# Тысячелетний родственник

DarkDarkness

Два месяца спустя после посещения Кристалльного Королевства (переименованной Империи), на пороге дома Спаркл появляется нежданный визитер в балахоне. С шоком опознав в нем Сомбру, Твайлайт оставляет его у себя, поскольку тот больше не горит желанием влезать в магические разборки. Теперь единорогу придется искать свое новое место в этом мире, попутно наверстывая то, что он пропустил за тысячу лет изгнания.

http://pixs.ru/showimage/fullpng_8492413_18093192.png обложка

Короли не плачут — сторонний рассказ из этой вселенной.

Тысячелетний родственник: Испытание — сайдстори-приквел (сейчас упор делается именно на него)

## Здравствуйте, я ваш пра-пра...!

Летние дни в Понивилле очень длинные, но порой пролетают совершенно незаметно. Первые солнечные лучи робко дотрагиваются до спящей зелени деревьев, одаривая своей теплотой каждую травинку и каждую веточку, постепенно всё больше вступая в свои права. Цветы поднимают свои головки, птицы радуются приходу нового дня, насекомые принимаются за свою ежедневную работу. Но иногда на солнце набегают серые клубящиеся тучки, закрывая на несколько минут яркий солнечный диск, чтобы уже через пять минут быть разогнанными пегасами-погодниками.

Другое дело — Вечнозеленый лес. Там царят законы природы, не подчиняющиеся никому. Там тучи могут спокойно закрыть светило, подарив божественную прохладу, или же внезапную грозу; животные вполне способны позаботиться о себе самостоятельно, а растения растут везде, где только им вздумается. И именно оттуда, только что вышла фигура, несмотря на почти сорокоградусную жару, закутанная в синий балахон с надвинутым капюшоном так, что даже лица не видно. Остановившись, она осмотрелась, после чего что-то неразборчиво прошептала. На мгновенье полыхнули зелеными огоньками глаза, и перед путником возникла в воздухе стрелка, указывающая куда-то в сторону. Проследив взглядом направление, неизвестный хмыкнул, после чего направился к виднеющимся неподалеку домам. Похоже, его путь уже почти завершен.

— Спасибо, что помогла мне с животными, Твайлайт. И, извини, если я тебя оторвала от чего-нибудь... — в голосе желтой пегаски с розовой гривой слышалось смущение.

— Пустяки, Флаттершай. Друзья существуют для того, чтобы помогать тогда, когда это нужно.

— Но, я оторвала тебя от твоего нового заклинания...

— Ерунда, сейчас приду и отработаю его снова. Я только нашла его, поэтому не особо переживаю.

— Но, все-таки...

Фиолетовая единорожка вздохнула, устало закатив глаза. Порой, робость подруги начинала ей немного надоедать, но все же, возможно без неё она бы не стала тем, кто она есть — Элементом Доброты.

— Флаттершай, я тебя уверяю, что искренне рада была тебе помочь поймать сбежавшую из клетки змею. Ты НЕ оторвала меня от никаких важных дел.

— Ну, ну ладно... — отвела пегаска взгляд в сторону. Дело в том, что в зоопарке Флаттершай сбежала одна из змей. Опасаясь, что та навредит кому-нибудь из животных (например Энджелу, который состоял в плохих отношениях именно с этой змеей) она понеслась к тому, кто быстрее всего мог бы отыскать Мистера Змея — Твайлайт. Та сразу же согласилась, после чего применила одно из недавно выученных поисковых заклятий, понадобился лишь небольшой отпечаток ауры, который ученица принцессы сняла с клетки беглеца. Спустя пять минут, тот был обнаружен в ближайших кустах, уже готовый начать свои разборки с белым кроликом, однако подоспевшие пони успели предотвратить разборку.. Хотя, Энджел тоже не выглядел особо довольным...

Посадив Мистера Змея снова в клеть и прочитав ему мораль, Флаттершай вызвалась провести подругу обратно в библиотеку. По дороге она то и дело извинялась за свою, как она считала, оплошность, которая заставила её подругу оторваться от, несомненно, важного дела.

Попрощавшись с Флатти, улетевшей проводить дальше осмотр своих зверей, Твайлайт вошла в библиотеку, планируя основательно изучить свеженайденное заклинание Доппеля. По задумке, используя его, можно было создать своего иллюзорного двойника, способного не только отвлекать внимание, но и совершать некоторые несложные физические воздействия! Правда, такие двойники мало на что способны, да и лопаются, как воздушные шарики, от одной царапины, но все-равно! Однако, приступить к занятиям ей не дали...

— О, привет, Твайлайт! — обратился к ней её Помощник Номер Один, попутно неся куда-то стопку книг. — К тебе там посетитель!

— Посетитель? — удивленно посмотрела на него единорожка. — Кто?

— Не знаю, — пожал плечами тот, кладя стопку возле одного из шкафов, — но, он странный.

— Странный?

— На дворе сейчас жара, а он закутан в плащ, словно ему все нипочем. Даже лица не разглядеть. И голос какой-то знакомый... — неуверенно сказал Спайк.

— Ясно... — задумчиво протянула Твай, — и, где же этот твой таинственный посетитель?

— Ну, я сказал, что тебя нет, он ответил, что подождет тебя на балконе.

— На балконе? Но, когда мы с Флаттершай подходили, там никого не было!

Теперь уже удивился дракончик. Насколько он мог судить по отдельным внешним признакам, у гостя не было крыльев чтобы улететь. Интересно, он владеет магией? Хотя, в такой одежде можно было определить, что странный посетитель — пони, а вот пегас, земной или единорог... Нет, тут сложнее.

— Ладно, пойдем посмотрим на твоего гостя, — сказав это, Спаркл начала подниматься на второй этаж, подозревая, что Спайк её просто-напросто разыгрывает. Ну, мало ли, вдруг там притаилась Пинки по случаю какого-нибудь праздника, о котором фиолетовая единорожка забыла?

Однако, поднявшись, она поняла, что её Помощник Номер Один и не думал её обманывать. Неизвестный посетитель, закутанный в синий балахон, с надвинутым капюшоном, сидел в маленьком угольно-черном кресле возле выхода из балкона, неотрывно глядя на небольшую черную молнию, выписывающую перед ним вензеля. Он был настолько поглощен своим делом, что даже не шелохнулся, когда Твай подошла к нему почти вплотную, попутно отмечая про себя, что молния имеет ярко выраженые черты магии Тьмы.

— Кхм, — немного неуверенно кашлянула Спаркл, — мистер, мне сказали, что вы хотели видеть меня. Я могу вам в чем-нибудь помочь?

Мелко вздрогнув, посетитель повернул свой капюшон к её мордочке. Оставленная без присмотра молния тут же рассыпалась черными искрами.

— Пожалуй, можешь, — с этими словами он откинул с головы капюшон, наконец открывая свое лицо.

Нервно икнув, Элемент Магии попятилась, после чего плюхнулась на круп. Весело ухмыляясь, на неё смотрел Падший Король Кристальной Империи Сомбра.

— Не, не может быть... — сглотнул Спайк. Теперь-то он понял, почему голос казался ему знакомым: он слышал его два месяца назад, там, в Империи, помогая уничтожить тирана, который стоит сейчас прямо перед ними, как будто это не его расщепило энергией Кристального Сердца на мельчайшие составные.

Бочком, бочком, он попытался отойти обратно к лестнице, дабы позвать на помощь остальных Элементов Гармонии, но возникшая перед первой ступенькой пентаграмма с барьером черного цвета пресекла его попытки.

Твайлайт тоже не сидела без дела, но, в отличии от Спайка, она решила не отступать, а напасть. Однако, её поджидало разочарование:

— Прекрати, — поморщился Сомбра, создавая перед собой щит из тьмы и отбивая удар Твайлайт в потолок, пробивая там неплохую дырку. — Я не хочу с тобой драться. Я пришел поговорить.

— Поговорить?! — нервно воскликнула единорожка, копя в своем роге очередную порцию энергии для заклинания. — О чем?!

— О делах наших семейных!

Этот ответ ввел Спаркл в ступор, достаточный для того, чтобы темный единорог одним прыжком преодолел разделяющее их расстояние, после чего легонько стукнул её рог своим. С ужасом Твай почувствовала, как её рог обрастает чем-то. Пощупав, она определила, что это были кристаллы.

— Ну, вот и все, — отошел от нее Сомбра, — теперь, можно поговорить. Да не бойся ты так меня! — воскликнул он, смотря на переполненные страхом глаза единорожки. — Я не кусаюсь! Уже...

Десять минут спустя они уже сидели внизу, попивая чай, заваренный Спайком. Несмотря на то, что хозяева библиотеки все ещё испытывали некую нервозность, они уже не пытались сбежать или напасть, что короля вполне устраивало. Первые десять минут прошли в гробовом молчании, после чего Сомбра не выдержал:

— Давай уж, спрашивай, — вздохнул он. — Я же вижу, что любопытство тебя сейчас просто сожрет изнутри.

— У меня куча вопросов! Как ты выжил? Почему ты ведешь себя не как тиран, помешанный на кристаллах? Почему ты здесь? И при чем тут моя семья?!

— Сколько вопросов, — хмыкнул единорог. — Ну, ладно, я отвечу по порядку. Как я выжил? Очень просто. Кристальное Сердце не должно было уничтожить меня. Пожалуй, я начну немного издалека. Видишь ли, как ты уже знаешь, я темный маг. Сильнейший темный маг из единорогов, по силе не уступающий аликорнам. Однако, я многое проделал, чтобы стать таким: множественные тренировки, усиливающие способности ритуалы. Но, темная магия, да и магия вообще, таит множество опасностей. Один из моих экспериментов пошел не так, превратив меня в злого, помешанного на кристаллах, безумца, жаждущего власти. Единственным выходом, все исправить, было использование Кристального Сердца. Оно должно было уничтожить излишек тьмы во мне, исцелив мой разум. Но, к сожалению, тот кто занял мое место, темная сторона моей души, тоже понимал это. Он украл Сердце, после чего захватил власть в Империи. Дальнейшее развитие событий ты знаешь.

— Тогда, если ты уже не такой злой, почему ты пришел в Понивилль? Почему именно ко мне?!

— Ну, этот вопрос напрямую связан с последним. Видишь ли, все дело в твоей родословной.

— Причем здесь моя родословная?

— Да ни причем, за исключением того что ты моя пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-пра-правнучка.

Казалось, Спаркл была готова ко всему. Как выяснилось, нет. Удивленно моргнув, она медленно переспросила:

— Мне послышалось, или ты сказал...?

— Да нет, тебе не послышалось, — весело хмыкнул Сомбра.

— Но это невозможно! Ты же был изгнан и вернулся только пару месяцев назад! До этого времени все пони Империи перебывали чуть ли не в статисе, а значит, что даже если бы у тебя и была бы жена, в чем я лично сильно сомневаюсь, то она бы точно не успела бы превратиться даже в пра-пра-прабабушку!

— Видишь ли, — вздохнул единорог, — ты права. Но ты делаешь слишком поспешные выводы. Дело в том, что когда принцессы изгнали меня, моя жена уже полгода как была за пределами Империи. Поэтому, она и не подпала под мое проклятие.

— Она...?

— Она покинула меня на втором году моего правления. Не смогла вынести всего того зла, что я творил. Но, я не виню её. Два года она пыталась изменить меня, искала способ, проводила свои исследования. Но, без Сердца исцеление было невозможным. В конце-концов, она сдалась. Сказала, что не хочет, чтобы наш ребенок стал похож на меня. Ушла на третьем месяце. Мне было наплевать. Тогда меня заботила только власть. Но, теперь, когда я свободен, я скучаю по ней, — грустно закончил бывший кристальный король.

Минуту они молчали. Наконец, Твайлайт робко поинтересовалась:

— Но, все-таки, мы же видели, как энергия Сердца разорвала тебя. Даже кусочка рога не осталось. Как ты это объяснишь?

— Вам показалось. Видя, что вы нашли Сердце, темный я попытался сбежать, используя телепортацию. Однако, он не успел закончит заклинание, был уничтожен прежде. Но, оно все-таки сработало. Мне крупно повезло, обычно кривые порталы или оборванные заклинания телепорта — верный путь на тот свет. Но, меня всего лишь забросило в неизвестное место. Далее, мне повезло ещё больше, я наткнулся на одну из своих бывших однокурсниц. У неё были свои проблемы, я оказал ей небольшую услугу, а взамен она провела меня через Вечнозеленный Лес в Понивилль.

— Почему не в Империю?

— Ты показалась мне более склонной к диалогу, нежели твой братец, плюс Понивилль был ближе.

— Но, почему ты думаешь, что я твой потомок?

— Я понял это ещё во время нашей прошлой встречи.

— Но, как?

— Ты же маг, ты должна быть знакома с таким понятием как аура. Аура живого существа способна поведать многое, нужно лишь уметь читать её.

— Я, я только недавно научилась её видеть, — покраснела единорожка.

— Правда? — удивленно приподнял бровь Сомбра. — Нас этому обучали в Академии в первую очередь.

— Академии?

— Академии магии. Полагаю, ты знаешь, что существуют и другие миры? Так вот, я обучался магии не в Эквестрии. Название того мира тебе ничего не скажет, поэтому я и не буду его говорить. Обучался в Академии на профиле Магии Тьмы. Ну и, несколько факультативных предметов, вроде изучения старотемного, магии огня, анимагии, магии снов... Кстати, Селестия и Луна обучались там же, причем Луна была моей одноклассницей.

— А Селестия?

— Селестия... Селестия была на противополжном профиле — Магия Света. Какие там у неё факультативы были, я не помню. Ну, разве что, мы с ней пересекались на старотемном. Хотя, у неё и так было много предметов, и как только успевала? Кстати, предвижу твой следующий вопрос, нет, тебя туда уже не возьмут. Поступать туда нужно ещё жеребёнком. Да и, тебе это не так уж и нужно, ты вполне способна достичь всего сама.

— Тогда, вернемся к последнему вопросу. Почему ты решил, что аура способна указать на родственника спустя столько времени? Может, просто похожа?

— Не веришь? Ну, ладно, — достал из под балахона небольшой, украшенный рунами на лезвии, кинжал Сомбра. — Смотри, сейчас я исполню Ритуал Познания Крови. Это магия крови фестралов, я с ней не особо знаком, но этот ритуал выполнить смогу, — с этими словами он чиркнул лезвием себе по ноге. Несколько алых капель упали на стол, собираясь в небольшую лужицу. Мгновение спустя, порез затянулся. — Да ты не на меня смотри, а на кровь, — хмыкнул единорог, наблюдая за взглядом Твайлайт. Та послушно отвела взгляд. Тем временем, кровь оторвалась от стола, зависнув в форме ромба над поверхностью. Спустя секунду, она обратилась в кристалл кроваво красного цвета. — Теперь, время истины, — телекинезом подтолкнул король свое произведение к единорожке. — Коснись его. Если в тебе есть хотя бы капля моей крови, то кристалл засияет. Если же нет... Ну, на нет, и суда нет.

Неуверенно кивнув, единорожка коснулась его своим копытом. Полминуты ничего не происходило и Спаркл уже хотела победоносно посмотреть на короля, но кристалл вдруг начал переливаться, сигнализируя о наличии родной крови. Откинувшись на спинку стула, Твайлайт посмотрела в потолок. Не каждый день узнаешь, что твой предок — сильнейший темный маг этого мира, да и тиран ещё в придачу. И ладно, если он жил бы тысячу лет назад, так нет, сейчас он сидит перед тобой, попивая уже четвертую порцию чая, искренне наслаждаясь шоком. Стоп, а если...

— Что такое, малышка Твайли? — участливо поинтересовался Сомбра. — Кстати, можно я теперь буду называть тебя внучкой? Просто повторять все эти "пра", это сколько времени терять...

— А где доказательства, что ты мне не врешь? — обвинительно ткнула в него копытом малышка Твайли. — Вдруг, это всего лишь трюк, чтобы втереться ко мне в доверие?!

— Зачем?

— Чтобы с помощью меня завладеть Элементами Гармонии, а затем вновь захватить власть?

— Зачем?

— Эм-м, ну... — этот вопрос заставил её задуматься. — Чтобы удовлетворить свои тиранские амбиции? — неуверенно предположила она.

— Браво, — несколько раз хлопнул копытами Сомбра, глядя с иронией. — Тиранские амбиции, конечно... А просто поверить, что я изменился, нельзя? Хотя, ладно, если ты мне не веришь, покажи этот кристалл Селестии или Луне. Уверен, они подтвердят мои слова. Только, пожалуйста, не говори им откуда он взялся, хорошо? Скажи, что нашла его где-нибудь.

— Почему? Если ты такой теперь хороший, то почему боишься их?

— Скажем так, хороший-то я хороший, но у нас с нашей принцессой Солнца свои разногласия, которые берут начала ещё из Академии. Потом как-нибудь расскажу.

— Тогда, — решительно поднялась со своего места Твай. — Я отправляюсь немедленно. Вернусь завтра. Спайк, присмотришь за библиотекой, хорошо?

— Хорошо, Твайлайт.

— Да, кстати, можно я пока поживу у тебя?! — крикнул ей в след единорог, наливая себе очередную порцию чая.

— У меня? — обернулась единорожка уже на пороге. — Почему у меня?

— Во-первых, ты моя внучка, во-вторых, благодаря тебе меня вышвырнули из моих старых апартаментов. Так что, теперь, когда твой брат разместился у меня в спальне вместе со своей женушкой, ты мне должна.

— Ладно, только не повреди книги.

— Твайлайт, не оставляй меня с ним!

Но единорожка уже скрылась за дверью. Минуту Спайк и Сомбра смотрели ей вслед, после чего перевели взгляд друг на друга.

— Ну, что же, Спайк, — зловеще ухмыльнулся единорог, глядя на дракончика. — Нас ожидает незабываемая ночь.

— Твайлайт, подожди меня, я с тобой!!!

Глядя вслед убегающему Спайку, Сомбра фыркнул, после чего захохотал. Натянув свой балахон, он вышел на улицу, запер заклинанием дверь, после чего отправился в сторону Вечнозеленого Леса. У него были ещё дела.

## Первое знакомство

— Дядя, дай монетку!

Моргнув, Сомбра уставился на маленькую зеленую единорожку-жеребенка в пестром красно-желто-синем платье. Чуть растрепанная черная кудрявая грива была убрана назад, открывая большие и хитрые синие глаза. На крупе можно было увидеть часть кьютимарки, выглядывающей из-под платья: две игральные карты, туз червей и туз пик.

— Дядя, ну дай монетку! — повторило это чудо.

— Монетку? За просто так? — прищурился единорог, откидывая капюшон.

— Ну, почему за просто так?! — обиженно надуло губки дитя. — Я вот гадать на копытах умею! Давай сюда, сейчас тебе все будущее расскажу, ничего не утаю! А ты мне за это монетку, по копытам?

Ухмыляясь, Король Теней покорно протянул маленькой гадалке свою конечность. Та, резво схватив, прищурив один глаз, начала старательно изучать все небольшие царапины и трещины, которые только могла найти. Спустя минуту она, устало вздохнув, отпустила её, после чего начала вещать потусторонним голосом:

— Вижу, вижу, не простая у тебя жизнь была! А ждет тебя, яхонтовый, путь ещё более непростой, тернистый да опасный! И будет у тебя выбор на каждом шагу, а от выбора того будет еще больше вариантов выбора рождаться! Куда же приведет твоя судьба...

— Достаточно, — перебил её темный единорог. — Кризалис, смирись, ты никогда не умела предсказывать будущее.

Секунду единорожка смотрела с детским удивлением, затем её губы растянулись в кривую ухмылку, и теперь каждый бы опознал в этом ребенке чейнджлинга. Дети так ухмыляться не умеют:

— Как догадался? — вспышка зеленого пламени, и вот уже рядом с Сомброй стоит высокая, ростом с принцессу Селестию, черная аликорноподобная кобылка с дырявыми слюдяными крыльями, такими же дырявыми копытами и рогом, и зелеными глазами. Голос её странно двоился, словно одновременно говорили два разных существа. — Я, как мне казалось, не давала повода усомниться в своей игре.

— Как догадался? — единорог сделал вид что задумался. — Ну, ты права, я, действительно, увидь тебя где-нибудь в городе, не смог бы опознать. Но только не рядом с Вечнозеленым Лесом вечером! Что вообще, по-твоему, тут могла бы забыть одна маленькая кочевница-гадалка?!

— За грибами пошла, ну, или просто погулять!

— Ага, и вышла на меня в условленном месте и в условленное время? К тому же, будь тут где-нибудь поблизости табор, я бы знал.

Королева Чейнджлингов что-то неразборчиво пробурчала. Действительно, не тот образ она подобрала для встречи. Нужно было изобразить лесника например, хотя, какой тут, к Свету, лесник у Вечнозеленого Леса?

— Впрочем, у меня были сомнения, — ворвался в её раздумья голос короля теней, — до тех пор, пока ты не начала нести околесицу про мое будущее. Серьезно, Кризи, ты бы хоть посмотрела как они это делают, а то "выбор, порождающий другой выбор...", уши вянут! Тебя же первый клиент в пух и прах разобьет!

— Слушай, ты, — вспыхнула чейнджлинг, — специалист-трикстер! Не учи оборотня играть его роли, а я не буду учить тебя, как надо проводить усиливающие ритуалы Темной Магии!

— И чему бы ты смогла меня такая умная научить?

— Например тому, что ты мог бы повесить на Кристальное Сердце заклинание-индикатор, реагирующий на количество Тьмы в твоей душе, который автоматически привел бы Сердце в действие!

— Эй, я не мог этого сделать!

— Почему же? Заклятье не такое уж и сложное. С твоим-то уровнем на раз-два.

— Ну, у меня были причины!

— Короче, забыл?

— Не подумал.

— По крайней мере, ты признаешь свои ошибки, — голос оборотня прямо сочился язвительностью, — значит, не совсем безнадежный. Ладно, шутки в сторону, — тон её сменился на серьезный, — это она? Ты ведь не зря проделал такой путь?

— Да, это она, Ритуал Познания подтвердил.

— И как же малышка Твайлайт восприняла эту новость? Она была в шоке?

— Это ещё мягко сказано. Она потащила кристалл в Кантерлот, чтобы показать его Тии, дабы та подтвердила мои слова.

— Но, но ведь тебя вычислят! Вряд ли у Спаркл хватит сил убедить Селестию в том, что кристалл к ней попал случайно! Учитывая твое прошлое, вряд ли принцесса Солнца будет встречать тебя с тортиком! Скорее, с алебардой наголо!

— Знаешь, — повернулся Сомбра в сторону Понивилля. В его домах понемногу зажигался свет, — мне уже все равно. Я не хочу бегать. Не хочу скрываться. Надеюсь, внучка поручиться за меня, или ещё что-то... А даже если и нет, — на его губах зазмеился оскал,- я все ещё по праву остаюсь сильнейшим темным магом в этом мире. И сил уйти от преследования у меня вполне хватит.

— Если до этого дойдет, Сомбра, — Кризалис встала рядом с единорогом, глядя на вечерний город, — знай, что у тебя есть союзники. Рой всегда поддержит тебя.

— Откуда такая благодарность? Я же почти ничего не сделал для вас...

— Не прибедняйся. Ты спас нас от голодной смерти, создав те накопители. Каждый чейнджлинг обязан тебе жизнью.

— Это было не так уж и трудно. Если бы ты в свое время посещала факультативы артефакторике магистра Улькара, то...

— ... то я бы не стала той, кто я есть сейчас, — решительно перебила та. — Сомбра, ты же знаешь, артефакторика, как и предсказания, не мое. Я телепат-менталист, ветвь иллюзия, анимаг, энерго-вампир и боевой маг. На большее моих сил бы не хватило. Мой предел в артефакторики — простейшие амулеты на все случаи жизни. Не более.

— Артефакты тоже не моя специальность. Но, тем не менее, я способен создавать некоторые из них достаточно мощными.

— Флаг тебе в копыта и Тьму навстречу. Что будешь делать дальше?

— Внучка согласилась приютить меня, так что крыша над головой у меня есть. Ты...?

— Я вернусь в старый Улей. Теперь, когда нам больше не угрожает голод, мы сможем отреставрировать его. Если тебе понадобится наша помощь, ты знаешь, как вызвать меня.

— Почему ты не попробуешь поговорить с Селестией? Теперь вы сможете попробовать договориться с ними на взаимовыгодных...

— Нет, — в голосе королевы проскользнула решительность. — Тебя не было слишком долго. Между нами тоже проскользнула тень. Сейчас мне от них ничего не нужно, но и я не собираюсь им помогать. Счастливо оставаться, Король Теней, — с этими словами она открыла отливающий зеленным цветом портал. Уже стоя на его пороге, кинула. — Ах да, пока принцессы ещё не дали добро на твое проживание в Эквестрии, берегись Фламинис. Она тоже уже долгое время живет здесь и вряд ли будет рада тебя видеть, — с этими словами она скрылась в портале.

Поправив у себя на шее небольшой медальон, в виде зеленого кристалла вставленного в черную оправу, Сомбра надвинул капюшон на глаза, после чего направился обратно в Понивилль. По пути его все никак не оставляли мысли о той, кого они в Академии постоянно называли Фламинис. Действительно, не особенно сильна в боевой магии, она была настоящим мастером зельеварения и алхимии. Она не полагалась в поединках на свою магическую силу, но ей её вполне заменяли отвары-допинги повышающие скорость, выносливость, регенерацию, реакцию, силу, да многое! Также, она была довольно-таки неплохим копытопашным бойцом, хотя, их там всех отлично тренировали. И, не стоит, пожалуй, забывать самое важное умение, за которое её собственно и прозвали Фламинис: она умела говорить с теми, кто ушел. Ушел, естественно, не в другую комнату. Она говорила с теми, кто ушел за грань. И если некроманты оживляли трупы, насильно привязывая души к уже умершим телам, то Фламинис шла другим путем. Она просто просила, и те помогали ей. Не всегда бесплатно, зато всегда добровольно. Хотя, она не особенно любила этот предмет, больше полагаясь на свои зелья.

Наконец дойдя до Понивилля, единорог задумался. В принципе, уже довольно-таки поздний вечер. Пока он ходил туда-сюда, пока говорил, вот и день прошел. Так что же делать? Отправиться спать к внучке? Или попытаться детальнее изучить город? Правда, сейчас все заведения, вроде "Сахарного Уголка", наверное уже закрыты, но должны же быть тут таверны, где честные пони смогут пропустить по вечерам стаканчик-другой яблочного сидра? А если и нет, то позор такому городу.

Немного поплутав по вечерним улицам Понивилля, он наконец нашел то, что ему было нужно. Таверна "Яблоко Аликорна", расположенное в одном из переулков. Внутри слышался смех, играла музыка, но, что было главное для Сомбры, оттуда тянуло невероятно положительными эмоциями. Хмыкнув, Король Теней решил почтить сие заведение своим присутствием, пусть и инкогнито, оказывая ему честь. Теперь оно вполне могло похвастаться, что в нем не гнушались отужинать сами короли, пусть и падшие, пусть и не урожденные, но, все же, короли.

В "Яблоке Аликорна" царила уютная, веселая атмосфера. У барной стойки, расположенной с левой стороны таверны, стоял единорог-бармен, протирающий стакан своим идеально чистым полотенцем, между круглых деревянных столиков, расставленных по всему залу, носились пегаски-разносчицы. Сначала Сомбре показалось, что их семь, но потом он понял, что их было всего трое, просто носились они с такой скоростью, при этом ничего не проливая и не рассыпая, что просто двоились. Правее от барной стойки, у средней стены заведения, располагалась небольшая сцена, на которой в данный момент выступали несколько земных, наигрывая на своих инструментах что-то в стиле кантри. А справа... справа располагались игорные столы, за которыми перемешались все три главные расы Эквестрии. От них просто-таки тянуло азартом, запах которого заставлял кристального короля пьянеть.

Наконец, одному из посетителей, по-видимому, надоело веселиться, поэтому он расплатился и направился к выходу. Перед, тут же занявшим его место, королем одна из пегасок положила меню. Открыв его, единорог хмыкнул. Коктейли "Микс сестер", "Сок принцессы любви", "Кровь драконикуса", "Измена чейнджлинга", "Тень короля"... Буквально все названия звучали вычурно, и имели отсылки к известным личностям. Например, Сомбра готов был поклясться, что "Измена чейнджлинга" не что иное, как указка к его знакомой оборотнице. Кстати, последнее название его особенно заинтересовало. Что такого смогли намешать в его честь местные бармены? Не мудрствуя, он просто сделал заказ:

— Одну "Тень короля", пожалуйста.

Минуту спустя, перед ним стоял бокал с чем-то черным, желеподобным. Более того, над ним вился темный легкий дымок. Выпив, коктейль, единорог вздрогнул. Как ни странно, ему понравилось. По вкусу чем-то похоже на то, что он пил в Академии.

— Ещё что-нибудь? — поинтересовалась разносчица.

— Сколько с меня?

— Двадцать битсов.

— Тогда, ещё порцию, и можете идти. Я, если что, позову.

— Только свистните!

Проводив взглядом умчавшеюся официантку, Сомбра, про себя, выругался. Все было очень просто: у него в кармане не было не единого битса. Сейчас Сомбра ругался про себя за то, что не догадался взять немного денег не у Кризалис, не у Твайлайт. Отлично решил прогуляться! Вот что власть делает с пони! Привыкший к тому, что у него, страшного тирана никогда не брали оплату, он просто забыл о такой вещи как деньги.

Но, как говорится, выход есть всегда, если хорошо искать. Нашел его и король: он просто направился к игорным столам испытать свою удачу. Ну, не совсем удачу, но он не был особенно сильным менталистом, а Магия Тьмы все же больше ориентирована на бои, чем на быт. Но, как говорил учитель магии Огня Сомбры, мастер-дракон Рекар, "Плох тот маг, что не способен подстроиться под ситуацию!". Обычно, после этого он начинал прожаривать небольшой кусок мяса на боевом огненном шаре, способном разнести одним махом пару улиц. Кстати, один из зачетов Сомбра получил у него, когда с помощью заклятия Дыхания Времени, смог войти в закрытую комнату. Вместо того, чтобы использовать заклятья Отмычки, отпирающего любой не магический замок, он просто-напросто превратил его в горку ржавчины, спрессовав масштабное заклятье для уничтожения отрядов в маленькую иглу. Правда, ругающимся экзаменаторам потом пришлось спешно снимать Абсолютную Защиту...

Итак, подойдя к столам, он быстро нашел себе свободное место.

— На что играем? — поинтересовался его партнер-единорог, попутно тасуя с помощью магии карты. Кстати, в карты тут играли только существа владеющие магией, либо имеющие пальцы.

— Ставлю этот кулон, — коротко ответил Сомбра, кладя на стол подарок Кризи.

— Занятно, — без особого интереса посмотрел на него единорог, — думаю, битсов на пять потянет. Во что?

— В очко.

Естественно, сначала Сомбра выиграл. Потом ещё. Потом ещё. А потом шулер начал свою игру. К его несчастью, привыкший к не магическим существам, не умеющим видеть сквозь магическую иллюзию, он действовал по старинке: просто накладывал в подходящий момент ту картинку, которую ему было выгодно. Но, с королем такие штучки не проходили. Поймай он в иллюзию Сомбру, и ему можно было бы вручать должность королевского мага Эквестрии, потому что кого-кого, а учеников Академии учили противостоять ментальным атакам.

Наконец, Сомбре это надоело:

— Да ты же шулер!

— Кто, я?! — возмутился единорог. — А ты за слова готов ответить?! — благодаря тому, что Сомбра скрыл свою ауру, шулер до сих пор не осознал в полной мере, кто перед ним.

— Хочешь проверить? — в голосе короля проскользнула холодная усмешка. Похоже, намечалось веселье.

— Выйдем?

— Выйдем.

Направившаяся к выходу, парочка не заметила, как один из земных быстро расплатился, после чего поспешил к выходу.

Когда Сомбру и его спутника окружили трое земных и пегас, он не удивился. Ловушка, причем довольно банальная. Зайти в подворотню, где нет никого, после чего отмутузить всей толпой? Ну, что ж, они развязали ему копыта.

— Так что, мил-пони? — ехидно поинтересовался шулер. — Уже не такой смелый? Сейчас парни научат тебя манерам. Ринджи, Тейко, ну-ка... — договорить ему не дали. Откуда-то из темноты вылетел булыжник, отправивший единорога в бессознанку, а в следующий момент появился тот, кто его метнул. Это был типичный, на взгляд короля, земной пони, с красной шерстью, оранжевой гривой и кьютимаркой в форме большого порезанного пополам зелёного яблока. При виде его бандиты как-то стушевались.

— Биг Мак!

— Опять ты!

— Не, ну какого сена ты постоянно лезешь в наши разборки?!

Но тот, не говоря ни слова, продолжал смотреть на них, после чего начал ме-е-е-дленно приближаться. Шайка сразу подхватила своего товарища под копыта, после чего попятилась прочь из переулка:

— Ну, дождешься ты у нас когда-нибудь, Маки!

— Придет и наше время!

— Хлебнешь и ты горя!

— А ты, ты, в капюшоне, не надейся, Биг Мак не всегда будет рядом, чтобы защитить тебя! Мы до тебя еще доберемся! — с этими криками они скрылись в переулках.

Сомбра рассеяно подумал, что, пожалуй земной спас им сегодня жизнь, поэтому не сразу расслышал вопрос:

— Ты в порядке?

— Что?

— Я спрашиваю, ты в порядке?

— Да вроде как.

— Провести тебя?

— Зачем?

— Так ведь эти, — мотнул головой Биг Мак, — не отстанут. Они мстительны, как не знаю кто. Меня они боятся, а вот тебя...

— А если так? — эта ситуация начала забавлять Сомбру, поэтому он откинул капюшон.

— Ничего себе, — слегка удивился Мак, — впервые вижу единорога с таким рогом. Какой-то эксперимент?

— Родился с таким.

— Эва, как оно бывает.

Минуту они шли молча. Нет, не то, чтобы Сомбра согласился на проводы, просто им было по пути.

— Меня, кстати, Биг Макинтошем зовут. Для друзей Биг Мак. А ты?

— Сомбра.

— Знакомое имя. Прямо как какого-то короля. Вроде как, он какой-то там Империей правил... Тезка?

— Примерно.

Дойдя до библиотеки единорог остановился.

— Ну, что ж, до скорого?

— Ты живешь у Твайлайт?

— Ага.

— Давно?

— Только сегодня прибыл.

— Тогда понятно. Я сразу так и подумал.

— И почему же?

— Ты единственный, кто сегодня сел играть с Читом.

— Читом?

— Ну, с тем единорогом. Он постоянно разорял всех под чистую, поэтому с ним и перестали играть. Его все жители за игорным столом игнорируют.

— Не знал.

— Ладно, — направился дальше Биг Мак, — будешь проходить мимо фермы Эплов, заходи и спрашивай меня. Я там, обычно, с сеструхой работаю, но буду рад гостям.

— Всенепременно, — хмыкнул Сомбра, отпирая дверь и направляясь на верх, намереваясь нахально занять постель своей внучки. Похоже, первые контакты были налажены.

## С добрым утром, Ваше Величество!

В Эквестрии утро у всех начинается по разному. Например, у принцессы Селестии, обычное утро — это тортики, с любовью приготовленные придворным пекарем, у Луны — падение на кровать в спальне, а у Флаттершай — пение птичек и писк разных зверюшек, вроде Энджела, требующих оторвать, наконец-таки, свой прелестный и желтый круп от кровати для того, чтобы покормить голодавший всю ночь зверинец.

У Сомбры утро началось с сигнала тревоги сработавшего защитного заклинания, установленного на дверь. Медленно встав с кровати, единорог не спеша потянулся, зевнул, после чего отправился на кухню найти себе чего-нибудь пожевать. Тревожный звоночек продолжал звенеть у него в мозгу легким и мелодичным звоном. Очутившись на "кухне" Твайлайт, король начал меланхолично перебирать банки и ящики в поисках кофе. Наконец, спустя минут двадцать, он все-таки нашел искомое в какой-то, стоящей в дальнем темном углу, банке без этикетки. Кофе оказался растворимым, но Сомбра решил пока не привередничать. Поленившись искать чашки, он использовал вместо них, уменьшенный и принявший форму маленькой полусферы, кокон Абсолютной Защиты. Воду он сотворил прямо из воздуха (ну, на само-то деле он, с помощью магии, просто сконцентрировал всю доступную влагу вокруг, но выглядело это так, как будто вода, и вправду, появилась из воздуха). Дальше встал вопрос о горячей воде. Сразу кипяток сотворить не получалось, а Абсолютная Защита потому и называлась абсолютной, что не пропускала абсолютно никакие воздействия внешней среды. Вспомнив об этом, король начал перебирать у себя в уме щиты, способные подстроиться под его ситуацию, но так и не нашел. Огненный Щит испарит воду в мгновение ока, Ледяной превратит её в ледышку, Щит Теней... короче, тоже не подойдет.

Звоночек продолжал настойчиво звенеть, мешая думать. Ругнувшись, Сомбра, предварительно накинув свой плащ, отправился на улицу, чтобы проверить, какой идиот рискнул вломиться в дом темного мага.

Больше всего защитное заклинание Теневой Спрут похож на темный клубок щупалец, прикрепленный к охраняемому месту или вещи. Если нарушитель попытается вломиться или слямзить объект, Спрут набросится на него, после чего спеленает в темный кокон, затем подвесит куда-то в сторону, дабы незадачливого вора не попытались освободить. Заклинание не смертельное, но кому понравится висеть вниз головой в черном мешке?

Нарушитель висел на одной из веток рядом с дверью. Единорог поленился переходить на Высшее Зрение, поэтому лишь притопнул левым передним копытом, произнеся в уме отпирающее слово-ключ. Секунду спустя из черного кокона вывалилась кашляющая фиолетовая единорожка.

— Внучка? — слегка удивился король. — Давно ты вернулась?

— С-С-Сомбра... — наконец-таки пришла в себя Твай. — Ты! — резко направила она на него свой рог, копя энергию. — Ты что творишь?!

— Что, что творю?

— Это! Что это, Дискорд раздери, было?!

— Защитное заклятие, — пожал плечами единорог, совершенно не обращая внимания на направленный на него рог. — От всякого рода незваных посетителей. Нас в Академии хорошо приучили к безопасности.

— Ты не у себя в Академии! — продолжала гневаться Твай. — Ты в Понивилле! У меня дома! И...

— Вот именно, что я не в Академии, — прервал её единорог, добавляя в голос немного холода. — Иначе, я бы поставил не Теневого Спрута, а скопище Огненных Копий, навесив бы сверху Молот Тьмы, чтоб уж наверняка. Поверь, то, что осталось бы от посетителя, тебе бы сильно не понравилось.

— Все настолько серьезно? — вдруг тихо поинтересовалась Спаркл. — Судя по твоим описаниям, вы обучались в настоящей мясорубке.

— У нас было несколько правил, которым нужно следовать. Одно из них — правило частной территории. Если ты планируешь вломиться в чужую комнату — пеняй на себя. С тобой может случиться что-угодно, все зависит от силы, знаний и уровня извращенности хозяев. Со мной, например, жил бестиолог. Так вот, кроме упомянутых Огненных Копий и Молота Тьмы, у нас над дверью разместился крурт. Это такой паук, он был фамильяром Мура (так звали моего соседа). Вся прелесть в том, что яд крурта сначала парализует, пять минут спустя жертва теряет сознание, а через час следует остановка сердца. При этом крурты практически полностью не видны в Высшем Зрении, так еще и почти полностью сливаются с темнотой. Тебе не кажется, что повисеть немного в Спруте вместо такого — не самая плохая участь?

На секунду Твайлайт пробила дрожь. Сейчас она была рада, что не может поступить в эту тартаровую Академию. Дискорд, да как они там вообще выживают?! Этот вопрос она задала, невольно, в слух.

— Нормально, — безразлично ответил единорог. — Конечно, идиоты находятся всегда, в основном на первых курсах, но их примера остальным хватает.

— А, а если я бы попыталась прийти в гости к кому-нибудь?

— Только с хозяевами, причем с разрешения обоих. Думаешь, тот крурт кого-нибудь пропустил без приказа Мура? Ага, сейчас... Впрочем, если что, можно постучать. В Академии запрещено устанавливать защиту, бьющую сразу на поражение только за попытку стука. Вот если попытаться дверь открыть... Короче, ты поняла.

— Да, я поняла, — неуверенно кивнула Твай. — Но, в следующий раз, пожалуйста, воспользуйся просто ключами.

— С радостью. Будь они у меня, я бы так и поступил.

— А как же Спайк? У него должны были быть запасные!

— Спайк... — задумался король теней. — А он не ночевал в библиотеке, — вдруг хмыкнул он.

— Что? — замерла на пороге единорожка, повернув к нему удивленный взгляд. — Что значит "не ночевал"?!

— Ну, как только ты сообщила о том, что я остаюсь у тебя, он выскочил за тобой и...

— Это я знаю! Он догнал меня на станции, но я, как мне казалось, смогла убедить его, что ему ничего не грозит!

— Видно, плохо у тебя получилось.

Вбежав в библиотеку, Твайлайт сразу понеслась в свою комнату, после чего начала копаться в личных вещах Спайка.

— Кстати, а где у тебя чашки? — заглянул к ней темный единорог.

— Чашки?

— Да-да, чашки, — нетерпеливо переступил Сомбра. — Я хочу заварить себе немного кофе, пока ты будешь искать своего дракона.

— Но, у меня нет кофе, — неуверенно протянула Твай. — Только чай, который для меня заваривает Спайк...

— А это? — ткнул ей под нос король баночку без этикетки.

— О, ты нашел её! — радостно воскликнула единорожка, забирая у оторопевшего деда емкость. — А я все думала, куда она пропала... Нет, это не кофе, — перевела она взгляд на недоумевающего Сомбру. — Это толченные бобы растения под названиям "Гуарденус Серпентория".

