# Правильный выбор

Hartvein

Когда предстоит принять решение, от которого зависит очень многое, главное не оступиться и сделать правильный выбор.

Первое творение на полях бумаги, чернил и пера.

Критика и башмаки приветствуется (только не деревянные. Сжальтесь над начинающим)

Указанные ошибки исправлены (надеюсь)

## Единственная глава

Одна единственная, единая и неделимая.

В последних лучах уходящего солнца, остров Биг Таск приобретал удивительный шарм: древние сосны и ели, возвышающиеся на много метров ввысь; слегка зелёные холмы с невероятно яркими северными цветами; седые холмы покрытые трещинами и мхом; древние крепости на скалах, отбрасывающие свои могучие тени на округу. Общую красоту дополняет лёгкий слой снега, что укрывает верхушки деревьев, холмов и скал, а также бодрящий морской ветер полный запаха водорослей и соли, что постоянно обдувает эти спокойные места.

Но сегодня вечером, ветер не пах водорослями и солью. Он пах горящими факелами.

На вершине крепости Хайпоинт, что стоит на самой высокой скале на берегу острова, стоял пони и оглядывал горизонт, где садилось солнце. Солнце медленно и лениво тонуло в сером северном море. Когда солнце почти скрылось под воду, пони повернулся и подошёл к противоположной стороне башни, где в тот момент восходила луна. Он долго глядел на луну, на которой совсем недавно появилась голова Госпожи ночи. Солнце полностью ушло за горизонт, и с последними лучами ушедшего светила на остров упал ночной мрак.

На острове помимо Хайпоинта было ещё много разных крепостей, застав и лагерей в которых, начали зажигаться огоньки. Оглядев весь остров ещё раз пони одобрительно хмыкнул. Подувший внезапно ветер, заставил пони скривить мордочку и закашлять — пахло гарью костров и факелов. Ветер дул с юга — туда пони и обратил свой взор. Погода была на удивление отличной для этих мест, и с вершины Хайпойнта можно было увидеть берег большой земли, берег который был освящён тысячью огоньков, который складывались в один большой светящийся шар.

— А вот и она, значит, Шаттерд Миррор не ошибся, — проговорил пони вслух глядя на большую землю.

В этот момент, люк на башню открылся, и оттуда выглянул единорог.

— Мастер Чарджинг Шок, вот вы где! Собрание собрано, поспешите присутствовать.

— Передай им, что буду через пять минут, — сказал Шок, не оборачиваясь на единорога.

— Да мастер! — отдал честь единорог и спешно скрылся за люком.

Поглядев ещё немного на большой шар из факелов и костров на дальнем берегу, Шок направился к люку.

* * *

Зал собрания был небольшой, но его было достаточно, чтобы вместить два десятка пони так, чтобы никто не толкался. В свете немногочисленных факелов, в зале царил полумрак из-за чего, темные флаги и недобро сверкающее оружие создавали мрачную атмосферу. Вдобавок ко всему, за большим дубовым столом в центре комнаты, сидели пять фигур пони с мрачными выражениями мордочек, которые, пристально глядели в карту, лежащую в центре стола.

Тяжёлая дверь открылась, и в зал вошёл земнопони. Он оглядел всех присутствовавших за столом, но те продолжали глядеть на карту, не издавая ни звука. Тогда земнопони громко прокашлялся, привлекая внимания всех в зале.

— А, мастер Чарджинг Шок, вот и вы! — сказал старый единорог, отвлекаясь от карты. — Прошу, присоединяйтесь к собранию, — он указал на пустой стул за столом.

— Благодарю вас, старший служитель Космик Стар, — сказал Шок, садясь за стол.

— Теперь мы можем начать собрание!

Космик Стар встал, как и все остальные сидящие за столом. Оглядев их и поняв, что старые глаза уже плохо видят в темноте, его рог окутала магическая аура, и все жаровни и факела в зале загорелись, полностью освящая помещение.

— Теперь, когда мы все собрались и можем видеть друг друга, поговорим о нашей ситуации, — с этими словами он леветировал в центр стола меч, амулет и плащ.

