S03E05
Глава 18. Повелитель сна Глава 20. Миротворец I

Глава 19. Сбывшаяся мечта

По инициативе гостьи НИИ работники Стэйблриджа разрабатывают проект подземного поселения...


Заниматься скучными, но необходимыми делами, вроде обсуждения семейного бюджета, многие семьи предпочитали по вечерам, когда посуда после ужина уже убрана, а ложиться спать ещё рано. Не являлись исключением и Везергласс со Скоупрейджем. Только если обычные семьи манипулировали двузначным количеством битов, то малиновая единорожка заносила в арифмометр солидные числа, с тремя-четырьмя нулями. Пара учёных копила не на длительный отдых, не на новую мебель и даже не на будущее образование гипотетического сына. Семейство намеревалось – после того, как руководители эквестрийской науки наотрез отказались связываться с «вечно горящей птицей» – лично финансировать проект третьего «Феникса».

-- Мои родители могут наскрести восемьсот монет, – сообщил Скоупрейдж, когда супруга вбила в счётную машину общую сумму всех своих сбережений. – Но это для них очень серьёзная сумма. Потом придётся всерьёз помогать с её возвратом. Блинг Флейр, между прочим, предложил отдать половину своего гонорара за Контамидример. Но я как-то, знаешь… стыжусь занимать у младшего брата. Даже сотню битов.

-- Возможно, что и не придётся, – ответила Везергласс, изучая положение рычажков арифмометра. – Вот, смотри. Если я продам некоторые прототипы из своего отдела, добавлю к этому помощь от своих родителей… А ещё тот «научный бонус», который обещал урвать Блэкспот… И если повезёт получить солидный грант, то… – Она картинно сверилась с результатами сложения в столбик. – Нам хватит средств, чтобы купить металла на один топливный бак. И ещё пару карандашей.

Скоупрейдж в порыве внутренних терзаний едва не уничтожил единицу собственности, замену которой предлагала купить жена.

-- Ну прости, милая… Я должен был сам проверить ту заглушку…

Везергласс одним ударом сделала две вещи: сбросила показания арифмометра и подавила в зародыше очередной поток сожалений супруга.

-- Завязывай! – велела она. – Эту тему мы уже закрыли. Если бы ты вытащил заглушку, «Феникс-2» накрылся бы по другой причине. Потому что его взрыв – поворотный момент в потоке событий. Ни ты, ни Таймскейл, ни я не могли повлиять на ситуацию.

-- Всё равно обидно, – вздохнул Скоупрейдж. – Почему линия времени так жестока именно к твоим мечтам? Ты просто хочешь взлететь выше, чем кто-либо. Неужели для линии времени так принципиально тебе помешать?

Везергласс собрала бумажки с вычислениями. За неимением лучшего варианта она перемотала их эластичным кольцом, которым обычно запечатывала бумажные крышки банок с маринадами. Правда, консервированием семья учёных не увлекалась, зато пустых банок – некоторые с записками «Милый, ХАОСА РАДИ, отнеси Дейнти Рану!» – накопила порядочно.

-- Я всё больше склоняюсь к тому, чтобы принять предложение Рэдфилда, – призналась Везергласс. – Он в последнем письме требует чёткое «да» или «нет» к концу месяца. Чего-то у него важное завязано на моём «Фениксе». Так это вижу: даже если ничего не срастётся – хоть на Мэйританию посмотрю. Но всё-таки думаю, что здесь у меня шансов на успех больше.

-- Вот увидишь, – поддержал Скоупрейдж, – очень скоро духи континуума перестанут на нас обижаться. И подарят чудо. Желательно в форме, конвертируемой в деньги.

Скоупрейдж ещё любовался улыбкой жены, когда в глубине дома закряхтела коммуникационная панель. Как и подобает гениям, всеми силами двигающим прогресс, единороги пользовались самой древней версией системы связи, потому что починить её могли легко, а поменять – какой смысл, если можно починить?.. В общем, ветхая панель натужно прошипела:

-- Призрак – доктору Везергласс. Вас вызывают на северный КПП.

Единорожка заметалась, пытаясь сделать несколько дел одновременно: убрать со стола не слишком соответствующие понятию семейного уюта предметы, бросить в сторону коммуникационной панели бессмысленное «Сейчас-сейчас», стянуть с вешалки шарф, чьим долгом будет защищать её от свистящих по улицам Стэйблриджа ветров… И, конечно же, не забыть кольнуть словом супруга, который героически продолжал давить крупом табуретку.

-- Это чудо твоё пожаловало, что ли?

Скоупрейдж обладал потрясающей – и временами приводящей к непредвиденным последствиям – способностью, задумавшись, выпадать из окружающей реальности, полностью теряя нить разговора. Вот и сейчас на простой вопрос успевший уйти в свои мысли единорог тряхнул бело-коричневой гривой и протянул:

-- Нет. Моё чудо ещё не родилось. Я справлялся.

-- Ай, ну тебя в пень! – беззлобно ругнулась Везергласс, обматывая шею подлетевшим к ней шарфом. Подобному спокойствию, наверное, обрадовался весь интерьер кухни, носивший на себе следы яростных споров на тему «Дорогая, я случайно сделал другой кобыле жеребёнка». Что самое необычное – и семья, и кухня, и континуум реальности шокирующую новость пережили.

Малиновая единорожка, ёжась от пытающегося забраться под шёрстку холодка ранней осени, добралась по освещённому переулку Энтузиастов и Гостевой улице до северного шлагбаума, препятствующего попыткам нежданных визитёров поближе познакомиться с особенностями внутренней планировки Стэйблриджа и устройством фонарей СиПИл-Н3. Сегодня красоты пыталась оценить высокая, но кажущаяся коренастой земнопони с длинными ресницами и накинутым на шею боа, ленточки которого сверкали в падающем из окон будки КПП свете.

