# Sweet Noire

Legion2709

Мэинхэттанский детектив расследует похищения музыкантов, стараясь унять своих внутренних демонов.

Редакция Murlestia, Dender314

## Детка, ты знаешь, я виновна

― Хм… “Селестия ненавидит всех нас” автор Алан. Наверное, интересная книжонка, ― я взял с полки черную книгу с красными буквами на обложке и открыл ее на первой странице.

“Рэинбоу Дэш любила быструю езду. Нет, не в привычном смысле: сама Дэш предпочитала передвигаться по воздуху, что было куда быстрее и эффективнее, чем пешком или на дилижансе.

Скоростная езда — это то, что держало меня в постели каждую ночь, проведенную с ней.

Пару раз я видел ее на седьмом небе от счастья, когда ей присылали симпатину, что в переводе с древнего языка пегасов значило: “трое суток беспрерывного секса, рок-н-ролла и маниакальной самозабвенной работы по дому”.

С Дэш мы познакомились...”

― ЭЙ! ― меня окликнул шеф полиции Куимби ― полноватый седой жеребец единорог. ― Потом почитаешь романы, глянь-ка на это.

Я проследовал за ним, положив книгу на полку, надо запомнить название, по дороге куплю такую же. Я вышел из кабинета хозяина дома и спустился вниз в гостиную, где на сломанном чайном столике лежал сам хозяин, с торчащим из груди кухонным ножом. Повсюду были следы боя: разбитая посуда, скошенные картины.

По комнате ходили полицейские, искали улики, фотографировали место преступления ― стандартные процедуры.

― Так что мы имеем, шеф? ― спросил я Куимби, достав из своего пальто фляжку с виски, отпил и предложил шерифу из вежливости, но он отказался.

― Почти все, как и в предыдущих местах, где был “Меломан”, вот только на этот раз ему пытался помешать отец жертвы, и вот что из этого вышло, ― он показал на труп.

― Это четвертый музыкант в этом месяце. Мы уже два месяца его ловим и ничего, никаких зацепок и улик, кроме похищений музыкантов. И все, мы даже расу не смогли узнать, он силен как земной пони, делает ювелирную работу как единорог и может разгуливать там, куда забраться может только пегас. Нам также неясны его мотивы, зачем ему все эти музыканты?

Понятно, когда психопат похищает и убивает кобыл, зачастую все кроется в подсознании: в детстве его била мать или он был таким неудачником, что его обижали девчонки, вот он и воспылал ненавистью, но вот “Меломан” для меня остается загадкой.

― Ладно, я увидел все, что нужно. Пришлете мне фотографии, улики и все, что найдете.

― Зайдешь к нам на ужин в воскресенье? ― спросил меня шеф Куимби. ― Моя жена приготовит фирменное блюдо.

― Постараюсь прийти, ― я улыбнулся, похлопал шефа по плечу и направился к выходу. На улице снова был дождь, кажется, что он идет, не переставая. Можно пропустить стаканчик виски, все равно делать нечего.

Ступая по улочкам Мэинхеттена, я видел пони, веселые и жизнерадостные, обнимаются, целуются, живут беззаботной жизнью, не подозревая, что их может ждать завтра, и не думая, какие темные дела творятся в этом пропащем городе. И я бы хотел не знать, но я сам выбрал такую судьбу. Поездка на метро заняла у меня полчаса, я оказался в родном районе, наполненном борделями, барами, антикварными лавками и прочими заведениями, где вертятся винтики незаконных дел. Забавно было открыть свой офис в таком месте, но здесь можно хорошо развлечься, а когда нужно найти информацию, она всегда под копытом.

“Восторг” ― единственное достойное заведение среди этих клоповников, наполненных шлюхами и алкашами. Освещение внутри бара тусклое, единственное светлое место в заведении ― сцена. Все остальное, казалось, освещалось свечами или неоновыми лампами. Я уселся за стойку, и ко мне подошел бармен.

― Как обычно? ― спросил он. Я кивнул в ответ. Он метнулся к стеллажам, и уже через мгновение перед моим носом были бокал для виски и бутылка.

― Запиши на мой счет.

― Все еще ловишь этого “Меломана”? ― спросил бармен.

― Да какое там ловлю, скорее наблюдаю за ним, как за морским чудовищем в озере Понивилля. Единственная зацепка ― он похищает музыкантов, ― раздраженно ответил я, осушив бокал.

― Не волнуйся ты так, рано или поздно, он сделает ошибку. Мой брат математик, он мне говорит, что, если много раз повторять одно и тоже действие, что-то может пойти не так.

― Хм… возможно, тогда мне остается только ждать и спрашивать об этом “Меломане” у каждого знакомого преступника и крысы.

Со сцены донеслись звуки саксофона и виолончели, я обернулся.

“Детка, ты знаешь, я виновна.

Копы, судьи и присяжные: они согласны

Если любовь — это преступление…”

На сцене стояла она ― девушка, ради которой можно умереть. Появившись легко и быстро, словно табачный дым, она обхватила микрофон своими копытами, облаченными в темно-фиолетовые перчатки, и чуть ли не вплотную приставила к губам.

“Детка, ты знаешь, я виновна

Пока ты мой Клайд, я твоя Бонни

Я буду хорошей.”

Она медленно, но грациозно покачивала бедрами в такт музыке. Платье фиолетового цвета с вырезом на боку, в котором можно было увидеть ее чулки и кьютимарку ― фиолетовый скрипичный ключ, отлично подчеркивало ее фигуру, особенно в сиянии прожекторов, словно сам небесный свет обводил ее талию и освещал ее пепельное личико.

“Вы знаете, я виновна.”

Я знал Октавию с детства, мы выросли на одной площадке, но одним прекрасным днем она уехала. С тех пор много воды утекло, я был женат, пытался начать карьеру актера, даже рисовал комиксы, но вот я частный детектив. Тави приехала в этот город совсем недавно и устроилась работать в этом баре ― одна из причин, почему я сюда хожу.

Она спустилась со сцены и направилась ко мне. Она шла среди этого сброда контрабандистов, неверных мужей и прочих сомнительных личностей, рассекая табачный дым как каравелла.

― Не занято? ― игриво спросила она. Я ответил, что нет, и кобылка села на кожаный стул, стоящий у стойки. Вблизи она была еще прекраснее, я мог разглядеть каждую деталь ее платья, видеть, как кончики ее губ поднимаются, а зрачки расширяются и, самое приятное, чувствовать, как она пахнет... сиренью и крыжовником. ― Угостишь даму сигаретой? ― ласково попросила она.

Я полез в карман и достал оттуда пачку. Небрежно встряхнув ее, чтобы одна из сигарет вылезла чуть выше, я протянул ее Октавии. Она наклонилась, ее серые губы обхватили фильтр и вытянули сигарету из коробки. Убрав пачку, я поднес зажигалку, она придержала волосы копытами, чтобы они не попали под огонь, не хотелось бы испортить столь прекрасные волосы. Как только язык пламени обнял сигарету, Октавия сделала затяжку и выпустила дым.

По ее лицу было видно, что она получала от этого наслаждение.

― Как продвигаются поиски, детектив? ― она улыбнулась. Когда она узнала, что я работаю частным детективом, то долго смеялась. Сказала, что во мне всегда было что-то мрачное, как будто я сошел со страниц нуарного детектива.

― Не хочу говорить об этом.

― Почему? ― она наклонила голову и прижала одно ухо.

― Дерьмово проходят поиски, я не могу ни за что зацепиться, чтобы выйти на его след, ― я взялся за голову. Пока я тут сижу, Меломан может уже вышел на новое дело, кто будет следующим?

― Не стоит так расстраивать себя, ― она обняла меня со спины, ее копыта стали поглаживать мою грудь, а голову положила мне на плечо. Дыхание ее носика щекотало мою шею.

И должен сказать, меня это не успокоило, а наоборот ― возбудило, мне хотелось схватить ее, отвезти к себе домой, содрать это чертово платье, которое стало преградой, чтобы любоваться естеством ее тела.

Но надо держать себя, все же я джентльмен. И я почувствовал, что ее копыта меня отпускают.

―Винил, привет, ― я обернулся и увидел белого единорога в очках. Тави радостно подошла к ней и смачно поцеловала.

Из минусов возвращения Тави в Мэинхеттан я бы назвал новость о том, что все это время Октавия была бисексуалкой и, вдобавок, привезла сюда свою подругу.

― О, привет, детектив, ― поздоровалась Винил. ― Тави, ты что, опять куришь? Твою мать! Я же хочу, чтобы ты бросила! Это ты ей дал?

― Ну прости меня, дорогая, уж такая я плохая девочка, ― игриво подмигнула Октавия, видимо намекая на “наказание”. Похоже Тави нарочно поджигает фитиль единорожке, чтобы ночью получить взрыв чувств. ― Окей, слушай, у меня еще две песни, и после этого мы пойдем домой, пока посиди с моим другом, ― Тави указала на меня. Она еще раз поцеловала Винил и побежала за кулисы.

И мы остались вдвоем: я и любовница Октавии. Мы выбрали свободный столик и уселись за него, заказав себе бутылку виски.

― Ты слышал об этом убийце?

― Каком? Который похищает музыкантов? Я повсюду ищу его, пытаюсь найти хоть какую-нибудь зацепку, напасть на след. Я хочу остановить его.

― Мне страшно, детектив, ― сказала Винил, наливая виски. ― Страшно не за себя, а за нее, ― единорог кивнула в сторону сцены, где в свете прожектора Тави играла на виолончели, исполняя песню о том, как она пылает. ― Я надеюсь, что ты остановишь его, детектив.

Я глотнул виски из бокала. ― Я постараюсь. Рано или поздно я прижму эту сволочь к стенке. Я сам не переживу, если что-то случится с Октавией.

“Мне нужно что-то,

Чтобы успокоить эту боль,

Чтобы охладить любовь, бегущую по моим венам,

Потому что я горю,

Горю из-за тебя

Мне нужно что-то,

Чтобы утолить этот огонь,

Прежде чем он станет моим погребальным костром.

Да я горю...”

Хромированный микрофон, стоящий перед ней, буквально запотел от ее дыхания, так близка она была к нему, словно собиралась поцеловать и провести языком вверх. Судя по виду заерзавших жеребцов, не у одного меня возникли такие ассоциации.

Она закрывала глаза и запрокидывала голову назад, пребывая в экстазе, музыка приносила ей истинное удовлетворение, и, казалось, никакие жеребцы и кобылы не могли удовлетворить ее так же, как игра на виолончели в свете прожектора.

― Поверь мне, парень, она так же извивается в постели, когда в дело вступает он, ― Винил показала свой язык с пирсингом.

― Как Октавию угораздило влюбиться в тебя? Вы же две противоположности.

― В этом и соль, противоположности притягиваются. Мы долгое время снимали один дом. Не поверишь, мы разделили его на две части: с одной стороны, была территория Октавии с музыкальными инструментами, нотными листами, раритетной мебелью, с другой моя, увешанная виниловыми пластинками, сломанными наушниками и музыкальными системами.

Сначала мы, как бы это сказать, подбешивали друг друга, я посылала ее куда подальше, а она в меня сервизом кидалась. Затем мы стали находить гармонию, как в общении, так и в музыке, а под конец просто потрахались. Вот и вся история.

Закончив свое выступление, Октавия в спешке собрала свой инструмент в футляр и подошла к нам.

― Ты…

― Ты была великолепна, ― перебила меня Винил.

Октавия отвела взгляд и покраснела. ― Пойдем домой?

― Да конечно, ― согласилась Винил. Октавия надела на себя плащ цвета слоновой кости, а ее спутница ― кожаную куртку, они направились к выходу, и я решил, что мне тоже пора возвращаться домой. Я проследовал за ними.

На улице шел дождь, к счастью, у кобылок был зонтик, и они укрылись под ним.

― Одна просьба, детектив, ― обратилась Октавия. ― Дадите прикурить?

― А ваша любимая не будет против? ― спросил я.

― Мы условились, что за этот грешок, я позволю себя связать, ― улыбчиво пояснила она.

Я достал из кармана пачку сигарет, поднес к ее рту и подал зажигалку.

Раскурив как надо, она подмигнула мне и сказала. ― Удачи в вашем расследовании, детектив. ― Они пошли прочь.

Я же, надев шляпу и подняв воротник на плаще, отправился в свой офис, который был и моим домом.

Тучи, затянувшие небо, погрузили город во мрак, лишь фонарные столбы и неоновые вывески немного освещали мой путь.

― Эй, красавчик, хочешь развлечься? ― я обернулся на голос. Это была рыжеволосая проститутка, стоящая под козырьком борделя. ― Хочешь узнать, почему меня зовут бездонная?

Поначалу, хотелось вежливо отказать ей. Но затем я представил, как Октавия привязана ногами к кровати в ожидании языка с пирсингом. Во мне загорелся огонь.

* * *

Если ты просыпаешься с больной головой и ничего не помнишь, то вечер прошел потрясно.

Роберта, так звали кобылку, которую я снял вечером, лежала рядом, повернувшись спиной ко мне.

Я встал с кровати-шкафа, сделал несколько упражнений и подошел к своему письменному столу, где стояли бокалы и недопитая бутылка. Роберта стала просыпаться, я налил в бокал, на котором отпечатались следы от красной помады и подал его Роберте.

― Да, ты действительно бездонная.

― Ну а то, ― она прикуривала сигарету. ― Годы опыта и чуваки, которые своей пушкой могут алмазы дробить.

― Верю на слово, ― сказал я. ― Если хочешь, можешь воспользоваться моим душем, перед тем как уйдешь. Я бы продлил пребывание с тобой, но надо работать.

― Будете искать того маньяка? ― спросила она.

― Агась, ― я тоже закурил.

― Маньяки все изощреннее, лет пять назад насиловали и убивали проституток, подвешивая их к фонарным столбам. А сегодня похищают музыкантов. Что дальше? Учителя, медсестры, уборщицы?

― Больные всегда были и будут, ― ответил я. ― Главное ― поймать их вовремя, пока они не натворили дел. ― Что ты делаешь? ― Роберта полезла под меня.

― Думаю, вы заслужили бесплатный бонус за вашу работу.

* * *

Пока я развлекался, произошло еще одно нападение, но в этот раз жертве удалось отбиться, хотя сейчас она в больнице. Ее палату охраняют сотрудники полиции.

Офицер прислал за мной экипаж, и я быстро домчал до госпиталя. Жертвой оказалась молодая единорожка с темно-синей гривой и желтоватой шерсткой, ее тело было покрыто ссадинами, порезами и синяками.

Вместе со мной в палату вошел офицер Куимби. Она затравленно посмотрела на него, затем на меня. Первым заговорил Куимби.

― Дэйзи, это детектив, он расследует дело, связанное с меломаном. Расскажи ему все, что можешь.

Я сел на табурет рядом и достал из плаща блокнот. Кобылка собралась и начала рассказывать.

― Ну, дело было вечером. Я сидела у себя в комнате и пыталась написать нужную музыку для фильма. Я работаю в киноиндустрии, меня попросили сочинить футуристический мотив. Я спец в этом, с гитарами и барабанами обращаться я не умею. Терменвокс мой конек.

