# Спиритический сеанс

NovemberDragon

Эппл Блум не может отогнать от себя мысли, что она скучает по своим родителям и не знает, как унять эту печаль. И, помогая Эпплджек с уборкой на чердаке, кобылка находит старую, но очень необычную доску с алфавитом. Свити Белль вносит ясность, рассказав Меткоискателям, что это за доска и для чего она предназначена. И хоть всё так иллюзорно, Эппл Блум хватается за эту спасительную соломинку, чтобы унять душевную боль.

Правда, мама Эппл Блум — не та, с кем они в конечном итоге связываются.

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/tao1-1508525155-389311-medium]

Редакторы: Randy1974, Nuclear-pony-Jack

## Первый и последний сеанс

Уборка зимы была успешно закончена, и наконец-то наступил первый тёплый весенний день, во время которого ярко светило солнце, а по воздуху лениво плыл пух одуванчика. Эти весенние снежинки закручивались в причудливые завитки и спирали, когда ветер проносился по полям фермы Сладкое Яблоко. Они пролетели мимо Эппл Блум и Эпплджек, пока те работали, взъерошив их гривы и пощекотав нос кобылки.

— А-а!.. А-а-а!.. Апчхи! — чихнула Эппл Блум.

— Будь здорова, — сказала Эпплджек.

— Спасибо, сестрёнка, — потирая нос, поблагодарила кобылка.

Они убирали ту часть сада, что находилась рядом с деревьями, прогуливаясь по дорожкам, чтобы проверить участок у основания каждого дерева и убедиться, что ни одно из них не заболело и не слишком пострадало за зимние месяцы. За теми, кто немного захворал — ухаживали, а те деревья, которые были слишком больны или повреждены бурями, были помечены для удаления. Нечасто случалось, чтобы дерево получало такую отметку на ферме Сладкое Яблоко, но даже одно больное дерево могло распространить свою хворь на другие, и Эпплы были готовы пожертвовать малым, для поддержания большего. Они были яблочными фермерами и хорошо знали своё дело.

Эпплджек поскребла копытом у основания дерева, проверяя корни прямо под почвой. Те были чёрными, а на коре проступали белые полоски. Явные признаки гниения. Она взяла нож и нацарапала на коре большой крест, затем похлопала по дереву копытом.

— Извини, старина. Ты был славным представителем нашего сада и радовал нас добрым урожаем, но, боюсь, тебе пора уходить, — напутственно сказала Эпплджек.

Эппл Блум наклонилась, чтобы посмотреть на корни.

— Значит, вот как выглядит гниение? Но почему это дерево им заразилось?

Эпплджек приподняла шляпу и почесала свою гриву рукояткой ножа.

— Причина может быть какой угодно, сахарок. Может быть, его переносило какое-то насекомое, когда пролетело рядом. А может, в прошлом году на него попали какие-нибудь споры или чей-то помёт. Вот почему мы проверяем деревья каждый год, просто чтобы выявить заболевание на ранних стадиях и выкорчевать его.

— Неужели его нельзя вылечить? — с надеждой спросила кобылка.

— Конечно можно, сахарок. Но на это может уйти слишком много денег и времени, и нет никакой гарантии, что это сработает. Просто призрачный шанс. Бедный старина Бентли всё равно давал в последнее время не такой щедрый урожай яблок, — Эпплджек похлопала по стволу помеченного дерева. — Так что пришло его время.

Глаза Эппл Блум наполнились слезами, и Эпплджек заметила это. Она наклонилась, подняла свою младшую сестру и посадила себе на спину.

— Сахарок, это то, что всегда окружает нас. Не волнуйся, наша ферма никуда не уйдёт. Но каждому из нас отмерен свой путь, ты живёшь и цветёшь как яблонька, а потом краски редеют и корни черствеют, и тогда ты понимаешь, что приходит твоё время. Увы, сахарок, смерть — это тот исход, который ждёт каждого из нас.

— Даже Бабулю Смит? — всхлипнула кобылка.

— Ха, не смеши мои подковы! Конечно, наша Бабуля не принцесса Эквестрийская и ей, увы, тоже отпущен свой час. Но будь спокойна, Бабуля уже много лет держится молодцом и потребуется немало усилий, чтобы выбить ее из седла.

Эппл Блум молчала, пока ехала на спине Эпплджек всю дорогу до фермерского дома. Бабуля ждала их с сытным обедом, который они съели с удовольствием. Однако, несмотря на заверения Эпплджек, Эппл Блум поймала себя на том, что не смотрит на еду, а оглядывает всех членов своей семьи.

Биг Макинтош был крепким и здоровым. Он был сильным, с ясными здоровыми глазами и жизнерадостным в окружении тех, с кем чувствовал себя как дома. А недавно он повстречал особенную пони, и с тех пор он стал казаться более активным и живым, чем когда-либо. То же можно было сказать и об Эпплджек, хотя у неё ещё не было особенного пони. Её старшая сестра была молода, энергична и была готова помогать по хозяйству во всём, что требовалось сделать. Даже Бабуля Смит, несмотря на свой возраст, была такой же активной, какой Эппл Блум её всегда помнила.

Но брат и сестра Эппл Блум, а также Бабуля Смит, принадлежали к разным поколениям и не могли всегда оставаться с ней. Рано или поздно кому-то из них придётся уйти. Брайт Мак и Пер Баттер, их родители, также должны были присутствовать за столом вместе с ними, но их не было рядом, и так было всегда на протяжении всей жизни Эппл Блум.

* * *

Позже, когда за окном солнце начало клониться к закату, пришло время подготовить дом к весенней уборке. На чердаке повсюду горели лампы, пока они передвигали старую мебель и коробки, готовя их к завтрашнему дню, когда Бабуля будет рыться в них в поисках чего-нибудь, что могло бы им пригодиться, и вещей, от которых нужно было избавиться.

— Эти коробки — ровесники нашего рода! Я даже не помню, что хранится на том пыльном чердаке, и это уже слишком! Нам давно пора избавиться от этого хлама! Мне нужно место, чтобы поставить туда новые коробки! — пробурчала Бабуля.

Эппл Блум помогала Эпплджек открывать некоторые из них, чтобы заглянуть внутрь. Они должны были найти в перемешанных вещах что-нибудь из одежды, и отнести её вниз к Бабуле, чтобы та посмотрела. Впрочем, матриарх Эпплов была уже слишком стара, чтобы носить многие из них, а Эпплджек вообще не проявляла интереса к одежде, так что все платья и накидки, что были в добротном состоянии, можно было продать или подарить любому пони, которому они могли пригодиться.

Хотя, когда Эппл Блум открыла ближайшую к ней коробку и обнаружила в ней огромное платье с оборками и пышными рукавами, она задалась вопросом, кто в здравом уме стал бы носить что-то подобное?

— Фу, кхе-кхе! Что это? — откашлявшись от пыли, спросила кобылка.

— Эм, навес на дерево? Нет, я думаю, это платье. Наверное, такие были в моде, когда Бабуля была помоложе. — Эпплджек оглядела его с ошеломлённым выражением на лице. — Думаю, не старше тебя.

— Тогда эта коробка отправляется вниз, — подытожила Эппл Блум, запихивая платье обратно, но остановилась, услышав, как внутри ящика что-то стукнуло.

Кобылка нахмурилась и решила во что бы то ни стало докопаться до истины, углубившись в горы старой и запылившейся одежды, пока её копытца не нащупали и не выудили что-то твёрдое и гладкое. Предмет оказался ничем не украшенной чёрной тонкой коробкой. Она вытащила её и, приподняв крышку, обнаружила внутри странную доску, покрытую всеми буквами алфавита, цифрами от единицы до десяти, а в верхних краях были слова "да" и "нет".

— Эпплджек, а это что за чудо такое? — спросила Эппл Блум.

Старшая пони повернулась, чтобы взглянуть на то, что ещё нашла её сестрёнка. Увидев находку, Эпплджек в замешательстве скривила лицо.

— Ох, таких причудливых яблонь в саду я ещё не встречала. — Она достала доску из коробки, чтобы посмотреть на неё, и в этот момент с доски соскользнул какой-то маленький предмет с кружком посередине. — Никогда раньше не видела ничего подобного. — Она посмотрела на одежду в коробке. — Даже ума не приложу, кому эта доска могла принадлежать. Может, у нас каким-то образом оказались  чужие вещи? Во время семейных праздников в нашу корзину чужие яблоки уже не раз закатывались.

Эппл Блум подняла предмет с пола и посмотрела через стекло на Эпплджек. От этого голова сестры казалась больше и малышка захихикала.

— Тогда можно я заберу эту штуку себе?

— Конечно, Эппл Блум. Правда, я не знаю, что ты собираешься с ней делать, сестрёнка.

— Уверена, мы с Меткоискателями сможем что-нибудь придумать. Она такая классная!

— Что ж, тогда желаю вам славно провести время!

Они закончили расчистку чердака, когда солнце ещё не ушло за деревья, и Эппл Блум воспользовалась этой возможностью, чтобы отнести свою находку в клубный домик. Она нашла для доски уютный уголок и положила её там, затем поднесла к глазу лупу, чтобы рассмотреть её.

Но ничего особенного не произошло, поэтому кобылка наклонилась к доске поближе. И теперь она смогла разглядеть небольшие шероховатости, но ей это занятие всё равно представлялось странным. Поскольку ни на коробке, ни на доске не было инструкций о том, как ей пользоваться, но сама по себе она была сделана очень хорошо. Она была выполнена из цельного дерева, с выжженными на ней буквами, а стекло в лупе выглядело очень чистым и отполированным. Даже если это была обычная пустышка, это не отменяло того, как всё это выглядело со стороны. Эппл Блум была счастлива, что сестра разрешила ей оставить доску себе, хотя бы по этой причине.