-- Меня звали? – поинтересовалась Везергласс. В ответ прозвучало дружное «да», но если стоящий на посту Хэштриггер им и ограничился, то подключённая к коммуникатору Призрак сподобилась дать развёрнутый доклад:

-- Доктор Везергласс, посетительница настаивает на встрече с вами, не желая принимать во внимание график работы центра и игнорируя уведомление о вашей занятости. Эта пони, Сликер Стайл, утверждает, что обстоятельства заставляют её просить о встрече сейчас, при этом не желает рассказывать об этих обстоятельствах. Следует ли мне вызвать подразделение службы безопасности?

-- Нет, – отреагировала Везергласс, успевшая повнимательнее рассмотреть гостью.

Несмотря на то, что Сликер Стайл явно пыталась нравиться окружающим, удавалось ей это плохо. Во-первых, у неё была не слишком привлекательная, сильно на любителя, мордочка со слишком острым носом, чересчур резко переходящим в не в меру широкие скулы. Во-вторых, неправильные черты подчёркивались чрезмерным количеством косметики, буквально лишающей кобылку какой бы то ни было естественности. В-третьих, всё, что не было скрыто слоем «штукатурки», закрывала одежда – Сликер Стайл была буквально замотана в тёмную ткань, а на ногах носила высокие прорезиненные сапоги. Везергласс мимоходом отметила, что в её собственном костюме химзащиты дыр больше, чем в накидке земнопони. И в-четвёртых – манеры. Кобылка держалась вроде бы дружелюбно, но от тренированного взгляда Везергласс не укрылось, что гостья явно уверена в своём превосходстве, словно все окружающие стоят минимум на две ступени ниже неё по социальной лестнице. Впрочем, к доктору обратилась вполне учтиво, хотя её довольно низкому голосу явно недоставало сердечной теплоты.

-- Здравствуйте. Доктор Везергласс, если позволите… Уместно ли к вам так обращаться? – спросила Сликер Стайл, моментально забыв о существовании охранника КПП и шлагбаума.

-- Добрый вечер. Что ж, пока я не стала Везеррейдж, – произнесла единорожка, подразумевая «пока супруг ещё не достал меня предложением сменить имя», – я для всех собеседников Везергласс. На это имя я охотно откликаюсь.

-- Ага, – ресницы Сликер Стайл задвигались так быстро, что в более плотной, чем воздух, среде вызвали бы заметные возмущения, – доктор Везергласс, я отчаянно нуждаюсь в вашей помощи! Точнее, так: моя небольшая фирма нуждается в вашей помощи.

К едва начавшейся беседе самовольно подключилась Призрак, создатель которой наконец-то доделал функцию корреляционного инфопоиска. Доделать-то доделал, но теперь выслушивал претензии, жалобы и требования «вернуть всё как было».

-- Сликер Стайл, тридцать семь лет, – бесстрастно докладывала Призрак. По сути система озвучивала скудные сведения, представленные в единственном доступном ей источнике: справочнике «Кто есть кто в Эквестрии», очередной выпуск которого вышел месяц назад. – Владелица компании «Констракттеррикон». Штаб-квартира компании располагается в Филлидельфии, Вторая Подъездная улица, дом семнадцать. Компания существует четыре месяца. Специализация: архитектурно-строительные работы. Отсутствует корреляция фирмы со строительными подрядами на эквестрийском рынке.

-- А этот ваш механический диск-жокей, он замолкает, или как? – пробормотала Сликер Стайл. Её ухмылка подсказывала, что звучавший текст она ранее читала, а, возможно, и составляла перед отправкой в редакцию. – Потому что мне бы хотелось поговорить. А это очень раздражает, когда в ухо со стороны… Спасибо, да! – произнесла она, когда Призрак замолчала. – Я действительно управляющая строительной фирмы, и моя фирма, действительно, новая и ничего серьёзного не сделавшая. Перебивается мелким декорированием и демонтажем старых построек. Но для этого есть очень серьёзная причина, из-за которой я вообще долго не решалась открывать бизнес. «Троттингем Солюшенс». Они просто давят любую конкуренцию. – Заметив, что упоминание фирмы вызвало у Везергласс эмоциональный отклик, земнопони приободрилась: – Представляете, «ТэСы» оформили патент на стандартизированный состав цементного раствора. Так что нам пришлось свой изобретать. «ТэСы» контролируют оптовые закупки стройматериалов так, что даже ящик молотков заиметь невозможно. А главное, у них под контролем все геологические и метрологические лаборатории. Ситуация очень плохая. Была. До недавнего времени.

Везергласс поёжилась. Она чувствовала, что даже плотный шарф не слишком прикрывает шею от ветра, и подозревала, что закутанная с копыт до кончиков ушей Сликер Стайл вряд ли разделяет её неудобства. Разумным решением было бы оформить гостье пропуск в гостевой дом, чтобы после выведать все подробности. Но единорожка желала сначала выяснить обстоятельства визита, так как втягиваться в очередную проблему с «Троттингем Солюшенс» ей хотелось в последнюю очередь – уж очень много нервов истрепало семейное предприятие Джогов научному центру.

