# Героями не рождаются

LegendsOfTheFrost

Не получается быть героем в своем мире? Так почему бы не попробовать в чужом?

На самом деле полное название фанфика полностью должно было звучать как "My Little Посланник-Страж-Хранитель-Сантехник Эквестрии 2: Спасти Вселенную", но оно упрямо отказывалось заниматься спортом, садиться на диету и вообще влазить в верхнюю строчку в роли синих букв, так что мне придется за него перед вами извиниться и оставить всё как есть...

## Героями не рождаются

Порой Судьба любит поразвлечься.

Это известно всем, кто хоть раз получал сюрпризы от этой непредсказуемой особы. Конечно, не все из них были завернуты в блестящую упаковочку, не на всех были написаны искренние пожелания и лишь некоторые из этих сюрпризов наполовину состояли из крема, не считая, конечно же, тех, которые стремились поскорее встретиться с лицом.

Но если вы думаете, что Судьба выбрала вас как своего любимчика в своих безобидных розыгрышах, когда решила, что горячую воду отключат только в вашей квартире или забыла напомнить вам перед стиркой, что ваш кошелек все еще не покинул правый карман брюк, то вы сильно ошибаетесь.

Судьба играет не только судьбами обычных людей, но и судьбами целых Вселенных.

На самом деле правила не сложнее, чем шахматные. Главное — не давать кнопку управления чем-то сложнее микроволновки типам в белых халатах и не бросать в газировку мятные конфетки, и наверняка все будет хорошо.

Правда все эти глобальные партии очень сильно утомляют, и именно поэтому Судьба иногда приглашает сыграть в них простых смертных, лишь малая часть которых умудряется не проиграть Судьбе на ее поле. А о том, чтобы победить эту капризную госпожу можно только осторожно помечтать, ведь мечтать о несбыточном далеко не так опасно, как воплощать эти мечтания в реальность. Но на то мечты и остаются мечтами, чтобы хоть иногда сбываться. И те, кто обыграет Судьбу и гордо посмотрит ей глаза, удостаиваются самой большой награды, которая только возможна.

Именно их называют героями.

* * *

За окном власть над природой взял один из тех осенних дней, которые хоть и не могут похвастаться температурами, вжавшимися в нулевой градус, но с успехом компенсируют этот недостаток промозглым ветром и обилием грязи в тех местах, куда вы как раз собираетесь наступить. Путь до дома в такую погоду превращается в испытание скукой, лишь изредка предлагая поплотнее запахнуться от пронизывающего дуновения вездесущих потоков холодного воздуха, которые, в какую бы сторону вы ни шли, будут всегда дуть откуда-то спереди. И, разумеется, больше всего подобный выбор направления оценит ваше лицо, прямо-таки посинев от радости.

Но не стоит думать, что такие капризы природы не доставляют никому удовольствия — ничего подобного. Например, те люди, кто огражден от ветра толстым слоем оконного стекла и защищен от холода обогревателем, кофеваркой и прочими полезнейшими продуктами прогресса, нисколько не огорчаются, если вдруг хлынет проливной дождь или ветер решит поискать слабые места в одежде очередного прохожего. К сожалению, наш герой в тот момент к этой категории если и относился, то только с завистью: до дома ему оставалось ещё пятнадцать минут ходьбы и три — стояния на светофорах, и подобные перспективы его вовсе не радовали.

Наверное, стоит ненадолго остановиться, заварить чай и описать нашего протагониста, который является молодым юношей невысокого роста, с формами, которым больше подходит слово "округлые" чем "атлетические", и странно уложенными чёрными волосами — прическа его была того самого типа, который возникает либо от передозировки геля для укладки либо от недельного недостатка шампуня. Выражение его лица было таким же довольным как у трехтысячелетней мумии, а горделивая осанка может и была с ним знакома, но почти всегда проходила мимо и не здоровалась. В общем, до шаблонного образа ему не хватало только тучи над головой и бьющей оттуда молнии. Знакомые, точнее те, кто хоть как-то с ним контактировал, звали его Максом. Странно, но факт: Судьба просто обожает эти короткие, звучные и просто запоминающиеся имена своих избранников — Пётр, Гай, Кир, Навуходоносор... Не исключено, что здесь замешан какой-то фатум, кто его знает?

Тем временем наш герой в очередной раз завернул за угол и внезапно для себя столкнулся с двумя интересными событиями. Во-первых, ветер прекратился, а грязи стало определённо меньше. А во-вторых, за углом обнаружилась троица весьма интересных типов. Они определённо не были спортсменами, хотя были одеты в спортивные куртки. Они не были строителями, хотя манера носить бычки за ухом и могла навести на эту мысль. И, если уж быть совсем честным, до настоящих сапожников им тоже было далеко. Но ребята старались, этого у них не отнимешь.

...Действовать необходимо было молниеносно, и парень, быстро окинув взглядом переулок, выступил вперёд, резко выбросил кулак влево, увернулся от удара справа, присел на землю, перекатился, сбил с ног ещё двоих, а затем...

Ну, то есть он так бы и поступил, будь это второсортный боевик или сон с плохим бюджетом, но реальность оказалась не такой щедрой и одарила его лишь самодовольной ухмылкой самого высокого из незнакомцев. Макс отступил на шаг назад, смутно припоминая, что нормативы по бегу были придуманы не просто так, а на курсах самообороны он был только один раз, да и тот случайно, когда перепутал их с интернет-кафе.

"Чёрт побери, — только и подумал он. — Ну, с одним бы я справился. Ночью. В тумане. Если бы он валялся без сознания. Но что теперь делать-то?"