— Мне ни о чем это не говорит. Зачем они тебе?

— Я использую их в некоторых зельях. Со мной поделилась одна моя знакомая зебра. Кстати, ты ведь не ел их?

— Нет, а что?

— Просто в сыром виде, да и зелья на их основе, имеют один неприятный побочный эффект: они вызывают острое несварение, расстройство желудка, и дикое возбуждение.

Сомбра открыл рот. Сомбра закрыл рот, после чего, про себя, порадовался, что его магия не подходит ДЛЯ ВСЕХ жизненных ситуаций. Хаос побери, да ему дико повезло, что у него не хватило возможностей попробовать это адское пойло. А он-то думал, что это отличие ауры в толченных зернах — просто разновидность местных культур.

— Неплохое снадобье, — задумчиво пробормотал он. — У нас в Академии оно бы было нарасхват. Нет, это ж надо, держать дома такое, да ещё и на кухне...

— Ты что-то сказал? — вновь уставилась на него внучка, внимательно осматривая подушку Помощника Номер Один.

— Нет, ничего. Кстати, что ты делаешь?

— Ну, прямо сейчас, отправлюсь в бутик "Карусель", чтобы забрать оттуда Спайка. Надо было сразу туда заглянуть...

— Ты не против, если я пройдусь с тобой?

— А, э-мм, — замялась Твай, не зная как объяснить, что воскресший из мертвых, темный маг вызовет, как минимум, небольшую панику среди её подруг.

— Я все равно рано или поздно выйду. Уж не думала ли ты, что я до скончания веков проведу в "Золотом Дубе"? — холодно улыбнулся Сомбра. — Впрочем, я накину свой плащ. Под ним меня никто не узнает.

— Ну, наверное...

— Либо я прямо сейчас отправляюсь на ферму "Сладкое Яблочко". Один. Без плаща.

— Бутик в двух шагах отсюда!

К счастью, или, возможно, к горю, до бутика они так и не дошли. Они даже не успели покинуть "Золотой Дуб", как снаружи послышались приближающиеся голоса:

— Рарити, но я клянусь, что это правда!

— Спайки, но он был уничтожен несколько месяцев назад! Может, тебя решила разыграть Пинки или Дэш? Хотя, это чересчур даже для них...

Как только дверь в библиотеку начала открываться, Сомбра резко отпрыгнул к стенке, полыхнул глазами, и исчез в тени, успев заговорщически подмигнуть внучке. Спаркл только хотела поинтересоваться, что задумал Король Теней, как в её дом вошли: её Помощник Номер Один, и Элемент Щедрости.

— О, здравствуй, дорогуша, — тепло поприветствовала Спаркл хозяйка бутика. — Как твоя поездка к принцессам?

— Н-нормально. Выглядишь отлично, Рарити.

— Ой, ну естественно, — сделала та вид, будто засмущалась. — Ты оценила мои новые серьги? Мне кажется, они просто прекрасно сочетаются с моей кьютимаркой! — продемонстрировала она сережки, которые выглядели как сплавленные вместе в золотых гнездах три маленьких сапфира. — А ещё они идеально подходят к любому образцу моей новой линии одежды! Кстати, там и для тебя наряд есть, и ты просто обязана его примерить!

— Эм-м, Рарити... — неуверенно похлопал её по ноге Спайк.

— Ах, да, Твайлайт, я почему к тебе пришла, вчера ко мне в бутик прибежал Спайк. Он был очень напуган, и постоянно твердил, что король Сомбра вернулся. Я позволила ему остаться на ночь у меня и решила поговорить с тобой сама. Так это правда, или шутка?

— А, так вот, ты где вчера прятался, маленький огнедышащий шалун, — голос, возникшего из неоткуда за спиной посетителей, бывшего короля Кристальной Империи напугал не только Спайка, но и Рарити. Хотя, сейчас он мало походил на тот рычаще-шипящий голос тирана. Тембр остался тот же, но сам голос стал приятнее, что-то вроде баритона. — Почему ты не вернулся ко мне? Мне было так одиноко, темно и холодно в пустой библиотеке... Я, может, волновался за тебя! — с огромным трудом темный единорог заставил свой голос задрожать.

— Твайлайт, кто это? — тихо прошептала белая единорожка Спаркл.

— Это...

— Я её дедушка, — не дал той закончить Сомбра. Он все ещё оставался в плаще, поэтому Элемент Щедрости и не узнала его. — Вот решил навестить свою внучку. Да, кстати, мое имя Сомбра, бывший король Кристальной Империи, — на последнем предложении он откинул капюшон, после чего обворожительно улыбнулся впавшей в шок собеседнице.

— К-к-ко...

— У вас прекрасные серьги, госпожа Рарити. Они так идут к вашей кьютимарке! Хотя, подождите, это же вы владелица бутика "Карусель", расположенного в Понивилле? — уточнил он, не давая ей опомниться.

— Д-да, это я...

— Слушайте, я пробыл в этом мире всего два месяца, но уже успел многое узнать о вас! Вы ведь та самая знаменитая дизайнер, что постоянно побеждает на парадах мод!

— Ну, не всегда...

— Всегда, всегда! Просто у тех судей, которые не давали вам приз, совершенно нет чувства вкуса и стиля! Во всяком случае, так говорит одна моя знакомая, а она эксперт в этом деле, уж поверьте мне! — Сомбра, мысленно, попросил прощения у Кризалис, и понадеялся на то, что ему никогда не придется раскрывать личность этой знакомой.

— И, как же её имя? — надежда рухнула.

— Какая разница? Она в любом случае далеко. Важнее то, что я хотел бы заказать у вас пару комплектов одежды, если у вас найдется время!

— Ой, но у меня так много заказов... Хотя, ладно, для вас я найду время! — белая единорожка, под бурным потоком лести от короля, полностью отошла от шока, и теперь уже даже не думала о том, что её собеседник — страшный тиран. Бывший. Да и, не походил Сомбра сейчас на монстра, плюс он с таким восторгом отзывался о её работах...

А Сомбра думал, как же все-таки удачно он нащупал струну души, на которой можно было сыграть. Правда, никогда особо не любил копаться в одежде (да и вообще не разбирался в моде, раз уж на то пошло), однако потерпеть час-полтора на то, чтобы заработать хорошее расположение одной из Хранительниц он был готов. Наивный, даже не представлял, что его ждет. Однако, Твайлайт, к его счастью, спасла его:

— Извини, Рарити, но не сегодня! — потянула она своего дедушку на выход. — Ему срочно нужно в Кантерлотт!

— Что-то случилось, драгоценная? — поинтересовался Сомбра, уже заранее зная ответ.

— Тебя вызывают принцессы.

## Встреча одноклассников

— Так значит, говоришь, они не используют магию? Вообще? — в который раз уточнил Сомбра, задумчиво глядя на, проносящиеся за окном поезда, виды.

— Да, вообще никакой магии, ты уже спрашивал... — устало ответила Спаркл, читая взятую с собой книгу.

— До чего же дошел ваш прогресс, — одобрительно хмыкнул кристальный король, продолжая глазеть наружу. — Конечно, не идет ни в какое сравнение с магией, но, все же, довольно удобно.

— Это еще почему?! — последняя реплика заставила Твай оторваться от её "Быт и нравы Алмазных Псов, или как найти тысячу и одно применение драгоценному камню. Том первый". — Вообще-то технологи ничем не уступают ей!

— Да ну? — оторвался от своего занятия единорог, — хочешь поспорить? — вкрадчиво поинтересовался он, глядя на свою внучку с хищным интересом, словно кот на мышь. Честно говоря, его уже полчаса терзала скука, поэтому был рад тому, что его потомок не согласился с ним.

— Если дискуссия будет с хорошими аргументами, то да!

— Ладно, ты сама напросилась. Тогда, вот самый главный вопрос: с чем технология справляется лучше магии?

— В перемещениях на дальние расстояния! — радостно выпалила Твайлайт.

— Ты так уверенна? Поверь, если бы я хотел и обладал бы достаточным запасом энергии, то смог бы перенестись в любую точку этого мира с помощью телепортации.

— Но, ты ведь не можешь?

— Дай мне пару дней на создание накопителей, и я, при желании, смогу отправить тебя хоть в сердце Арктических Льдов. Ну, или куда-то рядом, я всё же не мастер-телепортатор. Хотя, стоп, поправь меня, если я ошибаюсь, — вдруг встрепенулся единорог, — я слышал, что Селестия ухитрилась отправить свою сестру на луну. Я прав?

— Да, так все и было.

— Твои технологии способны на такое?

— Нет, но...

— Короче, внучка, — не дал ей продолжить король, — вся суть в том, что технологии, конечно, призваны делать жизнь обычных пони лучше, но они для них как палка для инвалида, которому природа не дала врожденных способностей к Искусству.

— Мне кажется, или у тебя к ним что-то личное? — внимательно посмотрела на него фиолетовая единорожка. Уж больно единорог эмоционально настаивал на своем мнении.

— Да нет, просто обидно, когда ты годами оттачиваешь свои способности владение магией, а там какой-то бездельник берет "технологию", и все, он крут! Да смотри сама, даже из арбалета стрелять можно научиться быстрее и легче, чем освоить Копье Тьмы ранней стадии. А если маг не владеет защитными чарами, то такой арбалетчик, стреляющий из засады, вполне способен прикончить неофита словно обычного пони! — разглагольствуя, единорог, машинально, легонько потер свой круп. Заметив это, Твайлайт сопоставила это с нелюбовью Сомбры к технологиям, учла то, где обучался её дед, приняла во внимание то, что единорог привел в пример именно арбалет, и её губы, непроизвольно, растянулись в улыбке:

— Сильно больно было? — с трудом сдерживая хихикиванье, спросила она отвлекшегося собеседника.

— Да нет, сло... Стоп! — встрепенулся, успевший о чем-то задуматься Сомбра. — Как поняла? — внимательно посмотрел он на внучку. Та быстро пересказала ему свои наблюдения и выводы. — Моя кровь! — хмыкнул Король Теней, дослушав аргументы до конца. — Да, ты права, тут есть немного личного. Знаешь, как сложно швыряться Копьями Тьмы, удерживать магический щит, убегать, и при этом иметь стрелу в крупе?! Я думал, все, конец, приплыл!

— Как так получилось? — с трудом удержалась Твай от смеха.

— Ладно, расскажу, чего уж, — вздохнул единорог, — время до прибытия ещё есть, а так узнаешь о дедовой молодости. Короче, начну с небольших предпосылок. Все дело в том, что нас в Академии каждый год посылали в разные миры на практику. Чем сложнее курс, тем сложнее задание. Самое легкое — пройти от точки А к точке Б с наименее маленькими потерями. Самое сложное — завоевать какое-нибудь королевство, убить опасное существо, поймать опасного преступника, совершить серьезное чудо. Так вот, на четвертом курсе мне дали задание: я должен был добыть один артефакт. Ну, неважно какой, главное, что добыл, хоть и не без труда, но все же. А на обратном пути меня решили ограбить. Их было десять вооруженных матерых пони-головорезов против одного темного студента-четверокурсника. Обычно, всякому отребью хватает темного пульсара, или огненного шара, чтобы быстро потерять интерес к жертве, но те оказались непугаными идиотами. И им очень хотелось узнать, что такого ценного я нес. А когда они потеряли троих товарищей, к их интересу прибавилась и жажда мести. Однако мне повезло. Город со стражей, в котором меня ждал заказчик, находился близко, поэтому я припустил туда галопом, параллельно удерживая магический щит и отстреливаясь пульсарами. Однако тогда я был желторотым юнцом, поэтому не мог справляться с такими действиями одновременно, в один момент мой щит, на пару секунд, дестабилизировался. Этих пару секунд хватило на то, чтобы один из этих ублюдков всадил мне стрелу прямо в... ну, пусть будет круп. Ладно, неважно, куда он мне там её всадил, главное, эта рана, хоть и причиняла мне боль, мешая колдовать, однако не сильно мешала нестись. В итоге, я успел добежать до города, в котором местный маг, вначале просмеявшись, оказал мне медицинскую помощь. Правда, потом уже смеялся я, потому что целитель против темного мага на дуэли не слишком хорошо стоит, но это уже совсем другая история...

— А он...?

— Если ты про целителя, то он выжил. Я же не монстр какой, хороших магов ради удовольствия переводить. Правда, запас редких лечебных трав ему пришлось полностью обновить, причем за свой счет. Ладно, — поднялся со своего места единорог, — мы уже приехали, поднимайся, — поезд замедлял свой ход.

Час спустя

— Шевели копытами, внучка, ты ведь не хочешь заставлять своих принцесс ждать? — Сомбра, судя по голосу, уже предвкушал встречу со своими старыми врагами.

— А ты... хех... я вижу... хах... совсем не волнуешься? — денек выдался на редкость солнечным и жарким, поэтому Твайлайт, которая никогда не могла похвастаться хорошими физическими данными, вроде высокой выносливости, по причине постоянного проседания за книжками, успела уже дико запыхаться и устать, в отличии от кристального короля, который даже на такой жаре не снимал свой балахон.

— Было бы мне чего волноваться, — фыркнул тот в ответ, — не забывай, я сильнейший темный маг этого мира. Это не я иду к ним оправдываться, это я иду выслушивать оправдания.

— Оправдания?

— Именно. Ты, главное, когда мы начнем разговор, отойди куда-нибудь подальше к стеночке, разговор обещает быть жарким в прямом смысле. Хотя, Тия вполне сможет использовать и холодные аргументы... Кстати, что с тобой? Неужели, устала? — в голосе короля слышалось эдакое ехидное сочувствие. — Но, мы ведь даже ещё не подошли к воротам дворца!

— Мы бы... хех... уже... хах... давно бы... о Селестия... подошли... если бы ты... не заставил... хух... ходить нас кругами! — последние слова единорожка выкрикнула, после чего вновь закашлялась, подавившись пылью. — Вот скажи, если ты никогда не был здесь, зачем начал настаивать, что знаешь короткий путь?! А я ещё повелась.. Но, куда важнее то, что куда вообще смотрят эти пегасы?!!

— Да-уж, с этими погодниками всегда проблемы, — с улыбкой подтвердил Сомбра, — а по поводу короткого пути... Ладно, — вдруг резко он стал серьезен, — скажу прямо, несмотря на то, что я не слишком боюсь принцесс, однако я признаю, что вдвоем, при серьезной стычке, они вполне сильнее меня. Может они и не смогут одолеть меня без серьезных потерь, но обратить в бегство — вполне. Поэтому я, пока мы пробежались по Кантерлоту, успел продумать примерный маршрут возможного отступления. Повторяю, ВОЗМОЖНОГО, — увидев как напряглась его внучка, повторил единорог, — плюс, я получил ещё одну очень важную информацию.

— Какую? — с любопытством поинтересовалась, наконец-таки отдышавшаяся Спаркл.

— Я узнал, — выдержал эпичную паузу Сомбра, после чего резко переместился к внучке и отвесил ей легонький подзатыльник, — что ТЫ ПРЕСТУПНО ПРЕНЕБРЕГАЕШЬ СВОЕЙ ФИЗИЧЕСКОЙ ПОДГОТОВКОЙ!!!

— Не кричи так! — от неожиданности Твай, невольно, сделала шаг назад. Благо, из-за жары сейчас никого на улицах не было, поэтому никто перепалкой не заинтересовался. — Я не глухая! А что по поводу тренировок, я считаю, что это время гораздо полезнее потратить на изучение новых заклинаний! Я же мозгами собираюсь работать, а не физической силой.

— Ош-ш-шибаеш-шь-с-ся-я, внучка-а, — Сомбра, невольно и сам того не замечая, перешел на свой старый, тиранский шипящий стиль речи, — физичес-с-ская подготовка важна не меньш-ше-е, чем магичес-с-ская. Посмотри на меня, на мой уровень, а после сравни со своим! Я архимаг, когда ты тянешь, в лучшем случае, на мастера. Или вообще, подмастерья! Да, ты знаешь кучу заклинаний, но какой в них смысл, если ты способна использовать всего десяток из них, после чего упадешь от усталости?! Физическая сила, выносливость, определяет напрямую запас твоих магических сил! Конечно, бывают исключения, но ты под них явно не подходишь. И, если ты мне не веришь, поинтересуйся у своих принцесс, они подтвердят. Даже Свирл, уж на что был сушеной воблой, держал себя в хорошей форме...

— Погоди, ты сказал Свирл? Свирл Бородатый?!

— Бородатый? — удивленно переспросил единорог. — Насколько я помню, у него не было бороды. Хотя, он очень хотел её отрастить... Ладно, что ты о нем знаешь? Может, мы говорим о разных пони?

Твайлайт кратко пересказала дедушке все, что знала о своем кумире. Она описала его внешность, стиль одежды, биографию, и не забыла упомянуть о том вкладе, который бородатый единорог внес в историю развития магии мира Эквестрии. Этот рассказ заставил Сомбру на некоторое время замолчать, после чего вздохнуть и пробормотать:

— Все-таки отрастил, заучка... Хотя, свой стиль одежды так и не поменял. А я ему говорил: поменяй ты свою шляпу, по дурацки же смотрится...

— Эй! — возмутилась, услышавшая такие нелестные отзывы о вкусе одежды своего кумира, Твай. — Между прочим, эта шляпа великолепна! Правда, иногда и мне кажется, что бубенцы были лишними, но гениев не судят!

— Что? — эти слова заставили Сомбру замереть посреди пути. — Лишние бубенцы? Да они, пожалуй, самое ценное, что было в его дурацкой шляпе!

— Это ещё почему?! Они что, золотые?

— Внучка, для мага золото вовсе не так важно, как для обычных существ, — хмыкнул кристальный король. — При желании, мы вполне способны обеспечить себя денежными ресурсами. Хотя, не спорю, его бубенцы, действительно, были покрыты легкой оболочкой золота. Но, куда важнее то, что хранилось внутри. А внутри он хранил довольно таки мощные накопители, в которых хранил экстренный запас энергии. Они увеличивали его силу в несколько раз! Правда, я всегда говорил, что нужно было выбрать что-нибудь другое...

— Например?

— Например, корону, браслеты, либо броню, — довольное похмыкивание.

— То-есть, те доспехи, в которых ты вернулся с Кристальной Империей были накопителями? И они увеличивали твою силу?

— Именно. Правда, они, все-же, были не такие вместительные, как камни Свирла. Но, зато они были гораздо прочнее!

— Что не помешало им разрушиться...

— ... При кривой телепортации, — решительно перебил Сомбра, демонстрируя, что разговор на эту тему закончен. — А камни Свирла можно было раздавить просто копытом. Так что, выбор очевиден.

Луна в очередной раз оторвала свой взгляд от документов, устало потерла переносицу, после чего посмотрела через окно на залитую ярким солнечным светом улицу. Денек выдался просто прекрасным, но, к сожалению, принцессе Ночи было на это глубоко наплевать. Увы, но прошлая ночь, как и несколько предыдущих, для младшей аликорнши выдалась, мягко говоря, очень хлопотной: такое ощущение, словно почти девяносто процентов жеребят всей Эквестрии решили посмотреть на ночь что-то вроде "Кошмар на улице Пегасов", "Эпплузкая резня бензопилой" и "Восставшие из Тартара", после чего начали хором вспоминать все свои фобии. А кому все исправлять? Естественно, ей! Каждого надо защитить, утешить, вытереть сопли, прочитать мораль, погладить по головке... Нет, конечно, Луна не жаловалась, если честно, любила детей, но, порой, она проклинала тот день, когда согласилась на предложение своей сестры стать неофициальным детским психологом-терапевтом, чтобы усилить свою связь с народом. Например, сегодня. Вернувшись с ночной смены, вспомнила, что сегодня обещала помочь Тии с государственными делами. Конечно, заботливая старшая сестра тут же попыталась отправить младшую в постель, но тут уже взыграла гордость и упрямство, за которое младшая принцесса сейчас расплачивалась слипающимися глазами и легкой головной болью. Не спасал даже боевой опыт, полученный в Академии.

В очередной раз зевнув, принцесса попыталась прислушаться к разговору Тии и очередного просителя, удостоившегося аудиенции:

— Значит, ты говоришь, что вам мешает какая-то неизвестная сила? — голос Селестии выражал недоумение.

— Да-да, именно! — нервно закивал её собеседник, рыжий пегас в костюме главного погодника Кантерлота. — Только мы пытаемся закрыть солнце облаками, как они тут же расползаются в разные стороны! Если бы я не был уверен, что это невозможно, я бы подумал, что наш неизвестный вредитель — балующийся телекинезом единорог, но это невозможно!

— И почему вы считаете что это невозможно?

— Потому что двадцать стандартных облачек разлетаются по абсолютно разным траекториям! Причем довольно быстро, сразу как мы отлетим! А я знаю, что, даже если единорог и способен сдвинуть одно, ну два, ну три, ну, максимум, пять-семь, то они должны лететь в одной траектории! А тут такое ощущение, что саботажников целая толпа, причем на улице никого нет, а чтобы управлять предметами, не видя их, нужно недюжинное мастерство! — на последних фразах бедного пегаса уже бил нервный тик. Он три часа пытался наладить проблему своими силами и силами своих подчиненных, найти неизвестных шутников, но все было тщетно.

— Ладно, вы можете идти. Думаю, вашей вины тут, действительно, нет, — устало вздохнула Тия. В принципе, она уже подозревала виновника.

— А...

— Не волнуйтесь, скоро облака придут в норму. Пока, можете взять чуть-чуть денег из казны на прохладительные напитки. Солнце сегодня, и вправду, жарит.

После того, как погодник ушел, Луна устало, зевая, поинтересовалась у, читающий очередной документ, сестры:

— Думаешь, это он?

— Скорее всего, — ответила та, не отрывая взгляда от листка. — По правде говоря, я сильно сомневаюсь, что это мог бы быть кто-то другой. Вот только, зачем?

— Пытается измотать? — неуверенно предположила младшая. Хотя, это глупо. Глупо и мелко. Несмотря на усталость, Луна вполне могла сражаться, да и Тия подготовилась к встрече основательно. Всего одно слово-ключ, и у они будут в полной боевой экипировке, готовые отразить атаки Короля Теней. Как и тысячу лет назад.

— Нет, — отрицательно покачала головой Тия, — слишком уж мелко. Хотя, он должен был бы быть ещё час назад. Я начинаю волно... — Селестия так и не закончила предложение, так как дверь тронного зала приоткрылась, пропуская старого мажордома. Вернее, попыталась пропустить, так как его тут же втянули назад, после чего дверь закрылась. Минуту там слышалась какая-то возня, после чего дверь вновь приоткрылась, и старый единорог, под удивленные взгляды венценосных особ, буквально влетел в зал, словно ему отвесили хорошего пинка.

— Его Величество Бывший Король Кристальной Империи, Выпускник Академии Тосара, Сильнейший Темный Маг Этого Мира, единорог Сомбра Викториано-ас-Амбер-дель-Шадо-ибн-Кристал, и сопровождающая его ученица принцессы Селестии, Твайлайт Спаркл! — выдав эту фразу, единорог часто задышал. Да уж, давно ему не приходилось выдавать столь длинных титулов. А если точнее, то это самый длинный титул, который он слышал в своей не такой уж и короткой жизни.

— И какой был смысл издеваться над бедным стариком? — укоризненно поинтересовалась фиолетовая единоржка, пока они с дедом ждали окончания перечисления титулов в коридоре.

— А пусть знает, что меня зовут не просто "единорог Сомбра", — вызверился король, — я, хоть и не по рождению, все же король, пусть даже и бывший, плюс историческая фигура! Если бы он меня назвал бы "Бывшим Королем", я бы ему и слова не сказал. И вообще, это его работа!

Спаркл только вздохнула. Порой, её дед проявлял просто дотошное честолюбие, не уставая повторять, что он самый великий Темный Маг Этого Мира. В этом он был похож на одну из её знакомых, но пожалуй, у него было больше прав на свой титул.

— Слушай, а что это за другие имена? Амбер, Шадо, Кристал, Виториано...

— Викториано, — поправил её единорог, — это мои имена-псевдонимы, под которыми я был известен на заданиях в других мирах. Их я приплел только для веса, можешь не запоминать. Сомбра — мое единственное имя, данное мне при рождении.

— ...лайт Спаркл!

— Так, а вот и наш выход! — быстро проговорил, полыхнув глазами, Сомбра. — Вперед, только помни о моем совете. Лучше всего, встань возле принцесс.

Несмотря на то, что принцессы были готовы к появлению бывшего кристального короля, вид дверей, открывающихся с помощью гигантских костяных лап, состоящих из теней, произвел на них впечатление. Небольшое.

— Итак, я пришел, Ваши Высочества, — вошедший единорог одарил сестер ехидной улыбкой. Естественно, он был без капюшона. — Тия, Луни, сколько времени утекло! — издевательски протянул он, не давая и рта открыть аликорнам. — Тысячу лет вас не видел!

— Мы рады приветствовать тебя в Кантерлоте, Сомбра, — настороженно произнесла Селестия, — для нас...

— ... стало неожиданностью мое возвращение, я прав? Конечно, я прав. Знаешь, Селестия если бы ты уделила хотя бы часть внимания, которое ты уделяешь своим тортикам, аспектам Темной Магии, ты бы поняла в чем тут дело.

— Вообще-то, я хотела сказать, что... что рада видеть тебя в добром здравии, — устало вздохнула белая принцесса.

— Надо же, — не обратил единорог на её тон никакого внимания, — а я уже было подумал, что ты решила, наконец, отказаться от своей мелкой слабости. Скажи, ты научилась использовать пластический метаморфизм? Потому что я почти полностью уверен, что на выпускном...

Луна, сначала лениво зевая и слушая разговор, однако не вмешиваясь, внезапно подавилась зевком, испуганно выпучила глаза, резко вскочила, оценила обстановку, после чего телепортировала, застывших в ступоре от непочтительности Сомбры, мажордома и Твайлайт к себе. Укрыв их крыльями, она резко сотворила защитное поле. И не зря.

Вжжжуууу!!! На мгновенье Спаркл показалась, что она ослепла. Все произошло слишком неожиданно: вот, стоящий в центре тронного зала на участке пола, призванного изображать солнце, единорог что-то говорит медленно багровеющей от гнева Селестии, а вот его уже накрывает ревущий слепяще-белый луч, диаметром в несколько метров. Пять секунд спустя он пропал, оставив после себя густой дым. Однако, можно было разглядеть, что каменный пол изрядно оплавился.

— А...А... — начала заикаться Твай. Она никогда не видела, чтобы её учительница была в такой ярости прежде.

— Вот что бывает, если вывести мою сестру, — устало вздохнула Луна, снимая купол. — Запомни одну вещь, Твайлайт Спаркл: моя сестра очень добрая, праведная, всепрощающая, справедливая, НО УПАСИ ТЕБЯ СВЕТ СКАЗАТЬ ЕЙ ЧТО-НИБУДЬ О ЕЁ "ЛИШНЕМ ВЕСЕ" И ИЗРЯДНОЙ ЛЮБВИ К СЛАДКОМУ!!! Тем более, так бестактно.

— А разве у неё есть лишний вес? — удивилась фиолетовая единорожка.

— Видишь ли, несмотря на то, что мы мало того что аликорны, так ещё и неплохо владеем магией Метаморфизма. Конечно, не на уровне Кризалис, но все же... Дело в том, что на одном из курсов...

Однако, Луна так и не успела поведать, что произошло на одном из курсов, поскольку из клубов дыма, которые постепенно начали рассеиваться, наконец, вышел, заключенный в тончайший, выглядящий как мыльный пузырь, прозрачный барьер, Сомбра:

— Неплохо, неплохо Тия, — проговорил он, возвращаясь в центр зала. Луч, хоть и не причинил ему видимого вреда, однако, похоже, откинул его обратно к дверям. Кстати, в них теперь была дыра, в форме круглой арки. — Бьешь также сильно. Хотя, нет, в прошлый раз ты отшвырнула бы меня на полметра дальше. Теряешь хватку, толс...

— Я отправлю тебя в Тартар! — рог Тии засветился белым светом. Сомбра, в свою очередь, полыхнул глазами.

— Стойте!!! — зажмурившись от страха, единорожка, которую опешившая принцесса Ночи не успела удержать, вклинилась между готовыми, нанести удар, великими магами. — Прекратите!!!

— Ученица? — недоуменно, посмотрела на неё Селестия.

— Отойди, внуч-ч-чка, — прошипел Сомбра, не спеша, однако атаковать.

— Прекратите, прошу вас! Вы же собирались поговорить, а не разнести дворец до основания!

— И вправду, сестра, — присоединилась к уговорам младшая. Обычно, она была бы не прочь подраться, но не сейчас. В конце-концов, если они разойдутся, то пострадает если не город, то дворец точно! — Хватит!

— Прошу прощения, — постепенно старшая успокаивалась, — я, и вправду забылась, — покаянно закрыла она глаза. А вот Сомбра...

— Ну уж нет, — прорычал единорог, — я ждал этого тысячу лет. Тысячу лет! Из-за неё я провел тысячу лет в Арктических Льдах! В отличии от изгнанных пони, я осознавал каждое мгновение своего существования!!!

— Но, ты ведь сам стал тем монстром!

Эта реплика заставила Сомбру замолчать. Минуту он невидящим взглядом смотрел на внучку, после чего нервно и хрипло расхохотался.

— Внучка, скажи мне, как долго ты искала Сердце? — поинтересовался он, отсмеявшись.

— Где-то часа полтора, — на секунду задумалась единорожка.

— И нашла ты его...?

— На самом верху башни.

— А теперь скажи мне, если ты, хоть и талантливая, но все же единоржка, отыскала Сердце за каких-то жалких полтора часа, то ЧТО ПОМЕШАЛО БЫ ЭТИМ АЛИКОРНАМ ЗАБРАТЬ ЕГО С ВЕРХУШКИ САМОЙ ВЫСОКОЙ БАШНИ, РАСПОЛОЖЕННОЙ В САМОМ ЦЕНТРЕ ГОРОДА, ПРИ ТОМ ЧТО ИХ ГЛАВНЫЙ ВРАГ НАХОДИЛСЯ ТАМ ЖЕ, А ЗНАЧИТ ИДТИ БОЛЬШЕ НИКУДА НЕ НАДО?!! Уверяю тебя, что Сердце хранилось там с самого начала, а мой злой альтер-эго не использовал и десятой части моих сил!!! — последние фразы единорог кричал, брызгая слюной от бешенства.

— И вправду, принцесса... — повернулась она к своим мастерам.

— На нас не смотри! — сразу отошла от своей сестры Луна. — Мы даже не знали о нем! Клянемся Ночью!

А вот Селестия...

— Прости, Сомбра, я поняла, что поступила неправильно. Уже поняла. Но ты должен был понести наказание!

— За ту невинную шутку?!

— Невинную?! Да я на сладкое год тогда смотреть не могла!

— Зато не пришлось прибегать к...

— А что это была за шутка? — вклинилась в диалог Спаркл, пытаясь погасить перепалку.

Спорщики резко замолчали, после чего единорог, ехидно посмотрев на Тию, попытался начать рассказ, однако та его опередила:

— Видишь ли, ученица, на выпускном шестого курса у нас произошел... пусть будет "инцидент". Тогда я увлекалась готовкой, особенно выпечкой тортов. И вот, однажды, один из шутников, решив что это смешно, подсыпал ко мне в тесто мелко-мелко нарубленные листья Язвительного Плюща. Ты ведь знакома с этим растением?

Единорожка, вспомнив свое знакомство с этим кустарником, из-за которого её рог был "сдутым" и покрыт пятнами, Рейнбоу Дэш получила аналогию мышечных спазмов, которые лишили её возможности нормально летать, у Флаттершай изменился тембр её голоса, Эпплджек была уменьшена до размером жука, у Рарити случился неконтролируемый рост волос, а у Пинки Пай опух язык, принялась быстро кивать головой. Тогда им повезло, что рядом оказалась лесная травница, иначе последствия могли быть более тяжелыми.

— Тогда ты должна знать, что юмор у него черный, прямо как у нашего темного мага.

— Поэтому Плющ подшутил над ней довольно неплохим способом: заставил выглядеть такой, если бы она была обычной пони при её питании, — вклинился единорог, — скажем так, она немножко прибавилась в весе.

— Немножко?!

— Ну, ладно, множко. Настолько множко, что не смогла пролезть сквозь дверь своей комнаты, в которой прождала то время, которое требовалось на создания противоядия! — тут единорог глумливо заржал.

— Теперь ты понимаешь, почему? — вздохнув, обратилась к ученице жертва шуточек Плюща.

— Ну...

— В свое оправдание скажу, что ты это заслужила!

— Чем?!

— А кто мне кровь для призыва на томатный сок заменил?! Надо мной потом все мои друзья хохотали!

— Что? — теперь Спаркл повернулась к Сомбре.

— Видишь ли, на том курсе я увлекся демонологией, и мы (я и пару моих друзей) решили вызвать демона. Для призыва требовались ингредиенты, в список которых входила кровь призывающего. Но, когда мы уже начали ритуал, обнаружилось, что вместо крови в плошке был прикрыт иллюзией томатный сок! В итоге, на наш Зов явился не демон, а небожитель, а к ним нужен совершенно другой подход! Правда, нам повезло, тот ангел просто отвесил нам по пинку, после чего убрался обратно. А потом Мур мельком упомянул, что в моем шкафчике рылась одна из принцесс-аликорнов!

— Но, зачем мне это нужно?! — гневно воскликнула Тия. — Мне всегда не было интересно, чем вы там занимаетесь, да и... — внезапно, она осеклась, — Лу-у-уна, — протянула она, глядя на, тихонько пытающуюся куда-то отойти, принцессу Ночи. — Ты ничего не хочешь нам объяснить?

Поняв, что о ней вспомнили, принцесса встала в уверенную позу, после чего ткнула в сторону короля:

— А, а чего он нам всякие гадости в ежедневный напоминальник пишет?!

— Гадости?! — теперь в шоке уже был Сомбра. — Какие ещё гадости? Может, ты мой почерк с Крайтоном перепутала?!

— Крайтон не обучался на старотемном!

— Погоди, — резко поднял копыто единорог, пытаясь что-то вспомнить, — ты про это послание?

В воздухе вспыхнуло письмо, состоящее из вязи в несколько строчек.

— Именно!

— Но, это ведь обычное приглашение на бал! Когда ты не ответила, я подумал, что отвратителен тебе!

— И вправду, сестра, — присоединилась Селестия, вчитавшись в строчки, — смотри: Роеано шей датор илано...

— Стой, так это руна "Ано"? — перебила её Луна, — я думала, что это "Аро"!

Услышав это, Сомбра сначала побледнел, потом покраснел, потом почернел. На его морде гуляли гнев, удивление и искреннее возмущение. Тия же, подставив вышеозначенную руну в письмо, начала неудержимо смеяться. Только одна Твайлайт ничего не поняла.

— Да как, да как ты вообще могла подумать, что я напишу тебе такое?!

— Не знаю, что написал, то и подумала.

— Да что он такого-то написал?!

— Ученица, — все ещё хихикающая аликорнша обратилась к своей протеже, — все дело в грамматике старотемного языка. Одна руна способна поменять весь смысл предложения, а иногда, как сейчас, весь текст. Смотри, — указала она на письмена, — в этом письме твой "дедушка" пишет, что его восхищает ум моей сестры, её глаза, её внутренний мир, поэтому он просит сходить с ней на бал.

— А с руной, он, мягко говоря, восхищается её... эм, крупом... ещё раз крупом, только другим участком... Ладно, в общем, телом, и приглашает её не на бал, а, скажем так, на менее пристойное мероприятие, — по тону, которым принцесса произнесла "менее пристойное место", Твай поняла, что расспрашивать о нем бессмысленно. — Плюс, тут такая формулировка, что если бы она проходила у нас цензуру, то из его "послания" наши цензоры пропустили бы максимум знаки препинания. Не удивительно, что Луна перестала с тобой общаться, — обратилась она к тяжело дышащему королю. Тот был только три минуты, как отошел от своего крика на младшую принцессу, которая, осознав свою вину в полной мере, даже слова не пыталась сказать в свою защиту. Ну, точнее рев Сомбры, который был раз в эдак в пять громче, чем Глас Кантерлота, просто не оставил ей шансов. — Ладно, теперь, когда мы, наконец-то, разобрались со своими старыми проблемами, нужно решить последний вопрос: Что делать?

## Темный мастер взгляда

— Тупость. Идиотство. Кретинизм, — идущий через закоулки Кантерлота Сомбра не переставал ругаться. Настроение у него было, мягко говоря, скверное.

— Да ладно тебе, нашел на что жаловаться! – попыталась утешить его внучка. Правда, в её тоне начинали проскакивать легкие возмущенные нотки. — Тебя простили, оставили магию, даже дали немного денег на личные расходы!

— Ага, — губы единорога сложились в скептическую ухмылку, — а взамен надели ошейник, вручив тебе поводок.

— Это называется «испытательным сроком»! Должны же принцессы удостовериться, что с тобой все в порядке! И вообще, я, в свое время, проходила похожую процедуру.

— «Процедуру»? – издевательски протянул её собеседник, — так вот как это теперь называется? Ладно, не спорю, в ней есть некий резон, но скажи, какого маргула я должен отправлять Селестии эти занюханные письма?!

— Она должна быть в курсе твоих успехов. К тому же, ты не обязан отправлять ей их каждый день, просто время от времени!

В ответ на это Король Теней громко фыркнул, после чего, сердито нахмурившись, отвернулся. Несмотря на то, что Тия испытывала вину по отношению к Бывшему Кристальному Королю, ультиматум был поставлен жесткий: испытательный срок в Понивилле, под присмотром внучки, плюс, время от времени присылать письма, в которых он должен описывать значительные события, произошедшие во время срока.

Последнее Сомбре не понравилось больше всего. Получив звание архимага, он надеялся исполнить одно из своих мечтаний: стать максимально свободным, не отчитываться ни перед кем. Архимаги слушаются только высших, во главе с Верховным, и только тогда, когда состоят на службе. Сомбра на службе не состоял.

А теперь ему, архимагу, Повелителю Мрака, Королю Теней, Королю-Чародею, Темному Властелину, нужно было слушаться какую-то студентку, чей уровень даже до мастера с трудом дотягивает! Тот факт, что студентка была его внучкой, несколько смягчало картину.

Купив билет на поезд (принцессы забыли предложить визитерам совершить переброску с помощью портала, а единорог этого не сделал чисто из вредности), родственники расположились в купе. Сомбра сразу же уставился в окно, подперев голову передней ногой, а Твайлайт достала свой «Тысяча и одно применение…». Из-за того, что никто не стремился сегодня попасть в Понивилль, в вагоне стояла гробовая тишина.

Поняв, что не сможет сосредоточиться на чтении, Спаркл задала мучивший её вопрос:

— Эмм, Сомбра?

— М-мм?

— А что такое «маргул»?

— А ты не знаешь? Это… — Сомбра запнулся, после чего начал рыться в своем плаще. — Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — пояснил он, замершей с открытым ртом внучке, выудив из балахона ритуальный нож.

Прежде, чем единорожка успела что-нибудь сказать, возразить, он мгновенно начертил на столике, расположенном в купе, пентаграмму, капнул туда своей крови, после чего прочитал заклинание. Мгновенно в её пределах сгустился черный дым. Когда он опал, та засветилась ровным зеленным магическим светом, а в её пределах удивленная единорожка обнаружила маленькое, драконо-подобное существо, черного цвета, стоящее на двух ногах, с драконьими передними лапками, и волосатыми копытами, вместо задних. Также, позади его спины красовались небольшие кожаные крылышки, голову венчали козлиные рожки, а на вытянутой мордочке горели красным глаза с вытянутыми зрачками.

Осмотревшись, маргул, задержавшись на пару секунд взглядом на Спаркл, и прошептав себе под нос «Вах, какой красывый лошад…», сразу же поклонился Сомбре, признав в нем призывающего.

— Привьетствую, Гаспадын. Чэм ничтожный Ара можэт услужить вам?

— Сгинь, – короткий приказ.

-Чито значит «Сгынь»?! – возмутился призванный. — Зачэм тагда звал?! Нэт уж, звал, изволь загадать адын желаний!

— Чай, – сначала Сомбра просто хотел развеять настырного демона, но передумал.

— Рамашкавый, зеленый, женьшень, черный? – деловито поинтересовался маргул.

— С бергамотом.

— Адын мамент! – вокруг демона сгустилось облако. Оттуда явственно слышалось шипение, щелканье, голоса. Прислушавшись, Твайлайт смогла распознать фразы, которые говорил «их» демон:

— Чито значит «Нет свабодный касса»?! Гиви, чито ты тваришь?! Там меня важный чело… э-ээ, важный лошад ждет! Да, лошад! Архимаг! О, спасиба Гиви! Что? Чай, с этим, как его, бер-га-мо-том. Да не с «багамотом»! Гиви, какой тебе в задницу багамот с чаем?! Это не чай, это булион уже! ЧИТО ЗНАЧИТ НЕТ НА СКЛАДЕ?!! ГИВИ, НАС АРХИМАГ ЖИДЕТ! ЕСЛИ ТЫ ЕМУ НЕ ПРЕДОСТАВИШЬ ЧЕРЕЗ ПЯТЬ МИНУТ ЧАЙ С БАГАМОТОМ, ТЬФУ ТЫ, С БЕРМОТОМ, АЙ-ВЭЙ, КАРОЧЕ, ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ, Я ТЕБЕ САМ РОГА В ОДНО МЕСТО ЗАСУНУ!!!

Похоже, бергамот на складе все-таки оказался, так как спустя пять минут, радостно улыбающийся маргул поставил на стол небольшую каменную чашу, из которой шел пар, после чего извлек небольшую бумагу из-за спины.

— Адын чай с бер-га-мо-том! – радостно провозгласил он. — С вас душа, адын штука!

