# Листопад

Разбойник

Каждый день неповторим, но похож на предыдущий. Каждый день учит нас новому, но при этом не сильно меняет нас.

Каждый жеребёнок долгие одиннадцать лет учиться быть взрослым, дабы в один прекрасный момент, словно осенний лист, отделиться от ствола своих предков и наконец решить для себя — кто он?

## Кленовый лист

Не по-осеннему яркое солнце, окутало Понивиль. На многих деревьях листья уже пожелтели, а по ночам уже выпадал иней, покрывая траву стеклянной паутинкой измороси. Сидеть дома в такую погоду — это просто преступление! И потому многих понивильцев можно было заметить гуляющих по аллеям, устраивающих пикник или просто играющихся между собой.

Среди молодых поней особенно популярна была одна игра называемая Бейкопытом.

Небольшая группа жеребят как раз делилась на команды, возле небольшого поля, находящегося недалеко от школы.

— Джек, Холли, Джобс будут играть с Трапом. Джебел, Итан, Лог и Флейм играют со мной.

— Эй! — Изумрудный пони, которого назвали Трапом, возмущенно топнул копытом — Почему это вас больше на одного игрока? Так нечестно!

— Да у вас ты с Джобсом четверых стоите! — голубой пони принялся оправдываться перед Трапом, возбужденно постукивая копытами — Вы крупнее и выносливее нас. Думаю, что это как раз честно играть таким составом. Наши шансы теперь равны!

— Эк, ты какой хитрый! — Трап нахмурился — Это нечестно по отношению к нам, поэтому ты либо находишь нам ещё одного игрока, и мы играем, либо игры, сегодня не будет.

Голубой жеребёнок мрачно огляделся, вокруг не надеясь кого-либо, как вдруг заметил молодую тёмно-красную кобылку, которая развалившись на траве, читала книгу в толстом сером переплёте.

— Эй! — громкий голос, раздавшийся возле уха читающий пони, заставил резко дёрнуться и поднять мордочку на нарушителя спокойствия — Извини, что отрываю, но не хотела бы ты сыграть с нами? У нас как раз не хватает одного игрока.

— Эээ... — она несколько раз моргнула, пока сквозь мечты до неё донесся вопрос — Сыграть? Во что?

— В бейкопыто, конечно! — он нетерпеливо пристукнул копытом — Ну так как, ты идешь?

— Гм... Я плохо играю.

— Да? — он на миг задумался и чесу-то улыбнулся — Не беспокойся. Там играют хорошие игроки. Они тебе помогут.

Кобылка и жеребёнок подошли к командам.

— Знакомитесь. Это твой новый игрок, Трап.

— Она будет в моей команде? — он хотел добавить парочку крепких словечек, но взглянув в улыбающиеся глаза второго капитана, внезапно кивнул — Хорошо, Курт. Она нам вполне подойдет. Как тебя зовут?

— Лаймон Пай.

— Мы к тебе будем обращаться — Пай. Меня зовут Трап, а этих троих — он махнул ногой в сторону остальной команды — Джобс, Холли и Джек. Курт! Расходимся и через пять минут начинаем игру.

Подождав пока команда противников отойдёт на приличное расстояние, он сделал знак копытом и все склонили головы, образовав неровный круг.

— Значит так, обсудим тактику. Я и Джобс будем атакующими. Джек — ты на воротах. Пай и Холли — вы в защите. Пай, поскольку ты играешь с нами первый раз, то никаких особых указаний тебе не будет, действуй по обстоятельствам, — заметив недоуменное выражение мордочки, он пояснил — Если их атакующие прорвутся через нас, то твоя обязанность отобрать у них мяч. Если они будут слишком близко к воротам, то Костями ляжь, но не дай им забить гол. Так, а теперь по местам!

Капитаны выстроили свои команды и приготовились к игре. Сильный ветер, как сигнал к началу, подул на поле, и Курт, замахнувшись ногой, сделал первый удар. Игра — началась.

Солнце уже начинало клониться к закату, и его лучи осветили игровой поле. Остатки зелёный травы были смяты, в некоторых местах она вообще исчезла, а в центре него стояло две группы разгоряченных пони о чём-то живо спорящих.