К счастью для него, от дальнейших диспутов его спасла сила тяготения и порыв ветра, сбросивший с ближайшей крыши кусок черепицы. Пару миллисекунд ушло на прицел, но уже в следующее мгновение ускорение свободного падения сделало своё дело, и голова парня познакомилась с архитектурой родного города ближе, чем за все предыдущие годы, что избавило его от неприятных разговоров, а также от кошелька, мелочи, сотового и прочих мелких радостей жизни.

А мир под шумок погрузился во тьму...

* * *

Макс открыл глаза.

Обычно это подразумевает хоть какое-то изменение ситуации, но в этом случае все было совсем наоборот. Он не знал точно, где находится, но слово "ничто" так и просилось на ум — вокруг была одна сплошная чернота, как будто кто-то слишком жадный решил сэкономить на малярах по максимуму. Однако, это не означало, что вокруг действительно ничего не было — например, он готов был поклясться, что видел, как перед ним пролетели два мотоцикла. Юноша протер глаза.

"Странно, что жизнь после смерти выглядит именно так, — пришло ему в голову. — Я ведь вроде бы умер не на полянке с грибами..."

— Молодой человек, — кашлянул женский голос за его спиной. — Вы очередь занимать собираетесь?

Макс вздрогнул и медленно повернулся — прямо на него с интересом посматривала стройная девушка с рыжими волосами, длинными ресницами и глазами, в которых можно было утопить целую флотилию. Он поймал себя на мысли, что секунду назад цвет её зрачков был голубым, а не зелёным, как сейчас.

— Я за вами буду, — смущенно пробормотал он и пристроился за девушкой. Та все ещё сверлила его изучающим взглядом. Внезапно в голову парня ударила смутная догадка. — А вас, случайно, не Мэри зовут?

— Что?! — красавица обиженно надулась. — Во Вселенной миллионы имён! Аделаида, Аграделла, Мария, Филомина, Прасковья... Этаналь, в конце концов! С чего ты взял, что меня зовут именно Мэри? Меня могу звать как угодно! Ха! Что за неуважение к юной леди! Ты понял, а?!

— Прости, — извинился Макс. — Я не подумал.

— Но, вообще, меня и правда зовут Мэри, — снисходительно сообщила его капризная собеседница. — Будем знакомы. Ненадолго, конечно. Скоро уже и мой черед подойдёт.

Она ещё раз окинула Макса оценивающим взглядом, хмыкнула и отвернулась, оставив его наедине с окружающим пространством и длинной очередью, уходящей за несуществующий горизонт. Тут были самые разные создания, начиная от людей и заканчивая разумными фиолетовыми нотами верхних диапазонов, и все они стремились попасть к небольшому, твёрдо стоящему на небытие столику, за которым восседал толстый краснолицый человечек не больше четырёх дюймов высотой с огромной сигарой в зубах и телефонной трубкой в три раза выше собственного роста. Не считая прекрасной знакомки, между ним и Максом стоял всего лишь один ожидающий — какой-то мужчина в техасской шляпе с рюкзаком, терпеливо наблюдавший за тем, как коротышка нервно сбивает пепел и спорит с телефонисткой.

— ...Да! Чёрт бы его побрал! Парень! Да, в белом халате. Да, учёный! Ну, этот... Как бишь его? Артур! Как он? Приняли? В каком смысле "приняли по частям"?! В прямом?! Только этого не хватало! Слушай, ты же не первый день работаешь, разберись там... Что значит, не знаю как?! — вдруг рявкнул он. — Возьми суперклей! Всё, у меня клиенты! Чао-какао. База, до связи.

Он бросил трубку и принялся изучать какие-то документы. Стоящий перед ним мужчина при этом вообще не шевелился. Наконец, печать с громким хлопком шлепнула бумагу, коротышка закурил новую сигару, поздравил техасца, и тот растворился в пустоте. Макс нервно сглотнул. Ситуация начинала нравиться ему все меньше. Мэри лёгким кокетливым движением поправила короткую юбку и шагнула вперед. Парню ничего не оставалось кроме как последовать за ней.

— Ну-с, милая моя, — пропыхтел толстяк. — Не в первый раз уже, как я понимаю?

— Ну конечно, — обворожительно улыбнулась девушка.

— Стандартный набор? — человечек пролистал какие-то бумаги. — Неожиданное появление, героическое спасение, королевство в беде, пара-другая принцев и ручной дракон?

— Ещё великий артефакт, — Мэри постучала ногтем по столу. — И бал.

— Точно, точно, — коротышка поправил подтяжки на клетчатых штанах. — С документами вроде все в порядке. Удачи, мисс Сью. И до новой встречи.

Девушка расплылась в лёгкой розовой дымке. Макс посмотрел на свою руку — та оказалась очевидной болтуньей и слегка подрагивала. То, что слегка подрагивала она из-за того, что держала другую руку, которую трясло как при ознобе, совсем не внушало ему уверенности. Он зажмурил глаза и сделал маленький шажок к столу.

— Ба! — краснолицый выпустил кольцо дыма. — Парень, да не бойся ты так. Не умер же, в самом деле. У нас в ППП, конечно, разные попадаются, но такого как ты в первый раз вижу. Слушай, ты у нас везунчик просто. Десятитысячный клиент за последний месяц. Давай что ли бонус тебе выпишем. Кем хочешь быть?

— Чего? — не понял Макс. Насчёт грибной поляны у него начинало появляться все больше смутных сомнений.

— Ну, единорог, например, — махнул рукой карлик. — Классика жанра. Или чего-нибудь молодежное типа пегаса. Или даже пегаски, хотя проблем будет — закачаешься, да и повествование дальше сотни тысяч слов затянется... Не, не вариант. Слушай, ну давай, тебя тогда в земнопони забултыхнем? Думаю, это будет новый тренд! А что? Идея на десятку. В прошлый раз с усатым прокатило.

— Слушай, мне тут...