* * *

На следующий день все трое Меткоискателей собрались в клубном домике, и Эппл Блум демонстрировала подругам свою новую игрушку. Скуталу попыталась проделать с лупой то же самое, что и Эппл Блум, но Свити Белль была немного осторожнее.

— Я не трусиха, девочки. Просто, Рэрити однажды рассказывала мне, что когда она училась в школе, у неё была подруга, у которой была похожая по описанию доска. По её словам, с помощью неё можно общаться с призраками, — произнесла Свити Белль.

— С призраками? Глупости, сама подумай, как бы ты смогла разговаривать с призраками, используя доску и маленькую стекляшку? — сказав это, пегаска схватила маленькую лупу и поднесла к глазу, посмотрев на Свити Белль. Её взгляд был устремлён на единорожку.

Свити Белль выхватила магией лупу из копыт пегаски и положила её обратно на доску, а затем передвинула по кругу.

— Рэрити сказала, что призраки не могут говорить, но они способны двигать предметы, поэтому они передвигают эту стекляшку по доске, чтобы составить слова или цифры и ответить "да" и "нет" на вопросы.

— Ого. Получается, с помощью этой доски можно разговаривать с теми пони, которых уже нет среди нас? — с волнением в голосе спросила Эппл Блум.

— Это то, что рассказала мне Рэрити. Она сказала, что у неё была ночёвка со своими друзьями, и одна из подруг принесла с собой похожую доску, потом они уселись вокруг, положив на неё копыта, и задали несколько вопросов. Она сказала, что призрак пытался убедить её, что у неё в итоге не сложится с тем жеребчиком, на которого она запала, поэтому они остановились, — сказала Свити Белль.

— Ха, узнаю Рэрити, — усмехнулась Скуталу.

— Ну как по мне, это и выеденного яблока не стоит! Зачем спрашивать о том, что может перемениться в любой день? Если у тебя есть возможность разговаривать с мёртвыми пони, почему бы не задать более значимые вопросы, например, что нас ждёт после смерти? — сказала Эппл Блум.

— Эппл Блум, о чём ты говоришь, это всего лишь игра. На самом деле ты не сможешь по-настоящему разговаривать с мёртвыми пони. — Свити Белль схватила лупу и повертела её в копытцах. — Участники игры кладут копыта на эту лупу, чтобы один из пони передвинул её, но в том-то и суть, что никто не знает, кто это делает. Рэрити сказала, что она была уверена, что это сделала "та стерва" Циннамон Тоасти.

— О... — лицо Эппл Блум вытянулось, то ли от объяснения правил, то ли от того, что она не ожидала услышать такого слова от примерной Свити Белль.

Пегаска и единорожка обменялись взглядами.

— Не забивай себе голову, Эппл Блум. Может, всё это и обманка, но это действительно красивая доска, и я уверена, что мы сможем придумать, для чего её можно использовать, — подытожила Скуталу.

— Да! Например, помогать маленьким жеребятам с чтением и письмом! — предложила Свити Белль. — Но мы обещали, что сходим посмотреть на выступление Тандер Тапса, и ты знаешь, что он не хочет, чтобы ты это пропустила. — Свити Белль подмигнула.

— На что это вы намекаете? — Эппл Блум прищурила глаза.

— Ни на что! — быстро произнесла Скуталу. После чего подтолкнула земную пони к выходу.

— Нет, правда, что вы двое там себе надумали? — спросила Эппл Блум.

— Вообще ничего! — почти пропела Свити Белль, когда они спускались по лестнице клубного домика.

Никто из них не заметил, когда они шли по дороге, что по доске, на которую уже некому было смотреть, скользила лупа, следуя по буквам — Т...А...Р...Т...А...Р.

Когда Эппл Блум вернулась, она была одна. Скуталу и Свити Белль ушли домой, потому что уже смеркалось, поэтому Эппл Блум пришлось самой убирать небольшой беспорядок. Ей это было не в тягость, потому что её дом был в двух шагах, но даже ей, с малых лет работавшей в яблочном саду, иной раз не помешала бы помощь от подруг, для которых уборка наоборот была непривычной.

Она подмела уже середину комнаты, когда услышала какой-то скребущий звук, который отличался от шуршания метлы по полу. Она остановилась и прислушалась, но ничего не услышала. Земная пони продолжила подметать, но потом снова услышала этот подозрительный звук. Она остановилась и огляделась. Странно, она была одна, тогда кто...

— Девочки? — спросила она. Лишь тишина в ответ.

Она перестала подметать и пошла, чтобы собрать несколько разбросанных повсюду бумаг и разложить их по порядку, затем снова услышала шуршащий звук, когда она приводила бумаги в порядок.

Она раздражённо обернулась.

— Ладно, это уже не смешно, кто здесь? Свити, Скуталу или кто-то ещё — выходите! Будет вам, девочки, вместо того, чем пугать меня как на Ночь Кошмаров, лучше вылезайте и помогите прибраться.

И снова ответа не последовало, но шорох продолжался. В здании клуба было не так много места, чтобы спрятаться, поэтому земная пони проверила их все. За маленькой кафедрой никого не оказалось, и никто не прятался за столом или под ним. Эппл Блум последовала за звуком, навострив ушки, когда она сосредоточилась на источнике шума. Она подошла к углу, куда положила доску, и немного испугалась, увидев, что лупа сама по себе перемещается взад-вперёд.

— Свити Белль, ты что, думаешь, я призраков испугаюсь? — крикнула Эппл Блум.

Никто ей не ответил.

Она оставила лупу скользить туда-сюда и, выйдя наружу, быстро осмотрела здание клуба. Кобылка нигде не смогла найти ни одного пони, и хотя она была быстрой и держала ушки на макушке, но так и не увидела и не услышала ни шелеста гривы, ни хвоста ни Скуталу, ни Свити Белль. Поэтому Эппл Блум вернулась в клубный домик, обратно к доске, чтобы посмотреть за причудливыми движениями лупы.

С каждым движением этого небольшого предмета у неё скребло душу, но она успокаивала себя тем, что много раз видела, как единороги манипулируют с небольшими вещами своей магией. А Свити Белль с каждым днём становилась всё лучше и лучше в постижении магии, но одно вводило в заблуждение — не было свечения на лупе. Даже принцесса Селестия не смогла бы такое сделать. Она просто предположила, что это была Свити Белль, потому что та постоянно говорила о своих успехах в постижении магии.

Эппл Блум протянула копыто и схватила лупу. Та не сопротивлялась, и не было ощущения, что её кто-то дёргал. Её копыто вообще не почувствовало никакого сопротивления. Тогда она убрала своё копыто, и та снова продолжила скользить.

— Как странно. — Она снова положила копытце на лупу, чтобы остановить, затем переместила её, потом снова остановила, а затем отпустила. — Значит, ты и правда можешь разговаривать с призраками? — спросила она. К её удивлению и тревоге, лупа скользнула к "да" на доске и остановилась там.

Эппл Блум поспешно подняла её с доски и положила рядом с собой. Лупа оставалась неподвижной. После чего земная пони повернулась и быстрым шагом направилась к двери. У выхода она остановилась и оглянулась, чтобы посмотреть, не движется ли стекляшка снова, но, увидев что лупа там, где она её оставила, кивнула сама себе и вернулась в дом ужинать.

За столом Эппл Блум казалась подозрительно тихой. Бабуля заметила это первой.

— За весь ужин ты не проронила ни слова, Крошка Блуми. Что тебя беспокоит, цветочек? — спросила матриарх Эпплов.

— Я просто немного заморочилась... с делами Меткоискателей, — соврала она.

— Ну, ты не должна взваливать всё это на свои юные плечи. Для этого и нужна семья, — подмигнула Эпплджек.

— Агась! — подтвердил Биг Макинтош.

Эппл Блум оглядела их всех. Все они были улыбчивы и бодры, и им было искренне любопытно, как прошёл её день, но всё, о чём она действительно могла думать — это о словах Свити Белль касательно таинственной доски, и о принципах её работы. Поэтому она решила задать своим родным ровно один вопрос по этому поводу, чтобы выяснить, правда это или нет.

— Мне просто интересно... возможно ли разговаривать с мёртвыми пони? — спросила Эппл Блум.

— Что-а-а?! — чуть не подавившись, ахнула Бабуля.

Биг Макинтош нахмурился, но хранил молчание.

— Ну и вопросы ты задаёшь, юная мисс, — сказала Эпплджек. — Что заставило тебя об этом задуматься?

— Свити Белль сказала, что та доска, которую я нашла на чердаке, предназначена для общения с мёртвыми пони. Но потом она добавила, что всё это неправда, это просто игра, чтобы пугать друзей во время ночёвок. Но если это просто игра, существует ли какой-то другой способ поговорить с теми, кто ушёл от нас? — с надеждой спросила Эппл Блум.

— Ох, Эппл Блум. Я знаю, о ком ты говоришь, и я тоже скучаю по ним, но тебе не следует разговаривать с мёртвыми пони. Я плохо знаю, как устроена магия, чтобы сказать, существует ли вообще заклинание, которое позволило бы тебе это, но, несмотря ни на что, их уже нет, они мертвы. Поэтому лучше их не тревожить, они сейчас в лучшем мире, — сказала Эпплджек.

— Да, думаю, ты права, Эпплджек, — сказала Эппл Блум, ковыряя вилкой в своей тарелке.

Эпплджек отложила посуду и обошла вокруг стола, чтобы обнять сестрёнку.

— Ты никогда их не знала, и мне искренне жаль, что так вышло. С другой стороны — у тебя есть мы. И не стесняйся плакать, сахарок, ты можешь грустить, только не позволяй этой печали мешать тебе жить. Поверь, они бы этого очень не хотели.

Эппл Блум слегка шмыгнула носом, но сдержала слёзы.

— Я знаю. Прости, что спросила об этом.

— О, тебе не за что извиняться, милая. Плачь, если тебе станет легче, но не позволяй обстоятельствам сломить себя, обещаешь?

