# Ты обязательно полетишь!

Orc01

Скуталу не летает, хотя уже и достаточно выросла. Рейнбоу Дэш ищет причину. А принцесса Луна догадывается, что не все страхи Скуталу были побеждены...

## Единственная глава

Принцесса сидела с закрытыми глазами. Если смотреть на нее издалека, могло показаться, что она попросту дремлет после трудов праведных. И в самом деле – поднимать луну каждый вечер было не так-то просто.

В комнату проник тусклый слабый свет от зажженной свечи.

— Луна? – Селестия появилась так внезапно, что ее младшая сестра встрепенулась, неловко повалилась на пол.

— Дражайшая сестра, кажется, я просила тебя не заходить ко м не, когда я странствую по чужим снам. Это очень сложный ритуал, а его прерывание… чревато.

— Я не думала, что смогу тебе помешать – солнечная принцесса попыталась оправдать свое появление. По-доброму усмехнулась – Когда ты была маленькой, ты не очень то любила этим заниматься. Гулять по снам. Считала это самым скучным занятием.

— Времена меняются, сестра.

Повисло неловкое молчание, Селестия никак не пояснила свой негласный визит. Луна терпеливо ждала, что скажет ей старшая сестра.

— В последнее время ты стала слишком много работать. Ничего не хочешь мне сказать?

— Ммм? – вместо ответа промычала младшая из сестер, подойдя к окну. Ей нравилась звездная ночь. И даже Луна, на которой она провела свое заточение не портила настроения, нет. Она дополняла вид. Принцесса слабо улыбнулась собственным мыслям.

— У тебя сонный вид по утрам. Ты не высыпаешься, плохо ешь. Так, словно тебя что-то беспокоит. Не хочешь поделится?

Луна опустила голову, а через минуту виновато посмотрела на Селестию.

— Помнишь, я рассказывала тебе о страхах одной маленькой кобылки. Ее звали Скуталу.

Старшая сестра кивнула головой.

— Все дело в том, что ее теперь не мучают кошмары. Но где-то в глубине ее сознания засел страх. Другой страх.

— А?

— Она не летает до сих пор по той причине, что боится летать. – пояснила свои слова ночная правительница. Селестия хотела было что-то сказать, но снова замолчала. Луна еще не все сказала. Младшая из принцесс сделала несколько шагов в сторону сестры, расправила свои крылья, моргнула глазами.

— А вот что именно ее так пугает, я до сих пор не разобралась…

Скуталу что есть силы разогналась на своем самокате. Сей агрегат подарил ей отец, а Рейнбоу Дэш недавно поставила на нем отпечаток своего копыта. Чувство крутости переполняло маленькую пегасочку от кончика носа до хвоста. Она крута и с этим, Дискорд вас захаоси, уже ничего не поделаешь.

Колеса самоката проехались по уходящему вверх пандусу. Сейчас она взлетит, точно взлетит. Небольшие крылышки хлопали по воздуху, позволяя ей набирать и набирать скорость.

Наконец, она воспарила вместе с самокатом, закрыла глаза. Летит, конечно же летит. Обязательно научится, как и обещала ей Рейнбоу Дэш. Даже более того – радужногривая забияка наверняка сейчас наблюдает за ней. Между ними вдруг возникла негласная связь. Рейнбоу нынче проводила со Скуталу все больше и больше времени. Словно они и впрямь стали сестрами. Синешерстная пегасочка навряд ли когда-либо признается в этом, но ей и самой нравилось учить малявку чему-то новому, тренировать ее крылья.

Рейнбоу и в самом деле наблюдала, с улыбкой глядя на то, что вытворяет ее ученица. Вот только одно ей было до сих пор не понятно – почему Скуталу не летает? Должна же летать, уже вошла в тот возраст, когда крылья достаточно сформированы. Иногда, хваля малышку, она ощупывала ее мускулы – крылья сильные, крепкие, даже слишком. Но почему она не может до сих пор подняться в воздух?

Иногда Скуталу приходила к ней, жалуясь на то, что очередной ее ровесник поднялся в воздух. И тогда Дэш шла, чтобы посмотреть на счастливчика. Хлюпики, каких поискать, а уже летают. Понятно, почему юной кобылке было так обидно.

Радужногривая даже бегала к Твайлайт, чтобы спросить – а нет ли в мире какого-нибудь проклятия нелетания? Быть может в этом-то все и дело? Нет, дело было совсем не в этом, Твайлайт лишь только отрицательно качала головой.

— Эй, мелюзга, ты делаешь успехи! – выкрикнула внезапно появившаяся Рейнбоу, как только Скуталу пыталась парить. Крылья хлопали по воздуху. Но это явно никоим образом не напоминало полет. По крайней мере, любой пегас мог бы это заметить. Кроме самой рыжешерстоной малышки – для нее похвала наставницы была дороже всего на свете. Ах, как же ей нравилось быть вместе с Рейнбоу. Вот бы так была всегда и везде.

