# Родственные противоположности

Bf109

У Рэйнбоу Дэш и её возлюбленного всё идёт прекрасно. Молодые влюблённые мечтают, строят планы на будущее, но, неожиданно, они сталкиваются с трудноразрешимой проблемой, о которой не могли даже предположить.

Фанфик является продолжением моего предыдущего фанфика, "Авиация Эквестрии". Приятного прочтения :)

Предыдущий фанфик. В нём вы можете прочитать о становлении отношений Рэйнбоу Дэш и Рэя.

Следующий фанфик в серии, являющийся предысторией, посвященный прошлому Лайтнинг Даст.

## Часть первая

Примечание: изначально в фанфике не предполагалось разделение на главы, он был разделён на части для удобства читающих. За постер к фанфику спасибо пользователю Filincool.

[Изображение: http://3.firepic.org/3/images/2013-10/18/hjgkrv9u9r1f.png]

В Эквестрии воцарилась весна, на радость всем и каждому пони, сменившая холодную зиму. Природа, пробуждённая от зимней спячки, пустилась в рост буйной растительностью, одарившей страну морем бесчисленных цветов, благоухавших и радовавших жителей; солнце, поднимаясь всё раньше с каждым новым утром на голубой небосвод, одаряло приветливыми лучами изголодавшихся за зиму по теплу пони; разные малые зверушки, обитатели лесов и лугов, просыпались и выбирались наружу из своих норок, в которых они провели в спячке зиму. Конечно, приход весны в Эквестрию производился её жителями, в результате ритуала, проводимого на этих землях уже веками, и зимняя уборка, как назывались мероприятия в этот день, когда все пони очищали землю от снега, возвращали птиц, улетевших на зимовку в тёплые края, сажали растения — всё это было и своеобразным праздником, прощанием с зимой в её последний день, и днём, когда все трудились не покладая копыт, трудились с радостью в сердце, ведь своим трудом все пони и создавали в Эквестрии долгожданную весну.

Весна цвела в Эквестрии, всё больше укрепляя позиции, наполняя сердца жителей радостью; и цвела не только весна, цвела и любовь двух любящих друг друга пегасов. Любовь – это чувство ворвалось в жизнь Рэйнбоу Дэш ещё осенью. Самая быстрая пони в Эквестрии, самая талантливая и способная летунья, как она сама о себе отзывалась, будущая участница, а в дальнейшем, возможно, и капитан Вондерболтс, нашла себе, поистине, более чем достойную пару. Им оказался Рэй, пегас, на первый взгляд, не обладающий какими-то особыми способностями и выдающимися лётными данными, но, тем не менее, достигший ошеломляющих успехов в лётном деле, и прослывший талантливым и способным лётчиком, однако, совсем в другой области, чем Рэйнбоу Дэш: он занимался испытаниями иностранной летающей техники, работая пилотом-испытателем, с мощью и скоростью которой, как говорят, не могли сравниться даже лучшие пегасы из группы Вондерболтс; тягаться с ней в скорости, пожалуй, могла только исполнительница редчайшего трюка, именуемого «радужный удар», Рэйнбоу Дэш. С того момента, как они открыли друг для друга свои чувства, их любовь цвела, как прекрасный цветок, отношения крепились всё больше. У многих эта красивая пара двух отважных покорителей небес вызывала восхищение. Но не всё и не всегда было гладко в этих на первый взгляд идеальных отношениях. Были у них и разногласия, случались и ссоры, которые бывают у всякой, и каждой молодой пары. Отношения Дэш и Рэя также не избежали первых морозов, но всё же, молодые влюблённые успешно преодолели эту первую проверку на устойчивость: их отношения затрещали от первых заморозков, но устояли, и не разрушились, и к кануну Дня Согревающего Очага они помирились, и два любящих сердца вновь воссоединились.

В разгар весны влюблённые начали по-настоящему задумываться о том, чтобы перевести свои чувства на новый уровень. И вот, однажды, в один замечательный день, когда солнце согревало страну приветливыми лучами, раздавался щебет птиц, радующихся пришедшей весне, оглашая округу трелями, пара пегасов посетила Кантерлот. Прибыв в столицу Эквестрии, они направились не куда-нибудь, а прямиком к дворцу принцессы Селестии, попутно переговариваясь.

— Дэш, а ты уверена, что принцесса Селестия найдёт на нас время? — спрашивал Рэй, немного беспокойно озираясь по сторонам. — Она особа важная, я не уверен...

— Да брось, может принцесса Селестия и важная особа, но она без проблем найдёт минутку для меня, хранителя Элемента Верности, я в этом уверена на всё сто, — с лёгкостью, без тени сомнения, ответила, улыбнувшись, Рэйнбоу Дэш. — Какой бы важной особой не была принцесса Селестия, я, как хранитель одного из Элементов, как ни крути, важна для неё. Да и тебя принцесса тоже знает.

— Ну… хорошо бы.

— Да не парься, всё пройдёт отлично!

Парочка пегасов подошла к парадному входу, где были встречены двумя единорогами из охраны. Переглянувшись, после секундной задержки, молодые пегасы мелодичным дуэтом обратились к охранникам:

— Здравствуйте! — и после этого приветствия с данью уважения гвардейцам, заговорили попеременно:

— Мы хотим встретиться с принцессой Селестией, — взглянув на изучающего его стражника, обратился Рэй, слегка улыбаясь.

— По очень значимому поводу, — дополнила его кобылка, — сможет ли сейчас принцесса Селестия принять нас? Мы совсем ненадолго!

— Мы спросим у принцессы, сможет ли её высочество принять вас сейчас, — после недолгого раздумья, сухо проговорил белоснежный единорог.

— Сообщите, что прибыла с визитом Рэйнбоу Дэш, это имя о многом говорит принцессе, — добавила пегаска, и посмотрела на прилетевшего с нею Рэя, мягко улыбнувшись тому.

Стражник, стоявший справа, удалился внутрь замка, оставив прибывших пегасов наедине со вторым единорогом, который, бросив чуть ранее взгляд на посетителей, вновь уставился в пустоту перед собой.

Дэш и Рэй провели минут пять перед дверьми, храня молчание, переглядываясь друг с другом, общаясь на языке взглядов, иногда слегка улыбаясь друг другу, рассматривали разукрашенную входную дверь, озирались по сторонам, иногда бросая взгляды на единорога, невозмутимо стоявшего, как статуя.

Наконец, ожидание подошло к концу, отворились двери, и гвардеец вернулся.

— Её высочество изволило принять вас, — монотонным голосом объявил он, — пройдёмте, — жестом копыта пригласил он внутрь, и сделал шаг вперёд.

Стражник провёл парочку пегасов, следовавших по пятам за единорогом, по коридорам замка. На лице радужной пегаски не было ни капли сомнения, лишь довольная и уверенная улыбка, а вот у её избранника проступала некоторая застенчивость. Впервые в жизни Рэй оказался в кантерлотском замке, в отличие от уже бывавшей там не раз Рэйнбоу Дэш. Молодой пегас с любопытством рассматривал окружающую обстановку: резные колонны из белого мрамора, мозайку на полу, покрытую шикарным красным ковром, величественные арки высоких потолков – всё это было ему в новинку.

Открылись ещё одни двери, и пони вошли в тронный зал. Впереди, на своём троне, в окружении пары облачённых в золотые доспехи охранников, восседал белоснежный аликорн, принцесса Селестия собственной персоной, устремив свой добрый и мудрый взгляд на гостей. Рэй нервно сглотнул поначалу, как всегда волнуясь при официальных встречах с кем-то важным, но повернув голову влево, увидел непринуждённую улыбку Рэйнбоу Дэш, и видя её уверенный взгляд, сразу же успокоился, отбросив все сомнения. Преодолевая последний участок пути в сегодняшнем визите, Рэй к своему удивлению, и восхищению, рассматривая помещение тронного зала, увидел на радующих глаз великолепных витражах многие события, о которых рассказывала его любимая, участницей которых она была.

И вот, они стояли перед троном принцессы. Прикрыв глаза, и поклонившись правительнице Эквестрии, пегасы почти одновременно выдали:

— Здравствуйте, принцесса Селестия!

— Приветствую вас, мои маленькие пони, — молвила солнечная принцесса, доброжелательно улыбнулась, — Рэйнбоу Дэш, и Рэй, — провела она взглядом по нежданным гостям, коих она вполне хорошо знала. — Слушаю вас, мои маленькие пони, вы ведь не просто так пришли ко мне?

— Да, принцесса Селестия, — заговорила Рэйнбоу Дэш, бросив быстрый взгляд на Рэя, — дело в том, что у нас мы хотим попросить у вас кое о чём...

— Дело в том, — подключился Рэй, и сообщил принцессе то, о чём она уже догадалась, едва увидев, кто к ней пришел с визитом, — что мы теперь вместе. Мы любим друг друга.

— Очень-приочень сильно!- добавила голубая пегасочка.

Влюблённые с нежностью посмотрели друг на друга, и вновь вернули взгляды на внимательно слушавшего их аликорна.

— Да, мы хотим быть вместе, — с этими словами Рэйнбоу Дэш придвинулась к жеребцу, и приобняла его крылом, — мы решили, что мы будем отныне и навеки, — вторую часть фразы пегасы произнесли вместе, и вновь переглянулись.

Принцесса Селестия, уж было успевшая заскучать за рутинными повседневными обязанностями монарха — ознакомлением и подписанием различных указов, предложений от министров, распоряжений о бюджете для различных населённых пунктов Эквестрии, о чём говорила стопка бумаг, отложенная, и лежавшая чуть левее её трона, впервые за сегодняшний день услышала то, что её по-настоящему обрадовало. Двое её подданных, проникнувшись прекрасными, нежными чувствами друг к другу, хотели связать свои жизни воедино. Она хорошо знала их обоих, и Рэйнбоу Дэш, хранителя Элемента Верности, неоднократно участвовавшую в приключениях великой шестёрки, не раз спасавшей Эквестрию, а также выдающуюся спортсменку, и исполнительницу уникального трюка, «радужного удара», и Рэя, очень талантливого и способного пилота-испытателя, занимающегося испытаниями заморской техники, полученной от соседней, более развитой страны, которая впечатлила даже саму принцессу Селестия, не раз наблюдавшую за проведением испытательных полётов, присутствуя на них; они нашли друг друга, и эта замечательная молодая пара, нежно любившая друг друга, очень обрадовала принцессу, став для неё приятным сюрпризом, согревшим сегодня её сердце.

— Мы вместе уже с осени прошлого года, — после короткой паузы продолжила Рэйнбоу Дэш, — и наши чувства всё крепче.

— Да, — кивнул ей Рэй, — и мы думаем, что в недалёкой перспективе мы сыграем свадьбу.

Молодые пегасы посмотрели друг на друга с нежностью, немного мечтательно, и голубая кобылка перешла, наконец, к сути того, зачем они с её возлюбленным явились сегодня к принцессе.

— Принцесса, Селестия, вы можете благословить нас? Вы благословите нашу пару?

— Да, я вижу, что ваши чувства искренние и крепкие, — молвила владычица Эквестрии.

— Ещё бы! — подтвердила пегасочка, вновь обняв крылом кавалера.

— Не то слово! — притянул он к себе левым крылом любимую, и мягко заключил её копытце в объятия своих передних копыт, — это самая замечательная кобылка, какую я только встречал! Я так счастлив, что я встретил её!

— А я счастлива, что я встретила тебя, — перевела нежный взгляд на жеребца Рэйнбоу Дэш.

Молодые пегасы вновь ожидающе взглянули на белоснежного аликорна. Принцесса ласково улыбнулась им, и, слегка расправив величественные крылья, парой шагов спустилась к ним. Те встали ровно, выпустив друг друга из объятий. И тут мягкие крылья принцессы расправились и с объятием протянулись к молодым пони, и легли на их плечи.

— Благословляю вас, мои маленькие пони! — молвила правительница Эквестрии. — Я знаю, что вы будете хорошей и крепкой парой, и семьёй. Я благословляю вас, и желаю вам всего самого лучшего в вашей совместной жизни!

— Спасибо вам большое, принцесса Селестия! — радостно пропели молодые пони.

Рэй и Дэш с благодарностью смотрели в мудрые глаза принцессы, в которых была видна искренняя радость за своих маленьких подданных. Голубая пегасочка вновь почувствовала прикосновение к копытцу: это Рэй своим правым копытом мягко прикоснулся к ней.

— Я хорошо знаю вас обоих, и я рада, за то, что вы вместе, — вновь заговорила владычица, от чего парочка обратила взор на аликорна. — Когда надумаете сыграть свадьбу, то вы ведь пригласите меня на вашу свадьбу, а? — игриво спросила Селестия, легонько потрепав пегасов крыльями за плечи.

— Обязательно! — бодро откликнулась Рэйнбоу Дэш.

— Непременно, принцесса Селестия! — пообещал Рэй.

— Вы, несомненно, будете званным гостем! И вам достанется самый почётный кусок торта, не сомневайтесь, — хихикнула Рэйнбоу Дэш.

От этой фразы Селестия не удержалась от смеха. Некоторое время принцесса ещё говорила с гостями, желала им удачи, что-то спрашивала, на что пегасы охотно отвечали, ведя довольно непринуждённый диалог, чего, конечно, не видел никто, не считая пары безучастных стражников, неподвижно стоявших по бокам от трона.

Позже, попрощавшись с принцессой, Рэй и Дэш покинули замок, и неспешно прогуливаясь по столице, обсуждали событие.

— Ну вот, всё легко, и просто, а ты нервничал, — обращалась Рэйнбоу Дэш к Рэю, — я же говорила, не съест принцесса Селестия тебя! Из еды, вообще, она особенно неровно дышит к тортам. А вот чай, что интересно, терпеть не может, — слегка усмехнулась она.

— Не любить чай? Как такое возможно? — переспросил жеребец.

— Серьёзно, просто на дух не переносит. Если судить по рассказам некоторых пони.

— Ну, верить всяким слухам… Тут могут всё, что угодно напридумывать, любую нелепость.

— Вплоть до того, что принцесса Селестия ест на обед пегасов, а?

Парочка взорвалась весёлым смехом, нахлынувшим на них после шутки Рэйнбоу, и размеренно цокая копытами, пошли дальше по мостовой, улыбаясь друг другу.

— Я так рада, что принцесса Селестия благословила нас, — мечтательным тоном произнесла пегасочка.

— По-моему, ей было в радость видеть нас вместе.

— Ты ещё сомневаешься, что она была рада этому? Конечно, она была рада тому, что я нашла себе самого достойного жеребца!

— Самого достойного… так приятно слышать от тебя такие слова, — вкрадчиво произнёс Рэй.

Влюблённые встали на месте, нежно смотря друг другу в глаза, и стали медленно приближаться, повинуясь нахлынувшим чувствам. Дэш слегка лукаво улыбнулась, и положила передние копыта на плечи жеребцу. Их мордочки были почти вплотную.

— Что, прям на улице, при народе? — с долей ехидства произнесла пегасочка. — Ты же не любишь так, и стесняешься вроде, а?

— Да пофиг на народ, — с усмешкой отозвался Рэй, — иди ко мне, — потянув кобылку к себе, обхватив передними копытами и крыльями, и пегасы слились в долгом и нежном поцелуе, прикрывая глаза.

Пони вокруг спешили по своим делам, а влюблённая парочка, обнявшись, целовалась, тесно прижавшись, с нежностью поглаживая друг другу гривы и крылья, невзирая на присутствие множества пони. Наконец, они с причмокиванием разомкнули уста, медленно открывая глаза. В финале, нежно смотря друг на друга, они произвели ещё один короткий поцелуй.

В это время мимо проходила какая-то единорожка бледно-желтого цвета, с гривой, окрашенной в сине-фиолетовый цвет, уложенной в элегантную причёску, и вела с собой жеребёнка, тоже единорога, маленького, ещё пустобокого, с иссиня-зелёной шерсткой и фиолетовой кучерявой гривой. Малец пялился на целующуюся парочку, хлопая непонимающими глазами. Жительница Кантерлота, ускоряя шаг, левым копытом принудила малого отвернуть голову, и идти быстрее. Рэй и Дэш заметили это, и повернув головы, встретились взглядом со зрелой кобылкой. В её глазах застыл осуждающий взгляд, практически читалось «ну и молодежь пошла, ну и нравы!». Дама непроизвольно, едва заметно, покачала головой из стороны сторону, после чего отвернулась. Пегасы лишь усмехнулись над произошедшим, неохотно выпуская друг друга из объятий. После недолгого раздумья, радужногривая кобылка предложила:

— Ну что, в Понивилль?

— В Понивилль! — вторил ей Рэй.

Расправив крылья, пегасы взмыли вверх, и постепенно набирая высоту и скорость, полетели бок о бок к уютному городку. Рассекая небо, они неожиданно осознали, что их полёт начал превращаться в соревнование. С хитрыми ухмылками двое наращивали скорость, попеременно обгоняя друг друга, и маневрировали меж попадавшихся по пути облаков, нарушая привычную безмятежность небес. Затем, летя почти параллельно, они исполнили последовательно три мёртвых петли, каждая из них была всё более растянутой. Потоки воздуха трепали и развевали их гривы, а крылья без устали работали, неся пегасов по небесам. Игра продолжалась. Рэйнбоу Дэш и Рэй то синхронно взмывали вверх, извиваясь налету спиралью, то разлетались в разные стороны, вновь разворачивались, и летели друг на друга, и летя боком, проносились мимо. Наконец, обитатели неба приземлились на облако. Ненавязчиво улыбаясь друг другу, они присели.

— А ты стал намного лучше держаться на крыльях! — заметила радужногривая пони.

— Всё благодаря тебе, Дэш, и полётам с тобой.

Пегас несколько беспокойно посматривал направо.

— Э-э Дэш, знаешь, мне уже скоро пора улетать в Лос-Пегассус, — извиняющимся тоном произнёс Рэй, прервав паузу.

— Побудь со мной ещё немного, — попросила пегасочка, ласково взглянув на него.

— Ну хорошо, раз ты так просишь, — слегка смутился тот.

Радужная пегасочка прижалась боком к жеребцу, после чего неожиданно встала на дыбы, и обхватив возлюбленного за плечи, повалила его на облако, и тоже улеглась боком на его грудную клетку. Влюблённые лежали на облаке, обнимаясь, и смотря в глаза своему будущему спутнику жизни, отдыхая и наслаждаясь умиротворением небесной выси, радуясь нахождению в компании друг друга.

— Ну вот, важное дело сделано, — довольно объявила Рэйнбоу Дэш, положив подбородок на грудь жеребцу. — Мы сделали ещё шаг к тому, чтобы быть вместе. Благословение принцессы Селестии – это очень много значит.

Рэй мечтательно вздохнул, подняв глаза вверх.

— И теперь мы можем заключить брак и сыграть свадьбу? — вернул он взгляд на кобылку, нежно проводя копытом по её гриве.

— Ага. Ты ведь хочешь этого, а?

— Конечно же, Дэши! Я буду счастлив связать жизнь с такой чудесной пони, как ты! — он ещё раз провёл копытом по её радужной гриве.

И вдруг лицо Рэя приняло такой вид, как будто он вспомнил, что забыл дома выключить чайник, но причина была совсем иная.

— Дэш! Слушай, мы уже думаем о том, как бы нам пожениться, но мы кое-что забыли. А как же представить нас нашим родителям?

Секунды три пегасы моргали и смотрели друг другу в глаза.

— О-о, ты прав, это здравая мысль, — почесав копытом подбородок, одобряющим тоном ответила Рэйнбоу Дэш, — но мы ведь без проблем наверстаем это, верно?

— Вот и я о том же. Твоих родителей ты мне уже показывала на фотографиях. Они у тебя очень мило выглядят. Ты познакомишь меня с ними поближе? — добродушно улыбнулся пони.

Рэйнбоу Дэш отвела глаза куда-то налево, и всматриваясь вдаль, немного задумалась.

— Конечно же, в своё время, — вернула она взгляд на пегаса, ласково улыбнувшись. — Но давай сначала ты познакомишь меня со своей семьёй, я про неё вообще ничего не знаю, даже на фотографиях не видела.

— Значит, хочешь, чтобы мои родители были первыми, а?

— Ага!

— А обычно ты хочешь всегда и во всём быть номер один, — усмехнулся жеребец. — Я думаю, мы могли бы встретить с моими родителями уже на этой неделе, что скажешь? Может быть в субботу, а Дэши?

Кобылка сложила передние копыта на груди жеребца, и положив на них подбородок, деловито ответила:

— В субботу я буду свободна, могу сказать точно!

— Превосходно! У меня тоже выходной. Нам обоим удобно в субботу. Мне нужно навестить моих родителей в Филлидельфии, спросить у них: смогут ли они. Если они смогут тоже, тогда я могу познакомить тебя с ними уже в эту субботу. Что скажешь?

— Я только за!

— Замечательно! Ну, тогда я договариваюсь с моей семьёй, и как сделаю это, сообщу тебе. Идёт?

— Идёт, — кивнула кобылка. – Странно... и как так получилось, что за всё время мы ещё ни разу не рассказывали друг другу про наши семьи? — задумалась Рэйнбоу Дэш.

— Ну вот и наверстаем упущенное! Рассказать тебе про мою семью? — Рэй внимательно взглянул на пегасочку.

— Рэй, давай это будет для меня сюрпризом? — после короткого промедления предложила она. — Сюрпризом до встречи с ними?

— Ну… хорошо, если ты так хочешь, то пожалуйста!

— А я пока поиграю с воображением, попытаюсь представить твоих родителей, — ухмыльнулась Рэйнбоу Дэш.

— Ты не против слетать в Филлидельфию? Заодно покажу тебе мой родной город.

— Конечно, я с удовольствием посмотрю на твой родной город! Но ещё больше мне хочется увидеть твоих родителей, и познакомиться с ними.

— Может, и не только с родителями, — загадочно улыбнулся Рэй.

Рэйнбоу Дэш удивлённо приподняла бровь над левым глазом.

— Не только? А с кем ты ещё меня познакомишь? — с хитрой, заинтересованной ухмылкой поинтересовалась пегаска.

— Подождём до субботы, — загадочно улыбнулся жеребец.

— Хорошо! — с широкой улыбкой хихикнула кобылка, протянув копыто к гриве любимого, и легонько потрепав его по ней. — Что же за сюрприз ты мне приготовил?

Они ещё немного лежали на облаке, обнявшись, позабыв обо всём на свете. Потом Рэйнбоу Дэш немного приподняла голову и взглянула в сторону Понивилля.

— Так, кажется, мне снова нужно будет заняться расчисткой неба, — проворчала она, — вон ветер пригнал дождевые облака, нужно убрать.

Пони повернулась к возлюбленному.

— Опять я тебя задержала, — с сожалением произнесла она.

— Ничего страшного, — мягко улыбнулся Рэй, — мне было приятно провести с тобой чуть больше времени, чем мы сначала хотели. К тому же, мы договорились о том, чтобы представить друг друга нашим семьям.

— Да, я уже в нетерпении, когда это произойдёт!

Рэйнбоу Дэш приподнялась, и села на облако, позволив Рэю встать на копыта.

— Ладно, лети, — кивнула она в сторону, где был запад, — я тоже полечу, с погодой разобраться надо.

— Я в течение недели договорюсь с моими родителями, и сообщу тебе, смогут ли они, хорошо? — одновременно жеребец поднял крылья, готовясь к взлёту.

— Договорились! — бодро откликнулась Дэш.

Влюблённые пегасы ещё раз обнялись в полном нежности прощальном поцелуе, после чего Рэй взлетел, и, отлетая задним ходом, помахал копытом любимой:

— Ну, пока, Дэши, увидимся, я люблю тебя, радость ты моя!

— Давай, Рэй, до встречи, я люблю тебя тоже! — нежно проворковала пегасочка.

Крылатый жеребец развернулся, и полетел, некоторое время держа голову повёрнутой к своей горячо любимой особой пони, и улыбаясь ей, но отлетев достаточно далеко, отвернулся, устремив взгляд в простирающиеся впереди дали.

Посидев ещё немного на облаке, смотря вслед удаляющемуся бирюзовому пятнышку, с улыбкой провожая его, Рэйнбоу Дэш пригнулась на всех четырёх ногах, и неистово стартовала, рванув вверх, и понеслась в Понивилль, извиваясь налету спиралью.

Три дня спустя наступила долгожданная суббота. За эти дни Рэй успел поговорить со своими родителями, и сообщить Рэйнбоу Дэш о том, что их тоже устраивает назначенная дата встречи. Но с наступлением субботы Рэйнбоу Дэш не спешила с визитом в Филлидельфию. С утра пораньше она наведалась на ферму Эпплджек: сегодня они запланировали осуществить полив яблочных садов в «Сладком яблочке». На это у неё было предостаточно времени, ведь встреча с родителями Рэя была ближе к вечеру. Пока сотрудница погодного патруля поливала яблочные деревья, фермерша наблюдала за процессом, и контролировала процесс.

— Отлично! С северным садом закончили, теперь нужно то же проделать с южным! — окликала юная хозяйка фермы радужную пегаску, перетаскивающую по небу облако.

— Будет сделано! — бодро откликнулась Рэйнбоу Дэш, касаясь копытом виска, словно бы отдавая честь, после чего ударом задних копыт разбила в воздухе истощившееся облако, взмыла ввысь, и упираясь передними копытами в другое заготовленное облако, потолкала его в указанное место.

Ещё раз осмотрев политый сад, работу своей подруги, Эпплджек рысцой побежала следом. Прибыв на место, крылатая пони приступила к делу. Перелетая от одной группы яблонь к другой, Рэйнбоу утоляла жажду каждого из деревьев, распределяя воду так, чтобы каждому досталось поровну, оценивая своим намётанным взглядом, когда переходить к поливу следующей яблони. Эпплджек наблюдала её деятельность. Попутно подруги переговаривались, и по делу, и рассказывая у кого как дела, и своих планах.

— Это облако выглядит весьма внушительным, тебе не трудно толкать-то его? — интересовалась владелица фермы, наблюдая за работой подруги.

— Нет, совсем нет, для меня, профессионала своего дела, это обыденное занятие, — ухмыльнулась пегасочка, совсем небольшая по сравнению с облаком, что перемещалось ею в процессе полива, непрерывно питавшим жизненно важной водой посаженые в стройные ряды яблони.

— Да и для своего размера оно весьма лёгкое. Это же облако! — похлопала она по сформированному ею серому комку.

Его размер был специально подогнан опытной сотрудницей погодного патруля так, чтобы можно было поливать сразу по три дерева.

— Спасибо, что помогла с поливом! — поблагодарила фермерша.

— Да без проблем! Это же моя работа!

— Как закончим, я займусь подкормкой удобрениями, — деловито пробормотала Эпплджек, — работы ещё полно. Как сама-то?- кобылка задрала голову вверх.

— Всё замечательно!

— Рада за тебя! А как у тебя с… Рэем?

— У нас с ним всё прекрасно.

— Это хорошо. Я очень рада за тебя, Дэш, что ты нашла себе такого хорошего жеребца.

— Сегодня, ближе к вечеру, мы с Рэем летим знакомиться с его родителями, — довольно ухмыльнувшись пегаска.

— Здорово! Ты волнуешься? Наверно, хочешь произвести на его родителей наилучшее впечатление?

— Совсем не волнуюсь, Эпплджек, — с горделивой улыбкой, взмахнула копытом Рэйнбоу Дэш, — я в себе уверена, и в том, что его семье я понравлюсь на все сто-двадцать процентов!

— Это хорошо. И вы с Рэем уже скоро поженитесь?

— Ага, ну не то чтобы скоро, в недалёкой перспективе, — малость задумчиво проговорила Дэш.

— Ты так изменилась, Рэйнбоу, — после небольшой паузы произнесла ковбойка.

— Что серьёзно? — вопросительно посмотрела пегаска. — Ты имеешь в виду внешне, или как? Я что, стала менее крутой? Или моя грива начала выцветать? — обеспокоенно пригладила она волосы, рассматривая выдающуюся вперёд чёлку.

— Да нет, я не про это, ты такая же яркая и выделяющаяся, как и была, — поспешила успокоить подругу фермерша, — я имею в виду, ты стала другой… твой характер изменился.

— Так, вроде всё с южным садом закончили, — уведомила Рэйнбоу Дэш подругу, — оно совсем иссякло, отдало всю воду, — ткнула она копытом в уже побелевшее облако.

За разговорами пони и не заметили, как Рэйнбоу Дэш управилась с поливом.

— Замечательно! Ну, тогда на сегодня с поливом закончим, — довольно улыбнулась Эпплджек.

Ухмыльнувшись, сотрудница погодного патруля с разворота хорошенько лягнула отработавшее своё облако, отчего то, хоть и бывшее весьма внушительного размера, развалилось надвое, а половинки распались на несколько ещё более мелких частей, быстро побледневших и растворившихся в воздухе.

— Ну, Рэйнбоу, спасибо.

— Без проблем. Да-а,- протянула голубая кобылка, — ну так, что ты имела в виду, говоря, что я изменилась?

— Ну, я смотрю на тебя, и вижу: ты нашла себе своего спутника жизни. Уже задумываешься о свадьбе, и создании своей семьи, — Эпплджек развернулась и размеренным шагом пошла к зданию фермы.

— А-а, я понимаю, кажется, к чему ты клонишь.

Размеренно помахивая крылышками, Рэйнбоу Дэш последовала за подругой, летя вровень.

— Да, ещё какой-то год-полтора назад, если бы мне сказали что-нибудь о любви, всякой романтике, и поцелуях, я бы, пожалуй, брезгливо морщилась, фыркала, и кривлялась, изображая рвотные позывы, — хихикнула пегаска. — А уж тем более я совсем не думала ни о свадьбе, ни о своей семье. Но сейчас я счастлива, что я встретила Рэя, и я хочу связать с ним свою жизнь. И вообще: я думаю, что все мы найдём со временем своих спутников жизни, и создадим свои семьи.

— Пожалуй… но знаешь, я думаю об этом, и мне почему-то становится грустно.

— Грустно? — переспросила Рэйнбоу Дэш, удивлённо моргнув пару раз. — Почему же?

— Ну… мы всегда были такими хорошими подругами. Очень близкими подругами. Лучшими подругами. Я боюсь, что наша шестёрка будет постепенно отдаляться друг от друга. Постепенно мы можем разбрестись по своим делам, заняться своими карьерами, и семьям… Это уже началось, — вздохнула Эпплджек, — кто-то получает новый титул, и государственную должность, кто-то встретил своего особого пони, и уже задумывается о собственной семье, — фермерша бросила быстрый взгляд на подругу. — Даже у Рэрити вон тоже роман с тем пегасом, который спас её тогда…

— Да брось, Эпплджек! — с лёгкостью отмахнулась пегаска. — Я уверена, это нисколько не помешает нашей дружбе! Наша шестёрка будет дружить как раньше, и между нашими семьями будет крепкая дружба. Когда-нибудь наши дети смогут дружить и играть друг с другом, — кобылка с мечтательной улыбкой посмотрела куда-то вдаль.

— Это было бы здорово!

— И вообще, Эпплджек, ты так говоришь, как будто у тебя на фронте личной жизни вообще никак, — лукаво улыбнулась Дэш, — тебе вон вроде как нравится Карамель, а?

Ковбойка ошарашено посмотрела на подругу, а щёки Эпплджек вспыхнули парой красных яблок.

— Но знаешь, Эпплджек, ты лучше держи с ним ухо востро.

— Это почему же? — озадачилась рыженькая пони.

— Да, как говорила мне Сэссафлеш, он тот ещё казанова.

— А при чём здесь Сэссафлеш? — слегка нахмурилась Эйджей.

— Ну, она одна из его бывших, — холодно произнесла Рэйнбоу.