— Что Курт, я снова тебя обыграл.

Синий пони нахмурился и бросил мрачный взгляд исподлобья.

— Ну-ну! Не смотри на меня так злобно. Не торт же проиграл, в самом деле!

Недовольная мордашка Курта перекосилась, словно он съел ящик зелёных лимонов, он уже открыл, было, рот чтобы что-то ответить, но передумав, закрыл, щёлкнув зубами как капканом. Его силуэт с гордой поднятой головой ещё долго виднелся, удаляясь от поля всё дальше и дальше. Остальная часть вражеской команды немного поболтала между собой и тоже разбрелась по домам.

— Трап, ну кто тебя тянул за язык?!! Тебе оно надо было покалывать его? — Джобс раздражённо пнул мячик

— От чего бы ни подколоть, коль он сам напрашивается?

Ответ сильно расстроил Джобса. Недовольно покачав головой, он резко пнул мячик и пошёл домой.

— Болтун ты редкостный! Мы тоже пойдём домой. Эй, Джобс, подожди! — Джек с Холли помахали на прощание копытами и поскакали вслед за Джобсом.

— Мда... Обидчивые какие... — Трап задумчиво огляделся вокруг и заметил лежащую на земле кобылку, медленно запихивающую книгу в сумку.

— Пай, ты хорошо играла для новичка. Последний финт с отбитием ногой в воздухе — бомба!

— Да? — она слабо улыбнулась — Спасибо...

— незачто! Как твоя нога? Не болит?

Пай покачала головой и закинула сумку за спину.

— Ладно. Тогда счастливо!

Стоило ему пройти всего пару шагов, как за спиной раздался глухой звук. Позади него на траве лежала кобылка с болезненным выражением морды и подогнутой под себя ногой.

— Ты что лежишь? нога?

— Нет... Всё в порядке.

Трап долго смотрел на неё, но, не дождавшись продолжения, тяжело вздохнул.

— Ну что тут будешь делать? — проворчал он и, резко наклонившись, подлез под неё, устраивая тело у себя на крупе.

— А ну отпусти меня! Я сама смогу добраться до дома! — она возмущённо задёргалась, частично сползая на землю.

— Эээ... Ты чё? Я же тебе помочь хочу! — он раздраженно покачал головой.

— Я сама! — она упрямо слезла с крупа и резко нагнулась от боли прострелившей в ноге. Крепко стиснув зубы, Пай выпрямилась и твёрдо посмотрела в глаза Трапу. — Мне не нужна помощь.

— Ну как знаешь. Тогда — счастливо, — махнув на прощание хвостом, жеребёнок лёгкой рысью поскакал с поля, обдуваемый встречным ветром.

"Ишь, не захотела принимать помощь! Самостоятельная! Ну ничего, поковыляет под ветерком, пошлёпает по лужам, глядишь, в следующий раз посговорчевее будет".

Гневные мысли застилали разум. Тело, подчиненное инстинктам, просто брело куда-то, покуда он не успокоился и не осмотрелся вокруг. Непонятно почему, но он вышёл к реке текущей в сторону Вечнозелёного леса, с одной стороны которой была видна ферма Эпплов, а с другой фонтан и окраины Понивиля. Подхваченные стремительным потоком реки, кленовые листья плыли бравыми корабликами навстречу неизвестности. Трап остановился и посмотрел в речку. Несмотря на волны в ней можно было разглядеть упрямую зелёную морду со зло прищуренными янтарными глазами.

Что-то в отражении ему настолько не понравилось, что он несколько раз ударил копытом по нему, разбивая водяное зеркало на мелкие брызги. Волна внезапного гнева ушла так же быстро, как и пришла, оставив после себя лишь чёткий вкус горечи и клубок скомканным мыслей.

"Что это со мной? Чего это я так разозлился? А вода-то уже ледяная. Да и вечер на носу, вон оно как похолодало".

Трап тяжело вздохнул. Из головы всё не выходили слова тёмно-красной пони, оставшаяся на поле.