Скут неловко плюхнулась на землю. Было больно, но не как раньше. У нее и вправду лучше стало получаться? Строгая Рейнбоу опустилась поблизости, взлохматила гриву ученицы.

— Ты молодец, мелюзга. Знаешь, быть может еще пара-другая занятий, и ты обязательно полетишь?

В глазах будущей летуньи горел азарт и желание провести эти занятия хоть сейчас.

— Боится летать? По-моему, это единственная вещь, о которой она мечтает вот уже который год. Наверно, как только научилась говорить. С чего ты это взяла, Луна?

— Я была в ее снах. Что ты знаешь о снах, дражайшая сестра?

— Я знаю, что ты зациклилась на одной девочке. Ты работаешь только над ней и больше ни над кем, верно?

Луна виновато кивнула головой, но тут же попытала оправдать свою репутацию.

— Страхи у других редко проявляются во снах, а я не обязана охранять каждого от кошмаров. Более того – иногда это забавно, некоторым даже нравится пугаться.

Селестия ничего не ответила, развернулась и медленно пошла прочь. Зря она потратила на эту беседу целых полчаса – завтра придется опять работать, мечтая о сне. Эх, жаль, что отпуск у принцесс бывает коротким – всего каких-то десять лет, а ждать его нужно сотни и сотни лет…

Луна водрузилась на гору подушек, закрыла глаза. Для того, чтобы проникнуть в чужой сон, надо хорошенько сосредоточится.

Рейнбоу отложила в сторону новую книгу про Дэринг Ду. Флаттершай, зная о пристрастии своей подруге к подобной литературе, сделала ей подарок на день Домашнего Очага. Самый дорогой подарок, потому что розовогривой стесняшке как-то удалось раздобыть коллекционный экземпляр, с личным отпечатком копыта писательницы и фигуркой. Последняя стояла на полочке, рядом с кроватью – пегасочке нравилось просыпаться и разглядывать ее. Можно сказать, она просыпалась всегда рядом с своей героиней – разве это не прекрасно?

Впрочем, сейчас она собиралась читать совсем иную книгу. Приключения Ду манили ее новыми впечатлениями, восторгом, но нет. Дэш взяла литературу, которую никогда раньше не брала в руки. Считала, что подобные книги – для неудачников. Справочник о том, как научится летать.

Девушка поставила себе цель – Скут обязательно должна полететь. Она пообещала ей, что научит, а слово Рейнбоу Дэш не просто дорогого стоит – оно крепко как камень! Да что там, крепче, чем монолит! А на самом деле ей и самой хотелось увидеть детскую радость и восторг. Быть может однажды Скуталу станет точно такой же, как она? Разве это не приятно, когда кто-то хочет взять с тебя пример?

Книга была написана самым скучным языком, каким только можно было написать. Твайлайт долго думала и выбирала, прежде чем дала ей эту книгу из своей библиотеки. По словам фиолетовой волшебницы – эта книга написана бывшим вондерболтсом. Но тут были описаны такие очевидные вещи, будто писалось все для земнопони. Они все одно не взлетят, зато хотя бы узнают простейшую теорию.

Прочитав чуть больше, радужногривая заинтересовалась, посмотрела на свои правильно развивающиеся мускулы и достаточно ли они хороши, появилось желание проверить свой вес и… Рейнбоу вовремя вспомнила, что не сама собирается учится, а будет заниматься со Скуталу. Просто, быть может в книге будет написано что-нибудь, чего она не знала до этого?

Луна резко открыла глаза. Теперь то ей все стало понятно! Покачав головой из стороны в сторону, прогоняя наваждение, она соскочила с подушек. Принцессу покачивало из стороны в сторону, кажется, сегодня она слишком переработала. Нужен был хороший отдых. Однако, Луна не собиралась прямо сейчас ложится спать, хотя Селестия уже и подняла солнце. Нет, не время – надо проверить свою догадку и только после этого отправляться в кровать. Принцесса она или не принцесса?

— Ты обязательно полетишь – шепнула она самой себе. Скуталу сегодня обязательно полетит.

Дело крылось в самом обыкновенном страхе, засевшем очень глубоко. Забытом страхе, который умело себя не проявлял. Девчонка не боялась высоты, казалось, она не боялась абсолютным образом ничего. Просто поросший быльем кошмар упрямо твердил ей, что она все делает неправильно. Твердил, что она не способна летать, потому что увечна.

