# Хроники семьи Джей: В тылу неприятеля.

Malthael

В то время как в Кристальной Империи уже празднуют победу над Экридом Смоуком, в остальных частях Эквестрии тем, кому удалось уцелеть, пришлось несладко. Души схваченных единорогом пони вернулись в свои тела, но хорошо ли это — очнуться прямо под носом Теней, которые, потеряв своего кормильца, вышли из-под контроля?

## Глава 1. После сна.

Испорченные земли. Понивилль

Воспоминания Сьюти Маф

...Сквозь щель между век просочился тусклый свет. Такой свет, словно от далекого фонаря... Осталось только понять, что я, наконец, очнулась, и открыть глаза.

Помимо раскалывающейся от боли головы, не в порядке было с ориентацией. Стоило мне встать на копыто, как от головокружения меня замотало из стороны в сторону так сильно, что я едва не осела на круп.

"Ха, я сделала тебя, земное притяжение!" — победоносно усмехнулась я, удержав равновесие. Дезориентация скоро прошла, и голова перестала кружиться. Только после я смогла наконец осмотреться. Вернее, могла бы, не будь здесь так темно. Все-таки, свет этот, похоже, мне показался.

То, что это был какой-то дом, было понятно и без света. По звукам догадалась. Ну, знаете, дома тишина, а снаружи ветерок дует и просачивается через щели в окнах. Однако же домов в Понивилле много, так что в каком именно я очнулась и в чьем — та еще загадка.

А в Понивилле ли вообще я? Последнее, что я помнила, это то, что на деревню кто-то напал, некоторых пленили, а потом какой-то страшный аликорн с черной шерстью и демоническими оранжевыми глазами вытащил что-то прямо из моей груди...

Вспомнив это, я машинально схватилась копытом за то самое место, но ничего не нащупала. Тут же все тело затрясло, а глаза сами по себе округлились от непонятной тревоги. Прокрутив в памяти ту последнюю сцену, я тряхнула головой и поежилась. Бр-р, аж мурашки по коже.

Не высмотрев вокруг ничего, я решилась пробираться в кромешной темноте. Было страшно. С улицы то и дело доносились какие-то звуки, причем довольно пугающие, и, каждый раз слыша их, мне приходилось буквально заставлять себя делать следующий шаг. К темноте глаза очень быстро привыкли, так у меня хоть получалось разглядеть хотя бы мало-мальские очертания комнаты.

Судя по всему, это был коридор. Ткнувшись носом в две параллельные стены, я повернула влево и медленно пошла, тщательно обшаривая копытом пол. Часто оно натыкалось на какой-то мусор, на мебель, на что-то мокрое, к чему стало боязно и противно прикасаться.

Но предосторожности с копытом все же не помогли. Следующим шагом оно нащупало пол ниже, чем обычно, и я, потеряв равновесие, кубарем и с грохотом покатилась по лестнице вниз. К счастью, ничем плохим это не закончилось — отделалась лишь шишкой на лбу, которая, однако же, очень долго болела.

— Могло быть и хуже... А-ай... — шипела я тогда, поднимаясь на копыта и поглаживая ушибленный лоб.

Тут было уже светлее. Сквозь щель чуть приоткрытой входной двери светил тусклый оранжевый свет. Долго думать не пришлось, пара секунд — и я оказалась снаружи.

Все-таки это был Понивилль. На улице стояла ночь. Дорога освещалась лишь одиночными фонарями, да и среди тех горели единицы. И это черное небо над головой... Но что-то в нем было подозрительное. Ни луны, ни звезд...

Когда, словно через что-то плотное, пробились лучи ночного светила, я поняла в чем дело.

Настоящее небо было скрыто от меня черным, непроглядным туманом, неразрывным полотном накрывавшим нас сверху, словно дымовой завесой. Чисто подсознательно я уже приготовилась мокнуть под дождем, но что-то подсказывало мне, что из этих "туч" не выпадет ни капли.

Но самое главное в окружающей обстановке было то, что вокруг не было ни единой души. Я стояла на краю улицы в абсолютном одиночестве. Несколько страшась такого запустения, я решила не стоять на месте, а направиться хоть куда-нибудь. Из множества вариантов я выбрала свой дом, который был сравнительно недалеко, и пошла вниз по этой короткой и узкой улице.

Тут я уловила какие-то звуки, доносящиеся откуда-то издалека. Хлопанье крыльев, грохот и визг. Причем визг не пони, а словно какого-то животного. Слишком тонкий визг даже для самого высокоголосого пони. Как у летучей мыши. Из-за него я воздержалась от немедленного полета в сторону звуков и продолжила путь к своему дому, только уже ускоренным шагом. Мне это уже не нравилось.

"Что за черт? Куда все делись?!" — пронеслась досадная мысль, когда и на своей, и на попутных улицах я также никого не встретила. В окрестностях моего дома тоже было тихо.

Недоуменно оглядевшись, в надежде, наверное, хоть кого-то встретить, я так никакого движения не заметила и в подавленном состоянии подошла к дому. И все же за несколько секунд до этого я уловила, как где-то в конце улицы воздух зашевелился, но не придала этому значения...

Мой путь к дому окончился у входной двери. Она была открыта. Дверь в мой дом была открыта. Вернее, не просто открыта, а выломана так, что на полу лежал обломок дерева с замком на нем, а в самой двери красовалось множество царапин и несколько дыр. Не возмутившись, а скорее испугавшись, я, стараясь не скрипеть тем, что осталось от двери, вошла внутрь.

Темная прихожая, проход слева в зал, лестница на второй этаж, и только там что-то горело, и тусклый свет от этого чего-то сползал вниз по ступенькам.

Снвова вслушавшись, я всем сердцем надеялась, что дома никого нету. Никто не отзывался ни на скрип двери, ни на мой зов... Поднявшись наверх, я окончательно убедилась в том, что дом пуст. Только лишь лампа стояла на столе, внутри которой нешевелящимся огнем горела свеча.

Взяв ее в зубы, я еще раз осмотрела дом, заглянула во все комнаты — ничего, что подавало бы признаков жизни. Тогда я с фонарем вышла на улицу. Такое чувство, будто весь Понивилль вымер. Будто все его жители покинула свои дома и ушли куда-то. Эта мысль меня напугала.

"А что если действительно так? А что если они ушли навсегда?.." — прокручивая в голове эту версию, я почувствовала, как сильнее заколотилось в груди сердце и как похолодело внутри него.

— Э-э-эй! Есть тут кто?! — не совсем уверенная в правильности этого поступка, крикнула я в воздух. Пять... десять... пятнадцать секунд тишины. Ничего. Никакой реакции.

"Но должен же был кто-то остаться!" — однако даже в этих своих мыслях я была не уверена.

Уже собравшись пробежать без оглядки весь Понивилль, я уловила какое-то движение сбоку. Тут же засветив туда фонарем, я открыла из темени продолжение улицы, которое сначала не заметила. Хотя, она мне было неинтересна, так как в той стороне тоже никого не было. Но что же тогда тут так пролетело? Уж не галлюцинации ли у меня после такого "сна"?

И тут, словно отзываясь на мой вопрос, за спиной что-то хрустнуло. То ли хрустнуло, то ли треснуло, но звук был похож на то, как обламывается сухая ветка. Испуганно обернувшись, я убедилась, что так и есть, это шумели кусты. Но просто хрустеть кусты сами по себе не могут. А значит...

— Кто в-дефь? — с ручкой лампы в зубах прошептала я.

Еще бы кто мне ответил... Ощущая дрожь в копытах, я все равно, на свой страх и риск поставила лампу на дорогу, а сама начала обходить сбоку те кусты, медленно и осторожно, чтобы не спровоцировать нечто, сидящее там.

— Пресвятая Селестия, Сьюти, что же ты делаешь... — словно пытаясь отговорить саму себя от этой дурной затеи, шептала я про себя.