— А давай, аликорна забабахаем? — с энтузиазмом предложил толстяк. — А что? Мысль дельная.

— Али кого? Корн? Как кукуруза?

— Ну, аликорн, — пояснил коротышка, всплеснув руками. — Как Принцессы. У нас все большие кончились, правда, зато маленьких хоть отбавляй. Но ты не переживай. Закинем тебя лет этак за семьсот до всяких интересностей. Поживешь там, у Селестии, у неё шикарная спальня, тебе понравится. Дворец, еда, слуги... Не жизнь, а малина, такую харю себе отъешь, мама родная не признает. Соглашайся, давай.

— Да без разницы мне! — взорвался Макс. — Слушай, я правда не понимаю, что за...

— Ну не хочешь... Ну и зря... Был у нас один, так он не жаловался, — человечек сделал на своём листке какую-то отметку. — Без разницы так без разницы. Судоходство устраиваем?

— Чего? — опешил парень.

— Так-с, понятно, — протянул коротышка и послюнявил карандаш. В одной из граф появился жирный прочерк. — Идём дальше по списку... Место прибытия. Есть предпочтения?

— Что? Нет! Да послушай же ты, у меня...

— Ладно, ладно, чего наезжать-то, — человечек сделал очередную затяжку. — Тариф пребывания будем выбирать? Классик, хардкор, милитари, сурвайвал...

— Что тут вообще происх...

— Классик так классик, — пожал плечами он. — Так, что тут у нас? Страховка? Ну, это быстро. Сожжение, разжижение, падение метеорита... Тьфу, ерунда... Ладно, на досуге разберусь. Ты, главное, поосторожней там.

— Там это где?

— Там, куда впопаданит, естественно, — коротышка сделал еще одну пометку. — Арамейский знаешь?

— Нет!

— Плохо, — покачал головой человечек. — Надо было учить. Специальные предпочтения, пожелания, жалобы?

— Я, знаете, вот как раз хотел...

— Ну, хотеть не вредно, — ухмыльнулся коротышка, сворачивая документ в трубочку. — Короче, вроде тут все в порядке, подпись твоя не нужна, копию астрального паспорта мы уже взяли. Лады? Гад лак хэв фун, как говорят наши буржуйские коллеги.

— Нет, так дело не пойдёт...

— Точно, — карлик хлопнул себя по лбу. — Забыл про бонус. Давай я дам тебе возможность задать один любой вопрос с гарантией честного ответа? Идёт?

— Ну, наконец-то, — с облегчением вздохнул Макс. — Это я совсем-совсем любой вопрос могу задать?

— О, да, — краснолицый расплылся в улыбке рекламного агента, который только что всучил случайному прохожему летающий утюг. — И ты только что это сделал. Приятного дня...

...И один печальный юноша растворился в небытие. Если бы не повисший в воздухе истошный вопль "Какого ч...", никаких напоминаний о том, что мгновение назад тут кто-то стоял, не осталось бы и в помине.

— Ну чего окаменели там? — прикрикнул коротышка, чиркая очередной спичкой. — Следующий!

* * *

Макс открыл глаза.

В прошлый раз ни к чему хорошему это не привело, но он всё ещё надеялся, что после всего этого Судьба его пожалеет и предложит чашечку успокающего чая с бергамотом. Как оказалось, напрасно. Во-первых, путешествие между мирами — не самая приятная в этих мирах вещь. Представьте, что тридцать вечностей ужимают в полсекунды, и всё это время вы болтаетесь в подпространстве в виде блина длиной в пятьсот тысяч миль и толщиной в микрон. Ощущение после такого передать довольно сложно, как, впрочем, и вообще начать связно мыслить, но, если отбросить красочные подробности, то чувство такое, будто по вашей голове прокатился одноколесный велосипед с розовым слоном, жонглирующим четырьмя полутонными наковальнями. И да, плотно завтракать перед этим не рекомендуется. Иначе до обеда можно и не дотянуть.

А во-вторых...

Во-вторых, прямо на него уставилась шляпа. Сама шляпа была весьма неинтересной — такие целыми гроздьями украшают полки магазинов, в названиях которых в случайном порядке стоят рядом слова "Америка", "Ван" и "Лав". Гораздо примечательнее было то, что из-под шляпы на него смотрели два огромных глаза. И принадлежали они какой-то цветной лошади.

— Эй, дружище, ты как? — озабоченно спросила лошадь.

— Мхммфвхмм, — простонал Макс, пытаясь отползти в сторону. Его рациональное мышление так и не определилось, чему стоит удивляться больше и предпочло ненадолго отключиться. — Мхм?

— Ты б не напрягался так, — посоветовала лошадь. — Мак вон уже за помощью поскакал, яблоко не успеешь сгрызть, они здесь будут.

— Ффе фя? — парень почувствовал, что язык начинает медленно выходить из стадии окаменения. Сейчас он был где-то на уровне пемзы. — Ффо фо фмфой?

— На ферме, где ж ещё тебе быть, — усмехнулась обладательница шляпы. — С яблони рухнул что ли? Это магией тебя так шандарахнуло, точно тебе говорю, сахарок.

— Фафой фафафок? — непонимающе переспросил Макс

.

— Да, видать, не хило тебя пришибло. Ничего, до свадьбы, глядишь, и заживет, — пони зачем-то посмотрела вверх.

— Фя кафефя фто-то фломал... — снова застонал он, извлекая из-под себя обломок ветки.

— Я бы на твоём месте отползла оттудова... — лошадь все ещё не переставала стоять с поднятой головой.

— Фофему? — спросил юноша. — Фа феня фто, фебо уфафет? Фа-фа, фмеффее фекуфа...

И тут небо упало ему на голову.

* * *

Макс открыл глаза.

