза и размазывая тушь, — спасибо...

Последние лучи солнца сорвались с макушек деревьев, погружая Вечносвободный лес в тёмно-зелёный мрак. Высоко в персиково-розовом небе летучей мышью рос чёрный дым, и в воздухе стоял запах гари, хотя пожар никак не мог добраться до чащи, ведь замок двух сестёр был окружён рвом и располагался на открытой площади. Разве что королевские сады могли вспыхнуть...

Закинув голову назад, Твайлайт с беспокойством смотрела на чёрную тучу, чем-то напоминавшую Найтмер Мун, и думала обо всём, что случилось с ней за эти девять дней. Проникновение в замок, Ядовитая Шутка, столкновение с Найтмер Мун лицом к лицу, темницы, встреча с пленниками Лунной Республики, библиотека Луны, рассказ Эпплджек, загадочный незнакомец в плаще Совета Шести, безрассудный пегас из королевской гвардии, приём у Найтмер Мун, объятые тайной планы Старлайт Глиммер, страшная магия Понимания, сон, рассыпающийся на клочки под давлением Тьмы... Столько всего нужно будет рассказать принцессе! Но после того, как она поможет Рэрити найти сестрёнку и её подругу. "И как же так вышло, что теперь, будучи на свободе и обладая возможностью телепортироваться, я ещё не дома?.."

Её удерживал долг. Спаркл не могла описать, какого рода долг она на себе ощущала, но почему-то она была уверена, что принцесса Селестия знает и одобряет её решение задержаться и помочь. Твайлайт было трудно представить, как она объясняется перед всеми, упоминает о пропаже Свити Белль и затем заявляет, что оставила Рэрити искать сестру в одиночку. Более того, вместе со Свити видели её подругу, рыжую пегаску, о которой тоже вряд ли кто-то позаботится. Кто, если не ученица Селестии поможет сироте Империи? А уйти, так и не узнав, так и не найдя их... Это было бы как-то... Неестественно. Не то, что Твайлайт могла принять.

Вручив единорожкам по копью, "на всякий случай", Блю Вэйв повела свою группу воинов на восток, перед этим описав пропавших кобылок другим патрульным. Становилось всё прохладнее. Запах огня отогнал лесную живность, поэтому вокруг было очень тихо и спокойно, и это это не нравилось пони, который днём провожал Блю Вэйв, Твайлайт и Рэрити до лагеря Сопротивления, перескакивая с ветки на ветку. Спаркл была уверена, что он приобрёл все чуждые цивилизованным пони привычки и навыки в этом лесу не меньше, чем за полгода, и была недалека от истины.

Как потом рассказывала Блю Вэйв, песчаный жеребец был одним из первых пони, ушедших в лес на поиски спасения, и был первым, кто нашёл Зекору. Квиксэнд знал в этих непроглядных дебрях каждый уголок и был способен обойти любую опасность; кроме того, он хорошо отличал чейнджлингов от настоящих пони. Но помимо этого, он был крайне одинок, и как бы ни пытались остальные завести с ним разговор, Квиксэнд мог много говорить о деле и совсем ничего о себе. "Видимо, то, что привело его сюда, было для него настолько тяжёлой ношей, что он не мог поделиться ею".

Где-то далеко, в стороне болот, слышался хор лягушек, который то прерывался, то продолжал горланить с новой силой. Никто не заметил, что после перерыва в их хоровом пении (который повторялся с такой точностью, что уже можно было угадать, через сколько секунд они опять запоют) групповое "ква" так и не прозвучало вновь. Даже Квиксэнд настолько увлёкся зрительным сканированием пути, что забыл о подозрительной тишине.

Твайлайт делала несколько дел сразу, ежеминутно останавливаясь и делая какие-то заметки в тетради, которую ей перед уходом вручила давняя знакомая со школы, ныне метеоролог в рядах Сопротивления Мерри Вэзер. Все её карты и записи остались в замке, когда Найтмер Мун отобрала её походную сумку, но кое-что Спаркл помнила и уже приблизительно набросала новую карту, где теперь появился замок двух сестёр с более подробным планом и селение последователей Зекоры.

Почва стала мягче и вроде как теплее — они уже подошли к болотам. Над ними сетью мостиков и переходов висели низкие толстые ветви приземистых деревьев. Вскарабкавшись на ветку, Квиксэнд внимательно осмотрел местность сверху и только после кивнул остальным. Легко проскакав по этим природным мостикам, он запрыгнул на самую высокую ветвь и застыл там, как часовой.

Твайлайт шла предпоследней, за ней оставалась только Блю Вэйв. Рэрити пару раз оступилась, но рядом были другие пони Сопротивления, удержавшие её над топями, а вот Спаркл повезло пройти большую часть пути спокойно. Однако всё её везение испарилось в тот миг, когда она глянула вниз и сквозь мутную воду увидела два ярких глаза, наблюдающих за ними. За ней.

В следующую секунду гидра ударилась всеми четырьмя головами о мост, сильно тряхнув его; двое патрульных, которые не успели сойти на берег, не устояли и плюхнулись в болото, закричав больше от неожиданности, чем от страха. Твайлайт, выронив всё и крепко вцепившись в удачно подвернувшийся под копыто сучок, телекинезом подняла Блю Вэйв и пронесла через себя, опуская её в нескольких метрах от спасительной суши, откуда в сторону гидры уже полетело копьё. Квиксэнд молнией спускался к Твайлайт, но не успевал.

Гидра узнала Твайлайт, Твайлайт узнала гидру, единорожка нахмурилась, рептилия оскалилась четырьмя пастями и опустила головы, готовясь схватить жертву. Заклинание телепортации уже было готово в мыслях Спаркл, как вдруг что-то светлое прыгнуло на одну из морд гидры, захлопывая её. Это что-то, точнее этот кто-то, напоминал...

— Спайк! — воскликнула Твайлайт испуганно-радостно, посылая пурпурные лучи в остальные пасти чудовища, которые отвлеклись на помешавшего трапезе дракончика и теперь мечтали использовать его в качестве закуски перед основным блюдом.

Метая копья, лесные пони, в том числе те, которым посчастливилось побарахтаться в болоте, с воинственным кличем залезли на ветви-мосты и помчались на подмогу. Блю Вэйв дважды попала дротиками в мягкую кожу на шее гидры, но порция яда была слишком мала, чтобы усыпить её. Рассвирепев, четырёхголовая бестия ударила хвостом по воде, поднимая столб брызг. Несмотря на все старания гидры стряхнуть с себя юного дракона, Спайк намертво вцепился в неё когтями, гневно рыча. Мимо него в мерцающем голубом облаке пролетело ещё одно копьё, секундой позже удачно вонзившееся в оранжевую чешую гидры, та в смятении зашипела, когда вкупе с саднящей раной на животе Спайк разъяренно укусил её за нос, и наконец поспешила ретироваться обратно в глубины, причём с такой резвостью, что дракон едва успел спрыгнуть на ближайшие ветки.

Вода ещё долго колыхалась после очередной провальной попытки гидры добыть ужин, но опасность миновала, что подтвердил и Квиксэнд. Правда на дракона он взглянул с подозрением, что, в общем-то, мало волновало Твайлайт, которая налетела на Спайка с объятиями, как только они ступили на твёрдую землю.

— Что ты здесь делаешь? Зачем? Почему? У тебя сломано ребро, ты забыл? Как мама отпустила тебя?

Шквал вопросов обрушился на опешившего Спайка, который только и мог, что обнять единорожку в ответ. Отстранившись, она внимательно вгляделась в его глаза, лучась детским восторгом. Её ассистент, её верный помощник и друг..."Ты можешь назвать себя его другом?" — насмешливо захихикал тёмно-серый единорог в чёрном плаще Совета Шести, но Твайлайт отмахнулась от его злого шёпота. "Он сбежал... наверняка сбежал, мама с папой ни ни за что не разрешили бы... сбежал с недолеченным переломом, отправился один, в незнакомый ему лес... ради меня!"

— Как же ты здесь оказался?.. Ты пошёл за...

— Это долгая история, — прервал её Спайк, натягивая улыбку, — слава Селестии, ты цела!

— Нам помогли, — единорожка указала взглядом на окруживших их пони, — они называют себя Сопротивлением.

Дракон посмотрел на разукрашенных пони без особого изумления, но с искрящимся в светло-зеленых глазах любопытством.

— С-сопротивления?..

— Я всё объясню, — заверила голубая кобылка, вступая в разговор, — меня зовут Блю Вэйв. Очень удачно, что ты оказался здесь, чейнджлинги страсть как боятся огня.

— Правда? — изумленно спросил Спайк и тут же добавил, — а кто эти ченж... чейнджлинги?

— Самые опасные существа в Эквестрии. Опаснее гидры и Найтмер Мун, — вставил слово Квиксэнд и вновь замолк. Твайлайт повернулась к Рэрити, и белоснежная единорожка протянула ей тетрадь в голубой дымке магии.

— Ещё доля секунды, и она бы утонула в болоте... — ухмыльнулась Рэрити, — не думаю, что ты бы хотела опять потерять свои записи.

В момент нападения гидры Рэрити успела заметить и поймать выпавшую из копыт Твайлайт тетрадь, а потом она с ювелирной точностью угодила копьём в слабое место четырёхглавого чудища. На первый взгляд беспомощная и даже наивная швея была отнюдь не проста и могла постоять за себя и других.

— Ты точно не училась в школе принцессы Селестии?

— Искусство шитья, дорогая, вот и весь секрет, — Рэрити напряжённо хихикнула, веселясь и одновременно удерживая в памяти образ пропавшей и нуждавшейся в незамедлительной помощи Свити Белль, — когда я без ничьей помощи за один вечер выполняла недельный заказ, было труднее. А ты вырос, — единорожка теперь могла смотреть на дракона прямо, не опуская глаз, — кажется, наша первая встреча была в прошлой жизни, так давно...

— А Вы всё так же очаровательны, — неожиданно лукаво сощурился Спайк, поклонившись ей и заставив её залиться румянцем. "Он и слова не мог сказать при Рэрити, — подумалось Твайлайт, когда она наблюдала за драконом, — похоже, Спайк действительно вырос..."

* * *

Уже давно наступила ночь, но отряд продолжал патрулирование. Спайк был на удивление молчалив и серьёзен, слушая сначала рассказ Блю Вэйв с дополнениями от остальных членов группы, а затем внимая истории приключений Твайлайт. Вопреки привычке, он шёл рядом на всех четырёх, а не на двух лапах, и практически не открывал взгляда от фиолетовой единорожки. Вспомнив, как дико, по-животному он набросился на гидру, Спаркл решила, что за время, проведённое в лесу, ему стало привычнее передвигаться подобно пони, или, скорее, подобно ящерице, а его пристальное внимание можно объяснить тем, что ему любопытно и что он просто соскучился.

С каждым шагом Рэрити слабела, и это видели все. Эйд Кит, серебристо-белая единорожка с зелёным крестом-кьютимаркой на боку, откопала в сумке какую-то склянку и заставила Рэрити принять зелье. Сон и усталость отступили, и теперь голубоглазка с новыми силами погрузилась в постепенно набиравшее обороты переживание. Она не кричала и не плакала, однако Спаркл было больно видеть, как швея кусала губы и судорожно озиралась и прислушивалась к каждому шороху, надеясь услышать родной голос.

— ...так вот куда летел тот рой пегасов этим утром... — задумчиво протянул Спайк, глядя на небо, — я сначала решил, что бэтпони запаздывают после ночного облёта.

— Селестия общалась с тобой? — спросила Твайлайт, вдруг осознав, что может получить ответы на все интересующие её вопросы здесь и сейчас, — она же знает, что ты здесь?

Спайк странно замялся, а потом, когда наконец нашёл, что ответить, Квиксэнд вдруг зашипел, призывая к тишине. Все замерли, вслушиваясь в звуки леса. Ничего, кроме шелеста листьев, разве что... странное ощущение вибрации в воздухе, подобно жужжанию пчелиного улея.

— Чейнджлинги, — одними губами произнёс лесной пони, — около дюжины, и остальные тоже где-то поблизости.

— Куда? — спросил синий пони с янтарными глазами, Ноутворси, озираясь. Спайк повёл носом и указал вправо от приближающегося гудения.

— Туда, — шепнул дракон, и, следуя его совету, весь отряд свернул в сторону. Мчась сквозь бьющие по мордочке, ногам и бокам сучья и листья, Спаркл успела увидеть чёрные тени в зарослях, но, судя по всему, они не преследовали патруль. Впереди показались блики луны на воде, и скоро пони выбежали на берег реки.

— В лесу нас не заметили, но здесь нет растений, в которых можно скрыться, — Блю Вэйв поправила ремешок, на котором висела её духовая трубка, — придётся переправляться и возвращаться другой дорогой. Никогда ещё рой не заходил так далеко, похоже, они в курсе, что случилось в замке принцесс...

— В последнее время очень многое происходит впервые, — заметила Твайлайт, но Блю Вэйв продолжала:

— ...сражение открывает им новые возможности, в конце концов, — заметив на себе растерянные взгляды имперской и республиканской единорожек, воительница поспешила объяснить. — Они ищут погибших, прячут тела и притворяются ими. Друзьям и родным проще поверить, что они просто потеряли память. Пони не готовы принять смерть и рады ухватиться за любую надежду, пусть даже самую ничтожную...

Рэрити ахнула, широко раскрыв глаза.

— Это... Это ужасно, — сокрушённо пролепетала она, — целый год... Сколько уже может быть обмануто...

"Пока ослеплены вы своей бойней, в тылу всё больше тех, кто губит вас". Твайлайт не задумывалась об этом, почему-то убедив себя, что чейнджлинги просто копируют облик пони, но теперь до неё дошла суть. "Они питаются любовью. Куда проще подменить уже любимого кем-то пони, чем добиваться любви самостоятельно... Но каково же будет узнать тем, кто попался в эту жестокую ловушку, что их близкие давным-давно погибли, и всё это время они кормили своими чувствами врага?"

Несколько минут все молчали, успокаивая биение сердца, уставившись на серебристую гладь реки и ярко-белую луну, которая взирала на них одним большим оком Найтм... принцессы Луны. Найтмер Мун, может, и контролировала ночное светило, но только Луна была истинной хранительницей ночи. Твайлайт практически видела её в сияющем на небе диске, грустную, одинокую, но решительную, со спокойным выражением и глазами, полными слёз.

"О принцессы, Эквестрия распадается на части, неужели нет ничего, что вы могли бы сделать?.."

Звёзды и луна ничего ответили.

* * *

На переправе, где река делала поворот, их поджидал огромный фиолетовый морской змей, восхитивший Рэрити яркой рыжиной своей шевелюры. Сделав ему пару комплиментов на тему моды и сочетаемости фиолетового и оранжевого цветов, она добилась от него услуги — хранитель реки скрутил кольца в виде моста, и группа перебралась на другой берег не промокнув. Блю Вэйв похвалила белую единорожку за находчивость, так как "прежде этот напыщенный модник ни с кем не был так любезен и всё вопрошал, где же та душа, что поняла бы его".

— Стивен неделю пугал своими рыданиями всю округу, когда какой-то неосторожный бэтпони оттяпал ему ус, но в целом он скорее друг, чем враг, — поделилась мнением Эйд Кит, — он достал водоросль, нужную нам для лекарства, и ничего не попросил взамен.

— Лишь однажды, Эйди, лишь однажды. Однако... сейчас редко кто помогает друг другу за просто так, — печально вздохнула Блю Вэйв, — приходится мириться с теми союзниками, какие есть.

Перевалило за полночь. Патруль прошёл по границам отведённой территории, но никаких следов двух пропавших кобылок не было найдено, и Квиксэнд настаивал на скорейшем возвращении.

— Но ведь возможно, что другие могли наткнуться на мою сестру, да? — с убитым видом спрашивала Рэрити.

— Нет ничего невозможного, особенно в Вечносвободном лесу, — поддержал единорожку светло-зеленый земнопони с ярко-жёлтой гривой, Грин Спайр. Кинув ему благодарный взгляд, Рэрити тихо заплакала и уткнулась носом в гриву Твайлайт. "И почему я не изучила поисковое заклинание, когда было время?.."

Никто не знал, что ещё можно сказать в поддержку Рэрити, и до переправы на обратную сторону они добрались молча. Не было сомнений, этот путь спас им жизнь и свободу, так как вскоре над той дугообразной частью леса, где им пришлось бы пройти, чтобы вернуться в лагерь, пронеслось около дюжины чейнджлингов, захватив в плен, судя по всему, какого-то бэтпони. Вода ещё не остыла, а течение было куда слабее, чем на прошлой переправе, поэтому все вернулись на нужный берег без проблем.

Часовые очень удивились, услышав об активности чейнджлингов, потому что не видели ни одного.

— Да вы небось дрыхли, пока не услышали меня, — насмешливо ухмыльнулась Блю Вэйв, на что стражи оскорбились.

— А вы сами кого это ведёте? Дракон? Тот самый, про которого рассказывала Зекора? — воин-пегас окинул Спайка испытывающим взглядом, — что он забыл здесь?

— Друга, — фыркнул Спайк, — и вы можете говорить обо мне со мной, я такой же живой и разумный, как и все пони.

Твайлайт с укором посмотрела на него, не одобряя рычание в его голосе, но в остальном соглашаясь с ассистентом. Если с дружественным драконом пони могут быть бестактны, что говорить об отношении к враждебным бэтпони?

Скривишись, часовой ничего не ответил и пропустил группу внутрь. Патрульные пони тут же разбрелись по палаткам, засыпая раньше, чем голова коснётся подушки, но Рэрити и Твайлайт было не до сна.

— Вы будете ждать возвращения других? — спросила Блю Вэйв, глядя, как единорожки усаживаются вокруг костра.

— Я буду, — коротко сказала Рэрити, протягивая копытца к огню, — Моя сестра обязательно придёт с ними. Твайлайт, ты не должна...

— Я подожду, мне не трудно. Спайк, ты ведь останешься? Мне не терпится услышать, как ты попал сюда, — Твайлайт ласково улыбнулась помощнику и тот послушно сел рядом, глядя на языки пламени.

— Энджел! — раздался тихий писк позади, и через секунду на хвост Спайка запрыгнул белоснежный кролик, сердито хмурясь и угрожающе потрясая лапками. Все четверо уставились на него в изумлении.

— Во имя принцесс, извините, — к костру подлетела бледно-жёлтая пегаска с нежно-розовой гривой, собранной в две пышные косы, — Энджел очень подозрителен к новеньким, тем более к таким особенным, то есть дракон — это ведь непривычно для нас, правда, Блю Вэйв? Энджел, будь добр, слезь с гостя, это невежливо, — протараторила она испуганно-застенчиво, и не удивительно, что кролик не внял её просьбе. Это заставило пегаску внимательнее присмотреться к тому, кто так не понравился питомцу. Её глаза расширились, когда она столкнулась взглядом с подростком-драконом.

— Подождите, но ведь... — робко начала она, как вдруг вдалеке раздался крик, и пару минут назад заявлявший о безопасности этой части леса часовой заметался, во все стороны горланя о нападении.

— Чейнджлинги! Подъём, подъём!!!

Вновь ощущая себя в центре чего-то большего, что назревало и росло прямо у неё на глазах, Спаркл казалась самой себе настолько крохотной и незначимой, что даже не могла пошевелиться. Рэрити, похоже, испытывала то же самое. Мимо них промчались Квиксэнд и Ноутворси, последний что-то упоминал о сказочном везении и о превратностях судьбы; а смелая, решительная и всегда державшая себя в копытах Блю Вэйв теперь не знала, что делать, не понимая, как и почему чейнджлинги заявились сюда.

— Н-но... Магия Зекоры... Она отпугивала их, как...

— ...но ведь ты не дракон, в-верно? — продолжала пегаска, так и не отведя глаз от Спайка. Все обернулись к ней.

— Флаттершай?

— Ч-что? — послышалось со стороны Твайлайт, но сама Спаркл не слышала себя. "Флаттершай, организатор птичьего хора и добрая, ужасно застенчивая пони, любящая животных... Год назад Флаттершай так была заинтересована Спайком, а сегодня говорит, что он не дракон? Что здесь происходит?"

— Он не дракон, — уже увереннее и громче произнесла пегаска, и в ней не осталось и следа прежней робости, — почему вы не проверили его?

Спайк посмурнел, опустил голову... И рассмеялся не своим голосом.

— Все доверились Твайлайт, которая была так ослеплена своей виной перед помощником, что не заметила в нём ничего странного, — издевался голос. — Ты хорошо помогла мне, ученица Селестии. Я обязательно скажу ей об этом, когда мой народ захватит столицу.

Твайлайт не мигая наблюдала за тем, как вместо дракона перед ней во вспышке зелёного света появляется высокая чёрная пони. В её копытах и длинном чёрном роге зияли необъяснимые дыры, а за спиной, покрытой блестящей, как у жука, хитиновой пластиной, раскинулись огромные рваные крылья некоего насекомого. Рэрити с визгом отскочила в сторону, Блю Вэйв выступила вперёд, загородив остальных, Флаттершай прижала к себе кролика и воинственно раскрыла крылья, но Спаркл не шелохнулась. "Как я могла так ошибиться?.. Как?.. Они были так добры, а я привела врага в их дом... Спайк, это значит, что Спайк..."

— Колдовство вашей предводительницы защищало лишь снаружи. Изнутри сломать его будет для меня даже слишком просто! — мерзко захихикала королева роя. — Твоя любовь насытила меня достаточно, чтобы я могла одолеть даже Найтмер Мун.

— Хватит, Кризалис! — рявкнула Блю Вэйв.

— А вы? Не ожидали, что чейнджлинги могут принимать любые обличья? Что ж, эта ошибка будет дорого вам стоить.

Тряхнув слипшейся гривой и оскалив клыки, королева чейнджлингов выпустила в небо ядовито-зеленый луч магии, и он огромным полупрозрачным куполом накрыл всю деревню.

— Твайлайт, ты же сильна в заклинаниях, помешай ей или мы погибнем! — закричала Рэрити, но Спаркл только виновато покачала головой. Она не могла ничего сделать, будто из неё выкачали все силы, всю жизнь и всю надежду. Остатки разума твердили, что это всего лишь последствия встречи с чейнджлингом, но мир от этого не казался счастливее. Вокруг война, смерть, обман, ненависть, боль. Зачем пытаться, зачем бороться?..

Полусфера с треском раскололась, снимая защитные чары, и со всех сторон в деревню ворвались чейнджлинги. "Они разрушают их дом... И я стою, не пытаюсь помешать? Принцесса не простит меня за это!"

Далёкая, давняя светлая Эквестрия. Весёлые пони на улицах Кантерлота. Надежда, вспыхивающая на её крупе очертаниями шестиконечной звезды. Силуэт белой аликорницы в лучах восходящего солнца...

Теперь Эквестрия умирала в огне, а такие, как Кризалис и чейнджлинги, хотели построить на чужом горе своё счастье. И сколько ещё подобных захватчиков явится, чтобы воспользоваться моментом, когда пони разрознены? "Нельзя давать им и шанса. Ради пони. Ради Эквестрии". Пустота в душе обратилась искрой, совсем как пустота космоса однажды зажглась первой звездой.

— Вам не победить, — громко заявила Твайлайт, храбро воззрившись на Кризалис, — вы зависимы от нас и наших эмоций, и если наша любовь делает вас сильнее, то наш гнев уничтожит вас!

Рэрити, воодушевлённая бесстрашием Спаркл, левитировала к себе копьё, готовясь к схватке. Энджел выпутался из объятий оберегающей его Флаттершай и замахал своими маленькими кулачками в сторону королевы чейнджлингов, вызвав у неё приступ смеха.

Атмосфера гудела какофонией звуков сражения: топотом, скрежетом металла о крепкие панцири перевертышей и криками боли и ярости. Спросонья многие лесные пони не понимали, что происходит. Жеребят уводили к реке, подальше от схватки, кто-то просто убегал, кто-то останавливал убегавших. Чейнджлинги, понаблюдав за противником, начали превращаться, на мгновение введя всех настоящих пони в ступор. Раздались возгласы, напоминающие о волшебной мази Зекоры, которой не было на чужаках, и сражение продолжилось.

— Как только последний из Сопротивления будет стёрт с лица земли, для меня не останется иных дел, кроме ожидания, — сиплый голос Кризалис отдавался эхом, — это прямо как... чтение книги, конец которой тебе уже известен. Ты знаешь итог, но хочешь насладиться содержанием. Очевидно, Селестия и Луна убьют друг друга, но когда, где, каким образом, что будет этому предшествовать? А после... Эквестрия будет принадлежать нам.

Сравнение с книгой особенно разозлило Твайлайт. Кризалис слишком хорошо знала её, будто умела читать мысли. "Не дождётесь!"

— Мы не допустим этого!

Позади королевы чейнджлингов возникла Зекора. Твайлайт и подумать не могла, что зебра при всём своём скромном величии, спокойствии и мудрости могла смотреть на противницу с такой ненавистью.

— Успеха не достигнешь ложью, победить нас ею невозможно! В итоге правда торжествует!..

— В нашей "правде" мы пируем, — закончила за неё Кризалис, презрительно щурясь.

Не произнеся больше ни слова, Зекора бросилась вперёд. Королева чейнджлингов оскалилась, и Твайлайт совсем не своевременно подметила, что клыки у неё такие же острые, как у Найтмер Мун.

"Найтмер Мун испепелит тебя в одну секунду!.. О Селестия, как я могу думать так? Всё слишком... сложно..."

И их наконец захлестнула битва.

Первой попала под удар Флаттершай, однако пегаска в последний момент метким выпадом отправила чейнджлинга в нокаут, бормоча извинения. На Твайлайт напали сверху, схватив за туловище и подняв в воздух; единорожка извернулась в чужих копытах и ударила чейнджлинга заклинанием. Пурпурный луч угодил в крыло чейнджлинга, и он начал терять высоту. Приземление вышло неудачным — Твайлайт больно приложило о камень, а чейнджлинг и вовсе что-то сломал себе при падении и теперь был неспособен встать.

"Больно... Как больно..." Спаркл заставила себя подняться, а затем и подойти к чейнджлингу, который жалобно постанывал и пытался отползти от приближающейся единорожки. Он был беспомощен. Несколько мгновений назад он хотел убить её, но сейчас он был беспомощен, и...

Новое, чужое, незнакомое чувство охватило Твайлайт. Почти бессознательно она нависла над ним, из жертвы превратившись в хищника; из рога посыпались искры.

"Чейнджлингам не место в Эквестрии. Они обманули многих пони. Они обманули меня. Спайк... Что они с ним сделали? Как я могу быть не зла на них? Изгнать... Уничтожить! Во благо всех нас!"

Воин роя отчаянно застрекотал, видя растущую решимость в сиреневых глазах единорожки. Но пока её сердце боролось с рассудком, вокруг оставалось ещё много чейнджлингов и много пони. Увидев прижатого в угол соплеменника, другой перевёртыш бросился на выручку, на лету превращаясь в бежевую пегаску.

И в тот самый миг, когда Твайлайт подняла взгляд и увидела пикирующую на неё пони без боевого окраса Сопротивления, кто-то отпихнул её в сторону и полыхнул чейнджлингу навстречу зелёным огнём. Пегаска шарахнулась в сторону, едва избежав языков пламени, и, схватив раненого, утащила его в безопасные заросли.

Дракон обернулся; его глаза сверкали двумя драгоценными камнями, с той живой самоотверженной радостью, которая была присуща только Спайку. Такие же глаза у него были в день, когда он бросился в школу одарённых единорогов, спасать жеребят из огня. Ещё детёныш, пусть немного вытянувшийся и подросший за последний год... Материнско-сестринские чувства ожили в сердце Твайлайт и тут же были подавлены.

"Ты в окружении тысячи понежуков, способных принимать любые обличья".

— Хорошая попытка, чейнджлинг! — Твайлайт, прищурившись, напряглась в ожидании новой атаки, — достаточно с меня обмана!

Озадаченный неожиданным заявлением о собственной сущности, Спайк внезапно для обоих выдохнул новую струю пламени и вместе с ним свернутый пергамент, запечатанный Селестией.

## 1x07 Ответы и вопросы

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 7: Ответы и вопросы

Зекора едва успела избежать очередного залпа Кризалис. Чёрная псевдоаликорница злилась и на себя и на Зекору, которую не могла поймать, и её атаки были всё менее точными — королева чейнджлингов попросту осыпала противницу ударами, полагаясь на их количество, а не направленность, и надеясь шальным лучом задеть ненавистную зебру.

— Осколки, — тяжело дыша выкрикнула Зекора, увидев боковым зрением подбежавшую Твайлайт, — как только целы будут талисманы, освободимся от оков обмана!

"Талисманы? Серьёзно?"

Какой-то чейнджлинг, не утруждая себя сокрытием своей расы, с противным стрекотом помчался на таран, выставив маленький, но острый рог. Спайк отпугнул его пламенем, но Кризалис, похоже, имела телепатическую связь со своими подданными, потому что чейнджлинги стали чаще бросаться в сторону Твайлайт, невзирая на присутствие рядом с ней дракона. Пламя страшило их даже больше, чем бэтпони.

Устремившись прочь от центрального костра, Твайлайт и Спайк добрались до границ. На самом деле Спаркл смутно представляла, что за талисманы оберегали деревню от чейнджлингов. Уважающие себя маги не принимают подобного рода волшебство, которое грубо и прямо зовётся шарлатанством, но Ядовитая Шутка и мазь Зекоры, рассеивающая чары и возвращающая пони истинный облик, немного смягчили мнение Твайлайт о зельеварении и тотемном колдовстве.

Домчавшись до границ лагеря, где должны были кольцом располагаться зачарованные камни, и единорожка и дракон замерли в растерянности. В предрассветных сумерках искать что-либо в траве было невероятно трудно. Невозможно. Заметавшись, Спаркл стала перебирать травинки, судорожно причитая:

— Где же, где... Мы должны спешить...

— Может, мне поджечь... — начал Спайк, когда Твайлайт была на грани истерики, и тут же замолчал, уловив блик в густой зелени. Когда-то талисман представлял собой блестящий камень с нанесёнными на него знаками, но теперь он раскололся на несколько кусков и потерял лоск. Лишь символы продолжали сиять, и именно это сияние заметил Спайк.

— 21? — спросил дракон, глядя попеременно на талисман и на Твайлайт. Волшебница кивнула.

— 21... Нет выбора, придётся рискнуть.

Номера вместо названий заклинаний прижились ещё с тех пор, когда Твайлайт готовилась к экзаменам. До сих пор некоторые заклинания проходили неудачно, в особенности 21ое и 39ое, но если при ошибке в 21ом со сломанным предметом попросту ничего не случалось, то недочет в 39ом грозил его исчезновением. 21ое заклинание более усовершенствованно выполняло работу клея и скотча, то есть чинило объект. 39ое было завязано на пространственно-временных перемещениях и возвращало ещё целый объект из прошлого. Твайлайт предпочла первое.

Вспышка розового света — и талисман вновь цел. Увидев это, Блю Вэйв подобралась ближе, успевая при этом отбивать удары врагов копьём и метать дротики.

— Поторопитесь, мы постережём! Ещё пять!

"Шесть талисманов? Похоже, это волшебное число для Эквестрии". Не медля ни секунды, они бросились на поиски остальных камней.

Со стороны могло показаться, что это Республика и Империя сошлись в отчаянной схватке за клочок Вечнодикого леса, но ни на одном пони нельзя было увидеть знака солнца или луны, зато чёрные панцири и рваные зелёные крылья мелькали здесь и там постоянно. Из кустов прямо перед Твайлайт выпрыгнул очередной чейнджлинг, скаля острые, прямо как у бэтпони, клыки и норовя впиться ей в ногу. Спайк не успел среагировать, как со стороны свистнуло копьё. Оно вонзилось в несчастного перевёртыша, которого сбило с ног сокрушительной силой удара, и кровь хлынула из его раны. Такая же красная, как и у остальных пони.

Единорожка взглянула туда, откуда должно было прилететь копьё; Квиксэнд хмуро кивнул и почти не глядя парировал удар со спины — какой-то чейнджлинг догадался отнять у пони оружие. Земнопони извернулся и с какой-то сверхъестественной точностью воткнул нож в шею противника; маскировка пегаса сошла на нет. От сиюминутной смерти чейнджлинга спас панцирь, но рана всё ж была глубокой. Прижав её дырявым копытом, чейнджлинг с ужасом метнулся прочь, ближе к сородичам и подальше от беспощадного воина.

Твайлайт ещё долго бы стояла и смотрела на попытки чейнджлинга вытащить из дыры в боку копьё, если бы позади него что-то не блеснуло в траве. Второй камень.

— Твай, нам нужно...

— Да, нужно. Нужно срочно остановить это.

Но стоило единорожке направить луч магии к повреждённому талисману, он вспыхнул голубым свечением и оказался цел. В этот же миг остальные талисманы тоже были восстановлены, и из центрального костра деревни, составленного конусом из длинных тонких брёвен, во все стороны ударила невидимая стена, пропускающая сквозь себя всё и всех, кроме чейнджлингов. Перевёртышей унесло кого куда — в заросли, в реку, в небо. Кризалис вышвырнуло в воду, и из волн она поднялась в воздух окончательно рассвирепевшая.

Однако гнев её был направлен уже не на Зекору. Блестящий в лунном свете серебряный единорог в чёрном плаще выстрелил в королеву роя из водного пистолета, окончательно растоптав её достоинство.

— Сколько лет, сколько зим, Криззи! — весело произнёс знакомый голос. Спайк сильно удивился, увидев, как челюсть Твайлайт медленно поехала вниз. — Я окаменел от тоски по тебе, дорогая!

— Ты окаменел от любви королев-сестриц. Не будем искажать историю.

По злому шипению Кризалис было ясно, что она едва сдерживается, чтобы не вцепиться в горло старого знакомого. Откинув назад мокрую челку, она вместо этого впилась в него ядовито-зеленым взглядом, мечтая отравить его своей беспомощной злостью.

— Хехе, с монаршими особами у меня никогда не ладились отношения, — рассмеялся единорог, — а ведь корона мне идёт, разве нет?

Никто и не заметил, как на его лбу появилась нелепо высокая корона с разноцветными каменьями вразброс, чем-то напоминавшая извращенную пародию на диадему Селестии.

— А ты свою не бережёшь вовсе, — продолжал он, вертя в копытах взявшуюся из неоткуда миниатюрную чёрную корону Кризалис. Чейнджлинг топнула, подняв новый сноп брызг.

— Довольно! Ты помогаешь этим жалким поборникам мира одолеть меня, а после пытаешься проявлять чуткость? И это в плаще Найтмер Мун? Как всегда, везде и за всех, Дискорд?

Тем временем за ними наблюдало всё племя. Некоторые посматривали на чёрную мантию единорога, кто со страхом и недоверием, кто с наивной благодарностью, не осознавая происходящее. Другие уперлись взглядом в Кризалис, ожидая от неё неожиданной выходки. Третьи следили за всей картиной, порой поднимая глаза, чтобы убедиться, что чейнджлинги не повредили барьер и находятся на безопасном расстоянии. Зекора молчала, находясь в глубоком раздумье, Рэрити ошарашенно таращилась на незнакомца, который никак не мог быть членом Совета Шести.

— Если я поддержу только кого-то одного, не будет интересно, — зевнул бодрый и энергичный пони, протянув копыто под воду и вдруг вытащив из неё надувной матрас. — Любая из вас будет править так уныло, что даже цветы завянут со скуки. Впрочем, кому я пытаюсь объяснить!

В секунду соорудив из своего плаща пляжный зонт, единорог накинул на себя солнечные очки и улегся на матрас, скрывшись в тени.

— Но в кое-чём ты была права. Как мне было трудно в лунном свете! Это страшно вредит коже и пищеварению.

И он уплыл. Просто оттолкнулся от дна и уплыл вниз по реке, насвистывая какой-то мотив. Никто ничего не понял, кроме Кризалис, проводившей его взглядом. Затем она без единого слова вспорхнула выше, собрала свой рой и умчалась тёмной тучей на запад. А на востоке начал разливаться рассвет.

* * *

Моя верная ученица,

Старый Замок был и остаётся для меня милым домом, полным воспоминаний. Тебе кажется странным, что я покинула его, но Эквестрия не могла ждать, пока я преодолею скорбь по сестре, а в этом дворце всё напоминало о ней... В Кантерлоте виден дым, из башни заметно алое зарево на горизонте. Не печалься о тех, кто погиб там, оставь это мне. Эквестрия не может ждать. Возвращайся, нам очень многое нужно обсудить. Твои родные ждут тебя.

Твоя наставница Селестия.

— Ты не мог дождаться? — спрашивала Твайлайт, сворачивая письмо. Спайк покачивался с ноги на ногу и раздумывал, что ответить. Кризалис не учла, что он привык передвигаться только на двух, бессознательно (или осознанно, Твайлайт не знала наверняка) стремясь быть выше. Но это работало год назад. Сейчас он был неуклюж как жеребенок-тинейджер с вытянувшимися несоразмерно остальному телу лапами, в вертикальном положении ростом со Спаркл. На четырёх ему теперь было бы удобней, но привычка есть привычка.

— Потому что... Потому что ты не рассказала мне! — нашёлся дракон, — Я думал, ты мне доверяешь, а ты...

— Когда ты появился на свет, я сама ещё была маленькой. Принцесса Селестия не хотела обременять меня заботой о тебе, но ты заплакал и мне удалось тебя успокоить. С тех пор я ответственна за тебя, Спайк. Мы росли вместе, но я старше. Я не могла подвергать тебя опасности. Также поступил бы и Шайнинг в отношении меня, ты знаешь.

Отведя взгляд от свитка, Твайлайт посмотрела на Спайка и растрогалась при виде смущенно-задумчиво опущенных зелёных глаз.

— Более того, у тебя было повреждено ребро... — привела последний аргумент Спаркл, надеясь на этом закончить выяснение отношений, но Спайк возразил, не желая упоминать о горе восстанавливающих зелий, которую он принял:

— Ты всё спланировала до пожара. К такому готовятся месяцы! Столько времени я ничего не замечал... Ты боялась, что я всё испорчу?

— Нет! Ты порой знаешь и умеешь больше меня, но это был только мой риск. Знание того, что вы в безопасности, грело меня по ночам в камере. В логове Найтмер Мун я видела такое... И я рада, что смогла оградить тебя от неё. Понимаешь?

— Просто больше так не делай, — по-детски обиженно буркнул Спайк, всё-таки кидаясь в объятия, — я не настаиваю в участии во всём, что ты затеваешь, но хотя бы держи меня в курсе дела.

— Хорошо, не буду, — согласилась Твайлайт, обнимая его и раздумывая, солгала ли она или нет.

Солнце уже выкатилось на небосвод, когда всё успокоилось и деревня затихла до полудня. Отдых был необходим всем — и дежурным, и тем, кого подняли среди ночи, и прибывшим из замка, и здешним. Спайк ожидаемо стеснялся при встрече с Рэрити, не умолкал ни на минуту и со всеми был приветлив, несмотря на косые взгляды в его сторону, чем полностью противопоставлял себя тому образу, в котором к Сопротивлению подкралась Кризалис. Твайлайт винила себя в том, что не заметила очевидного и обещала себе больше никогда не игнорировать странности в поведении близких пони и не-пони.

Флаттершай всё же удалось спустя год после знакомства поговорить со Спайком об особенностях драконьей жизни, а пока они беседовали и одновременно помогали раненым в медпалате, где жёлтая пегасочка была старшей медсестрой, Твайлайт и Рэрити выпытывали у разведчиков, что происходит в замке.

Воины Сопротивления ушли сразу же после освобождения пленников. Пегасам и бэтпони пришлось сражаться на земле из-за дыма, объявшего всё пространство над старым дворцом. К вечеру подоспели единороги и земнопони Наземной Армии Солнечной Империи, и битва продолжилась на фоне догорающего замка, который Найтмер Мун с группой бэтпони смогла-таки потушить до рассвета. С первыми лучами солнца имперцы отступили, но республиканцы понесли огромные потери.

— Рассказывают, что прямо в дыму и огне видели радужный след, — делился слухами Грин Спайр, — та радужная Вондерболт, которую объявили погибшей в Клаудсдейле. Живучая!