Работая в своем кабинете, я услышала звук разбивающегося стекла. Остановив запись, я вошла в гостиную, чтобы проверить, что произошло. Кто-то небрежно проломил стеклянную дверь моего балкона. Я сначала подумала, что это птицы или пьяный пегас, хотела позвонить на ресепшен. Но тут меня схватил “Меломан”. У нас завязалась небольшая потасовка, я сопротивлялась, но в конце концов он повалил меня, а затем поднял и кинул меня на софу, скрутил мои передние копыта и завязал их веревкой. Он стал рвать мою юбку и говорить мне на ухо.

“Сегодня, ты станешь очередной жертвой Меломана, моя сученька.”

Рассказчице пришлось прерваться, так ее стало трясти. Понятно, что рассказать о таких событиях нелегко.

Я взял ее за копыто и стал поглаживать. ― Все хорошо, ― я посмотрел в ее несчастные глаза. ― Вы в безопасности, я понимаю, вам тяжело это вспоминать. Но это важно для нас, если мы поймаем его, то спасем много пони, и он понесет наказание за свои злодеяния, в том числе за то, что сделал с вами.

Она вдохнула и продолжила.

― Он уже хотел опорочить мое тело, но я собралась с силами и ударила его задними копытами в живот. Отойдя от шока, я вспомнила, что у меня есть рог, я подняла кочергу и стала бить его, попутно кидая все, что не прибито: чашки, книги. Не выдержав напора, он бросился прочь. Я вызвала полицию и скорую, так как он вывихнул мне ногу, и несколько осколков стекла попало мне в тело.

― Вы запомнили какие-нибудь приметы нападавшего? Цвет шерсти, грива?

― Ничего, он был одет во все черное, даже хвост замотал в бинты, а на лице была маска обезьяны.

― Маска обезьяны?! ― переспросил Куимби.

― Интересно, не так ли, офицер? Теперь нам ясно, что он ходит в маске обезьяны. А какой у него голос? ― спросил я у свидетельницы.

― Ну такой юный голос, и еще от него пахло томатной пастой.

― Что-нибудь еще?

― Это все, что я помню, ― ответила кобылка.

― Весьма благодарен за содействие, ― я встал с табурета и поцеловал копытце единорожки. ― Желаю скорейшего выздоровления.

Мы с офицером вышли из палаты.

― Что думаешь об этом, детектив?

― Я наконец-то нашел зацепку, думаю, маска была куплена в магазине комиксов, у нас в городе их всего шесть. Стоит осмотреть ее квартиру и опросить соседей. Сначала сделаю это, а затем пойду по магазинам.

* * *

Дорога до дома Дейзи была короткой, она снимала квартиру в отеле. Хотел бы я тут жить, во всяком случае, это лучше, чем спать у себя в офисе на раскладушке, которую я прячу в шкафу.

В квартире Дейзи уже вовсю работали криминалисты, полицейские баловались ее терменвоксом, действительно футуристические звуки. Да, все как она описывала, преступник разбил стеклянную дверь балкона, повсюду разбросаны куски ткани от ее клетчатой юбки. Все это очень странно, конечно меломан мог устроить погром в доме, но вот дойти до сексуального насилия… Причем подобное сопротивление он пресекал на корню, если вспомнить, что он сделал с отцом предыдущей жертвы. Но все же надо проверить.

Я вышел на балкон: достаточно высоко, чтобы создать трудности даже такому пони как Меломан. Балконы стоят плотно друг к другу, у самых крайних есть пожарные лестницы. Видимо, он взобрался на них, а затем как эквестрийский бегун перепрыгивал ограждения с балкона на балкон. Возможно соседи что-нибудь знают.

Подойдя к одному из офицеров, я спросил.

― Вы что-нибудь знаете о соседях?

― Да, жилец в сорок первой квартире сказал, что его в тот момент не было дома, он работает по ночам, это подтвердило его начальство. А в сорок третьей живут мать со своим сыном.

― Сколько сынишке лет?

― Здоровый лоб, лет восемнадцать, не работает. Мать взвалила все на себя, лишь бы он ничего не делал. Мой пацан уже сам себе битсы зарабатывает и обижается, когда я предлагаю помочь, а ему всего тринадцать.

― Мда… вот что бывает, когда нет жеребца в доме, ― я направился к сорок третьей квартире.

Я постучался в дверь, и она приоткрылась, на меня смотрела сорокалетняя кобылка, единственное, что нас разделяло ― маленькая золотая цепочка, которая не давала открыться двери полностью.

― Чем могу помочь?

― Добрый день, я детектив, расследую нападение в соседней квартире, хотел бы задать вам пару вопросов. ― Дверь сразу закрылась, потом снова открылась, но уже полностью.

Я увидел мамашу в полный рост, полноватая, в махровом халате свекольного цвета, волосы, закрученные в бигуди.

― Проходите, детектив, ― радушно пригласила она меня. ― Снимайте пальто, я приготовлю вам кофе.

Пока она убежала на кухню, я стал осматривать помещение, гостиная, объединенная с кухней, две комнаты и сан узел. Из комнаты выглянул маменькин сынок, оглядел меня с головы до ног и заперся у себя. Я сел за столик и взял кружку, которую мне любезно дала кобыла.

― Итак, мисс…

― Миссис Люси.

― А где мистер?

― Оу… он у нас моряк, вечно плавает… Ха-ха… ― похоже, она сама поверила в историю, которую наплела для сына.

― Хорошо, что вы можете сказать о потерпевшей?

― О, она такая милая кобылка, приветливая, общительная. На ночь кошмаров она устраивает всем жеребятам нашего дома представления. Я говорила сыну, чтобы он пригласил ее на свидание, а он все: “Мам, отстань, мама, не мешай.” Жалко, что с ней такое случилось.

― Что вы можете рассказать о той ночи?

― Ну, я была в своей постели, читала роман “Небо в алмазах”. Эм… за стенкой я услышала шум, как будто что-то упало, сначала подумала, это мой сын со своей силиконовой принцессой, но потом раздался металлический звук и звуки бьющейся посуды. Я вышла в гостиную и мне показалось, что по балкону кто-то пробежал, я запереживала, что, если он залезет в окно Луи. Я побежала в комнату сына, открыла дверь и зажгла свет, он лежал весь потный, укрытый с ног до головы одеялом. Ну вы ничего такого не подумайте, он просто мастурбировал.

― Он думает, что я не знаю, что он делает, ― шепотом призналась она. ― А через полчаса поднялся этот шум с нападением, и мне стало страшно.

― Хм... а можно мне поговорить с вашим сыном?!

Через мгновенье мы были в его комнате. Повсюду раскиданы вещи, стоял смердящий запах, как в борделе, в котором никто не убирается. Стены увешаны плакатами героев комиксов и фильмов, а к потолку приклеен постер Рэрити в бикини из журнала “Кольтмэгезин”, они уговорили хранителей элементов сняться в откровенной фотосессии. С Рэрити еще более-менее, а вот Эплджек со своими яблочками подняла продажи салфеток на сорок процентов.

Сам сынок сидел за столом и красил броню воину минотавру.

― Чего тебе?

― Зайка, это детектив? Он расследует нападение на нашу соседку.

― Ну а мне то что с этого? ― хамовато ответил он.

― Детка, мы должны помогать закону.

― Пфф…

― Послушай сюда, малыш, ― я развернул кресло вместе с ним и посмотрел в его мешковатые глаза. ― Я знаю, ты весь такой крутой парень при своей матери, но сейчас ты не в комиксах, ты в реальной жизни. И за стенкой чуть не изнасиловали твою соседку. Это очень серьезно, так что будь любезен помочь.

Видимо моя речь отрезвила его.

― Ну я… сидел у себя в комнате и услышал звуки, как будто что-то упало, потом кто-то пробежался по балкону, вот и все. Я думаю, это кто-то из ее любовников, она вечно водит к себе всяких жеребцов, чтобы потрахаться. Наверное, что-то не поделили или повздорили.

― Хм… спасибо, ― ответил я. ― Ну что ж, думаю, магазин комиксов подождет до завтра, сейчас пропущу стаканчик другой и послушаю песни Октавии.

Когда я выходил из комнаты, я увидел фотографии Дейзи, довольно откровенные, снимал он, судя по всему, с ее балкона. Кажется, я раскрыл дело.

* * *

Магазин “Хикарь” на длинной копытной улице. Зайдя внутрь, я вернулся лет на двадцать назад, когда, будучи семилетним малышом, ходил по таким заведениям. Читал комиксы и мечтал когда-нибудь накопить денег на первое издание “Антро-пони”. И магазин был другой, больше похож на ларек с овощами, только в коробках вместо овощей были комиксы.

Теперь это хорошо обставленные полочки, отсортированные по алфавиту комиксы, мягкие сиденья для чтения, приятная музыка и небольшой бар с конфетами.

Подойдя к кассе, я подозвал продавца, который сортировал фигурки на полках.

― Ух ты, классный костюм детектива Спунера.

― Кого? ― не понял я.

― Вот, ― он показал на обложку комикса, где был изображен жеребец в шляпе и плаще, держащий лупу. ― Самый крутой детектив в мире комиксов.

― Хах! Должен вас разочаровать, я настоящий детектив и пришел к вам по делу. Скажите, никто не покупал в вашем магазине маску обезьяны?

― Это хит сезона, сложно вспомнить всех, кто покупал. Хорошо, что я веду учет проданных предметов, ― он достал здоровый журнал и протянул его мне. ― Вот, можете почитать.

― Благодарю. ― Хм… весьма интересно.

* * *

“Ты заворожила меня,

Ты запала мне в душу,

Да так глубоко, что стала ее частью,

Ты заворожила меня...

Я устала сопротивляться.

Я сказала себе: "Это дело хорошо не кончится".

Но почему я должен сопротивляться, если, малышка, я прекрасно знаю:

Ты заворожила меня.”

И вот я снова сижу в баре, слушаю голос Октавии и наслаждаюсь красотой ее тела. Не обошлось и без ложки дегтя ― рядом сидела Винил и также внимательно разглядывала свою пассию.

Затем она отвлеклась. ― Так ты поймал этого маньяка?

― Да, им оказался малолетка, живущий со своей мамой. Такое бывает, скромные тихони с виду хилые и безобидные. На деле страшные ублюдки, которые держат своих жертв в подвале, насилуя ночами, разрисовывая их тела похабными фразами.

― Расскажи, как это было?

― Ничего особенного рассказать не могу. Я передал сведения шефу Куимби, и вечером он нагрянул в квартиру мамаши с обыском. Они нашли у него в шкафу одежду с застрявшим в ткани стеклом и маску, позже парень сам сознался в преступлении, ― я зажег сигарету.

“Но каждый раз, когда я пытаюсь задуматься,

Мысль о тебе не дает мне покоя,

Потому что ты заворожила меня.

Ты определенно заворожила меня...”

Октавия закончила петь и направилась к нам.

― Привет, детектив, как дела?

― Я сегодня поймал Меломана, ― похвастался я.

― Вау! Поздравляю, мне как-то на душе спокойней стало, и как тебе это удалось?

― Поймал его после того, как он напал на свою соседку, которая играла на терменвоксе, ― после этих слов они посмотрели друг на друга и недоуменно взглянули на меня.

― Ты ничего не говорил о терменвоксе, ― сказала Винил.

― А что такое? ― переспросил я.

― Ну… ― начала Октавия. ― Мы с Винил часто обсуждали этого маньяка, когда читали заметки в газетах, и мы заметили один факт.

― Он нападает только на тех, кто владеет классическими инструментами, ― продолжила Винил.

― Не понимаю.

― Ну вот смотри, я играю на виолончели, это классика. Винил играет, если можно это так назвать, на диджейском пульте, по сути она даже не музыкант.

― ЭЙ!

― Терменвокс не классический инструмент, его изобрели лишь два десятилетия назад. То есть Меломан не стал бы на нее нападать.

То есть я просто разгадал обычное бытовое преступление? Точно, у парня были ее фотографии, он воспользовался шумихой вокруг Меломана и вломился в ее дом, чтобы изнасиловать, в надежде, что никто не заподозрит его. А я, опьяненный жаждой поймать этого неуловимого преступника, готов верить в любую небылицу, даже младенца заподозрить.

Я опустошил целый стакан виски и закурил как паровоз.

В этот раз я крупно облажался, преступник на свободе, и этой ночью будет совершено еще одно нападение, на этот раз настоящее.

Это еще не конец, я доберусь до него, и он предстанет перед судом за все свои злодеяния.

## Просто назови меня ангелом, утренним ангелом

Старые заброшенные доки. Пятнадцать лет назад тут кипела жизнь. Здесь стояли крупные красивые парусные фрегаты, торговые лавки в которых можно купить товары со всего света, каких ни в каких магазинах не сыскать.

Помимо этого, тут было море контрабанды, экзотические животные, редкие артефакты.

Сейчас это кладбище, большинство доков обрушилось, теперь они похожи на мятые картонные коробки на которые наступила неуклюжая кобыла. Некогда красивые парусники с красивыми белыми парусами с фигурой кобылы на носу. Теперь от корпуса остался скелет, паруса превратились в дряблые тряпки, развивающиеся на ветру, кобыла на носу, в место своего белого платья была обернута водорослями, нарисованные глаза размылись — теперь это пустые глазницы из который текут слезы размытой краски. Ходя здесь я думаю, что она плачет, потому что вспоминает те светлые деньки, когда она бороздила просторы океана, повидала сказочные страны, а теперь она лежит на мели и смотрит на восток где бескрайний океан, куда заходит солнце и плачет.

Но я пришел сюда не любоваться пейзажами. У меня тут важная встреча. Заброшенные доки прекрасное место для всяких темных дел. В уцелевших строениях устраивают бои без правил, студии фильмов для взрослых и так далее. Но док под номером двенадцать… в этом доке живет и работает один пони который располагает информацией, а информация в наши дни, ценнее любого золота.

Я подошел к большой железной двери, напоминающей дверь от сейфа, освещенной лампой накаливания, рядом с ней стоял домофон. Я нажал на большую красную кнопку на нем.

Из динамика раздался хриплый шипящий голос.

-Кто?

-Маилс, это я.

Дверь стала издавать механические звуки, несколько пневматических поршней за ней отодвинули засовы, и однотонная дверь со стоном приоткрылась. Как только я переступил порог, механизмы снова заработали, и она закрылась.

Маилс превратил этот док в крепость. Большая дверь от сейфа тому пример, когда ты обладаешь информацией, все хотят ее получить и не всегда честно.

Идя по лабиринтам картотек в которых хранятся папки, фотографии, пленки компромата тут достаточно, чтобы засадить всех кино звезд Эпплвуда на пожизненный срок.

-Детектив! Как я рад, что ты зашел. — Радостно приветствовал меня Маилс. Тучный серый, жеребец, в белой офисной рубашке, каштановых брюках на подтяжках.