— Обещаю, Эпплджек.

— А теперь заканчивай ужин и немного отдохни. Вот увидишь, утром тебе будет гораздо лучше.

Эппл Блум поужинала и удалилась в свою комнату. Она сама и не знала, сколько пролежала в постели, уставившись в потолок, а когда проснулась, то всё ещё смотрела в ту же точку. Она лежала, ни о чём не думая, пока не услышала, как Бабуля Смит крикнула снизу, что завтрак готов.

Спрыгнув с кровати, она буквально вылетела в коридор, столкнувшись со старшей сестрой.

— Ух ты, Эппл Блум! Ты как, сестрёнка, хорошо выспалась?

Кобылка кивнула, но ничего не ответила.

Завтрак прошёл в молчании. Эппл Блум была слишком поглощена своими мыслями, чтобы заметить, как Эпплджек, Биг Мак и Бабуля обмениваются взглядами с ней, а затем друг с другом, и когда она встала из-за стола, то услышала, как они начали перешёптываться у неё за спиной.

Выйдя из здания фермы, она направилась в клубный домик. Закрыв за собой дверь, кобылка уставилась на маленькую доску с лупой рядом с ней.

Ей было немного грустно, и внутри поднимались волны гнева из-за того, что доска оказалась подделкой. Эпплджек и Биг Мак видели своих родителей, разговаривали с ними и даже могли их обнять, но Эппл Блум была полностью лишена этого. Но, справедливости ради, ей мало на что можно было жаловаться, ведь Эпплджек и Биг Макинтош почти заменили ей родителей, но это было не совсем одно и то же, и она завидовала им за это.

Затем появляется эта штука, которая обещала ей, что она сможет поговорить со своей матерью, и она оказалась всего лишь игрушкой. Это не должно было быть так больно, как было, но это было так. И это казалось не совсем справедливым.

— Эппл Блум?

Это была Свити Белль.

— Ты в порядке? — присоединилась к единорожке Скуталу.

— Да, со мной всё хорошо, — ответила Эппл Блум.

— Прости, но мне кажется, что ты нам что-то недоговариваешь, — сказала Свити Белль.

— Нет, у меня всё в порядке, — настаивала Эппл Блум.

— А я говорю, что нет. Угадай, откуда я это знаю? Ты не закрепила бант в своей гриве, — сказала Свити Белль.

Эппл Блум подняла копыто к своей гриве и потрепала её. Свити Белль была права. Её бант был своего рода продолжением её гривы, но сейчас его не было. Тот лежал на её прикроватном столике, куда она клала его каждую ночь. Почему-то она совершенно забыла его повязать, и, вероятно, именно поэтому члены семьи так странно смотрели на неё во время завтрака.

— Может, ты хочешь поговорить об этом? — Скуталу подошла и села рядом с Эппл Блум, и они вместе уставились на доску в углу.

— Я в порядке, правда. Но, знаете, я не откажусь от дружеской беседы, — ответила она.

Свити Белль обняла Эппл Блум за плечи и крепко прижала к себе.

— Итак, ты не хочешь рассказать нам, почему ты забыла свой бант и пялишься на эту штуку? — спросила Свити Белль, встряхнув Эппл Блум. — О да! Я вспомнила, как она называется — уид-жа! Я спрашивала Рэрити прошлым вечером.

— Доска Уиджа? Какое глупое название, — пробормотала Скуталу.

— Не я назвала её так, — отмахнулась Свити Белль.

— Я знаю, просто это так непривычно звучит. Но в любом случае, Эппл Блум. Что тебя так расстроило этим утром?

Эппл Блум почти начала улыбаться выходкам своей подруги, но когда внимание вернулось к ней, она снова нахмурилась.

— Я думала о своих родителях, — вздохнула она.

— О-о-о-о... — в унисон протянули обе кобылки.

— Эпплджек и Биг Макинтош имели возможность увидеть их и поговорить с ними до того, как они исчезли, но я так и не смогла сделать это. И когда ты сказала о том, что эта доска может позволить пони разговаривать с мёртвыми, я подумала, что, может быть, я смогу увидеть или хотя бы поговорить со своей мамой. А она оказалась всего лишь глупой игрушкой, — сказала Эппл Блум, пнув копытцем спиритическую доску.

Скуталу и Свити Белль обменялись встревоженными взглядами, после чего единорожка повернулась к земной пони и похлопала ту по спине.

— Скажи, тебе стало бы легче, если бы мы всё равно попытались?

Эппл Блум фыркнула.

— Но зачем? Я уже не маленькая. Это обманка, на самом деле эта доска не может общаться с мёртвыми.

— Может быть и так, но всё равно это дало бы тебе немного душевного спокойствия по этому поводу. Разве не чувство, что это не сработает, с самого начала тебя расстроило?

— Ну... да. Думаю, ты права, — вздохнула она, оглянувшись на единорожку.

— И-и-и-и откуда же ты знаешь, что она на самом деле не работает?

Это заставило Эппл Блум вспомнить любопытное поведение лупы, которая скользила туда-сюда по доске без чьего-либо участия прошлым вечером. Конечно, это могла быть просто какая-то остаточная магия единорога, встроенная в игрушку, чтобы заставить её работать подобным образом и пугать пони, но, по крайней мере, это могло быть весело.

— Знаете... эта доска вытворяла любопытные вещи прошлым вечером, да. Девочки, давайте попробуем.

— Отлично! Но прежде мы должны дождаться ночи, — сказала Свити Белль.

— П-постой! Почему мы должны делать это ночью? — встрепенулась Скуталу.

— Потому что это не так страшно днём, глупая.

— Но почему она обязательно должна пугать?

— Скуталу, мы пытаемся поговорить с призраками. Конечно, это должно быть страшно.

— Но... разве это обязательно? Почему мы не можем просто использовать её сейчас! — Скуталу схватила лупу и быстро поводила ею по доске. — Э-П-П-Л-Б-Л-У-М! Вот! Смотрите, это сообщение с того света, кто-то пытается поговорить с нами! Цепляет, правда? Ха... хэх, — Скуталу сглотнула.

Свити Белль отвела Скуталу в сторону.

— Что на тебя нашло, Скуталу? Мы делаем это ради Эппл Блум. Поверь, каждая из нас знает, что это всего лишь игрушка, но это нужно для того, чтобы она почувствовала себя лучше, понимаешь? Ну хоть в этот раз следуй правилам, пожалуйста?

Скуталу громко вздохнула, но кивнула единорожке.

— Отлично! У нас есть дела, о которых нужно позаботиться, но мы все встретимся здесь после этого, договорились? Я принесу спальные мешки и подушки, — сказала Свити Белль.

— А я п-принесу фонарики. Много фонариков, — сглотнув, сказала Скуталу.

— А я принесу закуски, — сказала Эппл Блум.

— Спасибо, Эппл Блум. О, и не могла бы ты попросить Бабулю приготовить один из этих вкусных яблочных пирогов? — спросила Свити Белль.

Эппл Блум к своему удивлению искренне улыбнулась и кивнула. Провести ночь со своими подругами было бы весело, она просто знала это. Было приятно, что они были так заинтересованы в том, чтобы убедиться, что у неё всё хорошо.

— Да, я могу это сделать. Она учила меня их готовить, так что, возможно, он выйдет из-под моих копыт!

— При условии, что ты не сожжёшь его, как сделала с тем тыквенным пирогом прошлой осенью. Я всё ещё чувствую запах подгоревшей тыквы. — Скуталу помахала копытом перед своим лицом и высунула язык.

— Ой, да ладно тебе, Скуталу! Почти год прошёл.

— Даже форма для пирога расплавилась, Эппл Блум! Как можно было растопить форму для выпечки пирога? Тогда было почти невозможно сказать, где кончалась форма и начинался подгоревший пирог!

— Я училась! — топнула копытцем земная пони.

—А по-моему ты просто решила поиграть в кузнеца! — подразнила её пегаска.

Свити взвизгнула от смеха, когда Эппл Блум шутливо набросилась на Скуталу. Они недолго боролись, перекатываясь по полу, но коренастая земная пони была намного сильнее пегаски и сумела заломить ей копыто за спину. Скуталу стукнула копытцем по полу клубного домика в знак капитуляции, и Эппл Блум позволила ей подняться.

— Хорошо, что этого не видела Рэйнбоу Дэш, — потёрла копытце пегаска. — Что это было, Эппл Блум, ты посещаешь занятия по борьбе, пока мы не помогаем пони с кьютимарками? Клянусь, я брала верх чаще, но сейчас у меня не было шанса.

Эппл Блум покачала головой.

— Ничего подобного; мне помогает Биг Макинтош. Мой брат говорит, что раньше участвовал в соревнованиях, но забросил это дело уже несколько лет назад.

— Что ж, это был ловкий трюк. Но в любом случае кому мы собираемся помочь сегодня? И давайте договоримся — никакой неофициальной помощи без участия всех нас. На этот раз давайте не допускать ошибок, — Скуталу пристально посмотрела на Свити Белль.

— Скуталу, откуда я знала, что та кьютимарка для разведения мышей, а не приготовления сыра?!

— Что ж, несмотря ни на что, просто не забудь взять список дел, и мы все встретимся здесь вечером, хорошо?

Они все кивнули и принялись за работу. Каждая из них пошла поговорить с пони, которые взрослели и беспокоились о том, получат ли они свою кьютимарку, или с теми, кто был сбит с толку уже полученной кьютимаркой.

Это случалось чаще, чем думали Меткоискатели, — что некоторые пони, которые были совершенно счастливы, делая то, что, по их мнению, они должны были делать, разочаровались или были недовольны направлением, в котором их толкала кьютимарка. Эппл Блум всегда предполагала, что как только она получит свою кьютимарку, у неё не останется сомнений в том, в каком направлении пойдёт её жизнь. Она ожидала получить яблочную кьютимарку, а потом она сможет помогать Эпплджек на ферме, и она, Эпплджек и Биг Макинтош будут вместе ухаживать за яблонями. Как одна большая счастливая семья.