— Интересно, как она там? — пробормотал себе под нос жеребёнок. Внезапная догадка, словно ньютоновское яблоко ударило по голове заставив крутиться мозговые шестерёнки.

"Что я за идиот! Бросил пони с раненой ногой на поле одну. А вдруг у неё перелом или ещё что похуже? Так она же может умереть! А виноватым то буду я, оставив её одну. Надо срочно бежать обратно".

Ноги сами пришли в движение, посылая тело обратно на поле. Ветер свистел в ушах, словно тысячи цикад, прохладный ветерок обернулся ледяным шквалом, развивая гриву и проникая до глубин тела своими ледяными когтями. С каждой секундой сердце билось всё чаще и сильнее. К тому моменту, когда он добежал обратно до поля изо рта уже валил пар, зависающий небольшим белесым облачком. Однако там уже никого не было, лишь мятая трава, да разбросанные листья.

"Значит, она уже ушла. Я зря волновался... А может она и не дошла до дома, а где-то лежит в холодном овраге — одна одинёшенька, зовёт на помощь, а никого рядом-то и нет. Надо срочно бежать в мэрию! Собирать поисковые отряды, подключить пегасов... Стоп! А кто это там?"

Его внимание привлёк небольшой силуэт на соседнем холме, прислонившийся к дубу. Смутные подозрения превратились в твёрдую уверенность, стоило подойти чуть ближе. Тяжёлая сумка с книгой была брошена под корни, а сама пони лежала на земле, вытянув больную ногу. Красно-оранжевые лучи заходящего солнца, лёгкими мазками ложились на её мордочку, путаясь в растрёпанной гриве волос. Она медленно повернула голову и посмотрела долгим напряжённым взглядом, словно чего-то, ожидая от него, но не дождавшись снова подставило мордашку солнцу. Не зная, что делать и говорить, он просто лег, рядом всматриваясь в уже зашедшее наполовину светило.

"Что мне ей сказать? Она же точно не может идти одна. А если предложить помощь, то по любому откажется. Может просто начать разговор издалека и подвести к взаимовыручке? Ага. Ты ещё с анекдота начни. А что? Он разрядит обстановку... Какой нахрен анекдот?! Думай!"

Из путаницы мыслей Трапа вернула внезапная тяжесть на левом боку. Недоуменно повернув голову, он остолбенел, словно его облили ледяной водой. Мирно посапывающая единорожка откинулась на бок упершись в Трапа, которым уже начинала овладевать паника.

"ААА! Что она делает?! Зачем? О Селестия, что мне делать?" Пот крупным градом выступил на лбу, несмотря на довольно прохладный воздух. Паника, ехидно оскалив зубы, забегала в голове устраивая сущий кавардак в и без того забитой голове.

Внезапный зевок вывел его из этого сумрачного состояния, заставив подчиниться стадному инстинкту солидарности и зевнуть самому.

— Эй, ты чего зеваешь? Сонливое настроение распространяешь, и вообще... Ты всегда молчишь, когда встречаешься с кобылкой?

Столь серьёзное заявление, сказанное весёлым тоном, заставило усомниться в своих мыслях "А болит ли у неё нога?"

— Красавица моя, ты сама спишь как хорёк до Зимней Уборки. Что ты вообще тут делала? Почему не пошла домой?

Она на короткий миг посмотрела ему в глаза и отвернулась. Трап мысленно отвесил себе подзатыльник за то, что не умеет держать язык за зубами, и, не зная, что сказать, повернулся к горизонту, где солнце уже почти полностью скрылось за горизонтом. Сильный ветер подул на луговую траву, заставляя колыхаться зелёными волнами из стороны в сторону.

— Мне тут нравиться. — сказала Пай нарушив молчание — Отсюда открывается чудесный вид на заходящее солнце. — она чуть улыбнулась и мечтательно прикрыла глаза — Иногда мне кажется, что я вижу хвост принцессы Селестии в тот самый миг когда последние лучи солнца падают из-за горизонта.- она немного помолчала и тряхнув гривой продолжила — Так почему ты меня искал?