— А ещё было трое безумцев, которые решили протаранить Найтмер Мун. Она их одним заклинанием... Вы, имперцы, все такие чокнутые?

— Да не, у лунных тоже свои герои есть! — возражал рыжегривый пони, с особой издевкой произнеся "герои", — Один Шэдоуболт с раненым крылом вместо того, чтобы как-нибудь аккуратно приземлиться, схватил в падении двух имперских пегасов и утащил их с собой на тот свет. Прямо передо мной шлепнулись, ох...

— А не трёх?

— Да не, тот вроде выпутался...

Рэрити слушала, и непрошенные слёзы зрели в её глазах крупным бисером. Твайлайт, сердитая на весь мир, в котором страшные и раньше не приемлемые для пони события стали предметом для сплетен, потащила её в логово Зекоры. Узнав о Свити Белль, она огорчилась, что её не посвятили в проблему раньше, и пригласила единорожек к себе.

Предводительница Сопротивления жила глубже в лесу, неподалёку от деревни, внутри огромного старого дерева. Таинственные иноземные маски и амулеты попадались на глаза тут и там, полки были заставлены кувшинами, флягами и горшками с разного рода снадобьями и зельями, а в центре стоял на огне огромный котёл.

— Здравствует, жива твоя сестрица, но найти её я не мастерица, — вместо слов приветствия сказала Зекора, ведя единорожек к котлу, — могу я лишь дорогу указать, по ней же вам самим шагать.

— О, пожалуйста! — обрадовалась Рэрити, — Хотя бы направление!

Зебра ловким движением почти неощутимо выдернула у Рэрити волос из гривы и бросила в кипящую воду, а затем добавила каплю жидкости из какой-то склянки. Зачерпнув побуревшее варево, Зекора разлила его по карте Эквестрии, и волшебным образом краснота осталась лишь точкой где-то южнее Вечнодикого леса. Прищурившись, Твайлайт разглядела почти стёртую временем подпись "Эпплуза".

— Слава принцессе Луне, она у наших! Там ей ничего не грозит, Эпплуза и её округ теперь часть Республики...

Спаркл немного задело упоминание об Эпплузе как о городе республиканцев, но она была слишком рада за Рэрити, чтобы огорчаться из-за этого. Рэрити в очередной раз полезла обниматься и целоваться, Твайлайт сдержанно вытерпела этот всплеск, напоминая себе, что швея всё-таки верна идеалам Найтмер Мун. Под воздействием магии, к тому же будучи притесненной Империей, от безысходности нашедшая кров у Республики... Но всё-таки, по факту — враг. Пока что враг.

— Спасибо Вам, Зекора! Спасибо, Твайлайт! — рассыпалась в благодарностях белоснежная единорожка, смущая даже абсолютно невозмутимую зебру.

— Я ведь ничего не... — противилась Спаркл, не понимая, чем заслужила.

— Ты так скромна, дорогая! Твоё благородство достойно принцессы... Благодарю Вас, Зекора, Вы меня спасли! Теперь я знаю, где искать. Что ж, Твай, а тебя ведь заждались родные..?

"Древо, Твайлайт!"

Единорожка посмотрела на Рэрити, не зная, как попросить её удалиться. Никто не должен знать, чем интересуется ученица и посланница Селестии, иначе всё опять пойдёт наперекосяк.

— У меня есть ещё одно дело, но оно... — начала Твайлайт, но Рэрити оказалась очень чуткой и тактичной, сразу догадавшись, о чём её хотят попросить, и, понимающе кивнув, вышла наружу. Они тут же разговорились с Эйд Кит, пришедшей к Зекоре за лекарствами.

— Зекора, Вы ведь хорошо знаете лес... Около замка есть дерево... особенное дерево. Может, Вы замечали что-то..?

Колдунья сузила глаза, перебирая в голове всё, что могло бы помочь Твайлайт.

— Знаю я лес не хуже родного, однако не видела древа такого. Не все тайны леса мне подвластны, а уж секрет принцесс он не раскроет, это ясно, — изрекла Зекора, — У Селестии ты истину найдёшь.

— Откуда Вам известно, что речь о принцессах? Вы умеете читать мысли?

Зебра удивленно вскинула голову и усмехнулась.

— Видела я сон, и в нём древо сияло, как солнце и луна. Стояли рядом две принцессы, и поодаль — ещё одна. Спасенье в этом древе обнаружив, власть Хаоса смогли они обрушить.

— Элементы? Что же, они... выросли на дереве? Как фрукты?.. — Твайлайт почесала гриву, — Мне нужны ответы...

— В ответах нужда никогда не пропадёт... — Зекора посмотрела на Твайлайт, и в её золотистых глазах единорожка ощутила теплоту и мудрость Селестии, — ...для тех, кто сердцем пламенным живёт. Ступай. Найди их.

* * *

— Жаль, что наше знакомство состоялось в такое время, — Твайлайт Скай улыбнулся Спаркл, — надеюсь, мы расходимся если не друзьями, то хорошими знакомыми.

— С тобой приятно иметь дело, — Свити Дропс крепко пожала ей копыто, — дождались бы утра, нам ведь по пути...

— Нет, я тороплюсь. Нам ещё из Понивилля в Кантерлот нужно до ночи попасть...

— Ну тогда — в добрый путь, — кивнула земнопони, — увидимся.

— До встречи, Твайлайт, Спайк, — Лира взглянула на школьных товарищей с нежностью, — хранит вас Селестия.

— И вас...

Вечер уже дышал в затылок нагретым за день воздухом, прелым запахом листвы и сырой почвы. Нужно было спешить. Новые и старые знакомые собрались у лиановой завесы проводить единорожку и дракона в путь. Рэрити всё-таки смогла впихнуть Твайлайт то платье с приёма Найтмер Мун, несмотря на увещевания Спаркл, которая помнила о производимом при въезде в любой имперский город обыске. Наряд с меткой Луны поймут неверно, но настойчивость швеи одержала верх над здравым смыслом Твайлайт.

— Твай, даже не думай выбросить его по дороге, — шепнул Спайк, не сводя влюблённых глаз с Рэрити.

— Мы всегда будем вам рады, — прошептала Флаттершай, нежно улыбнувшись.

— Удачи, — подытожила прощание Блю Вэйв и пропустила двоих сквозь занавес, — последний поезд до Кантерлота отправляется в 10, вы успеете, если поспешите. Донесите нашу идею до столичных пони, предупредите их.

Окинув напоследок взглядом деревушку, в которой их так любезно приютило Сопротивление, Твайлайт и Спайк отправились на север. Домой. Наконец-то. Сколько предстоит объяснить родителям, брату, принцессе, сколько задать вопросов...

— ...я побежал на крики и вижу: Зекора, Садден Винд и ещё один стражник отбиваются от республиканских патрульных, — рассказывал Спайк, когда они добрались до злосчастного болота, где Кризалис "спасла" Твайлайт, — Зебра и королевская стража против воинов Найтмер, в Вечносвободном лесу. Нонсенс! Садден Винда страшно ударили по спине, такой хруст раздался, что я подумал — всё, больше летать не сумеет! А потом вышла какая-то единорожка в чёрном плаще и схватила пегасов магией, прямо как ты! Нет, ты, конечно, лучше бы справилась, но она так легко это проделала... Зекора пыталась их спасти, но куда там!

— И почему они не пленили и её?

— Они не подумали, что лесная ведьма и лидер Сопротивления могут быть одной пони... ну, одной зеброй. Зекору привязали к дереву, кто-то хотел сжечь её на костре, но, слава Селестии, какой-то очень серёзный и представительный бэтпони их переубедил. Я дождался, пока они уйдут, и освободил её... — Спайк вдруг посмурнел и умолк, Твайлайт не стала пытать его, в чём причина, догадываясь, что это связано с расой Зекоры. Пони с предубеждением относятся к другим расам, а Спайку в своё время пришлось натерпеться насмешек о ручном драконе. Только теперь Твайлайт понимала, насколько обидно ему было.

Закат уже близился, когда они наконец добрались до Понивилля. В лучах солнца он казался ещё мрачнее, чем ночью. Пустые улицы, мусор на обочине, пыль — Понивилль был крайне неприветлив, и от этого и у Твайлайт, и у Спайка закралось слабое, но стойкое ощущение предрешенности и неизбежности новых бед.

Городская стража скептически посмотрела на седельную сумку и даже не стала заглядывать внутрь, к облегчению Спайка и сдержанному негодованию Твайлайт.

— Они не выполняют свою работу! — яростно зашептала она, как только стражники исчезли за углом, — Если бы принцесса знала!.. А вдруг я — агент Найтмер?

— Расслабься, Твайлайт, в следующий раз будешь возмущаться, а сегодня это — удача для нас, — успокаивал её дракон. — К тому же ты и есть агент Найтмер, если подумать. Ты ищешь дерево Элементов по её указке, в конце концов.

Единорожка стукнула его газетой, которую она бесплатно получила у жёлтой земнопони с цветком-кьютимаркой.

— Кто такие вещи говорит на улице, Спайк! — беззлобно, но хмурясь прошипела Твайлайт. — И не Найтмер, а принцесса Луна сказала мне про древо.

— Окей-окей, я просто пошутил.

Заголовок газеты гласил: "Пожар в логове мятежников! Расплата за Клаудсдейл или удар третьей силы?", а на месте фото — карикатура, изображающая Селестию, направляющую луч солнца на дворец в Вечнодиком лесу, и Найтмер Мун, сгорающую в золотой магии сестры-императрицы. В самом низу — выглядывающая голова пони с торчащими из гривы листьями и ветками.

— Прочтём в дороге, а пока что нам нужно купить билеты и заглянуть в "Сахарный Уголок"...

Спайк вдруг остановился и уставился на Твайлайт, широко раскрыв глаза.

— Что? — непонимающе спросила она, когда немой вопрос на её мордочке остался без ответа. — Что случилось?

— Твайлайт, у нас нет ни единого бита.

"Ой".

— И аргумент, что ты сестра капитана королевской стражи, ученица принцессы и всегда возвращаешь долг, тоже не прокатит. Мы не в Кантерлоте.

"Милостивая Селестия, как же нам...?"

Однако решение проблемы пришло очень быстро; Спаркл, озарённая догадкой, хитро прищурилась:

— Похоже, придётся расстаться с частью нашего груза. Я вспомнила заклинание, которое поможет избавиться от ненужного рисунка на ткани...

— Подарок Рэрити! — тут же взъерошился Спайк, — Не вздумай, Твай! Твааай!..

* * *

Кое-как обменяв целебные травы (забота Зекоры) на биты и купив билеты на последний поезд до Кантерлота, путешественники добрались до "Сахарного Уголка".

— О, это же вы! — Пинки Пай сразу узнала посетителей и подскочила к ним с полным подносом кексов, прямо из духовки, — к сожалению, кексов с сапфирами у нас нет, как и самих сапфиров, но и с ягодами тоже вкусные! Попробуйте!

— Ой, нет, спасибо, мы не голодны, — кривила душой Твайлайт, проклиная заманчивый аромат свежей выпечки, — мы по делу.

— Если по делу, так тем более, берите! За счёт заведения. Вам повезло, мистер и миссис Кейк сегодня в отъезде! Как же давно приезжих не было!..

Розовый торнадо поймал и усадил Твайлайт и Спайка за столик, и оба даже не поняли, когда успели взять по кексу. Спайк послушно съел угощение, но Спаркл только надкусила — вкуснятина просто не проходила в горло от одной мысли о Каменной Ферме.

— Пинки Пай, я от Эпплджек, — собравшись с духом выпалила Твайлайт. Кудрявая земнопони умолкла, весёлый блеск в глазах и широкая улыбка исчезли, и мордочка Пинки приобрела невероятно, невыразимо серьёзное выражение. Она даже не спросила, как Твайлайт, сторонница Селестии, могла пересечься с разделяющей взгляды Найтмер Мун Эпплджек.

— Она хотела передать, что твоя семья... погибла с честью. Эпплджек была там и... ей жаль.

Пинки Пай, опустив глаза в поднос и слепо изучая взглядом кексы, тяжело вздохнула и вдруг слабо-слабо, но абсолютно искреннее и осознанно улыбнулась.

— Эпплджек очень любит яблоки в сиропе. Просто обожает! Она часто угощала меня. Не похоже, что у неё теперь есть время заниматься готовкой...

— У них нет яблок, — покачала головой Твайлайт, удивляясь такой перемене, — Летучие мыши-вампиры съедают весь и без того малый урожай.

Пинки ухмыльнулась:

— Будь на их стороне Флаттершай, у них бы не было таких проблем!

И тут до Твайлайт дошло, в чём дело. Они были не просто приятельницами, они были друзьямиl.

— Пинки...

— Я всё знаю, Твайлайт Спаркл. Я знаю, что случилось с ними, и они бы ни в коем случае не хотели, чтобы я печалилась. Если я буду только печалиться, я не смогу улыбаться! А улыбок сейчас и так не хватает, — Пинки Пай вновь зажглась жизнелюбием, — но ведь ты здесь не только ради меня и Эпплджек?

Взглянув на часы и убедившись, что у них есть ещё час, Твайлайт кивнула.

— Ты права. Что произошло в Понивилле? Гарнизон, размещённый в городе... Военные ведут себя нормально?

— Понивилль просто сдулся, будто воздушный шарик. Присутствие солдат очень угнетает нас, многие не могут терпеть их выходок и даже самого вида. Кто ушёл в армию, кто бежал в другие города. Те, что остались, либо не знают, куда идти, либо не хотят бросать дома.

— И ты...

— Сахарный Уголок — единственная радость Понивилля, — розовые кудри Пинки подпрыгнули так, будто жили своей жизнью. — Бабушка всегда говорила мне, что нужно смеяться в лицо своим страхам, и они уйдут сами. Вот мы и смеёмся назло Найтмер! Правда, недавно кто-то посмеялся над нами и в течение недели воровал огромное количество сладостей — жаль, похоже, я пропустила отпадную вечеринку!

Работница кондитерской совсем не была расстроена кражей.

— И что же вы..? — обеспокоенно спросила Твайлайт, догадываясь, какую на самом деле "вечеринку" организовал шутник.

— Мы понесли большие убытки, но полиция не нашла никаких улик. Зато во время следствия они купили столько пончиков, сколько и за два месяца обычно не разбирают!

С трудом отогнав навязчивую идею рассказать правду, Спаркл сменила тему:

— А что известно про ферму "Сладкое яблоко"?

— Там пусто как на кладбище. По закону ферма всё ещё принадлежит Эпплам. Все, кто проходит мимо, говорят, что яблок почти и не видно — плохой год. Сборщики налогов, тыча распоряжением сверху, осмелились взломать склад, но Эпплджек всегда была умной хозяйкой, все запасы увезла с собой.

— А ты не знаешь их имён? Или кьютимарки? Может быть, что-то о тех, кому они продавали яблоки?

— Флим и Флэм, изобретатели сверхскоростной соковыжималки. Ты же слышала о них?

— Два брата-единорога? Да, помню статью в газете... — Спаркл вспомнила, какой сенсацией пролетела весть об этой чудо-машине. Она сама издалека видела изобретение, его высокая технологичность и, главное, польза не вызывали сомнений. Портить славу украденными яблоками? "Вряд ли они знали..."

— Спасибо, Пинки Пай...

— Да не за что! А как вы здесь оказались, и почему у вас эти странные зелёные узоры?

— настал черёд Пинки задавать вопросы. Твайлайт стушевалась, не зная, за что можно выдать волшебную мазь:

— Ааа...хе-хе, хм, это так, лесные пони...

— Лесные пони? — не поняла и не должна была понять Пинки Пай, — В Белохвостом лесу?

— В Вечнодиком, — не стал тянуть резину Спайк. Земнопони подскочила на месте.

— Да ты шутишь!.. А это настоящий церемониальный узор? Вы прошли ритуал посвящения? И сколько же их там?

— Целое племя, — смело продолжал Спайк, видя немой и бессильный ужас Твайлайт, — племя пацифистов, уставших от войн пони.

— Спайк, не думаю, что... — выдавила Спаркл, но слишком уж настойчивой была просьба в глазах Пинки. Единорожка снова посмотрела на часы, вздохнула и приготовилась долго говорить.

— Пинки Пай, ты умеешь хранить секреты?..

* * *

Вагон-ресторан был почти пуст, разве что в дальнем углу сидел пожилой пони в широкополой шляпе и плаще. Пинки Пай накормила Твайлайт и Спайка до отвала, но зато здесь пока что не выключили свет, в отличие от других вагонов. За окном давно серебрилась луна.

— "...по словам освобождённых пленников, они называют себя Сопротивлением, выступающим за мир в Эквестрии. Достоверных сведений об этой организации мы пока не имеем, поэтому просим всех сохранять спокойствие и быть бдительными". Ни слова о чейнджлингах, — Твайлайт хлопнула газетой о столик.

— Твайлайт, ты же знаешь, что сейчас это только создаст лишнюю панику, — являл собой голос разума Спайк. — Открыто говорить о приближающейся армии существ, способных притворяться обычными пони попросту опасно. Дойдёт и до того, что и Селестию, оказывается, давно подменили!

— Я знаю, но ведь нельзя скрывать это вечно!

— В подходящий момент...

— Мы не можем ждать. Когда он наступит, этот подходящий момент? Завтра, через неделю, через месяц?

— Как только Криззи вычудит что-то новенькое!

Твайлайт подпрыгнула на месте от неожиданности, Спайк вздрогнул, увидев позади единорожки пожилого пони, который вдруг бросил на соседнее сиденье шляпу и накладные усы и бороду. Обернувшись, Спаркл чуть не потеряла дар речи.

— Т..ты? — она узнала в нём единорога, остановившего Кризалис, — это ведь ты! Кто ты на самом деле, на чьей стороне?

— Её Величество ведь называла меня по имени, — единорог притворно расстроился, приложив копыто ко лбу, — я думал, что у тебя отличная память.

— Обычно она просто всё записывает, — автоматически выдал Спайк и, предупредив вспышку возмущения Твайлайт, продолжал, — Дискорд — дух хаоса, его окаменелые останки — памятник в королевском саду. Что у тебя с ним общего, кроме имени?

Единорог поднял голову, посмотрел на Спайка так, будто дракон только что возник перед ним из воздуха, и уселся с ним рядом, с неприличным любопытством изучая его разными по величине, красными с пожелтевшими белками глазами.

— Тот самый питомец-дракон? — смешливо спросил он, обращаясь к Твайлайт. Та зло прищурилась.

— Прекрати. Прямо. Сейчас.

— Не бойся, Твайлайт, я не расскажу наш маленький секрет, — небрежно отмахнулся попутчик. Спайк встрепенулся:

— Какой секрет?

— Нет никакого секрета, он лжец!

— Не важно, мой юный друг, — единорог приобнял дракона за плечо, хитро поглядывая на рассерженную Спаркл, — Так ты спрашивал, что у меня общего с Дискордом? Возраст, биография, счёт в банке и круг знакомств!

Эта информация была принята ими двумя не сразу. Спайк удивленно сморгнул, Твайлайт отвела глаза к окну, где тут же пропал живописный вид ночного Кантерлота — они въехали в тоннель.

— Это правда? — нарушила минутное молчание единорожка, — Образ пони — лишь маска?

— Драконикусы не типичны для ваших краёв, — развёл копытами Дискорд, — а лучший способ вникнуть в происходящее — стать его частью.

"Всё-таки тот розыгрыш в подземелье..."

— Дождь из конфет? Твой ход?

Единорог скорчил раздосадованную гримасу:

— Найтмер сразу узнала мой почерк, к сожалению. Я надеялся, что они с Луной раздельные личности, и она подумает, что это привет от Селестии.

— Принцесса никогда бы не...

— Ты плохо её знаешь, — ухмыльнулся Дискорд, — говоря о новостях, Селестия полгода скрывает мой побег.

Твайлайт округлила глаза. "Полгода?! Как?!" Принцесса, должно быть, отправила на его поиски агентов "Затмения", как и в случае с чейнджлингами не желая тревожить пони... "Но... дух хаоса на свободе. Не армия перевёртышей, таких же смертных, как пони, а существо, опасное как... даже нет, опаснее, чем Найтмер Мун!"

— Это невозможно, — фыркнула она, хмурясь, — ты думаешь, я так легко поверю, что принцесса настроена против своего народа?

— Про её цели ты додумалась без меня, — исчезнув во вспышке, Дискорд появился слева от единорожки, чудом стоя на узенькой спинке сиденья, — однако я всего лишь говорил о её недальновидности и глупости.

Подмигнув, единорог легко развернулся, соскочил на стол, открыл окно и выпрыгнул, оставив накладную растительность на морде, плащ, шляпу и тонну вопросов. Поезд вышел из последнего тоннеля, завизжали тормоза.

— И что ты думаешь обо всём этом, Твай? — спросил Спайк, когда в окне уже ползла полоса платформы. Спаркл тяжело вздохнула, долго молчала, пока поезд не остановился окончательно, и вдруг улыбнулась, а затем и вовсе захихикала.

— Я думаю, что дома нас могут встретить уже не родители и не Шайнинг.

Спайк вскинул голову, почти скалясь и не понимая, что здесь может быть смешного, но во взгляде Твайлайт он увидел такую горечь, что его осуждающий гнев тут же рассеялся.

— И не Селестия... весь Кантерлот — чейнджлинги! — а это в действительности звучало смешно. Твайлайт широко махнула копытом, охватывая весь воздух вокруг:

— Вся Эквестрия!

— И даже Найтмер Мун! И Дискорд! — надрывал живот Спайк, откинувшись на сиденье, — и ты тоже, Твайлайт!

Единорожка отвечала ему мягким смехом:

— И ты!

— Молодые пони... и непони, вы выходить будете?

Отдышавшись и кое-как сойдя с поезда, пытаясь при этом сдерживать глупое жеребячье хихиканье под суровым взглядом проводницы, они не стали терять время и сразу помчались домой.

— Я стучу, ты заходишь первой, — выложил свой давно подготовленный план Спайк, когда двое стояли на пороге дома Найт Лайта и Твайлайт Вельвет. Спаркл посмотрела на него и не узнала в друге того смелого, решительного дракона, спасавшего её от чейнджлингов — Спайк был напряжён и взволнован, готовый в любую секунду броситься бежать.

— Ты ведь не боишься, так ли? — поддразнила Твайлайт, прекрасно зная ответ.

— Остерегаюсь, — честно признался он. — Но визит к принцессе пугает меня всё-таки больше.

— Меня тоже.

Они обменялись нервными смешками и вместе постучали в дверь.

## 1x08 Щит Кантерлота

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 8: Щит Кантерлота

С самых высоких башен Кантерлота видна даже мрачно-зелёная чаща Вечносвободного леса, однако городские трущобы абсолютно не просматриваемы. Причиной тому были слишком узкие улочки и частое расположение зданий. И там, на отшибе столицы, жили беднейшие пони, чудом удержавшиеся в сердце Эквестрии. Опаснейшие пони.

Раньше даже у самых несчастных не возникали мысли о причастности Селестии к их бедам: на принцессу молились, принцессу боготворили. Однако после возвращения Найтмер Мун всё изменилось, и Шайнинг Армор был рад, что Селестия все десять веков мирной жизни подбирала себе стражу и даже основала для солдат академию. Может, тысячу лет они и были только красивой картинкой на фоне принцессы, но теперь не только её судьба, но и судьба Кантерлота, а может, и всей Эквестрии зависела от Королевской Службы Безопасности.

Тьма Найтмер Мун проникала в сердца пони, война отбирала всё самое главное — семью, друзей, любовь и надежду, и уже не было ни в ком радости при виде знамён с золотым солнцем, кьютимаркой Селестии. Не знали пони, как принцесса отчаянно искала способ остановить кровопролитие, не знали, как упряма аристократия, напиравшая на неё с требованием продолжать войну, и винили её во всех бедах, постепенно в их рядах росла озлобленность и решимость.

Шайнинг предчувствовал: именно здесь, в необозреваемых и самых нищих районах вспыхнет бунт, голод после неудачного лета погонит пони к королевскому замку. Патрули прочесывали улицы столичных окраин круглые сутки, но что сможет отряд, когда огромная толпа вдруг хлынет на них?

В последнее время капитан стражи только и думал об этом, стараясь всеми силами предотвратить возможное восстание. Думал даже теперь, встречая возвращающиеся с поля битвы части Воздушной Армии Империи. Не успев к ужину, пегасы прибывали в столицу уже под светом звёзд, большей частью по земле — многих потрепало в сражении, а облачные колесницы торопились перевезти тяжелораненых. Шайнинг ожидал их на городских воротах.

Битва в замке Двух Сестёр, по сути, принесла мало пользы для империи. Ночью крупный отряд неизвестных пони вышел из леса и начал атаку, приманивая к себе весь гарнизон. Видимо, они хотели, чтобы другие тем временем подкрались сзади и проникли во дворец. Найтмер Мун раскусила этот трюк и долго не поддавалась, но когда весть долетела до Кантерлота, крылатые части Солнечной Армии мгновенно отправились на подмогу, и диверсия сработала. Замок подожгли, пленных освободили, однако сражение длилось ещё сутки. Республиканцы не могли просто так сдать свой главный штаб и в итоге всё же удержали его, потеряв огромное количество бойцов, особенно бэтпони, к вящей радости пегасов.

— Капитан, — один из командиров бодро гарцевал к нему, окрылённый удачным исходом боя, — хорошо, что Вы ещё не спите,..

— Мы тут как на бочке с порохом сидим, какой сон, — фыркнул Шайнинг, но пегас, не обратив внимания на его замечание, продолжал:

— ...я бы хотел поговорить о Вашем... произволе.

Единорог поперхнулся воздухом.

— В смысле?

Командир эскадрильи помялся, прежде чем ответить:

— Я разделяю Ваши чувства, семейное горе, единственная сестра, но... — он на секунду умолк, взглянув на Шайнинга Армора — тот был готов молнии из глаз метать, — ...но посылать в пасть Найтмер Мун своих бойцов? Стражников? Вы в своём уме?

— О чём вы говорите? — зло процедил Шайнинг, не понимая, в чём его обвиняют и причём здесь Твайлайт.

— Я предполагал, что Вы будете отрицать свою причастность, — пегас сощурился. — Скажите, Вы посылали двух пегасов в Вечнодикий лес?

Вечнодикий, Вечносвободный лес был последним местом, куда мог попасть королевский стражник. Шайнинг не ощущал себя абсолютно сосредоточенным, но такой приказ он бы и на больную голову не сочинил. Пусть и ради Твайлайт.

— У нас действительно пропали двое пегасов, в этом году только закончивших обучение, но про Вечнодикий лес я ничего не знаю, — быстро ответил он, про себя раздумывая, какого чёрта Садден Винду и Флэшу Сентри понадобилось в логове республиканцев. Командир неверяще посмотрел на него.

— Юнцы Вас обожают, им легко запудрить мозги. Что Вы им пообещали? Золото? Ранг? Я не буду умалчивать о таком обращении с моими сородичами, — пригрозил пегас, делая шаг навстречу, — на всех находится управа.

— Я бы ни за что не отправил своих подопечных в лес без приказа принцессы. Вы обвиняете меня в глупости новичков, решивших выставиться передо мной в лучшем свете и умереть героями? — пусть он и осуждал поступок этих двоих самонадеянных мальцов, в глубине души Шайнинга жила крохотная надежда, что они узнали что-нибудь о Твайли. Маленькая единорожка как фиолетовая комета промчалась перед ним счастливым воспоминанием; её сиреневые глаза всегда сверкали, когда он рассказывал об учёбе в академии. Наверное, из-за неё, в частности, он и выбрал такое будущее, а теперь его винили в превышении полномочий для её спасения. Но он не смог бы. Это уронило бы его в глазах родителей, принцессы Селестии, Кейденс, сослуживцев и, главное, самой Твайлайт.

— Не могли же они сами пойти туда, — сомневался пегас, переступая с ноги на ногу, — или..?

— Я бесконечно дорожу своей сестрой, но я бы не отправил на её спасение, по сути, жеребят. Более того, я даже не знаю, откуда им известно про неё, — настаивал Шайнинг Армор, видя, что ему удаётся убедить пегаса.

— Ну, о Твайлайт Спаркл вся служба безопасности наслышана, она же из дворца не вылезает, — хмыкнул командир, — это не мои слова, слова вашего "героя". А вот и он!

В общей массе пони блеснули золотые доспехи, и оранжевый пегас нерешительно подошёл к ним, виновато глядя в пол. По всему его телу темнели заживающие царапины, крыло было подвязано — похоже на перелом. Несмотря на своё положение, стражник тщательно вымыл гриву и убрал её в шлем ровным гребешком, а на начищенные латы даже в лучах луны было больно смотреть. "Боялся встречи со мной", заметил Шайнинг Армор про себя, а вслух только вздохнул.

— В его защиту должен сказать, что он сражался как лев, — хохотнул пегас, наблюдая немую сцену.

— Я виноват, капитан, — смиренно произнёс Флэш Сентри вместо обычного приветствия, тут же опомнился и отдал честь. Белый единорог никак не ответил и обратился к командиру эскадрильи:

— А Садден Винд?

— Он до сих пор где-то в лесу, как и многие освобожденные пленники. Как найдём — пришлём вам посылкой, — пегас ухмыльнулся, и Шайнингу Армору его юмор не понравился.

— Позаботьтесь об этом хорошенько, а то ваши "посылки" иногда не доходят, — парировал он, вспоминая события прошлого Гранд Галлопинг Гала. Пегас вспыхнул и, резко развернувшись, ускакал вслед за своей эскадрильей в сторону госпиталя — Флэш Сентри хоть и сохранял огорчённо-покорный вид, не мог не улыбнуться. Шайнинг стрельнул в него недовольным взглядом, а затем, оставив за старшего Саундкэтчера, отправился к замку.

"Твайлайт-Твайлайт..." Единорог в тот же вечер заподозрил неладное и на следующее утро помчался во дворец. Принцесса убеждала его, что Твайлайт отправилась в Понивилль с инспекцией , но когда Спайк принёс ему со стола сестры целую папку бумаг под грифом "Вечносвободный лес" и старую книгу легенд о древней Эквестрии, отрицать очевидное Селестии не было смысла. "Какие-то шесть камней не стоят твоей жизни, Твайли".

— Ты видел мою сестру? — нарушил молчание Армор уже на белых ступенях замка, ведущих в корпус стражников. Флэш нервно кашлянул перед ответом.

— Да, капитан. Она в порядке, но какое-то волшебное растение блокировало способность колдовать. Её заставили оказывать помощь раненым.

Шайнинг позволил себе облегчённо выдохнуть. "Жива и не ранена".

— ...отлично. А до этого ты её видел? — спросил он чуть смягчившимся голосом, остановившись, и Сентри встал чуть в стороне, опасливо косясь на него.

— Видел. Она ведь ученица принцессы.

— Как ты думаешь, принцесса отправила бы её туда без подготовки? — продолжал капитан тем же вкрадчивым тоном, повернувшись к пегасу. Флэш не почуял ловушки и заговорил увереннее:

— Нет, капитан.

— А я? Отправил бы я кого-нибудь без подготовки?

— Никак нет, капитан.

Стражник понял, что расслабляться не стоило, когда слишком поздно заметил в глазах Шайнинга гневные искры.

— Твайлайт не воин, но у неё есть то, чего у вас двоих нет и в зародыше — разум! — он пошёл прямо на сжимающегося от страха пегаса, — Она смекалистей всех новичков-студентов вместе взятых! Куда вы полезли?! Славы захотелось?! Вы нарушили половину статей кодекса! За такое пару веков назад секли на главной площади!

— Шайнинг! — окликнул голос позади, и тут же кто-то налетел на него, обнял крепко за шею. Единорог только через мгновение сообразил, что это Твайлайт, и всю ярость как дождём смыло. Он схватил её, закружил, как в детстве, сдавленно смеясь.

— Твайли? Ты? Как? Почему?.. — от неожиданности Шайнинг Армор не мог толком собрать слова в предложения. Твайлайт ничуть не изменилась за эти 10 дней, всё с тем же потаённо-озорным огоньком в сиреневых глазах и ровной, словно по линейке, чёлкой. Рядом стоял Спайк, радостно улыбающийся, тоже перепугавший Шайнинга не на шутку, и капитан почти забыл об отчитываемом подчинённом.

— Слава Селестии, вы выбрались, — наконец у Армора получилось произнести что-то внятное, — никогда не уходите на задания без предупреждения, оба!

— Хорошо, — заверила Твайлайт, Спайк согласно кивнул. Флэш Сентри глядел на них как на спасителей, и это не ускользнуло от внимания капитана. "Ему повезло, что я сейчас слишком счастлив".

— О, это ведь ты, — Спаркл узнала пегаса и с несвойственным ей ранее переживанием осмотрела его крыло, — значит, в битве...

— Шэдоуболт протаранил, чудом спасся, — предугадал её вопрос Флэш, — если бы не Ваша помощь, я бы не смог и взлететь.

В его благодарности не было ничего предосудительного (и удивительного, впрочем, тоже), но что-то в его обращении к сестре Шайнингу бессознательно не понравилось. Твайлайт тем временем угадала, что происходит.

— Шайнинг Армор, насколько его проступок серьёзен? — поинтересовалась единорожка. Шайнинг перевёл мгновенно охладевший взгляд на провинившегося, который внимательно следил за ними и ожидал решения своей участи.

— Я имею полное право попросту уволить его со службы или отправить его драить полы в туалете до конца дней, — жёстким, "капитанским" голосом ответил Армор, — Что будет лучше?

Он ждал чего угодно от рациональной, всегда послушной правилам и в этом плане никого не щадившей сестры, но только не робкого:

— Дать ему второй шанс..?

Спайк с подозрением, а Флэш с весельем одновременно посмотрели на Твайлайт.

— Твайли, я понимаю, что ты хочешь заступиться за него из признательности, но...

— Нет! — воскликнула Спаркл, — То есть, разве что немного... — она выглядела беспричинно взволнованно, — в общем, КСБ сейчас не может себе позволить терять пони. Совсем. Кантерлоту нужны храбрые пони, а он... они с Садден Виндом храбрые... бесстрашные. Это нужно поощрять.

Шайнинг ни на секунду не поверил, что Твайлайт действительно так считает, однако смирился с её доводами.

— Но всё-таки наказание неминуемо, — эти слова не возымели должного эффекта — Флэш Сентри улыбался от уха до уха, — неделя наведения порядка в корпусе. И дежурство через день.

Кислая мина лишь на секунду затронула мордочку пегаса — по крайней мере он оставался королевским стражником и мог ещё надеяться на карьерный рост. Твайлайт, кажется, такой расклад понравился (почему — для Армора оставалось загадкой).

— Нам нужно к принцессе, — напомнил Спайк. Шайнинг видел, что и ему поведение Твайлайт кажется странным. Единорожка вскинула голову, расправляясь и мгновенно становясь серьёзной.

— Ты прав, это срочно, — согласилась она, возвращаясь к деловому тону, — но потом мы обязательно поговорим, СБЛДН. Очень много важных новостей.

Не успел Шайнинг Армор и глазом моргнуть, как Твайлайт и Спайк уже бежали по тропинке к парадному входу во дворец. На воротах оружейного двора Спаркл остановилась, ударила себя по лбу, словно забыла о чём-то, но не вернулась, поскакала дальше под внимательным взором Спайка. Тем временем капитана и рядового окружили стражники, наблюдавшие за ними со стен и теперь жаждущие подробностей.

— И как это ты там не сгинул? — могильный голос принадлежал Айрон Граспу, надежному охраннику, но мрачному собеседнику.

— Ну ты счастливчик, — серовато-синий земнопони, первогодник Спайн Чилл, по-товарищески пихнул Флэша в плечо и многозначительно подмигнул.

Шайнинг громко откашлялся, привлекая к себе внимание:

— Жду тебя в шесть утра, Сентри, а сейчас можешь позабавить ребят рассказами, — толпа оживлённо загудела, и Армор сразу же перебил нарастающий гомон, — не здесь, внутри. Остальным вернуться на посты и нести вахту до конца смены.

Сильно огорчаться караульные не стали — им оставался всего час службы. Убедившись, что они возвращаются на стену, Шайнинг повернулся в сторону своей квартиры.

— Какое удачное покровительство, — нарочито громко шепнул на ухо Флэшу Спайн Чилл, но Шайнинг Армор, вспыхнув от рога до кончика хвоста, никак иначе не подал виду и только сделал мысленную заметку в скором времени свалить на земнопони какую-нибудь непростую работу. "Скоро Гала, пусть стоит около принцессы. На вид вроде не очень глупый, высокий — сгодится. Заодно научится дворцовому такту".

* * *

Спустя два часа Шайнинга вызвали к принцессе. Навстречу из её кабинета вышли Твайлайт и Спайк, страшно усталые и заметно обеспокоенные состоявшимся разговором. Армор отправил их домой высыпаться, откладывая обмен впечатлениями на потом.

— Я понимаю, что ты, должно быть, до сих пор зол на меня, Шайнинг Армор, но такое важное дело я не могла поручить кому-либо ещё, кроме как твоей сестре, — начала Селестия, кивком подзывая капитана стражи к окну, — в конце концов, она единственная потревожилась о возвращении моей сестры.

Усталый взгляд принцессы был устремлён на Кантерлот, раскинувшийся перед ней, и на земли, что простирались до горизонта и дальше, до самого севера. Все эти территории не знали войны тысячу лет. Сколько поколений пони не знали войны... Один за другим города пожирало пламя сражений, смерть шагала по королевству, раскрыв перепончатые крылья. У Шайнинга мучительно сжималось сердце от этой мысли, каково же Селестии?

— Я не смею, Ваше Величество. Да и Твайлайт давно не жеребёнок, — сказал он, стремясь судить беспристрастно, подавить братские чувства. Селестия повернулась к нему, тепло улыбнулась, — только сейчас единорог обратил внимание, что у Твайлайт точно такой цвет глаз, какой у её наставницы, — и вновь посмотрела в окно.

— Лишь на вас и возлагаются все мои надежды. Думаю, тебе стоит знать сейчас, Дискорд начал действовать. Он всё это время скрывался среди приспешников Найтмер Мун.

Капитан лично искал пони, кто смог бы заменить исчезнувшее изваяние духа Хаоса поддельной скульптурой, поэтому не был удивлён, скорее, недоволен. Такая грозная сила на стороне Республики могла бы стать решающей, но от принцессы Армор знал, что Дискорд не захочет конца войны. Он будет прыгать по чашам весов, поддерживая то тех, то других, наслаждаясь раздором между пони.

— Ваше Величество, все мои подчинённые давно предупреждены, но если он умеет принимать вид пони, мы бессильны.

— Магию Хаоса вы обуздать не в силах, но есть другой враг, также меняющий облик. Я вызвала тебя, чтобы просить твоей помощи в противостоянии чейнджлингам, Шайнинг Армор.

Он слышал о них во времена академии. В учебном плане им было отведено совсем немного, пара минут от лекции, потому что чейнджлингов считали слишком далёкой угрозой. "А они уже на пороге".

— Я готов ко всему.

— То, о чем я попрошу, тяжело выполнить, — Селестия смотрела на него почти с материнской заботой, — Моя просьба даже эгоистична, и ты вправе отказаться. Кантерлоту нужна защита от чейнджлингов. Чары, открывающие их истинную сущность, куполом накрывающие город.

Шайнинг осознавал, что если принцесса потратит свои силы на создание щита, то не сможет противостоять Найтмер Мун, Дискорду и кому бы там ни было. Раздумывать нечего — он был избран стражем Кантерлота, на него рассчитывала принцесса, и должен исполнить свой долг.

— Я не знаю точной формулы...

— У меня есть книга со всей информацией, что тебе пригодится. Я помогу создать основу заклинания, — золотое облако магии поднесло к Армору древний том в фиолетовом переплёте, "Защитные заклинания; Комбинации чар", — но затраты энергии всё равно будут огромны, и я не могу сказать, как долго придётся поддерживать щит. Ты уверен, что хочешь терпеть эту пытку?

— Опасно рисковать Вами, Ваше Величество. Если Вы будете не в состоянии сразиться с Найтмер Мун в случае атаки, то Эквестрия падёт.

