# Копытун

black-white gentlepony

Журналист Арчи Четыре Крыла, городок Копытун и древняя легенда...как-то так:)

Рассказ ещё пишется, причём пишется неторопливо — сюда планирую выкладывать новые главы по мере их появления — то есть, без всякой регулярности.

Появление поняшек из канона, Понивильских пейзажей и писем принцессе Селестии в данном рассказе не планируется...но, как мы знаем, пони предполагает, а Селестия располагает;)

Хорошо или плохо написано, как всегда, решаете исключительно вы, поняши:)

## Старая легенда

Глава, в которой мы знакомимся с главным героем, городком Копытун, старой легендой и странной единорожкой.

Меня зовут Арчи — Арчи Четыре Крыла. Вы могли читать некоторые мои статьи в газете "Лас-Пегас Дэйли" — а могли и не читать.

Ещё буквально два дня назад я (как, уверен, и вы) слыхом не слыхивал о городишке Копытун, мечтал стать обозревателем Гранд Гэллопинг Гала от нашей газеты — и уж конечно не догадывался, чем закончится наше утреннее собрание у главного редактора — единорога Эсприт Ниба. Началось оно, как и любое другое собрание с Эспом, с разноса. Первыми жертвами стали поняшки, ведущие колонку "Стиль и мода" — главред заставил несчастных единорожек, как на конкурсе по правописанию, по слогам произносить слова "тенденция", "превалировать", "демисезонный", "эпатажный" и "профнепригодность". Когда в глазах несчастных мучениц застыли огромные слезинки, старина Ниббстер повёл атаку на раздел "Спорт".

— Так, глубокоуважаемые жеребцы! Любому из вас, способному посмотреть на свои копыта на задних ногах, наклонив голову вниз и не втягивая живот, я сразу же предоставлю кресло своего зама! Ну! Ну! Кто-нибудь? — бушевал Эсприт. — Нет? Никто? И с этими пони мне приходится работать!

Понимая, что добром такое представление не закончится, я решил потихоньку улизнуть из кабинета Ниба и заняться чем-нибудь полезным — разобрать скопившиеся черновики или пропустить чашечку кофе с кем-нибудь из фотокоров, когда Его Величество Все-Вы-Тут-Бездари всем корпусом повернулся ко мне:

— Арчи, малыш, какие у тебя профессиональные планы? Только давай честно, не скрывая непомерных амбиций и раздутого самомнения, хорошо?

— Ну... — я замялся на мгновение, думая, озвучивать ли боссу свои мечты, когда он в таком расположении духа.

— Ну-у-у-у-у-у-у??

— Скоро состоится Гранд Гэллопинг Гала, Эсприт, поэтому, ну, я в некотором роде...

— И ты, наше юное дарование, решил, что ты можешь быть представителем нашей газеты на этом событии, так?

— Ну...в некотором роде — да.

Говоря это, я был уверен, что буря последует незамедлительно — не верилось, что Ниббстер обойдёт стороной такую самоуверенность своего достаточно нового, всего два месяца проработавшего, сотрудника. Но...

— Ты знаешь, Арчи, я в чём-то согласен с тобой. — ответил Ниб, с явным удовольствием наблюдая, как мои глаза вытаращиваются всё сильнее и сильнее. — Ты и правда неплохой журналист и я даже готов согласиться, что ты заслужил небольшое путешествие. Не только путешествие — но и задачку именно по своему уровню!

Закончив фразу, Эсприт непринуждённо бросил мне под копыта небольшую папку со словами: "На сегодня свободен, разбери материалы и отправляйся на место завтра утром. Билет также в папке."

Раздуваясь от гордости, я шёл по коридорам редакции в свой маленький кабинетик. Задание прямо по моему уровню, ух! И путешествие (билеты оплачены редакцией)! Душа моя пела, копыта выстукивали победные марши. "Я! Еду! На! Гранд! Гэллопинг! Гала! Я! Я! Я!" — примерно такими мыслями была занята моя голова ровно до того момента, как я открыл папку.

