# Любовь и Богиня

zurg

Гротеск о любви, ненависти и дружбомагии.

## Любовь и Богиня

Посвящается пони.

Я далее слушать безумца не мог,

Я поднял сверкающий меч,

Певцу подарил я кровавый цветок

В награду за дерзкую речь.

Гумилев Н.С. «Песня о певце и короле»

— Ааапчхи!

Твайлайт, не открывая глаз, отмахнулась от надоедливой мошки, и поглубже уткнулась носом в подушку.

Бесполезно. Настырное насекомое перебралось на голову единорожки, и, казалось, окончательно решило

спутать и без того расрепанную гриву. Затем ненадолго успокоилось и лизнуло Твайлайт в шею. Лизнуло!?

— Ну Деееши, дай хоть немного поспать! — простонала Твайлайт, прекрасно понимая, что не получится.

Зыбкую преграду дремы, разделяющую мир светлых грез солнечного утра, и суету рабочего дня уже вдребезги разнесла лавина воспоминаний о предыдущей ночи. Казалось, за несколько месяцев пора уже было привыкнуть ко всему, но вчера… Неутомимая пегаска как всегда была полна энергии, а Твайлайт, понимая что перед завершением сложнейшего проекта в жизни ей вряд ли удасться нормально поспать, наконец поддалась на уговоры и согласилась добавить немного магии в их отношения. Для начала чтобы просто не упасть с перистых облаков, потом с ратуши Клаудсдейла, потом…

— О, Селестия, хорошо хоть мы так и не полезли в Кентерлотские архивы за ТЕМИ заклинаниями, — подумала единорожка и покраснела.

— Вставай Солнышко, у тебя важный день сегодня, — пропел над ухом Твайлайт задорный голосок. Кусь, кусь.

— Ну Деши, ну хватит, ты мне ухо оторвешь, хва.. — Ловкий язычок пегаски прервал фразу на полуслове, тот самый, что накануне обследовал каждый дюйм тела Твайлайт, и губы двух поняшек слились в долгом поцелуе. Наконец, после пары минут барахтания под одеялом, единорожке удалось сесть на кровати, и она легонько оттолкнула подругу в сторону.

— Хватит. Да, у меня трудный день, а мне еще надо приготовить завтр.. — И еще одно слово осталось недоговоренным. На маленьком столике рядом с кроватью стояло блюдце со свежими маффинами, цветочный салат и стакан с соком. Очередной сюрприз. Обычно дела по утренней готовке ложились на Твайлайт, а пегаска нежилась в постели, добиваясь, как она обьясняла, состояния «суперрасслабленности».

— Это ты сама приготовила? Ты меня пугаешь.

— Нет, конечно же, глупышка, у Кейков заказала. Подкрепляйся.

— Я серьезно, что на тебя нашло, — Твайлайт откусила кусочек маффина, потом еще, постепенно осознавая насколько она голодна.

— Ничего… Разве я не могу позаботиться о своей любимой пони? — Деши резко взлетела, сделала пару кругов по комнате и зависла в воздухе около книжных полок. Провела копытцем по корешкам фолиантов, достала один из них и принялась медленно листать. «Дифференциальные уравнения магической понифизики», безошибочно определила Твайлайт, и холодные мурашки пробежали по ее спине — что то было определенно не так. Некоторое время в библиотеке царило молчание, нарушаемое лишь позвякиванием столовых приборов и шелестом страниц.

Затем послышалось легкое жужжание, возле одной из стен вспыхнул яркий фиолетовый свет и разлился по невидимой поверхности — в лаборатории Кентерлота включили портал, позволяющий Твайлайт мгновенно перемещаться к своему рабочему месту. Привилегия, которой удостаивались лишь самые выдающиеся пони в Эквестрии…

— Расскажи, чем вы там занимаетесь, что за проект такой. Ги… Ге… Гистерезис, да?

— «Генезис», — поправила единорожка. — Откуда ты узнала?

— Да так, слухами Эквестрия полнится, — Рейнбоу Дэш неопределенно помахала крыльями, -рассказывай.

— Вообще, это секретная информация. Но у тебя, как у элемента гармонии есть необходимый уровень допуска. Я бы и раньше могла рассказать, но не думала, что тебя это заинтересует. — Твайлайт отпила немного сока и откашлялась.