— Я благодарна, что ты произнёс это за меня, но мне всё равно нелегко просить об услуге, — Селестия хмурилась, кажется, стыдясь своего бессилия. Шайнинг Армор смело взял книгу и открыл на заложенной странице.

— Я сделаю всё, что необходимо. Могу я только немного подготовиться?

— Разумеется. Однако эти чары придётся выучить не только тебе. Щит оградит от внешних вторжений, но не избавит от чейнджлингов, которые уже в Кантерлоте. Чтобы найти их, твои солдаты должны знать заклинание.

— Ваше Величество, я займусь их обучением, — заверил Шайнинг, и правительница коснулась его плеча крылом.

— Ты самоотвержен. Твайлайт переняла у тебя это качество. Спасибо, Шайнинг Армор, можешь идти.

Поклонившись, капитан стражи подошёл к двери и, на момент задумавшись, обернулся. Аликорница не отводила взгляд от Кантерлота, и ночь в окне чернела за её белоснежным силуэтом. Луна и звёзды скрылись за тучами, свистел ветер, далеко с запада приближались громовые раскаты — раскаты первой бури, не подчиняющейся пегасам.

* * *

Так и не сомкнув глаз этой ночью, Шайнинг уже без пятнадцати шесть ждал Флэша Сентри у входа в стойло, чтобы показать ему фронт работ. Стойлом служивые называли казармы, ну а там для полного энергии молодого жеребца легко найти занятие. Мытьём полов Флэш займется чуть позже, когда проснётся дневная смена, а сейчас Армор планировал увлечь юнца другой работой.

— Уже не смешно, Спайн, — сердито пробормотал кто-то за дверью, — я отвечу за свою провинность и через полгода никто и не вспомнит, а если твои шутки дойдут до ушей капитана, он не забудет до моей смерти!

Шайнинг Армор, разумеется, прислушался ещё внимательнее.

— Ты сам виноват, полчаса расписывал, какая она замечательная! — голос точно принадлежал Спайн Чиллу.

— Кто? — вдруг вырвалось у Шайнинга. Из-за двери, ни секунды не сомневаясь, ответили:

— Твайлайт Спаркл, кто ж ещё!

Далее раздался громкий топот, подозрительный стук кого-то обо что-то (или чего-то об кого-то) и — тишина. Спустя секунд десять дверь с пронзительным скрипом открылась. Спустя ещё десять секунд после безмолвной перепалки чьё-то сильное копыто выпихнуло оттуда Спайн Чилла; он встретился со взглядом Шайнинга и, то краснея, то бледнея, вытянул за собой Флэша Сентри, который утратил весь свой апельсиновый цвет и стал похож скорее на грейпфрут. Собравшись с духом, они отдали честь и вытянулись по струнке.

— Доброе утро, капитан!

— Прибыл для выполнения задания, капитан!

— Вольно, — кивнул Армор, — Спайн Чилл, у меня нет к тебе поручений, иди.

"Пока что".

Облегчённо вздохнув, земнопони вернулся в казармы, напоследок стукнувшись с товарищем копытами в качестве пожелания удачи. Оставшись один на один с капитаном, Флэш Сентри смятённо косился на него исподлобья.

— Ну, рядовой, как насчёт... — начал Шайнинг Армор и вдруг боковым зрением увидел нежно-розовую фигуру молодой аликорницы, живым солнцем плывущую к нему навстречу из дождливой серости, накрывшей Кантерлот. Единорог взглядом указал на неё Флэшу, и тот мигом отскочил в сторону, опустив голову в поклоне. "Кейденс..." Всё пело в душе Шайнинга Армора под переливы её звонкого голоса, в её манере держать себя видна была и королевская стать, и жеребячья бодрость, глаза лучились свежестью, которой так не хватало Армору в последние месяцы. Вся королевская гвардия знала, что их командир влюблён, однако ни одна живая душа не могла и предположить, что они уже помолвлены.

— Доброе утро, Шайнинг Армор, — улыбнулась Кейденс, одним этим приветствием согрев его сердце.

— Доброе утро, Ваше Высочество. Что привело Вас сюда так рано? — они оба решили хранить в тайне свои отношения до конца войны, поэтому Шайнинг старался строго соблюдать этикет. Весёлое выражение Кейденс немного дрогнуло, тронутое скрытой печалью.

— Мы ведь друзья, Шайнинг. Я пришла повидаться с тобой перед дорогой — я отправляюсь на север. Она вернулась. Кристальная империя вернулась.

Принцесса Селестия говорила о том, что стоит вскоре ожидать возрождения легендарной империи, но... "Именно сейчас? Когда на пороге столько врагов? Лишь бы кристальные пони поддержали нас".

— И ты... — прошептал Шайнинг, тут же забыв обо всех мерах предосторожности, — и ты должна быть там? Почему не Блюблад?

— Тётушка считает, что там я найду своё предназначение, да и ведь ты знаешь, что дипломат из Блюблада... — Кейденс подмигнула. — Я не знаю, когда смогу вернуться. Кристальные пони нуждаются в поддержке, спустя столько лет отсутствия... Им нужно рассказать, что происходит в мире, первое время оказать продовольственную помощь... В этом заключается моя миссия.

Она тоскливо заглянула ему в глаза, и Шайнинг Армор впервые в жизни пожалел, что не может отлучиться из Кантерлота.

— Они могут быть настроены враждебно... А как же Сомбра? Что, если он тоже вернётся?

— Не волнуйся, Шайни, — её голос стал тише, — неизвестно насчёт Сомбры, но я точно вернусь.

— Тебе нужно сопровождение? — спросил он и вдруг вспомнил о Флэше Сентри, который всё это время был здесь. Кейденс, заметив испуг Шайнинга, окинула пегаса изучающим взглядом.

— Да. В чужих краях нужен кто-то, на кого можно положиться; неизвестно, что меня там ожидает.

— Хорошо, я соберу отряд надёжных гвардейцев и пришлю их через час.

— Спасибо, Шайнинг Армор, — благодарно кивнула она, многозначительно покосившись на оказавшегося третьим лишним Флэша, развернулась и уже спустилась по белым ступеням крыльца, когда Шайнинг вспомнил:

— Кейденс, Твайлайт и Спайк дома!

Её лицо радостно вытянулось, но в следующий миг Кейденс расстроенно выдохнула:

— Я не успею их навестить. Передай, пожалуйста, от меня привет!

И только золотые пряди в гриве и хвосте аликорницы сверкнули напоследок.

— Ну, Флэш Сентри, — протянул Шайнинг Армор, нарочно поправляя доспехи, чтобы не смотреть на него и не покраснеть от неловкой ситуации, — ты слишком много знаешь, и поэтому ты первый в моём списке. Собирайся.

Избавленный от наказания первогодник обрадованно заржал и ускакал обратно в казармы. Капитан Королевской службы безопасности закрыл мордочку копытом, сдерживая мученический стон — освободившись от одних переживаний, он тут же окунается в другие. "Селестия, должно быть, знает, что делает..."

* * *

День пролетел как во сне. Провожая Кейденс до самого поезда и удерживая над ней магический щит, своеобразный зонт, Шайнинг не произнёс ни единого слова, украдкой ловя каждый её взгляд и каждое движение, запечатлевая их в памяти. Во дворце они виделись каждый день хотя бы раз, пересекаясь в залах и обмениваясь такими улыбками, которыми обмениваются пони, хранящие общую тайну, и даже в такой мелочи он видел огромную прелесть. Когда-то до войны они, чаще всего во время важных приёмов и балов, встречались в саду, с истинно шпионской сноровкой прячась в зарослях от любопытных глаз и посмеиваясь из своего укрытия над гвардейцами, которые вдруг потеряли своего сослуживца, и над гостями, наряды и разговоры которых порой были забавно абсурдны. В последний год их свидания уже не были так беззаботны, и не раз за спокойной беседой Шайнинг, будучи капитаном стражи, обеспокоенно оглядывался, боясь упустить что-то важное из виду. Однако и эти тихие прогулки по дорожкам вдоль клумб и фонтанов были даром и не мечтавшему прежде о взаимной любви Шайнингу Армору.

А теперь Кейденс уехала, и весь свет окончательно потускнел во вспышках молний, лишился ярких оттенков — их смыло дождевой водой. Он зря будет с трепетной надеждой заворачивать за угол, ожидая столкнуться с ней в коридоре, зря будет всматриваться в зелень сада, выискивая её силуэт...

Но у него был долг. Шайнинг знал, что все (и Кейденс) ценили в нём верность долгу, поэтому он уже стоял на балконе одной из самых высоких башень, готовясь создать защитный купол. Принцесса Селестия стояла рядом, и облако энергии обвивало её рог — она, кажется, без особых усилий, почти что легко опускала солнце. В ответ ей откуда-то из Вечносвободного леса Найтмер Мун выводила на небосвод луну.

— В такие моменты мне кажется, что я общаюсь с сестрой, — призналась Селестия, — что всё вернулось на круги своя, и мы вместе ведём народ пони к лучшей жизни. Как ты думаешь, Шайнинг Армор, возможно ли такое будущее?

Он опешил, не ожидав вопроса, но быстро нашёл нужные слова и ответил:

— Ваше Величество, если однажды это было возможно — возможно и сейчас.

Принцесса заметила в его голосе не свойственную ему сухость.

— Я отправляю на опасные задания близких тебе пони одну за другой, — догадалась она, — снова и снова они рискуют по моей вине.

Шайнинг Армор промолчал — за долгие века аликорница научилась распознавать эмоции и чувства, и он крохотным уголком души был страшно обижен на принцессу. Но капитан также прекрасно понимал, что Её Величество делает это не назло ему, что Твайлайт и Кейденс талантливы и умны, и именно такие пони всегда на передовой...

— От предназначения невозможно скрыться. Знак отличия никогда не лжёт, ты знаешь это по своему опыту, не так ли?

— Да... — пробормотал Шайнинг, пытаясь найти в словах Селестии тайный смысл.

— Кристальное сердце и шестиконечная звезда. Я слишком хорошо помню прошлое, чтобы забыть значимость подобных кьютимарок. Они судьбоносны для всей Эквестрии, Шайнинг Армор. Но ещё никто не справлялся со злом в одиночку, поэтому мы сейчас здесь.

День закончился, уступая ночи. Чёрные тучи ушли куда-то на юг, и теперь небо было чистым, бархатно-синим; по нему алмазной крошкой рассыпались звёзды. Луна отражалась в реке серебряной дорожкой, на всём оставляла белый свет, противясь мраку, и в этот момент Шайнинг почему-то подумал, что не зря обе принцессы наделены силой контролировать светила. "Принцесса Луна когда-то не была одержима властью и Вечной Ночью, может быть, поэтому она тоже дарит свет..."

Солнечное сияние сорвалось со лба принцессы и взмыло в небо растущим в размерах шаром магии; Шайнинг закрыл глаза, успокаивая дыхание и готовясь сотворить заклинание. Энергетическая сфера быстро расширилась и накрыла город искрящимся прозрачно-жёлтым куполом.

"Сейчас".

Шайнинг Армор попытался зажечь свой рог, но пурпурное свечение исчезло, не успев появиться; капитан опешил — он ещё даже не начинал волшебство.

— Одного умения недостаточно, — вздохнула Селестия, наклоняясь к нему и дотрагиваясь до нагрудных лат стражника копытом, обутым в золото, — самую сильную магию творит не разум, а сердце.

Сердце его было тёмно от переживаний и усталости, как и самое сердце Эквестрии, но воинская выдержка просто не позволяла ему сдаться на полпути. И он нашёл внутри себя и свет — ослепительные огоньки матери и отца, Твайлайт, Спайка и Кейденс, принцессы Селестии, чуть менее яркие светлячки подчинённых, соседей, приятелей и знакомых...

Вслед за пурпурной искрой Шайнинг Армор выпустил луч магии, постепенно увеличивая его мощность; вдохновение и волнение волнами накатывали на него с каждой мыслью.

"Я капитан Королевской службы безопасности. От меня зависят судьбы тысяч пони".

Будоражащий кровь холодок прошёл по спине, когда купол стал постепенно насыщаться розовым цветом — чары постепенно наполняли основу заклинания, заложенную Селестией.

"Кантерлот нуждается в защите. Все, кто мне дорог, нуждаются в защите".

Всё, что находилось вне купола, теперь казалось фиолетовым; с едва слышимым звоном единорог закончил колдовство и, наконец выдохнув с облегчением, опустил голову.

"Может быть, я не способен противостоять всем врагам, но, пока я жив, чейнджлинги не проникнут в Кантерлот".

Ощутив приятную истому во всём теле, Шайнинг чуть не потерял равновесие, но принцесса поддержала его крылом. Капитан тут же оправился, старательно скрывая дрожь в ногах и лёгкое головокружение от аликорницы.

— Всё в порядке?

— Да, Ваше Величество, — кивнул он, укоряя себя за секундную слабость, — я ожидал... худшего.

— Ты одарённый маг, Шайнинг Армор, но даже для тебя такие ежедневные нагрузки будут тяжелы, и восстановиться после них будет всё труднее. Я приставлю к тебе врача.

— Благодарю Вас, но не стоит...

— Под надзором специалиста гораздо проще проследить, как частое использование подобной магии отражается на здоровье...

Селестия знала, что под влиянием сестры Армор с уважением относится к всевозможным исследованиям и экспериментам. Он промолчал в безмолвном согласии, зная, что наблюдение у врача необходимо, но не желая становиться обузой.

— Это мне нужно благодарить тебя, — продолжала аликорница, — я рада, что вскоре столь достойный пони станет частью моей семьи. А теперь ступай, тебе нужен отдых.

Селестия была права — усталость поглощала Шайнинга Армора. С трудом откланявшись принцессе, он на подкашивающихся ногах вышел в коридор, закрыл дверь и сполз по стене, отрешённо глядя перед собой.

"Может, попросить Твайлайт... Нет, нет-нет, я просто не спал несколько суток, я утомился... Я восстановлюсь, а Твайлайт не стоит вмешивать. У неё своё дело, у меня — своё".

В таком положении его застали патрульные. Айрон Грасп сразу распознал признаки магического истощения, помог Шайнингу Армору подняться и предложил своё плечо в качестве опоры по пути к гвардейскому корпусу; второгоднику-пегасу Клауд Джамперу был доверен шлем капитана; Спайн Чилл пытался развеселить старших, но его потуги успеха не имели. На пороге стойла он совсем отчаялся и прибегнул к крайним мерам.

— Капитан, а можно могилку Флэша Сентри навестить?

Шестерёнки в голове Армора медленно, со скрипом завертелись вновь. "Какую ещё могилу?"

— Когда он успел отойти за облака? — спросил Шайнинг, хрипя от сухости во рту.

— Это к Вам вопрос, Вы последний видели его живым, — скорбно говорил Спайн Чилл, но в его зелёных глазах сверкнула усмешка.

— Доиграешься, малец, за ним последуешь, — предупредил Айрон Грасп.

— Отставить, Чилли, уместны ли шутки сейчас, — фыркнул Клауд Джампер, наслаждаясь реакцией новобранца на сокращение имени, — никуда твоего дружка не закапывали, он уехал на сверхсекретную миссию.

Мало обидных жеребячьих кличек — ещё и лучший друг скоропостижно улетел на другой край королевства. Спайн Чилл умолк, посмурнел; Шайнингу Армору, немного приходящему в себя, пока он волок ноги к своей комнате, стало даже жаль его. Совсем немного.

— Не переживай, Чилли, у тебя будет куда более важное задание, — единорог измученно улыбнулся, усаживаясь на край койки, — пост возле трона принцессы на Гранд Галлопинг Гала не сравнится с поездкой на Север. Пусть Сентри там прохлаждается, а ты на фото вместе с Её Величеством попадёшь.

Земнопони скорчил недовольную гримасу, осознав, что сокращение прижилось и теперь его все засмеют, но тут же нашёл и светлую сторону:

— О, вот видите, Вы живой, Вы ещё шутите!

Стражники, все четверо, переглянулись и расхохотались.

Начиналась ночная смена; часовые передавали посты и, зевая, брели прямиком в казармы, не заглядывая в столовую. Здесь, перед долгожданным сном, они делились историями и пели песни, и Шайнинг Армор, часто слушая их голоса сквозь тонкие стены (а порой и участвуя в таких посиделках), думал, что есть что-то во всём этом семейное, братское, что служба в королевской гвардии была правильным выбором для него. К этим мыслям сегодня упрямо примешивались и многие другие мысли: мысли о возвращении Твайли, об отъезде Кейденс, о Кристальной Империи и короле Сомбре, о чейнджлингах и Найтмер Мун... Шайнинг Армор вдруг оторвался от насущных проблем и наконец провалился в мир беззаботных, радужных грёз, кажется, снискав расположение ещё одной принцессы — в эту ночь его сон берегла Луна. Звёзды и серп месяца краснели сквозь пурпурный купол, предвещая то ли беду, то ли победу, и где-то вдалеке озлобленно выли ветра.

## 1x09 Песни Виндиго

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 9: Песни Виндиго

Все токи магии были направлены к Твайлайт, словно вся суть мироздания вдруг сосредоточилась в её жалком смертном теле; энергия, подобно ядовитым парам, проникала в лёгкие, просачивалась сквозь кожу, отравляя организм немыслимой мощью и зажигая глаза искусственным, ядовито-голубым светом. Единорожка распахнула их – и увидела перед собой не один, а тысячи миров. Все они были полны смеха и радости, но тот мир, в котором пребывала её эквестрийская ипостась, едва-едва был различим сквозь мутно-серую пелену.

— Война, неопределённость будущего, отчаяние, — сказала Найтмер Мун, сходя со своего трона, — хотим ли Мы этого?..

Видения, посылаемые единорожке, были настолько живыми, что заставляли её саму задыхаться от пепла и пыли, щуриться от ярких вспышек и пригибаться с каждым взрывом. Залпы заклинаний, встречаясь в воздухе, с треском разбивались друг о друга, доспехи с противным скрежетом принимали удары мечей и стрел, мраморные мордочки и стеклянные взгляды, ломаные судьбы и разбитые грёзы…

Она видела двух пегасов, кружащих в самом сердце пожара, видела разорванный в клочья костюм Вондерболта, видела, как желтогривая кобылка пытается вмешаться и помочь, но не успевает – радужный след тонет в чёрном дыму под злорадный смех Найтмер.

Следом безжизненная, выжженная равнина: небеса обращаются в камень, слёзы – в песок, луга и поля – в погосты. Тысячи земляных насыпей, тысячи безымянных могил, и среди них, мёртвых, лишь одна живая фигура. Помятый в боях бронзовый доспех единорога выдаёт в нём бойца Магического корпуса; маг возлагает на могилу цветочный венок и растворяется в воздухе.

Безрезультатны попытки земной пони пробиться сквозь обломки, и голос её, всегда сосредоточенной и решительной кобылы, срывается на крик, а глубоко под завалом задыхающаяся единорожка съёживается в клубок, убаюканная безликой аликорницей-тенью.

И снова гром. Неконтролируемая буря обрушивается на воздушный город, разметая облака на куски. Тяжёлые, перенасыщенные снегом или дождём тучи опускаются едва ли не до земли, электрические разряды прорезают воздух, задевая мечущихся в панике пегасов, и среди всего этого хаоса пони с вышитым красным крестом едва удерживает на слабеющих крыльях двух раненых. Ему не под силу дотащить их обоих до безопасного места, и один по своей воле срывается вниз, давая шанс другому...

«Я могла бы спасти их... »

Магия вырвалась из Твайлайт двумя огромными чёрными крыльями, и она, не успев ничего понять, оказалась у себя в кровати. Осоловело озираясь, Спаркл начала постепенно возвращаться мыслями в реальность. За окном – глубокая ночь. Жутко завывал холодный ветер. Уняв дрожь, Твайлайт поплотнее укуталась в одеяло.

«Это просто дурной сон. Кошмар. Найтмер Мун сделает всё, чтобы пони отвернулись от принцессы, но она зря пытается переманить меня!»

И хотя ученица Селестии умела подавлять в себе чувства холодным рассудком, ей ещё долго пришлось ворочаться, чтобы вновь уснуть.

* * *

Конец лета в Кантерлоте всегда ассоциировался с торжеством Гранд Галлопинг Гала. Вся элита столицы, знаменитости из других городов и гости соседних государств развлекались в этот вечер в королевском дворце. Светское общество, дорогие наряды, изысканные блюда, игра лучших музыкантов Эквестрии... и не свойственные летней поре холод и сырость.

За все годы своей жизни Твайлайт не видела столько дождей, сколько пролилось за два месяца подготовки к празднику. Нельзя сказать, что пегасы не боролись с этим, да и сама принцесса часто разгоняла тучи заклинаниями, но серая мгла возвращалась, вновь окутывала небо. Всё чаще топились камины по ночам, пони перемещались по улицам перебежками, прячась то в магазинах, то у друзей по пути на работу или домой — осень не дала лету и шанса.

Твайлайт зябко поёжилась, вылезая из-под одеяла. Принцесса Селестия пока не давала ученице новых поручений, кроме поиска информации обо всём, что может помочь в борьбе с врагами, и Кейденс снабжала её интересными книгами, найденными в библиотеке Кристальной Империи. В письмах аликорница уверяла, что пока нет никаких признаков возвращения Сомбры, но есть и другие проблемы, не менее важные — кристальные пони, отстав от сородичей на тысячу лет, ощущали себя неуверенно и не пылали энтузиазмом принять новый склад жизни и протянутое крыло младшей принцессы. Более того, они вообще ничего не желали, опустошённые тиранией прежнего короля, и как бы Кейденс не пыталась подбодрить их, ничего не получалось. Прошлой ночью Спаркл как раз отправила подруге очередное письмо с советом, перед этим целый день и вечер потратив на просматривание всего доступного в библиотеке материала по развитию общества пони в течение последних десяти веков.

— Завтрак готов, — оповестил Спайк, заглядывая в комнату и присвистывая, — в последний раз эта гора книг была в два раза меньше...

Твайлайт только развела копытами — охваченная азартом исследования, она не замечала таких мелочей. Хотя единорожка была вынуждена согласиться, что объём изученных работ весьма внушающий — до самой люстры.

— Это были плодотворные поиски, — заверила она. Ночью единорожке всё давалось быстрее и проще.

— Тебе бы родиться бэтпони, — Спайк, вздохнув, ушёл, однако на полпути вниз крикнул:

— Ромашковый салат уже вянет!

— Бегу! — Твайлайт тут же вскочила с постели. Сегодня не будет никаких поисков и никакого чтения. Сегодня она — счастливица, гостья Её Величества, маленькая безвестная пони с билетом на Гранд Галлопинг Гала...

* * *

— Просим прощения за неудобство, но это необходимые меры безопасности, — Шайнинг Армор, весь при параде, сосредоточенный и внимательный как никогда прежде, встречал пони у ступеней дворца. На каждого гостя охранники-единороги опускали чары, затем осматривали на наличие оружия и только после пропускали внутрь. Капитан гвардии наблюдал за процессом и как мог старался сгладить не совсем приятную для прибывающих аристократов ситуацию.

При виде Твайлайт страж растерянно обернулся на Шайнинга. Тот, на секунду засомневавшись, кивнул, и единорожку охватило оранжевое свечение магии. Не выявив в ней чейнджлинга, гвардеец пропустил её, приступая к осмотру Спайка.

— Добрый вечер, — улыбнулась Твайлайт брату, — пока никаких происшествий?

— Добрый, Твайли, — ответил такой же улыбкой Шайнинг Армор, краем глаза следя за подъезжающими каретами, — к счастью, пока всё спокойно.

Но несмотря на бодрый вид и рыцарскую стать, Твайлайт видела по его взгляду, как страшно он устал за это время. Ей хотелось взять его груз на себя, дать ему хотя бы неделю на отдых, но Шайнинг никогда не допустит этого. Да и как она может заменить капитана королевской службы безопасности? Это даже звучит глупо.

— Вряд ли Найтмер Мун захочет повторить прошлогоднюю выходку, но мы должны быть готовы ко всему. К тому же, Республика не единственный наш враг теперь, — вздохнул Шайнинг. Спайк подошёл к ним, недовольно поправляя пиджак.

— Как твои родственники, мы могли бы не проходить эту экзекуцию, знаешь ли, — полушутливо фыркнул он, — представляю, как не нравится знатным пони…

Разумеется, принцесса пригласила на вечер и Спайка. Твайлайт не догадывалась, где и когда он успел приобрести костюм, но, всякий раз глядя на него, невольно любовалась — хоть Спайку и не шёл официальный стиль, в целом дракон смотрелся очень даже прилично и достойно, по-взрослому. Спаркл была очень рада отправиться на торжество в компании верного ассистента — в высшем свете тяжело завести знакомства, а со Спайком она не чувствовала себя одинокой.

— Я не могу делать исключений, не те времена, — Армор пожал плечами, — а насчёт знати ты прав — для них обыск в новинку. Одна леди слишком громко выражала своё возмущение, пока я не пришёл и не убедил её, что это всё для её же блага. А потом кто-то пожаловался, что у него украли золотое пенсне. Мы полчаса искали его и нашли у этого же господина в кармане.

— Что ж, надеюсь, это единственное происшествие за сегодня, — ухмыльнулась Твайлайт, — не будем отвлекать тебя и далее.

— Да, верно, ступайте, — поторопил их Шайнинг Армор, — несмотря на кризис, всё очень даже вкусно. Вы же слышали, что сегодня на улицах Кантерлота бесплатно раздают еду?

— Правда? Это успокоит пони на некоторое время, — рассудил Спайк.

— Её Величество очень много средств вложила в эту благотворительную акцию, даже больше, чем в организацию Гранд Галлопинг Гала, но этого всё равно мало, — капитан гвардии отвёл взгляд, огорчённо хмурясь. — Однако и без Гала никак нельзя — мы не можем сейчас показать страх перед угрозой Найтмер... Мы должны показать, что и в тяжёлые времена пони Империи находят время на веселье и радость. Ладно, поспешите, принцесса уже заждалась вас, — поклонился он на прощание и вернулся к проходному контролю. Твайлайт и Спайк направились в тронный зал.

Штандарты Её Величества под потолком, отливавшие особым величием и красотой в солнечном свете золотых люстр, разноцветные витражи, рассказывавшие историю Эквестрии, увитые лозами колонны, высокие вазы с цветами, со скромной роскошью убранные столики, красные ковры… Всё в точности так, как нужно, по-королевски, с размахом, но без лишней вычурности. Зато нельзя было сказать, что все гости обладали тонким вкусом. Наряды некоторых кобыл блестели так ярко, что при чуть приглушённом освещении Твайлайт была вынуждена щуриться при взгляде на них, а в глазах Спайка, страстного любителя драгоценных камней, против его воли плясали голодные огоньки.

Принцесса восседала на троне, приветствуя подданных. Вся эквестрийская элита кружилась и гудела как можно ближе к ней, словно пчелы вокруг царицы-матки, выдавливая льстивые комплименты Её Величеству. Спаркл уже узнавала многих из них, но не испытывала прежнего трепета. Что-то изменилось за этот год, что-то в этих пони изменилось для единорожки, словно война оттянула край завесы, скрывавшей истинную природу их благородий. «Как же принцесса ощущает себя среди них?» Голос Селестии по-прежнему звонок, её улыбка по-прежнему доброжелательна и спокойна… «Она, кажется, и не изменилась вовсе. Уставшая, но невероятно стойкая».

— Добро пожаловать, моя верная ученица, Спайк, — Её Величество оживилась, увидев их, — надеюсь, этот вечер станет для вас незабываемым, невзирая ни на что.

— Принцесса, находиться здесь — уже великое удовольствие! Я никогда не видела дворец таким красивым...

Селестия посмотрела на Твайлайт не поддающимся однозначной трактовке взглядом, странно вздохнула и согласно кивнула.

— Но ведь ты понимаешь, что мы не можем говорить, что всё прекрасно, пока не попробуем десерты, одобренные Шайнингом Армором?

— Спайк! — возмутилась Твайлайт, — Неужели всё, что тебя беспокоит, это еда?

— Он прав, — аликорн подмигнула дракончику, — вы ещё успеете перекусить, а перед этим я хотела бы направить вас к одному пони...

— К кому же, Ваше Величество? — озорство Спайка вмиг растаяло, не оставив и следа.

— Лазутчик из Вечносвободного леса. У него есть информация, которая может быть очень полезна, либо бесполезна совсем, — тихо ответила принцесса Селестия, — он ждёт вас у выхода в сад.

— Хорошо, принцесса, — Твайлайт и Спайк, откланявшись, развернулись и поспешили к дверям, но ученица принцессы успела заметить, какими взглядами прожигали её гости, ожидавшие своей очереди. "Они смотрят так, будто не понимают, почему Её Величество благосклонна к нам"...

Тёмно-лазурный пегас, облачённый в латы из мутно-серого металла, ярко выделялся из пестроты роскошных платьев и солидных костюмов, но для ночной разведки его лёгкие тёмные доспехи годились как нельзя лучше.

— Добрый вечер, Стар Хантер, — Твайлайт узнала этого агента — он был в числе тех, кто составлял для неё карту замка Двух Сестёр.

— Приветствую, Твайлайт Спаркл, ... — пегас перевёл взгляд на Спайка и замолчал, пытаясь вспомнить имя дракона, которое ему не раз пришлось услышать от единорожки.

— Просто Спайк, рад познакомиться, — поспешил представиться тот.

— Взаимно, — расслабленно улыбнулся Стар Хантер, — что ж, пойдём на свежий воздух, здесь много нежеланных слушателей.

В саду было даже светлее, чем во дворце, — полная луна сияла во всю силу, — и очень, очень свежо. В тонком малиновом платье, подпоясанном белыми и фиолетовыми лентами, Твайлайт мгновенно замёрзла.

— Принцесса учла и погодные условия, — Спайк первым заметил огромную чашу, где жарко полыхало волшебное пламя. Много таких очагов было расставлено по саду заботой самой Селестии, взявшей во внимание и температуру за окнами дворца, но мало было тех, кто мог это оценить — лишь одна парочка гуляла по тропинкам меж деревьев, наслаждаясь редкой для последних недель ясной ночью.

— Ну, и о чём же ты хотел рассказать? — Спаркл притопывала на месте от холода и нетерпения, протягивая копыта к спасательному теплу огня. Стар Хантер, внимательно оглядевшись и не заметив ничего подозрительного, втянул морозный воздух и начал:

— Ну, сперва о том, о чём теперь всё Затмение не умолкает — о чейнджлингах, конечно...

* * *

— Мы встречались с Кризалис ещё до рождения Найтмер Мун. Неопытная, молодая королева не знала, как правильно распорядиться силой, вверенной ей, атаковала открыто и небрежно, надеясь наскоком получить своё. Найти и изгнать её из Эквестрии не составило труда. Но с тех пор утекло много времени. Рой разросся и окреп, его королева обрела необходимый опыт. Теперь Кризалис может оказаться серьёзным противником для нас.

Принцесса стояла у окна, магией удерживая перед собой золотой кубок и с интересом рассматривая его содержимое, будто вино обладало некой волшебной силой — а может быть, Её Величеству стало так скучно, что простой напиток показался ей занимательной вещью. Рядом за столом сидела Твайлайт, внимая каждому слову Селестии; Спайк, свернувшийся кольцом подле неё, сосредоточенно слушал разговор, но не вступал в него.

— Но у Кризалис есть принципы. Она предпочтёт завоевать Эквестрию в одиночку и ни в какой ситуации не попросит помощи. Найтмер Мун, возможно, ещё поразмыслит над возможностью союза, но Кризалис ни с кем не заключает соглашений.

— Это неудивительно, ведь республиканцы — это те же пони, которые питают народ Кризалис эмоциями и чувствами, — сказала Твайлайт, — хищнику было бы нелепо договариваться со своими жертвами...

Принцесса повернулась к Спаркл, смотря на неё покровительственно-грустно, и у единорожки всё внутри перевернулось.

— Если бы, моя верная ученица. Кризалис дышит местью, и для неё нет ничего важнее единоличной победы, только и всего, — голос принцессы Селестии, тёплый и мягкий, едва уловимо дрожал. Помолчав немного, аликорн добавила почти шёпотом:

— К самым страшным хищникам жертвы приходят сами.

* * *

— ...в общем, чейнджлингов не видели в Вечносвободном лесу с середины прошлого месяца. Все патрули как один твердят, что даже ничего похожего на жужжание не было слышно, и никаких потерянных пони. Сопротивление, с которым мы наконец-то начали налаживать контакт, говорит всё слово в слово. Либо они ушли на юг, до земель, подконтрольных Республике, либо происходит что-то такое, чего мы должны бояться, — Стар Хантер пошевелил крыльями, разминая застывшие суставы, — мы прочесали всё, что могли. Если рой нашёл укромный уголок и не выползает из него... кто знает, что у этих жуков на уме!

Известие оказалось на самом деле волнующим. После приключений Твайлайт и Спайка в Вечносвободном лесу чейнджлинги показывались всё чаще, с каждым разом становясь всё смелее. Так как принцесса ещё не объявила во всеуслышание об угрозе чейнджлингов, их наступление могло взволновать народ раньше, чем Кантерлот будет готов к этому... что же остановило Кризалис?

— Может быть, их потеснила Найтмер? — предположил Спайк, — вряд ли они испугались Сопротивления.

— Мы так и думали, но большинство республиканцев остаются на юге, в районе Эпплузы, обустраиваются и копят силы, а в Вечносвободном — только пленники да надзиратели, — Стар Хантер достал из-под крыла карту и развернул её, подставляя под свет луны и костра, — в замок Двух Сестёр не попасть без нашего ведома, мы держим под наблюдением все пути подхода, как на земле, так и воздухе.

"В самом деле, со всех сторон глаза и уши. Я сама попала в Вечносвободный пеш... погодите!"

— Вы забываете, что помимо земнопони и пегасов существуют единороги, — заметила Твайлайт, тщательно скрывая озарение, настигшее её так неожиданно. Разведчик посмотрел на собеседницу с таким видом, будто услышал, что реки текут снизу вверх, и поинтересовался со снисходительной насмешкой в голосе:

— Что же вы, единороги, не по земле ходите?

Спайк буквально видел, как включается режим "Всезнайка" (в узких кругах — "Зануда"), в котором Твайлайт Спаркл становилась если не принцессой знаний, то профессором с десятью научными степенями, поучающим неразумных жеребят (и, иногда, драконят) — важное выражение мордочки, взгляд, несущий просвещение всем безграмотным и неосведомленным, и даже меняющаяся на ходу интонация, приобретающая совсем взрослые, бесстрастно-строгие нотки.

— При желании и достаточном мастерстве мы способны и летать, и телепортироваться. Найтмер Мун достаточно могущественна, чтобы перенести целый полк, вы думали об этом? А если она создаст при помощи своей свиты магов портал, через полчаса в подземельях её замка будет вся армия.

Конечно же, прежде Стар Хантеру такое в голову не приходило, да и теперь казалось маловероятным.

— Да глупости, слишком мудрено ради каких-то чейнджлингов, хотя на будущее стоит учесть и твой вариант. Никто о телепортации и не думал.

— Неудивительно, ведь единорогов в разведке нет.

Магический корпус участвовал только в сражениях, так как был наиболее эффективен на поле боя за счёт использования атакующих и защитных заклинаний, "причём самых примитивных". В разведке же важны скорость, скрытность и внимательность — качества, не столько зависящие от магии, сколько от врожденной предрасположенности и длительных тренировок. Лучше всего для такой работы подходили земнопони и пегасы.

— Это уже не от меня зависит, — развел крыльями Стар Хантер. — Не так важно, что побудило жуков скрыться, самое интересное, что они будут делать дальше. Я думал, у тебя найдутся идеи.

"А нет ли у Кейденс в Кристальной империи какой-нибудь информации о чейнджлингах? Кристальные пони могли ещё застать времена их рассвета..."

— Я обязательно покопаюсь в книгах, ничего не могу сказать сейчас...

— Спасибо, Твайлайт, — пегас спрятал карту в седельную сумку, не отрывая взгляда от единорожки, — Конечно, в службе безопасности дураки не сидят, но им любая помощь не помешает, учитывая, что обстановка у вас в Кантерлоте весьма напряженная. Но это на досуге, у меня есть новости лично по твоему делу. Найтмер Мун не знает, где Элементы.

"...Но... Как? Она же сама... Разве можно перемещать предметы без привязки к определённому месту?"

— Это, должно быть, шутка, — Спайк, будучи её ассистентом, знал некоторые тонкости магии и поэтому тоже был удивлён. — Или их украли позже?

— Понятия не имею. Найтмер металась по тронному залу как сумасшедшая, две единорожки из Совета всё пытались её успокоить... Кажется, вина лежит на ней самой, так как под раздачу никто не попал, но... как можно забыть, куда ты спрятал единственные в мире вещи, которых ты боишься? Здесь явно что-то не так.

"В самом деле, это нелепо... А если предположить, что их украли... Кто? Кто в Эквестрии способен обыграть Найтмер Мун? Кризалис? Но как чейнджлинги обошли бы магию, которой Найтмер Мун наверняка защитила Элементы? Да и откуда им знать про Элементы, если принцессы изгнали рой из Эквестрии без магии дружбы? Кто же?.."

Твайлайт вздрогнула от того, как мысли, разбросанные в беспорядке, начали выстраиваться в её голове мозаикой, образуя удивительно четкую картину из-за одного единственного имени, раздавшегося в памяти. Найтмер Мун перемещает Элементы, в темницах начинается отвлекающий внимание конфетный дождь, Найтмер Мун не удаётся повлиять на происходящее...

— Дискорд мог это сделать.

Стар Хантер даже крякнул от неожиданности.

— Хотел обезопасить себя?

— Принцесса говорила, что Дискорд будет растягивать эту войну на долгие годы всеми средствами. Отняв у Найтмер Элементы, он мог бы уравнять наши шансы победить...

Трое уставились на огонь, не зная, что ещё добавить — за них всё сказал взвывший ветер, подняв в воздух листья, окаменевшие и побелевшие на морозе.

* * *

— Дискорд опасен своей непредсказуемостью, — принцесса магией взяла с подноса две кружки и протянула их гостям. Спайк немного оживился — аромат горячего фруктового чая отпугнул его дремоту. Дракон одним глотком выпил половину, а Твайлайт даже не притронулась к напитку, сжимая кружку в копытах и греясь о теплый фарфор.

— Долгое время мы даже не подозревали о нём. Дискорд вместе с виндиго наслаждался раздором между пони ещё до образования Эквестрии — конфликты трёх рас питали его силы, и для увеличения своего могущества ему даже не приходилось стараться. Но когда королевства объединились, ему пришлось выбраться из своего логова. Почти век он незаметно играл с судьбами пони, нарушая царящую в обществе гармонию, пока наконец не провозгласил себя правителем. Впервые его имя пронеслось от моря до моря.

Принцесса взлетела к потолку и погасила свечи, осталось лишь несколько огоньков на столе и подоконнике. Комната погрузилась в тёплый золотистый сумрак, разбавленный только холодной белой полосой лунного света.

— Многовековой дух Хаоса, существо, неподвластное никаким законам и правилам мироздания. Перед ним мы с сестрой были беспомощными жеребятами... Но на нашей стороне была благосклонность Гармонии.

— Теперь мы беспомощны, — Твайлайт сделала глоток, но даже бодрящая свежесть чая не могла перебить кисло-горький вкус поражения. Спаркл рискнула бросить вызов Найтмер Мун и потерпела неудачу, потратив единственный шанс Эквестрии на спасение. "Я, кажется, никогда не смогу забыть".

— Ты винишь себя? — спросила Селестия, подойдя к единорожке и заботливо накрыв её крылом, — Во всём, что происходит, следует винить только меня, моя верная ученица.

— Принцесса, не говорите так! — Спайк никогда не показывал это так явно, как Твайлайт, но почитал и любил принцессу он ни на грамм не меньше. Её Величество с благодарностью посмотрела на него.