Откровенно говоря, не вижу необходимости в подробностях рассказывать вам о нескольких весьма эмоционально насыщенных минутах, если не часах, моей жизни. Пересказывать всё то, что я успел подумать о своей жизни, работе, об Эсприте и всей газете в целом, я тем более не собираюсь. Опять же, будучи оптимистом, я способен смотреть на любые события с разных сторон: да, я не еду на Гранд Гэллопинг Гала, но, зато, теперь я знаю, где находится городок Копытун, каково испытывать жажду крови и что значит выражения "безумное отчаяние" и "полная безысходность". Ах да, ещё я куда ближе, чем хотелось бы, познакомился с фразами "публичное унижение" и "самонадеянный идиот".

В папке, переданной мне Эспритом, я обнаружил, кроме билета до угадайте какого города: клочок бумаги, на котором было торопливо начёркано: «Сам поймёшь о чём писать. Подробно.», несколько географических трудов разных лет, в которых так или иначе упоминается Копытун и невесть как попавший к нам в копыта отчёт сержанта Стражи своему руководителю.

Наименее интересными бумажками из всех, что были обнаружены, мне показались именно труды географов (да простят меня учёные жеребцы и кобылы), поэтому с ними я поспешил разделаться в первую очередь. Вот некоторые цитаты из этих работ:

"Копытун — город, основанный как перевалочный пункт для торговцев, следующих из Скайблю Кастла (нынешний Лас-Пегас) в Кантерлот и прочие города, в которых была сосредоточена знать Эквестрии. Расположен на благоприятной почве, благодаря чему городок выжил за счёт сельского хозяйства, когда доходы от гостиничного бизнеса сократились с появлением железной дороги."

"...классический сельский городок — такими местами должны вдохновляться создатели повествований типа "Приключения Стида Уэйна в диких уголках Эквестрии"..."

"Основную массу населения Копытуна составляют земные пони — процент пегасов и единорогов ниже, чем где бы то ни было в Эквестрии. Подобное положение дел не может не накладывать отпечаток на быт и уклад жизни местных жителей: так, погода практически не поддаётся контролю со стороны пони, и если местные пегасы ещё способны справиться с появлением облаков, то разгон полноценной грозовой тучи они, скорее всего, не осилят."

Далее я просмотрел вырезку из "Путеводителя по крайнему западу Эквестрии":

"Если же вы продолжите движение на Запад, примерно в сутках езды от Лас-Пегаса, вы наткнётесь на утопающий в яблочных садах и морковных полях городок Копытун — идеальное место для любителей неторопливой сельской жизни. Всё зелёное великолепие городка обеспечивается влагой из единственного в городе водоёма — искусственно созданного Копытунского водохранилища. Песчаные побережья и кристально чистая вода привлекут внимание не только изнеженных кобылок, но и любителей мистики и мрачных тайн — согласно легенде, тысячу лет назад Найтмар Мун заключила на дне водоёма тех, кто попытался прогнать насланную ей ночь. С тех пор несчастные пленники, переродившиеся в Водных Единорогов, имеют возможность лишь раз в год пробежаться по твёрдой земле — ровно в день проведения Гранд Гэллопинг Гала."

Вот ведь сено... Неужто старина Ниббстер отправит меня расследовать бредни тысячелетней давности?! Взмахом крыльев я смёл со стола вырезки и перешёл к самому вкусному — отчёту сержанта Стражи, некоего Найтскай Флэша. Пропустив все пометки типа "Полковнику Фьюри лично", я перешёл непосредственно к тексту отчёта.

"Согласно приказу, я прибыл в город Копытун для расследования местной легенды о Водных Единорогах в связи с поступавшими от местных жителей *закрашен длинный список фамилий* заявлениями, подтверждающими данный миф. Вечером того же дня я нёс вахту у Копытунского водохранилища — места предполагаемого заточения Водных Единорогов. До полуночи никаких существенных событий замечено не было. В полночь на воде водохранилища было отмечено возникновение незначительной ряби, которая в течение двадцати-двадцати пяти минут увеличилась до волн примерно метровой высоты. В то же время над местом вахты стремительно образовались грозовые тучи — без видимых на то причин и явно без участия пегасов. К часу ночи волны выросли до полутораметровой высоты и хлынул дождь — по ощущениям аномально холодный для данной местности. Видимость ухудшилась до метра, что сделало невозможным наблюдение за водоёмом с занимаемой мной позиции. Практически одновременно с началом дождя со стороны водохранилища раздались звуки, напоминающие ржание и топот копыт. Я принял решение приблизиться к объекту наблюдения на минимально допустимую дистанцию, однако это привело к тому, что меня захлестнула волна — несмотря на то, что на тот момент я находился примерно в двух метрах от берега водохранилища. В результате удара о землю я потерял сознание. Придти в себя удалось примерно в три часа ночи — к тому моменту все погодные аномалии прекратились, поверхность водохранилища была спокойна.