Он сидел на кожаном кресле с высокой спинкой за письменным столом из красного дерева в свете небольшой настольной лампы. Все это стояло в центре дока, сделав себе небольшой кабинет из фанерных на котором висели, графики, фотографии красивых девиц, среди которых выделялась фотография Рэинбоу Дэш. Либо он ищет на нее компромат или ему просто нравиться эта мордашка.

-Привет Маилс. — Я сел на диван стоящий рядом и достав сигарету закурил. Маилс кстати тоже курил большую сигару, которую он держал в своих зубах.

-Все еще ловишь этого Меломана?

Да, этот сукин сын, кем бы он не был. Вечно уходит у меня из-под носа.

-Да, я читал в газетах о том, как ты лоханулся. Принял пацана, который дрочит на плакат Рэрити из эротического журнала за маньяка которого никто не может поймать.

— Он засмеялся, и потом начал глубоко кашлять. — Пить будешь?

Я кивнул в знак согласия.

Он поднял свою толстую тушу и направился к мини бару и достал оттуда два бокала и бутылку виски.

-Ты нашел что-нибудь по нему? — Спросил я, взяв бокал виски.

-Я говорил с одним пони, который работает на вокзале, он услышал, что в город, были заказаны запчасти шестерни, и прочее словно, кто-то собирает гигантские часы. — Говорил Маилс. — И знаешь, что самое интересное, каждая деталь была заказана отдельно от другой.

-Не понимаю. — Переспросил я.

-Ну представь, ты разгружаешь две шестерни, одна должна крутить другую изготовленные на одном заводе и дополняют друг друга. Но большая заказана в одну фирму, а другая в другую. Я проверил связи. Кто-то пытается запутать следы, купив целый механизм, от лица компаний однодневок.

-И Почему ты решил, что заказчиком может быть Меломан? — Спросил я.

-Не знаю, чую это. Имя получателя неизвестно и куда попали эти детали. Я копнул глубже, и кто-то заказывал тем же путем стальные прутья как будто…

-Как будто кто-то делает клетки. Кажется, я понимаю… были похищены, музыканты, тел и останков найдено не было. Возможно он держит их в плену, но зачем? И зачем ему эти запчасти?

-Может делает мясорубку?

-Ты можешь еще что-нибудь поискать, куда могли бы они попасть или может быть ему кто-то помогал.

-Ну… — он почесал свой затылок. — Я постараюсь конечно. Но сам понимаешь…

-Я заплачу.

-Хорошо тогда. Я слыхал ты часто в бар ходишь, чтобы полюбоваться на одну кобылку?

-Это моя подруга детства, был влюблен в нее… да и сейчас люблю.

-А она что?

-Она приехала в город со своей девушкой… для меня это было как серпом по яйцам.

-Хех… Думаю такие как мы не созданы для любви. Или тебе стоит поискать тихую домашнюю кобылу, а не барных певиц и кино звезд.

-Думаю, да. — Ну был рад с тобой повидаться. — Я пожал его копыто и направился к выходу. — Позвони мне, когда найдешь, что-нибудь.

* * *

Я стоял у себя в кабинете собирая полученную информацию по крупицам, для этого я поставил деревянную доску на мой старый диван и прибил к ней карту Мэинхеттана, а на нее прибивал булавкой сводки с газет, фотографии жертв и все это я связывал красной ниткой.

Но пока выходит куча, газет на карте, через которые проходят красные линии. Я не вижу четкой последовательности действий. Он просто бродит по городу в разнобой и похищает тех или иных музыкантов… Будь бы я на его месте, я бы работал по районам, сначала один, потом Бронкс, вокруг центрального парка и так далее.

Но тогда бы полиция и детективы патрулировали именно тот район, в котором я работал и могли бы поймать меня… Да он работает умно, нельзя предугадать, когда и где он появится.

И тут в дверь моей конторы постучались.

-Кто это?

-Детектив это Куимби. — Ответил голос за дверью.

-Входи, открыто.

Шеф полиции переступил порог. Он снял свою фуражку и пальто и повесил все это на вешалку.

-Нашел какие-нибудь зацепки? — Спросил он меня.

-Нет. — Я решил передохнуть от напряженной мозговой работы и взял со стола пачку сигарет и за пыхтел. — Неразбериха какая-то. Проще просто закрыть город и арестовывать каждого пони и допрашивать пока не найдешь нужного. Или попросить Принцессу Спаркл поднять город над землей перевернуть и потрясти как копилку свинью в надежде, что преступник и жертвы вывалится из него.

-Думаю у нее есть дела поважнее, чем искать преступников. — Он обратил внимание на книгу, которую я читаю в свободное время, она лежала на тумбе лицом вниз: “Селестия ненавидит всех нас”, про что она?

-Да, история, мне автор пишет про свою молодость, пишет, что у него реально были отношения с Рэинбоу Дэш, а потом они как-то повздорили во время их секс-туризма и она пырнула его перочинным ножом. Я только до этого момента дочитал.

-Дочь моя тоже увлекается подобным чтивом, она твоего возраста. Я говорю ей, хватит читать книжки и маяться всякой херней, найди себе работу, найди парня. А она: “Я для себя пожить хочу”. Видимо я умру так, не увидев внуков.

-Не переживай, кто-нибудь да возьмет твою дочурку замуж. Главное, чтобы пони был хорошим, а то было так у одного моего друга. сестра его вышла за муж, а через месяц приходит вся в синяках, оказалось он частенько избивал ее за любую погрешность, а сам ходил пить к проституткам.

Так он нашел этого горе муженька и избил его так, что тот потом полгода ел через трубочку и срал под себя.

-Почему бы тебе не попытаться.

-Попытаться что?

-Ну… наладить общий язык с моей дочерью.

-ЧТО!?

-Ну парень ты хороший, весь самостоятельный тебе давно пора остепениться, жениться, завести детей. Она девчонка покладистая, пригожая, ей нужен жеребец, за которым она будет, как за каменной стеной.

-Я не знаю… Я уже был женат, скажу особого кайфа от совместной жизни с моей бывшей я не получал. К тому же посмотри на меня, я курю, пью, часто шляюсь по барам. Не боишься, что я испорчу ее? — По правде в чем-то он был прав, думаю мне пора задуматься о создании семьи, Октавия играет с пирсинговым язычком Винил, а мне ждать, когда они расстанутся?

-Я сам был такой в молодости сынок. — Просто приди к нам на ужин в воскресенье и все, если вы не найдете общий язык, то ничего страшного.

-Думаю попробовать можно, хорошо, я приду на ужин.

В дверь снова постучались и за ней послышался жеребячий голосок. — Письмо от мистера Маилза.

Я открыл дверь и передо мной стоял мелкий жеребенок-пегас. На нем была старая кожаная кепка и шинель больше него самого.

Он протянул мне желтый конверт. — Он просил передать, чтобы вы зашли к нему на следующей неделе.

-Спасибо сынок. — Я погладил его по голове. — Погоди не уходи.— Я залез в бар и порывшись там нашел связку конфет и передал его мальчишке, дав еще несколько битсов.

-Спасибо сэр! — Радостно выкрикнул жеребенок и побежал вниз по лестнице.

-Что это? — Спросил Куимби.

-Я попросил одного моего знакомого найти, что-нибудь интересное, что могло бы вывести меня на след Меломана. — Я открыл конверт. Там были адреса и список имен которые получали товар. Пойду спрошу их, может быть кто-то знает о таинственном покупателе.

* * *

“Пэни и Пэйпер Компани”, компания основанная лет сто назад, двумя сестрами и занимается изготовлением и продажей бумаги.

Именно сюда приехала одна из деталей. На эту небольшую фабрику. Охранник пропустил меня, когда я показал ему значок детектива, так же он оказал мне услугу и проводил меня до офиса начальника.

Он вел меня через ряды станков по которым беспрерывно шли километровые бумажные дорожки. Они то поднимались, то опускались, а в конце накручивались на огромный рулон.

Все это было занимательно, может даже буду водить сюда своих детей на экскурсию… хех, я уже думаю о детях… но надо вернутся к работе. Поднявшись по железной лестнице, ведущая на второй этаж, на котором располагался офис владельца фирмы, ведь основательницы фабрики уже как лет двадцать мертвы.

Со стуком я вошел внутрь, за столом сидел жеребец единорог лет тридцати пяти. Увидев меня, он встал и протянул мне копыто.

-Чем могу быть полезен вам сэр? — Спросил он меня.

Я пожал ему копыто. — Я расследую дело, вы слышали о Меломане?

-О маньяке, который похищает музыкантов? А кто об это не говорит? Моя вот жена без умолку треплется об этом с подругами. Так каким боком фабрика моей прабабушки и ее сестры стоит к этому делу?

Я рассказал ему о запчастях для какого-то механизма, и что их развезли по частям в разные точки.

-И вот один след привел меня к вам. Скажите, не приезжала ли к вам карета службы доставки и не оставляла что-нибудь подозрительного?

Хм… он задумался. — Меня не было тут две недели из-за болезни, возможно мой заместитель что-нибудь скажет.

-Прекрасно, а где он?

-Вернее она. — Поправил он меня. — Пойдемте вниз, я представлю вас ей.

Он отвел меня на нижний этаж к складам, где хранятся огромные рулоны и пачки бумаги.

-Скажите детектив, какой бумагой вы пользуетесь?

-Честно сказать, я не обращал внимание на фирму изготовителя, мне просто нужна была бумага, и я шел в магазин канцелярских товаров, и брал какую-то пачку в целлофане. Я как-то не вижу различия.

-Может вы посоветуйте, как нам улучшить продажи?

-Ну не знаю… я бы, наверное, заметил если бы на бумаге… была бы кобыла.

-Кобыла!?

-Да, знаете — такая лежит, раздвинув задние ноги и обнимает большой карандаш передними.

-Вы думаете? — Спросил он.

-Я обычно покупаю сигареты, в которых есть вкладыши с кобылками. Вот. — Я показал ему один такой. — И их куда охотнее покупают чем те же сигареты “Селестия”.

Средь этого склада бумаги стояла желтая кобылка-пегас, с белой, как солома, гривой, которая выглядывала из красной банданы, она была одета в рабочий комбинезон.

Жеребец представил меня ей и рассказал, чего я хочу. Я же приготовился слушать и достал свой блокнот.

-Ну… да было у нас подобное происшествие. Это был полдень четверга, как обычно погодные пегасы устраивают дождь в четверг.

Мы как раз погружали товары в телеги, чтобы развести их по магазинам, я еще помню, как Баркли уронил целую коробку в лужу. Пришлось вычесть это из его зарплаты. И после этого к нам подъехала телега службы доставки и сказала, что мы заказывали с десяток косо-зубчатых колес и выгрузили целую коробку.

Я им сказала, что мы ничего не заказывали и что они должны их забрать. Но они послали меня и уехали по делам.

-И что вы предприняли?

-Я оставила ее лежать там, где ее оставили. Она лежала под дождем четыре часа.

-И ее никто не забрал?

-Вот это я вам и хотела рассказать. Ближе к закрытию, к нам подошел жеребец- единорог пожилых лет, он был кремового цвета, с седой гривой, на нем было серое пальто и шляпа с полями того же цвета. Он поинтересовался, что в том ящике.

Я без всякой задней мысли ответила, что там лежать шестерни. Он заулыбался, словно нашел сокровища в нижнем белье Дэринг Ду и попросил продать мне их.

Я сказала ему, что они пришли к нам по ошибке, так что пусть берет он их даром.

Он не стал церемониться поднял ящик магией и поблагодарив меня скрылся через открытые ворота.

-Это очень интересно. — Я записал все ее слова в блокнот. —Что ж, благодарю вам за помощь в расследовании.

-Стойте детектив. — Остановила меня кобыла. — Можете мне помочь.

-Чем это?

-Видите ли, я подозреваю, что мой сын курит, но я не могу поймать его с сигаретой или найти пачку. Когда я поднимаю этот разговор, он говорит мне что я долбанутая на голову и что пока я не докажу это-то. Я припугнула его что позову детектива.

Я засмеялся. — Где вы живете?

-Не далеко вон дом на углу. — Она показала направление.

-Ну что ж пройдемте.

* * *

Мы зашли в ее дом, со второго этажа были слышны детские вопли.

-Это он играет со своими друзьями.

Мы поднялись наверх.

-Где его комната?

-Она прямо по коридору.

Я пошел туда и открыл дверь без стука. Жеребята конечно испугались, что в комнату вошел большой взрослый жеребец.

-Майк! — Спросил я темно желтого жеребенка. — Он кивнул.

-Частный детектив! — Я показал ему свой значок. — Твоя мама наняла меня для того, чтобы я раскрыл дело о сигаретах. Сейчас эта комната находиться под следствием и будет происходить обыск.

-Так что никому не двигаться, будет проходить обыск и поиск улик. — Я стал ходить по комнате, осматривая книжные полки, письменный стол, и время от времени смотря на жеребят: они сбились в группку и смотрели на меня, и пытались не показывать страха.

Я ходил из угла в угол и смотрел на реакции детей, если я буду близок к тайнику, они начнут нервничать, и это будет видно по их лицам.

Теперь надо вспомнить, где я прятал сигареты? Под кроватью. Я подошел к ней и посмотрел под кровать, а затем на ребятню. В особенности на сынка, были видно, как его зрачки сузились.

Я поднял матрас. — Простите за то, что устраиваю беспорядок мисс. — В днище зияла дыра, порывшись я достал оттуда несколько эротических журналов и три пачки сигарет.

-Попался! — Радостно воскликнул я.

После того как сынишка получил несколько подзатыльников, бранных слов и выслушал свой приговор в виде двух недель домашнего ареста, мы спустились вниз, где я выслушал благодарности от молодой мамы.

-Спасибо вам, я уже не знала, что делать, он такой хитрый и изворотливый.

-Да, думаю ему не хватает копыта жеребца в воспитании.

-Я замужем. — Она поправила свою соломенную гриву. — Вот он всыпит ему, когда вернется с плаванья. Не думайте, что я типо выдумала историю, что его отец моряк, он на самом деле моряк и должен через неделю вернутся домой.

Она вздохнула.— Тогда Луи ходит по дому как паинька.

-Ну что ж, я пойду. Мне еще надо опросить за день две фабрики.

-Погодите. Я не отблагодарила вас по-настоящему, вам еще целый день ходить по этому дождливому городу. Может вы останетесь на чашечку кофе. — Она посмотрела на меня и прикусила нижнюю губу.

-Что же. Я никогда не откажусь от кружечки кофе.

* * *

И вот я вернулся к себе домой, в мою пустую пыльную коробку. В моем доме так одиноко, что компанию мне составляет бутылка молока по утрам.

Плюхнувшись на не застеленную кровать, я тупо уставился в потолок. В моей голове крутилась карусель мыслей: на пластиковых кобылках в чулках и корсетах катались мои мысли. Меломан: кто он, каковы его цели, зачем ему собирать механизм? Может он хочет собрать мясорубку и накормить бездомных собак? Или может он хочет сделать большие часы, а похищенным музыкантов использовать в качестве “Кукушки”: они каждый час будут выглядывать из окошка и играть на скрипочке.