— Ваше великодушие даёт мне надежду. Без неё, без любви и дружбы, без искреннего сердца, Элементы Гармонии — пустые стеклышки. Дискорд не понимал, насколько сильным может быть чувство, и, мне кажется, не понимает по сей день. Он понимает, как манипулировать пони, как находить их слабости, как использовать их, понимает, как можно играть отношениями, но он никогда не знает наверняка, как сработает та или иная его уловка, потому что ему, духу Хаоса, неведомо живое сердце. Не Элементы Гармонии заточили Дискорда в камень — наша с сестрой дружба.

"Разве возможно придать форму таким вещам? В этом... и заключается магия Гармонии?"

— То есть, Элементы собирают и фокусируют чувства, роднящие пони?

— Да, Твайлайт. Это всего лишь оружие. Лежащий меч не может ранить, воин должен взять его и нанести удар, приложить усилие, направить энергию в нужном направлении.

— Но как же сражаться, если нет меча? — спросил Спайк.

— У вас есть пламя, зубы, когти, копыта, рога и светлые головы, полные идей, — таинственно улыбнулась Селестия, но Твайлайт стало грустно от этой улыбки. "Я ведь ещё не говорила о принцессе Луне..."

* * *

Проводив Твайлайт и Спайка обратно во дворец, Стар Хантер распрощался с ними и исчез, видимо, отправившись отдыхать — пегас не был в столице несколько месяцев, всё это время проведя в лесу, добывая информацию. Спайк, не сказав ни слова, повернул к фуршету, и единорожке только теперь поняла, как ей хочется чего-нибудь горячего.

— Жди, я сейчас принесу чего-нибудь, — сказал дракончик, когда они нашли свободный столик. Твайлайт скучающе обвела взглядом зал — близилась полночь, принцесса уже должна была произнести подготовленную речь, но, судя по тому, как нетерпеливо некоторые пони смотрели на Её Величество, принимавшую последних гостей, всё ещё было впереди.

Вечер был чудесен, но Твайлайт не могла избавиться от ощущения, что она здесь лишняя. Она не умела разговаривать с пони из высшего общества и тем более не понимала всех тонкостей их поведения, поэтому, когда к ней подошёл представительного вида белоснежный единорог во фраке и вежливо поинтересовался, можно ли составить ей компанию, Твайлайт не на шутку разнервничалась.

— К-конечно, я сове-вершенно не против...

Это был Фэнси Пэнтс, эквестрийская знаменитость. "Разве может моя компания быть интересна для таких пони, как он?"

— Моё имя Фэнси Пэнтс, и я рад знакомству с Вами, мисс Спаркл, — произнёс он совершенно просто, не коверкая голос, как обычно любят делать многие знаменитые пони, подчеркивая этим своё превосходство над другими, — нам, верным слугам Её Величества, нужно знать друг друга в лицо.

Спокойствие и уверенность, излучаемые им, каким-то образом передались и единорожке — Твайлайт ощутила, что этому пони не просто можно, но и нужно доверять.

— Мне тоже очень приятно, — улыбнулась Твайлайт так же просто, немного расслабившись, — сейчас единство важно как никогда.

— Верно. Как Вам праздник? — единорог обвёл взглядом зал, и его бледно-голубая волнистая грива как-то по-особенному легла на его шею — кажется, Фэнси Пэнтс был создан для того, чтобы быть украшением светских вечеров, настолько каждое его движение, даже непроизвольное, было изящно. Качнув головой, Твайлайт отбросила эти странные рассуждения.

— Это лучший вечер в моей жизни, — ответила она, кривя душой.

— В самом деле? — единорог повел бровью, — Вы чувствуете себя комфортно?

Твайлайт внимательно посмотрела на Фэнси Пэнтса и наткнулась на точно такой же изучающий взор. "Мне его не обмануть".

— Честно говоря, я не беседовала ни с одним из присутствующих. Гранд Галлопинг Гала представлялся мне чем-то сказочным, но, оказавшись сегодня здесь, я...

— Разочаровалась?

— Да... Наверное, это просто не для меня.

— Вы привыкните к подобным приёмам, поверьте, — сказал Фэнси Пэнтс, магией сняв с подноса пробегающего мимо слуги два фужера шампанского, — Принцессе необходима поддержка, и Вы одна из тех, кто видел всех врагов Империи лично и кто может доказать, что наша борьба не напрасна. Все эти высокопоставленные особы в большинстве своём за весь срок службы не сделали столько, сколько Вы успели за один год. Сбейте с них спесь, заставьте их услышать Вас, когда придёт нужный час, а пока — наблюдайте и учитесь.

С каждым словом Твайлайт всё больше терялась в происходящем, а под конец и вовсе потеряла нить разговора. Всё это было... странно.

— Чего Вы ждёте от меня, Фэнси Пэнтс?

— Я? Вовсе ничего, мисс Спаркл, — он улыбнулся уголками губ, — это лишь дружеский совет.

— Мне незачем налаживать отношения со знатью, я ученица Её Величества и большего мне не нужно, — отмахнулась Твайлайт, не понимая, почему Фэнси Пэнтс до сих пор разговаривает с ней, да ещё и на темы самопредставления и искусства общения, которым единорожка едва владела. К её большему изумлению, новый знакомый рассмеялся в ответ.

— Вы так похожи на Вашего брата... Но и он понял, что хорошие знакомства порой бывают весьма полезны. А завести подобные связи можно лишь добившись уважения. Уважение, в свою очередь, проистекает из уверенности в себе. Настоящих друзей вам не гарантирует никто, но есть шансы найти неплохих приятелей — почему бы и нет? Можете считать меня первым таким приятелем, Твайлайт Спаркл. Я не закончил, но Её Величество сейчас начнёт речь, поэтому я вынужден с Вами распрощаться до следующей встречи. Слава солнечной императрице? — прошептал последние слова единорог и предложил ей фужер.

— Слава Селестии, — Твайлайт не решилась произнести не одобренный принцессой титул, зато приняла шампанское и сделала глоток во имя правительницы. Яблочно-виноградный вкус шипучего напитка оказался слишком приторным.

— Успехов Вам в Ваших поисках, — кивнул Фэнси Пэнтс и, блеснув пенсне, растворился в толпе.

— О чём ты разговаривала с одним из известнейших пони в Эквестрии? — из оцепенения Твайлайт вывел голос Спайка — дракон наконец принёс вкусности.

— Кажется, он хотел мне помочь, — Спаркл сама ещё не могла определить, как относиться к Фэнси Пэнтсу, но она точно знала, что есть как минимум одна вещь, роднящая их — верность принцессе. На данный момент этого было достаточно.

— И как..?

— Пока не знаю, Спайк. Я, честно говоря, вообще не понимаю, что происходит сегодня вечером...

Дракончик устало вздохнул, наблюдая, как сереет взгляд Твайлайт. Будучи верным помощником, Спайк прекрасно знал, что она всегда думает больше, чем необходимо, и часто из-за этого страдает.

— Предлагаю переключить внимание на вишневое пирожное, — бодро произнёс он, поставив блюдце с десертом перед её носом, — Шайнинг не обманул, здешние сапфирные кексы — самые вкусные из тех, что я когда-либо пробовал!

— Вишневое? — сиреневые глаза единорожки вновь заблестели, — моё любимое, спасибо!

Быстро расправившись с перекусом и едва успев до начала выступления принцессы Селестии, они еле-еле протиснулись к удобному местечку возле колонны, где принцессу было отлично видно и слышно.

По обе стороны от аликорницы стояли пегасы-гвардейцы, цепь стражников — как единорогов, так и земнопони — окружала толпу и блокировала все входы и выходы. Сверху происходящее контролировали ещё несколько пегасов. "Шайнинг Армор, наверное, патрулирует снаружи". Прошлогодняя трагедия сильно изменила порядок проведения Гранд Галлопинг Гала и отняла приличную долю хороших впечатлений от сегодняшнего торжества, оставив горький осадок, ощутимый и сейчас.

Селестии в первую очередь заговорила именно об этом.

— Сразу скажу — мы не забыли и никогда не забудем, что произошло здесь ровно год назад. Ещё раз хочу выразить свои соболезнования всем, кто потерял родных и близких той ночью. Найтмер Мун и её приспешники совершили чудовищное преступление, которое нельзя оставить безнаказанным, и мы, друзья мои, делаем и уже сделали многое ради торжества справедливости, — принцесса сделала паузу — было видно, что слова нелегко даются ей. — Чуть больше тысячи лет назад Найтмер Мун восстала против всего народа пони, чтобы принести миру Вечную Ночь. Ничего не изменилось, только теперь она несёт мрак не на небосвод, а в наши сердца. Найтмер Мун рассчитывала, что запугает нас, но мы не боимся её и не станем бояться! Сегодняшний вечер тому подтверждение. Я искренне желаю вам весело провести время и найти больше причин для радости, чем для скорби. Но прежде чем окунуться в праздник с головой, я должна объяснить, в чём смысл тщательного досмотра при входе во дворец.

— Чейнджлинги, — неожиданно и для себя, и для рядомстоящих констатировал Спайк. Единорожка с кремового цвета шёрсткой и кофейно-коричневой завитой гривой оглянулась на него, растерянно хмурясь.

— Что, простите?

— Её Величество расскажет об этом лучше, чем мы, — вмешалась Твайлайт, вежливо улыбнувшись незнакомке.

— Чейнджлинги, также известные как перевертыши, подбираются к нашим домам. Они способны изменять свой внешний вид как им угодно, но опасность не в этом — скрываясь под обликом самых дорогих для вас пони, они питаются вашей любовью к ним. Все присутствующие проверены, можете не опасаться. Купол, накрывающий Кантерлот, оберегает нас от проникновения чейнджлингов в город, но неизвестно, сколько чейнджлингов успело попасть сюда до принятия защитных мер. Пока что угроза минимальна, учитывая, что чейнджлингич часто вступают в стычки с повстанцами, но всё же прошу вас быть бдительными. Странное поведение и беспричинная амнезия — повод бить тревогу, а пока... прошу вас, развлекайтесь!

На последних словах голос принцессы слегка охрип, но мало кто это заметил — знаменитости тут же приступили к обсуждению услышанного и начали разбредаться по компаниям. Твайлайт и Спайк, переглянувшись, направились к трону — кажется, слова Фэнси Пэнтса о том, что Селестия нуждается в поддержке, были своевременны как никогда.

* * *

— ...в общем, принцесса Луна сражается вместе с нами. Как можно объяснить две души в одном теле? Принцесса одержима?

Луна, настоящая Луна, запертая в своём же теле тьмой, появлялась в воспоминаниях такой несчастной, что Твайлайт было до слёз больно пересказывать Селестии их короткие встречи. Её Величество задумалась, бездвижно и почти бездыханно сидя напротив них со Спайком.

— Я не могу знать точно, но что-то подсказывает мне, что душа всё же одна.

— Но... почему тогда...

— Я не знаю, не знаю, милая ученица, нам ещё предстоит это выяснить. Большая удача, что Луна подсказала тебе найти Древо — возможно, именно туда спрятала Элементы Найтмер, ведь оно у неё практически под носом.

— Под старым замком? — спросил Спайк и обиженно фыркнул, когда Твайлайт посмотрела на него с упреком и неверием. "Дерево под землёй? Неудачная шутка".

— Можно сказать и так, — подтвердила Селестия. Твайлайт даже раскашлялась, пока Спайк внутренне ликовал.

— В подземельях?..

— Рядом. Одна из крайних подземных комнат отделена от пещеры с Древом Гармонии тонкой стенкой. Вход снаружи давно был завален камнями, — объяснила принцесса, — вспомни, замок отделён от леса глубоким ущельем. Давным-давно существовала тропа, позволяющая безопасно опуститься на дно — увы, туман и ветер не позволяет добраться туда на крыльях, — но сейчас её наверняка нет, а телепортироваться к Древу невозможно. Оно обладает собственным магическим полем, да и, к тому же, находится под сферой Найтмер Мун.

— Выходит, что ты сбежала из места, где и следовало искать Элементы в первую очередь. Превосходно, — подытожил Спайк, опасливо поглядывая то на принцессу, то на Твайлайт, и разрываясь между желанием сострить и дружеским сочувствием. Читая его внутреннюю борьбу по глазам, Спаркл решила, что слишком устала для огорчений.

— Ну, значит, полезем туда ещё раз, почему бы нет? Кто, если не мы? — сказала она, не скрывая смиренно-ироничной усмешки, — к тому же я так и не узнала, как именно Найтмер хотела завербовать меня, есть повод вернуться.

Улыбка Селестии испарилась.

— На самом деле, это ведь очень серьёзно, Твайлайт. Комет Тэйл был прав — стоило отказаться от приглашения на приём.

— Д-да, я понимаю, — единорожка до сих пор содрогалась от одной мысли стать частью мятежа. "А если бы им удалось, я бы сейчас так же разговаривала с Найтмер Мун...".

— Единороги очень чувствительны к подобному воздействию, в отличие от пегасов и земнопони. Она заставляла вас совершать какое-то заклинание вместе?

— Магический щит, — ответила Спаркл, — но я не участвовала. Ядовитая Шутка попортила мне рог.

— Ядовитая Шутка спасла тебя. Действуя вместе, единороги открываются друг другу, и это ослабляет их волю. Не сразу, со временем, но ведь укрепление купола происходит ежедневно... — Её Величество потерла виски, пытаясь унять головную боль, — я надеялась, она не станет увлекаться подобной магией. Моя сестра знала самые редкие, сложные и красивые заклинания, но, как видишь, тьма использует лучшие её качества и умения как оружие зла...

* * *

Три фигуры стояло на балконе, собравшись вокруг очага и наблюдая за движением звёзд. Селестия разделяла любовь ученицы к наблюдению за небесными телами, и сегодня, на Гранд Галлопинг Гала, они как раз вспомнили о звездопаде, обещанном ещё пару недель назад королевским астрономом. Однако пока что только два или три метеора прочертило ночное небо, метеоритный дождь ожидался с минуты на минуту.

— Ваше Величество, Вы умышленно не стали упоминать Дискорда?

— Само собой, Твайлайт, — принцесса поправила чёрную накидку, так и норовившую своим краем задеть пламя. "А я и не заметила... Черный. Кто бы что ни говорил, Её Величество держит траур до сих пор".

— Все, кто может что-то сделать, давно осведомлены, а остальным незачем волноваться. Порой лучше жить в счастливом незнании...

— Вы думаете? Но разве мы все не ищем правду?

— Многие слишком ленивы, чтобы искать, и придумывают правду для себя сами. Красивые, сверкающие иллюзии, за которыми не видна открытая, неприглядная истина.

— Как дракон, скажу, что самые полезные и питательные камни почти не блестят, — заметил Спайк. Селестия погладила его по голове, и в этом её движении Спаркл на одно мгновение увидела маму — Твайлайт Вельвет также гладила приемного сына, когда хотела похвалить его.

— Как всегда ты прав, мой юный друг.

— Спасибо, Ваше Величество, — дракон поклонился принцессе и чуть не сжег зефир, который он хотел запечь на открытом огне. Что-то упало на его чешую и ярко сверкнуло, отразившись в глазах единорожки.

— Это же... снег, — выдохнула она, часто моргая, — мне чудится...

— Снег и не только. Смотрите.

Подняв голову, Твайлайт уже не смогла отвести взгляд. На них медленно сыпались снежинки, сиявшие не тусклее самих звёзд. Ветер легко кружил их в плавном хороводе, не желая скоро расставаться с ними. А выше, за небольшим темно-серым снежным облаком, рассекали чёрную синь огненные полосы света.

— Это волшебство?

— Да, — принцесса Селестия поймала несколько снежинок своим крылом, и они заблестели на белых перьях россыпью крохотных ледяных звёзд. — Волшебство природы, над которой мы теперь не властны.

Падал снег. Вся Эквестрия от границ с Кристальной империей и до пустыни замерла, наблюдая за мерцающим танцем снежинок; свет полной луны серебрил ещё тонкий белый покров, и казалось, будто мир осыпали алмазной пылью.

Небо, в свою очередь, вспыхивало фейерверком метеоров, падающих звёзд. На своих световых хвостах они несли мечты и желания тех, кто не забыл в этот день обратить свой взор ввысь...

Наступила зима.

## 1x10 Верность

Часть 1: Вечная Ночь

Глава 10: Верность

Кромешная темнота, где даже собственного носа нельзя было увидеть, уже стала подругой. Рэйнбоу Дэш почти уверовала в то, что она ослепла — еду ей приносили бэтпони, прекрасно видевшие в темноте и не нуждавшиеся в свечах, а больше некому было принести свет в подземелье.

Рэйнбоу не помнила, сколько дней она провела взаперти; не помнила, когда в последний раз слышала чей-то голос, кроме своего: все бэтпони, как на подбор, были молчаливы и не говорили с ней, игнорируя и слёзные мольбы, и пылкие угрозы пленницы — Дэш испробовала всё, что только могла.

Раньше пегаске разговор с самой собой казался дикостью, но, оказавшись в наглухо запечатанной комнате в старых дворцовых катакомбах, она пересмотрела свои взгляды на полезность монологов. Бездушная каменная коробка покорно выслушивала всё, что приходило в голову Дэш, и порой пони жаловалась на эти холодные стены им же самим, что они слишком замкнуты в себе и могли бы для приличия поддержать беседу.

Найтмер Мун думала, что заточение в абсолютном одиночестве во мраке сломает Рэйнбоу Дэш, расколет её волю, что позволит аликорнице внушить пегаске новую идею, озарить потерянную лунным светом и указать путь к лучшему будущему... Но пока что только Рэйнбоу Дэш ломала надежды Найтмер Мун, жалуясь приходившим на свою участь, проклиная всех и вся до десятого колена, но никак, ничем не показывая своей готовности сдаться.

Конечно, можно было поступить проще и попросту убить её, что и предложила Освободительнице одна из её учениц, на вид абсолютно одержимая единорожка с кислотно-голубыми глазами и огненной гривой, но Найтмер Мун высоко ценила авторитет Рэйнбоу Дэш и хотела обратить его в свою пользу.

— Ха! А вот и не вышло! — кричала Рэйнбоу, лёжа на спине и глядя в черный потолок, представляя себе белые крупинки звёзд. — Ты думаешь, ты можешь сравниться с Её Величеством? Мечтай! Да здравствует Империя Солнца! Слава Селестии! Можешь плакать в подушку, тебя отвергла самая крутая пони во всей Эквестрии! Ну хорошо, вторая по крутости пони во всей Эквестрии, невелика разница! Слышишь, ночной кошмар? Ты! Не! Можешь! Меня! Победить! Аликорн, наделенный божественной мощью, бессилен подавить разум простого пегаса! Ну, не простого, конечно, но это неважно! Ты безнадежна! Безнадежна... Безднадежна... Бездна...

И в который раз Рэйнбоу хваталась за голову, отчаянно пытаясь вспомнить цвета и обнаруживая потерю памяти об очередном цвете.

— Зелёный, красный... А это синий? Нет, это жёлтый. Цвет солнца! Селестия! Найтмер не отберёт у меня солнце! Нельзя забыть этот цвет... И белый... Белый снег, белое мороженое, белые облака...

Белым показался ей огонек свечи, который неожиданно вплыл в пещеру после привычного звука рассеивающихся замочных чар, предвещавшего обед. Глаза резанула эта робкая крохотная капелька света как ножом, но, спустя несколько секунд, Рэйнбоу смогла привыкнуть и даже распознать знакомые и любимые цвета пламени — оранжевый, красный и жёлтый.

— Её Лучезарность ждёт тебя в Тронном Зале. Ты ведь теперь понимаешь, на чьей стороне правда? — сказала приятным голосом молоденькая бэтпони мышиного окраса с яркими изумрудными глазами. — Идём.

Это удивило Рэйнбоу настолько, что она даже не стала ни о чём спрашивать и послушно последовала за бэтпони. Всё адекватное и рациональное, которого и так мало осталось в голове Дэш, вдруг окончательно её покинуло. Что дальше? Что она должна делать?..

После стольких дней бездействия подъём по лестнице ощущался как экспресс-полёт от Лас-Пегаса до Кантерлота. Протез, повреждённый при падении, безжизненно свисал на бок и неприятно натирал, чёлка отросла до носа, мешая смотреть перед собой, ноги подкашивались при каждом шаге, но Дэш торопилась. Там, наверху, было небо, был воздух, была жизнь...

"О Селестия", подумала Рэйнбоу, увидев своё отражение на зеркально начищенном полу уже в коридоре самого замка. "Не грива, а гнездо, не хвост, а метла... Думаю, кобыла без головы и то лучше б смотрелась!"

Но, несмотря на неухоженный вид, бледность и слабость во всём теле, взгляд пегаски оставался неизменным — решительным и дерзким. "Мы ещё повоюем".

Хотя нашлось одно обстоятельство, немного пошатнувшее её уверенность. Рэйнбоу Дэш спустилась в подземелье в разгар лета. Встречал же её после разлуки с внешним миром самый настоящий снег. Его белизна буквально прожгла глаза пегаски даже сквозь цветные витражи в окнах; ужасно светло и больно было даже сквозь закрытые веки, хотя она уже успела привыкнуть к изумрудно-синему свету факелов на стенах. "Сколько же я на самом деле пробыла там?.. И если сейчас лето, то что за катаклизм обрушился на Эквестрию? Пожалуйста, пусть Солнечная Империя ещё существует..."

* * *

— Ты теперь понимаешь, на чьей стороне правда? — голос Найтмер Мун был вкрадчив и вместе с тем подобен грому — может, потому, что звуки хорошо отражались от стен зала, а может, потому, что Найтмер не умела разговаривать потише.

Помимо самой аликорницы, восседающей на троне, — Дэш не без злорадства заметила , что сидела Найтмер Мун ровно держа спину, в напряжении, будто бы не на своём месте, с краю, — здесь был весь Совет Шести, стража и... пленные, несколько десятков. Сначала Рэйнбоу решила, что это самые важные пони, попавшие в цепкие когти Лунной Республики, но нет: судя по доспехам (или их отсутствию), это были рядовые или даже мирные пони. "Самые непокорные", предположила пегаска, и была права. Разговор Найтмер Мун и Рэйнбоу Дэш предполагался, в первую очередь, для них; аликорнице нужно было показать им в назидание, что даже такие герои преклоняются перед ней.

Не сдаваться. Никогда. Ни за что. Быть верной своему долгу, своей клятве, своему сердцу. Так? "Я никогда тебе не покорюсь".

— За Селестию! За Солнце! — словно вторя её мыслям, выкрикнул кто-то в толпе узников; страж-бэтпони быстро нашёл смельчака и ощутимо ударил его стальным накопытником. Десятки взглядов с надеждой вцепились в Рэйнбоу Дэш — ну же, скажи, что ты не предашь, скажи, что ты будешь стоять насмерть, скажи! Дэш ощущала их мысленный призыв, но не могла посмотреть на них, не желая отводить глаза от Найтмер Мун. У самой аликорницы глаза были очень глубоки и оттого непонятны — казалось, в них плескалась гордыня, или это так отсвечивала скука?

"Да она... играет!" Вот тебе и бессилие Найтмер. Вот тебе и непобедимая верность.

— Я понимаю... — кивнула пегаска, опуская голову.

— Великолепно! — воскликнула Освободительница, впрочем, ни капли ей не поверив, — Итак, Рэйнбоу Дэш, героиня Эквестрии, защитница Клаудсдейла, агитатор и народный лидер, Вондерболт, славою обогнавший своих командиров. Все знакомы с этой личностью более или менее, — Найтмер Мун окинула взглядом присутствующих, — Лояльность такой честной и самоотверженной пони для Лунной Республики — половина победы и великая честь. Мы уважали твой героизм в боях против нас, теперь же позволь нам показать, куда действительно стоит направить свои силы и стремления. Ты готова признать Наш путь?

В хорошо отапливаемом тронном зале застыла морозная тишина, все ожидали ответа, который никак не мог сложиться в голове Дэш. Найтмер абсолютно точно знала, видела по затравленному взгляду Рэйнбоу, что ожидать от неё преданности бессмысленно, но продолжала играть спектакль, о котором знали только они обе. Сыграть в подчинение — и навсегда упасть в глазах единомышленников, в глазах всех тех пони, кто вдохновлялся её примером; не объяснишь же им, что это всё понарошку, что верность не меняется, что это клеймо на сердце, до самого конца? Послать Лунную Республику обратно на луну — и вновь оказаться в той черной бездне подземелий, может быть, уже навсегда... "Разве я боюсь темноты?"

Лайтнинг Даст, опиравшаяся на костыль, с нескрываемым удовольствием наблюдала за метафорическим распятием давней знакомой, не придавая значения тому, что скажет Дэш — голубая пегаска всё равно пленница, всё равно унижена, втоптана в землю, и никакие слова этого не изменят. Остальные члены Совета Шести были менее заинтересованы, а бэтпони и вовсе, скривившись, не смотрели на неё. Только свои, "имперцы", только пони в кандалах всем сердцем тянулись к ней — держись, подруга, не сдавайся!..

Нет, не темноты она боялась. Бездействия. В подземелье она ничего не сможет изменить, ничем не может помочь своим. И пусть они сейчас в ней разочаруются — это будет её суперсекретный шпионский план! Найтмер, может, и будет подозревать, но остальных одурачить гораздо проще!

"Я принимаю вызов, Найтмер Мун".

— Идея о свержении монархии в Эквестрии мне уже не кажется бредовой, — на одном дыхании выпалила Рэйнбоу Дэш, и Найтмер Мун расплылась в торжествующем оскале, буквально видя, как разбиваются сердца заключённых, как гаснет свет надежды в их глазах, как сгорает пепельными хлопьями их вера. Дэш обернулась, надеясь как-то взглядом донести до них свою истинную позицию, но её встретило глубокое разочарование и презрение, отразившееся разом на мордочках пленников.

— Мудрый выбор, — подытожила встречу черная аликорница, — в таком случае, нам многое предстоит обсудить. Но не сейчас.

* * *

Разумеется, никто не выпустил Рэйнбоу Дэш свободно гулять по окрестностям. Но хотя бы позволили привести себя в порядок и даже починили крыло, правда, не настолько, чтобы можно было вновь подняться в воздух — так сказать, навели красоту, а магический механизм не запустили. Дэш поначалу злилась из-за этого, но потом расценила предосторожность республиканцев как дань уважения. Будь у неё два целых крыла, она бы и на день не задержалась в замке Двух Сестёр.

Её отвели ночевать в отдельную каморку рядом со входом в подземелье. Наверное, во времена былой славы, когда принцессы жили здесь душа в душу, это помещение было комнатой для слуг или что-то в этом роде — не королевские покои, конечно, но места хватит на троих. Тут, впрочем, и стояло три койки. С заселением Рэйнбоу две из них так и оставались пустыми — видимо, желающих переметнуться на другую сторону было не так много.

На ночь пегаску запирали на ключ, днём обязательно сопровождали по всем коридорам до пункта назначения — столовой, реставрируемой восточной стены дворца или тронного зала. Рэйнбоу не должна была, но порадовалась, когда ей сказали, что она будет работать вместе с остальными — лучше уж что-то делать, чем смотреть в черный потолок и вспоминать цвета.

— Добр'утречка, Дэши, — улыбнулась Эпплджек, дружески похлопав Рэйнбоу по плечу, когда они пересеклись по дороге на завтрак. Конвоиры отстали на шаг — контроль-контролем, но всё-таки не настолько строгий. В конце концов, здесь все верили Эй Джей, ещё бы нет!

Пегаска впервые за долгое время встретилась с земнопони, когда ту выписывали из госпиталя. Эпплджек знатно потрепало в бою у Каменной фермы и во время атаки на логово Найтмер Мун, но она не была бы Эпплом, если бы не восстановилась. От неё-то Дэш и узнала, что была в заточении два месяца.

— Привет, Эй Джей. Что у нас сегодня в меню? — хитро улыбнулась Рэйнбоу Дэш, заговорщически подмигнув. Эпплджек прочистила горло и начала рассуждать вслух самым бодрым тоном:

— Мм, ну сама посуди, вчера был морковный суп, позавчера — морковные котлеты, ещё на этой неделе были морковные сэндвичи, морковный салат и морковное пюре, остаётся только...

— ... морковная паста! — хором взвизгнули подруги, заставив плетущихся позади двух пегасов скривить мордочки, и рассмеялись. На самом деле, смешного было мало. Поставки ягод и фруктов и так постоянно чем-то прерывались, а теперь с ранней зимой ни о чём таком и речи не было — через несколько дней поезд из Додж Джанкшн должен привезти последние остатки.

Какое-то время они шли молча. Знакомые ещё с довоенных времён, они не слишком-то тесно общались в Понивилле, но среди чужих Эпплджек единственная не казалась Дэш врагом — да какой же это враг, это же Эй Джей, яблочная пони, которая делает лучший сидр во всей Эквестрии! Наверное, Эпплджек тоже не воспринимала Рэйнбоу как противницу — может, верила, что пегаска искренне хочет присоединиться к республиканцам, а может, глядя на неё, земнопони вспоминала мирные времена и работу на ферме...

— Никаких новостей? — спросила Дэш, не желая вновь напоминать о плохом, но чувствуя себя обязанной

поинтересоваться. Улыбка Эпплджек растаяла.

— Бабуле Смит стало немного легче, кашель проходит, но её точит изнутри переживание за Эпплблум. И чего ей не сиделось на месте? Эт всё плохая компания, Биг Мак говорил, она часто уходила с новыми друзьями... — рассуждала земнопони, — наверняка это из-за меня. Если б я была рядом, я б не допустила, чтобы она шлялась с кем попало...

— Брось, Эпплджек! — Рэйнбоу похлопала подругу по плечу здоровым крылом. — Это не твоя вина. Ты же понимаешь, что всё происходящее слишком тяжело принять детям. Ты и так сделала многое, чтобы уберечь её от войны.

Эпплджек благодарно, но не менее грустно посмотрела на неё из-под шляпы.

— Думаешь? Спасибо, Дэш, хоть от этого и не легче...

— Поверь, её обязательно найдут, если разведка на самом деле такая крутая, как они мне расписывают. К тому же, если она не одна, есть кому прикрыть ей спину. Эпплблум всегда была смышлёной, знаешь ли...

Эпплджек кивнула. Она пыталась улыбаться, но у неё получалось плохо, и Рэйнбоу не могла её винить.

Завтрак прошёл по-привычному тихо и без происшествий — плохая погода утомляла всех, не было даже сил жаловаться на скудную пищу. Удивительно, но и бэтпони, для которых небо без солнца — мечта, чувствовали себя неважно. "Раньше зимы были куда веселее... Нет ничего депрессивнее природной зимы!" Дэш с болью в сердце вспоминала, как на её глазах облачные глыбы падали на землю, как взрывались котлы и как взревела буря, вырвавшаяся из лабораторий Погодной Фабрики, а потом — адская боль в спине и...

— Дэш, когда ты сражалась, тебе казалось, что всё это... непонятно... неправильно? — шёпотом спросила Эпплджек, когда они последние выходили из столовой. Рэйнбоу остановилась и удивлённо посмотрела на неё.

— Ты о чём?

— Сама не знаю, Дэш, — смятенно повела плечами фермерша, — Тревожно мне, на душе кошки скребутся. Озлобились мы как-то... Чую я недоброе.

— ЭйДжей, так ведь уже...

— Нет, Рэйнбоу, не то. Видишь, как земля с нами обходится? Неспроста эти морозы. Знак даёт, или чё-то такое...

В зелёных глазах Эпплджек Рэйнбоу видела помимо волнения крепкую уверенность в своих догадках, такую уверенность, которая порой возникает не из знания, а из интуитивного ощущения, упрямо стучащего в висок. Рэйнбоу доверяла своей интуции, но к чужой всегда относилась с долей скепсиса. "Природа? Даёт знак? Нет Погодной Фабрики — вот она и пустилась во все тяжкие, какие ещё скрытые смыслы тут могут быть?"

— Перестань, ты просто перенервничала, вот и кажется тебе всякая бессмыслица!

Помолчав немного, Эпплджек согласилась.

— Наверное ты права, сахарок, но я...

— Эй, вы долго ещё будете болтать?! — выглянула из кухни главная повариха, внушительная земнопони цвета шоколада с салатовой гривой, — Расходитесь по заданиям!

— Лады-лады, мы уходим, Мэйн Корс, не серчай ты так! — Эпплджек приобняла Дэш и спешно вывела в коридор, где пегаску ждала стража.

— Ну бывай, не опаздывай, бригадиры не любят отстающих, — сказала Эпплджек, дружески растрепав чёлку Дэш, — увидимся за ужином, Радужный Бум.

— Увидимся, Яблочница! — махнула на прощание Рэйнбоу и поторопилась вслед за конвоирами, уже продумывая очередную пакость надзирателю, вредному бэтпони, который заставлял их ровнять и укладывать каменные блоки от рассвета до заката и вечно сокращал им время отдыха. В тот момент Дэш не могла знать, что не встретится с Эпплджек в ближайшие несколько недель, и что правдивость слов подруги она испытает на своей шкуре.

* * *

— Эй! Вам это с копыт не сойдёт! Выпустите меня немедленно, или пожалеете! — раздавались крики из клетки, которую ввозили во двор Старого Замка. Группе Рэйнбоу повезло восстанавливать в этот день стену со стороны, откуда хорошо просматривались все подводы с продовольствием и повозки с ранеными и пленными. Зря бригадир пытался отвлечь рабочих от неизвестной пленницы — все глазели сквозь дыры в камне на клеть. От многих других её отличало то, что она была выкована из необычного, ослепительно блестящего более крепкого металла, с трёх сторон прутья клетки были завешены тяжёлой тканью, все болты были закручены на совесть (Рэйнбоу помнила повозки, в которых привозили имперцев — на них стоило дунуть, и они бы развалились, но побеждённым бежать всё равно было некуда, ведь вокруг был опасный ещё в мирные времена Вечносвободный лес), а окружал её необычный отряд — бэтпони, единорог и пегас, одетые в плотные костюмы и скрывшие свои мордочки за масками со странными приспособлениями у рта. Рэйнбоу вспомнила — с этими респираторами в огонь бросаются пони из пожарной части, а ещё иногда бродили химики на Погодной фабрике...

— Я сожгу этот замок до тла, если мне не объяснят, в чем дело!

От этих слов вздрогнули и республиканцы, и имперцы — воспоминания о летнем пожаре всё ещё были свежи, и повторения никто не хотел.

— Эй, полегче, чешуйчатая, сейчас мы отведём тебя к Её Лучезарности и вы поговорите, как принцесса с принцессой, — пегас постучал о клеть железным прутом, — вспомни лучше, как ты убила Сайлент Майер, — даже через расстояние было слышно, что его голос дрогнул на имени погибшей соратницы. Из клетки ему ответили злым рычанием.

— Она напала со спины и воткнула мне в спину шип. Ты полагаешь, что я должна была ещё думать о том, как бы не убить её?

— Хватит! — закричал на них единорог, — Гибель при исполнении, пленник доставлен, Сайлент Майер выполнила свой долг! Во имя Освободительницы мы все готовы в любую секунду отдать свою жизнь, тут больше нечего обсуждать!

Тут из замка вышел отряд из десяти пони, одетых в ту же защитную форму. Судя по всему, они должны были сопровождать важную пленницу до подземелий... Или до Тронного зала. Дэш не успела обдумать это — дверцу клетки охватило сияние, и она отворилась. Пегасы поднялись в воздух, и в их напряжённых движениях Рэйнбоу распознала готовность в любой момент преследовать беглянку. Единорог, приведший её ко дворцу, вытащил магией из клетки конец толстой цепи и потянул на себя, сначала несильно, но стоило узнице не поддаться — дёрнул уже грубо и резко, отчего та вывалилась наружу. Наконец её стало видно тем, кто работал на стройке; раздались вздохи и приглушённые проклятия, и сама Рэйнбоу не удержалась от ругательства.

Дракон. Совсем небольшой, но явно крупнее того маленького фиолетового дракончика, которого Дэш год назад видела в Понивилле. Изящный силуэт не уживался с впечатлением об уродливых драконах, о которых говорили жители разоренных деревень на отшибах Эквестрии; у этого дракона... нет, у этой драконицы была красивая голубая чешуя, переливающаяся, как драгоценный камень, даже в пасмурную погоду. Небольшие крылья, коротковатые витые рога, синий гребень и затупленный наконечник хвоста говорили о том, что драконица была ещё молода, и оттого ей было не справиться с подготовленными ко всему бойцами Полнолуния. Хотя живого дракона пони ещё не ловили никогда."Наверное...?"

Отряхнувшись от снега, драконица бросилась было в сторону обидчика, но тут подоспел бэтпони, накинув на её шею ещё одну цепь и контролируя ситуацию сверху. Пленнице поводок не понравился. Резко припав к земле, она вырвала цепь у бэтпони и распахнула крылья, чтобы взлететь, но ядовито-зеленое свечение, охватившее её шею, остановило эту попытку. Такие же энергетические оковы охватили каждую лапу и даже хвост чешуйчатой, оттягивая её конечности в разные стороны. Все вздрогнули на секунду раньше, чем Её Лучезарность подала голос.

— Жаль начинать с такой ноты наше сотрудничество. Мы, конечно, не это имели в виду, попросив верных Нам пони привести тебя во дворец, — конвоиры, приволочившие клетку, боязливо опустили головы, — но что случилось, то случилось. Мы отпустим тебя, но возьмём обещание не совершать лишних движений. Без глупостей.

— Покажись, с кем я имею дело?! — выкрикнула пленница и залилась кашлем. Судя по всему, Найтмер Мун смотрела на происходящее из пробоины этажом ниже, потому что в следующее мгновение искрящаяся темная дымка выскользнула почти перед носом наблюдавших за происходящим строителей и опустилась прямо перед драконицей. Та испугалась взгляда кислотных глаз и шарахнулась в сторону, отчего хватка на шее только усилилась; даже свысока было видно, что она задыхается. Найтмер что-то шепнула ей и, дождавшись нервного кивания, погасила рог.

— А ведь... кхр... всё врут о тебе... Найтмер... — драконица пыталась восстановить дыхание, но очнуться ей не дали, окружив со всех сторон и заковав теперь в настоящие цепи.

— Если будешь вести себя тихо, цепи не помешают, — прежде всех возражений сказала Найтмер, разворачиваясь и шагая во дворец. — Скоро буря. Всем укрыться в уцелевших помещениях!

Бригадир повторил приказ, но никто не ушёл, пока пленница и все её сопровождающие не исчезли из поля зрения. Собираясь обратно, Рэйнбоу думала только о том, как обмануть своих наблюдателей и подобраться к Тронному залу. "Если Республика заимеет такую силу, как драконы, нам конец".

* * *

— Что ты несёшь? Я не говорил такого! Да вы сами же каждый раз над меню смеётесь!..

— В смысле, громила? Ты думаешь, что раз ты такой весь из себя телохранитель, раз тебе доверили охранять такую важную персону как я, тебе можно безнаказанно насмехаться над поварами? Да ты хоть представляешь себе, какую работу они выполняют, а?!

— Послушай-ка, ты, Рояль, а ну иди сюда, я тебе набренчу по тыкве! — разъяренно взвилась Мэйн Корс, угрожающе взмахнув половником. Какими бы ни мнили себя республиканцы идейными борцами за истину и свободу, большинство из них выбирали сторону постольку поскольку, и к некоторым обязанностям относились недостаточно серьёзно, и почему-то особенно здесь, под крышей "штаба" (невзирая на близость начальства), поэтому всегда ответственный и собранный Роял Винг несобранно и безответственно взвизгнул и принялся кружить вокруг Рэйнбоу и напарника, пытаясь избежать карающей длани кухарки.

— Неблагодарный! Я ж вам, сынкам, всегда лучшие порции ставила! Бесстыжий! — ругалась повариха всякий раз, когда половник попадал в цель, — Как вас там в облаках растят только! Какие мысли в вас созрели!

— Во имя Республики, я Вас прошу, это клевета!

— Мэйн Корс, но это правда, он ничего такого не говорил!

— Они заодно, Мэйн Корс, я бы не соврала тебе! — подливала масло в огонь Рэйнбоу Дэш, с трудом скрывая улыбку, — Придумали, тоже мне, жеребят в суп вместо морковки!

— Да это бред! АЙ! — заверещал второй наблюдатель, ровесник Роял Винга Фезер Стэп, тоже получив своё, — Мэйн Корс, да она сочиняет!..

