# Прохладный день в Аду

mageytash

Арктик Фрост — лидер партизан, возглавивший борьбу против деспотического режима Дейбрейкер, но, к несчастью для него, коварная кобыла захватывает жеребца в плен и оказывает ему толику своего гостеприимства.

Мой почти первый перевод клопоты, фетиши в замечаниях главы.

Касательно содержания: I regret nothing. Фанфик на любителя. Тапками не кидаться.

Касательно перевода: пытаюсь улучшать свои недопереводческие навыки, потому принимаю все замечания и рекомендации.

Огромное спасибо Ostermann, который всегда поделится правильным советом и даст люлей при вычитке.

## Великодушная хозяйка

Фетиши: антро, бондаж, фемдом, доминирование, зелья, увеличение яиц, увеличение груди, жеребец-осеменитель, групповуха, гарем, расширение живота, оплодотворение, лактация, мягкое подчинение воли.

— Грх, —  проворчал Арктик. — Тебе это никогда не сойдет с рук, Дейбрейкер!

Белый жеребец попытался вырваться из оков, но безуспешно: пленника приковали с усердием. Плоская металлическая плита — толстые кожаные ремни на запястьях, руках за его головой, бицепсах, груди, бедрах и лодыжках. Белоснежные крылья, только левое темнело к кончику, были плотно прижаты к спине наброшенным на муаскулистый торс поясом. Арктик закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь призвать на помощь свою врожденную способность криокинеза. Скованная необычной конструкцией левая рука охладела, пока странное устройство не загудело магической энергией, сведя на нет всю ауру.

— Ха-хах, — Дейбрейкер легонько хихикнула, осматривая узника со всех сторон. Щедро украшенная золотая броня контрастировала с белой шерстью. — М-м-м, прости, моя новая игрушка, но тебе так просто отсюда не сбежать. У меня на тебя есть планы, — мурлыкнула она, проведя пальцем по его широкой груди и по бугристому прессу.

— Планы? — Арктик презрительно плюнул и зыркнул глазами, когда Дейбрейкер взглянула на него сверху, словно кошка на свою мышь.

— Ты и твоя маленькая шайка разбойников слишком долго ставили мне палки в колеса. Я думаю, что пришла вам пора заплатить за свои грешки, — ответила она, непринужденно прикусив ноготь.

— Твайлайт и сопротивление одолеют тебя, чудовище! — хладнокровно процедил невольник, пытаясь освободиться от оков.

— М-м-м... Можешь сколько угодно себя тешить этой мыслью, но им придется ой как несладко, когда я пущу против них свои новейшие войска, — прошептала Дейбрейкер. Она рукой провела по торсу вниз, нежно потерев мягкий фаллос жеребца. — С твоими способностями к магии льда моя армия станет несокрушимой.

— Черта с два я стану помогать! Я скорее отправлюсь в ад, чем стану служить тебе, ведьма, — прорычал Арктик сквозь стиснутые зубы.

— У тебя есть выбор? Кроме того, я уверена: пройдет пару дней, и ты не устоишь перед моим гостеприимством, — продолжила Дейбрейкер, достав из-под стола маленький сундучок. Она поставила его перед своим гостем, вытащила оттуда маленький флакон с лазурной жидкостью, откупорила, и поднесла пузырек к лицу Арктика. — Пей, — приказала она.

Арктик закрыл рот, изо всех сил пытаясь отвернуться, но его незамедлительно окружила золотая аура.

— Ты выпьешь, — процедила облаченная в доспехи кобыла. Ее рог озарился магическим сиянием, и рот пленника с силой разжался. Жеребец скорчился и зажмурился, как только Дейбрейкер влила жидкость ему в рот. — Давай, глотай, — потребовала она, зажав его рот и ноздри, пока не увидела, как тот проглотил зелье. — Вот так, хороший мальчик, — промурлыкала королева.

Жеребец почувствовал жжение в горле и животе, мало-помалу его охватило какое-то странное тепло.

— Ч-что это было?.. — откашлялся Артик, его голова закружилась, пока смесь не подействовала.

— А, да всего лишь мощный афродизиак, который состряпал мой зельевар, — Дейбрейкер поводила пальцем вокруг соска Арктика, прежде чем ущипнуть, из-за чего жеребец вздрогнул. — Не сопротивляйся, дорогуша, просто расслабься и наслаждайся процессом. — Словно по щелчку пальцев в конце комнаты открылась дверь, и из нее вышли полдюжины стражниц, облаченных в боевую экипировку Дейбрейкер. Кобылы окружили жеребца, лежащего на столе, и впились в него голодным взглядом, прежде чем безмолвно начать снимать с себя доспехи.