Честно говоря, это уже начинало порядком его нервировать. Каждый раз он оказывался в совершенно незнакомом месте, и при этом абсолютно ничего не понимал. Можно сказать, что он был котом, а у Судьбы в руках была лазерная указка, и у него никак не получалось ухватить смысл происходящего. Но сейчас он, по крайней мере, может соображать, лежит на мягком сене в каком-то амбаре и у него почти не гудит голова. В этом определенно были свои плюсы. У него даже наверняка получится встать на все четыре копыта, если он хорошенько постарается...

Копыта?

Сознание парня дало задний ход. Если включить логику, то в мире маленький цветных лошадей он наверняка принял подходящую для этого форму. Осталось лишь узнать, какую именно. В общем-то, это было даже интересно, кем же он стал. Первоначальный осмотр головы не выявил никаких признаков рогов, кроме одной огромной шишки, значит, единороги отпали сразу. Попытка развернуть крылья тоже не привела ни к чему хорошему. Ну что же, оставался только один вариант — самый обычный пони без особых способностей, но Макс и так ими не особо хвастался. Что ж, эта проблема тихонько отошла в сторону, осталось только узнать, как именно он выглядит...

"Зеркала тут нет, — с сожалением подумал он, оглядывая содержимое амбара. — И даже присмотреться не во что... Эй, а там что? Ведро с водой? Ха, в воде ведь тоже есть отражение, можно и туда глянуть! Вот я осёл!"

Он осторожно подполз к ведру и взглянул на водную гладь.

И лучше бы он этого не делал.

Потому что насчёт осла он оказался совершенно прав.

* * *

— Да не переживай ты так, — Эпплджек подвинула к нему ещё одну чашку крепкого чая с бергамотом. — У ослов тоже есть свои плюсы.

— Да? — обреченно спросил обладатель своих плюсов. — И какие же?

— Ну... — замялась пони. — У них это... Шкура потолще, вот.

— И когда мне начинать прыгать от радости? — язвительно спросил Макс. — До триумфального танца или после?

— Так, всё, я закончила, — Твайлайт подняла в воздух небольшой блокнот и ещё раз сверилась с записями. — Магии в тебе ровно ноль. Ничего не осталось. Но ты прибыл из другого мира, это не обсуждается. А изменение твоего... внешнего вида могло быть вызвано сильным магическим фоном Эквестрии. Да, я почти в этом уверена. И мне чаю налейте, пожалуйста.

"Сильным магическим фоном... — обреченно подумал парень. — Или тем, что какой-то гном написал пару закорючек не в том месте. Надо было сразу соглашаться на Комбикорна..."

— Может ты и права, — вздохнул он. — У вас печенья едят? А то это сено просто ужасно.

— Сено? — глаза Эпплджек округлились. — Ты чего, его ел?

— Ну да, в других мирах все травоядные питаются...

— Вообще-то, — кашлянула единорожка, — Оно здесь для того, чтобы спать.

— Так вы его не жарите?

— Яблоньки мои, да где ж ты видел жареное сено? — охнула Эпплджек. — Это ж кому такое в голову придёт? Ты вообще в курсе, что сено — это высушенная трава?

— Возьми лучше печенье, — примирительно предложила Твайлайт, поставив перед ним маленькую тарелку. — Может, расскажешь о себе? Как тебя зовут, например?

— Моё имя... — Макс запнулся.

Эй, а они ведь не знают совсем ничего, верно? Так почему бы не воспользоваться этим шансом? В конце концов, шанс произвести первое впечатление не выпадает дважды...

— Дон Кихот, — выпалил он первое, что пришло ему на ум.

— Донки Хот? — переспросила Эпплджек.

— Не совсем, на самом деле правильно говорить...

— Донки Хот? — удивилась Твайлайт. — Я, кажется, что-то такое читала...

— Очень может быть, — свежеиспеченный дон взял зубами печенье. — В своем мире я — самый известный герой. Но моё имя лучше произносить как Дон..

— Донки Хот, вот умора, — захохотало окно справа. — Я сейчас расплачусь, чесслово.

Донки обернулся и увидел звонко смеющуюся пегаску с гривой, которая была бы просто бесценной на уроках рисования во втором классе. Продолжительность её хохота наводила на мысль о том, что у пегасов внутри находится секретный запас воздуха как раз для таких случаев, а то, как она каталась по земле, напоминало удар током из стандартной розетки. Наконец, она пришла в себя, утерла последние слёзы и уставилась на осла.

— Ты серьёзно? — хихикнула она. — Ты — самый известный герой?

— Да, — обиженно кивнул самый известный герой. — Неужели не видно?

— Но ты же осёл!

— Это я тут осёл, а в своём мире я... — он беспомощно развел копытами. — Ну... Герой...

— Ха-ха! — помотала головой пегаска. — Не верю!

— Может, расскажешь какую-нибудь историю о своих приключениях? — попросила Твайлайт.

— Ну ладно, — осторожно кивнул знаменитый герой. — Так вот, однажды...

* * *

[Этими звездочками обозначается рассказ, полный героизма, пафоса, возвышенного эпоса, захватывающих сюжетных поворотов и взрывов, но при этом никакой ценности для читателя не представляющий. Когда же все закончилось, в обстановке ничего не поменялось, за исключением того, что на лицах пони светилось выражение крайнего восхищения. Если уж вам так интересно, о чем же было это повествование, то ниже вы можете ознакомиться с его окончанием. Пожалуй, оно скажет само за себя.]

-...И тогда я сразился с Дартом Вейдером на вершине Ородруина и сбросил последнего Терминатора прямо в жерло вулкана. Так были разрушены планы злобного Агента Смита, остановлены Жнецы и спасена вся наша Галактика. Вот такая история. Ну, конечно, это ее простенький вариант, почти что лёгкая прогулка, я ещё не рассказал вам об Асмодеусе...