— Одна из?! — ошарашено переспросила фермерша, широко открыв глаза.

— Да, — кивнула пегаска. — Я, как подруга, должна была сообщить тебе об этом.

— Вот как, — задумалась Эпплджек, — спасибо, сахарок, лучше горькая, но правда…

— Эпплджек, поверь, если у жеребца гладкая, ухоженная грива и крепкие бицепсы, это ещё не значит, что он стоящий. А ты достойна одного из лучших жеребцов.

Пони подошли к ферме и приостановились. Эпплджек внимательно взглянула на порхающую рядом подругу:

— Ты действительно очень сильно изменилась, Рэйнбоу. Раньше тебе как будто были нужны только полёты, воздушные гонки, да победы в соревнованиях. Казалось, что это единственное, что тебя заботит. Ты стала совсем другой, чем та, Рэйнбоу Дэш – задира, которой ты была некогда. Ты… повзрослела что ли?..

Пегаска искоса ухмыльнулась, приложив копыта к бокам, и хитрым тоном ответила:

— А я и сейчас не против посоревноваться. Подождём до осени, когда мы ежегодно устраиваем соревнование за титул «железной пони». А тебе, Эпплджек, я посоветую быть в форме к осени: держи себя в форме, а то я снова утру тебе нос! — с горделивой улыбкой бросила кобылка.

— Ты тоже, Рэйнбоу, будь в форме, и не расслабляйся, и не сильно упивайся прошлой победой, — прищурила глаза лихая ковбойка.

— Посмотрим, кто лучшая спортсменка!

Пони примкнули свои копыта друг к другу, сделав брохуф, смотря друг другу в глаза, и хитро щурясь, уже в предвкушении увлекательного соревнования, которому ещё только предстояло пройти. Ежегодное проведение состязаний за звание «железной пони» стало для них традицией.

Выражение лица Эпплджек снова сменилось на дружелюбное:

— А всё-таки в чём-то ты и по сей день остаёшься той Рэйнбоу.

— Я всегда останусь той Рэйнбоу, — тепло улыбнулась обитательница неба. — Ну ладно, я полечу, пожалуй, — взлетела чуть повыше она.

— Пока, сахарок, спасибо за полив! — помахала копытом хозяйка.

— Всегда пожалуйста! Пока, Эйджей!

Рэйнбоу Дэш унеслась в небо, а Эпплджек удалилась на ферму.

Немного позже Рэйнбоу Дэш наведалась к Рэрити. Оказавшись на пороге её бутика, пегаска была радушно встречена хозяйкой.

— Оу, Рэйнбоу Дэш, здравствуй, проходи, дорогуша, — пригласила единорожка.

— Привет, Рэрити, — как всегда, уверенно и раскрепощено, произнесла пегаска, проходя внутрь, — ну, как, сделаешь причёску, как мы договаривались?

— Конечно, Рэйнбоу Дэш. Приступим?

— Ага, — кивнула пегаска, направляясь к стулу у зеркала.

— Тогда присаживайся, и я займусь твоей гривой.

Стала ясна цель визита к Рэрити: ранее Рэйнбоу Дэш договорилась с подругой о том, чтобы та сделала ей красивую причёску, для сегодняшней важной встречи.

Дэш присела на стул перед зеркалом, и бросила ожидающий взгляд на белоснежную единорожку, незамедлительно захватившую расчёску магической аурой.

— Ну-с, Рэйнбоу Дэш, ты вся в предвкушении перед этой встречей?

— Ещё как! Хотелось бы предстать в наилучшем свете перед родителями Рэя.

— Понимаю тебя. Итак, какую причёску ты хочешь, дорогуша?

— Знаешь, что-нибудь не слишком вычурное, но элегантное, и красивое.

— Я поняла тебя, Рэйнбоу Дэш.

Рэрити приступила к работе с разноцветной гривой пегаски. Сегодня та сама предложила подруге заняться её волосами, и сделать какую-нибудь привлекательную причёску, отдав свою гриву на волю модельерше. Попутно пони обсуждали предстоящую встречу.

— Я понимаю, как это событие важно для тебя, дорогая, ты, наверно, волнуешься. Это первый шаг к новой жизни, порог на пути к вашей с Рэем семейной жизни.

— Я нисколько не волнуюсь, — отмахнулась Рэйнбоу Дэш, — я не сомневаюсь, что понравлюсь его родителям. Они будут рады видеть меня его невестой.

Модница внимательно посмотрела на подругу, и видимо намётанный взгляд всё же определил скрытое волнение: она что-то отметила для себя.

— Важно вести себя согласно правилам этикета, — расчёсывая непослушные волосы произнесла единорожка, — ты должна показать себя воспитанной пони. Второго шанса произвести первое впечатление уже не будет!

— Рэрити, а то я не понимаю!

— Ты помнишь, чему я тебя учила?

— Ага.

— О-ох, — вздохнула Рэрити, — нужно говорить не «ага», а «да». Столько раз тебе объяснять?

— Ага, ясно, — шутливо произнесла радужногривая пегаска.

И этой фразой она спровоцировала Рэрити на пересказ того, как следует себя вести согласно правилам этикета.

— Я не удивлюсь, если ты напрочь забыла всё, что я тебе говорила, — менторски, проворчала белоснежная пони, придавая форму семицветным прядям.

А дальше последовало весьма нудное повествование о манерах в обществе, которое Рэйнбоу Дэш слушала с лёгкой ухмылкой, и не особо вникала в то, что говорит ей подруга, лишь наблюдала за отражением в зеркале, где велась творческая работа над её гривой.

Когда, наконец, процесс создания причёски был завершен, словоохотливая модница довершила и свой рассказ, доведя его до логической паузы, и торжественно объявила:

— Твоя причёска готова, дорогуша!

Рэйнбоу оценила работу, поворачивая голову то влево, то вправо. Её рот стал медленно изгибаться в довольной улыбке: Рэйнбоу Дэш нравилась эта причёска. Рэрити сплела сзади аккуратную косичку, зачесала назад гриву, так что слегка обнажился лоб пегаски, и фиксировала волосы заколкой нежно-розового цвета, отсутствующего в гриве радужной пони, но сейчас грамотно вписывающегося в неё, имеющей вид лилии.

— Тебе нравится? — поинтересовалась Рэрити.

— Ещё как! — поспешила ответить пегасочка. — Ты отлично справилась, Рэрити! Крутой причесон! — выскочила она из-за стула, продолжая рассматривать себя в зеркале.

Воспитанная единорожка, вновь услышав сленг подруги, прикрыла глаза на секунду, едва заметно качнув головой из стороны в сторону.

— Только посмотри, какая кобылка! — вновь мягко улыбнулась она. — Писаная красавица! Такая женственная и милая. И совсем не скажешь что сорвиголова, — слегка вздохнула Рэрити.

— Так говоришь, как будто быть сорвиголовой это что-то плохое. А ведь я этим и покорила Рэя!

— Он хороший, славный жеребец. Тебе очень повезло с ним, — улыбнулась Рэрити, но на её лице появилась тень печали, — далеко не всем везёт так, как тебе. Я надеюсь, у вас с ним всё будет отлично.

— Я не сомневаюсь в этом. Нам никто и ничто не помешает в этом, — с уверенной улыбкой отозвалась Дэш. — Ну ладно, я пойду. Скоро я должна встретиться с Рэем, и мы вместе отправимся в Филлидельфию, его родной город. Спасибо за отпадную причёску, — слегка провела она копытом по волосам.

— Всегда пожалуйста, дорогуша, мне было в радость помочь тебе! Прилетай ещё, если понадобится помощь с укладкой, или макияжем, буду рада помочь.

— Конечно! А сейчас мне надо поспешить…

Рэйнбоу Дэш шагнула по направлении к двери.

— Ступай, дорогая, — отпустила её единорожка. — Покажи себя самой достойной кобылкой, какую твой любимый только мог себе найти, — напутствовала она.

— Конечно! Пока, Рэрити!

— До свидания, Рэйнбоу Дэш.

Пегаска покинула бутик. Вскоре она уже была у своего дома, на парящем у окраины Понивилля облаке. Выжидающе всматриваясь вдаль, иногда ходя туда-сюда перед домом, Дэш, тем не менее, была слегка ошарашена, когда прибыла особа, которую она и ждала.

Неожиданно из-под облака вверх взмыл знакомый бирюзовый пегас. Такое резкое появление слало неожиданностью даже для лучшей понивилльской летуньи. Он остановился почти мгновенно, некоторое время порхая на месте, с неловкой улыбкой смотря на пегаску, которая легонько вздрогнула, когда тот налетел.

— Дэши, ты уже тут! — выдал Рэй, приземляясь и складывая крылья.

— Как видишь! — шагнула кобылка навстречу, — ну что, вперёд?

Прежде чем ответить, жеребец, подойдя к любимой, потянулся к пегасочке, и молодые потёрлись носиками, приветствуя друг друга.

— Если ты готова, то можем отправляться, — произнёс жеребец, открыв глаза.

— О, да, я готова, как никогда!

В ответ пегас отошел на шаг, разворачиваясь, и направился к краю облака. Рэйнбоу Дэш рысцой догнала его, и поравнявшись, встала на дыбы, и сделав выпад влево, толкнула жеребца в плечо своим боком. Это был просто лёгкий и игривый толчок, Рэйнбоу Дэш вообще часто толкала так Рэя, будучи в приподнятом и весёлом настроении. Жеребец усмехнулся в ответ, глядя на не сводившую с него глаз прекрасную пони неземной красоты. Пегасы с лёгкостью вспорхнули, и полетели, разворачиваясь на восток, где находилась Филлидельфия.

— Эй, Дэш, а ты как-то изменилась, — заметил жеребец, водя копытом по подбородку, с улыбкой рассматривая возлюбленную.

— И что же именно во мне изменилось? — выгнула бровь крылатая пони.

— Твоя грива. Да ты сделала какую-то новую причёску! — указал Рэй кончиком копыта на голову пегаски.

— Да, это работа Рэрити. Тебе нравится?

— Ещё как! Такая аккуратная, и милая. Я бы сказал, тебе идёт.

— Надеюсь, твоим родителям тоже понравится!

— Обязательно понравится, я уверен! Как, кстати, у тебя день прошел? — поинтересовался Рэй.

— Да по сути ничего особенного, у Эпплджек поливала сады, всякие заботы с облаками, то-сё… Ещё вот у Рэрити сделала эту чудную причёску.

Пегас одобрительно улыбнулся, ещё раз окинув взглядом результат творчества главной понивилльской модницы на голове Рэйнбоу Дэш.

— А у тебя что нового? — спросила та.

— На работе у самолёта движок отказал, разбирали и ремонтировали, оказалось, что магнето вышло из строя, — рассказал о своём дне Рэй, чуток ворчливым тоном, едва заметно хмурясь при этом. Похоже, что он убил немало времени на это, что его отнюдь не порадовало.

Пегасы вновь устремили взгляды вперёд, рассекая небо. И тут Дэш ощутила порыв ветра, дувшего с востока. Он был сильный и резкий, и казался чуждым и враждебным. Дэш схватилась за уложенные в элегантную причёску волосы, стремясь защитить их от покушения ветра, скорчив при этом весьма недовольное выражение лица: ведь порывы ветра едва не испортил всю работу Рэрити.

Рэй вновь с улыбкой посмотрел на кобылку, которая в это время приглаживала волосы. Он слегка прищурил глаза и вкрадчиво произнёс:

— Дэш, может быть, наперегонки, как ты любишь, а? Кто быстрее до Филлидельфии?

— Э-э, нет, в этот раз без выкрутасов, пожалуй. Не хочу, чтобы моя причёска растрепалась.

— Ну как знаешь. И это правильно.

Пегасы благополучно преодолели путь, по возможности летя на небольшой высоте, чтобы избежать ветра, разгулявшегося в выси, покушавшегося на сегодняшнюю нетипичную причёску Рэйнбоу Дэш, так и норовившего вновь сделать из неё повседневную причёску радужной пони. Показались городские здания, выросшие из туманного горизонта.

— Добро пожаловать в Филлидельфию! — торжественно произнёс Рэй, когда они миновали окраину.

Город встретил гостей величием небоскрёбов, вздымавшихся ввысь в центральном районе, характерных для крупных городов, которым Филлидельфия и являлась, и городским шумом улиц, полных жителей, повозок, и относительно редких паровых автомобилей.

— Дэш, давай я покажу тебе мой город, — предложил Рэй, — у нас ещё есть немного времени в запасе.

— С удовольствием! — охотно согласилась кобылка.

Жеребец повёл подругу по родному городу, и словно экскурсовод, рассказывал про достопримечательности и памятные места города, и его историю, которую он, похоже, знал хорошо. Впрочем, каждый уважающий себя житель должен знать историю своего города. Из рассказа Рэйнбоу узнала про город любопытные для неё факты, например то, что пегасы, которых в процентном соотношении в Филлидельфии было мало, даже меньше чем в Понивилле, не строили дома из облаков, как их сородичи в Клаудсдейле, а жили в обычных домах.

Филлидельфия была весьма древним городом, богатым историей и культурой, намного старше, чем, к примеру, Понивилль, основание которого ещё было в памяти у бабули Смит. С момента основания Филлидельфии более трёхсот лет, но, впрочем, она была заметно моложе чем такие города, как, к примеру, Кантерлот.

Город имеет собственный морской порт, в который прибывают гости из дальних земель.

Со временем этот удачно расположенный на берегу моря красивый город разросся и вширь, и ввысь. Но, несмотря на это, в исторической части города до сих пор царила атмосфера маленького и тихого городка, каким и была Филлидельфия в первые десятилетия своего существования. Филлидельфия не была лишена своего особого очарования. Хоть это и был крупный город, это не мешало ему производить впечатление тёплого и приветливого, улыбавшегося гостям с распростёртыми объятиями города.

Тут находилось множество мест, где можно приятно провести время с друзьями, или одному: разнообразные магазинчики, кафе, рестораны, тихие аллеи. Вышедшие за ворота города, пройдя немного направо, к морскому берегу, сразу же натыкались на небольшой песчаный пляж. Жители Филлидельфии обожали проводить тут свободные летние деньки. Погода в этом городе была мягкая и комфортная.

Еще одним из любимейших мест горожан являлся центральный парк, где найдется уголок для кого угодно: тихие беседки, прекрасно подходящие для любителей почитать книгу на свежем воздухе, ухоженная зеленая травка, где так приятно устроить пикник с друзьями, тенистые аллеи, по которым можно спокойно прогуляться со своим домашним любимцем, или особым пони. В центре парка возвышался бронзовый памятник первому мэру города, прямо к которому вела главная аллея, усатый жеребец в высоком цилиндре, и моноклем на левом глазе, в пиджаке поверх рубашки и галстука, стоящий, опираясь на трость, наблюдая за посетителями с круглого постамента.

Негласным символом Филлидельфии был старый треснувший колокол, отлитый из меди более двухсот лет назад, в качестве подарка для принцессы Селестии.

В центре выделялось из общей застройки здание городского совета из гранита и белого мрамора, красуясь своей высокой башней, недавно отреставрированной, а ранее годами бывшей скованной строительными лесами. Были тут и другие восхитительные исторические здания.

Знакомясь с городом, рассматривая ухоженные улицы, и слушая Рэя, Рэйнбоу Дэш проникалась всё более глубокой симпатией к Филлидельфии, и не могла поверить, что когда-то недолюбливала этот город, за то, что тот отнял у Клаудсдейла право на проведение в нём Эквестрийских игр. Он был таким же тёплым, и приветливым, как провинциальный Понивилль, хоть и в несколько раз крупнее по размеру.

Пегасы остановились в парке, и присев на лавочку, продолжали там мило беседовать. Рэй рассказал про традиции родного города, одна из которых заключалась в том, что через каждые три месяца жители Филлидельфии проводили массовую уборку в городе, и благодаря этому торжественному мероприятию, несколько напоминающему «зимнюю уборку» в Понивилле, крупный город был чист и ухожен.

Вообще, про Филлидельфию можно было рассказывать очень долго.

— Да, у тебя замечательный город, — по завершению рассказа одобрила жеребца Рэйнбоу Дэш. — Честно говоря, он мне напоминает Понивилль, и ничего, что он намного больше и населённее.

— Правда? — скромно улыбнулся Рэй. — Тебе, правда, понравилось, Дэш? — радость укрепилась, и жеребец засиял счастливой улыбкой.

— Рэй, конечно! Родной город моего любимого мне не мог не понравиться! Он такой же замечательный, как и ты!

Пони подвинулись ближе, с нежность смотрю друг другу в глаза. Их мордочки стали приближаться, а губы – сворачиваться в трубочки, всё шло к поцелую, но внезапно бирюзовый жеребец уставился наверх, а в его глазах появилась лёгкая паника.

— Э-э… Дэш, мы рискуем опоздать к назначенному времени, — медленно произнёс бирюзовый пегас, и показал копытом наверх.

Обернувшись, кобылка обнаружила незамеченный ранее округлый циферблат уличных часов, подвешенный сбоку от стоявшего близ лавочки фонаря.

— Без пяти пять! — встрепенулась радужная пегаска, взглянув на часы.

— Нам нужно поспешить, — слегка обеспокоенным тоном произнёс Рэй. — На всё про всё остаётся пять минут.

Словно в ответ на это, минутная стрелка слегка качнулась, и рывком перешла на деление вперёд.

— Четыре минуты! — разом воскликнули пегасы, взмахнув крыльями.

— Дэш, скажу коротко, — повернулся Рэй к кобылке: лети за мной!

Пони взмыли вверх, и полетели, ведомые жеребцом.

— Ну и ну, поверить не могу, первая встреча с твоими родителями, а я опаздываю на неё, — ворчала на лету Рэйнбоу Дэш. — Что они обо мне подумают?

— Это всё из-за меня: я слишком увлёкся рассказом о достопримечательностях моего города, словно устроился на работу экскурсоводом, — корил себя Рэй. — Но так, не беспокойся, могу с уверенностью сказать, что они радушно примут нас, даже если мы немного опоздаем, — оборачивался он через плечо к пегаске.

Минуя высотные дома, жилые кварталы, застроенные зданиями из красного кирпича, трёх и пяти этажей высотой, пегасы, под командованием Рэя, лихо неслись по городу, и вскоре достигли цели в виде родительского дома, стоявшего на тихой улице на юге Филлидельфии, недалеко, всего-то в паре кварталов, от побережья. Они приземлились перед домом из красного кирпича, весьма распространённого строительного материала в этом городе, с черепичной крышей насыщенного коричневого цвета, парой острых вершин над окнами второго этажа врезавшейся в голубое небо, словно парой зубов.

— Ну, вот, мы на месте, — выдохнул Рэй. — И даже прибыли вовремя.

Пегасы малость отдышались, отнюдь не от того что полёт утомил их, а просто отходя от волнения. Рэйнбоу Дэш при этом приглаживала и ощупывала свою гриву, приводя в порядок причёску, несколько потрепавшуюся в гонке со временем, эту маскировку, призванную хотя бы внешне придать Рэйнбоу Дэш вид тихой пегасочки, а не отчаянной сорвиголовы.

— Ну, идём, — мотнул головой жеребец в сторону входной двери.

Пони одновременно сделали шаг вперёд. Пройдя мощёной гладкими булыжниками дорожкой через ухоженный палисадник по бокам, полный ярких цветов, они вступили на деревянное крылечко, окрашенное белой краской, похоже, что совсем недавно, не иначе как этой весной, укрывающееся под треугольным козырьком, теснившимся меж двух средних по размеру окон первого этажа.

Перед ними белела дверь с номером пятнадцать на элегантной позолоченной табличке. Правее виднелась кнопка звонка.

Радужногривая пони повернула голову вправо, взглянув на жеребца, для знакомства с родителями которого она сюда и явилась. Тот ласково улыбнулся ей. Дэш ответила ему одобряющей и уверенной улыбкой, хотя внутри трепетала от волнения, но тщательно скрывала это, надев маску уверенности. Жеребец протянул правое копыто к звонку, и надавил на крупную золочёную кнопку квадратной формы.

«Динь-дон!» – раздался мелодичный звук.

Изнутри послышались звуки возни, пара переговаривающихся голосов, а затем приближающийся цокот копыт. Дверь отворилась. На пороге стояли двое пони.

— Мам, пап, привет, ну вот и мы, — улыбнулся им молодой жеребец.

— Рэй!- прозвучал радостный голос кобылки цвета, близкого к цвету морской волны, — сынок, наконец-то ты прилетел!

Трое пони шагнули друг к другу, и родители обняли своего сына. Тёмногривая пегаска прижалась к выросшему чаду головой, гладя по гриве, а жеребец тёмно-синего цвета обнял его крылом за плечи.

— И ты не один, как и сообщал нам, — подключился взрослый жеребец, сразу обративший внимание на радужногривую пегасочку.

Родственники разомкнули объятия, и родители Рэя с улыбками перевели внимательный взгляд на подругу своего сына.

— Здравствуйте, — кивнув головой в лёгком поклоне, произнесла Рэйнбоу Дэш, рассматривая новых знакомых, доброжелательно улыбаясь им.

— Да, конечно, как же без этого. Знакомьтесь, Рэйнбоу Дэш, моя любимая, — указал на кобылку молодой пегас.

— Ох, вы проходите, — отступила назад взрослая кобылка, — зачем задерживать долгожданных гостей на пороге, это так неучтиво, — обратилась она к супругу, хлопотливо засуетившись.

Взрослые пегасы пропустили молодых гостей в дом, и закрыли за ними дверь.

— Проходите, — пригласила за собой взрослая кобылка.

Пони вступили в гостиную, просторный зал, в который из коридора вела дверь налево. Очутившись в обставленной мебелью и аккуратно украшенной гостиной, пони продолжили знакомство.

— Меня зовут Скай Си, — представилась пегаска цвета морской волны.

— Ватерфэлль, — назвался тёмно-лазурный взрослый жеребец.

Последовало приветственное копытопожатие Рэйнбоу Дэш с обоими пони.

— Приятно познакомиться! — дружелюбно улыбнулась зрелым пегасам Дэш. — Рэйнбоу Дэш, Рэй уже представил меня, — мимолётно взглянула она на него.

— Мы тоже рады знакомству, Рэйнбоу Дэш, можешь чувствовать себя, как дома, — ласково обратилась мама её возлюбленного, — вы присаживайтесь пока, — кивнула она на уютный диван близ стены, — мы почти накрыли стол, осталось немного.

Действительно, посреди комнаты разместился стол, накрытый кружевной скатертью, полный разных угощений. Исходил манящий запах спелых фруктов, и тёплой выпечки.

— Ну, вы посидите пока, — прозвучало предложение от тёмно-синего пегаса, сделавшего шаг назад, — а мы подготовим всё к ужину, за ним мы и познакомимся поближе.

С молчаливого согласия молодых пегасов, супружеская пара удалилась на кухню. Гости присели на мягкий диван. Рэйнбоу Дэш вновь принялась проверять сегодняшнюю особую причёску, приглаживая её копытами. Рэй наблюдал за этим с лёгкой улыбкой. Повернувшись к избраннику, Дэш добродушно улыбнулась ему, и произнесла:

— У тебя очень милые родители.

Пегас ухмыльнулся, и после недолгого переглядывания с любимой, отвёл взгляд, задумчиво всматриваясь в окно. Дэш принялась рассматривать обстановку дома. В этой уютной обстановке ещё чувствовался недавний ремонт, сделанный жильцами. Стены были обклеены новыми обоями, зелёно-белыми в полоску, с завитками диковинных растений в отделённых ромбовидных участках каждой белой полосы. В комнате стояла старинная на вид мебель из дуба, покрытая лаком. За компанию с ней было несколько недавно купленных книжных шкафов, забитых сверху донизу различной литературой, и журнальный столик. Висела пара картин с пейзажами, изображавшими бело-красный маяк, выраставший из скалы, на фоне неспокойного моря, и тихую лесную речку в хвойном лесу. Помимо этого, мебель была представлена парой кресел зелёного цвета, центральным столом, четвёркой закруглённых ножек опирающимся на паркет, и пятью стульями без спинок, окружавшими его. В горшках, стоявших на подоконнике, росли фиалки и бегонии. Пара горшков заняла изогнутую железную подставку на трёх ножках. Просторная комната освещалась звездообразной люстрой, на каждом из пяти позолоченных лучей угнездилась распустившаяся полупрозрачная фиалка с лампочкой в центре. Всё это производило неподдельную атмосферу домашнего уюта.

Странно, но Рэй, похоже, нервничал куда больше чем Дэш. Жеребец дёргал правой ногой, ёрзал, сидя на диване, время от времени постукивал передними копытами по коленям. Это не укрылось от Дэш. Когда их взгляды встретились, бирюзовый пегас улыбнулся ей неловкой улыбкой, и произнёс:

— Кстати, Дэш, если повезёт, то сегодня познакомишься не только с моими родителями. У меня ведь и сестра есть, — открыл он то, что занимало его мысли.

— Сестра? — не поверила услышанному Дэш. — Это же здорово! Почему ты молчал до сих пор?

— Ну, я просто хотел сделать тебе сюрприз. Я думаю, вы можете стать хорошими подругами. Не знаю, будет ли она сегодня, она говорила, что у неё полно дел, и она не уверена, что сможет.

— Надеюсь, что твоя сестра навестит нас сегодня, — воодушевляющее улыбнулась Рэйнбоу Дэш.

Словно в ответ, из прихожей послышался шум: открылась дверь, цокнули копыта, дверь закрылась.

Рэй дёрнул ухом, и заулыбался. Он знал: есть только одна-единственная пони, которая может так свободно войти в дом.

— Похоже, это она, — лёгким шепотом, непонятно зачем, обратился он к Рэйнбоу Дэш.

Пегас вскочил с места и спешно направился к выходу из комнаты.

— Я встречу её, — улыбнулся он, выходя в коридор.

Секунды три спустя послышались возгласы радости.

— Сестрица! Ты всё-таки пришла! — был слышен голос Рэя. — Привет!

В ответ прозвучал девичий голос:

— Само собой, как я могла пропустить такое: мой брат нашел свою особую пони. Привет, Рэй.

Рэйнбоу Дэш расслышала лёгкий шелест перьев, наверно сейчас там происходило тёплое объятие брата и сестры.

— Давно не виделись, — прозвучал голос молодой кобылки.

— Я так рад видеть тебя. У-у, какой ты красивой стала, наверно за тобой уже жеребцы во всю бегают, а?

В ответ раздался смешок.

— Да брось, мы виделись не настолько давно, чтобы я настолько сильно изменилась с тех пор.

— Не пора бы и тебе тоже найти себе пару, а? — звучал добродушный голос Рэя.

Рэйнбоу Дэш, сидя на диване, с улыбкой слушала трогательный диалог, звучавший из прихожей, стараясь представить себе прибывшую пони. Сразу можно было понять, что брат и сестра хорошо ладили друг с другом, и, наверно, будучи друзьями с детства, и по сей день сохраняли хорошие отношения.

Но, вслушиваясь внимательнее в голос кобылки, она внезапно осознала, что этот голос, пропитанный уверенностью, даже с каплей некоторой надменности, кажется ей знакомым. Но где именно она его умудрилась слышать? Рэйнбоу стала судорожно вспоминать, где могла слышать этот голос. Память подсказала ей одну пони, с которой ей довелось быть знакомой, когда она… нет, этого просто не могло быть…

— …Ну, идём уже, я, наконец, познакомлю вас! — нетерпеливо настоял Рэй.

В коридоре послышалось лёгкое цоканье копыт об паркет. Рэйнбоу Дэш встала с дивана в ожидании.

И вот в комнату вошел знакомый пегас, добродушно улыбавшийся. Секундой спустя справа от него в проходе появилась стройная кобылка с окраской шерстки почти как у Рэя, лишь немного светлее его. Грива, как и хвост, в два тона, цвета спелой пшеницы, немного растрепанная и короткая спереди, тонким полукругом окружала голову, и спадала вниз до самых плеч, а глаза, желто-коричневые, были уверенными, даже несколько нахальными. Рэйнбоу Дэш взглянула на неё, и узнала эту пони, и была узнана ею.

— Знакомьтесь, — объявил Рэй, ещё не заметив реакции двух кобылок друг на друга, — Рэйнбоу Дэш, — указал он копытом на обомлевшую радужную пегаску. — Моя сестра, — повернул он голову к кобылке, вошедшей с ней, — Лайтнинг Даст.

Нет, этого просто не могло быть! Рэйнбоу Дэш не верила глазам, смотря на не менее удивлённую, чем она пегаску, встреченную в академии, вытаращившую на неё глаза, как на какое-то чудище, выползшее из глубин никем не хоженого леса, стоявшую, прирасправив от удивления крылья, так и оставив держать одно из передних копыт навесу.

Несколько секунд две пони смотрели друг на друга, приоткрыв от удивления рты, и таращили глаза, гадая, а не галлюцинацию ли они сейчас видят перед собой. Рэй переводил взгляд от одной к другой, ожидая реакции. Его радостная улыбка обмякла, став неуверенной. Жеребец бегал глазами, понимая, что что-то не так.

— Ты? — наконец выдавила из себя Рэйнбоу Дэш подобие неуверенного вопроса.

— Ты! — поражённо выдохнула Лайтнинг Даст, и нахмурилась.

Повисла неловкая пауза.

— Вы что… знакомы? — нарушил воцарившееся молчание Рэй, выдавив из себя неловкую улыбку.

— К сожалению, да, — резко сказала Лайтнинг Даст.

— Э-э… почему к сожалению? Что-то вы, такое чувство, не очень ладите, — приметил пегас.

— Не без причины, — его сестра хмуро посмотрела на Рэйнбоу Дэш, которая молчала, словно проглотив язык, и не могла найти слов, столь сильно она была поражена произошедшим.

— Девочки, я не знаю, что между вам произошло, но, может быть, вы это… всё же будете вести себя дружно? — предложил Рэй, с надеждой взглянув на обоих пегасок, — не будем портить этот вечер?

— Хорошо, Рэй, — пообещала светло-бирюзовая кобылка.

— И вообще, что между вами такое произошло?

— Да просто она настучала на меня в академии Вондерболтсов, — резко бросила Лайтнинг Даст.

— Что? — наконец заговорила Рэйнбоу. — Вообще-то всё было совсем по-другому, — с серьёзным видом обратилась она к старой знакомой.

— Тише, тише, — поспешил успокоить кобылок Рэй, чувствуя, как накаляются страсти, делая жест копытом в сторону каждой из кобылок.

— Давайте не будем сейчас выяснять отношения, — мягко предложил он, — я не хочу расстраивать родителей вашим конфликтом.

— Я-то не собираюсь портить этот вечер, — заметила голубая пегаска, отвернувшись от давней знакомой, поняв её негативный настой.

Лайтнинг Даст проигнорировала её, и обратилась к брату:

— Я не рада, что ты связался с ней, но, так и быть, я буду держать себя в узде.

— Уж постарайся, — с огорчением в голосе произнёс пегас, уже понявший, что его сестра по какой-то причине сильно недолюбливает Рэйнбоу Дэш. — Что же вы так не ладите-то?.. Вот такого я не ожидал, — задумчиво проговорил Рэй, поворачивая голову от одной кобылки к другой, — давайте позже разберёмся в ваших отношениях, и найдём выход из этого конфликта? — робко улыбнулся он.

Пегас расправил крыло, положив его на плечи сестре, с надеждой взглянув её в глаза.

В это время в проходе появились взрослые пегасы, кобылка, несущая в левом копыте стопку тарелок, а за ней следовал тёмно-синий жеребец, неся на подносе чайник. Брат и сестра обернулись, и отошли в сторону, освобождая проход.

— Эй, тут Лайти прибыла, — с улыбкой оповестил Рэй родителей.

— О-о, Лайти, ты всё-таки прилетела! — обрадовалась Скай Си.