Арктик обвел взглядом кобыл, его мысли сплелись в тумане, когда они раздевались и тянулись к нему. Стражницы были прекрасны, броня уже не скрывала их пышные тела.

— Я не… ММПФ, — не успел тот сказать, как одна из стражниц быстро обняла жеребца и проникла языком в его рот, чтобы слиться в грязном поцелуе. Остальные кобылы начали боготворить тело: они ласкали мускулистый торс, целовали и покусывали его соски. Глаза сомкнулись, когда организм почувствовал приятное возбуждение, его длинный и увесистый член начал подниматься от таких обильных ухаживаний.

Внезапно узник почувствовал тяжесть на бедрах, когда одна из стражниц оседлала жеребца на столе. Откинувшись назад, стражница схватила его твердый пенис и направила головку к своему мокренькому влагалищу, громко вскрикивая из-за внушительной длины. Она насаживалась поглубже, чтобы принять крупный агрегат еще больше, и все время беспрерывно постанывала.

— Оплодотворишь этих потаскушек, и я позволю тебе отдохнуть. —  добавила Дейбрейкер, наблюдая за тем, как ее свита столь радушно ублажает жеребца, — Дорогуша, расслабься, ты здесь надолго. А пока — я вас покину. После этих сладострастных слов белоснежная хозяйка удалилась из комнаты, она захохотала, когда за ней захлопнулись двери.

— Ты же наполнишь нас, а, здоровяк? — прошептала одна из кобыл и куснула его за край уха.

— Только посмотри, как набухли, — прибавила другая, целуя его крупные, тяжелые яички и поигрывая мошонкой.

— Кончи в меня, солдатик! Оплодотвори мое лоно! Я вся твоя! — громко застонала первая кобылка, не переставая скакать на члене. Одной рукой она похабно теребила клитор, а другой щипала свой сосок.

Ощущения переполняли Арктика через край: можно было лишь гадать, что было в этом зелье, но тело его больше не слушалось. Обласканный вниманием шестерых возбужденных самок и находясь под действием мощного эликсира, он уже не владел собой, и даже больше — чувствовал приближение оргазма.

— Сейчас, сейчас, — задыхаясь, пробормотала восседающая стражница и начала скакать на нем куда быстрее. — Ох, какой же огромный!

С пронзительным вскриком она изогнула спину и, одним мощным толчком погрузившись на всю длину члена, кончила.

Белый жеребец застонал в ротик шальной стражницы, с которой слился в поцелуе, и уже был близко к оргазму: из-за конвульсий кобылки он чуть не потерял сознание. Его увесистые яйца сжались, выпустив бурные потоки спермы в развратную служительницу. Член ритмично пульсировал, рывками изливая густое семя в нетерпеливую самку. Кобыла сверху упала ему на грудь и тяжело задышала, вся в поту от усердий.

— Я следующая, — кобыла, что занималась мошонкой, сбросила свою конкурентку, все еще пронзенную членом. Она засмеялась, и сбросила заполненную спермой стражницу с груди Арктика. — Кто-нибудь, помогите мне спихнуть эту шлюху.

Член жеребца свободно выскочил из влагалища первой кобылки, но, прежде чем семя могло вытечь наружу, одна из стражниц закрыла ее отверстие золотой пробкой, чтобы  осеменение наверняка случилось.

— Ну же, малыш, я знаю, тебя хватит на еще парочку раз, — сказала вторая стражница, жадно слизывая остатки спермы и женских соков с его неизменно твердого члена.

Арктик постепенно оплодотворил кобыл одну за другой, наполнив всех шестерых своей живительной спермой, их заткнули пробками, чтобы взрастить его семя и пополнить армию Дейбрейкер новыми кобылами или жеребцами.