— Ух ты! — Рейнбоу взлетела под потолок и проделала импровизированную мертвую петлю. — Вот это круто! Почти как в книгах о Деринг Ду, только со световыми мечами! Быть героем, побеждать Зло, спасать девиц, заточенных в башнях...

— Ну да, — скромно кивнул Донки. — Так и живём.

— А девица это кто? — поинтересовалась пегаска.

— Ну... — герой поперхнулся чаем. — Это... Незамужняя... Кобыла...

— Как Принцесса Селестия? — уточнила Твайлайт.

— А сколько ей лет?

— Точно не знаю, — покачала головой единорожка. — Больше тысячи.

— Кхм... — Донки закашлялся. — Не имею ни малейшего понятия.

— Сахарок, ты чего-то там говорил об Асмодеусе, — напомнила Эпплджек. — Это что за фрукт?

— О, — тон голоса Донки приблизился к отметке "зловещий шепот". — Это огромный дракон, страшный, как сам ужас, и злобный, словно спит по два часа в сутки... Он — мой злейший враг во всех мирах, но в нашей последней битве мне удалось его одолеть и изгнать в гиперпространство. А сейчас я вроде как на отдыхе. Ну знаете, эти геройские деяния, они так утомляют...

— Ладно, похоже, это стоит того, чтобы завтра отправиться в Кентерлот и представить тебя Принцессе, — зевнула Твайлайт. — Что-то припозднилась я. Пора бы уже и домой.

— Как домой?! А вечеринка?!

Вопрос проскакал по комнате как надутый до предела мяч и исходил от стоявшей в дверях амбара розовой пони, которая лучилась энергией как небольшой ядерный реактор, а её широкая улыбка напоминала улыбку львицы, обнаружившей в своей берлоге стадо антилоп и с нетерпением ожидающей игры в "съедобное-несъедобное."

— Я за! — весело отозвалась Рейнбоу. — Кто поскачет за пуншем?

— Эй, вы что? — Донки отступил на шаг назад. — Какая ещё вечеринка? Чего вы все так странно улыбаетесь?..

На этом месте героя можно ненадолго оставить одного — всё равно весь следующий вечер и частичку ночи вокруг него было слишком много громкой музыки, чтобы хоть что-нибудь расслышать, слишком много пони, чтобы хоть что-нибудь разглядеть и слишком много пунша, чтобы хоть что-нибудь понять. Честно говоря, розовая кобылка несколько преуменьшила значимость слова "вечеринка" — в реальности это больше напоминало локальный Праздникопокалипсис чем простое веселье в уютной компании, но для всех присутствующих пара часов недосыпа явно стоила того.

И уж конечно, никто и не заметил, что в ночном небе над яблоневым садом вспорхнули два огромных чёрных крыла...

* * *

Дворец оказался просто огромным. Снаружи его стиль больше напоминал скорее о кондитерском, чем об архитектурном искусстве, а цветовая гамма заставляла задуматься о марципане и творожном креме, но изнутри он выглядел на столько звёзд, что их наверняка хватило бы на небольшое созвездие. А учитывая, что до сих пор новоявленному дону нечасто приходилось посещать королевские дворцы, его изумление просто не с чем было сравнить.

Ну, то есть, было не с чем ровно до того момента, как он вместе с друзьями Твайлайт попал на личную встречу с Принцессами. При одном их виде ему хотелось схватиться за словарь синонимов — вряд ли его нынешнего словарного запаса было достаточно, чтобы описать всю их красоту. Однако, на слово "божественная" его вполне хватило, и, если бы в тот момент он играл со Вселенной в "холодно-горячо", он бы наверняка обжегся. Донки учтиво поклонился и принялся переводить внимание с одной Принцессы на другую, не в силах оторвать взгляд и отбросить надоедливую мысль о том, что, сложись обстоятельства чуть-чуть по-другому, прошлую ночь он провёл бы в спальне у Селестии. Хорошо хоть, что одна из подруг Твайлайт со сложным именем подарила ему парадный мундир, иначе бы он так сгорал от стыда, что на него смело можно было бы ставить кастрюлю. Хотя в этом он и не мог сравниться с одной розовогривой пегаской — за все время поездки в поезде даже чайный сервиз активнее реагировал на его реплики.

— Так вы и есть прославленный герой? — поинтересовалась солнечная Принцесса.

— Да, ваше... Светлейшество... — придворный этикет явно не был его сильной стороной.

— Мы читали о ваших подвигах, — сообщила лунная. — Очень занимательные приключения. Особенно то, в Карибском море. Когда вы остались один на необитаемом острове и связали веревку из...

— Да, да, — поспешно кивнул Донки. — Помню, а как же.

— Для нас будет честью принять такого отважного и смелого защитника Гармонии как вы, — улыбнулась Селестия. — Располагайтесь, чувствуйте себя как дома.

— Спасибо, вот только если вы позволите спросить... — бесстрашный герой вздрогнул. — Ч-что это там т-такое?

Селестия повернулась к стене, которая начинала приобретать тот оттенок, который обычно описывают как “непроглядную тьму, сквозь которую можно разглядеть лишь отражение ужасов, живущих в глубине вашей души”, хотя слова “черный” в большинстве случаев более чем достаточно. Тьма между тем выползла в середину комнаты, взвилась вверх в виде столпа абсолютного зла, а затем ринулась вниз, дабы принять колеблющиеся очертания иссиня-черного изображения дракона с глазами, горящими чистой яростью и оксидом углерода. Дракон откашлялся.

— ДОН КИХОТ! — взревел он. — О, КАК ДОЛГО ЖДАЛ Я ЭТОГО СЛАДОСТНОГО МИГА!

