# Источник жизни

Emhyr

По всей Эквестрии следует череда таинственных похищений детей. Ни требований, ни каких либо ультиматумов преступники не выдвигают. На первый взгляд все эти похищения никак не всязаны...

## Пролог

Ничего не скажешь, отношения между героями "наладились" сразу.

В окно настойчиво стучались капли дождя, а ветер тянул свою заунывную песню. За окном, в в меру уютном рабочем кабинете сидел белый единорог и выслушивал жалобы престарелой земнопони.

— … ну и вот, я говорю что мои горшки украли! Пять горшков украли! ПЯТЬ! У меня двенадцать горшков, а должно быть семнадцать! Украли! Эти мерзавцы украли пять горшков! Им ничего нельзя доверить!

Хоть единорогу уже было всё равно на её поток слов, он заставлял свои зелёные глаза смотреть на собеседницу.

— … и возвращаюсь я, считаю горшки, а их двенадцать! Украли!

— А кто у вас их украл? Кого вы подозреваете?

— Как кого? ЛЮДЕЙ! Ходят из параллельного измерения, воруют горшки! И это не в первый раз уже, раньше они у меня и сено, и сидр воровали! — речь старушки становилась всё более и более эмоциональной и бессвязной.

Ясно, старуха попросту чокнутая. Кормить отписками и обещаниями. Приказать больше не впускать, всё общение лишь в форме официальных заявлений. Ох, богиня, дай мне сил.

Нойгирех Синн зачесал чёрную гриву назад, прочистил горло, принял наиболее презентабельный вид и заговорил наиболее доброжелательным, из доступных ему, тоном.

— Спокойно, миссис Поттер. Мы поняли вас. В ближайшее время мы просканируем местность на предмет магических аномалий и порталов в иные миры. А теперь прошу меня простить, у меня есть другие дела. Всего доброго, миссис Поттер.

С трудом выпроводив надоедливую земнопони за дверь, единорог прислонился к стене и посмотрел на часы.

Полшестого. Ещё всего полчаса мучений, и домой. Боже, как я ненавижу эту тупую работу. Уже хочется просто всех этих психов отправить в сумасшедший дом. Каждый день одно и то же.

* * *

В тесной комнатушке стояли двое. Пегас цвета стали с кютимаркой в виде подзорной трубы, и единорожка с микроскопом в качестве метки. Крылатый пытался копытами поднести зажигалку к сигарете и наконец-то закурить, а кобылка, держа с помощью телекинеза пластиковый стакан с кофе, с улыбкой наблюдала за этими попытками. Наконец-то ему это удалось, и комната наполнилась запахом табачного дыма. Единорожка едва заметно поморщилась.

— Деталье, ты видела сегодня Синна?

— Видала, куда же без него. Мажор дискордов. Вечно недоволен.

— Ага, а ходит с таким выражением лица, как будто кучу навоза унюхал. Ему-то хорошо, сидит в кабинете, выслушивает бредни идиотов, которым призраки и прочая чушь мерещатся, – в голосе пегаса явно слышалась зависть и раздражение. Видимо, ему досаждала мысль о том, что кто-то может просто сидеть в кабинете и получать деньги буквально задаром.

— Не нервничай ты так, покури ещё, успокойся. Ему на роду написано было усесться в этом кабинете. Забыл кто его мать? Закель, одна из самых талантливых учёных, работающая над различными магическими аномалиями.

— Ну и шёл бы, в колбах и пробирках ковыряться, да читать перед сном «Песнь луны и солнца», ну или что там учёные задницы читают? Так нет, нужно туда, где и работать не надо, и деньги платят хорошие, — пегас категорически не желал мириться с такой, по его мнению, вопиющей несправедливостью.