— Сегодня, один из наших братьев принёс с большой земли ужасную новость: грандмастер Шаттерд Миррор был казнён солнечными раскольниками.

В зале резко похолодало и все упали на свои стулья и обмякли.

— Значит, слухи были правдивы… — сказал упавшим, почти мёртвым голосом Чарджинг Шок.

— Как поведал нам наш брат, грандмастер до конца, под всеми пытками, не отрёкся от своей клятвы и не пожелал преклониться перед солнечной принцессой, — окинув взглядом вещи, Космик Стар продолжил. — Одного из наших братьев, они послали сюда с вещами грандмастера и посланием быть сговорчивее, когда принцесса Селестия придёт сюда.

В зале нависло тяжёлое молчание.

— Поэтому, я хочу перейти к теме собрания… избрание нового грандмастера.

— Но, мы не можем выбирать грандмастера без всех представителей ордена, — сказала пегаска.

— Да, а как же наши ячейки в Грифоньем королевстве, в Зебрике и вообще из всех остальных

государств? Разве нам всё равно на их мнение? — вмешалась сидящая рядом с пегаской единорожка.

Космик Стар поднял копыто и тем самым предотвратив новые вопросы.

— Я понимаю ваши обеспокоенности мастера Фогги Эйр, — он посмотрел на пегаску, — и Бьюти Спаркл, — и на единорожку, — но уверяю вас, наши братья и их мастера понимают всё серьёзность положения в Эквестрии после изгнания лунной принцессы и после коварного пленения Шаттерда Миррора, они высказали полную поддержку нашему выбору грандмастера.

— Из нас шестерых в этом зале, только три мастера, — Чарджинг Шок встал со своего места и посмотрел на вещи Шаттерда Миррора. — Я, мастер от земнопони, Чарджинг Шок, Бьюти Спаркл, мастер от единорогов и Фогги Эйр, мастер от пегасов. Кто из нас сможет возглавить наш орден и нашу веру в это поистине тяжёлое время? Ведь правом голоса обладает каждый из нас, мастеров, и вы, старший служитель Космик Стар, а сестра Шадоу Даймонд и брат Хайтауэр, которые сидят здесь, — он указал на фестралку и земнопони сидящих за столом, — правом голоса не обладают. Из этого следует, что вы, Космик Стар решаете, кто будет грандмастером, если мы все выдвинем наши кандидатуры.

— Да, в конечном итоге решать, кому быть грандмастером, буду я. Но. Но… только потому, что здесь нет других мастеров и других служителей. Мы в жесточайшем упадке, которого не видела наша вера и орден со времён Раскола Двух Светил. Мы тогда думали, что хуже быть не может, но нет, худшее пришло только сейчас, — Космик Стар начал расхаживать вокруг стола. — Многие отвернулись от истинного света звезд и истинных догматов нашей веры, в угоду Расколу. Наши ряды и ряды наших последователей уменьшались долгое время, а ряды раскольников только ширились. Многие наши реликвии попали во владение раскольникам, почти со всех священных мест нас выгнали, — он посмотрел на карту, на которой были изображены все известные земли. — Теперь МЫ, те, кто основали веру и принесли свет звезд всем желающим… волочим своё жалкое существование на границах своих родных и священных земель, а также в других государствах, — он отошёл от карты и подошёл к маленькому окну и посмотрел на большую землю, с которой светящийся шар медленно сползал в воду. — А теперь, когда солнечная принцесса изгнала на луну лунную принцессу, солнечные раскольники решили помимо лунных раскольников покончить и с нами. За то, что мы поклоняемся не только солнцу, но и луне и звездам в целом. И их «богиня» решила лично посмотреть, как мы склоним колени перед ней, после смерти нашего грандмастера. И кто будет тем, кто преклонит перед ней колено? Кто будет тем на ком закончиться наша славная история? Кто будет тем, кто будет записан в летописях как «преклонивший колено и накопытник поцеловавший»? Кто сможет сделать это? КТО?! НУ ЖЕ! КТО ЭТО СДЕЛАЕТ?!