— Вы меня, кажется, с кем-то путаете, — пробормотал осёл, вжимая голову в плечи. То, что этот дракон был единственным существом в этом мире, которое могло правильно выговорить его псевдоним, почему-то совершенно не утешало.

— О НЕТ, Я ЧУЮ ТЕБЯ! ТЫ ЗДЕСЬ. Я ПОМНЮ ТВОЙ ГОЛОС, — дракон извернулся и уставился на Донки. Стена позади лишенного страха и немного дрожащего героя начала дымиться. — ТЫ!

— Я? — удивлению Донки не было предела. — Но...

— Эй, подожди, — фыркнул дракон, выпустив из ноздрей симпатичное колечко дыма. — Да ты же осёл! Нет, я, конечно, всегда это знал, но чтобы так явно...

— Ну, знаете ли, — буркнул Донки. — Это уже ни в какие рамки.

— Разницы нет, — дракон зевнул, продемонстрировав набор остро отточенных клыков, которому позавидовала бы любая домохозяйка. — Так даже проще.

— Кто ты? — выступила вперед Селестия.

— Я — АСМОДЕУС! — проревел дракон, расправляя огромные черные крылья. Отважный герой нервно отступил на шаг назад. — ПОВЕЛИТЕЛЬ УЖАСА, ВЛАСТИТЕЛЬ СТРАХА, ЛОРД БОЯЗНИ, ВЛАДЫКА КОШМАРА!

“А у этого парня с синонимами все в порядке, — промелькнула мысль в голове у Донки.”

— Зачем ты явился сюда? — спросила Луна.

— ЧТОБЫ УНИЧТОЖИТЬ ДОНА КИХОТА, — пол в комнате затрясся. — СТЕРЕТЬ В ПОРОШОК, УБИТЬ, ПРЕДАТЬ ЗАБВЕНИЮ, ВЫЧЕРКНУТЬ ИЗ ИСТОРИИ И НАВСЕГДА ЗАВЕРШИТЬ ЕГО СУЩЕСТВОВАНИЕ!

“Ну все, мне крышка, — успел подумать Кихот.”

“Ага, конец, финал, заключение, — радостно подтвердил лексикон.”

“Сам знаю, — огрызнулся герой.”

“Финиш, апофеоз...”

“Заткнись.”

— Эй, ты, мордатый! — отозвалась Рейнбоу. — А что будет с Эквестрией?

— С Эквестрией? — дракон поковырял когтем в зубах. — Я как-то и забыл про неё. Но, раз уж ты упомянула, и раз уж я тут проездом... ВАШ МИР ПАДЕТ ВО ПРАХ ПЕРЕД МОИМ МОГУЩЕСТВОМ.

— Мы, Принцессы Эквестрии, не позволим тебе этого! — в один голос ответили Луна и Селестия.

— Принцессы? Везет мне сегодня. Простите, но я вынужден вас похитить, — учтиво сообщил дракон. — Классика жанра, сами понимаете. Ничего уж тут не поделать.

— О нет! — воскликнула Твайлайт. — А что будет с нами?

— Сервелат, — хищно оскалился дракон. — УЗРИТЕ ГНЕВ АСМОДЕУСА! Дон Кихот, если ты не явишься к руинам старого замка в лесу, этот мир ожидает гибель. Впрочем, она и тебя ждет, если ты всё-таки придешь. Твоя судьба предрешена!

“Хорошо хоть. что он забыл про “му-ха-ха”...”

— МУ-АХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

“Черт, теперь мне точно конец.”

— Прощайте, mademoiselle, — дракон галантно поклонился Луне. — Ждите меня вечером в своей башне.

— Да что он себе позволяет? — возмутилась Принцесса, когда изображение дракона скрылось в клубах густого дыма. — Нет у меня никакой башни!

— И что же нам теперь делать? — упавшим голосом поинтересовался Донки.

— О, я уверена, что с таким защитником как вы Эквестрия может не беспокоиться, — махнула копытом Селестия. — В конце концов, вы ведь не раз одерживали победу в схватке с Асмодеусом.

— Я думаю, что сейчас я... не в лучшей форме, — герой ухватился за последнюю соломинку, которая удерживала его от падения в водопад окончательного и, скорее всего, самоубийственного героизма.

— На этот счёт не беспокойтесь, — улыбнулась Принцесса. — Мы будем наблюдать за вами лично, а Твайлайт наверняка поспешит за Элементами Гармонии. И, к тому же, у меня есть для вас небольшой дар. Конечно, я не думала, что вам придётся так скоро пустить его в ход, но...

— Что за дар? — упавшим голосом спросил осёл, провожая взглядом уходящую Твайлайт и её друзей. За какими Элементами они отправляются, он не имел не малейшего понятия, и мог раздумывать только над тем, отчего его репутация в их глазах упадёт сильнее: от того, что он прямо сейчас выскочит из этого зала с истошными воплями, или от того, что в ближайший час перейдёт в более пепельное и более кучкообразное состояние.

— Вот этот замечательный плащ, — пояснила Селестия, протягивая ему кусок темно-синей ткани с узором, сильно напоминающим тот, что красовался на боку её сёстры.

— У него есть какие-нибудь особые магические свойства? — в голосе Донки промелькнула слабая искра надежды.

— Насколько мне известно, он может немного смягчить удар... когтя, к примеру...- сообщила Принцесса. — И, ещё, я вручаю вам этот шлем. Заметьте, его удобная форма позволяет использовать его как котелок в дальних походах...

— Благодарю, — кивнул Донки и нахлобучил шлем на свои длинные уши. По крайней мере, теперь отбивную из него не сделают — дракон ограничится консервами.

— Ну что, готов? — спросила его Луна.

— Честно? Нет.

— Вот это дух! — восхитилась Ночная Принцесса. — Он ещё и шутит! Но у нас мало времени, так что...