— Конечно, как я могла пропустить такое событие, — отозвалась желтогривая пегаска.

Взрослые пони спешно поставили принесённые предметы на стол, и разом обняли дочь.

— Как хорошо, что все пришли, присаживайтесь, пока, — указал Ватерфэлль на стулья, которыми был окружен стол.

Молодые последовали совету, и пока хозяева дома вновь отправились на кухню, расселись за столом. Рэй и Дэш заняли два стула у центра стола, обращённых к стене. С левого края села сестра Рэя. Все трое хранили молчание. Лайтнинг Даст с хмурым видом уставилась куда-то в пустоту, явно думая о чём-то. Дэш пыталась некоторое время поймать её взгляд, но безуспешно: та даже не смотрела в её сторону.

— М-м-м, — протянул Рэй, рассматривая угощения, заполонившие стол, — выглядит очень аппетитно, мне не терпится приступить к трапезе, — он посмотрел попеременно на сестру, и любимую, чувствуя напряжение между ними, стараясь разрядить обстановку, — а вам?

— Хе-хе, да, я не против, — улыбнулась Рэйнбоу Дэш.

Не сразу, сухо отозвалась светло-бирюзовая кобылка:

— Я просто горю желанием набить брюхо.

Наконец, родители Рэя вернулись с кухни. Кобылка положила в центр стола стопку салфеток, а её супруг поставил белёсую сахарницу и пару столовых ножей, и после этого они присели напротив их сына и его подруги.

— Ну, можете угощаться всем, чем хотите, — раскинула копытами хозяйка. — А заодно мы поговорим, узнаем друг о друге побольше.

— Спасибо, — с улыбкой поблагодарила Рэйнбоу Дэш.

— Спасибо, мам, — прозвучало от Рэя.

— Спасибо, — потянувшись, как по команде, за грушей на ближайшей тарелке, сказала и Лайтнинг Даст, и взяв фрукт в копыто, откусила кусок.

— Как можно заметить, Рэй не единственный наш отпрыск, — обратился к радужногривой гостье, и бросил взгляд на жующую грушу молодую пони Ватерфэлль. – Вы уже познакомились с Лайтнинг Даст?

— Да, только что познакомились, — нежданно откликнулась молодая пегаска, натянуто улыбнувшись.

— Надеюсь, вы понравились друг другу, — произнесла сидящая справа от супруга Скай Си, таким тоном, будто это был вопрос.

— Э-э, да мне нравится Рэйнбоу Дэш. Вижу, у моего брата хороший вкус, — слегка замешкавшись, откликнулась Лайтнинг. Взглянув на кобылку, о которой она говорила, Даст притворно улыбнулась.

Никто из молодых пони не решился проболтаться о том, что Лайтнинг Даст и Рэйнбоу Дэш уже были знакомы, и то как они на самом деле относятся друг к другу.

— Мне приятно видеть, что мой сын нашел себе кобылку-пегаса, да ещё такую красивую, — всматриваясь в черты лица и гриву Рэйнбоу Дэш, произнесла взрослая пегаска. — Ты словно яркая радуга в чистом голубом небе.

— У нас, кстати, все в роду были пегасами, — пояснил её супруг. — Рэй решил продолжить наши традиции, — усмехнулся Ватерфэлль, довольно взглянув на сына.

— У меня тоже все мои предки были исключительно пегасами, — с лёгкой гордостью ответила Рэйнбоу Дэш.

— Но, если честно, то если бы кто-нибудь из наших детей выбрал себе пару, земного пони, или единорога, мы бы нисколько не возражали этому, — переглянувшись с супругом, призналась хозяйка дома, — лишь бы чувства были настоящие и искренние.

Высказал предложение Рэй:

— Ну-с, Дэши, может ты расскажешь немного о себе? А то мои мама с папой от любопытства сгорают.

— Конечно, с удовольствием! — бодро откликнулась пегасочка, и начала рассказ: – Родом я из Клаудсдейла, там я жила с детства, училась в лётной школе, и получив образование, была направлена на работу по специальности в Понивилль, чтобы там следить за погодой. Я с детства была особенным, выделяющимся жеребёнком!

Начался долгий, и увлекательный рассказ Рэйнбоу Дэш, в котором она ярко и красочно описывала детство, и такие яркие моменты, как её первый «радужный удар», трюк, по силам лишь самым способным пегасам. Не упустила пони рассказать и тот факт, сколь сильно это повлияло на жизнь некоторых пони, её подруг, получивших свои кьютимарки благодаря этому случаю. Далее рассказ пошел про жизнь пегаски в Понивилле, она рассказала про свою повседневную работу в погодном патруле. Не забыла Дэш рассказать и про свою заслуженную победу на состязания лучших юных летчиков, когда её уникальный трюк созерцал весь Клаудсдейл.

Рассказ вёлся довольно свободно, но Рэйнбоу не перегибала палку, и помня советам Рэрити, в меру следовала им, показывая себя общительной, но и воспитанной пони.

Рэй молчал всё это время, предоставив слово своей любимой, внимательно слушая её, хотя знал почти всё, о чём сейчас рассказывала Рэйнбоу, из её же рассказов. Его родители были заворожены рассказом гостью, и слушали, начисто забыв про разложенную на столе еду, время от времени что-нибудь спрашивая, и получая от рассказчицы ответы и пояснения.

— Ещё я училась в академии Вондерболтсов, — продолжала рассказывать о себе пегаска.

При этих словах Лайтнинг Даст, до этого сидевшая с безучастным взглядом, подперев копытом голову, вздрогнула. И Рэйнбоу Дэш заметила это, и приостановилась, задумавшись, что рассказать, а о чём не следует.

— Академия Вондерболтс? Лайтнинг Даст тоже проходила обучение там! — воспользовавшись паузой, не удержалась от комментария мать Рэя.

— Э-э, да? Прикольно, — выдавила из себя улыбку голубая кобылка, посмотрев на давнюю партнёршу.

— Когда ты нам покажешь свой золотой значок ведущего пегаса, о котором ты нам рассказывала, а? — кивнул тёмно-синий жеребец дочери.

— Э-э, да я всё забываю его взять с собой, — замялась желтогривая пегаска, опустив взгляд.

Вернув взгляд на Рэйнбоу, взрослый жеребец пояснил:

— Наша Лайтнинг, как она рассказывала, имела лучшие показатели в своей группе.

— Э-м… Здорово!- поощрила Рэйнбоу Дэш.

Она взглянула в сторону давней знакомой, осознавая, что она скрыла правду о случившемся в академии от родителей, и увидела напряжённый взгляд Лайтнинг, та как будто замерла в ожидании, не откроется ли сейчас горькая правда. Дэш посмотрела на Рэя – и по его растерянному взгляду кое-что поняла, то, что он знает о том, что его сестра была выгнана из академии. Но сегодня тайна Лайтнинг Даст так и осталась сокрытой от её родителей.

— А ты, Дэш, у тебя какие успехи были в обучении? — вновь поинтересовался тёмно-лазурный пегас.

— Да, у меня были хорошие результаты, — откликнулась пегасочка, улыбнувшись собеседнику.- Я была одной из лучших в своей группе.

Всё это время Рэйнбоу Дэш ощущала на себе пристальный взгляд бывшей ученицы академии, небезосновательно опасавшийся, что сейчас тайна её провала будет разболтана бывшей сокурсницей. Но Рэйнбоу не сказала ничего ни про то, что встретила Лайтнинг Даст в академии, ни про то, что ту выгнали.

— Дэш, с твоими способностями, тем как ты исполняла «радужный удар», ты должна была быть не просто одной из лучших, а лучшей во всём потоке! — обратился к ней Ватерфэлль.- Тебя должны были сразу взять в Вондерболтс!

— Не, в Вондерболтс так сходу не берут,- взмахнула копытом пегасочка. – Но у меня очень высокие шансы на то, чтобы стать в будущем одной из них, — радостно улыбнулась она. — Они будут иметь в виду мою кандидатуру, мне так и сказали.

— Это здорово!- одобрила бирюзовая взрослая кобылка.

— Лайти, а как у тебя дела с этим? — внимательно посмотрел на свою дочь взрослый пегас. — Тебя тоже одобрили, а? Ты ведь всегда мечтала о вступлении в эту знаменитую группу.

Рэйнбоу Дэш взглянула на пони, с которой она вместе проходила курсы в академии. Та без капли смущения соврала:

— Да, меня приняли на рассмотрение, как вероятного кандидата для включения в Вондерболтс, — с показной уверенностью ответила молодая пегаска.

Но Рэйнбоу Дэш чувствовала, насколько напряжена на самом деле её давняя сокурсница, всё время, когда велось обсуждение этой темы с академией. В этот момент Рэй решил перевести разговор на другую тему:

— Дэш, а расскажи про свои приключения с твоими подругами? — предложил он с улыбкой. — Это действительно стоящие истории!

— Хорошо.

Рассказ покорительницы небес начался с истории про возвращение Найтмэр Мун, и то, как шестёрка подруг смогла победить её, освободив принцессу Луну, и вернуть легендарные Элементы Гармонии. Взрослые пегасы с изумлением слушали её историю, а Рэйнбоу перешла к другим эпизодам спасения Эквестрии, в которых она принимала участие вместе со своими лучшими подругами.

— И всё это чистая правда, — по завершению рассказа заверил Рэй.

— Это невероятно, — изумлённо произнесла его мама.

Рэйнбоу Дэш, перевела довольный взгляд с одного слушателя на другого, восхищённо смотревших на неё, и эй было приятно это. Она посмотрела налево, на Рэя, с гордостью взиравшего на неё, полного радости, что у него такая замечательная вторая половинка, которая понравилась его родителям. И тут она встретилась взглядом с Лайтнинг Даст, сидящей с левого края прямоугольного стола. Этот взгляд, сколько тоски, зависти, и боли было в нём. Рэйнбоу Дэш смогла прочувствовать то, что сейчас испытывала молодая пегаска, слушая всё новые, ранее неизвестные ей, невероятные и героические подробности в биографии более успешной пони, чем она, выгнанная из академии из-за своей же глупой ошибки, поставившей крест на её заветной мечте.

Лайтнинг Даст опустила взгляд, уставившись в полусъеденный кусок черничного пирога, лежавший перед ней на тарелке.

— Я вижу, что ты действительно необыкновенная пони, Рэйнбоу Дэш, — заговорила взрослая бирюзовая пегаска, ласково смотря на гостью. – Я счастлива, что мой сын выбрал себе такую чудесную, и способную кобылку! И не только выдающуюся летунью, но и настоящую героиню! И знаешь, я почему-то была уверена, что избранница моего Рэя будет именно с таким характером, как у тебя. Я смотрю на тебя, и ты мне нравишься, ну просто всем! Я буду рада видеть тебя в нашей семье, ты будешь нам, как ещё одна дочка! Да, дорогой? — повернулась кобылка к супругу, улыбнувшемуся ей одобряющей улыбкой:

— Я совсем не против. Сразу видно, что они друг в друге души не чают, их чувства сильны, и любовь крепка.

Рэйнбоу Дэш растрогалась, услышав это, она покрылась лёгким румянцем, и произнесла, опуская взгляд:

— Спасибо, приятно слышать такие тёплые слова.

Взгляд Лайтнинг Даст же при этих словах изменился, став каким-то странным, она взглянула, так будто, не могла поверить услышанному, но это продлилось какую-то долю секунды, и кобылка, старательно скрывая эмоции, вновь понуро уставилась на тарелки с угощениями.

— Надо же, как летит время, — задумчиво произнёс после небольшой паузы зрелый пегас, — кажется, ещё недавно они были маленькими крошками, которых мы с тобой в копытах носили, — указал он на обоих детей. – Не успели мы оглянуться, а они уже выросли, и скоро у них будут собственные семьи.

— Лайтнинг, тебе тоже уже пора найти себе жениха, — обратилась Скай Си к дочери, — у тебя ещё нет жеребца?

Бирюзовая пегасочка на это небрежно отмахнулась, с лёгкой ухмылкой:

— Да мне некуда спешить с этим, успею ещё.

— Но и затягивать не стоит. Мы в своё время встретились где-то в таком же возрасте, как и вы, — вновь обратилась взрослая пегаска к молодой паре. — Дорогой, ты помнишь те времена? — бросила она игривый взгляд на своего спутника жизни.

— Да-а,- протянул в ответ жеребец, — в то время я был тем ещё безбашенным лихачом, — расплылся в ностальгической улыбке Ватерфэлль. – Но ты сделала из меня настоящего семьянина.

Теперь хозяева дома завели рассказ о своей жизни. Понемногу рассказывая о своей семейной жизни, они открыли и свой род деятельности: Ватерфэлль работал на Филлидельфийском водоканале, а Скай Си – владела небольшим цветочном магазином. Позже взрослые пегасы поведали и о детстве своих ныне взрослых детей. Все пони шутили, смеялись, обсуждая разные истории и случаи, попутно кушая угощения. Прерываясь на короткое время, хозяйка дома наливала чай гостям, или отрезала кусок одного из трёх пирогов и угощала им молодых пегасов. Рэйнбоу Дэш, когда ей был предложен кусок яблочного пирога, приметила, что у столовых инструментов, ножа и лопатки, на конце ручке, был обруч, в которое при использовании просовывалось копыто, что делало их очень удобными для пони в использовании. Приняв тарелку с куском пирога и чашечку, полную чая, и поблагодарив, понивилльская пегаска откусила кусок пирога, и неожиданно для себя ощутила, что вкус кажется ей знакомым. Ей сразу вспомнились яблоки с фермы Эпплджек. Поразмыслив, пони подумала, что вполне возможно, что яблоки могли, будучи проданными, попасть и сюда, в Филледельфию, где из них в пекарне сделали пирог, потом купленный родителями Рэя. Было вполне вероятно, что сейчас она ела пирог с начинкой из яблок со знакомой понивилльской фермы.

Тем временем родители продолжали рассказывать о детстве своих подросших деток, иногда отпуская шутки, под дружный смех всех пони. Лайтнинг Даст, тоже слушала, и когда речь заходила и про неё, или её с братом детский похождения, сдержанно ухмылялась и усмехаясь, но не более того.

— Лайтнинг Даст кстати старше Рэя, на три минуты, — добродушно усмехнувшись, раскрыла новый факт про своих детей, Скай Си, и продолжила рассказывать. — Они с детства были друзья – не разлей вода. Всё время вместе что-нибудь делали, лазили в поисках приключений, или просто играли. Если Лайтнинг и Рэй были порознь – то это было скорее исключением из правил, — продолжала с удовольствием рассказывать она.

Рэйнбоу Дэш слушала, время от времени попивая чай из чашки, и заодно рассматривала родственников любимого. Даже во внешнем виде этой семьи угадывалось родство. Шерстки у Рэя и Лайтнинг Даст были почти одинаковой бирюзовой окраски, кобылка была несколько светлее брата. Их мать, темноволосая пегаска, тоже была близкой к ним окраски. Глаза Скай Си были такие же, как у её дочери, а цвет вьющейся волнами гривы и хвоста перешел сыну, несколько разбавившись в гриве жеребца тройкой красных полос, и продольной полосой в хвосте, как считали родители, проявившимися в его прадеда по отцовской линии, который обладал красными однотонными волосами. Голубыми глазами Рэй был весь в отца. В свою очередь, Лайтнинг Даст взяла от Ватерфэлля цвет его волос, с разницей лишь в более контрастном различии двух тонов, образующих гриву, вздымающуюся над высоким лбом жеребца причёской с задранной под большим углом чёлкой.

Рассматривая супружескую пару, Дэш раздумывала над полученной от них информацией, вспоминала их кьютимарки, которые она увидела ранее: изогнутый водопад у отца Рэя, и красная роза у матери. Это явно была пара, прожившая душа в душу всю жизнь, двое пони вообще мало изменились со времён своей молодости. Лишь небольшие мешки под глазами и мимические морщины, уже проступавшие на их лицах, да чуть более бледные, чем у пегасов помоложе шерстки говорили об их истинном возрасте. Было заметно, как они гордятся своими детьми, улетевшими из родного гнезда, и живущими самостоятельной жизнью, подавшимися в лётное дело, и прижившись в нём, Рэем, пилотом-испытателем, научившимся летать не только на родных крыльях, и Лайтнинг Даст, успешно прошедшую обучение в академии, и будущую участницу знаменитой группы, как они думали, не зная про дочь всей правды.

Бывшая сокомандница Рэйнбоу Дэш, в то время как взрослые пони рассказывали о давно минувших днях, безучастно сидела, уткнувшись взглядом в свою опустевшую тарелку. Родители и Рэй иногда старались влить её в разговор, обращаясь к ней, спрашивая у неё что-нибудь, та отвечала, и после этого вновь погружалась в молчание.

— Лайтнинг Даст, почему ты не общаешься с нашей гостьей? — обратилась к ней в какой-то момент темногривая кобылка. – Где твоя вежливость? Поговори с Рэйнбоу Дэш. Она что, совсем не интересует тебя?

Молодая кобылка слегка встрепенулась, услышав такое обращение к себе. Посмотрев пару раз то на мать, то на радужногривую гостью, она ответила, заговорив со Скай Си:

— Почему не интересна? Рэйнбоу Дэш мне интересна. И она мне нравится, абсолютно во всём! Рэю повезло, что он нашел такую классную кобылку как она! Я думаю, что он будет счастлив с ней.

Лайтнинг, мягко, чтобы не выдать своё истинное отношение к старой знакомой, и в тоже время пристально, смотря на Рэйнбоу Дэш, подумала ещё немного, и заговорила с той:

— Ну, Рэйнбоу Дэш, значит, ты планируешь стать одной из Вондерболтс?

— Э-э да, — поначалу замялась голубенькая кобылка, — Спитфайр сказала… что она берёт на заметку мою кандидатуру… — Неуверенно отвечала Рэйнбоу Дэш, стараясь осторожно подобрать слова, но всё равно она осознавала, что ляпнуло то, что наверняка разбередило старую рану Лайтнинг. — А ты… тоже?

Эти слова наверняка звучали для Лайтнинг Даст как издевательство. Но, несмотря ни на что, старая знакомая ответила совершенно спокойно:

— Да, у меня тоже планы попасть в Вондерболтс. Сейчас эта группа переживает расцвет, и формируются новые отряды, такие как отряд «Кондор». Может быть, мы даже будем вместе в одном из таких новых отрядов, — улыбнулась она.

— Было бы круто… а, Лайтнинг?

— Конечно же, Рэйнбоу Дэш, — дружелюбно улыбнулась ей былая сокурсница.

Сейчас голос Лайтнинг звучал нежным мелодичным ручейком, почти как голос её матери, но всё её дружелюбие было притворным.

Вновь закипело обсуждение, на этот раз молодая пара рассказала про то, как они познакомились, их первые дни вместе. Попеременно дополняя друг друга в процессе разговора, пегасы время от времени подшучивали друг над другом.

— Вот знаете, сейчас у Дэши её грива уложена в аккуратную причёску, — отмечал Рэй, разглядывая возлюбленную, как будто он вновь впервые увидел её, — но в повседневной жизни Дэши предпочитает совсем другую причёску, свободную и вольную, её грива распущенна. Она очень красиво развивается налету.

Пегасочка хитро улыбнулась ему, пощурив глаза.

Также молодая пара сообщила о своих планах пожениться в недалёком будущем. Ватерфэлль и Скай Си охотно одобрили их.

Затем пони обсуждали род занятий Рэя. Родители, как можно было заметить, были совсем не против такого нетипичного для пегаса занятия, главное чтобы ему самому было приятно заниматься своим делом. Так за беседами, шутками и обсуждениями прошло более двух часов. Близилось время прощания. Из еды, которую супруги подготовили к чаю, уцелели, избежав всепоглощающих зубов пони, лишь четвертинка черничного пирога, пара груш и трое шоколадных печенюшек. За сегодняшнюю встречу пони узнали друг про друга много интересного и увлекательного. Рэйнбоу Дэш без сомнений произвела на родителей Рэя превосходное впечатление.

Первой заявила о желании отправиться восвояси Лайтнинг Даст.

— Ладно, я, пожалуй, полечу, — оповестила она, поднимаясь со стула, — было приятно провести время.

— Вправду, давайте уже закругляться, — предложил Рэй. – Мы несколько засиделись. Нам домой пора, а вам бы отдохнуть от нас, а то наверно мы вас уже утомили, — обратился он к своим родителям.

— Да нет, ничуть, — помотала головой Скай Си. — Я, честно говоря, была бы не против, чтобы такие встречи случались почаще, приятно провести время с такими приятными пони, — бирюзовая пони ласково посмотрела на Рэйнбоу Дэш.

— Я тоже, — добродушно улыбнулась та в ответ.

Вскоре, покинув уютный семейный очаг, все пони собрались перед домом. Взрослые хозяева провожали своих молодых гостей, говоря им тёплые слова. Скай Си попрощалась с будущей невестой своего сына:

— До свидания, Рэйнбоу Дэш! Вижу, что ты замечательная пони, залетай ещё к нам. Для нас ты всегда будешь желательной гостьей!

— Желательно в выходные, в будни мы зачастую сильно заняты, — добавил Ватерфэлль.

Тёмно-синий жеребец расправил крыло и положил его на плечи стоявшей левее супруги. Пегасы смотрели на молодую пару, их сына, и его особую пони, с тёплой улыбкой.

— Спасибо вам за радушный приём, — поблагодарила пегасочка.- До свидания. Было приятно познакомиться!

— Нам тоже!

— Пока, мам, пап,- на прощание произнёс Рэй.

— Ладно, мне тоже пора, есть важные дела,- коротко бросила Лайтнинг Даст, стоя чуть позади Рэя с Дэш. – пока всем. Пока, Рэйнбоу Дэш.

— До свиданья! — дружно пропели стоящие на крыльце.

Молодой пилот обернулся к своей сестре, которая уже хотела уходить. После секундного раздумья, он подошел к ней, и они обняли друг друга правыми крыльями, положив головы на плечи. Вновь посмотрев друг другу в глаза, они попрощались ещё раз:

— Пока, Рэй.

— Пока, Лайти.

Рэйнбоу Дэш, видя это, была растрогана. Наверно она никогда бы и не подумала, что эта пони, с которой она познакомилась в академии, способна на такое.

Лайтнинг Даст развернулась, и размеренным шагом пошла по мощёной дорожке.

Рэй проводил её взглядом, обернулся к родителям, стоящим на крыльце, и пару раз мотнув головой то в их сторону, то на Дэш, и рысцой подбежал к родителям, оповестив любимую:

— Я сейчас.

Поднявшись на крыльцо, он обнял своих родителей, и был обнят ими. Рэйнбоу Дэш, наблюдая это, не могла не улыбнуться и вновь растрогалась. Но в её голове появилась и другая мысль. Она обернулась назад, где Лайтнинг Даст уже покинула участок вокруг дома, окруженный живой изгородью, и вышла на улицу, и рысцой последовала за ней, понемногу увеличивая темп, чтобы догнать её.

— Лайтнинг Даст! Погоди! — призвала кобылка.

Та повернула уши назад, и замедлила ход.

— Слушай, давай поговорим, — начала Дэш, стараясь говорить как можно более дружелюбно.

Бирюзовая кобылка остановилась и повернула голову. В Рэйнбоу Дэш сразу же ударил полный неприязни взгляд её желто-коричневых глаз.

— Я знаю, что у тебя есть причины недолюбливать меня, но… — начала Рэйнбоу, и была перебита раздраженным выпадом Лайтнинг.

— Что, значит, моего брата решила к копытам прибрать, а? — развернувшись к Рэйнбоу, так что та даже немного отпрянула назад, бросила она. — Позарилась на то, что он зарабатывает хорошо?

— Нет, это совсем не причём. Я люблю Рэя! — уверенно, но спокойно заявила жительница Понивилля. – Лайтнинг, то, что случилось в академии – осталось в прошлом, давай забудем это, и…

Филлидельфийская пегаска вновь перебила Рэйнбоу:

— Забудем? Тебе легко говорить. Ты успешно прошла курсы в академии, а меня выгнали из-за того, что ты настучала на меня. Ты зарубила мою будущую карьеру, теперь мне придётся гонять облака на обычной пегасьей работе, что даже малые жеребята могут сделать.

Рэйнбоу Дэш слушала, приоткрыв рот, и хлопая глазами, изо всех сил стараясь придумать, что ответить Лайтнинг Даст, сказать ей, что-нибудь, что вразумит и успокоит её.

— Думаешь, ты будешь успешной во всём, и всегда? Знаменитость, карьера в Вондерболтс, ещё и отличный жеребец в придачу, да? Не рассчитывай, что будешь с моим братом! — с этими словами светло-бирюзовая пегаска резко развернулась, взмахнула крыльями, и улетела прочь, оставив Рэйнбоу Дэш смотреть ей вслед.

Попрощавшись с родными, к Рэйнбоу Дэш подошел Рэй. Увидев её растерянный, опечаленный взгляд, он сразу понял, что что-то не так.

— Ну что, теперь летим обратно? Дэш, что такое? – поинтересовался он, внимательно смотря кобылке в глаза.

— Да так… Я хотела поговорить с Лайтнинг Даст, но она не захотела со мной говорить. Она не рада тому, что ты встречаешься со мной.

Пегас задумчиво потёр подбородок, уронив взгляд вниз.

— Что же между вами такое произошло тогда, в академии? Почему вы не ладите?

— Расскажу по дороге.

Пегасы покинули Филлидельфию, и направились на запад, навстречу приближающемуся к горизонту солнцу.

— Ну, по крайней мере, моим родителям ты очень понравилась, — заключил жеребец, когда они оставили позади западную окраину большого города.

— У тебя замечательные, прекрасные родители, — с тёплой улыбкой произнесла пегасочка, — жаль, что твоя сестра не разделяет их позитивного настроя, — опечалилась Дэш, понуро опустив голову.

— Я думаю, что ваши отношения можно наладить. Но всё-таки, из-за чего вы так не любите друг друга?

Рэйнбоу Дэш вздохнула, и немного помолчав, собираясь с мыслями, начала рассказывать:

— Мы познакомились в академии Вондерболтсов. Тогда мы даже практически стали друзьями. Мы двое резко выделялись на фоне прочих курсантов, были намного способнее любого из них. Да, их лётным данным было действительно далеко до меня и Лайтнинг. Поэтому Лайтнинг вообще не считалась с ними. И не только с ними. Она вела себя, скажем так, не очень красиво. Началось всё с того, что во время соревнования на захват флагов я получила травму, из-за того что Лайтнинг не дала мне нормально сманеврировать. На другой тренировке, это был полёт с препятствиями, она не посчиталась с другими курсантами, подрезала пару, и получилась всеобщая куча-мала. Последней каплей стал случай, когда на тренировке по разгону облаков Лайтнинг придумала использовать торнадо. Облака оно разметало в пух и прах, конечно. Но потом Лайтнинг не смогла удержать своё же торнадо, мы потеряли над ним контроль, и вихрь отправился гулять куда ему вздумается.

Бирюзовый жеребец, летя рядом, внимательно слушал, что говорит его подруга.

— И что же случилось? — поинтересовался он, пока та прервалась, погрузившись в воспоминания.

— Так совпало, что именно в этот момент, навестить меня, на воздушном шаре прилетели мои подруги. Смерч налетел на них – и они выпали из корзины.

— Какой ужас! — поёжился Рэй.

— К счастью, всё обошлось, я быстро приняла решение, использовала уплотнённое облако, чтобы поймать их в падении, а другие пегасы поймали их и отнесли на землю.

— Это хорошо, — облегчённо вздохнул Рэй.

— Я до сих пор вспоминаю этот момент, то, как я смотрю – а что это там за пять пятнышек разноцветных летят вниз – и осознаю: это мои лучшие подруги падают на землю, и содрогаюсь от ужаса. Не прими я тогда правильное решение, за те доли секунды, не знай я точно местность у скалы, где находится академия – сейчас бы у меня не было моих подруг…

– Так вы из-за этого с Лайтнинг поссорились?

– Это ещё не всё. Мои подруги чуть в лепёшку не разбились, а Лайтнинг Даст было хоть бы хны, — раздраженно поморщила нос пегаска, вспоминая те события. – Она ликовала, радуясь победе над облаками.

Рэй шире раскрыл глаза, едва веря тому, что слышит о своей сестре.

— Потом я пришла к Спитфайр. Доложила ей о случившемся, сказала, что меня не устраивает когда поощряют такое поведение, и что я ухожу. Я швырнула ей на стол мой значок ведомого, и ушла из кабинета. Я послала этих Вондерболтс куда подальше. Это для меня было ничто по сравнению с моими друзья, которых я едва не потеряла.

— Очень сильный поступок, Дэш.

— Но потом, едва я собралась улетать, — продолжила кобылка, — выбегает Спитфайр, останавливает меня, говорит мне, что я была права, так себя вести, не считаться с другими курсантами, и делать всё только для себя, как это делала Лайтнинг, не правильно, и не подобает для академии. Тут привели Лайтнинг Даст. Спитфайр отобрала у неё значок ведущего, и взмахом копыта указала ей в сторону, давая понять, что выгоняет её. Мне же она вручила значок ведущего – а до этого я была ведомой, в паре с Лайтнинг Даст. Ну, я, конечно, обрадовалась, что справедливость восторжествовала, и решила всё-таки не бросать академию.

Рэй некоторое время молчал, обдумывая услышанное, всматриваясь в проплывающие под пегасами лесные массивы.

— То, что я услышал — это всё объясняет, — повернул он голову к любимой кобылке. – Я ни сколько не сомневаюсь в правдивости этой истории. Когда Лайтнинг выгнали из академии – это было очень сильным ударом для неё. Как ты заметила, родители до сих пор не знают про это. Она стыдится сказать им правду. Только мне она и рассказала про это. Бедная, она была убита горем, когда это произошло. Плакала с неделю, не выходила из дому. Я очень давно не видел, чтобы она плакала. Мне приходилось утешать её. Она не желала рассказывать, как именно случилось так, что её выгнали. Только твердила постоянно: «это всё моя ошибка, моя ошибка»; «я сама поставила крест на своей мечте»; «одна моя ошибка разрушила всё»; «какая я глупая». Теперь я понял всё.

Пегас тяжко вздохнул.

— Она не винила никого в произошедшем? — поинтересовалась Рэйнбоу Дэш.

— Нет, никого, кроме себя.

— Как странно… почему же сейчас она так ведёт себя? Ты слышал, что она сказала, обвинила меня в том, что я настучала на неё, хотя это не так. Теперь она винит меня.

— Я не знаю, Дэш. Возможно, она опасается, что родители узнают, через тебя, всю правду.

— У меня такое чувство, что дело не только в этом…

Остаток пути молодые пегасы провели в молчании.

Добравшись до воздушного дома Рэйнбоу Дэш, они приземлились на облако.

— Ну что же, всё прошло вполне даже удачно, — первым заговорил Рэй, мягко улыбнувшись. – Ты очень понравилась моим родителям.

— Могло бы пройти и на отлично. Лайтнинг Даст, к сожалению, не разделяет их радости, — расстроено посмотрела на жеребца Рэйнбоу Дэш.

— Я уверен, что мы решим эту проблему, нет ничего не решаемого. Я потом поговорю с Лайтнинг Даст.

— Поможет ли? Боюсь, что я разбередила её старую рану.

— Я постараюсь убедить её изменить отношение к тебе.

Пегас вздохнул:

— Э-эх, если бы мы раньше общались на тему наших семей… Мы смогли бы предупредить эту ситуацию с Лайтнинг, и заранее что-нибудь придумать.

— Да, это наш промах, — понуро произнесла Рэйнбоу Дэш.

— Дэш, ты особо не переживай из-за этого, помиритесь вы с Лайтнинг, я уверен, — добродушно произнёс Рэй, улыбаясь любимой. – И кстати, Дэш, с моими родителями я тебя познакомил, познакомь теперь ты меня со своими?