С каждым шагом сердце билось все чаще, тело от страха дрожало все сильнее, но неизвестное чувство продолжало толкать меня вперед. И я дальше подбиралась к этим шелестящим кустам, вместо того, чтобы убежать уже куда подальше. И вскоре поплатилась за это.

Я, конечно, уже приготовилась к самому неожиданному, но оно оказалось настолько неожиданным, что я не успела должным образом отреагировать. В кустах нечто яростно провизжало, и только неимоверный испуг и этот элемент неожиданности словно толкнули меня в сторону. Я успела отскочить, а в то место, где я стояла секунду назад что-то с пронзительным визгом влетело. Вот тут уж точно стоило с диким криком нестись прочь из этого места, но нет — моя любопытная морда будто бы уговорила всю остальную часть тела стоять на месте.

Лишь чуть попятившись назад, я со страхом и одновременно с интересом в глазах смотрела на этого летуна. Я узнала его, только когда рассмотрела получше. Хотя, узнать его можно было и по визгу...

Короткая черная шерсть (а то и без шерсти вовсе?), отсутствие гривы, короткий хвост, абсолютно пустые глаза без зрачков, ненатуральные крылья, которые сгибались только у основания. Это был один из слуг того аликорна с механическим крыльями, имя которого я никак не могла вспомнить...

Врезавшись в землю и неуклюже перевернувшись через себя, Тень (вроде бы их так называли...) снова встала и повернула голову на меня. Рот ее открылся, обнажив острые и длинные клыки, и из него вырвалось громкое шипение, как у дикой кошки. Я снова попятилась назад. Бежать без фонаря, который теперь был далеко от меня я не хотела. И так ведь не видно ничего...

Тени, видимо, не нравилось, что я двигаюсь. Ее это раздражало. Но эта догадка все равно была не в силах подавить страх, заставляющий пятиться меня назад. Черный аликорн с каждым моим шагом шипел все громче и яростнее. В какой-то момент я просто плюнула на несчастный фонарь и... побежала.

Бежала, как надо было бежать еще минуту назад — сломя голову, без оглядки. А смысл оглядываться, если и без того каждой клеткой своего тела ощущаешь, как за того, оскалившись, несется этот белоглазый?..

Набрав скорость, я взмахнула крыльями и, как и на фонарь наплевав на осторожность, взлетела над дорогой. Какая все-таки к черту осторожность, если за мной уже кто-то гонится? Дать отпор этой твари я не могла, бежать, только бежать — единственное спасение...

Однако, я не думала, что мой полет продлится настолько мало. Вторая Тень, прилетевшая откуда-то сверху, в два счета нагнала меня и вцепилась зубами мне в копыто. Благо, высоту я не успела набрать, а потому, закричав от боли, рухнула вместе с аликорном в кусты. Теперь бежать было некуда. Прижав к себе укушенное копыто, я отползла в сторону и уперлась в стену дома. Все, конец.

Не желая так легко оставлять свою добычу, первая Тень, прилетевшая на подмогу набросилась на маленькую пегаску, повалив ее. Тут же склонившись надо мной, она раскрыла пасть и попыталась меня укусить, щелкая зубами. Я, не менее пронзительно завизжав, уперлась здоровым копытом ей в шею и что есть силы вжалась всем телом в землю — судя по всему, она метила клыками мне в шею, словно вампир, что было видно по тому, куда "смотрели" те самые клыки.

Лежа так, я не думала о том, что мои вопли могли привлечь внимание других Теней. Нет, мне тогда было все равно. Их и так уже стянулось трое по мою душу, так что приди они сюда всей толпой, я была бы только рада — хоть быстрее загрызут.

И тут, когда от одного вида клацающей пасти я зажмуривала глаза, полные слез и уже была готова буквально завыть, как с одной стороны подскочило еще несколько Теней, а с другой что-то напрыгнуло на ту, что стояла надо мной и ударило ее так, что она отлетела в сторону своих сородичей. Осознав, что я наконец свободна, я тут же сделала попытку встать, в панике забыв про укушенное копыто, которое тут же уложило меня обратно на землю. Признаюсь, тогда я не соображала, что происходит...

Кто-то снова схватил меня за шиворот и оттащил в сторону. После чего этот земнопони обошел меня и закрыл меня от всеобщего переполоха всем своим высоким телом.

Впереди разразилась схватка. Пегас с единорогом против четырех Теней. Морды своих нежданных спасителей я так и не увидела, так как они были скрыты под масками, а на макушки у них были натянуты капюшоны. Эти двое бились с Тенями настолько изящно, настолько красиво, будто они делали это не один день. Та легкость, с которой они уворачивались от выпадов Теней, та резкость, с которой били по ним, и это безмолвие так завораживали, что я наблюдала за ними обоими разбегающимися глазами.

Удар — минус одна Тень. Второй удар — минус две Тени. Единорог включил в бой короткий, судя по всему самодельный меч, быстро избавился от своего противника и, стоя в позе, наблюдал за своим напарником.

— Кончай с ней!

В следующий миг, пегас, обнажив нож и взмахнув крыльями, подлетел в воздух и резким движением проткнул им горло оставшейся Тени. Та тут же обратилась в облако дыма, которое в тот же миг заволокло его и скрыло из виду.

— Осторожно! — едва слышно прошипел единорог, мгновенно среагировав на еще одну Тень, прилетевшую невесть откуда, и легким, но резким взмахом меча спас пегаса от этой напасти. От них остался только дым, который медленно поднимался наверх, к туманной завесе.

— Уходим.

Все еще не придя в себя после шока, я даже не заметила, как меня подхватили и потащили куда-то. Тащил земнопони, единорог бежал рядом, а пегас летел чуть выше над землей, не поднимаясь выше крыш домов. Так мы проскочили несколько улиц и зашли в какой-то дом, где заперлись в просторной комнате на втором этаже.

Едва щелкнул замок на двери, единорог прижал меня к стене и уставился на меня сквозь линзы очков-пилоток.

— В порядке? — повязка поверх его морды чуть заметно зашевелилась.

Я, все еще дрожа от пережитого, кивнула головой.

— Что с копытом?

Я бросила взгляд на свое копыто. Рана в виде следов зубов на ней сильно кровоточила, боль расползалась по всему тело, и я удивлялась, как еще не упала в обморок от такого зрелища.

— Укусили, — сиплым голосом ответила я.

Услышав это, пегас оторвался от окна и, мельком осмотрев рану, со словами "я займусь" стал шариться в сумке у земнопони. Единорог же наконец-то снял очки и маску, обнажив свою немного грязную и заляпанную чем-то, но и с этим вполне привлекательную морду.

— Как тебе удалось так долго прятаться? — оглядывая меня с головы до копыт, словно какой-то феномен, спросил он.

— Прятаться? Я не понимаю...

— Ну не разгуливала же ты всю эту неделю по Понивиллю, так ведь? — приподняв бровь, спросил единорог.

— Я очнулась непонятно от чего всего час назад, — сделав недоумевающее выражение морды, ответила я.

Единорог обернулся на своих. Земнопони, выглядывавший все это время в окно и пегас переглянулись с ним, изумленно косясь на меня. Что происходит? Чего я не знаю?

— Очнулась? — снова повернувшись ко мне, переспросил единорог.

— Ну да. Никого рядом не было, я и пошла к своему дому. А там все перевернуто, словно кто-то что-то искал...

Пегас, вытащив из сумки напарника все, что ему было нужно, подошел к журнальному столику и сложил все это на него.

— Присядь, — кивнул он мне головой на диван. Я, хромой походкой добравшись до него, послушно села. Хорошо хоть единорог помог дойти...

Аккуратно выставив мое копыто на стол, пегас начал свое дело. Его движения были ловкими, быстрыми, и в то же время почти не ощущались. Он аккуратно подтер кровь вокруг раны, обеззаразил ее и уже начал накладывать повязку.