— Я вот подумал, что это самое... У тебя тяжёлая сумка с книгами, так что помочь тебе это мой долг, — он патетично взмахнул копытом — Долг как капитана команды, в которой ты играла, и как вежливого жеребца.

По мере монолога её губы раздвигались всё шире и шире, пока низкий гортанный смешок не вырвался сквозь них и не повис в воздухе, все, нарастая и нарастая, покуда кобылка не расхохоталась громким весёлым смехом. Губы Трапа сами собой непроизвольно раздвинулись, и его громкое грубое ржание присоединилось к смеху кобылки, многократно усиливая его. Нескоро, но всё-таки смех прекратился, и они ощутили, как стены стоящие между ними исчезли.

— Эй, Капитан! Помоги добраться до дома, а то, похоже, мои ноги меня не держат.

— Давай! А где, собственно, ты живешь?

Пай лукаво захихикала и махнула ногой в сторону Понивиля.

— Это секрет. Но ты можешь проводить меня до фонтана, а оттуда я дойду сама.

Огромный жёлудь сорвался с дерева вниз все, ускоряясь и ускоряясь пока не врезался в землю. Ещё совсем недавно он мог попасть единорожке, оставив на голове внушительную шишку, но её уже не было под деревом. Она, медленно переставляя ноги и опираясь плечом на зелёного жеребёнка, шла в сторону Понивиля. Удивительно огромные звёзды, словно фонари, освещали серебряную тропу ведущую домой.

## Берёзовый лист

Нагретые солнечным светом сосновые парты источали лёгкий аромат смолы, будоражущий кровь и заставляющий растягивать губы в радостной улыбке. Столпившиеся возле окон кобылки и жеребята, непрекращая ни на секунду кого-то высматривать, продолжали разговор.

— Слышали? Сегодня к нам придёт новенькая. — голубая единорожка нетерпелива притопывала ножкой

— Новенькая? Впервые слышу. — Джевел недоумённо посмотрел на единорожку — Виолин, ты серьёзно?

— Нет блин, шутки шучу! Интересно, как она выглядит?

— Да кстати, откуда она?

— По слухам, из какого-то большого города, приехала. Не знаю точно из какого.

— А вот интересно, какая у неё кьютимарка? — проборматала невысокая бордовая пони, внимательно высматриваю новенькую за окном. Внезапный взрыв хохота сотряс класс.

— Ха-ха-ха! Черилли, тебе бы только кьютимарки рассматривать.-Виолина поправила чуть сьехавшие очки- Дай тебе альбом кьютимарок знаменитостей, и ты не остановишься, пока их всех не пересмотришь и не запомнишь наизусть!

Остальные пони засмеялись удачной шутке, заставив сильно смутиться бордовую пони. Дверь в класс открылась и суровый мужской голос проворчал:

— Кхм. Ученики. Разве вы не слышали звонок на урок?

Ученики нехотя начали расходиться от окон, занимая свои места. В классе воцарилась тишина. Та самая рукотворная тишина, ожидаемого чуда, которую можно почувствовать в театре перед началом захватывающего представления. Учитель внимательно осмотрел класс, скупо улюыбнулся одними губами и пророкатал:

— Доброе утро, класс!

= Доброе утро, Вудсток Бенедиктович!

— Сегодня в нашем классе происходит большое событие. Кнашему коллективу присоединяется новый ученик и я надеюсь, что вы отнесётесь к нему с должным уважением и радостью, свойственной всем понивильцам.

Он подошёл к входной двери, открыл и негромко проговорил, так что его услышал только собеседник.

— Заходите, пожалуйста. Вам нечего стесняться. Прошу, заходите.

Тихонько поцокивая копытами в комнату вошла тёмно-красная кобылка. Её пшеничные волосы были заплетены в две толстые косы аккуратно переброшенные на левое плечо. Короткая шерсть на крупе была расчёсана на большие квадраты в шахматном порядке. Завершал образ небольшая коричневая сумочка самого простого покроя, единственным украшением которой была латунная бляшка в форме яблока.

