# Не всегда выбирают нас ("Hold on, little pony!" - "Держись, поняша")

Hippie Kid

Через несколько лет после событий сериала. Молодая поняша по имени Мэг попадает в неприятную ситуацию, и её жизнь разворачивается на 180 градусов. Пути назад нет, шансов, что всё будет как прежде – тоже. Но куда-то ведь двигаться надо.

Я вернусь к этому рассказу. Когда-нибудь.

## Глава 1

Наши детские мечты не всегда исполняются. Когда малышку Мэг спрашивали: «Кем ты хочешь быть, когда вырастешь?», она не задумываясь отвечала: «Нападающим» — имея в виду хоккейную команду Понивилля «Радужные гривы». А почему, собственно, нет? Она отлично чувствовала себя в юниорских «Жеребятах», и Рэйнбоу Дэш говорила, что из Мэг получится великий спортсмен. Да что там: она получила кьютимарку – первая в классе – именно за этот вид спорта. Чёрная шайба, окружённая, словно комета, огненным пламенем – да ей половина школы завидовала, включая мисс Чирили.

— Ты такая маленькая, а уже знаешь, чего хочешь, — сказала учительница. – Ребята, посмотрите на Меган Стронг и порадуйтесь за неё. Нет ничего лучше, чем найти своё призвание и следовать ему.

Но судьба иногда любит вмешиваться, ломая, казалось бы, нерушимое здание жизни. Ломая с болью и треском. Навсегда.

На трибуны потихоньку стягивались пони со всего города. Было много незнакомых болельщиков из Кантерлота, но Мэг не сомневалась, что их «Жемчужины» и в подмётки не годятся понивилльским «Жеребятам». Рэйнбоу Дэш отличный тренер – с этим даже столичные снобы не поспорят. Пускай себе глазеют на поражение своей команды; Мэг конечно волновалась, но не так, чтобы терять от этого сознание.

— Удачи тебе, — сказала бабушка, легонько стукнув копытом по шлему. – Ты их сделаешь.

— Конечно сделаю! – воскликнула Мэг, словно иначе и быть не могло. – Этот день войдёт в историю, вот увидишь!

И, поцеловав бабулю в морщинистую щёку, она покатила в центр поля. Вся команда была уже там, хотя до начала матча оставалось ещё несколько минут. Дэш давала последние наставления. В меховых наушниках и куртке тренера она выглядела потрясающе. «Когда-нибудь и я такой буду» – подумала Мэг. Вместе со всеми она выслушала то, что и так прекрасно знала:

— «Жемчужины» – сильная команда, — говорила Рэйнбоу. — Не такая, конечно, как наша, но держаться на равных они могут. Не сможете вырваться вперёд, не важно – обгоним их на буллитах, у нас есть козырь в рукаве, — тут Дэш подмигнула Меган. – А вот ты, Марк, сконцентрируйся. Ты можешь, если захочешь.

Светло-синий единорог с фиолетовой гривой сглотнул слюну и молча кивнул. Мэг посмотрела на него без особого любопытства – Марк покраснел и отвёл взгляд.

Она обернулась на трибуны и помахала болельщикам. Понивилльцы отозвались громом оваций. С бездонного лазурного неба падали редкие снежинки, яркое зимнее солнце слепило глаза. Великолепный день.

Мэг улыбалась. Юная поняша с жёлтой шёрсткой и огненно-рыжей гривой, выбивающейся из-под шлема с флагом Понивилля – разве могла она знать, что меньше чем через полчаса её жизнь навсегда изменится? Вряд ли. Сейчас она была самой счастливой пони на свете.

Пони, которая знает что хочет.

Игра началась неудачно – «Жемчужины» сразу же захватили шайбу и после недолгой борьбы забили гол «Жеребятам». «Комбинация три-двенадцать» – крикнула Мэг команде, когда на собственной шкуре убедилась, насколько силён соперник. Они не отрабатывали эту тактику с осени, когда вместо шайбы использовали мяч, а вместо коньков – ролики, но попробовать стоило. «Жеребята» завладели шайбой, и после нескольких хитрых пасов, Мэг осталась единственной пони за синей линией. Она, будто рыжая молния, мчалась к воротам противника. Даже успела заметить, как дрогнули колени кантерлотского вратаря – настолько того напугала летящая вперёд Меган. А потом...

В приключенческих книжках такие события любят описывать со всеми подробностями. Иногда используют эффект «замедления времени», чтобы лучше показать читателю что случилось. Позже, Мэг часто прокручивала в уме этот момент, но никакого «замедления времени» не обнаруживала. От цельного фильма осталось лишь несколько кадров – самых страшных, самых неприятных.

Лёд впереди треснул – быстро, словно под ним взорвалась бомба. Острая льдина «открылась» (юная пони просто не могла подобрать другого слова – это действительно напоминало откинувшийся люк в погреб) и Мэг въехала в бурлящий ураган из пены, ледяной крошки, брызг и чьей-то блестящей на солнце туши.

Последним, что она помнила, были глаза. Два исполинских зелёных глаза, пустых, как у змеи – под чёрными густыми бровями. Мэг даже не успела испугаться – настолько быстро всё произошло.

В следующее мгновение она окунулась в царство холода и боли, после чего потеряла сознание.