— Как тебя зовут? — все еще рассматривая меня, будто бы узнав во мне кого-то, спросил единорог.

— Сьюти Маф,- после небольшой паузы, думая, отвечать как есть, соврать или вовсе не отвечать, пробормотала я.

Тот в ответ на это с легкой улыбкой ухмыльнулся.

— Скоро выдвинемся и доставим тебя в безопасное место — деловито заверил он меня. — Я...

— Вот в этом я сомневаюсь, Ирис, — перебил его земнопони, стоящий у окна. — Посмотри на это.

Ирис (надеюсь, я правильно расслышала его имя...) подошел к окну и, переглянувшись с земнопони, выглянул наружу. Что-то там определенно происходило. Морда единорога тут же помрачнела.

— Похоже они не скоро разойдутся, — удрученно вздохнул он.

— Будем ждать?

В это время пегас закончил перевязку и затянул узел на ней покрепче, после чего заботливо даже подтер оставшиеся разводы крови.

— Как у врачей обычно говорится: жить будешь! — бодро пробормотал он, будто бы с гордостью глядя на свою работу. — Не туго, нет?

— Нет, нормально, спасибо, — чуть зажмурившись от боли в тот момент, когда пегас затягивал узел, я, наконец, вздохнула с облегчением. Повязка была наложена прямо-таки профессионально, отчего я подумала: уж не был ли этот пегас врачом? Казалось, наступи сейчас этим копытом, я ничего не почувствую. Ушло жжение и ноющая боль в ране, она уже почти перестала кровоточить и доставлять дискомфорт.

— Придется ждать, — нервно вздохнул Ирис. — Внимание! Остаемся на ночлег. Кветт, забаррикадируй дверь и занавесь все окна. Грин?..

— Да? — отозвался пегас.

— Проверь тут все. Может, что-то найдешь.

С этими словами он снова выглянул на улицу, сощурившись. По его морде явно были видны проблески волнения и неуверенности в себе. Что-то, похоже, пошло не по их планам. Мне же не нужно было вставать, чтобы понять, что там, снаружи. Естественно, шумиха, которую мы там развели, не могла остаться незамеченной.

— Скоро вечереет, — раздраженным рывком опустив занавеску, Ирис поспешно спустился вниз следом за земнопони...

## Глава 2. Город-призрак и его обитатели

Глава 2. Город-призрак и его обитатели.

Испорченные земли, Понивилль

Воспоминания Сьюти Маф

Через пару часов наступила ночь. Перемен снаружи никаких не было — как было темно, так и осталось. Разве что Тени, летающие там, стали активнее. То и дело по крыше слышался топот копыт, скрежет и еще какие-то непонятные звуки, которые пугали и каждый раз заставляли испуганно вздрагивать.

Пока Кветт и Грин (земнопони и пегас соответственно) спали рядом, я лишь делала вид, что спала. По правде говоря, спать не хотелось — и угораздило же очнуться под вечер! Но были и приятные моменты — наконец я смогла рассмотреть хорошенько своих спасителей.

Грин Флейм — тот, что зеленошерстый и зеленогривый пегас. Он в этой троице своеобразный врач, но со смехом уверяет, что до нападения Смоука им не был.

«Обстоятельства вынудили!» — сказал он мне тогда с усмешкой.

Среди остальных он показался мне самым настоящим смельчаком, любящим риск и азарт. Ко всему происходящему вокруг он относися, как к игре, с тем же азартом и позерством, что, впрочем, у него выходило довольно красиво. Из всей троици Грин относится ко мне с несходящей с морды улыбкой и приветливостью. Аж неловко становится.

Кветт — земнопони с черной шерстью и с синей гривой с зелеными кончиками волос на ней. Он — полная противоположность Грина. Очень молчалив, за все это время он произнес всего пару-тройку слов. Непонятно как, но Грин и Ирис понимают его практически с полуслова, освобождая его от всякой нужды что-либо говорить. Отдельной роли в группе никакой не играет, так что он всегда нагружен сумками под завязку и часто служит, как прикрытие.

И, наконец, Ирис. Белошерстый единорог с черно-синей гривой, который руководил этой маленькой, но слаженной командой. Обычно промалчивается, говорит, только когда отдает приказы или, довольно редко, когда разговаривает на другие темы. Но никогда не говорит невпопад, каждое его слово настолько четко вписывается в любой спор, даже в котором он сам не участвует, что после них просто напросто… не остается аргументов. Вот такой вот жесткий, немного даже холодный единорог.

Все это время Ирис, стоявший на стреме, сидел в стороне у опрокинутой напольной лампы. Мои движения головой он, видимо, не замечал. Очень хотелось поговорить с ним, но я не знала, как подойти к нему…

— Эй, если тебе холодно, можешь не притворяться спящей, — вдруг не отрывая взгляда от пола, пробормотал он, протянув мне свой плед.

Еще лучше…

— Нет… мне просто не спится.

Тут же раскрасневшись, я медленно поднялась на копыта и уселась рядом с единорогом. Чувствовалось, как от него веяло теплом, несмотря на то, что я совсем не мерзла. А так — да, все-таки было немного прохладно…

— Как твое копыто? — видимо, намереваясь разговорить меня, спросил Ирис.

— Благодаря Грину, уже намного лучше, — снова ощутив на копыте повязку, которая немного пропиталась кровью, ответила я.

— Да, Грин у нас прямо-таки искусный медик. Побольше бы сейчас таких…

— Сейчас? — переспросила я, совсем не поняв смысла этого слова.

— Да, сейчас. Ты что, не видишь всего этого вокруг?

Я потупила морду.

— Если честно, с того дня, как все началось, я ничего не помню… мне говорили, что Смоук крадет души пони. Получается и мою он тоже… — слабо понимая, о чем говорю, я тут же осеклась, прикрыв рот копытом.

— Ага… Вот значит как… — задумчиво хмыкнув себе под нос, пробормотал Ирис.

— Что?

— Смоук украл твою душу, в следствие чего ты отключилась. А теперь ты снова проснулась. Значит… значит, остальные тоже должны очнуться! — он резко вскочил и подбежал к окну. — Черт, все еще там…

— Стой, ты сказал остальные?

— Ну да. Те, кого мы нашли «пустыми» и те, кого не успели эвакуировать в Кристальную Империю.

Так вот куда все подевались! А еще я наконец вспомнила, что тут произошло. Думаю, не стоит это озвучивать, раз тут все и так в курсе событий еще больше, чем я…

— И где они все? — спросила я, чтобы успокоить Ириса, который вдруг разнервничался.

И правда: нервно сощурившись, он глянул напоследок в щелку между шторами и отвлекся, наконец, от переполоха снаружи. Однако, напряженность в нем все же чувствовалась, особенно по тому, с какой нервозностью он сел рядом со мной. Привычно спокойный Ирис теперь выглядел неуверенным в себе.

— Все укрываются на ферме семьи Эппл. Не сказать, что там совсем опасаться нечего, но, по крайней мере, там безопаснее, чем здесь.

— Много вас?

Единорог скривил морду, думая над вопросом.

— Не считая тебя и нас троих — восемнадцать. Правда, хозяев фермы среди них нет…

Наступило неловкое молчание. Настолько неловкое, что мне вдруг захотелось выйти. Стоило ли говорить, что меня всегда трясет при новых знакомствах?

Вздохнув, глядя в свет лампы, единорог улегся на бок. Не отрывая глаз от повязки на копыте, я задумалась. Не представляла, как мы будем пробираться к ферме. До нее около одного-двух часов, вряд ли такой путь обойдется без происшествий. Еще и Тени снаружи все никак не успокоются, словно знают наверняка, что мы где-то здесь…

Неожиданный стук по крыше заставил Ириса настороженно вскинуть голову, а меня наоборот — вжаться брюхом в пол. Правда, сделала я это неосознанно, от испуга, и стыдилась потом. Страшно, что поделаешь… Вскоре все снова стихло, и Ирис, мельком глянув на меня, снова лег на брошенный на пол матрас. Я же, напряженно вздохнув, потешила себя мыслью, что теперь не одна, и, запрокинув голову на бок, снова уставилась на свет лампы.