-- Через знакомых одних знакомых, – продолжала Сликер Стайл, перейдя почти на шёпот: – мне стало известно, что Кантерлот объявил тендер. Принцесса Селестия ищет разработчиков проекта подземного поселения. Но, естественно, кроме «ТэСов» заявку никто не подал. И вот я подумала: ведь если мой «Констракттеррикон» просто выступит с проектом, и пусть даже проиграет, это ведь привлечёт интерес. Покупателей, инвесторов, всех, кого достали грабительские условия Джогов.

-- Всё ещё не услышала, при чём здесь я, – призналась Везергласс.

-- У вас в Стэйблридже лучшие умы, которые могут взяться за проект подземного поселения. Под вашим руководством работают спецы, которых «ТэСы» не перекупят. И, честно, если вы не проявите свой талант и гений, то, я боюсь, найти кого-то ещё мне не по средствам. Но вот, – потрясла копытом земнопони, – лично вам за помощь двадцать тысяч битов найду. Плюс оплачу поездку всех, кого скажете, до Филлидельфии и пребывание там.

Везергласс нервно сглотнула. Её «Феникс-3» внезапно на четверть оброс металлическим оперением. Не говоря уже о том, что сотрудничество с «Констракттерриконом» могло ускорить и удешевить подготовку к полёту. Теперь гостью хотелось вести не в гостевой дом, а в семейную кухню, чтобы угостить свежезаваренным чаем.

-- У меня много научных проектов, – с трудом поборов захлёстывающий её энтузиазм, произнесла Везергласс, – требующих внимания. Также я не могу просить сотрудников отрываться от своих задач ради сторонней работы.

-- Возможно, более реально начать работу здесь и привезти готовый макет с документацией в Кантерлот для представления? – предложила Сликер Стайл.

-- Я всё равно не уверена…

-- Бросьте! Вам что, не хочется утереть нос «Троттингем Солюшенс»?

Доктору Везергласс хотелось этого чуть ли не больше, чем всем прочим стэйблриджцам. Но она всё-таки несла груз ответственности за Департамент прикладной магии. За свою прошлую и будущую карьеру. За уже пострадавший из-за неё континуум реальности.

-- Мне необходимо некоторое время на размышление, – заключила малиновая единорожка. – Когда истекут сроки тендера, объявленного принцессой Селестией?

-- Через неделю, – пискнула Сликер Стайл. И сразу же состроила самую виноватую мордочку из всех возможных.

 

***

 

Макет из некрашеной прессованной бумаги на проволочном каркасе повернулся, повинуясь легчайшему усилию Везергласс – полозья и шарниры обеспечивали ему невероятное количество степеней свободы.

-- Ну, и из атриума, естественно, есть коридор, ведущий к внешней двери, – сказала она, магией подхватывая одну из свободно вынимающихся деталей. – Здесь я с коллегами решила добавить типовое для Стэйблриджа конструкторское решение. – Похожая на снежинку деталь повисла перед мордочкой Сликер Стайл и принялась медленно вращаться. – Дверной блокирующий механизм с множественными фиксаторами. Кодовый замок. Открывается, сдвигаясь в сторону. Имеет противоударные балансиры. Благодаря им не выламывается, не взрывается, не пробивается. Многослойная система прокладок гарантирует полную герметичность и защиту от проникновения внешних излучений. – Единорожка подхватила подлетевшую к ней деталь копытом и изящным движением вкрутила на место. – Фактически, мощнейший сейф в истории. Даже та дверь, которая есть у нас на цокольном этаже, с ней не сравнится.

-- Хотя бы потому, что я её когда-то выбил, используя сверхмощную пушку, – добавил сидящий в углу лаборатории Скоупрейдж. Это была пятая реплика, которую он умудрился вставить за всю двухчасовую презентацию Везергласс. И, наверное, единственная, которая имела смысл в контексте обсуждаемого проекта.

Все четыре дня, что Сликер Стайл наслаждалась комфортом Гостевого дома, малиновая единорожка, собрав в ЛК-4 лучшие умы своего отдела, разрабатывала проект подземного города. Кто-то посчитал затею идеальной возможностью применить свои гениальные идеи – примерно четверть таких предложений Везергласс приняла. Кто-то оживлённо включился в работу, узнав, что идёт конкуренция с «Троттингем Солюшенс» – хотя глава проекта неоднократно подчёркивала, что гонится не за победой, а за достойным представлением достижений Стэйблриджа на государственном уровне. Кто-то, вроде Стэндглейза, считавшегося вторым единорогом в отделе, помогал просто из желания увидеть начальника в приподнятом настроении – после взрыва второго «Феникса» и до появления Сликер Стайл депрессивное выражение с мордочки Везергласс не уходило, что немного нервировало коллектив департамента.

Гостья НИИ взяла курс на «недокучание» и на этапах «мозгового штурма», разработки проектных документов, брифингов и вырезания деталей макета старалась не появляться. Зато ловила Везергласс или Скоупрейджа после деловой рутины, когда те были настроены на общение и не решали принципиально важных задач. В такие моменты она теснее сходилась с учёным семейством, проникаясь сочувствием по поводу их неудавшихся проектов. А единороги понемногу выясняли, какие жизненные перипетии испытала на себе земнопони. В частности, услышали печальную историю про неудачное катание на лыжах, оставившее на нижней челюсти несколько проступающих даже через слой косметики шрамов и нарушившее нормальный обмен веществ, из-за чего Сликер Стайл, мягко говоря, утратила шансы на участие в конкурсе красоты.

Пятый день начался с презентации всего, что успели наработать сотрудники НИИ для потенциальной заказчицы из «Констракттеррикона». До последнего выдоха со стороны Везергласс земнопони в цветастом шарфике хранила молчание. А потом начала усиленно стучать копытами.