Её рог окутало синеватое сияние, и, храбрый защитник Эквестрии, который почти не стучал зубами, не успев произнести прощальной фразы, состоявшейся в основном из "Чертпобери" и "Нетпожалуйстаненадоянеготов", беззвучно растворился в воздухе.

— Прощай, о доблестный герой! Удачи тебе! Мы не забудем твоего подвига! — драматично воскликнула Селестия. В обстановке комнаты тут же ощутилась резкая нехватка диванов красного цвета с мягкой обивкой.

Луна легонько ткнула сестру в бок.

— Ну Тия... — укоризненно протянула она.

— Что? — Селестия невинно захлопала ресницами.

— Это же была моя любимая кастрюля! В ней получались такие вкусные овощи!

— Ох, прости, я не хотела, — солнечная Принцесса виновато опустила голову.

— Ну ладно, ладно, — примирительно пробурчала Луна. — Но пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— В следующий раз перед тем, как сделать что-нибудь с моей занавеской, ты сперва посоветуешься со мной...

* * *

Телепортация в целом неплохая задумка — её главное преимущество состоит в том, что объект возникает ровно в том месте, времени и измерении, которое назвал произнесший заклинание. К несчастью для Кихота, её главный минус заключался в том же самом факте. К примеру, лично он предпочел бы прямо сейчас оказаться в ближайших кустах, а вместо этого появился на вершине высокой округлой башни, с которой открывался изумительный вид на раскинувшийся у подножия замок, а также на огромный драконий зрачок. Асмодеус явно оказался гораздо больше, чем его болтливая копия. И гораздо больше, чем башня, на которой стоял сам Донки. В общем, если посмотреть в небо, заметить его будет очень просто — гораздо труднее заметить всё остальное. Те, кто отвечал за симметрию и Вселенский баланс сил сегодня явно халтурили.

— А, ЭТО ТЫ, КИХОТ? — пророкотал дракон, заставляя деревья и боевой дух героя прижаться к земле. — ПОЧЕМУ ТАК ДОЛГО? ЗАВЕЩАНИЕ СОСТАВЛЯЛ? Я, кстати, могу подсказать неплохого нотариуса...

— Но... Ты же всего лишь плод моего воображения, — попытался вставить Донки.

— И что? Философия тебе тут не поможет. Давай, встань и сражайся, как настоящий осёл! С другой стороны, ты всегда так и поступал... — дракон расхохотался. — Давай, Кихот, покажи всё, на что ты способен.

— Слушай, так конфликты не решаются. Может будем современными, и попробуем уладить дело другим путём? Карты? Шахматы? — предложил герой.

— Мне нравится, что ты встречаешь смерть с юмором, — кивнул дракон.

— Я бы перенес встречу, честно говоря, — пробормотал слегка позеленевший осёл. — Как насчёт следующего столетия или хотя бы среды?

— Ну хватит! А ТЕПЕРЬ ПРИМИ СВОЮ СУДЬБУ!

Дракон взмахнул крыльями и ринулся в атаку на башню. Атакующий дракон — очень эффектное зрелище, обладающее, к большой досаде зрителей, ещё и огромной дозой эффективности. А если он при этом собирается выпустить пламя, то эта сцена наверняка сможет получить престижную награду как одна из лучших сцен года, вот только вряд ли кто-нибудь добровольно согласиться сыграть её вживую.

Донки Хот крепко зажмурился и приготовился встретиться с неизбежным концом своих героических похождений и заодно с шестью тысячами градусов раскаленной добела ненависти, несущимися прямо к нему навстречу, но в эту самую секунду, когда физика уже потирала руки и предвкушала жаркое зрелище, Судьба решила, что заставить старый трухлявый люк рассыпаться под ослиными копытами будет не самой плохой идеей. И вместо того, чтобы на своей шкуре ощутить эффект мгновенного испарения, обреченный осел провалился вниз, прямо внутрь невысокой башни.

Мир для него в который раз за последнее время погрузился во тьму.

* * *

— Слушай, а что там внизу? — Селестия оторвалась от зеркала и обернулась к сестре.

— Вроде бы канализация, — неуверенно ответила Луна. — Но шансы у него есть. Падать не так уж высоко, особенно если ему попадется что-нибудь мягкое...

— Да, шансы есть, — подтвердила Селестия. — Но дракон уже заходит на второй круг. Надо бы ему поторопиться.

— Смотри! — Луна ткнула копытом в винтовую лестницу. — Что это?

— Ожившая мусорная куча, — с сомнением протянула Селестия. — Ну или великий герой. Других вариантов нет.

— Может, мы его прикроем? — предложила Луна.

— Чем?

— Уж точно не занавеской, — фыркнула она. — Он снова добрался до вершины.

— Какая целеустремленность! — восхитилась Селестия. — А ты в нем сомневалась...

* * *

— Эй ты, ящерица летучая! Всё ещё не кончено!

Не самое лучшее средство, чтобы раздразнить оппонента, но на другое воображение Донки было уже не способно — оно слишком быстро рисовало ему картинку того, что будет, если его план не сработает, и палитра цветов ему пока не слишком нравилась. На его взгляд в ней было чересчур много пепельного цвета. Да и план, честно говоря, оставлял желать лучшего — до настоящего Плана ему было довольно далеко, а положиться можно было только на то, что невероятный шанс один на миллион не подведет и в этот раз.

Асмодеус совершенно точно воображаемый, в этом Донки был почти до конца уверен. Плохо то, что сам дракон об этом и не подозревал, совершенно реальным образом развернувшись в воздухе и вновь приготовившись к атаке. Но, если уж воображаемый дракон получился таким натуральным, то может быть, что удастся нафантазировать что-нибудь более полезное? Память Донки лихорадочно бросилась заполнять список того, что может справиться с огромным разъяренным драконом. К несчастью, пока что, кроме "другого огромного разъяренного дракона" в нем не возникло.