Когда Скут была совсем маленькой и еще не умела разговаривать, она парила. Мама всегда рассказывала ей об этом. Но однажды маленькая негодница залезла на шкаф, оступилась и упала. Крошечные крылья не успели сработать, кобылка плюхнулась спиной об пол. Кости правого крыла были сломаны, а именно по этой причине малышка не летала в младенчестве. Во время лечения мышцы слишком долго находились в бездействии, а потому атрофировлаись. Сейчас они уже были сильными, но вот умение летать не возвращалось.

А страх… страх был в том, что она никогда не сможет подняться в воздух, никогда не полетит точно так же, как ее кумир.

Как Рейнбоу Дэш.

— Давай же, малявка, смелее! – Рейнбоу подбадривала Скуталу. Маленькая пегасочка стояла на краю обрыва, в нерешительности глядя вниз. Один из инструкторов, писавших комментарии к книге, советовал сбросить малолетнего пегаса вниз. Птицы таким образом учили летать своих птенцов, иногда срабатывало и с ленивыми пегасами. Рейнбоу не нравилась идея предательски столкнуть девочку вниз, а потом сделать вид, что это вышло случайно, а потому она уговорила свою ученицу все сделать самой. Дэш сказала, что поймает ее, если что-то вдруг пойдет не так.

Рыжешерстная малышка стояла, борясь с сомнением, что это и в самом деле поможет ей научится летать. Возникла предательская мысль – а не сошла ли ее наставница с ума? Сие утверждение было тут же опровергнуто самой Скуталу – ей должно было быть стыдно за то, что она вообще смела думать о таком. Это придало некоторой уверенности. Переднее копыто нависло над пропастью. Еще шаг, маленький, крошечный шажочек и…

— Не бойся. Не ступай вниз, а просто прыгни. Представь, что ты плюхаешься на облако.

— Скуталу вспомнила, как дома прыгала на облако. Это было ее любимым занятием, главное, чтобы другие девочки об этом не узнали. Засмеют, скажут, что она не такая суровая, какой хочет казаться. Кобылка вздохнула и оттолкнулась задними ногами, в широком прыжке устремившись навстречу своей судьбе. Рейнбоу Дэш расправила крылья, готовая действовать в любой момент.

Принцесса Луна успела вовремя. Скуталу вот-вот собиралась спрыгнуть вниз, закрыв глаза. Сейчас внутри нее проснется он. Все, что требовалось сделать младшей принцессе – помочь пегасочке преодолеть его. Скут не помнит о том, что с ней случилось давно, а потому и не может победить страх. Как можно победить то, о чем ничего не знаешь? Ночной сестре следовало помочь малышке, а если точнее – разобраться со страхом один на один.

Внезапно Луну окутала сплошная, черная темнота, без малейшего лучика света. Девушка настороженно оглядывалась по сторонам – кажется, все таки получилось. Словно пытаясь тут что-то обнаружить, ночная принцесса подсветила магическим светом все, что было вокруг. Темнота боязливо отступила, но, казалось, снова начала сжиматься вокруг Луны. Девушка светила все ярче и ярче. Это было необходимо.

Луну обещала самой себе, что никогда не будет проникать в чужое сознание даже с благими целями, однако, разве запреты созданы не для того, чтобы их нарушать?

— Зачем ты пришла сюда, ночной сталкер? Убирайся!

Луна не ответила на глас. Было ощущение, что он раздавался отовсюду.

— Из года в год они верят, что смогут меня победить. Из года в год им кажется, что она взлетит, расправит крылья, будет радоваться полету. Но это блеф. Чужие желания. Она не хочет летать. Она не должна летать. Это слишком опасно, слишком страшно. Она может что-нибудь снова сломать себя. Я берегу ее.

— Ты уродуешь ее – ответила младшая из принцесс. Она чувствовала давящее на нее напряжение. Нет, наверно, ей все же стоило отдохнуть, иначе бы она не была так ослаблена. С другой стороны – вдруг бы малышка навсегда отказалась от идеи летать? Плюнет на все свои мечты, оборвет все надежды и замкнется в себе?

— Именно! Так оно и должно быть! Ты – ночной сталкер. Ты гуляешь по чужим снам. Разве ты не хочешь, чтобы с ней все было хорошо?

— Еще ни один пегас не испортился от того, что научился летать – упрямо твердила девушка. Это сильный страх, а она пришла не готовой.

— Зачем ты пришла? Сразится со мной? Слишком поздно. Скоро я смогу завладеть ей целиком и полностью. И она будет только моя.

— Покажись, феаринг! – выкрикнула принцесса. Феаринги – крошечные существа, проникающие и обитающие в сознании поняш. Они подобно паразитам, питаются чужими страхами, разрастаясь и становясь все больше и больше. Луне тогда удалось избавить Скуталу от самого маленького из них, когда той снились ночные кошмары. Но вот что делать сейчас? Это совсем иная тварь, куда более сильная. Выросшая.