-- Браво! – заявила она без долгих вступлений. – Это так полноценно. Обстоятельно. И гениально. Вы… Вы вот просто взяли и придумали целый город, который можно запихнуть под землю.

Сликер Стайл наклонила голову вперёд, чтобы заглянуть внутрь разрезанных конструкций макета. Не отягощённые делами умельцы из числа младших научных сотрудников умудрились внутри многоэтажных конструкций расставить миниатюрные кровати, печки, раковины. И намеревались за вечер по-быстрому всё раскрасить.

-- Что просили, то и сделали, – кивнула Везергласс. Она покосилась на крошечную собачью будку, которую кто-то решил веселья ради добавить внутрь макета, а она прямо в процессе презентации отклеила и отложила на край стола.

-- Честно, не ожидала, – произнесла Сликер Стайл. Несмелым движением она попыталась покрутить трёхмерное воплощение архитектурных замыслов. – Рассчитывала на какие-то чисто теоретические предложения. На пару идей, которые я потом, как глава строителей, найду, как воплотить в бетоне и стали. Но с такой детализацией…

-- Мы в Стэйблридже ничего не делаем вполсилы, – заметила малиновая единорожка.

-- Ой, я бы так не сказал, – заметил Скоупрейдж, игнорируя огонёк раздражения в глазах супруги. – Мы документы оформляем в год по пол-листа. И то если припечёт.

-- Не в этот раз.

Копыто доктора легло на пухлую папку, из-под крышки которой выглядывали краешки синих чертёжных листов, сложенных в четыре-шесть раз. По сравнению с подготовленной НИИ документацией стопка листков, принесённая Сликер Стайл, казалась туристическим проспектом на фоне краеведческой энциклопедии.

Земнопони пересела на соседний стул. Потом ещё раз – чтобы оказаться рядом с этими документами.

-- Именно поэтому я бы хотела поговорить вот о чём. – Сликер Стайл не без труда оторвала скрепку, цокнула языком, увидев возникшую на листе царапину, и полезла в глубинные ряды искать второй экземпляр. – Мне будет очень неловко, учитывая проделанную вами работу, записывать заявку и проект на «Констракттеррикон». Потому что ваш НИИ меня обеспечил практически всем. То есть я без ваших мозгов – без шансов.

Земнопони разобралась в нескольких страницах заполненных аккуратным почерком бумаг и извлекла листы с крупной надписью «Договор».

-- Я предлагаю вам, коллеги, создать новое независимое юридическое лицо для представления проекта на тендер. Объясню, почему, – тряхнула гривой Сликер Стайл. – Во-первых, под общим брендом будет проще объединить ресурсы «Констракттеррикона» и Стэйблриджа, имеющие принципиально разную направленность. Во-вторых, это позволит нам обойти препоны «ТэСов». Против моей конторы Иолиан Джог уже точит зубы. Представляя свой проект на тендер, он вполне может облить грязью «Констракттеррикон». А вот с совершенно новой организацией у него это не получится.

-- Даже как-то не знаю, – произнесла Везергласс, вчитываясь в строчки о правах на наименование, правах на интеллектуальную собственность и правах на материальные ресурсы.

-- Подумайте о проекте «Феникс», – моментально ответила Сликер Стайл. – Те документы, что вы мне показывали… Назвать ваше изобретение гениальным – значит ничего не сказать. Но проблема ваша, как мне видится, в том, что после двух провалов получить финансирование вы не сможете. Вы лично. Но, – земнопони вытащила перьевую ручку и лёгким движением копыта подкатила её к единорожке, – если подобный проект будет закреплён за организацией, имеющей технический базис… Это уже другой разговор с инвесторами. На другом уровне. Спонсоры быстро найдутся.

Последние слова стали решающими. Ручку окутало красное магическое поле, и внизу документа появилась замысловатая, в завитушках, подпись. Скоупрейдж скорчил задумчивую физиономию, но ничего содержательного по поводу принятого супругой импульсивного решения сказать не смог, так что черканул своё имя рядом.

-- Отлично! – заявила Сликер Стайл. – Теперь наименование нашей фирмы официально принадлежит нам коллегиально, как написано в договоре. То есть мы все совладельцы бренда и только вместе можем решать его судьбу… Например, вместе его придумаем. – Она кивнула на пустую строку в самом верху документа. – Что вам кажется подходящим для фирмы, возводящей подземные поселения?

-- На меня не смотрите, – сразу же попросил Скоупрейдж. – Я какую-нибудь глупость сморожу.

-- Бренду не обязательно быть интеллектуальным и сложным, – отозвалась Сликер Стайл.

Везергласс задумчиво уставилась на потолок. Голая побелка, унифицированные светильники, да и всё окружение ЛК-4 наталкивали её усталый разум на единственную версию.

-- Стэйблридж… ские… технологии… строительства…

-- Длинно, – выступила в качестве жюри владелица «Констракттеррикона». – На строительстве лучше не акцентироваться, чтобы иметь пространство для расширения бизнеса. Слова можно вдвое урезать. Использовать сокращения.

-- Стэйбл… технологии? – запинаясь, произнесла Везергласс.

-- Косноязычно, – вздохнула земнопони. – А если просто «СтэйблТех»?

Единорожка, продолжая отрешённо смотреть в потолок, медленно кивнула. Скоупрейдж поставил копыта на стол и склонился над макетом.

-- Ой, не знаю, – произнёс он. – Захочу ли я жить в подземном поселении от «СтэйблТех»?

-- Ну, всегда можно провести ребрендинг, – улыбнулась Сликер Стайл, наблюдая за тем, как магия Везергласс выводит на договоре буквы юридического наименования.