Внимательно глядя на задумчивую пегаску, он спросил снова:

— Когда мы можем встретиться с твоими?

— Да хоть завтра можно.

— Да? Отлично! Во сколько? Где встретимся?

Рэйнбоу Дэш уставилась в облако, и некоторое время молчала, обдумывая что-то.

— Давай к девятнадцати, встретимся у меня.

— Идёт, — незамедлительно ответил Рэй. – Помню их по фотографиям, на вид очень приятные пони, думаю и в общении тоже.

Рэйнбоу Дэш ухмыльнулась, но через мгновение её улыбка медленно растворилась.

Рэй подошел к ней, и положил на её плечи крыло. Взглянув чутким взглядом взглянув в её глаза, он ласково произнёс:

— Всё будет хорошо, Дэши, не переживай.

Рэйнбоу Дэш одарила любимого благодарной улыбкой, прижавшись к нему. Полминуты спустя Рэй вновь обратился к ней:

— Ну, я полечу? – спросил разрешения жеребец. – Мне надо домой, в Лос-Пегассус.

— Конечно, лети!

— Ну, тогда до завтра.

— Пока, до завтра!

Пони нежно поцеловались на прощание, и Рэй, выпустив Дэш из нежных объятий, поднялся на крылья, которые унесли пегаса на запад.

Рэйнбоу задумчиво смотрела ему вслед. Её мысли вновь прокручивали сегодняшний полёт в гости. Цель была достигнута: на родителей любимого Рэйнбоу Дэш произвела наилучшее впечатление. Они также понравились пегаске, оказавшись необычайно дружелюбными и гостеприимными пони. Но сегодня открылась другая проблема, а именно, сестра Рэя. Дэш не без причины опасалась, что та может начать мешать их с Рэем отношениям, не желая, чтобы тот встречался с ней, возможно, отговаривать брата, или вообще будет требовать, чтобы они расстались. Очень настораживали слова Лайтнинг: «не рассчитывай, что будешь с моим братом». Рэйнбоу Дэш думала, что может вытворить Лайтнинг Даст. На ум приходили опасения, что эта напористая и наглая кобылка, какой её Дэш знала по академии, может начать давить на Рэя, чтобы тот расстался с ней, и может вынудить его это сделать. Но всё же, Рэйнбоу старалась отгонять дурные мысли, решив для себя, что нужно наладить отношения со старой знакомой, и всё пойдёт отлично. Но как?

Пегаска, прикорнув на облаке, всматривалась вдаль на восток, в туманную линию горизонта, вспоминая город, находившейся в той стороне и события, что сегодня произошли в нём, раздумывая о завтрашнем дне.

Неожиданно налетел порыв ветра, принявшись шуметь листвою деревьев, колыхать облако, и безжалостно трепать гриву пони. В этот раз он добился своего, и одолел её причёску. Рэйнбоу, проворчав, принялась поправлять испорченную работу Рэрити, но поняла, что теперь эта причёска ей больше не нужна. И пегаска просто сняла с волос заколку, и вернула гриве её привычный повседневный вид, помотав головой из стороны в сторону. Взглянув на заколку в виде цветка, Дэш подумала, что нужно будет вернуть её единорожке.

Ветер всё не унимался, он порыв за порывом продолжал докучать гриве Рэйнбоу Дэш. Кобылка отметила, что дувший с юго-востока ветер казался ей каким-то странным, необычайно враждебным и агрессивным. Дэш зашла в дом.

К вечеру следующего дня, который она провела главным образом с подругами, занималась контролем погоды в Понивилле, а в промежутках между работой дремала, лёжа на облаке, Рэйнбоу Дэш ожидала возлюбленного, присев на балконе своего дома, всматриваясь вдаль. Вскоре на западе в небе показалась маленькая точка, которая постепенно увеличивалась в размерах. Пегаска спорхнула вниз и, стоя там, стала ожидать, наблюдая за тем, как пегасий силуэт приближается к её дому. И вот к ней пожаловал гость. Это был Рэй. Явился он практически минуту в минуту.

— Привет, Дэш! — дружелюбно улыбнулся он, приземлившись на облако.

— Рэй, привет, — проворковала его любимая.

Пони нежно поцеловались.

— Ну, я весь в предвкушении, твои родители тоже тут?

— Нет, они… к сожалению не смогут…

— Я то думал, что они навестят тебя, и знакомство пройдёт у тебя дома. Было бы очень символично, кстати.

— Нам всё же придётся слетать, — слегка улыбнулась кобылка.

— Ну, хорошо, я конечно, не против.

— Тогда за мной, — поднялась вверх пегаска.

Тут только Рэй и заметил: левым копытом пони придерживала несколько алых роз.

— Э-э цветы? — в недоумении спросил Рэй. – а зачем тебе цветы, Дэш?

— Увидишь, — спокойно ответила та.

Пегас не стал докучать с вопросами, и пожав плечами, тоже поднялся в воздух, последовав за кобылкой.

Она повела их к Клаудсдейлу. Рэю сначала думалось, что её родители живут там.

— У нас вот, кстати, наконец-то прибыл новый образец, — заговорил он в полёте. – Сейчас для него строится новая взлётная полоса. У него иное назначение, нежели у того, на чём я до этого летал.

Рэй сам желал немного поведать о делах на работе: у него похоже, происходило что-то новое.

— Что же за назначение такое? — поинтересовалась пегаска, слегка ухмыльнувшись.

— Ну, скажем так, теперь мне придётся примерить на себя роль солдата неба.

— Круто, наверно. И с кем будешь сражаться?

— Да возможно, сражаться мне так и не придётся никогда. Ну а так – потенциальных угроз хватает в Эквестрии – и драконы всякие, и кого только нет...

Рэйнбоу Дэш молча кивнула. Выглядела она задумчивой. Её мысли явно были чем-то заняты

К удивлению бирюзового пегаса, они пролетели мимо пегасьего города. Они отклонились на юг от него, и миновали небольшую горную гряду. И там Рэйнбоу Дэш стала снижаться, спускаясь к укрывшейся в тени гор разровненной территории. Пегасы приземлившись за решетчатой оградой на поросшую по бокам травой дорожку. И тут Рэй понял всё.

— Дэш, это… кладбище? — оглянулся он по сторонам.

— Да, Рэй, ты не ошибся, это кладбище, — спокойно ответила кобылка.

Она неспешно, но решительно пошагала по тропинке меж надгробных постаментов разных форм и размеров, переложив цветы под левое крыло. Рэй последовал за ней, озираясь по сторонам. На кладбище веяло холодом, неестественным, и как казалось, пронизывавшим саму душу. Мрачная, гнетущая атмосфера этого места, где нашли своё последнее пристанище пони, некоторые из которых прожили меньше, чем того заслуживали, усиливала тревожное ожидание Рэя, он уже осознал, что ему предстоит узнать трагическую историю.

Наконец, они остановилась перед парой теснившихся рядышком могил.

— Я не знала, как сказать тебе… Я рано лишалась родителей, — произнесла Рэйнбоу Дэш. — Мои мама, и папа, — продолжила она, помолчав, — Файрфлай, и Рэйнбоу Блэйз, — кобылка бережно убрала копытом остатки засохшего плюща с надгробных плит, и возложила под каждую из них по четыре алых цветка.

Рэй долго не мог вымолвить не слова. Он рассматривал постаменты, где были высечены имена, и кьютимарки, которые, по традиции пони, наносились на надгробные памятники усопших: две синеватые заострённые молнии на одной плите, и облако с узким потоком радуги из него на второй. Краска на них уже потускнела и начинала облезать. Он думал, вспоминая те фотографии, которые видел у Рэйнбоу Дэш, где она, совсем ещё крошка, проводит время вместе со своими родителями. Рэй отчётливо помнил увиденных на фотографиях пони: кобылку розового цвета с синеватыми волосами и фиолетовыми глазами, и радужногривого жеребца бледно-голубой масти.

Рэйнбоу Дэш подняла глаза, и посмотрела на Рэя. Её взгляд был грустным, но совершенно спокойным.

— О, боже… — наконец выдавил Рэй. — Дэши, мне так жаль… Что же случилось?

Пегаска присела. Она ещё раз взглянула на могилы родителей, одни из многих на кладбище. Ещё немного помолчав в задумчивости, пегасочка, делая выраженные паузы между предложениями, начала рассказывать историю, потрясшую Рэя до глубины души.

— Я была маленькой кобылкой. Прошел какой-то месяц с тех пор, как я получила свою кьютимарку. Этот день не предвещал ничего дурного. Мои родители, и мама, и папа, работали на погодной фабрике в Клаудсдейле, как и многие другие пегасы в городе. Папа — на производстве радуги, а мама занималась грозовыми облаками. Они очень любили друг друга. Меня они любили ещё больше. Самые лучшие родители в мире. Для каждого жеребёнка его родители – лучшие в мире. Мама, Файрфлай, была весьма строгой, но только лишь оттого, что любила меня, и заботилась о моей безопасности. Я понимала это. Рэйнбоу Блэйз, мой папа, был напротив исключительно добр, и ласков ко мне, как никто другой.

Голос пегаски задрожал, но она совладала с собой, и после небольшой паузы перешла непосредственно к тому, что случилось с её родителями:

— В тот злополучный день на погодной фабрике случилась крупная авария. Ты знаешь, Рэй, что на самом деле создание погоды в Эквестрии далеко не так безопасно, как может показаться, когда смотришь на эти пушистые облачка, разноцветные радуги. И всякие глупые страшилки про радужную фабрику тут не при чём. Тебя, как любого пегаса, обучили всему этому, и ты знаешь об опасностях на работе в фабрике погоды. В разных отделах есть и грозовые облака, молнии которых могут сразу же оборвать жизнь, и отделы где проводятся опыты с торнадо. Цикл производства радуги включает в себя опасные для жизни моменты, где свалившись по неосторожности в чан с продуктом, можно просто свариться заживо. Даже безобидные, казалось бы, снежинки, которые вкопытную изготавливаются в снежном отделе попав в вихрь, могут быть разогнаны им до такой скорости, что становятся смертоносным оружием. Я думаю, ты, как и любой пегас, знаешь об этом.

Радужная пони ещё немного помолчала, и глядя потупленным взглядом, куда-то в пустоту, продолжила рассказ:

— Случилась какая-то авария. Помню, в тот день весь Клаудсдейл ходил ходуном. На производствах сверкали молнии в сотни метров длинной, по несколько десятков раз каждую минуту, и громыхали раскаты грома, сотрясая город. Крупный торнадо разнёс одну из секций в клочья, и вышел за пределы заводов, порушив жилые здания. Казалось, вся погодная фабрика взбесилась. Это был настоящий ужас. Впечатление было такое, что эта авария уничтожит весь город.

Кобылка уронила голову вниз, закрыв глаза.

— Насколько я поняла, мама в той катастрофе попала в беду, папа бросился её спасать... и они погибли оба.

Рэй услышал тихий всхлип.

— Мне очень… очень тяжело вспоминать о тех событиях, — промолвила Рэйнбоу закрывая копытами лицо, — настолько тяжело, что я стараюсь вообще не вспоминать про этот случай.

Пегасочка дрожала мелкой дрожью, а по её лицу вниз катились слёзы. Она подняла взгляд вверх, посмотрев на жеребца. Прижав уши, и в безмолвии приоткрыв от потрясения рот, Рэй, смотрел в её налитые слёзами глаза. А ведь не так давно даже казалось, что эта сильная, и телом, и духом пони спокойно расскажет даже такую трагичную историю, не проронив ни слезы.

Пегас обнял любимую, и та сама охотно погрузилась в его объятия, единственного, кто сейчас мог её утешить и понять.

Минуты три Рэйнбоу Дэш просто плакала, уткнувшись в плечо любимому. Рэй лишь молча гладил её по гриве и спине, припав щекой к голове кобылки.

— Дэши… бедная моя… ты не представляешь, как мне жалко тебя… — прошептал он, поглаживая её по гриве.

Пегаска глубоко вздохнула, и стараясь не плакать, заговорила снова, всхлипывая и роняя капельки слёз, голосом, подобным тонкой натянутой струне, готовой лопнуть.

— В тот день погибло восемь пегасов. Это была настоящая трагедия для Клаудсдейла. Ещё никогда не было таких катастроф на производстве, уносивших жизни пони. Потом от меня хотели скрыть правду, чтобы не травмировать меня, говорили, что родители улетели на очень продолжительное время в командировку в другой конец Эквестрии. Но меня было не обмануть. Я всё сразу поняла.

Рэйнбоу снова затряслась мелкой дрожью, всхлипывая, и роняя слёзы.

— Я была не единственная, кто тогда лишился родителей, — тихо сказала она. – Рэй, ты помнишь Флаттершай?

— Э-э, да, конечно помню, очень милая пони, — неловко улыбнулся Рэй, стараясь как-то скрасить горечь любимой. – Помню, как-то мой попугай Поли заболел, она буквально сделала чудо, вылечив его.

И тут его лицо перекосилось от ужаса: он осознал, почему Дэш спросила про Флаттершай.

— Она тоже была одной из тех, кто осиротел в тот день, — с трудом сказала Рэйнбоу.

— Это ужасно… — вымолвил Рэй. — Бедные… мне так жаль вас!

— Присматривать за нами было поручено Рэйнбоушайн, сестре моего отца, — чуть спокойнее продолжила рассказывать, иногда всхлипывая, голубая пегасочка. — Конечно, она не могла в полной мере заменить нам родителей. Нам с Флаттершай было очень тяжело оправиться от произошедшего. Но мы держались вместе, и поддерживали друг друга. Я поддерживала и помогала ей. А она оказывала поддержку и помогала мне. Мы бы не выдержали друг без друга.

Будучи весьма чувствительным пони, Рэй, слушал эту душераздирающую историю, с трудом сдержался, чтобы не расплакаться самому, он успокаивал любимую, поглаживая копытами по гриве, заботливо укрыв её крыльями, и его сердце раздирала боль и жалость, а глаза заблестели от скопившихся в них слёз.

— Я понимаю, как тяжело было вам, — прошептал он, положив нос на радужную гриву.

— Настолько тяжело, что мы стараемся вообще не вспоминать про тот случай.

Позже они возвращались назад в Понивилль, храня молчание.

Рэй думал над услышанным от Рэйнбоу Дэш. Он думал, и многое осознавал. За время отношений с Рэйнбоу Дэш он усвоил, что у неё весьма непростой характер. Иногда это даже приводило к ссорам. Но теперь Рэй понимал, почему она такая. Жизнь с раннего детства преподносила ей испытания и проверки на прочность, начиная с проигрыша родного города, потери самых близких пони, и вплоть до молодых хулиганов, чьи родители, работая с утра до вечера ради своей семьи, не находили времени на воспитание чад, чтобы сделать из них приличны, культурных пони, что докучали ей и её подруге Флаттершай. Но все эти трудности лишь крепили её. Рэйнбоу Дэш не сдалась, не сломалась, а лишь закалилась, а также усвоила многое для себя. Не избалованная лёгкой жизнью, она привыкла никогда не сдаваться, и не отступать, и всего добиваться самой. Все эти события её детства и сделали Рэйнбоу Дэш такой, какая она была.

Ему открылось, что жизнь его любимой была далеко не сахарной, с самого детства, в то время как он жил, и не знал горя. В то время как Рэй, будучи жеребёнком, радовался и ликовал от новости о проведении Эквестрийских игр в Филлидельфии, для маленькой Рэйнбоу Дэш это же событие стало проигрышем Клаудсдейла, и принесло горе и разочарование, запомнившееся на всю жизнь.

Пегасы вернулись, и приземлившись у знакомого облачного дома, сидя на облаке, и смотря друг на друга. Рэйнбоу Дэш более-менее успокоилась.

— Знаешь, Рэй, я и Флаттершай об этом до сих пор не рассказывали даже нашим лучшим подругам, — произнесла пегаска, тихонько вздыхая. – Я удивлена тому, как Флаттершай выдержала это, зная её. Порой мне кажется, что она перенесла эту трагедию даже легче, чем я. Всё благодаря её маленьким друзьям. Я вообще не видела ещё, чтобы кто-нибудь из пони так хорошо ладил с животными. Они заменили ей потерянную семью, насколько это было возможно. Нас же с Флаттершай эта трагедия сблизила. Она моя лучшая подруга с детства.

Пони подняла голову и посмотрела на собеседника пронзительным взглядом покрасневших от слёз глаз, готовая расплакаться снова. Жеребец вновь обнял её крылом:

— Дэши, не плачь, всё будет хорошо, — ласково произнёс он, прижимая к себе кобылку.

— Мои подруги, — шепотом произнесла пегасочка, — дружба с ними мне очень помогла. Я словно начала по-настоящему жить снова. Я даже задумывалась порой о том, насколько они мне стали близки… Но, всё же, они мне хорошие и близкие, но лишь друзья.

Кобылка вздохнула, и подняла взгляд.

— Вчера я увидела то, чего была лишена целые годы, — губы пони задрожали, и изогнулись в улыбке, а глаза вновь заблестели от слёз. — Семью! Настоящую семью. Счастливую семью. И я услышала тёплые слова, я услышала, что меня готовы с радостью принять в эту дружную семью! Твои родители… они напомнили мне моих, которых я давно лишилась…

Снова послышалось несколько тихих всхлипов.

— Рэй, — жалобно произнесла радужногривая пони, — Знаешь, честно говоря, я ещё не встречала за всю жизнь ни одного жеребца, подобного тебе. Ты всегда был так добр ко мне. Ты был добр ко мне, почти как мой родной отец. И я хочу быть с тобой. Я хочу, чтобы у нас с тобой была своя семья. И я ни за что не хочу, чтобы с нами, или кем-то из нас произошло что-то плохое. Ты не представляешь, как мне иногда бывает страшно за тебя, я так переживаю: а вдруг ты разобьёшься на этих штуковинах? Я не хочу потерять тебя, Рэй!

— Дэши, я обещаю тебе, ничего подобного никогда не случится! — заверил жеребец, ласково улыбнувшись, нежно поглаживая любимую.

Сегодня он многое узнал, про неё, чего и предположить не мог, про всегда казавшуюся ему такой весёлой и беззаботной, сильной и всегда уверенной в себе.

Уже смеркалось, на небе появился месяц, и заблестели первые звёздочки, но двое пегасов все сидели вместе, обнявшись, и Рэй, нежно укрыв крыльями, гладил и успокаивал Рэйнбоу Дэш, не в силах отказать просьбе, которую она прошептала, прижимаясь к его плечу:

— Рэй, побудь со мной.

## Часть вторая

Вторая часть рассказа.

[Изображение: https://derpicdn.net/img/view/2013/9/8/421950__safe_rainbow+dash_angry_lightning+dust_artist-colon-howlsinthedistance.png]

С тех пор прошло несколько дней. Пони вновь погрузились в повседневные заботы будней. Но, Рэйнбоу Дэш, занимаясь делами по разгону облаков, нашла свободное время для нового визита в Филлидельфию. Держа путь в город восточного побережья, пегаска раздумывала про то, как наладить отношения с Лайтнинг Даст. Она просто не могла отложить эту проблему в дальний ящик, и забыть про неё. Это был очень важный аспект, ведь Лайтнинг Даст была не какая-нибудь посторонняя пони, а родная сестра Рэя. Дэш понимала, как важно установить с ней хорошие отношения. Она поставила себе эту цель – и приступила к её выполнению.

Долетев до Филлидельфии, Рэйнбоу Дэш полетела на юг. Хорошая память не подвела пегаску: она нашла нужную улицу, и приземлилась перед знакомым домом. Постояв минутку в задумчивости, она решительно направилась к входной двери, миновав живую ограду, и пару раз настойчиво нажала кнопку звонка. Через полминуты ожидания дверь открылась, и из неё выглянула кобылка, встретившую Рэйнбоу приветливой улыбкой.

— О, Рэйнбоу Дэш, здравствуй, дорогая, — сразу же узнала гостью бирюзовая кобылка, как оказалось, бывшая дома одна.

— Здравствуйте, Скай Си,- голубая пегаска дружелюбно улыбнулась и кивнула.

— Какой неожиданный визит, проходи, Рэйнбоу Дэш, — жестом копыта пригласила взрослая пегаска внутрь.

— Сегодня ты без Рэя, это любопытно, — внимательно взглянула Скай Си на Дэш.

— Вот, решила навестить, — слегка неловко улыбнулась та.

— Ну, тогда, может быть чаю?

— Да, конечно, я не против. Спасибо.

— Тогда садись.

Рэйнбоу Дэш оказалась в уже знакомой гостиной, и присела там в кресло. Производилось впечатление, что она пожаловала несколько не вовремя, и ей было немного неудобно, но гостеприимство матери её возлюбленного быстро взяло своё. Вскоре кобылка вернулась с парой широких белых чашек на подносе с подогретым чаем, над поверхностью которого поднимался пар.

— У вас с Рэем всё в порядке? — поинтересовалась Скай Си.

— Да, конечно, лучше и быть не может. Он замечательный пони, такой умный и чуткий.

Взрослая кобылка расплылась в улыбке, слыша такие слова о своём сыне:

— Он с детства такой. Я очень горжусь Рэем, и я рада, что он нашел себе такую отличную кобылку, как ты, Дэш. Кстати, когда вы планируете сыграть свадьбу?

— Я думаю, этим летом.

— Замечательно! – кобылка даже однократно прихлопнула копытами. – Не забудьте про нас, мы всей семьёй обязательно посетим это памятное событие.

— Конечно же!

Некоторое время пегасы болтали о том, о сём, обсуждая между собой отношения молодой пары, и проводя сравнения с супружеской парой родителей Рэя, попутно попивая чай, и кушая конфеты и печенье. Взрослая кобылка рассказывала некоторые комичные истории из их с супругом семейной жизни.

И вот, в процессе разговора, Скай Си, сделав ещё один небольшой глоток чая, посмотрела на Рэйнбоу Дэш своим умным, проницательным взглядом, и спросила:

— Дэш, ты ведь не просто так пожаловала? Хотела поговорить о чём-то?

— Э-э… вообще-то, да. У нас с Рэем всё хорошо, идеальная гармония, но вот, к сожалению, его сестра меня невзлюбила…

— Может быть, тебе это просто показалось? – озадачилась зрелая пони, отложив на стол чашку с чаем.

Рэйнбоу Дэш слегка задумалась, и, раздумав над тем, что следует сказать, ответила:

— Она избегает меня, не хочет со мной говорить. Это заметно.

— Мне кажется, что возможно, она просто ревнует, – подумав, ответила бирюзовая кобылка. — Они с Рэем с детства были лучшими друзьями. Думаю, ей трудно отдать Рэя кому-то другому. Лайтнинг очень любит его, настоящей сестринской любовью.

Рэйнбоу Дэш задумалась над словами взрослой кобылки. Темногривая пони тем временем поднялась, и достала из шкафа что-то похожее на книгу с гладкой обложкой. Это был фотоальбом.

— Можешь посмотреть фотографии, там есть Рэй с Лайтнинг в детстве, — предложила Скай Си.

Рэйнбоу Дэш приняла фотоальбом в копыта, благодарно улыбнувшись, открыла его и стала рассматривать фотографии. Там она сразу же узнала Рэя, и его семью. Похоже, что это был альбом, посвященный их детям. Первые фотографии были с совсем крошечными жеребятами, возможно сделанные сразу после роддома, укутанные так, что только мордочки и торчали. Вместе с ними были и их счастливо улыбающаяся мать. Фотографии сменялись одна за другой, вот уже был первый день рождения двух маленьких пегасов, и то, как маленькие брат и сестра вместе играли, и рисовали, перемазавшись от головы до хвоста красками, или строили куличики в песочнице.

Скай Си вернулась на своё место.

— В детстве Лайтнинг и Рэй иногда были такими проказниками, за ними был нужен глаз да глаз. А маленькие пегасы – вообще отличаются особой активностью, – начала рассказывать пони. – Обычно пегасы начинают летать и тренировать свои крылышки с раннего детства, ведь пегасам предстоит по жизни их использовать самым активнейшим образом. Поэтому, для меня было непростой задачей следить за ними. Благо у меня и свои крылья в наличии, это облегчало мою задачу, да и мой муж оказывал посильную помощь.

Хозяйка дома начала рассказывать разные истории из детства Рэя и его сестры, а Рэйнбоу Дэш слушала, и попутно рассматривала фотоальбом, в фотографиях которого два жеребёнка-пегаса постепенно росли, играя, летая, строя что-нибудь из конструктора, превращаясь в молодых и полных сил пони. Родители обнимали своих чад, укрывая двух маленьких пони крыльями, с нежностью взирая на них. Фотографии сменились на школьные годы Рэя и Лайтнинг. Время от времени на фотографиях появлялись и другие жеребята, их друзья, на очередном дне рождении, пришедшие в гости: и пегасы, и молоденькие земные пони, а также один толстенький очкастый единорожек светло-фиолетовой окраски, или где жеребята все вместе играли в волейбол на пляже. Но, всё же, Лайтнинг Даст и Рэй доминировали среди этих фотографий, на подавляющем большинстве были они: и вдвоём, и по отдельности. Завершали фотоальбом фотографии из старшей школы. Там брат и сестра, уже выросшие, и сформировавшиеся пони, стояли вместе, а по бокам уже не уступавших своим родителям в росте Рэя и Лайтнинг, обступали Ватерфэлль и Скай Си, с гордостью улыбаясь. На другом фото Лайтнинг Даст обнимала своего брата, и было видно, с какой нежностью, и привязанностью она взирает на молодого жеребца. Перед Рэйнбоу Дэш, просматривавшей фотоальбом, словно пролетело детство Рэя и его сестры. Дэш увидела по-настоящему счастливых жеребят, которым не пришлось пережить потерю самых дорогих, и она была рада за них.

— Никогда не забуду их детство, — усмехалась бирюзовая пегаска, в завершении своего рассказа. — Улетят, порой, куда-нибудь, и ищи-свищи их. Но, это было даже весело. Признаюсь, я даже немного скучаю по тем временам, — мечтательно улыбнулась кобылка.

— Да, то, что я увидела, и услышала, говорит мне о многом, — откликнулась голубая пегасочка.

Темногривая пони вновь о чём-то задумалась, что было заметно по её мечтательной улыбке, и сказала:

— Помню, как была в твоём возрасте, Дэш. Я была по уши влюблена в своего будущего мужа, Ватерфэлля. День нашей свадьбы стал для меня одним из самых счастливых дней моей жизни!

Кобылка поднялась, и подошла к шкафу, где ранее взяла фотоальбом, и стала вытаскивать другую белоснежную папку.

— Сейчас, покажу наши свадебные фотографии, — произнесла с лёгкой улыбкой Скай Си, но её взгляду попались часы, висевшие на стене правее.

— О-ох, — вдохнула пони, замерев на секунду, прикоснувшись к груди левым копытом. – Я совсем забыла, я же собиралась заняться пересадкой цветов.

— Извините, это я всё, прилетела без предупреждения, как снег на голову, и сижу, забалтываю, — виновато произнесла пегаска. — А давайте, я взамен этого помогу с цветами?

Хозяйка дома добродушно улыбнулась:

— Ну, если хочешь, конечно.

— Да, я хочу, помогу взамен того, что отвлекла.

— Ну, тогда идём.

Пони вышли на задний двор, где на газоне меж садовых гномиков, леек и прочих инструментов инвентаря стопкой стояли горшки, уложенные друг в друга.

— Ну, вот и наша задача, — объявила Скай Си, — мы должны пересадить вон те гиацинты в новые горшки, — кобылка указала на молодые ростки стремящихся вверх растений, крупной группой стоящие в деревянном поддоне.

Взрослая пегаска выдала молодой помощнице садовые инструменты, нужные для пересадки цветов: совок, накопытные перчатки, половину новых горшков, и принесла упаковку с землёй.

Сначала садовница продемонстрировала, как нужно правильно обращаться с ростком гиацинта, после чего обе кобылки занялись пересаживанием цветов. Попутно они переговаривались.

— Ну, так что не так в ваших с Лайтнинг Даст отношениях? — спрашивала бирюзовая пони.- Почему ты думаешь, что она не рада тебе?

— Она мне вполне недвусмысленно показала это, — вздохнула в ответ Рэйнбоу Дэш, попутно выковыривая совком очередной гиацинт, и присыпая корни растения новой землёй, черпая ту из пакета тем же совочком с крупным обручем на конце ручки, под размер копыта.

Каждый новый цветок орошался порцией воды.

— Странно, очень странно: Лайтнинг никогда не проявляла особой враждебности к другим пони, хотя, она и была весьма бойкой.

Рэйнбоу Дэш глубоко задумалась. Она решила не говорить о том, что ранее уже была знакома с Лайтнинг Даст, и не открывать истинную причину, почему та недолюбливает её.

— Я думаю, что если ты поговоришь с ней по душам, то вы найдёте общий язык, — немного подумав, предложила бирюзовая пегаска.

— Я тоже об этом думала, — отозвалась Рэйнбоу Дэш, — но для начала, чтобы поговорить, мне бы встретиться с ней.

— Я могу сказать тебе её адрес. Сейчас она живёт на северо-западе Филлидельфии.

— Спасибо, было бы хорошо.

— Знаешь, вы мне кажетесь чем-то похожими по духу. Я уверена, вы можете быть хорошими подругами. Обе амбициозны, уверенны в себе, сильны и способны. У вас много общего. Даже то, что вы обе учились в академии Вондерболтсов, этот, казалось бы, незначительный факт, о многом говорит.

Голубая пегаска, занимаясь с очередным растением, вновь задумалась над словами садовницы. А ведь они с Лайтнинг Даст и вправду почти стали подругами, во время учёбы в академии. Но, потом эта пегаска проявила себя с не лучшей стороны.

— Надеюсь, я смогу наладить с Лайтнинг Даст отношения, — произнесла она, не совсем уверенная в осуществимости этого.

— Она вполне сговорчивая, — улыбнулась взрослая пегаска, — а вы, такие близкие по духу, должны поладить. Может, пока она чисто подсознательно восприняла тебя как конкурентку, но увидев, что Рэю хорошо с тобой, она изменит отношение к тебе.

— Что-то мне кажется, что дело не только в этом.

— А в чём же ещё то? Рэй очень много значит для неё. Он дорог ей. Но увидев, что он счастлив, она примет тебя.

Рэйнбоу Дэш вновь серьёзно задумалась над словами пегаски, и над тем, что было известно о Лайтнинг Даст.

Наконец, все цветы были пересажены. Кобылки закончили почти одновременно.

— А ты хорошо управляешься с этим делом, — заметила Скай Си,- словно у тебя большой опыт садовых работ.

— Это всё благодаря одной моей подруге из Понивилля. Я от неё научилась обращаться с растениями. Её зовут Эпплджек, она отлично разбирается в этом деле. Она владеет своей фермой.

— Хотела бы я с ней познакомиться. Это одна из твоих подруг, с которыми вы спасали Эквестрию от лунной кобылицы?

— Да, она самая! Может быть, как-нибудь познакомитесь, если будете в Понивилле.

— Мне уже не терпится в гости в ваш город! — хихикнула Скай Си.

Ещё раз довольно осмотрев проделанную работу, она вздохнула:

— А у тебя, Дэш, прекрасно получилось! Вот Лайтнинг Даст никогда, в общем-то, не разделяла моих интересов в выращивании и уходе за цветами. Да и не получалось у неё это. Она была целиком направлена в небо и полёты. Но это её выбор. Она прошла обучение в академии, её мечта стать знаменитой лётчицей сбудется. Я рада за мою Лайтнинг!

Рэйнбоу Дэш кивнула, натянуто улыбнувшись, но на душе от этих слов ей стало тяжко.