И какой неожиданностью стало для неё и для других, что она первой из Эпплов нарушит вековечную традицию и получит кьютимарку в чём-то другом, кроме выращивания яблок. Она по-прежнему хорошо справлялась с работой на ферме, но осознание того, что это не то, чем она должна заниматься в своей жизни, немного смутило её. Не то, чтобы ей не нравилось проводить время со Скуталу или Свити Белль, и знать, что в конечном итоге она будет работать с ними долгие годы, воодушевляло, но при этом было немного горько-сладко осознавать, что её таким образом разлучили с Эпплджек.

Размышления об Эпплджек заставили Эппл Блум задуматься о единственной материнской фигуре, которая была у неё в жизни — Эпплджек; и это снова напомнило малышке о её настоящей матери — Пер Баттер. Эмоции переполняли её, и ей пришлось сдерживать слёзы, когда она пошла помогать другим пони.

* * *

Она постучалась в дверь, и маленькая кобылка, открывшая её, расплылась в улыбке. Эппл Блум была встречена очень тепло и приветливо. Потом пришла её мама и предложила Меткоискательнице кресло. Усевшись напротив неё, она обсудила с Эппл Блум возможные таланты её дочери, которые, возможно, направят её стезю, и о том, как она сможет понять, что выбрала верную дорогу.

Эппл Блум заверила её, что если её дочь проявит интерес к чему-то новому, то она должна поощрять это настолько, насколько кобылка захочет это принять. Возможно, она не получит кьютимарку за то, что ей нравится делать больше всего, но то, в чём она получит кьютимарку, будет тем, к чему у неё есть природный талант. Но только потому, что что-то не является её отличительной чертой, это вовсе не значит, что она не сможет продолжать заниматься этим.

В конце концов, именно на кобылу снизошло самое большое прозрение. Она собиралась попробовать свои силы в роллер-дерби, как и её дочь, и Эппл Блум с болью в сердце наблюдала, как кобыла и её жеребёнок тёрлись носами с ослепительными улыбками на лицах.

Они поблагодарили её и отправились восвояси, и кобылка с бантом побрела обратно в здание клуба. У неё были свои заметки о каждой из них, и только когда она подходила к домику на дереве, то поняла, что нарушила главное правило их ордена — давала советы в отсутствие других Меткоискателей. Кобылка была так рассеяна, что совсем забыла, что ей одной не положено этого делать, но, по крайней мере, она назначила встречу на следующую неделю и всё ещё можно было исправить.

Эппл Блум застонала про себя от перспективы выговора, который ей предстояло получить от подруг, особенно от Свити Белль. Она ввалилась в здание клубного домика и швырнула свой блокнот через всю комнату. Тот приземлился рядом с доской для спиритических сеансов, что заставило её заметить, что лупа снова двигается сама по себе.

— Хм, какого Дискорда ты это делаешь? Ты заколдована или что-то в этом роде, и знаешь, это немного раздражает, — сказала Эппл Блум. Она подошла, намереваясь сбросить лупу с доски, но замерла, увидев, по каким буквам она скользит.

Лупа непрерывно скользила взад-вперёд по буквам: "М-А-М-А".

Эппл Блум почувствовала лёгкий озноб и нервно оглядела здание клуба. Казалось, здесь больше никого не было, а если кто-то и прятался снаружи, то это была действительно дурная шутка. Она не думала, что Свити Белль и Скуталу сговорились бы сделать что-то подобное за её спиной, поэтому она не подозревала своих подруг, но тогда кто мог это подстроить? Может, Даймонд Тиара и Сильвер Спун уже и встали на путь добра, но сохраняли связь с прошлыми проделками; но обе не были единорогами, так что это не могли быть богатые кобылки. Но могла ли делать это доска без чьего-либо участия?

Эппл Блум протянула копытце и дотронулась до лупы, и на этот раз она почувствовала рывок, когда та соскользнула с буквы "А" и подтянулась к "да" в углу.

Эппл Блум отдёрнула копытце назад.

— Подожди, серьёзно? Ты можешь читать мои мысли?

Лупа заскользила по кругу, затем снова остановилась на "да".

— Значит, ты знаешь, чего я хочу. Поэтому ты написала "Мама"? — спросила Эппл Блум.

Лупа снова заскользила по кругу и вернулась к значению "да".

— Так, ты моя мама или кто-то другой?

Мгновение лупа не двигалась, а затем начала водить по буквам: "Д-Р-У-Г-О-Й".

— Ясно. Знаешь, кто бы ты ни был, я не хочу с тобой разговаривать, если ты не моя мама.

Незримый собеседник замер. В комнате повисло напряжение, а потом послышался лёгкий скрежет, когда лупа снова начала ходить по доске, выводя: "П-О-М-О-Г-И".

— Помочь в чём? — спросила Меткоискательница. — Хм, ладно. Услуга за услугу. Поможешь мне связаться с мамой?

Лупа переместилась к "да".

— И как?

"П-О-М-О-Г-И-М-Н-Е-И-Я-П-О-М-О-Г-У-Т-Е-Б-Е".

— Хорошо. Но чего именно ты хочешь?

"О-С-В-О-Б-О-Д-И-Т-Ь-С-Я".

Эппл Блум почувствовала, как холодок пробежал по её спине.

— Освободиться? Помочь тебе выбраться? Знаешь, я не думаю, что готова пойти на такой шаг. Какие гарантии, что ты не водишь меня за копыта и вообще можешь связаться с моей мамой?

"О-Б-Е-Щ-А-Ю".

— Я не думаю, что смогу принять обещание от куска дерева, — поморщилась кобылка, которая не знала, как ей выйти из этой щекотливой ситуации.

— О каком дереве идёт речь? — услышала она удивлённое восклицание за спиной.

Эппл Блум слегка подпрыгнула и повернулась к двери. На неё смотрели Свити Белль и Скуталу со спальными принадлежностями и другими вещами для вечеринки с ночёвкой. Свити Белль свалила свои вещи в углу и подошла к уставившейся на спиритическую доску подруге.

— Ты хорошо себя чувствуешь, Эппл Блум? — спросила единорожка.

— Хм? Да. Конечно, у меня всё хорошо, — заверила её Эппл Блум, взглянув на спиритическую доску. — У меня только что был трудный разговор с пони, с которыми я ходила встречаться.

— И они беспокоились о том, что не могут получить "правильную" кьютимарку? — уточнила пегаска. — Это то, о чём большинство моих знакомых хотели поговорить.

— Нет, дело было не в этом. Они, скорее, беспокоились о том, что могут застрять, занимаясь тем, что они ненавидят. — Впрочем, Эппл Блум умолчала про ту часть, где она завидовала тому, что у кобылки есть мама, которая так сильно заботится о ней. Это была не вина той кобылки, так что она не должна была на неё обижаться, но ей было больно смотреть на то, чего она хотела так сильно; счастье казалось таким близким, но она была не в силах его получить.

— Эппл Блум, зачем было решать всё своими копытами? Одна пони видит только часть загадки. Ты же знаешь, что должна была подождать, — сказала Скуталу.

— Держу пари, ты это сделала, не так ли? — Свити Белль ткнула копытцем в бок Эппл Блум, и земная пони отпрянула от её тычка. — Сразу после того, как сказала мне, что я не должна этого делать!

— Хватит! — Эппл Блум оттолкнула копытце Свити Белль в сторону и отскочила на другую половину клубного домика. — Да, я именно так и поступила, и приношу свои извинения. К тому же, у меня всё равно назначена встреча с ними на следующей неделе.

Свити Белль обменялась взглядом со Скуталу, и выражение её лица смягчилось. Единорожка почувствовала, что Эппл Блум в данный момент не в настроении "играться", и вместо этого придвинулась ближе и обняла её копытцем.

— Мы не злимся на тебя и ни в чём не обвиняем. Мы знаем, что ты просто пыталась помочь. И что бы у тебя сейчас ни было на уме, мы здесь, чтобы помочь, хорошо? Вот почему мы принесли ингредиенты для приготовления крекеров с зефи-и-и-иром! — Свити Белль левитировала пакет с зефиром,  коробку крекеров и несколько плиток шоколада.

Эппл Блум взглянула на сладости, и уголок её рта приподнялся в улыбке.

— Это здорово, но на чём мы должны их разогревать?

— Для этого я принесла походную печку! Мы можем установить её где угодно, даже внутри клубного домика, и она даст нам достаточно тепла, чтобы легко приготовить зефир, — пропищала Скуталу из другого угла.

— Ну, вы двое принесли всё необходимое, не так ли?

— Мы решили продумать всё, Эппл Блум. Всё, что угодно, лишь бы ты расцвела как яблонька! — сказала Свити Белль.

Скуталу поставила походную печку в центр комнаты, и когда свет снаружи померк, свет их фонаря и огонёк крошечной походной печки был единственным, что поддерживало освещение в клубе. Кобылки болтали и кутались в одеяла, спасаясь от ночной прохлады, разговаривали, ели и смеялись, и вскоре Эппл Блум стала похожа на себя прежнюю. Земная пони даже рассказала о том, что заставляло её чувствовать себя такой подавленной в конце дня.

— И вот, когда я увидела, какими близкими были отношения между матерью и дочерью, я думаю... что начала им немного завидовать. Эта зависть заставила меня осознать, чего мне не хватало, пока я росла, и это надломило меня. — Эппл Блум плюхнулась навзничь на пол, облизывая копытце, липкое от шоколада и зефира.

— В последнее время это тебя действительно задевает, не так ли? — спросила Скуталу.

Эппл Блум просто кивнула. Она не хотела этого признавать, но пытаться держать это в себе было бы не очень полезно.