 

***

 

-- По-моему, хорошо всё прошло, – поделился своим мнением Скоупрейдж, задавая новую тему для разговора.

Он вместе с женой сидел за столиком одного из ресторанов Кантерлота. Не самого модного, но такого, обед на две персоны в котором был по карману научному работнику. Они только что закончили обсуждать «трёхподковное» заведение, из которого спешно ретировались, едва увидев, что некоторые цены в меню сопоставимы с их месячным заработком.

Процедура представления наработок на тендер прошла и закончилась к полудню. Сликер Стайл осталась, чтобы дать дополнительные пояснения принцессам – проект оценивали Селестия и Твайлайт Спаркл, а также её подруга Эпплджек. Перекинувшись парой фраз со знакомыми кобылками, Везергласс и Скоупрейдж решили прогуляться по городу. Ведь в прошлое посещение, во время экспериментов с Элементами Гармонии, они сидели во дворце и выбирались только в сад. Упущение требовалось исправить.

-- Я забыла рассказать про схему фильтрации и очистки воды, – цокнула языком малиновая единорожка, ковыряя ложкой мороженое с полосками вишнёвого сиропа. – Хотя всё и так прописано в документации. Эх, надеюсь, я описала её достаточно подробно. Не хочется, чтобы после строительства с водоснабжением подземного города возникли какие-то проблемы…

-- А кстати, я заметил, что ты стушевалась, когда принцесса Твайлайт спросила про строительство тоннеля через аллювиальные породы.

-- Стушевалась? – подняла голову единорожка. – Ты-то вообще молчал в тряпочку. А я просто не ожидала, что у принцессы такие познания в геологии.

-- Но это же Твайлайт Спаркл, – чуть громче, чем нужно, произнёс Скоупрейдж. После чего отломил кусок вафли от своего мороженого и положил в рот. – Самая начитанная пони нашего поколения… Если не считать чтение комиксов, потому что тогда я вне конкуренции.

Ответная колкость Везергласс застряла у неё в горле, поскольку поверх гривы мужа и рядов сидений она увидела старого пони в дорогом костюме, на морщинистой морде которого, казалось, навечно застыло выражение глубокой неприязни ко всем окружающим. А тот, в свою очередь, отыскал взглядом пару учёных, чтобы с неторопливостью кухонной скалки добраться до их столика.

-- День добрый. Надеюсь, я вам не помешаю? – корёжащим слух голосом спросил Иолиан Джог. И замер с видом, показывающим, что не уберётся вне зависимости от ответа.

-- Нисколько не помешаете, – пробормотал Скоупрейдж, – у меня всё равно с утра аппетита нет.

-- Здравствуйте. Что вам угодно, мистер Джог? – следуя правилам этикета, произнесла Везергласс.

-- Просто хотел поприветствовать достойных конкурентов. К сожалению, не успел увидеть, как вы представляли свой проект принцессам. Но успел услышать восторженные отзывы. Честно говоря, смело с вашей стороны. Влезть в тендер на строительство своей новообразованной компанией. «СтэйблТех», кажется, да? Не расскажете, кто из вас додумался до этого?

-- Мистер Джог, ваше приветствие крайне многословно, – заметила Везергласс. Супруг поддержал единорожку, артистично подняв брови.

Но старый жеребец в деловом костюме, несмотря на намёки, оставлять любителей мороженого не собирался. Более того, один из держащихся на расстоянии телохранителей, ещё на входе получив сигнал от босса, как раз раздобыл для него мягкий пуфик. В ресторане, где подобного элемента мебели вообще не было. Скоупрейдж под это дело сочинил и запомнил шутку про «самую могущественную магию наличных денег».

-- Я знаю, что вас привлекла к работе Сликер Стайл, – уведомил Иолиан Джог. – И хотел бы, несмотря на не самые лучшие отношения между мной и вами, предостеречь. Вам не стоит связываться с этой хищной рыбой.

Супруги переглянулись.

-- Насколько мне известно, Сликер Стайл не рыба, а земнопони. – Везергласс держалась роли вежливого собеседника с плохо скрываемым раздражением.

-- В сфере бизнеса её следует отнести к другим существам, – парировал Джог. – Несколько лет подряд Сликер Стайл вредит моему предприятию. Основывает мелкие компании, наживается на сегменте потребительского рынка, доводя производство до перенасыщения, после всё продаёт и пытается конкурировать в другой области. Насколько мне видится, Сликер Стайл использует вас, чтобы снова поддеть «Троттингем Солюшенс». Вы, при всех ваших талантах и достижениях, этой кобыле станете не нужны, когда она достигнет цели.

Скоупрейдж неотрывно смотрел на свою вазочку со стремительно превращающимся в жижу мороженым, но видел вместо него собственные воспоминания: экран с данными, любезно предоставленными Призраком. Личное дело Сликер Стайл описывало её как эксцентричную, склонную к излишнему риску особу, имеющую некоторые дефекты внешности, а вовсе не хтоническое чудовище в шкуре пони, на что намекал глава «Троттингем Солюшенс».

-- То есть вы нам так типа помочь хотите? – подняв взгляд, спросил чёрный единорог. – Вы? Нам? Ага.

Иолиан Джог покрутил часы с золотой оправой и ремешком из красного бархата, которые были очень близки к тому, чтобы свалиться с копыта богатея.