Таким образом, ни неоспоримого подтверждения, ни неоспоримого опровержения существования Водных Единорогов получено не было."

Я сморщился и, отправив отчёт к остальным бумагам, валяющимся на полу, улёгся на кровать. Бред какой-то... Стража берётся расследовать местную байку далёкого от любой цивилизации городка и отправляют туда сержанта — без оборудования и, похоже, без чётких инструкций. Просто наблюдать — с этим и жеребёнок справится. Того безветренной летней ночью накрывает ливень, а потом и захлёстывает волна — это в двух метрах от воды. И тренированный пегас теряет сознание от удара о землю. Ну бред же. Значит, либо весь отчёт — фальсификация, либо... Либо сержант Найтскай Флэш написал в отчёте не всё.

Быть может, это расследование будет не таким уж и скучным? Примерно с такой мыслью я и задремал на несколько часов...

Проснулся я около полуночи. Обида на главреда уже успела пройти и копыта зудели от жажды действия — найти, докопаться, узнать о проблеме всё возможное. Если уж я должен писать о Водных Единорогах – я буду делать это хорошо. А для того, чтобы сделать это хорошо, надо разобраться в предмете.

Если у вас внезапно возникла необходимость узнать подробности какой-нибудь непередаваемо таинственной истории, то вам следует обратиться к моей школьной подруге Фрики Тейл. Пепельно-серая единорожка начала притягивать всяческие странности (и неприятности) с самого детства — по замыслу родителей, их дочку должны были звать Трики Тейл — имечко тоже не ахти (между нами), но его хотя бы можно объяснить любовью мистера и миссис Тейл к фокусам и розыгрышам. Но каким-то необъяснимым образом в список новорождённых Лас-Пегаса того года Трики попала как Фрики. Чета Тейлов попыталась исправить положение, но поздно — списки уже передали в Кантерлот и их дочка официально стала Фрики.

Как бы там ни было, Фрики росла жизнерадостной и бойкой кобылкой, несла бремя "тебе-лучше-не-дружить-с-этим-странным-жеребёнком" с лёгкостью и даже радостью ("Арчи, я понятия не имею, что было бы, если бы они ВСЕ захотели со мной ДРУЖИТЬ!"), чем в своё время и привлекла моё внимание. Впрочем, это было в школе. С тех пор моя подруга обзавелась кьютимаркой в виде ступки и пестика, небольшим магазинчиком зелий и солидной библиотекой, большую часть которой составляли книги по истории, древние мифы и мистические истории всех мастей. Была там и полочка с книжками о приключениях пони-подростков, повествующими о любви и дружбе, но этой полки Фрики стеснялась и никому не показывала.

Магазинчик её находился недалеко от моего дома, работала она всегда допоздна, поэтому, недолго думая, я направился прямиком к ней.

— Фрики, привет! — громко поздоровался я с порога и замер, разглядывая невиданную картину: единорожка, с торчащей во все стороны гривой, неистово хохотала со слезами на глазах и пыталась магией очистить свою мордочку от переливающегося всеми цветами радуги порошка.

— А-а-а!!! А-ХАХАХАХАХАХА-РЧИ! ПО-ХОХОХОХОХОХОХО-МОГИ! АХАХАХАХА!!! — закричала она не своим голосом.

Честно сказать, я ещё несколько мгновений простоял в замешательстве, прежде чем догадался хлопнуть крыльями, сдувая радужную пыль с мордочки Фрики (со стола были сметены: перья, пергамент, вата, несколько вязанок разных трав и, кажется, что-то ещё). Не сразу, но хохотать подруга прекратила и, похоже, немного смутилась.

— Ты вовремя, Арч, — произнесла она, тряхнув гривой и взмахом рога возвратив на место всё то, что я уронил на пол. – Спасибо.

— О, не стоит, рад был спасти тебя от… от… что это вообще было?

— Это планировалось как «Порошок Беззвучного Веселья», но я, похоже, переборщила с радугой – и вышло что-то больше похожее на «Порошок Безумного Веселья», — говоря это, Фрики закупорила небольшой пузырёк с той самой пылью. – И я думаю, он тоже найдёт своего покупателя.