В ответ на это Король Теней, уже успевший отпить немного, поперхнулся, после чего, отставив чашу в сторону, посмотрел на демона чуть прищуренным взглядом. От этого взгляда демона скрутило, причем буквально.

— Слушай меня сюда, Гиви, — начал он ласковым тоном, от которого пробежали мурашки по шкуре не только у Ары, но и у Спаркл,

— Я Ара!

— Пусть будет Ара. Тем не менее, слушай меня сюда. С каких это пор за один вшивый чай с архимага уже стараются содрать целую душу? Скажи, тебе так хочется на перевоплощение?

— Ай, нэ надо! Я пашутить! Канэчно, с вас адын капель!

— То-то же, — хмыкнул Сомбра, капая одну маленькую каплю своей крови маргулу. Тот, подхватив её, мгновенно испарился, — вот это и был маргул, низший демон Бездны, куда якобы, по заверению светлых фанатиков, отправляются все темные маги, – объяснил он, попутно попивая чай, внучке.

— А что с пентаграммой? – слабо поинтересовалась она. — Как ты её будешь убирать? – царапины от ножа вышли довольно глубокими.

— А, это, — пожал плечами единорог, сосредотачиваясь, — действительно, не нужно нам, чтобы потом тут шастали всякие маргулы. Ладно, сейчас.

Стол мгновенно вспыхнул черным пламенем, через секунду осыпаясь пеплом, заставив единорожку недовольно вскрикнуть:

— Ты что вытворяешь?!

— Что, что вытворяю? – недоуменно посмотрел на неё Король.

— Это! Зачем ты стол сжег?! – указала она на оплавленную металлическую подпорку, торчащую из стены. Единственное, что осталось от стола в этом купе.

— Прошу прощения, — извинился единорог, вновь доставая нож. Одним ударом он срезал остатки подпорки, после чего наложил иллюзию. Теперь ничего не напоминало о том, что здесь когда-то был стол, за исключением металлических остатков, которые единорог деловито вышвырнул в окно. Туда же и отправилась чаша маргула. Они как раз проезжали над пропастью. — Проблема решена! – торжествующе посмотрел он на внучку. Та только глухо застонала, закрывая свое лицо книгой.

Доехав до Понивилля, Сомбра не стал сразу возвращаться в библиотеку. Отговорившись перенесенными стрессами (последней каплей для него стала уплата штрафа за попорченный стол, который ему все же пришлось уплатить по настоянию Твайлайт. В итоге, этот штраф съел почти половину выделенных Тией средств, чем вызвал у единорога неконтролируемый скрежет зубов и острое желание аннигилировать кондуктора, поезд, станцию, и железнодорожную компанию), он направился в единственное место, где ему, по его мнению, будут рады. На ферму «Сладкое Яблочко».

Коротко всхрапнув, Биг Макинтош, в очередной раз, сбросил с себя две деревянные бадьи, груженные доверху красными яблоками. Взяв одно, он хозяйским взором окинул весь фронт проделанных работ: у сарая семьи Эпплов уже стояли, по меньшей мере, сто пятьдесят емкостей, наполненных фруктами доверху. Неплохо, очень даже неплохо, учитывая то, что почти всю роботу проделал он сам, поскольку его сестренки умчались в город.

Решив сделать небольшой перерыв (а может быть и большой, или вообще закончить, поскольку норму он, в принципе, сегодня выполнил), красный пони направился к амбару. Убедившись, что за ним не подглядывают, он выудил из соломы небольшую бутылочку превосходного сидра, спрятанную им от Бабули Смит в одном из своих тайников на черный день.

Сделав глоток, причмокнул от удовольствия, улыбнулся, после чего вновь закопал в солому. Хорошего понемножку. Теперь, можно и вздремнуть.

Когда он уже расположился в тени одного из яблочных деревьев, надвинув на глаза ковбойскую шляпу, послышались шаги, после чего раздался насмешливый голос:

— Чудесный денек для послеобеденного сна, не правда ли?

— Агась, — согласился Маки, сдвигая шляпу с глаз, — а если послеобеденный сон случается после хорошо проделанной работы, так вообще идеально. Все-таки решил навестить меня?

— А то, — согласился единорог, помогая подняться Биг Маку, — наконец решил все свои проблемы с жительством, теперь свободен. Кстати, мне сегодня считай жалованье выдали, — продемонстрировал он небольшой мешочек, в который специально отложил немного битсов для прогулки, — пошли? Я угощаю.

Маки задумчиво посмотрел на своего знакомого, на деньги, после перевел взгляд на бадьи яблок. С одной стороны, в нем боролось желание пойти и пригубить немного с новым знакомым, тем более, что тот платит, а с другой – трудолюбие, требующее дожать норму до конца, дабы подавать пример сестрам. Трудолюбие победило.

— Извини, — с явственным сожалением прогудел гигант, — но сегодня не получится. Урожай, — пояснил он вопросительно посмотревшему на него Сомбре, кивая в сторону амбара, — мне осталось немного, всего двадцать девять бадьей.

— Так зачем же дело встало? – поинтересовался единорог, пряча мешочек. — Если тебе нужна помощь, просто попроси.

Красный с сомнением посмотрел на Короля Теней. Все единороги, с которыми он встречался ранее, и которых знал, были довольно хлипкими. Да и, мало кто мог сравниться по силе с таким же мощным телекинезом как у Спаркл. Конечно, его новый знакомый выглядел повнушительней, но все же…

— Не сомневайся в моих силах, — с холодной насмешкой сказал Сомбра, тайком просматривая его поверхностные мысли. Впрочем, у Биг Мака все и так было написано на лице. — Где там твои яблоки?

Спустя час они уже сидели в тени сарая, потягивая сидр из бутылок из заначки Мака. Земной все не переставал поглядывать на единорога с огромным уважением: всего за час они не то что выполнили норму, они её невероятно перевыполнили, устроив состязание, кто соберет больше яблок. Недооценивший Сомбру Макинтош проиграл с треском. По такому случаю Маки решил угостить своего соперника личным запасом сидра.

— Неплохо, неплохо, — похвалил напиток единорог, — однако, ему чего-то не хватает…

— Чего? – напрягся Маки.

— Даже не знаю… О, точно, вспомнил! Ему не хватает листочка темноцвета!

— Эт ещё что такое?

— Долго объяснять, — поднялся на ноги Король Теней, — жди здесь, я сейчас вернусь. Видел его заросли в Вечнозеленом, — пояснил он собутыльнику, — думаю много времени это не займет…

Телепортировавшись к окраине леса, Сомбра сразу же приступил к поискам. Однако, темноцвет, в изобилии который он встретил по пути в Понивилль, куда-то пропал!

— Выходи, выходи, — задумчиво бормотал единорог, ползая по кустам, — я все равно тебя найду, но тогда одним листиком ты не отделаешься…

Внезапно, он остановился. К обычным запахам, витающим по лесу, добавился ещё один, но не обычный, а «аурный». Более того, этот запах определенно принадлежал его внучке!

Решив поздороваться, Кристальный Король начал пробираться через кусты… и натолкнулся на Твайлайт, обращенную в статую! Та застыла в удивленной позе, смотря куда-то вперед. И, судя по улитке на её роге, в таком состоянии она была уже довольно длительное время.

— Эм, привет, внучка, — задумчиво пробормотал он, обходя статую, изучая ауру, — не плохо выглядишь… Маргул, кто же тебя так…? Василиск? – принялся вспоминать он существ, умеющих обращать других в камень. — Нет, тот бы убил, да и не водятся они здесь… Горгона? Нет, не та местность. Кокатрикс? Хм, судя по ауре, он. Вот делать мне было нечего! – в сердцах воскликнул он, садясь на круп, и принимаясь вспоминать способы снятия каменного проклятия.

— «Так, чтобы снять проклятие Кокатрикса, — начал вспоминать он, — можно использовать два способа: первый, выследить тварь, после чего уничтожить, физически либо морально. Способ отпадает, поскольку эта мархангятина не оставила следов, а значит придется просеивать весь лес, уничтожая особь за особью. Второй, использовать универсальное зелье, на основе мандрагоры. Вопрос только в том, хватит ли у меня ингредиентов?» — с этими мыслями он начал выуживать из плаща разные порошки, коренья и листочки.

Закончив, он, сожалеюще, вздохнул. Для зелья не хватало пару ингредиентов, которые, к счастью, можно было найти в Вечнозеленом. Правда, придется повозиться. Однако, терпимо.

Поставив магическую метку на местность, он, мысленно попросив прощения у Биг Мака, отправился на поиски трав. У самых кустов остановился, развернулся, что-то пробурчал под нос, после чего вокруг его внучки вспыхнул магический круг. Теперь, ни одно зверье не навредит ей. Удовлетворено хмыкнув, Король исчез в кустах.

Вернулся он лишь через полтора часа, уставший, заляпанный слизью, ругающийся, и дико злой. Несмотря на то, что он, все же, ухитрился найти недостающий ему темноцвет, ласточкину траву и паутинник, обошлось это ему не дешево.

Темноцвет, который он обнаружил самым первым, рос недалеко от логова бантикоры, разновидности мантикоры, питающиеся исключительно пониной. За ласточкину траву ему пришлось подраться икимой, вампиром, питающейся кровью животных, преимущественно кроликами, однако также не брезгующей закусить кем-нибудь побольше, а чтобы достать паутинник, ему понадобилось выжечь целое гнездо гигантских пауков, живущих в горе.

Естественно, для архимага, тем более темного боевика, это бы не составило больших проблем, но у Сомбры-то уже более тысячи лет не было практики, даже примитивных тренировок! Конечно, никаких он ранений не получил, даже легких, но кому приятно быть измазанным во внутренностях пещерного паука, разорванного Кровавым Резонсом? Уж точно не ему.

— Все внучка, вот и… — проговорил он, выходя из портала, — я? – недоуменно закончил он, осматривая поляну. Пустую.

Учитывая то, что преодолеть защиту архимага очень трудно, Спаркл могла исчезнуть только в одном случае: уйти своими ножками, что означало, что проклятие спало. Поняв это, единорог неуверенно посмотрел на готовое зелье у себя в кармане, снова на место, где стояла Твайлайт, после чего выдал двадцатиминутную речь на старотемном, правильно расставляя ударения и растягивая гласные. Весь смысл речи сводился к тому, что Создатель этого мира крупно просчитался, населив свое творение Кокатриксами. Также Сомбра поведал о своей любви к этим милым созданиям, причем, что характерно, эта любовь была не взаимна с их стороны, да и выражалась немного нетрадиционным способом, плюс в ней участвовали разные сторонние инструменты, преимущественно столярные. Внучка отделалась лишь обещанием провести персональные тренировки по усилению воли.

Закончив свою речь, единорог раскрыл портал в один из ближайших переулков Понивилля. Переместившись, накинув капюшон, поспешил к «Золотому Дубу». Достигнув его, он застал очень милую сцену: с его внучкой, чувствующей себя, по-видимому, хорошо, разговаривала желтая пегаска, вокруг которой сгруппировались три жеребенка: белая единорожка, желтая земная и карамельная пегаска. Все они о чем-то возбужденно переговаривались.

— Спасибо, Флаттершай, — поблагодарила Твайлайт подругу, — если бы не ты, я бы ещё неизвестно сколько простояла бы статуей.

— Ой… ну… пожалуйста… — смущенно ответила Элемент Доброты. – Я рада, что сумела оказаться полезной…

— Не прибедняйся, Флаттершай! – вклинилась пегаска. — Ты совершила настоящий подвиг!

— Да! Ты крутая!

— А может мы сможем получить свои знаки отличия, тоже спасая других от злобных Кокатриксов?! Или от какой-нибудь другой нечисти…

— Кхм-кхм, — возникший за спиной Флатти, Сомбра изрядно напугал всех, кроме Твайлайт, — я извиняюсь, это вы спасли мою внучку от коктрикса?

— Эм-м… ну, я…

— Позвольте поблагодарить вас от всего своего старого сердца, — поклонился Король Теней, — кстати, я извиняюсь, у вас в волосах что-то застряло, — это оказалось маленькое, едва заметное перышко. Выхватив его, единорог критически его осмотрел, даже понюхал, после чего, еще раз поблагодарив растерянных пони, вновь исчез в портале.

— Твайлайт, — неуверенно прошептала желтая пегаска, глядя на истаивающии в воздухе темные водоворотики, — а кто это был…?

— Это долгая история, — вздохнула Спаркл, — идем, расскажу, — открыла она дверь в библиотеку, — а вам, дети, пора домой.

Энджел переминался с ноги на ногу, стоя напротив Мистера Змея. Сегодня им повезло. Их хозяйка отправилась в лес с жеребятами, и теперь никто не мог помешать им наконец закончить свои разборки. Чтобы закончить все наверняка, они ушли в Вечнозеленный лес.

Однако им помешали. Только белый кролик хотел сделать шаг к своему противнику, как из кустов вылетело истошно кукарекающее тело. Впечатавшись в дерево, он медленно сползло вниз.

— Ко-ко-ко… — неуверенно прокудахтал Кокатрикс, пытаясь сфокусировать взгляд и подняться на ноги. Но, ему помешало лезвие косы, приставленное к его горлу серым единорогом, вышедшим следом из кустов.

— Слушай меня сюда, пернатое, — отстранено произнес Сомбра, чуть усиливая нажим, — и запоминай: если я ещё раз почувствую тебя в радиусе трех километров от Понивилля, я найду тебя, и приготовлю из тебя Кокатрикс-табака, а из твоих куриных мозгов сварю бульон. Это понятно?

Его жертва лихорадочно закивала, показывая, что все предельно ясно. Правда, внезапно её клюв исказился в злой усмешке, а минутой спустя единорога накрыла тень. Обернувшись, тот узрел второго Кокатрикса, больше первого в полтора раза, причем явно злого.

— Ко-ко-ко-ко? — грозно поинтересовался он, нагибаясь к Кристальному Королю.

— Эх-х… — вздохнул Сомбра, убирая косу от горла своей жертвы.

Минутой спустя.

— … Поэтому, если я ещё раз почувствую вас в радиусе четырех километров, то приготовлю из одного из вас Кокатрикс-табака, а второго пущу на деккоты. Понятно? – еще раз поинтересовался единорог, чуть усиливая нажим косами. Жертвы быстро закивали, полностью соглашаясь. — Исчезните, – стоило только убрать смертоносные лезвия, как две бестии испарились практически без следа, только ветки затрещали.

Единорог же, выждав пять минут, хмыкнул, после чего достал свое зелье от окаменения. Хорошенько изучив его, он добавил небольшой лепесток, после чего сделал глоток. Вздрогнув, крякнул от удовольствия, после чего открыл портал прямо на ферму. Несмотря на задержку, ему было что показать его новому другу.

## Эхо прошлого

— Пустышка! Пустышка! Пустобокая!

Маленькая желтая земная пони с красными волосами и огромным бантом бежала сквозь ночной Вечнозеленный лес. Вокруг неё то и дело возникали из неоткуда самые разные существа, продолжающие повторять: «пустышка» и «пустобокая».

Выбежав из леса, она понеслась через ночной Понивилль, надеясь спрятаться там, где, как ей казалось, её никто не достанет: в клубе Искателей Знаков Отличия.

Забравшись туда, она заперла дверь, зашторила окна, после чего устало вздохнула, закрыв лицо копытцами. Ей было плохо. Очень плохо.

— Эпплблум… — внезапно услышала она. — Эпплблум… я здесь, Эпплблум… — Голос доносился из небольшой шкатулки, стоящей на трибуне клуба.

Собравшись с духом, маленькая пони осторожно подошла к ящичку, после чего медленно повернула ключ, торчащий в скважине. В этот же момент комнату затопил яркий свет, заставив её зажмуриться.

— Так что, Эпплблум, ты покажешь нам свою кьютимарку? – голос Даймонд Тиары заставил Блум резко открыть глаза.

Осмотревшись, она поняла, что находится на вечеринке: вокруг было полно столов с едой и много маленьких жеребят с родителями. Переведя взгляд на себя, она увидела, что одета, а точнее завернута, в розовую скатерть, скрывающую бока.

— Я… Эм-м… я… — неуверенно начала Блум, пытаясь придумать, что бы такое сказать, чтобы не показывать свои бока. — Эм-м, моя кьютимарка настолько великолепна, что, если другие пони её увидят, они начнут уделять больше внимания мне! — нашлась она. — А ведь это так унизительно?.. – заговорщически приблизилась она к Тиаре. — Ну, а теперь, если не возражаете, я пошла! – попыталась она уйти.

— Блум, погоди! – окликнула её Сильвер Спун,

— Э-э-э, да?

— Помню, то же самое ты сказала на празднике, когда я получила свою кьютимарку, не правда ли? – поинтересовалась Тиара, догоняя земную. — Спун, посмотри! – рывком сдернула она скатерть с Блум. — Прошло уже столько лет, а наша пустышка так и осталась пустышкой! – радостно воскликнула она, осматривая пустой бок.

Присмотревшись, Эпплблум поняла, что эти её вечные задиры выглядят сейчас гораздо, гораздо старше!

— Что, так и не смогла найти свое призвание? – продолжала издеваться Тиара, — Может, это и есть твой талант? Быть «никем»!

Окружающие пони, собравшиеся на вечеринке, поддержали шутку заливистым хохотом. Беспомощно окинув их взглядом, земная пони заметила знакомые карамельные крылья, белый рог…

— Свити Белль! Скуталу! – радостно воскликнула она. Однако те, поморщившись, лишь отвернулись, оставив растерянную пони. У них, в отличие от неё, были кьютимарки.

Пони продолжали смеяться. Эпплблум почувствовала, что сейчас расплачется. Ей было стыдно, стыдно и обидно, что она единственная здесь без знака. Однако внезапно налетел резкий ветер. Все вокруг начало комкаться, словно ширма, подхваченная ураганом. Смеющиеся пони, издевающиеся враги, отвернувшиеся друзья, все это засосало в темный торнадо.

Вспышка! И вновь маленькая земная на поляне в Ночном Лесу. Несмотря на ночь, полная луна и звезды, виднеющиеся на безоблачном небе, давали достаточно света, чтобы разглядеть местность. Это оказалась старая стоянка какого-то лагеря. Обугленное пепелище от костра, пару пней и поваленный ствол, небольшой ручеек.

— Эй, — неуверенно позвала Блум, — здесь кто-нибудь есть? – Она не ожидала услышать ответ на свой вопрос, однако получила:

— Тихо, — прошипели из кустов, — спугнешь!

Жеребенок только хотела поинтересоваться, кого она может тут спугнуть, как этот «кто-то», а скорее «что-то», выползло на поляну. "Это" оказалось большой, двухголовой гидрой, обладающей почему-то головами Даймонд Тиары и Сильвер Спун. Заметив Эпплблум, она зашипела, после чего поползла к ней, предвкушающе шипя. В шипении явственно проскальзывали слова «пустышка», «пустобокая» и «неудачница».

Плюхнувшись на круп, земная пони попыталась отползти куда-нибудь, куда угодно, лишь бы подальше от этого кошмара, как вдруг над ней, в прыжке, пролетел темный единорог, вооруженный косой.

Уклонившись от выпада головы Тиары, он нанес рубящий удар, отсекая голову Спун. Бестия зашипела от боли, однако единорог ещё не закончил. Выкрикнув короткое слово, он вскинул копыто, из которого ударила черная молния, испепелившая последнюю голову. Лишенная мыслительных центров туша монстра грузно осела на траву, иссыхая и обращаясь в черный пепел, который единорог, с видимым наслаждением, вдохнул в себя.

Удовлетворено хмыкнув, закинул косу на спину, после чего зашагал к краю поляны.

— Эм, мистер? – неуверенно окликнули его из-за спины.

Чуть повернув голову, ночной охотник с удивлением отметил, что маленькая земная все еще здесь.

— Мистер? – уже более настойчиво позвала Блум.

— Да слышу я, — проворчал единорог, подходя к земной, — чего тебе?

— Кто вы такой?

— Просто ночной охотник, — широко улыбнулся посетитель, — ищу кошмары повкуснее.

— Вы кто-то вроде принцессы Луны? Скуталу мне рассказывала о ней…

— Луны? Ну, примерно… — как-то неуверенно ответил единорог, с подозрением смотря на Эпплблум. Интуиция не переставала сигнализировать, что он во что-то стремительно вляпывается. — А что там с Луной?

Выслушав от возбужденной Блум рассказ о Принцессе Ночи и о её роли в жизни маленьких жеребят, темный единорог развернулся, после чего направился к краю поляны.

— Мистер, куда же вы?! – попробовала его окликнуть маленькая Эппл.

— Я здесь только ради кошмаров и их энергии, — сухо ответил единорог, продолжая шагать к краю, — не более.

— А, ну, ладно…

Когда до выхода из сна, границей которого служили кусты поляны, оставался шаг, что-то заставило единорога обернуться. Эпплблум сидела возле ручья, с грустью смотря на свое отражение в воде. Было видно, что ещё чуть-чуть, и она разревется.

Ночной охотник уже хотел было сделать последний шаг, как что-то его остановило. Вздохнув, он закатил глаза, помянул маргулов и мархангов, пробормотав в конце «вляпался», он вернулся к бедной кобылке.

Сев возле нее, он некоторое время разглядывал отражения вместе с ней, после чего поинтересовался:

— Эти кобылки, которые к тебе лезли, кто они? И чего им вообще от тебя надо?

— Это Даймонд Тиара и Сильвер Спун, — грустно ответила Блум, — они меня вечно задирают, называют «пустышкой», потому что у меня нет кьютимарки.

— А у них, я так полагаю, они есть? – утвердительный кивок со стороны кобылки.

Минуту единорог молчал, думая о чем-то своем, после чего, поднявшись, тихо сказал:

— Я плохой психолог, да и учителем никогда не стремился стать, но, если тебе интересно, могу рассказать тебе одну историю.

— Историю? – с интересом посмотрела на него Блум,

— Да, всего лишь обычную историю, которая мне напоминает чем-то твою.

— А про что она?

— Она про одного маленького и одинокого жеребенка, которого в детстве все избегали и дразнили, потому что он тоже, в некотором роде, был «пустобоким». Рассказать?

— Да! Кстати, мистер, а как вас зовут?

— Зови меня Шадо. Без «мистер», — после минутных раздумий ответил Шадо, — пошли. Главное, слушай меня, и ничего не бойся.

Встав в центре поляны, единорог снял со спины косу, после чего начал раскручивать её, с помощью телекинеза над головой, постепенно ускоряясь. Когда она уже превратилась в светящийся круг, он резко остановился, воткнув её рукояткой в землю. Мир погас.

— Все, можешь открывать глаза, — услышала зажмурившаяся Эпплблум ехидный голос.

Они оказались на какой-то улице, в переулке. Была середина летнего дня, солнечные лучи падали на черно-серый камень гравийной дороги и зданий и мраморно-белые деревья, растущие вдоль улицы.

— Эта история произошла давным-давно, не в Эквестрии, даже не на этом материке, — вещал Шадо, пока они шли по переулкам. Несмотря на то, что погода была хорошей, по пути они не встретили почти никого. Однако тех пони, которых Блум смогла увидеть, вполне хватило. В отличие от эквестрийцев, их цвет варьировался от угольно-черного, до светло-серого, гривы постигла та же участь, хотя встречались и абсолютно белые. А вот глаза не подкачали, у них были самые разные оттенки. Правда, почему-то все встречные были единорогами.

— Место, в котором мы сейчас находимся, называется Блют-Вене и находится в Империи Штейгеров.

— Шадо, а почему у всех единорогов, которые мы встретили, нет кьютимарок?

— Существа, населяющие этот город, отличаются от эквестрийских пони. У них не бывает кьютимарок, но зато они довольно неплохие маги. Они называют себя «Дашейдами», что на эквестрийский можно перевести как «темные пони», «пони теней», либо «тень-пони» и, как видишь, они все поголовно единороги. О, мы уже пришли! Как раз вовремя.

Они остановились возле одного из проулков-тупичков. Вообще, Блют-Вене напоминал лабиринт: соединенные между собой здания, между которыми извиваются дорожки-проходы, создавая массу тупиков-закоулков. И именно в одном из них начало развиваться действо.

Трое жеребят-дашейдов зажали в переулки, затравленно озирающегося, четвертого. Они были ненамного старше Блум, но, все же, чуть массивнее, в отличие от худощавой жертвы.

— Посмотрите-ка на это ничтожество! – смеясь, проговорил один из хулиганов, светло-серый жеребец с белыми волосами и синими глазами. — Поверить не могу, что такой неудачник родился в одном из Высоких Домов!

— Чего тебе от меня нужно, Прайд?! – воскликнул худощавый, имеющий угольно-черную гриву, красные глаза и пепельный цвет шерстки, — Что ты ко мне лезешь?!

— Лезу? – деланно удивился Прайд. — Я лишь указываю на твои недостатки, вот и все! На правду, как ты знаешь, не обижаются.

— Отвали от меня! Или…

— Или что? – вмешался стоящий справа от Прайда дашейд, имеющий светло-серую гриву и желтые глаза. — Пожалуешься мамочке? Вот уж не думаю.

— Кстати, раз уж мы тебя встретили, то не поделишься ли ты с нами содержимым своего мешочка? – с этими словами маленький коричневый мешочек, висящий на шее у «неудачника», словно сам собой прыгнул в копыта задиры,

— Отдайте!

— Отдам, — издевательски ответил беловолосый, — если сможешь взять с помощью телекинеза.

Маленький дашейд напрягся. Закрыв глаза, он упер ноги в землю, выгнул спину и сосредоточился. Его противники заинтересованно смотрели на него, не делая, однако, никаких попыток ему помешать.

— Так я и думал, — удовлетворенно ответил Прайд, спустя пять минут, — рожденный ползать, летать не сможет, рожденный бесталанным, так и останется неудачником. Энви, Слосс, пошли отсюда.

Перешучиваясь, троица ушла, оставив «неудачника» одного. Тот, проводив грустным взглядом мешочек, вздохнул, после чего, сев на круп, закрыл лицо копытцами.

— Вот негодяи! – возмущенно воскликнула Эпплблум, подбегая к маленькому дашейду. — Они же отобрали у него деньги! Он что, не может пойти в полицию?! – попыталась она прикоснуться к его лицу лицу, однако копытце прошло насквозь.

— Не может, — спокойно ответил Шадо, тоже подходя ближе, — кстати, не пытайся ему помочь. Во-первых, это бесполезно. То, что ты видишь, уже произошло, и довольно давно. Во-вторых, не волнуйся. Этот малец ещё покажет себя. А что по поводу полиции, этот дашейд был очень гордым, и, несмотря на то, что у него не было друзей, привык решать все проблемы сам.

— А почему они вообще над ним издеваются?

— А почему над тобой издеваются Спун с Тиарой? Потому что он «пустышка». Не обладать магией для дашейда, все равно что не иметь отметку для эквестрийца. Да, такие время от времени рождаются, но участь их незавидна. Ладно, нам пора.

Шадо вновь закрутил над головой косу, после чего нанес удар в землю. Местность вновь сменилась. Теперь они находились в парке, полным черной травы, белых камней, выложенных вдоль дорожек, белых деревьев и такого же цвета лавочек. Они пустовали. Как сказал Шадо, эта часть истории имела место быть год спустя.

Вот на одной дорожке показался силуэт жеребенка-дашейда, с натугой тащащего за собой маленькую красную тележку, полную толстых, тяжелых книг. Подкатив её к одной из скамеек, он уселся на нее, после чего принялся за чтение.

— Видишь все эти книги? – поинтересовался Шадо, присаживаясь с Блум на соседнюю скамейку. — Это книги по магии. Через пару месяцев «неудачник» должен будет поступить в местную школу магии, но для вступительных экзаменов ему нужно хотя бы овладеть телекинезом.

Тем временем «неудачник», захлопнув книгу, отложил её в сторону, после чего уставился на неё немигающим взглядом. На секунду показалось, что тяжелый талмуд шевельнулся, дернулся, однако все, почти сразу, прекратилось. Маленький дашейд вздохнул, устало обхватив голову копытами. Не на такой результат он рассчитывал.

— Ба, смотрите, бесталанный пытается что-то наколдовать! – Блум не заметила, откуда возникли Прайд с компанией. — Что это у тебя? – выдернул он книги. — «Светлая Магия для начинающих»? Да ты даже поднять её не сможешь!

— Отвяжись от меня, Прайд, — сквозь зубы прошептал «неудачник», — что вы тут забыли?

— О, видишь ли, в «У старого Лаки» появилась партия черных кристаллов, а мне как раз не хватает немного денег. Твоих денег.

— Пошли вон.

— А то что? Нас трое, а ты один.

Вскочив, «неудачник» зашипел, затравленно озираясь. Действительно, их было трое, они были сильней. Плюс, они владели магией. Но тут произошло неожиданное.

— Ну ничего себе! – раздался ехидный голос со стороны. — Трое на одного, причем без всякого стеснения и соблюдения правил, — из-за одного белого дерева вышел средних лет грифон. Окинув компанию насмешливым взглядом, он подошел поближе. — А, может быть, по одному? – доверительно поинтересовался он.

— Вы кто такой, мистер? – холодно поинтересовался Прайд. — Не видите, что у нас к этому дашейду дело?

— Да ну? А мне показалось, что вы хотите его просто-напросто избить, попутно отняв деньги.

— Вас это не касается. Он нанес нам оскорбление.

— Не лги мне, парень, — ласково произнес грифон, вытягивая правую лапу ладонью вверх. На ней вспыхнуло пламя черного цвета, — знаешь, что это?

— Черное Пламя! – потрясенно выдохнул Слосс, прячась за спины товарищей,

— Отлично, значит вы в курсе, что мне достаточно уронить этот шарик на одного из вас, чтобы через секунду от него не осталось даже пепла.

— Вы не посмеете! – попытался храбриться беловолосый, но, к сожалению, в его голосе проскальзывали истеричные нотки.

— Ой ли? И кто мне помешает? Свидетелей нет, порталы я открывать умею. Короче, брысь отсюда, — троицу как ветром сдуло.

Удовлетворено посмотрев им вслед, грифон, хихикнув, повернулся к оставшемуся дашейду:

— Ты в порядке, мелюзга? – поинтересовался он у «неудачника». — Не боись, я не кусаюсь. А если бы и кусался, то, во-первых, маленькие дашейды в мой рацион не входят, а во-вторых, я уже завтракал.

— С-спасибо мистер… — неуверенно поблагодарил его ставший чувствовать себя увереннее жеребенок.

— Ай, какой из меня «мистер»? – махнул лапой грифон. — Зови меня Зулус, или, если хочешь так уж сильно оказать мне почтение, мастер Зулус.

— Спасибо, мастер Зулус. А кто вы?

— Я? Я выпускник Академии Магии Тосара, один из её младших преподавателей. В данный момент нахожусь на заслуженном отдыхе. Слушай, а почему ты сам не показал этим придуркам, у кого маргул сдох под кроватью?

— У… у меня не получается колдовать, — виновато пожал плечами дашейд.

— Это ещё почему? – удивлено посмотрел на него Зулус. Выслушав его историю он, на пару минут задумался, окидывая жеребенка внимательным взглядом. Наконец он попросил его сотворить любое магическое воздействие.

— Все понятно, — удоволетворенно подытожил он, после неудачи с книгами и телекинезом, — могу тебя утешить: ты вовсе не бесталанный. Просто, в отличии от своих сородичей, ты должен черпать силы не с Светлого потока, а из Темного. А ты настойчиво пытаешься ассимилировать энергию Света, после чего преобразовать её в пригодную для тебя энергию Тьмы.

— И что мне теперь делать?

— А ты как думаешь? Просто начни черпать силу из твоего «родного» потока.

— А как?

Этот вопрос вогнал грифона в ступор. Смерив его дико удивленным взглядом, он осторожно поинтересовался:

— Пацан, ты вообще знаком с основами Магии Тьмы?

— Нет, — отрицательно помотал головой дашейд. — Магию Тьмы имеют право изучать только представители Высших Домов. А я всего лишь в Высоком.

— И что, ничего нельзя сделать?

— Только если меня усыновят кто-нибудь из них. Но я не брошу своих родителей! – гневно воскликнул единорожек,

— Спокойно, спокойно, — поднял лапы Зулус в успокаивающем жесте, — я и не собирался тебе предлагать такое. Раз у вас все настолько плохо, я попробую другой путь.

Отойдя в сторонку, он зажег на одном из пальцев темный огонек, после чего начал чертить прямо в воздухе сложную гексаграмму. Когда он закончил, та превратилась в черный шар, покрытый письменами, который грифон аккуратно положил на черную траву.

— Мастер Рекар, — тихо позвал Зулус, пристально смотря в него. — Мастер Рекар! – чуть громче. — Мастер, маргула вам в котел, отзовитесь! Это я, Зу!

Минуту спустя в шаре появилось лицо зеленого дракона. Судя по причмокивающим губам, его оторвали ото сна.

— Ученик, ты на часы вообще смотришь? – зевая, поинтересовался он. — Не знаю, как там у тебя, но у нас три часа ночи. Скажи на милость, что заставило тебя поднять своего старого учителя в такое время. Учти, от твоего ответа зависит, вызову ли я тебя на дуэль при встрече, и вынесут ли тебя после неё к лекарям или сразу отдадут на кафедру некромантов.

— Простите, мастер, тут такое дело, есть один единорог, у которого, судя по его ауре, довольно приличные способности, но… — Зулус коротко обрисовал ситуацию юного дашейда. — В общем, — закруглился он, — я хотел бы поинтересоваться, остались ли у нас на кафедре Тьмы свободные места.

— Несколько мест, в принципе, ещё есть, — задумчиво произнес дракон, смерив сжавшегося «неудачника» оценивающим взглядом.

— На бюджетном? – с огромной надеждой поинтересовался грифон,

— Ты требуешь от меня невозможного.

— Простите, — робко вмешался жеребенок, — а сколько стоит один год обучения?

От названной сумы ему стало плохо. Качнувшись, он устало осел на скамейку, закрыв глаза. А ведь его мечта была так близко…

— Ничего не получится, — грустно ответил он склонившемуся к нему Зулусу, — мой род, хоть и Высокий, но обнищавший. Чтобы оплатить хотя бы один год, нам придется продать все дорогое, что только у нас есть.

— Это мы ещё посмотрим, — гневно тряхнул головой Зулус, — мастер! – крикнул он, поворачиваясь к Рекару. — Моя плата за работу в Махакаме ещё не прибыла?

— Должна прийти на днях… Погоди, ты хочешь заплатить за него? Ты понимаешь, что его цикл съест весь твой гонорар?

— Плевать, все деньги не заработаешь, да и у меня ещё есть сбережения. От голода не пропаду.

— Я слышал, что в Махакаме тебе пришлось схватиться с архидемоном. Работенка была, хоть и не пыльная, но ты рисковал гораздо большим, чем жизнью.

— Угу, вот только не вы ли говорили мне, когда брали в ученики, что это обычная жизнь для боевого мага?

— Слушай, не перевирай мои слова. Когда я говорил нечто подобное, я имел в виду стрыг, некростеров, вервольфов и другую подобную нечист, но уж никак не демона класса «архи». Совет до сих пор голову ломает, как ты умудрился не только выжить, но и вернуться относительно неповрежденным. Кстати, советую тебе испытать удачу на следующем экзамене для магистров. Для архимага ты, пожалуй, ещё зеленый, но на магистра шансы уже есть. Ладно, удачи. Деньги я, если что, переведу на счет академии.

— Увидимся.

Закончив разговор, Зулус вернулся обратно к жеребенку:

— Ладно, твои финансовые проблемы я уладил. Теперь осталось только поговорить с твоими родителями. Пошли?

— Пошли, — неуверенно кивнул дашейд. Он все ещё не верил, что его будут обучать магии, право на которое было только у самых родовитых аристократов, — мастер Зулус?

— Да?

— А где находиться эта Академия? И почему вы решили помочь мне?

— Академия находиться отсюда очень, очень далеко, а точнее, в другом мире. А что по поводу помощи… Ну, во-первых, у тебя очень мощная темная аура, и с моей стороны будет полным кощунством смотреть на то, как такой самородок зарывают в землю. У тебя настолько высокий потенциал, что со временем, если приложишь усилия, ты сможешь, возможно, получить звание магистра. А если совсем уж повезет, то и архимага. А если будешь совсем везунчиком, то и высшего ухитришься взять. Лет эдак через тысячу. Так что у тебя ещё будет шанс вернуть мне долг. А во-вторых, я не люблю, когда трое сильных обижают одного слабого…

— Ну, вот мы и подошли к финальной сцене нашего небольшого спектакля, — подытожил Шадо, проводя пару довольным взглядом, попутно начиная раскручивать косу.

— А что произошло потом? — с интересом спросила Блум, вертя головой в разные стороны. — Что произошло с «неудачником»?

— Он поступил в Академию на факультет Тьмы, где нашел себе новых друзей и врагов. Он был старательным учеником, не особо послушным, но усердным. То, что я планирую показать тебе, произошло спустя несколько лет, когда он вернулся

Мир в очередной раз погас. Когда свет снова вспыхнул, Эпплблум поняла, что они находятся где-то на одной из площадей Блют-Вене. На ней сновала толпа дашейдов, пони двадцать-тридцать, а за одним из белых столиков, стоящих, по-видимому, у кафе, сидели выросшие Энви, Прайд и Слосс, закутанные в белые, как снег, балахоны. На шеях у них висели медальоны из белого металла в виде кругов, заключенных в равносторонний треугольник. На вид они были чуть старше Твайлайт и её подружек.

Внезапно в конце одной из улиц появился ещё один дашейд. В отличие от задир, он был одет не в балахон, а в плащ черного цвета, который немного развевался за его спиной. Накинутый капюшон полностью скрывал его лицо, казалось, под ним поселился сам мрак. Лишь глаза горели красными угольками. На шее у него тоже покачивался медальон, правда не белый, как у троицы, и не такого дизайна: его украшение тоже было черным, и выглядело словно пластина из темного металла, на которой была вырезана октограмма. Рядом висел обычный коричневый мешочек с деньгами. Также его правую переднюю ногу покрывала татуировка в виде письмен, оплетающая его конечность, словно змея, от копыта до самого плеча. Сам же комплекцией единорог почти не изменился, оставшись жилистым.

В отличие от Эпплблум, которая сразу не узнала «неудачника», его узнали его враги.

— Кого я вижу?! – воскликнул Энви, когда «неудачник» подошел ближе. — Сам Никто собственной персоной!

— Долго же ты от нас прятался, бездарь, — фыркнул Прайд, даже не пытаясь встать, — что, нашел какую-то школу для инвалидов? Или тебя и оттуда вышибли? А амулетик оставили на память, чтобы не рыдал по ночам?

— Нашел, — спокойно ответил «неудачник», смотря на них из-под капюшона, — только местные инвалиды тебя, Прайд, в бараний рог согнут. Не напрягаясь.

— Да ну? Может, ты тогда уже наконец покажешь нам свои «таланты»? – язвительно отозвался Слосс,

В ответ единорог лишь пожал плечами. Коктейли, которые до этого пили Слосс, Энви и Прайд, поднялись в воздух, покружили над их головами, после чего внезапно упали им на головы, облив, да еще и приголубив стаканами.

— Ах ты урод! – рявкнул разозленный Прайд, вскакивая с места. — Да я тебя сейчас…

— Что? – перебил его «неудачник». Эпплблум не видела его лица, но, ей казалось, что он улыбается. — Побежишь жаловаться? — ехидный тон вывил беловолосого из себя окончательно.

— Ну, все, ты нарвался, — прорычал он, скользнув взглядом по амулету «неудачника», — ты нанес мне оскорбление, поэтому здесь и сейчас я вызываю тебя на магическую дуэль! Энви, Слосс, будьте моими секундантами!

— Вызов принят, — насмешливо ответил вызванный единорог, — мистер Кастий, — позвал он, выглянувшего на шум, хозяина кафе, — будьте добры, побудьте моим секундантом на время дуэли, хорошо? – тот лишь кивнул, подтверждая свою роль. — Дуэль проведем…

— Здесь! И сейчас!

Единорог ничего не ответил, лишь хрустнул шеей.

Отойдя в сторону, Энви, Слосс и мистер Кастий создали прозрачный защитный купол диаметром в тридцать метров и высотой в пять, в который вошли Прайд и «неудачник».

— Я бы на твоем месте просил пощады, пока не поздно, — прошипел Прайд, становясь в боевую позицию.

— Забавно, я бы на твоем месте поступил бы точно так же.

В ответ на это взбешенный единорог только вскинул переднее копыто, из которого ударил луч белого света, устремившись прямо во второго дашейда. Однако тот спокойно, даже как-то лениво, поднял свою ногу, вокруг которой сгустился темный щит, состоящий из темной энергии. Удивленный Прайд метнул в него ещё несколько Копий Света, прежде чем удостоверился, что это бесполезно.

Тогда, он решил перейти к копытопашной. Перед ним возник ятаган, состоящий из белого света, который он подхватил телекинезом, после чего бросился на врага, нанося мощный удар в прыжке. Однако «неудачник» блокировал эту атаку своим мечом, выглядящим как фламберг цвета ночного неба. Блокировав несколько выпадов, он сделал пируэт, уходя вправо, пропуская противника. Прежде чем тот успел среагировать, начертил в воздухе круг и символ в нем, выглядящий как драконий глаз. Из "зрачка", являющегося центром, глаза полезли черные щупальца, попытавшиеся схватить Прайда.

Однако тот был не так прост. Обрубив несколько щупалец ятаганом, он метнул в самую середину круга светящийся белый шарик, который, взорвавшись белым светом, уничтожил Врата. Повернувшись к отскочившему в сторону «неудачнику», увидел, что тот закончил вырезать вторую пентаграмму, в центре которой находились письмена, ранее красовавшиеся татуировкой у него на ноге.