— Ну так вот. Все началось с открытия межпространственных портальных технологий. — Сделав паузу, Твайлайт немного подождала, но ответом было лишь молчание. И шелест страниц.

— Мы обнаружили множество форм жизни, но разумных, владеющих дружбомагией среди них не оказалось, — продолжила она. — И тогда… Тогда мы с принцессой Селестией решились на эксперимент. На одной из планет, «Дерн», как местные ее называют, внедрили небольшое количество дружбомагии с помощью анимационного сериала. Результат получился неоднозначным. С одной стороны, множество особей приняли дружбомагию, и эволюционировали в высшую по сравнению с остальными форму. С другой же... — Твайлайт нервно постучала копытцем по столу, — в некоторых дернянах было слишком много зла, для них эффект оказался обратным, и мы, не желая того, породили антидружбомагию.

— На нас, пони, она не действует, но дерняне… Ох Деши, — Твайлайт удрученно покачала головой. — Ты бы видела, что творится с некоторыми, попавшими под проклятье антидружбомагии. То, что с ними стало, уже нельзя назвать жизнью — злобные исчадия тьмы, единственная цель их существования — издеваться над пони. И дня они не могут провести, чтобы не написать или нарисовать какую нибудь гадость, где пони пытают, убивают, насилуют…

— Ты представляешь, Деши,- Твайлайт гневно потрясла в воздухе копытцем, — один из этих написал, как Пинки Пай порезала тебя на кексики, представляешь? — Рейнбоу Дэш фыркнула от смеха, но промолчала. — И это еще не самое плохое. Мы с принцессой Селестией подсчитали, что в конечном итоге антидружбомагисты уничтожат все живое на Дерне.

Твайлайт глубоко вздохнула и вытерла копытцем со лба холодный пот. Немного помолчала, и с грустью в голосе продолжила, — вобщем мы решили, что единственный способ спасти дернян — полное уничтожение всех сторонников антидружбомагии. Закачали немного магической энергии в их вселенную и сегодня запустим цепную реакцию, которая погубит этих… этих.. — Твайлайт махнула копытцем, — а даже не хочу раньше времени о них вспоминать.

— Хорошо придумали, молодцы, — одобрила пегаска, захлопнула книгу и наконец повернулась мордочкой к единорожке.

— Скажи мне Твай, тоже давно хотела у тебя узнать... — В голосе Дэш слышалось едва уловимое напряжение. — Как тебе работается вместе с принцессой? Это ведь такая большая честь и ответственность, а? Справляешься?

— Дда, конечно,- смутилась Твайлайт. Завтрак был доеден, во время своего рассказа она уже начала мысленно сосредотачиваться на работе, и такая резкая смена темы немного ошеломила ее, -Я делаю все что в моих силах, чтобы быть достойной ученицей.

— Агась, я знаю. Но у вас ведь бывают разногласия? Ведь это тяжело, спорить с богиней?

— Вообще то… Нет! Мы всегда понимали друг друга с полуслова, она такая… Такая... — Твайлайт задумалась, и на ее мордочке появилось мечтательное выражение.

— Умная? — Рейнбоу Дэш вплотную подлетела к единорожке, в ее глазах плескался огонь.

— Умная!

— Прекрасная?

— Прекрасная!

— Сексуальная и ты в нее влюблена?

— Сексуальная и я в нее влю... Дэши!! — Твайлайт отшатнулась в сторону. Что ты такое несешь?

— Да брось ты, я тебя как облупленную знаю. Ты в нее давно втюрилась по уши, но боишься признаться, так?

— ДЭШИ!!! Да ты представляешь, что говоришь? Это наша Принцесса! Богиня!!!

— Ой милая моя, ты тоже не лыком шита, хоть и яйцеголовая, хехе... — Пегаска лукаво подмигнула Твайлайт. — Из вас отличная парочка выйдет.

— Даже. Если. Гипотетически!!! — С каждым словом Твайлайт тыкала копытцем в Рейнбоу Дэш,

— Как ты… После всего, что у нас с тобой…

— Ой да брось. Хватит жить в прошлом веке, я тебе это давно хотела сказать, такая верность нынче не в моде. Свободная любовь, хехе… Я тебе советую, признаться принцессе в своих чувствах, сегодня, уверена, подходящий случай подвернется. Да, и думаешь у меня за это время никого не было? Я бы от тоски померла, — Вжик. Блюдце, запущенное магией единорожки просвистело в дюйме от Дэш и разбилось, ударившись о стенку.