— Эх, Вьюверинг, а что тебе мешало стать топографом? С твоим глазомером и наблюдательностью это было бы гораздо разумнее и логичнее, чем работа помощника криминального эксперта. А я скажу почему. Вы, жеребцы, не можете просто заниматься исследованием, наукой. Вам нужно ощущать свою крутость, заниматься чем-то таким, что подчёркнуто опасно и мужественно. Стражником, солдатом, следователем, наёмником, исследователем, экспедитором. Вот например, кто твой отец, а кто твоя мать? – в голосе единорожки слышалась явная насмешка.

— Мой отец был торговым экспедитором. Он налаживал торговые связи с Зебриканией. Постоянно в путешествиях, я его почти не помню. Он погиб, когда мне было всего пять. Грифоны-повстанцы из Нижней Шнаббии. Им нужны были припасы, на «освободительную войну» с Федерацией. А его и всю группу как свидетелей… — голос пегаса едва заметно дрогнул.

— Прости, я не отела тебя обидеть…

— Нет-нет, ничего страшного. А мама моя геологом была, сейчас уже на пенсии. Я вот здесь работаю, тут платят лучше, чем топографам. А ведь у меня сестра младшая ещё есть, в школе учится. Одной маминой пенсии и зарплаты топографа не хватит. А так мы вполне нормально живём.

— Ну вот. А отец Нойгиреха, по слухам, сам Сигизмунд.

— Постой-постой. Ты говоришь о Дийкстре? Так он же всегда говорит, что у него только одна жена – работа, от удивления пегас выронил изо рта сигарету, которая тут же потухла, упав на пол.

— Жена то может и одна, но вот любовниц никто не отменял, Вьюв. Тебе двадцать лет, перестань быть таким наивным, — нот раскаяния в голосе перламутровой единорожки уже не было.

— Теперь понятно, почему он так быстро сел в кресло старшего следователя по делам несанкционированного применения магии и магических аномалий, — пегас потянулся за второй сигаретой.

Деталье запустила уже пустой стакан из под кофе в мусорную корзину, и наконец-то помогла Вьюверингу закурить, ловко поднеся зажигалку с помощью телекинеза.

— И всё же знаешь, я бы не стала так рубить с плеча. Насколько мне известно, отец совершенно не помогал семье, парень всего сам добился. Ты бывал в его кабинете? Видал тамошний запас книг по прикладной и практической магии? Я уверенна на восемьдесят процентов, он сам этого добился.

— Всё равно мажорина. Некоторые из шкуры вон лезут, что бы обеспечить семью, а некоторые получают всё к двадцати пяти, потому что их мамашка вовремя свою брухлю нужному пони подставила. Генетика, все дела. Нечестно! Почему я не единорог?! Почему моя мать и мой отец были единорогами, а я пегас?! НЕЧЕСНО! Был бы я единорогом, уже давно получал бы как Синн! НЕЧЕСНО!

Пегас, крылья которого уже максимально расправились от накопившейся злобы и зависти, со всей силы хватил задними ногами по стене.

— Успокойся, напарничек. Вижу, я тебя серьёзно разозлила этими разговорами про Нойгиреха и семью. Иди ка ты домой, я тебя сегодня пораньше отпускаю.

— Правда? А как же начальство?

— Их сегодня нет, никого. Пропал жеребёнок в Понивилле, рядом с вечнодиким лесом. Они там, в полом составе.

— Это уже второй случай за последний месяц, Деталье. Возможно…

Рассуждения пегаса прервал мрачный голос.

— Нет, невозможно. Эти два случаю никак не связанны. Первый пропавший это маленький единорог, коренной кантерлотец. А вторая всего лишь маленькая земнопони. Готов поспорить, за единорога скоро потребуют выкуп, а земнушку найдут в лесу виде каменной статуи, в лучшем случае. В худшем… не найдут вовсе ничего, мантрикоры и волки нынче крайне голодны.

Нойгирех Синн закончил говорить и подошел к своему шкафчику, взял из него пальто и шляпу. Дурацкая одежда, но он с детства тяготел к детективам, и даже столько лет спустя старался походить на тех героев, о которых читал.