Как только единорог прошептал заклинание, в пентаграмме взметнулся столб пламени. Когда он опал, там остался демон, похожий своей формой на лягушку, размером с бульдога, выглядящая так, словно она состояла из обугленного дерева и пепла. Голова у неё отсутствовала, а вместо неё пылал язык пламени.

Повинуясь приказу «неудачника», демон выпрыгнул из барьера, после чего сделал несколько коротких плевков в сторону Прайда, которые тот отразил Щитом Света. В ответ на это лягушка выдала ему широкую струю огня, полностью закрывая обзор.

Поняв, что ему нужно срочно что-то предпринять, пока его противник не зашел сзади, дашейд начал наступать. Подойдя вплотную, он нанес колющий удар прямо сквозь свой щит. Пламя сразу же пропало, Прайд нанизал демона на меч, словно поросенка на вертел.

Но время было утеряно. Пока он возился с демоном, «неудачник» подскочил к нему, нанес сильный удар по лезвию Меча Света, перерубая его. Параллельно его противник, с ужасом, почувствовал, как его ноги, а затем и грудь, обволакивает нечто, оказавшееся темным кристаллом. Аналогичные кристаллы сковали рог.

Один из противников оказался не в состоянии продолжать сражение. Поединок был окончен, и теперь победитель мог решить, что делать с проигравшим.

— Мерзавец… — прохрипел Прайд, глядя на «неудачника» с ненавистью, — убей меня!

— Убить? – переспросил его соперник, окидывая его задумчивым взглядом, — Знаешь, Академия научила меня, что смерть для противника – не всегда лучший выход. К тому же, я не такая мразь, как ты, чтобы марать свои копыта.

— Не такая? – с надеждой прошептал Прайд, не веря в свою удачу. Неужели, все обойдется?

— Не такая.

— А…

— А хуже.

Одновременно с этим «неудачник» телекинезом вырвал из кристалла амулет Прайда, после чего, под вопль полный боли и отчаяния, разрубил его в воздухе. На черные камни упали две аккуратные половинки медальона.

— Нам пора… — раздался за Эпплблум голос Шадо, и мир вновь погас.

Когда мир снова вспыхнул, земная пони поняла, что они снова находятся на поляне в Вечнозеленом лесу. Правда, сейчас на ней пылал костер, у которого и сидел темный единорог.

— Шадо, а что было дальше? – спросила она, подсаживаясь к нему, — Почему Прайд так кричал, когда «неудачник» разрубил его амулет? И, как это относиться ко мне?

— Ну, после того сражения, «неудачник» вернулся в Академию, продолжив обучение, в конце концов став сначала мастером, магистром, а затем и архимагом. Слосс и Энви после того случая присмирели, перестали задирать всех, а Прайд… Пожалуй, его судьбу я не стану тебе описывать. Почему Прайд так кричал по поводу медальона? Видишь ли, этот медальон был ученическим знаком. Получая его, дашейд должен был любыми силами его оберегать. Если же, по какой-то причине, ученик теряет знак, адепта изгоняют из школы без права восстановления, включая и другие заведения. Конечно, остается ещё такой вариант, как самообразование или поиск персонального учителя, но Прайд не смог вынести позора. А что касается твоего отношения к этой истории… Видишь ли, ты не одна такая «пустобокая». В разных местах она проявляется по-разному, но почти всегда это означает, что существо просто ещё не нашло себя в этом мире. Смотри, «неудачник» долгое время ломился в закрытые двери, пока один грифон не подсказал ему войти в соседние =. Поэтому вот тебе мой личный совет: ищи. Не отчаивайся, не позволяй всяким Прайдам подорвать твою веру в себя, продолжай пробовать себя в том, к чему лежит душа. И однажды ты получишь свою кьютимарку, так же, как «неудачник» получил свои силы. Ладно, — поднялся единорог на ноги, после чего направился в сторону границы поляны, — мы с тобой порядком заболтались, скоро утро. Возможно, ещё увидимся, Эпплблум.

— Стой! А как звали «неудачника»?! – крикнула ему вслед Блум. Почему-то ей в голову этот вопрос пришел только сейчас.

В ответ на это Шадо лишь расхохотался, исчезая в кустах, покидая сон.

## Подделка

Хочу выразить свою благодарность бете Вячеславу Дрэкэнгу, автору фанфика "Фокус и ложь", который вдохновил меня на написание этой главы. Он позволил сделать эту главу своеобразным продолжением к этому фанфику https://ficbook.net/readfic/2237141, поэтому, если вам интересен персонаж Вальридер, советую прочитать.)

— И не беспокойтесь, друзья, Твайлайт отлично владеет магией. — Голос желтой пегаски, склонившейся перед зверями, сидящими в её персональном садике, лучился нежностью. — Если они пострадают, Твайлайт, я за себя не ручаюсь! – грозно сказала она фиолетовой единорожке, стоящей, вместе со Спайком, позади неё.

— О, не бойся, Флаттершай, магия Твайлайт стала гораздо сильнее с тех пор, как она бросила в нас с Эпплджек гигантский снежок! – успокаивающие слова фиолетового дракончика заставили Твайлайт невольно покраснеть. — К тому же, если что-нибудь случится, Сомбра будет стоять на подстраховке. Верно я говорю? Эмм, Сомбра?

Повернувшись к вышеозначенному, друзья увидели довольно умилительную картину: лежащий на густой зеленой летней траве, на правом боку, закутанный в свой несменяемый плащ, размеренно сопящий, единорог с закрытыми глазами. Время от времени он подергивал левой задней ногой.

— Корни, где мои деньги?.. – пробормотал он, с улыбкой, сквозь сон.

— Сомбра!!! – три единодушных вскрика заставили темного мага подскочить.

Окинув свою внучку, её Помощника Номер Один и Флаттершай недовольным взглядом, он широко зевнул, прикрыв рот копытом.

— Да-да, я справлюсь…

— Сомбра, ты же нас совершенно не слушаешь! – попеняла ему внучка, глядя на него с укором.

— Уа-а-ах, прости, внучка, я просто не выспался, — зевнул темный единорог второй раз.

— Может, тебе больше не стоит пропадать по ночам? – поинтересовался Спайк. — Чем ты вообще занимаешься?

— Чем-чем… Ищу лепестки лунного цветка. Здесь он цветет только в ночь до и после полнолунья этого месяца. Достаточно редкий ингредиент, который можно использовать как замену для ещё более редких.

— И зачем же он тебе нужен? – с подозрением посмотрела на него Твайлайт.

— Для ритуалов, конечно, — пожал темный маг плечами.

— Случайно не для тех, используя один из которых, вы с Биг Маком создали Алкогольное Зелье? Между прочим, тогда ты чуть было не разрушил часть Понивилля!

— Внучка, я же пообещал, что больше не буду проводить подобные эксперименты. Кто же знал, что темноцвет так хорошо реагирует на забродивший яблочный сидр вольт-яблок…

Действительно, разобравшись с популяцией кокатриксов, Сомбра телепортировался на ферму Эпплов, где поделился своим несостоявшимся зельем от окаменения с красным земнопони. Распив небольшой флакончик, закусив наливными вольт-яблоками, друзья решили смешать темноцвет, который принес бывший король, с остатками сидра Биг Мака.

Результат превзошел все ожидания: получившееся пойло оказалось не только очень крепким, но ещё и очень коварным. На вкус казавшись легким шампанским, оно, однако, оказалось крепче ядреного самопляса, который, по словам мага, тот пробовал во время одной из практик в очередном мире на приеме у одного барона, выглядящего как коротышка, носящего длинную бороду и любящего кузнечное дело. Их называли гномами, но они больше предпочитали самоназвание «Подгорный народ».

Алкоголь ударил мгновенно и сильно, как только те допили вторую бутыль. Поняв, что выпивка закончилась, а закуски ещё море, отправились на поиски очередной порции выпивки. В процессе у них завязалась дискуссия о том, что должен сделать любой уважающий себя жеребец в жизни. Биг Макинтош утверждал, что жеребец должен достигнуть успехов в яблочном бизнесе, например, вывести особый сорт яблок, который позволит создать монополию на все дело.

Сомбра же настаивал на том, что выводить новый сорт – полная чушь, так как долго, муторно и неблагодарно, так как он может не понравиться потребителям. Куда полезнее будет создать разрушительное заклинание, которое вынудит конкурентов убраться куда подальше!

Биг Мак ответил, что это неправильно, и что это не есть «здоровая конкуренция», на что Сомбра фыркнул, что он — архимаг и ему решать, какая конкуренция здоровая, а какой пора на кладбище. И вообще, он темный властелин, а не садовод. С последним утверждением земной согласился.

Спустя час, так и не найдя выпивку, они сошлись на том, что пони должен сделать в своей жизни три вещи: посадить дерево, построить дом и вырастить сына. Именно сына, а не дочь. Почему так, почему-то вопросов ни у кого не возникло.

Условившись, довольный красный сразу же заявил, что его дерево уже посажено, вон целый сад яблонь, Эпплджек, в силу своего характера, ему как сын (да, именно как сын), а отстраивать сарай для них стало уже семейной традицией.

Признав заслуги Мака, темный единорог задумался, после чего с неохотой сообщил, что жена его ушла, так и не родив ему отпрыска, поэтому он не уверен, какой пол у его жеребенка. Но то, что жеребенок есть, не было сомнений, так как в Понивилле живет его пра-пра-пра-…-пра-внучка. На усомнившегося было в его словах Биг Мака он посмотрел таким взглядом, что тот не решился подвергать сомнению слова единорога. По крайне мере, устно. Однако это достижение Сомбре не засчитали.

Тогда, пьяному единорогу пришла в голову идея. Сказав, что не желает искать своей жене замену, он предложил свой вариант решения этой проблемы: усыновить кого-нибудь. Подойдя к вопросу со всем вниманием, друзья установили, что в Пинивилле нет сиротских приютов, как и самих сирот. И тут задумавшемуся единорогу попался на глаза Спайк, который шел куда-то по своим делам. Маленький дракончик тут же был пойман с помощью телекинеза, после чего ему сделали предложение. Сначала он гневно отказался, но, поразмыслив и поняв, что становясь приемным сыном единорога, он автоматически становится приемным пра-пра-пра-…-пра-дедом Твайлайт, спустя десять минут, согласился. Решающую роль сыграло то, что Сомбра, словно бы невзначай, упомянул о том, что знает мир, который в буквальном смысле состоит из драгоценных камней. Это стало последней каплей. Отпустив, сразу же куда-то смывшегося Помощника Номер Один, пони вернулись на ферму Эпплов.

Там Сомбра заявил, что готов заработать второе достижение: вырастить дерево. Выращенное растение пьяного архимага напоминало гигантскую черную мухоловку с лианами-щупальцами, которыми она сцапала, так некстати вышедшею на задний двор, Эпплджек, в процессе разрушив половину сарая. Но, прежде чем вопящая кобылка оказалась в чреве прожорливого создания, то вспыхнуло пламенем, которое, однако, не повредило сестре Мака, мгновенно обращаясь в пепел. Реакция у архимага, даже пьяного, оставалась на уровне.

Извинившись перед находящийся в шоковом состоянии Джеки, единорог предложил, вместо починки, построить новый сарай, попутно заработав третье достижение, к чему сразу же и приступил. Правда, не выгорело. Нет, по поводу здания к нему претензий не было, Сомбра создал абсолютную копию сарая Эпплов, состоящую из кристаллов. Однако в процессе он напутал что-то в заклинании, поэтому пол в этом сарайчике оказался невероятно скользким, словно идеальный лёд. Пообещав разобраться с этим, но позже единорог применил на сарай заклятие Изгнания, после чего, зевнув, отправился вместе с Маки, который вызвался проводить его домой.

Уже у библиотеки Биг Мак смог убедить единорога, что достижение с деревом он так и не заработал, поскольку то сгорело в пламени, на что единорог, зевая и уже засыпая на ходу от усталости, махнул копытом куда-то в сторону, пробормотав очередное заклинание.

Получившееся дерево отличалось от своего предшественника в лучшую сторону: оно не было зубастым, не пыталось никого сожрать, не плевалось ядом, выглядело красиво и вообще состояло из леденцов и сахарной ваты. К нему тут же, с визгом, устремились дети, во главе со счастливой Пинки Пай.

На следующее утро мучавшегося похмельем деда встретила разозленная внучка. Сделав ему выговор, она взяла с него Торжественную Пинки-клятву, что тот более не будет проводить подобных экспериментов. Более того, прочитав на себя наговор от похмелья, он даже согласился ликвидировать последствия своих деяний. И, если с полуразрушенный сарай был восстановлен с помощью локальной отмотки времени, а у грустного дракончика настроение поднялось после обещания экскурсии в мир драгоценных камней, то на защиту дерева встала Пинки с криком, что его срубят только через её труп. Дети её поддержали. Впрочем, оно все равно не продержалось больше трех дней…

— Ладно, — оторвал Сомбру от воспоминаний Спайк, — думаю, мы можем начинать!

Сосредоточившись, единорожка, не обращая внимания на причитающую Флаттершай, применила на животных телекинез, заставив их подняться в воздух, пролететь квадратом туда-сюда, кругом, а затем сделать вообще «восьмерку». Зверькам, несмотря на нервные комментарии Флатти по поводу их «стресса», это явно нравилось.

— Неплохо, — одобряюще хмыкнул Сомбра, когда его внучка, выдохшись, опустила зверей на землю, — два енота, три бобра, три кролика, пара мышей и белок… неплохо. Для подмастерья.

— Твайлайт, это удивительно! – воскликнул в свою очередь Спайк.

— Так, малыши, на сегодня, пока, хватит! – с удовольствием сказала Твайлайт окружившим её животным, явно просящим добавки. — Может, попробуем в другой раз, если Флаттершай разрешит.

— Твоя магия стала гораздо сильнее с тех пор, как мы приехали в Понивилль. Принцессе Селестии это понравится.

— Спасибо, Спайк, — зарделась Спаркл, — я должна быть в форме, когда она прибудет с делегацией с Седлатана. До сих пор не верится, что мне поручили сопровождать…

— Твайлайт!!! – вылетевший из неоткуда и сбивший её с ног поток радужного цвета не дал Твай закончить предложение. — Скорее, это очень срочно!

Прибежав на главную улицу Понивилля, Сомбра, Твайлайт и Спайк застали столпотворение. В центре происходило явно что-то интересное.

— Ах, ты чудовище! – пробравшись в центр, они увидели, как ярко-красный луч ударил в Рэрити. На той появилось разноцветное платье, в котором преобладал шоколадный цвет. — Этот коричневый годится только для аксессуаров! – сказав это, Элемент Щедрости упала в обморок, но была подхвачена Эпплджек, которая, под комментарий Пинки, что её срочно нужно нарядить в успокаивающий розовый, унесла её прочь с места происшествия.

— Что тут происходит? – поинтересовался Сомбра, усиленно принюхиваясь к воздуху, считывая ауру.

— Так-так-так, – из тени дома вышла, закутанная в серый плащ, фигура, — это же сама Твайлайт Спаркл! – откинула она капюшон, скрывающий её лицо. Бирюзовая шерстка, серебряные волосы, светло-фиолетовые глаза, на мгновение сверкнувшие красным.

— Трикси! – пораженно воскликнула внучка темного архимага, узнав свою старую соперницу, претендующую на звание лучшего мага-единорога Эквестрии.

— Что она здесь забыла?!

— Это ты у нас здесь Великая и Могучая?! – вылетела вперед Рейнбоу Дэш, с вызовом глядя на бирюзовую единорожку.

Та, ничего не сказав, лишь ухмыльнувшись, сверкнула красными глазами, выстрелив в пегаску магическим лучом. Когда дым рассеялся, одно крыло у Дэш оказалось гораздо больше другого. Естественно, обладая разными пропорциями, пегаска не смогла нормально поддерживать полет. Увидев это, Сомбра лишь неодобрительно цокнул языком. Он не признавал такие вот частичные трансформации. Слишком уж мелко.

— Трикси, почему? Почему ты это делаешь? – спросила Спаркл, с растерянностью глядя на Дэш.

— Почему? Потому что ты меня унизила! – вперила в неё свой грозный взгляд Луламун. — Когда ты раскрыла трюк с медведем, я была опозорена! Везде, куда бы я не пошла, надо мною смеялись и гнали прочь! Чтобы заработать хоть что-то, мне пришлось работать на каменоломне! На каменоломне!!! – последние слова она прокричала. Похоже, это было её особо не любимым воспоминанием.

— Эй, тебе повезло, что на каменоломню берут таких как ты! – вышла вперед Пинки, которой стало обидно за дело своих родителей. На это Трикси ничего не ответила, просто выстрелила очередным лучом, буквально запечатав розовой земнопони рот.

— И я жажду мести! – продолжила бирюзовая. — Я буду колдовать, пока ты не согласишься! – с этими словами она попыталась вырвать из земли библиотеку своим телекинезом, однако ту накрыла темная аура, которая помешала единорожке даже приподнять её.

— Достаточно, — хмуро сказал Сомбра, обращаясь к Луламун, — месть – это, конечно, хорошо, но не стоит впутывать в неё посторонних без крайней необходимости. Особенно тех, кто не оставит от тебя даже остатков.

— А ты ещё кто такой?! – вызверилась на него Трикси.

— Я? – насмешливо ответил бывший Кристальный Король. — Я – дедушка вот этой вот единорожки, — указал он на Твайлайт, — выпускник Академии Тосара, а также сильнейший маг-единорог Эквестрии.

— Великая и Могущественная Трикси сильнейшая!!! – красный луч, вырвавшийся из рога Трикси, рванул в сторону единорога, окутав того красным дымом. Однако, к удивлению всех, в особенности бирюзовой, тот никоим образом не изменился. Даже капюшон не слетел.

— Частично преобразующее заклинание? – хмыкнул единорог, стряхивая с плеча несуществующую пылинку. — Топорно. И мелко. Хорошо, если ты так жаждешь дуэли со мной, я соглашусь. Но прежде уладь все свои разногласия с моей внучкой. Другого шанса у тебя может и не быть… — последние слова он произнес тихо.

— Эй, я не хочу сражаться!

— Внучка, — повернулся единорог к Твайлайт, — ты не имеешь право отказаться. Честь мага требует ответить на вызов.

— Но!..

— Если же ты этого не сделаешь, — продолжил Сомбра, — она автоматически победит, и тебе в любом случае придется бросать ей вызов, дабы очиститься от позора.

— Но если мне все равно? Если меня не заботит «честь мага»?

— Тогда мне будет очень жаль, что мой потомок – слабохарактерная трусишка, которая, обладая силами, не может защитить ни себя, ни своих друзей, – отрубил единорог, отходя в сторону.

— Так что, Спаркл? – вмешалась Трикси. — Ты согласна? Если ты победишь, то я в Понивилль ни копытом. Если же проиграешь, то будешь изгнана! Навеки!

Единорожка неуверенно посмотрела вокруг, после чего неуверенно кивнула. Действительно, прямо сейчас только она одна способна сражаться с Луламун на равных. Конечно, есть ещё и Сомбра, но тот, похоже, не собирается никоим образом вмешиваться в происходящее.

— Я согласна.

— Тогда, начнем! Марш! – одновременно с этим Трикси выстрелила очередным красным лучом в Спаркл. Тот, однако, промазав, угодил в тележку, заставив её подскочить в воздух. Падая, она чуть было не придавила какую-то пони, однако Твай успела перехватить её телекинезом. Одновременно с этим тележку подхватило темное щупальце, аккуратно поставив её в сторонку.

— Не так быстро! – прошипел Сомбра, взмахивая копытом. Одновременно с этим вокруг единорожек вспыхнул полупрозрачный черный купол, отсекающий сражающихся от остальных зрителей. — Вот теперь хорошо, – хмыкнул он, садясь на круп и готовясь насладиться зрелищем.

Тем временем в куполе развивалось действо. Трикси, создав из воздуха несколько пирогов, метнула их во внучку темного мага. В ответ та, мигом оценив ситуацию, создала маленького прожорливого параспрайта, который сожрал все торты ещё в полете. Прежде, чем он успел размножиться, Спаркл уничтожила его.

Сосредоточившись, фиолетовая пони прошептала заклинание, и у Луламун выросли длинные, черные усы. В толпе послышался смех. Та, создала ножницы, которыми состригла их, взамен создавая огромный снежный ком, который погреб Спаркл под сугробом.

— И это ещё не все, — посулила бирюзовая, — Снипс, Снейлс, шаг вперёд!

Прежде, чем двоим единорогам успели помешать, те вошли в магический купол. Сомбра же даже не пытался этого сделать: в его понимании, если ты становишься между двумя сражающимся магами без достаточной защиты, то сам виноват.

Когда дым от магического луча, который запустила в добровольцев Луламун, рассеялся, все изумленно ахнули: на месте двух жеребят стояли два дряхлых старика.

— Не может быть… — пораженно выдохнула Спаркл. — Заклинание Возраста?! Как ты овладела им?! Оно же доступно только единорогам высшего уровня!

— Трикси и есть единорог высшего уровня! Ну что, сдаешься?

В ответ на это Твайлайт сосредоточилась, пытаясь повторить заклинание соперницы, вернуть единорогам их прежний вид, но те, приподнявшись в воздух, и засветившись внутренним светом, так и остались стариками. Сама же Твайлайт упала на землю без сил.

— Похоже, тебе пора покинуть Понивилль! Навсегда! – со злостной торжественностью воскликнула Трикси. Упавшую единорожку подхватило телекинезом, унося её прочь с улицы, прочь из Понивилля. Её дедушка еле успел убрать барьер с пути, иначе единорожку просто бы размазало.

Однако этим Великая и Могучая не ограничилась. Город накрыл защитный купол, очень похожий на аквариум.

— Ну, что?! Кто-нибудь ещё сомневается в Могущественной и Великой Трикси?!! Ах, да, — ткнула она копытцем в Сомбру, — остался ещё ты! Я вызываю тебя на дуэль!

— Ты знаешь, — спокойно и задумчиво поднялся на ноги единорог, глядя на бегущую в сторону Вечнозеленого Леса внучку, — пожалуй, я откажусь.

— Что?! Но, тогда…

— Да-да-да, — устало ответил единорог, подходя к полю. Остальные смотрели на него, не только с непониманием, но и как на предателя, — ты победила, «Великая и Могущественная», я проиграл, моя честь мага запятнана, теперь ты можешь называться… — приложил он копыта к полю, — Шанг-мерг! – рявкнул он. По куполу пошли разводы, словно по воде, и тот спокойно прошёл сквозь него, — … Сильнейшей единорожкой в Эквестрии. Ещё увидимся, Трикси. – хмыкнул он, направляясь в лес.

Однако он не стал догонять внучку. Вместо этого он отошел на одну из облюбованных полянок, присмотренных им для тренировок. Спокойно вздохнул, выравнивая дыхание.

В ближайшее дерево устремился полутораметровый поток густого черного дыма. Вонзившись, он буквально превратил его в груду щепок. Соседнее же внезапно подлетело вверх, выворачиваясь с корнями из земли. Зависнув параллельно земле, оно устремилось в сторону Сомбры на большой скорости, грозя переломать тому кости, для того чтобы быть разрубленным на двое темным фламбергом вошедшего в ярость мага.

Темный единорог на этом не остановился. Короткое заклинание, и вот перед единорогом вспыхивают два темных зеркала, из которых выходят его двойники, вооруженные аналогичными клинками, отличающиеся от оригинала лишь черными глазами без зрачков да «пылающей» гривой.

Молча отсалютовав своему повелителю, они тут же кинулись в атаку. Первый нанес удар в лоб, стремясь отрубить голову, второй зашёл со спины, метя в ноги. Кровожадно ухмыльнувшись, в последний момент телепортировался в сторону, а мгновение спустя там, где он стоял, полыхнуло Черное Пламя, поглотив его Двойников Тьмы.

Однако расслабляться было рано: погиб только один. Черное Пламя не успело рассеяться окончательно, как оттуда вылетели Копья Тьмы, устремившиеся в Сомбру. Тот только прочертил линию на земле лезвием своего клинка, и перед ним возник защитный экран, поглотивший снаряды.

Вокруг правой ноги темного властелина вспыхнули темные письмена, оплетая её.

— Шаккаро тран! – рявкнул он, нанося сильный удар в землю. Зазмеившаяся на земле трещина устремилась в сторону, появившегося из огня, последнего двойника. Тот попытался как-то защититься, однако не успел. Полянку сотряс взрыв. Когда пыль, вперемешку с черным дымом рассеялся, на месте копии осталась лишь широкая и довольно глубокая воронка.

Тяжело вздохнув, единорог сел на землю, погружаясь в восстановительную медитацию. Несмотря на то, что он использовал из заклинаний, считай, всего ничего, он немного устал. Конечно, возникни нужда, он был готов продолжать бой ещё долго, но он уже выпустил пар.

Восстановив силы, окинув напоследок поле боя, Сомбра устремился на поиски своей внучки, ориентируясь на нюх, словно собака, пытаясь вычленить среди посторонних аур ауру своего потомка.

Твайлайт находилась, в данный момент, посреди небольшого озерца. Стоя посреди него, она, зажмурившись, пыталась удержать телекинезом три водных шара, вращающихся вокруг неё.

— Ни звук, ни скрип, ни стук сейчас, — размеренно проговорила, рядом, на берегу, Зекора, находясь в одной из поз для медитации: стоя на одной ноге, глаза закрыты, передние ноги сложены на груди, — не должны отвлекать нас…

— На архимагов, полагаю, этот запрет не распространяется? – прозвучал ехидный голос, мигом разрушивший всю идиллию.

— Сомбра! – радостно воскликнула единорожка, выбираясь из озерца, куда бултыхнулась после потери концентрации. — Как ты тут… Зекора, стой!

Зебра повела себя странно. Мгновенно выхватив из воздуха посох, она встала в боевую стойку: на задних копытах, посох зажат в передних.

— Я вижу, живой ты, темный маг, — прошипела она, вперив в Кристального Короля гневный взгляд, — уж не надеешься, что я сдамся за так?!

— Я тоже рад тебя видеть… Фламинис. – оскалился в ответ единорог, даже не делая попыток защититься.

— Во-первых, Зекора, успокойся! Сомбра – наш друг, и мой пра-пра-… в общем, дедушка. Принцесса Селестия разрешила ему жить в Понивилле! А во-вторых, вы что, знакомы?!

— Знакомы-знакомы, — хмыкнул единорог, глядя расслабившуюся зебру, — позволь представить тебе, внучка, зебру Зекору, выпускницу Академии Тосара, факультет зельеделания и шаманизма. Она же, для друзей, Фламинис, что в переводе с одного из наречий означает «шаман», – представил свою старую сокурсницу Сомбра, становясь в середину озера. Вокруг него сразу поднялось несколько десятков шаров с водой, вычерпав водоем, которые принялись носиться вокруг него по разным траекториям, словно протоны и электроны вокруг ядра.

— Мне дорога была его супруга, — кивнула Зекора-Фламинис, — но сотни лет назад я потеряла друга.

— Брось, Зекора, — фыркнул единорог, возвращая воду обратно в озеро, — я вернулся. Я – прежний. И поверь, мне тоже больно вспоминать о том, что произошло в Империи. Во всяком случае, по отношению к Морн.

— Морн? – поинтересовалась Твай.

— Морнинг Спаркл. Твоя пра-пра-… моя жена. И давайте об этом потом. Куда важнее то, что ты, внучка, планируешь делать. Между прочим, твоим друзьям приходится несладко.

— Ну, я… — если честно, похвастаться успехами Твай не могла. — Слушай, а почему ты не сразился с ней? Ты же можешь одолеть её одной левой.

— Я бы сделал это, но… — пожал плечами Сомбра.

— Но?

— Но, тогда твоя бы честь мага не была бы восстановлена.

— Почему?

— Узнаешь. Как только очистишь свое имя, сразу же поймешь. Ладно, у вас есть план?

— Я не знаю, что с Трикси, — пожаловалась Твайлайт, — она словно бы из Великой и Могучей стала Злобной и Вредной.

— То есть она не была такой раньше? Кстати, кто она вообще такая, и что ты ей сделала, что она стала тебя так ненавидеть?

— Ну, это долгая история. Все началось, когда в Понивилль прибыл бродячий цирк, состоящий…

Во время рассказа Сомбра не перебивал. Он дотошно выспрашивал особенности характера Трикси, отличия её нового, её магический потенциал. Наконец, он встал из-за стола, за которым они сидели в хижине Зекоры, после чего, кинув напоследок, что вернется, вышел в лес. Отойдя подальше, он начал чертить на земле сложную пентаграмму. Вырезав в её центре символ, напоминающий песочные часы, разделенные линией на две части, он начал читать заклинание:

Тот, кто слеп, но видит зорче,

Тот, кто глух, но слышит больше,

Тот, кто немой, но говорит громче,

Тебя заклинаю, увидеть желаю,

По Зову же мага из Бездны восстань,

Пред взором моим Акилла предстань!

В центре пентаграммы сгустился белый дым, принявший облик высокого демона со слепыми глазами.

— Здравствуйте, — начал он безразличным тоном, глядя на единорога отсутствующим взнлядом, — вас приветствует Акилла. Я готов ответить на ваши вопросы. Сейчас у нас акция: купите…

— Достаточно саморекламы, – перебил единорог демона.

— В таком случае, назовите свое имя.

— Сомбра.

— Тьфу ты! – ругнулся демон, впирая в темного короля невидящие глаза. Его голос стал гораздо живее. — А сразу не мог сказать?! Для кого я тут распинаюсь?! Ладно, к делу. Тебе по какому тарифу?

— Давай шесть.

— Цену ты знаешь. Итак, задавай вопросы, – сказал Акилла, получив плату: шесть капель крови архимага.

— Хорошо. Трикси Луламун сильнее Твайлайт Спаркл?

— Нет. Следующий вопрос.

— В последней дуэли она воспользовалась артефактом?

— Да. Следующий вопрос.

— Что это за артефакт?

— Амулет Аликорна. Следующий вопрос.

— Как она получила его?

— Купила у торговца. Следующий вопрос.

— Как зовут торговца и где он сейчас?

— Сид, сейчас он в своей лавке в Кантерлоте. Лавка называется «Черный пентакль». Последний вопрос.

— Сид, значит… Как долго он пробудет здесь?

— Он планирует пребывать в Кантерлоте ещё месяц. Увы, но предугадывание будущего не моя специализация.

— Я отпускаю тебя, Акилла.

— С тобой приятно иметь дело… — пробормотал напоследок демон, развеиваясь туманом.

Вернувшись обратно в хижину Зекоры, единорог не застал свою там внучку, да и Зекоры не было на месте. Увы, но ритуал призыва, несмотря на то, что выглядел скоротечным, на самом деле затянулся на несколько часов. И не удивительно: Акилла являлся сильным демоном, дающим ответы только магам и существам уровня магистра и выше. Естественно, по шкале силы Академии Тосара.

К счастью, они догадались оставить записку, в которой говорилось, что они узнали об амулете Аликорна, и что у них есть план, с помощью которого они намерены победить Трикси.

Хмыкнув, Сомбра открыл портал, ведущий в один из переулков Понивилля. К его удовольствию, он не почувствовал ни единого, даже слабейшего, препятствия, а значит барьер бирюзовой единорожки пал.

Появившись в Понивилле, он навел на себя легкий отвод глаз, дабы не привлекать внимания. Единорог успел на самое начало: Трикси, вооруженная амулетом Аликорна, стояла напротив его внучки, на шее которой зачем-то висела ручка от хижины зебры. Чисто машинально сотворив защитный барьер вокруг сражающихся, он сел, готовясь насладиться зрелищем.

— Итак, Трикси, похоже мой амулет могущественнее твоего, – довольно заключила Твайлайт спустя пятнадцать минут. Она успешно смогла выполнить заклинание Возраста на Эпплджек и Рарити, Рейнбоу Дэш досталось заклятье Двойника, а молодую Эппл, в конце, вообще превратила в жеребца. – Эй, отдай! — внезапно, её амулет охватило красное сияние, а секунду спустя он рванул к Луламун. Поймав его, та торжествующе засмеялась.

— С этим амулетом я буду править всей Эквестрией! – с этими словами она нацепила его, сняв, уже не нужный ей, Амулет Аликорна. — Узрите, поданные! Перед вами ещё более Великая и Могущественная Трикси!

Неожиданно, одна из Рейнбоу Дэш, парящих в воздухе, рванула вниз на большой скорости. Подлетев к Трикси, она выхватил Амулет Аликорна из её копыт, после чего помчалась в воздух.

— Эй! А хотя, мне не нужен Амулет Аликорна. Этот лучше! – из рога бирюзовой ударила молния бежевого цвета, попавшая в Элемент Верности. Однако, вместо того чтобы скорчится в судорогах, та засмеялась, словно от щекотки.

— Ахахахах, хватит! Мне щекотно! – вперемешку со смехом простонала Дэш.

— Щекотно?! Но ты уже должна была впасть в агонию! – удивленно воскликнула владелец амулета. — Этот амулет неисправен! Верни старый!

— Прости, — хмыкнула пегаска, подлетая к Зекоре, — этот амулет мы снова спрячем подальше! Что?! – попыталась она кинуть амулет в деревянный сундучок, удерживаемый зеброй, однако, не успел амулет прикоснутся к его дну, как тут же испарился черным дымом.

— Ты права, Рейнбоу Дэш, — насмешливо сказал Сомбра, выходя из толпы. Перед ним висел пропавший Амулет, – мы, действительно, уберем его подальше. – На какую-то секунду всем показалось, что темный единорог наденет его, однако тот всего лишь убрал амулет куда-то себе под плащ. – А теперь, — повернулся он к Твайлайт, — я попрошу тебя, внучка, покинуть арену. Моя очередь. Трикси Луламун, — начал он, — я, единорог Сомбра, вызываю тебя на дуэль. Ты согласна принять мой вызов.

Находящаяся все ещё в шоке единорожка, чисто машинально, кивнула. Свой ответ она полностью осознала, как только пони расчистили место. А следующие десять минут стали, пожалуй, самыми страшными в её жизни.

— Начали! – рявкнул Сомбра, вскидывая копыто и швыряя в фокусницу Темное Копье. Та, взвизгнув, даже не попыталась защитится, лишь отскочила в сторону. Угодившее в стену мэрии, часть которой пересекала защитный барьер, Копье проделало там дырку.

Однако темный архимаг этим не ограничился. Перед ним сгустилось белое облако, из которого выстрелили маленькие, тонкие, но очень острые сосульки. Но, их удары, словно стрелы, выпущенные из арбалета, Трикси, все же смогла сдержать.

Это оказалось ошибкой. Зациклившись на защитном экране от Ледяных Игл, она не успела отреагировать на очередное Копье, которое, врезавшись в её защиту, ударило с силой кузнечного молота.

Экран разлетелся вдребезги, саму Луламун отшвырнуло на несколько метров назад, оглушив. Не успев подняться на ноги, она почувствовала, как кто-то наступил ей на грудь, не давая встать. Сфокусировав взгляд, она увидела темного архимага, с занесенным над её головой черным фламбергом.

— Пожалуйста, прошу!..

— Твое время вышло, фокусница. Прощай, Трикси Луламун, – спокойно сказал единорог, опуская ужасный меч на бирюзовую. Та рефлекторно зажмурилась, жалея о том, как много она не успела сделать в своей короткой жизни.

— Сомбра!!! – приоткрыв один глаз, Луламун, с удивлением, поняла, что все ещё жива. На фламберге единорога повисла Твайлайт Спаркл, не давая тому довершить правильно удар. – Не делай этого!

— Отойди, внучка! – чуть раздраженно ответил Сомбра. — Не мешай мне.

— Ты уже победил! Ты что и вправду собираешься её убить?!

— Она оскорбила меня. И должна понести наказание.

— Но не такое же!

— Внучка, — скосил на Твай взгляд Сомбра, — почему? Почему ты её защищаешь? Она дважды попыталась выставить тебя посмешищем, она изгнала тебя из твоего дома, она издевалась над твоими друзьями. Так почему? Почему, во имя Бездны, ты не позволяешь мне нанести последний удар?!

— Потому что это неправильно, – тихо сказала единорожка, глядя в красные глаза своего предка.

В ответ на это Сомбра лишь фыркнул, однако Трикси отпустил. Твайлайт, которая упала было на землю с развившегося в черный дым меча, он поймал телекинезом.

— Убирайся, — тихо сказал он Луламун, пока та приходила в себя, — если я тебя ещё раз увижу в Понивилле, пощады не жди. – С этими словами он, натянув капюшон на лицо, растаял в воздухе.

Сомбра сидел на балконе библиотеки, задумчиво глядя на звёзды, время от времени кидая взгляды в сторону главной площади. Несмотря на то, что он отказался встретиться с Селестией и делегацией из Седлатана, он совершенно не жалел об этом. В конце концов, его внучка вполне способна справится и со всем сама, а салют было видно и отсюда.

— Красивый салют, не правда ли? – поинтересовался голос за спиной.

— Недурно, — хмыкнул единорог, одновременно создавая второе кресло для посетителя, — хотя, и не особо впечатляюще. Вижу, выступление прошло нормально?

— Да, Селестия с остальными была в восторге, – довольно заявила Твайлайт, садясь в кресло. – А ты почему не пришел?

— Не хочу. К тому же, я боюсь, что не смогу сдержаться, если опять увижу эту…

— Кстати, Сомбра, по поводу дуэли, — перебила его единорожка, — что это было?! Ты же мог убить её!

— То, что ты сейчас видела – обычное дело для боевых магов. Именно это и есть настоящая магическая дуэль, а не тот маскарад, который ты устроила со своими подругами. Тебе повезло, что эта дура не умеет видеть ауры, иначе она бы сразу раскусила тебя.

— То есть ты…

— С первого же твоего заклинания. Но, победителей не судят, да и мне наплевать, если честно. К тому же таких как она мне не жаль.

— Не жаль? Ты не любишь фокусников?

— Фокусники… — задумчиво начал единорог. — Я не имею ничего против балаганных фигляров. Но, только до тех пор, пока эта пародия на истинных магов не начинают строить из себя что-то. Великая и Могущественная… Глупо и банально. А уж её заверения о том, что она сильнейшая единорожка в Эквестрии… Смешно. До смерти, что характерно, её.

— Неужели у тебя есть и про это история из жизни? – внимательно посмотрела на деда фиолетовая единорожка.

— Я могу показать, если хочешь. Много времени это не займет. Только, ничего не бойся и не удивляйся. То, что ты увидишь, произошло тысячу лет назад в другом мире, в другой Эквестрии.

Встав, Сомбра посмотрел в глаза кивнувшей Спаркл, и та потеряла сознание, а в её разуме замелькали картины.

Несмотря на вечернее время, в Мэйнхэттэне, благодаря огням небоскребов и фонарей было светло, словно днем. Вокруг одного из зданий собралась толпа пони, явно чего-то ждущей.

Если бы это были обычные горожане, Малый Мэйнхэттэнский театр сегодня сорвал бы довольно большой куш, но, увы, этого не случилось. Все пони, которые здесь находились, были в форме стражи.

— Думаете, сегодня мы его возьмем, сэр? – неуверенно спросил у своего старшего товарища один из стражников, дежурящий прямо у входа, – белый единорог с красной гривой.

— Надеюсь, что так, — степенно ответил его напарник – немолодой фиолетовый пегас.

— Почему мы не начинаем? Он же улизнет!

— Ты помнишь приказ. Мы должны дождаться детекти… О, детектив Амбер, вот и вы! – поприветствовал пегас подошедшего детектива – молодого темного единорога с красными глазами, черной гривой и кьютимаркой в виде трех красных кристаллов.

— Приветствую, полковник Пистол.

— Мы готовы к штурму. По моей команде…

— Нет, — оборвал полковника Амбер, — я пойду один.

— Один?! – у белоснежного отвисла челюсть, — Но, но…

— Это не обсуждается. Вот, — продемонстрировал паре стражников детектив листок бумаги, — разрешение от Министерства на полный контроль операции. Особая пометка: если преступник попытается сопротивляться, я уполномочен привести в действие летальные методы.

— А нам что делать?! – взвыл красноволосый.

— Ваша задача – создать оцепление, чтобы вор не сбежал.

— Хорошо…

— Тогда за дело.

Войдя в вестибюль театра, Амбер прошептал заклинание. Спустя секунду здание театра накрыл непроницаемый купол прозрачного света.

Пройдя по коридорам, он, невольно, полюбовался на окружающую обстановку: разукрашенные стены, фрески… К сожалению, большая часть всего этого величия была испорчена пожаром, случившегося несколько лет назад. Правда, в закопченных стенах можно было ещё кое-что разглядеть.

Несмотря на то, что очаг возгорания находился недалеко от зрительного зала, сцена не особенно пострадала, в отличие от стульев и занавеса, который успели немного отреставрировать.

Вскочив на сцену, единорог уверенной походкой устремился туда, куда в свое время мечтал попасть маломальский любитель театра. За кулисы.

Несмотря на закрытость театра, в гримерных, да и на сцене, горел свет. Пройдя по очередному коридору, Амбер безошибочно вошел в одну из них, втягивая ноздрями воздух. Судя по остаткам ауры, тут явно кто-то был и был недавно. Отлично.

Раньше в этой гримёрной артисты занимались последними приготовлениями перед выступлениями. Но, после пожара, её превратили в кладовку, принеся сюда часть спасённых вещей. Перед детективом предстала не некогда просторная гримёрная, а забитая всякими вещами тесная комната. Раньше, по- видимому, света здесь было в избытке, но теперь, когда часть лампочек не работала, а другая – закрывалась вещами, комната пребывала в полумраке. Впрочем, Амберу это совершенно не мешало.

Правда, идти приходилось весьма осторожно. То и дело под копытами оказывался разного рода «хлам». Завернув за угол из вещей, которые тут создавали самые настоящие лабиринты, он увидела зеркало. Самое обычное зеркало, с деревянной, чуть закопченной рамой. След обрывался здесь.

Подойдя к нему, единорог уставился на свое изображение.