— Её зовут Лаймон Пай. Откуда она и где живёт, вы вполне сможете узнать сами просто спросив её.Ну не будем тратить время. Тема нашего сегодняшнего урока... Да, мисс Пай?

— Вудсток Бенедиктович, а где моё место?

— Гм... — учитель задумался и внимательно осмотрел класс. Почти все парты были заняты, за одной из полусвободных парт сидел забияка — Трап. Он как раз с невозмутимым видом что-то высматривал за окном.

— Обычно мы не назначаем место, за котором находятся ученики, но сегодня особый день и можно сделать исключение. Видишь вон того жеребца? Присаживайся к нему. Итак продолжим. Тема нашего сегодняшнего урока — "Смутные поэты."

Пожилой пони начал свой урок и ученики поспешно похватав в рот ручки кинулись записывать основные имена и даты. Не поварачивая головы, Трап боковым зрением следил за приближающейся кобылкой. Аккуратно протискиваясь между партами, Пай села на своё место и как бы невзначай бросила взгляд на соседа, который всё также невозмутимо смотрел в окно. Она быстро достала тетрадь и ручку, и открыв уши приготовилась погрузиться в мир былых историй. Вудсток как раз закончил вступление и перешёл к проверке домашнего задания.

— Итак, я задавал вам прочитать о истоках смутного времени и кто что нашёл?

Несколько ног поднялось вверх. Вудсток внимательно осмотрел отвечающих и махнул первому.

— Джевел, начинай.

— Более двух веков назад в Кантерлоте двумя единорогами Ефимом и Мироном Черепановыми был построен первый в мире паровоз. Это событие произвело фурор! Оказалось, что под действием пара возможно производить очень много труднозатратных в физическом плане действий. Например для того чтобы вспахать поле требовалось усилия двух сотен земнопони работающих в течении недели. Гусеничные тракторы на паровой тяге могли сделать тоже самое за 4 дня. И таких тракторов потребовалось всего бы штук пять. Для управления трактором требовался один понь. При работе в две смены и организации проживания хватало 15 поней. Куда же деваться остальным? Только в города. Там требовались рабочие копыта, правда не в таких количествах. Началась безработица. Чтобы недопустить голода, принцесса Селестия велела кормить и поить поней за счёт казны, однако это всё равно не решало проблему трудоустройства. Тогда, то и появились первые смутные поэты.

— Очень хорошо, Джевел — Учитель придвинул к себе журнал и сделал отметку — Ещё несколько таких же подробных ответов и экзамен можешь не сдавать. Какие поэты вам известны?

Из класса тут же послышались ответы:

— Кхекхенин! Мяуковский! Блок! Некрасив! Белый!

— Да-да-да. — учитель поднял ногу призывая к тишине — Все эти пони — поэты. Но сегодня мы рассмотрим только одного из них, а именно Кхекхенина. Он родился в селе Константиново. Среди обычных земнопони пахавших поля и выращивающих пшеницу. Детство его было как и у всех деревенских жеребят. Летом собирали полные полные корзины грибов и ягод, удили рыбу и помогали родителям по хозяйству. Ещё с младых копыт он отличался особой местательностью и наблюдательностью. Мог заметить какой красоты были крылашки у бабочки или часами описывать полевые травы, цветы, деревья, птиц, жуков о много чего другого. Бывало родители заставали его рисующим на деревяшки обычным углём. Некоторые пони пророчили ему карьеру художника. Однако судьбе суждено было сделать резкий поворот. Когда он начал ходить, как и все остальные, в школу никто и не подозревал к чему это приведёт.

— Буквы. — он замолк и бросил взгляд на зачарованных рассказом пони — Буквы. Эти простые значки, слагающиеся в бесконечный ряд слов, захватили его. Словно одержимый он читал всё, что попадалось ему на глаза. Впрочем печатное дело было ещё не слишком распространенно и количество книг в семь редко превышало больше 1-2 штук. Когда все книги в селе кончились Кхекхенин сильно затосковал. Родители как не старались, не могли развеять его тоску и тут на помощь пришла бабушка Сергея знавшая много старинных песен и приговорок, которые она напевала молодому внуку. Потихоньку-полегоньку яркий сочный деревенский речетатив развеял тоску жеребёнка и пробудил в нём новый дар — поэзию. Сначало он просто перепевал песни, потом начал сочинять свои, на удивление добрые и мелодичные.