— Ну, я знаю, мы сказали тебе, что это всего лишь игрушка, но мы обещали попытаться использовать доску, чтобы связаться с твоей матерью. Ты всё ещё хочешь это сделать, Эппл Блум? — Свити Белль указала на доску в углу.

Эппл Блум села и посмотрела на неё. Кобылка вспомнила, как вчера и сегодня доска пыталась разговаривать с ней, перемещая лупу. Было ли это на самом деле привидение или дух, разговаривающий с ней, или в неё была вложена чья-то магия, чтобы сделать игрушку более "интересной" для потенциального пользователя. Она должна была признать, что это был бы довольно неплохой трюк, если бы лупа двигалась сама по себе и посылала странные сообщения пони, которые с ней соприкоснутся. Эппл Блум не до конца понимала, что это было, но это вызывало у неё сильное беспокойство.

— Я не знаю, просто всё это кажется немного... жутковатым, — сказала земная пони.

Скуталу тут же ухватилась за признание Эппл Блум в испуге, стремясь доказать, что она просто трусишка.

— Тебе страшно, Эппл Блум? — подколола её пегаска.

— Мне не страшно, я просто думаю, что это немного странно — пытаться разговаривать с умершими с помощью доски!

— Это не то, что, казалось, подразумевало слово "жуткий", Эппл Блум, — проворчала Скуталу, помахав копытцем перед носом подруги.

Эппл Блум фыркнула и оттолкнула копытце пегаски.

— Не перегибай палку, я говорю о том, что это не самый лучший способ разговаривать с призраками. Разве для этого не должно существовать какого-нибудь могущественного заклинания или чего-то в этом роде.

— Земные пони и пегасы не могут творить заклинания, Эппл Блум, — сказала Свити Белль.

— Я знаю, но всё равно, разговаривать с теми, кого больше нет рядом, с помощью причудливо украшенной доски? — земная пони не могла придумать лучшего способа избежать использования доски, но она до сих пор не была уверена, о чём эта загадочная Уиджа хотела поговорить с ней ранее.

— Тогда почему ты не хочешь просто поиграть с ней? Мы постараемся избежать серьёзных тем, но согласись, что это также может быть весело, — сказала Свити Белль.

— Потому что... — Эппл Блум не могла придумать причину, которая не казалась бы поверхностной и не изображала бы её испуганной в этой ситуации. Вместо этого она решила сказать подругам правду. — Потому что она говорила со мной раньше!

Меткоискатели примолкли и посмотрели на Эппл Блум с недоверием, гадая, что только что сказала им земная пони.

— Говорю же, она разговаривала со мной! Кто-то был там, и он хотел, чтобы я его освободила, — сказала Эппл Блум.

— Подожди, ты хочешь сказать, что это действительно СРАБОТАЛО?! — Свити Белль пискнула от волнения.

— Нет, я имею в виду, что это было так, но не я начинала игру, — сказала Эппл Блум, делая жест копытцем в воздухе, будто водит лупой.

— Значит, она перемещалась сама по себе? — Свити Белль взяла доску с лупой и вынесла их в центр комнаты. Единорожка и пегаска склонились над ней, положили лупу на доску и немного повертели её в копытцах.

— Незнакомец сказал мне, что может помочь связаться с моей мамой, но я не знаю, верить этому или нет, — вздохнула Эппл Блум.

— Этот призрак, сущность, сказал тебе, кем он был? — спросила Скуталу.

— Нет, и я не спрашивала, — покачала головой земная пони.

— Это мог быть кто угодно! — Свити Белль залилась краской.

— Это мог быть один из первых Вандерболтов! — воскликнула Скуталу.

— Или Старсвирл Бородатый! — закричала Свити Белль.

— А может, это был Рокхуф! — выпалила Скуталу.

— Это мог быть Сомбра, — задумчиво произнесла Эппл Блум.

Однако, заявление Эппл Блум ничуть не охладило энтузиазма подруг.

— О-о-о-о, как вы думаете, Сомбра рассказал бы нам больше о своём ужасном правлении, когда ни один пони не смел на небо взглянуть? — Скуталу задумалась.

— И почему же ты хочешь услышать об этом? — в замешательстве спросила Эппл Блум.

— Ой, да ладно тебе. Неужели тебе никогда не было любопытно узнать о магических способностях Сомбры и тому подобном? — спросила Свити Белль у Эппл Блум.

— Ты не поняла. Проблема в том, что мы не знаем, кто это может быть, и даже не представляем, на что способна эта сущность, — предостерегающе произнесла Эппл Блум.

— Ну и что он может сделать? Он же мёртв! — сказала Свити Белль. — И, должна заметить, что мы даже не знаем, кто это был.

— О! А давайте спросим, кто это с тобой говорил! — воскликнула Скуталу. — Тогда нам не придётся дальше гадать.

— Да! — согласилась Свити Белль.

— Нет! — покачала головой Эппл Блум.

— Почему нет? Ты что, всё ещё боишься? — Скуталу ухмыльнулась, радуясь, что на этот раз больше всех испугалась не она.

— Нет! То есть, немного. Я не знаю, кто это такой и чего он на самом деле хочет. Разве вас это совсем не волнует?

— Всегда есть что-то, что может насторожить. Но сейчас у меня чуть искры из рога не летят, и я очень хочу получить ответ, — сказала Свити Белль. После чего единорожка положила лупу на доску.

— И если это действительно сработает, мы могли бы поговорить с первыми Вандерболтами! — Скуталу потёрла копытца друг о друга. — Представляете, я могла бы рассказать им всё о Рэйнбоу Дэш! Думаю, они были бы так рады услышать о том, что она присоединилась к их легендарной команде!

— Давай же, Эппл Блум. Если это действительно работает так, как ты рассказала, то мы сможем получить ответы на интересующие нас вопросы. И не похоже, чтобы он смог как-то нам навредить. Это призрак! — сказала Свити Белль.

Эппл Блум на самом деле не понравилась эта идея, но она хотела, чтобы Скуталу перестала её донимать, а волнение Свити Белль было заразительным. И ещё единорожка была права. Это был призрак, что он мог сделать? Если бы он обладал способностью делать что-либо и был недоброжелательным, он бы уже что-то сделал, верно? Если у него была способность делать всё, что угодно, и это могло послужить им на пользу, то какой вред в том, чтобы поговорить с ним?

Земная пони села напротив Свити Белль и устроилась поудобнее.

— Хорошо, уговорили. Но я делаю это только для того, девчата, чтобы вы перестали меня доставать.

Свити Белль и Скуталу ухмыльнулись и посмотрели на доску. Эппл Блум присоединилась к ним, и они с минуту смотрели на лупу. И она не сдвинулась и на сантиметр, поэтому Скуталу подала голос:

— И как это должно работать, Свити Белль?

— Подожди, я пытаюсь вспомнить, что Рэрити мне об этом рассказывала. — Единорожка прикусила губу, размышляя, затем наконец, казалось, озарилась идеей. — О, точно! Сначала мы должны положить наши копытца на лупу. — С этими словами она положила оба копытца на обрамление лупы и кивком пригласила подруг присоединиться к ней. Скуталу и Эппл Блум опустили копытца, присоединившись к подруге и стали ждать, когда она продолжит. — Ладно, а теперь адресуем свой вопрос любому призраку, которому захотим, и будем ждать ответа.

— И как он нам ответит? — спросила пегаска.

— Ну, предполагается, что лупа наводится на буквы, чтобы составить слова, или "да" или "нет", — ответила Свити Белль.

— О-о-о-о-х... — завороженно протянула Скуталу.

— Не ты ли хотела задать первый вопрос, Эппл Блум? — спросила Свити Белль. — Мы делаем это ради тебя.

— Я пока подожду. Почему бы кому-то из вас не задать вопрос.

— Я первая! Мой вопрос! — воскликнула пегаска. — М-м-м... Эй, призраки, есть среди вас первые Вандерболты?

Повисла тишина, и три кобылки, затаив дыхание, ждали, чем ответит им доска. Их глаза были устремлены на неё в предвкушении. Сразу ничего не произошло, и по мере того, как проходили секунды, Скуталу всё больше расстраивалась.

— Эппл Блум, ты же говорила, что эта штука раньше разговаривала с тобой? Тогда почему она сейчас ничего не делает?

— Я не знаю, но сущность, которая связалась со мной, явно не была Вандерболтом.

— Да? И как же ты это узнала? — приподняла бровь пегаска.

— А ты сама подумай, откуда один из первых легендарных пегасов знает мою маму, обычную земную пони?

— Может быть, они знают твою маму как привидение. Им ни к чему было знать её, пока она была жива.

— Девочки! — перебила их Свити Белль.

Лупа под их копытцами медленно двигалась, скользя по доске, чтобы расположиться поверх ответа "нет". Скуталу была явно разочарована.

— Ой, да ладно. Признавайтесь, это сделала одна из вас?

Но обе кобылки покачали головами.

— Я её не перемещала, — ответила Эппл Блум.

— Как и я, — настаивала Свити Белль.

— Ну, кто-то из вас, должно быть, просто хотел заставить меня перестать спрашивать. — Скуталу многозначительно посмотрела на Эппл Блум.

— Это была не я, — всё так же ответила земная пони.

— Эх, забудьте. Что ж, кто следующий задаёт вопрос?

Свити Белль на мгновение задумалась, затем откашлялась.

— Эй, призраки, если кто-то из вас знаком с моей сестрой Рэрити, можете мне ответить: она действительно так привлекательна, как о ней пони говорят?

Почти сразу лупа начала двигаться и переместилась в ту часть доски, где было написано "да". Свити Белль вскинула копытца ещё до того, как лупа добралась туда, и издала сдавленный звук разочарования.

— Будет вам, девочки! Вы могли бы, по крайней мере, подождать, прежде чем толкать её туда.