Честно говоря, Рэйнбоу Дэш на самом деле не соврала. Приукрасила малость, но без этого маленького безобидного преувеличения ничего бы не получилось. Сыграла на и так растрёпанных нервах Мэйн Корс, всю жизнь готовившей разнообразнейшие блюда и вынужденной теперь выкручиваться с таким недостатком продуктов, но ей давно бы не помешало спустить пар. Слукавила, потому что сама всякий раз ругала меню — но ведь ни слова о замечательной команде поваров, так что совесть Рэйнбоу была чиста.

Уловив момент, она начала удаляться за угол, торопясь не потому, что её могли заметить — гнев Мэйн Корс так быстро не улетучивался, а потому, что беседа Найтмер Мун и драконицы уже могла начаться. Ещё шаг — и она вне зоны видимости. "Вперёд!"

Ей сказочно повезло не попасть ни на каких часовых по пути к залу, да и у самого входа никого не оказалось. Это было странно — почему главное седалище Её Лучезарности никто не охраняет? Впрочем, нужно было этому радоваться, так как Дэш выдался шанс подслушать всё без проблем.

—...никогда не помогали пони. С чего бы теперь? Нам не нужна Эквестрия, нам достаточно своих земель.

— Милая Эмбер, Мы думали, ты и твои сородичи посочувствуете угнетенным. В Эквестрии невероятно тяжело тем пони, кто не соответствует стандартам своей расы... и тем, кто не является пони вообще. Это касается и драконов.

— Нам абсолютно безразлично то, как к нам здесь относятся, — выплюнула драконица, звеня цепями. Найтмер Мун громко хмыкнула.

— Мы могли бы предоставлять вам всё, что вы отнимаете грабежом, за скромную плату — драгоценные камни, которых у вас предостаточно, — заговорил другой голос, принадлежавший, наверное, какой-то советнице. В ответ послышался хриплый смех. Пытаясь устроиться у стены получше, Рэйнбоу случайно задела огромную, в её рост, вазу своим металлическим крылом, отчего та опасно покачалась — пегаска успела поймать её, надеясь, что стук кружившегося на месте сосуда никто не услышал.

— Торговля? В жизни ничего смешнее не слышала! Смешной вы народец, пони! Точно так же мы получим все те же трофеи, не вступая в вашу войну! Что вы нам предложите? Вы сами дохнете от голода! Зачем нам копать камни, если мы за один рейд добываем всё, что нужно, без особого труда? И это вы, цивилизованные, высшие существа этого мира, несёте подобную чушь?

Голос драконицы оборвался на напряжённой, отчаянной ноте, было даже слышно, как тяжело она дышит, но, к счастью, это не было похоже на удушье. Найтмер Мун не стала её пытать.

— Уведите.

Рэйнбоу перекосило от одного только слова — она была знакома со многими командирами и не раз слышала приказы, но этот был слишком прост, не нуждался в пояснениях и оттого прозвучал зловеще. Всё уже давно обговорено и продумано. Это уже система... "Но я всё равно играю с тобой".

Забренчали оковы, раздался топот тяжёлых сапог и скрежет когтей по камню.

— Сгорите! Весь драконий род ополчится на вас! — кричала, не жалея сил, Эмбер, пока её волокли к дверям. — Пламя сожрёт вас! Умрёте, умрёте, умрёте, так и знайте, и даже зима не спасёт вас от адского огня, которому вы сами открыли проход!

Дэш растерянно огляделась — нужно было где-то спрятаться. Ещё и крыло страшно мешалось... Не найдя лучшего выхода, как забраться в эту самую злосчастную вазу, пегаска едва успела вскарабкаться наверх до того, как высокие двери зала распахнулись. Из своего укрытия она могла только слышать страшные проклятия, бросаемые пленницей.

— Мой народ придёт за мной, Эквестрия задохнется в дыму и золе! Не говорите, что я не предупреждала вас!

Однако при всей громкости её заявлений за ними ничего не стояло — Рэйнбоу Дэш, выросшая из жеребенка совсем недавно, легко распознавала детский страх. Вряд ли юная драконица боялась самих пони; она боялась того, что с ней смогли и ещё могут сделать, потому что прежде сама мысль о поимке дракона обычными цветным лошадками, которые прежде только путались под лапами и в ужасе визжали от одного её взгляда, не появлялась в её голове. Это было странно, чуждо, ново; драконица не представляла себе, что такое вообще возможно, и то, что это случилось с ней, заставляло её дрожать.

Может быть, было что-то ещё, но Дэш всё-таки не была магом, чтобы выяснить все тонкости драконьей души по одному только голосу. В конце концов, для неё это не меньшая новость.

Когда её восклицания утихли где-то вдалеке, Рэйнбоу услышала совсем рядом, буквально за керамической стенкой, вкрадчивый тон той пони, что предлагала Эмбер заключить торговое соглашение:

— Ваша Лучезарность, раз она дочь Драконьего Лорда... Её угрозы могут стать былью. Вы уверены, что это стоило того?

"Как они подошли так бесшумно?!"

Найтмер Мун была совершенно спокойна.

— Скажи Нам, Старлайт Глиммер, что она пообещала? — спросила аликорница так, как могла бы спросить о том, что у неё на ужин.

— Она... Вы слышали, она пообещала обрушить дворец... и... что Эквестрия задохнется в огне...

За керамикой послышался звяк доспехов Найтмер Мун, наверное, она подошла ближе к своей последовательнице и заговорщически прошептала:

— А что ещё нам нужно?

Тысячу раз в этот момент Рэйнбоу Дэш прокляла своё не функционирующее крыло, когда поддерживающая повязка в самый неудачный момент сползла и металлические суставы и перья звучно, с эхом, ударились о стены сосуда. "Я проиграла, даже не успев начать. Не круто. Совсем".

Снаружи послышались тревожно-быстрые шаги откуда-то со стороны.

— Ваша Лучезарность!

— Пленница, Вондерболт, сбежала!

— Ушла из-под носа!

— Испарилась за секунду! — на грани паники, перебивая друг друга, рапортовали Роял Винг и Фезер Стэп, их Дэши тоже узнала сразу.

"Отвлекитесь, отвлекитесь на них, ну же, блин..."

— За такое полагается отрывать носы, которые мешают смотреть, — елейным голосом отреагировала Найтмер, чему-то очень довольная, — но сегодня вам повезло. А кому-то — не очень, да, Рэйнбоу Дэш?

И постучала по вазе.

* * *

— Какое удачное соседство! — Рэйнбоу сама не знала, действительно ли она рада, что за толщей камня услышала разъярённый рык драконицы, или сарказмом она выплеснула своё раздражение по поводу сложившейся ситуации. Её вернули в коробку, ту самую, где не было цвета и света, а рядом посадили отныне злейшего врага всего рода пони. Может быть, эти варвары всё-таки поймут, что сражаться им нужно не со всеми, а только с одной из них, такой похожей на них — крылатой, с острыми клыками, с ядовитыми змеиными глазами? Драконы есть драконы, не стоило ожидать проявлений интеллекта, но всё-таки...

— Ты рассуждаешь вслух, — прошипела ей из-за стены чешуйчатая, — мы достаточно разумны, чтобы понимать вашу речь.

— Раз у тебя есть разум, слушай внимательно — ОБХОДИТЕ СОЛНЕЧНУЮ ИМПЕРИЮ СТОРОНОЙ, — таким же тоном съязвила в ответ Рэйнбоу, — Подданным принцессы Селестии не за что мстить, мы сами страдаем от Найтмер Мун.

Глухо заскрипел смех.

— Зачем ты говоришь это мне? Я ничего не знаю о ваших войнах, я знаю одно — пройдёт день, два, может, неделя, может, месяц, но мой отец отправится за мной, и ему будет безразлично, какие у вас пони дневные, а какие ночные — раньше мы грабили всех, и теперь убивать они будут всех.

"Убивать... Всех..."

И тут Рэйнбоу прорвало — натянутые до предела нервы наконец забренчали, лопаясь как струны.

— Чёртовы ящеры! Не вам одним были даны крылья, никто вам ничего не должен! Неужели у вас больше нет ничего в голове, кроме мыслей о том, как брюхо набить?! Сколько Эквестрии ещё страдать?! Почему врагов всё больше, а друзей всё меньше?! Эти чейнджлинги вылезли некстати, а теперь Найтмер хочет, чтобы вы окончательно нас добили! Это справедливо?! Сколько можно?! Ты знаешь, каково было у нас год назад?! Жили мы и радовались! А что теперь?! Мой дом в клочья разорвали! Моих друзей убили! Радуги больше нет, понимаешь?! Куда тебе понять, ты же по грабежу! Видела, наверное, в алмазах радугу, да и всё, да?! Ты сама творила радугу?! Я творила! Пока мне крыло не оторвало! Теперь слабый только след, а раньше — сверхзвуковая радуга! Сжигайте всё, сжигайте, но если нас — то и их тоже! За всё!

И упала, рыдая громко, от всего сердца, выкрикивая всё отчаяние, всю боль, пронесенную через сражения, всю тоску, скрывавшуюся за бодрой улыбкой и вдохновляющими речами. По-жеребячески била копытом в пол, вскидывала голову, утирала слёзы — и снова в плач. Досада — так позорно проиграть Республике. Дважды. Горе — по всем тем, кого не стало. По всем вычеркнутым из списков Вондерболтов. По навсегда ушедшей в прошлое старой доброй Эквестрии. Обида — чем она заслужила такой конец? Верностью?

Драконица не стала её прерывать. Рыдания отражались от стен призрачным воем в мертвой тишине — не звякнула ни разу цепь, не зашуршала где-то в углу мышь, ничего, кроме этого воя.

За что так с ними? Разве прежде они не были свободны? За что вообще республиканцы, что им надо-то? Разве не видят, что ими правит тиранша, которая только радуется, найдя новую беду на головы пони? Слепые? Загипнотизированные?

Вондерболты столько лет были элитной боевой частью, однако элитой напоказ. Их шоу завораживали даже самых равнодушных к полётам, даже гордые единороги расходились в аплодисментах, даже верные суше земнопони признавали, что неплохо бы хоть разок подняться на крыло, самим испытать ветер, самим ощутить высоту...

А потом, когда пришло время выполнять свою главную функцию — защищать Эквестрию в воздухе... Не всем было просто привыкнуть. Не всем удалось выжить. Страшно было — минуту назад Соарин что-то весело рассказывал, пытался поднять дух боевых подруг, а потом — молчание. Он не издал ни звука, когда заклинание настигло его. Задело с земли...

Тишина. Ни звука, кроме её стенаний. Как в Тартаре. "Тоже умерла?" Дэш испугалась и умолкла, наконец приходя в себя.

— Я видела радугу. Она прекрасна. Её редко можно увидеть на моей родине, но если случается — многие любуются.

Рэйнбоу не сразу узнала голос. "Да ладно?"

— Может быть, никто и не прилетит выжигать ваши земли. Может быть, отец и не подумает обо мне. Я всегда была недостойной в его глазах. Зачем им прилетать за мной? Была бы я Лордом... но я только дочь. У нас нет наследования титула. У нас Лордом становится сильнейший.

"Она... что, мне исповедуется? Почему?" Пегаска шмыгнула носом в изумлении и даже забыла про свою истерику, хотя не прошло и нескольких минут.

— Верность дракона принадлежит только Лорду. Конечно, в обычное время мы можем творить разное, но когда Он зовёт — мы подчиняемся только Его воле. Я не уверена, позовёт ли Он их всех ради меня...

Не было похоже, что драконья принцесса плачет, да и голос у неё был ровным, выдержанным, но грусть... Её просто не спрячешь. "А она вполне себе похожа на пони... Странно, как так?"

— Я рассказала тебе это, потому что ты рассказала мне о себе. Это будет справедливо, не так ли?

"Справедливо? У них и такие понятия есть?" Рэйнбоу даже смутилась — раньше она думала о драконах иначе.

— Ну... Наверное. Неужели отец нисколько не беспокоится о тебе?

За каменной стеной достаточно громко вздохнули.

— Не знаю. Мы в ссоре с ним. Мои братья и сёстры вряд ли будут за меня просить, мы тоже не ладили.

— А если всё же позовут? Если все слышат зов Лорда, то можно с ним общаться в другую сторону? Ты могла бы сказать им точно, что произошло.

— Нет. Только Лорд может побеспокоить нас, а не мы Лорда. Таков закон.

"Селестия всегда выслушивает всех, кто приходит к ней... Мда, странные они... но всё-таки на нас чем-то похожи".

— Как тебя зовут? Эмбер?..

— Да.

— Я Рэйнбоу Дэш, и я впервые говорю с драконом. Непривычно. Извини, если что.

— Я тоже прежде не говорила с пони так долго и на такие темы. Участвовала в налётах, но там не до бесед, сама понимаешь. У меня нет к вам ненависти, если тебя это может успокоить, да и у моих сородичей нет.

— Ещё бы! Это мы вас должны ненавидеть, по идее, вы же нас грабите.

— Для нас это естественно. Мы не копаемся в земле, мы не стережём скот, мы не строим, мы не завоевываем, нам не нужен никакой порядок, кроме воли Лорда и своей воли. Мы берём и уходим.

— Кто-то трудился, а вы приходите на готовое...

— Возможно, ты сможешь за время заточения разубедить меня, но остальные только посмеются. Тысячи лет так было и тысячи лет так будет.

Дэш, впрочем, и не ожидала, что после обмена откровениями они мгновенно придут к согласию. Но лучше уж общаться хоть с кем-то в этой бездне, чем вновь остаться совершенно одной. Мысль об этом придала пегаске сил.

— Мы обязательно выкарабкаемся, — через некоторое время выдала она с непоколебимым оптимизмом, начиная простукивать стены. Упрямая пони исследовала свою прежнюю камеру дважды, но её могли бросить и в другую — в темноте тяжело ориентироваться, да и эти каменные клетки похожи друг на друга как две капли воды. Стоило проверить.

Эмбер не разделяла её воодушевления.

— Сомнительно. Я стены не пробью, куда тебе-то...

— Да брось! Неужели тебе проще сидеть и ничего не делать?

— Я на цепи, крепление очень прочно держится в полу. Даже если получится снести стену, я не уйду далеко.

— Но ведь ты дракон! Неужели ты не можешь их прожечь, или что-то такое?

— На это нужно время. Так долго выдыхать огонь ни один дракон не сможет, да и вряд ли температура будет достаточной.

— Вот же ж! — воскликнула Дэш и сердито топнула, отвлекаясь от поиска любых возможных щелочек в камне. — Ты будто бы хочешь остаться здесь!

— Неправда.

— Тогда ищи способ! Я пони-инвалид, а ты молода и перспективна, ты дракон! Жги!

И в это мгновение стена откликнулась на стук особенно звонко — здесь камень был тоньше. У Рэйнбоу гулко забилось сердце.

— Стоп... Эй, эй, постучи-ка по стене, которая напротив входа!

— Тебе кажется...

— Нет, постучи!

— Ты самое упрямое существо, которое я знаю. После моего отца.

Через разделявшую их перегородку пегаска услышала несколько ударов, и ей показалось, что смежная с соседней камерой стена содрогалась с каждым разом.

— Нужно проломить её!

— Нас услышат, — продолжала Эмбер менее убеждённо, ощутив, что стена на самом деле слабовата, — стоит ли?

— Я просидела здесь два месяца и не желаю продлевать этот срок и на один день! — решительно ответила Рэйнбоу Дэш, настолько отойдя назад, насколько позволяли размеры камеры, взяла разгон и с силой впечаталась всеми четырьмя копытами в непрочный камень. Пребольно упав на искусственное крыло и помяв пару стальных перьев, она, не обращая внимания, тут же вскочила и вновь бросилась на стену; драконица, поразмыслив, тоже решила присоединиться, мощными взмахами ударяя хвостом почти синхронно с Рэйнбоу.

Синхронно же они вместе пролетели вперёд, когда пещера поддалась и пропустила их. В глаза сквозь поднявшуюся столбом пыль ударил рассеянный свет, а воздух будто стал прохладнее.

— Это... Дерево? Под землёй?

С натужным вздохом поднявшись на ноги и отряхнувшись, Дэш посмотрела вперёд, мысленно смеясь над соседкой — какие ещё деревья?

Драконица и пони оказались в гигантском гроте... и в самом центре распускало длинные толстые корни огромное древо, белая кора которого и испускала озарявшее всю пещеру сияние. Растение было каким-то угловатым, ломаным, почему-то напрашивались ассоциации с кристаллом... Впрочем, один такой, шестиконечная звезда, особенно ярко блестел в центре. Ниже по стволу были будто выжжены солнце и луна, а на ветвях круглились странные утолщения, будто из них потом должны появиться плоды.

— И что это такое? — спрашивала Эмбер, впечатленная скорее самим фактом наличия дерева в подземелье, нежели его красотой. Дэш, не сразу отойдя от благоговейного шока, ответила ей с едва сдерживаемым восторгом:

— Это наше спасение...

## 2х01 Хрусталь и лёд

Часть 2: Сердце Севера

Глава 1: Хрусталь и лёд

— Твайлайт, успокойся…

— Ты тоже знал, да?!

— Впервые слышу! Но это не повод сходить с ума, послушай, мы должны…

— Но как же так?! Моя лучшая подруга и мой брат уже давно в отношениях, а узнаю я об этом из приглашения на свадьбу! Как я могла это проглядеть?

Устав от бесплодных попыток угомонить единорожку, Спайк промолчал. Ему как никому другому было ясно, почему Твайлайт ничего не замечала, но делиться своим знанием он не хотел. Упрекать её чрезмерным увлечением учёбой, из-за которой она стала слепа к малейшим изменениям поведения других, было бы жестоко — она и до войны этим отличалась, а уж теперь…

— Нет, я конечно рада, безумно рада! Но… Селестия наверняка знала, и не сказала мне… Они мне не доверяют? — Спаркл, до того метавшаяся в праведном гневе по комнате, вдруг опустилась на подвернувшийся ей стул и сникла. — Ведь это важно, почему они..?

Твайлайт обиженно нахмурилась, и Спайк поспешил прервать цепочку мыслей, которые начали выстраиваться в её голове:

— Вот у них и спросишь! Чем быстрее соберёмся и приедем, тем быстрее всё узнаем! — Дракон решил подтолкнуть её собственным примером — схватил сумку и начал складывать всё, что может пригодиться. — Кейденс позвала тебя не только на свадьбу, но и помочь с кристальными пони; у тебя же есть ещё не прочитанные книги, где может быть что-то о них?

Услышав слово «книги», Твайлайт на удивление самой себе мгновенно переключилась на первоначальную просьбу будущей невестки.

— Да, та посылка из Лас-Пегаса, я не успела дочитать всё…

Единорожка открыла шкаф, до отказа забытый бумагами, и с неуместной торжественностью пронесла в воздухе от полки до сумки целую стопку книг. Критически оглядев их, Спайк упаковал только половину, пока Твайлайт отвлеклась на другие необходимые в путешествии вещи.

А их было достаточно, взять хотя бы тёплую одежду — сама по себе Кристальная Империя находилась на Севере, да и за последние пару недель погода совершенно испортилась. Ещё не отгремел Осенний Забег в Белохвостом лесу, а зима уже царила в Эквестрии, раскидав снега от Кристальных гор до Сан-Паломино. В столице уже никто не смел из дому и носа показать без вязаной шапки, шарфа и плаща.

«Кантерлот… Империя… Неужели они хотят провести свадьбу там? Почему не в Кантерлоте, и к чему спешка? Тем более Шайнинг ещё здесь…»

Тут Спаркл осенило:

— Погоди! Шайнинг Армор ведь поддерживает щит, он не сможет покинуть Кантерлот, и Кейденс это понимает! Какая-то несуразица, Спайк!

Дракон замер, растерянно моргая — то ли реагируя на заявление Твайлайт, то ли на сам факт, что она всё ещё может рассуждать здраво, будучи на нервах.

— Шайнинг без остатка отдал себя службе, разве согласится он уехать из Кантерлота в такую минуту?

— Всё это очень странно и неожиданно, — Спайк задумчиво провёл лапой по гребню на голове, — этому должна быть весомая причина.

Единорожка, решительно топнув, оставила сумки в покое:

— Принцесса Селестия в курсе происходящего, — Твайлайт магией взяла с полки шерстяную мантию, — мы, конечно, поедем, но сначала заглянем во дворец. Её Величество всё объяснит.

— Что-то мне подсказывает, что принцесса удивлена не меньше…

— Но она уж точно знает больше нас! И да, надень хотя бы шарф.

— Ты опять за своё!

— Надень.

— Только ради миссис Вельвет.

* * *

Прошлые зимы всегда только украшали Кантерлот. Снежный покров искрился, отражая свет редкого в холодную пору солнца и множества фонарей, которыми была богата столица; а ближе ко дню Согревающего Очага по застывшим деревьям, водостокам и витринам развешивали гирлянды — город становился поистине сказочным местом. Отовсюду раздавались запахи свежей выпечки и тёплых напитков с пряностями, в каждом окне махали пушистыми лапами зелёные ели, и жизнь была прекрасна, несмотря на холод, от которого дрожали копыта.

Даже год назад зима не была такой угнетающей; война не сильно изменила облик Кантерлота, разве что пони было труднее веселиться. Кто-то уже схоронил близких, кто-то ждал весточек с фронта, кто-то просто пытался свести концы с концами в это тяжёлое время. Сражения не останавливались даже в праздничные дни, радоваться не было сил, но были силы надеяться и молиться на то, что исход боя будет успешен, что следующий день Согревающего Очага действительно будет согревающим. Пони поздравляли друг друга на улицах без прежнего энтузиазма, но всё же счастливо, и улыбкам и шуткам в напряжённой атмосфере ожидания всё же находилось место…

Теперь же на Кантерлот и его обитателей было больно смотреть без слёз. Поэтому Твайлайт и не смотрела, вперив взгляд в бело-серые стены замка на конце улицы, по которой они мчались, не оглядываясь по сторонам. Не на что было оглядываться — те, кто ещё мог чем-то наслаждаться, не гуляли на улице, а грелись в своих обустроенных домах или разъезжали по чужим. Остальные, мрачные и измождённые, выходили из дома лишь при особой необходимости. Ещё не было страшных морозов — никому просто не хотелось никого видеть. Всем стало всё равно.

— Кто идёт? — безэмоционально, выдерживая царящую атмосферу, спросил стражник. Ничего не говоря, Твайлайт отвела край мантии, показывая свою кьютимарку. Гвардеец внимательно рассмотрел её и кивнул, уступая дорогу.

Королевский замок, прежде лучившийся спокойным величием, богатством и уютом, показался Твайлайт мрачнее, чем дворец Двух Сестёр. Для спасения от холода пришлось поднять температуру пламени факелов; белый огонь действительно согревал, но одновременно обесцвечивал всё вокруг.

— Всё будто застыло, правда? — Спайк тоже заметил перемены, — аж дрожь пробирает.

— Представляешь, какой мороз сейчас на Севере? — Спаркл поёжилась, представив их поездку в заледенелом вагоне. — Чудо, что Кристальная Империя оберегается куполом…

Стоило только дверям в тронный зал распахнуться, принцесса Селестия сошла с трона и сама направилась посетителям навстречу.

— Добрый день, Ваше Величество, — синхронно поклонились единорожка и дракон. Её Величество только отмахнулась крылом.

— Я рада видеть вас, но сейчас не время для церемоний. Вы, насколько я понимаю, пришли по поводу письма от Кейденс?

— Да, я… — начала было Твайлайт, обескураженная такой спешкой, но Селестия снова прервала её:

— Мне кажется, это слишком личное дело, что обсуждать его здесь. Пройдёмте ко мне.

Перекинувшись удивлёнными взглядами, Твайлайт и Спайк последовали за аликорном. Отдав краткие указания страже, Селестия направилась в свою комнату, едва не переходя на рысь.

— Дело не терпит ни дня отлагательств, мои верные друзья, — Селестия жестом пригласила ученицу и её помощника присесть у камина (что было очень кстати после спринтерского подъёма в башню принцессы), пока сама зажигала свечи и поплотнее задёргивала шторы, — барьер, сохраняющий в Кристальной Империи приемлемый климат, истончается с поразительной скоростью. Если ничего не предпринять, уже через две недели он может исчезнуть навсегда, и тогда кристальным пони грозит смертельная опасность.

Твайлайт, уже подготовившая свою речь, преисполненную праведного гнева на брата и подругу, застыла, будто её окатили ледяной водой из ведра. «Что..?»

— Я понимаю, насколько тебе может показаться обидным узнать об отношениях Шайнинга Армора и Кейденс на таком этапе, Твайлайт, — принцесса подошла к единорожке и ласково улыбнулась ей, преодолевая всю свою нервозность из-за складывающихся обстоятельств, — они не желали пересудов, не желали сплетен раньше времени и надеялись сыграть свадьбу после войны, совсем не так спонтанно, заранее всё рассказав… Но Кристальная Империя нуждается в их любви именно сейчас. Вы ведь вели переписку о кристальном сердце?

— Все кристальные пони только о нём и вспоминают, — кивнула Спаркл, — но оно давно утеряно…

— Я присутствовала при исчезновении Империи, и хотя Сердца не было на своём месте, без него Сомбре не удалось бы поработить кристальных пони. Я не могла всецело довериться своей памяти, поэтому нашла записи, в которых задолго до меня учёные пони подтвердили — Сердце невозможно перенести за границы Кристальной Империи Но Сомбра был достаточно могущественным, чтобы обмануть законы магии, которая поддерживает Кристальную Империю. Он был мастером страха, мастером иллюзий, поэтому он наверняка спрятал Сердце в зачарованном тайнике, на поиски которого могут уйти месяцы и годы… Я же хочу попросить вас выполнить эту работу за половину луны.

— Я… Я сделаю всё, что в моих силах, Ваше Величество…

— Я прошу невозможного, Твайлайт. Я прошу сделать то, что выше твоих сил. Сейчас, когда весь Запад и Юг горит огнём, я не могу надолго покидать Кантерлот, к тому же, кто-то должен остаться, чтобы подпитывать щит, поэтому вся надежда на вас. Конечно же, я постараюсь отлучиться хотя бы на день свадьбы, но…

— Кстати, а свадьба тут причём? — вмешался Спайк, как всегда оценив ситуацию без эмоциональных помех, из-за которых Твайлайт часто теряла многие важные вещи из виду. Осознав свою бестактность, дракон тут же виновато опустил голову, но Селестия нисколько не обиделась:

— Ах да, конечно, это же самое главное! Церемонии очень важны для культуры кристальных пони. Свадьба — идеальная возможность активировать Сердце, зарядить его любовью, которая и защищает Империю от недружелюбных внешних условий Севера.

— Но обязательно ли это должна быть их свадьба? Среди кристальных пони не найдётся ни одной парочки, желающей сойтись в браке?

— Кейденс — аликорн, принцесса и наместница Эквестрии в Кристальной Империи. Шайнинг Армор известен своими боевыми подвигами, помимо этого он сильный маг, специализирующийся на защитных заклинаниях. Лучшей пары просто не найти, их союз вдохновит кристальных пони, которые тоже участвуют в церемонии. Их эмоции — самый важный элемент при активации Сердца.

— Как всё сложно, — потерла виски Твайлайт, борясь с желанием сорваться с места и начать истерику, — как же найти этот артефакт? У Кейденс куда больше шансов, чем у меня…

— Кейденс — талантливая волшебница, но не в этом её особенность. Магия — это твоя стихия. К тому же, я не собираюсь отправлять тебя совершенно неподготовленной.

Подойдя к прикроватному столику, Селестия достала из шкатулки кристалл. Он не показался Твайлайт особенным, однако, судя по замешательству Спайка, ни к одному из известных ему видов кристаллов этот холодный прозрачный камень не принадлежал.

— Любовь, дружба, надежда и вера аккумулируются в кристаллах. Когда Кристальная Империя процветает, её сияние можно увидеть на небе при хорошей погоде с любого уголка Эквестрии, — кристалл окутало золотое облако магии, которое отразилось всеми цветами радуги, — однако кристаллы можно зарядить не только положительной энергией. Если отчаяние, гнев и ненависть переполняют кристальных пони, то их боль также отразится на нас.

После этих слов глаза аликорна заволокла кислотно-зелёная пелена, из-под век заструилась дымка; прежде золотой свет её магии потемнел, зелёно-фиолетовыми миазмами окружив кристалл. Напитавшись негативными эмоциями, он поблек и отбросил тень, от которой прямо из мрамора вырвались черные кристальные шипы. Селестия потрясла головой, сбрасывая наваждение, но её глаза и магия не сразу приняли естественные цвета. Аликорн вдруг пошатнулась, словно теряя сознание; Твайлайт и Спайк мигом подбежали к ней, но она устояла на ногах.

— Тьма… не отпускает так просто, — выдохнула принцесса, наконец придя в себя после колдовства, — грань между необходимым и желаемым слишком тонка, поэтому будь осторожна, давая волю своей боли и злости, Твайлайт.

Единорожка, поддерживавшая всё это время принцессу, растерянно пожала плечами. В академии, ещё будучи обычной ученицей, Спаркл почерпнула совсем мало знаний о тёмной магии, однако когда ей (не без помощи Селестии, конечно) стали доступны запретные разделы Кантерлотской библиотеки, Твайлайт, как учёный, не могла не заинтересоваться подобным. Тот материал пришёлся бы как раз кстати… Однако у них не было времени на поиски тех изданий. Твайлайт могла положиться только на то, что продемонстрировала Селестия, а также на свою память, которая услужливо подсказывала слова из книги:

«Темная магия опасна тем, что никогда не знаешь, кто кем управляет — Вы ею или она Вами».

— Вы думаете, мне придётся использовать эту силу? — тревожно спросила Твайлайт, беспокоясь, что не сможет удержать эмоции под контролем. Селестия кивнула, и на мордочке у неё явно отразилось огорчение этим фактом.

— Боюсь, что да, как бы я ни хотела оградить тебя от лишних опасностей. Чтобы найти спрятанную вещь, нужно понять того, кто её прятал, а Сомбра, к сожалению, видел мир в сплошных тенях.

— Я постараюсь, но… Спайк, ты будешь рядом, чтобы остановить меня, если я увлекусь, правда?

Дракон решительно кивнул.

— Это будет экзаменом для тебя, Твайлайт. Отнесись к этому как к тесту, может, так тебе будет проще… — пламя камина играло в тёплых сиреневых глазах принцессы, будто и не было в них той мерзкой ядовитой зелени, — Вы справитесь. На тебя ложится не меньшая ответственность, Спайк.

— Знаю, Ваше Величество, — ответил Спайк, — я не маг, но тоже пригожусь. Хотя бы для обогрева.

Неловкое молчание, на секунду зависшее над ними, оборвалось добрым смехом всех троих.

— Возможно, но это далеко не всё, чем ты можешь спасти Кристальную Империю, — растрогалась Селестия, — вы с Твайлайт склонны недооценивать себя. Чего не скажешь о Сомбре, возомнившему себя равным нам с сестрой… Хотя он действительно был силён, напитавшись теми крупицами энергии, которые кристальное сердце хранило само по себе. Теням нужен свет, чтобы существовать… Но избыток света для теней губителен, поэтому мы и смогли низвергнуть его.

— То есть, кристальное сердце для него одновременно и спасение, и гибель?

— Именно. Совсем как яд, который в малых дозах принимают как лекарство.

* * *

Напряжённое молчание, нависшее над их столиком, словно каменная глыба, ужасно нервировало Твайлайт, но она не могла найти ни слова, чтобы начать беседу. Спайк, устав от звенящей тишины, попросту свернулся калачиком на сиденье и, кажется, уснул, но единорожке было не до сна. Что она могла сказать брату? Поздравить? Погрустить вместе с ним? Шайнинг Армор всю дорогу молчал, сидя напротив и не сводя глаз с пейзажей за окном, целиком погрузившись в свои раздумья. Стоило ли мешать ему? Или проще заняться своими делами?

— Во имя Селестии, это невозможно, мы будто едем на похороны! — ни с того ни с сего подорвался на месте Спайк, перепугав всех соседей по вагону, — вы так громко молчите, что даже вздремнуть нельзя!

Оглядевшись, Шайнинг дождался, пока внимание остальных путешественников переключится на что-нибудь другое, и наконец завёл разговор.

— Ох, я… Я виноват, я должен был вам довериться…

— Что ты, что ты! Всё в порядке, — Твайлайт замахала копытами в отрицающем жесте, — мы всё понимаем…

— Спасибо за это. Ты прав, Спайк, действительно похоже на похороны… Я искренне рад, но такая спешка выбила меня из колеи. Не думал, что наша свадьба станет, по сути, спасательной операцией.

«А ведь так оно и выходит — на первом плане оказывается благополучие Империи, а не бракосочетание двух любящих пони…»

— Можно унывать, что всё проходит не так, как хотелось, а можно радоваться тому, что есть, — Спайк отдал оказавшейся как раз кстати продавщице монеты, взял с тележки три пирожка и поделился ими с Твайлайт и Шайнингом, — вы герои, у вас всё всегда будет происходить не так, как у обычных пони.

Единорожка аж воздухом поперхнулась от негодования.

— Спайк, но ведь это неприкосновенно! Шайни и Кейденс не заслуживают…

— Твайли, успокойся, он прав. Наивно думать, что в нашем положении вообще возможно провести свадьбу без лишнего ажиотажа. Если бы мы устроили её в Кантерлоте, сколько было бы нежеланных гостей? А в Кристальной Империи у всего этого торжества есть куда более достойная цель, нежели накормить всех до отвала, — с этими словами Армор почти с такой же увлечённостью, как у Спайка, принялся уплетать пирожок, — о, ещё тёплый!

— Правда, не вишнёвый, а клубничный, но тоже ничего, — оценил Спайк, довольно облизываясь. Твайлайт оставалось только последовать их примеру — похоже, о серьёзном представители сильной половины общества способны думать только до того момента, как проголодаются. Как назло, пирожок оказался настоящим лакомством, поэтому сердиться на брата и друга Спаркл уже не могла.

— А вы слышали легенду о происхождении Сомбры? — спросил Шайнинг, решив полностью отойти от свадебной темы. Твайлайт, только прожевав первый кусочек, отложила пирожок и задумалась — ничего примечательного о короле-узурпаторе она вспомнить не могла.

— Ему посвящена целая легенда? Возжелал власти, захватил Империю, пал от магии принцесс и утащил кристальных пони за собой, обычная история злодея, — хмыкнул Спайк, — хотя, вообще-то, стандартная для эпоса…

— Не всё так просто, — зацокал единорог, заметно оживляясь, — там не только о жажде власти, там о великом предназначении, великом обмане и…

—…великой любви?

В ответ на скепсис Спайка Шайнинг только фыркнул:

— Был бы я холост, я бы посмеялся вместе с тобой.

— Ты всё ещё холост, — зацепился за слово дракон, пряча ухмылку. Не уловив издевки сразу, Армор растерянно почесал затылок.

— Хорошо, если бы я был свободен…

— Ты хочешь сказать, что Кейденс…

— Спайк! — вмешалась Твайлайт, от возмущения соскочив с сидения, — благодарность за перекус тут же канула в небытие. — На что ты намекаешь?

— Да ничего-ничего, просто я не вижу связи между «у меня свадьба через две недели» и «я не могу смеяться над старыми сказками». Там же одни клише, только перемешанные в разных пропорциях.

— Не могу не согласиться, — призналась волшебница, — но это не делает мифы и легенды плохими. Многие из них — настоящие шедевры.

Шайнинг постучал по столешнице, привлекая внимание:

— Так вы от меня-то шедевр готовы услышать или нет?

* * *

Около тысячи лет назад Кристальная Империя переживала бурное развитие. Нельзя сказать, что это был её расцвет, ведь она ещё на тот момент имела длинную многовековую историю, скорее этот период можно назвать научно-культурной революцией. По словам современников той эпохи, воцарение Сомбры случилось на самом пике этой революции — сотни талантливейших пони были лишены возможности творить, тысячи гениальных произведений и работ были уничтожены… Но то — злодеяния Сомбры, а вот правившая Кристальной Империей до него принцесса Аморе, наоборот, была страстной любительницей искусства и всячески поощряла его. Во время её царствования кристальные пони, вероятнее всего, были самыми счастливыми пони на материке…

— Но они совсем не умели сражаться, и малейшая угроза со стороны одного мага уровня подготовки выше среднего развалила целое государство.

— Что? А как же рыцарство? Ведь оттуда и…

— Потешное, турнирное рыцарство не идёт ни в какое сравнение с настоящей войной, Твайли. Турнир — это спектакль, разве что в нём никто, даже сами актеры, не знает кульминации.

— Кристальные пони оказались хрустальными цветами, не выдержавшими сурового давления реальности.

— Во имя Селестии, Спайк, и давно ты стал таким циником?..

— Кхм, мне продолжать?

— Да-да, мы внимаем!

Так вот, в ту эпоху и встретились в жеребячьем доме двое единорогов-сирот — Рэдиэнт Хоуп и Сомбра. Они были одарёнными магами, поэтому быстро нашли много общего. Так вышло, что в доме для сирот они оказались уже будучи в школьном возрасте, поэтому они должны были помнить о своём прошлом, однако Сомбра не имел никаких воспоминаний. Узнав, что Сомбра даже никогда не видел кристальное сердце, Хоуп привела его к замку принцессы Аморе, где артефакт находился на всеобщем обозрении. Молва говорила, что тот, кто посмотрит на отражение в кристальном сердце, увидит своё будущее, и друзья тоже решили узнать свою судьбу. Хоуп узрела исполнение всех своих мечтаний — учёба под руководством Селестии и Луны, а затем становление принцессой наравне с ними. Сомбра же ужаснулся тому, что увидел, судьба его была мрачной. В видении он открывал двери в мир теней, выпуская всех живущих там монстров на свободу, а затем сам становился одним из этих чудовищ, пожирающих всякую надежду из сердец пони. После этого Сомбра был сам не свой. Масла в огонь подливало то, что во время Ярмарки — ежегодного праздника, когда сердце подпитывается положительными эмоциями кристальных пони, — он постоянно чувствовал недомогание, а при приближении к замку вовсе сходил с ума от боли. Хоуп, мечтавшая хоть раз сводить его на Ярмарку, не знала, как помочь ему, не понимала, как может быть связано его состояние с состоянием кристального сердца, ведь он казался обычным единорогом… С каждым годом Ярмарка приносила Сомбре всё больше страданий, пока он, наконец, не сбежал за пределы Империи. Там его встретили тени, которые и объяснили ему смысл видения. На Север обычно изгонялись самые безнадёжные злодеи и самые тёмные сущности, угрожавшие Эквестрии. Лишь Кристальная Империя была уголком света и тепла в безжизненной ледяной пустыне. Многие из сосланных на Север существ пытались проникнуть к кристальным пони, но энергетический барьер не пропускал тех, чьи намерения черны и эгоистичны. Тогда тени замаскировали ещё молодого, неиспорченного родительскими взглядами Сомбру под единорога, и патрульные, подобрав жеребёнка в пути, сами привезли его в Кристальную Империю. Уже там он должен бы научиться магии пони и найти дверь, у которой долгие века прождали тени в ожидании своего часа.

— Конечно же, Сомбре такая правда не понравилась?

— Разумеется. Но хоть он и был зол на родичей, на принцессу Аморе он был зол не меньше. Она знала причину его страданий и ничего не рассказала ему, хотя он не единожды просил помощи.

— Принцесса наверняка понимала, что правда ничем не поможет ему… Но вряд ли сам Сомбра мог подозревать об этом.

— Верно, Твайли, и он её убил.

Очнувшись от обуявшего его гнева, Сомбра ужаснулся сотворённому, но затем понял, что всё начало складываться именно так, как ему было предначертано. Аморе не оставила после себя ни единой записи о том, где могла бы быть дверь в мир теней, поэтому ему было необходимо время на поиски. А как остаться свободным в государстве, где ты убил правителя? Самому стать правителем. Узурпировав власть, он заковал в кандалы и обрёк на адский труд своих недавних друзей и соседей, заставляя их откапывать старые заваленные шахты в поисках заветной двери. Рэдиэнт Хоуп, одна из немногих, кого участь каторжников миновала, сбежала в Эквестрию и рассказала обо всём сёстрам-принцессам, желая помочь другу, но на самом деле предавая его. Они свергли Сомбру, но тот ещё до битвы перепрятал кристальное сердце и наложил некое заклинание на всю Империю, отчего целое государство исчезло в миг его низвержения. Сомбра так и не успел воссоединиться с тенями, а Рэдиэнт Хоуп так и не стала принцессой.