— Ты. Мне. Изменяла?!

«Вот и все, я всегда этого боялась», — подумала Твайлайт. Холодная игла пронзила ее сердце, ноги подкашивались. Она еле сдержалась, чтобы не заплакать. «Работа, думай о работе, завтра наплачешься».

— Изменяла… Фии, что за древность. Смотри, у меня есть ее фотки, уверена, она тебе тоже понравится. — Рейнбоу Дэш вытащила из шкафчика со своими вещами конверт и протянула Твайлайт.

— Чтобы копытца твоего здесь к вечеру не было, — процедила сквозь зубы единорожка и, расчесывая на ходу гриву, бросилась к порталу. Хлоп. В библиотеке воцарилась тишина.

Разительная перемена произошла с бойкой пегаской, когда ее бывшая подруга скрылась из виду — такой ее друзья еще не видели. Она бывала веселой, дерзкой, яростной, злой, очень редко испуганной — но никогда грустной, как сейчас. Медленно подошла она к кровати, села, уставившись в пустоту, и принялась рассеянно комкать в копытцах конверт.

— Счастья тебе, любимая, — чуть слышно прошептала она и начала неторопливо отрывать кусочки бумаги. Разгоняя редкие пылинки, танцевавшие в лучиках света, падали они на пол, чистые, как слезы летевшие им вослед.

Хлоп. Твайлайт материализовалась в лаборатории кафедры прикладной дружбомагии. Хотя рабочий день уже начался, из сотрудников на месте оказался лишь патлатый единорог — аспирант, ответственный за включение портала. Сейчас он сосредоточенно пытался делать вид, что занят важными рассчетами, остервенело щелкая по кнопкам калькулятора, и «записывая» результаты перевернутым кверх ногами карандашом.

— Где все,- прорычала Твайлат. Ее взгляд казалось сейчас может прожечь стену. — Почему не на местах?!

— Ддоброе уутро, профессор,- Запинаясь пробормотал единорог, и зачемто спрятал карандаш за спину. Ттак нне подошли еще.

— Дождетесь вы у меня, поувольняю всех к дискорду, бездельники. — Хлопнув дверью, Твайлайт выбежала в коридор и понеслась по направлению к тронному залу, в который временно был перенесен командный штаб проекта «Генезис».

Любовь и Богиня. Слова были сказаны, и теперь непрерывным эхом разливались по коридорам дворца, отражались от стен и канонадой громыхали в ушах единорожки. Сердце бешено колотилось в груди, а на волю лезли мысли, до сих пор тщательно скрываемые в самых потаенных уголках сознания. Неловкость, часто овладевавшая Твайлайт, когда они с Принцессой засиживались допоздна, обсуждая последнии достижения дружбомагии, и было так страшно и так хотелось встретиться с ней взглядом. Церемония восхода солнца — самое яркое впечатление детства, и неодолимое желание прикоснуться к солнцу, уже не далекому, а расположенному совсем рядом, на прекраснейшем во вселенной крупе. Прогулки с принцессой по Кентерлотским садам, среди напоенных солнцем аллей и взглядов влюбленных парочек. А еще была боль, боль от расставания и обиды. Чувства, которые она испытывала к пегаске с радужной гривой тоже никуда не ушли, и от этого Твайлайт становилось страшно. «О Селестия, любимая моя,

за что мне все это...»

Твайлайт машинально остановилась перед огромными двустворчатыми дверьми, кивнула салютующим стражам.

— Потом. Все потом, справлюсь, не привыкать,- подумала она.

В тронный зал вошла уже совсем другая Твайлайт. — Принцесса, — поклон, ни единый мускул не дрогнул на ее мордочке.

— Здравствуй, моя любимая ученица. — И сердце Твайлайт, наспех скрепленное старыми оковами, тоже не дрогнуло.

В огромном зале царил полумрак. Украшенные разноцветной мозаикой окна были тщательно задрапированы темной материей, и лишь где то в вышине реял небольшой шарик магического света. Мебель и даже трон отсутствовали, по всему полу протянулись причудливые цепочки из геометрических фигур и дружбомагических рун, а около стен расположились несколько десятков единорогов. В центре зала располагалось два кресла. Рядом с одним стояла Принцесса, второе предназначалось для Твайлайт.

— Начинаем, — единорожка взмахнула копытцем.