Ловким движением он открыл книгу на закладке и прочитал:

Весенний день звенит под конским ухом

С приветливым желаньем к первым мухам.

Но к вечеру уж кони над лугами

Брыкаются и хлопают ушами.

Всё резче звон, прилипший на копытах,

То тонет в воздухе, то виснет на ракитах.

И лишь волна потянется к звезде,

Мелькают мухи пеплом на воде.

Ученики молчали. Перед их глазами как живая стала поноводная река отражающая безграничное голубое небо, полное белых, как овечья шерсть, облаков. Не осознавая того, пегасы перебирали крыльями воздух, земнопони — пощелкивали зубами поедая сладчайшую луговую траву, а единороги тихо посмеивались оценив скрытую иронию текста.

По зданию школы разнёсся мелодичный звонок, оповещающий об начале перемены. Учитель попросил не опаздовать на следующий урок и ушёл в учительскую. Лишь только закрылась дверь, пони повскакивали со своих мест и окружили Пай. Наступило неловкое молчание. Каждая из сторон ждала, что другая заведёт разговор, но смельчаков как-то не находилось и молчание всё больше затягивалось поедая время крохотного перерыва.

— Ба! Да это же ты играла с нами в бейкопыто на прошлой неделе.

Пай присмотрелась и увидела весело улыбающегося Джевела. Он был несколько массивнее и выше остальных в классе и ему не составило особого труда видеть новенькую.

— Привет, Джевел! Я не думал, что мы будем учиться вместе.

— Так вы знакомы? — Виолет удивленно поправила очки — Ты спортсменка?

— Да нет, не сказала бы, что спорт мне очень нравится.

— А что тебе нравится?

— Нууу... Если по секрету... — все пони наклонились, дабы не пропустить не слова — яблоки.

Пони на миг застыли словно восковые фигуры и дружно заржали. Витавшее в воздухе напряжение развеялось словно дым. Пони начали разговаривать между собой смакуя шутку, потихоньку разбиваясь на группки и расходясь по своим делам. Пай повернулась к Трапу.

— Привет, Трап! Как дела?

— Нормально. А ты как?

— Тоже хорошо. Весёлый у вас класс.

— Да. Не без этого. — он отвернулся к окну.

— Может ты мне устроишь экскурсию по городу после уроков?

— Нет, не могу. — его взгляд продолжал что-то высматривать за окном.

— Ааааамм... — Пай несколько обескуражилась от такого ответа. Немного помолчав она повторила попытку — Ну тогда может завтра?

— Завтра я тоже не могу. Дела. — он повернулся и раздражённо рявкнул — Я сообщу тебе, когда я буду свободен.

Она чуть отшатнулась и отвернувшись ничего ему не ответила. Входна дверь открылась и учитель вернулся в класс. Учащиеся расселись по своим местам и приготовились записывать. Аккуратно поправив стопку учебников, Вудсток Бенедиктович, пророкотал:

— Сегодня мы будем разбирать логарифмы. А через неделю устроим по ним контрольную. По классу разнёсся дружный стон недовольства в ожидании долгих и мучительных дней зубрёжки. По лицу пожилого поня пробежала довольная усмешка. Он открыл учебник и начал урок.

Время приближалось к трём часам дня, когда двери школы открылись и неугомонная толпа школьников выпорхнула наружу, сразу разбиваясь на отдельные кучки. Часть пегасов тут же упорхнула в Клаудоскул на тренеровку по высшему пилотажу, а остальные разлетелись по домам. Единороги в перемешку с земнопони бурно обсуждали последние школьные слухи, учителей, домашнее задание и прочие важные вещи. Одной из последних школу покинула Пай, старающаяся особо не попадаться никому на глаза. Яркое тёплое солнце уже скрылось за своими верными осеннеми спутниками — облаками. Пегасы не олень любили разгонять подобные облака, ибо те не имели какого-то постоянного очертания и порой сходило семь потов, прежде чем эта осенняя хмарь исчезла. Правда довольно часто бывало, что спустя всего каких-то пару часов серость возвращалась и всё становилось по старому.