Другой темой для моего рассуждения было желание офицера Куимби сватать меня с его дочерью. Я был уже женат и не был в особом в восторге от своего брака, я чуть не поседел во время развода.

С другой стороны, посмотри на себя, старый пыльный кабинет, постельное белье воняет грибами и алкоголем, тебе стоит найти ту, кто заставит тебя бриться по утрам.

* * *

Как и обещал, я поехал на званый ужин к семье Саливана Куимби. Утром я привел себя в порядок, принял душ с мылом, постригся и нашел одежду которая выглядит не такой грязной, побрызгался старым одеколоном и пошел ловить такси.

Шеф жил в спальных кварталах Мэинхеттана: тихое спокойное место, по статистике уровень преступности тут самый низкий.

Дверь мне открыла жена Куимби, она была того же возраста что и Сали, грива была ее цвета желтовато-коричневого, собранная в пучок, закрепленная “Крабом”. Ее кукурузного цвета шкурка была закрыта голубоваты платьем с фартуком на нем.

-Привет, дорогуша. — Улыбнувшись сказала она. — Заходи, Сали читает газету в гостиной, я позову тебя к столу.

-Спасибо, Беатрис. — Ответил я, снимая свое пальто и шляпу. — Сарра, еще наверху, мы сказали, что ты придешь к нам на ужин, так она уже целый день не выходит из дома.

-Мне будет приятно познакомится с Саррой поближе, я видел ее только на фотографиях в кабинете Куимби.

-Как же вышло что ты ее не видел? Мы же столько лет знакомы, даже на твоей свадьбе были.

-Не знаю, обычно она была чем-то занята, учебой, еще чем-нибудь.

-Беатрис не доставай его глупыми вопросами! Пускай проходит в гостиную и когда уже будет этот ужин!

-Не ворчи! — Она с раздраженным лицом пошла на кухню, пробубня себе под нос, что “Как она его будет терпеть, когда он уйдет на пенсию?”

Я же зашел в гостиную. Сали сидел на своем кожаном кресле с высокой спинкой, он читал газету и курил трубку.

-Привет Сали. — Сказал я ему и сел рядом на диван.

-Как расследование?

-Довольно забавное, почти во всех фирмах говорят одно и тоже, приезжала карета доставки, оставляла посылку, а затем она либо пропадает сама, или ее забирал какой-то пожилой жеребец.

-Ты уже знаешь кто он?

-Пока нет, но я уверен, что близок к разгадке и что найти его будет не так трудно.

-Почему?

-Да потому что он ни скрывал своего лица, даже не пытался маскироваться. Все видели его и описывали. Осталось его только прижать и… — Я хлопнул копытами. — И этот сукин сын выдаст мне все что знает.

-Пожалуйста не выражайся так в моем доме и попытайся не сквернословить при моей дочери.

-Хорошо.

-Ребята давайте к столу! САРРА! Тебя это тоже касается! — Прозвенел громкий кобылий голос с кухни.

-Пойдем, сейчас дочка спуститься со второго этажа. Давай ее встретим. — Мы вышли в коридор, я уже слышал цокающий звук копыт сверху.

И вот она спустилась. Признаться, видеть ее в живую было приятнее чем на фото, когда она там была еще школьницей с брекетами.

Красивая кремовая шерстка, облаченная в бело-голубое платье стиля “песочные часы”, стройные ножки с черными туфельками в темных чулочках, резво бежали по лесенке. Выгоревшие на солнце волосы прикрывали ее голову кудрявой плотной шапкой и были похожи на взбитый крем с шоколадом, она посмотрела на меня своими голубыми глазами. А я одарил ее мальчишеской улыбкой.

Увидев меня, она сменила темп ходьбы на более спокойный, по ее бегающим глазам я понял, что она меня оглядывает как бы оценивая.

-Так вы и есть тот детектив, о котором говорит мой отец и моя мама.

-А вы, та красотка Сарра, которую так хвалят и любят родители. — С легкой улыбкой произнес я и она засмущалась.

-Ну что вы стоите, пройдемте. Мама уже, наверное, накрыла на стол.

Нас с Саррой посадили рядом, ее родители сели напротив. Беатрис открыла крышку керамической кастрюльки, где был салат с яблоками, а Куимби открывал бутылку с вином.

-Чем ты занимаешься, Сарра? — Спросил я ее.

-Ну я занимаюсь копытоделием, делаю всякие поделки, шью кукол. Думаю пойти работать в школу и открыть творческий кружок. Или пойти работать в газетное издание, быть репортером.

-Нахватало мне дома вруна. — Выразил свое недовольстве глава семьи.

-Папа! — Недовольно сказала кобылка.

-А что не так? — Говоришь репортерам все хорошо: “во время наводнения спасли всех”. А утром в газетах пишут, во время наводнения полиция спасла аристократов, оставив граждан среднего класса на произвол судьбы. После этого об нас ноги и вытирают.

Сарра расстроилась.

-Мне кажется идея со школой лучше, твой талант — учить детей творчеству.

Она посмотрела на меня и тепло улыбнулась, в глазах я вижу надежду, может действительно у нас с ней выйдет хорошая семья.

Потом я рассказал ей о том, чем занимаюсь. О том, что чаще я занимаюсь семейными проблемами и меньше криминалом, но сейчас главной моей задачей является поиски и поимка Меломана.

Рассказывал о своих методах поиска, о забавных случаях и она слушала меня очень внимательно, я для нее был книгой, которую она могла слушать.

-А у вас есть оружие? — Спросила она.

-Да, конечно, девять миллиметров, но я предпочитаю улаживать дела мирным путем, пистолет уже для очень острых ситуаций. — И я почувствовал, что ее заднее копыто гладит мою ногу, она обвивала меня словно змея.

К счастью, ее родители этого не заметили, хотя, видимо они так хотят сбагрить Сарру, что даже если бы она решила сделать мне минет под столом они бы не возражали.

* * *

Уже была глубокая ночь, миски с салатами опустели, а вино больше не оказывало должного эффекта, мы перешли в гостиную где продолжали беседы, Родители Сарры решили показать мне их фотоальбомы и выслушать их рассказы, как хорошо они проводили отпуск двадцать пять лет назад. Но вскоре я понял, что пора идти домой.

-Это был приятный вечер но, думаю, мне уже пора идти, завтра мне еще вести дело.

— Я поднялся и направился к выходу.

-С ума, что ли сошел? — Сказал мне Куимби. — Там же темень, и ты не в таком состоянии чтобы ехать домой.

-Оставайтесь у нас. — Предложила Беатрис. — у нас есть комната для гостей, переночуете там, а утром поедете по своим делам.

После уговоров я согласился, меня отвели на второй этаж. Комната для гостей была где-то девять метров, была она обклеена в кремовые обои в цветочек, стоял шкаф, металлическая кровать и тумба, что еще нужно для ночлега?

Беатрис дала мне пижаму и пожелав спокойной ночи, закрыла дверь. Признаться, давно не спал в таких условиях, если сравнить эту комнату с моей конурой, то я сейчас живу в пентхаусе.

Переодевшись, я лег на свежепостеленные простыни и укрылся мягким одеялом. Уткнувшись в подушку, которая пахла лавандой, я мигом погрузился в сон.

Но пребывание в сонном царстве длилось недолго.

Я проснулся из-за легкого скрипа двери. Поначалу я испугался, я забыл где я и как оказался в свежих простынях? Но затем разум прояснился, и вспомнил, где я, и чьи копыта издают тихий цокающий звук, приближаясь ко мне.

Подойдя ближе, Сарра наклонила голову и посмотрела мне прямо в глаза: свет отражающийся от луны, придал ее голубым глазам невероятный космический эффект, словно я сам смотрю в космос.

Она ничего не сказала, ее губы коснулись моих, она вздернула одеяло и легла рядом со мной, обняв я стал ее ласкать, водя копытами по чудному крупу, круглому как идеальная сфера. Я вырывался из ее рта, чтобы вцепиться в ее шею и целовать ее и чувствовать, как она извивается, получая кайф от всего этого.

* * *

Никогда не чувствовал себя так хорошо утром. — Возможно это из-за уютной обстановки, может тут воздух свежее, чем в моем квартале. А может все это из-за хорошо проведенной ночи.

Я смотрел на спину рядом лежащей пони, одеяло накрывало ее талию, растрепанные волосы хаотично лежали на подушке. Она была словно дева с древней картины, которая ожила и сошла с полотен. И первое, что ей захотелось отведать — это плоти жеребца.

Я наклонился и поцеловал ее в щеку.

-Доброе утро. — Ласково сказал я ей своим хриплым прокуренным голосом.

Она поморщила носик и улыбнулась, затем открыла глаза и повернулась ко мне. — Доброе утро. Детектив.

Мы оделись и спустились вниз, где нас на кухне уже ждали ее родители, и глядя на их морды, я понял, что они довольны полученным результатом. Ну что сам согласился же.

Меня накормили сытым завтраком и налили потрясающий кофе, которого я в жизни не пробовал. Я поблагодарил их и сказал, что мне нужно приступить к работе и что я вернусь к ужину.

Надев на себя свою шляпу и пальто, я, поймав такси, направился к своей следующей цели.

* * *

Шел я к фабрике по производству консервированного гороха. Хм… может купить у них оптом ящик? Думаю, Беатрис приготовит чудесный салат. Как на зло пошел дождь, который снова превратил сухой, как мое горло асфальт, в мокрое лоно Сарры, за несколько минут лить стало так сильно, что на улочках моментально появились крохотные реки дождевой воды, стремящиеся к водостоку.

Но моим мыслям пришел конец, когда я увидел его. Из ворот фабрики выходил кремовый жеребец, морщины на его лице выдали его возраст, лицо свое он пытался скрыть за высоким воротом пальто и шляпой.

Я так часто слышал его описания у свидетелей, который опрашивал несколько дней, что его образ буквально впился мне в мозг.

Я ускорил шаг и направился к нему в надежде догнать его и схватить за копыто, но этот старпер обернулся и сообразив, что я его нагоняю и, возможно, он понял кто я такой, он пустился бежать.

-Стой! — Я побежал следом за ним. Для старпера он бежал довольно резво, словно эквестрийский чемпион по бегу. Гонка эта длилась недолго: он забежал в переулок, где его остановил забор, на который он начал карабкаться.

-Стоять! — Крикнул я ему, направив свой пистолет. — А теперь повернись ко мне, чтобы я смог увидеть твое лицо.

Единорог поспешно повернулся и посмотрел на меня своими глазами, на которые навались мешки от старости, он был похож на сухой фрукт, но даже сухофрукты выглядят как конфеты.

По усталому лицу было ясно, что он не спал несколько дней, он был напряжен, зрачки его глаз бегали туда-сюда и ушки пытались что-то уловить, как будто он ждет что кто-то выскочит и убьет его.

-Ну что старик?

-Что вам от меня надо?

-Ты прекрасно знаешь, старик. Ты работаешь на Меломана, таскаешь ему запчасти для черт знает, чего. Мне нужно знать, кто он, где его можно найти и где пропавшие музыканты.

-Я… я... не могу этого сказать.

-Слушай. Ты препятствуешь расследованию и пытаешься сбежать, и на тебя направлена пушка. И ты говоришь, что не можешь сказать о Меломане. Кто он такой!

-Я не знаю! Я клянусь!

-Так как вы общаетесь?

-Мне либо приходят письма, слова на них вырезанные из журналов, или звонок по телефону, голос его искаженный и я не могу понять кто это. Он просто дает мне указания и все.

Между нами нависло молчание.

-Слушай… я… я не знаю, ничего особенного о том, кого вы ищете, но, если вы хотите его поймать. — Он обернулся.— Я могу сказать вам место нашей встречи, только пообещайте, что я не буду сидеть с ним в одной камере.

-Договорились. — Я убрал пистолет. — Говори.

-Не сейчас, он не выслал мне точных координат. Приходите в обед по этому адресу. — Он протянул мне бумажку с адресом. — И постарайтесь, чтобы вас никто не видел.

* * *

В эти выходные я решил сводить Сарру в свое любимое место — в бар, где выступает Октавия. Обстановка там приятная, нету всяких моральных уродов и уголовников, и я покажу Тави что у меня есть кобылка, может заревнует.

Я попросил забронировать мне столик, и не просто какой-то деревянный столик со стульями, а шикарное место где вместо стульев ты сидишь на полукруглом высоком диване из натуральной кожи, там нам никто не будет мешать.

Войдя внутрь, я помог снять с нее пальто, и провести до столика.

-Я никогда не была в таких местах. — Сказала Сарра, садясь на диван и оглядывая интерьер заведения. — Все как в фильмах про детективов. А на сцене будет выступать красивая кобыла в длинном откровенном платье и соблазнять жеребцов своим пением?

-Думаю ты знаешь этот жанр лучше меня. — Улыбнувшись, ответил я ей.

Сразу после того, как я сел, сцена загорелась огнями и занавес поднялся: на сцену выкатили рояль, за которым сидел жеребец средних лет, который начал играть.

И тут на сцену вышла Октавия, в длинном темно-фиолетовом платье с широким разрезом, который оголял ее кьютимарку и показывал подвязку с черными чулками, облаченными в фиолетовые туфельки. Так же, любой жеребец уже заметил резинку от трусов, разрезающую ее фиолетовый скрипичный ключ.

Она легла на рояль под свет прожектора и подняла заднюю ногу, оставив многих зрителей преподносятся и наклониться влево.

Она запела:

“Я не стану ограничивать твою свободу,

Если моя любовь не смогла пленить твоего сердца

И ты не должен оправдываться

Ведь это я всё начала

Я не вижу необходимости провожать меня до дома,

Я уже большая девочка и могу сама встретить рассвет”

-Должна признать, представить она себя умеет, смотри как все эти пони на нее смотрят. — Говорила Сарра,— тут даже есть жеребцы с кобылками и… они никак не реагируют, что их парень как маленький щенок встал на задние лапки.

-Думаю потому что они знают, что им ничего не светит с ней. А вот придя домой, он накинется на них, как голодный волк, представляя своих жен певицей бара.

-А ты? Ты тоже накинешься на меня и затрахаешь, пока я не потеряю сознания?

“Просто назови меня ангелом, утренним ангелом

Просто прикоснись к моей щеке, прежде чем меня покинешь, милый

Просто назови меня ангелом, утренним ангелом

Потом медленно обернись и уходи.”

-Я бы и так это сделал. — Я улыбнулся и поцеловал ее в щеку. И тут я поймал на себе взгляд пурпурных глаз Октавии. Она все еще лежала на рояле, свесив голову вниз, и ее длинная грива касалась пола сцены. Она подняла задние ноги и раздвинула их. В зале кто-то охнул. Она перевернулась на живот и подперла голову свободным копытом, а вторым держала микрофон.

-Смотри, она смотрит на нас. — Сказала Сарра.

-Да вижу. — Ответил я. — А чего у нас стол пустой? — Я позвал официантку и попросил выпивку и спросил у своей избранницы, что она будет. Она сказала, что не отказалась бы от вина. — Официантка пошла к стойке бара виляя бедрами.