Эппл Блум хихикнула и не успела вовремя прикрыть рот копытцем. Свити Белль пристально посмотрела на неё.

— Ладно. Теперь твоя очередь, Эппл Блум, — сказала единорожка и снова положила копытца на лупу.

Эппл Блум заколебалась и подумала о своей матери.

— Эм, у меня нет вопроса, который я хотела бы задать, — солгала она.

— Но у тебя он есть, — напомнила Свити Белль. — Ради тебя мы и устроили эту ночёвку и решили провести спиритический сеанс.

— Я не хочу его задавать!

Скуталу убрала копытца с лупы.

— Эппл Блум, чем ты так встревожена? Это из-за того призрака? Послушай, я тоже боюсь призраков, но, если предположить, что эта штука всего лишь игрушка, потому что я всё ещё думаю, что это игрушка, то нам не грозит никакая опасность.

Свити Белль также убрала копытца с лупы и придвинулась поближе к Эппл Блум.

— Я подняла этот вопрос, потому что думаю, что тебе нужно поговорить об этом, и мы рядом с тобой для того, чтобы ты смогла переступить через внутренние барьеры, хорошо?

— Я знаю, девочки. Я не глупая. Просто… — Эппл Блум испустила протяжный вздох, — … я не совсем готова к этому.

Свити Белль улыбнулась и почти прижалась к земной пони, затем обняла Эппл Блум. Вскоре, к ней присоединилась Скуталу, и яблочная кобылка обняла их в ответ.

— Всё будет хорошо, Эппл Блум. Мы тебя не оставим, даже если сам Тирек сюда явится, — сказала Свити Белль.

— Я знаю. Спасибо вам, девочки.

Они все обнялись, и Эппл Блум прижималась к ним крепче всех, пока не услышали царапающий звук. Все, как одна, посмотрели на источник звука, чтобы увидеть спиритическую доску. Лупа скользила по ней, повинуясь собственной, необузданной воле, переключаясь на одну букву за другой по мере того, как она выводила сообщение.

Скуталу первой отпрянула от доски.

— А-а-а! Это реально! Это происходит на самом деле! ПРИЗРАКИ ЯВИЛИСЬ СЮДА! ОНИ СУЩЕСТВУЮТ! — пегаска попыталась убежать, но Свити Белль ухватила её за хвост своей магией.

— Спокойно, Скуталу. Возможно, это просто магия, которая заключена в доске. Мы не знаем, делает ли это призрак.

— О, тогда это делаешь ты? Потому что двигать предметы на расстоянии способен только единорог! Вот только я не вижу на лупе твоей магической ауры, так что это наверняка призраки! — прокричала Скуталу, тщетно пытаясь вырвать из колеблющегося волшебного захвата Свити Белль.

— Успокойся, Скуталу. Это ровно то, что она делала раньше. Давай просто прочтём сообщение и поймём, чего хочет призрак, что решил связаться с нами. И хоть это и выглядит жутковато, но в целом безвредно, я думаю... — сказала Эппл Блум.

— Ты думаешь? Но не знаешь наверняка?

— Всё, что мне удалось узнать, это набор отдельных слов. Больше я ничего не знаю.

— А ты спросила у него, чего он хочет? — поморщившись, уточнила Свити Белль.

— Да. Он ответил, что хочет, чтобы его освободили.

— Освободили?! — подпрыгнув, закричала Скуталу. — И это никого из вас не настораживает?

— В чём-то она права, Эппл Блум. Мы не можем знать, что происходит по ту сторону и кто именно с нами говорит. Сделаем неосторожный шаг, и всё может обернуться очень плохо, — добавила Свити Белль.

— Ну, а что, если это добрый призрак, который стал жертвой чьей-то злой воли?

— Эппл Блум, хороших пони не заключают в темницу, — сказала Скуталу.

— Неправда. Что ты скажешь насчёт Кристальной империи?

У Скуталу не нашлось на это ответа, поэтому она просто сложила копытца и проворчала:

— Я всё равно не думаю, что мы должны ему доверять.

— Знаешь, мне тоже не хочется ему доверять, — встревожилась единорожка. — Что он сказал тебе, Эппл Блум? Что он может помочь тебе связаться с твоей мамой?

Эппл Блум кивнула.

— Так ты всё равно хочешь попробовать? На самом деле, это единственная возможность, какая у нас есть. И не думаю, что есть другой способ поговорить с призраками.

— Призраки, серьёзно! Ты не шутишь?! — закричала Скуталу, всё ещё удерживаемая Свити Белль.

— Скуталу, я пытаюсь приободрить каждую из вас, — проворчала единорожка. — Действительно, чего тут бояться?

— А я пытаюсь убежать из этого жуткого места! Мне кажется или здесь вдруг стало прохладно? — возразила пегаска.

— О-о, значит, теперь ты тут самая трусливая пони? — подколола её единорожка.

— Одна из нас должна ей быть!

— Девочки! — перебила их Эппл Блум. Меткоискатели умолкли и посмотрели на неё. — Давайте зададим ему несколько безобидных вопросов, хорошо? Ты же не против остаться, Скуталу? Я бы хотела, чтобы ты тоже была здесь.

Скуталу выглядела расстроенной, но в конце концов кивнула.

— Да, я останусь. Только ради тебя, Эппл Блум.

Земная пони с благодарностью посмотрела на пегаску.

— Спасибо.

— Как же я долго этого ждала... — вздохнула единорожка, убирая магический захват.

Кобылки снова расположились вокруг доски. Лупа скользила по ней, выводя что-то, что никто из них пока не удосужилась прочитать.

— Что ж, он хочет о чём-то нам сказать. Я не знаю, слышит ли он нас, но если да, то ответит, когда мы спросим, — сказала Эппл Блум.

— Эппл Блум, думаю, он просто что-то повторяет, чтобы привлечь наше внимание. Кажется, он просто говорит нам "привет", — подсказала пегаска.

— А я думаю, что он хочет привлечь наше внимание, — сказала Эппл Блум.

— И он своего добился. Давай, спроси у него что-нибудь, Эппл Блум, — сказала Свити Белль.

— Э-э-э... ещё раз здравствуйте, — прошептала земная пони.

Лупа закончила скользить по буквам и, переместившись, остановилась на середине доски.

— Девочки, думаю он знает, что мы здесь и хотим поговорить с ним. — Эппл Блум посмотрела на своих подруг, после чего обратилась к доске. — Ты помнишь меня?

Лупа не двигалась и кобылки начали ёрзать, не зная, чего ждать дальше.

— Почему он нам не отвечает? Неужели эта доска то работает, то нет? — спросила Свити Белль.

— Какая разница. Давайте просто займёмся чем-нибудь другим. Я не хочу больше оставаться рядом с этой штукой, — прошептала Скуталу, указав подрагивающим копытцем на доску.

— Ой, да ладно тебе, Скуталу. Помнишь, раньше она работала без моего участия, а теперь нас трое. Возможно, он не может отличить мои мысли и речь от ваших, — предположила Эппл Блум.

Лупа дико заскользила по доске и остановилась на "да".

— Видишь? Наши мысли и пустые разговоры ввели его в замешательство.

— Тогда как же он ответит именно на твой вопрос? — спросила Скуталу.

— Хватит шутить! Вы же видели, как он двигался? Значит, он реагирует только на разумные предложения.

Скуталу застонала и закатила глаза.

— И что ты предлагаешь нам сделать?

— Девочки, мы играем не по правилам, — внесла ясность Свити Белль. — Давайте положите свои копытца обратно на лупу. Может, это поможет нашему гостю определить, кто есть кто, — сказала единорожка и положила свои копытца на круглое устройство. — В любом случае именно так используется доска Уиджа.

Эппл Блум поставила свои копытца на другую секцию лупы, за ней неохотно последовала Скуталу. Кобылки наблюдали и ждали, что что-то произойдёт, но, казалось, ничего не происходило.

— Похоже, это чья-то злая шутка, — сказала Скуталу, впившись взглядом в Свити Белль. — Знаешь, я останусь при своём — эта штука пытается нас разыграть и у неё получилось здорово меня напугать. Может, не без чьей-то помощи...

— Клянусь, я ничего не делала! — возразила Свити Белль.

— Девочки! Просто помолчите и дайте мне задать вопрос, — сказала Эппл Блум.

Две Меткоискательницы тут же поджали губы, бросив друг на друга тревожные взгляды. Эппл Блум проигнорировала их и снова повернулась к доске.

— Ладно, доска. Скажи, с кем мы говорим? — спросила Эппл Блум.

Лупа не двигалась, а потом начала медленно скользить по доске. Она перемещалась от одной буквы к другой, выводя: "А-Б-Б-А-Д-О-Н".

— Абба... дон? — Эппл Блум в замешательстве скривила лицо. — Это что, имя?

— Похоже на то. Если он понимает, о чём мы его спрашиваем. Конечно, если он ясно слышит тебя, — сказала Свити Белль.

— Неважно. Значит, тебя зовут Аббадон. Кто ты? Ты призрак? — спросила Скуталу, ёрзая на месте.

Лупа почти сразу переместилась на "нет".

— Нет? — Свити Белль выпрямилась и задумалась над ответом. — Но это странно, эта штука предполагается для общения с призраками. Если ты не призрак, то кто же ты?

А-Б-Б-А-Д-О-Н.

— Что? — сказала Эппл Блум. — Но в этом нет никакого смысла. Ты не можешь назвать себя тем, кто ты есть, это просто смешно.

— Знаете, я всё ещё думаю, что нам попалась сломанная доска, — скептически произнесла Скуталу.

— Хорошо, последний вопрос и ты меня убедишь. — Свити Белль на мгновение задумалась и спросила. — Если ты не призрак, чего ты хочешь?

На этот раз лупа описала полный круг по доске, затем заскользила по диагональным линиям и странным завиткам, пока, наконец, на мгновение не остановилась в центре, а затем снова написала: "А-Б-Б-А-Д-О-Н".