От крика пожилого единорога и магии что покрыла его рог, все источники огня в зале потухли, полностью погрузив зал в кромешную тьму. Падавший лунный свет из окна падал на центр стола, освящая меч, меч, что передавался каждому новому грандмастеру во владение после избрания. Весь зал сидел в полной тишине и молча глядел на меч. Мягкий свет играл на стали, которая видела много эпох и много владельцев. Каждый видел в нём своё отражение, которое мог видеть только смотрящий на сталь.

— Неужели никто? Неужели среди нас нет того, кто возьмёт на себя эту ношу? Разве среди оскудевшего Звёздного Воинства нет того, кто сделает это? — Космик Стар щурился в темноте, пытаясь увидеть хоть кого-нибудь. Оставив попытки разглядеть сидящих, он отвернулся к окну и тяжело вздохнул.

Чарджинг Шок поднялся из-за стола. Остальные обернулись и посмотрели на него.

— Я буду тем, кто примет все последствия на своё имя. Я желаю провести наш орден сквозь тьму будущего. Я, Чарджинг Шок, выдвигаю свою кандидатуру на титул грандмастера, защитника догматов, реликвий и паствы солнца, луны и звёзд.

Все смотрели на Чарджинг Шока с открытыми ртами и не могли произнести не слова.

— Кто-то обязан это сделать, иначе мы потеряем остатки гордости и чести, если Она придёт, а грандмастера не будет, да и к тому же я единственны из мастеров… ну теперь единственный, кто знает кантерлотское наречие.

Старый единорог подошёл к столу и оперевшись на него двумя передними ногами поглядел на претендента. Он долго глядел ему в глаза, в которых играл лунный свет.

— Ещё будут претенденты? — спросил единорог, зажигая люстру над столом.

Из-за стола поднялась Бьюти Спаркл, а за ней Фогги Эйр.

— Нет. Я, мастер Бьюти Спаркл, отдаю свой голос за претендента Чарджинг Шока.

— Как и я, мастер Фогги Эйр, отдаю свой голос в пользу Чарджинг Шока.

— Похоже, я не буду решать… грандмастер Чарджинг Шок, — усмехнулся Космик Стар. — Ну в таком случае от имени всех мастеров и служителей, что не могут быть сегодня с нами, я отдаю их голоса и свой голос за кандидатуру Чарджинг Шока на титул грандмастера нашего ордена. За сим объявляю: Чарджинг Шок избран новою главою ордена. Единогласно.

— Я благодарен вам за поддержку. Честь иметь вас в братьях и сёстрах. — Чарджинг Шок поклонился.

— Ладно, официальная церемония будет ранним утром… ну а пока, мы поговорим о наших «гостях» на острове. Сестра Шадоу Даймонд, каковы силы Принцессы?

Фестралка встала из-за стола и опёрлась на карту.

— У Солнечного тирана помимо своей персоны, ещё две тысячи душ. К позднему утру они полностью переправятся на остров и будут готовы.

Старый единорог поморщился. — Мда, брат Хайтауэр как наши крепости?

Земнопони положил подбородок на копыто и с пустым взглядом посмотрел на потолок.

— Крепости прочны, в этом спора нет, — он вздохнул, — но если мы захотим держать оборону, это место станет нашей гробницей.

— Мастера и грандмастер, сколько воинов вы можете выставить?

— Я могу выставить триста земнопони, — сказал Чарджинг Шок.

— В моём распоряжении сейчас двести пегасов, — ответила Фогги Эйр.

— Сто рогов в нашем распоряжении, — отчеканила Бьюти Спаркл.

— Шестьсот? Но где остальные? Я помню, что у нас больше воинов, чем шестьсот. Это не хорошо, — сказал Хайтауэр, медленно сползая под стол.

— Их преследуют, — сказала Шадоу Даймонд. — Многие сейчас прячутся или бежали к своим братьям и сёстрам в другие земли, — Фестралка опустила уши и свои мышиные крылья. — Мы… одни перед гневом Солнечной.

Все разом сникли после обсуждения положения, в котором они сейчас прибывали.

— Значит, мы должны встретить судьбу, какой бы она не была, — резюмировал Чарджинг Шок.

— Похоже на то… Ладно дети мои идите, подготовьте остальных. Утром наша судьба решится. Объявляю собрание законченным! Идите!