Дракон взревел и взмахнул крыльями.

— КИХОТ! Я ЖЕ УБИЛ ТЕБЯ! — хвост Асмодеуса угрожающе дернулся.

— Ну да, убил, — согласился герой, пытаясь протянуть время. — Но я выжил!

— Сейчас мы это исправим, — пообещал дракон. — Не переживай.

Несколько сотен тонн огромной летающей рептилии сделали изящный полуоборот в воздухе и начали разгоняться.

Скромный механизм воображения Донки заработал на полную мощность в попытке выдать хоть что-нибудь дельное. И, когда дракон преодолел уже полпути к башне, а душа героя — полпути к ослиным копытам, решение ударило ему в голову как луч яркого света. И пришло оно как раз с небес.

"Остаётся надеяться, что в загробной жизни дают второй шанс, — оптимистично подумал он напоследок."

Кожистые крылья дракона со свистом рассекли воздух на несколько ломтиков...

— Раз! — крикнул Донки, бросая что-то на землю и покрепче сжимая в зубах

появившийся там округлый предмет.

Асмодеус приблизился к башне и грозно изогнул шею...

— Два!

Пасть дракона раскрылась, обнажая топорщащиеся клыки и зияющий в глубине глотки огненный шар...

— Пять! — заорал Кихот и резко взмахнул головой, забрасывая свою последнюю надежду прямо в пасть чудовища.

Асмодеус захлопнул челюсти и удивлённо уставился на героя.

— Слушай, — с сомнением произнёс он. — Ты мог сотворить абсолютно любое оружие из любой Вселенной, но тебя хватило только на мелкий камешек?

— Технически, это не совсем камень, — устало вздохнул Донки.

— Ну не знаю, на вкус очень даже похоже.

— Слушай, ты будешь выдыхать свой огонь или нет?

— С радостью, — оскалился дракон. — Только для начала ты произнесешь своё последнее слово.

— Хорошо, — решительно произнёс Донки Хот, глядя прямо в глаза огнедышащему монстру.

— И?

— Аллилуйя!

У обычного камня возможно и найдутся преимущества перед Священной Гранатой из Антиохии, но яркая вспышка и ударная мощность в тысячу-другую солнц к ним явно не относятся...

* * *

Донки Хот, герой из героев, довольно улыбнулся и открыл глаза.

— Сэр Донки! — торжественно произнесла стоявшая перед ним Селестия. — Властью, данной мне, я нарекаю тебя Спасителем Эквестрии и Защитником Гармонии. И пусть удар моего рога будет единственным, который ты оставишь без ответа. Встань же, доблестный осёл. И помни о нашей вечной благодарности.

Огромная зала, наполненная одним заслуживающем награды героем, двумя Принцессами и шестью зрительницами разразилась овациями. Рог Принцессы осторожно коснулся его шеи, и отважный Донки Хот, Спаситель Эквестрии и Защитник Гармонии, который ещё с утра думал только о том, Судьбе больше нечего делать, кроме как подшучивать над ним, встал с колен и довольно пошевелил длинными ушами. Правда, был ещё один вопрос, на который ему хотелось бы узнать ответ...

— Сколько же времени я провёл под завалом? — поинтересовался он.

— Четыреста лет, — с грустью покачала головой Рейнбоу. — Мы уже потеряли надежду...

— Рейнбоу! — Эпплджек недовольно посмотрела на трясущуюся от сдерживаемого

хихиканья подругу. — Секунд тридцать, не больше. Принцессы вытащили тебя быстрее некуда, ты даже отрубиться толком не успел.

Донки слабо улыбнулся. На частичку эпической легенды это, конечно, не очень,то похоже, но всегда ведь можно немного приукрасить, не так ли?

— Мне определенно стоит что-то сказать, — выступила вперед Луна. — И, в знак моей благодарности, я бы хотела преподнести тебе этот небольшой дар.

Принцесса повелительно взмахнула гривой, и из-за раскрывшихся дверей вылетела небольшая шкатулка, стенки которой почти полностью состояли из украшений и таили в себе столько дорогой ткани, что из него можно было пошить бальное платье. А в центре всего этого великолепия красовалась огромная чёрная жемчужина.

— Чёрный жемчуг издавна считается символом великого героизма, — подчеркнула она. — Этот дар достоин того, кому его вручают.

— Спасибо вам за все, — почтительно поклонился Донки. — Но... Смогу ли я теперь вернуться домой?

— О, конечно, о чем речь, — улыбнулась Селестия. — Нужно только подходящее заклинание.

— И... вы его знаете? — с замиранием сердца спросил Донки, аккуратно извлекая жемчужину из её покоев.

— Ну конечно. — Селестия прикрыла глаза, а ещё рог сверкнул полуденным золотом.

— Сейчас начнётся, — предупредила Луна.

Донки зажмурился — печальный опыт путешествия между мирами ещё не до конца выветрился из его памяти, а розовые слоны уже записались в постоянные обитатели его ночных кошмаров.

— Домой! — воскликнула Селестия. Крохотный солнечный лучик легко щелкнул осла по кончику морды.

— И всё? — удивился тот. — Мне казалось, что всё будет гораздо эффектнее... Но, не важно, прощайте Принц...

Раздался оглушительный грохот, зал озарила вспышка света, а место, где только что стоял доблестный герой тут же поспешили занять молекулы воздуха. И только звук упавшей на мраморный пол жемчужины нарушил последовавшую за этим тишину.

— Как думаешь? — повернулась к сестре Луна. — Может, стоило сказать ему, что он ничего не сможет забрать с собой?

— Даже не знаю, — с сомнением протянула Селестия. — Он выглядел таким счастливым...