— Давно не виделись, детектив, – раздался насмешливый голос. В следующую секунду отражение Амбера пропало, а вместо него в зеркале объявился единорог серовато-синего оттенка шёрстки, с гривой морского цвета, носящий простенький фиолетовый плащ, скрывающий кьютимарку. На вид он был старше детектива лет на десять. – Пришел снова арестовывать меня?

— Фокусник Вальридер, — спокойно ответил Амбер, глядя без тени удивления, — вы обвиняетесь в…

— Прекрати, у тебя все равно не хватит сил перечислить их все.

— В таком случае, вы пойдете со мной добровольно, или мне применить силу?

— Юнец, ты уже пятнадцать раз задаешь мне этот вопрос, — хмыкнул фокусник, — почему ты думаешь, что в шестнадцатый моя позиция изменится?

— Вот поэтому, — продемонстрировал ему бумагу детектив, — в случае твоего сопротивления я имею право прибегнуть к любым методам. Вплоть до летальных.

— Смелые слова. Помню, последние три или четыре раза ты говорил мне то же самое.

— Ты пятнадцать раз оставлял меня в дураках. — тихо проговорил единорог, глядя прямо в зерцало. — Пусть тебя не тешит, что ты смог обмануть меня с помощью системы зеркал. Шестнадцатого не будет. Украв диадему, ты вывел из себя даже министра.

— Как показывает практика, мои фокусы будут посильнее вашей магии, – фыркнул Вальридер. — Смешно, все министерство, владеющее не самыми последними магами Эквестрии не может поймать обычного фокусника.

— И не поймают.

— Почему же?

— Потому что ты меня достал.

В следующую минуту из копыт Амбера ударили струи огня, не хуже чем из огнеметов. Огонь мгновенно охватил помещение, не трогая, однако, самого детектива, окруженного оранжевой защитной сферой.

Покинув кулисы, он вернулся обратно на сцену, где завис посреди зала, глядя на то, как пламя пожирает остатки занавеса, деревянные балки, стены.

Со временем все заволокло дымом. Часть крыши обрушилась на пылающую сцену, проламывая её. Спустившись туда, детектив обнаружил ещё пару коридоров, ведущих в подсобные помещения.

Подойдя к одной из дверей, он, принюхавшись, выбил её заклинанием.

За дверью обнаружилась ещё одна кладовко-подобная комната, охваченная частично пламенем. Правда, оно только начинало разгораться, но дыма было предостаточно.

Войдя в неё, детектив телекинезом отодвинул горящий с краю шкаф, рухнувший на середину комнаты. Под ним обнаружился слабо стонущий фокусник с неестественно вывернутой ногой. Тот лежал придавленным возле одного из легендарных тайных ходов театра, который, как ни странно, был отрезан защитным полем.

— Ты думал, я не учту уроки из предыдущих провалов? – хмыкнул Амбер, хватая телекинетическим щупальцем слабо стонущего Вальридера за горло, вздергивая его вверх. – По-твоему, я просто так на три месяца отстранился от расследования?

— Что… ты…

— Гордись, все эти три месяца я посвятил тебе. Три месяца я создавал накопители, способные удерживать настолько большую Сферу Абсолютной Защиты. Три месяца я создавал эти чертовые обелиски, накачивая их силой. Зато теперь они вполне окупили себя. Удивлен, что не смог воспользоваться тайным ходом? Защитное поле окружает здание со всех сторон, даже под землей. Тебе конец, Вальридер.

— Неплохо, Юнец, — слабо улыбнулся фокусник, — ты проделал неплохую работу. Только…

— Только?..

— Только зачем ты театр сжег, вандал?! – рявкнул Вальридер, — Чем тебе искусство не угодило?!!

— Я предупреждал тебя, фокусник. – спокойно ответил Амбер, — Что до искусства… Что ты знаешь о нем? В отличие от тебя, мне доступно Истинное Искусство!

— Ладно, хватит, веди меня уже…

— Вести?! – захохотал детектив. – Вот уж не думаю. Ты сбегал из пяти тюрем, но почему-то твоих преступлений не хватает для смертной казни. Но, больше ты не убежишь. Я отправлю тебя туда, откуда процент сбежавших самый низкий. Готов отправиться за Грань, фокусник?

— Почему? – устало поинтересовался Вальридер, не делая попыток вырваться, — Почему ты так настойчиво хочешь меня убить?

— Потому что ты оскорбил мое Искусство. Как ты сказал? «Магия для тех жалких и никчёмных, кто неспособен на большее»?

— Забавно, — усмехнулся лицедей, — я дарю пони улыбки, хорошее настроение. А что можешь подарить им ты? Сожженное дотла здание?

— Ты прав, — согласился детектив, — моя магия пока, узко специализирована. Она не так красива, как твои фокусы, и годится только для разрушений. Но, смогут ли твои фокусы очистить кладбище от упырей? Сможешь ли ты спасти деревню от вервольфа? Усмирить духа места? Убить бантикору? Хотя бы изгнать саранчу? Нет! Твои фокусы – чистая иллюзия, подделка под настоящую магию! И эта подделка сегодня проиграла. Прощай, фокусник Вальридер. – с последними словами детектив усилил мысленный нажим на шею.

— Откуда этот пожар?! – белого единорога трясло. — Это Вальридер?! Проклятый барьер! – в очередной раз он попытался воздействовать на Сферу магией, однако ничего не получилось.

— Трен, успокойся! – рявкнул полковник. – Мы все равно ничего не сможем сделать!

— Но театр!

— Пожарные уже здесь!

Внезапно барьер исчез. Не задавая лишних вопросов, пожарные начали тушить пылающее здание, стараясь спасти то, что ещё можно было спасти. К сожалению, театру потребуется капитальный ремонт…

Неожиданно, пламя начало утихать само по себе. Из тлеющего вестибюля вышел детектив, к которому тут же кинулись напарники.

— Задание выполнено, — устало отрапортовал Амбер.

— Преступник?.. – поинтересовался Пистол.

— Мертв.

— Стойте, а как же то, что он украл? Как же диадема?! – поинтересовался красногривый.

— Ты об этой диадеме, Сноу? – одновременно с этим детектив выудил из воздуха серебряную диадему, украшенную изумрудами. Работа неизвестного мастера была бесподобна: серебряные лозы оплетали серебряный обруч, на котором висели изумрудные листья.

— Диадема островитян… — пораженно выдохнул Сноу.

— Вальридер носил все украденное при себе, в безразмерной шляпе, – пояснил полковнику Амбер, пока Сноу вертел корону в копытах.

— Безразмерной?

— Магически увеличенная внутри. Обычно, туда закрепляется подпространственный карман, в который и попадают вещи. Что это за карман я вам только что продемонстрировал...

Образы в разуме единорожки начали стремительно таять. Сфокусировав взгляд, она поняла, что все ещё находится в библиотеке на балконе, рядом с темным архимагом.

— Фокусы – ложь. — тихо сказал Сомбра, не глядя на внучку. — Они лишь пародия, подделка под настоящую магию, которая годится только для развлечений. Насмехаясь над Истинным Искусством, фокусники плюют в лицо нам, магам. Но подделка никогда не сможет превзойти оригинал.

## Возвращение в Империю

Глава была удалена по ошибке, в отличии от следующей, поданной на переработку. Песня Сомбры — адаптированная песня КиШ "Каторжник". И не удивляйтесь этому, песни во время действий одна из тех фишек, которые я, с радостью, "украл" у мультфильма. Можете попытаться объяснить это магией, проблемами с головой у Сомбры, но самое правильное оправдание: это МЛП. Если там есть сверхзвуковые пегасы, почему не может быть поющих темных магов?

— Ты совершенно уверен, что справишься? – в очередной раз и с недоверием поинтересовалась Твайлайт.

— Конечно! Иначе я бы за это дело и не взялся! Просто, как пирог! Кстати говоря, у меня тут есть одно дельце… — достал откуда-то её Помощник Номер Один поваренную книгу, раскрывая на странице с тортом, сделанным из драгоценных камней.

— Да, например, следить за домом, полным зверей.

— Ах, да, конечно, я именно о них и говорил! Не бойся, поезжай на свое мероприятие в Кристальную Империю, у меня все под контролем, – вытолкал он единорожку с порога.

Та, пожав плечами, направилась к перрону. У поезда её встретили её подруги, во главе с хмурым Сомброй. Все были нагружены сумками и явно готовы к путешествию. Правда, в отличие от Шестерки, темный архимаг надвинул себе на глаза капюшон, да и вообще закутался поплотнее.

— Кристальные пони очень взволнованы… — поделилась своими мыслями Спаркл, пока они стояли в очереди в вагон.

— Ещё бы они взволнованы! Они же ждут Эквестрийские Игры, крупнейшее соревнование в Эквестрии! – воскликнула Дэш.

— А в Клаудсдейле никогда не проводили Игры? – полюбопытствовала Рэрити.

— Нет, — грустно ответила пегаска. – Однажды мы хотели провести Игры, но не вышло. Никогда не забуду, как мы получили отказ… – пожаловалась она подругам. – Так или иначе, кристальные пони уже потеряли тысячу лет из-за злобного короля…

— Кхм-кхм. Я все слышу, – кашлянул единорог, мысленно все же соглашаясь с ней.

— И мы не допустим, чтобы отказ принес им новые страдания!

— Именно, — успокоила её Спаркл, — принцесса Каденс рассчитывает на то, что мы сможем убедить инспектора выбрать империю для следующих Игр. И мы не подведем её.

Войдя в купе, пони принялись располагаться по своим местам, после чего завели оживленную беседу, преимущественно об Играх и номере для инспектора, который они должны будут показать на демонстрации.

Единственный, кто не принимал абсолютно никакого участия в разговоре, был бывший король Кристальной Империи. В отличие от остальных, Сомбра просто сел за отдельный столик, после чего принялся разглядывать виды за окном.

— Что-то не так, Сомбра? – подсела к нему Твайлайт.

— Всё не так. Абсолютно всё, – буркнул единорог, не отрывая взгляда от окна. – Почему я вообще должен ехать?

— Принцесса Селестия настояла на этом. К тому же ты должен будешь познакомиться с моим братом, да и…

— Да и что?! – рывком повернулся к внучке архимаг. – Ты понимаешь, что, если кто-нибудь из кристальных меня узнает, начнется паника? Или ты намеренна всем и каждому пересказывать мою историю?! Как, по-твоему, сколько пони в неё поверят? К тому же мне самому почти физически больно находиться… там.

— Неужели совесть?

— Совесть, но не та, о которой ты думаешь, – криво усмехнулся Сомбра. – Конечно, мне трудно смотреть в глаза тем невинным, которых я чуть было не убил. Но куда труднее осознавать, что именно там я в последний раз видел Морн…

— Я думаю, у тебя все получится, – успокаивающее обняла его Твай. – Тебе необходима эта поездка, иначе твое чувство вины уничтожит тебя изнутри.

— Надеюсь что так, внучка, — несмело обнял её единорог. — Надеюсь, что так…

Прибыв в империю, Сомбра не пошел с остальными сразу в Кристальный Дворец. Отговорившись личными делами, он открыл портал прямо с перрона в неизвестном направлении. Прежде, чем кто-либо успел его остановить, темный единорог растворился в воздухе.

Он оказался в одном из закоулков, ведущих неизвестно куда. Сейчас ему нужно было побыть одному. Эквестрийские Игры, что ему до них? Их запрет, пожалуй, это единственное, о чем он не слишком жалел. Но, Морн… Его любимая Морн! Он ведь так и не узнал, кто у него родился, не говоря уже и об имени с внешностью. Он даже не знал, жива ли его возлюбленная, а если нет, то где и как она умерла. Больше всего на свете ему хотелось вернуться в то время, когда один из ритуалов пошел не так. Вернуться и все предусмотреть. Но, к сожалению, в Академии его твердо заставили выучить: путешествия во времени невозможны. Можно лишь увидеть его картины, но ни в коем случае не менять.

В Понивилле он смог заглушить тоску, с головой уйдя в работу с ритуалами и общением с новыми друзьями, особенно с Маком, но здесь… Здесь, в памятном для него месте воспоминания навалились с небывалой силой, послужив хорошим топливом для огня вины. Сейчас ему надо просто прогуляться. Неважно где, лишь бы его не трогали. Он чувствовал, что может не выдержать и просто-напросто взорваться, начав швыряться Копьями Тьмы в прохожих. А что в итоге? Полнейшее разочарование внучки, возможная драка с принцессами, побег из Эквестрии, политическое убежище у Кризалис?

До судорог, до бреда, до рыданья,

До порванных от напряженья жил,

Я все храню свои воспоминанья,

О тех годах, которые тут прожил.

Тихо пропел он, выходя на оживленную улицу. Повсюду носились кристальные с тряпками и другими вещами, которые использовались при чистке улиц. Империя основательно готовилась к прибытию инспектора.

Я их хранил на сумрачной вершине,

Во тьме бездонной пропасти хранил,

На самом дне кристального кувшина,

Как капли высохших чернил.

Удавкой тугой сжимает

Ворот горло мне-е-е.

Мысли мои превращаются в змей...

Кровью памяти моей

обрызган город,

Кровью памяти моей,

Кровью памяти моей...

Идя по улице империи, он старался не смотреть по сторонам. Ему казалось, будто его душу заживо пожирает Черное Пламя, которое все никак не может добить его. Шепот, которым единорог пел песню, казался ему криком.

Внезапно, на глазах у всех, он резко телепортировался куда-то.

Когда ползешь, глотая клочья пыли,

Когда добра от зла не отличить,

Ты должен знать, что про тебя забыли,

И сделать все, чтоб самому забыть...

Возник он на одном из самых высоких зданий, куда своим ходом могли забраться только пегасы. Подойдя к краю, он прыгнул вниз.

Но память, как и смерть, неистребима,

Как дождь ночной по черноте стекла

Кровавыми осколками рубина

Она на дно хрустальное текла.

В полёте его копыта охватил легкий черный дымок, и те «приклеились» к кристальной поверхности здания, позволяя своему хозяину нестись галопом по отвесной стене.

Удавкой тугой сжимает

Ворот горло мне-е-е.

Мысли мои превращаются в змей...

Кровью памяти моей

обрызган город,

Кровью памяти моей,

Кровью памяти моей...

Приземлился он в очередном переулке. Глубоко вздохнул, поглощая энергию. Заклинания телепортации и левитации, так как не были его профилем, отнимали гораздо больше сил, чем боевые. Однако ему стало легче, и это главное.

Прогулявшись ещё немного по городу, он окончательно решил, что не хочет здесь оставаться. В конце концов, он архимаг! Да, он согласен, в принципе, выполнять некоторые приказы… нет, не приказы, пусть будут «пожелания», принцессы, но это не значит, что он позволит добровольно пытать себя! А значит, решено. Нужно вернуться на вокзал и купить билет до Понивилля. Деньги у него, к счастью, есть. А принцессы, если против, так пусть проваливают в круп Бездны.

Удовлетворенно кивнув своим мыслям, единорог телепортировался обратно на перрон. К сожалению, Понивилль находился слишком далеко от империи, и открыть портал туда не было никакой возможности. Вот если бы у него были накопители…

Сомбре повезло. Поезд, судя по билету, отправлялся через полчаса. Решив никуда не уходить и дождаться назначенного времени прямо здесь, единорог присел на одну из лавочек, после чего начал скучающе осматривать окружающую обстановку.

Внезапно его взгляд зацепился за одну земную пони карамельного цвета с кремовой гривой, синими глазами и кьютимаркой в виде золотого кубка. Одетая в фиолетовый пиджак с золотыми запонками, она то и дело, с недовольным лицом, бросала взгляды то в сторону улиц, то на свой саквояж, украшенный цветами.

Осторожно скользнув ментальными щупальцами к её разуму, удивленный Сомбра узнал, что это и есть великий и ужасный инспектор Эквестрийских Игр, мисс Харшвилли.

— «Неужели эти свиристелки прозевали инспектора? — подумал темный архимаг. – Хотя, какое мне дело?»

Тем временем инспектор, взяв в зубы свой чемоданчик, направилась в сторону Кристальных Улиц. Сомбра, проводив её взглядом, вздохнул, после чего принялся дальше ждать свой поезд. Внезапно его сердце кольнуло. Неуверенно взглянув на свой билет (до прибытия оставалось всего пятнадцать минут), после чего посмотрев вслед земной, он мысленно помянул маргулов, после чего отправился догонять мисс Харшвилли.

— «И они ещё хотят претендовать на организацию Игр? — думала тем временем Харшвилли, плутая по закоулкам. — Да они прием инспектору организовать не в силах! Как непрофессионально…»

— И не говорите, — раздался за её спиной спокойный голос, — форменное разгильдяйство.

Повернувшись, земная пони увидела темного единорога, закутанного в плащ. Зеленные глаза, темная грива, обычный витый рог. Тот сочувственно смотрел на инспектора.

— А вы кто такой? – поинтересовалась инспектор. — Вы из комитета по встрече? – частично с надеждой, а частично с угрозой уточнила она.

— Я? Нет, что вы. Я всего лишь странствующий ученый-маг. Впрочем, Кристальная Империя, в каком-то смысле, является моим домом, так что можете считать меня местным. А вы?..

— Инспектор Эквестрийских Игр, мисс Харшвилли.

— Какая честь… Вижу, комитет Каденс вас так и не встретил?

— Я прождала их почти сорок пять минут, — пожаловалась Харшвилли, — Удивительный непрофессионализм. Кстати, если вы местный, не могли бы вы сопроводить меня к принцессе Каденс?

— Зачем? – полюбопытствовал Сомбра.

— Как это «зачем»?! Я должна оценить общее состояние города по игровым критериям, после чего принять решение. Пока что, мое мнение ниже среднего…

— То есть в замке вам должны будут выдать провожатого, который устроит вам экскурсию?

— Ну, да…

— А есть ли тогда смысл идти? Я вполне могу показать вам город. К тому же, в отличие от запланированной программы, так вы сможете увидеть более реальное положение вещей.

— А встреча с принцессой? Я…

— В самом конце я провожу вас к ней.

— Думаете, вас пропустят? – с любопытством посмотрела на него инспектор.

— Я с интересом посмотрю на тех, у кого хватит духу нас остановить, – фыркнул в ответ единорог. – Кстати, мое имя Шадо, приятно познакомиться… Осторожно! – внезапно, он кинулся на инспектора, обнял, после чего прижал к стене. Мимо них пронесся единорог, запряженный в тележку, обрызгав водой из лужи. К счастью, вся вода оказалась остановлена защитным экраном архимага, который тот успел активировать за своей спиной.

— Поаккуратнее! – крикнул разозлившийся Сомбра в сторону удаляющегося пони. Тот, увы, даже не повернул головы. – Что б у тебя колесо отвалилось! – от души пожелал ему темный единорог, мысленно добавляя небольшое проклятье, ориентирующееся на ауру проклинаемого. Грохот и вскрик засвидетельствовали, что оно достигло цели.

Галантно улыбнувшись мисс Харшвилли, бывший король предложил следовать за ним. Подобрав её саквояж, он уменьшил его до размера жеребячьего копытца, после чего сунул прямо в воздух, в подпространственный карман, пообещав, что вернет в конце. Земная пони не возражала.

За два с половиной часа, во время которых Сомбра и устроил экскурсию, у инспектора сложилось в целом хорошее мнение о городе. Они посетили Хрустальный Фонтан, расположенный рядом с местом хранения Сердца, Кристальный Стадион, на котором проходила тренировка сборной Империи, Звёздные Врата, стоящие на границе (несмотря на то, что кристальные пони считали их за украшение, Сомбра, по секрету, поделился, что это – мощный стационарный портал, правда, совершенно бесполезный, так как кто-то украл накопители). По сравнению с другими городами Эквестрии, Империя была эталоном чистоты. За все время они не нашли ни одного фантика или иного мусора. Единорог с неохотой объяснил это тем, что хоть предыдущий король и был тираном, но все же поддерживал чистоту в городе. Точнее, никто просто не решался мусорить, так как это каралось смертной казнью.

К сожалению, чем больше Сомбра показывал места инспектору, чем больше он рассказывал об истории города, тем больнее ему было самому. Даже учитывая то, что он почти не затронул времена своего правления, ему становилось плохо все больше и больше, хотя бы потому, что Хрустальный Фонтан был его любимым местом для вечерних прогулок с женой.

В итоге, он, решив, что показал уже все самое интересное, привел инспектора в спа-салон, где, судя по запаху ауры, находилась Кристальная Принцесса вместе с одной из Хранительниц Элементов.

Попрощавшись, он скрылся в переулке, тем не менее не уходя далеко, желая понаблюдать за шоу.

— Следующая столица Эквестрийских Игр: Кристальная Империя! – торжественно провозгласила принцесса Каденс, стоя на балконе Кристального Дворца.

Жители империи поприветствовали эту новость радостными криками и все общим ликованием: ещё бы, такое событие! Последний раз у них подобное случалось ещё до восхождения тёмного тирана, но они не потеряли хватку! Кристальная Империя по-прежнему имеет авторитет у Эквестрии!

Тем временем одна из представительниц комитета, Твайлайт, отделилась от толпы празднующих, после чего зашла в темный переулок.

— Спасибо, — поблагодарила она темного единорога, сидящего на крыльце одного из домов, чей черный вход выходил сюда.

— Не за что, — задумчиво глядя на радующихся пони, ответил кристальный король, — в конце концов, Селестия направила меня сюда для помощи…

— Слушай, после рассказа инспектора, я поняла, что ты ходил без капюшона, но, тем не менее, другие пони тебя не узнали. Как?..

— Иллюзия, внучка, — пожал плечами единорог, – простейшая иллюзия, даже не на все тело. К сожалению, я не особо силен в метаморфизме, поэтому не способен кардинально менять внешность, а те миражи, которые умею создавать, вытягивают кучу сил.

— И тем не менее, ты пошел на это. Зная тебя, ты мог просто уйти отсюда, уехать, но остался. Более того, провел экскурсию для инспектора, даже не смотря на то, что тебе было трудно находиться здесь. Почему? – спросила она, чуть приобняв своего предка.

— Кристальные пони уже потеряли тысячу лет из-за злобного короля, – хмыкнул единорог, отвечая на объятие. – Было бы грустно, ели бы отказ принес им новые страдания, не находишь?

## Шкатулка на память

Глава была переработана, учитывая критику.

Закаты в Кристальной Империи прекрасные. Отправляясь за горизонт, солнце посылает свои последние лучи в сторону домов, кристальные стены которых заставляют те, отбиваясь, начинать завораживающую игру цвета. Зеленый цвет Изумрудной, красный Рубиновой, синий Сапфировой… Кристальный Город по праву считается одним из самых красивых мест.

В данный момент Сомбра, сидя на балконе в Кристальном Замке, пытался хоть как-то насладиться этими пейзажами. К сожалению, безуспешно. День, а точнее вечер, сегодня вообще пошел наперекосяк. А ведь все так хорошо начиналось…

После того как темный единорог, вместе со своей внучкой, отправили остальных кобылок домой, они вернулись в Кристальный Дворец. Во время суматохи с ревизором, Хранители Элементов как-то забыли упомянуть о визите темного архимага, а указ, просьба от Селестии Твайлайт звучала предельно ясно: темный король должен, если не наладить отношения с правящим домом Империи, то избавиться от чувства вины перед самим собой, терзающего его. Или хотя бы уменьшить влияние.

— А ведь получается, что я теперь родственник Селестии… — задумчиво проговорил темный единорог, пока они с внучкой подходили к дворцу.

— Что? – не расслышала Твайлайт, идя впереди мага, — А родственник, точно… Погоди, ЧТО?!!

— Ну, как же, — ухмыльнулся Сомбра, — Шайнинг Армор – мой внук. Принцесса Каденс – его жена. Получается, что теперь я прихожусь Тии… — тут он замолк, наморщив брови. Действительно, а кем приходится одиннадцатиюродный дед мужа тётке жены? Король Теней этого не знал.

— Я думаю… — попыталась сосредоточиться Спаркл.

— Не нужно, — перебил её единорог, помахав правым копытом, — мне уже это неинтересно. На самом деле, между нами это не сыграет абсолютно никакой роли, поэтому можно и не волноваться. Даже твоя заколка меня занимает больше. Кстати, красивая.

— Правда? Спасибо, мне подарили её родители, когда я поступила в Кантерлотскую Школу магов. Тогда я, кстати, получила кьютимарку. Самое удивительное то, что они абсолютно совпали!

Действительно, в волосах Твайлайт сверкала заколка, сделанная из разновидности рубина, выглядящая как розовая шестиконечная звезда, в углах между лучей которой сверкали белым бриллианты. И правда, она была почти точной копией кьютимарки ученицы Селестии.

— … ценность, – закончила говорить что-то единорожка, пока Сомбра задумчиво осматривал украшение. Что-то в нем ему не нравилось, вернее, наоборот, нравилось и очень сильно!

— Что-что? – переспросил он, тряхнув головой, отвлекаясь от мыслей.

— Говорю, эта заколка считается фамильной ценностью семьи Спаркл. – послушно повторила Твай, поднимаясь по ступеням. – Мама говорит, что ей передала её бабушка, той прадедушка и так далее.

На это единорог лишь пожал плечами. Лично у него тоже было припасено пару амулетов, оберегов, полученных от друзей-знакомых, но он не носил их на виду, предпочитая хранение в подпространственном кармане. К слову, туда же отправился и амулет Кризалис.

Пройдя по замку, единороги не встретили почти никого. Почти все кристальные пони, служившие здесь, были отпущены на гулянья в честь победы на выборах места проведения Игр. Исключениями стали лишь некоторое количество Кристальной Стражи и слуги, которые не пожелали бросать свое дело. Впрочем, часть из них состояла из провинившихся, отрабатывающих свои повинности.

Подойдя к входу в тронный зал, Сомбра резко остановился, после чего, плутовато подмигнув Твайлайт, сделал круговое движение копытом, параллельно прося жестом остановиться. Спаркл, недоуменно посмотрев на своего предка, только пожала плечами.

— … Дорогой, я понимаю, что ты бы хотел сходить на праздник вместе с друзьями, но мы должны принять гостя, – четко услышала фиолетовая единорожка голос своей бывшей няни, словно та стояла рядом с ней.

— Эх, ненавижу эти приемы. У всего города праздник, а мы должны принимать очередного посетителя, которому потребовалась аудиенция. Вот скажи мне, какой тогда смысл быть королем, ну, ладно, принцем, если ты даже не можешь устроить себе выходной? – раздраженно ответил голос правителя Империи.

— Шайни, — Твай практически увидела, как Каденс потерлась щекой об своего любимого, — ты ведь не хуже меня знаешь, что быть правителями – большая ответственность. К тому же, Шайни, ты же стал капитаном Стражи не по протекции какого-нибудь папочки.

— Да знаю я… Просто… Просто мне иногда кажется, что быть капитаном лучше. Или проще… Кстати, — резко сменил тему Шайнинг Армор, — а кто вообще этот посетитель? Очередной дипломат, который решил обсудить свои политические вопросы именно тогда, когда остальные веселятся, пусть даже из вежливости?

— Эм-м… нет. Точно не он.

— Страждущий проситель, которому срочно нужен совет и у которого нет ни стыда ни совести?

— Нет. А вот совести, по-моему, сейчас не хватает тебе. Этот пони, как сказала мисс Харшвилли, выполнил все обязательства комитета встречи, благодаря чему Игры и будут проведены здесь.

— А, ну, тогда… И кто же этот герой дня?

— Ну, это в каком-то роде твой коллега… — неловко замялась Каденс.

— Неужели тоже капитан какого-то спецподразделения?

— Милый, дай мне закончить! Он твой коллега С ДРУГОЙ стороны. Его имя…

Отключив заклятие Чуткого Уха, Сомбра хмыкнул, после чего принялся быстро-быстро нашептывать другой заговор. Значит, Шайнингу не сообщили об истинной личности гостя? Ну что ж, тогда нужно произвести максимально хорошее впечатление.

— Его Величество Бывший Король Кристальной Империи, Выпускник Академии Тосара, Сильнейший Темный Маг Этого Мира, единорог Сомбра Викториано-ас-Амбер-дель-Шадо-ибн-Кристал, и сопровождающая его ученица принцессы Селестии, Твайлайт Спаркл! – торжественно провозгласил он, входя в зал, как и подобает Темному Властелину.

Если в свое время вид огромных костяных драконьих лап, состоящих из темной материи, особенно не удивил правителей-сестер, которые, в принципе, видели и не такое, то сейчас Король Теней отыгрался по полной. Вошедшая следом за темным единорогом ученица Селестии не удержала легкого смешка. Она и не подозревала, что её любимый брат и няня могут иметь НАСТОЛЬКО широко открытые рты и выпученные глаза. Правда, Каденс была все же подготовлена чуть больше, чем её муж, однако это её не спасло. Принцесса Солнца, предупредив свою племянницу о личности гостя и о его причинах посещения Империи, ни словом не обмолвилась об его характере и возможностях. Видимо, забыла, зато заверила, что Сомбра, под присмотром внучки, теперь не причинит вреда ни одному пони.

— Со-со-со… — нервно икая, попыталась сказать что-то кристальная принцесса, глядя на единорога, а точнее на призрачные лапы за его спиной, диким взглядом. Такое заклинание она видела впервые.

Шайнинг, к сожалению, не мог даже этого. Ему только и оставалось, что молча глотать воздух и пытаться ущипнуть себя копытом. Безуспешно.

Наконец, спустя где-то полчаса, благодаря ораторскому искусству Твайлайт и каким-то успокаивающим зельям, которыми поделился довольный бывший тиран (Твайлайт он их не дал не то что попробовать, но и даже понюхать, отговорившись тем, что она, мол, еще слишком маленькая для таких экстрактов. Однако, судя по тому, как присосался к фиалу белый единорог, и с какими выражениями у него отнял фиал серый (количество маргулов, мархангов и маргранов в каждой фразе просто зашкаливало. Из неизвестных слов на старотемном там, по мнению Элемента Магии, были только сопрягательные), там было что-то из ранних экспериментов Сомбры, которые тот проводил с Биг Маком), супружескую пару все-таки ввели в курс дела.

Твайлайт рассказала брату с няней обо всем: о прибытии странного гостя, его историю, их путешествие в Кантерлотт, жизни в Понивилле, роли во время инцидента с Трикси, ну и, наконец, о вкладе в демонстрации Империи для инспектора.

— Ну, что, внучек, рад меня видеть? – поинтересовался Сомбра, пряча фиалы в подпространственный карман.

— Не сказал бы, – настороженно ответил внук, — Дорогая, — обратился белый единорог к своей любимой, — когда ты планировала сообщить мне эту новость?

— Шайни, ты же мне и слова не давал сказать!

— А сделать это не за пять минут до встречи, а хотя бы днем раньше?

— Дорогой, ты целыми днями пропадаешь на тренировках со сборной, пока я занимаюсь документацией. Даже ешь там! Единственное время, когда мы видимся за последние четыре дня, это ночью, когда ты приходишь спать!

— Ну так и сказала бы тогда, — ехидно влез Сомбра, — делов-то.

— Эм-м, — покраснел Шайнинг, — скажем так, ночью ей немного трудновато говорить… Кстати, сейчас подошло как раз время обеда! – поспешил сменить он тему, — я голодный как древесный волк! Может перекусим?

— Повар сказал, что сегодня приготовит что-то особенное! – добавила принцесса Ми Амор. Немного подумав, Сомбра, все ещё глядящий на своих потомков с ехидностью, только хмыкнул.

Особенный сюрприз от повара понравился всем. За едой, придя в благодушное состояние, кристальный принц и бывший император быстро разговорились. Они нашли у себя очень интересную тему, которая сгладила все те неровности и шероховатости недоверия, которое возникло в тронном зале: оружие и фехтование. Сомбра, несмотря на то что для защиты использовал магию, предпочитал тяжелую броню с клейморами, в то время как Шайнинг использовал в основном легкую защиту с одноручниками. Разгорячено споря об эффективности разных колюще-режущих орудий, придуманных живыми существами для войны, они даже условились на поединок, дабы доказать оппоненту свою точку зрения на практике.

Схватку решили провести на стадионе, благо там было достаточно места. Из экипировки кристальный принц взял легкую, но относительно прочную, бордовую кирасу, с орнаментом в виде ромбовидного кристалла, вплавленного в сердце, такого же цвета накопытники, подвязанные кожаными ремнями. На голове шлем с оловянным шишаком, в отверстиях которого были вставлены голубые, под цвет его гривы, перья.

Сомбра же сумел где-то найти тяжелый, полностью закрытый, абсолютно черный доспех, больше всего своим дизайном напоминающий дракона. Особенно эта ассоциация проскальзывала у кобылок, когда они смотрели на защиту головы: на шлеме присутствовали два рога, смотрящие в разные стороны, а забрало было выполнено в виде верхней челюсти ящера. В отличие от мобильности Шайнинга, он явно предпочитал защищенность.

Оружие тоже было под стать доспехам: немного удлиненный гладиус у Армора, и тяжелый фламберг у Сомбры.

Чтобы уровнять способности соперников, темный единорог пообещал не использовать в бою заклятья из Темной Магии. Максимум телекинез и тот не в полную силу.

Сразу после сигнала никто не кинулся в атаку. Капитан хорошо представлял, на что мог быть способен тысячелетний король, а судя по скупым движениям, которые тот совершал, став в защитную стойку, тот явно держал свой клинок не в первый раз.

Сомбра же, несмотря на свою самоуверенность, тоже не лез на рожон. Жизнь, проведенная в Академии и на практиках в параллельных мирах, научила его не недооценивать противников. В конце концов, если этого щенка назначили капитаном, значит, он что-то может, а при грамотной технике легкий доспех вполне способен одолеть тяжелый.

Кристальный принц не выдержал первым. Немного обойдя Сомбру справа, он переместился вперед, делая пробный выпад, после чего совершил пируэт в сторону, уходя от контратаки темного единорога. Тот, однако, не пожелал остаться в долгу, перейдя в наступление. На Шайнинг Армора посыпались удары тяжелого фламберга, от которых тот принялся уворачиваться, используя весь свой опыт, полученный во время службы.

К сожалению, это было не так просто, фламберг бывшего императора метался в воздухе, словно тросточка у фокусника. Белый единорог все же получил несколько ранений, хоть и легких.

— Хватит бегать! – раздраженно рявкнул Сомбра, когда его противник совершил очередной перекат в сторону. — Стой и дерись, как подобает истинному королю!

Сам единорог, в отличие от своего оппонента, стоял как башня. Точные и скупые движения показывали, что меч он держит далеко не впервые, однако доспехи, тяжелые черные доспехи, просто не давали ему возможности успеть за Армором. Но это не значит, что они не окупали себя: несмотря на стальной заслон, его внук все же ухитрился прорваться пару раз сквозь защиту, нанеся несколько ударов по плечам и в грудь, однако латы с честью выдержали испытания.

Наконец, спустя несколько попыток, часть из которых стоили ему нескольких порезов, Армор нащупал слабое место Сомбры: там, на коленах, уровень прочности у защиты был ниже, позволяя хозяину совершать движения. Конечно, лучше бы было зайти сзади, но император, несмотря на свою неповоротливость, просто не давал ему шанса, своевременно реагируя на попытки.

И тогда он решился. Поднырнув под горизонтальный удар черного меча, Шайнинг нанес колющий удар прямо в коленную чашечку. Пробив доспех, наточенное лезвие гладиуса прорезало плоть императора, словно масло, войдя, однако, не слишком глубоко.

Отшатнувшись, Сомбра с удивлением посмотрел на рану, которую ему нанес щенок. Первую рану за все то время поединка, которое прошло. Откинув забрало, он медленно, словно не веря, провел по ней языком, слизывая свою кровь. Это действие заставило его невольно соперника передернуться от брезгливости.

— Ты поранил меня… — задумчиво произнес он, — А ты сильнее, чем я думал. Тогда, я окажу тебе честь и не стану сдерживаться.

Выполнив несколько прыжков в сторону, удлиняя расстояние, он, передернув плечами и хрустнув шеей, после чего принялся наносить по отдельным деталям доспеха легкие удары плоской стороной фламберга. Те развеивались, словно темный дым, оставляя неприкрытую плоть.

— Эта схватка становится все интересней и интересней, – хмыкнул темный. От его брони сталась лишь та часть, что прикрывала грудь. Даже шлема и того не было. – К бою! – внезапно рявкнул он, переходя в мгновенное наступление.

Заскользив по земле, словно по льду, ускорившийся Сомбра, нанес удар справа, идущий по горизонтали. Не имея возможности уклониться, Шайнинг заблокировал его, однако атака была настолько сильна, что отшвырнула единорога на несколько метров в сторону, заставив того погрузиться по копыта в грунт, пропахав борозду.

Но Шайнинг не упал. Зашипев сквозь зубы, он вновь перехватил поудобней меч, готовый отразить очередной удар. Пусть его дед прожил тысячу лет, пусть он сильнее его, но Армор не отступит! В конце концов, он – Спаркл, а Спарклы стоят до конца!

Взревев, Шайнинг метнулся вперед, обрушивая на удивленного противника самый настоящий град. Быстрее, быстрее, не дать ему контратаковать, перейти в наступление! Он не сможет отражать все удары вечно! Главное – дождаться, когда он совершит ошибку.

А Сомбре приходилось нелегко. Сказалось тысячелетнее отсутствие практики. Да, до того, как пасть, он был неплохим мечником, хоть и налегающим все-таки больше на магию, но даже профессионал утратит свои навыки за такое количество времени безделья. Тренировки в Понивилле помогли восстановить их часть, но мало, слишком мало, чтобы выходить один на один только с клинком. А этот пацан неплох, определенно неплох. Сражается почти наравне с ним, с архимагом, а это дорогого стоит.

Сомбра зарычав в ответ, ещё интенсивнее замахал фламбергом. Сейчас их силы были равны, но он не собирался проиграть этому сосунку! Блокировав в очередной раз гладиус, он внезапно отвел его вправо, после чего, мгновенно развернувшись, нанес сильный удар задними копытами, заставив белого единорога повалиться на землю. Прежде чем тот успел сделать хоть что-то, приставил кончик лезвия к горлу.

— Ты мертв, – глухо произнес он, пытаясь выровнять дыхание. Его внук смотрел на него со спортивной яростью. Попасться на такой простой прием! Внезапно бывший император… захохотал. – Хорошая была битва, у щенка все же есть зубы, — сказал он, подавая угрюмому Армору копыто, помогая встать. А теперь, — обратился Сомбра не только к принцу, но и к подбежавшим, видя, что всё закончилось, кобылкам, — может, пройдемся по городу?

За те три часа, которые четверо пони провели вместе, ходя по вечерней Империи, успели ещё больше скрепить свои отношения. Особенно этому поспособствовало кафе-мороженное, в котором Сомбра поведал о своих приключениях в параллельных мирах, вроде охоты на чудовищ и лазанья по забытым храмам, Шайнинг же в свою очередь рассказал о своих заданиях на службе у принцесс. В данный момент он делился подробностями о том, как его смогла подчинить Королева Чейнджлингов во время свадьбы.

— … а потом была вспышка, и темнота, – закончил свой рассказ Шайнинг Армор, присаживаясь около Кристального Фонтана, расположенного недалеко от Замка.

— Неудивительно, что ты попал в её сети, — пожал плечами Сомбра, опираясь спиной на фонтан (лавочки были трехместные). — Кризалис – сильный иллюзионист. Пожалуй, в этой ветви она может тягаться даже с архимагами, но одной иллюзии для звания мало. Впрочем, запомни на будущее: зрящим, как мы называли менталистов, нельзя смотреть в глаза. Они – их основное, природное оружие. Даже самые слабые балаганные фокусники способны освоить гипноз на основе зрительного контакта. Правда, если маг действительно сильный, ему это не помеха, так как гипноз бывает и звуковой, тактильный… Но чаще всего случается именно зрительный. Правда, я, например, слышал о гипнотизере, который был способен погрузить в иллюзию, если ты посмотришь на его палец.

— Палец? – поинтересовалась внимательно слушающая Твайлайт.- А кем он был? Грифоном? Или драконом?

— Он… — на секунду замялся Сомбра. — Он не был ни драконом, ни грифоном. Он был человеком.

— Человеком? – влезла Каденс, — А кто такие человеки?

— Не «человеки», а «люди». Когда их много, они говорят «люди», когда один – «человек». Я не буду рассказывать тебе о них подробно, все равно они не водятся в Эквестрии. Если коротко, то люди – это такие лысые обезьянки, которые имеют разум, схожий с пони. Они живут около ста лет, их довольно много, но имеют они не самую хорошую славу. Впрочем, не будем о них. Вряд ли вы когда-нибудь их встретите.

— Слушай, Сомбра, — неуверенно спросила Твайлайт, — я тут подумала…

— Да?

— Ты… ты бы не мог меня немного подучить магии? Все заклинания, которыми владею, я выучила из книг, предоставленных для меня Селестией, а ты… твоих я не встречала не в одной из них! Это же сколько новых знаний…

— Ну, в принципе, я бы мог обучить тебя паре заклинаний, но…

— Но?

— Все дело в том, что моя основная специализация – Магия Тьмы. Я могу показать тебе пару заклинаний, но если заниматься углубленно… Подумай хорошенько, нужно ли тебе это? Магия Тьмы годится только для разрушений и не делает, в отличие от Светлой, никаких скидок на боль и страдания. Она относительно проще других школ в освоении, но и гораздо коварнее. Если ты не сможешь сдержать её под контролем, то она… Впрочем, зачем говорить очевидное? Именно это произошло со мной и Луной. Это и есть профессиональная болезнь всех Магов Тьмы.

— Жаль… — вздохнула Твайлайт. А ведь был такой шанс. Когда она стала ученицей Селестии, она рассчитывала на частные уроки, но Солнечная принцесса лишь дала ей доступ в закрытые секции библиотеки. Впрочем, Твайлайт её не винила: как-никак она правитель Эквестрии, у которой полно забот.