И так цикл продолжался всю неделю: пленника пробуждали ото сна, поили афродизиаком, насильно, если потребуется, и до самого вечера жеребец трахал несколько кобыл. Он осознал, что зелье не только усилило его потенцию и чувствительность, но также поддерживало тело. На пятый день оргии прекратились, хотя его по-прежнему заставляли принимать обычные дозы прописанного Дейбрейкер. Дни тянулись, Арктика продолжали поить эликсиром: мысли о сексе не покидали разум жеребца. Со временем его яички прибавили в размерах: вместо апельсинов они стали походить на массивные дыни, которые так и ждали своего часа извергнуть потоки спермы. Плененные похотью разум и тело жеребца испытывали мучение без страстных ласк, к которым он теперь уже привык.

На седьмой день дверь открылась вновь. Арктик устало раскрыл глаза, но вместо очередной стражницы к нему неспешно шагала сама Дейбрейкер. Вот только что-то в ней было не так. Она, покачивая бедрами, приблизилась к жеребцу. Вместо брони на ней была темная струящаяся ночнушка. Возможно, разыгралось его воображение, но ему показалось, что грудь Дейбрейкер прибавила в размерах.

— Как поживает сегодня мой любимый жеребчик? — Спокойно спросила Дейбрейкер, когда подошла к столу. Но узник отвернулся от королевы, отказавшись уделять ей внимание, которого она хотела. — Не будь таким занудой, — ехидно пропела Дейбрейкер, — я долго готовилась, взгляни.

Она скинула бретельки, обнажив свою роскошную грудь.

— Последние дни я пила зелья фертильности, со жгучим нетерпением ожидая сегодняшнего часа. Надеюсь, что ты оценишь мою любовь. Должна признаться, выделение молока доставило мне много хлопот.

Дейбрейкер взяла обе груди в каждую руку и сжала их, белая жидкость слабо брызнула из сосков в лицо Арктика, несколько капель попали на губы. Его язык потянулся вперед, чтобы испить столь божественную жидкость. Жеребец мысленно укорял себя.

— В-о-о-от, детка, выпей, — промурлыкала кобыла, наклонив округлую сиську ко рту Арктика.

Сперва жеребец колебался, но, когда первые теплые капли молока коснулись его губ и скатились по подбородку, он больше не мог терпеть. Арктик потянул шею к соску Дейбрейкер, слизывая языком ее сладкое молочко, и довольно промычал, когда теплая жидкость потекла по горлу.

— Это еще что, — отстраненно продолжила Дейбрейкер, — мое лоно только и просится, чтобы в него проник горяченький, толстенький член. Иногда соки текут чуть ли не ручьями, взгляни, какая я мокренькая.

Дейбрейкер отняла грудь ото рта голодного, присосавшегося жеребца и тщательно прошлась пальцами между своей промежностью, убедившись, что они хорошо пропитались, а затем поднесла руку к носу Арктика.

— Должна сказать, за тысячу лет у меня еще никогда не было такой ужасной течки, — прошептала она ласково, — попробуй.

Тяжелый мускусный запах возбужденной кобылы пленил сознание Арктика: он попытался лизнуть ее пальцы, пропитанные соками.

— Ой, но ты сказал, что не станешь помогать, это я виновата! — Дейбрейкер повернулась ко столу и скрестила, капризничая, руки. — Ну, раз ты твердо решил, значит и это выдержать тебе под силу, — она дернула находившийся поблизости рычаг, из-за чего стол поднялся из горизонтального в вертикальное положение.

Теперь жеребец почти стоял на ногах, но оковы никуда не делись. Он увидел, как Дейбрейкер обошла его кругом и замерла перед самым носом. Член уже стоял торчком после нескольких дней сексуальных издевательств и беспрерывного употребления афродизиаков, а тут перед ним стояла самая соблазнительная и сексуальная кобыла во всей Эквестрии. Разбухшие из-за кормления яички так и просились извергнуться спермой в эту божественную самку.

— Такой здоровяк! — отметила Дейбрейкер, взяв увесистый орган в свои руки, полюбовавшись сосудистым и увесистым агрегатом, а потом принялась его ласкать. — Вижу, ты едва сдерживаешься, — добавила она, нежно проведя рукой по члену и тяжелой мохнатой мошонке. — Конечно же, твоя воля непоколебима. Как я вообще могла подумать, что мне удастся переманить тебя на свою сторону?

Она нагнулась и повернулась к нему задом, выпятив невероятно аппетитные ягодицы.

— Если ты станешь моим личным жеребчиком, то сможешь кончать в меня спермой, сколько тебе захочется: секс утром, днем, ночью. — Дейбрейкер шагнула назад и прижалась голой задницей к члену, обхватив его своими пышными булочками. Она промурлыкала, начала тереться попкой об агрегат Арктика, чувствуя, как он скользит между ягодиц. — Возьми меня, трахни прямо здесь, только поклянись мне в верности.