С поникшими головами смотрящими в пол, все вышли из зала. Космик Стар остался один. Он потушил люстру и направился к двери. Дойдя до неё, он остановился и поглядел на меч грандмастера, который продолжал купаться в лунном свете. Он поглядел в окно из которого падал свет: на него смотрело большое лунное око с образом тёмной кобылы на нём, луна и кобыла смотрели на Космик Стара, а он на них.

— Неужели это действительно наш конец. Неужели нам суждено склониться перед раскольниками и их псевдобогом, — он пристально поглядел на образ кобылы на лунном оке. — Вот он, истинный кошмар. Не ты, и не твоя ночь и не твоя сестра, а утрата истинного пути. Путь, ведущий в бездну и сама бездна. Вот это и есть кошмар, а не ты… Найтмер Мун.

Он вышел из зала, захлопнув дверь магией.

* * *

Небо было уже голубое и от ночного мрака не осталось и следа, но звёзды всё ещё сияли на небосводе, помогая едва вставшему солнцу освятить землю. Ветер с моря аккуратно покачивал вековые деревья.

От созидания красоты этого сурового северного острова, Чарджинг Шока отвлекли голоса его спутников.

— Грандмастер, вы слышите меня? Ау?

Помотав головой, скидывая воображаемую паутину от красоты созидания, он обернулся и посмотрел слегка сонливыми глазами на отвлекающих его пони.

— Вы в порядке? Грандмастер? — повторила вопрос пегаска. На её лице читалось беспокойство.

— Да, я в порядке мастер Фогги Эйр. Я… я просто задумался, — Чарджинг Шок попытался натянуть улыбку, которая, не вышла.

— Перестаньте, незачем улыбаться. Сейчас произойдёт самый позорный момент для нас, наших предшественников и наших приемников, — фыркнула Бьюти Спаркл.

Они втроём поглядели на берег острова, с которого к ним приближалась войско. Ровным строем они шли, над наземными войсками кружили пегасы, а в центре облака из пегасов была большая белая точка — принцесса Селестия. Даже издалека, Чарджинг Шок чувствовал её пронзающий душу взгляд. Он отвернулся, чтобы не смотреть на неё и не чувствовать её взгляда. Не помогло, он всё ещё чувствовал его.

Чарджинг Шок взглянул на рыцарей, что стояли плотным строем и смотрели на него. Он не видел всех и каждого из шестиста пони, но он чувствовал, что каждый из этого войска смотрит на него. Он смотрел на них, через забрала ихних шлемов, и видел там отчаяние, смятение, ужас, непонимание, презрение, ярость. Он видел каждую эмоцию, что пронизывала его войско. Он смотрел на них, а они на него.

Селестия, его войско и кто-то ещё, кто-то ещё смотрел на него пристально, словно пытался увидеть его чувства. Чарджинг Шок взглянул на самую высокую башню в крепости Хайпоинт — с её вершины на него смотрел Космик Стар. Опустив голову, Чарджинг Шок почувствовать на себе скалу — груз ответственности, которая словно выдавливал из него душу, заставляя его прижаться к земле и погружаться в неё.

— Так вот что значит быть главным действующим историческим персонажем. Быть тем, кто примет все последствия на свою персону и кого будут обсуждать поколения будущего, — сказал он тихо, чтобы его никто не слышал.

Белая точка отлетела от общего строя пегасов солнечного войска и остановилась в небе, порхая над землёй, и весь остров огласил громкий, заставляющий вникать и повиноваться звук кантерлотского наречия.

— КТО ЕСМЬ ВЛАСТИТЕЛЬ ВОЙСКА СЕГО РАТНОГО, ПРИДИ КО МНЕ И ДАЙ КЛЯТВУ ВЕРНОСТИ НАД СОБОЮ И БРАТЬЯМИ И СЕСТРАМИ ТВОИМИ!!!

Обычно кантерлотское наречие заставляет падать ниц или просто относит в сторону тех, кому не посчастливилось услышать его рядом, но рыцари не дрогнули когда до них дошли слова и сметающая сила этого голоса.