-- Я знаю, что мои нерадивые дети доставили вам неприятности, – прямо ответил земнопони. – Моя вина. Моё воспитание. Я готов нести за это ответственность. За Эбраиша, которому не вдолбил в голову, что нехорошо присваивать чужое. За Дэфлаша, у которого язык грязнее, чем пол под этим столиком. С Рампартом… Слава Гармонии, с ним вы не встречались. Потому что я этого морального урода из дома не выпускаю. – Иолиан с шумом хлопнул передними копытами. – Я приношу официальные извинения за все те бедствия, что мои ненормальные потомки вам причинили. Хорошо? Потому что сейчас, поверьте, я и «Троттингем Солюшенс» – не злодеи. Злодейка – та, кто пользуется вашей ненавистью и подначивает вас бросить все свои дела и выполнять её прихоти. Она заставит отказаться от имеющегося обещаниями большего, но оставит ни с чем. Правда. Я видел, как Сликер проворачивала это с другими.

Скептическая мина не покидала мордочку Везергласс. Какие бы эпитеты ни подбирал Иолиан Джог, сколь бы ни стремился придать скрежещущему голосу доверительные интонации – желания верить матёрому бизнесмену не возникало. Возникало желание встать и немедленно покинуть помещение. Впрочем, в этом аспекте Джог собеседников опередил.

-- Ладно. Не хотите ломать лёд – ваше право. Мне это понятно.

Владелец «Троттингем Солюшенс», пара его охранцев и загадочный, не гармонировавший с интерьером ресторана пуфик исчезли, оставив паре единорогов лишь пригодное для питья через трубочку мороженое. Впрочем, они были рады и такому. А ещё большую радость вызвало появление столь «хорошо» зарекомендованной пони. Сликер Стайл спешно заказала себе ледяной сок в грейпфрутовой корке и подсела за столик, чуть потеснив Везергласс.

-- Новости очень хорошие, – первым делом сообщила она. – Принцессам проект поселения очень приглянулся. Так что «СтэйблТех» при деньгах. Да. И на ваш «Феникс» я какой-нибудь процент выделю. Как и обещала. Прямо послезавтра, когда принцессы окончательно решат, какой проект принять. – На мгновение взгляд Сликер стал стеклянным. – Эх, знать бы только, что конкретно наворотят в «Троттингем Солюшенс». Что у «ТэСов» получится соорудить?

-- Кстати о «ТэСах», – сказала Везергласс. – Нас только что осчастливил визитом Иолиан Джог.

-- Так это он был? Я издалека не рассмотрела, когда подходила. Вот хмырь! Чего ему надо было?

-- Хотел нас перевербовать. Не на тех напал, – ответил Скоупрейдж после того, как в два глотка употребил «холодный молочный коктейль с вареньем и размякшими вафлями».

-- Урод! – не сдержалась Сликер Стайл. – Ладно, посмотрим, чего он завтра принцессам покажет. Ага, спасибо. – Она приняла от официанта заказанный напиток. И с некоторым смущением поставила его на стол. – Ой! Извините, мои ненаглядные гении. Мне надо отойти в комнату для кобылок. Надеюсь, никакие алчные мерзавцы к вам не подсядут за пять минут, пока меня не будет. – Со стороны Сликер Стайл последовал короткий и неловкий смешок.

 

***

 

Везергласс в ярости расстегнула чемодан. После чего метнулась к шкафу, вытащила оттуда несколько рубашек и бросила на дно чемодана, даже не разбираясь в модности и сезонности выбранной одежды. Краем глаза она отметила, что силуэт её мужа, замерший в дверях спальни, обрёл компанию из серого единорога с чёрно-зелёной гривой. Блэкспот ожидаемо пришёл выяснить, насколько соответствует действительности документ, который он обнаружил на своём столе, придя с обеда. Ведь не каждый день начальник департамента пишет заявление на неоплачиваемый отпуск «с сегодняшнего числа и до моего возвращения».

Везергласс с силой уминала содержимое чемодана копытом. Так, будто намеревалась пробить дно и утопить поклажу в перине кровати. Злость подпитывалась из внутренних источников и доводила до того, что Везергласс представляла себе на месте ни в чём не повинных предметов одежды что-то другое. Или кого-то.

Малиновая пони в мыслях ругала себя словами, которые даже в последнюю минуту перед катастрофой стеснялась произносить вслух. Ругала себя за то, что не распознала очевидную яму, в которую, гонясь за мечтой, угодила. Она не могла обвинять супруга – в конце концов, он пару раз пытался заставить её призадуматься, притормозить бег. Она не могла винить нормы эквестрийского права, которые ловко развернули против неё – это были просто строки в скрижалях. Они не несли в себе вреда – зло предстало в виде пони, воспользовавшихся этими строками.

Везергласс проклинала себя за то, что поверила в сказочный поворот судьбы, что позволила себе радостно встречать новости минувших дней. Не обдумывая их содержания, не пытаясь сопоставить их с опытом прожитых лет.

В тот момент, когда сгусток зелёного пламени явил послание от принцессы Твайлайт, гласившее, что «Троттингем Солюшенс» за день до презентации отозвала заявку, ей следовало призадуматься. Попытаться угадать намерения Иолиана Джога. Но Везергласс предпочла радоваться гарантированной победе своего проекта. Она радовалась в тот день. Радовалась днём позже, когда принцесса Селестия официально признала: тендер закрыт, единственный участник, то есть «СтэйблТех», победил. Радость ещё владела ею и когда на следующее утро она получила записку от Сликер Стайл. Записку с текстом «приходите срочно» и адресом какого-то кантерлотского особняка.