— Я ещё не закончил, — поднял копыто Сомбра, — тем не менее я владею не только Магией Тьмы, но и знаю заклинания других Школ, которым и могу попытаться тебя обучить. Например пиромантия, криомантия, электромагия, Магия Снов, демонология, телекенетизм…

— Ничего себе, — удивилась Каденс, — такое разнообразие… Неужели вас всему этому обучали в Академии?

— Нет, конечно же. Если бы я в совершенстве овладел хотя бы половинной всего того, что нам предоставляли на выбор, я стал бы не архимагом, а Высшим.

— То есть, это еще не все?

— Конечно же нет. У нас были факультеты Техномагии, Големостроения, Шаманизма…

— Сколько дисциплин, — присвистнул Шайнинг, когда дед закончил перечисление. Их оказалось ровно шестьдесят. – А какая из них самая сильная?

— В корне неверный вопрос. Сила каждого мага зависит от условий и ситуации. К примеру: гидромант будет полезен на море, но с треском проиграет геоманту в пустыне, даже если будет на несколько уровней сильнее. Аэромант бесполезен под землей, а пиромант на севере. Некроманты, как правило, слабы в открытом бою, но их защищает созданная ими же нежить. Впрочем, все-таки есть две школы, с которыми мне не слишком бы хотелось встречаться: Магия Хаоса и Магия Имен.

— Магия Хаоса и Имен? – переспросила Твайлайт, что-то бешено записывающая в блокнотике. — А почему?

— Эти факультеты были у нас в Академии одними из самых малочисленных. Магия Хаоса отличается от других школ тем, что вместо обычных заклинаний они используют… свое воображение. Им не нужно тратить время на выучивание новых текстов, достаточно натренировать волю, что экономит им время. Но даже это не так страшно, как Магия Имен. Магия Имен позволяет подчинять разных существ своей воле с помощью их Истинного Имени. Просто представь, если твой противник чуть слабее тебя в магическом плане, ты сделаешь его своим рабом, преданным и покорным. Причем это относится не только к живым или условно-живым существам: узнай Истинное Имя огня, и он покорится тебе.

— А способ защититься от этой демонщины есть? – передернул плечами Шайнинг. Информация, что существуют маги, способные подчинять одним лишь словом, ему не понравилось.

— Есть пару способов. Во-первых, воля. Если ты хотя бы чуть-чуть сильнее оппонента, его фокус уже не пройдет. А во-вторых, если изменится твое Имя.

— Имя? Как может измениться ИМЯ?

— Твайлайт, — вздохнул Сомбра, — это не то имя, о котором ты думаешь. Истинное Имя есть квинтэссенция всей тебя. Душа, характер, чувства, сила… Это очень сложно, угадать Истинное Имя случайно. Но если у тебя получится, ты сможешь сотворить с жертвой все, что захочешь. Она и словом тебе не возразит.

— Ладно, хватит о магии, — сменила тему Каденс, — может, зайдем туда? – копытце розовой аликорнши указывало в сторону небольшого, но уютного магазинчика безделушек, пристроившегося в переулке.

Это и вправду оказался нечто среднее между лавкой сувениров и барахолки. Не в плане качества, вещей, в плане ассортимента: зебриканские маски на стенах, картины, снежные шары, бронзовая посуда, сувенирное оружие, статуэтки, и многое, многое другое. За прилавком молодой толстоватый единорог-продавец в очках в роговой оправе, с веснушками, читающий журнал. Рядом стоит коробка конфеток, писчие принадлежности и маленькая фотография розовой улыбающейся кобылки с русой гривой, заключенная в позолоченную раму.

— Смотри, тут написано, что это корень мандрагоры! – ткнула Спаркл под нос бывшему императору корешок необычной формы.

— Все верно, — подтвердил Сомбра, осмотрев растение, — это, действительно, корень мандрагоры. Только зачем он тебе? Чтобы он принес достаточную пользу, нужно… — внезапно, его взгляд зацепился за небольшую коробочку, стоящую на одной из полок за продавцом.

Уже не обращая внимания на внучку, он быстро подошел к торгашу, после чего, немного хриплым голосом, попросил показать ему вещь номер двадцать два. Тот, даже не взглянув на посетителя, спокойно левитировал её с полки на прилавок.

При ближайшем рассмотрении, это оказалась шкатулка голубого цвета, сделанная из кристаллов. В отличие от стен, крыша была сделана из стекла, и, если рассмотреть, можно было увидеть, как внутри лежат какие-то фигурки.

— Твайлайт, — тихо попросил Сомбра, — купи это. Заплати сколько хочешь, но КУПИ.

— Ладно, ладно, — удивленно посмотрела на него внучка, — эй, мистер, — обратилась она к продавцу, — мы бы хотели купить эту шкатулку…

— Не продается, – отрезал тот, не отрываясь от журнала.

— Но, она же стояла у вас на прилавке!

— Не на прилавке, а на задней стенке, — оторвался все-таки единорог от чтения, — там стоят коллекционные вещи, принадлежащие моему магазину. Например, эта шкатулка принадлежала ранее императору Сомбре, и я ни за какие богатства не…

— Принадлежала Сомбре?! – рявкнул, не выдержавший, единорог, — Так я И ЕСТЬ Сомбра! – одновременно он, прежде чем Спаркл успела остановить его, сбросил иллюзию, открывая истинное лицо.

Увидев перед собой тирана вблизи, Джар чуть было не потерял сознание от ужаса. Он попытался было заорать, но не сумел выдавить и звука. Единственное, на что его хватило, это обхватить передними копытами шкатулку, и пискнуть: «Не отдам!», предварительно зажмурившись.

— А ну отдавай мне мою вещь, ворюга! – попытался выдрать у него шкатулку архимаг.

— Не отдам! Что нашел, то мое!

— Что значит «нашел»? – влезла между ними Твайлайт, с мольбой глядя на деда. Тот гневно засопел, но оставил торгаша в покое. На шум прибежали кристальные принц с принцессой, благо, других посетителей не было.

Оказалось, что когда тиран был повержен, кристальные пони принялись за уборку дворца. В процессе, они начали избавляться от старых вещей императора, тривиально выкинув их на помойку. Да и было их, если честно, не особенно много, а точнее совсем мало, в основном картины и знамена. Однако нашлись и такие, которые растащили часть вещей на коллекции. Кто-то для того чтобы продать, кто-то для себя. Джар оказался из последних. Несколько раз ему предлагали за неё большие деньги, но шкатулка, хоть и была сломана, запала ему в душу.

— Сломана?! Сломана?!! Да что ты понимаешь в магических артефактах такого уровня, невежда?! Смотри! – одновременно с этими словами Сомбра обрушил на коробочку лезвие темного фламберга. Джар протестующее было заорал, однако, к удивлению присутствующих, на шкатулке не осталось ни царапинки.

— Эм, извините, Джар?.. – обратилась к единорогу Спаркл.

— Твистер.

— Хорошо, пусть будет Твистер. Видите ли, мы ОЧЕНЬ хотим купить эту шкатулку. Я не стану оспаривать ваше право на её владение, так как вы действительно нашли её после того, как её выкинули, но может, вы нам уступите её, скажем… за пятьсот битсов?

— Нет.

— Семьсот?

— Мне предлагали и больше.

— Тысяча, – вмешался Шайнинг Армор.

— Аналогично.

— Даже не уступите нам с мужем? – вмешалась Ми Аморе, глядя на единорога с просьбой. Тот напрягся. Перевел взгляд на шкатулку. Снова Каденс с Шайнингом. На его лице отображалось нешуточная борьба. Он явно разрывался: продать шкатулку принцессе с принцем, либо оставить себе. С одной стороны, они – герои Кристалльной Империи, но с другой…

— Да что с ним торговаться?! – не выдержал Сомбра. — Сейчас я превращу его в один компактный уголек, и мы спокойно разойдемся по домам!

— Сомбра, — осадил его Шайнинг, — я понимаю, что ты чувствуешь, но он действительно нашел эту вещь, когда она была без хозяина. В конце концов, мы должны соблюдать определенные правила. Даже правитель не должен нарушать их.

— Я больше не правитель!

— Но ты ОБЯЗАН подчиняться законам Эквестрии. Мы можем купить, но мы не имеем права отнимать.

Минуту внук с дедом смотрели друг на друга. В душе у Сомбры боролись две стороны выбора: отнять шкатулку силой и потерять уважение внука с внучкой, либо попрощаться с, возможно, последней вещицей, оставшейся от Морн, но сохранить к себе хорошее отношение. Второе победило.

— Подавись, – прошипел он прямо в морду торговцу, швыряя шкатулку ему так, что тот невольно пошатнулся. – Я возвращаюсь обратно в замок.

Проводив темного единорога взглядом, Каденс вздохнула, вновь поворачиваясь к торговцу.

— Вот, — внезапно тихо ответил тот, склоняя голову так, чтобы покупатели не смогли разглядеть его морды, прикрытой гривой, протягивая шкатулку — берите. Бесплатно.

— Бесплатно? – выгнул бровь Шайнинг.

— Вы… вы герои Империи… – ещё тише ответил Джар. Голос у него странно дрожал, — вы вольны взять всё, что угодно в моем магазине… вам завернуть в подарочную упаковку?

— Погодите, мы отойдем на секундочку, — попросила Твайлайт, утаскивая брата и невестку в сторону. — Так, мне кажется, тут что-то не так, – тихо заявила она, кося глазами на Джара. Позиция того совершенно изменилась.

— И так понятно, — согласился Шайнинг, — сопротивлялся, сопротивлялся, и вдруг резко согласился на «бесплатно»? Похоже, мы его «сломали».

— Ему больно, — внезапно ответила Каденс.

— Больно?

— Он… ему очень важна эта шкатулка, но… но, как бы, не для личного использования… не знаю как объяснить, – сдалась наконец Каденс.

— Ладно, тогда спросим прямо, — пожал плечами Армор, подходя обратно к Джару, — ладно, рассказывай, что у тебя случилось.

— За… зачем вам это? – ответил тот, все еще не поднимая взгляд. – Берите. Это подарок от магазина.

— Поверьте, — подошла Каденс. Её голос заставил Джара посмотреть на покупателей. Увидев его лица, Армор понял, почему Твистер не хотел поднимать голову. Он не хотел, чтобы покупатели видели его слезы. – Мы попытаемся вам помочь, если узнаем причину.

Помолчав минуту, Твистер собрался с духом, после чего поведал свою историю. На самом деле дело было вовсе не в шкатулке. Точнее, он не собирался оставлять её СЕБЕ. Шкатулка должна была стать подарком для его Особенной Кобылки, Авид.

Несмотря на то, что по этой пони сохло много жеребцов, она выбрала именно Джара. Многие недоумевали почему, но все было просто: они оба самозабвенно любили коллекционирование. Кому-то бы это казалось недостаточным, но только не им. Однако, если Джар собирал оружие, то его любимая предпочитала личные вещи правителей: шлемы, серьги, кольца… шкатулки.

Когда вещи Сомбры растащили на сувениры, Авид, к сожалению, ничего не досталось. Зато удача улыбнулась Твистеру: он ухитрился достать не что-нибудь, а личную музыкальную шкатулку самого императора!

Однако он не хотел дарить её просто так, нет. Зная, в какой восторг придет Авид, Твист решил сделать отдать ей шкатулку в какой-нибудь из праздников, например на день рождения или годовщину их свиданий. Заодно и попытался бы починить. Ближайшим праздником оказался День Сердец и Копыт, который должен будет произойти через месяц.

— … Но, я вижу, что вам она нужнее. Берите, – закончил свой рассказ Джар, вновь склоняя голову.

— Он не врет, – сразу заявила Каденс, как только семья отошла на совещание, — я это чувствую.

— Лучше бы он врал. А так он даже денег брать не хочет, – вздохнул единорог. — Ну и что мы теперь будем делать?

— У меня есть одна идея… — внезапно сказала Твайлайт, глядя на грустного торговца.

Сомбра сидел на балконе, с тоской глядя на ночной небосвод. Солнце уже давно ушло за горизонт, но ему было все равно. Подумать только, он, темный архимаг, темный поработитель, уступил какому-то торгашу…

— Сомбра, ты здесь? – на балкон вышла его внучка. Подойдя к нему, села рядом, с опаской глядя вниз. – Почему эта шкатулка так важна для тебя? Она?..

— Она была сделана Морн ещё до того, как я пал. Эту шкатулку мы создали вдвоем, сидя возле Кристального Фонтана в свете полной луны. Мы сделали её всего за одну ночь… — тихо сказал Сомбра, не смотря на своего потомка.

Та, немного посидев, фиолетовая единорожка вздохнула, после чего ушла. Вернулась она спустя пять минут, неся зажатый в зубах пакет. Встав рядом, положила его рядом с единорогом.

Развернув его, Сомбра не смог сдержать восхищенного вздоха, глядя на внучку с огромной благодарностью: на белой бумаге стояла синяя шкатулка со стеклянными верхом.

— Ты… ты все-таки уговорила его… — прошептал он, — Сколько ты отдала?

— Неважно, — отвела взгляд Твай, — лучше скажи, почему она не играет?

— Заряд кончился, — пожал плечами единорог, делая какие-то круговые движения копытом над ящичком, — она работает на эманациях Тьмы… Так, ещё немного, и…

И шкатулка открылась. В одно мгновение она разложилась на крестовидный каток, на котором расположились те детали, которые проглядывались сквозь крышу. Этими деталями оказались две фигурки, выглядящие так, словно сделанные из фарфора: единорожка-балерина, одетая в белый балахон с небольшим посохом, и черный рыцарь в легких доспехах и плаще с капюшоном, вооруженный косой.

Но что больше всего поразило Спаркл, так это её внешность: невероятно светло-аметистовая шерстка, и чуть более темная грива. Глаза же были, как контраст, темно-фиолетовыми. Часть осветлить, часть затемнить, добавить полосы в волосы, чуть-чуть подправить мелкие черты лица, скинуть десяток лет – выйдет практически точная копия Хранителя Элемента Магии!

Тем временем фигурки пришли в движение. Откуда-то полилась чарующая, завораживающая музыка. Под нее маленькие пони посмотрели друг на друга, перехватили свое оружие поудобней, и метнулись навстречу. Столкнувшись, закружились по кругу, ища слабые места у оппонента.

Внезапно за спиной у светлой, словно бы вспыхнуло темное пламя, из которого вылез демон, так похожий на маргула, только увеличенный до размеров пони. В тот же час Сомбра, закованный в черные латы (Твайлайт не сомневалась, что это был он), атаковал, но не Морнинг, а демона, готового кинуться той на спину. В тот же час за его спиной открылся портал, в который, прежде чем оттуда успело что-то выбраться, ударило миниатюрное Копье Света, и тот захлопнулся, так и не высвободив тварь.

Ещё минуту они сражались под музыку, спасая жизни друг друга от самой разной нечисти, лезущей из порталов. Наконец, когда последний из противников осыпался пылью, Морнинг, посмотрев на своего напарника, откинула капюшон, тот снял шлем…

— Она всегда любила эту историю, — задумчиво прокомментировал Сомбра, глядя на развернувшееся действо. — Светлая магиня и Темный Властелин, которые полюбили друг друга настолько, что встали бок о бок против демонов Бездны. Ладно, уже поздно… — быстро сказал он, захлопывая шкатулку. Обычный поцелуй, постепенно, набирал обороты, перерастая в кое-что более личное.

— А что было дальше? – с интересом, и некоторой неловкостью, посмотрела на шкатулку Спаркл.

— Ну, дальше где-то минута эпилога, в котором рассказывается, как был… кхм… рожден первый Спаркл в этом мире. Ну, как рассказывается… На самом-то деле это все выдумка, поэтому Морн использовала свою фантазию на полную катушку. И вообще, неважно, я этот кусок все равно потом сотру! Наверное…

— Да ладно, — хихикнула Твай, отводя глаза, — я уже взрослая кобылка…

— Взрослая-то взрослая, а в мою личную жизнь… Стоп, а где твоя заколка? – внезапно поинтересовался Сомбра, глядя на внучку. Действительно, он только сейчас обратил внимание, что заколка, с которой ходила Твай, пропала.

— Ну, я…

— Ты?..

— Я обменяла её на шкатулку, – вздохнула Твай. – когда ты ушел… — она пересказала дедушке всю ситуацию с Джаром.

— Значит, она была нужна ему как подарок? Для Особенной Пони? — оторопело переспросил Сомбра.

— Да, Каденс подтвердила. Она никогда не ошибается в таких вещах.

— И ты обменяла фамильную драгоценность, которую тебе подарили родители, только ради этой шкатулки?

— Да. — пожала Твайлайт плечами, — Наш род довольно известен в Эквестрии, а деньги он не хотел брать. Ты разве не рад?

— Я давно не был так счастлив… — задумчиво ответил единорог, обнимая внучку.

Твистер в очередной раз покрутил в копытах заколку, смотря на неё невидящим взглядом. Тот кто её сделал, явно знал свое дело, но… но это скорее утешительный приз. Авид, конечно, будет довольно, но если бы она получила шкатулку Темного Единорога…

Твист вздохнул. На душе было паскудно. Именно в такие моменты, когда нужно выбирать, что хуже, он и ненавидел свою жизнь.

От созерцания его оторвал звук дверного колокольчика, сигнализирующего, что у него ещё гости.

— Здравствуйте, я рад приветствовать вас в своем… Опять вы? –безразлично поинтересовался Джар, глядя на вошедшего бывшего тирана мертвым взглядом. Он бы сейчас не удивился, если бы тут появились принцессы-аликорны, чтобы лично отправить его в Тартар за пособничество Дискорду, или за что-нибудь ещё. Просто бы встал и пошел.

Тем временем Сомбра спокойно подошел к стойке.

— Вот шкатулка, отдавай заколку, – сказал он ровным голосом, ставя ящичек на прилавок.

На секунду Джару показалось, что он ослышался. Недоуменно моргнув, он медленно перевел взгляд на Сомбру, внутренне молясь, чтобы это оказалось неправдой.

Тот, видя замешательство торгаша, вздохнул, после чего легонько стукнул шкатулку. По лавке поплыла музыка…

— Заряд я заполнил, хватит на пару десятилетий. А там попросишь любого толкового мага уровня не ниже магистра. Ну, как?

Твист, до которого наконец дошло, насколько ему повезло, взвизгнул от счастья, после чего, с криком «Спасибо!», мгновенно упаковал заколку в подарочную коробочку.

— Не желаете взять ещё чего-нибудь? За счет заведения! – поинтересовался он, глядя на императора преданным взглядом. Ещё бы, Сомбра не только вернул шкатулку, но ещё и починил её! Тиран, благодаря которому он почти три года вкалывал в шахтах, которого он боялся, словно снежного волка-пониеда, даже не взял платы за починку! Ну не считать же платой заколку, которая и так была не его? А за такое зрелище, которое развернулось на волшебной вещице… Все их друзья и подруги просто умрут от зависти!

— Нужно мне твое барахло, — добродушно фыркнул Сомбра, открывая дверь выхода. К его удивлению, а скорее удовлетворению, он совершенно не чувствовал жалости, что оставляет возможно последнюю вещицу, которая напоминает ему о любимой, в копытах этого пони. — Счастливо оставаться!

— Ваше величество!

— Чего тебе? – последний оклик заставил Сомбру изумиться. – И я тебе больше не «Величество».

— Пусть так, – хмыкнул Твистер. – Но, вы действительно изменились, ваше величество.

## Душа Льда, часть 1

Песня писалась под вдохновением "Ну разве я такой уж плохой" из Лоракса.

— Осторожно, ещё осторожней… Да не напрягайся ты так! Расслабься и представь защитное поле вокруг шара! Уже лучше. А теперь, давай!

Висевший перед фиолетовой единорожкой огненный, размером с голову пони, с ревом устремился к мишени. Пролетев несколько шагов, он внезапно растекся в воздухе, словно поврежденный желток на сковородке, мгновенно истаяв.

Твайлайт вздохнула, глядя на мишень, стоящей от неё в десятке метров, с легкой укоризной, словно бы это она виновата, что её заклятье Огненного Шара не достигло цели. Стиснув зубы, вновь наклонилась, выставив рог вперед. Перед ней начала расти небольшая искорка…

— Хватит, — подошедший к ней Сомбра задул искорку так легко, словно обычную свечку, — на сегодня достаточно.

— Я ещё не закончила! – возмутилась Твайлайт, тяжело дыша, — Зачем ты это сделал?!

— Внучка, это уже тридцатая попытка. – спокойно ответил Сомбра глядя на Спаркл с легкой насмешкой, — Я очень ценю твое упорство, но ты должна понимать, что всему должен быть предел. В том числе и тренировкам.

— Я не устала!

— Да ну? – приподнял бровь кристальный король, — А судя по твоей ауре, ты сейчас упадешь в обморок. Хватит. Я понимаю, что ты очень хочешь овладеть новыми знаниями, но не требуй от себя невозможного. Мы всего четыре дня как вернулись из Империи, а ты уже делаешь хорошие успехи в овладении Огненным шаром второй степени.

— Ну, не такие уж и успехи… — покраснела Твай, довольная за похвалу.

— К твоему сведенью, я овладел им только две с половинной недели спустя после того, как мне показал его мастер Рекар. И вообще, будешь перечить учителю – брошу, – отрезал единорог, направляясь в Понивилль.

В очередной раз вздохнув, Твайлайт поспешила за ним. По дороге кристальный король то и дело, время от времени, доставал из-под плаща заколку Твайлайт, несколько секунд рассматривал её, после чего прятал обратно.

— Да не волнуйся ты так, — не выдержала Спаркл, когда её дедушка в очередной раз достал украшение, — найдем мы твои ингредиенты для круга! А там ты и свой омнископ раздобудешь! Ты же знаешь, куда перемещаться?

— Да знаю, только вот до расцвета белоцвета ещё несколько недель…

Да, отсутствие такой травы, как белоцвет, был проблемой для Сомбры. Все дело в том, что архимагу, внезапно, улыбнулась удача. Вернувшись от Твистера, единорог поспешил отдать заколку её истинной владелице, однако, как только он коснулся украшения, развернув то из упаковки, оно засветилось ровным, мягким желтым цветом.

Пораженный Сомбра поведал внучке, что это не обычное украшение, а артефакт под названием Звезда Пути – артефакт-маячок, замкнутый на душу владельца. Обычно такие маячки создавались для определенной цели: знать состояние цели. К примеру, такие артефакты давали экспедициям, которые направлялись в земли, где связь могла просто-напросто не работать. По ним можно было сразу сказать, стоит ли ждать исследователей домой. В зависимости от мастерства мастера-артефактора, такие маячки могли транслировать как общее состояние жив — мертв (самые простые), так и точное, вроде переломов (усложненные). Каждое состояние определяется цветом, на который было замкнуто состояние. Если же Звезда переставала светиться, это означало лишь одно: душа прошла полное перерождение.

У Морн, с одной стороны, Звезда Пути была не самой сложной, демонстрирующей всего три цвета: зеленый – жизнь, красный – смерть, и желтый, означающий что «якорь» находится в другом мире. Однако было кое-что, что мешало занести его в «простые»: условия активации. В этом, к слову, и хранится недостаток таких артефактов: чем он сложнее, тем проще условия, активирующие Звезду. К примеру, Звезды, имеющие спектр цветов от семи, спокойно работают в любых руках, поэтому нужно подумать несколько раз, прежде чем дарить кому-нибудь такое сокровище. А вдруг оно попадет к врагу?

Впрочем, Звезда Сомбры была ориентирована только на него, реагируя, как он объяснил, на количество Тьмы в его душе. Благодаря Кристальному Сердцу он смог вычистить большую часть этого «мусора», а жизнь с внучкой добили излишки. Если бы единорог отобрал у Твистера заколку силой, кто знает, когда бы она активировалась снова…

Теперь же ему требовался устройство под названием «омнископ», позволяющий определить, на сколько параллельных миров этот артефакт ловит сигнал своей хозяйки-создательницы. К сожалению, у Селестии с Луной прибора не оказалось, как и стационарных межмировых порталов. В принципе, Сомбра и сам мог сотворить Врата, но ему не хватило всего ничего: травы-белоцвета. Зацвести она должна была через пару недель, но кристальному императору не терпелось навестить старых друзей.

— А скажи-ка мне, деда… — попыталась задать Твайлайт очередной вопрос, когда молчание несколько затянулось, но тот неожиданно остановился, после чего принялся принюхиваться к воздуху. Одновременно с этим он вскинул копыто, прося помолчать.

— Чую магию… — негромко произнес он, глядя в чащу. – Ну-ка, погоди пару минут… — с этими словами он нырнул в кусты.

Несколько минут там слышалась какая-то возня, после чего единорог вновь возник из зарослей, таща на себе что-то.

Это «что-то» оказалось белым, словно мрамор, земным пони среднего роста и телосложения. Растрепанная русая грива, изрядно потемневшая и слипшаяся от грязи, скрывала его лицо. Вокруг его живота было обмотано нечто, что сиреневая единорожка приняла за необычный пояс, но это оказалась цепь. Черная, словно сама Тьма, цепь.

— Домой, — коротко скомандовал Сомбра, создавая портал в библиотеку, — Быстро.

— А?..

— Там объясню.

Та только кивнула.

— Твайлайт, тебе письмо от принцессы! – поприветствовал их Помощник Номер Один, размахивая очередным посланием. Он уже привык к черным воронкам, из которых любил появляться новый постоялец «Золотого Дуба». – Ой, а это кто?

— Спайк, постель, — сразу перешел к делу единорог. – Потом узнаешь подробности.

— Может, сначала ванную? – покосился на земного дракончик. Тот действительно выглядел так, будто искупался в луже.

— БЫСТРО! – рявкнул Сомбра, — У него магическое истощение! Еще чуть-чуть, и он откинет копыта!

Охнув, Спайк помог перенести больного на кровать темного мага (она была ближе, а сам Сомбра плевать хотел, что случиться с его местом сна). Приложив

копыта к вискам пони, единорог попросил не трогать его полчаса, после чего закрыл глаза, принимаясь нашептывать сразу несколько заклинаний: Исцеления, Восстановления, Укрепления и Расслабления. Бедняга оказался поврежденным не только в магическом, но и в физическом плане.

Спустя час Сомбра открыл глаза, устало вздохнул, после чего посмотрел на пациента. Тот спал сном младенца. Удовлетворенно кивнув самому себе, он спустился вниз налить себе стакан воды.

Отпив половину, потерял концентрацию, покачнулся, после чего прислонился к стене.

— Не может быть, — судорожно прохрипел он, с силой втягивая воздух в нос. – Эманации Хаоса? Так близко?! Неужели… Прорыв?!!

Попытавшись просчитать координаты предполагаемого источника катастрофы, он резко рявкнул что-то неприличное на старотемном, после чего сотворил себе фламберг. Открыв портал, не колеблясь, нырнул в него, уже не думая о лежащем без сознания земном. Его внучка была слишком близко.

Выйдя из портала на другой стороне, он так и не решил, что хуже: его страхи, или реальность.

— … и то, что ваши надежды связаны с этой пони! – существо, больше всего похожее на смесь разных созданий ехидно хихикнуло, разглядывая окружающих его пони ироничным взглядом.

— Откуда ты это знаешь?! – возмущенно поинтересовалась Твайлайт.

— Превращение в камень не помешало мне слышать каждое слово Селестии, правда, глазам от удивления было сложно залезть на лоб, — с этими словами Дискорд вытряхнул свои очи из глазниц, метнув их в сторону, словно игральные кости.

Правда, они так и не достигли земли, перехваченные телекинезом Сомбры.

— Знаешь, в отличие от тебя я не был бы так самонадеян, — холодно проговорил он, надавливая на глаза драконикуса копытами.

— Сомбра, — медленно повернулся к нему Дискорд уже с новыми буркалами. – Надо же, и ты здесь… — в присутствие единорога он частично растерял свой пыл, но не полностью.

— Как видишь, — кивнул тот, не отрывая от драконикуса прищуренного взгляда. – Рассказывайте, — обратился он к Хранителям. – Коротко и быстро.

— Селестия далеко? – задумчиво поинтересовался, как только его внучка закончила объяснения.

— Улетела обратно в Кантерлот. А что?

— А то, что если это она так пошутила, то это крайне неудачная шутка! – рявкнул единорог. Одновременно с этим вокруг него вспыхнуло несколько темных огоньков. – И я сейчас это исправлю!

Одновременно с этим он метнулся вперед, нанося удар фламбергом сверху вниз. Вскрикнувшая внучка попыталась помешать предку, однако её помощь не понадобилась. Дискорд, вместо того чтобы как-то защитится, сделал шаг вперед, после чего вскинул переднюю львиную лапу, перехватывая лезвие голой ладонью.

— Ути-пути, какой злой, — просюсюкал он, глядя на Сомбру с ехидцей. Однако, заметив что по мечу начинают пробегать темные всполохи, торопливо щелкнул пальцами, и фламберг просто разлетелся, трансформировавшись в стаю бабочек.

— Я загоню тебя обратно в Изначальный Хаос! – прошипел Сомбра, создавая себе из мрака косу.

— Остынь, королек!

Темный единорог еле успел выставить Пламенеющий Щит, когда после очередного щелчка над ним возникла гигантская бадья воды. Взревев, он наклонился вперед, готовясь жахнуть чем-нибудь поубойнее, однако между поединщиками вклинилась фиолетовая единорожка.

— Так, все, хватит! Сомбра, Дискорд, прекратите, пока я не применила Элементы! Как маленькие жеребята, право слово!

— Маленькие жеребята?! – пропыхтел единорог, стремительно развеивая энергию, подготовленную для Копья Порядка. – Внучка, ты вообще понимаешь, что происходит?! Перед тобой Дух Хаоса, Дух Раздора, тот, кто щелчком своих пальцев может превратить весь Понивилль в сумасшедший дом! Ты что, действительно надеешься, что вам удастся его исправить?!!

— Не уверенна, но Селестия поручила нам эту работу, а значит, мы должны хотя бы попытаться! Если же не получиться, — скосила она взгляд на драконикуса. – Мы всегда успеем использовать Элементы.

— Гррр…

— Ой, да ладно тебе, Сомбра, — язвительно вмешался Дискорд, поглаживая головку Флаттершай, — Подумаешь, были у нас некоторые разногласия в Академии, но сам по себе я не такой уж плохой.

— Ты мне тут не заливая, морда драконья! Я тебя насквозь вижу!

— Право слов, — сделал оскорбленное лицо Дух Раздора, — Разве я действительно так вам не нравлюсь? Я всего лишь люблю пошутить!

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Просто все идет само собой.

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Глупо спорить со своей судьбой.

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Просто все идет само собой.

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Ну разве я такой уж плохой?

Пропев это, Дискорд телепортировался в сторонку. Теперь на нем был смокинг, цилиндр и тросточка с тяжелым набалдашником. Картину довершал монокль в правом глазу. Разведя лапы в стороны, он ехидно посмотрел на Элементов:

Поймите, есть закон природы.

Всему живому он знаком.

Что сильнейший выживает.

Давно проверенный закон.

И побеждает тот, кто пускает в ход

зубы когти или яд.

А того, кто слишком нежен, неподвижен, безмятежен, того не спросив

как дела-ла-ла съедят.

Одновременно он щелкнул пальцами, и все пони, кроме Сомбры, оказались на гигантских тарелках.

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Просто все идет само собой.

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Глупо спорить со своей судьбой.

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Просто все идет само собой.

Ну ра-а-зве-е я плохой?

Ну разве я такой уж плохой?

Есть и в магии законы.

Один из них затерт до дыр.

Что у кого побольше силы,

тот вертеться заставляет мир.

Я и тренирую потенциал,

Что и так уже не мал.

Возвышаясь, словно бог, над толпой!

Эй, вы там, всей гурьбой,

Займитесь собой!

Ну, а я буду занят мной, мной, мной, мной, мной.

А ну, Сомбра, тряхнем стариной?!

Хитро посмотрел он на единорога. Тот ответил взглядом Люцифера в плохом настроении.

А ну-ка все вместе! – ничуть не обиделся Дискорд, — Смогедим смок!

Щелчок, и начинает идти дождь из шоколадного молока.

— Шлеп-губошлеп!

Еще щелчок, и сквозь землю прорастают тернии из леденцов.

— Да! Ну разве я такой уж плохой?!

— Дискорд, хватит! – в очередной раз рявкнул Сомбра, создавая небольшую черную молнию. – Значит так, — обратился он к Флаттершай, пока, относительно успокоившись, Дух Раздора щелчками убирал за собой. – Я, так уж и быть, не стану перечить Селестии. Но! Но если вам понадобиться помощь в изгнании этого… «шутника», вы знаете, где меня искать. Идем, внучка.

— Ты встречался с ним раньше? – поинтересовалась Твайлайт, пока они брели по направлению «Золотого Дуба».

— Помнишь, я рассказывал тебе о кафедре Магии Хаоса? Так вот, Дискорд был учеником по обмену. Он проучился у нас всего два года, но успел нажить себе во враги половину школы, и ни одного друга.

— Неужели все так действительно плохо? – тихо поинтересовалась единорожка. То, что у Дискорда, оказывается, возможно, никогда не было друзей, несколько поменяло у неё представление о драконикусе.

— А ты бы стала дружить с тем, кто при первой встречи вместо приветствия швыряет тебе торт в лицо? К тому же, у меня аллергия на лимоны… была.

— Оу…

***

Лакиэля мучили кошмары. Бедный пони постоянно куда-то бежал, прятался, пытался вспомнить все, чему его учили в Урзасе, академии магии Льда, но страх словно высасывал из него всю память, все знания, вдолбленные наставниками на протяжении лет обучения.

— Магическое истощение…

Магическое истощение? У него?! Да, это похоже… Интересно, какая тварь попыталась помешать Лаки нормально переместится? Неужели, Тироэль опустился даже до того, чтобы убить соперника еще до начала испытания?

— Сначала ванну?..

Да, теплая ванна ему бы сейчас не помешала… Впрочем, как и ледяная: народ Лакиэля хорошо умеет переносить холод.

— Быстро!..

И вправду, лучше бы побыстрее, не хочется умирать так… так глупо. Ему ещё ведь нужно… Нужно найти единорога… Как там его имя? Мысли путаются… Со… Сомбра! Точно! Дедушка говорил, что Сомбра поможет! И тогда он сможет… сможет претендовать…

— Очнись. Вставай, задохлик. Подъем! – одновременно с этим последовал мощный магический всплеск, мгновенно напитавший Лакиэля силой.

Судорожно вздохнув, он резко открыл глаза, на мгновенье ослепнув. Проморгавшись, скользнул взглядом по окружающей обстановке. Так, судя по всему, это чье-то жилище, сам Лакиэль лежит на кровати. А он ещё удивлялся, почему в последнее время ему казалось, что земля стала мягче…

— Видишь, внучка, как я и говорил, немного магии, и скоро будет как новый.

Переведя взгляд в сторону, Лаки увидел предполагаемых хозяев дома: фиолетовую единорожку с кьютимаркой в виде звезды и темного единорога в плаще с саблевидным рогом. И если аура первой его не особо впечатлила (легкая фиолетовая, уровень не выше мастера), то второй… На пару секунд Лакиэлю показалось, что он смотрит не на живое существо, а ураган из черного пламени.

— Хватит пялиться, — весело хмыкнул «ураган». – Никогда архимагов не видел?

— Прошу прощения, — пробормотал Лакиэль, опуская взгляд вниз. В присутствии НАСТОЛЬКО сильных магов он вечно терялся. Ещё с детства ему втемяшили одно простое правило: в присутствии сильных магов колдуны поменьше должны молчать, смотреть в пол и говорить, только если спросят.

Сомбра склонил голову набок, глядя на растерянного пони. На самом деле он его отлично понимал, сам до получения магистра был таким же. Но, если ничего не предпринять, это затянется надолго.

— Ладно, давай, рассказывай, как тебя угораздило попасть к нам, и что ты вообще забыл в этом мире. Ты же из Асгарда, так?

— Асгарда? – недоуменно посмотрела на Сомбру Твайлайт.

— Соседний мир, — пожал плечами единорог. – Асгард – самоназвание. Ещё его называют Миром Вечного Льда, но, по правде говоря, таких миров достаточно много. Населен альфарами.

— Альфарами?

Теперь на внучку удивленно посмотрел уже Сомбра.

— Эмм, Твайлайт, а тебе этот пони не кажется странным?

— Ну-у-у… — внимательно посмотрела та на асгардийца. Тот невольно покраснел от смущения. – Обычный земной…

— Земной?! – поперхнулся архимаг. – Ах да, точно, у тебя же ещё плохо получается видеть ауры… Эй, альфар, покажи зубки, — тот покорно выполнил требования. Они у него оказались самые обычные, лошадиные, за исключением четырех острых удлиненных клыков. – Ну что, у обычных пони могут быть такие?

— Не-не-не могут… — заикаясь, ответила единорожка. Удлиненные зубы гостя её изрядно напугали. Словно у какого-то вампира…

Видя нервозность внучки, Сомбра, словно бы невзначай, тоже зевнул. Его клыки оказались не меньше.

— Ты тоже?!

— Что тоже?

— Из них!

— Внучка, — вздохнул бывший император. – Вот скажи мне, я сильно похож на асгардийца? Только учти, что все они поголовно белые, со светлыми волосами. Нет, моя дорогая, я, к твоему сожалению, дашейд. Чистокровный, между прочим.

— Дашейд?

— Потом объясню. К слову, странно, что ты не слышала о альфарах раньше. Они довольно часто посещали ваш мир. Хотя, возможно все из-за того, что вы называете их немного по-другому.

— Да? И как же?

— Виндиго.

На пару минут единорожка онемела. Естественно, она слышала о злых духах, которые питаются враждой и ненавистью. Один раз ей даже казалось, что она видела их. Но альфар был вовсе не похож на этих чудищ.

— Рассказывай, — обратился тем временем Сомбра к, успевшему задремать, Лакиэлю.

— Ну, вы правы, мастер, — неуверенно начал тот. – Я действительно альфар из Асгарда. Зовут меня Лакиэль, для друзей Лаки. Понимаете, мне нужно пройти испытание, поэтому меня и послали сюда...

— Это все лирика, — отмахнулся единорог. – Мне куда интереснее, откуда у тебя моя противодемоническая цепь. Я потерял её давным-давно, когда от меня сбежала моя жена… Каким образом она попала к тебе?

— Мне дал её дедушка, — пожал плечами Лаки. – Сказал, что поможет мне пройти испытание. Ёще посоветовал найти единорога по имени Сомбра. Это, как я понял, вы?

— Верно. И как же имя твоего старика?

— Мурриэль. Для друзей – Мур.

## Душа Льда, Часть 2

Услышав имя своего старого соседа по комнате, Сомбра не сильно удивился. Присев на небольшое только что созданное черное креслице, он фыркнул, после чего рассмеялся.

— Мур… Мурриель… — выдавил он из себя между смешками. – Так значит, эта старая морозилка ещё жива! Поверить не могу…

— Тебя это так удивляет? – недоуменно покосилась на него внучка. Для неё новость о том, что очередному школьному знакомому деда исполнилась тысяча, уже стала привычной. – Ты же вроде говорил, что…

— Я помню, что говорил! А по поводу удивления… Эй, как там тебя, Лакиель! Сколько ему сейчас? Если я правильно помню временные континуумы, то никак не меньше… — единорог прикрыл глаза, пытаясь что-то высчитать в уме. – Сотни? – наконец неуверенно предположил он.

— Сто десять, — кивнул виндиго-альфар. – Отпраздновали два месяца назад.

— Внушительно. Хотя он же магистр алхимии… Ети ботаники умеют продлевать себе года. Небось каждый день пьет отвар из философского камня.

— Деда, а ты ничего не путаешь? – поинтересовалась Твайлайт, что-то быстро записывая в очередном блокноте. – Как ему может быть всего сто десять, если он твой ровесник?

— А ты как думаешь, внучка?

Твайлайт задумалась, глядя на улыбающегося Сомбру и скромно смотрящего в пол Лаки. Конечно, слово «континуум» ей ничего не говорило, но вот прибавка «временные»… К тому же она уже довольно много провела времени вместе со своим тысячелетним родственником, достаточно наслушавшись о параллельных мирах.

— Время в разных мирах течет по-разному? – сказала она скорее утвердительно.

— Именно, — кивнул Сомбра. – И каждое существо стареет только синхронно со своей реальностью. Исключения составляют разве что копытотворные миры, или анклавы, созданные сильными магами. Например, наша Академия. А ведь некоторые виды живут долго сами по себе. В «ускоренных» мирах они становятся поистине бессмертными. Ну, относительно, конечно. Но согласись, иметь у себя в запасе лет этак тысяч двадцать – не самая грустная перспектива? А ведь часть из этой черты вполне может проявиться в потомках…

— Потомках… А что по поводу твоего мира? Ты же не из Эквестрии, верно? А принцессы? Они тоже?..

— Сколько вопросов… Охлади пыл, малышка. Отвечу по порядку: да, я не из Эквестрии. Если учесть соотношение времени, — в очередной раз принялся высчитывать единорог, – сделать поправку на магическое заключение… Тот тип, который был применен ко мне, погружает тело в статис, — пояснил он. – Так что, считай, я не постарел ни на один день. Ладно, в общем, мне сейчас около тридцати. Если по эквестрийским, то сто пятьдесят. По поводу Селестии тебе лучше спросить у неё самой. Я сам не знаю, из какого она мира. Лично мне известно только то, что её мать прибыла сюда около пяти тысяч лет назад, после чего установила абсолютную монархию в Эквестрии. Ты, Лакиель, давай, показывай.

— Показывай что? – не поняла единорожка.

В отличие от неё, альфар знал, о чем идет речь. Глубоко вздохнул, он по колено засунул ногу в пространственный карман — для завороженной Твайлайт это выглядело так, словно он погрузил копыто прямо в воздух, — после чего извлек небольшую, размером с мячик для пинг-понга, сферу, заполненную густым туманом.