— Оу. Ну. Не буду спорить, Фрики.

— Это правильно. Ты снова за пилюлями от кашля, трудяга?

— Не совсем. Я к тебе по поводу одной истории тысячелетней давности.

— Мисти-и-и-ической истории? – провыла Фрики, выпучив глаза для пущей убедительности.

— Вроде того. Что ты знаешь о Водных Единорогах?

— О, ты как раз по адресу, о Водных Единорогах я знаю всё!

— Правда?

— Конечно. Ты уверен, что хочешь узнать всю правду о них? Это может тебя шокировать!

Я почувствовал сладкий зуд, знакомый, наверное, только журналистам – зуд возможности услышать тайну. Тайну, способную шокировать!

— Выкладывай, — чуть дрожащим от волнения голосом ответил я.

— Хорошо… — единорожка махнула копытом, приглашая меня наклониться поближе к ней, и понизила голос. – О Водных Единорогах известно немногое. Но доподлинно известно только одно. Ты готов узнать?

Я торопливо закивал, сглотнув невесть как возникший в горле ком.

— Они… — выдохнула мне в самое ухо подруга. – Они не существуют…

Ах ты ж сено! Слегка раздражённый, я отстранился от весело смеющейся подруги.

— Фрики, тебя ещё не отпустил порошок?

— Возможно. Прости, я не могла не пошутить, ты бы видел своё лицо, это безумно смешно! Но водоплавающих пони и правда не существует. Проводились десятки экспедиций профессорами из Кантерлота, причём профессорами разной степени адекватности – и ничего. Ни одного следа на мокром песке или вспышки магии. Ни-че-го. Прости, Арч, но это – действительно всего лишь легенда.

— Ну что ж… И на том спасибо, Фрики!

— Ты разве даже чаю не попьёшь?

— Прости, мне завтра рано утром надо сесть на поезд… В другой раз?

— В другой раз… — выдохнула Фрики мне вслед. Грусть в её голосе заставила меня на миг замереть в дверях магазина…но меня ждала работа. Работа – и несобранные вещи.

## Глава под стук колёс

Короткая глава, в которой мы вместе с Арчи смотрим сон, получаем по голове и знакомимся с семьёй фермеров.

— Наде-е-еть брони!

Могучий голос сотника-земнопони разнёсся над притихшим в предрассветном тумане полем. Со стонами и вздохами солдаты принялись натягивать заиндевевшие, обжигающие кожу холодом панцири. Сотник Айрон Хувс сокрушённо вздохнул. Бойцы…воины… Вчерашние жеребята, молодняк, среди них вроде бы даже пара пустобоких имеется. Ополчение, спешно сколоченное, когда Орден Ночи внезапно двинулся на запад. Фермеры, пекари, даже один музыкант затесался. И это – его подчинённые. Верноподданные Селестии. Противники Найтмар Мун. Те, кого он сегодня поведёт вперёд. Убивать и умирать.

— Эй, Стронг Рутс! – позвал Айрон. – Кем ты был до ополчения?

— Фермером, сэр!

— Так что же ты забыл в армии?

— Прихвостни Лунной Кобылы выжгли наши сады, которые и без того умерли бы в бесконечной ночи. Мы потеряли дом. Мы потеряли всё… — глухо ответил бывший фермер.

Яростно скрипнув зубами, сотник вспрыгнул на небольшой холмик, возвышающийся посреди лагеря его сотни.

— Бойцы! Земные!

Призыв прокатился над головами пони. Две сотни глаз обратились к Айрон Хувсу. Две сотни ушей приготовились ловить каждое его слово.

— Скоро, уже очень скоро, мы все встретимся лицом к лицу с нашими врагами! – продолжил пони. – Последователи Найтмар Мун, Орден Ночи, приближается к нам! Мы – последний и единственный западный рубеж Эквестрии! Мы – и Скайблю Касл! И я говорю: мы удержим противника! Мы не дадим им покинуть страну и избежать наказания за все совершённые ими преступления! Мы – лишь только сотня земных пони, но бок о бок с нами будут биться наши братья-пегасы! Наши братья-единороги будут биться вместе с нами! Найтмар Мун получила заслуженное наказание! И наша забота – не дать её прихвостням уйти!

Солдаты затоптали копытами землю, выражая своё согласие. Ещё недавно растерянные и напуганные, они постепенно обретали уверенность в своих силах.