— Признаться, я всегда хотела, чтобы у меня была дочка, с которой бы я могла вместе заниматься цветами.

Она посмотрела на Рэйнбоу Дэш, ласково и тепло, с неподдельной сердечной добротой, и голубая пегасочка ощутила это, даже немного смутившись.

— Эх, помню, как получила свою кьютимарку, — заговорила Скай Си после небольшой паузы, — тогда и осознала, чем мне предстоит по жизни заниматься. И, хотя я и училась на управление погодой, и до сих пор всё прекрасно помню, благо закончила лётную школу на сплошные пятёрки, жить и зарабатывать деньги мне помогают мои цветы.

Пони ласково, по-матерински провела копытцем по стеблю одного из растений.

— Да уж, у кого к чему душа лежит, — понимающе улыбнулась голубая кобылка, бросив взгляд на красную розу, кьютимарку взрослой кобылки, а затем на свою, слегка призадумавшись.

— Ну ладно, спасибо тебе за помощь, Рэйнбоу Дэш, ты с лихвой компенсировала то, что малость заболтала меня, — хихикнула бирюзовая пони. – Было очень приятно побыть с тобой и пообщаться, но теперь время не ждёт, мне пора доставить цветы в мой магазин.

— Да, мне тоже, было приятно с вами пообщаться, буду рада ещё встретиться.

— Если ты хочешь встретиться с Лайтнинг Даст и поговорить, то можешь хоть сегодня во второй половине дня, она к этому времени обыкновенно дома.

Скай Си сказала Рэйнбоу Дэш адрес дома, где жила Лайтнинг Даст, и они попрощались.

Отправившись немного полетать по Филлидельфии, радужногривая пони залетела на пляж, немного погуляв там, в ожидании подходящего для встречи со старой знакомой времени, и обдумывая дальнейшие действия. Разговор с матерью Рэя и Лайтнинг, её мягкость и дружелюбность, очень успокоили пегаску и придали ей уверенности. Даже сама Скай Си внешне была весьма похожа Лайтнинг Даст, и окраской и цветом глаз. Общаясь с ней, смотря в эти по-матерински добрые, мягкие глаза, слыша её голос, немного огрубевший с возрастом, но не лишенный притягательности и очарования, Рэйнбоу Дэш чувствовала родительское тепло и заботу, то, чего не испытывала уже очень давно. И сама Филлидельфия теперь казалась ей такой тёплой и приветливой, всё благодаря знакомству с несколькими её жителями, оказавшимися чудесными и дружелюбными пони. И она была на сто процентов уверена, что поговорив с Лайтнинг Даст, она наладит с ей хорошие отношения.

И вот Рэйнбоу Дэш уже стояла перед искомым домом. Чтобы найти нужную улицу, всё же пришлось поспрашивать у прохожих, охотно откликнувшихся на просьбу. Постояв перед кирпичным домом, с белеющими карнизами, и подумав, рассчитывая, в каком из подъездов находится нужная квартира, Рэйнбоу Дэш, наконец, решительно направилась навстречу своей цели.

Поднявшись по лестнице в чистом и хорошо освещённом подъезде до третьего этажа, пегаска остановилась перед деревянной покрашенной в тёмно-зелёный цвет дверью с номером двадцать три. Она подняла копыто, и настойчиво постучала в дверь.

Изнутри послышался шум, и знакомый голос, «иду!», звучавший сейчас спокойно и безмятежно. Без задержки на вопрос, кто пожаловал, как будто всякий, кто бы ни пришел, был желанным гостем, вовнутрь открылась дверь, после пощёлкивания замка, и Рэйнбоу Дэш увидела знакомую желтогривую пони светло-бирюзового цвета. Та, увидев, кто стоит у неё на пороге, отшатнулась назад, и застыла, как вкопанная, лишь вымолвив: «ты?!».

— Привет, Лайтнинг Даст, — начала Рэйнбоу Дэш, улыбаясь, и стараясь говорить как можно более дружелюбно. – Слушай, я думаю, нам нужно поговорить. Это была такая неожиданность для меня, когда я узнала, что ты сестра Рэя. Я знаю, у тебя есть причина, чтобы не очень хорошо относиться ко мне. Но мы можем быть в хороших отношениях. Я хочу, чтобы мы были в хороших отношениях. Давай всё обсудим. Давай по-хорошему поговорим?

Лайтнинг Даст молчала, ошарашено смотря широко раскрытыми глазами на Рэйнбоу Дэш, слегка приоткрыв рот. Она явно ожидала увидеть кого угодно, но не её. Наконец, её губы зашевелились, пока что беззвучно: Лайтнинг Даст явно подбирала слова, и затем с них слетело то, что Дэш никак не ожидала услышать.

— Мне не о чем с тобой говорить! — ожесточённо проорала пегаска, её глаза вспыхнули яростным пламенем ненависти, а симпатичное, приятное лицо перекосилось в какой-то гримасе. – Проваливай из моего дома, ты, стукачка, пока я тебя с лестницы не спустила, чтобы я тебя больше не видела! Таким как ты копыта не подают!

Кобылка хлопнула дверью прямо перед носом радужной пегаски. Насмешливо щёлкнул запирающийся дверной замок. Изнутри слышались стихающие быстрые шаги.

С минуту Рэйнбоу Дэш стояла неподвижно перед дверью. Она не стала вновь барабанить в дверь, и выяснять отношения с грубиянкой. Оправившись, она развернулась и пошла прочь. Чувствовала она себя так, будто её облили ведром, да нет, целым ушатом грязи. Прогнанная позорящими словами, она вышла из подъезда, ещё раз взглянула вверх, на дом, и осознавая, что окна квартиры Лайтнинг Даст выходили на другую сторону, вспорхнула, и улетела.

Направляясь в Понивилль, Дэш непрерывно думала о случившемся, и дальнейших перспективах, как казалось, не светивших ей ничего плохого. Она не понимала. Не понимала, почему Лайтнинг Даст так себя ведёт.

В Понивилле она облегчённо рухнула на мягкое облако, и уставившись вверх в голубое небо, стала раздумывать. Она вспоминала, буквально поминутно, то время, когда она училась в академии Вондерболтсов, и как она встретила там Лайтнинг Даст, молодую кобылку, возрастом, как она. Они тогда сблизились, и почти подружились. У них, самых способных в группе, явно возникла симпатия друг к другу. Она вновь прокручивала события того дня, когда была злополучная тренировка по разгону облаков, когда Дэш чуть не лишилась друзей, а кое-кто потерял учебное место. Рэйнбоу Дэш всё ещё помнила тот последний, пронзительный взгляд своей напарницы. В нём совершенно не было злости, желания отомстить, лишь грусть и скорбь. Последний, прощальный взгляд на свою разрушенную мечту. Как потом рассказал Рэй, пегаска не поминала недобрым словом ни одного пони, и никого не винила в том, что случилось, кроме себя. Но что же произошло теперь? Почему теперь Лайтнинг Даст стала вести себя так враждебно, и винить её в своей неудаче? Рэйнбоу Дэш не понимала.

А что же Лайтнинг Даст? Почему она начала так вести себя, вновь встретившись с бывшей напарницей?

Когда её выгнали из академии, то она совсем не желала никому отомстить, и ни на кого не злилась, понимая, что поплатилась за свою ошибку. Это было для неё величайшим провалом и позором. Всё, чего Лайтнинг Даст желала – это скрыть от всех свой позор, чтобы никто не узнал о нём, и поскорее забыть самой об этом провале. И у неё это почти получилось: она оправилась, зажила новой жизнью, лишь в тайне надеясь возможно когда-нибудь восстановиться в академию.

Но, вновь встретившись с Рэйнбоу Дэш, этим живым напоминанием о своей неудаче, резвая пегаска снова вспомнила обо всём, что старалась забыть. Ей было некомфортно от одной мысли о том, что Рэйнбоу Дэш, свидетельница её провала, вновь так близко подобралась к ней, да ещё и встречается с её братом. К тому же, через Рэйнбоу Дэш теперь могла открыться правда её родителям. Лайтнинг Даст не желала видеть рядом с собой ту, которую вместе со всем прочим изо всех сил старалась забыть, что привело к резкому обострению неприязни к бывшей сокурснице. В конце концов, она убедила саму себя, найдя новую причину своей неудачи, что в её провале виновата отнюдь не она сама, а Рэйнбоу Дэш, нажаловавшаяся на неё.

Произошедшее на пороге квартиры не выходило из головы Рэйнбоу Дэш. Возможность установить хорошие отношения с сестрой Рэя казалась для неё всё более призрачной. Кобылка много думала на эту тему.

Однажды, лёжа на облаке, и раздумывая, Рэйнбоу Дэш заметила сверху любопытную картину, свою подругу Флаттершай, возвращающуюся с рынка, под завязку загруженную покупками. По всей видимости, она снова покупала еду для своих домашних питомцев. Но нести три пакета, которые желтая пегасочка, неспешно летя, держала в передних копытах, взяв в охапку, было неудобно. И один из пакетов начал заваливаться налево, и в конце концов из него посыпались продукты: помидоры, редис, прочие овощи, и ещё что-то, завёрнутое в упаковку.

— О, боженьки, — вздохнула пегасочка, видя как, по земле развалились её покупки, — нужно всё собрать…

Поставив на землю два других бумажных пакета, Флаттершай принялась спешно собирать выпавшую еду, и укладывать в пакет из плотной бумаги.

— Эй, Флаттершай, привет, — услышала розовогривая пони задорный голос, и даже вздрогнула от этого.

Обернувшись, она увидела порхавшую рядом крылатую подругу, с улыбкой смотрящую на неё.

— Оу, привет, Рэйнбоу Дэш.

— Помочь, а?

— Ну, если ты не против, Рэйнбоу Дэш.

— Конечно, я не против. Я в беде не бросаю, даже в такой, — усмехнулась пегаска.

Дэш помогла собрать упавшие продукты, и уложить их обратно.

— Давай помогу донести, — предложила она, и взяла в копыта один из пакетов.

— Спасибо, Рэйнбоу Дэш, это так любезно с твоей стороны.

— Да без проблем!

Флаттершай взяла два других пакета, которые удержать было существенно проще, и они вместе не спеша полетели к дому желтой пегасочки.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила Флаттершай, по прибытии, — может быть в гости зайдёшь?

— Ну, почему бы и нет? – пожала Дэш плечами.

По прибытии Флаттершай, вопреки занятым копытам, открыла дверь, толкнув её головой, и пони зашли в её аккуратный и ухоженный домик. Едва Флаттершай вошла, к хозяйке отовсюду бросились навстречу её разнообразные питомцы.

Флаттершай положила пакеты на стол. Рэйнбоу Дэш последовала её примеру.

— Я вернулась, мои маленькие друзья, — мелодично пропела желтая кобылка, — уже заждались? Сейчас, не беспокойтесь, я купила всё, что вам нужно, мои маленькие голодные друзья.

Хозяйка дома принялась вытаскивать и раскладывать купленные продукты, львиная доля которых предназначалась для её питомцев.

— Ну, Рэйнбоу Дэш, как у тебя дела? — дружелюбно произнесла обычно стеснительная пони, но сейчас, у себя дома, более спокойная и уверенная.

— Да так, в общем, как обычно…

Рэйнбоу Дэш вспомнила: а ей всё же есть, что рассказать.

— Кстати, я недавно познакомилась с родителями Рэя, мы к ним в гости прилетали. Они классные пони, такие дружелюбные и гостеприимные. Я им тоже пришлась по душе.

— Это здорово, что вы понравились друг другу, — улыбнулась пегасочка, попутно насыпая корма по чашкам для птиц.

— Э-эх... да, здорово.

— У вас с Рэем всё хорошо?

— С Рэем всё отлично. У него оказывается, сестра есть.

— Ты так говоришь, будто не рада этому, — заметила скромная пегасочка, внимательно взглянув на Рэйнбоу Дэш, присевшую на ковре.

— Ты не представляешь, Флаттершай, кем она оказалась.

— Кем же?

— Его сестрой оказалась Лайтнинг Даст.

Желтая пегасочка с недоумением посмотрела на подругу, моргнув глазами.

— А это кто?- смущённо улыбнулась Флаттершай.

— О-ох, ты что, не помнишь? — Рэйнбоу ворчливо вздохнула, и провела копытом по лицу. – Только не говори, что ты не помнишь её, — пегаска впилась в подругу взглядом.

— Э-м… извини, но я действительно не помню, кто это, — уронила взгляд вниз Флаттершай.

— Короче, это пони, с которой я вместе училась в академии Вондерболтсов. Она ещё была моей напарницей.

В задумчивости прикоснувшись копытцем к подбородку, Флаттершай немного приподняла голову, и подумав, ответила:

— Кажется, я припоминаю…

— Это та, из-за затеи с торнадо которой вы тогда чуть не разбились! Помнишь?

— Да. Ну, и… и как она отнеслась к тебе? Вы сейчас с ней в хороших отношения?

— В хороших? Нет, даже близко не в хороших! Она терпеть меня не может! — всплеснула копытами Рэйнбоу Дэш.

— Ты уверена в этом? Может быть, тебе показалось?

— Она мне так прямо и сказала, — мрачно произнесла Дэш, — что не желает меня видеть рядом с Рэем.

— Это грустно, — опечалилась Флаттершай.

Рэйнбоу Дэш ещё раз протяжно вздохнула, и заговорила:

— Мне кажется, что она будет стараться всеми силами внести раскол в отношения между мной, и Рэем.

— Дэш, попробуй поговорить с ней, и помириться.

Пегаска повернулась к подруге, посмотрела ей в глаза, и ответила, разделяя предложения заметными паузами.

— Я уже пыталась поговорить с ней. Прилетела к ней домой. И знаешь что произошло? Она не стала меня даже слушать. Флаттершай, она наорала на меня, и захлопнула дверь!

— О-ох, как грубо, — расстроено вздохнула желтая кобылка.

Некоторое время пони молчали. Флаттершай занималась своими питомцами, а её подруга в задумчивости присела на диван. Затем Рэйнбоу тихо заговорила:

— Как мне быть, Флаттершай? Я совсем не хочу воевать с Лайтнинг Даст. Как мне наладить с ней хорошие отношения? Можешь мне посоветовать что-нибудь?

— Ну, для начала, скажи: почему она тебя так не любит? Из-за того, что произошло в академии?

— Да. Она говорит, что это из-за меня её выгнали. Хотя это совсем не так. Это была её идея с тем дурацким вихрем! — Рэйнбоу Дэш начала быстро повышать тон, и эмоционально размахивать копытами. – И вообще, она вела себя с другими курсантами по-свински, да и…

— Тише, Рэйнбоу, — мягко произнесла Флаттершай, делая успокаивающий жест копытами.

Радужная пегаска, вздохнув, прервалась на полуслове.

— Вижу, ты тоже о ней не лучшего мнения. Могу тебе посоветовать одно: будь с ней добрее.

Флаттершай продолжила кормить питомцев, с нежной улыбкой смотря, как они уплетают еду, толкаясь от нетерпения.

— Мне это будет трудно, Флаттершай, после того, как она вела себя. Я ведь тогда чуть не потеряла вас из-за неё! Если бы я тогда не успела спасти вас, и потеряла бы… то сейчас меня бы тоже не было… А теперь она смеет обвинять меня!

— Каждый заслуживает второго шанса, Дэш. Я не берусь судить Лайтнинг Даст, только по тому случаю, я слишком плохо знаю её. Но я уверена, что в ней тоже есть доброта, и она может быть хорошей.

— Но как я смогу помириться с ней, если она сама этого не хочет?

— Мой тебе совет: что бы она не вытворила, будь с ней всегда добра, на любую грубость отвечай добротой — и ты сможешь, в конце концов, изменить её, — с этими словами Флаттершай погладила по головке маленькую синюю птичку, сидевшую на насесте.

— Такие, как она не меняются.

На это Флаттершай оставила малых пташек, сидевших на декоративных насестах-веточках, и обратилась к подруге, смотря ей в глаза:

— Помнишь Дискорда? Все были уверены, что его перевоспитать невозможно. «Он неисправим» — говорила ты. Никто не верил, что он исправится. Но, в конце концов, он перевоспитался. Даже Дискорд перевоспитался, и стал добрым. А Лайтнинг Даст — это не дух хаоса, это просто пони, такая же как и мы с тобой. Я не вижу ничего не решаемого в этой проблеме с ней.

— Ну… — задумалась голубая пегаска, — если по сравнению с Дискордом, то да, всё выглядит проще, — сухо произнесла она.

— И кстати, а как она с Рэем себя ведёт? Она так же груба и с ним?

— Нет, она с ним совершенно по-иному себя ведёт. Грубости там и в помине нет. Напротив, у них тёплые отношения с детства, мне их мама рассказала. Я и сама заметила, что у них особые чувства друг к другу. То, как они обнимались, будто не виделись очень давно, меня даже тронуло это…

Флаттершай обрадовалась, выдала победоносным тоном:

— Вот видишь! Она может быть доброй, по крайней мере, к родному брату. Возможно, в твоих глазах она заработала себе репутацию грубой бяки. Но я уверена, что со временем ты изменишь своё мнение о ней, когда узнаешь её получше.

Рэйнбоу Дэш с сомнением посмотрела на Флаттершай.

— Будь к Лайтнинг Даст всегда добра, и ты сможешь расположить её к себе. То, что у неё такие хорошие отношения с Рэем, то, как она хорошо к нему относится — это уже говорит о том, что она совсем не бяка, какой может показаться на первый взгляд. Будь к ней добра, и она будет добра с тобой в ответ. Добротой можно даже духа хаоса перевоспитать.

— А ведь Дискорда, насколько я помню, ты перевоспитала не одной только добротой, — заметила Рэйнбоу Дэш.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну… вспомни, когда Дискорд начал безобразничать и, злоупотреблять твоей добротой. Что ты сделала?

Флаттершай задумалась, приложив копыто к подбородку, и по-детски улыбнувшись, ответила:

— Проявила твёрдость, и строгость. Это тоже бывает необходимо, чтобы ставить на место тех, кто зарвался.

Рэйнбоу Дэш вновь серьёзно задумалась.

— Так значит, мне с Лайтнинг нужно быть доброй, на грубости и выпады отвечать добротой, по твоим словам… но, в то же время, не позволять ей зарываться, и если понадобится, быть строгой и твёрдой. Верно?

— Да, Дэш, ты, всё правильно поняла.

— Нет, я так и не поняла: когда же мне быть доброй несмотря ни на что, а когда твёрдой и строгой?

— Этот момент ты должна определить сама, — мягко ответила желтая пегаска, угощая своего любимца, Энджела сочным капустным листком.

Парой дней спустя Рэйнбоу Дэш вновь нашла время, чтобы посетить Филлидельфию. Она вновь прилетела на знакомую улицу на северо-востоке города, и стояла перед знакомой дверью, от которой её недавно погнали. Нервно переступая с ноги на ногу, пегаска обдумывала план действий. Наконец, она собралась с силами, и постучала в дверь. Ответом ей было молчание. Дома никого не было. Постояв немного, пегаска подошла к окну, и задумчиво посмотрела наружу. Она решила ждать. Посидев немного у окна, Дэш вышла из подъезда, и там присела на лавку, продолжив ожидание. Твёрдо решив ждать, она провела у дома в ожидании чуть более сорока минут, гадая, удастся ли ей сегодня встретить Лайтнинг Даст, и подходящее ли она время выбрала. Наконец, когда неусидчивая пони вновь ходила туда-сюда перед подъездом, она увидела вышедшую из-за угла дома знакомую особу. Размеренным шагом к подъезду шла Лайтнинг Даст, смотря вперёд перед собой. Увидев стоявшую перед входом в дом Рэйнбоу Дэш, она на секунду остановилась, не веря своим глазам, и вновь пошагала, быстро и решительно, стараясь не замечать голубую пегаску.

— Лайтнинг Даст, погоди!- поспешила Рэйнбоу Дэш на встречу.

— Опять ты, — мрачно буркнула кобылка бирюзового цвета.

— Нам нужно поговорить!

— Я тебе уже всё сказала.

Рэйнбоу Дэш перегородила путь пришедшей пони, вынудив ту остановиться. Встретились два взгляда, раздраженный, и спокойный, с застывшей в нём просьбе.

— Давай просто поговорим. Нам нужно поговорить и обсудить, и мы сможет договориться. Я хочу положить конец этой ссоре.

Лайтнинг Даст вздохнула, опустив голову и произнесла:

— Только не сегодня. Сегодня я не могу.

— Почему?

— Дэш, — отчётливо произнесла кобылка, — я, правда, не могу сегодня. Я слишком устала на работе. Давай в другой раз.

Сейчас в голосе Лайтнинг Даст совсем не чувствовалась враждебность, она вновь подняла взгляд, он был усталый, или просто изображавший усталость, как и сама пони, ни то действительно уставшая, ни то просто хотевшая найти причину, чтобы уйти от надоедливой пегаски и разговора с ней.

— Если не сейчас, то когда? — внимательно посмотрела на неё Рэйнбоу.

— Давай где-нибудь послезавтра, не раньше.

— Э-э, если тебе так удобно, хорошо, я согласна,- с натяжкой улыбнулась пегаска.

— Только не сегодня, сегодня я, честно, не могу, — произнесла Лайтнинг Даст, и обошла голубую кобылку сбоку.

Прежде чем она безмолвно вошла в дом, Рэйнбоу Дэш успела заметить, что под левым крылом та держала пакет, видимо с продуктами.

— Ну… ладно, до встречи, — бросила она ей напоследок.

Теперь Рэйнбоу Дэш ничего не оставалось, кроме как возвращаться обратно в Понивилль.

По пути она размышляла о случившемся. Теперь чувствовалась какая-то надежда. Как показалось, были первые звонки, что с Лайтнинг Даст возможно наладить хорошие отношения: ведь она не ответила грубостью, даже согласилась встретиться, и поговорить, дав надежду на разрешение этого конфликта. Сегодняшняя встреча даже несколько успокоила и обнадёжила Рэйнбоу Дэш. Теперь оставалось только дождаться подходящего дня.

В Понивилле к Рэйнбоу Дэш пожаловали гости. Услышав мелодичный звон колокольчика, пони открыла дверь. На пороге стоял её любимый, Рэй. Едва увидев пегасочку, он засиял счастливой улыбкой.

— Дэши, — ласково произнёс он, — привет.

— Это ты, Рэй? Привет, не ожидала твоего визита, впрочем, я совсем не против, — проворковала Дэш, немного прикрыв глаза.

Они прижались друг к другу. До чего же Рэй был рад вновь видеть свою любимую, взглянуть в эти прекрасные алые глаза, услышать мелодию её голоса, высокого, немного хрипловатого, но ставшего для него таким родным, вдохнуть аромат её разноцветной гривы, нежно проведя по ней копытом, погладить любимую по её крылышкам, самым красивым и обожаемым крылышкам во всей Эквестрии самой прекрасной на свете кобылки, которую он любил всей душой.

После нежного приветственного поцелуя пони зашли в дом. И тут Рэй услышал странный шум, как будто работал вентилятор. Задрав голову, он обнаружил источник этого шума, летавшего по облачному дому питомца Дэш, Танка.

— Ого, ничего себе! — удивился жеребец, — он у тебя ещё и летает?

— Да, вот у Танка, плановые полёты, — хихикнула кобылка.

— Ну, надо же, как говорят, «рождённый ползать летать не может», а тут – что я вижу, вопреки тому, что рожден ползать — и летает, — рассматривая снующую туда-сюда под потолком черепаху, сказал Рэй.

Пегас присел на сделанный из облака диван, слегка опасливо поглядывая на летающую кругами черепаху. Одновременно он отметил, что все хрупкие предметы: вазы, фотографии в рамке, посуда, предусмотрительно убраны хозяйкой.

— Ну, как жизнь у тебя? – поинтересовалась Рэйнбоу Дэш, присаживаясь в кресло напротив.

— Всё ровно, ничего особенного не происходит. В основном занимаюсь ремонтом техники, иногда доставкой грузов. А у тебя как?

— Да так, — взмахнула копытом пегаска, — повседневные заботы в основном.

— Слушай, Дэш, а я ведь не просто так залетел к тебе, нужно поговорить кое о чём.

— Да? О чём же?

— Как у тебя с Лайтнинг Даст?

Услышав это, пегаска впала в небольшое оцепенение.

— Ну… э-э…- замешкалась Дэш, думая, что ответить.

— А то мне тут пришло от неё письмо вчера.

— Письмо?

— Да. Мы ведь живём в разных уголках Эквестрии, и у нас почти нет возможности видеться, с тех пор, как вы вылетели из родного дома, и живём самостоятельно.

— И что же она тебе написала? Это связано со мной?

— Да. Смысл всего её письма, длинной в две страницы, можно передать одной фразой.

Танк, тем временем, начал исполнять весьма рискованные манёвры. Черепаха, снизилась до уровня сидящих пони, и стала лета туда-сюда задом, тыкаясь панцирем в стены.

— Думаю, тебе не к чему знать содержание этого письма, — продолжил Рэй, наблюдая за полётами черепахи, — но его смысл такой: «я не хочу, чтобы ты встречался с Рэйнбоу Дэш, она плохая».

— Пха,- выдохнула Рэйнбоу Дэш.

— Меня, конечно, это совершенно ни в чём не убедило, но…

Рэй был вынужден поспешно пригнуться из-за пролетевшего рядом Танка.

— …Но теперь я и сам убедился, что она действительно недолюбливает тебя.

Рэйнбоу Дэш подпёрла голову копытом, серьёзно задумавшись.

— Как же вас помирить, — вздохнул Рэй, опечалено опустив глаза вниз.

Но секунду спустя его чуть не таранил Танк, вольно летавший взад-вперёд по дому, вынудив жеребца спешно пригнуть голову. Дэш, наблюдающую за всем этим, происходящее нисколько не смущало.

— Рэй, я совсем не против помириться с ней. Но хочет ли этого она?

Пегасы смотрели друг на друга, сидя в молчании, нарушаемым лишь размеренным шумом пропеллера черепахи.

— Видимо, мне всё-таки придётся вмешаться, — первым заговорил бирюзовый жеребец, — потому что, пожалуй, только я смогу убедить свою сестру перестать так себя вести.

Рэйнбоу Дэш ещё подумала, и ответила:

— Так, значит, ты вчера получил её письмо?

— Да.

— Я сегодня летала в Филлидельфию, и там встретила Лайтнинг Даст. Мы договорились о том, что встретимся и всё обсудим, и по-хорошему поговорим. То письмо она написала до этого события. Лайтнинг Даст уже успела изменить своё мнение.

Рэй слегка улыбнулся, кажется, он верил. Рэйнбоу Дэш в то же время сама не была уверена в своих словах. О том, что случилось, когда она впервые прилетела к Лайтнинг Даст, она предпочла умолчать, не желая расстраивать Рэя. Она всё ещё надеялась, что сможет помириться с его сестрой, без чьего-либо вмешательства. Это было её целью.

— Дэш, а ты уверена, что у тебя получился?

В этот момент жеребец повернул голову налево, и широко открыл глаза, заметив приближение летающей черепахи, и вновь припал к дивану.

— Я не сомневаюсь, что у меня всё получится. Я – мастер дипломатии, ты что, не знаешь? Я без труда смогу с ней помириться, — улыбнулась пони, прикоснувшись копытом к груди.

– Сегодня Лайтнинг была уставшая после работы, и не смогла, но она согласилась встретиться и поговорить в другое время, — и тут её взгляд поник: Рэйнбоу Дэш осознала, что сама не уверена в своих слова.

Одобрительно улыбнувшись, Рэй одобрил её:

— Это будет хорошо, если вы будете разумными, забудете старые обиды, и помиритесь, — и вновь поспешил лечь на диван, спасая от пролетающего Танка.

— Если вдруг потерпишь неудачу, то обращайся ко мне, я вмешаюсь и поговорю с Лайтнинг. Думаю, я смогу убедить её, — докончил он, поднимаясь, но, едва подняв голову, Рэй вновь пригнулся, уклоняясь от пролетающей черепахи.

Питомец Рэйнбоу Дэш так и сновал туда-сюда раз за разом, вынуждая жеребца пригибаться, создавалось впечатление, что он ревновал, и хотел прибить кавалера своей хозяйки, но на самом деле Танк, конечно, не преследовал таких целей.

— Я кажусь добрым и мягким, — Рэй в очередной раз пригнул голову, — да я такой и есть, но, если понадобится, то я могу быть твёрже скалы, — жеребец вновь спрятался в укрытие из подлокотников дивана от воздушной атаки.

— В этом я уже убедилась, — хихикнула, наблюдая за происходящим, Рэйнбоу Дэш.

Её питомец, тем временем, наконец, оставил в покое бирюзового пони, улетев в дальний конец комнаты, и начал там беспомощно тыкаться в стену.

— Рождённый ползать… мастером полёта всё равно не станет, — иронично произнёс Рэй. – Может быть, полетаем, пока у меня есть время, заодно твоего летающего Танка с собой возьмём, а? – обратился он к подруге, — снаружи ему будет просторней, и больше места для манёвров.

— Хорошая мысль!

Голубая пегаска вскочила с кресла, подлетела к домашнему любимцу, и взяв того в копыта, развернула и направила к выходу. Троица покинула дом, и отдалась простору неба.

Наступил назначенный день. Ближе к вечеру Филлидельфия вновь была посещена Рэйнбоу Дэш. Приземлившись перед домом, в котором жила сестра её избранника, пегаска решительным шагом направилась внутрь. И вот, она стояла перед знакомой зелёной дверью. Настойчиво постучав три раза, Дэш услышала внутри возню и шаги. Щёлкнул замок, и в открывшейся двери перед пегаской предстала знакомая персона. Лайтнинг Даст хмуро смотрела на голубую пегаску:

— Снова ты?

— Привет, Лайтнинг Даст, — улыбнулась голубая пегаска.

Она старалась держаться как можно дружелюбнее, чтобы расположить старую знакомую к себе.

— Да, мы же планировали встретиться и поговорить. Ты сможешь сегодня?

— Хорошо, так и быть, — холодно ответила Лайтнинг, — подожди минуту.

Кобылка скрылась в квартире. Вскоре она вернулась.

— Хочешь поговорить – так и быть. Давай сходим в парк, там и обсудим всё.

— Хорошо, если ты так хочешь.

Лайтнинг Даст закрыла дверь, в то время как Рэйнбоу Дэш направилась к лестничному пролёту, ведущему вниз. Положив ключ под коврик у двери, бирюзовая кобылка направилась вниз.

Они вышли из дома, и молча пошли. Рэйнбоу Дэш направлялась за Лайтнинг Даст. Быстро, минут за пять, дошли до небольшого парка на северной окраине Филлидельфии. Вход в него вёл через мраморные колонны с кованой оградой. Миновав их, Лайтнинг Даст обратилась тоном, отдающим коварством, не предвещающим ничего хорошего:

— Ну, Рэйнбоу Дэш, я слушаю тебя. О чём ты хочешь поговорить со мной?

— Лайтнинг Даст, я вижу, что ты не рада моим отношениям с Рэем…

— Потому что так и есть. И я не хочу, чтобы мой брат водился с кем попало, — отрезала бирюзовая пегаска.

— Но я не кто попало, мы с ним любим друг друга, мы вместе с осени прошлого года!

— Все так говорят.

— Лайтнинг, спроси у Рэя, и послушай, что он тебе скажет.

— Что ты его ненаглядная любовь? Я не сомневаюсь, что он примерно так и скажет, ведь ты успела промыть ему мозги.

— У нас искренние чувства, ты что, не веришь?