Подойдя к выходу, он развернулся, и, глядя на пегаса, процедил:

— Ах да, если хотите обсуждать меня, то не делайте этого в гардеробе, велика вероятность, что я сюда зайду.

Пегас, уж было, облегчённо вздохнул, когда Синн замолчал. Но стоило ему расслабиться, как единорог заговорил снова:

— Как ты там сказал, брухля? Так вот, ещё раз хоть что-то скажешь про мою мать, и я воспользуюсь брухлей твоей матери. А может даже сестры, — хоть Синн и старался это скрыть, но в его голос дрожал от ярости.

А дождь всё шёл, и в ближайшее время не думал прекращаться. Пегасы как всегда наверстывали упущенное. Слава богине, что до дома было довольно близко, да шляпа с пальто в кои-то веки сослужили роль, отличную от пижонства.

* * *

Войдя в дом, он, скинув пальто и шляпу, направился прямо на кухню. Не особо утруждая себя этикетом, единорог попросту с помощью телекинеза отправлял себе в рот остатки вчерашнего ужина. Когда с нехитрой трапезой было покончено, Нойгирех отправился в гостиную к камину, предусмотрительно захватив с собой пару бутылок не фильтрованного сидра.

Из-за ветра и дождя камин довольно долго не хотел разгораться. Но пара простых заклинаний сделала своё дело, и поленья занялись красным, с отливом зелёного, магическим огнём. Синн уселся в кресло. Мысли о сегодняшнем дне не давали ему покоя.

Опять совершенно бессмысленный день. Как я смогу принести пользу, если всё время только и делаю, что выслушиваю жалобы полоумных идиотов, которым везде мерещатся сказочные существа и прочая мистика? Вот повезло тем, кто расследует эти дела с похищением. Реальную пользу приносят, а я как эмоциональный тампон для сумасшедших. Зачем так жить? Права была мать, иди в учёные. Да что уж теперь… И идиоты эти, которые думают, что мне повсюду якобы отец протекцию устраивает. Ненавижу, им бы мою жизнь.

Впрочем, то, что он вспомнил о похищениях, заставило забыть его о собственных бедах. Нойгиреху стало действительно интересно, может ли быть хоть какая-либо связь между этими двумя случаями пропажи жеребят.

Действительно, что мы имеем?

Объект №1: раса – единорог. Пол – жеребец. Возраст – 5 лет. Социальный статус – единственный ребёнок в семье, к тому же жеребец, а это важно. Родители довольно знатные особы. Отец владеет фабрикой игрушек «Фантомхайв» Деньги водятся в избытке, даже очень. Классика жанра. Стандартный случай киднепинга.

Объект 2: раса – земнопони. Пол – кобылка. Возраст – 7 лет. Социальный статус – одна из нескольких детей в семье. Родители простые работяги, фермер и продавщица. Ушла в лес и не вернулась. Тоже классика. Хм, а тут можно пофантазировать, благо книжка нужная рядом.

Действительно рядом с кресло, на полке, лежал увесистый том с надписью «Physiologus» на обложке. Теперь же он парил в воздухе перед единорогом.

Ну что у нас там, Вечнодикий Лес? Кто там водится, мантрикоры, василиски, вольт-волки. Это так, навскидку. Самое явное, наверное, василиск.

Книга, которая и так была объята зеленоватым сиянием, засветилась пуще прежнего, и начала хлопать листами. Наконец глазам Нойгиреха предстала нужная статья:

«Вид: орнитозавр.

Среда обитания: василиски чаще всего обитают в темных сырых пещерах и заброшенных ответвлениях канализации, так же могут обитать в лесах и на болтах.

Иммунитет: невосприимчивы к большинству ядов; их сложно оглушить.

Как уничтожить: василиски восприимчивы к серебру и маслу от орнитозавров.