Думала, как там остальные пони. Словам лежащего рядом единорога я верила (другого выбор все равно не было), но за время их отсутствия на ферме могло произойти все, что угодно. И пусть я старалась отбрасывать эти мысли и надеяться на лучшее, дурные мысли не покидали голову.

Закрыв глаза и стараясь больше ни о чем не думать, я аккуратно, без лишнего шума улеглась на бок. Теперь в голове снова вертелись мысли о предстоящей «прогулке» по Понивиллю…

Но очередной внезапный грохот разбудил меня от полудремы и заставил дернуться. Я глянула на Ириса. Тот все так же лежал, чуть приподняв голову, видимо, прислушиваясь. Через пару секунд тишины я уже успокоилась, но в тот же миг грохот повторился. В этот раз единорог уже вскочил на копыта и, когда прогремело еще раз, тут же прошипел Грину и Кветту, которых тоже разбудил этот грохот.

— Нас нашли! Подъем! — Ирис мигом ушмыгнул из комнаты, Кветт умчался за ним, Грин подскочил к окну. А я… А что я?

А наша Сьюти Маф забилась в угол, дрожа от страха. Вот так. И все. На первом этаже тоже слышался грохот, гремели и на крыше, слышалось звякание металла по стене.

«У них крылья железные…» — пронеслась в голове мысль, и я ужаснулась. Хотя, до истины догадаться можно было по одному только раздавшемуся визгу…

Даже не нужно было смотреть на помрачневшую морду Грина, чтобы понять, что нас окружили. Теперь уже визг Теней слышался отовсюду. Этот пронзительный групповой хор давил на уши, до дрожи в копытах пугал и вызывал панику. Хотелось выпрыгнуть в окно и улететь подальше от этого места. Но тот же самый страх и прижимал меня к стене все сильнее и сильнее.

Вскоре вернулись Ирис и Кветт.

— Если не уйдем, они нас тут заживо погребут! — зажмуриваясь от каждого грохота, единорог выглянул в окно. — Нужно их отвлечь! Грин и Кв…

Раздался звон стекла вперемешку с менее слышным треском оконной рамы. Занавески оказались сорваны, весь пол был усыпан осколками. Тень, ворвавшаяся в комнату через окно, тут же запуталась в занавесках и снесла своим телом журнальный столик, стоящий в середине комнату. Меч Ириса резко проткнул этот шелковый комок, который тут же лопнул и выпустил из себя облако дыма.

— Времени уже нет! — прокричал сквозь грохот Ирис. — Встретимся на том же месте!

Первым дом покинул Грин. Расправив крылья, пегас с ухмылкой на морде и со словами «Ну давайте поиграем!» выпрыгнул в окно, сделав в воздухе сальто через голову, и, взмахнув крыльями, полетел прочь от дома, успев при этом заехать одной из Теней копытом по морде. Практически все они устремились за ним видимо, не думая, что в доме мог быть кто-то еще. В ту же секунду вслед за пегасом в окно выпрыгнул Кветт, правда, уже без лишнего пафоса.

Ирис, схватив плед, которым укрывался до этого, подскочил ко мне и набросил его на нас сверху. Пришлось пригнуться и подобрать под себя копыта, чтобы нам обоим спрятаться под ним полностью.

Положение само по себе оказалось неловким. Все еще не отойдя от шока, я не сразу понял, что от меня требовалось, поэтому единорог без лишних слов склонился надо мной так, что мне невольно пришлось вжаться в пол. В любое другое время и в любой другой ситуации меня бы это смутить, но не в этот момент. Тогда я понимала, что другого выбора просто нет.

Едва одеяло закрыло мне обзор, спереди послышался топот. Вслед за ним последовало шипение. Потом снова топот. Одеяло было толстым, поэтому звуки снаружи доносились глухо, зато нервное дыхание Ириса у уха было слышно более, чем отлично. Похоже, не одна я тут боюсь.

Тень, залетевшая проведать нашу комнату, продолжала рыскать по ней в поисках нас. Сначала я даже подумать не могла о том, что одеяло нас спасет от глаз аликорна, даже учитывая, что Ирис, нависший надо мной, не двигался почти совсем. Но слушая, как Тень беспомощно топает по комнате, я все больше удивлялась идиотизму этой ситуации. От них можно спрятаться одним только одеялом? ..

Ирис в очередной раз нервно сглотнул. Тень все никак не хотела уходить. В какой-то момент я просто залепила глаза, закрыла морду копытами и задержала дыхание на пару секунд. Томительное ожидание сильно выматывало, и я уже думала: будь, что будет, лишь бы побыстрее…

И тут, будто бы я накаркала, топот остановился у нашего угла. Я задрожала от страха. Ирис снова напряженно задышал мне в ухо. Шагов больше не было слышно. Тень задержалась на странном комочке, прикрытом одним лишь пледом. Похоже, все-таки не прошел этот трюк…

Но не успела я даже закончить свою мысль, как вдруг Ирис внезапно вскочил, прихватив с собой одеяло, и набросился на слишком много увидевшего аликорна. Визга не последовало, вместо него раздался приглушенный хлопок. Тень наверняка даже не успела среагировать на резкую атаку Ириса, так что лишнего шума, кажется, мы не наделали.

Первым в окно выглянул единорог, и только потом, через несколько секунд он жестом позвал меня к себе. Где-то вдалеке виднелась та сама туча Теней, которую Грин и Кветт отвлекли на себя. В ту сторону я старалась не смотреть — очень боялась, что эта толпа вернется по наши души, и в то же время очень боялась за пегаса и земнопони. Вдвоем против нескольких десятков…

— Нужно уходить, — вывел меня из мимолетного транса голос Ириса, после чего тот спрыгнул вниз. С окна прыгать было не высоко, но я все же перестраховалась и смягчила падение взмахом крыльев — все-таки копыто еще не перестало болеть. Подумав над тем, что бегать за единорогом я, скорее всего, не смогу, я решила не задерживаться на земле и уже по воздуху ринулась вслед за Ирисом, который припустил вниз по улице.

Хоть я и летела довольно быстро и легко догнала единорога, все равно боялась отстать. Сейчас он был моей единственной защитой, которая могла спасти мне жизнь. Без него я — беспомощная пегаска, которая не то, чтобы отпор дать, даже убежать толком не сможет. В чем я и они убедились несколько часов назад.

— Старайся не хлопать крыльями, — внезапно остановившись, прошептал Ирис, после чего свернул вправо.

Мы прошли несколько улиц, ушли подальше от места неудачного ночлега и вынужденно спрятались в одном из домов. Похоже, Тени все же напали на след нас-беглецов и теперь пустились в погоню. Несколько бесшумно пролетели прямо над нами. Ирис, мгновенно среагировав, затолкал меня, рассеянную, в окно дома.

Тут было так же темно, как и везде, но общие черты гостиной были различимы. Пара диванов, журнальный столик, множество книжных полок — да и на том список весомых деталей интерьера закончился. До конца осмотреть комнату мне не дал Ирис, без.лишних церемониц протолкнувший меня вглубь комнаты. Такое небрежное отношение уже начинало раздражать, но я молчала. Все же в творящемся вокруг ужасе единорог прожил больше, чем я, так что мне ли стоит спорить и пререкаться с ним?