Две пегаски остановились около фонтана, выполненного в виде какой-то сказочной рыбы, изо рта которой лилась вода, ниспадая в шестигранную нишу, наполняя её. Некоторое время они хранили молчание. Лайтнинг Даст уставилась в воду, плещущуюся в белой нише, внизу которой поблёскивали скопившиеся там монетками. Рэйнбоу Дэш внимательно смотрела на собеседницу, словно хотела, как рентгеном увидеть, через череп, что творится в её голове, и понять о чём думает желтогривая кобылка.

— Искренние чувства, говоришь? Я знаю, что скрывается за этими вашими чувствами – просто желание нажиться, — Лайтнинг Даст бросила презрительный взгляд, — обобрать до нитки, а потом бросить.

Пока Дэш раздумывала над ответом, Лайтнинг Даст продолжила речь:

— Я ещё в старшей школе отгоняла от Рэя всяких прошмандовок, которые хотели воспользоваться его добротой и отзывчивостью для своей выгоды. Мой брат достоин намного большего, чем какой-то очередной вертихвостки, позарившейся на его хорошую зарплату.

— Хочешь сказать, что я вертихвостка?

— А ты догадливая, — с издёвкой усмехнулась Лайтнинг.

— Лайтнинг Даст, ты глубоко ошибаешься, вот что я тебе скажу, — сохраняя спокойствие, ответила Дэш. – Ты не справедлива ко мне. Я люблю Рэя, он замечательный пони, я хочу быть с ним, и я хочу, чтобы мы с тобой были в хороших отношениях. Почему ты так не рада тому, что мы с ним вместе? Ты всё ещё злишься на меня из-за произошедшего в академии?

Помолчав и пораздумав, бирюзовая пегаска заговорила снова:

— Я желаю моего брату только добра, я хочу, чтобы он был счастлив. Я достаточно хорошо знаю твою натуру. Ты хитрая, и подлая. Тот случай, как ты настучала на меня в академии, о многом сказал мне.

— Я не стучала на тебя! — возразила Рэйнбоу Дэш, — я не упрашивала Спитфайр, чтобы она отчислила тебя, и я не желала такого, она сама почему-то приняла такое решение.

— Скинула меня, а сама заняла моё место ведущей, — не слушая собеседницу, продолжала желтогривая пегаска, — ты и не думала, что это тебе ещё аукнется, а?

— Вот видишь, ты думаешь не о своём брате, а о себе, сейчас ты просто хочешь отомстить мне за свою неудачу с академией, в которой винишь меня.

— А вот и нет, тот случай в академии показал мне всю твою хитрую и подлую натуру, поэтому я и не хочу, чтобы ты была с Рэем.

— Хватит винить меня в своей неудаче, — начала повышать тон Рэйнбоу Дэш, но затем она сдержалась, хотя внутри кобылка уже потихоньку закипала, и заговорила спокойно: — Слушай, давай просто забудем то досадное недоразумение в академии. Мне, правда, очень жаль, что так получилось. Лайтнинг, давай начнём всё с чистого листа. Нам не надо ссориться на пустом месте. На самом деле у нас много общего, больше чем кажется на первый взгляд, — улыбнулась она, — тогда, в академии, мы ведь почти стали друзьями, и мы стали бы, если бы не глупое недоразумение…

На лице Лайтнинг Даст появилась тень сомнения. Она задумалась, вспоминая то время, когда вместе с Рэйнбоу Дэш, на тренировках, они были командой, которая, как считали, должна была быть непобедимой.

Голубая пегаска ждала, что ответит её былая сокомандница. Было видно, что ту одолевают сомнения, она задумалась, опустив глаза вниз, вспоминая былые дни.

— Да, мы почти стали подругами, но ты поставила на этом крест, когда настучала на меня! – бросила Лайтнинг Даст.

— Что ты заладила, «настучала-настучала», — выговорила Рэйнбоу Дэш, начиная раздражаться, но ещё сдерживалась, и стараясь говорить по-хорошему. — Ещё раз говорю, я не желала никогда тебе зла, и сейчас не желаю, я хочу, чтобы мы помирились, но ты препятствуешь этому.

— Да, ты права, я не хочу этого, а зачем мне это, что я получу? – тон Лайтнинг Даст сменился на издевательский, на лице появилась гадкая ухмылка. – Ты что думаешь, что испортила мне карьеру, и тебе ничего после этого не будет? Теперь ещё задумала подхватить хорошего жеребца. Может быть, ты очаровала моего брата своей яркой выделяющейся внешностью, и запудрила мозги родителям, но меня ты не проведёшь, я раскусила твою змеиную натуру. Я сделаю всё, чтобы не дать тебе быть с Рэем, обещаю тебе! Тебе лучше отступиться, я не дам тебе быть с моим братом!

Бирюзовая кобылка развернулась, и пошла прочь. Рэйнбоу Дэш постояла на месте, оправляясь от услышанного, и нахмурившись, стала нагонять её. Рэйнбоу никогда не отличалась особой терпеливостью, и сейчас, после всех оскорбительных слов и перевирания событий, её терпению пришел конец.

— Лайтнинг Даст, с тобой невозможно говорить! – кинула она вслед.- И не говори потом, что я не пыталась с тобой по-хорошему договориться! Ты не слушаешь ничего!

Кобылка игнорировала красноречия, продолжая уходить быстрыми шагами.

— Ты вообще способна нормально общаться?! Ты ведёшь себя, как упрямая ослица!

— Что ты сказала? — процедила Лайтнинг Даст, остановившись, что стало для Дэш неожиданностью, та даже растерялась на секунду, но затем бойко ответила:

— Что слышала!

Лайтнинг Даст развернулась. Полыхнув гневным взглядом, она подошла к голубой пегаске на расстояние шага.

— А ну, повтори, — прозвучало от неё угрожающим тоном.

Рэйнбоу Дэш прищурилась, и глядя в её желтые раздраженные глаза ответила:

— Я сказала, что ты ведёшь себя, как упрямая ослица, это было сравнение.

— Проучить бы тебя за это твоё сравнение — копыта так и чешутся.

— Знаешь, Лайтнинг, мне тоже хочется преподать тебе урок, который ты поймёшь. Слов ты не понимаешь, видимо поймёшь только силу.

— Ну давай, преподай, если не трусишь, — насмешливо бросила бирюзовая пони.

Напряжение между двумя пегасками достигло предела. Они прижали уши, слегка пригнулись и отодвинули спереди крылья – такое положение пегасы принимают перед тем, как нападать. Казалось, драки не избежать, ещё чуть-чуть – и они сцепятся. С секунды две они сверлили друг друга глазами, чувствуя свои участившиеся от волнения дыхания.

— Ты думаешь, я не понимаю, чего ты добиваешься? — заговорила Рэйнбоу Дэш, смотря в эти, ставшие ненавистными, желто-коричневые глаза. – Хочешь спровоцировать меня на драку, чтобы потом говорить Рэю, что я первая начала, капая ему на мозги, и требуя расстаться со мной, а? Сама-то не трусишь ли?

Рот Лайтнинг изогнулся в злонравной ухмылке. Она выпрямилась, и надменно посмотрев на голубую пегаску, также вставшую прямо, ответила, усмехаясь:

— Я не трушу. Просто не хочу расстраивать Рэя. Он будет расстроен, увидев синяки на твоей мордашке.

Желтогривая пони развернулась, и пошагала прочь.

— Это ещё спорный вопрос, кто кого побил бы, — буркнула ей вслед Рэйнбоу Дэш, провожая кобылку мрачным взглядом.

— Лайтнинг Даст, ты не понимаешь, что ты противоречишь самой себе! – крикнула она. — Ты говоришь, что хочешь, чтобы твой брат был счастлив, что желаешь ему только добра – а сама в то же время препятствуешь этому! Ты думаешь, он будет рад тому, что мы стали с тобой врагами? А ведь я пыталась поладить с тобой!

Филлидельфийская пегаска безмолвно удалялась по аллее, и даже ухом не вела на красноречья Рэйнбоу.

Та некоторое время смотрела ей вслед опустошенным взглядом. Затем резко развернувшись и оскалив зубы, она лягнула со всей силы воздух вслед Лайтнинг Даст, яростно взмахнула крыльями, и взмыла, полетев прочь из города.

По пути ей приходили мрачные мысли о произошедшем. Вот тебе и мастер дипломатии: Рэйнбоу Дэш не только не наладила хорошие отношения с сестрой Рэя, но наоборот, окончательно разругалась с ней. Она копалась в себе, думая, что не так сделала, но в итоге поняла, что она не причём. Лайтнинг Даст были просто без надобности хорошие отношения с ней. Договориться с ней не представлялось возможным. Теперь они, казалось, стали заклятыми врагами.

Стрелой долетев до Понивилля, обитательница неба рухнула на облако, переводя дух после яростного перелёта. Она лежала, уставившись в небо, осознавая полный провал своей дипломатии. Советы Флаттершай не помогли, хотя Дэш изо всех сил старалась следовать им. Теперь её терпение иссякло. Три раза она пыталась поговорить и помириться с бывшей сокурсницей, и все три раза её отвергали. Она не собиралась более бегать за Лайтнинг Даст. Одни мысли про эту пони были неприятны. То, как она говорила, воспоминания о её голосе, её мордочке, и этих нахальных глазах, этой гривы, и её кьютимарки, из молнии и трёх звезд — всё это буквально приводило в ярость радужную пегаску, и она лупила копытом по облаку, вспоминая всю ложь, сказанную Лайтнинг Даст, и её обидные, оскорбляющие слова.

Враждебность Лайтнинг перешла всякие границы. Даже не верилось, что эта пони – сестра Рэя. Сколь сильно он любил Рэйнбоу Дэш, и всегда был готов сделать ради неё всё, словно в противоположность этому, такие же сильные чувства к ней испытывала и Лайтнинг Даст, только негативные. Рэйнбоу Дэш поражалась тому, как сильно различаются отношения к ней двух пони, состоявших в непосредственном родстве. Теперь одно лишь воспоминание о Лайтнинг Даст было Рэйнбоу Дэш неприятно, и всё, что было связано с этой пони. Даже её город, Филлидельфию, Рэйнбоу Дэш больше не желала видеть. Она вспоминала первый визит в него, встречу с родителями Рэя, показавшимися ей такими гостеприимными и дружелюбными, их тёплые взгляды и добрые слова, и у неё появлялись странные мысли, навеянные враждебностью Лайтнинг Даст: а может всё это дружелюбие и приветливость были притворными? Пегаска не могла поверить, что в её голове появились такие мысли, и изо всех сил старалась отгонять их.

На следующий день, во время встречи с Рэем, прошедшей близ Понивилля на облаке, где Рэй нашел безмятежно отдыхающую любимую, Дэш изложила ему всё как есть.

— С Лайтнинг Даст произошла катастрофа. Мы разругались в пух и прах! — ворчливо и недовольно рассказывала она, развалившись в мягком облаке, как в кресле. – И знаешь, почему? Да она сама не хочет со мной быть в хороших отношениях. Она мне обещала, что сделает всё, чтобы я не была с тобой!

— То есть, вчера у тебя ничего не получилось, Верно?

— Это ещё мягко сказано. Мы даже чуть не подрались с ней, — вздохнула Рэйнбоу Дэш.

Жеребец взглянул на неё с удивлением.

— Лайтнинг Даст пыталась спровоцировать драку, чтобы потом жаловаться тебе на меня, говорить что я первая начала.

— Не может быть…- сокрушенно произнёс Рэй. – Моя сестра, насколько я её знаю, никогда не была такой забиякой… Мне не верится… Ты не приукрашиваешь, случайно?

— Нет, Рэй, это чистая правда! Как видишь, она уже начала действовать. Я думаю, она будет искать всё новые хитрые способы, как не дать мне быть с тобой. Она ведь уже жаловалась в том письме на меня, а?

Пегас задумался, подперев подбородок копытом.

— Она мне, честно говоря, уже надоела в конец: ставит мне в вину то, что она вылетела из академии, и теперь обзывает меня стукачкой!

Рэй молчал.

— Что она написала тебе в том письме? – поинтересовалась кобылка.

— Зачем тебе это?

— Просто, скажи.

— Я же уже говорил, вкратце: жаловалась на тебя, говорила, что я должен с тобой расстаться, обвиняла тебя в своей неудаче с академией, пыталась настроить меня против тебя.

Он вздохнул, опустив голову.

— Может быть, нам встретиться всем вместе, и всё обговорить? Я помирю вас.

— Нет-нет-нет, сам встречайся с ней и говори, у меня нет ни малейшего желания снова встречаться с ней!

— Ну что же, тебя она слушать не хочет, значит, придётся мне говорить с Лайтнинг, чтобы разобраться в вашем конфликте. Вашу кашу придётся расхлёбывать мне.

— Не я затеяла этот конфликт, я старалась всеми силами помириться с Лайтнинг Даст, а она отвергала всё!

— О-ох,- вздохнул Рэй, прикрыв лицо копытом, — девочки, вы конфликтуете как две школьницы, ваш конфликт сводит меня с ума… Вы же взрослые пони, а ведёте себя, как...

— Не я конфликтую, а она!

— Я разберусь… Не могу поверить, что она так себя ведёт.

— Можешь говорить с ней, я больше не намерена, после всех её оскорблений!

Рэй опечалился, понуро опустив уши, он узнал свою сестру совсем с другой стороны.

— Я не собираюсь бросать тебя… и я не хочу терять сестру… — произнёс он, всматриваясь на восток, осознавая, что ситуация сложилась весьма непростая. — Что же делать?

Чуть позже он улетел в Филлидельфию, чтобы там встретиться с Лайтнинг Даст. Рэйнбоу Дэш, провожала его взглядом, раздумывая. Ничего хорошего ей в голову не приходило. Она думала о том, что ещё может придумать Лайтнинг Даст, какие пакости может сделать, чтобы вбить клин в их отношения. На ум приходили малоприятные вещи, от попыток испортить репутацию в глазах родителей Рэя, и вплоть до использования фотомонтажа, чтобы оболгать Рэйнбоу Дэш, выставив её кобылкой, увлекающейся алкогольными напитками, или даже хуже. Представлялась даже абсурдная, казалось бы, идея, как Лайтнинг Даст перекрасит себя под цвет Рэйнбоу Дэш, вставит контактные линзы, чтобы замаскировать цвет глаз, и в таком виде будет делать всё, чтобы нарушить отношения с Рэем, может даже явится к нему, и скажет от лица Дэш, что бросает его. У Рэйнбоу Дэш было плохое предчувствие, что эта ситуация может в итоге привести к разрушения отношений между всеми тремя пони, не только Дэш и Лайтнинг, но и Дэш и Рэя, и того со своей сестрой. Но, куда более вероятным ей представлялась то, что Лайтнинг Даст, эта наглая и напористая кобылка, в конце концов сможет заставить Рэя, с его мягким характером, расстаться с Дэш. Думая о мрачной перспективе, она ощутила уже знакомый резкий и неприятный порыв ветра с юго-востока.

Стук в дверь, раздавшийся ранним вечером, заставил хозяйку квартиры направиться в прихожую. Отворив дверь, она увидела знакомого жеребца бирюзового цвета.

— Привет, Лайти,- произнёс с улыбкой он.

— О-о Рэй привет! В коли то веки решил заглянуть ко мне. Заходи!

Пегас зашел внутрь. Лайтнинг Даст пропустила его и закрыла дверь. Она обернулась, ласково смотря на брата, подошла к нему, и обняла. Он слегка погладил её крылом по плечам.

— Эх, у меня совсем мало времени, чтобы посещать наш родной город, — произнёс он.

— Посещай хоть иногда. Я рада видеть тебя. Ну, идём, — пригласила кобылка за собой, — может быть лимонада?

— Не откажусь.

Присев на стул в главной комнате, и бегло осмотрев скромную обстановку в доме сестры, Рэй мысленно готовился к предстоящему разговору. Лайтнинг Даст вернулась с кухни, принеся в зубах поднос, на котором стоял прозрачный кувшин с желтым лимонадом и стакан. Поставив на стол поднос, она налила лимонад в стакан, и придвинула его к брату.

Рэй глотнул пару раз освежающего напитка.

— Спасибо, — поблагодарил он.

— Ну, просто так прилетел, навестить, или по делу какому? Говори сразу.

Жеребец взглянул на сестру, улыбавшуюся ему, и находящуюся в хорошем расположении духа.

— Я прилетел по делу. Нужно поговорить.

— И о чём ты хочешь поговорить? — спросила Лайтнинг Даст, внимательно смотря на брата, ещё не догадываясь, какую тему он затронет.

— Про твои отношения с Рэйнбоу Дэш.

Ухмылка спала с лица бирюзовой пони. Поначалу она шире открыла глаза, немного приоткрыв рот.

— Ну, я слушаю, — спокойно и холодно произнесла кобылка.

— Письмо, что ты писала мне. Знаешь, оно меня едва ли не рассмешило своей нелепостью, если бы не расстроило. Ты очень несправедливо относишься к Рэйнбоу Дэш.

— Отношусь так, как она того достойна!

— Дэш хотела с тобой по-хорошему, но ты её отвергла. Ты отвергла все её попытки к примирению.

— Рэй, эта кобылка не достойна тебя!

— Я сам решаю, кто меня достоин.

— Она хитрая, и подлая.

— Ничего такого я в ней ни разу не замечал. Мне неприятно, когда ты так говоришь о ней, наводишь на неё напраслину.

Пони немного помолчали. Лайтнинг Даст отвела взгляд, в то время как Рэй продолжал неотрывно и серьёзно смотреть на неё. Он вновь заговорил, спокойно, и серьёзно:

— Ты обвиняешь Дэш в том, что из-за неё тебя выгнали из академии.

— Да, потому что она настучала на меня, и из-за этого меня выгнали! — резко бросила Лайтнинг Даст. – И теперь на моей карьере поставлен крест. Я разгоняю облака, и занимаюсь прочими глупостями. Это совершенно не мой уровень!

— Я слышал другую версию этой истории.

— От Рэйнбоу Дэш, дай угадаю, — скривилась кобылка.

— Да, от неё.

— Ты кому веришь ей, или мне, твоей родной сестре?!

— Лайтнинг, когда ты впервые рассказала мне про то, что вылетела из академии, ты не говорила мне ничего ни про какую Рэйнбоу Дэш. Её ты стала обвинять только после того, как, узнала о том, что я встречаюсь с ней.

Кобылка нахмурилась, и вновь отвела взгляд. Она вскочила со стула, и начала нервно ходить туда-сюда.

— Ты не должен быть с ней! Если так пойдёт, тебе придётся выбирать, либо я, либо она!- выдохнула кобылка

— Лайтнинг, не надо шантажировать меня, — твердо ответил Рэй. – Я не намерен расставаться с Рэйнбоу Дэш.

— Значит, ты предпочтёшь эту вертихвостку мне, — едва ли не взвизгнула кобылка.

Рэй сурово посмотрел на сестру.

В следующий миг кобылка смягчилась. Подойдя к брату, она положила ему копыто на плечо, и завела новую песню.

— Послушай, Рэй, помнишь наше детство, какими мы были хорошими друзьями. Сколько времени мы проводили вместе, сколько у нас было всяких приключений, как нам было весело вместе? Ты помнишь наш девиз, Рэй?

— Да, я всё помню.

— «Брат и сестра — лучшие друзья», Рэй, помнишь, — робко улыбнулась Лайтнинг Даст.

Рэй посмотрел ей в глаза.

— Я не хочу, чтобы наша дружба закончилась, — произнесла кобылка, — с тех пор, как мы живём самостоятельно, мы стали всё больше отдаляться друг от друга, и в прямом, и в переносном смысле.

— Я тоже не хочу. Но пойми, Лайти, вот Дэш, например, не ставит меня перед выбором, в отличие от тебя.

— Значит, нашей дружбе всё же придёт конец, — с горечью произнесла кобылка, убирая копытце.

— Не надо мной манипулировать, Лайтнинг.

— Я думала, ты дорожишь мной, а ты решил выбрать эту вертихвостку.

— Лайтнинг, хватит мной манипулировать, прекрати эту истерику, и послушай меня! – спокойно, но требовательно сказал Рэй. — Я не хочу прекращать отношения с тобой, и я не собираюсь расставиться с Дэш только из-за того, что она не нравится тебе. Да, ты вылетела из академии, но хватит этой детской истерики, хватит сваливать свою оплошность на Дэш! Лучшее, что ты можешь сделать – это восстановиться туда заново, и впредь быть паинькой на тренировках, и не делать глупостей.

— Я не смогу восстановиться, пока капитаном Вондерболтс будет Спитфайр!

— А ты попробуй хотя бы. Она не волк, не съест тебя.

Лайтнинг Даст села на багровый диван, оперевшись копытом об подлокотник. Рэй вновь обратился к ней:

— Ты не забыла, что тот смерч, что был твоей затеей, чуть не погубил лучших подруг Рэйнбоу?

— Она сама согласилась его использования! Она без возражений поддержала меня, — возразила Лайтнинг.

— Наверно, она думала, что, как ведущая, ты полностью осознаёшь, что делаешь, и сможешь контролировать ситуацию. А что в итоге вышло?

Лайтнинг Даст мрачно смотрела в сторону, ничего не говоря. Рэй же продолжил:

— Ты говоришь, что твоя мечта разрушена, на карьере поставлен крест, ты думаешь, что это трагедия? – спросил Рэй, смотря на сестру строго, и серьёзно. – Если бы тогда Рэйнбоу Дэш не изловчилась, и не спасла своих подруг, выпавших из воздушного шара – вот это была бы настоящая трагедия, в сравнению с которой отчисление из академии – сущий пустяк. Ты знаешь, о том, что Дэш однажды уже пережила потерю самых близких ей пони?

Лайтнинг Даст подняла озадаченный взгляд на брата. Разговор, получившийся сложным, и долгим, только начинался.

На следующий день призывающий звон колокола с раннего утра разбудил Понивилль. Была разбужена и Рэйнбоу Дэш. Сразу поняв, что что-то не так: не будут без причины звонить в колокол, пегаска, накидав в желудок быстрый завтрак, прилетела на главную площадь Понивилля. Встречала всех собирающихся мэр города. И к удивлению радужной пегаски, к ней, сразу же обратилась Мэр.

— Рэйнбоу Дэш, здравствуй, как хорошо, что ты тут, — деловито, но с лёгким беспокойством в голосе, произнесла седогривая пони, — ты-то как раз мне и нужна.

— Мэм, здравствуйте, что-то случилось? — поинтересовалась пегаска.

— Да, к большому сожалению, случилось кое-что очень неприятное. Но не в Понивилле. Этой ночью в городе Балтимэре случилось стихийное бедствие. На него обрушился сильнейший ураган, город был затоплен. Его мэрия отчаянно просит помощи у других городов. Они нуждаются в пегасах для эвакуации населения. Им нужны все, кто сможет. Ты, как главная в погодном патруле Понивилля, можешь собрать волонтёров из пегасов нашего города и отправиться с ними на помочь Балтимэру?

— Конечно, мэм! — бодро откликнулась Рэйнбоу Дэш, отдав честь.

— Как мне сообщили, там очень сложная ситуация, население остро нуждается в помощи.

Взлетев повыше, и развернувшись к пони, Рэйнбоу Дэш громко призвала:

— Внимание! Объявляю мобилизацию всех пегасов Понивилля! Сообщите всем, чтобы собрались перед ратушей в течение двадцати минут. Поняли?

Радужногривая пегаска окинула взглядом пони, среди которых были несколько пегасов: Тандерлейн, Клауд Кикер, Клаудчейзер и Стар Хантер, опередившие прочих.

— Ясно!- послышался хор от крылатых обитателей Понивилля.

— Ну, тогда за дело!

— Спасибо, Рэйнбоу Дэш, — поблагодарила Мэр.

Пегасы разлетелись по Понивиллю, собирая крылатых обитателей города для исключительно важного дела. Рэйнбоу Дэш и сама занялась сбором понивилльских пегасов: наведывалась к ним на дом, и оповещала об общем сборе. Мэр тем временем сделала объявление к прочим пони, призывая тех помочь в оказании помощи для обескровленных жителей пострадавшего города.

Прошло чуть более двадцати минут. Перед зданием ратуши собрались почти все пегасы, жившие в Понивилле. Мэр ввела всех их в курс дела, и произнесла напутственную речь. После заговорила Рэйнбоу Дэш:

— Перед нами стоит ответственная задача. Балтимэр пострадал от урагана, и его население нуждается в помощи. Это будет сложная, трудоёмкая, и, вероятно, даже опасная работа для нас. Тот, кто не уверен в своих силах – может остаться, — обращалась она к крылатым собратьям, выстроившимся около здания, неспешно порхая над ними, и рассматривая пони. – Флаттершай, я думаю, что это будет слишком сложно для тебя, — обратилась пегаска к подруге, которая, как и многие другие, откликнулась на призыв. – Или, например, ты, Блоссомфорт, ты недавно получила растяжение, — взглянула она на белую пегасочку с ядовито-яркой гривой. – Сегодня потребуется как можно больше пегасов для ликвидации последствий стихийного бедствия, но если вы чувствуете, что вам это не по силам — лучше останьтесь.

— Спасибо, Рэйнбоу Дэш, — тихонько ответила желтая пегасочка,- ты очень умный и рассудительный лидер, я, пожалуй, останусь, если ты не против. Удачи вам.

— Да, ты права, Дэш, мне лучше поберечь себя,- согласилась Блоссомфорт.

Среди пегасов начались шептания, кто-то в нерешительности опускал глаза вниз, другие, наоборот, с бодростью и решимостью смотрели на своего капитана.

— Ну, все, кто готов, за мной, поможем городу Балтимэру! — крикнула Рэйнбоу, взлетая ввысь.

Как по команде, пегасы стали расправлять крылья, и взмахивая ими, подниматься в воздух. Крылатая стая более чем в шесть десятков пегасов полетела на восток, провожаемая помахиванием копыт остальных пони. Всю дорогу с юго-востока дул неприятный и враждебный ветер, тот, который и нагнал на несчастный город ураган из далёких областей мира.

Постепенно, с безмятежного солнечного утра в Понивиле, погода сменилась на промозглую и дождливую, с порывами ветра.

Наконец, понивилльские пегасы прибыли в терпящий бедствие Балтимэр, город, стоящий на берегу округлого залива. Находясь в воздухе, Дэш заметила скопление пони севернее города, туда же ещё с двух направлений стягивались другие пегасы. Дэш махнула копытом, призывая другие пони следовать за ней.

Снизившись, около северной окраины города, они обнаружили скопление палаток недалеко от железнодорожного вокзала. Приземлившись вместе со своими пегасами рядом, Рэйнбоу Дэш направилась прямиком в центр палаточного лагеря для пострадавших от урагана и наводнения пони. Повсюду были пегасы, выжидающе стоявшие, и земные пони, таскавшие ящики, и мешки, разгружая их с поезда, стоявшего у вокзала.

Сразу бросались в глаза трое участников Вондерболтс, облачённых в свою форму. Рэйнбоу Дэш сразу узнала их всех: Файр Страйк, Флитфут, и Сюрпрайз, они были посланы контролировать прочих пегасов, и управлять спасательной операцией.

В данный момент трое обсуждали между собой что-то.

— Пегасы из Понивилля прибыли! — оповестила радужногривая кобылка, подойдя к Вондерболтсам.

— Отлично, — ответил ей белый жеребец с рыжей гривой, — мы рады, что откликнулось так много пони со всех уголков Эквестрии.

И тут произошло то, чего голубая кобылка никак не ожидала.

— Эй, можно вопрос, у вас нужно сейчас проходить регистрацию? – послышался знакомый вкрадчивый голос, полный уверенности.

Повернув голову налево, Рэйнбоу Дэш, убедилась, что слух её не обманут. Слева, пробравшись через столпотворение пегасов, вышла знакомая светло-бирюзовая кобылка, бывшая напарница в академии.

Две кобылки заметили друг друга, и остолбенели.

— Пока регистрация не нужна, она будет произведена позже, сначала нужно всем вместе разобраться с тем, что творится над городом, — ответил жеребец из Вондерболтс.

Трое пони в форме взлетели вверх, чтобы осмотреть собравшихся пегасов и поговорить с прибывшими из других городов.

Две кобылки, отнюдь не испытывающие друг к другу более тёплых чувств, ещё раз переглянулись.

— Опять ты, Лайтнинг Даст, — холодно произнесла Дэш.

— Ох, и почему же мне вечно «везёт» на встречу с теми, с кем я предпочла бы никогда не встречаться, — буркнула в ответ та, скривив презрительную физиономию.

Она развернулась, и скрылась в скопище пегасов.

Пришлось подождать некоторое время. Прибывали всё новые пегасы. Их слетелось не менее трёх сотен. В конце концов трое вондерболтсов взмыли в воздух, привлекая этим внимание всех пони.

— Внимание! – раздался призыв жеребца в сине-желтой форме, мгновенно заглушивший разговоры в скоплении пегасов. – Всем приготовиться к взлёту. Наша первая задача: ликвидировать ураган, вышвырнуть его из города и оттеснить как можно дальше на восток. Вспомните все свои навыки, которым вас учили в лётных училищах, и действуйте. Нам необходимо держать единый строй, и действовать вместе. Вперёд!

По команде жеребца внимательно слушавшие его пегасы взмыли в воздух, и постепенно поднялись до оптимальной высоты, выбранной руководителями из Вондерболтс. Сформировав строй, как перед атакой, они понеслись, набирая скорость, вопреки препятствующим им порывам ветра, и приближаясь к серым облакам, нависшим над городом, и поливающим его ливневыми дождями. Сверху Рэйнбоу Дэш рассмотрела Балтимэр. Состояние его, поистине, было ужасным. Более чем две трети города погрузились под воду, в которой плавала куча разнообразного мусора.

В небе сверкали молнии, словно угрожая пегасам, пытаясь отпугнуть их, и оставить город и жителей на волю стихии. Но ни это, ни шквалистый ветер не остановили армию пегасов, клином врезавшуюся в хмурые облака, и яростным вихрем погнавшие их к морю. Постепенно небо над городом расчищалось усилиями пегасов. Летя боевым строем, они, обученные управлению погодой, представляли собой грозную силу, быстро оттесняющую непогоду обратно на восток, откуда она пришла, препятствуя дальнейшему затоплению города. Стихия сдавалась, метр за метром, отходя со всё увеличивающимися темпами, огрызаясь молниями и громко возмущаясь громом.

Пегасы Эквестрии имели большой опыт в управлении погодой, это и было их главной задачей по большому счёту: вся погода в этой стране держалась на них. Собравшись в большой ударный кулак, они оттеснили ураган, пришедший с юго-востока из далёких областей мира, где, в отличие от Эквестрии, погода не подвластна никому, кроме своей воли.

Неожиданно для себя, Рэйнбоу Дэш обнаружила что Лайтнинг Даст летит через десяток пони правее неё. Промелькнула мысль, что вчерашний разговор с Рэем не дал никаких результатов. Впрочем, она совсем не волновала понивильскую пегаску, все её мысли были только о спасательной операции в Балтимэре.

Наконец, небо прояснилось над городом, и солнце вновь осветило его ныне затопленные улицы. После освобождения города и оттеснения урагана в море, командующие повели стаю пегасов обратно.

Теперь, при ясном небе, последствия разгула стихии были видны во всей красе. Все районы города, кроме одного, находившегося на возвышенности, оказались затоплены. Вода почти поглотила первые этажи. У одноэтажных зданий, которыми в изобилии были застроены два района города, из воды торчали только крыши. На них сидело множество пони, оказавшихся в западне. Здания повыше чернели безжизненными окнами с выбитыми стёклами. По улицам в грязной воде плавало бесчисленное количество мусора: телеги, доски, всякий хлам, и вывороченные деревья. Из некоторых домов тянулся дым пожаров, возникших от коротких замыканий из-за наводнения. Корабли, стоявшие на пристани, и в заливе, оказались заброшены ураганом глубоко в город. Маленькие судёнышки, и более крупные парусники, и пароходы беспомощно застряли меж домов. Некоторые из судов торчали из наполовину разрушенных ими же домов. Один новейший сухогруз, сделанный из стали, внушавший уважение своим размером, блестящий, и красивый, лежал на боку, как поверженный гигант, беспомощный против сил природы, воткнувшись носовой частью в каменное здание недалеко от берега, и обрушив часть того на себя. Другой старенький пароход, возможно бороздивший моря уже полвека, которого волны швырнули об кирпичное здание школы, был почти разломан надвое: доски оказались слабее стен. Правее в мутной воде плавало его оторванное гребное колесо. Второе, что с левого борта, ещё было едино с судном.