-Она все еще смотрит на нас. — Объявила Сарра. — Может ты ее знаешь?

-Ну в принципе да, мы давние знакомые. Выросли на одной площадке.

-Ты спал с ней?

-Я? Нет.

-А хотел бы?

-М…

Но в этот момент песня закончилась и все захлопали, а Тави слезла с рояля и спустилась со сцены и направилась к нам.

-Так-так-так. Добрый вечер детектив. — Заигранным голосом поприветствовала меня Октавия, присаживаясь на диван рядом со мной и облокотившись на правую переднюю ногу. — Тебя тут не было уже две недели, я подумала, что что-то стряслось.

-Да, знаешь расследованием увлекся, не было времени забежать на рюмочку виски.

Она улыбнулась и перевела взгляд на мою спутницу. — Детектив ну и невежа вы. С вами сидит ваша красивая, обаятельная спутница, а вы даже не представите ее мне.

-О да, конечно. Октавия эта Сарра, моя особая пони. Сарра, Октавия моя подруга с детства.

-Очень приятно. — Робко ответила кремовая кобылка.

-И мне тоже. — Тави протянула копыто.

Официантка принесла нам выпивку, и Октавия попросила, чтобы и ей принесли бокал для виски, ее просьба была выполнена в течении нескольких мгновений.

-И чем ты занимаешься Сарра? — Спросила Тави.

-Ну ищу себя, думаю стать учителем, преподавать детям рисование, шитье.

-О я тоже хотела быть учительницей музыки, но поняла, что от карьеры певицы, я получаю больше удовольствия. А как вы познакомились?

-Нас познакомил мой отец, они с детективом вместе работают.

-Скажу, твой папочка выбрал хорошего кандидата, посмотри на него. — Тави показала на меня. — Сильный, ответственный, красивый. — На слове “красивый” ее глаза заблестели. Она прикусила нижнюю губу.

-А как он целуется? — Спросила пепельная дьяволица.

Сарра смутилась: Ч-ч-что?

-Ну целуется, ты же целовалась с ним? Как он, язык, наверное, как змея весь извивается, проникая в твой рот и танцуя с тобой танго.

-Я...я… не знаю, как это описать, но… — Ее тут же перебила Октавия.

-А как ты целуешься? — Этот вопрос поставил мою спутницу в тупик и заставил покраснеть. — Я ничего, просто он мой друг детства и я надеюсь, что ты можешь. — Она поиграла глазками. — Довести его до извержения.

-Тави, я думаю ты ее смущаешь.

-Ой прости. — Она прикрыла мордочку копытами. — Что-то меня занесло, просто мне интересно, каков он.

И тут я почувствовал, что чья-то нога нежно поглаживает мою, я сначала подумал, что это Сарра, но она сидит справа от меня, и я понял, что это ножка Октавии.

-Сарра, а хочешь, научиться классно целоваться? — сексуальным тоном предложила Октавия, мне кажется эта развратная серая дама пытается нас обоих развести на групповуху.

-Вы-вы предлагаете мне поцеловаться с вами?

-Да, я хочу узнать, что чувствует детектив, когда касается твоих губ. — Октавия прикусила нижнюю губу.

В проходе у входа в бар я увидел Винил, которая искала взглядом свою любимую.

-Смотри, Винил пришла. — Тави сразу переключилась с нас, на поиски своей партнерши.

Встретившись взглядами, белая единорожка направилась к нам и села на свободное место рядом с Саррой.

-Привет Тави, детектив. — Она перевела взгляд на кобылку, сидячую с нами и ее глаза также загорелись, как у Октавии. — А это что за красотка?

-Это девушка детектива. — Ответила Октавия.

-Да? Скажу вам вы выбрали порядочного жеребца. Тави, наверное, докапывалась как вы целуетесь с ним? Простите ее за это, она очень непослушная кобылка.— И эти двое потянулись друг к другу и сцепились в поцелуе.

Сарра прошептала мне на ухо: — Они что одни из этих?

Я просто кивнул в знак согласия.

Мы еще посидели, больше провокационных вопросов не было, как и попытки Октавии начать оргию. Мы мило побеседовали, я рассказал об расследовании и о том, как был загнан в тупик, а после этого мы собрались и разошлись.

-У тебя очень странные друзья. — Сказала мне Сарра, когда мы шли к станции метро, к ней домой.— Октавия очень интересная кобылка.

-Да с ней можно о многом поболтать. — Ответил я.

-А еще она гладила меня своей ногой, будто соблазняя. — Значит, не только меня она трогала своими ножками. — Это… так возбуждало. Я даже прямо сейчас горю вся внутри.

Я остановился у входа в метро.

-Слушай, а давай проведем ночь у меня в офисе. Это куда ближе, и мы будем там совсем одни.

Она крепко поцеловала меня.

-Пойдем, и мы займемся этим везде, где можно. Я хочу, чтобы ты трахал меня так, как трахал бы эту серую шлюху из бара! — В ее голосе была страсть и ненасытное желание, что бы кто-то наполнил ее лоно до полна.

* * *

Проснулся я от яркого солнечного света, бьющего прямо из окна, мне в лицо. Моей, возможно, будущей жены не было в постели, а значит она уже встала, но это не было для меня сюрпризом, а сюрпризом было то, что за всю мою жизнь в офисе, сюда не приникало столько солнечного света.

Оказалось, Сарра подняла жалюзи и вымыла окна, мой стол буквально блестел в лучах солнца, раскиданные бумаги были собраны в единую стопку, а канцелярские предметы ровно лежали в стакане для карандашей.

Табличка с моим именем была отполирована и была похожа на кусок золота.

Копыто чистоплотной кобылы прошлось по всему офису, оказывается мой пол ярко красного цвета, а не цвета застывшей крови. Диван из старого пылесборника походил на хороший дорогой диван, который покупают богачи.

Заглянув в шкаф, я был удивлен, ведь вся одежда была ровно сложена и пахла приятно.

Но где же Сарра?

Я заглянул в ванную комнату. Старая и пожелтевшая, словно зубы курильщика, плитка вновь обрела цвет свежевыпавшего снега. Раковина и туалет сияли, а в чистом зеркале без потеков и разводов я увидел свою морду и понял, что неплохо бы побриться.

Единорожка стояла в душевой кабинке и буквально полировала лейку душа. Она обернулась и увидев меня улыбнулась.

-О, ты уже проснулся. А я тут увидела в каком бардаке ты живешь решила немножко прибраться, ты не возражаешь?

-Да, нет… я как-то пытался тут прибраться, но все закончилось тем, что я просто сменил простыни на кровати и… уже как три года.

-Постельное белье, хорошо, что напомнил. — Она закончила в душевой и направилась к кровати сматывая простыни, наволочки и пододеяльник.

-Оказывается у вас в подвале есть стиральная машина c сушкой, я уже перестирала всю твою одежду пока ты спал. — Она вышла из офиса и пошла по коридору к лестнице.

* * *

Мы отправились завтракать в местную закусочную, там мы заказали себе по омлету и чашке кофе.

-А теперь скажи, чего это ты вдруг решила прибраться у меня?

-Ну на утро я поняла в каком сраче ты живешь, и я подумала, а почему бы мне не навести у тебя порядок, все-таки как никак я твоя девушка, а может мы и поженимся, думаю нужно начать приступать к своим обязанностям домохозяйки.

-Слушай, ты не обязана этого желать. — Я глянул на часы, которые висели на стене закусочной. — Слушай мне нужно идти на встречу.

Я оставил ей деньги, чтобы она расплатилась за завтрак и поцеловал ее в щеку. — Буду вечером к ужину. — Надев шляпу, я направился к месту встречи.

* * *

Адрес привел меня к старому и заброшенному хостелу. Пока я ехал, погода опять испортилась и пошел гребанный дождь. Из-за этого здание с забитыми окнами выглядел зловеще.

Я стал подниматься, как услышал крик с верхнего этажа.

-ПОМОГИТЕ!

Поняв, что дело плохо, я бегом метнулся наверх выбив хилую входную дверь и спотыкаясь побежал по лестнице, которая вывела меня на длинный коридор, в конце которого виднелась открытая дверь туалета и там горел свет.

Вбежав туда я увидел мои худшие опасения: старик был мертв. Единственный кто мог навести на след Меломана, подох в сортире.

Его тело, покрытое синяками и ссадинами, лежало у раздробленного унитаза, весь туалет был в следах схватки, треснутое зеркало с кровавым следом, по которым напрасно лил воду кран, кровавые следы на полу.

Я опомнился что преступник может быть еще в здании, и не ошибся: слух уловил топот копыт на верхнем этаже и как открылась дверь.

Он на крыше! Я рванул туда. Выбежав наверх, я увидел фигуру пони, скрытую в длинном плаще. Лицо его было закрыто шерстяной маской, но по форме было понятно, что это жеребец.

Стой! — Крикнул я. — Но меломан побежал прочь, и я пустился вдогонку. Он лихо перепрыгивал с крыши на крышу и показывал чудеса акробатики. Я бежал за ним так два квартала, пока по счастливому случаю он не заметил натянутой веревки для сушки белья и не упал.

Я достал пистолет и подошел к нему.

-Все кончено Меломан, сдавайся. — Я полез в карман за наручниками, но мой пистолет окутало красное свечение, которое вырвало пистолет из копыта. Жеребец резко встал и пнул меня задними копытами в живот. Я попятился назад, и остановился почти у самого края крыши, если бы я упал, то до земли мне пришлось лететь четыре этажа.

И тут Меломан нанес мне еще один удар врезав по морде. Я не удержался и свалился с крыши, внизу была лестничная площадка, тело мое упало прям на перила, и я почувствовал резкую боль в ребрах, затем я ухватился за те же перила и повис на краю площадки.

От этого гребанного дождя металл скользкий, а из-за ударов в глазах темнеет, и я не могу собраться силами, чтобы подтянуть себя.

Вскоре копыта мои выскользнули, и я свалился вниз.

* * *

Очнулся я с сильной головной болью, звоном в ушах. Словно мне снова четырнадцать, и я нашел самогонку.

-Папа, он очнулся! — Послышался голос Сарры. Вижу плохо, но видимо это мутное пятно моя девушка. — О слава Селестии, ты жив! — она обняла меня.

Зрение стало возвращаться в норму.

-Я не умер?

-Нет. — Послышался голос Куимби. — Тебе повезло упасть в мусорный бак, возле одного борделя. Мешки с порванным нижним бельем проституток спасли тебя.

Я всегда знал, что госпожа удача простая шлюха, и хорошо, что у меня были деньжата на этот случай.

-Все-таки, везучий ты сукин сын, детектив. — С улыбкой сказал шеф. — Та перестрелка в районе грифонов. Пуля прошла сквозь шляпу, прикинь Сарра, ему чуть голову не снесло. Ты родился в рубашке сынок. — Он похлопал меня по плечу. — Я оставлю вас, двоих наедине. — Куимби вышел из палаты.

-Переживала за меня?

-Еще бы. Ты не пришел на ужин, на звонки в офис ты не отвечал, а потом пришел папа и сказал, что тебя нашли без сознания.

-Ну ведь все хорошо закончилось. Вскоре меня выпишут, и мы снова будем вместе.

Она прекратила меня обнимать.

-Знаешь, об этом я и хотела поговорить. — Голос ее стал строгий. — Думаю нам надо расстаться.

-Почему? Мы несколько недель вместе, неужели я был настолько плохим?

-Дело не в тебе. Ты замечательный жеребец, но… В это утро я кое, что поняла. Ты знаешь мою мечту, стать учительницей.

-Или репортером. — Добавил я.

-Но понимаешь, все эти наши отношения, то что я должна стать домохозяйкой. Это все тянет меня вниз, я не смогу стать тем, кем хочу, если буду стирать тебе одежду. — Она заплакала, но голос ее был не изменен. — Мне было очень хорошо с тобой, но я поняла, что не готова к такому.

Сарра потянулась ко мне и поцеловала в губы.

-Береги себя. — Сказала она мне и вышла из палаты.

* * *

Признаться, боль от разбитого сердца не была такой сильной, когда тебе вкалывают морфин. Я бы предпочел залить горе виски, но морфин тоже сойдет.

Признаться, я даже рад, что Сарра бросила меня. Она кобылка хорошая, ее ждет будущее, а такой неудачник, как я будет ее только тянуть на дно, она станет успешным репортером или учительницей будет делать то, что ей нравиться.

Дверь палаты отворилась, ко мне зашел Куимби. Он не поздоровался, а просто сел рядом и несколько раз глубоко вздохнул.

-Дочка сказала, что вы расстались.

-Да. Она сказала, что хочет строить карьеру, что быть домохозяйкой не ее.

-Это все моя жена виновата, вечно ей мозги трахала, что кобыла должна только у плиты стоять, да портки стирать. А ведь я хотел называть тебя сыном.

-Не переживай пап. — В шутку сказал я. — Найдет она себе какого-нибудь преподавателя математики или фотографа, у нее все впереди. Это не то что я… скоро тридцать лет. Ладно колись ты ведь не утешать меня пришел.

Он достал из пиджака желтый конверт и протянул его мне.

-Криминалисты нашли это рядом с трупом того старика. Оно было у него под копытом.

Я открыл конверт и увидел клочок пожелтевшей бумаги, похожей на чертежную, на ней был изображен пони с музыкальным инструментом, к его ногам и голове шли прямые линии. Я сначала не понимал, в чем дело, но потом понял, что это марионетка.

-Нелепица какая-то. Что это значит? Я нахожу больше вопросов чем ответов, зачем Меломану эти механизмы, что значит эта марионетка и кто он такой?

-Ладно, мне пора на службу. — Он надел на себя фуражку. — У тебя есть время подумать, может морфин поможет тебе. Освободит твой разум, как поется в песнях моей дочери. Выздоравливай сынок. — Он похлопал меня по плечу и вышел.

Оставив меня думать, что значит пони-марионетка на клочке бумаги? Но мысли о Меломане отошли на второй план, когда в стеклянном окне двери, я увидел Октавию.

Она открыла дверь и вошла внутрь. Она была в темно-синем платьице поверх которого лежал медицинский характер.

-Я узнала, что ты в больнице и отменила свое выступление и поехала сюда. — Она переживала, подошла ко мне и стала рассматривать мои синяки. — Бедненький, сильно болит?

-Я малость под кайфом. Так что все хорошо.

-Оу!… детектив. — Ее голос сменился с обеспокоенного на игривый. Я сначала не понял, а потом до меня дошло, что мое копыто дотянулось до ее попы и гладит ее. — Что, если нас увидит Сарра.

-Она бросила меня.

-Как так?! Мне она показалась хорошей пони, как раз для тебя, и я видела, как она смотрела на тебя.

-Она предпочла строить карьеру, а не строить семейное гнездышко. Я не расстроен, лучше пускай она найдет себе красавчика журналиста, а не алкаша детектива.

Тави улыбнулась, ее улыбка Моны-Близы подействовала сильнее чем морфин. Она забралась в кровать и легла рядом положив голову на мою грудь, в таком положении мы пробыли час, а затем она сказала:

-А мне нравится как от тебя пахнет виски в вперемешку с табачным дымом. — Голова ее потянулась к моей морде и губки ее чмокнули мой носик. — Мне надо идти, завтра принесу апельсинчиков, выздоравливай.