— Вот такая невесёлая история, — подытожил Шайнинг, разминая шею, — даже интересно узнать, насколько эта легенда правдива.

— Я надеюсь, нам не придётся узнать об этом лично от Сомбры, — улыбнулась Твайлайт, дожёвывая остывший пирожок. Спайк взглянул в окно, посмотрел на часы и начал собираться.

— Можно спросить у самих кристальных пони. Кто знает, а если Рэдиэнт Хоуп тоже вернулась в этот мир вместе с Империей…

Округлив глаза, единорожка, последовавшая было примеру Спайка и потянувшаяся за чемоданом, застыла, будто её ударили этим самым чемоданом по голове.

—…А мы с Кейденс ведь и не подумали об этом, Спайк… Молодец! Если она действительно существовала и была с Сомброй почти до самого конца, она может знать, где спрятано Сердце.

Шайнинг Армор не упустил возможности поддеть дракона в отместку:

— Вот видишь, на какое полезное рассуждение тебя натолкнула «бесполезная старая сказка»!

— И тебе спасибо, СБЛДН, — Спаркл от нетерпения даже загарцевала на месте, — мне казалось, мы в абсолютном тупике, но теперь у нас есть над чем поработать!

— Тебе бы только поработать, — удручённо вздохнул Спайк, стаскивая остальные сумки.

Снежная пустыня, расстилавшаяся за окном сплошным белым фоном, вдруг приобрела чёткие очертания — поезд начал замедлять ход. Вскоре на повороте на одну минуту им показался крохотный вокзал, ещё через минуту рядом с вагоном мелькнула сторожевая будка, появилась и платформа, от которой тянулась едва различимая из-за снегопада дорога к огромному сияющему куполу на горизонте, к Кристальной Империи. В поезде было совсем мало пассажиров, — в первом вагоне, где и размещалась троица, к концу путешествия осталось всего четверо пони, — и ещё меньше желали продолжить путь: следующая, конечная остановка, станция «Грифонстоун», никого не интересовала, особенно во время войны.

Здесь, на Севере, редко когда стихали бури, и даже если сейчас сквозь мутно-серую пелену проглядывало белое, мёртвое солнце, ветер не стихал, обдавая морозным дыханием пони, ещё даже не успевших сойти на перрон. Стылый воздух негостеприимно обжигал лёгкие и закрадывался под многочисленные слои тёплой одежды, с непривычки пассажиры вздрагивали от перемены температур и жмурились от ослепительной белизны.

— Фух, почти на месте, — процедил Шайнинг Армор, кутаясь в шарф по самый нос, — вы только гляньте, какая красота!

И правда — радужные переливы купола Империи были усладой для глаз. Но путь им предстоял нелёгкий.

— Жалко, что транспорт никакой не смогли организовать, — пожаловался Спайк. Уж кто-кто, а он низкие температуры по своей природе не любил. — Идти не так уж долго, но в такой мороз, по брюхо в снегу…

— Мы говорили об этом с Кейденс, но всё, что они пока могут — предоставить конвой, — тут Твайлайт заговорила тише из опасения быть услышанной другими, — они постоянно ходят по этому маршруту, потому что участились случаи исчезновения посыльных. В особо сильные метели Кейденс несколько раз телепортировалась прямо на станцию, она боялась отправить почтальонов. Правда, возвращаться ей приходилось пешком, ведь купол допускает перемещение лишь из, а не в него, но…

— Что? Она одна выходила за границы барьера? — капитан стражи ожидаемо заволновался. — Кейденс, как всегда, совершенно о себе не думает…

Спайк ухмыльнулся, пожав плечами:

— Ей было у кого учиться. Да и не только ей, — добавил дракон, выразительно посмотрев на Твайлайт.

Как всегда, он был прав. Образ старшего брата, защитника слабых, рыцаря в сияющих доспехах, отважного командира и воина, всегда вдохновлял Твайлайт продолжать своё дело. Она не была такой сильной и смелой, как Шайнинг, но она могла стремиться к его совершенству. Волей судьбы мечом и щитом юной единорожки стала магия, и со школьных лет она шла тропой волшебницы, для которой лучшие результаты имели смысл лишь тогда, когда они могли принести пользу. Посвятив себя служению Селестии, Твайлайт посвятила себя служению всей Эквестрии. «Да, принцесса сказала, что нужно отнестись ко всему как к моему тесту, но ведь… Это не просто тест. На кону благополучие целого народа кристальных пони… я ведь делаю это ради них, а не себя, верно?»

Решив попозже вернуться к этим размышлениям, Спаркл осмотрелась. Их спутники-одиночки, рассредоточившись по всей платформе, не сводили глаз с радужного купола, откуда должно было прийти сопровождение.

Ближе всего к Твайлайт находился рыжий единорог, кутавшийся в зелёную мантию. Его голову покрывала растрёпанная кудрявая грива, на переносице от мороза белели очки, рассеянный взгляд направлен в никуда — распознать в нём увлечённого волшебника было нетрудно. Рядом с молодым магом стоял огромный чемодан, едва ли не с него самого размером. Спаркл догадывалась, что он вез с собой всё исследовательское оборудование, которое у него было.

У края платформы находилась пони в сером, остававшаяся абсолютно недвижимой с того момента, как она покинула поезд. Её монолитная фигура напоминала Твайлайт статую, но как бы ни хотела единорожка увидеть её глаза, чтобы убедиться в обратном, незнакомка прятала свою мордочку в тени капюшона.

Парочка пегасов обсуждала погоду: бирюзовый жеребец с перевязанным крылом, слушая лавандовую спутницу, грел её копыта своим дыханием. Из-за одежды Твайлайт не могла увидеть кьютимарок, но они оказались не нужны, чтобы узнать следующую троицу.

— Твайлайт Спаркл, надо же! — синяя единорожка тут же подскочила к ней, стоило только их взглядам пересечься, — Твинкл, Лемон, вы посмотрите!

— Менуэтт! — шагнул ей навстречу Спайк, приветливо помахав лапой, — Твинклшайн и Лемон Хартс, какими судьбами?

— Спайк?.. Привет-привет! Ничего себе ты подрос! А ведь виделись не так давно, весной… — продолжала щебетать Менуэтт, — О, капитан, поздравляем Вас! Мы с девчонками, между прочим, подружки невесты!

Упомянутые Лемон Хартс и Твинклшайн подошли к ним, не такие энергичные, но не менее счастливые, и у Твайлайт ёкнуло сердце. Если бы Спайк не назвал их поименно, ей бы пришлось потратить минуты две точно, чтобы вспомнить — она забыла имена пони, которых знала большую часть своей жизни, за один год.

— П-привет, — промямлила она, стыдясь своей забывчивости. Шайнинг Армор, привыкший за годы службы к любого рода неожиданностям, подхватил разговор, за что Твайлайт мысленно поблагодарила его.

— Я рад знать, что Кейденс в самый важный для нас день будут поддерживать такие замечательные леди как вы, — не поскупился на слова Армор, — Друзья Твайли — мои друзья.

— Это честь для нас! — с почтением отозвалась Лемон Хартс. — К тому же, я отвечаю за официальную часть мероприятия, поэтому если вас что-то не устраивает в стандартной программе — обращайтесь ко мне.

— Даже если бы мне хотелось вычеркнуть больше половины всех пунктов?

Все, кроме Твайлайт, расхохотались.

— Я так подозреваю, это встреча гостей? — понимающе закивала лимонно-желтая единорожка, — я сама не люблю эту часть, но она необходима...

Пока Шайнинг Армор и Лемон Хартс обсуждали детали предстоящего торжества, Менуэтт и Твинклшайн шагнули ближе к Твайлайт, тоже не находя интереса в обсуждении скучных королевских приемов.

— Да, не привыкшие мы к холодам, — вздохнула Менуэтт, притопывая на месте, — но говорят там, под куполом, лето, это правда?

"Не надолго..."

— Правда. Проходя через купол, снежные облака согреваются и становятся дождевыми, поэтому все стараются жить ближе к центру, чтобы не попадать под осадки.

Об этом писала Кейденс в своих письмах. Единорожки переглянулись, ухмыляясь чему-то своему.

— Ты по-прежнему ходячая энциклопедия, — рассмеялась Менуэтт, заметив растерянность в глазах Твайлайт.

— Ну хоть что-то не изменилось с тех пор, — рассудила Твинклшайн, — сейчас уж очень не хватает стабильности.

Спайк очень вовремя решил вклиниться в разговор, потому что подруги от одного упоминания о мирном прошлом впали в тоску.

— И не говорите. Раньше мне всегда хватало пары сапфирных кексов для перекуса, а теперь я после пяти чувствую себя так, будто ничего и не ел!

Как следует посмеяться им не дал наконец подоспевший конвой из двадцати кристальных пони. Все сразу оживились. Отдав честь Шайнингу Армору, командир попросил пассажиров следовать за ними, выдерживая темп — уже начинало темнеть, поэтому не стоило лишний раз задерживаться в ледяной пустоши.

— Не лучшее начало для нового грандиозного приключения, — обратился Спайк к Твайлайт, с трудом перебирая лапами в глубоком снегу. Волшебница выпустила из рога пурпурный луч, и часть снега перед ними испарилась, облегчая продвижение.

— Лишь бы конец нас порадовал, — слабо улыбнулась Спаркл, вспоминая своё прошлое задание. Да, на этот раз ей бы не помешало немного больше удачи...

* * *

Стоило группе пройти через защитный купол, как все сразу же стали стягивать свитера и мантии: в Кристальной Империи царило настоящее лето, по которому давно скучали эквестрийские пони. Империя оправдывала своё название, поскольку все строения в ней были хрустальными; их блеск слепил гостей, чьи глаза ещё не приспособились к новым условиям. Улицы и переулки, если смотреть по карте, которую Кейденс также прислала Твайлайт по почте, формировали гигантскую снежинку с королевским дворцом посередине, таким образом, все главные дороги (тоже, кстати, хрустальные) вели к Кристальному Сердцу.

Но до дворца дошли не все, многие путники откололись в пути и разошлись по гостиным дворам. Менуэтт, Лемон Хартс и Твинклшайн отделились уже внутри замка, — подружки невесты предпочли сначала устроиться в своих комнатах, пока принцесса принимает близких, — и до дверей тронного зала дошли, не считая гвардейцев, только они втроём: Твайлайт, уже готовившаяся отправиться на поиски Рэдиэнт Хоуп; Шайнинг Армор, чья броня начала спадать и в глазах которого вместо бодрой сосредоточенности отразилась нетерпеливая тоска по любимой; и Спайк, который ни к чему не готовился и ничего уже не ждал, устало и смиренно наблюдая за происходящим.

— Её Высочесто Принцесса Ми Аморе Каденза! — провозгласил чей-то знакомый голос, стоило стражникам распахнуть двери. Оказалось, голос принадлежал Флэшу Сентри; пегас, конечно же, заметил Твайлайт, но не подал виду и застыл по стойке "смирно", когда они проходили мимо. Впрочем, неудивительно — Шайнинг бросил на него взгляд, которым, наверное, можно было бы приструнить Дискорда. На три секунды.

— Добро пожаловать! — раздался следом мелодичный голос принцессы. Нежно-розовая аликорн с аккуратно уложенной трёхцветной гривой поднялась с трона, чтобы поприветствовать их. "Почему она заняла трон? Она ведь не..."

— Кейденс, — счастливо заулыбался Шайнинг, ускоряя шаг. Стоило им наконец приблизиться друг к другу, они тут же бросились в объятия.

— О, Шайни, я так скучала, — сказала она тихо, зачем-то зажигая рог. Зелёное облако магии поправило висевший над ними гобелен.

— Это была твоя идея? Со свадьбой? — спросил он, отстраняясь. Аликорн кивнула, печально опустив глаза.

— Мы должны. Ради будущего этого народа и ради всей Эквестрии... — Кейденс заглянула за плечо Шайнинга Армора и натянула ещё одну, уже другого рода, более формальную улыбку.

— Твайлайт Спаркл! Я рада наконец-то по...

Ожидая этого момента, Твайлайт подскочила к своей прежней няне, нынешней подруге и будущей невестке и загарцевала на месте:

— Солнце светит, веселье потом! — она припала к земле и закрыла глаза копытами, а затем вновь вскочила на ноги, — Постучи копытом, покрути хвостом!

Тишина, воцарившаяся в тронном зале, почему-то напомнила единорожке ту секунду, когда её заклинание невидимости рассеялось прямо перед Найтмер Мун. Все смотрели на неё с непередаваемым изумлением, и особенно, что больше всего ранило Твайлайт, сама Кейденс.

— Ты... т-ты не помнишь? Это же... наше приветствие... — пролепетала Спаркл, понурившись. Аликорн нервно захихикала.

— А... ааа, что-то такое припоминаю... Извини, за годы вылетело из головы, — отмахнулась она и поспешила перевести тему, — о, и Спайк, здравствуй! Надо же, я бы тебя не узнала, не будь ты единственным драконом в Эквестрии! Ты так подрос!

— Это единственное, что обо мне вообще говорят, — пробурчал под нос Спайк, так, чтобы услышала только Твайлайт, и уже громче ответил принцессе:

— Благодарю Вас, Ваше Высочество.

— Вы устали с дороги, верно? Что ж, пусть стража отведёт вас в ваши комнаты, обсудим дела за ужином, — Кейденс вновь повернулась к Шайнингу, видимо, намереваясь отвести его в их покои. "Но это дело не терпит отлагательства!"

— Подожди, Кейденс...

— Ми Аморе Каденза, — немного раздражённо бросила принцесса, но когда она обернулась, на её мордочке было только спокойствие и доброжелательность, — Да, Твайлайт?

— Мне кажется, я знаю, с чего нужно начать поиски Сердца, Рэдиэнт Хоуп...

По глазам Кейденс Твайлайт поняла, что ей знакомо это имя, однако слушать дальше аликорн не стала.

— Ох, всё потом, всё потом, вам нужен отдых. Ты погляди только, как поддержка щита в Кантерлоте измотала Шайни, давайте пару часов не будем говорить о делах?

Не дождавшись ответа, она увела Шайнинга за собой; старший брат посмотрел на Твайлайт через плечо и растерянно закивал, послушно соглашаясь с решением Кейденс.

— Добрый день, — подлетел к ним Флэш Сентри, теперь уже не боясь грозного присутствия Шайнинга Армора, — мне поручено проводить вас.

— Какого Дискорда ты здесь? — окинул его недоверчивым взглядом Спайк, — Если ты преследуешь эту пони, — он указал на единорожку, — лучше бросай это дело. Я с ней всю свою жизнь, посмотри на меня и сделай выводы.

Твайлайт закатила глаза, не в силах посмеяться вместе с ним — её не оставляло ощущение, что с Кейденс что-то не так. Она помнила их, даже Спайка, но...

— Что вы, меня сам капитан перевёл сюда, — покраснев, пегас смущённо провёл копытом по гриве, убранной сквозь отверстие в шлеме в высокий гребень, — вместо наказания.

— Ты часто видишь принцессу в замке? — ни с того ни с сего спросила Спаркл слишком спокойным тоном, чтобы не понять, что она сдерживает свои эмоции. Флэш на секунду задумался.

— Ну как сказать, поскольку мой пост в тронном зале, я вижу её практически целый день, если только она не отправляется в библиотеку и не просит пойти с ней. Я передаю поручения, переношу книги, иногда даже записи веду...

— Во имя Селестии, ты уже почти как я... — картинно ахнул Спайк, продолжая своё представление, однако у Твайлайт на его подколки не было времени.

— В таком случае, Флэш Сентри, расскажи мне о ней. Всё, что сможешь вспомнить.

## 2x02 Душа

Часть 2: Сердце Севера

Глава 2: Душа

Хрустальные своды замка дарили приятную прохладу и радовали глаз своим мерцанием. Нависшая над всей Кристальной Империей угроза и не ощущалась вовсе — кристальные пони мило улыбались при встрече, уже почти без свойственной им робости и растерянности. Кейденс писала, что в первые дни они, запуганные и неразговорчивые, шарахались от каждого слова и постоянно озирались, не веря своим глазам, что всё снова в порядке. Благодаря психологической поддержке юной принцессы кристальные пони начали приходить в себя, жизнь в Империи постепенно возвращалась в своё русло, и всё бы замечательно, если бы не…

— Мало нам потерянного сердца и погодных катаклизмов! Что делать чейнджлингам здесь, на севере? С чего ты вообще решила, что с Кейденс что-то не так? — уткнув передние лапы в бока, вопрошал Спайк.

— Она не помнит наше приветствие, которому сама же и научила меня, — Твайлайт бросила раскладывать содержимое сумок по полочкам, поворачиваясь к дракону, — Прежде она никогда не требовала, чтобы к ней обращались полным именем, я его даже не знала! Моя Кейденс не стала бы откладывать важные дела на потом, когда на счету каждая секунда!

— Ты уверена, что у тебя не паранойя? На Кейденс сразу свалилось столько забот, нет ничего удивительного, если она будет раздражительнее и забывчивее, чем обычно…

Единорожка покачала головой — слова Спайка, обычно успокаивавшие её, только подпитывали её уверенность в подмене принцессы.

— Когда Кризалис притворилась тобой, я увидела много странностей в её поведении, но не придала им особого значения. Ты знаешь, к чему это привело. К тому же не я одна заметила, что Кейденс ведёт себя непривычно.

Флэш Сентри, до этого момента молча переводя взгляд то на Твайлайт, то на Спайка, прокашлялся.

— Мда, забавно вы так с порога рассуждаете, принцесса уже и не принцесса, а шпион…

Спаркл сердито свела брови.

— Ты же сам сказал, что она словно забыла тебя? Как это понимать?

— Забыла, да… А помнила ли? Я же обычный стражник. Да, Её Высочество звала меня по имени, но это ничего не значит…

— Для такой пони, как Кейденс, это значит всё. Это её суть, её душа.

Флэш задумчиво повертел шлем в копытах, раздумывая над словами Твайлайт.

— Хорошо, у вас есть план, как её раскрыть? Заклинание, ещё что-то?

— Да, но мне нужно постараться сделать это при Шайнинге и придворных, чтобы мне поверили…

— А если кристальные пони увидят, что вместо принцессы им подсунули Кризалис, не погубит ли это империю окончательно? Ты же помнишь, от их надежды зависит судьба Империи и всей Эквестрии.

Спайк даже уважительно закивал — ему не приходилось ожидать такой дальновидности от стражника, бросившего пост ради жеребяческого геройства. Твайлайт растерянно посмотрела на Флэша Сентри, отвлекаясь от листания книг.

—…а ты прав. Как же быть?

— Я думаю, самое время обратиться к главному правилу всех пони, кто посвятил себя службе! — пегас с гордостью приложил шлем к сердцу, вскинув голову так воодушевленно, что и дракон, и единорожка прониклись его настроем.

— Какому?

— Если чего-то не понял, спроси старшего по званию! Я думаю, надо прийти к капитану и поделиться с ним подозрениями. В его интересах взять в жены настоящую принцессу, а не жука, упаси Селестия.

Только новобранец мог предложить что-то настолько элементарное, но Спайк выразительным взглядом убедил Твайлайт, что выхода у них всё равно нет.

— Н-ну… Попробовать стоит!

* * *

— Попробовать стоило, — вздыхал Спайк, хрустя кристальным батончиком, — но момент мы выбрали неудачный…

Красная как рак Твайлайт прятала своё смущение под длинной челкой, якобы увлеченно читая меню, Флэш Сентри нервно хихикал, почесывая шею, а Спайк не мог наглядеться на великовозрастных жеребят — наверное, такими он их видел с высоты своей драконьей невозмутимости, думала единорожка. После увиденного они впопыхах решили, что нужно срочно выйти в город и заглянуть в ближайшую таверну, побеседовать с местными.

«Это в большей степени правда, чем неправда. Нет, я не сбегаю от брата и его невесты, мир не перевернулся, я уже давно знаю, как всё это заведено. Всё нормально. Всё в порядке!» Но почему же румянец не сходит?..

В таверне оказалось совсем немного пони, потому что до ужина оставался ещё целый час; впрочем, они всё равно ничего не могли сказать о Рэдиэнт Хоуп. Обслуживавшему их владельцу таверны имя волшебницы показалось знакомым, но его вдруг странно передёрнуло, и он резко сменил тему, спрашивая, будут ли они брать что-нибудь. Твайлайт так и не определилась с закуской, Флэш в один укус расправился с армейским сухпайком, а вот Спайк купился на сияющий всеми цветами радуги кусочек хрусталя. Кроме сияния, ничего в этом батончике примечательного не было. Одни разочарования.

— Да бросьте, они же просто целовались! Ну может быть немного увлеклись, что даже нас не заметили, но…

— Спайк, — выдавила Спаркл, пряча свою мордочку за папкой, — Просто… давай… не будем… говорить… об этом.

Дракон развел лапами:

— Хорошо. Так что будем делать?

— Можно подловить капитана после ужина, — предложил Флэш, — главное — успеть, потому что перед сном принцесса обычно обходит замок, она наверняка пригласит и его с собой.

— Продолжать начатое?

— Спайк! — возопила Твайлайт и тут же виновато покосилась на хозяина за барной стойкой, который даже ухом не повёл, глубоко размышляя о чём-то своём. Остальным кристальным пони тоже не было дела до чужаков, они уже собирались уходить.

— Молчу-молчу.

Зацепок не было, а пустые разговоры никто из троих не любил, поэтому за их столиком надолго воцарилось молчание. Солнечная погода по ту сторону купола позволяла пони насладиться закатом: хрустальный город пылал алым под лучами солнца, постепенно насыщаясь подступающей ночной синевой, и особое мерцание многогранных кристаллов делало зрелище ещё более чарующим.

— В последнее время вечера всё краснее. Холодает, — спустя какое-то время поделился наблюдениями Флэш Сентри, — не вам меня называть параноиком, так что я скажу, что меня этот красный… пугает.

— Почему?

— Интуиция. И, знаете, я не один такой. Кристальные пони тоже тревожатся. Ещё две недели назад они гуляли до глубокой ночи, а сейчас, словно боятся этого света, запирают двери, как только солнце начинает исчезать за горизонтом. Глядите, в таверне никого не осталось.

Твайлайт задумчиво обвела взглядом башни кристального замка, которые хорошо обозревались из окна. Багрянец, которым окрасились их вершины, и в самом деле казался… зловещим.

— Судя по всему, он вызывает ассоциации с Сомброй… Тем лучше! Когда воспоминания вернутся, мы наверняка получим новые подсказки.

Дракону ход её мысли не понравился.

— Бессердечная ты, Твайлайт. Им ведь совершенно не хочется это вспоминать.

— Если мы не найдём Сердце, тогда Сомбра будет править вновь. Что лучше — вспомнить кошмар прошлого или вновь испытать его в настоящем?

Спайк и не собирался продолжать спор, признавая правоту Твайлайт, но их прервали: влетевший в дверной проём гонец из замка уведомил их о том, что Её Высочество Ми Аморе Каденза с её наречённым ждут компанию к праздничному ужину. Ещё несколько часов назад Твайлайт предвкушала их с Кейденс беседу, но теперь у неё отпало всякое желание возвращаться в замок. Но и стучаться в каждую дверь с расспросами она считала бесполезным — вряд ли в такое время пришлая единорожка вызовет доверие. Лучше дождаться утра и попытать счастья, бродя по улицам и опрашивая прохожих, пока они не испытывают тревоги и чувствуют себя комфортно.

* * *

— Как тебе Кристальная Империя, Твайли? — поинтересовался Шайнинг, отхлебнув немного чая. До самого десерта они никак не могли завязать разговор, хозяйка была непривычно тиха и лишь изредка делала замечания по поводу блюд, а кроме Кейденс никто не умел вести долгую оживленную беседу. Твайлайт ожидала совсем не такой угнетенной атмосферы, Спайк тоже скрипел зубами, но первым сдался Шайнинг — ведь у него не было никаких подозрений и он не мог понять, что же произошло с его семьёй.

— А? — вопрос брата вытянул Спаркл из глубоких раздумий, — А, чудесный город, всё именно так, как говорится в легендах.

— Я бы очень хотел, чтобы мы прогулялись ко всем достопримечательностям, но обстоятельства не дают такой возможности, — искренне огорчился Армор, — надеюсь, что у нас однажды будет время.

— Но хотя бы на экскурсию по дворцу найдётся час-другой? — предложил Спайк, переставая клевать носом в тарелку, — Мы бы тут потерялись, если бы не Флэш Сентри.

Твайлайт не была уверена, что привлекать эту подозрительную Кейденс к расследованию разумно, но, с другой стороны, это была возможность понаблюдать за её поведением. Сама Кейденс идеей тут же загорелась:

— Я с удовольствием проведу вас! Отправимся сразу после завтрака?

— Решено, — притопнул Шайнинг, — думается мне, мы можем ненадолго поручить все приготовления подругам невесты. Будем разгадывать тайны замка, совсем как в старые времена, да, Кейденс?

В его словах было что-то, что могли понять только они вдвоём, но аликорн не сразу уловила суть и лишь через несколько секунд неловко опустила взгляд, кивая и даже слегка заливаясь краской. Твайлайт посмотрела на Спайка — его прямо-таки распирало сказать что-то компрометирующее, но стоило их взглядам пересечься, он состроил недовольную мину и вновь уткнулся в недоеденный пирог. Единорожка надеялась, что они хотя бы успеют выйти из-за стола, когда его терпение иссякнет.

— Если Рэдиэнт Хоуп жила здесь, возможно, во дворце осталась её комната? Какие-нибудь вещи?

Шайнинг, уже начавший тонуть в глазах Кейденс, с заметным нежеланием повернулся к остальным. Твайлайт ощущала вину перед братом, вмешиваясь в его взаимодействия с будущей женой, будь то диалог или простой обмен взглядами, но перед Ми Аморе Кадензой совесть почему-то утихала: странное поведение принцессы порождало в единорожке разве что необъяснимую неприязнь.

— Рэдиэнт Хоуп была ученицей принцессы Аморе? — спросила Кейденс без особого желания услышать ответ, — странно, но для неё не отведены никакие покои во дворце. Есть, конечно, много пустующих, но там не осталось личных вещей жильцов, и никто из местных обитателей не произносил при мне её имени.

— Мы считаем, что здесь очень много тайников. Будучи сильным магом, она могла спрятать какие-нибудь записи, догадки о том, как победить Сомбру, возможно, даже Сердце…

— Вряд ли обойдётся простыми поисковыми заклинаниями, — заметил Шайнинг Армор, и Твайлайт поспешила заверить его:

— От принцессы Селестии я узнала новые чары, это должно помочь.

Спайк резко поднялся с места и уперся передними лапами в стол.

— Ты собираешься использовать эту гадость на целый замок?

Три пары глаз уставились на него с недоумением, но его это не смутило. Всем своим видом дракон был несогласен с планом. «Видимо, что-то в той магии не на шутку напугало его».

— Если понадобится, Спайк, мне придётся зачаровать всю империю.

— Ты словно не видела, что стало с принцессой, — фыркнул он, качая головой, — обещай мне, что не будешь так рисковать.

— Обещаю, что без крайней необходимости…

— Нет, никогда.

Все обещания, в которых фигурируют слова «всегда» и «никогда», как правило, не удаётся сдерживать. Спайк сам говорил об этом и не раз.

—…хорошо, не буду.

Второе обещание, в котором Твайлайт не могла быть уверенной даже наполовину.

«— Просто больше так не делай. Я не настаиваю в участии во всём, что ты затеваешь, но хотя бы держи меня в курсе дела».

— «Хорошо, не буду».

Если она хоть одно из них нарушит, что он скажет? После этого остаются друзьями или нет? «Принцесса, я попутно изучаю дружбу, как вы и говорили, но чем дальше, тем сложнее…»

— Коли эта магия так опасна, давайте использовать её лишь тогда, когда найдём важную зацепку, — выступил с компромиссом Шайнинг Армор, — и, конечно, я бы тоже хотел взять пару уроков.

Капитан королевской стражи по долгу службы всегда должен учиться чему-то новому, набирая как можно больше навыки навыков и заклинаний в свою копилку, но в этот раз он столкнулся с непреодолимым сопротивлением:

— Тебе нельзя истощать силы, Шайни, иначе мы не удержим барьер!

— Ещё один самоубийца!

— Если принцесса не рассказала тебе, значит, так было нужно!

Настаивать единорог не стал, умилившись заботе родственников, и допил, наконец, свой чай. Все остальные тоже покончили с десертом. Семья поднялась из-за стола и подошла к балкону, пока парочка служанок ловко собирала всю посуду. Уже спустя две минуты зал выглядел так, будто и не было никакого маленького праздника, одно лишь чувство сытости напоминало о нём.

Шайнинг, решив для себя, что прежнее напряжение в их кругу возникло лишь из-за его страхов и волнений, был в весёлом расположении духа, несмотря на усталость. Только-только он хотел предложил им пройтись хотя бы по одному этажу перед отбоем, как Кейденс нежно накрыла его копыто своим.

— Мне очень не хочется просить тебя об этом, но…

— Мы же договорились, всё в порядке. Купол ведь просто нужно наполнить энергией? С щитом против чейнджлингов было сложнее, и, не считая основы, которую создала принцесса Селестия, я был один. Вместе у нас обязательно получится удержать барьер ещё месяц.

Взор Кейденс, до того момента казавшийся Твайлайт ледяным, смягчился; кажется, она на самом деле была счастлива рядом с Шайнингом в этот миг. «Неужели моя интуиция… неужели я просто выдумала всё?»

— Я рада, что ты готов разделить со мной эту ношу, милый.

Твайлайт хотела предложить им помощь, но вовремя одёрнула себя. У них есть своё задание, а у неё — своё.

— Теперь я не одинока в этих стенах, — улыбнулась Кейденс, впрочем, всё также искусственно, — Надеюсь, вам всё понравилось, несмотря на обстоятельства, из-за которых нам пришлось так скоро…

— Спасибо, Кейденс, мы… — начала было Твайлайт, немного оттаяв, но принцесса тут же прервала её:

— Ми Аморе Каденза, — по голосу аликорна было непонятно, чего в ней больше, недовольства или… — пожалуйста.

Она смущена?

— А что не так с Кейденс? — наконец и Армор заметил странную особенность невесты поправлять собственное имя.

— Ну… Это ведь ты придумал, — уголок её рта дёрнулся, будто ей было тяжело удерживать виноватую улыбку на своей мордочке, — я бы хотела, чтобы только ты называл меня так. Хотя бы сейчас, до свадьбы.

— Как хочешь, — просто согласился он, окончательно поддавшись её чарам, — ну что, идём? Спокойной ночи, Твай, Спайк!

— Спокойной, — с требуемым, но недостаточным дружелюбием пожелал в ответ им Спайк и, стоило паре отойти на достаточное расстояние, приоткрыл портьеры, лапой указывая на видневшийся с балкона кусочек неба.

— Солнце уже зашло, но весь город до сих пор будто в огне, — алое сияние, разливавшееся на кристальными домами, доставало даже до верхних этажей дворца. Твайлайт поёжилась от представшего перед её глазами зрелища, но всё же подошла к балюстраде и окинула взглядом империю. В каждом окне горел свет, но сияние будто поглощало его, озаряя чёрное небо лишь густо-красным.

— Жутко, да?

Твайлайт подпрыгнула на месте от неожиданности — Флэш Сентри появился словно из неоткуда прямо за её спиной.

— Ты! Н-не пугай так больше, — возмутилась она под ехидные смешки наблюдавшего за ними Спайка, — по крайней мере до тех пор, пока мы не выполним задание.

— Как скажете, — послушно поклонился стражник, — итак, куда вас проводить?

— От Кейденс я наслышана о горячих источниках под замком, хотелось бы искупаться перед сном…

— Флэш, потрёшь спинку?

— Это что такое ты нам предлагаешь, Спайк?!

— Я за себя просил, а не за тебя, так то!

* * *

Едва оказавшись в своей комнате, Твайлайт, не удосужившись хотя бы высушить гриву, так и забегала с полотенцем на голове, осматривая каждый уголок. На удивлённый взгляд Флэша Спайк только развёл лапами, давно не удивляясь причудам единорожки.

— И всё-таки это паранойяаааАААА?! — вскрикнул Флэш Сентри, когда рог волшебницы зажёгся и она окатила их с драконом магической волной, не причинив, в общем-то, никакого вреда.

— Я буду проверять вас обоих при каждой встрече, уж не обессудьте.

— А вдруг твоей магии недостаточно, чтобы различить подслушивающие чары или поймать скрывающегося в этом помещении шпиона? Вон, под потолком воздух подозрительно дрожит, — подтрунивал дракон в предвкушении новой череды проверок, но Твайлайт только ухмыльнулась, не поддаваясь панике.

— Я вполне уверена в своих способностях как агента, — самодовольно заявила она, — я достаточно долго и усердно готовилась к вылазке в Замок Двух Принцесс, уж в разведке и шпионаже я разбираюсь.

— Флэш Сентри, гляди внимательно, это исторический момент — Твайлайт уверена, что её трудов достаточно!

— А в остальное время как? — повёлся на драконьи слова Флэш. Не собираясь слушать поток мысли, которым разверзся Спайк, Твайлайт села на кровать и всё-таки глянула на потолок. Ничего подозрительного в кристальном своде не было, но Твайлайт не винила себя в чрезмерной осторожности, поэтому добавила в свой мысленный список пункт «проверять потолки».

В целом это были очень уютные покои. Мебели ровно столько, сколько может потребоваться молодой увлечённой наукой пони — маленький шкаф для одежды, большой шкаф для книг и широкий (в самый раз для того объема бумаг, который обычно бывает у Твайлайт) письменный стол у окна. Стоявшая напротив кровать была просторна, а уж какая мягкая постель… «Спать здесь, наверное, одно удовольствие, особенно после тяжелого рабочего дня», — сама того не заметив, она громко зевнула и, лишь после осознав, что находится в комнате не одна, неловко прикрыла рот копытом. «И почему он так на меня смотрит?» На самом деле, Флэш посмотрел на неё всего лишь пару секунд и вновь повернулся к Спайку, ухмыльнувшись чему-то своему, но у единорожки ни с того ни с сего быстрее застучало сердце, и она не знала, что хуже — само это состояние или отсутствие рационального объяснения для него.

— Скоро полночь, — заметил Спайк, вдруг оборвав свой монолог о привычках и связанных с ними приключениях Спаркл, — у вас же пересменок обычно в это время?

Пегасу было не в радость вспоминать о своих прямых обязанностях, но вместе с утомлением на его мордочке появилось странное горделивое выражение, присущее, пожалуй, только гвардейцам:

— Да, но сегодня я ещё и дежурю в этом коридоре. Пожалуй, выйду-ка на пост, пока капитан обход не начал. Доброй ночи, зовите, если что.

Откланявшись, Флэш вышел за дверь, и только тогда Твайлайт вспомнила, что ей ещё нужно перед сном написать письмо родителям. Подскочив к столу, она огляделась в поисках перьев и бумаги.

— Никогда не видел Шайнинга таким окрылённым, — Спайк протянул ей сумку с письменными принадлежностями, — да и его подчинённые не отстают…

— Прекрати всех со всеми сводить, что за бестактность, — пожурила его Твайлайт, потрепав по макушке, — лучше помоги мне написать маме и папе.

— «Дорогие Твайлайт Вельвет и Найт Лайт, сегодня я встретилась со своим зазнобой, приревновала брата к его невесте и заклеймила принцессу чейнджлингом, и это всего за полдня»!

— «Дорогие мама и папа, сегодня я в сотый раз пожалела о том, что сдала экзамен в академии магов и породила на свет это чешуйчатое недоразумение»…

— «А этот жеребчик очень даже ничего. Притворяется дурачком, но смекалка есть, и крылья такие, ну… мощные, знаете».

— «Жалко у Спайка таких нет».

Дракон ударил лапой по деревянной столешнице, чуть не расплескав чернила.

— А вот это обидно было!

— Ты первый начал, — справедливо заметила Твайлайт, беззлобно радуясь маленькой победе над его несносным нравом, — к тому же, рано или поздно крылья у тебя появятся, а мне вот всю жизнь на своих четырёх. Ладно, к письму. «Дорогие мама и папа, мы успешно добрались до Кристальной Империи и пишем вам, наблюдая в окно её ослепительную красоту…»

* * *

— Ну как спалось на новом месте? — кажется, за ночь Кейденс успела переосмыслить своё отношение к будущим родственникам и выглядела куда дружелюбнее. Подойдя ближе к Твайлайт, она уже тише добавила: — Не приснился ли жених невесте?

«Во имя Селестии, и она туда же…»

— Большое спасибо, очень комфортно, правда же, Спайк? — втянув Спайка, она надеялась хоть как-то обойти тему её личной жизни, которая вдруг заинтересовала принцессу. Если ещё с прежней Кейденс они могли поговорить о чём-то подобном (в конце концов, у неё ведь была магия любви!), то с этой, которую Твайлайт всё же не могла признать настоящей, откровенничать совершенно не хотелось.

— Очень комфортно перетаскивать тебя из-за стола на кровать, согласен… — проворчал он, для вида разминая лапы. На самом деле они оба уснули за недописанным письмом, но Спайк проснулся первым и решил, что оставлять пони в таком положении нельзя, иначе утром она будет чувствовать себя совершенно разбитой несмотря на многолетний опыт сна в сидячем положении. В итоге он просто уронил её со стула; на поднявшийся крик прибежал полусонный Флэш, которому тоже досталась своя, ничем не заслуженная порция негодования, а затем Твайлайт выставила обоих за дверь, чтобы потом взглянуть на часы и горестно вздохнуть — до подъёма оставался всего час.

— Как весело! — Кейденс заулыбалась, не проникнувшись глубокой трагедией, которую пережила троица, — как же здорово, что вы приехали, теперь в замке закипит жизнь!

Те, кому было суждено с лёгкой подачи принцессы оживить местное общество, мрачно переглянулись и синхронно зевнули. Впрочем, не выспались не только они — Шайнинг, хоть и выглядел счастливым, тоже едва размыкал глаза.

Экскурсия по замку обещала занять полдня. Первым на очереди был тронный зал. На этом настояла Твайлайт, полагая, что лучший способ спрятать что-то — оставить это на виду, однако чутьё её обмануло: трон не отъезжал в сторону, под коврами и за портьерами не было тайных люков и дверей. Увидев чёрные искры над её рогом, все единогласно решили как можно скорее отвести раздосадованную Спаркл в библиотеку, пока она не наделала глупостей. Это сработало на «ура» — набитые тысячами книг полки, рядами выстраивавшиеся в высокие стеллажи-лабиринты, действовали лучше всякой терапии.

— С тех пор, как ты рассказала мне о здешней библиотеке, я не могла спокойно спать, — призналась Твайлайт принцессе, — я бы давно хотела почитать…

— Эй-эй, мы же по конкретному делу здесь, — напомнил Спайк, опасаясь, как бы экскурсия не затянулась до следующего утра, — мы ищем тайники, а не книги, Кей… Ми Аморе уже прочла все книги, которые могли бы помочь.

Что-то вдруг щёлкнуло в голове Твайлайт, словно включился свет. «Это ведь ты придумал»… Сколько бы единорожка себя ни помнила, она всегда называла подругу Кейденс и никак иначе — причём здесь Шайнинг?.. Эти мысли заставили её отвлечься от остальных; Спайк, привыкший к «приступам задумчивости» Твайлайт, молча направился в правый коридор, а Шайнинг и Кейденс вместе спустились по центральной лестнице. Сопровождавший их Флэш Сентри, обрадовавшись, что за ним никто не наблюдает, самозабвенно привалился к кристальной колонне, надеясь вздремнуть хотя бы пару минут.

— Молодчик, опять принцесса прислала за книгами? — спросил знакомый скрипучий голос, и кто-то понимающе похлопал пегаса по плечу. Увидев бледно-фиолетовую пожилую пони в очках, стражник сразу выпрямился и поправил свой шлем, улыбаясь во все зубы.