— Ладно. Это смахивает на чью-то злую шутку. В этом нет никакого смысла, — пробормотала Эппл Блум.

Меткоискатели кивнули и убрали копытца с лупы. Скуталу отшвырнула спиритическую доску в сторону, и все они вернулись к маленькой походной печке и оставшимся кусочкам шоколада и зефира. Когда доска отлетела к дальней стене, она хрустнула, и, возможно, и правда сломалась. Земная пони вздохнула и посмотрела в сторону изящного изделия.

— Скуталу, зачем было её ломать? Я знаю, она разыграла нас, но всё равно была очень красивой, — сказала она.

— Эппл Блум, я просто слегка отбросила её. К тому же она даже до стены не долетела, — ответила пегаска.

— Что ж, тогда... — Эппл Блум остановилась, посмотрев на лупу.

Прямо по её центру появилась трещина. И вскоре из неё начал исходить дым, который вскоре достиг потолка клубного домика. Он закружился и превратился в сферу, в центре которой поблескивала молния. Таинственное облако парило от стены к центру комнаты, и увеличивалось в размерах, подпитываемое дымом, который продолжал вылетать из лупы.

Меткоискатели отошли в угол и прижались друг к дружке. Скуталу протиснулась за спины своих подруг, а Эппл Блум сидела, уставившись на облако, парящее перед ней.

— Что происходит?! — закричала Свити Белль.

— Я не знаю! Доска... лупа сломалась и всё это вырвалось наружу! — воскликнула земная пони.

— Я говорила вам, что это была плохая идея! — закричала Скуталу, почти прижимаясь к полу за спинами подруг.

Доска издала скрипучий стон, после чего и лупа, и доска треснули пополам, и в таинственном порыве жара и запаха серы в здании клуба погас весь свет, и что-то тяжёлое с глухим стуком грохнулось на пол.

Эппл Блум не могла разглядеть во мраке, что это было, но его очертания были большими. Тусклый лунный свет, просачивающийся из окон, позволил ей разглядеть, что у существа были крылья. Большие кожистые крылья, которые раздували ужасный запах, разносящийся по комнате. И оно двигалось, его копыта были тяжёлыми и впечатляюще большими.

Скуталу захныкала.

— К-кто ты такой? — пискнула Эппл Блум.

Существо издало глубокий и сиплый голос, от которого исходил ужасный запах серы:

— Аббадон.

— Оу, — пробормотала Свити Белль. — Это многое объясняет.

— Итак, чего ты хочешь, Аббадон? — спросила Эппл Блум.

— Чтобы твоё желание исполнилось, маленькая пони! — прогрохотал Аббадон.

Что-то тёмное выступило из тени, которая была Аббадоном, и зависло над съёжившимися Меткоискателями. Последовала ещё одна вспышка невыносимого жара, а затем Эппл Блум обнаружила, что стоит у входа в огромную пещеру. Тьма в которой простиралась глубже, чем мог проникнуть свет, а внутри неё во все стороны простирался тёмный и пустынный ландшафт. Подруг больше не было рядом с ней.

— Что... что это за место?

Голос Аббадона эхом отдавался вокруг неё.

— Тартар, маленькая пони. Место, где мёртвые и проклятые проводят вечность, охраняемое ужасным Цербером. Ты вольна войти, у тебя есть разрешение на проход, но будь осторожна, ведь обитатели тех земель попытаются задержать тебя в своих чертогах. Иди, твои родители заждались тебя.

Эппл Блум почувствовала прилив надежды при упоминании о своих родителях. Конечно, ей не нравился этот откуда ни возьмись появившийся Аббадон, и что-то ей подсказывало, что её пытаются провести вокруг копыта. Зачем незнакомцу делать ей такое одолжение? И что он, не будучи призраком, забыл на спиритической доске? И зачем он был так заинтересован в том, чтобы она увиделась со своими родителями? Были ли его намерения искренними? Это попахивало сыром в мышеловке, и она была уверена, что что-то не так, но при этом она понимала всю тщетность противостояния этой неведомой сущности. Поэтому решила довериться сердцу и воспользоваться возможностью увидеться со своими родителями. Ради этого она и начала игру.

Она вошла в пещеру и вгляделась в непроницаемую темноту.

— Привет?

Она услышала чьи-то грохочущие шаги, почувствовала, как земля дрожит под копытцами, и в поле зрения из тёмного полога показалось массивное животное, похожее на собаку. Она сразу её узнала, ведь несколько лет назад она видела, как та напала на Понивилль. Все пони видели её и только Флаттершай умилил вид этой грозной собаки. Тогда Цербер никого не тронул, может, и в этот раз всё обойдётся?

Эппл Блум вздрогнула, когда массивный зверь подошёл к ней. Он и близко не выглядел таким жизнерадостным и счастливым, как когда Флаттершай гладила его копытами. Цербер уставился на неё сверху вниз всеми тремя головами. Грозный пёс наклонился и мгновение смотрел на неё, затем обнюхал. После секундного колебания он отступил в сторону.

Эппл Блум восприняла это как разрешение войти. Маленькая кобылка шагнула мимо Цербера в темноту. Она понятия не имела, куда направляется и сколько времени может потребоваться, чтобы добраться в это мрачное место. Для неё это было всего мгновение. Кобылка понятия не имела, что происходит.

Время от времени она продолжала оглядываться назад, пытаясь определить, как далеко она ушла от входа в пещеру, но когда она достаточно углубилась, то попала под порыв холодного ветра, и когда она обернулась в следующий раз, то ничего не увидела. Она предположила, что, должно быть, прошла через какой-то барьер, который удерживал всех, кто обитал в Тартаре.

Она почти ничего не могла разглядеть, но по мере того, как она шла, вокруг неё начал сгущаться туман. Идя по этой унылой пещере, кобылка размышляла, почему умершие попадают в столь безрадостное место? Разве не было чего-то другого для тех пони, кого постигла смерть? Зачем проводить вечность в таком мрачном месте? И зачем приставлять такую грозную собаку охранять его от мира живых? Конечно, Цербер был ужасным созданием, но и на него могла найтись управа — Флаттершай могла его погладить и тот мог стать безобиднее щенка. Не говоря уже о том, что однажды Цербер просто "сбежал" из Тартара. Тогда что это было за место, в которое было так сложно попасть, но которое, при этом, столь иллюзорно охранялось? Эппл Блум даже подумала, что проще было возвести высокий забор.

Туман вокруг неё начал клубиться и двигаться. Эппл Блум поморщилась, почувствовав какой-то запах на ветру. Прежде она ничего не чувствовала, что было неестественно. Это было что-то знакомое и в то же время чуждое. Как воспоминание, которое она давно забыла. Ей также показалось, что она начала слышать голоса. Чей-то шёпот в темноте, и малышка задалась вопросом, могут ли мёртвые пони или другие существа, что здесь обитают, причинить ей боль? Ведь её пропустил только Цербер, а больше Аббадон ей ничего не гарантировал.

Как только она подумала обо всех ужасных существах, которые, возможно, обитают в темноте, Эппл Блум внезапно увидела очертания пещеры, в которой она находилась. Она была огромной, с высоким как небо потолком, усеянным сталактитами, и такими же огромными сталагмитами, возвышающимися со всех сторон от неё. Но она не шла по пологой дороге, или, по крайней мере, ей так не казалось, поэтому кобылка не знала, когда оказалась так глубоко под землёй. Пещера, в которую она вошла, не шла ни в какое сравнение с чем-то столь же большим.

Она резко дёрнулась в сторону и быстро обернулась, чтобы посмотреть. Она попятилась от одного сталагмита только для того, чтобы наткнуться на другой. Она, спотыкаясь, моталась взад и вперёд, стук копыт вокруг неё, казалось, доносился отовсюду одновременно. Вокруг неё было несколько пони? Или это был только один, который был невероятно быстрым? Она не знала и была слишком обеспокоена тем, что незнакомец может с ней сделать, и не хотела проверять свои опасения.

Поэтому она прибегла к лучшей тактике жеребёнка — побежала куда глаза глядят.

Перед ней была проложена хорошо различимая тропинка, по которой, казалось, прошли бесчисленные копыта задолго до её прихода и стёрли твёрдый камень до гладкого прохода, который вёл через лабиринт пещеры. Она мчалась по тропинке, пока не увидела тусклый свет в конце её. Кобылка устремилась к свету и ускорила шаг, лёгкие горели, а звучавшие вокруг неё шаги словно норовили завести её в ловушку и поймать.

Когда она вырвалась на свет, первое, что она почувствовала, был запах: пахло свежими весенними яблонями в тот момент, когда они вот-вот распустятся и подарят восхитительные фрукты. Был ещё один запах, странно знакомый, но она не могла его узнать.

Когда её глаза привыкли к этому яркому свету, она смогла разглядеть раскинувшийся перед ней яблоневый и грушевый сад, деревья в котором были смешаны вместе, образуя прекрасное скопление фруктовых деревьев, чья палитра казалась волшебной. Эппл Блум ахнула от удивления и благоговения.

— Это прекрасно, не правда ли? Мы можем выращивать здесь всё, что нам нравится.

Глаза Эппл Блум наполнились слезами ещё до того, как она повернулась на голос, хотя она видела только фотографии — оранжевая грива и светло-бежевая шёрстка, и теперь этот успокаивающий голос, который, как ей казалось, она смутно помнила, интуитивно подсказал ей, что это была её мама. Она бросилась впёред, чтобы обнять пони перед собой. Оранжевый и бежевый цвета заполнили её поле зрения, и она уткнулась лицом в шёрстку, пахнущую сахаром и цветами.

— Мама, я так сильно по тебе скучала! Я никогда не знала тебя, но я так рада тебя видеть! — плакала Эппл Блум.

Копыто похлопало её по спине.