Аккуратно подтянув её к себе телекинезом, темный единорог прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Установив ментальную связь с артефактом, он жадно принялся считывать всю информацию, которую только мог найти. Увиденное ему явно не понравилось. Отложив сферу в сторонку, Сомбра хмуро уставился на притихшего Лаки.

— Раздачей целей до сих пор занимается Распорядитель? – внезапно поинтересовался он, барабаня копытом по подлокотнику.

— Эм-м… Нет, — помотал тот головой. – За последние пятьдесят лет наши традиции немного изменились, и теперь Раздачей занимается Кубок Холодного Огня.

— Это ещё что за маргулятина? Артефакт?

— Да, он…

— Не продолжай, — оборвал его Сомбра. – Значит, попытку чужого вмешательства отметаем… Эх, а так было бы интересно выяснить, кто это не любит наследников Мура…

— Мне кто-нибудь уже наконец объяснит, что происходит?!

— Объясню... Куда же я денусь… — проворчал в ответ на окрик внучки архимаг. – Только мне опять придется зайти издалека. Во-первых, виндиго. Нет, не альфары, а именно виндиго, — поднял он копыто. – Снежок, — ехидно посмотрел на гостя единорог, – у тебя уже достаточно сил. Покажи ей свой Огонь.

Тот только пожал плечами, сосредотачиваясь. Прежде чем Твайлайт успела спросить, что ещё за огонь, альфар неожиданно вспыхнул светло-синим, призрачным пламенем, словно факел, обильно смоченный маслом. Струясь по его шерстке, оно, однако, не причиняло ему никакого вреда, как и одеялу, подушке и кровати.

— Это, пожалуй, одна из главных особенностей данной расы, — принялся пояснять опешившей внучке архимаг менторским тоном. – Холодный Огонь – уникальная субстанция, которая готова порушить все теории атеизма. Дело в том, что это, в некотором роде, часть души альфара, которую тело неспособно вместить в себя. Именно поэтому они все поголовно маги, причем далеко не самые слабые. Вот только у асгардийцев, как правило, очень узкая специализация – Магия Льда, плюс полная неспособность к Магии Огня… Но меня уже заносит, — спохватился он. – Так вот, такая прорва силы имеет и негативную сторону: некоторые — точнее большинство — альфары после смерти, боясь узнать что там, за Гранью, непроизвольно трансформируются в то, что вы зовете «виндиго» — злых духов, питающихся злобой и ненавистью. Некоторые сильные индивиды способны даже выпивать чужие жизненные силы и даже души, что вполне переводит их из разряда духов в духо-подобных демонов.

— И какое отношение это имеет к Лакиелю?

— Лаки, — вмещался в разговор вышеназванный, глядя на единорожку с признательностью.

— Ну, мы в ответе за своих родственников. Раньше таких духов уничтожали наемники, но постепенно охоту на них стали использовать в качестве испытаний. В том числе и совершеннолетия. Как понимаешь, чем сильнее дух, тем выше положение ты займешь. Вот только нашему Снежку явно не повезло. По какой-то причине ему попался не захудалый призрак, а Братья Бури.

— Братья Бури?

— Ага, — задумчиво кивнул головой Сомбра, незаметно для самого себя погружаясь в мысли. – Одна из тех неприятных компаний, которой я не хотел бы переходить лишний раз дорожку. Если я правильно помню, этим маньякам уже около трех тысяч лет, и за эти годы они успели дорасти до ступени «архи».

— И что же теперь ему делать? – с жалостью посмотрела на альфара Твайлайт. – Он ведь не справится с ними?

— У него нет не единого шанса, — язвительно хмыкнул Сомбра. – Они сметут его движением мысли. А если он не развоплотит их, то навсегда останется здесь. Попробует вернуться – будет заклеймен трусом и неудачником без всякой надежды вернуть честное имя.

Сказав это, Сомбра зловеще хохотнул, после чего сотворил себе прямо из воздуха угольно черный кубок с анаграммой «С», из которого хлебнул первосортного сидра. Получив образец у Биг Мака, он уже через два дня научился делать создающее заклинание.

— Но ты ведь ему поможешь? – этот вопрос заставил единорога поперхнуться, пролив часть на пол. Все ещё присутствующий, но до сих пор молчащий Спайк, закатил глаза, после чего пробурчав что-то, направился за тряпкой.

— С… С чего бы это? – откашлявшись, поинтересовался архимаг.

— Ну…

— Давай-давай, назови мне хотя бы одну причину, по которой я должен ввязываться в эту авантюру.

— Почему ты просто не хочешь ему помочь? Ты ведь можешь! Ты же архимаг…

— Да, архимаг, — перебил её единорог. – Но я темный маг с уклоном в боевую отрасль, а не спирит-некромант.

— Но ты ведь умеешь укрощать демонов.

— Демонов! А не духов! Далее, по поводу твоего «ты ведь можешь», — ехидно улыбнулся Сомбра. – Тебе бы уже давно нужно было понять, что я ТЕМНЫЙ маг и по натуре своей обязан быть самовлюбленным эгоистом с раздутым самомнением, который чихать хотел на проблемы других.

— Но ты ведь не такой… — тихо возразила Твайлайт, глядя на дедушку поникшим взглядом.

— Именно такой. А вы все наивные всепрощающие оптимисты. Я вообще не понимаю, почему мне, бывшему тирану и мучителю целой империи, такой почет? Нет, я знаю, что не виновен, но даже Тия относится ко мне с опаской. Вы тоже не можете быть уверены, что я изменился. И промолчу на счет Дискорда, он – вообще отдельная тема…

— Наверное потому, — внезапно посмотрела внучка на своего предка полным решимости взглядом, — что этот «тиран и мучитель» не прошел мимо жеребенка, которого мучили кошмары? Наверное потому, что вместо того, чтобы сесть и уехать на поезде прочь из Кристальной Империи, он провел замечательную экскурсию для инспектора?

— В кошмарах той земной был не я!

— Да хватит уже! По-твоему, у нас в Эквестрии много красноглазых жеребцов с саблевидным рогом…

— Совпадение.

— … Которого, к тому же, зовут Шадо?!

— Совпадение-е-е…

— Ещё за тебя поручился Биг Мак, — продолжила единорожка. – Думаешь, он глупый? Если он мало говорит, это ещё ничего не значит. Он сразу узнал тебя, при свете дня, когда ты вернулся из Кантерлота. Сначала брат Эплджек не хотел спускать с тебя глаз, но после первых ваших «экспериментов» заявил, что пони с таким характером, как ты, не может быть плохим. А уж когда Эплблум рассказала своим родным про твои ночные подвиги, он и вовсе принимался хмуриться, если в разговоре твое имя и Элементы Гармонии упоминались вместе!

Откинувшись в кресло, Сомбра задумчиво посмотрел в потолок. Признаться, он не ожидал от своего потомка такого напора, но… Но она была права. Он ведь действительно мог просто уехать из империи, и кто знает, чем бы это обернулось для кристального народа. Мог оставить ту земную наедине с самой собой после поглощения кошмара, но вместо этого предпочел подбодрить её… Не слишком ли он размяк в последнее время?

— Стоит только сделать кому-нибудь добро, и тебе тут же сядут на шею… — тихо проворчал он своим мыслям. — Ладно, уговорила! Но ты, Снежок, не обольщайся, — сурово посмотрел он на смотрящего на него с надеждой альфара. – Я темный маг, и делаю это только ради собственной выгоды: очень уж щедрую награду предлагает мне Мур. Учти, что с этого момента – я главный. Вопросы?

— Никаких, — радостно помотал тот головой. На душе у него пели птицы, а желание прыгнуть со скалы в ледяную пропасть, возникшее три минуты назад, испарилось без следа.

— Тогда, займемся подготовкой плана. Прежде всего, нам нужен некромант, а лучше спирит…

— Зачем? – поинтересовалась Твайлайт, что-то быстро пишущая в своем очередном блокноте.

— Затем, внучка, что самое большое преимущество виндиго кроется именно в их состоянии. Они имматериальные, а значит, неуязвимы для всего физического оружия, за исключением специально зачарованного. В обязанности спирита или некроманта как раз и входит то, чтобы удержать духа в материальном мире, пока его напарник будет его убивать. Эх, Корнайра бы сейчас сюда, — позволил себе немного помечтать единорог. – Вот уж на что был всем некромантам некромант, плюс ещё и маг Жизни в придачу. С ним бы я точно не волновался за исход дела. Ладно, будем работать с тем, что есть.

— Может, принцессы помогут?

— Селестия сейчас очень занята, — отмахнулся архимаг. – К тому же из них никто не владеет этими дисциплинами. Хотя Луну попросить стоит, лишний магистр боевой магии никогда не помешает.

— Значит, ты будешь искать некроманта? А Зекора не подойдет? Она же вроде шаман, нет? – припомнила специализацию зебры Спаркл.

— Не подойдет. Шаманы отличаются от спиритов. Они, как бы, не подчиняют призраков, а договариваются с ними, заимствуют силу. Сейчас нам такой «дипломат» точно не нужен. К счастью, у меня уже есть на примете один кандидат.

Сказав это, единорог сосредоточился. Раздался негромкий хлопок, и прямо из воздуха появился небольшой зеленый кристалл, вставленный в черную оправу. Не обращая внимания на своих собеседников, маг подобрал, отложенную в сторону при разговоре, сферу альфара, после чего соединил два артефакта вместе, попутно прошептав заклинание.

Минуту ничего не происходило, но сфера неожиданно налилась ядовито-зелеными дымом. Послышалось неразборчивое клацанье, и в тумане проступили лица. Черного лица, с огромными зеленными глазами.

— … И не смейте приближаться к логову, если крылья и хитин дороги, — отдала королева чейнджлингов приказ кому-то невидимому, видимо завершая разговор. Переведя взгляд на Сомбру, она хмыкнула, растянув губы в приветственно улыбке:

— Надо же, и двух месяцев не прошло. Давно не виделись, император. А это не малышка Твайли прячется у тебя за спиной? Передай, что я не кусаюсь. Пока… Хм, а вот рожа этого альфара мне кажется знакомой…

— Ну, еще бы, — хмыкнул Сомбра. – Это внук Мурриеля.

— О, это мороженное ещё живо?

— Странно, что ты не в курсе. В отличие от меня, ты не была скована в передвижениях.

— В отличие от тебя, мой император, у меня было полно других дел, включая забота о пропитании нескольких сотен ртов. Ладно, говори, что хотел?

— Помнится, ты говорила, что должна мне помощь…

— Предположим.

— Ну так, время пришло. Видишь ли, этот альфар появился тут не просто так. Он…

— Отказываюсь, — припечатала Кризалис, дослушав до конца. – Сомбра, ты что, совсем спятил?! Тягаться с Братьями Бури без толкового спирита… Жить надоело, да? Поверь, мир не настолько плох, чтобы уходить настолько экстравагантным способом. В крайнем случае могу посоветовать неплохую альтернативу. Например, берешь вытяжку из внутренностей зебринской сороконожки…

— Кризалис.

— Добавляешь пару щепоток Алиевой травки…

— Кризалис!

— Читаешь заклинание…

— Траш эгамешш! Кризалис, я не собираюсь умирать!

— Да ну? А по твоим действиям не скажешь…

— Дай мне договорить! Если я помогу Лаки, Мурриель…

— Что Мурриель? Он с тобой вовек не расплатится.

— Он поможет мне разыскать Морн.

Услышав это, высшая чейнджлинг замолчала. Пожевав губу, она посмотрела прямо в глаза темному единорогу, после чего тяжело вздохнула:

— Допустим, я соглашусь тебе помочь. Только допустим! Что буду иметь я с этой авантюры?

— Прощенный долг.

— Не пойдет, — покачала головой Кризалис. – Схватка с Братьями превышает твою услугу где-то в пару раз. К тому же, у меня есть свои дела.

— Стребуешь что-нибудь с Мура…

— Чихать я хотела на Мурриеля. О помощи меня просишь ты, а не он. Давай заключим сделку? — внезапно предложила она.

— Сделку?

— Скажем так, скоро мне может понадобиться помощь хорошего боевого мага. Поможешь?

— Что надо сделать?

— Потом скажу, а то ещё не дай Праматерь откажешься. Так что, по копытам?

— По копытам, — решился Сомбра. К сожалению, Кризалис была единственным выходом в этой ситуации, так как только она, не считая упомянутого Корнайра, ещё что-то более-менее понимала в спиритизме. – Но ты будешь должна выяснить местоположение Братьев.

— Попробую, — пожала та плечами. – Но ничего не гарантирую. Ждите примерно через полчаса, — как только королева оборотней отключилась, сфера тут же засияла кристальной чистотой.

— Ладно, — вздохнул темный маг, настраивая артефакт на новую цель. – Теперь следующий кандидат…

***

Жмурясь от бившего прямо в морды ледяного ветра, через ледяную пустыню пробирались три фигуры. Несмотря на огромные сугробы, они каким-то образом ухитрялись не проваливаться по живот в снег. Пожалуй, увидь их какой-нибудь посторонний путешественник, он бы решил, что это миражи или помутнение рассудка от переохлаждения, настолько странные были путники. Охваченный голубоватым пламенем земной, пылающий черным единорог и закутанная в коричневый меховой плащ высшая чейнджлинг, уверено шагающая впереди.

— Нам повезло, — рассказывала Кризалис, параллельно огибая яму, присыпанную снегом.

В этих землях её жизненный опыт проживания в Лесу сыграл компании хорошую службу, помогши обогнуть уже не одно скрытое логово местных монстров. Конечно, никто не сомневался, что черный маг и королева легко расправятся с ними, но зачем лишний раз искать себе неприятности?

– Недавно их видели неподалеку. Или что-то очень похожее, но я сомневаюсь, что в этом мире есть маги такой силы.

— Они?..

— Деревня-оазис Винтерхольд. Три дня назад на неё обрушилась снежная буря невиданной силы, грозящая погрести под снегом все живое. К счастью, там оказался кое-кто, кто смог отсрочить беду. Именно он передал мне весточку. А вот, кстати, и он сам, — кивнула она в сторону одного из сугробов, на котором стоял пони, закутанный в несколько слоев меха.

Подойдя поближе, темный единорог хмыкнул. Неизвестный помощник оказался чейнджлингом. Синеглазым, с косой трещиной на щеке.

— Приветствую вас, королева, — коротко поздоровался оборотень, дождавшись, когда небольшой отряд подойдет ближе. – единорог Сомбра. Прошу, последуйте за мной. Я отведу вас в деревню, — на Лакиеля он даже не посмотрел. Развернувшись, он спрыгнул с сугроба, после чего направился куда-то по тропинке между барханами.

— Не очень-то твой подданный вежлив, — язвительно заметил Сомбра, аккуратно спускаясь вниз. – Мог бы проявить и больше уважения перед своей правительницей. У нас в Блют-Вене таких избивали палками, если не хуже.

— Он не мой подданный, — пожала плечами Кризалис, перелетая на верхушку соседней горы снега. – Больше не мой, — уточнила она.

— То есть?

— Матиас Травознай уже года три как покинул Улей. Собственно, именно сюда он и переселился. Формально, по нашим законам, я больше не могу ему приказывать, но и он не имеет у нас никаких прав.

— Все равно мы как-никак спасатели…

— Травознай никогда не слыл дураком, — покачала головой высшая. – Услышав мой запрос, он сразу смекнул, что победа над Братьями нужна в первую очередь нам.

— Короче говоря, этот дырявый маргул просто воспользовался случаем. Ублюдок.

— Матиас… Травознай? – не понял Лаки, наконец догнав спутников, чуть было не проваливаясь по колено в снег. Однако, сделав шаг, он по пояс погрузился в замершую воду.

— Никогда не общался с оборотнями? – хмыкнул Сомбра, выдергивая альфара телекинезом, аккуратно ставя того на тропу. – У них нет родовых имен. Вместо этого им присваивают разные прозвища, в зависимости от таланта, внешности, или ещё чего-нибудь. К примеру, если «Травознай», значит, скорее всего, знахарь, алхимик, ботаник или флорист. Эти псевдонимы у них что-то вроде кьютимарок местных пони, только звуковые.

— А кто их присваивает? Королева? – кивнул альфар в сторону Кризалис.

— Ну вот ещё, — не поворачиваясь фыркнула в ответ та. – Делать мне больше нечего кроме как придумывать своим слугам всякие клички. Их же у меня несколько сотен, так и сойти с ума недолго! Нет, прозвища выбирает сам Рой. Просто в один день у очередного оборотня появляется ярлык, о котором тут же узнают остальные. Кое-кто считает, что их дарует сама Праматерь…

— А у вас оно есть? Ну, прозвище? – шалея от собственной наглости, неуверенно поинтересовался альфар.

— Есть. Королева.

— Ко… Королева?

— В плане правящей семьи у нашей богини всегда сдает фантазия. И хватит об этом. Мы уже пришли.

По сути, ледяная пустыня мало чем отличается от обычной, песчаной. В ней тоже есть свои бури, относительная нехватка воды, опасные хищники и полезные растения, которые могут спасти жизнь. И, как и в песчаные, ледяные пустоши имеют свои «оазисы». Вот только, в отличие от водоемов с чистой, холодной водой и пальм, в этих островках уставшие путники найдут обогрев в виде пламени и миски с горячей похлебкой, естественно не за «здорово живешь». Впрочем, если денег нет, в таких поселениях всегда отыщется работа, за которую тебя вполне будут готовы дать хотя бы краюху хлеба.

Винтерхольд оказался не самым большим оазисом, но и далеко не самым маленьким. Три десятка деревянных домов с соломенными крышами, три гостиницы, две кузницы, по меркам Ледяной Пустоши это был довольно неплохой вариант. Находясь на одном из торговых путей он, как и остальные подобные селения, получал основной доход из кармана караванщиков, которые часто следовали по тракту.

Однако этот поселок все-таки смог удивить команду магов: Кризалис, по привычке хотевшая натянуть личину обычного пони, как всегда поступала в густонаселенных городах, была остановлена Матиасом, попросившим не тратить лишний раз силы. Совершенно не скрываясь, Травозная спокойно прошествовал по улице, и сельчане, не то что не попытались его схватить, убить, или пленить, но даже приветственно кивали и здоровались. Такое поведение вызвало у королевы глубокую задумчивость, да и у Сомбры, если уж на то пошло.

Подведя спасателей к одному из небольших домишек, стоящих на краю поселка, проводник, извинившись, откланялся для переговоров по некоторым делам со старостой. Уходя, он заверил чародеев, что в этом доме их и накормят, и обогреют.

— Удивительно, — задумчиво протянула Кризалис, глядя в потолок, одновременно помешивая у себя в тарелке горячий овощной суп.

— И не говори, — хмыкнул Сомбра, отпивая подогретого эля, предложенного хозяйкой дома: молодой миловидной единорожкой по имени Арси с кьютимаркой в виде белого цветка. – Впервые вижу эквестрийцев, которые не вопят при виде ваших хитиновых морд.

— А што в этом штранного? – поинтересовался Лаки, параллельно уплетая хлеб. – Вы ше не такие уж и штрашные…

— Прожуй сначала, — поморщилась королева, прося добавки. Суп из местных цветов пришелся ей по вкусу. – Мне, конечно, лестно, что ты не боишься таких как мы, но местные пони с тобой не согласятся. Из-за некоторых обстоятельств у нас с ними в некотором роде, мягко говоря, «нелюбовь».

— А точнее, они считают что вы – эмоциональные вампиры, которые только спят и видят, как бы захватить власть, — язвительно добавил Сомбра.

— Что есть, то есть, — пожала плечами Кризалис. – Впрочем, эквестрийцы тоже не белые и пушистые. Потери моего народа ниже только в силу нашей численности. Впрочем, сейчас уже нет смысла разбирать, кто прав, а кто виноват. Итак, малышка, не просветишь страшного чейнджлинга, с чего к нам такой радушный прием?

— Вас привел Матиас, — пожала плечами Асти, подливая единорогу эля. – Друзья Травозная – наши друзья.

— И чем же этот маргул вас купил?

— Что такое «маргул»? – не поняла единорожка.

— Неважно. Итак?..

— Три года назад через Винтерхольд проходил караван, — после минутной заминки начала свой рассказ Асти. – На них напали снежные волки, и часть охраны получила тяжелые ранения. Их оставили здесь на лечение. Среди пострадавших был Матиас. Как раз в то время у дочки старосты приключилась зимняя лихорадка, а лечить её у нас никто на тот момент не умел. Все думали, что кобылка умрет, но вмешался Травознай. Он на целые сутки ушел в Пустошь, а когда вернулся, принес лекарство, после чего свалился без чувств. Одновременно с этим с него слетела личина. Из чувства благодарности мы решили оставить его до полного выздоровления, но… Но за тот месяц, который он провел здесь, Матиас спас стольких от разных болезней, что мы позволили ему остаться. А три дня назад на нас обрушилась страшная буря, и Матиас доказал свою полезность… снова. Он вновь ушел на сутки в Пустошь, прямо сквозь буран, после чего мы вновь нашли его на окраине деревни. Так что неудивительно, что Мати…

— Асти, любимая, вряд ли нашим гостям интересно слушать твои дифирамбы в мою честь, — раздался за спинами магов уставший голос оборотня. Обойдя посетителей, Матиас практически упал на лавку, после чего подтянул себе миску с горячей похлебкой.

— Но, дорогой, я лишь рассказала им все, как есть, — присела с ним рядом пони, приобнимая.

— Дорогой… — задумчиво протянула Кризалис.

— Любимая… — хмыкнул Сомбра.

— Асти – моя жена, — спокойно посмотрел на них Травознай. – Вас что-то смущает?

— Меня лично нет, — пожала плечами королева. – А вот что бы сказал Ио Лепесток, узнай о выборе его сына?

При упоминании имени отца, местный знахарь чуть вздрогнул. На его лице не отобразилось никаких эмоций, но Сомбра, умеющий видеть чужие ауры, сразу уловил изменение в настроении оборотня, причем изменения негативные. Кто бы ни был этот пресловутый Ио, похоже, он выступал категорически против смешанных браков.

— Если отец действительно уважает мое мнение, — твердо сказал чейнджлинг. – Он примет мой выбор. Если же нет… Я более не состою в Рое. Улей – не мой дом. Мой дом – здесь, в Винтерхольде, рядом с Асти. И сейчас ему грозит опасность от неизвестной твари. Может, вы поделитесь, как собираетесь убирать эту угрозу?

— Никаких проблем, — фыркнул темный архимаг. – Но прежде, будь добр, сними рубашку. Я ведь не ошибусь, если скажу, что на тебе есть некий рисунок, который ты очень бы не хотел носить?

Коротко кивнув, Матиас принялся постепенно сбрасывать с себя весь тот ворох ткани, который носил перед командой. Сбросив последнюю деталь, он продемонстрировал свою грудь: прямо на том месте, где располагалось сердце, сиял синим светом знак, выглядящий словно песочные часы, заключенные в круг.

— Печать договора, — понимающе произнес темный единорог, окидывая символ профессиональным взглядом. Он попал в родную стихию. – Сомнений быть не может, это метка Килариеля, старшего из Братьев, правда… — на пару секунд замялся он. — Какая-то странная метка. На гравюрах она выглядела немного иначе, но это мелочи. Получил три дня назад?

На это оборотень неопределенно покрутил копытом, что можно было толковать как и «да», и «нет». Дождавшись, пока чародеи осмотрят его, он принялся натягивать одежду, кидая виноватые взгляды на жену.

— Отлично, — провозгласил Сомбра, наливая себе ещё немного эля. – Теперь у меня есть план! Но нам, многоликий, понадобится твоя помощь. Будем ловить на живца.

***

— А вы уверенны, что это сработает? — шепотом поинтересовался Лаки, с опаской глядя на уходящего чейнджлинга.

— Не мандражируй, Снежок, — хмыкнул Сомбра, поигрывая тяжелым фламбергом. – Главное – эффект внезапности. Какими бы магами не были Братья, с реакцией у них туговато. А вот за себя я ручаюсь, да и в Кризи уверен.

План, разработанный темным архимагом, был до безобразия прост: чейнджлинг, предварительно отойдя на большое расстояние от деревни, вызывает хозяев метки, те приходят, после чего в игру вступает команда чароплетов, тихонько сидящая за соседним барханом, каждый на своей позиции. Основная ставка тут была сделана на неожиданность: Сомбра планировал первым ударом уничтожить одного, а, если повезет, то и двоих противников. Пока королева оборотней будет держать духов в материальном мире, в игру также вступит альфар, придя на помощь, в случае чего.

— А…

— Тихо, — шикнул на него единорог. – Началось…

Отдалившись на пару десятков метров, Матиас осторожно погрузил копыто под одежду, после чего коснулся клейма, мысленно произнеся имя того, кто его оставил. Хозяева не заставили себя долго ждать: вокруг чейнджлинга взметнулось гигантское ледяное торнадо, в котором начало проступать лицо с красными светящимся глазами без зрачков. Одновременно с этим в душе Травозная начал рождаться воистину космический холод, грозящий уничтожить все тепло в душе, превратив её в обычную ледышку…

Смотрящий на это Сомбра недоуменно нахмурил брови. Любому существу, не умеющему видеть ауры, тварь, пришедшая на зов Матиаса, казалась бы просто ожившим бураном, но… но для него она тоже выглядела, словно смерч! Никакого намека на тела, характерных для нормальных пони, и уж тем более никаких признаков тройственности. Бестия была совершенно одна, но в тоже время в её ауре присутствовали черты, характерны для всех Братьев Бури, хоть и преобладали, в основном, старшего, самого сильного и свирепого.

Из ступора его вывел вскрик Лаки, испуганно указующий копытом в сторону Травозная: тот уже успел покрыться инеем, да и вообще выглядел так, словно вот-вот превратиться в сосульку. Коротко мотнув головой, темный маг послал сообщение-отмашку Кризалис. В следующее мгновение из-за очередного бугра протянулась зеленая, светящаяся ярким светом, полоса. Заскользив по снегу, она описала круг, заключая в него торнадо, затем в доли секунды сформировала внутри гексограмму. Тварь, пораженная свечением, глухо заворчала — что было, скорее всего, просто воем ветра, — после чего начала проявляться. Теперь она была видна не только в астральном плане, но и физическом и, действительно, больше всего походила на гигантскую лошадиную морду, грубо слепленную из пластилина. Вот только материалом послужил синий призрачный огонь…

Сомбра не стал больше терять времени. Прошептав заклинание, он исчез, чтобы через секунду возникнуть в самом центре гексограммы, прямо возле замерзающего чейнджлинга с пылающей меткой. Отшвырнув его в сторону, прочь из магического круга, он, активировав заклинание Пламенного Доспеха, указал фламбергом на духа. Тотчас из кончика сорвался луч, состоящий из чистого Черного Пламени. Оставив темный след в воздухе, заклинание пробило в призраке уродливую дыру.

Бестия взревела не столько от боли, сколько от ярости. Мгновением позже буран распался, и высвобожденные потоки ледяного воздуха попытались сомкнуться на маленькой букашке дерзнувшей преградить путь охотнику.

Сомбра с ужасом почувствовал, как распадается магическая основа его брони, не в силах совладать с натиском этого сверххолода.

«Кризалис! – мысленно рявкнул он, очерчивая лезвием вокруг себя круг, который мгновенно вспыхнул, полностью скрывая единорога за спиной огня. – Мне нужна помощь!»

«И-извини, несколько занята! – послышался в его цедящийся голове голос королевы. Создавалось впечатление, будто та пытается вручную бревно весом в тонну. – И ты даже можешь догадаться, чем!»

«Сможешь расширить круг?!»

«Насколько?!»

«Как можно больше!»

«Да чтобы тебя параспрайт драл!»

Диаметр магической печати резко увеличился. Поколебавшись, словно в спазмах, он достиг размера в пару десятков метров, заставив подпитывающую его королеву упасть на передние копыта, покрывшись холодной испариной от напряжения.

«Достаточно?!»

«Более чем!»

«Быстрее, Рейнбоу Дэш тебе в мужья! Я долго не вытерплю!»

Темному единорогу не нужно было повторять дважды. Телепортировавшись на десяток метров прочь, он заставил Черное Пламя охватить уже не только его меч, но и все тело. Жара от него Сомбре показалось достаточно, чтобы сдержать натиск ожившего воплощения стихии льда. Хотя бы на какое-то время. Параллельно он отметил периферийным взглядом, что альфар пытается отволочь слабо стонущего оборотня куда-то в сторону от места сражения. Умный мальчик.

— Сейчас от тебя не останется даже памяти, — посулил он ледяному духу, одновременно проговаривая в уме очередное заклятие.

Вспыхнувшие по бокам темные зеркала ознаменовали рождение двух Двойников Тьмы. Повинуясь мысленному приказу оригинала, они синхронно вызвали тяжелые фламберги, после чего галопом устремились навстречу монстру.

Тот тоже не стоял без дела. Сформировав что-то вроде щупалец из энергии, из которой состоял, он наморозил огромные ледяные блоки, которые принялся швырять в бегущих к нему единорогов.

Часть блоков оказались разрубленными в полете, от некоторых Двойники увернулись, а оставшиеся были разбиты Черными Копьями Сомбры, прикрывающего своих порождений со спины. Кроме Копий архимаг выдал ещё целый каскад Огненных Шаров, несколько Стрел Света и пару молний, существенно снизив прицельные способности твари.

Подбежав поближе, Двойники совершили прыжок, после чего принялись рубить духа, сжигая его энерго-тело своим огнем. Обычному глазу они бы виделись размытыми тенями, так стремительны были их движения. Казалось, эти сгустки ярости вот-вот уничтожат цель в одиночку, просто-напросто порвав её на клочки. Продолжалось это ровно… две минуты.

В какой-то момент клинки оказались выбиты щупальцами духа, а сами Двойники были спеленаты. Утробно зарычав, чудовище принялось их мочалить, словно куклы, ломая кости, или то, что заменяло их. С погаснувшим пламенем их тела начали стремительно покрываться льдом…

— Подавись, — хмыкнул Сомбра, легонько хлопнув передними копытами.

Мгновением спустя тела единорогов взорвались, исторгнув из себя целые потоки черного огня. Охватив воющего духа, они заключили его в черный шар, который принялся стремительно уменьшаться. Достигнув размера головы жеребенка, пламя потухло, открывая то, что осталось от призрака: небольшой синий огненный сгусток пламени синего цвета, с пылающей красным сердцевиной.

— Приятно было познакомиться, — съязвил телепортировавшийся архимаг, прежде чем нанести мощный удар сверху вниз, добивая издыхающую бестию.

В следующую секунду его глаза недоуменно расширились. Свободно прорезав синее пламя, лезвие завязло в сердцевине, после чего принялось стремительно покрываться кристалликами льда. Сам же разрез сомкнулся, а дух… Дух, вместо того, чтобы распасться от перешагивания энергетического минимума, принялся расширяться, вырастая до своих прежних размеров.

Если бы не заранее навешанный щит, Сомбра от удивления ни за что бы не успел отразить атаку разъяренного монстра.

Удар щупальцами был настолько силен, что отбросил единорога на несколько метров назад. Приземлившись, словно кошка, на четыре ноги, пропахав борозду, архимаг снова телепортировался в сторону, после чего принялся снова начитывать заклинание…

— Да сколько же в тебе энергии?!

Рявкнув это, единорог пригнулся, пропуская над головой очередную глыбу. Сразу после этого он подпрыгнул на два метра в воздух при помощи левитации, спасаясь от ледяных кольев, выросших из-под земли.

— Ты вообще когда-нибудь сдохнешь?!

За последние двадцать минут единорог применил почти две дюжины самых разнообразных заклинаний, основанных на элементе огня, молнии, спиритизме и демонологии. Несмотря на то, что те работали исправно, отрывая от твари довольно-таки немаленькие куски, тварь умирать явно не собиралась. Более того, она, похоже, даже немного обучалась!

Постепенно, кроме метания ледяных глыб, против Сомбры были применены Ледяные Колья, Ледяные Стрелы и даже Ледяной Голем! Хотя последний получился с явным дефектом, развалившись на осколки ещё при преодолении дистанции к архимагу.

Сомбре не помогли даже демоны. Выкроив для себя пару минут форы, пони начертил два призывающих круга, простейших, после чего прочитал заклинание вызова. На зов явились утукку-шары – демоны, выглядящие словно ящеры, размером с пони, объятые огнем. Получив приказ к атаке, они принялись рвать и терзать духа, но сами, минутой спустя, оказались разорванными на части. Впрочем, их гибель архимага не сильно опечалила.

— Х-ха! – выдохнул единорог, увернувшись от очередного выпада. Пошатнувшись, он выпустил ещё один Огненный Шар, после чего хлестнул своей противодемонической цепью. Это оружие, пожалуй, оказалось самым бесполезным, сдерживая призрака, причиняя небольшие неудобства, но практически не нанося урона.

От безвыходности единорог попробовал ту отрасль, которой хоть и владел, но предпочитал не пользоваться. Выполнив пирует, уходя от очередного щупальца, он посмотрел прямо в красные глаза, сосредоточился, задержал дыхание, после чего нанес мысленный удар в сознание твари, не слишком надеясь пробить ментальный блок, который выставляют все демоны и… не встретил на своем пути ничего. Возведя между собой и монстром очередную огненную стену, Сомбра принялся покусывать губу. Он углядел крохотный шанс на победу, но если что-нибудь не получиться, если он даст слабину…

«Сомбра! – пришел ему мысленный посыл королевы оборотней, — Печать!..»

Посмотрев под ноги, темный архимаг грязно выругался. Сражаясь, а точнее пытаясь выжить, он совершенно потерял счет времени, и как-то не учел, что гексаграмма не сможет держаться вечно. В данный момент светящийся линии покрывала густая сеть мелких трещин.

«Мардук Двуглавый Топор, к тебе взываю…» — тоскливо подумал Сомбра, погружаясь в сознание виндиго. Ему оставалось только молиться, чтобы его разум выдержал.

## Душа Льда, Часть 3

С Новым Годом! Я немного не успевал, не злитесь на ошибки. Буду рад, если укажите)

Королеве было больно. Закусив губу, она закрыла глаза, мысленно считая до ста двадцати, одновременно пытаясь вспомнить рецепт вишневого пирога с оливками. Магический круг стремительно выпивал запас сил Кризалис, грозя высосать досуха. У неё еще оставалась четверть магического резерва, но и он стремительно таял.

— «Обещаю, когда вернусь в Улей, не вылезу из кровати неделю, — уныло подумала чейнджлинг, подбавляя энергии. – А вы, Тия, Луна, вам я ещё припомню эту нечисть, хранители мира недоделанные…»

— Чрево Тиамат!!!

Что-то тяжелое, грязно ругающееся на старотемном, сбило королеву с ног, заставив ткнуться мордой в снег. Не успела Кризалис возмутиться, как в ужасе почувствовала, что теряет контроль над подпиткой круга. В следующее мгновение её схватили за хвост, и ей стало совершенно не до того. Умея телепортироваться на небольшие расстояния, она уже давным-давно позабыла чувства, возникающие при кривой телепортации. Такое ощущение, словно тебя перекрутило, вывернуло наизнанку, разобрало, и после сложило обратно, причем не один раз. Кризалис искренне была бы рада не воскрешать эти воспоминания.

— Пфе, сиськи… пфе… Праматери!… — попыталась она вылезти из сугроба, куда её закинула кривая телепортация. Переход оказался настолько неудачным, что погрузил высшую чейнджлинг на полметра в снег, вниз головой. Прежде, чем устроить разнос одному не в меру активному архимагу, ей предстоял процесс выкапывания.

Впрочем, тот не занял много времени. Закончив, Кризалис застала удивительную картину: рычащий темный единорог, пинающий, скорчившегося на снегу, оборотня в живот. В сторонке блевал Лакиель. Видимо, желудок молодого асгардийца оказался менее выносливым.

— Значит, «три дня»?! – рычал Сомбра, нанося очередной удар. – Да ты понимаешь, что сотворил, шваруба диа?!

— Сомбра! – попыталась окликнуть его королева, морщась от небольшой рези в желудке.

— Я тебе покажу «контракт», демонолог доморощенный!

— Сомбра! – уже настойчивей позвала его Кризалис. – Во имя сосков Праматери, какого кира тут твориться? Где мы вообще?!

— Где-где… — проворчал единорог, оставляя бедного Матиаса в покое. Тот отполз в сторонку, после чего затих, кажется потеряв сознание. – В двух километрах от места битвы.

— На кой ты нас перенес?! Мне казалось, у нас был четкий план: я удерживаю духа в материальном мире, ты убиваешь!

— Ну уж прости, что обманул твои ожидания, — вызверился архимаг. – Просто во время боя всплыла кое-какая информация, которая сыграла достаточную роль для некоторых изменений.

— Ну, и?..

— Мне удалось проникнуть в память этой демонщины. Хорошая новость для Снежка: это, действительно, Братья Бури, точнее что-то, что было ими раньше. Не знаю каким образом, но их сознания слились воедино, породив этого духа. К счастью для нас, получившаяся тварь утратила рассудок и большинство магических сил, но у неё вполне есть шанс восстановиться за счет поглощенных душ. А вот дальше идут уже плохие новости. Этот дырявый маргул, — кивнул он в сторону Травозная. – Три года назад заключил сделку с Братьями: они исполняют его желания на Ледяной Пустоши, а он им взамен душу. Вот только Братья до окончания контракта дожить не удосужились, и теперь та тварь приперлась на связь контракта, чтобы забрать то, что ей причитается. А тут мы со своим заданием, вот Травознай и попытался натравить нас на своего кредитора.

— Ладно, это сейчас неважно, — отмахнулась королева. Мотивы бывшего поданного ей были понятны. – Как нам её убить?

— А вот это, пожалуй, самое сложное, — хмыкнул Сомбра, присаживаясь на сугроб. – Во-первых, тварь превосходит по силам любого из троих братьев, да и энергии у неё хоть отбавляй. Правда, у неё есть одно слабое место, разум, — постучал он по лбу. – Но чтобы разбить такое мощное сознание, потребуется немалое количество энергии. Собственно, наших полных резервов могло бы хватить, но мы ведь уже истратили, как минимум, половину. А во-вторых… Видишь печать контракта на Травознае? Это не просто клеймо. Это «якорь». Пока Матиас жив, тварь будет жить и идти за ним. Они нераздельно связаны.

— Шикарно, — протянула Кризалис. – Просто отлично. А если просто прикончить Матиаса?

— Как выход, — пожал плечами единорог. – Пожалуй, это могло бы сработать, исполни мы этот этап ещё до сражения, но… Но сейчас у меня почти нет сил. На восстановление потребуется время, а тварь успеет высосать весь Винтерхольд.

— Может, самое время сообщить Селестии?

— Я что, по-твоему, совсем дурак? – скривился темный властелин. – Как только я узнал о нашей проблеме, тут же попытался запросить помощь, но Солнцеликая и наша дорогая Мисс Непонятая сейчас немного заняты. Во всяком случае, на вызовы они так и не ответили.

— А Твайлайт с Элементами? Помнится, они неплохо так надрали круп одному драконообразному…

— Смешное дело, — улыбка у Сомбры вышла несколько кривоватой, — когда я их покинул, они как раз были заняты тем, что перевоспитывали одну нашу общую знакомую козлиную морду, любящую вызывать шоколадные дожди из тучек сахарной ваты.

— Нет, — прикусила губу Кризалис. – Ты же врешь, правда?

— По ауре не видно?

— Перевоспитать Дискорда?! – зашлась хохотом королева чейнджлингов. – Я… Я просто обязана это увидеть! Как думаешь, если после такого я предложу малышке Твайлайт место в качестве своего протеже, она согласится.

— Даже не думай, — рыкнул Сомбра. – Она – моя внучка, я её и гуляю. У неё хорошие задатки, даже СЛИШКОМ хорошие.

— Между прочим, официально обучать родственников – дурной тон.

— Во-первых, мы сейчас не в Академии, а во-вторых, не беда, пусть будет на заочном, — отбил выпад архимаг.

— Это ещё посмотреть надо… Главное – пережить сегодняшний день, — вернулась в серьезное состояние Кризалис. – Итак, мы имеем дело с тварью, достигающей уровня «архи», с постоянным притоком сил и «якорем». Верно?

— Ну, если ещё добавить, что даже с убийством твоего бывшего поданного она лишь вернется к тому состоянию, в котором мы встретились, а мой резерв заполнен чуть больше, чем на четверть, то да, ты ни в чем не ошиблась, — иронично улыбнулся дашейд. – Есть идеи?

— Ну, — почесала подбородок королева, с некоторой неуверенностью глядя на стонущего оборотня. – Есть кое-что… Только, убийство обязательно?

— Ты не хуже меня знаешь законы альфаров Асгарда. Ответ очевиден. Но, сейчас приоритет уже в том, чтобы выжить и постараться не допустить массовых смертей. Селестия, чем бы она ни была занята, нам не простит. Конечно, плевать, но все равно будет немного неловко.

— Ладно, тогда слушай сюда, — вздохнула чейнджлинг. – Снежок, Травознай, вы тоже. Тебе, Матиас, будет отведена особенная роль…

Тварь была в бешенстве. Раздробленное, искалеченное сознание, собранное из кусков разных личностей, металось в призрачном теле, требуя исполнить противоположные цели. Найти и уничтожить ничтожеств, посмевших преступить дорогу ему, ледяному богу! Накатится на огромное скопище сознаний, поглощая души! И, последняя, самая робкая мысль, отступить обратно, в глубины ледяных пустынь, где затаится, и переждать перерождение.

Взвыв ледяным ураганом, монстр чуть было не начал терзать самого себя от ярости. Лишь благодаря тому, что младший брат Братьев Бури практически не уступал по силе старшим, в ритуал Слияния был включен и он. Но его осторожность, его робость так раздражала! Даже получив мантию магистра, он продолжал избегать сражений…

К счастью, тому, что раньше было легендарными магами, не пришлось долго терзаться выбором. Почувствовав магическое возмущение, бестия взвыла от ярости, увидев того смертного, который попытался причинить ей вред, отняв добычу. Сейчас он стоял на одном из снежных барханов, холодно взирая на противника.