Тем не менее на улице было тепло и сухо, отчего настроение единорожки немного подымалось. Она даже начала насвистывать весёлый мотивчик, когда вежливое покашливание заставило обратить на себя внимание. Позади неё стояла невысокая бордовая земнопони в очках и застенчиво улыбалась.

— Привет, Пай.

— Привет — она улыбнулась в ответ- Мы знакомы?

— Эээ, да! То есть нет! То есть мы учимся в одном классе — онасправилась с косноязычием и быстро проговорила фразу одним словом — МенязовутЧериллиТодд. Оченьприятно!

— Эмм... — единорожка напрягла лоб пытаясь разобрать слова — Тебя зовут Черилли, так? Если ошиблась — извини, я просто не очень разобрала твоё имя.

— Да! Меня зовут Черилли. — сказала она уже более спокойным, но всё ещё сильно смущённым голосом — Тебе в какую сторону идти?

— К яблоневым садам. А тебе?

— Мне тоже в ту сторону — она тихо пробурчала — Может пойдём вместе?

— Почему бы и нет. — Пай тряхнула косами и, улыбнувшись, пошла рядом.

Некоторое время они шли молча. Сухие берёзовые и кленовые листья весело шуршали под ногами, чуть потрескивая когда на них наступали всем копытом. Небольшие пирамиды из старых листьев и сухих трав украшали зелёный ковёр травы. Иногда слабые порывы ветра врезались в кучи подхватывая несколько листьев и кружись с ними в быстром вальсе. Взгляд Черилли был прикован к особо прекрасному танцу, и когда тот закончился она мечтательно закрыла глаза.

— Они чудесно танцуют — внезапно для себя сказала земнопони. Заметив удивлённый взгляд Пай, тихо продолжила — Листья и ветер. Иногда мне кажется музыка под которую они двигаются. — она закрыла глаза и покачивая головой напела — Тан-тан! Тарарара-тан-тан! Тааан!Тан-тан! Тарарара-тан-тан! Тааан!

— Удивительно. -Пай близко подошла к пони и восхищенно воскликнула — Прикольная мелодия. Ты пробовала её записывать?

— Нет. Я не знаю нотной грамоты.

— Ну так можно же её выучить! Ты часто сочиняешь мелодии?

— Нет. Только когда читаю что-нибудь интересное и захватывающее.

— Например?

— Например люблю страшилки Артура Коня Дойла, сказки Белянина, Терри Пратчетта и героически истории о войне Двух Сестёр.

— Да? А какое твоё произведение о войне любимое? — Пай со жгучим интересом смотрела на Черилли.

— Песнь о Роланде — прикрыв глаза, она сосредоточилась и продекламировала по памяти:

"Турпен увидел — тяжко ранен он:

Четыре пики вонзены в него,

Но тут же встал, как истинный барон,

Взглянул вокруг, к Роланду подошел

И молвил: "Я еще не побежден.

Живым не сдастся в плен вассал честной".

Покачивая головой в такт ритму песни Пай продолжила:

"Взял он Альмас, меч вороненый свой,

И тысячу ударов им нанес.

Воочью видел после наш милорд -

Четыреста мятежников там легло:

Кто тяжко ранен, кто пронзен насквозь,

А кто и распростился с головой."

Последние слова растворились в воздухе и обе пони с симпатией посмотрели друг на друга. От былой неловкости не осталось и следа.

— Не думала, что встречу в первый же день знатока средневекового эпоса.

— А я не думала, что вообще встречу тут пони интересующегося литературой помимо школьной программы. Они непринуждённо рассмеялись.

— Пай, ты уже ходила в нашу библиотеку?

— Нет. Я недавно переехала, неуспела даже ничего толком посмотреть. Да что там! Я даже вещи всё никак не разберу.

— Хочешь, завтра помогу с вещами, а потом покажу город?

— А давай!

Они весело ударили по копытом и довольные собой продолжили путь.