Послушно пройдя дальше, хромая при этом на больное копыто, я обессиленно осела на диван. Ну и денек выдался! Только сейчас я поняла, что хочу спать. Стоило мне расслабиться на мягкой подушке, как тут же меня потянуло в сон. Глаза норовили закрыться. Я попыталась встать, но лень и усталость навалились на меня, а потом уже было поздно — веки предательски слиплись, разлепить их уже не удалось. Резко погрузившись в сон, я с размаху плюхнулась боком на диван.

В ту же секунду меня разбудил Ирис:

— Эй-эй, вставай! — растормошив меня, единорог посмотрел в мои едва открывшиеся глаза. — Что с тобой?

Я не ответила. Что со мной я и сама понять не могла. Внезапно появившуюся жажду сна я никак не могла объяснить. Вместе с тем резко захотелось есть и пить. Все новые ощущения навалились на меня практически одновременно. Ирис слегка потормошил меня.

— Ты как? — вид у него был непонимающим и в то же время обеспокоенным.

— Воды…

Голос моментально охрип. Поначалу я его даже не узнала. Ощущения были такими, словно я не ела и не пила ничего несколько дней подряд. Хотя, откуда мне знать эти ощущения, если я больше нескольких часов отродясь ее голодала…

Ирис не стал задавать лишних вопросов, за что я была ему очень благодарна. Сняв сумка, он без лишних слов достал флягу с водой и протянул ее мне. Еще никогда я не пила обычную воду с таким удовольствием. Жадно глотая эту живительную в тот момент для меня влагу, я еле-еле смогла остановиться, когда ее во фляге осталось всего ничего.

Ирис в это время смотрел на меня так, будто никогда не видел пьющую кобылку. Закончив трапезу я, схватившись зубами за ремешок фляги, отдала ее обратно.

— Пять минут назад не было похоже, что ты ТАК хочешь пить, — тоже глотнув из фляги, единорог убрал ее обратно, а сумку, все так же глядя на меня.

— Я… — прохрипела я, смутно ориентируясь в реальности. Ирис выжидающе приподнял брови. — Я не знаю… Как-то внезапно захотелось спать, есть и пить…

— Конечно, столько без сознания пролежать, — хмыкнул единорог в ответ и в тот же миг округлил глаза после своих слов. От балды ляпнутая шутка оказалась такой правдоподобной, что я предположила, что так оно и есть, скорее всего.

— Есть, говоришь, хочешь? — снова пошарив в сумке, Ирис достал оттуда сверток ткани. — На вот.

Раскрыв его копытом, я обнаружила внутри… два яблока и кучку печенья.

— Припасов мало, экономим… — пояснил единорог, пожимая плечами.

— А ты? — голодным, но пока скромным взглядом глядя на мой потенциальный ужин.

— У Кветта в сумке еще есть.

Кивнув головой, я приступила к трапезе. Смолотив все съестное с неимоверной для меня скоростью, я смущенно глянула в сторону Ириса, что сидел рядом. Поймав мой взгляд, он состроил морду а-ля «Ладно, ладно, не смотрю…», встал и отошел к окну. Проглотив последний кусок печенья, я смахнула с морды крошки.

— Смысла таскать тебя сонную по Понивиллю нет. Остановимся здесь, выспишься немного, — выглядывая в окно, пробормотал Ирис. Он теперь выглядел более-менее спокойным, но, видимо, не настолько, чтобы перестать выглядывать в окна…

Что было после помню смутно. Скорее всего в ту же минуту улеглась спать. В памяти история продолжилась, когда я уже проснулась. На улице было светлее, наверное, проспала всю ночь. Хотелось снова опустить голову на подушку и полежать еще немного, но чьи-то голоса внизу и любопытство на пару перебороли желание спать. Вниз я так и не спустилась. Не дошла даже до лестницы. Остановилась у самого ее начала.

В это время Ирис впускал кого-то в дом. По специфичному жилету я узнала Кветта. Но… он был один. Неужели они потеряли друг друга? Или Грин уже здесь и сидит где-то в гостиной? По морде земнопони, вечно выражающей невозмутимое спокойствие было трудно узнать ответы на эти вопросы.

— Ты как? — прямо с порога спросил Ирис, помогая снять ему сумки.

Кветт утвердительно кивнул. Единорог выглянул наружу и еще несколько секунд высматривал там кого-то, после чего обернулся на Кветта и недоуменно поднял бровь.

— А где Грин?

Кветт в тот же миг понурил голову. Расстегнув одну из сумок, она достал из нее что-то и, не глядя, куда, бросил на пол перед Ирисом. Тот, не понимая такой таинственности своего друга, аккуратно, словно даже с опаской развернул его.

Я ожидала увидеть что угодно, но о том, что мне довелось увидеть, я даже думать не думала. Странным кожанным комком оказался… плащ, который носил Грин. На том месте, где были прорези для крыльев виднелись разводы крови, к которой прилипли перья. Перья зеленого цвета, скорее всего, принадлежащие Грину, которых там было довольно много. Я, ахнув, закрыла рот копытом и отвернулась.

— Нет… Грин… — убитым голосом выдохнул Ирис, оседая от шока на круп. — Как же ты так…

В груди больно закололо. Недавно приподнятое печеньем настроение вновь упало до еще более нижней отметки, чем прежде. Подумать только: еще вечером он бинтовал мое копыто, а сейчас его уже нет. Из-за меня…

## Глава 3. Ползком по переулкам

Испорченные земли, Понивилль

День с момента смерти Экрида Смоука

Воспоминания Сьюти Маф

— Лежать! — коротко шикнул на нас Ирис и вжался всем телом в землю. Мы с Кветтом секунду спустя последовали его примеру.

Впереди что-то с шумом пролетело. Вообще, за последние полчаса много кто пролетел мимо нас с разных сторон, но все равно каждая такая мелькнувшая фигура до дрожи в копытах пугала. Немного успокаивало то, что я все же не одна, а в компании двух пони, которые могут дать отпор Теням. Хоть какой-то отпор. И то спокойнее.

— Идем, — Ирис встал на полусогнутые и медленно двинулся в сторону конца переулка.

Начало пути прошло без происшествий, но довольно напряженно. Буквально каждую секунду я ждала засады, нападения, вздрагивала от каждого звука, смотрела только под копыта, чтобы не наделать ими шуму, прижималась то к одной стене, то к другой... И так каждый переулок.

— Еще пара улиц... — предупредил Ирис, повернувшись к нам.

Больше всего нагнетало даже не это. У всех было подавленное состояние из-за потери Грина. Весь путь мы провели в абсолютном молчании, и дело, скорее всего, было даже не в том, чтобы не наделать шуму. Тишина и без того была настолько неловкой, что я боялась даже вздохнуть лишний раз. Даже Кветт, что всегда ходит с одним выражением морды на все случаи жизни, сейчас шел еще более угрюмый, чем обычно. Что уж говорить про Ириса...

За пегасом никто возвращаться не стал, пусть и рассматривая такой вариант, что он еще жив. Наверное, это было бы глупо, как сказал Ирис... но не будь я такой беспомощной, я бы отправилась его искать. Конечно, я и сейчас боялась пойти на такой риск. Но идти на такой риск ради нового друга, которого пусть совсем и не знаешь — уже не безумство, на мой взгляд.

В любом случае, Ирис с Кветтом посчитали иначе и поступили совсем не так, как я ожидала. Совсем не по-товарищески. Хотя, мне ли их в чем-то обвинять? Я всего лишь маленькая пегаска, слишком маленькая, чтобы перечить этим двоим. Потому то некое презрение в своем взгляде на них я старалась скрывать — ни к чему оно сейчас.

Ирис выглянул за угол дома и, убедившись, что вокруг все тихо, рванул на другую сторону улицы. Скрывшись в переулке, он снова огляделся, после чего жестом копыта позвал нас. Кветт кивнул мне, мол, иди. Скривив морду, я не стала препираться и, неуверенно выглянув из-за угла, рванула к единорогу, зажмурившись.