Вот такая история. Уже позже, в больнице, ей рассказали, что произошло на самом деле. По давней традиции, все ледовые турниры, в том числе и хоккей, проводили на открытом воздухе. На одном из озёр неподалёку от Понивилля. Как выяснялось чуть позже – после небольшого расследования – большинство озёр соединены подводными ходами, образуя целую сеть тоннелей. В том числе и с болотами в Вечнодиком лесу.

Гидра – существо, в общем-то, безобидное, если её не трогать – по каким-то причинам двинулась вдоль одного из этих ходов и попала прямиком в то озеро, где проводился матч. Никто не знает, что заставило её ломать лёд: скука, рёв болельщиков или звук бьющей по шайбе клюшки – об этом даже не задумывались. Чтобы такое больше не повторилось ход в озеро завалили камнями, а гидру вернули в болота.

Меган едва не погибла. Если бы не Рэйнбоу Дэш – вот уж действительно радужная молния – то она бы либо захлебнулась, либо попала бы на зуб гидре, либо умерла б от остановки сердца, барахтаясь в ледяной воде, не в силах сбросить коньки и тяжёлую хоккейную форму.

Прошло время. Много времени.

Мэг не помнила, как очнулась. Казалось, она уже вечность лежит на больничной койке, вся загипсованная-забинтованная, а рядом мерно попискивает кардиограф – в такт ударам её сердца. Голова раскалывалась, Мэг чувствовала жар.

— Уже очнулась? – рядом захлопали крылья, и в поле зрения показалась мордочка с радужной чёлкой. – Мэг? Как ты?

— Мисс Дэш, сядьте, — строгий голос медсестры Рэдхарт заставил пегаску повиноваться. – Во-первых, не забывайте про запрет на полёты в больнице. Во-вторых, она только очнулась. Состояние тяжёлое, но стабильное. Учитывая, как её покусали...

Последнее слово очень не понравилось Меган. Она собрала все силы, какие только у неё были, и повернула голову. На соседней койке сидела Рэйнбоу Дэш, едва сдерживая слёзы. На её шее висела медаль: «Герой Города» – как позже выяснилось, за отчаянное сражение с гидрой. Никто не погиб, а серьёзно пострадала лишь одна пони.

— Кто выиграл? – спросила Мэг, даже не задумавшись об абсурдности вопроса. – Кто... Дэш? – Она закрыла глаза, морщась от боли во всём теле. – Я надеюсь, что скоро поправлюсь, и мы им ещё покажем. Когда я смогу вернуться к тренировкам? Что со мной? Что произошло?

Тут двери открылись и в палату проникла маленькая толпа, избавив Рэйнбоу от неловкого признания. Тут были все или почти все: вымотанные «Жеребята», бабушка, несколько репортёров, Эпплджек с Эпплблум и почти вся понивилльская школа.

— Только не долго, — сухо распорядилась медсестра Рэдхарт. – Ей нужен отдых.

Начался «галдёж» – во всяком случае, так это можно охарактеризовать, когда ты лежишь с высокой температурой, а вокруг тебя столпился целый табун. Меган почти не соображала, чего они все хотят. Ей запомнилось обещание Эпплджек проследить за её «Яблочным уголком» – старым проектом по агрономии, который она вела на ферме Эппл (до сих пор, даже после того, как получила за него пятёрку). Ещё в общих чертах уяснила, что произошло на матче: гидра, травма, Дэш, спасение – без деталей, но на первое время хватит.

Краем глаза она заметила стоящего у самой двери Марка. Единорог держал в зубах букет маргариток, по-видимому, стесняясь подойти ближе. Он поставил цветы в вазу и незаметно выскользнул в коридор.

Потом, когда медсестра вытолкала всех за дверь, и они с Дэш остались наедине, Мэг спросила:

— Всё так серьёзно? То есть... Я смогу кататься на коньках? Меня ведь возьмут в «Радужные гривы», когда придёт время?

Рэйнбоу Дэш терпеть не могла такие моменты. Честность. Рано или поздно бедняжке придётся это узнать, так пусть она узнает это от близкой ей пони, чем от врача или медсестры.

Пегаска вздохнула:

— Будет чудом, если ты вообще сможешь ходить. Травмы очень серьёзные.

Она аккуратно обняла свою подопечную (вернее, бывшую подопечную, потому что они обе теперь знали – не тренироваться теперь Мэг под покровительством Рэйнбоу). Ни та, ни другая не произнесли ни слова. Дэш поцеловала Мэг в щёку и встала с кровати.

— Я принесла кое-что из «Дэринг Ду». Знаю, тебе сейчас не до неё, но это поможет отвлечься. Поверь, я знаю.

И радужная пегаска вышла из палаты. Мэг не могла поверить её словам. Никогда не кататься на коньках. Никогда не играть за команду родного города. Да что там – возможно, ей всю оставшуюся жизнь передвигаться в инвалидном кресле. Много позже, ночью, в промежутке между двумя тревожными снами, она пообещала темноте. Тихо, словно боясь, что её услышат:

— Я добьюсь, что меня возьмут в «Радужные гривы». Клянусь, я добьюсь этого.

Мэг врала самой себе. И, что самое противное, она не верила этой лжи.

Потому что прекрасно понимала, в каком положении оказалась.