Она слезла с кровати и пошла прочь из палаты.

## Никто и никогда не увидит то, что я прячу внутри

Я шел по маленькому песчаному пляжу, который находиться на северо-востоке Мэинхеттена. Когда меня спрашивают, если в Мэинхеттане пляжи, я отвечаю да. Но почти никто в этом городе не использует их так, как в других городах. Я имею в виду, редко тут встретишь пони, который будет лежать здесь на песочке и загорать, или детвору, которая строила песочные замки или стреляли друг в друга из водяных пистолетиков. Эти пляжи просто напоминание, что раньше на месте этого железобетонного города, был небольшой островок. Морской ветер обдувал мое лицо, звук океана и крики чаек, и ни души, с одной стороны на меня смотрит бескрайний океан, а с другой массивная железобетонная стена, о которую бьются волны, когда во время прилива, пляж затапливает.

Но я не загорать сюда пришел. Еще одной причиной почему на этих пляжах никто не бывает, это то что тут неподалеку расположены сточные трубы, через которые смывается все дерьмо, выходящее из пони… если бы так можно было смыть все душевное дерьмо.

И у одной такой трубы заметили тело кобылки. Нашла ее пара выгуливающая свою собаку, прибывшие полицейские решили, что это жертва меломана и сообщили шефу, а он мне.

Но это нонсенс, за месяцы расследования, не было найдено ни одного тела пропавшего музыканта, только кроме пони, которые решались защитить жертв.

Вот я уже подходил к толпе полицейских, которые, просто толпились, пока криминалисты и фотографы работали. Ко мне подбежала мелкая кобылка репортер. Шкурка ее была песочного цвета, черная грива в стиле каре. На ней было серое пальто, а шею покрывал цветастый шарф.

-Репортер Пэйпер. — Можно у вас взять интервью. — Она посмотрела на меня щенячьими глазками.

-Только быстро. — Ответил я ей.

Личико ее засияло, как солнце в первый весенний день. — Спасибо, это будет моей первой статьей в газете. — Она достала блокнот. — Так вы знаете, кто за этим стоит?

-Девочка, если бы я знал кто за этим стоит он бы уже давно был за решеткой. И мы бы с вами не говорили об этом. — Я легко улыбнулся.

-Да вы правы. — Ну, а что вам известно?

-Ну… это единорог однозначно.

-Как вы это определили?

-Один раз мне удалось его прижать, но он выхватил мой пистолет магией, а потом бросил меня с крыши. Мне повезло, что я приземлился “Мягко”

-То есть вы дрались с ним? И не могли рассмотреть его внешние приметы?

-Да, и да я не мог его рассмотреть, он был так одет, что было трудно что-то увидеть. Положение усугубил дождь. — Это все что я могу вам сказать.

-Ох, спасибо за это интервью, мой редактор будет в восторге от таких новостей, наша газета будет первой которая узнала расу меломана. — Дальше она достала фотоаппарат, сфотографировала меня и помчалась прочь.

Надеюсь, я вышел хорошо на фото. Не хотелось бы доставить удовольствия подруги Октавии посмеяться надо мной.

Я прошел через полицейское ограждение. И пройдя пару метров я увидел тело пропавшей музыкантши. Фиолетовая кобыла пегас, с темно синей растрепанной гривой в белом коротком платье, лежала на песке смотря на море своими холодными помутнившимися глазами. Она лежала у берега, сточные воды выкинули ее, и каждая приходящая волна поднимала волосы на ее гриве, колыхало юбку платья и когда волна уходила, то забирала с собой выпавшие из крыльев перья.

-Что у нас тут, шеф? — Спросил я Куимби.

-Мы ее уже опознали, ее звали Сонг Клауд. Она пропала месяц назад. Жила на Глиммер стрит с родителями и младшей сестрой. — Он передал мне бумаги с адресом.

-Уже поняли, как она умерла? — Спросил я, достав сигарету и закурил.

-В морге скажут от чего именно она умерла, признаков насильственной смерти обнаружено не было, но посмотри на ее тело.

Я стал осматривать тело на ногах,туловище и голове в области щек были видны маленькие раны. Словно… кто-то цеплял конечности за рыболовный крючок, а потом вырывал… что за больной ублюдок этот меломан? Я заметил еще одну деталь и поспешил поделиться ею.

-Вы заметили синяки и следы уколов в области локтевых изгибов у нее на передних ногах? Я видел такие у наркоманов — Возможно он колол своих жертв наркотиками, для того, чтобы лишить их возможности сопротивляться. Я подозреваю, что она умерла от передозировки. Посмотри на нее, она выглядит достаточно упитанной, значит ее хорошо кормили, несмотря на то, что ее потрепали сточные воды и она сутки пролежала в песке на открытом воздухе, выглядит она отлично, у нее даже тушь потекла. Так что есть вероятность, что она умерла от передоза.

-Вы это сфотографировали? — Спросил я фотографов. — Они кивнули мне в ответ.

-А что вот это? — он показал на подвязку, которая была у нее на задней правой ноге. она была едва заметна так как была закрыта мокрой юбкой. И лишь хорошо присмотревшись, можно было увидеть черную полосу просвечивающуюся через намокшую ткань.

Кобылка криминалист, при помощи магии, задрала юбку и достала из-под подвязки намокший листок бумаги.

-Что там написано, спросил я у криминалистки.

Она посмотрела на развернутый лист. Ее лицо было в недоумении. -....еатр… — Сказала она. — Все размыто.

-Еатр… хм… Может это чье-то имя?

-Беатрис? — Предложил Куимби.

-Или может здание. — Предложила, Кобылка криминалист, — кинотеатр или театр.

-Я думаю стоит проверить обе теории. — Пойду разузнаю, может она знала какую-нибудь пони по имени Беатрис. Позвони мне, когда придут результаты из морга. Я пожелал всем доброго дня и пошел поднимать связи.

* * *

Разумеется, я позвонил Майлсу и попросил посмотреть дружила ли жертва с кем-нибудь по имени Беатрис. Он сказал мне, что найдет что-нибудь и обязательно позвонит.

Криминалистка, ее зовут Марта. Я наконец-то узнал ее имя. Мы так часто виделись на местах преступления, бывали мило беседовали пока она рассматривала труп жеребца, и смеялись, какой же надо быть глупой кобылкой, чтобы выстрелить в голову мужа из револьвера, только потому что ему пришла открытка от его четвероюродной сестры.

Так вот, она предложила мне разузнать кто и где покупал такие платья, что были на жертве. сказав, что это эксклюзивная работа и таких платьев мало. Не знаю, как это поможет мне с расследованием. А может это был намек, в стиле “Смотри какое красивое платье у этой разлагающейся пегаски, купи мне такое”

Думаю, это будет хорошим началом отношений.

Не смотря на недавнее свидание с трупом на берегу, меня поманил чарующий аромат кофе. Аромат буквально манил меня к кофейне, которая была на противоположной улице. Я подумал, что чашка кофе не повредит мне и я направился к кофейне. Усевшись за столик, который стоял на улице, пони официант подошел ко мне, и я попросил у него кофе приготовленный из зерен страны зебр.

Пока я ждал своего кофе, я решил выкурить сигаретку. И я задумался. Выходит, забавная картина — единственная уцелевшая улика, это был клочок чертежа, на котором был изображен пони подвешенный за ноги и напоминающий марионетку. Эта идея казалась мне бредовой, мол, зачем меломану похищать музыкантов и делать из них куклы? Но сегодняшняя находка заставила меня задуматься, что эта выглядит уже не так безумно.

Какие еще могут быть объяснения этих следов на ее ногах, лице? Вместо этого возникает другой вопрос: зачем? Зачем какому-то жеребцу похищать музыкантов, играющих на классических инструментах и подвешивать их словно они марионетки?

Мои мысли были прерваны, кто-то дернул меня за пальто и потянула на себя.

Я обернулся думая, что сейчас увижу очередного беспризорника в драном свитере, который попросит пару битсов. Но мои ожидание не подтвердились.

За пальто меня тянула белая как мрамор покрытая шелковым розовым платьем, единорожка, с синей закрученной гривой, выглядывающей из-под светло розовой шляпки с бантиком. Я был ослеплен ее красотой, это ровные черты лица, голубые глаза, пахла она сладко, словно кремовый торт с шоколадной глазурью.

Из своей сумочки она достала нитки и иголку. И спросил.

-Что вы собираетесь делать?

-Ой. Простите, я заметила, что ваше пальто, оно порвано сзади вот я решила его подлатать, простите что вас побеспокоила.

-Нет ничего, могли бы просто попросить, а то не знаешь, чего ждать, когда тебя дергают за одежду.

Она захихикала. — А я забыла свои манеры. — Она продела нитку в иголку и стала зашивать порез. — Должна похвалить ваш стиль, вы одеты под стать этому городу, весь такой мрачный, интересный. Словно вы детектив, сошедший со страниц детективного романа.

-Ну вообще-то, я и есть детектив. — Глаза ее загорелись еще ярче чем звезды

-О… Селестия! Она достала из сумки веер и стала махать перед своим лицом. Кто бы мог подумать, я всегда считала вашу работу очень романтичной, интриги, расследования, любовные связи!

-Ну в книгах и кино только это показывают, то что мы копаемся в дерьме и трупах отходит на задний план или вообще не показывается.

-Ну вы все равно считаете эту работу интересной? В другом случае вы бы бросили ее?

-Тут я должен с вами согласиться, работка и вправду дух захватывает.

Она закончила зашивать мое пальто и взяв свои вещи с соседнего столика села ко мне. И как раз вовремя официант принес мне кофе.

-Я как-то тоже решила поиграть в детектива. Моя подруга… Ой забыла представиться, меня зовут Рэрит, — она протянула мне копыто, и я поцеловал его, как настоящий джентльмен. — Ну вот моя подруга Рэинбоу Дэш была в беде, ее подставили. И я вызвалась помочь ей, делала все как написано в романах, собирала улики, опрашивала свидетелей и подозреваемых.

-Вау. И что дальше.

-Я разоблачила преступника, им оказался Вил Райдер, он подставил Рэинбоу Дэш, чтобы ее выгнали из вондерболтов и сохранить свой рекорд.

-Ух-ты. — Я удивился. — Даже в вондерболтах есть свои завистники и пони готовые идти по головам. — Но все хорошо закончилось?

-Разумеется, Райдера выгнали из вондерболтов, Дэш попросили выступать в их составе. Но есть ложка дегтя, теперь Дэш в обиде на Соарина и рассталась с ним. Он, когда все заподозрили Рэинбоу в этом деле он в место того, что бы встать на ее защиту надавил психически и грозился выгнать ее из академии. — Рэрити вздохнула. — А ведь она ему так доверяла, у нее и так сложные отношения с жеребцами.

-Но все же вам удалось раскрыть это дело. То, что будет потом, ссоры мужа и жены, разводы, арест пожилой старушки, потому что она виновна во всех смертных грехах жителей дома это уже не имеет значения. Вы сделали свою работу, получили плату, заплатили аренду офиса.

-А что вы сейчас расследуете? — Спросила она меня. — И можете дать мне закурить?

Я достал пачку сигарет, дальше единорожка использовала магию и вытащила одну сигарету, и я дал ей прикурить.

-Я думал Элемент гармонии не имеет вредных привычек.

-Пфф… Конечно, а еще мы дали себе слово не заниматься сексом до свадьбы. Не смешите детектив, все мы живые существа и испытываем желание в удовлетворении наших потребностей. — Она сделала несколько затяжек по ее лицу было видно удовлетворение от того, как никотин пропитывает ее всю. — Но вы правы, мы держим марку, я стараюсь не курить в присутствии сестры, прячу сигареты куда подальше вместе со своими “игрушками”. И это ужасно особенно когда родители собираются в очередной двухнедельный отпуск, и она остается со мной.

Бывает так, что она не выходит из дома сутками, а сидит вместе со мной и это еще сильнее напрягает, я даю ей мелкие поручения, что бы она ушла из дому и тогда я бегу в ванную и наслаждаюсь. — Нависло молчание. Рэрити докурила сигарету и положила окурок в пепельницу.

А какое дело вы сейчас расследуете детектив?

-Вы слышали о Меломане? — После этих слов в ее глазах я увидел блеск.

-И вы ищете его? У моей подруги пропала знакомая, на арфе играла. И как продвигаются поиски?

-Медленно, но верно я подкрадываюсь к Меломану, и я надеюсь, что совсем скоро этот ублюдок будет за решеткой.

-Это прозвучит странно. Но можно мне помочь вам? — Предложила Рэрити.

-Как?

-Помочь расследовать — сбор улик, допросы свидетелей, погони! Этот город прекрасен, но я тут уже неделю живу и мне скучно, к тому же я хочу помочь в поисках этого маньяка. Так можно? — Она посмотрела на меня своими глазами, которые были словно океаны, в которых можно было утонуть.

-Но это не кино и не книга, тут вам придется испачкаться.

-Это я готова потерпеть. — С улыбкой ответила она.

Да, у меня две слабости: это алкоголь и что я не могу отказать красивой кобылке какой бы нелепой была ее просьба.

* * *

После приятного знакомства с Рэрити мы договорились встретиться у нее в бутике, где она поселилась на момент своего пребывания в Мэинхеттане. Перед уходом она сказала, что приготовит приятный сюрприз к моему приходу.

Вернувшись домой, я принялся изучать свою картотеку. Какие театры могли бы подойти на роль убежища меломана. Естественно нужно было смотреть старые заброшенные театры, которых в городе полно. Сама идея, тащить своих жертв в театр для удержания, выглядит экспрессивно.

Я давно должен был понять, что он не просто преступник, он художник, который выбирает лучшие музыкальные инструменты в городе. Естественно, не смотря на мою ненависть к нему, я восхищаюсь им.

Но тут у меня зазвонил телефон. Это была Октавия, по голосу я понял, что она была чем-то расстроена и попросила приехать к ней.

Дорога заняла немного времени, я поднялся в ее пентхаус. Дверь мне открыла Винил, которая была одета в нелепую пижаму кролика. Я ничего не стал спрашивать по этому поводу.

-Тави очень хотела видеть тебя. — Спокойно ответила Винил.

-В чем дело? — Спросил я. — Что-то произошло?

-Думаю она лучше тебе расскажет. — Я проведу тебя.

И я отправился за кроликом, который вел меня по этому дому, на крыше небоскреба. Я впервые был у нее дома, классический стиль с темно фиолетовыми обоями и красным деревом и висящими портретами родственников Октавии и великих музыкантов делил место с неоновыми вывесками, диджейскими пультами и постерами, помещенными в рамочки.

Единорог вывела меня на террасу, где на диванчике сидела Октавия, одетая в фиолетовый шелковый халат и укрытая клетчатым пледом. Ее растрепанная грива развивалась прохладном на ветру, заплаканные глаза смотрели на этот мрачный город.