Кобыла застонала, наклонилась вперед: фаллос проскользил между ее ножками и потерся об киску, густо смазавшись женскими соками.

Он тяжко задышал, разум охватила похоть, подталкивая его оплодотворить самую пышную кобылу во всей Эквестрии.

— Умоляю, —  прошептал он.

— Ты что-то сказал? — Дейбрейкер притворилась, будто не понимает. — Видимо, я плохо расслышала тебя.

— Умоляю, — повторил Арктик, уже чуть громче. —  Я преклоняюсь перед тобой, ты безупречна, во всем мире никто не сравнится с твоей красотой.

— М-м-м-м, хороший мальчик, — ехидно мурлыкнула кобыла. Она направила жеребца в свое лоно, укрывая член Арктика в теплых объятиях влагалища. Дейбрейкер размеренно двигалась вверх-вниз, получая удовольствие от проникновения его фаллоса, полностью заполнившего королеву внутри. Большие груди качались в ритме с ее движениями, а молоко из сосков сочилось на пол.

Арктик не знал, был это ад или рай, но вид задницы полубогини, вновь и вновь скачущей на его члене, захватывал дух. Дейбрейкер мастурбировала и одновременно ублажала жеребчика: божественное тепло из кобылки было трудно описать словами. Невольник закатил глаза в блаженстве, а злодейка ловко прыгала на шесте. Он почувствовал, как достиг вершины, готовясь извергнуть потоки чистейшего семени в демоническую белую самку. Дейбрейкер остановилась; Арктик раскрыл глаза, вокруг основания члена возникло странное давление. Он взглянул вниз и заметил, что фаллос окружила жгучая, оранжевая аура, когда Дейбрейкер обвела его пристальным взглядом.

— Очень жаль! — вздохнула она и щелкнула пальцами, сняв с Арктика все магические оковы. — Ты мог бы стать королем, моим королем. Но что я могу поделать? Я думаю, ты можешь идти.

С этими словами Дейбрейкер стала вытаскивать пульсирующий член Арктика, хотя ее чрево отказывалось выпускать из себя столь приятный орган, цепляясь за каждый сантиметр.

Что-то щелкнуло в сознании Арктика: возможно, он был дураком, чтобы отказаться от столь сильной и красивой кобылы, как Дейбрейкер? Воистину, Эквестрия будет процветать под ее железным копытом, вместе они были бы неостановимы. Сделав шаг вперед, он молча положил руку ей на плечо.

— Хм? Хочешь сказать что-то перед уходом? — слукавила она, оглядываясь на него с притворной невинностью.

— Моя королева, — пробормотал жеребец, положив другую руку на ее бедро. Арктик быстро, грубо вошел в Дейбрейкер — королева испустила громкие стоны, откинувшись назад от нахлынувшего блаженства. Он стал бешено долбиться в нее своим органом, который набухал и увеличивался в размерах, подчиняясь своей королеве.

— Да, ДА! — закричала Дейбрейкер, одной рукой обняла его голову, а другой яростно теребила клитор. — Трахни меня! Оплодотвори меня, чтобы я родила самого сильного жеребенка во всем мире!

Окружавшая член Арктика магия рассеялась: жеребец почувствовал, как стремительными темпами приближается к оргазму.  Набухший член погрузился в Дейбрейкер на всю длину, и, лишь достигнув шейки матки, замер, плотно зафиксированный на месте. Гейзер семени ворвался в животик кобылки, и он начал до чрезвычайности раздуваться: матка переполнялась горячей спермой. Дейбрейкер  закатила глаза в блаженстве, тело окатило цунами оргазма. У нее затряслись ноги, по подбородку потекла слюна, а лоно все принимало и принимало могучее мужское семя. Арктик пыхтел сквозь зубы, очень вспотел, но продолжал наполнять самку струями густой спермы. Белая жидкость обильными ручейками потекла из кобылы, образовывая лужицы на полу.

— М-м-м-м, — промурлыкала Дейбрейкер, лаская лицо жеребца у ее плеча, —  ты вправду единственный в своем роде, я верю, что ты хорошо послужишь своей королеве, не так ли?

— Да.. да, моя королева, —  прохрипел Арктик, когда оргазм наконец закончился.