— Доброе утро, бабуль!

— Доброе, Флэш, доброе, — кивнула она, — Так что вы ищете на этот раз?

— Здравствуйте, Вы библиотекарь? — подбежала к ним Твайлайт, отбросив размышления об имени Кейденс на потом, — Меня зовут Твайлайт Спаркл, я сестра Шайнинга Армора…

— О, её Высочество часто упоминала Вас, — вспомнила старушка, добродушно улыбаясь, — я рада, что такая большая любительница книг наконец-то попала в нашу библиотеку. Меня зовут Аметист Мазбэри, обращайтесь, если нужна помощь.

— Уже! Скажите пожалуйста, можете ли вы узнать, какие книги читали Рэдиэнт Хоуп и Сомбра?

Ужас на мордочке пони, которую, казалось, уже ничем нельзя было поразить, был так ярок, что единорожка сама испугалась своего неожиданного вопроса. Аметист Мазбэри растерянно уставилась в сторону, не зная, что и ответить.

— С-сомбра?.. О, пожалуй, да, но только те, которые они выносили за пределы библиотеки…

— А мы можем взглянуть на эти списки?

— Вообще-то, это конфиденциальная информация, — вовремя заметил Флэш Сентри, но Твайлайт шикнула на него, не понимая, как это может иметь значение перед лицом надвигающейся угрозы.

— Разве твоя должность не даёт тебе право доступа к любой информации, которая может помочь в поддержании безопасности королевства?

Сентри отступил, признавая её правоту — он и забыл, что помимо обязанностей вместе с гвардейским доспехом у него появились и привилегии.

— Хм, а ведь верно… Необходимо разрешение капитана стражи, но если вы торопитесь, по старой дружбе уступлю. Идёмте, я поищу их читательские карточки, — не стала колебаться Аметист Мазбэри и проводила их к своему архиву.

Как выяснилось, все жители Кристальной Империи были книголюбами, чего и следовало ожидать от высококультурного государства древности. «Вернусь в Кантерлот — обязательно налажу поставку книг в Кристальную Империю, они должны знать, что происходило с миром в течение тысячи лет их отсутствия…»

— Держите, — библиотекарь быстро нашла нужные папки. Удивительно, но списки оказались даже больше, чем у других кристальных пони.

— Я помню этих жеребят, — Аметист Мазбэри сняла очки и протёрла глаза, растрогавшись от нахлынувших воспоминаний, — они целыми вечерами засиживались здесь, а когда не оставалось сил, они забирали недочитанные книги домой, чтобы уже утром вернуться за новыми… Славные дети… Жаль, что конец их книги оказался несчастливым.

— Конец ли? — с сомнением пробормотала Твайлайт, остановив свой взгляд на последней позиции списка Сомбры.

— Ты что-то нашла?

— Да. Не знаю, последняя ли это книга, которую читал Сомбра, ведь после воцарения он мог брать всё, что пожелает, но… «Бессмертие души»? Зачем ему это? Ведь он искал дверь в царство теней…

— Да мало ли зачем? — развёл крыльями Флэш, — Души могут служить питанием для теней, души можно подчинить, да много чего…

Твайлайт скептически отнеслась к его предположениям.

— Не думаю, что именно это его интересовало. О, а у Рэдиэнт Хоуп ещё интереснее!

— Что там?.. «Пространственно-временные перемещения»?

— Неужели это она заточила Кристальную Империю на тысячу лет? Или, наоборот, она хотела остановить… Нам нужны две эти книги, они наверняка где-то остались!

— Какие-какие книги? Я, кажется, нашёл что-то подозрительное! — зашумел за их спинами Спайк, размахивая толстым фолиантом в позолоченной и инкрустированной кристаллами обложке, — От неё прямо-таки веет чёрной магией, той самой, которой тебя научила Селестия!

Аметист Мазбэри уже собиралась сделать ему замечание, но стоило ей кинуть взгляд на книгу, как вдруг её ноги подкосились, будто старушка в одно мгновение лишилась сил. Флэш Сентри поймал её, растерянно оглядывая пожилую пони и не понимая, что случилось.

— Она… она без сознания! В чём дело, сердечный приступ?!

— Она увидела эту книгу и упала? — спросил Спайк, опасаясь подойти ближе, — почему тогда на нас не действует?!

— Спайк, спрячь её в сумку! — крикнула Твайлайт, выбегая к нему в основной проход и озираясь в поисках помощи, — Эй, кто-нибудь! Флэш, если это заклинание, это так просто не пройдёт, ей нужно в лазарет!

— Аметист Мазбэри, очнитесь! Твайлайт! Смотри, она… словно…

Обернувшись, единорожка не удержалась от испуганного вопля. Тело библиотекарши начало медленно кристаллизироваться, становясь хрустальной статуей, а затем от самого сердца начала распространяться чернота.

— Нет! Нет! — метался в панике Флэш, не видевший в своей жизни ничего подобного, — Что это такое?! Как это остановить?! Пожалуйста, Аметист Мазбэри!

Чернота дошла до плеч и спины, и первая трещина вдруг прошла по груди старой пони. Этот тихий, но страшный треск ввёл единорожку в ступор.

— Нет… нет-нет-нет…

«Такая магия… Как же я справлюсь… Что я могу… Неужели она сейчас просто рассыпется, и я ничего не смогу сделать…»

— Любовь, Твайлайт! Её спасёт любовь! — словно из тумана рявкал ей в уши Спайк, тряся её за плечи, — очнись, ты же здесь единственный маг, только ты можешь!

— Любовь?..

— Кристаллы аккумулируют и ненависть, и любовь! Так говорила Селестия!

«Но откуда мне взять любовь такой силы, чтобы..?»

Пегас, скинув шлем и обхватив копыто старой знакомой своими, беспомощно наблюдал сквозь слёзы, как последняя жизнь покидает её.

— Совсем недолго, но Вы… как родная бабушка… пожалуйста!..

«…Ага».

Твайлайт опустила копыта на его плечи и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на его ощущениях. Чувства Флэша были ясными, чёткими и сильными — тоска по дому, по родным, у которых почему-то не было своих голосов и мордочек, одиночество и луч света сквозь мрак… чувство уюта и безопасности, тепло, которое дарила ему жизнь среди сослуживцев, путешествие в Кристальную Империю, ароматный вкусный чай, которым угощала его Аметист Мазбэри, её воспоминания, её забота… Спаркл не хотелось проникать во что-то настолько личное, но только так она смогла найти силы — её рог зажёгся не розовым, как обычно, волшебством, а ослепительно-белым, и в следующую секунду вся библиотека залилась живительным светом.

* * *

Твайлайт не хотела открывать глаза — уж слишком мягко и тепло ей было, и голова странно гудела, будто после трудного заклинания. Кем-то заботливо подоткнутое одеяло не хотело выпускать из своих объятий, и Твайлайт уж решила, что можно снова провалиться в океан неги, но стоило одной мысли ударить её в голову — и единорожка подорвалась на месте, перепугав всех, кто сидел около её кровати. А именно Спайка, Шайнинга и, кажется, всё ещё поддельную, Кейденс.

— Слава Селестии! — воскликнул Армор, останавливая сестру от спринтерского забега до библиотеки, — Ты большая молодец, Твайли!

— Кто бы мог подумать, что настолько опасная вещь будет в публичном доступе, — вздыхала аликорн, — хорошо, что всё обошлось.

— Обошлось? — взволнованно спросила Твайлайт, вновь ощущая слабость после мгновенного выброса энергии, — У меня…

— Получилось, — успокоил её Спайк, — Аметист Мазбэри скоро будет в полном порядке. Ты справилась.

— Точно же ты сказал, слава Селестии…

Единорожка осела в крепких объятиях брата, одновременно разбитая и счастливая. «Как же хорошо, она жива…»

— А книга?..

Спайк помрачнел при упоминании проклятой книги. Он похлопал по своей сумке, но не осмелился даже мельком показать её.

— Её больше никто не видел?

— Если на нас не повлияло, не значит, что остальные кантерлотские пони в безопасности.

«Кантерлотские… верно, мы не кристальные пони, возможно, поэтому мы и остались целы… но…»

— Ты прав. Лучше не рисковать и сначала снять проклятие.

— Но не сейчас, ты потратила слишком много сил! — запротестовал Шайнинг Армор, отстраняясь, — мы пойдём искать дальше, а ты пока отдыхай.

Спустя несколько минут споров Шайнинг Армор всё-таки убедил Твайлайт, что магия любви Кейденс должна будет защитить их от повторения этого инцидента. Привести в качестве аргумента то, что перед ним вовсе не Кейденс, Твайлайт не могла, поэтому, скрепя сердце, всё же отпустила будущих супругов. Со слов Шайнинга единорожка также узнала, что Лемон Хартс довольно хорошо справляется со своими обязанностями и уже дописала программу для празднества, а завтра Кейденс должна дегустировать блюда. «Дела идут вперёд, пора бы и мне взяться за работу…»

— Чтоб мне провалиться! — гневно рыкнул Спайк, бросая злосчастную книгу на стол и усаживаясь за него, отодвинув недописанное письмо в сторону. Твайлайт не ожидала, что произошедшее так огорчит его, но он сидел чернее тучи, обвиняя себя в случившемся.

— Спайк, ты ведь не мог знать…

— Да понимаю я. Просто… это ведь артефакты, они всегда опасны, сколько мы с тобой историй прочитали об этом?

— В следующий раз мы будем осторожнее и не будем вмешивать кристальных пони в поиски. На крайний случай я знаю, как спасать их от проклятия.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — буркнул он, пряча мордочку в лапах, — ты отключилась, но так плакала, будто у тебя перед глазами разорвали диплом из академии. Что это было?

Твайлайт коснулась щёк — и правда, она до сих пор ощущала застывшие дорожки слёз, и глаза пощипывало…

— П-правда? Я не помню… Наверное, это от неожиданности и страха… Да ещё и привязанность Флэша, такая крепкая и светлая…

«Ему в самом деле было так больно, что это передалось и мне?»

— А ты молодец, быстро нашла, у кого взять нужные чувства.

— Но ведь это ты сообразил, что делать!

— Ты и без меня знала, просто не успевала вспомнить.

Дракон обычно любил хвастаться своими заслугами, но в последнее время всё чаще отказывался от любой славы, словно его подменили. «Неужели чейнджлинг? Проверить его? Но чейнджлинг никогда не скажет таких слов. Нельзя быть настолько подозрительной… Кажется, в первую очередь нужно проверять меня саму».

— …Спасибо тебе, Спайк, — пони подошла к столу и благодарно погладила его по голове, — Давай посмотрим, ради чего мы всё это пережили?

С большой тревогой дракон потянулся к завязкам сумки и, попеременно глядя то на книгу, то на Твайлайт, медленно достал фолиант и протянул ей. Чувствовалось, что оформлению обложки подошли с особой внимательностью, заботливо оттискивая каждый золотой завиток и раскладывая кристаллы в невероятной красоты рисунок-снежинку. Таких книг они ещё не видели, однако…

— «История Кристальной Империи»… Разве Кейденс не присылала такую же второй посылкой?

— Тот огромный том, который я ещё на хвост себе уронил? Да, вроде так он назывался… но он был в обычной обложке, совсем не такой шикарной! Может быть, этот экземпляр подлинный?

— Не узнаем, пока не прочтём.

## 2х03 Мозаика воспоминаний

Часть 2: Сердце Севера

Глава 3: Мозаика воспоминаний

Волшебница внимательно рассмотрела замок, который запечатывал книгу — сделанный, кстати, тоже из кристалла.

— Ты нашёл её по запаху магии? — спросила Твайлайт, прикидывая, где может быть ключ, — рядом ничего полезного не было?

— Как ты помнишь, мы искали не книги, а тайники. Я нашёл один такой — обычный ящик в каком-то подсобном помещении, где, кажется, и до исчезновения Империи мало кто бывал... — Спайк сделал такое лицо, будто перед ним только что прошла Найтмер Мун, — Это был УЖАС, Твай, там пауки размером с твою голову!

Спаркл, не глядя, закивала, продолжая изучать фолиант:

— Герой-герой! Ну и?

— Всё осмотрел, полыхнул с испугу на одного такого паука, чуть не устроил пожар...

— Ага...

— ...сначала запаниковал, потом успокоился — стены-то кристальные, ничего замку от маленького огонька не будет, кое-как потушил старыми покрывалами, хотел уйти из этого проклятого места, но почуял что-то странное. Там, где огонь был, видимо, развеялись какие-то чары, потому что я мимо того ящика раз пять проходил и никакого запаха не было. Заглянул — а внутри книжка.

— С каких пор твоё пламя развеивает магию? Ты что, без меня изучаешь... — тут до Твайлайт наконец-то дошёл смысл всего сказанного и она опустила книгу на стол, в ужасе поворачиваясь к дракону, — стоп, ПЛАМЯ?! Спайк, ты что, чуть не спалил библиотеку?!

Верный помощник даже не обиделся, что его не очень внимательно слушали:

— Потушил я всё, потушил, ни одна книга не пострадала!

Магическим образом одна эта реплика возымела успокаивающий эффект: Твайлайт смогла вздохнуть спокойно и вернуться мыслями к "Истории Кристальной Империи".

— Не экспериментируй больше без меня! Потом обсудим новые свойства твоего пламени... Я поняла, как открыть эту книгу, но тебе не понравится.

Спайк сложил лапы на груди, недовольно постукивая хвостом об пол.

— Неужели тёмная магия? А это вообще нормально вот так попеременно использовать то Свет, то Тьму?

Она разделяла его волнение, ведь они оба были свидетелями того, как ослабла принцесса Селестия, использовав магию теней, но альтернатив всё равно не было.

— Это единственное и вполне логичное решение нашей проблемы, Спайк.

— Может, мне на неё огнём дыхнуть?

— А если она просто сгорит? Нет уж. Будем играть по правилам Сомбры. Аккумулировать ненависть? Пожалуйста!

Положив книгу на пол, единорожка закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на всех негативных эмоциях, которые скопились у неё за время пребывания в Кристальной Империи.

"Если Кризалис и Сомбра заодно, то у меня нет иного пути, кроме как продолжать искать способ спасти Империю. Если Кейденс жива, активация Кристального Сердца освободит её и из плена теней, и из лап чейнджлингов. Если, упаси Селестия, Кризалис что-то сделала с ней... То она бы хотела, чтобы я продолжила её путь. Только Шайнинг... как воспримет Шайнинг?.. Как защитить его от её влияния так, чтобы он не заподозрил её раньше времени? Что мне сделать, чтобы одним шагом не разрушить всё? Стоит Кризалис понять, что я её раскусила..."

— Ты наверняка сейчас думаешь о Кей-

— Ми Аморе Кадензе.

— Брось, Твай! Пока мы не знаем точно, думаешь, хорошо будет винить её во всех грехах и использовать для сотворения тёмной магии?

Слова Спайка, словно ветер, разворошили мысли, которые Твайлайт до этого еле разложила по полочкам в своей голове. "Может, я и правда слишком нагнетаю? Что если я... ревную?.. Подумала бы я о Кейденс как о подделке, если бы не Кризалис, если бы не Сомбра?.. Почему не допускаю мысли, что она могла забыть о нашем детстве, что она могла измениться?.. Почему именно сейчас я сомневаюсь, почему моя голова отказывается работать? В чём я вообще могу быть уверена?.. Лишь в одном — мне нужно Кристальное Сердце! Чтобы никакие чейнджлинги не разрушали дружбу и семью! Чтобы тени не заполнили мир!"

Твайлайт зло пыжилась, сосредотачивая эмоции в роге, чувствуя, как он нагревается от зреющей в нём магии, но ей никак не удавалось выдавить ни единой искорки тёмного волшебства. Каждый раз оставалось совсем чуть-чуть, но волна энергии вдруг спадала, что-то оттягивало её внимание, не давало полностью сосредоточиться, точило изнутри злым червем, заставляя пытаться снова и снова. "В чём дело? Неужели у меня недостаточно магической силы? После того светлого заклинания... но у меня нет времени на полное восстановление! Я должна действовать сейчас! Мне нужна магия сейчас!"

Милая, добрая Кейденс с её нежно-сиреневыми глазами, так похожими на глаза Селестии, заплаканная и обессиленная, едва поднимает голову, скрючившись от боли у дырявых копыт королевы-жука. Кризалис кровожадно облизывает свои острые клыки, допивая последние капли чувств Шайнинга Армора. Опустошённый, он падает рядом с Кейденс, взгляд его гаснет, и купол над Кристальной Империей рассыпается, впуская вечный мрак и холод. Лёд и кристаллы трещат под напором, и из-под самой земли вырывается рой теней, и нет в мире силы, что остановила бы его. Твайлайт хочется задушить Кризалис с её мерзкой ухмылкой, но её копыта вязнут в тенях, расползающихся вокруг. Красные глаза Сомбры горят так ярко, что, кажется, весь мир залит их алым светом.

— Какая же ты дура, — злорадствуют они хором, — ты знала правду и молчала!

— Откуда я могла знать, что разоблачение ложной принцессы не поразит кристальных пони окончательно? Пока народ верил, оставалась надежда, что мы сможем противостоять вам! Как бы больно мне ни было за невестку и брата, в первую очередь я должна была думать о всей Империи!

— Ты хотела спасти Империю? — шипит тысячей голосов Сомбра, — Такими-то жалкими силами? Селестия нанесла нам оскорбление, отправив противостоять нам такую безнадёжную волшебницу!

"Вы думаете, я не понимаю, что это всё ваши миражи? Вы думаете, это собьёт меня с пути, что у меня не получится?"

— О чём ты думаешь?.. — осторожно спросил Спайк, видя, как меняются эмоции на мордочке подруги и понимая, что она не в себе, но опасаясь подойти ближе и привести её в чувство.

— О том, что мне никто не помешает!

Твайлайт не говорила, а рявкала искажённым голосом, не видела ничего перед собой за пеленой гнева.

— Я справлюсь! Что Кризалис, что Сомбра, — я найду способ одолеть их всех! Откройся!

Встав на дыбы, Твайлайт с силой ударила копытами хрустальный пол, выпустив в книгу чёрный луч пузырящейся миазмами магии теней. Замок треснул и рассыпался мириадами осколков. Этот звон отрезвил единорожку: морок исчез, и Твайлайт увидела распахнутую "Историю" и застывшего над ней Спайка.

— Запах изменился, — произнёс он каким-то отстранённым тоном, — сама по себе книга изначально была волшебной, наверное, поэтому у неё такая обложка. Ты выбила из неё всю тьму, теперь она безопасна для всех.

Дракон протянул древнюю летопись Твайлайт, и она выхватила её, с нетерпением ожидая найти информацию, которой не было в уже знакомом им экземпляре. Удивительно, но страницы этого тома были полупрозрачными, словно сделанными из стекла, но при этом гнулись и складывались так же хорошо, как бумага. Перламутровые чернила тоже были незнакомы Твайлайт, отчего перед глазами рябило с непривычки.

Спайк молча вернулся к столу и взялся за письмо, которое они вчера оставили недописанным буквально на предпоследнем предложении.

...Мы не виделись всего пару дней, но уже сильно соскучились, поскорее бы свадьба. К этому моменту мы обязательно найдём кристальное сердце, так что вас ждёт незабываемое зрелище!

Немного подумав, он приписал ещё несколько строк, свернул пергамент, поставил печать Твайлайт — печать придворной волшебницы — и отправил письмо домой. Спаркл отвлеклась на зеленоватый свет пламени, отразившийся от стен, потолка и пола.

— О, точно, мы же почти забыли про него, спасибо, Спайк,— улыбнулась она, пытаясь разогреть отчего-то похолодевшую атмосферу между ними. Спайка что-то обеспокоило, но бесполезно пытаться вытянуть из него хоть слово. Он обязательно расскажет сам, когда будет готов.

— Что бы я делала без твоей памяти! Кстати говоря, в книге почти всё то же самое, только последние три листа, про кристальное сердце, кто-то вырвал.

— Зачем, интересно? — оживился дракон, заглядывая в книгу, — и почему копия полнее оригинала?

— Не знаю, но мы точно многим обязаны доброжелателю, который создал копию. Кажется, Сомбра даже не знал о ней... Что теперь делать? Как найти вырванные листы? Не сможешь взять след?

— Я тебе что, собака? Тут все кристаллы так пахнут, знаешь ли, — на словах Спайк отказался, но к обложке всё же принюхался, — вкусно...

— Не смей её есть! Это тысячелетняя реликвия!

— Мне кажется, я что-то различаю...

Дракон отстранился от книги, потянул носом воздух и медленно побрёл к выходу, вертя головой едва ли не на все 360 градусов. Застыв у самой двери, он опустился на пол, ведомый запахом, и только Твайлайт хотела предупредить его, что в любой момент дверь может открыться и ударить его, именно это и случилось.

— А стучать не учили?! — обиженно взревел Спайк, подскочив на ноги и потирая ушибленный нос. Флэш Сентри, взмыленный, энергичный и почему-то очень счастливый, виновато улыбнулся.

— Я честно хотел! Меня подставили, впихнули сюда! — оправдывался он, показывая копытом в сторону коридора, откуда донёсся удалявшийся смех, — Никогда больше не пойду в смену со своими, кристальная стража гораздо ответственнее и спокойнее!

— Садден Винда тоже сюда перевели? — невозмутимо спросила Твайлайт, будто не к ней на ночь глядя вломился нерадивый гвардеец, — Хотелось бы с ним побеседовать...

— Вообще-то я его с Вечнозелёного леса не видел, — к пегасу вернулась серьёзность, — О нём нет никаких вестей.

Единорожка замялась, не зная, что ответить. Она не могла пообещать, что Садден Винд жив; горькие чувства Флэша, случайно позаимствованные Твайлайт, вновь гулким эхом отдались в её душе.

— Вы забываете, что я был занят делом, — кашлянул Спайк, привлекая к себе внимание, — а теперь, Флэш Сентри, смотри, что бывает с рыцарями, которые без стука заходят в покои леди и принцесс.

С этими словами он выплюнул струю пламени пегасу под ноги. Ужас не сразу успел отразиться на его вытянувшейся от удивления мордочке, и лишь благодаря сработавшим вовремя инстинктам Флэш мгновенно отскочил в сторону, ошарашенно глядя то на место, где он стоял секунду назад, то на дракона, то на Твайлайт, не понимая, что произошло. Глаз у него дёргался, как, впрочем, и у Спаркл, которая не ожидала от ассистента подобной выходки. А Спайк как ни в чём ни бывало копался в дыре в полу, которую растопил его огонь.

— За... за порчу имущества Вам надлежит штраф в двести золотых! — ляпнул Флэш первое, что смог вспомнить из свода правил для кантерлотской гвардии, — а за нападение на королевского гвардейца Вас ожидает арест на пятнадцать суток и беседа с капитаном!

— А давайте вы мне всё простите, а я вам — утерянные страницы из древнейшей книги Кристальной Империи?

Ухмыляясь, Спайк держал в лапах три мутно-прозрачных листа, покрытые серым налётом. Твайлайт подбежала к нему с книгой — листы были те самые, идеально подходя к оторванным краям. Стоило им соединить их, они с ярким свечением срослись, будто и не было разрыва. Тёмная дымка, поднявшаяся над листами, ускользнула в окно, и листы вновь стали кристально чистыми, поблёскивая радугой.

— Кажется, на них было какое-то проклятие, — констатировал Спайк, проследив взглядом за тенью. Твайлайт настороженно просмотрела листы, но новой информации они не содержали, к её великому сожалению.

— А тут ещё какая-то тетрадь... дневник?

У самого порога в полу была сделана квадратная выемка, а в ней, помимо листов, лежала тетрадь и набитая чем-то сумка.

— Вы в самом деле будете читать это? Личное, всё-таки, кто знает, о чём писал владелец, — почесал затылок Флэш Сентри, без одобрения глядя на Твайлайт, увлечённо листавшую чужие записи. Она подняла на пегаса глаза, искренне удивлённая его замечанием, недоуменно повела плечами и вернулась к изучению дневника. Спайк, в лапы которого вновь попали и книга и хрустальные страницы, пробежался взглядом по перламутровым строкам, тоже не нашёл ничего полезного и переключил внимание на гвардейца, который крутился около сумки.

— Фиолетовая мантия, шарф, сухари, пара яблок, фляга с водой, карта, драгоценные камни... Кто-то готовился к побегу? Не так уж и много вещей, либо их хозяин собирался сбежать поездом, либо это хороший маг, знающий как минимум пару-тройку заклинаний, спасающих от холода...

А тем временем Твайлайт уже была почти уверена в личности владелицы дневника:

Прийти на занятия без ничего, чтобы потом превратить брошь и браслет в перо и тетрадь! Только Сомбра мог до такого додуматься, спасибо ему за идею, принцесса похвалила меня! Я первая в группе освоила заклинание трансформации с обратным превращением. Предметы не утратили свои характеристики, все записи в тетради сохранились, а перо продолжает превращать обычные чернила в перламутровые... Сколько возможностей это открывает? Не могу поверить, что мне ещё столько предстоит выучить. Но с каждым шагом я всё ближе к мечте.

"Билет 20, вопрос 39... Мне досталась эта тема на экзамене". Твайлайт пролистала ближе к середине:

С каждым годом всё хуже. Раньше Сомбра просто не мог приближаться ко дворцу в день Ярмарки, а теперь его лихорадит три дня и он даже не может подняться с постели. После занятий бегу к нему, завариваю травы, меняю компрессы. Когда ему становится легче, он читает пропущенные лекции, а потом ложится спать. У меня появляется время на свои дела, с которыми я должна справиться до темноты — Сомбру начинают одолевать кошмары, и только моё присутствие успокаивает его. Он никогда не рассказывает мне, что видит, но я догадываюсь, что в этих снах всегда появляюсь я. И я умираю в них. Сама мысль о том, что я могу потерять Сомбру, вселяет в меня ужас, каково же ему переживать мою смерть каждую ночь?

Почувствовав, что дальнейшие записи имеют действительно личный характер и при Спайке и особенно Флэше их читать не стоит, Твайлайт открыла последнюю страницу, надеясь, что хотя бы там найдёт полезную для дела информацию.

...Принцесса Аморе, как мне не хватает Вашей мудрости. Я предала его, я отправила весть Селестии и Луне. Если бы только я могла отправиться сама! Я ведь спланировала побег и приготовила вещи, но мне совсем плохо, я едва могу устоять на ногах. В письме я постаралась изложить всё как можно подробнее, но будет ли им дело до моих чернил, когда они поймут, что сотворил Сомбра? Они убьют его, они убьют их! Моё сердце разрывается на куски от мысли, что это я подписала им смертный приговор. Но я не жалею, Ваше Высочество. Ради Вас, ради нас, ради кристальных пони, я не должна жалеть их, пусть я и отрываю часть себя.

— Рэдиэнт Хоуп так и не попала в Кантерлот, — сказала единорожка, — она, кажется, была больна и смогла лишь отправить письмо.

— Ага, значит, уже не как в легенде? — Спайк заглянул в дневник, — "...подписала им смертный приговор", кому — им?

— Теням, видимо...

— Странно, почему она их жалеет? — спросил, нахмурившись, Флэш. Ему казалось нелогичным сопереживать врагу; Твайлайт тоже чувствовала, что для полной картины чего-то не хватает. "Может быть, несколькими записями ранее она объясняет, почему..."

— Ах да, я вспомнил, зачем хотел зайти! — пегас стукнул себя по лбу, — Аметист Мазбэри очнулась, её завтра выписывают, так что она ждёт вас на чай. Кажется, она вспомнила ещё что-то о Сомбре и хочет рассказать вам.

Спайк заметил, как выпрямилась Спаркл, готовая наведаться в гости к библиотекарше хоть сейчас, и поспешил осадить её пыл:

— Эй-эй, вам обеим сейчас нужен отдых! Уже поздно. Это и к тебе относится, кстати, — дракон повернул голову к гвардейцу и прищурился, внимательно изучая его с гривы до подков.

Твайлайт позабавила его реакция. "В последнее время он чересчур опекает меня".

— Не будь так строг, Спайк, мы теперь в одной лодке...

Но Флэш Сентри прервал её:

— Он прав! Я не должен был так вламываться в спальню к леди, за что искренне прошу прощения. Но ещё я... — он замялся, опустив глаза в пол, — Твайлайт, спасибо, что спасла Аметист Мазбэри. И... Ладно. Спокойной ночи.

Так и не взглянув на них больше, он кивнул на прощание, сложил все вещи Рэдиэнт Хоуп обратно в сумку и скрылся за дверью. Спайк растерянно хмыкнул.

— Вот чудной... Ты уверена, что нам не стоит его проверить?

Волшебница была рада, что в полутьме комнаты даже острому глазу дракона не уловить румянец на её щеках.

— Уверена.

Дневник Рэдиэнт Хоуп так и не дождался своей читательницы.

* * *

В доме Аметист Мазбэри пахло травами и (наверное, лишь временно) лекарствами. Это был уютный кристальный домик, рассчитанный не больше чем на семью из двух пони: одна спальня, одна ванная, небольшая гостиная и совсем крохотная кухонька. Несмотря на миниатюрность, обилие различных вещиц было разложено и развешено с таким чувством, с такой заботой к деталям, что всё казалось к месту и не выглядело бессмысленным нагромождением.

Полки были забиты различными сувенирами и шкатулочками, а стены пестрели картинами, которые, несмотря на различные техники и даже тематики, сочетались между собой. Твайлайт особенно запомнился большой пейзаж с кристальным дворцом; художник решил одновременно показать его под светом луны с одной стороны и под светом солнца с другой.

В таком доме хотелось задержаться подольше, чтобы всё рассмотреть, но времени у них было меньше и меньше. После рассказа Аметист Мазбэри в её светлой спальне ненадолго повисла тишина. Старушка сняла очки и утёрла слёзы.

— Как же Рэдиэнт Хоуп хватило волшебства, если она была больна? — спросил Спайк, расставляя чашки с чаем. Аметист Мазбэри горько вздохнула.

— Чувства делают нас сильнее. Бедняжка очень любила Сомбру, но не меньше любила и кристальных пони. Я помогла ей отправить письмо принцессам Эквестрии, а через несколько дней она прибежала в слезах, каялась, что сама подставила его под удар, что ей нужно спасти его, и единственный способ — отправиться в прошлое и предотвратить смерть Аморе.

— Вместо перемещения в прошлое она перенесла всю Империю в будущее... Это не просто её ошибка, кто-то ещё вмешался в процесс сотворения заклинания!

Твайлайт была уверена, что виновен Сомбра, но ощущение недостающего фрагмента во всей этой истории не давало ей покоя и не позволяло говорить наверняка. Что же случилось в тот тёмный час? Если Аметист Мазбэри начала вспоминать последние дни старой империи, может, найдутся другие кристальные пони, которые могут пролить свет на случившееся? Ведь даже дневник Рэдиэнт Хоуп обрывается раньше...

В дверь постучали. Аметист Мазбэри хотела подняться с кровати, но Твайлайт уложила её обратно, пока Спайк поспешил открыть гостям.

— Вы ждали кого-то ещё? Наверное, мы утомили вас расспросами...

Единорожка не хотела мешать старушке и её друзьям, однако кристальная пони удержала её подле себя.

— Нет-нет, ко мне только Сентри обещал заглянуть после смены.

Аметист Мазбэри просияла, стоило ей подумать о пегасе. "Видимо, они действительно тепло общаются".

— Может, он не очень любит книжки, но так ладно поёт — представляете, спел мне вчера традиционную ярмарочную песню, чтобы приободрить. Не могу поверить, нашёл текст в библиотеке и выучил, специально для меня! Настоящий джентлькольт*! Это не моё дело, но я бы на вашем месте пригляделась.

Твайлайт отвела взгляд, совсем растерявшись. "Милостивая Селестия, это не то, чем сейчас нужно..."

— Добрый день, миссис Мазбэри!

В комнату зашёл рыжий единорог в серебряных очках. У него был слегка неряшливый вид, но Твайлайт знала эту неряшливость — такой она доползала до кровати после долгой ночи в библиотеке. Он бросил быстрый взгляд в сторону Твайлайт и вновь переключился на Аметист Мазбэри; впрочем, даже на неё он смотрел слегка рассеянно, будто постоянно прокручивая в голове какую-то мысль. Пони наверняка был озадачен каким-то исследованием.

Следом за ним вернулся Спайк, отчего-то очень довольный.

— Рада Вас видеть, Санбёрст. Я полагаю, со Спайком вы уже познакомились, а это Твайлайт Спаркл, кантерлотская волшебница, как и Вы.

Маг во второй раз, уже с большим интересом оглядел единорожку, а она сама пыталась вспомнить, где видела его прежде.

— Кажется, мы приехали одним поездом? Приятно познакомиться, Санбёрст.

— Взаимно. Да, из Кантерлота мы прибыли вместе, но ещё до отъезда я часто видел Вас издалека. Трудно не заметить такой талант.

— Спасибо, но Вы преувеличиваете. Я до сих пор всего лишь ученица...

— ...принцессы Селестии. Кто из нас о таком не мечтал?

На это ей нечем было ответить, но Санбёрст, к вящему счастью Твайлайт, и не ждал ответа, выполнив в её отношении весь полагавшийся этикет и вновь переключив внимание на старшую пони:

— Аметист Мазбэри, надеюсь, Вы хорошо себя чувствуете? То, что с Вами стряслось, не могло пройти бесследно...

— Не беспокойтесь, я почти здорова, — отмахнулась библиотекарша, — лучше расскажите, с чем пришли? Неужели вы успели прочесть всё, что получили вчера?

Даже через отблеск линз Твайлайт увидела, как загорелись бирюзовые глаза Санбёрста.

— Ваша библиотека — бездонные недра, а я — несчастный золотоискатель, которому теперь суждено всю жизнь копать глубже в поисках новых сокровищ. Я ничего подобного не видел даже у Стар Свирла, столько информации! Но нет, пока что я прочёл только одну, про фокусировку.

— О, теперь, я думаю, Вы понимаете, насколько важно Сердце.

— Безусловно!

— И насколько же? — не могла не вмешаться Твайлайт, удивлённая, что этот единорог не обратился по этой теме в первую очередь к Кейденс.

— Кристаллы могут проводить энергию, а могут накапливать — в зависимости от направления потоков энергии. Но этого мало. При правильной фокусировке кристаллы могут производить энергию сами! Если зарядить крошечный кусочек слабенькими чарами, то эта энергия может вернуться в стократном объёме!

— Правильной фокусировке?

— Вся империя подобна одному огромному кристаллу, а вся поступившая энергия собирается в одной точке, ровно посреди дворца, там, где кристальные пони привыкли видеть кристальное сердце. Оттуда же магия и излучается вовне.

— Но ведь не берётся же эта дополнительная магия из неоткуда? — спросил Спайк, начиная понимать что-то из слов Санбёрста. К манере Твайлайт тараторить без умолку он уже привык, а вот приспособиться к другому эксперту было трудно.

— В этом весь феномен! По сути, мы имеем вечный источник энергии! Причём именно Сердце, никакой другой кристалл не подходит, и именно в этой центральной точке, хотя Сердце, конечно, и само по себе довольно мощный артефакт. Если оно попало под контроль короля Сомбры, кто знает, что он мог натворить?

— Вроде он его на дух не переносил, — заметил Спайк, — как он вообще к нему приблизился, чтобы спрятать? Попросил кого-то?

— У него было много слуг, — кивнула Аметист Мазбэри, — К сожалению, даже добровольцы... Не могу представить, чего они ждали от правления Теней.

— Он не просто спрятал, он разбил его! — воскликнул Санбёрст так живо, что у него даже очки подпрыгнули на переносице. Твайлайт, анализируя его слова, прокрутила в голове все наставления Селестии, которые принцесса дала перед дорогой.

— Если мы сейчас стоим и разговариваем в Кристальной Империи, этот вариант исключен. Сердце нельзя перенести из Империи, и уж тем более уничтожить без моментального влияния на жизнь кристальных пони.

— Разбил в смысле повредил, а не уничтожил. Нарушил фокусировку. Сердце собирало и передавало энергию всем остальным кристаллам, а теперь, когда оно не функционирует в полную силу, Кристальная Империя теряет накопленную энергию и защита слабеет, быстро, но не мгновенно.

— Чтобы у нас было время на починку Сердца?

На вопрос Спайка уже не нужен был ответ.

— Это всё... логично, — Твайлайт не могла не признать, что замечания мага оказались полезны, — но мы всё равно не знаем, где искать осколки.

— Это тоже можно выяснить через фокусирование энергии. Сердце и в разломанном состоянии будет резонировать с мощными заклинаниями не так, как другие кристаллы. Маги смогут ощутить разницу.

Единорожка ощутила, как занервничал Спайк, но её это не остановило:

— Надо наложить заклинание на всю Империю?

— Твай, ты обещала...

Санбёрст махнул копытом, удивлённый её чрезмерным энтузиазмом.

— Вовсе нет, можно обойтись дворцом. Хочешь спрятать что-то важное — спрячь на самом видном месте, правильно?

— Главная башня...

Все одновременно повернули голову к Аметист Мазбэри. Библиотекарша сосредоточено потирала виски, пытаясь выхватить из глубин сознания новые воспоминания.

— Любимое место принцесс. Никто не заходил туда со смерти Её Высочества... Сомбра постоянно исчезал из тронного зала... Рэдиэнт искала проход, но не могла найти, все словно забыли дорогу к башне...

— Поистине королевский размах — тайник-башня.

Твайлайт сдержалась, чтобы не пожурить Спайка за очередную колкость. В конце концов, теперь они хотя бы знают пункт назначения.

* * *

— ...а я сразу говорила, что нужно зачаровать тронный зал, мы потеряли целые сутки, — продолжала настаивать волшебница, быстрой рысью чеканя шаг по дорогим пурпурным коврам, — ты видел, что после книги со мной ничего не случилось, значит и сейчас обойдётся!

— Вынужден вмешаться: последствия могут иметь накопительный эффект, — Санбёрст едва поспевал за Твайлайт и Спайком, — хоть я и не понял природу этого заклинания, но очевидно, что с магией Теней связываться не стоит!

— Я справлюсь, ведь принцесса верит в меня, — бросила Твайлайт через плечо, уже галопом подбегая к пустому трону. Навстречу ей шли Кейденс и Лемон Хартс; последняя была чем-то очень озадачена, но у Спаркл не было времени на расспросы.

Кристальный замок рушится, ломаются сверкающие колонны, башни, словно срубленные огромной косой Найтмер Мун, складываются грудой обломков под красным светом солнца, едва проглядывающим через черным дым. Тени за спиной Сомбры раззевают бесформенные рты, чейнджлинги Кризалис скалят острые клыки; король и королева обходят друг друга по кругу, готовясь напасть.

— Это мой мир, и эти души тоже мои, — Сомбра указывает на выживших кристальных пони, сжавшихся в страхе перед лицом сразу двух смертельных врагов. Кризалис шипит, и ей вторит весь рой.

— Моя семья будет питаться их любовью до скончания веков... Мой план идеален, и тебя в нём нет!

— Я даю тебе последний шанс...

— Твайлайт?.. — голос аликорницы прозвенел эхом, — Всё в порядке?

"Они будут делить нас... как трофей... Быстрая смерть или медленная ложь? Нам вы не оставили ни единого шанса!"

Единорожка даже не замедлилась, обошла обеих пони и с ходу выпустила черный луч в огромный кристалл на вершине трона. Воздух дрогнул, загудел, и магия отразилась от кристалла тенью, открыв в полу винтовую лестницу вниз.

— А почему мне не сказали? Мы бы включили это в программу, гости с ума сойдут! — воскликнула Лемон Хартс, на всякий случай постучав по ступенькам, не веря своим глазам.

Удостоверившись в своей правоте и довольно улыбнувшись, Твайлайт с трудом удержалась, чтобы тут же не скривиться от резко ударившей в голову боли. Она растекалась от рога насквозь до затылка, от чего слезились глаза и немного подташнивало, но волшебница не могла показать слабость здесь, особенно когда рядом был Спайк.

— В-видите, Сомбра переконструировал дворец под себя! Уверена на все сто, что это путь к башне!