Сделав несколько вдохов и выдохов, Чарджинг Шок набрал воздуха в грудь и ответил на кантерлотском наречии на этот призыв:

— КОЛИ ЖЕЛАЕШЬ ПОЛУЧИТЬ КЛЯТВУ ВЕРНОСТИ ОТ РЫЦАРЕЙ РАТНЫХ, ЧТО ЧТЯТ ДОГМАТЫ ВЕРЫ СВОЕЙ, СПУСТИСЬ С НЕБА НЕОБЪЯТНОГО НА ЗЕМЛЮ ВЕЛИКУЮ, ДАБЫ НЕ СМУЩАТЬ КЛАНЯЮЩЕГОСЯ, ЧТО НЕ ОБЛАДАЕТ ДАРОМ ПОЛЁТА И НЕ ОБЛАДАЕТ ДАРОМ ЧУДЕСА СОТВОРЯТЬ, ИБО КАЖДЫЙ РАВЕН СТУПАЯ ПО ЗЕМЛЕ ТВЁРДОЙ!!!

Все оба войска смотрели, как принцесса Селестия спускается на землю, на почтительное расстояние от обоих войск.

— МЫ ОЖИДАЕМ ТЕБЯ!!!

Чарджинг Шок оглядел своих подопечных. Он поднялся на небольшое возвышение перед своим войском и произнёс:

— Братья, сёстры, друзья, товарищи! Я не прошу идти за мной на поклон, это сделаю я один! Никто не обязан подвергать себя такому унижению, как клятва псевдобогу и раскольникам, что отвернулись от истинного пути солнца, луны и звёзд, приносить клятву тем, кто пытал и убил моего предшественника! Не страдайте — за вас отстрадаюсь я и только я! Вы вольны покинуть орден после этого дня, я не буду вас держать, но если вы действительно чтите догматы и наш священный путь, вы не будите корить меня за это, но вы будете держать за меня молитвы и копыта! Да прибудет с нами милосердие солнца, луны и звёзд!

Спрыгнув с возвышения, он ещё раз обернулся назад и побрёл к солнечному аликорну.

Он шёл медленно, опустив голову, в которой царила буря. Буря противоборства с грузом ответственности, со своими убеждениями и ценностями — он бился с самим собой. Он слышал голоса, голоса братьев и сестёр по ордену, мастеров и молитвы простых верующих, что жили по всей необъятной эквестрийской земле. Но один голос он слышал чётче других — это был голос грандмастера Шаттерда Миррора, который был его наставником и произвёл его в мастера. Его голос, как и все остальные голоса говорили, нет, даже кричали на Чарджинг Шока, и в этой буре голосов он слышал лишь одно слово: «Предатель!»

«Предатель! Предатель! Предатель! Предатель!»

И в один миг голоса замолкли. Шока бросило в холодный пот. Он резко поднял голову и посмотрел на белоснежного аликорна. Она была одета в золотую броню, но без шлема, вместо него на её голове была золотая диадема. В её лавандовых глазах читался триумф, хотя её мордочка этого не выдавала. Он посмотрел её в глаза и понял, она глядит сквозь него, прямо в самое нутро его души. Он отвернулся, и его сразила невероятная жгучая боль. Не физическая, но духовная. Он словно горел изнутри.

С трудом стоя на ногах Чарджинг Шок спросил себя: — Неужели это единственный выход? Неужели ничего нельзя сделать? — он поглядел на свой пояс, на котором красовались два меча — его меч и меч грандмастера. Он остановил взор на втором мече, на рукояти которого, были выгравированы слова: «Любая преграда преодолима».

В тот момент, когда он губами произнёс слова на рукояти, время вокруг него словно застыло. Он ощутил ярость и решимость, которая переполнила его до краёв. Ярость за убитого наставника, и тех, кто пострадал от притеснения солнечных раскольников и решимость для противостояния сильнейшему врагу. Он гордо поднял голову и посмотрел Селестии в глаза — он сделал выбор. Выбор достойный восхваления в веках.