Тактика: самое опасное оружие василиска – взгляд, который обращает любого в камень, ещё никто из смертных не смог противостоять взгляду василиска. Его яд, один из сильнейших токсинов в мире»

Да, василиск это лучший из вариантов. Если на неё напал василиск, то достаточно будет просто найти статую и василиска, который это сделал. Затем забить василиска, и заклятие спадёт. Но другие варианты менее радужны. Если это мантрикора, то они не найдут ничего кроме пары луж крови. А если вольт-волки, то, возможно, найдут останки. Надо бы подробнее почитать о них.

Страницы книги вновь зашелестели, а единорог потянулся копытами к бутылке с сидром. Так и продолжалось чтение. По мере опустошения бутылок мысли Нойгиреха становились всё более и более запутанными и неочевидными. Пока, наконец, Синн не заснул в кресле, уронив книгу и бутылку на пол.

* * *

Дверь сотрясали чудовищной силы удары. Создавалось такое впечатление, что тот, кто стоял за этой дверью, вовсе не хотел оповестить хозяина о своём приходе, но просто выбить дверь и ворваться в дом.

Дискорд побери того, кто ломится ко мне в дом. Если это с работы, то я на месте разверну его телекинезом, и придам ускорение в направлении от моего дома.

Единорог нехотя сполз с кресла и направился к двери. Тем временем стук нарастал, всё больше походя на попытку ворваться в жилище.

— Я СЕЙЧАС ДО ДВЕРИ ДОБЕРУСЬ, УШИ ТЕБЕ ОТГРЫЗУ, БЫДЛО! – что есть мочи проорал Нойгирех.

Наконец расстояние до двери было пройдено. Нехотя отворив дверь, единорог был крайне удивлён гостем, и лишь смог что вымолвить.

— Какого…

И тут же его настиг чудовищной силы удар в глаз. Мир взорвался самыми различными красками, а затем потух.

* * *

Как только пижонистый единорог вышел за дверь, пегас снова разразился ругательствами в адрес его и всей его семьи, вплоть до седьмого колена.

— Ты видела это? Он обошёлся со мной так, как будто я и не пони вовсе, а так, мусор под его копытами.

— Вьюв, учитывая, что ты говорил о его семье, он был предельно тактичен.

— Да всё я понимаю, просто вся эта работа, я вкалываю как мул, и получаю гроши. А он сидит в кабинете, выслушивает бредни и получает зарплату, на которую можно прокормить три мои семьи, — очередной приступ раздражения заставил его кинуть вторую недокуренную сигарету на пол и начать топтать её с такой силой, будто бы он хотел протереть пол и пасть в подвал.

— Ладно, иди уже домой, ковбой. Всё равно работы для тебя на сегодня больше нет.

— Ну, до завтра тогда, Детали.

В отличии о Синна, одеждой пегасу служила обычная рабочая куртка-штормовка с аббревиатурой «CPD» на спине. В одежде с такой надписью было небезопасно появляться в некоторых районах, но Вьюв туда и не собирался.

Стоило ему выйти на улицу, как в его морду ударил резкий порыв ветра, а одежда промокла от ливня. Теперь о быстром полёте до дома можно будет забыть, придется идти пешком.

Несмотря на погоду в административном районе всегда было полно самых различных существ. Тут были и грифоны, и пони, и даже дракон-альбинос по имени Виитгик, который работал в посольстве Дракенборга.

Тут его внимание привлекли двое кантерлотских стражников, которые силой тащили упирающуюся зебру в сторону отделения полиции. По голосу он понял, что это был жеребец, а через секунду и узнал, за что его задержали.

— Эй, я ни в чём не виноват, я буду жаловаться, фараоны! – каждое слово полосатый подкреплял очередной попыткой вырваться.

— Тебя с поличным взяли на торговле лунным сахаром, монохромный, и ты ещё упираешься?

— Я выйду снежок, и тебе не поздоровится. Ог Лок, запомни это имя, Ог Лок! – зебра не оставлял своих попыток освободиться. В конце концов белому единорогу это надоело настолько, что он попросту поднял его телекинезом и понёс дальше в таком виде.

