# После похорон

Habroid

Твайлайт, как известно, аликорн. А аликорны живут вечно... в отличие от прочих пони.

Сразу даю примечание: если кто видел часть этого рассказа на forum.everypony.ru и уже пылает гневом, не спешите, Donnel — это я и есть.

## После похорон

Твайлайт стояла и смотрела на гроб, стоящий в могиле. Пока что ее еще не закопали — могильщики были заняты на другом месте. Поэтому казалось, что это просто постановка — та, в которой по сюжету кто-то, кого уже хоронят, вдруг просыпается, и оказывается, что все не по-настоящему, что он не умер. Но сейчас все было на самом деле.

На похороны пришли почти все жители Понивилля. Все знали и помнили самую добрую пони, которая никому не сделала зла, а некоторые выпутывались из проблем благодаря ей. Так что равнодушных не было.

Твайлайт прикрыла глаза. Рарити... Пинки... Деш... Эпплджек... И вот теперь Флатти. Это было ясно всегда, все знали, что они не вечны — но только теперь, когда последняя ее подруга в могиле, Твайлайт осознала — именно она была неправа, считая, что не вечна. Она пережила всех.

Дочь Скуталу, Ваффи, которой Флаттершай помогла получить метку, тихо всхлипывала — хоть и была уже не маленькой. Все остальные понуро стояли и смотрели.

Наконец пришли могильщики. Хмуро, ни на кого не смотря, они принялись забрасывать могилу землей.

Дискорд, который пришел на похороны в необычном виде, приняв облик темно-серого пони в костюме, посмотрел на могилу, потом на Твайлайт... потом медленно пошел прочь, но, пройдя метра три, будто спохватился — раздался хлопок, и он исчез.

Наконец, когда могилу закопали и все стали расходиться, Твайлайт сбросила с себя оцепенение. В последний раз посмотрев на могилу, она открыла сумку и вытащила из нее последнее, что напоминало о Флатти — фото. Сделанное Фотофиниш. Да, только это и осталось у нее. И последний, кто помнит Флаттершай уже очень давно и был дружен с ней... Дискорд.

Твай убрала фотографию обратно в сумку и побрела к дому.

Внутри замка, будто насмешкой над нею, стояли троны — для каждой из них. Конечно, они проводили тут время — и по делу, и просто так. Теперь уже некому сюда приходить...

"Если бы только можно было отмотать время назад и вернуть всех" — подумала Тавйлайт и сама же рассмеялась от этой мысли. Так много раз она улыбалась над теми, кто хотел обернуть время вспять — читая про них в книжках или встречая на самом деле. И надо же! Сейчас она сама желает того же самого.

О каждой подруге у нее осталось хоть одно напоминание. Рарити сделала ей шляпку, которую Твайлайт все равно никогда не носила, но хранила при себе. От Пинки осталась только записная книжка, похожая на дневник. О Рейнбоу, как ни странно, напоминало не что-то, связанное с радугой или чем-то подобным, а книги. Ее любимые книги про Деринг Ду. Все 23 тома, которые у нее были.

А Флаттершай ничего особенно не хранила. И потому у Твайлайт и осталась лишь пара фотографий.

Твайлайт прошла к себе в комнату, обустроенную так же, как она была обустроена еще в старой библиотеке, и легла спать. Уснула она почти сразу.

* * *

В это же самое время Дискорд, уже в обычном своем виде, сидел на скале и размышлял. О том, как он все-таки сильно успел привязаться к каждой пони из этой шестерки. И что бы там ни говорили о его "кошмарном прошлом" и "жутком предательстве", он не оставил бы их. Хоть все считали его хитрым и расчетливым, неспособным на дружбу (кроме разве что Флаттершай и — чуть меньше — ее подруг), это было вовсе не так. Во всей Эквестрии — и не только — было очень мало тех, кто не был способен на какие-то чувства. Даже единорог Сомбра ради обычной пони совершил труднейшую борьбу — с той своей частью, что жаждала тьмы и вырвалась на волю. Вот кто в этом поединке выиграл — это уже другой вопрос...