* * *

Селестия наблюдала как лидер некогда самых гордых рыцарей во всей Эквестрии, склонив голову, плёлся к ней. Ещё не зажила рана от изгнания сестры, и она не желала сейчас терпеть вольнодумие от кого-либо ещё, ибо в каждом акте неповиновения от горя она видела лишь прославление тёмного образа её сестры, и это приносило ей тяжкие мучения.

Помотав головой она отбросила скорбные мысли в сторону и снова поглядела на того кто шёл к ней на поклон… и застыла в глубоком оцепенении. На неё смотрел не сдавшийся, а полный решимости пони, в глазах которого было то, что она увидела в день изгнания её любимой сестры на луну: ярость и мрачную решимость. Увиденное заставило её попятиться назад в ужасе — перед ней опять возникла её сестра.

Селестия смотрела на это и не могла пошевельнуться, как вдруг тёмный призрак её сестры сорвался с места и прыгнул на неё. Она зажмурила глаза. Что-то пролетело прямо над её головой и приземлилось за ней. Ничего не происходило, но вдруг, она почувствовала что-то тёплое ручьями начало стекать с её рога на мордочку и капать с подбородка. Открыв глаза и посмотрев на рог, она ахнула — части её длинного рога не было. Не было и диадемы. Поглядев назад, она увидела воткнутый в землю, покачивающийся меч с каплями крови на нём.

Пытаясь осознать произошедшее, она была оглушена рёвом. Рёв шёл со стороны рыцарей-староверов. Она поглядела в их сторону и увидела плотный строй закованных в броню пони, несущихся по земле и пегасов летящих по воздуху. Все они кричали, но в их криках не было отчаяния или безумства, были лишь радость и решимость.

* * *

Чарджинг Шок принял решение встретить судьбу со сталью в зубах.

Он взглянул на Селестию и увидев, что она в ужасе пятиться назад, понял что это тот самый момент, когда надо действовать. Он выхватил из ножен меч Грандмастера и с яростным криком, обернувшись вокруг себя, метнул его в Селестию.

Он завороженно глядел на меч, который нёсся к цели, разрезая воздух.

Первая секунда, вторая, третья, четвёртая… лязг метала и звук меча зарывшегося в землю.

Увидев, что меч попал в цель, Шок обернулся к своим подопечным и увидел на их мордочках улыбки радости и решимости, даже у тех, у кого она пряталась под забралом шлема.

Встав на дыбы, он прокричал им:

— МЫ НЕ СКЛОНИМСЯ!!!

— НЕ СКЛОНИМСЯ!!! — ответила воинство единым хором.

— СМЕРТЬ РАСКОЛЬНИКАМ!!! СМЕРТЬ ИМ!!! — закричал Чарджинг Шок, обнажая меч.

— СМЕРТЬ! СМЕРТЬ! СМЕРТЬ! СМЕРТЬ! — скандировали рыцари.

Рыцари начали двигаться единым шагом на своих противников. Каждый их шаг отдавался эхом от седых скал северного острова.

— Звёздное воинство! Вперёд! Покажем им, чего стоят Старообрядцы! — прокричав это, Шок набрал в грудь воздух и закричал на кантерлотском наречии, — ELAAAAAAN!!!

— ELAAAAAAN!!! — подхватили остальные и ринулись на вражеские построения.

Неуверенность и сомнения пропали. Теперь, окрылённая невероятным боевым духом, небольшая армия рыцарей неслась навстречу своей судьбе, не придавая значения тому, что их численность меньше в три раза. Они бежали в бой, как бежали их предшественники, с радостью и отвагой.

* * *

После того дня, в самой древней эквестрийской летописи, появилась новая страница. Страница с описанием той славной битвы что произошла на острове Биг Таск.

В тот день, спустя месяц после изгнания обезумевшей властительницы луны, властительница солнца решила покорить славных рыцарей Звёздного Воинства.

Она привела армию из двух тысяч душ на остров Биг Таск, и потребовала от грандмастера Чарджинга Шока преклонить колено перед ней.

В тот день Звездное Воинство в количестве шестьсот душ, находясь в меньшинстве, храбро сразилось с солнечным воинством, отважно промчавшись по полям Биг Таска. Они бились отважно, достойно своих предков. Они бились как истинные рыцари… и победили. Они отстояли свою гордость.