Следующие полчаса прошли в рутинной работе — надо было проконтролировать, чтобы каждый единорог, согласно своей магической силе, занял подобающее место на дружбомагических письменах, некоторых Твайлайт даже попросила процитировать составленные ею же инструкции. Ошибок не было, долгие месяцы подготовки не прошли даром. Танец теней завершился, уступая место рассвету. Твайлайт села в кресло, единороги, стоящие по углам и в центре зала, сотворили заклинания, и на одной из стен засветился чистый фиолетовый магический экран, а рядом с Твайлайт и принцессой Селестией другие, поменьше, покрытые светящимися символами. Твайлайт легкими движениями копытцев пробежалась по кнопкам, мерцающим перед ней, и на фиолетовой поверхности появилось изображение планеты. Дерн. Еще несколько прикосновений, и бело -голубой шар окутала вуаль тьмы — визуализация антидружбомагии. Справа от планеты располагались столбики цифр.

— Почти два с половиной миллиона. Быстро же они, — усмехнулась Твайлайт.

— Я не удивляюсь, — Селестия грустно улыбнулась в ответ. — Это закономерность зла, оно всегда превышает ожидания. — И добавила, заметив немой вопрос в глазах единорожки, — даже для меня.

— Вторая фаза пошла, стартовая мощность, — скомандовала Твайлайт, и мгический шар под потолком погас, а по периметру помещения, подчиняясь магии единорогов, вспыхнули разноцветные лучи. Сначала хаотически переплетаясь, они постепенно складывались в единое целое, устремленное в точку немного выше центра зала.

— Открываю вторичный портал, — произнесла Твайлайт, снова пробежавшись копытцами по кнопкам, и на большом экране к окутанной мраком планете устремился поток света. И застыл, ударившись о темную преграду.

— Перерасчет. Усилить мощность на двадцать гигодружбоватт.

Яркое пятно чуть дрогнуло и осталось на своем месте.

— Это бесполезно. Антидружбомагия растет по экспоненте, нам нужно увеличить число соответствия жертв за счет простых злодеев, преступников, убийц. — Твайлайт вопросительно смотрела на Принцессу. Легкий кивок был ей ответом.

— Запасная сеть, в действие. — Выкрикнула единорожка, и чуть слышно прошептала, — отведайте дружбомагии, ублюдки.

Светлое пятно на экране ярко вспыхнуло и растворилось во тьме. Счетчик с правой стороны Дерна подскочил сразу на сотни миллионов. Дружбомагический каскад был запущен. Над планетой сформировался сверкающий всеми цветами радуги луч, медленно разрезал поверхность шара насквозь и погас.

— Минус два,- прошептала Твайлайт.

Еще один, и еще — скоро нити света образовали хаотическую конструкцию, непрерывно расширяющуюся и падающую на Дерн. Слились в одну вспышку и обрушились на планету. Миллионы ослепительных цветов расцвели в черных сердцах, сжигая их без остатка. Цифры в правом углу экрана показывали ноль. Проект «Генезис» был завершен.

Твайлайт откинулась на спинку кресла и перевела дыхание.

— Вот и все, — подумала она. — Работа выполнена, да здравствует работа. Более мне ничего не осталось.

Однако, это было не так.

— Пойдем, моя любимая ученица, мне надо с тобой поговорить. — Легкий, мелодичный и сильный голос позвал Твайлайт за собой, и она послушно поплелась вослед, навстречу своему самому прекрасному приключению.

На огромном балконе, нависающем над Кентерлотскими садами, стояли двое — Богиня и ее лучшая ученица. Солнце, по велению Принцессы, клонилось к полудню, и воздух был напоен ароматом распустившихся цветов. Издалека доносились приглушенные голоса горожан и гостей столицы, веселые, беззаботные… Свет, свет и солнце. И тени от высоких колонн.

— Что тревожит тебя, дитя? — Прекрасный голос, звучавший в гармонии с неведомыми простым смертным пони планами бытия, прозвучал снова.

— Эти… Дерняне. Среди них были и дети, — задумчиво ответила Твайлайт. Не этот вопрос терзал ее душу, но… Послушная ученица, до поры до времени отвечала то, что ей казалось от нее требуют. — Они пытали и убивали себе подобных, но все же… Это мое решение.