— Это было очень опасно, — Кейденс подошла к Твайлайт и, склонившись ближе и заглядывая в глаза, положила копыто ей на плечо,— ты точно хорошо себя чувствуешь?

Беспокойство в её голосе было неподдельным, и во второй раз Твайлайт усомнилась в своих догадках насчёт истинной личности Кейденс. Стала бы Кризалис так за неё переживать? Чейнджлинг была бы счастлива насолить ей любым возможным способом!

Единорожка как можно увереннее кивнула, не желая никого тревожить лишний раз.

— Она героиня, ей всё как пламя с саламандры, — фыркнул Спайк в очевидном негодовании, но он ничего не заподозрил, и этого было достаточно.

— Поразительно, где ты обучилась этому? — спросил Санбёрст, сделав записи у себя в блокноте, — магия теней даже выглядит иноземно, фиолетово-зелено-черная...

— Принцесса Селестия показала мне её перед отъездом.

Маг будто не расслышал:

— Книгу? Можно ли её одолжить?

— Магию, не книгу. Она показала мне заклинание и я повторила его.

Санбёрста это так шокировало, что он выронил перо.

— С первого взгляда выучить такое? Но как?!

Если честно, Твайлайт и сама не знала, как у неё это получалось. Она застыла в нерешительности перед самым спуском, не зная, что и сказать.

— Эмоции, — ответила вместо неё Кейденс, — эмоции помогают за секунду усвоить то, на что лучший ум может потратить годы.

— Верно, я подпитывалась эмоциями, — согласилась Твайлайт, чувствуя облегчение от того, что хоть кто-то её понимает. Спайк открыл рот, чтобы расписать всю суть подробнее, но в последний момент передумал. "Верно, Спайк, не стоит уточнять, какие именно эмоции..."

— Санбёрст, я пойду одна...

— Кхм.

— ...мы пойдём со Спайком, а тебя я бы хотела попросить найти в библиотеке "Бессмертие души". Сомбра не стал бы тратить своё время на чтение, если бы это не было связано с его планом высвободить сородичей.

— У него была своя читательская карточка? — вмешалась Лемон Хартс, не введённая в курс дела и от того удивлявшаяся всё больше с каждым новым словом.

— Да, и записей в ней больше, чем у многих других пони.

— Не СтарСвирл, конечно, но зато тысячелетний тиран, поставивший на колени целую Империю... Посмотрим, как мы схожи во вкусах, — невесело хихикнул Санбёрст, — желаю вам удачи.

— Возвращайтесь с хорошими новостями, — сказала в напутствие Кейденс, а Лемон Хартс просто кивнула, не подозревая, какие угрозы могут поджидать друзей на, казалось бы, обычной прогулке.

— Пожалуйста, следите за состоянием Аметист Мазбэри и других кристальных пони, — в ответ попросила Твайлайт, — Память возвращается к ним, кто знает, что ещё они смогут рассказать...

На том и условившись, пони (и дракон) разошлись: кто на дегустацию, кто в объятия книг, а кто — навстречу неизвестности.

## 2x04 Стеклянный гроб

Часть 2: Сердце Севера

Глава 4: Стеклянный гроб

Твайлайт звонко стучала по ступенькам, сбегая вниз с неожиданным приливом сил так быстро, что даже Спайк не поспевал за ней. Какое-то предчувствие, одновременно хорошее и тревожное, гнало её вперёд.

— Так и шею свернуть мож... — сказал Спайк и сам тут же споткнулся и чуть не покатился вниз; единорожка едва успела подхватить его облаком магии.

— Хватит с тебя переломов, — рассмеялась Спаркл, ставя дракона на лапы. Дракон возмущённо лязгнул зубами:

— Тот, кто создавал эту лестницу, точно хотел кого-то убить!

— Может быть, но Сомбра предпочел бы способ побыстрее.

— ...верно. Спасибо, Твай.

Сквозь прозрачные ступени проглядывала бездна, в которую им предстояло спуститься, и от вида высоты Твайлайт сперва мутило, а Спайк за весь путь раз десять пожаловался на отсутствие перил. Свет тронного зала давно остался над их головами, и чем глубже друзья спускались, тем становилось темнее и холоднее, и даже болтовня не могла разрядить напряжение, усиливавшееся с каждым шагом. Огонёк, который вызвала Твайлайт где-то на четырёхсотой ступеньке, нисколько не грел и не мог осветить их путь до конца.

— Семьсот шестьдесят девять, — подвёл итог Спайк на самом дне. Твайлайт хотела было возразить, что начистала больше, но её внимание отвлекла едва различимая в почти полной темноте большая чёрная дверь, возвышавшаяся от пола в три роста обычных пони. У неё не было ручки и, кажется, замочной скважины тоже. Волшебница попыталась открыть дверь магией, но, конечно же, ничего не вышло; тогда она подошла ближе, надеясь разглядеть какой-нибудь механизм или заклинание.

— Эй, Твай, недобро тут пахнет... — голос Спайка раздался будто из-за стены, и Твайлайт обернулась, чтобы посмотреть, куда он уходит, но к своему изумлению увидела далеко не друга и даже не темноту — перед её глазами простирался тронный зал принцессы Селестии.

"Видение?"

Витражи были разбиты, и сквозь пробоины свистел свирепый ветер, трепавший знамёна и шторы, неестественно чернело закатное небо. Трон был разбит на две части, зал был пуст, ковры залиты пятнами — крови? — и продырявлены целой чередой прожигающих заклинаний. Мраморные полы и стены были поколоты, обломки крошкой хрустели под копытами. Все факелы, к облегчению Твайлайт, горели белым пламенем Селестии, однако сама правительница была не здесь. Единорожка учуяла запах гари и побежала к балкону — и застыла, не в силах даже закричать от ужаса.

Пасмурное небо? Закатное зарево?

Кантерлот горел.

В последней раз дым настолько чёрный она видела при атаке на Замок Двух Сестёр. Твайлайт непроизвольно нашла взглядом библиотеку — та горела от основания до самой крыши, поискала квартал, где живут родители — и там сплошное пламя, гвардейский корпус — даже не различим за стеной дыма...

— Это твоя вина, — раздалось прямо над ухом, и Твайлайт, подпрыгнув, развернулась, чтобы увидеть Её Величество. Копоть и пыль смешались с кровью и потом; страшные раны распустились на её некогда белоснежной шерсти бурыми отметинами, оголёнными мышцами. Она, принцесса Солнца, была обожжена. Селестия прикрывала один глаз, из которого катилась красная слеза, а во втором Твайлайт увидела только холод.

— Это ты допустила... Чейнждлинги подменили стражу и впустили войска Республики... А Найтмер Мун... заперла их в городе и устроила всё так, будто это я устроила пожар...

— Ваше Величество... как же так... — Спаркл попятилась назад, качая головой; слова принцессы казались безумием, но аликорн только наступала:

— Кризалис... это Кейденс... она провела свою свиту сюда, в Кантерлот, потому что сам Шайнинг пустил её... она овладела его сознанием, а ты даже не заметила... Как? Как же так, Твайлайт? Твой родной брат... И он, и вся Эквестрия жизнью поплатились за твою ошибку.

— Нет, нет...

Твайлайт упрямо твердила себе, что всё это лишь сон, но страх ледяными каплями заскользил по сердцу, сбивая дыхание и не давая прийти в себя, мыслить здраво. Селестия отвела взгляд на полыхающие здания; она была не зла, не расстроена, она... была абсолютно пуста. Как убитая звезда. Её пони, её народ — и те, что сражались за неё, и те, что восстали против — погибали. Её страна погибала.

— Я думала, что на тебя можно положиться. Я верила, что твоё предназначение... Я ошиблась в который раз. В тебе... и в себе. Уходи, пока можешь.

— Ваше Величество, я никогда не оставлю Вас!

— Спасибо за службу. Ты свободна от всех обязанностей, Твайлайт Спаркл. Ты больше не нужна мне. Уходи, спаси стольких, сколько сможешь.

Тело Селестии начало излучать странный, блёклый свет; на ещё крепких, хоть и потрепанных крыльях принцесса воспарила над замком, собирая вокруг себя кольца огня, стягивая его, словно одеяло, с горящего города. Со стороны городских врат в небеса, пропитанные угаром, взмыла ядовито-голубая комета — Найтмер Мун готовила свой последний удар.

Твайлайт никогда не учила, никогда не видела, но чувствовала нутром — Её Величество собирается сделать что-то непоправимое, что-то запредельное; она творит магию, запрещённую даже Ей, полубожеству. Слёзы обожгли щёки, и единорожка зажмурилась, не в силах сдвинуться с места. Куда ей идти, зачем ей спасаться?..

— Эй, не плачь...

— Как мне не... вся моя семья... все погибли, потому что я боялась сказать всем правду... потому что хотела разобраться с Кризалис сама...

— Ну-ну, успокойся, перестань...

— Глупая, глупая, глупая! Почему я не поговорила с Шайнингом? Он бы понял, если ещё не был околдован! Сомбра, Кризалис, Найтмер Мун, сейчас ещё подоспеет Дискорд... Они все разорвут Эквестрию... Я подвела принцессу... Я всех подвела... Я ни на что не способна...

— Да очнись ты уже, Твай!

Сквозь веки глаза прожёг яркий свет, и Твайлайт распахнула их. Вокруг вилось изумрудное пламя Спайка, а сам он смотрел прямо на неё, тряся за плечи.

— Провалила одно задание — и всё, уже ни на что не годишься? Некоторые вещи просто не зависят от тебя! Ты не можешь взять под контроль всех и вся! — пылко заявил он, и даже его змеиные зрачки сузились ещё сильнее.

"И он меня винит..."

— Вот оно, моё второе задание, и я опять не справилась! Кантерлот пал по моей вине!

— Какой Кантерлот, очнись, мы в Кристальной Империи!

Единорожка растерянно проморгалась и огляделась. Они были по-прежнему где-то в глубинах подземелий Кристального замка, над головой был только свод лестницы вместо клубов дыма и двух аликорниц, а за спиной — массивная чёрная дверь.

Дракон сердито ударил хвостом об пол.

— Эти кристаллы по-сумасшедшему на тебя действуют, ты сама не своя! Что ты ещё видела?

Медленно приходя в себя, Твайлайт не сразу поняла, что он имеет в виду.

— А?..

— Говорили же, что Сомбра может проникать пони в головы и пугать их до чёртиков. С ума сводить. Это ведь не первый твой кошмар?

Так это не её сомнения, её фантазия, её паранойя? Не её сумасшествие? Это воздействие извне?

— Д-да, с тех пор, как...

"...я использовала магию Теней". Нет, Спайк услышать этого не должен.

— ...мы приехали. Я вижу моменты из будущего... мне казалось, это просто мои страхи, но в этот раз я будто перенеслась в Кантерлот... видела этот пожар, и этот запах дыма...

— Этому никогда не бывать, ты же не допустишь.

— Откуда такая уверенность?

— Я не верю, я знаю.

Тронутая его поддержкой, Спаркл хотела сказать что-то ещё, но дракон вдруг толкнул дверь, и она легко поддалась, к безмолвному изумлению единорожки.

* * *

Не могу поверить, принцесса Аморе отправит меня в Эквестрию на обучение! Я так долго этого хотела! Магический талант наставницы я не смею подвергать сомнению, но мне так нужен новый опыт, здесь мне будто нечем дышать! На юге куда больше шансов завести полезные связи, узнать, чем же заняты великие умы Кантерлота...

Скоро ярмарка, поэтому было бы замечательно увезти отсюда и Сомбру, но Её Высочество не хочет отпускать его из столицы. Я спросила его об этом, но он ничего не ответил, кажется, у них есть какие-то нерешённые вопросы... зато между нами все вопросы, наконец-то, разрешились...

Я невеста! Ох, как же мне не терпится всем рассказать! Сомбра сказал, что мы обязательно объявим о свадьбе после моего возвращения, но я не могу умолчать! Сегодня утром он еле удержал меня от похода в магазин за платьем. Скорее бы вернуться! Неужели такое бывает, когда все мечты исполняются разом? А когда же рассказать ему о жеребёнке? В ночь перед отъездом? Или лучше с этим не спешить, подождать подходящего момента? Это должен быть лучший сюрприз!..

Серый единорог шумно выдохнул и застыл на месте, пробегая глазами по строкам, но не видя их, вспоминая о времени, проведённом с Рэдиант Хоуп. Нежная улыбка, взгляд, полный света и надежды, и решительность, и смелость, и озорство... И как он мог проглядеть в ней принцессу? И как скоро обо всё догадалась Аморе?

— Чем они лучше меня?! Чем я, твоя дочь, хуже них, пусть и талантливых, но чужих детей?!

— Ты несправедлива... Они ведь сироты и лишены всякой заботы, в то время как ты...

— ...тоже её лишена! Ты только о них и говоришь!

— Я рассказываю об их успехах в учебе, чтобы мотивировать тебя! Убегать с уроков на тренировки — последнее, до чего могла бы додуматься будущая правительница!

— Может быть, тебе лучше удочерить Рэдиант и сделать её наследницей? Она ведь прекрасно подходит для этой роли! А Сомбре лучше оказаться каким-нибудь заграничным принцем, тогда уж точно ничего не помешает их совместному правлению!

— Аврора!..

Она чувствовала. Эта легкомысленная, взбалмошная принцесса чувствовала, что происходит, видела сходство матери и Рэдиант, видела угрозу, исходящую от него самого, только доказательств не имела и оттого просто саботировала любые попытки Её Величества прийти к миру. Каким же Аморе могла быть авторитетом для дочери, если глупая кобылка считала, что её благороднейшая мать имела побочное дитя? Если бы только Аврора знала всю правду...

В коридоре послышались шаги и лязг доспехов. Морок не обратил бы на это внимание, если бы шум не прекратился прямо около двери. Кажется, теперь здесь живёт приезжая пони... ещё одна ученица Селестии, надо же. Что понадобилось от неё стражнику? Единорог обратился темным облаком и скрылся в самом неосвещенном углу в тот самый момент, когда в комнату вошёл гвардеец; кажется, тот был из Кантерлота, потому что Сомбра знал каждого, кто служил в Кристальном дворце.

— Надеюсь, Твайлайт не будет ругаться, — прошептал пегас, сразу направляясь к столу и хватая раскрытый на самом неудачном месте дневник. Волей-неволей синий взгляд стражника пробежал про строкам.

— Ооо, это точно пробудит память Аметист Мазбэри, — выдохнул гвардеец с таким видом, будто он постиг секрет мироздания, — это... это ведь всё объясняет. И всё меняет! Нужно успеть к Мазбэри до вечера...

Пегас поспешил удалиться из комнаты, но его что-то задержало на пороге — он оглянулся на секунду, чем-то озадаченный, но не стал возвращаться. Со звоном закрытой двери морок позволил себе выбраться из тени.

Аметист Мазбэри знает больше остальных. Она и без дневника расскажет всё...

"Прости, Рэдиэнт".

Чёрная дымка, полыхнув двумя красными глазами, растворилась в кристальных сводах дворца.

* * *

Заклинание гравитации было не столько сложным, сколько энергозатратным. Твайлайт никогда бы не пришло в голову использовать его, но после видения единорожка решила, что не может жалеть и капли своих сил, чтобы не допустить повторения увиденного уже наяву. Ещё пуще она ценила время. Увидев перед ними винтовую лестницу, бесконечно тянувшуюся ввысь, Твайлайт тут же поняла, какое волшебство ей пригодится.

— После того ужасного спуска скатываться гораздо приятнее, — почти смеялся Спайк, для забавы цепляя когтями кристальную поверхность и оставляя за собой сверкающие брызги, — это ведь получается, сейчас мы возвращаемся туда, откуда были, но другим путем?

— Мне кажется, поднимемся мы гораздо выше...

— Эх!

— Что такое?

— Ступеньки не сможем посчитать.

Теперь они засмеялись уже оба и во весь голос, и Твайлайт ощутила, как тяжесть в груди и неприятный гул в ушах, которые оставались неприятным осадком после использования темной магии, кто-то будто смахнул.

— Послушай, а ведь та дверь была заперта. Неужели мои эмоции открыли её?

— Какой тогда вообще смысл этого замка? Если ему так важно, чтобы сюда никто не попал...

— Ты прав. Скорее наоборот — благодаря тебе я не увязла в его иллюзиях, и запирающие чары развеялись... Как испытание. Его в одиночку прошёл бы только бесстрашный.

— Ты бы справилась, Твай, — заверил единорожку Спайк, — ты всегда справляешься.

"Как бы не так..." Волшебница улыбнулась ему, но скрыть вину и горечь, как ни пыталась, не смогла.

И тут лестница кончилась: Твайлайт едва успела сменить гравитацию, прежде чем они чуть не вылетели вверх по инерции и не впечатались в стену. Оглядевшись, пони и дракон обнаружили себя в круглой башне, окна которой были перекрыты чёрными кристаллами так, что сквозь них едва проникал солнечный свет. Здесь было холоднее, чем где-либо ещё под волшебным куполом Кристальной Империи, но, кажется, здесь постоянно кто-то бывал — в воздухе не чувствовалась пыль, полы блестели чистотой, а в центре...

— Твай... Это ведь не стол...

Возможно, когда-то здесь был маячный излучатель или некий кристалл, собирающий энергию, но теперь здесь стоял стеклянный гроб. Бледное, мертвенное его свечение морозило кровь куда сильнее, чем обычный холод. И гроб... не был пуст.

— Она будто спит, — голос Спайка дрожал, и сам дракон не решался подойти ближе, — неужели это... это не Кейденс, но... кто же?

Твайлайт, собрав всю волю в сердце, преодолела несколько шагов и склонилась к пони, разглядывая её сквозь прозрачную крышку гроба. Полупрозрачная, как сама из кристалла, красавица и вправду будто спала на ложе из белых цветов; светло-голубые пряди из тончайших стеклянных нитей, убранные от мордочки серебряной диадемой с аметистами и сапфирами, рассыпались по нежно-фиолетовой шерсти, глаза закрыты в умиротворённом выражении, копыта покоились на груди, осторожно подогнуты и сложены крылья...

— Это аликорн! Даже нет, не просто аликорн — это принцесса! Неужели Аморе?..

— Нет, на портретах не она, — возразил Спайк, и прежде чем единорожка успела что-то сказать, предугадал её вопрос, — в тронном зале есть витражи.

Спаркл ничего не оставалось, кроме как в очередной раз подивиться внимательности ассистента.

— Когда ты только успел их запомнить...

— Перед вами Её Высочество принцесса Рэдиэнт Хоуп. Склонитесь.

Шипящий голос проскользил по кристальным стенам, потолку и полу, окружил, опустился им на затылок ледяным пластом страха, а затем под самым потолком из темноты показались два алых глаза, излучающих ядовитое зелёно-фиолетовое свечение.

За одно мгновение Твайлайт обдумала как минимум десять возможных атак и мысленно приготовилась действовать; Спайк принял боевое положение, припав на четыре лапы и переместившись чуть ближе к единорожке, при этом не смея отрывать взгляда от явившего им свой лик Сомбры.

— Рэдиэнт была принцессой? — спросила Твайлайт, не понимая, как принцесса Селестия могла скрыть от неё такой важный факт.

— По праву рождения и по сей день, — отвечал серый единорог, обретая физическое тело и опускаясь рядом с гробом, пока волшебница и её помощник пятились к лестнице, — с малых лет ей было суждено стать проводницей Теней в ваш мир.

Когда-то красивые чёрные грива и бакенбарды были растрепаны и местами обожжены, серебряная корона погнута и в одном месте потеряла шип, и даже королевская мантия лежала на его плечах так, будто ноша была тяжела Его Величеству. Кто бы мог подумать, что перед ними — тиран, ввергавший в ужас и Кристальную Империю, и Эквестрию? Однако это был он, без сомнения.

— Что это значит? Она жива?

— И да, и нет, — продолжал отвечать Сомбра, с усталой нежностью погладив крышку гроба, — я подвёл её, подвёл их обеих. Надеялся спасти, но... мои родичи решили иначе.

Единорог разбирался в своих воспоминаниях, и это давалось ему мучительно, судя по тому, как кривились его губы и смыкались брови. Спаркл, к своему ужасу, ощутила вдруг... сожаление.

— Тени? Они были здесь? Дверь была открыта?

Видимо, она задала слишком много вопросов разом, потому что Сомбра вдруг посмотрел прямо на неё, зло, но подавленно.

— Я прервал ритуал.

— Какой ритуал? — его ответы не давали конкретной информации, наоборот, только порождали новые вопросы, но Твайлайт не могла сейчас нарушить правила, по которым он вёл этот разговор; начни она допытывать с пристрастием, он бы не был так неожиданно откровенен.

— Вы же знаете, что одна из Ваших принцесс одержима?

Даже Спайк ойкнул, удивившись перемене его тона. От меланхолии короля не осталось и следа; в его глазах горело пламя, а губы расползлись в усмешке.

— Принцесса Луна, — кивнула Твайлайт, продвигаясь вперёд и оставляя Спайка за своей спиной, — в ней будто живут две личности, и тёмная, Найтмер Мун, практически всегда оказывается сильнее.

— Найтмер Мун? — Сомбра заливисто расхохотался. — Тантабус, королева Теней. Всё это время она жила среди пони. Надо же, Аморе оказалась проницательнее Селестии — она разглядела во мне, чужом жеребёнке, тьму гораздо быстрее, чем солнечная принцесса поняла, что с сестрой что-то не так. Сколько минуло лет с исчезновения Кристальной Империи и изгнания Луны? Кажется, не меньше двух-трёх лет...

Сомбра сделал встречный шаг и на этот раз изучающе оглядел Твайлайт от ног до макушки, прожигая насквозь, пытаясь понять, сколько в ней осталось волшебной энергии. Спаркл

надеялась, что результат ему не понравился, но довольный прищур говорил об обратном.

— А ты немногим младше нас, но столького не знаешь... Аврора тоже ничего не знала. Не знала, что Рэдиэнт на грани гибели. Не знала, как справляться с дарованными силами...

О дочери Аморе, принцессе Авроре, единственной уцелевшей кристальной пони, Её Величество упоминала редко, но единорожка помнила её из истории. Аврора, потеряв мать, народ и империю, некоторое время жила при кантерлотском дворе, а затем покинула его, отправившись в странствия. Твайлайт не расспрашивала Кейденс, сироту, о её родителях, но она была почти уверена, что Аврора являлась для неё далёкой родственницей.

— Дарованными силами? Что это значит?

— Мы с Рэдиэнт изучали волшебство с того момента, как научились читать, а Аврора была рождена пегасом и до превращения в аликорна о магии знала лишь по обрывкам рассказов. Аморе была права, пророча Рэдиэнт трон. Аврора в первый же час обретения магии умудрилась отправить всех нас в будущее; что-то бы она сотворила за предоставленную ей вечность?

Это было настолько же неожиданно, насколько непонятно — зачем Авроре нужно было будущее в разгар сражения? Твайлайт оглянулась: на лбу у Спайка пролегали складки, и сам он весь напрягся, с каждым словом всё меньше доверяя Сомбре.

— Не верите мне? Что ж... Кризалис скрывается под личиной вашей подруги.

Волшебница не ожидала, что услышит это от него, и хотя верить Сомбре было нерационально, в отношении Кризалис у неё самой уже не осталось сомнений. Это не её паранойя. Это правда, даже если её говорит враг.

Ничего не ответив, единорожка принялась набирать концентрацию для сотворения щита. Идея Твайлайт была готова и обдумана во всех деталях, однако оценить её старания было некому. Спайк ни за что не одобрил бы.

"Если хоть один из нас сможет выбраться, оно того стоит. Даже если это значит, что я снова не могу справиться со всем сама..."

Шайнинг расчесывал гриву маленькой Твай, помогая собираться в школу, пока совсем крошечный Спайк, ещё не ведавший забот ассистентства, барахтался в одеяле. С кухни тянулся запах вишневого пирога, и мама звала их к столу, где папа встречал детей улыбкой, опуская от глаз ежедневный номер "ПониТаймс". После завтрака Шайнинг закидывал на спину два рюкзака — свой и сестры — и вёл её в Академию для одарённых единорогов. Они всегда приходили самыми первыми, потому что Армору нужно было успеть уже в свою Академию; он по обычаю трепал ей чёлку, давал последнее наставление и уходил, хотя Твай знала, что он всё равно где-то рядом, только по ту сторону дворцовой ограды...

Не услышав очередного вопроса, Сомбра понял, что готовит Твайлайт. Не успела единорожка моргнуть, как пол между ними ощерился шипами из чёрного льда, целясь остриями прямо в неё.

У неё получилось превратить уголь в алмаз. Селестия придирчиво рассмотрела прозрачный кристаллик, повертела всеми гранями, не щурясь от попадавших ей в глаза лучей света, — так ярко блестел бриллиант, — и вдруг широко улыбнулась, положила результат эксперимента на стол и опустила ей на спину своё белое крыло.

— Ты сможешь лучше, — спокойно сказала принцесса, и Твай растерялась от несовместимости её реакции и её слов. Заметив, что это огорчило ученицу, Селестия поспешила объяснить:

— Ты истратила слишком много времени, сил и угля, чтобы его создать. Он безупречен, но... стоило ли этого того? Ты ведь сейчас не наколдуешь и искорки.

И то была чистая правда.

Ледяные иглы вонзились в сияющий щит, что возник почти у самого носа единорожки; ослепительный барьер разросся до размеров полупрозрачной белой стены, отделившей Твайлайт и Спайка от Сомбры и Рэдиэнт. Кристаллы, белые и чёрные, заскрежетали друг о друга, зазвенели осколками, крошились блестящей пылью. Волшебница изо всех пыталась сдержать натиск, но Сомбра сражался наравне с аликорнами, и её поражение было делом времени.

— Что ты делаешь, Твай?! — в ужасе воскликнул Спайк, подбегая к Твайлайт. Она в панике помотала головой:

— Нет-нет-нет, уходи! Про Кризалис, про Рэдиэнт, — расскажи всё брату, расскажи мисссис Мазбэри! Найдите Сердце!

— Я тебя здесь не оставлю!

— По семьсот семьдесят семь ступеней вниз и вверх! Беги!

Он замер, не дыша, глядя то на белый щит, отделявший их от царства тени, то на Твайлайт. В глазах его было всё — и паника, и непонимание, и обида, и вина, и гнев, и отчаяние.

— Я не удержу долго, Спайк, прошу тебя!

Дракон смахнул набежавшие слёзы, топнул в бессильной злобе, развернулся и молнией побежал по ступеням, крикнув, не оборачиваясь:

— Дважды по семьсот шестьдесят девять!..

"Если бы". Он и первую лестницу посчитал неверно, и вторая была длиннее, лишь Сомбре ведомо, насколько. А это значит, что продержаться ей нужно несколько минут — возможно ли? На голову словно надели шлем изо льда: тяжёлый, тесный и холодный; перед глазами поплыло, пол начал уходить из-под ног, но Спаркл не могла сдаться, ещё нет.

— Ещё одна ученица, — прошипел король теней так, будто он был рядом, по эту сторону защитного экрана, — Селестия, должно быть, гордится тобой, такой же настырной и неразумной.

— Да, она будет гордиться, ведь Кристальная Империя будет спасена! — выпалила Твайлайт и поняла, что очень зря потратила воздух в лёгких; даже на обычный вдох сил будто не хватало, и она начала задыхаться.

"Сто тридцать один — два — три — четыре — пять... Беги через три ступеньки, пожалуйста, тогда, может быть..."

— Мне не нужна твоя смерть... пока. Я могу дать тебе шанс.

"...девяносто семь, сто девяносто- Я никогда не буду служить тебе! Двести..."

— Я и пытаюсь спасти Кристальную Империю.

"...двести восе.. Что?"

— Если ты настолько сильна и умна, ты можешь быть полезна мне. Я знаю, где... нет, я покажу тебе Кристальное Сердце.

"Оно ведь смертельно для таких, как ты?"

— Если она будет жить и править... то мне будет уже всё равно. Ведь она убеждена, что с тенями можно подружиться. Она не имела плохого умысла, но народ не поймёт её, отринет... Если меня не будет рядом, ты и Кейденс... вы можете ей помочь. Родная кровь придаст ей сил.

Чем больше шептал Сомбра, тем путаннее были мысли. Твайлайт утерла холодный пот со лба. У неё дрожала каждая поджилка, а лёгкие будто уменьшались в размерах с каждой ступенькой; единорожка сбивалась в отсчёте, не слышала и половины речей короля теней, но стоило ему вновь заговорить о Кейденс, как Твайлайт встрепенулась, и даже щит будто налился новой энергией.

"Родная кровь? Как мы ей поможем? О чём ты?"

— Я разрешу тебе встретиться со своей подругой. Вы восстановите Кристальное Сердце, но я позволю это лишь при условии, что вы поможете мне воскресить Рэдиэнт и останетесь с нею, пока всё не уляжется.

"Четыреста три... И зачем тогда атаковал нас, если хотел договориться? А как же тени?"

— Тени не ведут переговоры, тени только забирают. Они предали меня. Поэтому я и хотел договориться... но с тобой, а не с драконом. Ему не стоило убегать, ведь только я могу рассказать всю правду.

"Но ведь Аметист Мазбэри..."

Сомбра не ответил сразу, усилил напор. Энергетический экран начал трещать совсем безнадёжно, медленно рассыпаясь по кусочкам и пропуская сквозь дыры щупальца из дыма и тени.

— Старушке нечего будет рассказать. Да и не поверят ей кристальные пони.

"Пятьсот..."

Содрогаясь всем телом под давлением и едва держась на полусогнутых ногах, Твайлайт всё же не могла не заметить странную интонацию в его голосе.

"Только ты... можешь рассказать... Не поверят ей..."

— Ты промыл им мозги... Ты проникаешь сквозь кристаллы, сквозь кристальных пони... Ты можешь контролировать их, но не нас! Им ты можешь внушить, что с тенями возможен мир, но не нам!.. От нас ты хотел избавиться? — закричала Твайлайт, забыв о том, что ей нужно и дышать. Посередине щита громыхнула большая трещина, грозящая расколоть его пополам.

— Я не хочу выпускать Теней в мир. Я хочу, чтобы все кристальные пони забыли обо мне. Чтобы Рэдиэнт перестала быть врагом в их глазах!

— Не верю... Я не буду служить тебе!

У Твайлайт не оставалось сил, но выбора она была лишена ещё раньше. Спайк должен успеть выбраться, иначе Кристальной Империи придёт конец. Единорожка не могла понять, какой именно, потому что рассказ Сомбры был противоречив, но всё одно — конец.

Поэтому она стояла, забыв о разбивающей её голову боли и не глядя на расслаивавшийся щит, продолжая подпитываться всеми самыми светлыми обрывками воспоминаний.

Она в "организованной панике", как любил говорить Спайк, разбирала вещи и пыталась найти тщательно запрятанную книгу с легендами, а также пару других, которые подтверждали её теорию о возвращении Найтмер Мун. Пятеро пони удивлённо переглядывались между собой, не понимая, как может учёная столичная волшебница, да ещё и придворная, быть настолько увлеченной древними легендами, хоть и ставшими теперь правдой; однако в тот момент Твайлайт не замечала их.

— Вот она! Вы только послушайте...

Понивилльцы, несмотря на скептицизм, всё же остались.

—"...Легенда гласит, что в самый длинный день тысячного года своего заточения она освободится при помощи звёзд, и тогда в мире настанет вечная ночь". Найтмер Мун может говорить что угодно, но вернулась она не с добрыми намерениями!

— Что бы она ни готовила, ей ни за что не победить, ведь мы за Селестию! Мы остановим Найтмер Мун! — продекламировала Рэйнбоу Дэш, уверенно топнув копытом.

— Но она что-то говорила о Совете пони... Ты знаешь чего-нибудь об этом, сахарок? — спросила Эпплджек, почесав затылок, — Разве такое бывало?

Твайлайт кивнула.

— Да, такие времена были, но... потом наступил Хаос, пришёл Дискорд, дух раздора, и только Селестия и Луна смогли ему противостоять.

— У принцесс был один общий враг, но как же... как же потом Её Величество изгнала свою сестру? Отправить её на луну — сложное решение, — вздохнула жалостливо Флаттершай, обнимая крепче своего кролика.

— Не могу и представить, что может случиться, чтобы я поступила так со Свити Белль, — опустила глаза Рэрити, — неужели не нашлось иного способа?

— Разумеется, принцесса Селестия никогда бы не поступила так, будь у неё выбор! Таково было действие Элементов Гармонии!

Тогда угроза была ещё призрачной и неуловимой — никто не знал, как именно будет действовать Найтмер Мун, поэтому была надежда, что всё образуется, но теперь, спустя больше года, когда кругом столько врагов, что легко сбиться со счета, эта надежда слишком слаба. Или...

— А мне кажется, всё будет замечательно! — подпрыгнула на месте Пинки Пай, взметнув розовыми кудряшками, — Они же семья! Им просто нужно встретиться и отметить возвращение принцессы Луны!

— Пинки, разве было похоже, что они готовы болтать друг с другом как ни в чём ни бывало? — фыркнула Эпплджек, качая головой, — Они едва удержались, чтобы не подраться там же, в мэрии!

— Они просто слишком давно не виделись! Если бы они вместе посмеялись над чем-то, неловкость бы сошла на нет!

Даже Рэрити не могла не вмешаться:

— Пинки, наивно думать, что...

— Если бы мы все посмеялись тогда, нам бы не было так страшно сейчас!

"...семьсот семьдесят семь! Я верю в тебя, Спайк!"

Дымные щупальца стянули её белый надколотый щит и раздавили его, обрушив на Твайлайт град волшебных осколков. Вокруг неё тут же выросли хрустальной клеткой чёрные кристаллы, а над головой всё скрыл фиолетово-зелёный туман, из которого на неё глядели красные глаза.

— Так и быть, я дам тебе последний шанс. Ты увидишься со своей подругой.

— Ни я, ни она... Мы не подчинимся тебе. Мы доверяем судьбу Империи Спайку и Шайнингу Армору.

— Тогда последнее, что вы увидите — их смерть.

— Тебе больше не запугать нас видениями. Мы будем... смеяться.

Раздражённо рыкнув, Сомбра что-то прошептал, и Твайлайт закрыла глаза, не чувствуя ни усталости, ни боли, ни страха.

* * *

Флэш Сентри успел за день очень многое. Кристальные пони, работавшие при Сомбре в шахтах, начали вспоминать подробности: за день до подхода эквестрийских войск к Кристальной Империи король вдруг запретил пони приближаться к раскопкам и освободил их от работ, велев ожидать его следующих распоряжений. Видимо, портал в Мир Теней был близок, и Сомбра не желал, чтобы кто-то из подданных видел его. Кроме того, он встретился с семьёй рудокопов, которых Кейденс пригласила из Эквестрии на помощь кристальным пони: шахты оказались завалены, и среди кристальных пони не нашлось специалистов, которые могли не просто копать, а делать это грамотно, чтобы не допустить ещё одного обвала. Игноус Рок Пай, отец семейства, по большей части молчал, лишь иногда краткими, но вескими словами подтверждая слова Лаймстоун, его дочери, которая пыталась объяснить Флэшу, почему раскопки могут быть опасны.

— Кто-то намеренно подорвал эти шахты, и сделал это старательно. Я не говорю, что мы не сможем сделать новый проход, но работать нужно малой группой. Наша небольшая команда без кирок эффективнее чуть ли не половины всех этих кристальных пони с кирками, однако и нам потребуется время, чтобы не только проделать, но и обезопасить тоннель...

Шайнинг Армор, присутствовавший при этом, на всё согласился и дал им полную свободу действий до тех пор, пока они не найдут следы утерянной двери. Капитан выглядел настолько устало, что Флэш решил не тревожить его вестью о тайном проходе, который Твайлайт нашла в тронном зале — может быть, к вечеру они со Спайком уже вернутся, а Шайнинг Армор только зря будет переживать весь день.

Флэш Сентри лишь на пути к Аметист Мазбэри задумался о том, что в Кристальной Империи он от силы действительно сторожил всего пару дней. По большей части он занимался выполнением поручений то Её Высочества, то капитана, то Твайлайт, и не сказать, что разнообразие его не радовало, однако всё это нагоняло тоску по старым беззаботным временам в Кантерлоте. В надежде, что общество Аметист Мазбэри поможет ему отвлечься, он ускорил шаг.

Ещё издалека Флэш заметил у дверей дома Санбёрста, нового знакомого Твайлайт, однако докричаться до него не смог. Наверняка был увлечён каким-то открытием. Не то что бы пегас был против, — сейчас любая информация важна, — однако ему бы хотелось наедине посоветоваться кое очём со старушкой. Переступив за порог, Флэш ожидал чего угодно, только не странной тишины и холода, от которого даже закалённый в карауле гвардеец задрожал.

В спальной было темно, кто-то занавесил окно. У кровати стоял Санбёрст: сняв очки, он утирал глаза и отчего-то шмыгал, верно, от насморка. Флэш Сентри подошёл к нему, и маг чуть не подпрыгнул на месте, не ожидав его так скоро.

— Не стоит тебе... — единорог тут же попытался преградить ему дорогу, но ничего не понимающий Флэш не сдавался.

— Добрый вечер, миссис Мазбэри! Я принёс дневник Рэдиэнт, там сказано, что у них с Сомброй... Проклятье, что с тобой, пусти меня к ней!

Флэш непонимающе посмотрел ему в глаза, и тот отвёл их, будто сам в чём-то был виновен. Пегас дёрнулся сильнее и, конечно же, легко отпихнул заучку-волшебника.

— Она уже ничего не расскажет.

Аметист Мазбэри лежала с улыбкой на устах и опущенными веками, будто в мирном сне, однако всё её тело стало полупрозрачно-чёрным, словно из затемнённого стекла. Флэшу казалось, что она звенела — а может, это у него в ушах стоял тот хруст из библиотеки, когда проклятье поедало её изнутри...

— Как хорошо, что и вы тут! — в комнату, не замечая ничего, влетел Спайк; его лёгкие раздувались так, будто за ним сама смерть гналась, и голос совершенно осип, но он продолжал кричать, — нам нужно срочно поставить щит, чары, что угодно, Сомбра жив и...

Дракон осёкся и, мигом лишившись всего запала, то ли упал, то ли уселся на пол. Флэш Сентри осторожно ухватил край одеяла и накрыл кристальную пони с головой, а затем, не сказав ни слова, широким шагом выбежал из комнаты, едва не снеся на ходу Спайка и Санбёрста.

— Не успел... Наверное, Сомбра ещё до встречи с нами был здесь...

Санбёрст опустился на ковёр рядом с драконом и положил копыто ему на плечо.

— Как ты думаешь, лучше его одного оставить? — спросил он, явно не зная, что делать в такой ситуации. Спайк развёл лапами:

— Да тут уже ничего лучше не будет... Рэдиэнт там, в башне, в гробу. Сомбра охраняет её.

— Мертва?

— Кажется, но... У Сомбры есть какой-то план, я уверен. Он так странно сказал... Был какой-то ритуал, видимо открытия портала, но Сомбра его... остановил. И ещё он сказал, что не смог спасти их... Кого — их?

— Жеребёнка, — сказал Флэш Сентри, зачем-то вернувшийся к ним — видимо, горе так ударило по нему, что он мало понимал, что делать, — у них с Рэдиэнт должен был быть жеребёнок...

Но стоило пегасу взглянуть на закрытую одеялом покойницу, ему поплохело и он снова ушёл; на этот раз хлопнула входная дверь.

— Ему точно не нужна помощь? — спросил Санбёрст, поднимаясь на ноги и порываясь последовать за Флэшем. Спайк остановил его.

— Ему помогут либо соратники, либо... Твайлайт осталась там, с Сомброй. Он атаковал, и... Твай поставила световой щит, чтобы выиграть для меня время. Ещё он сказал, что Кризалис притворяется Кейденс.

Волшебник даже посерел от такой новости, окончательно его добившей.

— И... что же нам теперь делать? Как сказать об этом Шайнингу Армору? Как действовать?

Спайк и сам не знал. В один час всё стало настолько хуже, что и описать невозможно — не разглядеть ни единого просвета.

— Я знаю одно. Я не могу подвести... мы не можем подвести Твай.