То, что заставило хорошее настроение сдуться подобно проколотому воздушному шарику, ждало в недрах этого поместья, буквой «И» подминавшего скальное основание Кантерлота. Ждало в светлой, словно сделанной из белого шоколада комнате, сафьяновые кресла и ворсовые ковры в которой освещала многоэтажная люстра. Здесь Везергласс увидела Сликер Стайл и хозяина особняка. Иолиана Джога. Которые сидели за одним столом. По одну сторону. Напротив Везергласс и Скоупрейджа, которых молчаливая прислуга довела до нужных дверей.

Какое-то время след надежды, питавшей любую сказку, оставался. Везергласс попыталась найти обоснование незапланированной встрече. Любое, даже самое дикое – вплоть до примирения «Троттингем Солюшенс» и «Констракттеррикона». Но дело, очевидно, было в другом. Ведь то, как держалась Сликер Стайл, разительно отличало её от пони, несколько дней назад стоявшей перед шлагбаумом КПП Стэйблриджа – ни миловидной улыбки, ни дружелюбного взгляда, только холодный блеск в глазах и холод в голосе.

-- Я рада, что вы пришли, – сказала закутанная в перехваченные многочисленными ремешками тёмные одежды пони. – Теперь, в вашем присутствии, я могу официально объявить, что продаю всё имущество и проекты «СтэйблТех» компании «Троттингем Солюшенс».

Везергласс в тот момент застыла, так и не переступив с шахматной плитки пола на красно-синий ковёр. Происходящее в комнате вогнало учёную пони в такой ступор, что весь разговор поддерживал куда более собранный Скоупрейдж.

-- Что? – изумился он. – На каком основании? По какому праву?

С противоположной стороны помещения, по сути, тоже выступал только один оратор.

-- Во-первых, учитывая фантастические достижения «СтэйблТех» как новообразованной компании, сейчас самый выгодный момент для её продажи. – Сликер Стайл обошла кресло с золотыми узорами, в котором нежился Иолиан Джог, а после и вовсе склонила голову так, чтобы положить на спинку кресла. – А во-вторых, ради этого мы с отцом всё и затеяли.

В ту секунду от созерцания морд Иолиана Джога и Сликер Стайл в непосредственной близости Везергласс почувствовала себя так, словно ей стукнули по затылку тяжеленным мешком. Как она могла упустить из виду заметное сходство? Как она могла не разглядеть за косметикой черты, напоминающие двух других Джогов, обивавших пороги Стэйблриджа?

-- Отцом? – прищурился Скоупрейдж. То ли он даже в этот момент не мог принять истину, то ли требовал дополнительных разъяснений, которые Сликер Стайл охотно предоставила.

-- Меня не всегда звали Сликер Стайл. При рождении я получила имя Рампарт Джог, – пустилась в объяснения земнопони. Зоркий глаз усмотрел бы, что от упоминания этого имени Иолиан Джог поморщился, как от прикосновения к застарелой ране. – Но с раннего детства я чувствовала, что моё имя и моё тело мне не подходят. Я не такая, какой являюсь, не такая, какую показывают зеркала. Я страдала и мучилась долгие годы, пытаясь примириться с несправедливостью природы. Но потом папины деньги, лучшие врачи «МэйнхМеда», гормональные стимуляторы и прочие процедуры помогли мне реализовать мою мечту. Стать собой. В один прекрасный день Рампарт Джог отправился на лечение. А выписалась из палаты Сликер Стайл – новый игрок в сфере бизнеса. И хотя мой отец долго отказывался это признавать, обновлённая внешность и новое имя позволили мне достичь большего, чем неудачливым братьям. Например, именно я придумала способ использовать вас как марионеток «Троттингем Солюшенс».

-- У моей компании вообще не было никакого проекта на тендер, – подал голос Иолиан Джог. Он слегка подвинул кресло, скорее всего, чтобы заставить своего необычного потомка отстраниться. – Задача была в том, чтобы получить его от вас. И моя…  – Земнопони замялся. – И Сликер Стайл сумела заинтересовать вас. И принести мне все ваши наработки одним пакетом... А ведь я вас предупреждал. Я лично сказал, что так всё закончится. Но вы предпочли не слушать советов старого врага.

Взгляд Везергласс метался между главой «Троттингем Солюшенс» и лучшим тайным агентом компании. Последняя производила впечатление самой что ни на есть хищной рыбы, прячущей ряды острых зубов за милой улыбочкой.

-- Каждый раз, – произнёс Скоупрейдж, – когда ваша семейка возникает у нас на пути, я думаю, что мерзотнее вы уже не станете. Но вы продолжаете доказывать ошибочность этого предположения. Вот только не уверен, что ваш триумф состоялся. Сликер, или как вас там, мы ведь заключили договор. Официальный документ, против которого даже ваша богатая контора бессильна. И по этому документу без нашего согласия все ваши купле-продажи несостоятельны.

-- Ага! – Сликер Стайл чуть ли не напрыгнула на серебряный поднос, где, как оказалось, были разложены листы договора. – Вы правы лишь наполовину, Рейджи. Пункт первый действительно гласит, что решения относительно юридического наименования должны решаться коллегиально соучредителями. Да. Но во втором пункте, где говорится про имущество, прикреплённое к юридическому имени, слово «коллегиально» отсутствует. Шаблон предложения очень схож, так что дефицит слов легко не заметить. И я так рада, что вы не заметили! Потому что, по содержанию договора, я на правах одного из учредителей имею право продать всё, что принадлежит «СтэйблТех». Кроме самого названия, кроме бренда. Тут да, пункт первый обязует меня брать ваше согласие. Но знаете, сколько стоит простое, ничем не обеспеченное название? Один бит!