К счастью, очередная перебежка поперек улицы прошла успешно как для Ириса, так и для меня с Кветтом. К утру активность Теней вроде бы почти сошла на нет, но то и дело редко, но пролетающие над головой аликорны все же не давали расслабиться.

Только сейчас я заметила, что окружение существенно изменилось. По пути мимо клумбы, что располагалась возле одного из домов, что-то заставило меня остановиться и задержать взгляд на множестве цветов. Или... на том, что от них осталось. Судя по форме, это было розы, но цвет бутона не отличался от цвета стебля. И тот, и другой имели темно-синий цвет, настолько темный, что оттенок синего можно было заметить, только приглядевшись. Чисто машинально я вытянула копыто и ткнула им один из этих странных цветков...

...Но он даже не шевельнулся. Словно превратился в камень, как и вся остальная растительность на клумбе.

— Ты чего там? — послышался со стороны голос Ириса.

— Что с этими цветами? — переведя взгляд на него, спросила я.

Единорог с землепони переглянулись.

— Вся Эквестрия превратилась в камень, — пояснил он, с заметным непониманием приподняв бровь.

— Как вся?..

— Вот так. Началось все с замка Смоука, через день окаменел весь Понивилль, затем — уже разрушенный Кантерлот. Ну а дальше... Вот что странно, — Ирис кивнул головой на дом. — все дома целые.

Я стояла и смотрела на него, ошарашенная таким подробностями. И как я это сразу не заметила?

— Пошли, нельзя тут задерживаться, — вернувшись ко мне, Ирис подтолкнул мое замершее от недоумения тело.

Слишком много нового свалилось на меня за этот день. Голова шла кругом, хотелось просто лечь куда-нибудь и дать ей возможность во всем разобраться и разложить все по полочкам...

Мы уже скрылись с улицы, как вдруг до ушей долетел страшный звук. Дикий крик, раздавшийся откуда-то издалека, остановил нас. Ирис с Кветтом тут же бросились назад, на улицу. Это был не визг Тени, пусть и очень похож. Кричал кто-то из пони. Когда единорог и земнопони уже скрылись за углом, я только-только сообразила, что происходит и, взмахнув крыльями, помчалась за ними.

Навстречала выбежала какая-то единорожка. Даже не выбежала, а буквально повалилась под наши копыта, но тут же встала и посмотрела на нас ужасом в глазах.

— Помогите, ему нужно помочь! — уже осипшим голосом (еще бы, так визжать) взмолилась она, тыкая куда-то в дальний конец улицы.

Но помогать было уже некому. Опоздали на несколько секунд. После слов кобылки в той стороне послышались истошные вопли, пробравшие меня до дрожи. Это был не просто крик пони, с которым случилось неприятность, а крик, смешанный с противным криком и бульканьем. И я очень надеялась, что уши меня обманывают и выдают самое кошмарное за действительное.

Когда я наконец догнала Кветта и Ириса, то стало понятно, что начало развития событий я все же пропустила. Ну, запуталась в поворотах, потеряла их из виду, все такое...

В воздухе уже висело облако дыма, Ирис добивал мечом оставшуюся Тень, незнакомая единорожка тут же подскочила к Кветту, что тащил за шиворот повалившегося на бок раненного пони. Я подошла к ним следом и... тут же пожалела, что вообще посмотрела на этот ужас.

Тень укусила пони в шею. И не просто укусила, а просто прокусила и выдрала оттуда изрядный... кхм... кусок... Ахнув, я тут же прикрыла рот копытом но отвернуться уже не смогла. Бедняга давился и захлебывался кровью, хватался за копыта Кветта, которыми тот зажал рану, весь дрожал и судорожно закатывал глаза. Смотреть на все это мне было страшно противно, но отвернуться мне словно что-то мешало. Ничем другим помогать ему Кветт не собирался, видимо, помогать ему было уже бессмысленно поздно.

— Оставьте его! Он уже не жилец! — вмешался Ирис, разрезав пополам еще одну прилетевшую Тень. — Скоро их здесь будет много!

И мы оставили беднягу. Если здраво мыслить, то Ирис поступил благоразумно, ведь ему хоть как-то мог помочь разве что Грин, но того рядом не было, так что... Однако, когда я умела здраво мыслить в суете?

— И все? Мы вот там вот бросили его? — завелась я, едва мы закрылись в одном из домов.

Ирис переглянулся с Кветтом — видимо не совсем понял мои слова.

— Да, мы вот так бросили его, — вздохнув, пробормотал он, видимо уже приготовившись к моей истерике.

— Мы могли взять его с собой!

— Нет, не могли.

— Почему?..

— В этом не было никакого смысла. Ему никто не мог помочь.

Краем глаза я увидела, как единорожка, с недоумением глядя то на меня, то на Ириса, попятилась в сторону, а Кветт, спустив на пол все рюкзаки, пристально наблюдал за мной, словно играя роль телохранителя для единорога. Это вроде как должно было подстегнуть меня на то, чтобы успокоиться, но делать этого я даже не думала.

— Ты даже не попытался ему помочь! — я сделала шаг в сторону Ирис, который должен был выглядеть грозно, но вряд ли таковым казался со стороны.

Ирис промолчал. Лишь перевел взгляд на Кветта и едва заметно покачал головой. Мне показалось, что мой упрек озадачил его, что дало мне немного уверенности в своей правоте.

— Почему ты так поступил? Ты бросил Грина, бросил этого пони...

— Я не смог бы спасти ему жизнь, — с неизменным спокойствием ответил он.

— Не попытавшись спасти хоть одну жизнь, никогда не спасешь ни одной.

— Я спас твою жизнь! Мы спасли твою жизнь! Три раза! — внезапно взорвался единорог. — Мы не пошли за Грином только для того, чтобы дотащить тебя до фермы! Я другом пожертвовал для тебя!

Эти слова, сказанные мне в морду на повышенных тонах, заставил меня замолчать. Моментально умолкнув и опустив голову, я стыдливо отвела взгляд в сторону. Только сейчас я пришла в себя и осознала, что не права. Ирис напоследок посмотрел на меня со взглядом , выражающее упрекающее "То-то же!", и отошел в сторону, оставив меня наедине с моей совестью.

Через полчаса мы снова выдвинулись к ферме. Еще через полчаса мы уже были за пределами Понивилля. Путь оказался намного спокойнее, чем некогда, так что мы вышли без всяких происшествий, даже особо не таясь. Оказавшись за пределами деревни, мы скрылись за ближайшим холмом, но дорогу выходить не стали, а держались чуть поодаль, параллельно ей.

Никто из нас задерживаться в Понивилле, что раньшк был для нас домом, а теперь оказался опасным для жизни местом, особого желания не имел. Даже я, что сперва хотела вернуться к своему дому за некоторыми вещами сейчас смело смело отмахнулась от этой глупой мысли. Ириса и Кветта в Понивилле уж точно ничего не держало, но насчет единорожки по имени Джинджер Брэд я не смела ничего думать, но та, похоже, все же не была против уйти оттуда.

Как, оказывается, многих пони я не знала в Понивилле! И Ирис, и Кветт, и Джин были местными, и лишь Грин был родом из Клаудсдейла, но часто бывал в этих местах. Как же я раньше их здесь не замечала?

Встретившись с глазами с Ирисом, что в очередной на нас, я тут же отвела взгляд. С момента последней перепалки тот не сказал ни слова, как и я не сказала ни слова кому-либо за все это время. было так стыдно за свою истерику, что хотелось буквально провалиться сквозь землю.

В конце концов я не выдержала и догнала единорога, что шел впереди всех.

— Ирис... — замялась я сперва, не успев подобрать слов.

Тот в ответ мимолетом посмотрел на меня, после чего снова сконцентрировался на дороге.

— Если ты пришла извиняться, то не стоит. Я понимаю, какого тебе сейчас, — держа все то же нахмуренное выражение морды.