-Тави, детектив пришел. — Серая пони повернула голову и посмотрела на меня скромно улыбнувшись.

-Привет. — Тихо сказала она. — Присаживайся.

Я послушался и сел рядом с Тави. Что за горе случилось у нее, что она так выглядит и позвала меня?

-Я буду на кухне. — Сказала Винил. — Если что зовите меня. — Единорожка закрыла стеклянную дверь. Я же остался наедине с пони которую тайно любил.

-Красивый вид, правда? Когда я увидела фото с этим видом о продажи дома, я очень сильно захотела его. И Винил поддержала меня, она давно хотела переехать из Понивилля в Мэинхеттан.

Я ничего не сказал ей в ответ.

-Дай закурить. — Попросила она меня.

-А Винил не…

-Меня сейчас меньше всего волнует, что скажет Винил! Дай Сигарету! — Я послушно дал ей желаемого. -Она сделал пару затяжек.

-Я думаю, ты попросила меня придти сюда, не для того, чтобы я дал тебе прикурить, — спокойно сказал я.

-Я читала сегодня новости в газете. Там писали, что нашли первый труп жертвы Меломана.

-Да, я был сегодня утром на месте преступления. Но какое это дело, ты обычно не обращала внимание на его деятельность.

-Та пони, Сонг Клауд, она, я… мы раньше встречались.

Вот это поворот, интересно, а жеребцы у нее были? — Октавия мне очень жаль.

-Мы были вместе, в музыкальной академии Кантерлота, мы очень многое пережили вместе. Столько воспоминаний, столько эмоций. — Голос стал ее надрываться, а по ее серенькому личику выступили два мокрых ручейка. — Даже Винил была нечита ей.

-Тогда, почему ты рассталась с такой чудо пони?

-Под конец курса у нас случились некоторые творческие разногласия и еще я застукала ее с жеребцом, который издевался надо мной всю учебу.

-Почему ты мне не рассказывала, о том, что одна из жертв Меломана твоя бывшая?

-Потому что я узнала об этом только сегодня. Мы не общались с самой академии. — Плаксиво ответила она. — Я хотела встретиться с ней сказать, что прощаю ее, хотела все наладить, по крайней мере до уровня дружеских отношений. И вот теперь… — Она упала на мою грудь, и я обнял ее.

Ее больше нет! Нету! — Плача кричала Октавия. Так длилось десять минут, потом она резко затихла и выйдя из моих объятий посмотрела озлобленным взглядом. — Пообещай мне одно. — Хрипло сказала она.

-Что?

Она взяла меня за копыто и приложила к сердцу. — Пообещай, что, когда ты найдешь этого ублюдка, похитившего столько музыкантов и Сонг Клауд. Ты убьешь его.

-Октавия я…

-Ты убьешь его! — Громко сказала она, в глазах ее был огонь, которого я не видел еще. — Когда увидишь его, ты возьмешь свой пистолет и выстрелишь ему между глаз. Обещай мне. — Она сжала мое копыто так сильно, что казалось она его сломает.

-Хорошо, я сделаю это. -Ответил я ей. Это было странно обещать убить кого-то. Но думаю от этой мысли ей будет легче. Во всяком лучше сменить тему. -Как Винил отнеслась к этой новости?

-Винил. Я ей рассказывала о своей старой любви, еще когда мы жили в Понивилле, поэтому, когда я узнала, что Сонг убита, она кинулась утешать меня. Винил очень заботливая, хоть и немного… простодушная. — Октавия повернула голову и посмотрела на Винил через окно, та была увлечена готовкой, надев фартук, на котором нарисовано тело жеребца и с дуршлагом на голове. Увиденное заставило Октавию засмеяться.

-Она такая дурашка. — С улыбкой сказала Тави. — Спасибо, что пришел сюда. Мне стало действительно легче. -Надеюсь теперь просьба убить пони, уже будет воспринята, как просто сказанное из-за эмоционального срыва. — Оставайся у нас, Винил готовит что-то вкусненькое.

-Я бы рад. Но мне действительно надо бежать, думаю если я буду оставаться на каждый обед и приходить на званые ужины, то все дальше и дальше буду от того, чтобы поймать Меломана. — Уж лучше после его поимки, поужинаем при свечах, только ты и я.

-И Винил. — Добавила Октавия. — Бархатным голоском.

-Да и Винил. — Я пошел к выходу, Октавия осталась сидеть на диванчике и смотреть в даль.

Проходя мимо кухни меня окликнула Винил.

-Она уже лучше себя чувствует?

-Да, я думаю она успокоиться к вечеру, это такой шок для нее. — Ответил я.

-Ненавижу, когда она такая, я люблю спокойную, тихую, игривую Октавию, а не зареванную кобылку. — Огорченно сказала Винил.

-Главное будь с ней рядом и все будет хорошо.

-Спасибо что поговорил с ней Детектив. — Могу я что-нибудь для тебя сделать?

-Можешь налить мне, бокал виски? Ее рог засиял красным, как ее глаза свечением и из верхней полки вылетела бутылка с бокалом. Я вмиг осушил его и направился к выходу, пожелав хорошего дня.

* * *

Следующим утром я зашел в бутик Рэрити. Там меня встретила симпатичная кобылка земная-пони, кремового цвета с короткой гривой бирюзового цвета. Она ласково улыбнулась мне.

-Доброе утро. — Радушно сказала она мне.

Дверь мастерской открылась и оттуда выбежала Рэрити одетая в банный халат. — О, вы тут хвала небесам. Идемте со мной! — Она схватила меня и потащила наверх. Мы забежали в большую спальню с большими окнами, кремовыми обоями и обставленную витражной мебелью.

Не уж-то она… она скинула с себя халат, на ней был черный корсет с кружевными трусиками и чулками. — Нравится? — Спросила она.

В этой ситуации я чувствовал себя очень некомфортно, с одной стороны хотелось повалить ее на эту здоровую постель, а с другой быть порядочным джентльменом.

Но тут я начал понимать, что она указывает на два одетых манекена и это ее вопрос был адресован, нравятся ли мне эти наряды, а не горячий зефир облаченный в темный шоколад.

-Я так и знала, что у вас нету слов.

-А… а что это? — Спросил я.

-Как что?! — Я сделала нам одежду детектива. — Считайте это моей платой за то, что взяли меня с собой на расследование.

Она сделал два костюма, один был темный как ночь, тонкими красными полосами, шляпа была тоже черного цвета с темно-красной полосой. Второй был точно таким же, только женский вариант — выделялось это дамской шляпкой и юбкой.

-Ну выглядят они потрясно. — Я хоть сменю этот пыльный костюм. Ну что ж это не оплата натурой, но костюмчик тоже хорош.

Она надела на себя шляпу и плащ и передала мне мой новый костюм.

-Если вы стесняетесь, я могу дать вам ширму. — Предложила она.

-Было бы неплохо. — Робко ответил я.

Ее рог засиял и дверь кладовки открылась и оттуда вылетела темно голубая ширма и я стал переодеваться.

-Скажите, а вы все время так раздаете наряды, направо и налево? — Спросил я единорожку.

-Нет конечно. Думаете я бы тогда смогла открыть этот бутик? И еще другой в Кантерлоте? Пфф… конечно нет. Можно конечно дать бесплатно пару мелочей, это шарф, шляпку или зашить чье-то пальто. — Игриво сказала Рэрити. — Ну еще могу своим подругам сшить наряды, но тогда и они должны мне сделать услугу. Все же я ведь не натурой расплачиваюсь за материалы для нарядов.

-А что у нас сегодня по плану? — Спросила пони.

-Несколько заброшенных театров и кинотеатров, опросить пони которая знала жертву.

-Ууу… Это будет так интересно! — Радостно воскликнула Рэрити. — Ну чего вы там копошитесь? Идемте!

* * *

Из своих связей я узнал, что Соунд Клауд действительно дружила с пони по имени Беатрис. Она работала в кофейне, а вечерами давала музыкальные концерты в этой же кофейне.

Я рассказ об этом своей партнерше, и мы решили сходить к этой даме, Рэрити сказала, что чувствует, что она нам расскажет много интересного.

Кафе это было типичным для этих мест, маленькие столики, маленькая кружечка кофе, размером с наперсток которая стоит как целое ведро кофе в общественной столовой и закуска, что ей даже котенка не накормишь. На маленькой сцене играл какой-то бездарный музыкантишка который стучал в барабаны и говорил бессмысленные стишки.

Рэрити же была в восторге, от дизайна штор, которые тут висят и от общей обстановки. Не знаю может я такой старомодный, но я бы предпочел сожрать ведро овса за такие деньги.

Наша цель стояла у барной стойки и болтала с барменом. Кобыла бирюзового цвета, с красной гривой с желтыми полосами одетая в фартук и носила очки в черной оправе. Она заметила, что две пони, одетые как гангстеры двигаются к ней и обеспокоилась.

-Смотрите как она занервничала детектив. — прошептала мне на ухо Рэрити. — Она явно что-то скрывает.

-Не торопитесь с выводами мисс. Думаю, если бы к вам шли две пони с такими лицами как у нас вы бы тоже занервничали.

-Поверьте мне, я сохранила обладание даже, когда меня похитили алмазные псы и шлепали по заднице называя мулом.

Мы подошли к пони, и я спросил ее имя, потом представился сам и представил свою, ассистентку. Затем попросил задать ей несколько вопросов по поводу Сонг Клауд. Она сказала, что не будет говорить здесь и предложила обговорить все в комнате для персонала, куда мы и последовали.

-Вы, наверное, в курсе, что позавчера нашли пони по имени Сонг Клауд, мы узнали, что она была вашей подругой. — Начал я.

-Да, помню. — Робко сказала пони.

-Может вы помните тот день, когда она пропала? — Спросила Рэрити.

-Да, помню. Это был август месяц. Соунд, все никак не могла найти себе менеджера, она хотела начать сольную карьеру. И тут ей позвонил он, представился как мистер “М”. Он предложил ей встретиться в старом театре, на Молестия стрит. Я ей говорила, что это может быть небезопасно, что мало ли этот Мистер “М” устраивает съемки порно с реальными изнасилованиями. Но она сказала, что мне самой нужно смотреть поменьше порно и ушла.

-И после этого? — Спросил я.

-После этого, она пропала, я… я даже не знала, что делать, ее уже ищет полиция, они осмотрели тот театр, она словно пропала. — Пони села на маленький стульчик. — А вчера я узнала, что ее тело нашли. — Сухо произнесла она.

-Скажите, а насколько хорошей музыканткой она была? — Спросила с интересом Рэрити.

В ответ пони сморщила нос и прищурилась. — Ну она была отличным музыкантом. Могла сыграть “Семь дней любви” с закрытыми глазами. Все ее любили, она была душой компании. — Последнее она произносила с раздражительным тоном.

Рэрити ухмыльнулась. Что она задумала?

-Скажите, а вы не помните во что она была одета? — Спросила единорожка.

-Ну… она вроде была в темно синем пуловере со стразами.

-Что-нибудь хотите спросить детектив? — спросила Беатрис.

-Нет, спасибо за сотрудничество. — Мы с Рэрити вышли из кафе.

-Я думаю она как-то в этом замешана. — Игриво сказала Рэрити.

-Замешана? Дорогая, нельзя считать всех подозрительных пони, замешанных в преступлениях.

-В этом ваш минус Детектив, вы не видите эмоций женщин. — Единорожка погладила меня по лицу. — Вы видели ее зависть, когда она говорила о своей подруге? Я видела, когда я спросила ее о том, как играла Соунд Клауд. Мой вопрос вызвал у нее отвращение, может быть она и не причастна к ее похищению, но готова поспорить, что она безумно рада ее смерти.

Я был поражен, да, она действительно очень внимательна. Хм… возможно ее свежий взгляд позволит мне поймать Меломана.

* * *

Следующей нашей целью мы выбрали театр, в котором пропала Соунд Клауд. Возможно мы найдем кое-какие доказательства, если они еще остались.

Потому что, когда мы приехали к месту, Рэрити упала в обморок. Здание рушилось на глазах, некогда культурное место созданное, чтобы культурно обогащать пони превратилось в дом крыс.

-Я уже отсюда чувствую, как там смердит. — С отвращением сказала Рэрити прикрыв нос платком.

-Можешь подождать тут.

-Нет-нет-нет, я пойду. — Она направилась к входу, я последовал за ней. Внутри было еще хуже, запах сырости, плесень, отклеивающиеся обои и просевшие потолки с которых капала дождевая вода и свисали доски.

Идя по коридору было очень неприятно, хотя я был в местах похуже этого

— Жуть. — Сказала Рэрити. — Всегда боялась, что если меня не станет, то то же самое случится с моим бутиком.

-А ты не переживаешь, что может случиться с твоими родными и близкими?

-Конечно переживаю, я бываю думаю, как Свити Бэль будет жить без меня или как я без нее буду жить. — Она на миг замолчала, а потом решила поменять тему. — Как вы думаете, мисс Клауд в своем здравом уме поверила, что в таком сарае, кто-то будет устраивать прослушивание?

-Я с вами согласен, на ее месте я бы не задумываясь развернулся и ушел.

-А вы разве не расследовали ее пропажу, когда она пропала?

-В этом месте нет, я тогда расследовал другое место, тут был другой детектив… честно признаться видимо он просто постоял и ушел, даже улики не поискал. Потому что, когда я попросил его дать мне все, что он нашел тут он развел копытами и сказал, что улик не было.

-В ваших историях было такое?

-Ммм… там был пони полицейский, который мешал расследованию, он всячески подстраивал несчастные случаи и так далее. — Рассказала Рэрити.

-Думаете, он был как-то связан с Меломаном и прикрывал его?

-Все возможно. — Заявила Рэрити.

В такие моменты кажется, что не она стажер, а я. Наш разговор прервался, из-за треска дерева под нашими ногами. Пол от сырости стал хрупким. Копыто Рэрити свалилась подвал.

-Ты в порядке!? — Спросил я ее.

-Нет! — Она упала лицом в низ и все что я видел это ее задницу. — Кажется я приземлилась в мышиный помет. Фу!

-Я сейчас спущусь. — Я принялся слазить в низ к этому времени Рэрити уже встала на ноги. — Да мне стоило подождать снаружи. Эй, смотри. — Она показала мне копыто в темную часть, комнаты куда она провалилась.

В темноте что-то блестело. И Рэрити как сорока подбежала к источнику.

-Если будешь брать это используй рог. Вдруг это вещь-док. — Посоветовал я ей.

Рог ее засиял, и моя ассистентка вытащила на свет алюминиевую биту.

-Ухты. Как думаешь, как она сюда попала? — Спросила Рэрити разглядывая биту.

-Видимо упала в такую же дыру, а может Меломан выкинул ее, когда похищал пегаску. Я достал блокнот и записал. — Нам надо будет зайти в морг и рассказать о находке, может там найдут следы удара, все же удар биты не исчезает бесследно. У тебя есть пакет?

-А как же. — из своей сумочки она достала целлофановый пакет, куда мы и завернули биту.

Я помог Рэрити выбраться из заточения и выбрался сам. И мы пошли дальше вглубь театра.