— И когда появится враг…мы будем здесь! И мы будем разить его – разить без пощады! БЕЗ ПОЩАДЫ! – проревел покрытый шрамами жеребец.

— Без пощады! – откликнулась его сотня.

— Без пощады! – подхватили клич единороги в лагере неподалёку.

— Без пощады! – в вышине потрясли копьями и луками пегасы из Скайблю.

— БЕЗ ПОЩАДЫ!!! – в едином порыве кричали подданные Селестии…

— А-а-а-а!! – проорал я, дёрнулся, распахнув крылья, и свалился со своей полки на не слишком чистый пол плацкартного вагона. К счастью, вагон был практически пуст, так что на моё эффектное пробуждение никто и внимания-то особо не обратил.

Селестии ради, вот это сон! Воины, Орден Ночи, битва… Это всё легенда так дурно на меня влияет. Меньше надо всяких бредней на сон грядущий читать. Однако как орали-то. До сих пор мороз по коже, как вспомню. «Без пощады!» Ух, яблочки…

Спать мне больше не хотелось, так что, усевшись у окна, я уставился на виды Западной Эквестрии. По всему выходило, что мне снились события, которые происходили где-то в этой местности около тысячи лет назад (девятьсот девяносто семь лет назад, если быть точным). В тот год была заточена на Луне Тёмная Принцесса, а её последователи, большей частью – единороги, причём далеко не худшие маги, попытались покинуть страну, прорвавшись к западным рубежам Эквестрии. Но в равнинах их встретило ополчение из местных и, естественно, живущие здесь пегасы… И ни один член Ордена Ночи не покинул страну. Правда, подданные Селестии тоже понесли потери: во-первых, далеко не все ополченцы вернулись к своим семьям, а во-вторых, был до основания разрушен город, на месте которого ныне стоит Лас-Пегас. Раньше этот город и правда назывался Скайблю Касл – и ничего общего с тем, что мы видим сегодня, не имел. Лас-Пегас – это город дружбы и веселья, который изначально строился как город пегасов, доступный для всех пони, то есть, мало того, что фундаментные облака Лас-Пегаса зачарованы лучшими магами Эквестрии, что позволяет даже земнопони гулять по улицам моего родного города, так и подняться к нам можно пешком, прямиком по заколдованной радуге. Лас-Пегас – это символ дружбы и единения пегасов со своими нелетающими братьями. Скайблю, напротив, был построен ещё до основания Эквестрии – и должен был символизировать превосходство пегасов над земнопони и единорогами. Неприступный форт, расположенный на недостижимой даже для многих пегасов высоте, он гордо возвышался над равнинами Западной Эквестрии. Перестраивать его после разрушения в прежнем виде Селестия запретила, сказав, что началась новая эра, в которой будет главенствовать дружба. Вот примерно так всё и было...

Пока я предавался воспоминаниям о школьном курсе истории, Солнце успело приблизиться к зениту, и я почувствовал голод – всё же, от чая с Фрики я отказался, а поесть дома мне не хватило ни ума, ни времени. Так что, спрыгнув с полки, я направился в вагон-ресторан, рассчитывая перекусить парой сэндвичей с васильками.

Сэндвичей с васильками в наличии, увы, не оказалось, поэтому мне пришлось довольствоваться овощным салатом и кружкой не самого лучшего в мире чая. Расплатившись, я подхватил поднос со снедью и, чутко балансируя, побрёл искать свободный стол, за которым можно было бы спокойно и хотя бы в относительной тишине поесть. Таковой нашёлся в дальнем углу вагона, рядом с, судя по всему, семейством фермеров, возвращавшихся из гостей: почтенного возраста земнопони тёмно-синего цвета с кьютимаркой в виде вишнёвого дерева, его огненно-рыжей внучки, кьютимарку которой я не смог разглядеть, и совсем ещё маленького внука, наверняка пустобокого. Семейство оживлённо о чём-то переговаривалось, так что я, памятуя о том, что любопытство – одна из профессиональных черт журналистов, сев за стол, навострил уши. Семья фермеров – это, конечно, не самый лучший источник информации, но что-нибудь интересное в разговоре мелькнуть могло. И я был прав, клянусь своей кьютимаркой!