— Я знаю. Мы знаем. Уверена, что твоя мама тоже скучает по тебе.

Кровь Эппл Блум похолодела, и она отпрыгнула от фигуры. Кобылка поспешно вытерла глаза и посмотрела на того, кого только что обнимала.

Это был пони, но только в том смысле, что он был похож на него по строению туловища. Его грива была расплывчатой и постоянно менялась от длинной к более короткой, затем к средней длине и обратно. У существа не было лица, а вместо него там, где должен был быть рот, была нечёткая чёрная щель. Она была оттянута назад в насмешливой ухмылке, зубы неровной белой формы то удлинялись, то укорачивались. Только их цвет оставался неизменным. Деревья, раскинувшиеся перед ней, всё ещё были яблонями и грушами, но при ближайшем рассмотрении она поняла, что плоды на них постоянно менялись между яблоками и грушами на всех деревьях.

— Что... что это? — выдохнула Эппл Блум.

— Это то, чего ты пожелала. И вот перед тобой твоя мама и её загробная жизнь, — пророкотало безликое существо.

— Нет, это не так. У тебя нет лица! И почему у тебя всё расплывчато? Тебе меня не провести, живущее во тьме! — выпалила Эппл Блум.

— Ну, это не моя вина, малышка, — невозмутимо ответило существо. — Ты не помнишь, как она выглядела. Сколько ей должно быть лет, каким было её лицо. И у тебя недостаточно реального жизненного опыта, ты паришь в своих мечтах, маленькая пони. Мы не можем сделать хорошее и различимое лицо, когда нам даже не с чем работать.

— А как насчёт фотографий? — спросила Эппл Блум.

— Фотографии неподвижны. Кто знает, сколько времени прошло с тех пор, как они были сделаны. — Существо сделало несколько шагов по направлению к ней, и Эппл Блум попятилась, но только для того, чтобы на что-то наткнуться. Кобылка резко обернулась и увидела ещё одно существо, пытающееся казаться её матерью. У существа отсутствовало лицо, и оно меняло свою форму точно так же, как и у другого. — Может, ты говоришь себе, что она не старше твоего сегодняшнего возраста, но ты не перестаёшь себя спрашивать: "Как сильно она изменилась?", "Узнала бы я её сейчас?", "Узнала бы она меня?". Поэтому мы не сможем сделать то, на что ты сама не знаешь ответа.

— Ну, я этого не хотела! Уберите эту ужасную иллюзию! — взмахнув копытцем, закричала Эппл Блум.

— Но ты же хотела поговорить со своей материю, маленькая пони. И мы тебя услышали. Разве ты не счастлива?

— Это не то, чего я хотела! Вы не моя мама, и я совсем не рада тому, что вижу! — Эппл Блум исступлённо топнула копытцами. — Довольно. Я хочу домой, не хочу больше оставаться в этом безрадостном месте! Я должна была догадаться, что он меня обманывает.

Твари улыбнулись ей ещё шире.

— Ошибаешься, Аббадон никогда не лжёт. Ни разу. Во веки веков.

— Правда? Он сказал мне, что может помочь мне связаться с моей мамой, а вы — не она.

— О, но он сдержал своё обещание. Конечно, мы — это не она. Но как ты думаешь, где она сейчас?

Эппл Блум была застигнута врасплох. Она не хотела этого признавать, но если её мамы не было рядом с ней всю жизнь, то ответ может быть только одним.

— Моя мама, она... умерла, — Эппл Блум опустила голову.

— Совершенно верно. Мёртвые пони отправляются в царство мёртвых, или в Тартар, где Аббадон является господином и повелителем. — Существо обошло вокруг неё, его ноги подрагивали при ходьбе. — Но, кто же тогда не попадает в царство "мёртвых"? — он посмотрел на Эппл Блум, ожидая ответа.

— Живые пони? — всхлипнув, произнесла Эппл Блум.

— Пра-а-авильно! Ты очень живая, и тебя не должно быть здесь. Но! Для тебя ещё не всё потеряно, потому что ты можешь просто... существо указало за спину Эппл Блум, — пойти по тропинке обратно.

Эппл Блум посмотрела в ту сторону. Позади неё поднималась длинная и ненадёжная тропинка, ведущая обратно через сталагмиты и вверх по склону утёса, через проход из светящегося мха и грибов, обратно к Церберу и за пределы пещеры.

То, что она могла видеть обратную дорогу, в то время как предыдущий туман изо всех сил старался не дать ей понять, куда она идёт, мало утешало Эппл Блум. Она чувствовала, что ею намеренно пользуются и сбивают с толку, но она не знала, что в ней есть такого, чего эти загадочные создания или Аббадон могли бы так сильно хотеть получить.

— Зачем он вообще отправил меня сюда, если я не могу войти? Он пообещал мне, что я смогу связаться со своей мамой. Я так и не поговорила с ней, а это значит, что он солгал мне!

— Ты заблуждаешься, маленькая пони. Ты знаешь всё, что тебе нужно знать, чтобы войти с ней в контакт, и он помог тебе всему этому научиться. Теперь у тебя остался всего один шаг, что разделяет тебя и твою маму. — Существо ухмыльнулось ей, отчего по спине кобылки пробежал холодок.

Эппл Блум какое-то мгновение смотрела на него, затем отвернулась, когда смотреть на ужасное существо стало невыносимо. За его изменчивыми чертами лица и неестественной гривой было неприятно наблюдать в течение длительного времени.

Она знала, к чему он клонит. Живые пони просто не могли попасть в царство мёртвых, и если бы она переступила ту незримую границу — обратного пути оттуда для неё бы уже не было. Это означало бы смерть. Несмотря на то, как сильно она хотела увидеть маму и папу, кобылка не могла так подло поступить с той семьёй, что ждала её в Понивилле.

— Нет, я пойду домой, — решила Эппл Блум.

Существо наклонилось и превратилось в туман. Фруктовый сад с деревьями был сметён порывом откуда ни возьмись взявшегося ветра, и всё, что осталось, — это ужасный туман, витавший вокруг неё. Тропинка позади неё была длинной, но Эппл Блум всё ещё могла её видеть. Она вздохнула, посмотрела на окружающий её туман и побрела обратно.

Она могла видеть выход из этого мрачного места и путь, что ей предстояло преодолеть, но она не помнила, чтобы он мог занять так много времени. Казалось, она не устала, не проголодалась и не хотела пить, но была уверена, что дорога сюда заняла не так уж много времени. Не то, чтобы она действительно знала, сколько времени прошло с тех пор, как она пришла или ушла. Она просто не могла этого определить — света не было, вокруг был только туман, плавающий на краю тропинки, по которой она шла.

В конце концов что-то изменилось. Эппл Блум вспомнила кое-что из того, мимо чего она проходила по пути сюда. Она вспомнила гигантскую пещеру, заполненную сталактитами и сталагмитами. Она помнила звуки существ, шуршащих в окружающей её темноте, но не помнила, как спускалась с утёса, на котором была раньше.

Судя по тому, что она видела издалека, добираясь до этого места, большую часть пути она шла по тому, что казалось ровной тропинкой. Спуск был крутым и опасно узким. Как она прошла мимо него по дороге, не заметив? Думая о том, сколько было тумана, она удивлялась, как ей вообще удалось пройти этой дорогой не навернувшись!

Эппл Блум начала подниматься по склону. Это был не крутой подъём. Однако тропинка была очень извилистой и много раз сворачивала, но стоило сделать один неверный шаг, и она покатилась бы кувырком вниз по всей долине, и тогда ей действительно нашлось бы место в этом безрадостном краю.

В конце концов Эппл Блум добралась до вершины, затем ей пришлось пройти через поле грибов и светящихся лишайников. Теперь она могла видеть выход прямо перед собой, где её ждал Цербер. Она перешла на рысь и потратила непомерно много времени, добираясь к выходу. Но независимо от того, как долго она бежала, казалось, она нисколько не приближалась к цели. И она всё так же маячила перед ней, колеблясь, как какое-то видение или иллюзия. Она никогда не останавливалась и не теряла надежды, а её решимость нисколько не ослабевала, пока, наконец, не пробился свет, и ей пришлось остановиться и поднести копытце к глазам, так как свечение практически ослепило её.

Когда глаза наконец смогли хоть что-то различить, Эппл Блум обнаружила себя на вершине цветущего холма, окружённого яблоневыми и грушевыми деревьями. Рядом с ней было расстелено одеяло для пикника, кобылка была сбита с толку, пока не увидела свою маму с целым лицом, ухоженной шёрсткой и, главное, та выглядела как живая пони — ни одна конечность не расплывалась словно марево. Рядом с ней сидел её отец, который обнимал копытом Пер Баттер, и Эппл Блум улыбнулась, но потом засомневалась в правдивости этого видения.

— Постойте, я думала, что направляюсь к выходу. Как я могу видеть вас, если решила покинуть эти земли? Те страшные пони сказали мне, что это невозможно... Неужели все пони лгали мне? — спросила Эппл Блум.

— Все, кроме Аббадона, — с грустью в голосе сказала её мама и обняла растерянную кобылку. — Аббадон — это разрушение, Аббадон хочет разрушать всё, до чего сможет дотянуться. Мне очень жаль, моё любимое яблочко.

Глаза Эппл Блум расширились. Выходит, её участь с самого начала была предрешена...

~

Вдалеке Аббадон простёр руку над тлеющими трупами Меткоискателей. Он повернулся и оглядел скромное убранство клубного домика, и по щелчку его пальцев походная печка накренилась и с грохотом упала на бок, после чего повсюду разлилось топливо, которое быстро воспламенилось. Языки огня жадно лизали древесину, и Владыка Преисподней с удовлетворением наблюдал, как горит спиритическая доска, целую вечность служившая ему тюрьмой. Затем он повернулся и ушёл, оставив домик на дереве догорать.