Мы дошли до концертного зала. И тут Рэрити заметила кое-что интересное.

-Посмотри она подошла к обвалившейся с потолка балке. — Смотрите на эту ткань. Она темно синяя и смотри тут даже стразы остались.

-Думаешь, он оглушил ее битой, а затем потащил в концертный зал?

-Я думаю, это ты у нас детектив вот и думай. — С улыбкой сказала она мне.

Положив ткань в пакет для улик, мы проследовали дальше. Концертный зал выглядел еще хуже, некогда величественная архитектура с потрясной акустикой в стенах которой выступали мировые звезды, сейчас медленно разрушается природой. Некогда дорогие сиденья обшитые дорогой тканью, покрылись мхом, прохудившаяся крыша прямо над сценой пропускала дождевую воду. Превращая оркестровую яму в бассейн.

-Несмотря на то, как все тут запущено. Этот постапокалиптический пейзаж весьма романтичен. Чем-то он похож на описания странников, которые посещали древние земли пони, которые жили до атаки Вендиго.

-Это была бы очень милая экскурсия, если бы мы не расследовали дело об убийстве. — Я заглянул в оркестровую яму и увидел лежащие на дне: очки в черное оправе. Я показал находку Рэрити и попросил достать их своей магией. — Дорогая, ты думаешь о том же, о чем и я думаю?

* * *

Дальше мы отправились в морг, куда отвезли Сонг Клауд, на этой части нашего расследования, Рэрити предпочла остаться на улице.

-Ну, что вы нашли у нее? — Спрашивал я доктора. Желтого единорога со рыжей гривой.

Он подвел меня к столу где лежала жертва, накрытая белой тканью, которую он снял.

-Умерла она от передозировки наркотического вещества.

-Зачем ему делать из своих жертв нариков?

-Несколько наркоманов, сколько лишить своих жертв сопротивления, они даже мыслить нормально не могут под этой дрянью.

-Хорошо, а что насчет этих ранок?

-Как ни странно, но следы похожи на следы от крючков. не знаю зачем он это делает, но судя по следам он их не доставал, а вырывал. -Хорошо, что Рэрити не видит этого. — Ну, а так по ее состоянию можно сказать, что ее кормили и даже зубы чистили.

-Все больше вопросов и так мало ответов, зачем эта тварь так над ними измывается.

-Это вам предстоит выяснить детектив.

-Вот кстати. — Я достал бейсбольную биту и показал ее, — мы нашли это на месте где пропала кобылка, при осмотре у нее были какие-нибудь следы?

-Да! — С радостью воскликнул доктор. — Мы думали сначала, что она ударилась при падении, но с этой битой становиться все на свои места.

-Значит, мозаика собрана воедино, он оглушил жертву битой и выкинул ее, а затем накачал веществами для обездвиживания и… и затем он цепляет своих жертв на крючки и подвешивает, как марионеток. — Я сразу вспомнил тот кусочке бумаги, который был у пони работавшего на Меломана.

* * *

Я вышел из здания морга, на улице меня ждала Рэрити, которая брала кофе из палатки с едой. Увидев меня, она радостно прогарцевала и вручила мне кружку.

-Ну что? — Спросила она.

-Все наши догадки сходятся. Я уже позвонил шефу Куимби он отправил отряд полиции арестовать Беатрис.

Пошли в участок.

* * *

-Почему вы меня арестовали! — Верещала Беатрис -Я требую адвоката!

-Не волнуйтесь, вам будет предоставлен адвокат. — Отвечал я. -Но сейчас вы на допросе.

-Я ничего ни сделала?!

-О нет, моя дорогая, вы много чего сделали. — Я положил на стол ее очки. Ее глаза расширились, а губы задирались. — Для начала ответьте, что делали ваши очки на месте пропажи Сонг Клауд

-Это не мои. Многие пони носят очки. — Со смешком парировала пони.

-И конечно у всех пони схожие характеристики очков, как у вас. Мы обратились к вашему окулисту, который выписывал вам рецепт на очки.

-Так же когда мы говорили с вами в первый раз, я заметила с какой завистью вы говорили, когда описывали таланты Соунд Клауд, — говорила Рэрити. — Подозреваю, что вы просто-напросто завидовали ей.

-Да я завидовала ей! Эта… шлюха получала все, что хотела, она играла лучше меня и пела лучше меня, всегда находила общий язык со всеми, ей всегда доставались жеребцы! А я? Я работаю в сраной кофейне и пою песенки про моего кота!

И когда она стала искать менеджера, я решила, что пора подрезать этой пташке крылья. Я сказала ей, что нашла одного менеджера и что он готов послушать ее.

Я отвела ее в тот театр и когда она поняла, что тут что-то неладное ударила ее битой по голове, а после потащила в главный зал.

-Вы хотели убить ее? — Спросил я.

-Нет. — С дьявольской улыбкой, ответила она. — Я хотела немного поиздеваться над ней, там сбрить волосы на голове, облить кислотой. — Но не вышло.

-Почему.

-Потому что… на меня тоже напали. Я вытащила Соунд Клауд на сцену где хотела привязать ее к стулу, но тут. Меня кто-то толкнул, и я упала в оркестровую яму, к счастью там была вода и я не разбилась, но, когда я выплыла, ее уже не было. Я не знала, что произошло, но поспешила вернуться домой. На следующий день ее пропажу списали на Меломана.

-Все было хорошо, пока вы Детектив со своей блядью не явились!

-Аккуратнее со словами мисс, наш разговор записывается и это оскорбление может прибавить вам пару месяцев тюрьмы.

Я с Рэрити вышли из комнаты, и мы пошли к шефу.

-Ее посадят? — Спросила Рэрити пока мы шли по длинному коридору полицейского участку.

-Разумеется, она хоть не убила ее, но покушалась на ее здоровье. И кто знает, если бы она не завела ее в этот проклятый театр, Сонг Клауд была бы еще жива.

Я столкнулся с белой кобылкой единорогом в полицейской форме. — Ой, простите, — извинился я. А она лишь улыбнулась мне, ее улыбка была мне до боли знакома.

Мы зашли в кабинет, Куимби как обычно сидел за столом и пересматривал бумажки. Увидев меня, он отложил дела.

-Ну что она? Созналась?

-Еще как, выдала все, и думаю в суде всплывет еще что-нибудь. — Самодовольно говорил я.

-Похвально детектив, это все твоя заслуга.

-Не только моя. — Я указал на Рэрити. — А также моей подруги, которая вызвалась помочь мне, думаю без нее я бы и дальше своего носа не увидел.

-Ой, детектив, вы смущаете меня. — На ее лице выступил румянец.

-Осталось только…

-В офис вломилась кобылка коп. — Шеф… подозреваемая, Беатрис… ее нашли мертвой.

-Что!?

Мы быстро рванули в комнату допроса, где оставили Беатрис. Дверь была открыта, забежав внутрь мы увидели безжизненное тело, сидящее на стуле с вывернутой шеей.

-Ой ужас! — Воскликнула Рэрити и быстро удалилась, но сделав несколько шагов свалилась в обморок.

* * *

На помощь, я опять попала впросак,

Как до этого немало раз.

Навредила себе опять,

И виноватых мне не найти никак.

Я отвел Рэрити в ресторан в котором обычно заседал и смотрел выступления Октавии, где она прямо сейчас выступала, уже без былого огня страсти, который был присущ ее движениям. Яркое платье сменилось, мрачно черным.

Дневное происшествие шокировало Рэрити, да что уж там, я сам был шокирован. Сегодня Меломан показал нам, что его не остановит никто, если он захочет проникнуть в отделение полиции, он это сделает. Одно не ясно, зачем он решил убить Беатрис? И как ему удалось пройти мимо сотен полицейских незаметно?

-Она красивая. — Проворковала Рэрити, лежа у меня на плече, смотря на Октавию. — Ты ее знаешь?

-Да, подруга детства, — сухо ответил я. — Зажег единственную оставшеюся сегодня сигарету.

-Я тоже ее знаю, она жила в Понивилле долгое время, затем она со своей подружкой решили переехать в Мэинхеттан.

-Как тесен мир, если подумать, может он настолько тесен, что Меломан ужинает в этом баре и смотрит на нас, слушая пение Октавии.

-Дай мне тоже. — Попросила единорожка умоляющим голосом сигарету. — У меня закончились.

-Это последняя. — Показал я ей на сигарету во рту.

-Тогда давай на двоих выкурим ее, ты затяжку, потом я, — предложила кобылка ласковым голоском. Затянувшись, я передал сигарету ей.

Будь другом -Держи и защити,

Узнай меня, я совсем мала,

Но мне так много нужно.

Согрей

И помоги дышать.

-О, Винил тоже тут. — Сказала Рэрити показав на столик стоящий у сцены. — Ее резиденция находиться в том же доме, что и мой бутик. Временами она играет в моем бутике, это создает особую атмосферу. Но Селестия временами она глупа, как пробка, предлагала мне сделать трусы на молнии.

Черт, я снова потеряла себя,

Потеряла, и не нахожу себя нигде.

Мне кажется, что мне конец:

Потеряна снова я и не защищена.

-Я на момент представила, как такая пони стоит в свадебном платье к алтарю, а там стоите вы.

Я отдал ей сигарету. — В роли подружки невесты? — Она хихикнула.

— Нет в роли ее будущего мужа.

Я усмехнулся. — Я бы не отказался от такого расклада событий. — Но у нее есть пони, которая лучше понимает ее. — Я решил сменить тему. — Мне поручили обыскать квартиру Беатрис. Вы будет со мной?

-Нет, я завтра уезжаю в Понивилль. — Ответила пони. — Как никак, а там меня тоже ждут заказы. И еще друзья которые скучают по мне… И вы были правы, работа детектива не такая романтичная, как пишут в книгах. В дерьме повозиться надо. А после того как я увидела, труп той кобылки, то поняла, что это уж точно совсем не для меня.

Как вы справляетесь, видя столько трупов?

-Ну, по началу моей карьеры я тоже не уверено себя чувствовал, когда в помещении было мертвое тело. Но со временем стал относится к этому, как к части своей работы.

-Хих… видимо я не такая сильная, как вы, чтобы выдержать это. Но с завтрашнего дня вы будете один вести расследования.

-Жаль, а мне понравилось быть с вами в компании. Если будете в Мэинхеттане сообщите, сходим поужинать, я знаю несколько ресторанов, где подают настоящую еду, а не дешевые полуфабрикаты.

-Заметано.

Будь другом -Держи и защити,

Узнай меня, я совсем мала,

Но мне так много нужно.

Согрей

И помоги дышать

Октавия закончила петь и получив свою порцию аплодисментов, спустилась со сцены. Сказав пару слов на ухо Винил, она пошла к нам.

-Привет, Детектив, — поприветствовала она меня. И посмотрела на Рэрити. — Здравствуйте, Рэрити.

-Привет, Тави. — Радушно поприветствовала Рэрити. — Я слышала о смерти Сонг Клауд. Мои соболезнования.

-Спасибо Рэрити. — На мордочке Октавии всплыла улыбка. — А ты помогаешь детективу с расследованием?

-Помогала, завтра поеду обратно домой. Он такой галантный жеребец. — Она погладила меня по щеке.

-Я хотела кое-что спросить. — Начала Октавия. — Завтра будут похороны Сонг Клауд, я бы хотела, чтобы, ты пошел со мной.

-А как же Винил? — Спросил я.

-Она тоже будет… но я бы хотела, чтобы со мной был ты. — Я посмотрел на сидящую за столиком Винил, она не поднимала головы, смотря в бокал с виски. Может у них ссора?

-Хорошо, я приду. — Тави улыбнулась.

-Приходи завтра ко мне домой, оттуда и отправимся. Хорошего вечера детектив. — Она направилась к своей пассии.

-Все-таки у вас львиное сердце детектив, — Рэрити потянулась ко мне и поцеловала в губы. — Я буду скучать.

* * *

Похороны проходили за городом, возле кладбища развернули шатер где знакомые и родственники погибшей могли пообщаться и проститься с Сонг Клауд которая лежала там же в открытом горбу.

Я видел, как Октавия общалась с родителями Сонг. Я же подошел к столику с закусками и налил себе пунша.

-Детектив. — Прозвучал голос Октавии за мной. Я обернулся. Она стояла с родителями погибшей.

-Миссис и мистер Клауд, это детектив, он ищет Меломана.

-Здравствуйте. — Я пожал копыто отцу и поцеловал копыто матери Клауд.

-Скажите детектив, вы скоро найдете его?

-Скоро, я уже подобрался к нему. Меломан предстанет перед правосудием и уверен, что он будет казнен. — Я соврал, надо же как-то утешить родителей. Они поблагодарили меня и отошли к группе пони.

-Спасибо, что пришел. — Тави обняла меня.

-А что Винил? — Спросил я.

-Вышла на улицу, но сейчас главное, что ты рядом со мной. — На ее печальной мордочке нарисовалась легкая улыбка. Но она быстро стерлась и ее лицо покрыл мрак. — Я… я еще не попрощалась с Сонг Клауд… не могу найти в себе силы подойти к ней. Ты… ты можешь подойти со мной, мне будет проще если кто-то поддержит меня.

-Да конечно, пойдем.

Умиротворенная Сонг Клауд лежала в горбу сделанным из красного дерева обитым внутри дорогими тканями. Пегаску одели в броское кремовое платье, ее грива все также растрепана, как в тот день когда я видел ее на пляже.

-Привет, Сонг. — Тихо сказала Октавия, потом замолчала. — Я… я никогда не думала, что наша встреча после нашего расставания будет именно такой. И мне так жаль, что это наша последняя встреча. — Ее голос надламывался. — А я хотела тебе столько рассказать, я хотела познакомить тебя со своими друзьями, я хотела начать все сначала. — Тави заплакала, она склонила голову. — Я буду очень скучать.

Октавия была разбита, я, наверное, за всю жизнь не видел ее такой. Я обнял ее и стал гладить по ее темной гриве.

-Я думаю она тебя простила. — Сказала я ей. — Думаю она даже не была в обиде на тебя, после вашей ссоры.

Она плакала несколько минут, затем ее самообладание стало возвращаться, и она успокоилась.

-Спасибо, что поддержал меня. — На ее щеках появился румянец. — Надо же, у меня туш потекла, я сбегаю в дамскую комнату.

-Я подожду тут. — Октавия рысцой направилась к туалету.

-Правда она похожа на канарейку? — Я обернулся на голос, это была Винил которая бесшумно подкралась ко мне, она была в черном смокинге ее растрепанная грива была впервые аккуратно уложена.

-Милая канарейка, которая залетела слишком далеко в темный лес где ее поймал кровожадный хищник. Мм… разве это не завораживает Детектив? Мы с вами стоим возле доказательства, что пони не долговечны, и что вскоре мы будем на ее месте, все рано или поздно и о нас забудут, если мы не сделаем что-то великое. Так что мы должны оставить свой след в истории.

Выслушав рассуждения этой любительницы клубных вечеринок, я понял, что Винил не такая уж простофиля, какой считает ее Октавия.