Так что Дискорд абсолютно бесчувственным злодеем не был. И ему было как минимум... грустно, когда подруги Твайлайт... и Флаттершай... умирали. Когда же саму Флатти нашли бездыханной, он пытался еще что-то сделать на пределе сил, пытался оживить ее... Но все же любая магия не всемогуща. Противостоять смерти могли очень, очень немногие. Причем пегаска прожила и так гораздо дольше, чем ей было отведено... Потому что помимо Твайлайт, которая отдавала часть сил всем подругам, это же тайно делал и Дискорд. И особенно много он вкладывал именно в нее — Флатти.

* * *

Твайлайт проснулась. Часто те, у кого умерли близкие, видят их во сне, и радуются тому, что ничего не случилось, что произошла ошибка и все живы... и даже просыпаются они с улыбкой и смехом на губах. Просыпаются и долгие минуты не могут понять, что же случилось. А когда вспоминают — это ударяет очень больно. Но Твайлайт не снилось ничего.

Спустившись, она застала в зале Дискорда — но ничуть этому не удивилась. Все-таки они были друзьями, хоть и несколько в натянутых отношениях. Значит, это был последний друг ее.

Сначала они молчали. Потом драконикус заговорил.

— Знаешь, Твайлайт... я как-то раньше не испытывал такого. Да, были другие, кто уходил в мир иной... но я смотрел на это спокойно. Теперь — не могу. — и добавил то, о чем думал еще вчера: — Я уже привык к вам. И вы ко мне, казалось, тоже. А теперь — ничего нет. Только ты осталась. И я.

Тут, заметив, что Твайлайт реагирует как-то медленно, он встревожился:

— Твай... Ваше Высочество! Что случилось?

Концовка за номером 1

Твайлайт тряхнула головой и тихо ответила:

— Да, ты прав. Мы привыкли к тебе. Даже сдружились. Кое-кто — больше всего.

— Это верно, — отозвался Дискорд, не поднимая взгляда от пола. — Я думаю, это было очень заметно.

— А теперь, значит, только мы?

Драконикусу вдруг сильно не захотелось произносить эти слова. Казалось, он скажет — и последняя надежда падет. Никого не вернуть.

Но все же, в последний раз прокрутив в голове мысль о том, что неплохо бы иметь власть над временем, он поднял взор, посмотрел на принцессу и твердо сказал:

— Да, Твайлайт. Только мы. Их больше нет.

И, словно ставя последнюю точку, прибавил:

— Никого. Навсегда.

Концовка за номером 2

Твайлайт все так же не отвечала. Дискорд уже испугался за нее всерьез. Спросил громче:

— Твайлайт! Да что же с тобой?

Наконец она посмотрела на него — или, скорее, сквозь него — и прошептала:

— Я увижу их... Скоро...

Глаза ее остекленели. Ноги напряглись.

Дискорд, хоть все уже давно понял, безнадежно закричал:

— Как помочь тебе?! Что сделать?!

— Ничего... — уже с трудом ответила Твайлайт, — это... гарантированно... и верно...

— Но там, после смерти, ничего нет! — драконикус, отчаявшись, схватился за голову и сел на пол. — Нет и не было!

— Есть... — сказала Твай. Внезапно взгляд ее стал осмысленным, ноги перестали дрожать, и она четким и ясным голосом произнесла: — А если и нет — то это уже не слишком-то и важно.

Эпитафия

Здесь покоится великая принцесса Эквестрии — Твайлайт Спаркл — неисчислимое множество раз спасавшая страну от бедствий, защищавшая пони и делающая жизнь лучше. Для нее мы поставили этот памятник. Мы будем вечно помнить и чтить ее. Всегда.

И, несмотря ни на что — эпилог

— Твай, Твай! Тут так интересно! Жаль твою библиотеку, конечно, и все остальное тоже, но это ты можешь спасти, ты же великая принцесса, да, Твай, да? — Пинки тарахтела без умолку, прыгая по тронному залу и заглядывая во все углы. Все остальные молча оглядывали помещение.

— Какой стиль! — произнесла Рарити. — Я бы жила здесь вечно!

— Мы и так можем жить здесь вечно, — рассмеялась Рейнбоу. — Твай, ведь верно?

Твайлайт посмотрела на своих подруг, и душа ее, казалось, замерзшая после битвы со сбежавшим из Тартара, оттаяла и потеплела. Она улыбнулась и сказала:

— Да, девочки. Мы будем жить здесь вечно.