Глядя на всё это, Рэйнбоу Дэш ужаснулась, как и многие другие волонтёры. Как такое бедствие могло произойти в столь благополучной стране, как Эквестрия? Стране, где и несчастных случаев почти не происходит, а преступность искоренена под корень, оставшись только в виде немногочисленных мелких мошенников, и даже силы природы, казалось, подчинены с помощью магии. Пегаска была рада лишь тому, что не взяла с собой Флаттершай, та бы просто упала без сознания, увидев эту картину.

Незадолго до этого, когда погода только начинала портиться, никто ещё не думал о том, чем это может обернуться. Но потом нагрянула невиданная по силе буря. Пегасов Балтимэра было слишком мало, чтобы её сдержать. Плотины, защищавшие город от затопления, пали под яростным натиском волн, и вода потоками хлынула в город, а ливень с разразившейся грозой ещё больше способствовали затоплению.

В палаточном лагере для пострадавших от стихии Файр Страйк отдал новый приказ. Он попросил всех пони собраться вокруг них с Сюрпрайз и Флитфут, вставших на импровизированную трибуну из пустых ящиков.

— Внимание! – властно, но спокойно объявил жеребец с оранжевой гривой. – Мы должны эвакуировать население. Все пегасы должны разделиться на пары для большей эффективности. Для этого сообщите ваши имена нам. Все пегасы должны найти себе напарника. Мы разделим вас на три группы, которыми будут руководить я, Флитфут, и Сюрпрайз, задачей каждой из групп будет эвакуация пони из участков города. Также сформируем в пары тех, кто сам не выбрал себе напарника. В процессе эвакуации вам придётся пользоваться специальным оборудованием, рассчитанным на двоих пони.

Тройка вондеболтсов занялась перепиской пегасов, поочерёдно подходивших к ним, расположившись под навесами у палаток, спрашивая имена каждого, город, из которого прибыли, и, если они уже выбрали себе напарника, отмечали и этот пункт, и всё это записывали в листы, закреплённые в планшете.

Рэйнбоу Дэш и прочие пегасы из Понивилля были в группе Файр Страйка. Все они между собой распределились на пары, но, как выяснилось, их было нечётное количество, и без напарника осталась Рэйнбоу Дэш, призвавшая крылатых товарищей распределиться по парам, но сама упустившая этот момент.

— Ничего, это пустяк, — отмахнулась она,- ну, назначат мне какого-нибудь пегаса в команду — ничего, сработаюсь без проблем.

Руководители тем временем начали назначать пары тем, кто ещё не имел напарника, объявляя имена пони, которым предстояло работать в команде. И вот в какой-то момент Файр Страйк огласил:

— Рэйнбоу Дэш! Твоей напарницей будет Лайтнинг Даст.

Радужногривая пегаска не поверила своим ушам. Она взлетела над рядами пегасов, и увидела, что и её давняя знакомая тоже поднялась в воздух. Пегаски подлетели друг к другу.

— Я не буду с тобой работать! – бросила Лайтнинг, раздраженно смотря на Рэйнбоу.

— Надо же, в коли-то веки мы в чём-то согласны, — фыркнула та.

Пони подлетели к руководителю их группы, и высказали недовольство.

— Я не буду с ней в паре! – капризным тоном произнесла бирюзовая пони, показав копытом как на Рэйнбоу Дэш.

— Назначьте мне кого-нибудь другого, пожалуйста, — не смотря в сторону Лайтнинг сказала голубая кобылка.

— Что ещё за детский сад? — произнёс Файр Страйк, посмотрев попеременно на кобылок. – Меня не интересуют ваши отношения. Сейчас стоит вопрос о спасении пони. Никакого переназначения я делать не буду! Вас никто не спрашивает, будете вы или нет.

Его суровый взгляд чувствовался даже через закрывавшие глаза защитные очки.

— Всё ясно? – требовательно спросил он.

— Да, – послышалось от кобылок, опустивших глаза.

— Отлично. Тогда ступайте, и ждите дальнейших указаний.

Пегаски ушли. Отходя, они ещё раз обменялись презрительными взглядами. Абсолютно всё их друг в друге их раздражало, от кончика гривы, до кончика хвоста. Они сидели в молчании, стараясь не смотреть друг на друга. В голове Рэйнбоу Дэш возникла мысль, что уж лучше бы она всё же взяла с собой Флаттершай, и может быть была бы с ней в команде, а не с этой пренеприятнейшей личностью. Также она думала, почему именно Лайтнинг Даст? Случайность? Или, может быть, руководители знали тех, кто проходил обучение в академии, и сформировали их в команду специально.

Наконец, формирование команд и пар было закончено, и трое пегасов в форме подошли друг к другу, что-то обсуждая.

— Пожалуйста, попрошу всех проявить внимание! – окликнул белый жеребец собравшихся пони.

Пегасы собрались около вондерболтсов, вставших близ крупного ящика, позади которого стояла серая палатка. Многие пони поднялись в воздух, чтобы лучше обозревать происходящее.

— Время не ждёт, населению нужна эвакуация. При выполнении эвакуации мы будем использовать это, — пегас взял с ящика до этого неприметно лежавшую там сложенную в прямоугольник серую тканевую вещь.

Она была развёрнута, и как оказалось, состояла из двух подобий жилеток из синтетической ткани. Наружу показались длинные парные ремни, отходящие от каждой их жилеток, и посередине соединялись металлическими застёжками с закруглённой серединой, с четырьмя круглыми отверстиями.

— «Средство Эвакуации Посредством Пегасов», или просто «СЭП», как его сокращённо зовут,- объяснил жеребец. – Пользоваться им так… дамы, вы поможете мне продемонстрировать? – обратился он к кобылкам из Вондерболтс.

Те поспешили подойти к разложенной вещи.

— Двое пегасов одевают на себя это, — показал он по краям нехитрого устройства.

Флитфут и Сюрпрайз надели крайние «жилетки», просунув в них передние копыта, и застегнули на спине ремни.

— Эвакуирующийся пони помещается в центр, — жеребец просунул поочерёдно копыта в дырки, и фиксируется, — при этих словах кобылки помогли ему надеть и застегнуть ремни в центральной «жилетке». – После этого пегасы уносят пони.

Две кобылки, для пущей убедительности поднялись в воздух, замахав крыльями. Кожаная ткань парных ремней, скрывающая под собой тросы, натянулась, и жеребец был поднят в воздух парой кобылок. Лайтнинг с Дэш были в первом ряду, и внимательно наблюдали за демонстрацией.

Повисев для демонстрации немного, пони приземлились. Копыта Файр Страйка вновь коснулись земли. Флитфут расстегнула ремни у него за спиной, и жеребец освободился. Сняли с себя приспособление и кобылки.

— СЭП доказал свою эффективность, и удобство в обращении, – продолжил объяснять Файр Страйк. – С его помощью пегасы могут эвакуировать пони, не испытывая затруднений, это намного удобнее, чем если бы пегасы летали с одним пони в копытах, они гораздо меньше устают. Всем понятно, как обращаться с «СЭПом»? – отчётливо произнёс пони.

— Да! – раздался хор утвердительны ответов.

— Тогда разбирайте «СЭПы», — указал жеребец на открытый слева ящик,- оснащайтесь ими со своим напарником, и будьте готовы к вылету. Единственное ограничение – сохранять синхронность при полёте, и желательно не особо быстро лететь, чтобы пони не было дискомфортно в полёте.

Тем временем две кобылки в форме, скрывшиеся в палатке, вернулись со стопкой сложенных приспособлений, и начали раздавать их пегасам. Другие пони поочерёдно брали сложенные изделия из ящика. Команда Лайтнинг Даст и Рэйнбоу Дэш одной из первых получила своё средство эвакуации из копыт Сюрпрайз.

Отойдя немного в сторону, где было попросторней, две кобылки собрались надевать на себя нехитрое приспособление. Лайтнинг Даст выплюнула переносимый в зубах предмет, и обратилась к напарнице:

— Ну что ж, раз мы должны действовать вместе, нам придётся, ради спасения пони, заключить перемирие.

Говорила она несколько надменно. Её нахальные глаза, её голос, и ухмылка, всё это было неприятно для Рэйнбоу Дэш. Но, не имея иного выхода, ей оставалось только смириться с таким положением дел.

— Согласна? – спросила светло-бирюзовая кобылка.

— Да, — сухо ответила Дэш.

Приспособление было надето в течение одной минуты. Прочие пегасы также примеряли на себя полученные вещи, кто-то уже поднялся с ними воздух, примериваясь к нахождению в полёте с этой штукой.

— Все готовы? – Файр Страйк убедился, что все пары надели средства эвакуации, и готовых вылету. — Теперь следуйте за мной!

Командир повёл спасательный отряд к южной части города, как оказалось, сильнее всего пострадавшей от наводнения, в то время как Флитфут и Сюрпрайз со своими пегасами занялись другими частями города.

— Ищите пони, подобрав пони, относите их в лагерь для пострадавших! – объявил огненногривый жеребец.

И вот первая цель. На плоской крыше кирпичного двухэтажного здания помощи ожидали около трёх десятков пони. Файр Страйк указал копытом вниз, и из строя летящих отделилось пара десятков пар пегасов. Приземлившись на крыше, они, помахав копытами, призвали к себе теснящихся кучкой пони, и объяснили тем, что от них требуется. Первым пони, которого эвакуировали Дэш и Лайтнинг, являлся желтоватым единорогом, уже в годах, но бывший ещё не совсем дряхлым стариком.

— Вам нужно надеть это через копыта, сэр, — пояснила Рэйнбоу Дэш пожилому пони, — чтобы мы могли вытащить вас отсюда!

Слегка растерянный жеребец просунул копыта в дырки. За спиной у него щёлкнули застёжки.

— Ну, полетели, — кивнула голубая пегаска напарнице.

— Да, вперёд.

Молодые пегаски взмахнули крыльями, и потянули за собой груз, пересиливая тяжесть.

— О-ох, спасибо вам огромное, — поблагодарил единорог, поочерёдно посмотрев на кобылок.

— Без проблем, — откликнулась Рэйнбоу Дэш.

Другие пегасы так же уже взлетели со своими пассажирами. Пони, которых не увезли за один приём, были оповещены, что за ними в скором времени вернутся.

Это приспособление действительно было удивительно удобным для перенесения пони. На двух пегасов приходилось масса меньшая, чем если бы один тащил в копытах, что к тому же было неудобно для долгого перелёта, и быстро изматывало, если речь шла о взрослом пони, а не жеребёнке.

Пожилой единорог висел на растянувшихся до полутора метров ремнях в положении, близком к вертикальному, и рассматривал город сверху.

— Никогда у нас ещё не случалось ничего подобного, — посетовал пони.

В конце концов, кобылки донесли пенсионера до лагеря для пострадавших. Зависнув на месте, они аккуратно снизились, поставив пони сначала на задние копыта, а потом и на все четыре. Освободив единорога, они были готовы вновь к эвакуации новых пони. Тот ещё раз поблагодарил их от всего сердца.

— Дочки, спасибо вам! – произнёс он голосом, в котором слышались нотки грусти.

Старика окружили пони из лагеря, чтобы проверить его состояние здоровье, узнать имя, и если нужно, оказать помощь.

Две молодые пегаски же стремглав унеслись в Балтимэр. Хотели они того или нет, но сейчас им приходилось терпеть друг друга, и действовать совместно.

Их следующим пассажиром стал молодой жеребец, земной пони иссиня-зеленого цвета с оранжевой гривой. Команда без осложнений перенесла мокрого пони в лагерь на возвышенности, и вновь вернулась к эвакуации пони.

Волонтёры, прибившие в Балтимэр, патрулировали над затопленными улицами, полными изломанных, заострённых досок, и вытаскивали пони, спасающихся на крышах, или сидящих на самодельных плотах, и без остановки носились туда-сюда со спасёнными пони.

В очередной раз доставляя обескровленного пони в лагерь, Лайтнинг и Дэш обнаружили кое-что любопытно. К холму подлетала необычного вида летающая машина. Рэйнбоу Дэш сразу же узнала этот летательный аппарат иностранного производства, попавший в Эквестрию от западных друзей, и уже не раз доказывавший, что может приносить существенную пользу: это был вертолёт, на котором доставлял грузы Рэй, и сейчас он тоже был задействован, чтобы помочь пострадавшим пони, и доставлял питьевую воду и гуманитарную помощь в Балтимэр.

Пока две пегаски доставляли к лагерю очередного пони, двухмоторный вертолёт приземлился чуть поодаль от палаточного лагеря, и заглушил винты. К нему сразу же устремились пони из лагеря.

— Это же Рэй! – заметила Рэйнбоу Дэш.

— Видимо, его привлекли к доставке грузов, — ответила Лайтнинг Даст.

Но им было некогда: нужно было спасать пони. Кобылки вновь унеслись на юг. Там они летали, высматривая терпящих бедствие пони. Их внимание привлёк дым, исходивший из одного дома.

— Эй, мне кажется, или там пони в огне? – обратилась к напарнице голубая пегаска.

— Давай проверим.

Пони спикировали вниз, и столкнулись с молодой кобылицей с двумя жеребятами, теснившейся на краю крыше, кашлявшими от чёрного едкого дыма.

— Всё в порядке! – оповестила Лайтнинг Даст. — Мы спасём вас.

— Спасите моих жеребят, пожалуйста! – умоляющим тоном проговорила светло-коричневая кобылка, прижимающая копытами своих детей, испуганных, и заплаканных, белого жеребёнка-единорожка и лиловую кобылку, земную пони.

— Без паники, мы вас всех вытащим отсюда, – заверила Дэш.

Две пегаски переглянулись.

— Так, никого из них нельзя оставлять тут ждать,- обратилась Рэйнбоу Дэш к напарнице, отмахиваясь крыльями от дыма.

— Тогда её в «СЭПе» потащим, жеребят в копытах! – махнула крылом Лайтнинг Даст в сторону кобылки и её жеребят. – По-иному их от сюда не вытащить!

Рэйнбоу Дэш обратилась к молодой матери:

— Мэм, залезайте сюда, — показав в отверстия для копыт.

Кобылка послушалась указанию. Дэш помогла ей залезть в эвакуационную нишу, после чего они с Лайтнинг взяли в копыта по жеребёнку.

— Дети, эти пони помогут нам, — обратилась к детям кобылка с каштановой гривой, — не бойтесь.

Дэш досталась лиловой кобылка с кучерявой розовой гривой, Лайтнинг Даст же взяла жеребчика.

Как по команде, пегаски поднялись в воздух и полетели, оставив тлеющий дом за спиной.

Единорожек с любопытством рассматривал происходящее внизу, а вот кобылка плакала, зажмурив глаза, и прижимаясь к груди Рэйнбоу Дэш, звала маму.

— Лили, малышка, я тут, всё будет хорошо, — успокаивала кобылка дочку, слыша её призывы.

— Тише, тише, всё в порядке, твоя мама тут, рядом. С ней всё хорошо. Скоро вы будете в безопасности, — ласково произнесла радужногривая пегасочка.

Кобылка подняла мордочку, и её карие глаза встретились с добродушным взглядом Рэйнбоу. Маленькая пони успокоилась, и перестала плакать. Долетев до палаток, спасительницы аккуратно поставили взрослую пони на землю, и, приземлившись, отпустили маленьких жеребят, и освободили их мать. Взрослая кобылка, сразу же бросилась обнимать детей, уткнувшихся в её гриву. Кобылица благодарила двух пегасок:

— Спасибо вам! Даже не знаю, что бы я без вас делала, мы бы долго не продержались. Наш город в неоплатном долгу перед вами, всеми кто вызвался помочь.

Пони ещё крепче прижала жеребят. Дэш и Лайтнинг, смотря на картину спасённой семьи, и слыша благодарные слова, не удержались от улыбки. Они переглянулись, улыбаясь друг другу, довольные своим делом, и друг другом. Этот взгляд продержался пару секунд, но потом улыбка спала с их лиц, они отвели взгляды.

— Ну… продолжим? – предложила бирюзовая пони.

— Да, продолжим, — согласилась Дэш.

Кобылки снова поднялись в воздух. К спасённым поспешили врачи, чтобы узнать их состояние, и, если понадобится, оказать помощь. Рэйнбоу Дэш успела услышать, как переговариваются мама и дочка. Звучал жалобный вопрос от крошки:

— Мама, а где папочка?

— С ним всё хорошо, не бойся, – всхлипнула кобыла.

Молодой пегаске стало не по себе от услышанного. Но, времени на то, чтобы грустить не было – в спасении нуждалось ещё множество пони.

Команда Лайтнинг Даст и Рэйнбоу Дэш преуспела в этой спасательной операции. Их врождённые недюжинные способности помогали им быть заметно более эффективной командой, чем другие пары, пока одни переносили из затопленного города одного жителя, две кобылки стремглав носились туда-сюда, и эвакуировали за то же время двух терпящих бедствие жителей. Они действовали слаженно, и прекрасно ощущали друг друга в полёте. Опыт из академии в синхронных полётах явно давал о себе знать. Ими было спасено множество пони, и стар и млад, кобылок, и жеребцов, и услышано множество слов благодарности. Дэш и Лайтнинг сбились со счёту, сколько пони они смогли эвакуировать.

В очередной раз они, подлетая к уцелевшему району города, стоявшему на холме, несли вишнёвого жеребца, одновременно находясь в воздухе ещё с тремя десятками пар пегасов, тащивших жителей к палаткам, или освободившихся и летевших обратно в город. Передав промокшего, и, похоже, простудившегося пони врачам, кобылки решили немного передохнуть, благо это было разрешено тем, кто выбился из сил, эвакуируя пони из подвергшегося наводнению города.

— Эй, давай сходим, посмотрим, что там делает Рэй, — предложила Дэш напарнице.

— Да, точно, давай проведаем его. Я хочу снять эту штуку пока, — указала она копытом на приспособление для эвакуации.

— Да, пожалуй, ты права, она заметно стесняет тело.

По общему согласию, изделие было снято. Освободившись от сковавших плечи накидок, и отложив изделие к углу какого-то ящика, пегасочки пошагали через палаточный лагерь, заполненный множеством пострадавших от стихии пони.

Чуть поодаль от крайней палатки возвышалась серебристая машина. По выдвинутому трапу пони вытаскивали из её грузового отсека ящички, и упакованные по шесть штук бутыли с водой. Рэй тоже был тут. Он говорил с каким-то бордовым земным пони, стоя около кабины с открытой входной дверью. Когда Дэш и Лайтнинг подошли ближе, разговор как раз был окончен, жеребцы кивнули друг другу, и разошлись. Развернувшись, Рэй увидел двух знакомых кобылок, подходящих к винтокрылой машине.

— О-о, вы тоже тут, — заулыбался Рэй, узнав их.

— Конечно, как же без этого, тут в Балтимэре сейчас нужны все, — ответила Лайтнинг Даст.

— И чем вы занимаетесь? Эвакуируете пони из города?

— Ага, — кивнула Рэйнбоу Дэш.

— Ясно, много уже спасли?

— Предостаточно, — довольным тоном ответила ему сестра.

— Вы молодцы!

— Рэй, а тебе что поручили? – спросила Дэш.

— У меня вот задание доставить питьевую воду, и прочий гуманитарный груз для обескровленных жителей. Использовать вертушку, — пони ненавязчиво махнул копытом в сторону вертолёта, — для эвакуации пони из города посчитали излишеством, с этим прекрасно справятся и пегасы. Так что я занимаюсь доставкой грузов. Так значит, вы работаете вместе? – улыбнулся жеребец, попеременно смотря на кобылок.

— Да, нас объединили в команду, — отозвалась Рэйнбоу.

— И это значит, что вы поладили?

— Да, типа того, — сказала Лайтнинг Даст, — сейчас задача спасти пони гораздо важнее, чем личные разногласия.

С этими словами кобылка ухмыльнулась, и, расправив крыло, положила его на плечи Рэйнбоу Дэш. Голубая пегаска посмотрела на напарницу, слегка насмешливо ухмыляющуюся, догадываясь, что это, скорее всего, просто показуха.

— Это точно, — согласился Рэй. – Пора бы вам, девочки, уже жить дружно.

Светло-бирюзовая кобылка медленно отпустила коллегу. Все трое молча переглядывались друг с другом.

— Рэй, у тебя ещё будут вылеты? – поинтересовалась Рэйнбоу Дэш.

— Да, сейчас ещё две-три доставки. Этот ураган стал большой неожиданностью и головной болью для всех. Думаю, я буду очень загружен ещё долгое время: жителям нужна помощь.

Справа тем временем подошел жеребец в форме Вондерболтс, руководивший спасательной операцией.

— Здравствуйте, это вы управляете… этим? — спросил он у сидящего на пороге кабины бирюзового пони, с любопытством рассматривая вертолёт.

— Да, пилот это я, — поднялся Рэй.

— Необычная, однако, штука. Вы тоже переправляете грузы в помощь пострадавшим?

— Да, — подтвердил Рэй. – я и моя вертушка оказались как нельзя кстати в этой ситуации.

— Я — Файр Страйк,- представился жеребец, — направлен из штаба Вондерболтс, чтобы руководить спасательной операцией. Я был уведомлён о прибытии... вас.

— Рэй, работаю на аэродроме у Лос-Пегассуса.

Жеребцы пожали друг другу копыта.

— Ну ладно, мы, пожалуй, пойдём, нужно заниматься эвакуацией пони, — Лайтнинг Даст направилась обратно к лагерю, кивком призвав за собой радужногривую коллегу. Дэш, замешкавшись поначалу, рысцой поскакала следом, оставив двух жеребцов вести разговор друг с другом. Вскоре две кобылки вновь спасали жителей Балтимэра. Им совсем не хотелось признаваться друг другу, но их команда действительно действовала исключительно эффективно.

Доставив в лагерь ещё одну промокшую кобылку-единорожку, две пегаски услышали звук работы авиационных двигателей. Это Рэй поднимался в воздух на вертолёте. Дэш с Лайтнинг, летя в заполненный водой город, обернувшись, увидели, как серебристая машина медленно и величественно поднимается, провожаемая Файр Страйком, стоящим чуть поодаль, и копытом придерживающим гриву. Развернувшись, вертолёт полетел на запад. Звуки его полёта ещё долгое время оглашали воздух.

Время шло, а волонтёры всё таскали и таскали жителей, неуклюже свисавших под парами пегасов. Одновременно с ними внизу действовали спасатели из городской службы, на лодках доставляя пони до твёрдой земли. Тысячи пони были спасены и доставлены в лагерь.

Напоследок, патрулируя у побережья в поисках нуждающихся в помощи пони, две юркие пегаски вытащили ещё одного пони. Разглядывая полные мутной воды улицы, и торчащие крыши, Дэш и Лайтнинг не находили более никого.

— Ну, похоже, что в этом городе спасли всех, кого можно,- заключила Лайтнинг Даст, довольно ухмыляясь.

Но Рэйнбоу Дэш не была так уверенна. Летя справа, она неожиданно обратила внимание на залив, ныне почти слившийся с городом единой водной поверхностью.

— Думаю, что мы смогли эвакуировать, больше всех среди пар, нам просто не было равных в быстроте доставки.

В то время, как Лайтнинг хвалилась и радовалась успехам, голубая пегасочка молчала, задумчиво всматриваясь направо.

— Лайтнинг, что это там? — указала она копытом на простор залива. – Ты видишь?

— Э-э…- прищурила глаза бирюзовая пони. – А что там? Какие-то обломки плавают.

— Вот именно, обломки, унесённые в море.

— Ну и что?

— А вдруг там пони остались? – взглянула Дэш на напарницу.

Пораздумав немного, та ответила:

— Сомневаюсь.

— Давай проверим!

Лайтнинг Даст молча думала.

— Ну, полетим туда? – ещё раз спросила Рэйнбоу.

— Ну, хорошо, если ты так настаиваешь, но учти, это может оказаться пустой тратой времени.

Они завернули направо и полетели к морю.

Там во множестве плавал разнообразный мусор и обломки, неспешно уплывая вглубь залива. Минут десять пегаски кружили над заливом, высматривая пони, но не нашли никого. Когда они уже не надеялись кого-либо найти, и собираясь лететь обратно, внезапно были остановлены Рэйнбоу Дэш, зоркий взгляд которой что-то заметил.

— Погоди, по-моему там кто-то есть, — прищурившись сказала кобылка, всматриваясь вдаль.

Лайтнинг Даст испустила вздох.

— Давай, надо проверить, по-моему, там пони…

Подлетев к группе обломков, находящихся ещё дальше, они обнаружили, что Дэш не ошиблась. На бревне, обхватив его передними копытами, лежал, уронив голову набок, светло-желтый единорог с розово-фиолетовой гривой.

— Действительно, тут есть, кого выручать, — проговорила Лайтнинг Даст, — ты как знала, — улыбнулась она голубой пегаске. — У тебя глаз-алмаз, Рэйнбоу Дэш!

Жеребец, весь мокрый до нитки, не реагировал ни на что, едва заметно дышал.

— Вроде живой, — присмотрелась Рэйнбоу, — не зря мы прилетели. Так, надо этого парня подготовить к переправке, — взглянула она на сокомандницу.

Свисающую часть «СЭПа» легла на бревно.

Порхая в воздухе, кобылки снизились, и вместе перетащили пострадавшего влево. Взяв его передние копыта, спасательницы вдели их в специальные отверстия, помогая друг другу. Далее то же самое проделали с задними. Застегнув ремни за спиной беспомощного жеребца, Лайтнинг и Дэш взмыли вверх, и развернувшись, понесли единорога в лагерь для пострадавших. По возвращению сразу они же передали спасённого врачам. Они ещё не знали, что спасли супруга кобылки, спасённой ими ранее, и отца двух её жеребят.

Тем временем, близ палаток, ставших временным домом для обескровленных пони, скапливалось всё больше пегасов из прибывших на помощь в Балтимэр. Трое вондерболтсов также были тут, совещаясь между собой, просматривая какие-то бумаги, что-то записывая в чистых листах, и складывая их в планшеты. Прочие пегасы выжидающе смотрели на них.

— Эй, что тут происходит, — поинтересовалась Лайтнинг Даст у ближайшего пегаса, тёмно-фиолетового жеребца с синей гривой.

Тот взглянул на кобылку, и небольшое, но ощутимое время рассматривал её, после чего ответил:

— Из затопленного города эвакуировали всех его жителей, пока что можно отдохнуть, и расслабиться пока не поступят дальнейшие указания.

Желтоволосая пегаска взглянула на напарницу:

— Ну, теперь хоть переведём дух. Эти часы непрерывного перетаскивания пони начали меня выматывать.

Подтягивались всё новые спасатели, возвращаясь из города, и снимая с себя свои средства эвакуации. Все ожидали от руководителей новых указаний. Окрестности вновь огласил знакомый механический звук. Это повторно заявился двухмоторный вертолёт, ведомый с запада Рэем, заглушив прочие звуки, привлекая к себе всеобщее внимание неискушенных до таких зрелищ пони. Приземлившаяся у скопления палаток, внушительных размеров винтокрылая машина заглушила винты, и выдвинула трап, приглашая к разгрузке, чем пони в лагере и занялись. Сам Рэй тоже покинул машину, и помогал вытаскивать свой груз.

Долгое время не происходило ничего интересного. Пегасы отдыхали, некоторые из них с любопытством рассматривали грузовой вертолёт, другие ждали, что скажут совещающиеся между собой участники Вондерболтс. Тем временем к ним прибыл ещё один пегас светлой окраски. Одет он был в полосатую жилетку, а голову прикрывала белая бескозырка. Они оживлённо говорили, явно о чём-то важном, но разобрать с периферии скопища пегасов было невозможно. Наконец, Файр Страйк важно поднялся над всеми, и завис на месте. Разговоры и перешептывания среди крылатых спасателей сразу затихли, все разом посмотрели на пегаса в сине-желтой форме.

— Хочу объявить о том, что, несмотря на то, что эвакуация населения из города проведена успешно, и может считаться завершенной, осталось ещё одно важное дело, которое нам необходимо решить. В сорока километрах к юго-востоку от побережья терпит бедствие судно, попавшее в шторм. Его ситуация безвыходная без посторонней помощи. Необходимо эвакуировать его экипаж. Все суда, бывшие в Балтимэре, выведены из строя, и не могут помочь. Корабли из других городов могут не успеть. Выходит, сейчас мы единственные, кто может спасти экипаж этого судна, пока оно не пошло ко дну. Но, это будет исключительно сложная миссия, я знаю, что вы устали, я не собираюсь гнать никого насильно. Но тех пони нельзя бросать на волю волн. Есть ли добровольцы на это исключительно сложное задание?

Ответом была тишина. Пегасы сидели, переглядываясь с напарниками, и другими парами. Никто не решался.

Выслушав это объявление, Лайтнинг Даст, хитро прищурила глаза, взглянув на радужногривую коллегу.

— Что скажешь, я думаю, нам с тобой это будет по силам, а Дэш?

Та удивлённо расширила глаза. Пока Дэш думала, и оценивала свои силы, её сокомандница поднялась над другими пегасами, подавая о себе знать.

— Эй, это задание по силам нам! – объявила она.

Глаза Рэйнбоу Дэш едва не полезли на лоб.

— Вы уверены? – поинтересовался рыжеволосый жеребец.

— А почему бы не попробовать, — самонадеянно улыбнулась кобылка.

— Давай. Рэйнбоу Дэш, не очкуй, вместе мы сделаем это! Это шанс для нас! — Лайтнинг Даст потянула за собой сокомандницу, смотря едва ли не горящими от энтузиазма глазами.

— Хорошо, давай посмотрим, что там можно сделать, — согласилась уже подуставшая пегаска из Понивилля.

Две кобылки вылетели из общего строя, и подлетели к тройке руководителей.

На грубом деревянном столе расположилась морская карта. Красным крестиком там было отмечено место нахождения корабля.

— Итак, вы понимаете, какие будут условия? — обратился Файр Страйк. – Прежде нужно обдумать всё, а не бросаться сломя голову. Вы, конечно, храбрые и отважные, но этого мало.

— Это точно, — согласилась Сюрпрайз, стоявшая правее. – Ураган отступил от города, но там, в море, сейчас бушует шторм. Если честно, то преодолеть сорок километров, захватить с собой команду корабля… сколько их там?

— Вроде, двадцать четыре пони, — откликнулась Флитфут, стоящая слева.

— Это значит, что на них, при использовании СЭП потребуется почти полсотни пегасов, – продолжала рассуждать белоснежная кобылка. — А добровольцев на это пока только двое вызвалось. С нами – будет пятеро. Это что, выходит нам несколько раз летать туда-сюда?

— Или брать с собой других пегасов, — предложил жеребец. – Но дело в том, что они устали и измотаны после ликвидации урагана, и эвакуации населения из Балтимэра.

— Если честно, то лететь сорок километров до корабля, потом вернуться обратно, неся с собой груз в виде пони... – вновь подключилась Флитфут. — Нет, ни один пегас такого не выдержит, а тем более при такой буре... Даже я бы не решилась лететь в такой обстановке…

Две молодые пегаски внимательно слушали вондерболтсов, и первоначальный энтузиазм Лайтнинг всё больше угасал.