Сам факт задержания даже не удивил Вьюва, ему самому регулярно доводилось бывать на таких операциях. Но вот появление королевских стражников в этом районе было событием из ряда вон выходящим. Ведь пол года назад, после серии терактов, организованных лунопоклонниками всю гвардию в этом районе заменили на «ночную полицию». Принципиально новый правоохранительный орган, сформированный лишь из единорогов серого, мышиного цвета и носивших в любую погоду чёрный костюм-тройку и солнцезащитные очки.

Сперва все смеялись и недоумевали над их нарядом. И действительно, кому придет в голову ходить ночью в тёмных очках? Но когда они на глазах всего квартала накинулись на казалось бы вполне обычного пони и извлекли у него из сумки шар элементалей, способный разнести к Дискорду четверть здания полиции, смешки моментально прекратились. Да и от самих «новых полицейских» веяло страхом и жутью. Они никогда ни с кем не разговаривали, не смеялись, не мёрзли в своих нарядах зимой и потели летом. Было даже доподлинно неизвестно, какая смена сейчас на посту, ибо никто не мог отличить их друг от друга.

По мере удаления от места работы менялся и облик прохожих, и облик строений. Если раньше на фоне строгих зданий ходили вечно занятые пони с серьёзным лицом, то теперь всё чаще попадались влюбленные парочки, которые прятались под пышной растительностью и балконами ближайших зданий. Из маленьких кафе и ресторанов доносился аромат еды и звуки музыкальных инструментов. Эта идиллия завораживала пегаса настолько, что он забыл и про промокшую насквозь одежду, и про сегодняшние обиды.

Но вскоре на смену влюблённым парам и красивым строениям пришли кирпичные трёхэтажные дома и угрюмые одинокие прохожие. Больше не пахло вкусной стряпнёй и не доносились звуки музыки. Лишь ветер завывал в переулках, и из мусорных баков доносился запах гнили.

Пони вокруг него так же стали реагировать иначе. Если до этого, видя аббревиатуру на куртке, многие уважительно улыбались и кивали, то теперь почти каждый встречный считал своим долгом скорчить кислую мину, а некоторые даже плевали вслед.

Наконец он дошёл до нужного дома, поднялся на третий этаж, миную пустые бутылки.

Постучался в дверь. И ещё раз, И ещё. Ответа не было. В отчаянии Вьюв дёрнул дверную ручку, и дверь отворилась. Пегас пулей ринулся в комнату.

— Мам? МАМ?! – сердце пони готово было проломить рёбра и выпрыгнуть из грудной клетки.

— Я здесь, сынок, — казалось, что этот пустой, неживой голос принадлежит не его матери.

Он кинулся на звук и нашёл её в спальне. Рядом валялся пузырёк из-под успокоительного. Глаза матери были красные и сухие. Недавно она плакала, но седативы сделали своё дело, и теперь она сидела и смотрела в одну точку.

— Мама, что… зачем… случилось?

— Твоя сестра, она пропала. Я уже ходила к знакомым, в школу, искала её. Нигде нету. Сделай что ни будь, — неживой голос, которым она это произнесла, напугал Вьюва не меньше новости.

Страх, до этого ползавший по кишкам змеёй, волной накрыл всё тело. На секунду он почувствовал, как сознание гаснет, а ноги становятся ватными. Но лишь на секунду. После он пулей вылетел на улицу.

Страх за сестру гнал его вперёд, не давая остановиться. Он облетел весь Кантерлот, заглянул в каждый переулок, побывал в тех районах, куда ранее не рискнул бы сунуться без батальона тех ребят в чёрном.

Лишь спустя шесть часов, сидя на балконе заброшенного дома, он пришёл в себя. Совсем не кстати вспомнил вечерний разговор. Новая идея, где может быть сестра.

Пегас стоял у нужной двери спустя всего лишь пятнадцать минут...