— Знаешь, Твайлайт, — улыбнулась Селестия, — кое в чем ты превзошла меня. Она подняла копытце, предвидя возражения. — Не спорь, это так, мне лучше знать. Но, у меня есть свои привилегии, как у богини. — Снова улыбка, немного насмешливая. — И я поделюсь ими с тобой.

— Мы давно знаем друг друга, ученица. Назови заклинание, которое знаю я но не знаешь ты…

— Ппринцесса… Простите, я, я… Простите…

— Не бойся, — снова улыбнулась Селестия, это заклинание дано мне от начала времен, и ты не сможешь выучить его, как бы не старалась. Но сегодня я поделюсь им с тобой. Смотри…

Перед глазами Твайлайт все внезапно смешалось в смазанную палитру красок и через мнгновение вновь обрело четкость, но уже раскрашенную в разные цвета радуги. Все, кроме пони, отметила единорожка, заглянув за парапет балкона. Пони оставались все такими же, среди радужных деревьев, травы и неба.

— Это дружбомагия, — прошелестел тихий голос принцессы, — наш мир пронизан ею, это то, что делает нас лучше других, и раскрашивает пони. Какой бы ты не родилась на свет, черной, серой, голубой — ты пони, и дар дружбомагии в твоем сердце. И ты не сможешь причинить зла другой пони.

— Смотри, — рог принцессы засветился, и прекрасный радужный цветок подлетел к Твайлайт, -красиво, правда?

«я сохраню его до самой смерти»

-Да. Хотя, я уверена, он и в обычном виде смотрится неплохо, — попыталась пошуть Твайлайт и осеклась.

-Конечно, моя лучшая ученица. Смотри теперь, что ты видишь? — Откуда то сверху, повинуясь магии Селестии спустился футляр и раскрылся перед глазами Твайлайт. Пустой.

-Нничего, принцесса…

В следующее мгновение, на черном бархате возник прекрасный цветок, и мир вокруг Твайлайт преобразился. К ней вернулось прежнее зрение.

— Этот цветок из их мира, — улыбнулась Селестия. — Он цветет, но пуст без дружбомагии. Ничто. Ты погубила пустоту, моя лучшая ученица, не стоит так печалиться. А теперь расскажи, что тебя действительно тревожит.

— Нничего…

— Подойди ближе Твайлайт,- И лишь только единорожка подняла копытце, поцелуй, невозможный, никогда, нигде, обжег ее губы.

— Ппринцесса…

— Я получила сегодня письмо. От Рейнбоу Дэш. Она мне рассказала о твоих чувствах.- Твайлайт наконец то поняла, что ее странствие подходит к концу и молчала. — То, что она сделала… Она солгала об измене потому что не хотела, чтобы чувство ответственности перед ней стояло на твоем пути. — Молчание. — Я тоже люблю тебя, Твайлайт. Прости, но не так страстно… Для меня, чувства текут иначе… — Ты понимаешь? — Молчание… — Но, я могу еще преподать тебе урок Твайлайт. Иногда любовь сильнее, когда ее делишь на части. Рейнбоу, дитя мое, иди сюда…

Из за тени колонн вышла пегаска, со сверкающей как радуга гривой.

— Прости меня…

— Прости.

Бесконечность имеет множество бесконечных свойств, как бы тавтологически это не звучало. Можно любоваться на нее в сиянии первозданного хаоса, а можно попытаться извлечь из нее порядок. Один из срезов бесконечности покажет довольно поэтический и примитивный пейзаж. Море, и выступающую из него огромную скалу. Присмотритесь поближе. Из черной воды, перебирая щупальцами по голым камням, ползет странное существо. Все выше и выше — и с каждым касанием щупальцев множество миров погружается в хаос, миллиарды людей умирают от голода и болезней. Наконец, сгусток тьмы достигает вершины, открывает свой налитый кровью глаз, и смотрит вверх. Перед ним простирается огромный, сверкающий шпиль, увенчанный звездой. Долго, с ненавистью всматривается в него существо, и ползет обратно. Но блаженны те, кто могут поднятся вдоль серебрянной дорожки, прямо к звезде. Когда они подлетят чуть поближе, увидят лишь туман, но потом, сквозь него проступят очертания городов, деревень, лесов и полей… Эквестрия. В самом центре страны, среди белых башен, под палящим знойным солнцем стоят три кобылки и самозабвенно мордочкотыкаются. И ничто не может помешать их счастью, никогда.