— Ну, с Бездной, — вздохнул единорог.

Метнувшись вперед, он заскользил по снегу, словно по идеально гладкому льду. Зоркий глаз стороннего наблюдателя заметил бы, что его копыта объял легкий черный дымок, приподнимая темного архимага на несколько сантиметров над землей. Коротко всхрапнув, единорог ловко увернулся от нескольких ледяных кольев, пронзивших снег, после чего, наклонив голову вперед, запустил в тварь гигантским огненным шаром.

— МЕРЗКОЕ НИЧТОЖЕСТВО-ВО-ВО!.. – телепатический голос ударил, словно кузнечный молот. Будь на месте Сомбры простой пони – мозги вскипели бы от ментального напряжения. – ТЫ ЕЩЕ НЕ ПОНЯЛ-ЯЛ-ЯЛ?.. МЕНЯ НЕВОЗМОЖНО УБИТЬ-ИТЬ-ИТЬ!.. Я – ТО, ЧЕГО ВЫ СТРАШИТЕСЬ-ЕСЬ-ЕСЬ!.. Я – САМО ВООПЛОЩЕНИЕ ХОЛОДА-ДА-ДА! СКЛОНИСЬ ПЕРЕДО МНОЙ-ОЙ-ОЙ!

— Ты говоришь? – в удивлении вздернул бровь единорог. – Еще час назад ты не был склонен вести беседы.

— ТОГДА Я ЕЩЁ НЕ ОСОЗНАЛ СЕБЯ-БЯ-БЯ! НО, ТЕПЕРЬ Я ПРЕДЛАГАЮ ТЕБЕ СДЕЛКУ! СКОРО СЛИЯНИЕ ЗАВЕРШИТСЯ, И Я СТАНУ НОВЫМ БОГОМ ЭТОГО НИКЧЕМНОГО МИРКА-КА-КА!

— Ого, какие амбиции, — фыркнул Сомбра, зависая в воздухе. – И, что дальше? Устроишь Вечную Зиму?

— ДА, ИБО ХОЛОД – ПЕРВОНАЧАЛЕН-ЕН-ЕН!

— Ну, надо же, — иронично улыбнулся бывший император. – Одна желает устроить Вечную Ночь, другой – превратить подвластные территории в маргул-знает-что, третий – опустить температуру до нуля… Один я нормальный – всего-то хотел получить все кристаллы… По крайне мере не так фатально для общества.

— А я вообще заботилась о собственных подданных, — раздался у него в голове ехидный голосок королевы.

— Ты-то была в своем уме, — так же мысленно ответил ей дашейд.

— Селестия не сочла это смягчающим обстоятельством.

— Насколько помню, тебя выперли мой внук с женой.

— Это ещё обиднее…

Мотнув головой, единорог холодно посмотрел на, замершую в ожидании, тварь.

— Нет, — коротко ответил он, быстро вычерчивая в снегу сложную руну, — и вообще, я ненавижу служить.

Черные лучи, хлынувшие из знака, охватили ледяного демона магическими цепями.

— ЖАЛКИЙ СМЕРТНЫЙ-НЫЙ-НЫЙ… — презрительно скривился тот. – ТЫ ЕЩЁ НЕ ПОНЯЛ-НЯЛ-НЯЛ?! ЭТО БЕСПОЛЕЗНО-НО-НО!

Отвлеченная темным архимагом, бестия не почувствовала, как под ней раскрылся портал, из которого буквально выпало двое оборотней и альфар. Что-то прокричав, Кризалис заставила Травозная принять форму морской звезды, после чего, оголив его грудь, приставила копыто к, светящемуся ярким светом, клейму. Стоящий рядом Лакиель положил ноги ей на плечи, вливая столько силы, сколько мог выжать.

Заметив потуги королевы оборотней, монстр, яростно взвыв, постарался достать их своими энергетическими щупальцами, однако Сомбра, стиснув зубы, пресек эти потуги.

— Скажи этому миру «пока», — прошипела Кризалис, поворачивая копыто по часовой стрелке.

Призрачное пламя, из которого состояла воющая тварь, охватило Травозная, после чего принялось всасываться в мерцающее клеймо. Минута-другая, и на снегу остались лежать лишь три охотника за чудовищем.

— Получилось? – недоверчиво поинтересовался дашейд, подходя ближе и легонько пиная потерявшего сознание Матиаса. – Мы сде… В сторону!

Мгновенно Сомбра взмыл с помощью левитации на несколько метров воздух, прихватив с собой и Лакиеля с Кризалис, спасаясь от множества ледяных шипов. Поднявшегося на ноги Травозная охватило призрачное пламя, делая его хитиновой пародией на альфара.

— ЖАЛКИЕ, ДА КАК ВЫ ПОСМЕ…

Внезапно, чейнджлинг повалился вперед, обхватив голову передними ногами. Бушующий огонь, постепенно, начал спадать.

— Ну, в общем, как-то так, — философски вздохнула королева, глядя на Матиаса с долей жалости.

— Что это, отымей меня Дискорд, было? – настороженно спросил Сомбра, не спеша приземлится на снег.

— Выброс, — вздохнула Кризалис. – В общем, у меня не хватило сил на полный блок, да и не существует их против вендиго, поэтому пришлось импровизировать.

— Импровизировать?! И чем нам теперь это грозит?!!

— Ну, Матиас теперь не нуждается в пище, воде, не чувствует холода и тепла… Собственно, ему для нормального функционирования вообще ничего больше не нужно. Энергия демона с лихвой компенсирует ему все жизненные затраты. Даже старение, и то замедлилось до невероятного минимума.

— А побочные эффекты?

— Побочные эффекты…

— Асти!!! – крикнувшего чейнджлинга вновь охватило пламя, заставив исторгнуть огромный Ледяной Луч, унесшийся куда-то в небо.

— Побочные эффекты – неконтролируемые выбросы, — спокойно закончила королева. – Тело Матиаса не приспособлено для вместилища духа такого уровня, поэтому его буквально «тошнит» силой.

Хмыкнув, Сомбра, начитав на себя несколько щитов, аккуратно приземлился возле чейнджлига, посмотрел в глаза оборотню:

— Ну и, что ты теперь будешь делать?

— Не… Не знаю… Асти… Не знаю… Ждет… — аура оборотня буквально сочилось тем холодным хаосом и безумием, составляющей душу твари.

— Успокойся! – раздраженно рявкнул единорог, хватая многоликого за шею. – Чем больше ты будешь метаться, тем проще будет твари перехватить контроль! Учитывая то, что её сознание не успело сформироваться полностью, нас будет ждать только одно! Расслабься, вдох-выдох, думай о… думай о чем-нибудь успокаивающем и постоянном, вроде кристалла! Отлично, теперь говори.

— Я… Я попытаюсь вернуться, — уже более увереннее и спокойнее ответил Матиас. Его разум немного стабилизировался.

— Вернутся? – скептически поинтересовался дашейд. – Нет, конечно, ты в своем праве, но я бы хорошенько подумал. Как тебе мысль, что одной легкой негативной эмоции будет достаточно, чтобы превратить весь поселок в ледяное ничто?

— И, что же мне делать? – посмотрел на него чейнджлинг с отчаянием.

— Ты и сам знаешь ответ…

— И, все-таки, это было жестоко, — пробурчал Лакиель, когда черная воронка, отправившая оборотня куда-то в сердце Ледяных Пустошей, захлопнулась.

— Он поступил, как герой, — вздохнула Кризалис. – Отправится туда, куда не ступало копыто ни одного живого, обрекая себя на вечное изгнание, на одиночество и вечную борьбу с демоном, чтобы не навредить любимой…

— Жестоко? Герой?! – язвительно фыркнул Сомбра. – Слабак он. Если бы и вправду хотел быть с той кобылкой, нашел бы способ контролировать себя. Вместо этого предпочел сбежать туда, где ему и самое место.

— Ты сам предложил ему этот путь!

— Но он не был обязан соглашаться! И вообще, он заслужил!Расскажи он нам все самого начала, все прошло б гораздо проще!

— Ты бы убил его, не так ли?

— Может быть, и убил. А может быть, и нет. Вообще, думать нужно, когда заключаешь контракты с высшими сущностями, а, заключив, продумывать последствия. Оборотень попытался выкрутиться за наш счет и получил по заслугам. Во всяком случае, от меня.

— И все-таки, ты та ещё свинья, Сомбра, — поджала губы Кризалис.

— Правда? А мне казалось, что дашейд. Если ты про поведение, то я темный маг. Мне по профессии положено быть злым и ужасным.

— И обязательно нужно все опошлить?

— Как вариант. Ладно-ладно угомонитесь, вы оба, — поднял единорог копыта, видя, как краснеет от негодования альфар. – Если хотите, Матиас вполне способен вернутся, если научится контролировать в себе демона. Тогда можно считать, что ему выпал джек-пот.

— Вы сами-то в это верите? – вспыхнул Лаки.

— Это не так сложно, как кажется.

— Правда?

— Это гораздо сложней.

— Сер!..

— Опять опошлил…

***

Возвращаясь обратно домой, Твайлайт устало вздохнула. Хорошо, что этот день наконец закончился: Дискорд перевоспитан, все беспорядки устранены, можно приступить к тренировкам.

— Судя по тому, что ты все ещё единоржка, а овечки не обзавелись рогами, крыльями и магией уровня подмастерья, шутку Селестии можно считать удавшейся? – поприветствовал, вошедшую в «Золотой Дуб», Спаркл бокалом с анаграммой «С», наполненным вином, Сомбра.

Кроме него в библиотеке находились также Лакиель, потягивающий горячий шоколад, какой-то серый пегас, что-то пишущий в блокноте, и белая единорожка с лазурной гривой.

— А ты… то есть вы, все-таки разобрались с теми тварями?

— Ну, не совсем тварями, и не совсем разобрались, но работа сделана. Собственно, я вот по какому поводу, — не дал он продолжить внучке расспросы. – Когда дело сделано, на нас вышел один из энгахов…

— Здравствуйте, — поклонился пегас. – Энгах Волдрес, гильдия Эсумон, мир Эйкр.

— Энгахи – странники между мирами, — пояснил Сомбра. – С одним из них Мур заключил контракт, чтобы он следил за Снежком, и, когда дело будет сделано, переправил его в родной мир. Я смог уговорить его еще на двоих попутчиков, так как за меня уже было проплачено. Ну, так что? Ты с нами?

— С вами? В другой мир?!

— Я пойму, если ты откажешься…

Скорости, с которой Твайлайт унеслась к себе в комнату, могла позавидовать и Рейнбоу Дэш. Вернувшись с кучей тетрадей и блокнотов, она судорожно принялась упаковывать их в походные сумки.

— Так, это взяла… это… и это… — бормотала она, добавляя все новые и новые элементы.

— Внучка, хватит! – рявкнул Сомбра. – Я это все не потащу, а если это сделаешь ты, то мы застрянем надолго!

— Ой, да ладно тебе, — хихикнула лазурногривая, — малышка Твайлайт впервые посетит другой мир, поэтому, Сомбра, не будь таким букой.

— Ты понесешь все эти бумаги?

— Я всего лишь хрупкая и слабая пони, — картинно закатила глаза собеседница. – К тому же, леди не пристало возить на себе грузы.

— Только за доплату, — отозвался энгах.

Сомбра задумчиво обвел взглядом помещение. Его взор остановился на, пытающемся залезть под стол и стать как можно более незаметнее, Лакиеле…

— Снежок, — зловеще хихикнул он, — настало твое время.

Спустя пять минут сборы были завершены. Белая единорожка, назвавшаяся Лайлой, положили ноги на плечи энгаху. Тот, в третий раз переспросив, не забыли ли они ничего, принялся читать заклинание:

— Ллиасса аллиасса алла и сссаа алла асссалла! Алиии! Эсе! Энке илиалссаа оссса асса эллеасса оссо иииииии! Эссеееаааааааа! Алаасса!

Как только он закончил, окружающая обстановка начала стремительно меняться. Какое-то мгновение Спаркл присутствовала сразу в двух мирах, но потом шкафы, книги и, выглянувший на шум, Спайк окончательно растворились, и лавандовая единорожка оказалась в параллельной реальности – в горах, засыпанных снегом. Первое же отличие исследовательница заметила, посмотрев наверх: в бескрайнем синем небе было сразу два солнца, но меньше эквестрийского раза в два. На горизонте же возвышались три огромных ледяных башни-шпиля, почти дотягивающих до облаков.

— Штормград, — хмыкнул дашейд, отряхиваясь от снега, параллельно накладывая заклинание, от которого чуть замерзшая внучка мгновенно согрелась. – Великий оплот ордена криомантов Асгарда. Довольно

занятное местечко, но нам не туда.

— Оно… такое… — восхищенно прошептала Твайлайт, не отрывая взгляда от пиков.

— Величественное? – вмешалась Лайла. – Малышка Твайли, небольшая справка: радиус пола этих башенок – несколько километров. Как ты думаешь, на каком расстоянии от нас они должны находиться, чтобы выглядеть такими крохами? Вот-вот.

— Я не малышка!

Хихикающая единорожка только фыркнула, после чего рысцой устремилась к голове цепочки. В итоге, первым шел энгах, второй – Лайла, в середине плелся грустный Лакиель, а замыкали караван Сомбра с Твайлайт.

— О чем задумался? – поинтересовалась внучка у бывшего императора, спустя двадцать минут молчания. Тот шел, погруженный в свои мысли, не обращая внимания ни на что.

— О жизни, — туманно ответил Сомбра.

— Да ну? – недоверчиво покосилась на него лавандовая. – И в чем теперь твоя проблема?

— В чем-чем, — пробурчал единорог. – Как бы тебе сказать… Знаешь, в последнее время мне все больше и больше кажется, что моя жизнь – то ещё клише.

— Клише?

— Посмотри, — чуть раздраженно тряхнул гривой дашейд. – Я был рожден слабым неудачником, который не умел нормально контролировать свои силы. Был «спасен» мастером, который направил меня в заведение, в котором я обрел могущество, друзей… любовь. Затем, после свадьбы, в ходе одного из экспериментов, потерял все и всех, был заключен на тысячу лет, вернулся, чтобы исправится… Да даже последний бой! – в сердцах воскликнул жеребец. – Какая-то ледяная тварь попыталась склонить меня на свою сторону стандартными «ничтожество», «всемогущая власть»! И я, как и любой «образцовый» герой, послал её на три буквы, после чего запечатал. Но, сам факт… Интересно, сколько ещё таких Сомбр в других мирах?

— У тебя есть двойники?!

— Ну, не то чтобы двойники, — поморщился тот. – По сути, они такие же настоящие, как и я сам, лишь с небольшими отличиями в своих историях.

— И со сколькими ты встречался?

— Лично – ни с одним. А вот на расстоянии… троих. И каждый из них обязательно был значимой фигурой на своей арене: Первый сверг тираншу-королеву, после чего избавился от её амбициозного сыночка. Второй, будучи генералом, всего лишь хотел привести свое родину к процветанию, а в итоге стал одержимым фанатиком, взявшимся за принудительное переписывание чужого разума. Третий… Третий попытался объединить под своими знаменами последних темных существ своей реальности. Не знаю, что вышло из его затеи. Когда я покинул тот мир, он как раз во второй раз брал штурмом Кристальную Империю.

— Он тоже был безумцем? – тихо поинтересовалась Спаркл.

— Безумцем? – задумчиво пожевал губами Сомбра. – Я бы не сказал. Во всяком случае, когда я слушал его речь, он даже не производил впечатления тирана. Наоборот, был уж слишком спокоен. С помощью своих мозгов и клятв он сумел заставить параллельных Дискорда, Найтмер, Кризалис, фестралов, оборотней, местных виндиго работать сообща. Для этого нужна сильная харизма и руководительский талант. Впрочем, в каком-то роде, он все-таки был сумасшедшим: время от времени начинал разговаривать с кем-то, кого никто не видел... Но, это и не важно. Суть в том, что в каждом мире моя альтернатива – либо великий герой, либо злодей. И из-за этого мне и самому кажется что я – лишь жалкая пародия. Словно неумелый писатель пытается придумать что-нибудь новенькое, а вместо этого погружается в очередное эпическое клише. Мерзкое ощущение.

— И что ты собираешься делать с этим? – поинтересовалась Твайлайт. – Пожалуй, я не слишком в этом разбираюсь, но мне кажется, что каждый из просто должен следовать своему предназначению. Как кьютимарке. В конце концов, если нам нравится этим заниматься, то почему бы и нет?

— Нравится, — фыркнул Сомбра. – Кто сказал, что мне нравится? Нет, конечно, я люблю все ломать, сжигать и разрушать, но это быстро превращается в надоедливую рутину. Однажды я просто брошу все, соберу свои пожитки, и переселюсь на «Сладкое Яблочко», где буду на пару с Маком выводить новые сорта яблок, время от времени уклоняясь при помощи темной магии от налогов, как всякий нормальный предприниматель. Это уж точно сломает любое клише.

— А если нам понадобится помощь?

— Ты с подружками уже успешно доказала, что вполне способна разобраться со своими проблемами сама, — пожал плечами дашейд. – А раз Селестия додумалась упрятать меня на сотни лет во льда, так пусть и расплачивается – никто не помешает мне выйти на пенсию. В конце концов, я маг, или не маг?

— Но ты ведь не собираешься делать это сейчас?

— Прямо сейчас – нет. Сначала мне нужно разыскать Морн, а там посмотрим.

— Эй, дамочки! — раздался веселый оклик из головы колоны, — Если наш милый император ещё не закончил хандрить, то лучше бы ему поторопится! Мы уже подходим к воротам!

Городов, подобного Кардмору, Твайлайт ещё видеть не приходилось. Его здания, в общем-то, не слишком и отличались от понивильских за исключением того, что были выполнены целиком изо льда. Странники попали в самый разгар какой-то суеты: объятые легким призрачным пламенем пони куда-то спешили, смеялись, шутили, весело торговались, жеребята играли в снежки. В центре главной площади стояла гигантская ель, увешанная разными украшениями, преимущественно шарами. Как сказал Сомбра, сегодня альфары отмечали один из главных праздников – Новый Цикл, день, когда беды и неудачи отходят вместе с предыдущим циклом длиною в триста шестьдесят дней.

Оказалось, что эквестрийское золото вполне себе в ходу у альфаров: по пути к дому Лакиеля, оказавшегося внуком мэра Кардмора, Сомбра тормознул одного купца, после чего купил две мягкие игрушки – какое-то странное обезьяноподобное существо, покрытое белой шерстью, с бараньими рогами, и милый дракончик. Первого он презентовал Лайле, второго – Твайлайт.

— А ты шалун, император, — хихикнула гордая обладательница монстрика. – Не забывай, что я замужем!

Встречать их вышел сам мэр. Сухонький, жилистый альфар, закутанный в синюю мантию, удерживающий в копыте магический посох. Под левым голубым глазом собрались несколько морщин, правая же половина лица была скрыта под серебристой половинчатой маской.

— Я рад приветствовать вас в своем доме, — негромко произнес он, кланяясь гостям. – Сомбра, мой старый друг, энгах Волдрес, Лакиель, дорогой внук… А с вами я пока ещё не знаком, прелестные кобылки.

— Это Твайлайт Спаркл, потомок нашего императора, — хмыкнула белая единорожка. – А я… Мур, неужели ты меня не узнаешь?

— Мы встречались раньше? – прищурился Мурриель.

— А если так? – Твайлайт так и не поняла, что сделала Лайла. Отступив на шаг, она легонько тряхнула плечами, и одновременно с этим во взгляде старого альфара вспыхнули искры узнавания и искреннего недоумения.

— Не… не может быть… — выдохнул он, вцепляясь в свой посох. – Это… это не можешь быть ты, Пе…

— Я давно распрощалась с этим именем, как и со своим прошлым, — перебила его единорожка. – Уже больше нескольких сотен лет я отзываюсь на совершенно другой набор звуков. Но здесь и сейчас имя мне – Лайла.

— Лайла… Пусть будет Лайла, — кивнул Мурриель. – В конце концов, это не мое дело. Хотя я бы и не отказался услышать всю историю. Но, для начала, нам с Сомброй нужно уладить кое-какое дело. А пока, почему бы вам не прогуляться по Кардмору? В том числе и тебе… Лайла. Лаки, покажи им город.

— Один момент, — попросил дашейд, увлекая внука Мурриеля в сторону. – Я дам ему пару напутствий. Значит так, — начал он, отойдя на десяток метров. – Сводишь кобылок к местным достопримечательностям, но запомни пару нюансов: Кризалис – магистр иллюзий, энергетический вампир, к тому же замужем. Что касается моей внучки, то… — он намекающе насупил брови.

— Я… Нет! Даже в мыслях не было! – отшатнулся Лакиель. – Она вообще не в моем вкусе!

— Не в твоем вкусе?! Думаешь, она уродина?!!

— Нет! В смысле, она из самых прекрасных созданий, которых я видел! – тут же поменял свою точку зрения альфар.

— Так, я не понял, — склонил голову на бок архимаг. – Ты будешь к ней приставать, потому что она красавица, или нет, потому что уродина?

Бедняга затравленно осмотрелся. Почему-то ему казалось, что правильного ответа единорог ему не предоставил, и любой из вариантов несет один результат: получение по морде.

— Не напрягайся ты так, — захохотал дашейд. – Просто учти, что моя внучка ещё никогда не имела отношений с жеребцами, поэтому может несколько нервничать. А когда она нервничает, даже я не могу предсказать, к чему приводят ошибки в её заклинаниях. Если же тебе посчастливится остаться в своем облике безо всяких изменений, знай, что её брат – правитель Кристальной Империи соседнего мира, её невестка – аликорн, и тоже правитель, её родители – одни из самых родовитых аристократов, друзья – Хранители Элементов Гармонии, а учитель – сильнейший светлый маг Эквестрии, которая смогла отправить свою сестру на тысячу лет на луну. Ну и, конечно, о дедушке-архимаге тоже забывать не стоит. Веселых вам гуляний! – кровожадно усмехнулся он, подпихивая Лакиеля обратно к группе.

— А ты неплохо устроился, — весело хмыкнул Сомбра, осматривая помещение.

Лаборатория Мурриеля находилась под зданием, являя собой огромное помещение, уставленное колбами, реторами, пробирками и разного вида странными устройствами, преимущественно серебристых оттенков.

Венцом всему была огромная скульптура в форме атома, составленная из тринадцати драгоценных камней, закрепленных в специальных гнездах на осях.

— Когда ты мэр города, перед тобой открываются многие возможности, — рассеяно ответил альфар, проводя манипуляции с камнями. От его действий составные части омнископа начинали светиться, проигрывая легкую музыку. – Давай артефакт.

Поместив Звезду в центр скульптуры, маг дождался угасания камней, после чего повернулся к другу, параллельно усевшись на одну из табуреток.

— Сто пятьдесят, — немного помолчав, наконец, произнес он. – Шедевр твой возлюбленной ловит на сто пятьдесят миров.

— А если в шагах?

— От трех до пяти. Примерно.

— Маргу-у-ул… — вздохнул единорог. – Это же сколько мне лет понадобится, чтобы напасть на её след?

— Ты – архимаг, — пожал плечами алфар. – У тебя полно времени в запасе.

— А у неё? Думаешь, у неё есть время?!

— Ты в любом случае не сможешь ничего поделать. Смирись. Лучше расскажи мне о том, что произошло на Пустошах. Волдрес передал мне доклад, но он был несколько… неполным. Хотелось бы услышать твою

версию.

Пожав плечами, дашейд выложил все без утайки. Как, с помощью Кризалис и Матиаса, вышел на след, как попытался уничтожить монстра, и как, в последствии, запечатал.

Услышав всю историю, альфар поднялся, после чего, подойдя к одному из книжных шкафов, устало оперся об книги.

— Значит, мой внук все провалил… — прошептал он себе под нос.

— На твоем месте я был бы рад, что он вообще выжил, — недовольно буркнул Сомбра. – То, во что переродились Братья Бури, явно было не по зубам такому пацану, как он.

— С ним был ты, — сквозь зубы процедил Мурриель. – Ты и… Кризалис. В конце концов, по сути, вы позволили твари сбежать, сотворив джинчурики.

— В тот момент это был единственный выход. Лучше скажи, с каких это пор ты занимаешься созданием артефактов? Твоя основная специальность, если мне не изменяет память, алхимия и бестиология.

— Развитие. Если не двигаться вперед, быстро превратишься в корм для змей. А мне нужно заботится не только о себе, но и о остальном роде Мур.

— Раз уж такое дело, — ухмыльнулся Сомбра, — можно мне увидеть ваш пресловутый Кубок Огня?

— Да хоть сейчас, — пожал плечами криомант. Пошарив у себя в карманах, он извлек небольшую каменную чашечку, не больше копыта жеребенка, украшенную чуть светящимися рунами, которую кинул дашейду.

— Это оно? – недоверчиво поинтересовался единорог, пристально изучая артефакт.

— Ну, когда я сказал, что ты можешь увидеть Кубок в любой момент, то несколько приукрасил действительность, — позволил себе легкую улыбку альфар. – Настоящий гораздо больше, и находится в главной

башне Штормграда. Это лишь уменьшенная копия, тем не менее обладающая всеми способностями оригинала.

— Тонкая работа… — задумчиво произнес черногривый.

— Я потратил на его создание двадцать лет. Именно после него меня назначили главой дома.

— И его решения ни разу не оспаривались?

— Нет.

— А технологию, как я понимаю, ты держишь в абсолютном секрете?

— Как и любой нормальный маг… К чему эти вопросы?

— Да так, — вернул артефакт хозяину Сомбра. – Скажи, мой дорогой друг, почему ты так не любишь своего внука?

Этот вопрос заставил альфара окаменеть. Медленно повернувшись, он посмотрел в лицо ухмыляющемуся бывшему императору. Пару минут кроваво-красные и небесно-голубые глаза боролись за превосходство.

— Как догадался? – тихо поинтересовался Мурриель.

В ответ Сомбра фыркнул, сел, после чего заливисто рассмеялся.

— Мур-Мур-Мур… Некоторые вещи не меняются даже за тысячу лет… Ты все так же склонен переоценивать своих противников, — хмыкнул он, глядя на насупившегося альфара. – Я вовсе ни о чем не догадывался, — сжалился единорог. – Вернее, у меня были подозрения, но доказательств – никаких. По сути, ты сам себя только что выдал. А ведь, не сделай ты этого, вполне могло бы завязаться какое-нибудь расследование, при котором убийцей окажется переодетый садовник, либо дворецкий. С твоей перестраховкой, у тебя, скорее всего, уже были заготовлены варианты.

— Ты провел меня… — тихо пробормотал себе под нос альфар.

— Как жеребенка, — кивнул головой единорог. – Не понимаю, как твой род ещё не утонул в интригах?

— Это очень просто, — хмыкнул Мурриель. – Твоя репутация играет за тебя.

— Сейчас я не слишком соответствую ей. Ладно, — поднялся на ноги Сомбра. – Спасибо за помощь, было приятно погостить, но пока я ухожу. Увидимся нескоро.

Однако подойдя к дверям, единорог остановился. Мощный ледяной порыв захлопнул те прямо перед его носом, не позволяя покинуть комнату.

— И как я должен расценивать это?

— Погоди, Сомбра. Мы ещё не закончили.

— Мне казалось, закончили.

— Ты расскажешь Лаки?

— О чем? О том, что его дедушка смухлевал с подбором противников, отправив своего внука на верную смерть? – презрительно кинул единорог. – Знаешь, есть куда более гуманные способы прикончить нежелательных отпрысков.

— Да не собирался я его убивать!!! – рявкнул потерявший самообладание друг Сомбры. – Все было четко спланировано: Лаки попадает к вам без сил, ты, вместе с Селестией и Луной, помогаешь ему уничтожить Братьев Бури, после чего он возвращается домой героем!

— Да? – выгнул бровь Сомбра. – Забавная последовательность. С кучей изъянов. Как видишь, Тия с Луной не смогли поучаствовать в охоте, а, в итоге, мы чуть было не погибли. К тому же, где гарантии, что я бы согласился?

— Цепь…

— Отковал бы себе новую.

— Звезда…

— Ты не единственный владелец омнископа.

— И твоя внучка, — закончил альфар.

— Что? – угрожающе протянул единорог.

— Что слышал. Ты ещё мог пройти мимо, но твоя внучка… О, нет, Твайлайт Спаркл, Хранительница Элемента Гармонии никогда не оставит несчастного альфара в беде.

— Ублюдок, — сплюнул дашейд, — ты просто воспользовался ею. А через неё — мной.

— Не будь таким злобным. Я же выполнил свое обещание?

— Выполнил. Выпусти.

— Непременно. Как только ты мне кое-что пообещаешь, — кивнул Мурриель, опираясь на посох.

— И, что же?

— Не рассказывай Лакиелю о моей ошибке. Не надо.

— Он все равно провалил задание. Тварь жива.

— Это не проблема. Я что-нибудь придумаю.

— Мне наплевать.

— Сомбра, — тихо вздохнул альфар, — позиции моего дома и так неустойчивы. Лаки слишком молод и глуп. Мои оппоненты непременно воспользуются этим, чтобы посеять смуту.

— Ты попытался усилить свое влияние за его счет. Я не стану представлять ему доказательства, — не оборачиваясь, тряхнул гривой единорог. – Пусть сам решает, кому верить.

— Но, я все же его дедушка… — прошептал Мурриель, убеждая скорее себя, чем старого друга.

— Ага, родственник. Только, такие родные хуже врагов. С дороги.

— Прости, — наконец решился криомант. В его глазах промелькнули красные блики… — Я не могу рисковать.

— Серьезно? – с интересом повернулся к нему дашейд. – Мур, я же тебя покалечу, — на всякий случай предупредил он.

Альфар лишь вскинул посох, целясь в своего противника.

***

— Быстрее, ну же!

Из-за поворота вылетели санки, с впряженным Лакиелем. Тяжело дыша, он помчался дальше по дороге, старательно огибая отшатывающихся альфаров. Лавандовая единорожка судорожно вцепилась всеми конечностями в поручни, в то время как белоснежная, наплевав на всякие техники безопасности, весело смеялась, размахивая копытами.

— А теперь, дрифт!

Взмыленного альфара оторвало от земли телекинезом, после чего швырнуло в ближайший сугроб. Учитывая то, что он все ещё был в упряжке, сани перевернулись, выбрасывая пассажиров.

— Хах… тьфу… ха-хах… ох… Давно я так не веселилась! – поделилась Лайла, пока они с Твайлайт откапывали совместными усилиями слабо шевелящегося внука Мурриеля.

— Ага, — согласилась Спаркл. – Только, может, не стоило так загонять Лаки? – вышеназванный тут же подтвердил утверждение согласным мычанием.

— Надо, Твайли, надо, — шлепнула того по крупу Лайла. – Раз родился жеребцом, изволь катать прекрасных леди!

— Это сексизм… — отплевавшись, проворчал Лакиель.

— Это – матриархат, — хихикнула единорожка. – Привыкай, у нас в мире почти везде так.

— Ужас, — поежился альфар.

— А у вас не так? – поинтересовалась Спаркл, достав один из блокнотов. За последний час она заполнила уже множество листов, и не собиралась останавливаться.

— У нас – магократическая республика, — пожал плечами Лакиель. – Всем заправляет Совет Двенадцати, заседающий в Штормграде.

Откопав санки, он вновь впрягся в них, после чего, дождавшись кобылок, направился в сторону дома, уже рысцой. По пути он остановился возле лоточника, где купил пару местных лакомств, предложив спутницам.

— Лаки, я, конечно, все понимаю, — доброжелательно фыркнула Лайла, отказываясь от угощения. – Но мы не настолько морозоустойчивы. Есть мороженное при таком морозе, для нас это дикость.

Мгновенно все понявший, Лакиель остановился у следующего продавца, теперь уже передав подругам чашечки, исходящие паром.

— Что это? – принюхалась Твайлайт.

— Глинтвейн, — улыбнулся альфар, делая большой глоток. – Нет ничего лучше, если хочешь согреться в мороз. А каждый путешественник знает, то асгардийский глинтвейн – лучший.

— Вкусно… — отпила Спаркл. – А можно ещё?

— Много не надо, — заволновался Лакиель, протягивая другую чашу. – Вот, выпей лучше пунша. Уверяю, не хуже.

— А она? – кивнула лавандовая единорожка в сторону Лайлы, осушающей уже третью порцию.

— А ей попробуй запрети…

БАБАХ!!!

Улочку ощутимо тряхнуло. Несколько пони не удержали равновесия, однако не выказали ни тени страха. Не было ни крики, не паники: помрачневшие жеребцы направились в сторону шума, кобылки с жеребятами – в противоположную.

Источником беспорядка оказался дом мэра, вернее то, что от него осталось. Достаточно большой, трехэтажный, сейчас он был разрушен практически до основания. Уцелели лишь стены первого этажа, да и то не все. Все остальное обратилось в густой туман.

Беззлобно ругающиеся альфары выстроились цепью, покрытые своим Пламенем. Тот час же местность оказалась накрыта полупрозрачным защитным коконом.

— Мы уже привыкли, — пояснил виновато улыбающейся Лакиель Твайлайт. – Дедушка постоянно проводит у себя в подвале эксперименты, и многие из них заканчиваются взрывами.

— Ага, мой тоже… — кисло согласилась единорожка.

Тем временем из тумана вылетел какой-то снаряд. Твайлайт недоуменно моргнула: нечто оказалось её предком, но каким! Черная грива словно обратилась в пламя, покрыв также всю спину, перетекая в хвост. Но даже тот значительно удлинился, по форме став напоминать скорее грифоний – лысый и с кисточкой. Роль последней играл огромный темный кокон. Сами же глаза архимага позеленели, утратив зрачок и радужку.

Коротко рыкнув, единорог сотворил из воздуха свой пресловутый фламберг, после чего метнул в туман несколько Копий Тьмы. Что-то сверкнуло, взорвалось, а потом на пару минут воцарилась тишина.

Когда из мглы выступил Мурриель, Спаркл невольно прижалась к Лакиелю: старый альфар практически не изменился, за исключением тех же глаз, беспросветно красных. Его Огонь же покрывал все тело, огромным столбом уходя в воздух.

— Похоже, дедушки что-то не поделили, — ошарашенно пробормотал внук Мурриеля.

— Что… Ик… Что это с ними? — икнула Твайлайт.

— Боевая трансформация… Если деда применил её, значит взбешен ни на шутку.

— И чем это грозит?

— Как минимум, Огонь, — нервно хихикнул Лакиель. – Последний, кто прошел через дедушкино Пламя, сейчас стоит у нас в саду скульптур.

Тем временем, маги не медлили. Мурриель вытянул копыто вперед, и в Сомбру ударил настоящий ледяной шквал, состоящий из мелких сосулек. В ответ на это единорог раскрыл пошире рот, выдохнув огромный язык пламени. Раскаленная плазма хлынула прямо на старого альфара, однако то лишь шевельнул посохом, и поток разделился, обходя его.

Наклонившись, Мурриель выдрал из земли сосульку, после чего подбросил её высоко в воздух. В полете та резко увеличилась, трансформируясь в гигантского ледяного дракона. Завопив, бестия ринулась на таран, извергая обжигающие потоки холода.

Сомбра не стал уклоняться. Вместо этого, он развернулся, дернув хвостом. Тот, удлинившись, разнес коконом голову бестии.

— Ты ещё-с-с-с не понялс-с-с? – пронеслось над толпой шипение. – Огонь-с-с с-сильнее льда-с-с!

— Да они же сейчас поубивают друг друга! – не выдержала Твайлайт.

— Куда ты, оглашенная?! – удержал её Лакиель. – Хочешь стать первой?!

— Нужно же что-то делать!

— Мы и делаем!

— Что?!

— Бой окончится – окажем помощь выжившему!

— Отличная политика! А что с проигравшим?!

— Похороны – за наш счет!

Тем временем альфар и дашейд перешли в ближний бой. Столкнувшись, Сомбра обрушил каскад быстрых ударов, но криомант покрылся тонкой коркой льда, от которого магический клинок отскакивал, не нанося и царапинки.

— Лед Сталгримаеля, — удовлетворенно прошептал на ухо Твайлайт Лакиель. – Дедушка владеет им в совершенстве.

Та лишь отмахнулась, взволновано следя за поединщиками. На ум внезапно пришло, что что-то она уже давно не слышала Лайлу…

— Хватит!

Ударившая сверху молния раскидала дерущихся в стороны. Недоуменно мотнув головами, единорог и альфар обратили внимание на белую единорожку, незнамо как оказавшейся на территории сражения. Удостоверившись, что завладела вниманием, Кризалис скинула личину, представ в своем истинном виде.

— Ой, ну вы только посмотрите на этих… Ик… жеребцов! – указала она на архимагов. Шокированная Твайлайт неожиданно осознала, что королева чейнджлингов пьяна. – Сразу… Ик… Драку устроили! Чего-то… Ик… не поделили, а туда же! Одно слово… Ик… мужчины!

Похоже, вошедшие в боевую трансформу маги себя не контролировали. Иначе как объяснить Копье Тьмы Сомбры, пробившее Кризалис грудь. Дернувшись, та повалилась на снег, разбрызгивая зеленоватую кровь.

От ужаса Спаркл прикрыла рот копытцами. Конечно, он недолюбливала королеву перевертышей, хотя бы за акцию в Кантерлоте, но она никогда не желала ей смерти. Тем более такой.

— Нет, ну надо же… Ик… Подняли… Ик… копыто на слабую кобылку! Ик!.. Герррои!

Теперь глаза Твайлайт расширились уже от удивления. Целая и невредимая, все ещё пьяная, королева подошла к своему двойнику, после чего легонько пнула остатки. Тот растворился в воздухе, словно туман.

— Я… Ик! Хорошо, что я… Ик! Хорошо, что я доппеля вперед отправила! А то… Ик! В этом мире стало меньше прекрасного… А вы… Ик! Вы – не мужчины! – снова обвиняюще ткнула она копытом в жеребцов. –

Вы… Ик! Мулы!

— Эй! – раздался из толпы одинокий обиженный голос.

Теперь нервы сдали у Мурриеля. Королеву чейнджлингов пронзило огромным ледяным колом, насадив словно бабочку на булавку.

— Извращенцы! Ик!

Теперь Кризалис объявилась в воздухе. Твайлайт никак не могла понять, откуда появляются новые двойники. Не оттуда же? Или оттуда?

— Я… Ик! Замужем!

Следующие десять минут пространство внутри барьера напоминала ад, где сошлись две стихии: лед и пламя. Были применены десятки разных заклинаний, направленные лишь на одну цель – отпускающую обидные комментарии королев. Стоило двойнику погибнуть, как на его месте появлялся другой, а иногда и два, и три. Апофеозом стало переход Кризалис в атаку: копии появлялись теперь в непосредственной близости от дашейда и альфара, норовя отвесить пинок, пощечину, или подзатыльник. Они лопались, словно мыльные пузырьки, сгорая в черном пламени и обращаясь в ледяные скульптуры при контакте с Мурриелем. Однако им удавалось, и из-за этого Сомбра со старым товарищем приходили во все большее неистовство, выкладываясь на полную.

— Вот… Ик! Так-то! – удовлетворенно заключила Кризалис, с превосходством глядя на противником.

Оба мага, тяжело дыша, высунув языки от усталости, и, привалившись друг к другу, смотрели на неё с ненавистью.

— Мур, — тихо просипел Сомбра. – Я…

— Делай, что…

— Нет, я до…

— А что?..

— Услугу…

— Согласен…

— Только пообещай, что…

— Обещаю…

— Хорошо… Подай мне меч…

— А ты – посох…

— Можете снимать, — повернулась к аборигенам Кризалис. – У них уже не осталось… Ик! Сил… — судя по тому, что ни один из местных не высказал удивления, перевертыши здесь были не в новинку. Во всяком случае, королева не вызывала у них страха.

— Запомните… Ик! – подняла ногу чейнджлинг. – Сорится в канун Нового Цикла… Ик! Не дело! И вообще… Ик! Любите своих друзей и родственников, — пробормотала она, оседая на снег. – И меня… Ик! Любите… Хотя, — покосилась она на подбегающую толпу сонным взглядом. – Не все сразу… Ик! По очереди… А хотя… Ик! Я же замужем… В общем, любите, но без любви… на расстоянии… — прошептала, окончательно засыпая.

— Поверить не могу, что она нас одолела, — проворчал единорог, помогая Мурриелю встать на ноги. От другой помощи альфар гордо отказался.

— Кобылы – хитрый народ, — согласно кивнув, дедушка Лакиеля.

— Это все, конечно, забавно, но по-моему, мы остались без помещения, — указала на уцелевшие обломки Твайлайт, когда остальные альфары разошлись.

— Самая малая проблема, — хмыкнул Мурриель. – Сомбра, поможешь?

— Без проблем.

Поднявшийся ураган взметнул тучу снега. Когда она опала, на месте руин обнаружился совершенно целый дом мэра.

— А ты думала, нам так нравится жить в ледяных домах? – хмыкнул Лакиель. – Правда, еду придется покупать новую, но деньки у нас есть. Я сейчас метнусь, — направился он в сторону главной площади.

Твайлайт попробовала было последовать за ним, неуверенно обернулась, посмотрев на Сомбру робким взглядом. Получив утвердительный кивок, рысцой устремилась за другом.

Двое магов, подтащив по ближе сопящую Кризалис, уселись на ступеньки, глядя вслед убегающим потомкам.

— Сомбра?

— Мур?

— Прости. Я…

— Знаешь, Мур…

— Что?

— Несмотря на то, что произошло… Я маргуловски рад тебя видеть.