— О-о-о, — неторопливо вещал дедуля. – В мои-то годы эти самые водянники баламутили так, что из водохранилишша дохлёстывало почитай что до самой ратуши – да только никто им ничего сделать не мог…

— Деда, — подала голос смеющаяся внучка. – Не заливай, из водохранилища брызги до ратуши долететь не смогут – там же почти двести метров!

— А ты, вишенка моя, не перечь старику-то! Дед сказал, что долетали – значит, долетали! Я ж своими глазами видел. А ишшо я видел самих этих водянников! Ну что ты глаза закатываешь? Видел! Страшные такие, заместо шерсти чешуёвинами покрыты, ласты на копытах, а уж глазишша-то пучат…ну чисто этот хмырь за соседним столиком!

Услышав последнюю фразу и поняв, что она относится ко мне, я поперхнулся от неожиданности, густо покраснел и торопливо уткнулся носом в свою тарелку – но дедулю было уже не остановить. Мой взгляд он истолковал по-своему и немедленно перешёл в атаку.

— Ты чаво это, хлыщ городской, на нашу Черри Пай глазишша свои бессовестные лупишь, а?! – голосом сержанта Стражи взревел старик и двинулся в мою сторону, угрожающе покачивая клюкой, при этом крики внучки о том, что «этот парень» ничего плохого не хотел, дедуля игнорировал. По-настоящему решительных действий от почтенного старца я не ожидал, поэтому моей реакции хватило только на то, чтобы поднять копыто вверх и открыть рот для объяснений, одновременно поворачиваясь в сторону агрессора. Последнее, что я увидел – это как тяжёлый набалдашник стариковской трости с треском обрушился мне между ушей… Потом были крики, паника, кого-то звали, куда-то бежали, переносили меня из ресторана в купе. А потом, стоило мне коснуться полки спиной, настала тишина – я, наконец, отключился.

— Деда! Он не хотел ничего плохого! Он просто смотрел в нашу сторону! – донеслось до меня словно откуда-то издалека.

Неразборчивое бормотание в ответ.

— Он придёт в себя, и ты незамедлительно принесёшь ему свои извинения!

Снова неразборчивое бормотание.

Да что же они никак не угомонятся-то, а? Я пошевелился и слегка приоткрыл глаза. Голова почти не болела, но всё выглядело немного размытым. Лежал я почему-то в купе, а не на своей полке в плацкарте, а надо мной стояли, склонившись, трое земнопони: недобро щурящийся дед, искренне обеспокоенная Черри Пай и её младший брат, улыбающийся во весь рот.

— Ты в порядке? – поинтересовалась кобылка. – Мы принесли тебя в наше купе, тут тише, чем у тебя в плацкарте, нет посторонних, да и…прости нас… — выпалила она на одном дыхании.

— Да, я в порядке… И я не обижен, моя профессия в некотором роде предполагает, что я время от времени буду получать по голове…

— У-у-у!!! Ты боец хувс-до? – прокричал жеребёнок.

— О, нет, — ответил я, садясь. – Я журналист.

— А-а-а… — разочарованно протянул фанат боевых искусств и мгновенно потерял ко мне всякий интерес.

— Тьфу ты, гнилая черешня… — пробормотал дед и вышел из купе, хлопнув дверью.

— Эм… Не сердись на него, он понь старой закалки, и уверен, что каждый пони должен работать копытами, — покраснев, обратилась ко мне внучка старого грубияна.

— Ничего страшного. Но я, пожалуй, пойду, не люблю становиться причинами семейных ссор…

— Хорошо, конечно… Прости нас ещё раз. Кстати, как тебя зовут? – вопрос кобылки застал меня уже в дверях.

— Арчи, — ответил я, обернувшись.

— Черри, Черри Пай, — в ответ представилась земная и добавила после короткой заминки: — Приятно познакомиться…несмотря на обстоятельства. Если понадобится помощь — заходи, не стесняйся.

— Спасибо, — ответил я, усмехнувшись, и отправился на своё место – голова начала болеть, стоило мне подняться с полки, да и выспаться перед приездом в Копытун мне не мешало. Со всеми моими травмоопасными знакомствами я и не заметил, как минула уже большая часть суточного путешествия.

«Интересно, сколько же я провалялся у них в купе? И кстати, очень интересная семья…надо будет подружиться со стариком, он явно может рассказать интересного...» — подумал я и провалился в сон, растянувшись на своей полке…