— И все же, прости... Я не должна была срываться... — я опустила голову, стараясь не смотреть на Ириса.

— Я же сказал, все нормально.

Морда его внезапно сменилась с хмурой на более мягкую, губы растянулись пусть в слабую и натянутую, но все же улыбку. А потом он... погладил меня копытом по гриве. Это было прямым знаком, указывающим на то, что все и правда нормально, что он простил меня и не обижается на мою истерику. Но лучше бы он этого не делал. Тут же смутившись, я едва сдерживалась, чтобы не раскраснеться и мгновенно "уплыла" назад, в хвост группы, а поймав на себе его взгляд и усмешку на морде, тут же скорчилась на манер "я стесняшка, не смотри на меня".

На пару секунд я забыла, где нахожусь. Мне было неловко за свою истерику, за свою реакцию на довольно дружелюбный жест, да и за всю ситуацию в целом. До этого у меня не было таких взрослых друзей-жеребцов, и именно это, наверное, больше всего смущало меня. Хотелось, чтобы положение побыстрее ушло в другое русло...

— Ирис! — Кветт внезапно поднял голову, словно всматриваясь куда-то вдаль, после чего подскочил к единорогу и ткнул куда-то копытом. — Вон там.

Остановившись, мы все вчетвером уставились туда, куда указал земнопони. Я и раньше видела ферму знаменитой на всю Эквестрию семьи Эппл, так что первый взгляд на нее издалека ничего особо не дал. И только приглядевшись хорошенько, я заметила, насколько сильно преобразилось это место всего за несколько дней.

Первым бросился в глаза яблочный сад, который всем своим темным, почти черным видом указывал на то, что с ним случилось страшное. Не слышно теперь прежнего шелеста листьевс что слышался раньше даже отсюда. Но, похоже, Кветта и Ириса насторожило вовсе не это.

Я скользнула взглядом по каменному саду и остановила его непосредственно на ферме.

— Костер тлеет, видишь? — пробурчал Ирис Кветту. Они переглянулись и... резко сорвались с места. Единорог лишь прошипел что-то вроде "Идем!" нам с Джин, и мы,немного замешкавшись, помчались за ними.

## Глава 4. Опоздали!

Испорченные земли. Ферма семьи Эппл

Воспоминания Сьюти Маф

— Похоже их нашли здесь, — сообщил и без того очевидную весть Ирис, спустившись со второго этажа.

То, что здесь никого нет, стало понятно сразу после того, как единорогу со всего дома никто не откликнулся. Дом был пуст, но покинули его относительно недавно, как сказал Кветт. Хотелось верить в это, ведь, если они ушли недалеко, есть шанс догнать их без происшествий.

Но нас начали одолевать сомнения насчет этого, когда за первым же углом мы нашли... мертвого пони, что лежал в дальнем конце коридора. Его мы увидели не сразу, а только когда прошли вглубь дома.

— Кейд... — тихо произнес Ирис, покачав головой.

Тело бедняги у стены, все исцарапанное. Шея была по традиции была прокушена...

Подавлено вздохнув, единорог направился в сторону лестницы на второй этаж. Я, около противоположной стены обойдя окровавленное тело, направилась за ним, в то время как Кветт с Джин ушли в другую комнату на первом этаже. Не хотелось оставаться одной в этом месте...

Ирис поднимался медленно, стараясь не шуметь, аккуратно опуская копыта на ступеньки, каждая из которых предательски скрипела под ними. Я все же предпочла похлопать крыльями, что оказалось намного тише противного скрипа, но все же недостаточно тихо, чтобы быть стопроцентно уверенной, что нас никто не услышит там.

Наверху слышался какой-то глухой шум, от которого становилось жутко. Там определенно кто-то был. Ирис это тоже понял, раз посмотрел на меня, видимо с намеком на то, что я могу остаться внизу. Я в ответ только покачала головой. Отныне одна я больше никогда нигде не останусь. Хоть с Ирисом, хоть с Кветтом,да хоть с той же Джин — даже с ней будет не так страшно.

Ирис, сойдя с лестницы, остановил меня жестом копыта, а сам беззвучно скользнул в ближайшую комнату. Все же, остаться одной пришлось. Пока единорог осматривался там, я спустилась на пол и замерла, вслушиваясь в звуки дома. Помимо тихих шагов Ириса, которые в еще более тихой тишине слышали довольно отчетливо, уши уловили еще какие-то посторонние шумы. Словно кто-то шарился в одной из комнат. Положение усугублял тот факт, что комнат тут было много, а откуда именно исходил шум было непонятно.

Еще один фактор, который откровенно мешал — темнота. Я ожидала что с наступлением утра рассветет, но на деле светлее совсем не стало. Черное облако, раскинувшееся на всю Эквестрию, не давало восходящему солнцу пробиться к нам лучами света, погружая страну в кромешную темноту. И это на улице — что говорить про коридор, где только одно окно в дальнем его конце!

Именно сейчас в другом конце этого коридора я и стояла, ожидая возвращения Ириса, как спасения.

Внезапно мелькнувший силуэт у окна заставил меня содрогнуться и вжаться в ближайшую стену. То, что это мог быть Ирис или Кветт было исключено — единорог все еще копался в комнате справа, а земнопони никак не мог появиться здесь, учитывая, что лестница в доме всего одна. Удерживая сердце от искушения выпрыгнуть из груди, я нервно сглотнула и сделала то, чего делать совсем не стоило — пошла в ту сторону.

Я не думала о том, чтобы позвать Ириса, до которого было копытом подать. Вообще непонятно, о чем я думала, когда шла туда. Знала ведь, что это опасно, что еще весьма мягко сказано, и все равно шла с замирающим дыханием, дрожащими копытами и стучащими зубами...

Выглянув за угол, я, ничего толком не разглядев, подняла с пола какую-то палку, намереваясь зарядить ею по тому, кому вздумалось тут меня пугать, и медленно зашагала в ту сторону, куда предположительно этот кто-то ушел.

Несмотря на то, что я прекрасно знала, насколько огромна семья Эппл, количество комнат в доме все равно поражало.

"Как бы не заблудиться здесь..." — с ноткой шутки, которая, правда, была спрятана под толстым слоем страха, подумала я, украдкой заглядывая в одну из них.

Снова раздавшийся шум указал мне на точное местоположение незнакомца. По традиции всех страшилок, которые мне рассказывали ровесники, звуки исходили из самой дальней комнаты, дверь в которую была чуть приоткрыта. И хоть бы там было бы светло, нет же! Хотя, учитывая, что Теням неприятен свет, вряд ли одна из них выбрала бы для себя светлую комнату.

Даже тот факт, что Тень непонятно для чего зашла в дом, уже настораживал. Может это и не Тень вовсе? Сомнения тут же нахлынули на меня, но отступать было уже поздно. Крепче сжав в зубах палку, я аккуратно толкнула дверь. И это оказалось роковой ошибкой.

Душераздирающий скрип дверных петель раздался настолько неожиданно, что я сперва не поняла, что за существо издало этот противный звук. Но когда поняла, было уже поздно. Дверь медленно отворилась, открыв меня на обозрение Тени, которая тут же обернулась на звук. Еще секунда — и я уже вовсю скачу назад, в противоположную дверь. Опять же, можно было вернуться назад к Ирису, но паника, охватившая меня, не дала адекватно продумать действия, в следствие чего я оказалась в западне, запертая своими же копытами в компате.

Послышался визг, и дверь содрогнулась от удара. Щелкнув замком, я, судорожно дыша, заметаласт по комнате. Пока Тень предпринимала безуспешные попытки пробиться сквозь эту баррикаду, я метнулась к окну, к единственному выходу. И какая была досада, когда этот единственный выход оказался мне не по зубам! Он... просто-напросто не пропустил меня! Щеколду на раме заело, из-за чего я не смогла даже поднять ее. Ударив пару раз копытом по стеклу, я в очередной раз убедилась в безнадежности ситуации и своей никчемности и обернулась на дверь.