— Значит, ничего не выйдет, и мы бросим тех моряков на произвол судьбы? – взглянул на коллег Файр Страйк.

Повисло молчание. Пони переглядывались друг с другом. Жеребец подпёр копытом подбородок, молча рассматривая карту.

— Если бы можно было доставить пегасов до туда, сохранив их силы, — задумчиво проговорил жеребец.

Он поднял голову, осматривая ряды пегасов, ожидавших новых заданий. И тут его взгляд поймал стоявшую чуть поодаль мощную серебристую машину. Из неё интенсивно выгружали ящики. На пороге двери сидел, закинув ногу на ногу, и скрестив передние копыта, темногривый жеребец бирюзового цвета, наблюдая за ходом разгрузки.

Белый жеребец приоткрыл рот, выпрямившись над столом, и отодвинул на лоб окуляры, так что стали видны его синие глаза, озарено рассматривая чудо техники. Дэш и Лайтнинг, увидев его реакцию, тоже обернулись, и поняли, что привлекло внимание жеребца. Трое вновь переглянулись меж собой, на этот раз уже понимающе.

Сидя на пороге кабины, Рэй заметил, что целенаправленно к нему идут пятеро пони: вондерболтсы в сине-желтой форме, и вмести с ними Лайтнинг Даст, и Рэйнбоу Дэш. Сразу поняв, что им от него, скорее всего, что-то понадобится, он соскочил на землю, внимательно смотря на них.

— Рэй, есть важный разговор, — обратился, подойдя ближе, белый жеребец с оранжевой гривой.

— Я слушаю.

— Мы хотели бы попросить вас о помощи в спасательной операции. В море в сорока километрах к юго-востоку от побережья терпит бедствие корабль. Необходимо спасти его команду.

Бирюзовый пегас задумчиво почесал подбородок.

— Вы хотите, чтобы я помог вам?

— Да. Ваша машина сможет лететь в такой обстановке? Они попали в самый центр бури. Пегасы просто бессильны в таких условиях, они не смогут спасти команду. Слишком большое расстояние и сложные метеоусловия. Ваша машина сможет действовать при таком шторме?

Обращался рыжеволосый пегас на «вы», несмотря на то, что был заметно старше Рэя, его машина внушала уважение даже матёрым вондерболтсам.

— Ну, в принципе, я могу помочь. Я вижу, что затея рискованная, — задумчиво произнёс молодой жеребец. – Но я готов рискнуть.

— Эта летающая машина перенесёт шторм? – поинтересовалась Флитфут.

— Эй вполне по силам это. Моя вертушка способна действовать при ветре, которому по силам сдуть любого пегаса. У неё, конечно, тоже есть предел, но она была создана, чтобы выдерживать сложные метеоусловия.

— Значит, вы согласны участвовать в этом?

— Да, – твёрдо ответил Рэй.

— Там двадцать четыре пони, — напомнила голубоватая маленькая кобылка.

— Двадцать четыре? Я эвакуирую их за один вылет.

— Также среди наших пегасов двое вызвались помочь тем морякам, — Файр Страйк указал на Лайтнинг Даст и Рэйнбоу Дэш.

Рэй улыбнулся, взглянув на кобылок:

— Я думаю, мы хорошо сработаемся вместе. Они очень храбрые, и способные пони, я их обоих хорошо знаю. С этой командой я готов лететь.

Две молодые кобылки на секунду переглянулись меж собой.

Наконец, привезённые грузы вытащили, и грузовой отсек вертолёта освободился. Рэй был готов к отлёту.

Напоследок ещё раз обсудили план действий.

— Значит, при подлёте Лайтнинг и Дэш вдвоём вытащат пони с корабля, доставят на вертушку, и вы все вернётесь обратно. Звучит на первый взгляд просто, — рассуждал руководитель спасательной операции, стоя рядом с вертолётом.

— Разберёмся на месте, будем действовать по ситуации.

Файр Страйк протянул Рэю карту, держа её меж кончиков перьев.

Подошли Дэш с Лайтнинг, неся своё «средство эвакуации посредством пегасов».

— Дамы вперёд, — улыбнулся Рэй, пропуская кобылок внутрь летательного аппарата.

Когда они залезли, опираясь на стойку шасси, передавая друг другу приспособление для переноса пони, пегас забрался следом.

— Удачи вам, – напутствовал Файр Страйк, отходя от машины. – Она вам понадобится.

— Спасибо, — кивнул Рэй.

Он задвинул за собой входную дверь, издавшую лёгкий лязг, и пройдя в кабину, сел за штурвал.

Снаружи все кто был поблизости, отошли подальше. Вскоре раздался свист из посаженных сбоку двигателей, и винты начали раскручиваться. Минуты с две понадобилось, чтобы они набрали необходимые обороты. Звук переменился, со свиста и завывания на не похожее ни на что ритмичное потрескивание. И вот, агрегат неохотно потянулся вверх, и оторвался от земли. Поднявшись на двадцать метров, он дёрнулся вперёд, и полетел, постепенно заворачивая к морю, провожаемый пегасами на земле.

Суша сменилась водной гладью, а та в свою очередь сменилась на неспокойное, волнующееся море, становившееся всё неистовее с каждым километром. Приближаясь к цели, спасатели вклинились с самый центр бури. Небо почернело, лил проливной дождь, а шквалистый ветер ощутимо покачивал серебристого гиганта. Регулярно сверкали вспышки молний, и раздавался гулкий гром, слышимый даже через шум работающих двигателей.

Облачённый в свой головной убор, серый шлем с затемнённым стеклышком, Рэй держался совершенно спокойно, всматриваясь вдаль, иногда поглядывая на карту. Две кобылки находились за ним, зайдя в кабину пилота, и выглядывая из-за кресел. То, какое зрелище они увидели снаружи, насторожило их, но не настолько, чтобы отступить.

Впереди в небе целым ветвистым деревом распустилась огромных размеров молния. Все трое вздрогнули от этого зрелища.

— Ничего себе, — выдохнула Лайтнинг Даст.

— А если в нас на лету попадёт молния, что с нами будет? – поинтересовалась Рэйнбоу Дэш.

— Если в нас ударит молния, то будет… — задумался Рэй, — то нас, пожалуй, поджарит. Будет три жареных пегаса!

В его голосе звучали нотки паники.

Две кобылки опасливо переглянулись между собой.

— Так что молитесь Селестии, чтобы в нас не ударила молния.

Преодолевая разразившуюся бурю, они, в конце концов, долетели до своей цели.

— Вон они, — оповестил Рэй, кивком указав наружу через наклонное стекло.

Приглядевшись, Лайтнинг с Дэш увидели маленький силуэт судна, укачиваемого волнами. Молнии, время от времени освещавшее небо, давали несколько лучше рассмотреть жертву стихии.

— Ну, готовы действовать? — обернулся жеребец к пегаскам.

— Да; готовы, — ответили вместе Лайтнинг и Дэш.

— Я займу положение над ними, а вы затаскивайте пони, буду курсировать рядом с место до тех пор, пока все не будут спасены с того судна!

Рэйнбоу Дэш с Лайтнинг Даст покинули кабину пилота, вернувшись в помещение, отведённое для нескольких пассажиров, готовясь к началу операции.

Наконец, вертолёт остановился, зависнув на месте.

— Я на месте, можете начинать! – крикнул пилот.

Рэйнбоу сдвинула в сторону дверь, механизм открытия которой был переделан по сравнению с начальным вариантом.

Одна за другой, пегаски вылезли наружу, и полетели вниз, при этом даже спрыгивая по-разному: Рэйнбоу Дэш спикировала, держа голову вниз, а её напарница сошла с вертолёта, держась вертикально, задними копытами вниз, затем, перевернувшись в воздухе, взмахнула крыльями, тормозя падение.

Приземлившись на парусное судно, которые и по сей день с успехом использовались в Эквестрии, среднего размера бриг, кобылки сразу же были встречены его командой. Корабль выглядел так, будто с ним поиграл какой-то непомерно сильный, но неаккуратный великан. Мачты были сломаны, одна из них лежала тут, на корабле, другой не было видно вовсе. Тут же находились и изодранные паруса. Команда пыталась бороться со стихией, впрочем, без особых успехов.

— Эй! Наш пони всё-таки смог долететь и сообщить! – перекрикивая шум бури, обратился к ним единорог цвета морской волны.

— Да, мы из Балтимэра, ликвидировали там последствия урагана, — отозвалась Рэйнбоу Дэш.

Спасательницы, окруженные командой, оценивали обстановку, обдумывая, как им лучше действовать.

— Где ваш капитан? – крикнула Лайтнинг Даст.

К ним подошел земной пони, серой окраски, уже седой, но чертами лица выглядевший как жеребец в рассвете сил.

— Это я! – сказал он хрипловатым голосом.

Вид у него был весьма эксцентричный: заплетённая в косичку бородка, и треуголка на голове придавала жеребцу схожесть с морским пиратом, и дополнялся кьютимаркой — подзорной трубой.

— Вы, очевидно, тут, чтобы вытащить нас?

— Да.

— Что это за штука такая? – задрал копыто вверх оранжевый пони стоящий сбоку.

— На ней мы вас вытащим отсюда!

— Кто управляет этой диковиной штукой? – поинтересовался ещё один моряк.

— Мой брат; мой любимый, — одновременно, и неожиданно друг для друга, ответили кобылки, и переглянулись.

— Ну что, нужно начинать эвакуацию, — обратилась к коллеге Лайтнинг Даст.

— Капитан, вы понимаете, что вам тут больше нельзя, оставаться, — повернулась к жеребцу Рэйнбоу Дэш.

— Если бы я не понимал, то послал бы я своего матроса сообщить о нашем бедствии?

Пегаска понимающе кивнула.

— Капитан, вам нужно поскорее покинуть корабль, пока он не пошел ко дну.

— Если я и покину мой корабль, то последним из команды, — заявил серый жеребец. – Капитан всегда покидает судно последним.

— Как скажете. Тогда мы пока займёмся вашими матросами! Ну что, — повернулась Рэйнбоу Дэш к напарнице. – Будем СЭП использовать, или как?

— Да, мне кажется, лучше обойтись без него, – задумавшись, сказала бирюзовая пегаска. — Я не вижу смысла применять сейчас СЭП, только трата времени, на застёгивание и расстёгивание, справимся и так, перетаскаем за подмышки.

— Вот и я так же думаю!

Они обернулись к выжидавшей команде.

— Ну, кто первый?- бросила Рэйнбоу Дэш.

Моряки переглянулись между собой. Не дожидаясь ответа, две кобылки ринулись к первому попавшемуся пони.

— Пора начинать! – деловито объявила Рэйнбоу Дэш.

Земной пони, голубого цвета, близкого к шерстке радужногривой кобылки, был подхвачен под передние конечности, и унесён вверх к зависшему в тридцати метрах вертолёту. Поставив пони на порог открытой двери, Дэш с Лайтнинг тут же унеслись вниз.

Моряки выстроились в своеобразную очередь, и каждый раз, когда пегасочки возвращались за пассажирами, не теряя времени выходили вперёд, и в тот же момент уносились молодыми кобылками вверх. Вытаскивая с обречённого судна разномастных пони, они в какой-то момент добрались до весьма крупного и упитанного земного пони шоколадно-коричневой окраски с гривой молочного цвета. Посмотрев попеременно на жеребца, и друг на друга, кобылки слегка изменили свои планы.

— Так, этого большого парня, пожалуй, в самом конце, — серьёзным тоном произнесла Рэйнбоу Дэш. – Не считая капитана.

Крупный жеребец, расцветкой напоминавший мороженое, слегка расстроился и опустил голову, но не стал возражать, и уступил место другому моряку.

— Это наш кок, — пояснил другой земной пони, серо-синей окраски, стоявший левее, с ухмылкой посмотрев на здоровяка.

Работая, как слаженный механизм, две кобылки быстро переносили один за другим разномастных пони, в то время как вокруг буйствовала неукротимая стихия. Штормовой ветер покачивал зависший в небе вертолёт, но его пилот выравнивал машину, а дождь мочил перья и шерстку отважных пегасок, затрудняя их нахождение в воздухе. Волны не переставая накрывать деревянный корабль, не оставляя попыток затопить его. Стихия непрерывно покушалась на судно.

Копыта ещё одного матроса коснулись порога металлической двери. Пони поспешил к товарищам, расположившимся в пассажирском а также, по причине того что в первом было мало места, грузовом отсеке, а пегаски вновь унеслись вниз. Им предстало зрелище того, как на корабль с яростью зверя бросается очередная волна. И на этот раз один из моряков не удержался, и оказался за бортом. Это было замечено сверху.

— Эй, там одного пони смыло с палубы! – закричала Рэйнбоу Дэш.

Переглянувшись, и поняв друг друга с полуслова, напарницы бросились к барахтающемуся в воде моряку. Выхватив жеребца одного из оттенков морской волны, спасательницы за копыта потащили его вверх, и там впихнули в дверь вертолёта. Не успел он поблагодарить за спасение – молодые пони уже стремглав улетели за следующим.

К семнадцатому спасённому с корабля матросу кобылки начали уставать. Им пришлось делать передышки: таскать взрослых жеребцов было физически тяжело. Но, несмотря на подступающую усталость, они, стиснув зубы, продолжали спасательную операцию.

Самым тяжелым, в прямом смысле слова, было перенести на вертолёт кока, ведь весил он, по ощущениям, как двое обычных пони. Неудивительно, что пегаски тащились с ним, как старый пеликан, в то время, как перенося других моряков, Рэйнбоу Дэш и Лайтнинг Даст, обыкновенно, взмывали вверх, как ракета. Перенеся упитанного жеребца на порог двери, пегаски улетели к кораблю, оставив кока с его товарищами, некоторые из которых общались с пилотом, заглянув в кабину. Все моряки не без основания обрадовались прибытию коричневого жеребца, который определённо знал толк во вкусной еде.

Приземлившись на корабль, где ещё оставался один пони, кобылки решили передохнуть.

— Уж кок – так кок, как целых два кока, — вздохнув, проворчала Лайтнинг Даст.

— Да, после такого нам нужно малость перевести дух, — устало дыша, откликнулась ей напарница.

— Можете сделать перерыв, вы этого заслужили, — обратился к ним стоящий рядом капитан, — а мне дайте пару минут.

Седой жеребец окинул грустным взглядом своё судно. Он медленно отошел от надстройки, подошел к носу брига, невзирая на то, что его раз за разом окатывало водой, провёл копытом по деревянным потемневшим поручням с краёв палубы. Рэйнбоу Дэш и Лайтнинг Даст молча наблюдали за этим прощанием. Бывалый капитан поднялся на мостик, и ещё раз прикоснулся копытами к штурвалу.

Голубой пегаске стало по-настоящему жалко этого моряка, было видно, как ему дорог его корабль. Но в её плечо последовало несколько настойчивых толчков.

— Дэ-э-эш! – громко призвала Лайтнинг Даст.

Обернувшись к бирюзовой пегаске, она увидела: желтогривая пони смотрит на море за правым бортом. Дэш увидев, что так взволновало коллегу, вздрогнула: с правого борта на корабль двигалась ужасающих размеров волна, настоящее цунами, раза в два, а то и больше превосходящая судно в высоту. Она пока ещё была относительно далеко, но быстро сокращала расстояние. Переглянувшись, кобылки разом бросились к жеребцу.

— Капитан! Вы должны немедленно покинуть корабль! – окрикнула Рэйнбоу Дэш.

— Времени нет, нас вот-вот накроет громадной волной! – одним тоном с голубой кобылкой призвала Лайтнинг.

Жеребец, поначалу, как будто не услышал их. Он спокойно стоял у руля в задней части корабля. Прикоснувшись к морскому штурвалу, и погладив его, он спокойно произнёс:

— Прощай, мой друг, — после чего подал правое копыто двум кобылкам. Не медля, те обступили седогривого пони, и взмыли с ним вверх.

Команда, до момента прибытия пегасов ещё пытавшаяся что-то сделать, была полностью эвакуирована.

Донеся пони до зависшего вертолёта, кобылки посадили его на порог двери, а затем залезли сами.

Внизу гигантский водяной вал поглотил, словно морское чудовище, небольшой корабль и опрокинул его на бок. Судно быстро, в течение пары минут, затонуло. Как бы ни было жалко корабль, и дорогие грузы, специи с востока, находившиеся на нём, жизни пони были всё равно дороже.

Капитан, смотря вниз грустным, но спокойным взглядом, вместе с высунувшими головы кобылками, снял с головы треуголку, и приложил её к сердцу, бросив на опрокинувшееся судно последний взгляд, после чего развернулся и отошел внутрь. Кобылки переглянулись, и Рэйнбоу Дэш задвинула дверь.

— Можно улетать, больше никого нет, — обратился один из матросов к Рэю.

— Понял, — утвердительно ответил пилот, и переведя двигатели в режим для горизонтального полёта, повёл машину к суше. — Теперь главное – благополучно вернуться в Балтимэр.

Пони были спасены. Они разместились в двух отсеках. Промокшие, и уставшие после многочасовой борьбы с бурей, так же, как и спасшие их крылатые пегаски, теснясь в вертолёте, они испытывали смешанные чувства: с одной стороны, они спаслись, но всё-таки без жертв не обошлось: буря погубила их корабль, павший жертвой беспощадной стихии, к которому каждый из моряков успел привязаться; пропали товары, что в дальнейшем обернётся убытками. Но, всё же, радость спасения из безнадёжной, казалось бы, ситуации, пересиливала огорчение. Моряки болтали друг с другом, шутили, и улыбались, спрашивали у пилота про его чудо техники, оказавшееся так кстати, и благодарили спасителей.

Вертолёт вёз пассажиров меж извергающим молнии небом, и бушующим морем, сопротивляясь непогоде, и в конце концов вышел из шторма. Наконец, показались очертания округлого залива. Миновав его, и пролетев над испытавшим ярость природы городом, Рэй повёл машину на посадку к палаточному лагерю. Едва не сдув потоками воздуха, исходившими от винтов, столпившихся недалеко пегасов, вертушка снизилась всё к тому же месту посадки, где приземлялась ранее. Наконец шасси коснулись зелёной лужайки. Быстро остановилась пара винтов и умолкли шумные двигатели. Пони из лагеря, и прибывшие волонтёры, и нашедшие там приют жители Балтимэра, выжидающе смотрели на повернувшуюся к ним передом серебристую машину, кабина которой отдалённо напоминало морду какого-то чудища. Отправившиеся на рискованное задание благополучно вернулись, но было неясно, выполнили ли они поставленную задачу.

Из отворившейся двери спрыгнули две кобылки – Дэш и Лайтнинг. Их встретило молчание, нарушавшееся лишь перешептываниями. «Они справились?»; «а где моряки?» «они их спасли?» — слышалось среди пони. Тройка вондерболтсов также была тут, то переглядываясь меж собой, то смотря на вернувшихся спасателей.

И вот, на землю невозмутимо ступил жеребец серой окраски, и спешно поправил съехавшую на бок треуголку.

Среди толпы послышались радостные возгласы, и они всё увеличивались, и возрастали с каждым новым моряком, покидавшим вертолёт. Все двадцать четыре пони выбрались наружу, встретившись с пегасом из своей команды, и вондерболтсами под неистовое ликование собравшийся толпы. Пони топали копытами, аплодируя, а пегасы ещё и хлопали крыльями, задорно свистели, и не переставали хвалить отважную команду. Рэйнбоу Дэш даже почувствовала лёгкое смущение, видя, как им улыбаются, и ликуют множество пони, и пегасы из Понивилля которых она знала, и совершенно незнакомые жители других городов.

Последним из винтокрылой машины спрыгнул Рэй. Он немного ошарашено взглянул на неистовствующую в ликовании толпу, но затем улыбнулся фирменной скромной улыбкой, и почесав затылок, встал рядом с голубенькой и светло-бирюзовой кобылками.

Перекинувшись несколькими фразами с моряками, к ним подошла тройка руководителей.

— Блестящая работа! Вы все трое заслуживаете за это медали! – обратился к ним Файр Страйк, с нескрываемой гордостью за молодых пегасов.

— Рэй, хорошо, что поблизости оказался ты и твоя вертушка, она справилась там, где не справился бы ни один пегас, спасибо тебе, даже не знаю, что бы мы делали без тебя, — прозвучал приятный, музыкальный голос Сюрпрайз.

— Я и моя вертушка не добились бы абсолютно ничего без девочек, — с этими словами Рэй раскрыл крылья, и, положив их на плечи стоявших левее и правее его Лайтнинг Даст и Рэйнбоу Дэш, обнял тех, прижав к себе.

Пегаски слегка удивились такому, шире открыв глаза.

— Моей сестры, и моей любимой, — добавил молодой пегас, попеременно посмотрев на каждую из пони.

— Согласна, они тоже молодцы, — высказалась миниатюрная Флитфут. — Да и их пара эвакуировала из города больше всех пони среди всех остальных пар.

— Вы все трое проявили себя отличной командой, — ещё раз похвалил рыжегривый пегас.

— Лучшая команда, с которой я когда-либо работал, — произнёс бирюзовый жеребец.

Трое с улыбками переглянулись между собой.

Позже командующий спасательной операцией объявил итоги перед собравшимися волонтёрами, поднявшись в воздух на тройку метров, и говоря громко, и отчётливо, ему даже громкоговоритель был не нужен.

— Вы все проявили большое мужество и стойкость, помогая жителям в страшной беде, обрушившейся на их город. Ураган был остановлен, а тысячи пони спасены. Конечно, к огромному сожалению, они обескровлены, и лишены средств к существованию, этот вопрос будет решаться, принцесса Селестия в курсе о произошедшем, и в скором времени прибудет в Балтимэр. На данный момент пропавшими без вести числятся семнадцать пони. Их судьба будет выясняться. Что касается Балтимэра, то на его расчистку и восстановление уйдёт не менее пяти месяцев. Мэрия города, и мы выражаем огромную благодарность всем, кто смог прилететь, и помочь в этой беде. Особенно отличились: пара Лайтнинг Даст и Рэйнбоу Дэш, успешно эвакуировавшая больше всего пони а также Рэй, оказавший неоценимую помощь в спасении экипажа терпящего бедствие судна.

Две молодые пегасочки, сидя рядом, переглянулись с улыбками.

— Дэш, дай пять, — довольно произнесла светло-бирюзовая кобылка.

Они пару раз соударялись крыльями, и вновь взглянули на белоснежного жеребца с роскошной рыжей гривой, завершавшего речь.

— Последняя просьба к вам: не покидайте пока что окрестностей Балтимэра, возможно, в ближайшее время вы можете понадобиться, но это не займёт много времени. А пока отдохните, и поешьте на полевой кухне.

Он приземлился к двум коллегам в сине-желтой форме. Ряды пегасов стали расходиться. Лайтнинг Даст, бросив быстрый взгляд на напарницу, торопливо направилась к тройке лидеров. Рэйнбоу Дэш могла наблюдать, как та о чём-то говорит с ними, она даже догадывалась, на какую тему.

Сама Дэш тоже встала на копыта, и направилась мимо скопления палаток, прямиком к стоящей чуть поодаль, возвышаясь над ними, величественной машине. Её пилота видно не было. Подойдя ближе, пони услышала его голос, доносящийся из кабины. Судя по интонации, Рэй громко и эмоционально спорил с кем-то, что было так нетипично для него, не иначе, как переговариваясь по рации.

Кобылка положила передние копыта на порог открытой двери и протянула голову внутрь.

-… Всё, я сказал, и это не обсуждается!

Послышалось цоканье копыт об металл, и вышел юный пилот. Увидев любимую кобылку, он слегка удивился, застыв на месте.

— Дэш?

— Что там у тебя такое стряслось?

— Да так… сейчас мне нужно лететь для дозаправки – горючего почти не осталось, и снова займусь перевозкой грузов. Улетаю прям сейчас.

— Э-э… ладно, удачи,- мягко улыбнулась Дэш, сойдя на землю.

Рэй внимательно посмотрел, и добавил:

— Не сочти за невежливость, но я должен срочно лететь.

— Да без проблем! – с лёгкостью взмахнула копытцем пегасочка. – Всё-таки, эти пони остро нуждаются в помощи.

Молодой жеребец мягко улыбнулся любимой, и произнёс:

— Ничего, мы ещё успеем свидится, в более романтической обстановке.

— Замётано!

— Ну… Пока, Дэш. Отлично поработали.

— Это точно. Давай, до встречи!

Добродушное лицо жеребца спряталось за дверью.

Голубая кобылка отошла подальше, и оттуда наблюдала за взлётом мощной машины, ещё раз доказавшей сегодня свою эффективность, и пользу. Глядя на хвостовой стабилизатор неспешно поднимающегося вверх двухмоторного вертолёта, где был нанесён рисунок, такой же, как кьютимарка Рэя — пять развивающихся против часовой стрелки красных крыльев, за небольшим отличием: всё это было помещено в голубой ромб, Дэш вспоминала сегодняшний непростой день, и с иронией думала про то, что они с Рэем, сегодня общались несколько по-иному, чем обычно. Они общались, друг с другом не как со своим особенным пони, а как деловые партнёры, как участники команды, объединенные одной целью.

Слева к пегаске подошла ещё одна участница сегодняшней команды.

— Эй, а он куда? – крикнула на ухо, пересиливая гул и шум взлетающей машины Лайтнинг Даст.

— Рэй на дозаправку, а потом опять перевозить грузы! – таким же образом ответила ей Дэш.

Потоки воздуха трепали их гривы, заставляя развиваться, и колыхали лужайку. В конце концов серебристый здоровяк развернулся на месте, и улетел, наклоняя в полёте нос. Кобылки постояли некоторое время, смотря ему вслед. Затем они обернулись, как по команде, и их взорам предстал разоренный ураганом город.

— Да, не завидую я жителям этого города, — покачала головой Лайтнинг Даст. – Ну и наделал дел тут этот ураган.

— Да уж, непростой денёк выдался.

Отсюда, с холма был прекрасно виден почти весь Балтимэр. Две пони присели, рассматривая пострадавший от буйства стихии город. Сейчас этот крупный и населённый город представлял собой одновременно жалкое, и ужасающее зрелище. Улицы, затопленные и замусоренные, с мутной водой, поглотившей одноэтажные дома, многие из которых серьёзно пострадали, были безжизненны. До сих пор тлел один высотный дом, и несколько тонких чёрных столбиков дыма тянулось от небольших одноэтажных домиков. Всё это напоминало какую-то постапокалиптическую картину.

Минут пять они провели в безмолвии, сидя обособленно от остальных пони и рассматривая город.

Справа раздался писклявый гудок – это к старинному зданию вокзала приехал ещё один товарный поезд, с грузом в трёх десятках вагонов.

Кобылки недолго наблюдали разгрузку, а затем переглянулись, посмотрев друг другу в глаза. Взгляды алых и желто-коричневых глаз встретились, и продержавшись десяток секунд, неохотно разошлись.

— Хех,- послышалось от Лайтнинг Даст.- Надо же, прям как в старые добрые времена, а, Дэш?

Посмотрев на бирюзовую пегаску, Рэйнбоу увидела на её лице ностальгическую ухмылку.

— Когда мы вместе учились в академии. А ведь мы действительно непобедимая команда, — задумчиво проговорила сестра её любимого.

— Да уж. Мы отлично сработались.

Сидя на траве, кобылки всматривались вдаль, где за городом вширь разрастался залив.

— Не случайно Спитфайр сделала нас тогда командой, – вновь заговорила Лайтнинг Даст.

Они с Дэш вновь посмотрели друг другу в глаза. Они помнили, что совсем недавно они не на шутку враждовали. Но сейчас ссориться ни у кого из них не было ни малейшего желания, они были слишком уставшие для этого. За эту спасательную операцию, работая в команде, они поневоле были вынуждены терпеть друг друга, и, вместе спасая и помогая пони, они полностью забыли о неприязни друг к другу. Пони смотрели друг на друга, и осознавали, что они успели сблизиться за сегодняшний день, и одновременно им становилось стыдно за их былую вражду.

— Да, Рэйнбоу Дэш, у нас действительно намного больше общего, чем нам кажется, — со вздохом произнесла желтоволосая пегаска.

— Ну раз мы так похожи, Лайтнинг Даст, тебе не кажется… что нам пора уже возвести наше перемирие до полноценного мира, а? – после небольшой заминки, с надеждой в глазах спросила та.

Бирюзовая улыбнулась, и ответила, слегка прикрыв глаза:

— Хорошая идея, Рэйнбоу Дэш. Мы же взрослые пони, а конфликтуем, как две школьницы из-за пустяшного повода. Ты прости меня за то, как я себя вела, и то, что я наговорила тебе, — опустила взгляд пегасочка, и вновь подняла виноватые глаза, в которых читалось искреннее раскаяние.

— Всё в порядке, Лайтнинг, я не держу на тебя зла, — улыбнулась ей Дэш. — Ты тоже извини меня, мы обе наговорили друг другу много лишнего

— Особенно, конечно, я. Тебе не за что извиняться, Дэш. Это я начала эту ссору.

Лайтнинг Даст отвела взгляд. Помолчав, она вновь заговорила со вздохом:

— Знаешь, это бывает очень трудно… взять свою гордость, и выкинуть её куда подальше, и признать свою неправоту. Только по-настоящему сильные способны это сделать. Я действительно бываю невероятно упрямой. Вчера у меня был долгий и сложный разговор с Рэем… я даже не уверена, что он дал бы результаты, заставил бы меня по-настоящему одуматься, не встреться я сегодня с тобой. Это был словно какой-то знак свыше для меня. И… Дэш… прости меня за тот случай в академии с торнадо.

— Лайтнинг, я давно тебя простила. Все мы когда-нибудь совершаем ошибки.

— Честно говоря, поделом мне, что меня выгнали, ведь из-за меня ты чуть не потеряла своих лучших друзей.

— Э-эх да не вини ты себя, — с лёгкостью ответила Рэйнбоу Дэш. – Всё-таки всё обошлось!

— Дэш, я знаю, какую утрату ты пережила в детстве, мне Рэй рассказал.

Рэйнбоу Дэш приоткрыла рот от удивления, ошарашено взглянув на напарницу.

— Пережить такое никому не пожелаешь. А из-за меня это чуть не повторилось… Ты простишь меня за это?

— Уже простила!

— Я не уверена, смогу ли я простить себя...

Две кобылки смотрели друг на друга, собираясь с мыслями. Вновь заговорила Лайтнинг Даст:

— Если ты хочешь быть с Рэем, то я буду совсем не против этого. То как я себя вела, когда узнала, что вы встречаетесь – это было так глупо…

— Тогда давай просто забудем об этом недоразумении?

Лайтнинг Даст с улыбкой посмотрела на радужную пегаску. Она расправила правое крыло, и подвинувшись к Дэш, положила крыло ей на плечи.

— Ты ведь будешь хорошо обращаться с Рэем, а Дэш? – вкрадчиво произнесла Лайтнинг, добро и слегка игриво смотря ей в глаза.

— Конечно… не сомневайся в этом, — поспешно заверила небесно-голубая пони.

— Я и не сомневаюсь, что он будет счастлив с тобой, что я могу доверить его тебе. А мне можешь быть, как сестра.

Голос Лайтнинг Даст звучал необыкновенно ласково и дружелюбно. Пони с искренними улыбками смотрели друг другу в глаза. Наконец-то они нашли общий язык и взаимопонимание. Со временем забудутся прошлые неприятности, и эти две способные пегасочки станут хорошими подругами.

Глядя в глаза Лайтнинг Даст, Рэйнбоу Дэш вновь почувствовала то самое искреннее сердечное тепло, что ощутила, когда познакомилась с родными своего избранника. Легонько потрепав Дэш по плечу, Лайтнинг с улыбкой сказала:

— Добро пожаловать в семью.