Далее должен был последовать эффектный жест: Сликер Стайл планировала опустить на столешницу монетку и заставить её катиться по направлению к единорогам. Но монетка оказалась недостаточно идеальной и быстро завалилась набок. Впрочем, семью бизнеспони эта мелочь расстроить не могла. Они уже получили желаемое. Но, очевидно, хотели совсем раздавить простых работников научного центра – словно такая победа делала им честь.

Через боковую дверь, находившуюся между двумя продолговатыми вазами, к собравшимся в комнате присоединилась ещё пара Джогов, некогда успешно выставленных из Стэйблриджа.

-- Вы чуть не опоздали, – заметила Сликер Стайл. Судя по мимике братьев, им не очень хотелось слушать нотации от младшего родственника, но при отце они спорить не стали.

-- Переплётные работы затянулись, – пояснил Эбраиш Джог. Дэфлаш протянул Сликер большую кипу документов, связанных пропущенным через дырки шнуром.

-- Им покажи, кретин, – отреагировала Сликер Стайл.

Последний решительный удар. Последнее издевательство. Под комментарий Сликер Стайл Везергласс вынуждена была любоваться на знакомые конструкции с памятными наименованиями. Но с чужими пометками и ламинированными квитанциями.

-- Я очень благодарна вам за то, что вы показали мне документы по «Фениксу», – сообщила Сликер Стайл. – Я в них увидела много элементов, материалов, смесей и инноваций, которые оказались не запатентованы. И решила… что они этого достойны. Правда, я обозначила технические премудрости как интеллектуально-правовую собственность «Троттингем Солюшенс». Но остальные тоже смогут ими воспользоваться. Если вежливо попросят.

-- Убедительно попросят, – добавил Дэфлаш Джог, прижимая к себе папку с документами.

-- Искренне попросят, – поддакнул Эбраиш Джог.

-- В случае такой просьбы мы пойдём навстречу, – не остался в стороне глава семейства. – Не сомневайтесь.

Везергласс не сомневалась. Ни в настроениях семейки Джогов, ни в своих дальнейших действиях. Всю дорогу до Стэйблриджа она не сомневалась, что напишет заявление на отпуск. И, пока супруг вводит начальника НИИ в курс дела, закончит собирать походные сумки.

-- Гласси, я постараюсь что-нибудь сделать, – произнёс Блэкспот, пока малиновая единорожка боролась с замком на чемодане. – Я сообщу принцессе Селестии. Она своим указом поставит этих троттингемцев на место.

-- Не выйдет, – выдохнула Везергласс. – Законов никто не нарушал. Я сама подписала документы для Сликер Стайл. И сама тянула с подачей патентных заявок. Все просчёты только на моей совести. Даже если принцесса попытается… Юристы «Троттингем Солюшенс» найдут десять законных причин отсрочить исполнение указа. А потом пять причин его вообще не выполнять.

-- Но, – поперхнулся серый единорог. – Но это… Это просто нечестно. Они поймали тебя на желании помочь другим. И присвоили всё, что ты придумала. Если кто-то скажет, что тут есть справедливость, то я лично скину его с астрономической башни.

Везергласс поставила чемодан на колёсики и попробовала поднять его за ручку. Знававшая лучшие времена ручка выдержала. И только после этого пони заметила часть вещей, которые специально отложила в сторону, чтобы не забыть упаковать в дорогу. Естественно, последовало бурчание с возвратом чемодана в горизонтально-распахнутую позицию.

-- Никого ничего ниоткуда не надо, – между делом попросила Везергласс. – Просто примите заявление. Поставьте Стэндглейза главой департамента. Он и так частью работ руководил, пока я из-за второго «Феникса» хандрила… Ну, и проводите до телеги, если вам хочется.

-- Куда ты всё-таки едешь?

-- Джоги выиграли раунд. Но игру мы ещё не закончили. Суть в том, что патентное право Эквестрии действует только на территории Эквестрии. А меня, – малиновая пони зацепила копытом три письма, отличавшиеся странным оттенком конвертов, – уже несколько недель убеждают съездить в Мэйританию. Рэдфилд пишет, что я могу быть ему полезна.

-- В Мэйританию? Одна? – спросил Блэкспот, предварительно изучив наряд Скоупрейджа. Начиная с домашних тапочек на передних копытах.

-- Рейджи остаётся на своей должности, – ультимативно заявила Везергласс. – Кому-то надо обеспечивать семью, пока я в разъездах. Особенно с учётом будущего прибавления.

Чёрный единорог в тапочках, очевидно, потративший часы на пустые споры по этому поводу, продолжал изнеможённо подпирать дверцы дешёвенького ванхуферского шкафа.

-- Оу! Поздравляю, – по-своему понял слова единорожки Блэкспот.

-- Меня можете не поздравлять, – ответила Везергласс, проталкиваясь с чемоданом мимо двух жеребцов. – Меня это никак не касается.

Блэкспот покрутился на месте, пытаясь понять, кто в этой квартирке способен говорить доходчиво.

-- Знаете, я, пожалуй, не буду больше задавать вопросов, – заключил начальник НИИ. – Потому что уже перестал что-либо понимать. Лучше обеспечу вам, доктор, ДПТ из гаража.

-- Ещё можете ей удачной дороги пожелать, – через силу улыбнулся Скоупрейдж. – Путь неблизкий, итог неясный. Климат в Мэйритании, судя по письмам Рэдфилда, не подарок. Но моя Гласси точно справится. Иного быть не может.

«Его Гласси» отреагировала на слова мужа подёргиванием ушей. То был самый древний из известных индикаторов признательности.

Читать дальше

...