Удары в нее в один миг прекратились. Еще несколько секунд я неподвижно смотрела на нее, и только потом решилась подойти. На ней в области ручки виднелись вмятины. Еще чуть-чуть, и дверь была бы выбита, но Тень почему-то остановилась. Почему же? Было бы неплохо, будь на двери глазок...

Но, как оказалось через пару секунд, он не понадобился бы, и последний вопрос отпал сам собой. Раздался визг, но уже совсем с другой стороны, затем звон стекла, после чего нечто вдруг опрокинуло мена на бок. Перед глазами вдруг возникла клыкастая пасть, первой реакцией на которую был резкий, но от того не такой уж сильный удар по морде. Тень взвизгнула и попыталась укусить меня в ответ, но я вовремя уперлась ей копытами в горло, не дав ей этого сделать.

Я не могла закричать. Зубы сжались от напряжения, голосовые связки словно онемели от страха, так что я так и лежала под Тенью, не в силах даже позвать помощь. Часто сопя носом, я попыталась удержать подальше от себя клацающего монстра, что с каждым его рывком получалось все с большим усилием. В какой-то момент копыта просто прогнулись, и...

...Я выскользнула из-под грузной туши. Клыки Тени защелкнулись там, где секунду назад была моя шея, а я тем временем метнулась к окну и вот уже почти выбралась наружу, но уже очухавшийся аликорн не дал мне этого сделать. Получив толчок в бок, я влетела в стену, больно ударившись об стоявший рядом с ней стул, и упала на пол без движений.

Сквозь помутнение в глазах я все же разглядела ее. Оскалившись, она медленно, неспеша надвигалась, словно зная, что я никуда не убегу и никто мне не поможет...

И тут дверь снова содрогнулась от удара. Тень едва заметно вздрогнула и прошипела на нее.

— Сьюти! — послышалось с той стороны.

Это слово, влетев мне в уши, словно само вдруг подняло меня на копыта.

— Ирис! — наконец ответила я, и в следующую секунду меня снова повалили на пол.

Я чувствовала, что силы на исходе. Чувствовала, как клацающая клыками пасть аликорна с каждым рывком оказывается все ближе и ближе к шее. Чувствовала дуновение ветра от его надрывистого дыхания. Чувствовала, как пол содрогается от ударов в дверь... Все это слилось в одну кучу, которую не получалось понять никоим образом — сейчас мне просто хотелось выжить.

Дверь снова с треском содрогнулась и распахнулась, и в комнату буквально влетел Ирис. Его меч со свистом рассек воздух надо мной и воткнулся в деревянный пол чуть левее моей головы. Промахнувшись по Тени, единорог едва не отсек мне голову, заставив меня замереть вместе с моим сердцем и дыханием.

Тем временем аликорн уже накинулся на Ириса. Тот, повалив ее на бок, уже собирался нанести последний удар копытом, но она резко извернулась в его объятиях и с характерным звуком укусила его за верхнюю часть копыта. Раздался короткий вскрик, которы после перешел в сдавленное рычание сквозь зубы. Единорог, оскалившись в ответ Тени, попытался стряхнуть его или вытащить копыто из его зубов, но этим сделал себе только больнее.

Мне ничего не осталось, кроме как вцепиться зубами в рукоять меча и с размаху рубануть по Тени. Получилось смазливо, но этого хватило, чтобы обратить аликорна в черное облако. Едкий дым запершил в горле и противно защекотал нос изнутри. Выронив изо рта меч, что со звоном упал на пол, я закашляласт и отошла к Ирису. Тот, к счастью, почти не пострадал: плотный кожаный плащ не дал зубам прокусить себя, отчего на нем осталось лишь несколько царапин.

Облегченно вздохнув, я помогла единорогу подняться и, на секунду замявшись... полная неуверенности, обняла его.

— Спасибо... — прошептала я, выдержав паузу.

— И тебе спасибо, — послышался тихий ответ у уха.

Ирис, похоже, оказался готов к такому повороту, что меня немного смутило. А может, его это никак не задело? Я чуть отстранилась от него. Нет, улыбается. Не уж то...

— Что случилось?

Мы с единорогом вмиг обернулись на голос. В дверях стоял Кветт, за ним пряталась и выглядывала из-за него Джин. Выражение его морды вдруг постепенно сменилось, глаза сощурились и остановили свой взгляд на мне. К тому времени я уже выпустила Ириса из объятий, но его улыбка, поздновато сошедшая с морды, выдала нас обоих с потрохами. Еще бы: следы укуса на копыте, лежащий на полу меч, облако дыма у потолка, непонятные шум и грохот, и этот улыбается — как тут не догадаться?

— Все нормально. Нашли что-то? — вернув себе прежнее строгое выражение морды, спросил Ирис у земнопони.

Тот еще несколько секунд осматривал меня с неким подозрением, после чего перевел взгляд на единорога и, наконец, ответил.

— Еще одного потеряли.

— Кого?

— Винса.

В комнате повисла тишина. Слышен был только ветер, свистящий у открытого окна.

— Нужно идти, — вздохнув, пробормотал единорог и поспешно вышел в коридор. — Они могли пойти только обратно в Понивилль. Отправимся за ними, может быть, успеем догнать их, если кто-то еще жив.

— Почему именно в Понивилль? Не лучше ли уйти в пустоши?

Ирис внезапно остановился, уставившись на земнопони.

— Потому что там еще опаснее, чем ты думаешь. Почему, как ты считаешь, я не направил всю группу к Кристальной Империи, а остался вместе со всеми тут?

Кветт молча забегал глазами по морде Ириса.

— Грин пришел к нам оттуда. Из пустошей. Там никто бы не выжил, — отрезал единорог, и снова двинулся в сторону лестницы.

— По твоему лучше было сидеть здесь и ждать помощи? Помощи, которой может быть даже не будет? Откуда ты знаешь, что Эквестрию не захватили? Может быть там, в Кристальной Империи, уже никого нет в живых?

— Мы не видим, поднимается солнце или нет каждое утро из-за сплошного тумана, так что не стоит делать преждевременных выводов, — надевая на себя рюкзак, пробормотал Ирис ему в ответ.

— Они разгромили Кантерлот за вечер. Вечер, Ирис!

— Кантерлот не знал, что их ждет, поэтому поддался армии Теней.

— Да оглянись ты вокруг... — остановил Кветт единорога, когда тот уже вышел на улицу. — Неужели ты не понимаешь, что тут опасно? Сколько пони мы уже потеряли? А? Грин, Кейд, Винс, и это только сегодня! А сколько пропало на вылазках? Ты помнишь? Или ты уже забыл? Отвечай!

Следующая сценка прошла словно в замедленном действии. Вот Ирис скалится, нахмурившись и опустив голову. Вот его копыто медленно отрывается от земли. Вот он резко разворачивается. Вот поднятое копыто направляется в сторону Кветта...

Земнопони содрогается, задрав голову назад, и валится на бок, получив удар по морде. Мы с Джин в полном совместном недоумении пятимся назад, не желая попадать под горячее копыто. Внезапно озлобленный Ирис схватил магией земнопони за шиворот и поднял над землей.

— Не смей так говорить, — процедил он сквозь зубы, заглянув Кветту прямо в глаза. — Я пытался сохранить этим пони жизни. И не моя вина, что для кого-то это сделать не удалось. Идти в пустоши было верной смертью, и ты это знаешь. Однако, если хочешь идти туда, пожалуйста, валяй — я тебя держать не буду. Но их я с тобой не отпущу.

Последняя фраза прямо относилась ко мне и Джин. Мы переглянулись.

— Пошли, — кивнув нам, Ирис дождался, пока мы присоединимся к нему и направился назад — в сторону Понивилля.