Тьма вокруг принцессы начала сгущаться, ей не хватало сил, чтобы светить рогом дальше. Да сколько бы она не старалась, ничего не получится. Луна облизнула губы, не собираясь сдаваться так просто.

— Хах, никогда не думал, что буду биться с самой лунной принцессой. А не ты ли еще совсем недавно была живым кошмаром, которая хотела принести вечную ночь, а?

Луна сделала шаг назад. Нет, не надо думать над его словами. Не стоит задумываться. Он специально хочет запутать ее, специально это бормочет.

— Разве нет? Ты создавала ночные кошмары. Твоя собственная сестра не раз и не два просыпалась в холодном поту, представляя, как ты вернешься!

— Нет, нет! – Луна вдруг почувствовала горький привкус. Только бы не расплакаться от обиды. Вот будет стыдоба – ее победил феаринг, хотя и мощный, а потом заставил плакать. Селестия никогда не одобрит.

— Ночь – время зла. Темнота – твоя стихия. Я бы оставил тебя в наказание за дерзость тут, но, увы, не могу. Ты не то существо, которое я так запросто смогу пожрать. Но ты можешь стать следующей, после этой малышки. Ты советовала Скуталу смотреть своим страхам в лицо. Быть может хочешь посмотреть в глаза собственным страхам?

Луна широко раскрыла глаза, вдруг увидев тьму. Ее рог еле-еле светился, высекая лишь слабые искры. Скоро ее выкинет отсюда. Можно будет рассказать обо всем Селестии или же самой Скуталу, но что это даст? Селестия лишь отрицательно покачает головой – феаринги никогда не входили в ее компетенцию и даже более того – по ее мнению пони должны были сами с ними бороться. А маленькая пегасочка? Что она скажет ей? Что тебе мешает летать некое непонятное существо? Получится еще лучше – Скут вообще не захочет больше летать никогда в жизни. У нее появится оправдание – в ней живет страшное и непонятное существо.

— Это то, что ты хотела сделать с ними всеми. Чуешь, как твоя магия слабеет? Пошла отсюда прочь. Сегодня я здесь повелитель!

— Может быть тебе стоит прикусить язык, маленький феаринг? – чрезмерно спокойный и властный голос прервал их неторопливую беседу. Луна подняла опущенную голову. Рядом с ней стояла старшая сестра. И свет от ее рог был столь ярок, что прогонял тьму отовсюду, откуда было только можно.

— Ты? А? Но что ты тут делаешь? – чудовище запнулось, никак не ожидав такой развязки.

— Мне не нравится, что ты обижаешь моя младшую сестру. Мне не нравится, что всякая мелочь считает, что может помыкать моими подданными. Убирайся прочь!

— Нет! – феаринг взвизгнул, впрочем, готовый принять бой. Но боя не было. Селестия лишь обняла Луну и закрыла глаза. Яркий свет озарил все вокруг.

Младшая принцесса наконец открыла глаза…

— Ты летишь! Ха-ха-ха! Ты летишь! – Рейнбоу еще никогда не была так рада в своей жизни. Молнией поднявшись в воздух, она зависла рядом с своей ученицей. Скуталу и сама не поняла, как это вышло, но сейчас ее крылья уверенно хлопали по воздуху, а сама она парила. По настоящему.

— Я… лечу… я лечу! Лечу! – девочка звонко, по детски рассмеялась, плюхнулась в объятия Рейнбоу.

— Спасибо! Спасибо! – слова благодарности вместе с слезами так и сыпались из юной ученицы.

— Я же сказала тебе, что ты обязательно полетишь – улыбнулась радужногривая забияка.

Младшая из принцесс опустила голову, понимая, какую глупость только что сделала. Нет, конечно, ничего не мешало ей вернуться в сознание Скуталу более сильной и отдохнувшей, но Феаринг уже тогда понял, нашел слабину принцессы.

— Я…

Селестия молчала, не торопясь сыпать упреками, просто с укором глядя на свою сестру. А потом снова, по доброму обняла ее.

— Ты все сделала правильно, Луна.

— Но я…

— Ты хотела помочь маленькой пегасочке, сделать ей подарок. И, знаешь, посмотри туда – Селестия указала копытом в небо. Там резвились два пегаса, ученица и наставница. Слышался звонкий смех. – Благодаря тебе она научилась летать. А разве их счастье не стоит наших усилий?

— Я испугалась сама, дражайшая сестра. Мне стало страшно, он говорил о том, что ты боялась меня. И мне стало обидно, и…

— Успокойся. Он феаринг, неужели ту думаешь, что можно верить тому, кто распространяет страх? Лживый, липкий и до ужаса неприятный.

— Спасибо – младшая из сестер улыбнулась, на короткий миг ощутив себя не принцессой, а маленькой кобылкой. С которой рядом старшая, более мудрая и умная сестра. Прямо как в детстве.